10638

Понятие религии. Религиозные ценности и свобода совести

Реферат

Религиоведение и мифология

Понятие религии. Религиозные ценности и свобода совести На вопрос Что такое религия различные люди в зависимости от того атеисты они или верующие дадут различный ответ. Научное определение религии ее природы сущности стремится уйти от пристрастности той или ино...

Русский

2013-03-29

83 KB

36 чел.

Понятие религии. Религиозные ценности и свобода совести

На вопрос «Что такое религия?» различные люди, в зависимости от того, атеисты они или верующие, дадут различный ответ. Научное определение религии, ее природы, сущности стремится уйти от пристрастности той или иной позиции, идеологии, оценки и дать ответ, который отражал бы реальное положение вещей. При этом было бы ошибочно думать, что он был бы обязательно антирелигиозен. В области философии религии и религиоведения работают как верующие, так и неверующие. Результаты их исследований в научных кругах получают оценку и признание на основе их соответствия научным критериям, а не идеологическим.

Религия, являясь, по определению современных мыслителей, извечным спутником человека (см.: История религии. В 2 т. Т. 1. С. 48.), издавна привлекала внимание исследователей. К настоящему времени накоплено необъятное море религиоведческой литературы. Поэтому мы освятим лишь некоторые варианты ответа на интересующий нас вопрос. 

Слово «религия» пришло в европейские языки из латинского. Существует несколько версий его происхождения. Впервые оно встречается в трактате Цицерона (106 – 43 гг. до н.э.) «О природе богов». Этот знаменитый римский политик и философ определяет религию как благоговение и почитание человеком высших силбогов (II, 71). Он выводит его от глагола «religere» – вновь собирать, снова обсуждать, опять обдумывать, перечитывать – что в переносном смысле означает «благоговеть» или «относится к чему-либо с особым вниманием, почтением». Цицерон верно отметил одну из характерных черт религии – благоговение. Тем не менее, религиозное отношение человека к богам, Богу или священному нельзя исчерпать одним из чувств. Этим, видимо, объясняется неудовлетворенность мыслителей предложенным объяснением и желание дать иное толкование, более ёмко отражающее суть явления.

Цицероновскую этимологию и объяснение сущности религии оспаривал известный христианский писатель и оратор Лактанций (ум. 330 г.) Он считал, что слово «religio» происходит не от «religere», а от «religare» (связывать, соединять). Поэтому, определяя сущность религии, он пишет: «Будучи связанными сим союзом благочестия, мы находимся в соединении с Богом, от чего получила название и сама религия... Так имя "религия” произошло от союза благочестия, которым Бог соединил с Собою человека...». Итак, религию Лактанций определяет как союз благочестия человека с Богом. Здесь важность живого соединения с Ним духа человека выдвигается на первый план.

Не был доволен тем, как Цицерон объяснил сущность религии, также основатель средневековой философии Запада – Августин Аврелий (354 – 430). Он считал, что в латинском языке нет слова, точно выражающего суть явления. Слово «религия», по его мнению, произошло от глагола «reeligere», т.е. воссоединять. В сочинении «О граде Божием» он писал: «Его-то ища или лучше, вновь отыскивая (от чего, кажется, получила название и религия), мы стремимся к Нему любовью, чтобы, когда достигнем, нам успокоиться». Итак, быть религиозным, по Августину, означает восстанавливать порвавшуюся связь с Богом. Как и Лактанций, он видит сущность религии в связи, в соединении человека с Высшим Началом.

Противоречат ли цицероновское и патристическое предположения объяснения феномена религии друг другу? Скорее всего, они не исключают, а взаимодополняют друг друга. Таким образом, этимология слова «религия», по мнению древних авторов, указывает на следующие два основных его значения: во-первых, религия является  определенным способом связи человека с Высшим Началом, а во-вторых, вытекающим отсюда благоговением и почитанием.

В период западноевропейского средневековья многие разделяли подобное понимание религии. Но акцент был смещен на вероучительный момент. Под религией понималась преимущественно вера или догма, которая определяла ее содержание. Дело в том, что религии откровения, в том числе и христианство, предполагают определенные правила, регламентации, стандарты, ориентируясь на которые, их последователи интерпретируют свой жизненный опыт. Начиная с эпохи раннего средневековья и вплоть до XVIII века главными в религии считались вероучительные вопросы. Под воздействием философии, которая в тот период была авторитетной дисциплиной, на первый план выдвигалась мировоззренческая сторона религии.

С изменением культурной обстановки, связанной со знакомством европейцев с иными несредиземноморскими народами, ломкой прежнего средневекового мировосприятия, рождением новых идейных течений, стали появляться другие определения религии. Исследователи обратили внимание на то обстоятельство, что понятие религии, предполагающее связь с Богом или богами, а также Его или их почитание, является узким. Например, согласно данному понятию, религиями не являются шаманизм и дзен-буддизм. Поэтому философы и богословы, не желающие исключать из религиозной сферы явления, которые, по их мнению, относятся к ней, предлагают иное, более широкое определение религии. В последнем случае это достигается за счет расширенного толкования того, что является Богом или богами.

Данная традиция берет свое начало в Библии. Так, апостол Павел в «Первом послании к Коринфянам», которое является одной из книг второй части Библии – Нового Завета, пишет, что «есть так называемые боги, или на небе, или на земле, – так как есть много богов и господ много», но «мы знаем, что идол в мире ничто, и что нет иного Бога, кроме Единого» (1Кор.8:4,5). В Послании к Колоссянам он дает расширенное понимание идолопоклонства, называя таковыми распутство, безнравственность, страсти, дурные желания, жадность (Кол.3:5).

Западноевропейский реформатор христианства Мартин Лютер (1483 – 1546), основываясь на подобного рода высказываниях, содержащихся во многих местах Священного Писания приходит к выводу, что «лишь доверие и вера сердца могут создать и Бога и идола... Поэтому все, к чему льнет твое сердце..., на что оно полагается, это собственно и есть твой Бог». Как видно, у Лютера человеческий фактор выдвигается на достаточно видное место. Без человека невозможна никакая религия. Поэтому истинная религия – это всегда двухсторонняя связь, образующаяся в результате согласованных действий двух субъектов – Бога, которому принадлежит инициатива, и откликнувшегося на Его призыв человека. Если же человек игнорирует Бога, то он обязательно имеет религию, но только ложную.

Антропоцентрический характер новоевропейской культуры привел к тому, что в исследовании религии человеку стали уделять особую, главенствующую роль. В немалой степени данной тенденции способствовала революция в философии, во многом обязанная Иммануилу Канту (1724 – 1804). Религия, согласно Канту, является регулятивным принципом чистого разума и основой практического разума, нравственности. Она приводит человека к признанию своих обязанностей в виде божественных заповедей, являющихся законами любой свободной воли. Верить в Бога, по Канту, означает не конструировать различные доказательства в пользу Его существования, а просто быть добрым. Таким образом, немецкий философ растворяет религию в морали. Можно, пожалуй, сказать, что, по Канту, религия это связь человека с нравственным законом, а почитание Бога осуществляется в виде неукоснительного исполнения требований практического разума.

Кантовская революция в философии привела к существенному изменению традиционной теологии. Сущность религии стали усматривать не в воле Бога, которого невозможно познать человеческими усилиями, а в особенностях самого человека, его интеллектуальном, волевом и чувственном началах. Под воздействием кантовских «Критик» теология (учение о Боге) стала превращаться в антропологию (учение о человеке) и традиционное понимание религии как связи, поклонения и благоговения перед Богом начинает наполняться новым содержанием. В той или иной степени практически все последующие философы и богословы, независимо от своего отношения к философии и теологии Канта, давали определение религии, ориентируясь на его антропологию.

Фридрих Шлейермахер (1768 – 1834) отличительным признаком религии называл чувство зависимости от бесконечного. Он считал, что непостижимость Бога делает невозможным разговор о религии при помощи теоретического или практического разума. Человек вправе судить лишь о том, что содержится в нем самом, то есть о своем чувстве единения и зависимости от Бесконечного. Таким образом, философия религии может основывается лишь на способности суждения.  В своей знаменитой работе «Речи о религии к образованным людям ее презирающим» он пишет: «Ощущать, что все тождественно в чувстве Движущего нас в его высшем единстве, опосредовать этим все индивидуальное и особенное, а, следовательно, представить нашу жизнь как бытие и жизнь в Боге и через Бога – это и есть религия».

Датский философ и писатель Сёрен Кьеркегор (1813 – 1855) определял религию как предельный интерес. Его мысли в ХХ в. были подхвачены видным христианским мыслителем Паулем Тиллихом (1886 – 1965).

По Тиллиху, религия, в самом широком и фундаментальном смысле слова, – это состояние захваченности предельным интересом, который проявляется во всех творческих функциях человеческого духа. Другие интересы находятся в подчиненном положении к интересу безусловному, предельному. Если они входят с ним в противоречие, то человек обнаруживает готовность пожертвовать любым конечным интересом ради того, что представляется ему наиболее дорогим. Содержание этого интереса одни обозначают словом «Бог», другие – «боги». «В секулярных квазирелигиях, – пишет Тиллих, – в качестве высшего интереса выступают народ, наука, некоторая форма или этап развития общества, высший идеал человечества, которые при этом обожествляются». Наиболее яркими представителями современных квазирелигий мыслитель считал фашизм и коммунизм – системы, которые подняли национальные и социальные интересы до предельного уровня.

Карл Маркс (1818 – 1882) и Фридрих Энгельс (1820 – 1895) отказывались рассматривать религию в качестве самостоятельной сущности. Энгельс видел в ней фантастическое отражение в форме сверхъестественных сил внешних обстоятельств, господствующих над человеком. По Марксу, духовные процессы определяет, прежде всего, способ материального производства, а потому в условиях исчезновения социальных и природных сил, противостоящих человеку, религия должна исчезнуть.

Напротив, Эмиль Дюркгейм (1858 – 1917), один из основателей социологии, доказывал вечность религии. Религия, по мнению Дюркгейма, является важнейшим социальным фактором, благодаря которому люди сплачиваются в единую общность. Солидаризация достигается при помощи разделения мира на профанный или светский, мирской и сакральный, священный. Дюркгейм определял священное как предмет поклонения, источник принуждения и запрета. С его помощью происходит объединение общества, так как люди с благоговением начинают относиться к ценностям, благодаря которым культура обретает способность к существованию. На основе того, что считается священным, строится вся жизнь общества и индивида. Как форма социальности, придающая значение явлениям, на которых основывается культурная жизнь, религия, по Дюркгейму, неотделима от церкви и коллектива.

1_9

Эмиль Дюркгейм (1858 – 1917) – французский социолог-позитивист, основатель французской социологической школы.

В наши дни, отталкиваясь от положений Э. Дюркгейма, екатеринбургский философ  В. Д. Пивоваров видит сущность религии в сакрализации базовых ценностей, на которых зиждется культура. В отличие от своего французского предшественника, он отмечает историческую первичность индивида, вступившего в прямую духовную связь с Богом, и заявляет о вторичности социального аспекта монотеизма.

Для классиков религиоведения Натана Зёдерблома (1866 – 1931) и Рудольфа Отто (1869 – 1937) религия это переживание святого, священного. Р. Отто полагал, что святым является то, что, с одной стороны, увлекает, захватывает человека, а с другой, – вызывает у него благочестивый трепет, чувство совершенной зависимости. Переживание святого присуще всем людям a priori, но, как и любовь, оно не всем знакомо. И как невозможно объяснить, что такое любовь тем, кто не переживал этого, так невозможно адекватно передать сущность священного тем, кто не был им захвачен. В наши дни концепция святого Р. Отто признана классической. Она, в той или иной степени, оказала влияние на всех современных философов религии и ученых-религиоведов.

В настоящее время в религиоведении отсутствует единая, общепризнанная  система взглядов на религию. Известный российский религиовед И.Н. Яблоков выделяет несколько групп концепций, которые он систематизирует по главному объяснительному принципу (см.: Религиоведение. М., 1998). Российский исследователь выделяет следующие основные религиоведческие концепции:

1) теологические (конфессиональные) объяснения, представленные такими исследователями как Н. Зёдерблом (1866 – 1931), Э. Трёльч (18651923), Р. Отто (1869 – 1937), П.А. Флоренский (1882 – 1937), С.Н. Булгаков (1871 – 1944), П.Л. Бергер (р. 1927) и Т. Лукман (р. 1927);

2) философские и социологические концепции, ведущими представителями которых являются М. Вебер (18641920), Э. Дюркгейм (1858 – 1917), Г. Зиммель (1858 – 1918), Т. Парсонс (1902 – 1979), Р.К. Мертон (р. 1910);

3) биологические и психологические интерпретации, представленные именами У. Джеймса (1842 – 1910), В. Дильтя (1833 – 1911), Л. Леви-Брюля (1857 – 1939), З. Фрейда (1856 – 1939), К.Г. Юнга (1875 – 1961), Э. Фромма (1900 – 1980);

4) этнологические теории – Э. Тайлор (1832 – 1917), Дж. Фрэзер (1854 – 1941), Р. Маретт (1866 – 1943), Б. Малиновский (1884 – 1942);

5) мифолого-лингвистические концепции – М. Мюллер (1823 – 1900), К. Леви-Стросс (р. 1908) и др.

Н.И. Яблоков отмечает, что эти теории религии, несмотря на все их отличие друг от друга), взаимосвязаны, оказывают взаимовлияние, заимствуют друг у друга определенные идеи, корректируя их в соответствии с собственными исходными посылками.

СТРУКТУРА РЕЛИГИИ

Попытаемся в различных, порой противоположных определениях религии найти общие черты, вывести такое представление о религии, которое помогло бы нам приступить к изучению её многообразного мира.

Социологом религии Иоахимом Вахом (1898 – 1955) были предложены три формы религиозного самовыражения: (1) теоретические, включающие в себя доктрины, убеждения, мифы и др., (2) практические – культовые действия, и (3) социологические – организации, отношения и власть. Хотя современные религиоведы не пришли к единому определению религии, многие из них считают, что с помощью трех форм религиозного самовыражения можно наиболее полно отразить феномен религии. Одно из достоинств данного подхода состоит в возможности непредвзятого изучения разнообразных религий, избежания религиозных предубеждений и оценочных суждений. Поэтому многие исследователи, отталкиваясь от концепции И. Ваха, качестве отличительных признаков религии называют, во-первых, религиозное сознание и вытекающее из него вероучение. Во-вторых, религиозную (культовую и внекультовую) деятельность, стержнем которой выступает религиозный культ. Третьим элементом религии является религиозная организация.

РЕЛИГИОЗНЫЕ ЦЕННОСТИ И СВОБОДА СОВЕСТИ

Бог как высшая и основная ценность религии. Многие современные исследователи в качестве высшей религиозной ценности называют священное. Опыт священного, как и религиозность в широком смысле слова, присущ всем людям. Однако не все они ассоциируют свои переживания святого с Богом. Среди тех, кто верит в Него, существует разделение, которое проходит по вопросу о Его природе.

Одни считают, что Бог стоит над добром и злом. «Для человека что-то хорошо, что-то плохо, а для Бога все хорошо», — говорил древнегреческий поэт и философ Ксенофан Колофонский (ок. 570–478 до н.э.). Если бы человек поднялся от своей частности, партикулярности ко всеобщему и взглянул бы на все глазами Бога, то тогда он увидел бы, что зла и добра не существует. Все кажущееся злом с точки зрения человека является на самом деле необходимым моментом существования мира. А в связи с тем, что каждое явление мира имеет различные стороны, то объявлять одни из них хорошими, а другие плохим заведомо неверно. Подобные взгляды присущи, как правило, религиям и философам пантеистической ориентации или близких к ней, например, индуизму, платоникам, гегельянцам и т.п.

Пантеисты, как правило, верят, что Вселенная является частью Бога. Она образовалась в результате эманации Его естества. Как вечен Бог, так вечен и мир. Без Бога не было бы мира, и наоборот. Бог является душой мира. Он оживляет мир, космос, как душа — тело. Мир представляет собой ослабленную божественную природу. Поэтому он не так совершенен, как Высшее Начало Мира. Следовательно, если мы недовольны своим окружением, существующий порядок вещей представляется нам несправедливым, то это значит, что в нас есть частичка Божества, которое желает слиться с самим Первоначалом, из которого все произошло. Согласно этой позиции, человеку необходимо осознать, что он — часть Божества и только в единении с ним он может быть счастлив. Поэтому вся наша активность должна быть направлена не на обустройство земного, материального мира, а на достижение мистического опыта единения с Богом. Совершенствование мира в принципе невозможно. Ведь мир необходимо божественен настолько, насколько это позволяет его природа. А законы природы неизменны. Пытаться улучшить мир, с точки зрения большинства пантеистов, бессмысленно еще и потому, что человек в этом случае останавливает свое внимание на вещах второстепенных, не имеющих прямого отношения к человеку, а не главных. Поэтому его счастье будет призрачным, сиюминутным, а не настоящим и непреходящим.

Противоположную точку зрения в вопросе о природе Бога занимает теизм. В отличие от пантеизма, его сторонники признают наличие единого, личного, трансцендентного Абсолюта. Так же, как и в пантеизме, Он выступает высшим объектом человеческих устремлений, т.к. является Источником всякого существования, блага, мудрости и мощи. Лишь в единстве с Высшим Началом человек обретает подлинное счастье.

Представители теизма утверждают, что Бог благ, Он любит добро и ненавидит зло, Им установлены определенные правила и законы, Он желает, чтобы мы вели себя для собственного блага так, а не иначе. С позиции теизма во Вселенной некоторые дела и вещи действительно плохи, и их несовершенство нельзя объяснить необходимостью гармонии целого. Отсюда следует, что благой Бог и плохой мир — это не одно и то же.

Мир в теизме не является продолжением Божества, продуктом Его эволюции или эманации. В этом смысле между миром и Богом существует непереходимая пропасть. Они абсолютно иноприродны друг другу. Бог является первой и последней причиной всего сущего. И как таковой, Он также и причина Самого Себя. В отличие от всего иного Бог существует в силу необходимости Самого Себя, своей собственной сущности. Существование же мира никакой необходимостью не продиктовано. Бог творит мир свободно, даруя всему бытие как безвозмездный дар. Это подобно тому, как художник создает свое произведение. И как произведение хранит в себе душу, мысли, переживания создателя, так и мир несет на себе печать красоты, блага и величия Бога.

Однако, согласно теизму, часть творения свернула с пути, предназначенного Всевышним, и утратила свое совершенство. Поэтому задача человека состоит в том, чтобы вернуться к Богу, восстановить с Его помощью свою падшую природу и природу мира. Этой цели и служат установленные Творцом основные ценности и требования. Они задают основные ориентиры, посредством которых личность может самоопределиться, направить свою волю в нужное русло. Их значимость, важность не одинакова. Мир, сотворенный Богом, имеет различную степень ценности. Иерархию благ венчает Сам Бог. И если разумное существо избирает взамен блага большего блага меньшее, то он удаляется от Бога. Таким образом, высшие ценности приобщают человека к Богу, а низшие, наоборот, отвращают. Иначе: посредством высших ценностей человек получает возможность трансценденции, выходит за рамки своей ограниченности, а обращаясь к низшим, он погружается в обыденность, суету, обрекает себя на духовное прозябание в потаканиях плоти.

Как правило, в теизме утверждается, что для общения с Богом, для приближения к Нему не нужно погружаться в экстатические состояния, переживать мистический опыт, бежать от материального мира с его проблемами и лишениями. Ведь если мир является не ослабленной частью Божества, а сотворен Им, то он имеет определенную ценность и самостоятельность. Следовательно, о нем, о себе, своей семье, своем государстве, обществе и т.п. необходимо заботиться. Зло заключается не столько в сотворенном Богом мире, сколько в неверном выборе разумных существ. Поэтому, с точки зрения мировых теистических религий (прежде всего — христианства), необходимо, прежде всего, творить Его волю, выраженную в законе, цель которого — любовь, соединяющая людей с Богом и друг другом.

Религиозная ценность свободы мысли, совести, религии и убеждений. Приобщение к Богу, согласно христианству, исламу и др. религиям, возможно лишь в акте свободного духовного напряжения, которое рождается из веры. Поэтому к важнейшим религиозным ценностям следует отнести свободу.

Свобода мысли, совести, религии и убеждений является одним из фундаментальных прав человека в духовной области. Обычно под этим правом подразумевается право человека на независимость внутренней духовной жизни и возможность самому определять свои убеждения. Или же право человека иметь (выбирать и менять) любую религию или не исповедовать никакой.

Необходимость свободы мысли, совести, религии и убеждений продиктована самой жизнью. В своей деятельности человек не может не совершать выбор. В этом заключается его свобода. Хотя мы способны сделать свободный выбор, однако мы не обладаем абсолютной свободой, т.к. живем среди сил и ценностей, которые мы не выбирали, но с которыми связаны. Человеку невозможно уйти от акта ценностного предпочтения. В этом смысле свобода выбора, писал М. Шелер, у нас заключается лишь в избрании из множества ценностей хорошей и разумной или плохой, противной разуму идеи абсолютного. Итак, свобода человека обусловлена. Человеческая свобода — это свобода в зависимости. С этим согласны практически все европейские богословы и философы. Многие из них развивали эту тему, актуальность которой не перестает быть меньше.

В условиях отсутствия прямого давления, непререкаемого авторитета, человек может сам, по достижении способности и желания мыслить, самостоятельно, из множества ценностей выбирать себе те, которые ему представляются верными или приходятся по вкусу. Эти ценности ведут между собой в ментальности индивида или диалог, или войну. Можно сказать, что они являются нашими богами, если мы отводим им в своей жизни самое почетное место. Это может быть не только Творец, которого человек легко заменяет идолом, оправдывая верой в него стремление насильственно оградить других людей от заблуждений, фанатизм, нетерпимость, злодеяния. Богами становимся для нас и мы сами, становятся богами и наши желания, ценности культуры, государство, нация, человечество и так далее. В этих условиях свобода мысли, совести, религии и убеждений могут воспрепятствовать как закостенелости человека в собственных предрассудках, так и насильственному внедрению каких-либо взглядов, идеологий.

В условиях свободы человек может расстаться с каким-либо предрассудком, но, утратив заблуждение, он не обязательно сможет прийти к истине. Ведь свобода — это всегда риск. Поэтому она опасна. Она не является гарантией нахождения правильных ответов. Она лишь создает пространство поиска, где можно увидеть правду жизни, отыскав для этого надежную точку зрения, а можно и погибнуть, утомившись от бесконечного хождения по зыбкой почве различных мнений, идей, гипотез. Открытость мысли, совести, решимость изменить свои убеждения, если они не выдерживают критики, — это условия, без которых настоящее, подлинное существование человека невозможно.

Для верующего человека, конечно, плохо, когда люди в условиях свободы становятся неверующими, атеистами или агностиками. Однако «когда свобода ограничена и не защищается, добровольность любви и веры становится невозможной», — пишет кембриджский пастор Рой Клеменс. А без свободной любви и веры человек никогда не сможет прийти к истинному Богу. Поэтому, с точки зрения христианина, конечно же, плохо, когда люди не верят в Бога, но намного хуже, когда храмы полны, а сердца людей пусты или наполнены страхом.

Дефицит терпимости, ненасилия, любви и свободы в первой половине ХХ века, богатого небывалыми войнами, разрывом традиционных связей между людьми, привел к повышенному вниманию к этим понятиям со стороны богословов, религиозных философов и писателей. Так, тема любви была сквозной в творчестве К.С. Льюиса. По его мнению, благодаря принимаемому и отдаваемому милосердию человек может обрести уверенность и душевный покой. Без любви высокие требования, предъявляемые к самому себе, делают невозможным приятие себя таковым, каким ты есть. Человек начинает ненавидеть не только грех, но еще больше грешника. В свою очередь недовольство собой приводит к недовольству своими ближними. Ведь той мерой, какой мы себя мерим, мы мерим и других людей. Таким образом, без любви человек становится нетерпим и себе и своему окружению. Религиозный порыв лишь усиливает озлобленность.

В средние века полагали, что человека можно силой заставить сделать правильный выбор. Как показала история, подобный подход оборачивается негативными последствиями, которые нашли свое выражение в преследовании инакомыслящих, религиозных войнах, нравственном разложении самих верующих. Бесчеловечные эксцессы христианского прошлого и настоящего являются яркими примерами измены религиозным заповедям. В христианстве богоподобие человека проявляется, в частности, в даре свободы. Бог подарил человеку свободу, и только подлинно свободные приходят к подлинному Богу. Заставить человека верить — значит заставить поклоняться лже-богам. «Всевышний обращает к вере умы доводами, а сердце благодатью, ибо оружие Его — кротость. Но обращать умы и сердца силой и угрозами — значит наполнять их не верой, а ужасом», — писал знаменитый ученый и философ Б. Паскаль. Итак, с точки зрения христианского учения, принятие Бога должно быть актом свободной воли. Об этом же учат и другие мировые религии.

О том, что попытки насильственно осчастливить людей приводят к негативным результатам, свидетельствует опыт советского периода нашей истории. Фанатизм, нетерпимость к инакомыслию, культ вождей, ликвидация целых слоев населения, преследование науки и т.п. не только повторяют худшее из средневековья, но и превосходят его.

Злодеяния, которые творят и верующие, и атеисты, показывают, что источник зла заключен не в религии в узком ее понимании. Он сокрыт в самой сущности человека, которая не сводится лишь к общественным отношениям. Осознание самих себя, идей и ценностей, которыми мы руководствуемся в своей жизни, способствует освобождению от необходимости слепо следовать предписаниям природной и социальной необходимости. Свобода создает возможность изменения самих себя в лучшую сторону. Любовь к ней препятствует развитию индивидуальной и социальной тирании.

Философы и психологи ХХ столетия в процессе анализа исторического опыта фашистской и советской диктатур пришли к выводу, что они основываются на двух разнородных элементах. В своей знаменитой книге «Бегство от свободы» Э. Фромм писал, что, с одной стороны, тирания рождается из страха и нежелания людей пользоваться своим разумом, нести ответственность за свою жизнь, которая связана с необходимостью принимать решения, идти на риск, проявлять инициативу. Люди предпочитают подчиниться воле вождя, переложив бремя свободы на его плечи. С другой стороны, все виды несвободы прикрываются извечным и оправданным стремлением человеческого духа обрести высшую истину, смысл бытия. Однако, как учит исторический опыт, бегство от свободы не приводит человека к истине и подлинному счастью. На это еще в XIX веке пророчески указывал великий христианский гуманист Ф.М. Достоевский. В «Великом Инквизиторе» писатель прекрасно изобразил опасность отказа от дара свободы и связанного с ним насильственного утверждения каких-либо идей во имя высоких целей, желания осчастливить человечество. Заложенное в человеке стремление поклоняться истине приводит к поклонению лжи, если человек не желает нести бремя свободы и отдает его кому-то другому.


 

А также другие работы, которые могут Вас заинтересовать

58552. Урок математики і вимоги до нього 92 KB
  Підготовка вчителя до уроку вибір методів засобів і форм організації діяльності учнів. Особливості уроку математики в початковій школі Основною формою організації навчальної роботи з математики як і з інших предметів є урок. Особливості уроку математики обумовлені перш за все особливостями самого навчального предмета.
58554. Время. Единицы времени 61 KB
  Цели урока: Создать условия для формирования понятий: Время Единицы времени. Способствовать развитию навыков перевода из одних единиц времени в другие. Какие знаете вы Нет времени.
58555. Веселый урок математики 49.5 KB
  Ведущий: Ребята Сегодня у нас урок занимательной математики. Ведущий: Первого греческого ученого который начал рассуждать о математике звали Фалес. Ведущий: Ребята давайте поиграем в занимательную игру. Ведущий: №1.
58556. Способ сложения столбиком 47 KB
  Кто не сделал ни одной ошибки поставьте на полях Для чего мы выполняли эту работу Что общего в тематике этих задач Как мы должны относиться к животным Кому хочется больше узнать о животных Можно взять вот такие книги в библиотеке или почитать в читальном зале...
58557. Образование числа 7 55 KB
  Цель: образовательная: познакомить с образованием числа 7 и его составом из двух меньших; формировать навыки вычисления; продолжать учить решать задачи на нахождение суммы, разности двух чисел, составлять задачи по схемам, выражениям...
58558. Закрепление изученного материала по теме «Нумерация чисел больше 1000» 55 KB
  Цели: образовательные: закрепление знаний по нумерации чисел больше 1000; развивающие: развитие словесно-логического мышления, памяти, произвольного внимания, математической речи...
58559. Решение задач. Сказочный задачник по технологии ТРИЗ 49.5 KB
  Очень важно выложить задачу четко по предложениям. Необходимо отметить почему данный текст является задачей в задаче есть условие вопрос Так как мы решаем сказочную задачу замечаем почему данная задача называется сказочной в условии говорится о сказочном предмете совершается волшебство.
58560. Додавання і віднімання числа 7 із переходом через десяток. Складання і розв’язування задач за схематичними записами їх умов 43 KB
  МЕТА: Закріплювати вміння додавати і віднімати число 7 із переходом через десяток; учити учнів користуватися переставною властивістю при додаванні 57; вчити розв’язувати задачі за схематичними записами їх умов...