1544

Экономические концепции. Предшественники: меркантилисты и физиократы

Контрольная

Экономическая теория и математическое моделирование

Предшественники: меркантилисты и физиократы. Экономическое учение А. Смита (1723 – 1790). К. Маркс как исследователь. Основы маржинализма. Дж. М. Кейнс. Возникновение кейнсианства. Монетаристы и неоклассики.

Русский

2013-01-06

104 KB

7 чел.

Предшественники: меркантилисты и физиократы

Первая школа буржуазной экономической мысли – меркантилизм.

В XVXVI вв. в Европе происходят первые качественные изменения в экономической мысли: начался долгий путь поиска источников богатства, а именно капиталистического богатства, воплощенного в прибыли. Это было довольно бурное время, которое совершенно справедливо называется эпохой первоначального накопления капитала. Это время торговой и политической экспансии европейских государств, великих географических открытий, бурного развития мировой торговли…

Буржуазия, которая совсем недавно считалась третьим сословием, «подлым классом», выходит на передовые позиции не только в экономике, но и в политике.

События и явления того времени адекватно отражались молодой буржуазной экономической наукой. Европейские меркантилисты (от французского «mercantile» – торговый) не были профессиональными учеными. Это – купцы, промышленники, воины, авантюристы. Но они точно отражали те способы, с помощью которых возникали первые крупные буржуазные состояния: торговля, кредит и война.

В деньгах, в золоте и серебре, видели в то время цель экономической деятельности. Люди буквально «гибли за металл».

В различные периоды денежные накопления осуществлялись разными способами. В XVXVI вв. большие надежды возлагались на административное решение проблем с помощью жесткой государственной политики. Европейские правительства с помощью полицейских мер ограничивали вывоз золота из страны и стимулировали ввоз денежного материала из колоний. Однако достаточно скоро возникло и первое разочарование в таком подходе к богатству. Это произошло в XVI – начале XVII в., когда долгожданное и вожделенное золото хлынуло из Америки в Европу. Казалось бы, вот-вот должен наступить период всеобщего процветания и обогащения. Но ничего этого не произошло. Вместо реального процветания европейские народы столкнулись с первой инфляционной «революцией цен». И уже тогда начали понимать, что деньги – это еще не полное счастье. И уж тем более – их количество.

Начался второй период развития меркантилизма, период «торгового баланса», когда не государственное регулирование, а экономические методы были призваны на помощь молодой буржуазии. Практики и теоретики невольно обращались к производству. В начале с чисто меркантилистскими целями: если в стране нет серебряных и золотых рудников, это вовсе не значит, что нет иных способов для обогащения, кроме захвата чужих территорий. Эффективный способ есть: надо производить как можно больше экспортного товара. Если больше экспортировать, а меньше импортировать, то разница будет сальдироваться деньгами, и деньги сами притекут в страну.

Таким образом, поздние меркантилисты, не выходя за пределы поиска денег, больше надежд стали возлагать на производство. Наибольший вклад в развитие меркантилизма внесли Томас Мен и Давид Юм.

Ярким представителем экономической науки периода разложения меркантилизма и одним из основателей классической политэкономии стал английский экономист Уильям Петти (1623–1687), автор многочисленных экономических трактатов, который действительно впервые стал искать законы экономической жизни, пытался объяснить «таинственную природу» денег, налогов, ренты, процента, цены земли и других явлений. Вот это-то обстоятельство и делает его «отцом политической экономии».

Труды У. Петти и других экономистов XVIIXVIII вв. готовили революцию классиков в политической экономии, смысл которой заключался  в переходе от исследования сферы обращения к исследованию сферы производства как источника вещественного и стоимостного богатства.

Своеобразно происходил переход к классическому учению во Франции. Здесь он представлен учением физиократов во главе с выдающимся экономистом (впервые именно этим термином назвавшим собственную профессию) Франсуа Кенэ (1694–1774). Он создал первую в истории экономическую школу в буквальном смысле этого слова, т.е. место, куда собирались взрослые и высокопоставленные люди для обсуждения экономических вопросов. Будучи придворным врачом, он организовал свою школу в Версале. Его школу, кстати, посетил молодой А. Смит, который всю жизнь с уважением отзывался о физиократах, хотя и критиковал их.

Слово «физиократия» переводится как «власть природы». Содержание трудов Ф. Кенэ нельзя понять, если не вспомнить особенности экономического развития Франции того периода. По сравнению с Англией, где широко развивались торговля и промышленность, Франция оставалась аграрной страной, где основным производителем богатства были крестьяне-фермеры. Эти особенности и привели к тому, что с точки зрения Ф. Кенэ главным объектом изучения экономической науки должна стать аграрная сфера.

Ф. Кенэ сосредоточил свое внимание на сфере производства. В этом его «классицизм». Но величайшей заслугой этого ученого было то, что он рассматривал производство не как единовременный акт, а как постоянно возобновляемый процесс, т.е. как воспроизводство. Сам термин «воспроизводство» введен в науку Ф. Кенэ.

Центральной категорией в учении Ф. Кенэ был чистый продукт. Это примерно то, что остается у производителя от выручки после вычета всех издержек. Чистый продукт, по мнению физиократов, производится исключительно в тех отраслях производства, где происходит реальный физический прирост материи (отсюда и власть природы). Сельское хозяйство и добывающая промышленность дают прирост материи, следовательно, здесь и создается чистый продукт. А вот в обрабатывающей промышленности, в ремесле материя убывает, значит, здесь не производится общественного богатства.  Ремесленники – бесплодный, или стерильный класс. Кстати, термин «класс» в отношении к общественным группам людей, различающимся  по тому, как они относятся к чистому продукту, тоже впервые применил Ф. Кенэ.

Крестьяне, фермеры – главные производители чистого продукта. Ремесленники и промышленники играют в обществе вспомогательную, обслуживающую роль, непосредственно не участвуя в создании чистого продукта.

Экономическое учение А. Смита (1723 – 1790)

В 1776 году был опубликован главный труд А. Смита «Исследование о природе и причинах богатства народов» (термин политэкономия появился в 1615 году). Это одна из немногих экономических книг, которую читали не только специалисты. Идея свободы, политического и экономического либерализма и трудовая концепция стоимостного богатства – вот две основополагающие мысли книги, на базе которых создается не вполне стройная, противоречивая, но гениальная теория.

Без преувеличения можно сказать, что вся современная экономическая наука во всех ее разновидностях имеет своим основанием «Богатство народов».

Что, по Смиту, необходимо для нормального («естественного» в терминологии Смита) функционирования рыночной системы?

Во-первых, необходимы твердые гарантии собственности граждан. Нельзя претендовать на чужую собственность. Собственность можно приобрести за деньги, но  нельзя отнять или украсть. А поскольку собственность – основа стабильности общества, то на страже собственности граждан и их объединений   стоит государство (которое и само может быть собственником).

Во-вторых, нужно честно выполнять взятые на себя обязательства, исполнять контракты, иначе разрушится  самое главное сколь экономическое, столь же и этическое основание рыночных связей – взаимное доверие участников  сделок. На страже и этого принципа стоит государство.

В-третьих, каждый человек волен в своих хозяйственных и иных действиях. Никто не может  приказать гражданину свободной страны поступать так или иначе. Человек в принципе свободен. Но у свободы человека есть одно мощное ограничение. Это – свобода других людей. И если свобода одного человека мешает свободе другого, то и в этом случае в действие вступают силы государства.

Вот, собственно, и всё, что для начала нужно знать о рыночной системе.

Таким образом, суть позиции Смита действительно проста. Государство должно делать то, что невыгодно или невозможно для частных лиц; должно поддерживать режим естественной свободы; наконец, должно охранять жизнь, свободу и собственность граждан. Не могут нормально развиваться торговля и промышленность там, где население не чувствует уверенности в обладании своей собственностью, где сила договоров не поддерживается законом и где нет уверенности в том, что власть государства регулярно пускается в ход для вынуждения уплаты долгов всеми, кто в состоянии их уплатить. Торговля и промышленность не могут процветать в государстве, где нет известной степени доверия к правительству. Но этим и должны ограничиваться функции государства. Все остальные отношения регулируются «незримой рукой» рынка, конкуренции, в ходе которой каждый участник рыночного процесса преследует исключительно эгоистические цели. Но в том-то и проявляется нравственность и сила рынка, что, реализуя свои частные интересы, каждый товаропроизводитель и продавец невольно должен удовлетворять потребности других людей – потребителей и покупателей. В результате рыночное общество становится обществом взаимных услуг вполне эгоистичных людей.

Смит создал первую в истории теорию производительного труда применительно к капиталистической экономике. Если речь идет о товарном производстве вообще, то только тот труд, который создает «некоторую ценность» (или, в других переводах, стоимость) является производительным. Если же труд не создал стоимость (например, труд в домашнем хозяйстве, результат которого потребляется самим производителем), то такой труд (для рыночного хозяйства!)  является непроизводительным. Каждый труд вполне достоин уважения и должен оплачиваться. Однако если труд наемного работника обменивается на капитал (оборотный)  и  приносит  прибыль капиталисту,  то для него, капиталиста, этот труд производителен. Если же труд обменивается на доход  и не приносит прибыли   (например, труд домашнего слуги), то такой труд не является производительным и ничего не прибавляет к богатству общества.

«Труд некоторых самых уважаемых сословий общества, подобно труду домашних слуг, не производит  никакой ценности… Например, государь со своими судебными чиновниками и офицерами, вся армия и флот представляют собой непроизводительных работников. Они являются слугами общества и содержатся на часть годового  продукта  деятельности остального населении. К тому же классу должны быть отнесены как некоторые из самых серьезных, так  и некоторые из самых  легкомысленных профессий – священники, юристы, врачи, писатели всякого рода,  актеры, паяцы,  музыканты, оперные певцы, танцовщики и  пр.»

Труд  Адама Смита – это первая попытка системного анализа рыночной  экономики, осуществленная выдающимся философом.

К. Маркс как исследователь.

К. Маркс (18181883), с одной стороны, завершил классическое учение Смита и Рикардо. С другой стороны, К. Маркс довел учение о трудовой стоимости до тупика. Дальше путей развития не было, нужна была смена парадигмы.

Чтобы понять содержание учения К. Маркса как экономиста, необходимо вспомнить историческую последовательность в его научных и политических интересах. Начинал он свою деятельность как философ, став скоро достаточно известным в Германии гегельянцем. Хорошо освоив гегелевскую диалектику, он поставил перед собой цель развить дальше гегелевское учение. Изучение диалектики, с одной стороны, и социально-экономического положения трудящихся с другой, привели вскоре К. Маркса к коммунистам. Коммунистическая убежденность сыграла немаловажную роль во всем дальнейшем научном творчестве Маркса, прежде всего в его экономических исследованиях. Подчеркнем еще раз. Сначала Маркс стал философом-диалектиком, затем коммунистом, а потом – создателем экономического учения.

Тем не менее, Маркс автор действительных научных открытий, сделанных на базе классического учения о трудовой стоимости.

Остановимся на главных теоретических достижениях К. Маркса. Сам К. Маркс считал главным своим открытием двойственный характер труда, воплощенного в товаре. Только он догадался, что труд имеет двойственный характер. Как созидатель потребительной стоимости труд всякого производителя товаров конкретен. А как источник стоимости это всего лишь часть всего общественного труда, труд вообще, абстрактный труд. Не всякий труд, затраченный даже на производство качественного в потребительском смысле товара, является источником стоимости, а только тот труд, который признан обществом посредством рыночных обменов.

Вторым выдающимся открытием Маркса стало понимание того, что рабочий продает капиталисту не труд, а свою способность к труду, рабочую силу. Капиталист оплачивает рабочему полную стоимость его товара рабочую силу. Источником прибавочной стоимости является особая потребительная стоимость рабочей силы способность производить больше стоимостей, чем стоит сама рабочая сила. Вот эта-то способность порождает возможность прибавочного труда, прибавочного продукта и, соответственно, прибавочной стоимости.

Часть созданной рабочим стоимости возвращается ему в виде зарплаты, а другая остается капиталисту безвозмездно в виде прибавочной стоимости. В свою очередь, реализованная прибавочная стоимость становится прибылью капиталиста, а в дальнейшем торговой прибылью, процентом и рентой.

Объяснив, откуда берется прибавочная стоимость, Маркс исследует процесс обратного превращения прибавочной стоимости в капитал. Капиталист не потребляет весь капитал в виде дохода, часть прибавочной стоимости накапливается и вновь превращается в дополнительную порцию капитала. На эту порцию покупаются новые средства производства и дополнительное количество рабочей силы. Происходит расширенное воспроизводство капитала.

Конфликт между трудом и капиталом это форма проявления противоречия между общественным характером производства и частной формой присвоения. Носителями социальности являются, по Марксу, рабочие, а носителями частного характера присвоения капиталисты. Отсюда их извечная борьба, победителем в которой должен стать пролетариат.

Основы маржинализма

В 70-х годах прошлого столетия произошла еще одна революция: кардинальная смена парадигмы в экономической теории. Появилось учение, обобщенно называемое маржинализмом (от фр. «маржиналь», предельный). Это название неточно отражает методологические основы нового учения, но, тем не менее, закрепилось в науке. Основателями маржинализма считаются А. Курно, Г. Госсен, У. Джевонс и группа австрийских ученых, «австрийская школа».

Вспомним традиционный подход к движению продукта по стадиям воспроизводства:

производство распределение обмен потребление.

В лучших трудах классической школы исследование начиналось с производства и последовательно двигалось к потреблению. Человек интересовал классическую школу, прежде всего, как производитель, созидатель общественного богатства. И гораздо меньше как потребитель.

Первая методологическая особенность нового учения заключается в том, что исследование проводится с точки зрения потребителя. Потребитель, потребность, полезность товара, спрос главные категории маржинализма. В этом смысле эта доктрина довольно гуманистична: в ней человек с его потребностями является самодовлеющей ценностью. Именно потребление становится движущим началом и конечной целью экономики и отражающей ее науки.

Можно предположить, что перенос центра тяжести на потребителя был связан с тем, что первый серьезный кризис перепроизводства в Европе высветил одну из самых сложных проблем современной рыночной экономики: проблему реализации. Этот кризис начался в 1873 году именно в Австрии, отсюда и интерес австрийских ученых к проблемам спроса, а, следовательно, и к проблемам потребностей и потребления. Кризис был длительным и скоро стал мировым, он продолжался до 1878 года, то есть охватил период наиболее мощного развития маржиналистской идеи.

Вторая методологическая особенность маржиналистского учения субъективно-психологический подход к проблемам экономической жизни. В связи с этим в экономическую теорию были введены и новые категории. В частности, помимо уже привычных категорий стоимости и цены, экономисты стали манипулировать понятием ценности: ценность есть не что иное, как моя собственная оценка блага для меня же самого, это мое отношение к благу.

Отметим, что науки тоже подвержены влияниям моды. В 7080-х годах прошлого века в Европе и Америке интенсивно развивалась психология, а чуть позже и психоанализ. Люди зачитывались психологической литературой, и это тоже может быть фактором новых подходов к экономической жизни.

Третья методологическая особенность  использование предельных (маржинальных) величин для исследования экономических законов и категорий.

Маржиналисты же предпочитают заниматься проблемами последовательных приращений (или убываний) одинаковых величин запаса блага.

Итак, мы поняли теперь главное: маржиналистская экономическая наука стала вести анализ «в обратную сторону», от потребления к производству.

Институционализм

Термин «институционализм» происходит от слова «институт» или «институция», под которым понимается определенный обычай, порядок, принятый в обществе, а также закрепление обычаев в виде закона или учреждения.

Институционализм зародился в США на рубеже  XIX и ХХ вв. Два крупных экономиста стоят у его истоков: Торстейн Веблен (1857–1929) и Джон Коммонс (1862–1945).

Отказываясь изучать «личные интересы» субъектов экономических отношений, институционалисты подчеркивали общественные мотивы в поведении людей, критиковали концепции автоматического регулирования экономики и являлись своеобразными предшественниками кейнсианства, обращая внимание на необходимость государственного регулирования.

Т. Веблен создал технологический вариант институционализма. Паразитический характер бизнеса для Т. Веблена несомненен. В своей лучшей книге «Теория праздного класса» он показал связь расточительного и демонстративного потребления с интересами бизнеса, с мотивами максимизации прибыли. Коллективные же интересы общества непосредственно совпадают с интересами беспрепятственного  повышения производительности труда, его эффективности. Носителями общественных интересов выступают инженеры, специалисты, квалифицированные рабочие, занятые в промышленности. Все они – однородный класс, социальное сознание которого проявляется в нетерпимом отношении к расточительству, ограниченному и уродливому использованию возможностей современной техники. Будущее человечества принадлежит индустрии, инженерам и специалистам, а не бизнесу. Таков прогноз Т. Веблена.

Хотя после второй мировой войны институционалистские исследования оказались в стороне от магистрального направления развития науки, вызванного многолетней полемикой между кейнсианцами и неоклассиками, они вскоре возродились благодаря трудам американского ученого Джона Кеннета Гэлбрейта (родился в 1909). Его  работа «Новое индустриальное общество» (М.: Прогресс, 1969) имела успех  на уровне бестселлеров.

Один из важнейших объектов изучения Гэлбрейта – крупная (или «зрелая») корпорация с таким сложным процессом управления, что оно становится недоступным капиталистам-акционерам. Благодаря существованию зрелой корпорации современная экономика делится на два неравнозначных сектора: на «планирующую систему» и «рыночную систему».

Крупная корпорация, определяющее лицо современной экономики, вынуждена планировать свою деятельность на годы вперед хотя бы потому, что осуществляет крупные инвестиции, отдача от которых начинается через несколько лет. С этой плановой работой не могут справиться акционеры, и это тоже удел специалистов. Речь идет о планировании в широком смысле слова: надо предусмотреть не только выпуск определенной продукции в определенных объемах, но и заранее готовить рынки для товаров, воздействовать на рыночный спрос. Эта задача по силам только крупной организации. Рынок становится стабильным и предсказуемым, а модели совершенной конкуренции – анахронизмом, пережитком старины.

В 1986 г. произошло событие, ставшее сигналом признания результативности институционалистских исследований: американский экономист Джеймс Бьюкенен, автор теории общественного выбора, получил Нобелевскую  премию. Вслед за ним Нобелевскими лауреатами стали: в 1991 году Рональд Коуз, автор статей «Природа фирмы» и «Проблема социальных издержек»; в 1993 году – Дуглас Норт.

Основная  предпосылка теории общественного выбора Дж. Бьюкенена состоит в том, что люди действуют в политической сфере, преследуя свои личные интересы, и что нет непреодолимой грани между бизнесом и политикой. Эта теория последовательно разоблачает миф о государстве, у которого нет никаких иных целей, кроме заботы об общественных интересах. Ясно, что пафос этих исследований направлен как против кейнсианского преувеличения целей и возможностей государственного регулирования экономики, так и основных идей Гэлбрейта.

Рональд Коуз, используя институционалистскую методологию, задался целью объяснить причину возникновения фирм. Внутрифирменная деятельность протекает не на рыночных основаниях, здесь велика роль приказов и исполнений. Почему же внутри фирмы между различными подразделениями не могут сложиться рыночные отношения?

Исследования Коуза показали,  что если все отношения будут строиться на рыночных основаниях, то резко возрастут трансакционные издержки, т.е. затраты на заключение сделок. Если прямое директивное управление экономит трансакционные издержки, то возникает фирма.

Дж. М. Кейнс. Возникновение кейнсианства

На Западе происходили тем временем драматические события. До 20-х годов XX века в науке господствовал ортодоксальный маржинализм, и ничто не предвещало его краха. Но в 1929–1933 годах произошла цепь событий, связанных с величайшим экономическим кризисом, «великой депрессией». Кризис этот усугубился одним внешним обстоятельством: на его фоне происходил бурный промышленный рост в Советской России. Надо было срочно спасать капиталистическую рыночную экономику.

В чрезвычайных обстоятельствах кризисной экономики ряд государственных деятелей прибег к традиционному инструментарию неоклассической политики – поддержанию сбалансированного бюджета и устойчивого валютного курса – в надежде, что прочие проблемы будут решены рынком автоматически. Однако положение все более ухудшалось. Старая, привычная для маржиналистски воспитанных экономистов политика демонстрировала полную неэффективность, а новая, символом которой стал Новый курс Ф. Д. Рузвельта, формировалась на ощупь, без предварительного теоретического обоснования.

Рынок явно оказался неспособным к саморегулированию. Цены теряли гибкость в связи с ростом монополизма. Одно за другим выходили произведения крупных экономистов, описывающих в рамках микроэкономической методологии новые явления в экономике. Но уже становилось ясно, что микроэкономика не сможет разрешить все теоретические проблемы кризисной экономики. А в середине 30-х годов новая доктрина окончательно сформировалась. Ее основоположником стал выдающийся экономист Джон Мейнард Кейнс (1883–1946). В 1936 году вышло главное произведение Кейнса, о котором многие слышали, но которое мало кто читал – «Общая теория занятости, процента и денег».

Главная заслуга Кейнса заключается в том, что он открыл для буржуазии государство как активную экономическую силу, полноценного субъекта производственных отношений. За двадцать лет до Кейнса об этом с совершенно иных позиций писал В. И. Ленин. В сентябре 1917 года он опубликовал работу «Грозящая катастрофа и как с ней бороться», где дал (один из первых в мире) анализ нового этапа в развитии монополистического капитализма. Любопытно, что и В. И. Ленин и Дж. М. Кейнс были неисправимыми оптимистами, но у каждого из них был свой вполне классовый оптимизм. (Надо отдать должное Кейнсу: он никогда не скрывал своих классовых привязанностей и своего резко отрицательного отношения к ортодоксальному марксизму). Для Ленина государственно-монополистический капитализм был кануном социализма. Совсем иной оптимизм у Кейнса: с помощью государственного вмешательства, государственного регулирования экономики он собирался вылечить тяжело больную капиталистическую систему.

Вот еще один поразительный пример того, как одни и те же факты могут столь различно интерпретироваться исследователями. Самое же удивительное заключается в том, что каждый из них оказывался прав по-своему и добивался поставленных целей.

Современный либерализм

Кризис и отступление кейнсианства привели к тому, что 70-е и 80-е годы ХХ столетия ознаменовались широкомасштабным наступлением неоконсервативных, либералистских и неоклассических теорий. При всем разнообразии подходов к экономической жизни, их всех объединяет неприязнь к кейнсианству, неприятие активной роли государства в экономике, возвращение к «классическим» идеям полной экономической свободы для предпринимательства и, наконец, отрицание ответственности государства и общества за социальные гарантии граждан.

Идеи либерализма и свободы от государственного вмешательства были живы и пропагандировались даже в условиях  господства всесильного кейнсианства. Заповедником неолибералистских доктрин и политики была Западная Германия, где долгое время не могли придти в себя после двенадцатилетнего господства «принудительной экономики» третьего рейха. Лидером неолиберального направления в Германии был «отец Германского чуда» Людвиг Эрхард (1897–1977), будущей канцлер ФРГ в 60-х годах.

Считая, что только конкурентная система создает возможность для роста эффективности экономики, неолибералы послевоенного периода не отказываются вовсе от роли государства. Государство должно стимулировать экономическое развитие с помощью поощрительной налоговой и кредитной политики.

Главная цель государства, с точки зрения либералов, это выработка общих для всех участников рыночного процесса правил поведения и строгое их соблюдение. Государство ведет себя как судья на футбольном поле. Судья сам не играет, но зорко следит за правилами игры. Если игра идет по правилам, то судья не вмешивается в действия свободно играющих игроков. Но при нарушении всегда находит способ наказать виновных вплоть до изгнания с поля. Таково и государство в рыночной экономике. Например, государство вырабатывает антимонопольное законодательство, ибо монополии разрушают рыночную свободу. Но сила государства в том и заключается, чтобы реализовать принятые законы. Антимонопольное законодательство в Германии и теперь соблюдается довольно жестко.

Неолибералы иной раз признают и возможность планирования, но общий принцип их таков: «конкуренция – насколько это возможно, планирование – насколько это необходимо»».

Государство вмешивается в экономику лишь в тех случаях, когда рынок и конкуренция не справляются с задачами социального порядка или экономической безопасности. В тех сферах, нишах, отраслях или просто случаях, когда рыночные механизмы оказываются недостаточными, «пустоты» заполняются государством. Одной из высших ценностей либерального общества считаются социальные гарантии граждан и социальная защищенность трудящихся. Именно поэтому Л. Эрхард назвал германскую экономику «социальным рыночным хозяйством».

Пример Германии, которая дала весьма высокие экономические и социальные результаты в послевоенный период, стал одним из оснований для широкой пропаганды неоклассических идей в 70-е годы. Среди многочисленных неоклассических школ выделяют монетаризм, теорию «экономики предложения». Эти теории стали основой для экономической политики ряда западных стран, прежде всего Великобритании и США, в начале 80-х годов ХХ века.           

Монетаристы и неоклассики

Одним из основателей современного монетаризма считается ныне здравствующий экономист Милтон Фридмен (родился в 1912 г.). С его точки зрения деньги представляют собой главную пружину всей рыночной экономики. У государства должна быть только одна цель: стабилизация кредитно-денежной сферы, борьба с инфляцией, которая представляет собой чисто денежный феномен. Все остальное сделает рынок, который тождественен свободе. Главное – оставить рынок в покое, все проблемы будут решены спонтанно благодаря законам рыночной конкуренции.

Только так в обществе будет достигнута стабильность. В противном случае нарушается механизм частного предпринимательства, наступает кризис, развертывается инфляция. Инфляция же – это враг номер один. Она снижает жизненный уровень граждан, уничтожает накопления фирм, разрушает кредит. Но инфляция имеет одну причину – несоразмерную с нуждами рынка эмиссию. Вот почему эмиссию надо взять под жесткий контроль.

Р. Рейган в начале 80-х годов выиграл битву с инфляцией. Он пожертвовал экономическим ростом, в США начался промышленный спад, выросла безработица, т.к. очень скоро стала ощущаться нехватка денег, снизился спрос, а, следовательно, и инвестиции. Но это был, если так можно выразиться, запланированный спад. Развитая экономика США смогла выдержать трехпроцентный спад в расчете на год. Зато в 1983 году в стране инфляция снизилась до тех же трех процентов в год. Успех монетаризма был налицо. Этот успех подкреплялся политикой, связанной с «экономикой предложения».

Видные представители «экономики предложения» Артур Лаффер, Джон Гилдер и другие отнюдь не во всем согласны с монетаристами. По их мнению, для оздоровления экономики надо, прежде всего, ориентироваться на предложение факторов производства. Главное – стимулы для предпринимателя на микроуровне. В качестве стимулирующих мер предлагается снижение налогов и предоставление льгот корпорациям. Снижение налогов вызовет рост сбережений и соответственно повысит эффективность капиталовложений, производительность труда, ускорит научно-технический прогресс и приведет к устойчивому росту всего промышленного производства.

Рост налоговой ставки приводит к росту поступлений в бюджет только до определенного предела, после которого поступления в бюджет падают ввиду того, что: предприниматели снижают инвестиционную активность; уходят в теневые сферы, желая скрыть доходы от налогового ведомства.

На оси абсцисс откладываются налоговые поступления T, а на оси ординат – налоговые ставки (t).

При высоких налоговых ставках государство может собрать меньше налогов, так как высокие налоги, подоходные налоги на заработную плату, вынуждают предпринимателей платить за труд большую цену, а работники при этом будут получать меньше. Желание трудиться снижается и у предпринимателей, и у наемных работников.

Авторы данной концепции настаивают и на сокращении затрат на социальные нужды, чтобы побудить людей к труду и добиться сбалансированности госбюджета. «Экономика предложения» – это культ «хорошо работающего человека», смелого и инициативного предпринимателя. Надо возвратиться к ценностям микроэкономики классического типа, и тогда возвратится и предпринимательский дух. Люди больше не будут надеяться на государственные подачки, предприниматели не будут бояться фискальных целей государства.