15749

О СМЕЩЕНИИ ЖАНРОВ ЛИРИКИ ХХ ВЕКА

Научная статья

Литература и библиотековедение

С.Ю. АРТЁМОВА Тверь О СМЕЩЕНИИ ЖАНРОВ ЛИРИКИ ХХ ВЕКА Вопрос о жанрах лирики как и вообще литературы поднимается в литературоведении с XIX века до сегодняшних дней1. Однако о чистых жанрах уместно говорить только применительно к поэзии XVIII века когда жанровые норм...

Русский

2013-06-18

69.5 KB

2 чел.

С.Ю. АРТЁМОВА

Тверь

О СМЕЩЕНИИ ЖАНРОВ ЛИРИКИ ХХ ВЕКА

Вопрос о жанрах лирики (как и вообще литературы) поднимается в литературоведении с XIX века до сегодняшних дней1. Однако о «чистых» жанрах уместно говорить только применительно к поэзии XVIII века, когда жанровые «нормы» осознаются как непреложные литературные законы. Но уже с конца XVIII–начала XIX вв. жанровые границы, до романтизма довольно четкие, стали видоизменяться и постепенно размываться. Поэзию XIX века, по сравнению с классицистической, чрезвычайно трудно соотносить с каноническими жанрами2. В ее основе лежит принцип авторской индивидуальности.

Поэтому исследователи предлагают либо отказаться от классификации вообще3 и говорить, в крайнем случае, об «уцелевших» жанрах4, либо найти новые принципы классификации, т.е. новую основу для жанровой системы5. Суть этих попыток сводится к способности исследователей систематизировать лирический материал, который не укладывается в рамки «старых» жанров. Новые принципы классификации позволяют довольно точно описать тексты с какой-либо стороны, но не дают представления о соотношении с уже известными, исторически сложившимися жанрами, о механизме жанрообразования и жанровосприятия.

Примечательно, что ни один из исследователей, отрицающих сохранность классических жанров и / или предлагающих новые основания для жанровой классификации, не отрицает, что «жанры правят миром» и что существуют определенные механизмы смыслообразования, соответствующие «жанровому ожиданию»6 читателей.

Поэтому, чтобы ответить на вопрос о сегодняшнем бытовании жанров, следует, видимо, найти такой фактор, который позволяет говорить, что жанры по-прежнему актуальны, и такой угол зрения, при котором современные жанры обнаружат свое родство с историческими.

Об актуальности жанров свидетельствует то, что авторы XX века по-прежнему маркируют жанр своих произведений («элегии», «послания», «оды» и т.п.). Но неясно, насколько эти маркированные в жанровом отношении тексты соотносимы с исторически сложившимися жанрами.

Продуктивной представляется точка зрения Ю.Н. Тынянова на жанр как динамическую систему признаков7.

Ю.Н. Тынянов подчеркивает: «Давать статическое определение жанра, которое покрывало бы все явления жанра, невозможно: жанр смещается; перед нами ломаная линия, а не прямая линия его эволюции – и совершается эта эволюция как раз за счет “основных” черт жанра…»8. Приемы и признаки не остаются неподвижны в историко-литературном процессе – «литература есть динамическая речевая конструкция»9. Смещение жанра осуществляется в любом направлении, которое противоречит традиции этого жанра и соотносится с другими. Поэтому жанр невозможно изучать вне системы, вне историко-литературной ситуации.

Кроме того, Тынянов указывает на неравнозначное положение жанров в жанровой системе: «В эпоху разложения какого-нибудь жанра – он из центра помещается в периферию, а на его место из мелочей литературы, из ее задворков и низов вплывает в центр новое явление»10.

Интересно, что литературовед иного периода и направления исследований, иной методологии – Д.С. Лихачев – разрабатывая совершенно иной материал, приходит к той же мысли о неравнозначности жанров в системе и о постоянной замене систем в культуре. Д.С. Лихачев говорит о «доминирующих жанрах» («жанрах-вассалах») и «жанрах-сюзеренах», находящихся в равновесии11.

Таким образом, жанр представляется системой признаков и приемов, которая то доминирует по отношению к другим системам, то уходит в тень и которая постоянно трансформируется, так что два текста-послания разных литературных эпох и модусов художественности не только не будут равноценны, но могут и не иметь общих признаков, поскольку взяты вне контекста эпохи.

Кроме того, жанр не существует вне читательских ожиданий, это «заранее известная и писателю и читателю схема»12, и каждая эпоха и каждая авторская индивидуальность вносит в эту схему свои поправки13: литературными жанрами «можно считать установленные правила, которые одновременно определяют и определяются манерой писателя»14.

Это подход, на наш взгляд, позволяет говорить одновременно и о признаках жанра (вписанных в контекст литературной ситуации), и о его природе (жанр – «способ видения и отношения к действительности»15 или «особый тип строить и завершать целое»16), а главное, он разрешает противоречие между «схемой» жанра и исторической изменчивостью литературы.

Видимо, жанром в ХХ веке может называться система признаков (существующих в сознании читателя и автора как «фон» восприятия произведения), причем набор признаков динамичен. Если в жанре классической литературы существовало «ядро», доминанта17 неизменных и постоянных признаков, то основой современного жанра может являться лишь один признак жанра, от которого «отталкивается» автор (скажем, коммуникативная ситуация с названным адресатом – в послании), прочие признаки произвольны, что дает возможность говорить о большей вариативности жанров.

Возможность вариативности связана, на наш взгляд, с тем, что в литературе XX века принципиально меняется отношение к традиции.

В XVIII веке довольно четко определяется жанровый канон, который становится эталоном, инвариантом, причем вариации возможны лишь по факультативным признакам и их число ограничено. Как пишет С.С. Аверинцев, «жанр получает характеристику своей сущности <…> из собственно литературных норм, кодифицируемых теорий. Жанровые правила – словно конституция независимого, суверенного государства»18. И далее: «…Категория жанра остается <…> куда более существенной, весомой, реальной, нежели категория авторства; жанр как бы имеет свою собственную волю, и авторская воля не смеет с ней спорить»19. Таким образом исследователь подчеркивает, что в литературе до романтизма принципиальна ориентация на жанр и его «правила».

Однако с появлением личностной системы ценностей жанровый принцип литературы перестает быть определяющим, и классические жанры трансформируются в зависимости от способности «вместить» авторское видение. Жанры не исчезают, но индивидуальность вариации становится важнее соответствия жанровому инварианту, более того, жанровое отклонение осмысляется как необходимое условие нового текста. Поэтому к XIX веку каждый последующий автор «канонизирует» текст предшественника, вбирая его вариации как норму, но порождая собственные.

Так, жанр послания, востребованный в классицистической поэзии и занимавший срединное положение в иерархии жанров, в XIX веке сохраняется, насыщаясь авторскими вариациями, и даже выходит на первый план20. Но при этом его жанровые признаки варьируются в разных литературных кругах (и кружках), что неоднократно отмечалось исследователями: «…послание предромантиков – качественно новый жанр, дружеский» – у Д.В. Давыдова, А.А. Дельвига, раннего П.А. Вяземского21, а у романтиков «послание становится не только самовыражением, но и самоанализом…»22. Исследователи посланий XIX века дружно отмечают «расслоение» жанра, связывая это «расслоение» с конкретными именами, и говорят уже о «посланиях карамзинистов старшего поколения» и «младших карамзинистов, арзамасцев»23, о декабристских посланиях24. Речь идет теперь не просто о жанре как «схеме», но об «авторском жанре», т.е. не о «послании вообще», а о «посланиях Батюшкова» и «посланиях Жуковского»25, поскольку «концепция жанра не исчерпывается аспектом нормативной поэтики. В литературе нового времени художник мыслит уже не жанровыми канонами, точнее, не в строго очерченных границах определенных канонических моделей, а в свободном культурно-историческом пространстве родовой “памяти жанров” <…> перед ним открыто широкое поле эстетических экспериментов по жанровому синтезу»26.

Таким образом, в XIX веке, когда индивидуальность личности становится превыше других ценностей и переносится в литературу, каждый последующий текст определенного жанра пишется с ориентацией на канон жанра какого-либо автора («законодателя» жанра). Смещение жанра осуществляется последовательно, и можно говорить о «цепочечной» (от автора к автору) трансформации жанра.

В литературе XX века картина жанрообразования несколько иная. В первой половине века, начиная с модернизма, литература осознает себя как нечто предельно новое, как скачок, взрыв и обновление27, при котором позволительно «скинуть Пушкина с корабля современности» (В. Маяковский). Таким образом, литература в начале XX века осознается как новое, еще не сказанное никем слово (в этом отношении показательны эксперименты модернистов в области языка и, в частности, «заумь» как новый язык для выражения «небывалого»). При этом новое осознается как следствие старого, поэт, по словам Блока, – «звено бесконечной цепи; от звена к звену надо передавать свои надежды, пусть несвершившиеся, свои замыслы, пусть недовершенные…»28. Новая литература вбирает в себя традиции: «Художественный импрессионизм у Тургенева, язык философских символов – у Гончарова, глубокое мистическое содержание – у Толстого и Достоевского» – все это «элементы нового идеального искусства»29. Модернисты испытывают повышенный интерес к жанру, составляют сборники стихотворений по жанровому принципу, однако ориентируются не на какой-то авторский канон, а на всю жанровую традицию в целом.

В 60-е годы, напротив, возникает устойчивое мнение, что «все уже сказано»30, что современная литература – это повтор, поскольку все темы и жанры «использованы» в классической литературе, а автор (и читатель) каждый раз «восстанавливает» традицию, причем не какую-то конкретную, а обобщенную и переосмысленную современниками «традицию вообще». «Авторизация» уступает место установке на игру любыми чужими контекстами и вовлечение их в поле своего текста31.

При всей кажущейся пропасти между пониманием современной литературы как «звена в бесконечной цепи» (модернизм) и как «игры на чужом поле» (постмодернизм), взгляд на предшествующую литературу (не оценка!) одинаков: она видится как единый «монолит» традиций. Только модернисты ориентируются на традиционную модель жанра, чтобы на ее фоне сделать шаг к «вечному обновлению» и воплощению собственной индивидуальности, а постмодернисты обращаются к той же самой модели, чтобы показать отсутствие возможности обновления, декларируя «преодоление авторитарности любого рода»32. «Ориентиром» становится неизменная жанровая модель (классицистическая как наиболее нормативная, содержащаяся в «жанровой памяти» авторов и читателей, или же «классическая» в широком смысле, т.е. собирательная, обобщающая литературу XVIIIXIX веков).

Таким образом, механизмы жанрообразования меняются: вместо следования «авторскому жанру» (XIX век) появляется стремление к перекомбинации и синтезу жанра (начало XX века)33 и созданию «антижанра» (вторая половина XX века).

Трансформацию жанра, при которой одна модель порождает множество вариантов, можно назвать «веерной». Так, если в XIX веке можно было говорить, например, о «пушкинской традиции» в посланиях, то в XX веке такая «авторизация» довольно редка, а в последней трети века практически невозможна, теперь речь ведется о соотношении конкретного послания с абстрактной жанровой моделью, а иногда (в постмодернизме) и об «игре» такими моделями. Это и позволяет одним исследователям говорить об утрате жанров, а другим – о игре жанрами. По сути же, речь идет о том, что текст, опираясь на «жанровое ожидание» читателя, одновременно разрушает его, предоставляя всякий раз «новую» жанровую модель, не совпадающую с исторически сложившейся, но вытекающую из нее. По сравнению с XIX веком, эти «несовпадения» затрагивают не только факультативные признаки жанра, но и его «ядро», жанровую доминанту. И если бы не маркирование жанра автором и не ощущение классического инварианта как основы современных жанровых вариаций, «распознать» жанр было бы довольно сложно.

Кроме того, в лирике XX века «распознавание» жанров затруднено еще и тем, что лирика, осознаваемая ранее как «монолог», представленная разными жанрами как формально-тематическими типами монолога, теперь диалогизируется34. Следовательно, происходит и усложнение жанров.

Так, основной причиной разговора об «утрате» посланий становится развитие диалогических отношений в лирике35, послание «растворяется» во множестве стихотворений-диалогов. Однако в отличие от диалога героев в «персонажной» лирике, который формален и предполагает воссоздание точки зрения субъекта сознания, в жанре послания актуализируется особый вид диалога: диалог с собеседником как реальным лицом, имеющим псевдобиографические подробности. Эта «роль собеседника» необходима для акцентировки внимания не на теме диалога (что говорится), а на семантике коммуникации (как говорится), самом способе диалога. Послание становится не столько беседой с адресатом, сколько своего рода разговором с читателем о разговоре с собеседником, т.е. метатекстом.

Таким образом, говоря о жанрах лирики XX века, необходимо учитывать постоянное «смещение» жанров при их принципиальной, маркированной многими современными авторами соотнесенности с абстрактной (не авторской) жанровой моделью, а также диалогизацию лирики и ее установку на игру контекстами. По-видимому, в лирике XX века можно говорить о трансформированных исторических жанрах, апеллирующих к обобщенной норме («модели»), причем «смещаются» даже основные признаки, или «доминанта жанра»36. Специфика этих «смещений» требует отдельного исследования.

1 См.: Белинский В.Г. Разделение поэзии на роды и виды // Белинский В.Г. Эстетика и литературная критика: В 2 т. Т. 1. М., 1959. Обзор работ по ХХ веку дан в кн.: Чернец Л.В. Литературные жанры (проблема типологии и поэтики). М., 1982. Кроме того, см.: Аверинцев С.С. Историческая подвижность категории жанра: опыт периодизации // Историческая поэтика: Итоги и перспективы изучения. М., 1986; Бройтман С.Н. Историческая поэтика. М., 2001. С. 359–383; Левинтова Е.Н. Существующие и возможные герменевтические подходы к вопросу о жанре // Общая стилистика и филологическая герменевтика. Тверь, 1991. С. 32–47; Лейдерман Н.Л. Движение времени и законы жанра. Свердловск, 1982; Коровин В.И. Лирические и лиро-эпические жанры в художественной системе русского романтизма. Автореф. дис. … докт. филол. наук. М., 1982; Пронин В.А. Теория литературных жанров. М., 1999; Тамарченко Н.Д. Теория литературных родов и жанров. Эпика. Тверь, 2001.

2 Что дает право С.Н. Бройтману говорить о «неканонических жанрах» (См.: Бройтман С.Н. Историческая поэтика. С. 359–383).

3 См.: Хорольский В.В. Два «рубежа» веков: от синтеза к атрофии жанров // Жанровая теория на пороге тысячелетия. М., 1999. С. 13–14; Гинзбург Л.Я. Частное и общее в лирическом стихотворении // Вопр. лит. 1981. № 10. С. 155; Сквозников В.Д. Лирика // Теория литературы. Основные проблемы в историческом освещении. Роды и жанры литературы. М., 1964. С. 173–237.

4 См.: Щепилова Л.В. Введение в литературоведение. М., 1968; Гринберг И.Л. Три грани лирики. М., 1975; Субботин А.С. О поэзии и поэтике. Свердловск, 1979.

5 См.: Попиванов И. Проблеми на литературния жанр. София, 1972; Маркевич Г. Литературные роды и жанры // Маркевич Г. Основные проблемы науки о литературе. М., 1980; Строганов М.В. Автор–герой–читатель и проблема жанра. Калинин, 1989.

6 Тынянов Ю.Н. Литературный факт. М., 1993. С. 121–137.

7 Жанр как статичная система признаков освещается в работах Томашевский Б.В. Теория литературы. Поэтика. М., 1999. С. 206–328; Гачев Г.Д., Кожинов В.В. Содержательность литературных форм // Теория литературы. Основные проблемы в историческом освещении. Роды и жанры литературы. С. 17–36. Однако точка зрения русских формалистов и их последователей на жанр как статичную систему признаков к лирике XX века представляется неприменимой, поскольку статичная схема противоречит динамике современной неканонической литературы.

8 Тынянов Ю.Н.  Литературный факт. С. 122–123.

9 Там же. С. 127.

10 Там же. С. 124.

11 См.: Лихачев Д.С. Об актуальности проблемы общения в современном искусствознании // Искусство и общение. Л., 1984. С. 11.

12 Чернец Л.В. Литературные жанры (проблема типологии и поэтики). С. 4.

13 Об этом см.: Тынянов Ю.Н. Литературный факт; а также М.М. Бахтин: «Человеческое сознание обладает целым рядом внутренних жанров для видения и понимания действительности»(Медведев П.Н. (Бахтин М.М.) Формальный метод в литературоведении. М., 1993. С. 149).

14 Уэллек Р., Уоррен О. Теория литературы. М., 1978. С. 242.

15 Пал И.С. Вопросы теории жанра. Автореф. дис. … канд. филол. наук. М., 1966. С. 8; См. также: Пал И.С. О жанре. М., 1962.

16 Медведев П.Н. Указ. соч. С. 145.

17 См.: Лейдерман Н.Л. К определению сущности категории «жанр» // Жанр и композиция литературного произведения. Вып. 3. Калининград, 1976. С. 3–13.

18 Аверинцев С.С. Историческая подвижность категории жанра: опыт периодизации. С. 110.

19 Там же. С. 111.

20 Жанру послания в XIX веке посвящены, в частности, следующие работы: Белых Н. Жанр дружеского послания и духовное общение К.Н. Батюшкова и Н.И. Гнедича // Творчество писателя и литературный процесс. Иваново, 1981. С. 235; Ветшева Н.Ж. «Павловские послания» В.А. Жуковского как художественное единство // Проблемы литературных жанров: Материалы IX Международной научной конференции. Ч. 1. Томск, 1999. С. 113–118; Гинзбург Л.Я. Пушкин и реалистический метод в лирике // Рус. лит. 1962. № 1. С. 27–37; Грехнев В.А. Дружеское послание пушкинской поры как жанр // Болдинские чтения. Горький, 1978. С. 36; Ложкова Т.Н. Жанровая система в лирике В.К. Кюхельбекера. Автореф. дис. … канд. филол. наук. Свердловск, 1988; Мстиславская Е.П. Жанр послания в творческой практике В.А. Жуковского // Ученые записки МГПИ. 1970. № 389. С. 148; Поплавская И.А. Жанр послания в русской поэзии первой трети XIX века. Автореф. дис. … канд. филол. наук. Томск, 1987; Рябий И.Г. Эволюция жанра послания в лирике поэтов пушкинской плеяды. Автореф. дис. … канд. филол. наук. М., 1988; Степанов Н.Л. Дружеское письмо начала XIX века // Степанов Н.Л. Поэты и прозаики. М., 1966. С. 66–90.

21 См.: Рябий И.Г. Указ. соч. С. 7.

22 Там же. С. 14.

23 Гинзбург Л.Я. Пушкин и реалистический метод в лирике. С. 29.

24 См.: Ложкова Т.Н. Указ. соч. С. 13.

25 Ветшева Н.Ж. Указ. соч. С. 118; Ср.: Чубукова Е.В. Жанр послания в творчестве Пушкина-лицеиста // Рус. лит. 1984. № 1. С. 198–209.

26 Зырянов О.В. Русская интимная лирика XIX века: проблемы жанровой эволюции. Екатеринбург, 1998. С. 5.

27 «Дух литературы есть дух вечного взрыва и вечного обновления. В этих условиях сохранение литературной традиции есть не что иное, как наблюдение за тем, чтобы самые взрывы происходили ритмически правильно, целесообразно…» (Ходасевич В. Литературные статьи и воспоминания. Нью-Йорк, 1953. С. 262).

28 Цит. по: Соловьев Б. Поэт и его подвиг. М., 1971. С. 8.

29 Мережковский Д.С. О причинах упадка и о новых течениях современной русской литературы. СПб., 1893. С. 62.

30 «Мы жили, не ощущая традиций литературы» (Беседа И. Бродского с проф. Мереленского ун-та (США) Дж. Глэдом. 1979 // Передача, посвященная памяти И. Бродского / Ред. И. Толстой. Рубрика «Поверх барьеров» радио «Свобода». 31 января 1996).

31 Примечательно в этом отношении стихотворение Вс. Некрасова, где цитаты из пушкинских текстов теряют «авторство» и маркируются просто как присвоенные «чужие»:


Я помню чудное мгновенье


Невы державное теченье


Люблю тебя Петра творенье


Кто написал стихотворенье


Я написал стихотворенье


(Цит. по: Бирюков С.Е. Зевгма: Русская поэзия от маньеризма до постмодернизма. М., 1994. Ч. 2. Гл. 6).

32 Скоропанова И.С. Русская постмодернистская литература. М., 1999. С. 527. Подробнее об этом см.: Липовецкий М.Н. Русский постмодернизм. Екатеринбург, 1997; Эпштейн М. Постмодерн в России. Литература и теория. М., 2000.

33 Об этом также см.: Кихней Л.Г. Из истории жанров русской лирики: Стихотворное послание начала ХХ века. Владивосток, 1989.

34Об этом см.: Бройтман С.Н. Русская лирика XIX–XX века в свете исторической поэтики. М., 1997; Бройтман С.Н. Историческая поэтика.

35 Гаспаров М.Л. Послание // Краткая литературная энциклопедия. Т. 5. М., 1964. Ст. 905.

36 Лейдерман Н.Л. Движение времени и законы жанра. С. 24.


 

А также другие работы, которые могут Вас заинтересовать

13297. Линейный тракт аппаратуры ИКМ-30 10 KB
  Линейный тракт аппаратуры ИКМ30 включает в себя обслуживаемые оконечные и промежуточные станции соединенные кабельными линиями с включенными необслуживаемыми регенерационными пунктами НРП. Регенерация цифрового сигнала после прохождения каждого участка кабельно
13298. Искажение сигнала в линии 6.93 KB
  Искажение сигнала в линии На вход Регенераторарегенератор импульсов поступает искаженный помехами линейный сигнал. Основными видами помех в линейном тракте являются: межсимвольные помехи первогопервого и второговторого рода; переходные помехи от других с
13299. Межсимвольные помехи. Интегральный шум 4.81 KB
  Межсимвольные помехи. Интегральный шум Основной причиной появления межсимвольных помех являются искажения цифрового сигнала в кабельной линии возникающие за счет увеличения ее затухания с ростом частоты и нелинейности фазочастотной характеристики . Импульс после ...
13300. Переходные помехи 4.48 KB
  Переходные помехи Наличие переходных влияний между парами кабеля приводит к появлению переходных помех в каждой паре кабеля от систем передачи работающих по другим парам. Для подавления межсимвольной помехи возникшей за счет неравномерности частотной характерист
13301. Линейный корректор 36.29 KB
  Линейный корректор Ослабленный и искаженный в процессе прохождения по кабельной линии цифровой сигнал через симметрирующий трансформатор Тр1 поступает на вход линейного корректора ЛК осуществляющего коррекцию формы принимаемых импульсов и их усиление. Амплитудноча...
13302. Обобщенная схема регенератора импульсов 4.86 KB
  Обобщенная схема регенератора импульсов Целью работы является создание программы позволяющей наглядно проиллюстрировать работу Регенератора импульсоварегенератор. Требуется показать вид сигнала в его основных точках. Выберем обобщенную схему регенератора импульсо...
13303. ЖИЛИЩНО-КОММУНАЛЬНОЕ ХОЗЯЙСТВО 1.99 MB
  Жилищный фонд включает недвижимое имущество с установленными правами владения, пользования и распоряжения в границах имущества: земельные участки и прочно связанные с ними жилые дома с жилыми и нежилыми помещениями, хозяйственные приусадебные постройки, зеленые насаждения с многолетним циклом развития
13304. Siemens. Каскадне регулювання Ручна установка параметрів регулювання без знання характеристики обладнання 681 KB
  Siemens. Каскадне регулювання Ручна установка параметрів регулювання без знання характеристики обладнання Параметри регулювання для оптимального регулювання устаткування в цьому випадку ще невідомі. Для утримання регулюючого контура в стабільному стані є наступні з...
13305. Вивчення і дослідження автоматичної системи позиційного регулювання 872.5 KB
  Лабораторна робота №1 Вивчення і дослідження автоматичної системи позиційного регулювання Тема: Вивчення і дослідження автоматичної системи позиційного регулювання Мета: Навчитись працювати з універсальним локальним регулятором ТРМ138 в якості системи позиційно...