14487

Внешнеполитические интересы США в АТР

Доклад

Международные отношения

Внешнеполитические интересы США в АТР Современная внешняя политика Соединенных Штатов сориентирована в двух основных направлениях – €œатлантическом€ Европейский регион и €œтихоокеанском€ АзиатскоТихоокеанский мегарегион. Параллельно с традиционными €œатлант...

Русский

2013-06-06

28.8 KB

60 чел.

Внешнеполитические интересы США в АТР

Современная внешняя политика Соединенных Штатов сориентирована в двух основных направлениях – “атлантическом” (Европейский регион) и “тихоокеанском” (Азиатско-Тихоокеанский мегарегион). Параллельно с традиционными “атлантическими” приоритетами в последние десятилетия ХХ века стали набирать силу тихоокеанские интересы США, заставляя аналитиков ставить вопрос об изменении американской стратегии в ХХI веке. Для российского Дальнего Востока перенос американских приоритетов на Тихий океан потенциально может означать привлечение к нему большего, чем в настоящее время, внимания Соединенных Штатов.

Современные американские политические теоретики и практики признают, что именно от процессов, происходящих в Азиатско-Тихоокеанском регионе, зависит будущее США или, как это сформулировал профессор политологии университета штата Индиана Дж. Хаусман: “Судьба Америки будет складываться преимущественно под влиянием событий, происходящих в странах Тихоокеанского кольца”. Не менее очевидным признается также тот факт, что перспективы АТР находятся в прямой зависимости от заинтересованности и деятельности в нем США. По мнению З. Бжезинского, “успехи Тихоокеанского региона потребуют американского присутствия и руководства”.

Интеграционные процессы в Азиатско-Тихоокеанском регионе протекали в 1990-е гг., равно как и в настоящее время, весьма неравномерно, поскольку уровень развития экономик входящих в него государств неодинаков.

В 1990-е гг. значимость Азиатско-Тихоокеанского региона для американской внешней политики уже не требовала каких-то специальных (типа доклада “Mandate III”) доказательств. Соединенные Штаты прочно занимали лидирующие экономические позиции в регионе, перспектива сохранения которых ни у кого не вызывала сомнений. По мнению американских экспертов из Центра национальной безопасности (штат Миссисипи), высказанному в начале 1990-х гг., “действуя в Тихоокеанском бассейне, Америка останется главным рынком для азиатского экспорта и гарантом безопасного крупномасштабного инвестирования для Японии, НИС и других стран региона. Растущие американские сервисные отрасли, вероятно, найдут здесь рынок сбыта, а международное движение капитала и технологий будет усиливать значение США среди союзников и друзей в регионе”.

Представители администрации Б. Клинтона, сменившего Дж. Буша на посту президента, вполне осознавали роль АТР в системе национальных интересов. Так, выступая в ноябре 1993 г. на слушаниях Комитета по международным отношениям сената США, государственный секретарь У. Кристофер провозгласил, что “ни один регион в мире не имеет большего значения для американских интересов, чем Азиатско-Тихоокеанский регион”.

В опубликованном в 1994 г. документе ”Стратегия национальной безопасности США” наряду с другими жизненно важными приоритетами подтверждалось экономическое значение АТР для Америки. “Наши экономические отношения в значительной степени зависят от связей с Азиатско-Тихоокеанским регионом, в котором в настоящее время отмечается наибольший экономический рост”.

Администрация Б. Клинтона продолжила основные направления внешней политики Дж. Буша прежде всего в отношении АТЭС и “Тихоокеанского сообщества”. Так, наиболее “амбициозной” региональной инициативой, предпринятой новой администрацией, стало укрепление и поощрение форума по Азиатско-Тихоокеанскому экономическому сотрудничеству (АТЭС – APEC). По заявлению Б. Клинтона на саммите APEC в г. Сиэтле в 1993 г., миссия этой организации состоит не в том, чтобы создавать бюрократию, которая может препятствовать росту экономики, но в том, чтобы помочь создавать взаимосвязи между экономиками и содействовать экономическому росту”. 

Значительную поддержку со стороны правительства США получила идея “Тихоокеанского сообщества”. В июле 1993 г., выступая в университете Васэдо в Токио, Б. Клинтон обрисовал общую концепцию Pacific Community, включавшую в себя экономические, политические и военно-стратегические аспекты. По его мнению, новая общность должна строиться на пяти “блоках” и включать в себя: “оживление партнерства между США и Японией”; “прогресс в направлении большей открытости экономик и расширения торговли”; “подтверждение и продолжение осуществления обязательств Соединенных Штатов в отношении договоров с их союзниками”; “поддержка демократии” и “осуществление военного присутствия США в Японии и Корее и во всем регионе”. Немного позже в одном из официальных документов США (“Стратегия национальной безопасности США за 1994 г.) было подтверждено, что “президент США предусматривает проведение интегрированной стратегии в рамках нового Тихоокеанского сообщества”.

“Интегрированная стратегия” в рамках Тихоокеанского сообщества вполне соотносилась с новой американской внешнеполитической доктриной, принятой администрацией Клинтона в 1995 г., – “стратегией расширения” (Strategy of Enlargement), которая предполагала ”расширение свободного мирового сообщества рыночных демократий”. По заявлению автора этой концепции – советника президента Энтони Лэйка, “осуществление “enlargement” в Азиатско-Тихоокеанском регионе стратегически важно для Соединенных Штатов”. Развитие рыночных экономик и либеральных демократий в странах АТР в соответствии с политикой расширения становилось основой для дальнейшего развертывания региональных интеграционных и институциализационных процессов, предусмотренных концепцией "Тихоокеанского сообщества".

Доминирующее экономическое положение Соединенных Штатов в Тихоокеанском бассейне в свою очередь определяло их потребность в региональной военно-политической стабильности и безопасности. Резко возросшие в 1980–90е гг. экономические интересы США в АТР (Восточной Азии) достаточно надежно обеспечивались высокой конкурентоспособностью американского бизнеса по отношению к японскому, южнокорейскому, тайваньскому и западноевропейскому. По мнению А. Богатурова, “военная сила в этих условиях необходима скорее как гарантия против гипотетических угроз со стороны региональных “дебютантов” – КНР, а может быть в перспективе и России – для выгодной Соединенным Штатам системы свободной экономической конкуренции, медленно, но неуклонно развивающейся в мощный азиатско-тихоокеанский интеграционный комплекс”.

Для администрации президента Дж. Буша значение Тихоокеанского региона в плане безопасности США не вызывало никаких сомнений. Госсекретарь США Дж. Бейкер, прогнозируя будущее своей страны, заявил: “Судьба Америки, тесно связанная с Восточной Азией и Тихим океаном нашей безопасностью, безусловно, зависит от стабильности в Азии”. В соответствии со стратегической концепцией администрации Дж. Буша Соединенные Штаты должны были играть в Азиатско-Тихоокеанском регионе роль балансира (стабилизатора отношений), что на практике означало, главным образом, узаконивание продолжавшегося присутствия вооруженных сил США.

Необходимость стабилизации региональных отношений была вызвана, наряду с усилением позиций КНР, “выпадением” из их системы традиционных функций Советского Союза как военного противника и противовеса США на Тихом океане. Америке, в свою очередь, пришлось в качестве “стабилизатора” трансформировать свое военное присутствие в АТР, что предполагало количественное и качественное изменение вооруженных сил США.

Роль Соединенных Штатов в АТР в качестве “балансира”-стабилизатора отразилась в планах американского министерства обороны, представившего в 1990 г. конгрессу доклад “Стратегические ориентиры для Азиатско-Тихоокеанского кольца: вступая в ХХI век”. Это была первая “восточно-азиатская стратегическая инициатива” (East-Asian Strategic Initiative EASI1), свидетельствовавшая о том, что США готовы пересмотреть свою военную стратегию в АТР после окончания “холодной войны”. План Пентагона предусматривал сокращения и реорганизацию американских вооруженных сил, осуществляемые в три этапа.

Главным содержанием новой американской стратегии в АТР политическая и военная элиты провозгласили “гибкость” (flexibility), поскольку количественное сокращение вооруженных сил следовало компенсировать их качественным улучшением. По заявлению американского адмирала Е. Бэйкера, “гибкость будет решающим элементом в оборонной политике США в 1990е гг.” Под ней подразумевалась способность США перебрасывать силы на большие расстояния, способность эффективно ответить на любые неожиданности, а также выгодный баланс сил, обеспечение развертывания передовых сил, эффективная и “вызывающая доверие” система альянсов.

В условиях сокращения вооруженных сил США и снижения их военных расходов особое значение придавалось повышению роли азиатских союзников Америки в смысле усиления самостоятельности и боеспособности последних. По мнению того же Бэйкера, “поскольку Соединенные Штаты не могут адекватно защищать свои интересы только своими силами, то их в настоящее время поддерживают наземные и воздушные силы Японии, республики Кореи, Филиппин, а также военно-морские боевые группы и силы морских амфибий в западной части Тихого океана”.

В 1992 г. Пентагон разработал очередной стратегический план до 1995 г. военного присутствия США в АТР – East Asia Strategy Initiative – EASIII. Он напомнил, что из себя представляют интересы безопасности США в Азии и в чем состоит основная миссия американских вооруженных сил: защита США и их союзников от нападения; поддержание регионального мира и стабильности, сохранение экономического и политического доступа США в регион; содействие росту демократии и прав человека, защита Аляски, Гавайев и связующих их с континентальными Соединенными Штатами линий коммуникаций, защита территорий США и тех стран, с которыми заключены соответствующие договоры, а также поддержка американских союзников. В этом документе исчерпывающим образом указаны военно-политические интересы и позиции США в Азиатско-Тихоокеанском регионе на 1990е гг. Фактически они не отличались от тех, что были ранее заявлены американским правительством.

Администрация президента Б. Клинтона продолжила курс Дж. Буша на реорганизацию вооруженных сил США на Тихом океане. К тому времени Россия перестала быть военно-политическим противником Соединенных Штатов, что способствовало дальнейшему осуществлению их оборонной “экономии” в АТР. Однако несмотря на сокращение тихоокеанских вооруженных сил и военных расходов США, идея “достаточного” американского военного присутствия в регионе оставалась неизменной. Американские союзники – Япония, Южная Корея и Тайвань – активно поддерживали данную идею. Так, в июне 1993 г. США выдвинули военную доктрину, основанную на принципе победы в одном региональном конфликте и сдерживании другого до подхода сил, высвобожденных после окончания первого конфликта (Win-Hold-Win). Однако уже в июле 1993 г. под давлением Японии и Южной Кореи США заявили о переходе к стратегии победы в двух конфликтах одновременно (Win-Win).

В феврале 1995 г. администрация Б. Клинтона представила на рассмотрение конгресса третий доклад EASIIII, который продолжил ранее намеченную линию на сокращение, “гибкость” и экономию. В соответствии с ним “вооруженные силы Соединенных Штатов должны были стать “более мобильными, гибкими и умными, даже в случае их сокращения и снижения бюджетных ассигнований”. Так, в течение первых 5 лет правления администрации президента Б. Клинтона бюджет только на программы противоракетной обороны был урезан более чем на 50% и составил в 1998 г. 18 млрд долл. по сравнению с 39 млрд долл. при президенте Дж. Буше-старшем. Фактически на протяжении 1990х гг. американское правительство решало проблему, как, не увеличивая расходов на оборону в Тихом океане, обеспечить высокую боеспособность своих вооруженных сил, а также поддержать стабильность и сложившийся порядок в регионе.

Процесс сокращения военных расходов и реорганизации американских тихоокеанских вооруженных сил в 1990е гг. вызвал неоднозначную оценку как в США, так и в странах их союзниках. Многие политики и исследователи высказывали озабоченность в связи с ограничением военного присутствия США в АТР, ставя вопрос о том, смогут ли Соединенные Штаты, “с точки зрения снижающейся роли своего “гегемонистского сотрудничества”, обеспечить основу регионального порядка на Тихом океане после холодной войны. Высказывались рекомендации не сокращать форсированно вооруженные силы на Тихом океане и тем более не покидать регион. Бывший министр обороны Джеймс Шлезингер (James Schlesinger) (1973–1974 гг.) утверждал, что “несмотря на то, что в Восточной Азии, так же как и в Западной Европе, фокус переместился со стратегических на экономические вопросы, вооруженные силы США в Восточной Азии не могут быть сокращены так же быстро, как и в Европе”.

В 1990е гг. США превратились в единственного лидера и “невольного” гегемона Азиатско-Тихоокеанского региона в военно-политическом отношении. Их господствующее положение оказалось не столько результатом наращивания военно-политических усилий, сколько следствием неспособности потенциальных соперников Вашингтона реально уравновесить американское могущество. США были объективно заинтересованы в сохранении сложившейся в 1990е гг. ситуации в АТР, поскольку впервые в послевоенное время здесь у них не оказалось реальных военно-политических соперников. В свою очередь для многих стран АТР, включая Японию, но исключая КНР, Соединенные Штаты являлись наиболее удобным, если не единственно-возможным на тот момент, союзником, партнером и гарантом безопасности. Многие политики в АТР против нарушения сложившегося статус-кво, поскольку другие державы не вызывают у них аналогичного доверия. Рабочие отношения с Вашингтоном далеки от идиллических, но само наличие таковых – следствие тесного взаимодействия и переплетения интересов.

Американская стратегия 1990-х гг., направленная на сохранение лидерства США в АТР, равно как и стабильности последнего, получила свое продолжение в новом веке. Администрация Дж. Буша-младшего сформулировала свою позицию по отношению к основным региональным акторам – России и Китаю, без конструктивного взаимодействия с которыми невозможно поддержание стабильности. Американское правительство оценило их как “трансформирующиеся” страны, требующие гибкого подхода. По словам государственного секретаря К. Пауэлла (2001 г.), “мы будем работать с ними не как с потенциальными врагами и не как с противниками, но пока и не как со стратегическими партнерами, а как со странами, которые ищут свой путь. У нас будут сферы согласия и сферы расхождений, и мы будем обсуждать их рациональными способами”

Таким образом, тихоокеанская политика Соединенных Штатов развивалась на протяжении всей второй половины ХХ века в соответствии с логикой биполярного и постбиполярного мира, с учетом особенностей системы региональных отношений, а также собственных американских интересов в АТР. Особое внимание к Тихоокеанскому региону США проявили в 1980–90е гг. в связи с его превращением в новый мировой экономический, а в перспективе и политический центр.

Если экономические взаимоотношения США с Тихоокеанским ареалом осуществлялись вне значимости для них СССР/России, то американское (и советское) военно-политическое присутствие в регионе подчинялось процессу глобального противостояния двух держав. Наивысший уровень американской милитаризации Тихого океана пришелся на 1980е гг. – последний период “холодной войны”, после чего в условиях распада СССР и биполярной системы миропорядка началось сокращение и реорганизация вооруженных сил США. В 1990е гг. тихоокеанская политика Соединенных Штатов была направлена на поддержание стабильности и сохранение выгодной для них системы сложившихся отношений в регионе. С большой долей уверенности можно предположить, что и в ХХI веке политика США в АТР будет направлена на поддержание региональной стабильности и обеспечение собственной безопасности и безопасности своих союзников.

В Стратегии национальной безопасности 2006 г. США названы тихоокеанской нацией с всесторонними интересами в Восточной и Юго-Восточной Азии. Стратегические цели Соединённых Штатов в этом регионе стабильны на протяжении полутора веков.

Эти цели следующие: 1) неограниченный экономический доступ к региону, 2) свобода мореплавания и защищённость международных коммуникаций, 3) предотвращение кризисных ситуаций и терроризма. Следует признать, что они отвечают интересам не только США, и в данном случае Соединённые Штаты, реализуя свои национальные интересы, работают на поддержание региональной стабильности в целом.

С другой стороны, США выступают в АТР в облике супердержавы, ставшим для них в этом регионе привычным за полтора столетия активной политики. На первом плане для США в АТР задача, которая является региональным воплощением их глобальной стратегической установки: не допустить появление в регионе другой доминирующей державы или коалиции.

4 января 2008 г.

«Лос-Анджелес таймс» писала: «Сама идея о том, что китайская модель одерживает свои победы благодаря материальным успехам страны, делает эту политико-экономическую модель привлекательной альтернативой либерально-демократическому капитализму». Поэтому окончание холодной войны в Европе не имело значения для изменения стратегии США в АТР, изменилось только имя главного противника – не СССР, а КНР.

Политика США в Азиатско-Тихоокеанском регионе осуществляется по следующим основным направлениям:
 - во-первых, укрепление связей с традиционными союзниками – Японией, Южной Кореей, Филиппинами, Таиландом, Австралией.
Со всеми этими государствами заключены двусторонние договоры, включающие взаимные обязательства о поддержке при обороне и отражении военной угрозы.
Главным союзником США в регионе является Япония. Это объясняется как географическим положением Японских островов, играющих роль «непотопляемого авианосца» США, так и наличием общего противника – Китая. Военная доктрина Япония, принятая в 2004 г., впервые за послевоенный период официально называет Китай потенциальным противником;
 - во-вторых, сохранение и укрепление собственного военного присутствия в регионе.
«Тихоокеанское командование» - крупнейшее в Америке. Группировка включает 300 тысяч человек и более 100 боевых кораблей. На военных базах США в регионе размещено ядерное оружие.
Укрепляя отношения с союзниками и сохраняя в полном объёме военное присутствие в АТР, США стремятся таким образом осуществить «военное сдерживание» Китая. Однако это не значит, что Вашингтон намерен доводить дело до прямой военной конфронтации. Военное сдерживание США сочетают с развитием сотрудничества в экономической и политической сферах: без сотрудничества с КНР невозможно поддерживать стабильность в регионе, есть совпадение интересов в борьбе с терроризмом, наркобизнесом, распространением ядерного оружия.
Китай – крупнейший торговый партнёр США и крупнейший держатель американских ценных бумаг на сумму свыше триллиона долларов . Как отмечал генерал, а позднее дипломат Колин Пауэлл, «Китай, хотя и является потенциальным противником, но всё-таки прежде всего торговый партнёр Америки, а вовсе не смертельный враг».
У Китая также есть потребность во взаимодействии с США, заинтересованность в их материальных, интеллектуальных, технологических ресурсах. Китай никогда не согласится с претензиями США на мировую гегемонию или на мировое лидерство, однако сегодня во главу угла Пекин прагматично ставит интересы экономического развития и отсюда сдержанность в отношениях с Вашингтоном.
Понимание взаимозависимости и параллельных интересов двух стран в проблемах глобального характера приводят КНР и США к поиску взаимоприемлемых, порой болезненных для национальных элит, но рационально неизбежных компромиссов. Очевидно, что в краткосрочной и даже среднесрочной перспективе изменения в этом отношении маловероятны, но вряд ли это можно сказать о перспективе долгосрочной


 

А также другие работы, которые могут Вас заинтересовать

28178. Тепловое излучение тел и его законы. Ультрафиолетовая катастрофа. Формула Планка 102 KB
  Отличительной чертой теплового излучения является то что оно возникает за счет внутренней энергии тела. Тепловое излучение имеет сплошной спектр положение максимума в спектральной кривой излучения зависит от температуры. При полном термодинамическом равновесии все части системы имеют одинаковую температуру и энергия теплового излучения испускаемого каждым телом компенсируется энергией поглощаемого этим телом теплового излучения других тел. Спектр равновесного излучения не зависит от природы вещества.
28179. Фотоэффект. Основные законы внешнего фотоэффекта. Уравнение Эйнштейна. Внутренний фотоэффект. Фотоэлементы и их применение 87.5 KB
  Фотоэффект. Основные законы внешнего фотоэффекта. Внутренний фотоэффект. Явление вырывания электронов с поверхности вещества под действием электромагнитного излучения называется внешним фотоэффектом.
28180. Поглощение (абсорбция) света веществом. Закон Бугера. Элементарная квантовая теория излучения и поглощения света. Спонтанные и вынужденные переходы. Коэффициенты Эйнштейна. Условие усиления света 165 KB
  Элементарная квантовая теория излучения и поглощения света. Условие усиления света Под действием электромагнитного поля световой волны проходящей через вещество возникают колебания электронов среды с чем связано уменьшение энергии излучения затрачиваемой на возбуждение колебаний электронов. Частично эта энергия восполняется в результате излучения электронами вторичных волн частично она может преобразовываться в другие виды энергии. Действительно опытным путем установлено а затем и теоретически доказано Бугéром что интенсивность...
28181. Лазеры. Принципиальная схема лазера. Основные структурные элементы лазера и их назначение. Типы лазеров. Основные характеристики лазеров 181 KB
  Каждому радиационному переходу между энергетическими уровнями и в спектре соответствует спектральная линия характеризующаяся частотой и некоторой энергетической характеристикой излучения испущенного для спектров испускания поглощенного для спектров поглощения или рассеянного для спектров рассеяния атомной системой. При этом распространение излучения в среде обязательно сопровождается уменьшением его интенсивности – выполняется закон Бугера где – интенсивность излучения вошедшего в вещество d – толщина слоя – коэффициент...
28182. Оптика движущихся сред. Эффект Доплера. Поперечный и продольный эффект Доплера 194 KB
  Он гласит: все физические законы независимы инвариантны по отношению к выбору инерциальной системы отсчёта. Это означает что уравнения выражающие законы физики имеют одинаковую форму во всех инерциальных системах отсчёта. Поэтому на основе любых физических экспериментов нельзя выбрать из множества инерциальных систем отсчёта какуюто главную абсолютную систему отсчёта обладающую какимилибо качественными отличиями от других инерциальных систем отсчёта. Она одинакова во всех направлениях в пространстве и во всех инерциальных системах...
28183. Поляризация света. Способы получения поляризованного света. Закон Малюса. Поляризационные призмы 238.5 KB
  Явление поляризации света было открыто Эразмусом Бартолинусом, датским учёным, в 1669 году. В своих опытах Бартолинус использовал кристаллы исландского шпата, имеющие форму ромбоэдра. Если на такой кристалл падает узкий пучок света, то, преломляясь
28184. Распространение света в изотропных средах. Отражение и преломление света на границе между диэлектриками. Основные законы геометрической оптики. Формулы Френеля 146 KB
  При этом падающий отражённый и преломленный лучи лежат в одной плоскости с перпендикуляром восстановленным к границе раздела сред в точке падения О. Углы соответственно углы падения отражения преломления волн. Амплитуду падающей волны разложим на составляющие Ер параллельную плоскости падения и Еs перпендикулярную плоскости падения. Для составляющих вектора Е перпендикулярных плоскости падения рисунок 3 выполняются условия в которых индексы при Е и p при Н опущены: .
28185. Линза как оптическая система. Аберрации линз 126 KB
  На рисунке 1 введены обозначения: a1 – расстояние от вершины первой преломляющей поверхности до осевой точки A предмета; a´1 – расстояние от вершины первой преломляющей поверхности до изображения A´ получаемого после преломления на ней; a2 – расстояние от вершины второй преломляющей поверхности до точки A´; a´2 – расстояние от вершины второй преломляющей поверхности до изображения A´´ построенного линзой. Для любой центрированной оптической системы выполняется условие Лагранжа – Гельмгольца: ...
28186. Интерференция света. Условия возникновения стационарной интерференции света. Интерференционные схемы с делением волн по фронту (опыт Юнга, зеркало Ллойда, бизеркало Френеля, бипризма Френеля). Влияние размеров источника на интерференционную картину. Усло 159 KB
  Интерференционные схемы с делением волн по фронту опыт Юнга зеркало Ллойда бизеркало Френеля бипризма Френеля. Пусть в точках А и В рисунок 1 находятся два монохроматических источника волны от которых доходят до точки наблюдения С. Взаимное усиление или ослабление двух или большего числа волн при их наложении друг на друга при одновременном распространении в пространстве называется интерференцией волн. Интерференционная картина ИК распределение интенсивностей в области волнового поля где волны налагаются друг на друга.