15667

ФИЛОСОФИЯ СПОРТА: ПРЕДМЕТ, СТРУКТУРА И ПРОБЛЕМЫ МЕТОДОЛОГИИ

Научная статья

Физкультура и спорт

ФИЛОСОФИЯ СПОРТА: ПРЕДМЕТ СТРУКТУРА И ПРОБЛЕМЫ МЕТОДОЛОГИИ. Ибрагимов Михаил Михайлович ациональный университет физического воспитания и спорта Украины Аннотация. Ибрагимов М.М. Философия спорта: предмет структура и проблемы методологии // Актуальні проблеми

Русский

2013-06-15

140 KB

82 чел.

«ФИЛОСОФИЯ СПОРТА»: ПРЕДМЕТ, СТРУКТУРА И ПРОБЛЕМЫ МЕТОДОЛОГИИ.

Ибрагимов Михаил Михайлович

ациональный университет физического воспитания и спорта Украины

Аннотация. Ибрагимов М.М. «Философия спорта»: предмет, структура и проблемы методологии // Актуальні проблеми фізичної культури і спорту. – 2011. - №. – С.. Цель: очертить концептуальный круг проблем, требующих мировоззренческого осмысления и имеющих методологическое значение для дальнейшего развития науки о физическом воспитании и спорте. Методы исследования: диалектические методы взаимосвязи исторического и логического, восхождения от абстрактного к конкретному и метод феноменологической редукции. Результаты: В статье речь идет о противоречивых тенденциях в развитии современного спорта, а именно превращение его из событийного обособленного феномена в полноценную сферу общественной деятельности и образующего особую «спортивную реальность», которая во взаимосвязи с другими сферами раскрывает сложности в определении сущности и существования человека. Выводы: Предлагается дефиниция и структура междисциплинарного знания – «философия спорта», а также в качестве её методологии – марксистски «прочитанный» экзистенциализм в сочетании с экзистенциалистским пониманием марксистской диалектики.

Ключевые слова: философия спорта, экзистенциализм, онтология, антропология, аксиология спорта, феноменология.

Анотація. Ібрагімов М.М. «Філософія спорту»: предмет, структура і проблеми методології. // Актуальні проблеми фізичної культури і спорту. – 2011. - №. – С.. Мета: окреслити концептуальне коло проблем, які вимагають світоглядного осмислення і мають методологічне значення для подальшого розвитку науки про фізичне виховання і спорт. Методи дослідження: діалектичні методи взаємозв’язку історичного і логічного, сходження від абстрактного до конкретного, метод феноменологічної редукції. Результати: У статті мова йде про суперечливі тенденції в розвитку сучасного спорту, а саме перетворення його з подійного, відособленого феномена в повноцінну сферу суспільної діяльності і утворюючого на цій основі особливу «спортивну реальність», яка у взаємозв'язку з іншими сферами розкриває складнощі у визначенні суті і існування людини. Висновки: Пропонується дефініція і структура міждисциплінарного знання - «філософія спорту», а також в якості її методології – за марксизмом «прочитаний» екзистенціалізм у поєднанні з екзистенціалістським розумінням марксистської діалектики.

Ключові слова: філософія спорту, екзистенціалізм, онтологія, антропологія, аксіологія спорту, феноменологія.

Abstract. Ibragimov M.M. «Philosophy of sport »: object, structure and problems of methodology. // Contemporary problems of physical culture and sport. - 2011. - . - P.. The purpose: to outline the conceptual circle of problems which require a world view comprehension and have a methodological value for subsequent development of science about physical education and sport. Research methods: correlation historical and logical, dialectical method of ascent from abstract to concrete, method of fenomenologichnoy reduction. Results: In the article speech goes about contradictory tendencies in development of modern sport, namely transformation of him from the event isolated phenomenon in the valuable sphere of public activity and formative the special sporting reality which in intercommunication with other spheres exposes complications in determination of essence and existence of man. Conclusion: Definiciya and structure of mezhdisciplinarnogo knowledge is offered is «sport philosophy», and also as its methodology - marksistski the «read» existentialism in combination with the existentialist understanding of marxist dialectics.

Keywords: sport philosophy, existentialism, ontology, anthropology, sport aksiologiya, fenomenologiya.

Постановка проблемы, анализ последних исследований и публикаций.

Современный спорт, из когда-то обособленного и довольно экзальтированного, событийного явления, привилегированного в одни времена и преследуемого в другие, плотно вошел в повседневною жизнь человека, образуя полноценную и взаимосвязанную с другими специфическую сферу общественной жизнедеятельности. Наряду с познавательным и практически-преобразовательным творчеством человека, спорт активизирует физическую и двигательную активность его телесности и тем самым создает своеобразную, а именно: спортивную реальность, требующую, как и все иные, философского осмысления. Спорт образует как бы водораздел в осмыслении реальной бытийности человека на материальную, физически-предметную область и духовно-идеальную, мотивационно-побудительную трансцендентальную силу. По этому он постоянно испытывает на себе двустороннее влияние как таинственных, заложенных в природе тяготений к жизнеосуществлению (Б.Спиноза) так и неиссякаемых, беспредельных демонических сил человеческой духовности (М.Шелер).

При всей неоднозначности и даже крайней противоположности взглядов на социальную значимость спорта, многообразии его понятийно-терминологических определений, становится общепринятым утверждение о том, что спорт является социально-культурным феноменом, колоритным конструктом исторического цивилизационного процесса. Спорт есть концентрированным выражением всех тех проблем, выражаясь современным языком «кризисов» или «вызовов», стоящих перед человеком под давлением современных ему обстоятельств. Вступив на рубеже ХХ-ХХI столетия в новый этап своего развития – глобальных информационных технологий, человечество столкнулось с множеством проблем, связанных с изменением формы освоения человеком мира и способом его «включения» в окружающую действительность. Человек общается с окружающей его средой посредством потребления символов и структуры информационного языка, который создает иллюзию его оторванности от реального физического присутствия. В результате – виртуальный символический мир воспринимается как наличный и наоборот. В воображении происходит диффузия мироощущения, когда человек теряет ориентиры в определении своей физической телесности, снижающих его творческую, физическую, духовную и в конце-концов – социальную активность, что расширяет возможности манипулирования им внешними безликими силами.

Поскольку спорт направлен на совершенствование человеческой телесности, то в этой связи возникает проблема дальнейших перспектив его развития, а, следовательно, «вхождение» в круг философских размышлений?

Конечно же, вопрос сам по себе не является новым. К нему, как будет показано ниже, приковано внимание ученых, специалистов в самых разнообразных областях знания – как гуманитарного так и естественно-прикладного направления.

Если анализировать последние исследования и публикации, касающиеся проблемы философии спорта, то можно сказать, что в отечественном обществознании, что она  только начинает разрабатываться, хотя для неё созданы все необходимые предпосылки. Усилиями многочисленной плеяды учёных (Бальсевич В.К., Виленский М.Я., Выдрин В.М., Гуськов С.И., Евстафьев Б.В., Курамшин Ю.Ф., Круцевич Т.Ю., Лапутин А.Н., Матвеев Л.П., Николаев Ю.М., Пономарев Н.А., Пономарев Н.И., Платонов В.Н., Столяров В.И.) заложены фундаментальные основы теории физической культуры, которая в современных условиях служит исходной методологической и мировоззренческой базой для современного философского осмысления спорта как исторического социокультурного явления. При этом доминирует культурологический подход, раскрывающий место и роль спорта как особого вида физической культуры в системе общекультурологических ценностей. Такой подход изначально оправдан тем, что в культуре раскрывается свободная и творческая сущность человека, создающего и воссоздающего в окружающей его действительности необходимые условия для своего существования. В широком понимании культура обозначает всё то, что создано человеком, как способствующие прогрессивному его развитию так и препятствующему ему. Человек в такой же мере творец, как и разрушитель. Поэтому в культуре выделяется две тенденции – гуманистическая и дегуманистическая.

В отношении спорта как культурного феномена такой подход плодотворен еще и тем, что касается чисто философского понимания спорта в соотношении его сущности и существования. Непосредственно в таком ключе начинает формироваться антропологический (Н.Н.Визитей), аксиологический (И.М.Быховская), феноменологический (В.А.Подорога, Ю.Н.Рождественский), социологический (Л.И. Лубышева), психологический (С.Д.Максименко, А.Я.Фотуйма), а также многообразные естественнонаучные подходы – медико-биологический, биомеханический и даже нейро-физиологический (В.А.Дрюков, В.А.Кашуба, Г.В.Корабейников, Б.М.Мицкан, В.Л.Кулиниченко, В.С.Мищенко, Олег Крышталь, А.Г.Ященко). В тоже время остается открытой проблема философского общеконцептуального взгляда на спорт, как на одного из важнейших способов преобразования и совершенствования человеческой физической телесности. В этом контексте общественно значимая сущность спорта и реальность, которую он создает, нуждается в четких исходных принципах и ориентировочных конечно-смысловых параметрах. Назрела практическая и теоретическая потребность в обосновании предмета философии спорта, его структуры и методологии. Иными словами: речь идёт о создании новой социально-философской парадигмы спорта, которая в отличие от прежней спортивной философии, характеризующей его в рамках логики профессиональных, специализированных теорий, смогла бы выработать, говоря словами Г.Гегеля, эпохальное его видение. Он говорил: «Философия – это эпоха, выраженная в мысли».

Целью данной статьи является попытка вычленить из совокупности накопившегося знания о сущности спорта собственно философскую составную, показать практическую и теоретическую ее востребованность и очертить концептуальный круг проблем, требующих мировоззренческого осмысления и имеющих методологическое значение для дальнейшего развития науки о физическом воспитании и спорте. При этом предложить на рассмотрение научной общественности дефиницию и структуру новой области знания – «философии спорта».

Связь с научными планами, программами. Избранное направление исследования включено в комплексную научно-исследовательскую программу НУФВСУ «Особенности гуманитарного дискурса в спорте и физическом воспитании».

Методы исследования

Основными методами исследования являются анализ и обобщение данных научно-теоретических литературных источников, диалектические методы взаимосвязи исторического и логического, восхождения от абстрактного к конкретному и метод феноменологической редукции.

Методологией данного исследования является философское направление экзистенциализма в качестве мировоззренческой исходной позиции в сочетании с диалектической логикой как методологического принципа.

Результаты исследований и их обсуждение

Результатом обсуждаемого исследования является утверждение того, что философия спорта – это междисциплинарная область знания о сущности и смысле спорта как социо-культурного феномена, создающего и воссоздающего в образе физической культуры эталоны человеческой телесности. Возьмем этот тезис за исходную дефиницию в последующем анализе.

Поскольку «философия спорта» определяется как междисциплинарная область знания между философией и спортивной наукой, то необходимо соотнести их предметные области и, таким образом, определить точки соприкосновения.

Общим объектом их исследования является человек как биосоциальное и психофизиологическое, а, главное, – деятельное существо, преследующее в своей жизни возможность реализации определенных целей. Жизнедеятельность человека – целеполагающая. Отсюда вытекает его двойственная сущность как духовного и физически-телесного существа. Хотя изначально, в синкретической индийской и китайской культуре человек понимается как целостное существо, органически включенное в окружающую природную действительность. Более того, предметная, природная, физическая и т.п. реальность понимается как человекоподобная (антропоморфная), поэтому прафилософия заботится о сохранении этой целостности, беспокоится о гармоничности человека с природой, с самим собой и своими сородичами. Но уже со времен Платона, удвоившего мир на «мир идей» и «мир вещей», произошел разрыв в прежнем целостном понимании человека и мира: тело стало противопоставляться душе. Вся последующая западноевропейская философия до наших дней пытается решить эту проблему, определяя изначальные принципы бытия.

Спорт философичен по своей сути. Целеполагающая идея спорта состоит в дерзких намерениях человека выйти за пределы самого себя, на наличном реальном бытии своей телесности реализовать внутренней  духовно-физической и творческий потенциал. В этом смысле спорт как и вся физическая культура, будучи едва ли не главнейшим видом человеческой деятельности, нацелены не только на выживание, адаптирование человека к постоянно изменяющейся окружающей среде, но и на установление господства над внешней и собственной природой.

Подчеркнем, что философия спорта не должна претендовать на статус науки по двум причинам: во-первых, научность знания предполагает рационалистическую систематизацию его в исторической логике становлении теории предмета исследования.  Постоянный процесс дифференциации и интеграции науки, начавшейся со времён античной философии, когда она рассматривалась совокупностью всех знаний человека об окружающем мире и самом себе в нём, на многообразные сферы, направления и школы ведёт в перспективе к образованию, по словам К.Маркса, единой науке о природе, обществе и человеке [6]. В философии всегда присутствует элемент научности, так как она в своих рассуждениях опирается на выводы конкретных наук, изучающих те или иные стороны бытия, но не ограничивается этим. Единой общепринятой философской теории, которая определяла бы статус философии как науки не существует, как нет и четкого понимания сущности человека. Во-вторых, в отличие от естествознания и обществоведения она даёт целостную картину мира, в соотношении его предельных оснований - «Сущего»  и «Должного». Если исследованием «Сущего» занимаются специализированные науки, то философия «переводит» их в смысложызненную плоскость через призму интересов и потребностей человека, а потому формирует идеал или их систему – идеологию, то есть, абстрагируется от конкретной реальности в виде мысленных образов будущего. Идеал – это то, чего нет в реальной действительности, а ёсть только в мыслях.

В спортивной, созданной творчеством человека реальности, также выделяются две составляющие: «идея спорта», его идеалы и спортивная деятельность. Как справедливо утверждает профессор В.Н. Платонов: собственно к спортивной деятельности можно отнести  спортивное состязание, в которой главенствующая роль принадлежит спортсмену, хотя почему-то тренеру отводит место среди других организаторов, менеджеров соревнований[12]. Но представляется, что не только спортсмен, но и тренер являются главными фигурантами соревнований: спортсмен выступает как действующее лицо, а тренер как «архитектор» или «режиссер» спортивного действия. Спортсмен стремится реализовать себя, свои внутренние физические и духовные потенции в достижении успеха, выраженного в победе над соперником и определении свого престижа в зависимости от завоеванного места в соревновании, установленного рекорда. Тренер в данном случае выступает носителем идеи, того, что содержатся в содержании его замысла. Тренер изучает физические и психические свойства организма спортсмена и на этой основе сначала мысленно конструирует тренировочный процесс, а затем реализует его в организации соревнования. Спортсмен же воочию воплощает этот замысел, идею в чуственно-предметной, телесной практикой своего выступления.

Спорт также можно рассматривать в различных культурологических ипостасях, как во взаимосвязи с другими духовными образованиями, такими как мораль, право, политика, религия, искусство, так и с материальными сферами жизнедеятельности человека таких как экономика, техника, информатика, то есть с инфраструктурой, создающей необходимые условия для спортивной подготовки и всего образа жизни спортивных фигурантов. Во взаимосвязи с другими сферами функционирования общества спортивная реальность активно обнаруживает содержание своего существования, что позволяет раскрыть противоречивые тенденции её развития и составить структуру предмета философии спорта.

Таким образом, спортивная деятельность в соотношении с «идеей спорта» образуют онтологическую философскую проблематику как способа бытийности человека в мире и, следовательно, как первого структурного раздела философии спорта. В этом плане заметим, что все науки онтологичны, так как они возникают из потребностей практики и направлены на ёё совершенствование. Спортивная наука завоевала своё место в ареале наук тем, что чётко сформулировала свой объект, предмет, принципы и методы исследования и на этой основе формулирует специфические закономерности спортивной деятельности. К примеру, Л.П.Матвеев к числу «базовых закономерностей спортивной подготовки и производных от них принципы» относит: «1) максимизация и углубленная индивидуализированная специализация; 2) перманентность и цикличность подготовительно-соревновательного процесса; 3) необходимость сочетания в процессе спортивной подготовки тенденций постепенности и предельности, опережающих и стабилизирующих тенденций; 4) относительная избирательность и единство различных сторон подготовки спортсмена» [7].

В.Н. Платонов в учебнике по теории спорта сформулировал базовое понятие теории спорта как науки и показал, что целью ёё теории «является познание, описание, объяснение и предсказание объективных закономерностей, процессов и явлений спортивной деятельности, составляющих предмет ёё изучение и включающих социальные, организационные, методические, педагогические, биологические и другие аспекты, с учётом тесной взаимосвязи спорта  со сферой информации и другими смежными областями». [12]. Как видим В.Н. Платонов в дефиниции спортивной науки закладывает все составляющее ёё элементы и тут же подчёркивает: «но абсолютному количественному выражению, а тем более формализации, знания в области спорта не поддаются» [там же]. Подобное утверждение предполагает ещё философское, смысловое определение теории спорта, то есть – философии спорта.

К развитию спортивной науки, как уже отмечалось, всё более прилагают свои усилия ученые-гуманитарии (В.И.Григорьев, М.В.Дутчак, Ю.А.Компаниец,, Ю.А.Рождественский, Ю.А.Тимошенко, В.Н.Щербина, А.Я Фотуйма). В связи с этим предлагается все кафедры социально-гуманитарного цикла переформатировать под названием философии спорта, что отвечало бы западноевропейской системе спортивного образования и усилило бы единство гуманитарного и естествонаучного знания в профессиональной подготовке студентов, усилило бы мотивационно-познавательную их деятельность.

Показательным в усилении гуманитарного обеспечения физического воспитания и спорта является  XIV Международный научный конгресс «Олимпийский спорт и спорт для всех» (Киев 2010), где работало два «Круглых стола» по философским, историческим, социологическим, экономическим проблемам спорта. Готовится к изданию работы преподавателей, аспирантов и соискателей по итогам Всеукраинского третьего «Круглого стола» на тему: «Философия здоровья. Проблемы здоровья здоровых людей». В этом ключе предполагается, что философия спорта еще больше активизирует разработки гуманитарной составной развития спорта и связанных с ним общественных движений.

Следует заметить, что на ниве спорта, физической культуры, физического воспитания задействована огромная армия ученых, менеджеров, работников средств массовой информации. Все это ведет к развитию тенденции интеллектуализации и информатизации современного спорта. Но здесь возникает риторический вопрос: даёт ли это ожидаемый положительный эффект в постановке тренировочного процесса и способствует ли это успешным выступлениям на соревнованиях? Не происходит ли здесь обратное, а именно то, что современный французский философ Жан Бодрияр называет «передозировкой информацией»? [14].

Таким образом, предметом онтологии в содержании философии спорта является осмысление процесса воплощения спортивной идеи, идеалов спорта в спортивную реальность на каждом конкретном историческом этапе культурно-цивилизационного прогресса.

Вторым разделом в структуре философии спорта является его антропология, исходящая из сущности спорта, адекватно отражающего природу человека, а именно: 1) потребности в игре; 2) потребности в реализации собственного ego (эгоизм); 3) потребности в публичном признании творческих способностей и декомпенсирующего зрелищностью неудовлетворенных собственных амбиций.

Идеи основателя философской антропологии М. Шелера, осуществившего поворот философии от понимания проблем мироздания к человеку как первоосновы всего сущего или «высшей основы бытия», непосредственно относятся и к спортивной деятельности, в которой осуществляется стремление человека к самосовершенствованию. По мнению М.Шелера, человек содержит в себе «коварную двоякость»: как живое существо, с одной стороны, есть природной данностью, то есть животным а, с другой стороны, «сущностным образованием». Поэтому формой его существования является два начала – «жизненный порыв», заложенный в основании природы, и «дух» - формирующих личность индивида [13]. Не вдаваясь в подробное изложение теории философской антропологии, подчеркнем важность для спортивной антропологии того момента в его учении, что тело («телесность») и душу («духовность») надо рассматривать не так как Августин и Декарт в их противоположности, а в их единстве, поскольку «в своем поведении» они зависят от жизненного порыва. «Виталистический монизм» насквозь пронизывает спорт, в целеполагающей установке которого есть выход за пределы телесной ограниченности индивидуального «Я» и слияния с внешней телесно-духовной организацией мира. В соответствии со своими задачами философия не занимается изучением строения тела, а также биологического организма человека, что составляет сферу специальных наук. Ёе предметом является осмысление «способа включения телесного бытия в мир человека, в культуру и социальные отношения, в деятельность и противоречия, что здесь возникают» [3].

Философская спортивная антропология должна стать примером осмысления соотношения живого тела с духовным началом, под воздействием которого оно теряет свою «грубую» телесность и превращается из номинативного «вместилища души» в образование, душа которого «всегда выпрашивает ославления своего проявления» [9].

В таком дискурсе спорт есть способом телесно-душевного включения человека в объективную окружающую его действительность и, соответственно, он образует «мир спорта», который становится объективной реальностью. Это является одной из основных тенденций в развитии современного спорта. В своих сущностных чертах - игре, состязательности и публичности, зрелищности - своеобразно решает проблему человека, его дихотомичности тела и души. Спорт как игра приоткрывает занавесу таинственной сущности души, поскольку она преобразует свое тело в непривычные и необычные для него роли. Жизнь, по словам У. Шекспира, - это театр, в котором люди постоянно разыгрывают, как актеры, остросюжетную личную драму. Трагичность жизни спортсмена состоит в том, что он сознательно лишает себя многих удовольствий, изнурительным тренировочно-подготовительным процессом и крайним напряжением сил во время выступлений постоянно рискует потерять здоровье. Спорт - это очарование молодостью, которая, как правило, не заботится о последующих годах. Тем самым спорт имеет неотвратимую магическую притягательную силу, обнаруживая в игре, «секреты человеческого бытия». Спортивное соревнование с его непредвиденностью результатов можно сравнить со спонтанной импровизацией непроизвольной детской игры, в которой личностью ребенка движет безликий интерес (играют «просто так», игра для игры). А. Эйнштейн утверждал, что секреты атомной бомбы – ничто, по сравнению с таинствами детской игры.

Небезынтересным для философской спортивной антропологии есть положение экзистенциалистов о том, что в движениях телесности проявляется грациозность его вхождения в окружающий социум. Тело, виртуозно соприкасается с другими участниками движения, и, таким образом, по мнению Ж. П. Сартра, обнаруживает свою свободу как сущностную черту человека. «Грациозное действие,– пишет он,- поскольку оно открывает тело как точное орудие, дает ему в каждый момент оправдание его существования». Непосредственно касается облика спортсмена также его слова о том, что «самое грациозное тело – тело обнаженное, которое своими действиями окутывает себя невидимой одеждой, полностью скрывая свою плоть, хотя плоть целиком присутствует перед глазами зрителей» [10].

Кстати, к антропологической проблематике обращаются не только философы, но и ученые в области физического воспитания и спорта. Один из основоположников науки изучающей движение во всех его проявлениях – кинезиологии  А.Н. Лапутин  писал, что «кинезиология – наука о мышцах и выполняемых ими движениях, но если говорить о психологическом аспекте, то это понятие гораздо шире – это наука о движении наших чувств, мыслей и мышц» [5].

В поле зрения антропологии спорта должен оставаться его публичный, зрелищный компонент, который раскрывает коллективистскую сущность человека как соучастника и творца культурно-исторического процесса. Спорт показывает лучшие образцы мужества, которое, согласно Аристотелю, является не только индивидуальным, но и общесоциальным качеством. К тому же спорт воспитывает волевые черты, уверенность в себе, развивает изначально заложенное в самой идее спорта человеколюбие, конфуцианскую частицу мира – «жэнь». Спорт учит соучастливости: «сорадоваться» в случае победы и сочувствию в случае  проигрыша в соревнованиях. Человек как «моральное существо» (И. Кант), если не знает горечи поражения, не может осознать радости успеха. По этому поводу народная мудрость глаголет: «не было бы счастья, да несчастье помогло!». Тем более, что «счастье от успеха» носит кратковременный характер, а закономерная победа всегда таит и элемент случайности. В этом смысле философия спорта фокусирует смыслообразующую противоречивость человеческого бытия.

Продолжением и усилением названой проблематики есть третий структурный раздел философии спорта – аксиология. В нем предполагается сосредоточить уже широко обсуждаемую в научной и публицистической литературе морально-этическую проблематику. Здесь следует сделать несколько предварительных замечаний:

1) введенный в научный оборот постмодернистской философией термин «аксиология», которым обозначается учение о ценностях, в отличие от терминов «антропология», «феноменология», «эпистемология» довольно быстро «прижился». Можно было бы приветствовать широкое распространение этого термина как факта сближения с западным научным понятийным аппаратом и важным методологическим инструментарием в познании социальных ориентаций людей, в том числе и в отношении к физической культуре и спорту. Но, к сожалению при этом наблюдается постепенное смещение акцентов от привычного для марксистов учения об идеалах как духовных исторических Абсолютах, ориентирующих практическую человеческую деятельность, - в сторону бытующих ценностно-зависимых отношений между людьми. Иными словами: в таком ряду не «ценности» зависят от человека, а наоборот – человек зависит от ценностей. Такой подход присущ западной культурологической парадигме, рассматривающей человека как природное существо, подлежащее определенному математическому, механическому или какому либо иному измерению и «потребляющего», а не творящего мир, рефлектирующего, то есть переживающего его чувством и разумом. Парадигмы, характерной уже для восточной культуры. В западноевропейской рационалистической философии от Декарта до Гегеля: человек – это «мыслящая вещь», «перевоплощенная духовная единица». Окружающий человека мир представляется  как палитра заготовленных заранее данных его свойств, способных удовлетворить человеческие потребности, а потому и выступающие как ценности для него. Этим умаляется творческая и созидающая сила сознания человека, его деятельно-преобразовательная сущность, что в принципе не соответствует идеалам спорта, которые одухотворяют и воспламеняют человеческую телесность на социальную активность. В этом состоит смысло-жизненная проблематика спортивной морали;

2) возможно, под влиянием вышеназванной философии в спортивном как и в целом в межличностном общении становятся архаизмами (устаревшими) слова «совесть», (которую еще Гитлер характеризовал как «химеру»), «честь», «достоинство», «порядочность», « альтруизм» (бескорыстие), их уже относят  к средневековому лексикону. Вместо этого в обществе стали распространенными худшие, унаследованные от своего первобытного состояния выживания и модифицированные под цивилизацию такие проявления неокультуренной человеческой натуры, как злобная зависть, животная ненасытность, ожесточенность, агрессия, которые способствуют разрушению красоты и величия человеческой сущности. Об этом пишет в своем первом романе знаменитая поэтесса Лина Костенко «Записки українського самашедшого», в котором она после двадцатилетнего молчания разоблачает метаморфозы современного общества.

В действительности, человек сам по себе не виновен в случившемся. Как писал Расул Гамзатов: «не вини коня, вини дорогу!». Обстоятельства жизни таковы, что человек постоянно находится под воздействием стрессовых ситуаций, вызывающих общественную депрессию, нарушается морально-психический контроль за биологической целостностью организма и на поверхность в поведенческом акте человека выходят «пещерные инстинкты», в разной степени проявляется и в спортивной деятельности: «в боях без правил», в безобразных, далеких от спорта плотских соревнованиях, использование в женском спорте присущих биологической природе мужчин видов (тяжелая атлетика, бокс) и упражнений, нарушающих женскую обаятельность. Скажем, использование «мужских» приемов в подготовке девушек-гимнасток, способствует выработке в их организме мужского гормона – тестостерона, уродующего женскую природу, то что называется гиперандрогенией, а проще говоря, извращенное понимание женской эмансипации и буквально понятого равенства, нарушает природный баланс соотношения «инь»-«янь» и приводит к ложному гермофродизму: «маскулинизации женщин» и «феминизации мужчин». Всему этому пытаются найти моральное оправдание циничным по своей сути требованием победы «любой ценой», игнорируя веками испытанный принцип обесценивания цели в результате нечеловеческих средств её достижения. Клич Н.Макиавели: «Цель оправдывает средства» обернулся в общественно-исторической практике многочисленными горестями, бедами и потерями, как, кстати, бывало и в истории развития спортивно-физкультурных движений, но «гидра алчности» возрождается вновь и вновь, показывает свое зловещее обличие и в наше время;

3) причиной этого является всё усиливающаяся коммерциализация спорта, где прожорливые «акулы бизнеса» используют в неблаговидных целях достижения науки в области генной инженерии, фармакологии, медицины, психологии и агрессируют в эксплуатации не только чувств зрителей, желающих испытать радость от спортивных представлений, но и беспощадно истощают физические, телесные и психические силы спортсмена, уродуют их моральный облик. Благородство идеалов спорта они пытаются заменить первобытными фетишами, примитивными идолами, алчно жаждущих наживы, жертвоприношения. Как сегодня созвучны слова К.Маркса, бичующего язвы капиталистического прогресса, который, по его мнению, «уподобляется языческому идолу, пьющему кровь из чрева убиенных». В этом смысле спорт как социо-культурный, цивилизационный продукт не только возвеличивает человека в его собственных глазах, но и обнажает существующие в обществе пороки. В «сумерках богов», по словам бушующего Ф. Ницше, все краски мира тускнеют. Восторженно отзываясь о страстях, кипевших в греческом обществе вокруг Олимпийских игр и призывающий к «переоценке ценностей» стандартизованных западноевропейцев, в канве современных событий он оказался бы меланхоличным, безучастным, лишним (Ж. Бодрияр) [14];

4) оживить, придать новый импульс вечно горящему общественному интересу к спорту как и в целом к физической культуре, должна по-новому интерпретируемая аксиология спорта как учение не только о ценностях, но и мировоззренческих идеалах.

В вышеприведенном дискурсе хотелось бы сделать ударение на том, что понятия «идеалов» и «ценностей» - не идентичны, хотя и взаимосвязаны между собой. Ценности – производные от идеалов, которые являются мировоззренческими категориями. Хотелось бы напомнить, что  изучение ценностей есть объект социологии, когда речь идет о социальных приоритетах в выборе человеком профессиональной деятельности; социально-психологической науки, когда исследуются его мотивационно-побудительные факторы; социальной педагогики, когда речь идет о физическом воспитании, о ценностных ориентациях на здоровье, физическую культуру различных категорий населения и, в особенности, подрастающего поколения. Когда же речь идет об идеалах – цели целей, как предельного, трансцендентального феномена, определяющего все направление жизненного пути человека, то это уже является областью философских рассуждений. В наших условиях важно пропагандировать, развивать поэтическое содержание спортивной философии Пьера де Кубертена как пример романтического возгорания в условиям грозных буржуазных французских будней давно погасших огней греческой олимпиады. Может быть и в наше время гуманитариям следует подумать о развитии в рамках философии спорта такой её школы как «кубертенизм», что в какой то мере помогло бы очистить «авгеевые конюшни» современного олимпийского спорта.

Таким образом, аксиология в разрезе философии спорта должна осовременить, наполнить новым содержанием его идеологию в соответствие с всеусиливающейся  тенденцией выявления в спорте гуманистической добротворческой сущности;

5) спорт утверждает философию добра и отсекает метафизику зла, хотя постоянно испытывает на себе тлетворное его воздействие. Подтверждением данному тезису является логика истории развития спорта, его видов и общественных движений. Она заключается в постепенном охвате все более широких слоев населения: от спорта высших достижений, требующего экстремальных испытаний физических и психических свойств человека (олимпийского, профессионального, коммерческого) к массовому спорту, общественному движению «спорту для всех», организованного под эгидой ЮНЕСКО, целью которого является забота о сохранении и восстановлении здоровья нации.

В этой связи хотелось бы обратить внимание на обсуждаемые в научной и публицистической литературе некоторые дискуссионные моменты. Более 20 лет назад известный ученый С. И. Гуськов сокрушался по поводу все растущей привлекательности профессионального и умалении любительского спорта. Восхваляя астрономические заработки спортсменов-профессионалов, идеологи спорта всячески пытались принизить в глазах общественного мнения заслуги любителей. Он писал: «значительно изменилась и концепция спортсмена-любителя за почти 100-летнюю историю олимпийского движения. А вот восприятие идеала спортсмена-любителя, у многих осталось старым, даже у тех, кто знаком с этими изменениями, … » [2]. Сегодня эта тенденция, вопреки сетованиям ученого, закрепилась и спорт практически становится профессиональным. Поскольку изнуряющий труд спортсмена, добровольно подвергающего опасности свою жизнь, должен соответственно вознаграждаться, чтобы обеспечить свое послеспортивное существование. Ведь уже известно, что продолжительность жизни современного спортсмена короче среднестатистического жителя на 10 лет.

Беспокойство в этом плане вызывает не сам по себе профессионализм спортсмена, а, как уже говорилось, бизнесово-коммерческие его аспекты, предлагающее, нам, людям, в отдаленной перспективе вместо грациозной красоты человеческой телесности взирать на изможденное наркотическими средствами уже не естественное, а искусственное, мечущееся тело спортивных манекенов. В таком случае чувство радости от наблюдения за состязаниями спортсменов переходит в горечь созерцания истязания человеческой телесности, отдаленно напоминающие смертоносные гладиаторские бои. Но нельзя остановить развитие науки и искоренить недобросовестных дельцов, использующих ее достижения, хотя можно каким-то образом сдерживать их неуемный пыл. Зло всегда мимикрирует, изощряется в своих видах рядом с Добром;

6) известно, что этому косвенно способствует ныне четко оформившаяся в тенденцию развития спорта его политизация и экономизация (в данном случае термин предлагается в противовес термину коммерциализации). Коммерциализация, так или иначе сочетается с коррупцией и криминализацией в целом. Поэтому в современных условиях крайне необходима разработка правовых основ спорта и правовой защищенности деятельности спортсменов. Имеющиеся наработки в этом плане явно недостаточны. Более того в коммерческо-бизнесовых отношениях спортсмен становится продающимся и покупающимся или арендованным товаром, превращается разменной монетой  в финансовых отношениях, заложником собственных амбиций в угоду наглого, мертвого материального богатства.

Престиж современного спорта настолько велик, что страны конкурируют в проведении розыгрышей, чемпионатов, всевозможных кубков, не говоря уже об олимпиадах. Спорт активизирует финансово-экономическую и материально-техническую структуры общества. Но в проведении международных соревнований государства предусматривают не только получение экономической выгоды от вложенных инвестиций и прибыли от туристического бизнеса, но и надеются приобрести политические дивиденды. Скажем, подготовка и проведение в Украине «Евро-2012» способствует укреплению ее международного авторитета, а также проведению внутриэкономических реформ.

Обратной стороной медали в подобных случаях есть проявление всевозможных инсинуаций вокруг спорта, но в наше время явью становится тот факт, что уже в принципе невозможно по чьему-то велению отменить или закрыть проведение спортивных событий, как это случилось с Олимпийскими играми в Римской империи;

Наиболее сложным представляется разработка проблематики следующего раздела, а именно: мировоззренческо-методологической концепции философии спорта. Камнем преткновения на этом пути, как бы это не показалось парадоксальным, является, с одной стороны, достаточно глубоко и широко разработанная советскими учеными мировоззренческая и методологическая диалектико-материалистическая основа науки физического воспитания и спорта, а, с другой стороны, сегодня ставится задача использования на прежней диалектической основе философско-теоретических изысканий западных мыслителей. В частности речь идет о неоднородной в своем виде экзистенциалистской интерпретации телесности человека. Ещё более трудным является восприятие для ученых в прикладных областях науки постмодернистского логико-позитивистского категориально-понятийного аппарата, характеризующего телесность человека. Дело в том, что в противовес марксистскому пониманию физической культуры, западные аналитики используют нейтральный термин – «телесность», распространенный ранее в России. Кстати, основоположники российского учения о физическом воспитании человека П.Ф.Лесгафт, А.Д.Бутовский также используют термин «телесность». В постсоветском пространстве термин «телесность» лишь только начинает входить в научный оборот, в противовес ему, как и прежде используется термин «физическая культура». «В настоящее время в мировой и отечественной литературе, - как отмечают И.С.Барчуков и А.А.Нестеров, - при определении понятия «физическая культура» (их более 600!) вкладывается самый различный смысл» [1]. По этому в отечественной литературе по теории спорта практически не используется термин «феноменология», обозначающий по сути, говоря привычным нашим языком, «культуру физической телесности человека». 

Философии спорта еще предстоит выработать общеконцептуальный подход, объединяющий отечественную и западную философские традиции. В данном случае хотелось бы заметить, что западноевропейский экзистенциализм развивался под воздействием марксистских идей, а потому, например Ж.-П.Сартр использует наряду с феноменологической, диалектическую концепцию, своеобразно трактуемую им проблему «ничто», как «феномена бытия и бытие феномена». К сказанному добавим, что в отечественной обществоведческой литературе в последние годы активно используются экзистенциалистско-феноменологический подход к определению соотношения телесного и духовного начал в человеке, который может быть небезынтересным в исследовательских работах спортивной науки и в организации тренировочного процесса, в усилении эффективности физического воспитания и развитии «философии физической культуры».

Это особая тема, требующая специального рассмотрения. В данном случае лишь скажем, что методология экзистенциалистской диалектики подготовлена в зарубежной феноменологии, родоначальником которой является Ж.-П.Сартр, Э.Гусерль и др. Эту традицию продолжил Морис Мерло-Понти, который известен своими разработками в области феноменологии телесности. Он на этой основе выработал новый метод – феноменологической редукции. В чем его суть?

Как известно, термин «редукция», широко используемый западными постмодернистами, означает обнаружение изначального смысла тех или иных современных понятий. Понятийно категориальный аппарат науки в каждую эпоху обогащается новым содержанием, различными оттенками, в которых запечатлеется практический опыт восхождения человечества к познанию истины. Каждая эпоха говорит на своем языке и вместе с изменением содержания эпохи, уходом в небытие ее составляющих  поколений, утрачиваются предыдущие формы общественно-исторической практики, характер общения между людьми и способы их включения в окружающий мир, становится труднодоступными их смысловые языковые конструкции. Поэтому логические позитивисты, будучи ведущей когортой современной модной постмодернистской философии, основную свою задачу усматривают в том, чтобы обнаружить в разных срезах культуры содержание опыта предшествующих поколений через отражение его в языково-символических образованиях.

Э.Гусерль считал, что человек, представляет собой психосоматическую целостность, наивно представляет мир и себя в нем как абсолютный феномен, данный от природы, и есть «природной установкой». Э.Гусерль предлагает три вида феноменологической редукции – то есть восстановление в сознании опыта пережитого человеком: 1) психической редукции; 2) эйдостической редукции; и 3) трансцендентальной редукции. Если первая редукция раскрывает опыт непосредственного, наивного переживания, а вторая – опыт понимания происходящего в мире уже на качественном уровне, то третий вид редукции, наиболее остро критикуемый философами, оставляет человека в своем сознании «сам на сам», избавляет его в необходимости искать сущности в предметах окружающего мира и в самом себе. Это, можно сказать, та гармония тела и души, о которой говорилось выше [4].

Морис Мерло-Понти в отличие от Э.Гусерля в своей феноменологии тела-субъекта показывает, что именно физическое тело является источником психологической интенциональности, восприятия, информативности и пр. А потому проведение феноменологической редукции в понимании человеком его тела позволяет осознанию человеком того, что, будучи физико-соматическим телом, он органически связан с природой и есть его неотъемлемой частью [8]. Речь в данном случае идет о преодолении человеком кризиса в заблуждении относительно духовно-интеллектуальной своей значимости и выработка потребности включения в реальную, а не виртуальную действительность. Об этом необходим специальный подробный разговор, поскольку непосредственно касается науки физического воспитания и спорта, с присущими её отечественными традициями понимания человека как биосоциального существа и соответствующими диалектико-материалистическими языково-знаковыми выражениями.

В качестве вывода можно подчеркнуть, что в отечественной науке созрели все необходимые предпосылки к формированию новой области знания «философии спорта», которая бы раскрывала социальную значимость спорта в современных сложных общественно-исторических процессах, обнаруживала бы противоречивые тенденции его развития, формировала бы новое содержание идеалов спорта и показывала бы влияние их на морально-культурные ценности, которые он, с одной стороны реализует, а, с другой – создает. Спорт философичен по своей сути, поскольку на практике раскрывает добротворческую сущность человека. Философия спорта должна объединить усилия всех заинтересованных в том, чтобы спорт и в дальнейшем приносил людям радость в их нелегком повседневном жизнесозидания. Дарующим людям радость спортсменам и любителям спорта нельзя забывать призыв мужественного военного летчика, писателя и утонченного человеческими добродетелями философа Антуана де Сент Экзюпери: «Нет большей радости, чем радость человеческого общения».

Литература:

  1.  Барчуков И.С. Физическая культура и спорт: методология, теория, практика: учеб. пособие для студ.высш.учеб.заведений / И.С.Барчуков, А.А.Нестеров; под общ.ред. Н.Н.Маликова. – 3-е изд., стер. – М.: Издательский центр «Академия». – 2009. – С. 12-13.
  2.  Гуськов С.И. Любитель или профессионал? /С.И.Гуськов // ФиС – М.: Знание, 1988. – №1-2. – С. 5.
  3.  Жаров Л.В. Человеческая телесность: Философский анализ.- Ростов.: Р У, 1988. – С. 128.
  4.  Історія філософії. Підручник/Ярошовець В.І., Бичко І.В., Бугров В.А. та ін.; за ред. В.І. Ярошовця. – К.: ПАРАПАН. – 2002. – С. 578-584.
  5.  Лапутин А.Н. Кинезиология – учение о двигательной функции организма человека /А.Н Лапутин // Физическое воспитание студентов творческих специальностей. – 2002. – №4. – С. 3-18.
  6.  Маркс К., Энгельс Ф. Из ранних призведений. – М. – С. 595-596.
  7.  Матвеев Л.П. Основы общей теории спорта и системы подготовки спортсмена. – Киев. – Олимп. л-ра, 1999. – С. 224-258, 318.
  8.  Мерло-Понти Морис. Феноменология восприятия./пер. с франц., под ред. И.С.Вдовиной, С.Л.Фокина. – СПб «Ювента наука». – 1999. – 605 с.
  9.  Рождественський А.Ю. Феноменологія тілесності у просторі життєвих перспектив особистості. За наук. ред. - С.Д. Максименка.- Київ – 2005. – С. 102.
  10.  Сартр Жан-Поль. Бытие и ничто. Опыт феноменологической онтологии: [пер. с фр.] / Жан-Поль Сартр. – М.:АСТ МОСКВА, 2009. – C. 609.
  11.  Теория и методика физической культуры: Учебник / Под ред. проф. Ю.Ф.Курамшина. – 3-е изд., стереотип. – М.: Советский спорт. – 2007. – 464с.
  12.  Теория спорта/ Под ред.проф. В.Н.Платонова. – К.: Вища школа Головное изд-во. – 1987. – С.13.
  13.  Шелер М. Философское мировоззрение // М.Шелер. Избранные произведения. – М., - 1994. – С. 70.
  14.  Цыт. по: Архангельская Н. Меланхолический Ницше. Интервью с Бодрияром Ж. Режим доступу: http:// bgdrg.narod.ru/bodriar.htm.

Статья опубликована в журнале «Актуальні проблеми фізичної культури і спорту», Киев  № 19 (3), 2010.

PAGE  1


 

А также другие работы, которые могут Вас заинтересовать

26007. СМО с бесконечной очередью и полной взаимопомощью для пуассоновских потоков. Граф, система уравнений, расчетные соотношения 32.91 KB
  Каждое вновь поступившее требование подается на свой отдельный обслуживающий прибор однако если требование поступает в момент когда все приборы заняты то оно теряется.
26008. СМО с бесконечной очередью и полной взаимопомощью для произвольных потоков. Граф, система уравнений, расчетные соотношения 46.78 KB
  Такая модель задается следующим образом: Эта система является эргодической. СМО типа М М ∞ М Для вероятностей pk этой системы из: Имеем: Где биноминальные коэффициенты определяются обычным образом: Определяя p0 получаем: И следовательно: Таким образом: Не составляеет труда вычислить среднее число требований в системе: Используя частную производную получаем:.
26009. СМО с конечной очередью для пуассоновских потоков. Граф, система уравнений, расчетные соотношения 76.36 KB
  Длина очереди m число мест в очереди. Если все места в очереди заняты то заявка получает отказ. Если при обслуживании освобождается канал то из очереди переходит очередная заявка на обслуживание; все заявки сдвигаются и вновь поступившая заявка ставится в конец очереди. вероятность того что заявке придется стоять в очереди вероятность очереди: 4.
26010. Понятие системного обслуживания. Классификация 39.96 KB
  Системой массового обслуживания СМО называется любая система для выполнения заявок поступающих в нее в случайные моменты времени. Оптимизация и оценка эффективности СМО состоит в нахождении средних суммарных затрат на обслуживание каждой заявки и нахождение средних суммарных потерь от заявок не обслуженных. Каналом обслуживания называется устройство в СМО обслуживающее заявку. СМО содержащее один канал обслуживания называется одноканальной а содержащее более одного канала обслуживания – многоканальной.
26011. СМО с конечной очередью и частичной взаимопомощью для пуассоновских потоков. Граф, система уравнений, расчетные соотношения 37 KB
  Интенсивность обслуживания заявки каждым каналом равна а максимальное число мест в очереди равно m. Рисунок 1 – Граф состояний многоканальной СМО с ограниченной очередью – все каналы свободны очереди нет; – заняты l каналов l = 1 n очереди нет; заняты все n каналов в очереди находится i заявок i = 1 m. Данная система является частным случаем системы рождения и гибели если в ней сделать следующие замены: В результате получим: Образование очереди происходит когда в момент поступления в СМО очередной заявки все каналы заняты т.
26012. СМО с конечной очередью и частичной взаимопомощью для произвольных потоков. Граф, система уравнений, расчетные соотношения 42.71 KB
  Предполагается, что имееется конечное число М требований, причем интенсивность поступления каждого требования равна λ. Кроме того, система содержит m обслуживающих приборов, каждый из которых описывается параметром µ. В системе имеется конечное чмсло мест для ожидания
26013. СМО с конечной очередью и полной взаимопомощью для пуассоновских потоков. Граф, система уравнений, расчетные соотношения 48.02 KB
  Граф система уравнений расчетные соотношения. В частности для такого описания будем перекрывать входящий пуассоновский поток на время когда система запоняется следующим образом: Эта система эргодична всегда.
26014. Понятие дисциплины обслуживания. Основные классы 14.6 KB
  Дисциплина ожидания определяет порядок приема заявок в систему и размещения их в очереди дисциплина обслуживания порядок выбора заявок из очереди для назначения на обслуживание. Возможны следующие бесприоритетные дисциплины обслуживания то есть правила выборки заявки из очереди при необходимости назначения на обслуживание: выбирается первая в очереди заявка дисциплина первым пришел первым вышел FIFO First Input First Output; выбирается последняя в очереди заявка дисциплина последним пришел первым...
26015. Классификация бесприоритетных дисциплин обслуживания 13.11 KB
  Возможны следующие бесприоритетные дисциплины обслуживания то есть правила выборки заявки из очереди при необходимости назначения на обслуживание: выбирается первая в очереди заявка дисциплина первым пришел первым вышел FIFO First Input First Output; выбирается последняя в очереди заявка дисциплина последним пришел первым вышел LIFO Last Input First Output; заявка выбирается из очереди случайным образом.