15876

Концепция структурности бытия в философии информационного общества

Научная статья

Логика и философия

Усложнение структуры как материального, так и духовного компо-нента общественного бытия в условиях формирования информационного общества становится одной из научных проблем, требующих специаль-ного философского осмысления. Разработанная философской школой Пермского классического университета концепция уровней

Русский

2013-06-18

70.5 KB

0 чел.

С.В. Орлов, д. филос. н., проф.

Санкт-Петербургский государственный университет

аэрокосмического приборостроения

КОНЦЕПЦИЯ СТРУКТУРНОСТИ БЫТИЯ
В ФИЛОСОФИИ И
НФОРМАЦИОННОГО ОБЩЕСТВА

Усложнение структуры как материального, так и духовного компонента общественного бытия в условиях формирования информационного общества становится одной из научных проблем, требующих специального философского осмысления. Разработанная философской школой Пермского классического университета концепция уровней (то есть соотношения высших и низших форм материи) оказывается при этом наиболее адекватным инструментом анализа, создающим основу для упорядочения и теоретического осмысления разрозненных фактов взаимодействия различных уровней организации, которые принято выделять при исследовании тех или иных сторон общественной жизни.

В экономической системе современного общества явно наблюдаются сложные и недостаточно теоретически осмысленные взаимодействия доиндустриальных, индустриальных и постиндустриальных механизмов функционирования и развития. «Постиндустриальные тенденции, — замечает по этому поводу Д. Белл, — не заменяют прежние социальные формы как некие “стадии” общественного развития. Они часто сосуществуют (как порой сосуществуют на пергаменте старые полустертые письмена и нанесенные поверх них новые), усложняя общество и природу его социальной структуры»1. М. Кастельс тоже подчеркивает, что старые и новые системы общества неизбежно будут долго сосуществовать: «Архаические формы социальной организации выживут и будут сохраняться еще долгое время во многих странах точно так же, как доиндустриальные формы производства сосуществовали рядом с механизацией индустриального производства в течение долгого исторического периода»2. М. Кастельс обращает внимание на еще одну черту постиндустриальной экономики, прямо связанную с процессом глобализации. Для современных корпораций становится выгодным «разводить» в пространстве и культивировать в разных странах экономические уклады, принадлежащие разным ступеням общественного развития: «Для того, чтобы страна сосредоточилась на модели “экономики услуг”, нужно, чтобы другие страны выполняли свою роль как индустриальные экономики»3. В этом случае человеческая трудовая деятельность формирует новую закономерность взаимодействия низшей и высшей форм организации, которая отсутствовала в природе до появления общества.

Э. Агацци ставит проблему взаимодействия индустриальной и постиндустриальной ступеней экономического развития, отмечая, что понятие «постиндустриальное» были предложено, «поскольку заводы уже не кажутся двигателями экономики, и особенно в популярной литературе, приход этой экономики истолковывался как конец “индустриального общества”. Это, однако, было ошибкой, — продолжает Э. Агацци, — поскольку технологии нельзя отождествлять с созданием машин, и упадок “мифа о машине” (используя знаменитое выражение Мэмфорда) вовсе не означал распада технологической сети, окружающей нашу жизнь, а скорее ее усиление, связанное с гораздо более тонкой и всепроникающей технологией»4. Если использовать простые аналогии с взаимодействием низшего и высшего в природе, можно сказать, что здесь возникновение более высокой ступени развития приводит не к прекращению функционирования низшей, а к перестройке и усложнению ее механизмов (обратное воздействие высшего на низшее). Э. Агацци прослеживает эту закономерность и в сфере развития человеческой личности, невольно вскрывая важное противоречие. С одной стороны, в информационном обществе, «в обществе знаний» необходима подготовка «специализированной рабочей силы» нового типа: «В отличие от специализированной рабочей силы традиционной индустриальной эры, от этой новой рабочей силы не требуется умений ручного труда или точности в выполнении физических действий, но она должна быть компьютерно грамотной, натренированной в обработке данных, в использовании и придумывании алгоритмов, в нахождении подходящих симуляций»5. С другой стороны, итальянский философ сожалеет о том, что современные молодые люди очень слабы в «вычислениях в уме»: «Это всего лишь один пример общего явления — распространение технических средств поощряет забвение многих человеческих способностей, понемногу “атрофирующихся”, а это серьезная потеря для человечества. Отсюда надлежит сделать вывод, что мы не должны пренебрегать культивированием тех общих умений и способностей, которые не ориентированы непосредственно на специальное применение, а просто вносят вклад в формирование интеллектуально зрелой личности»6. Здесь по существу идет речь об условиях формирования духовных способностей. Современные психологические исследования достаточно убедительно показывают, что формирование социального запроса на способности и к сложным видам духовной, и к сложным видам материальной деятельности не означает, что обучение человека более простым видам деятельности становится вообще ненужным. «Способности к материальной и духовной деятельности очень трудно сформировать без развития способности к ручному труду, как изначальной формы труда, непосредственно обусловленной физическими свойствами человека. Ее развитие не только позволяет рано раскрыть другие способности, но и ускорить их формирование. Так, соединение человека с машиной оказывается невозможным без хорошо развитой руки, ибо способность работать головой имеет в качестве своего фундамента способность работать руками»7. «Известно, что прежде чем передать какие-то функции машине, человек должен был научиться делать их сам, причем делать искусно. Поэтому в систему подготовки человека к труду должны войти в какой-то редуцированной форме основные исторические формы труда»8.

По наблюдениям психологов, у детей дошкольного и младшего школьного возраста способность изготовлять простые поделки в процессе физического труда не только готовит их к освоению более сложных трудовых операций, но и играет большую роль в социализации, общении, развитии личности в целом. С помощью простого ручного труда «удовлетворяется насущная потребность растущей личности в созидании. Эстетическая привлекательность полученного продукта способствует формированию у ребенка положительной мотивации трудовой деятельности, и что еще важнее, — чувства уверенности в том, что он может качественно влиять на внешний (окружающий его) мир вещей, преодолевая их “сопротивляемость”, а значит, самоутверждаясь в этом подвластном ему мире (что способствует формированию “психологии победителя”)»9. В ходе исследований по обучению 6-летних детей программированию и формированию у них алгоритмического мышления психологи (возможно, и сами до конца не осознавая причин этого) обнаруживают, что успешное освоение операций на компьютере требует некой подготовительной, более простой и наглядной работы: «…Было показано, что для достижения этих целей (обучения программированию. — С.О.) в учебный курс необходимо включать не только упражнения на компьютере, но и другие виды деятельности: задания на бумаге, составление устных планов, реализацию придуманных алгоритмов “вживую” и групповые проекты»10.

Современная философия и психология, таким образом, свидетельствуют, что развитие личности и форм ее деятельности проходит ряд ступеней, отношения между которыми не до конца устоялись и оформились. Способность к сложным формам деятельности опирается на способности к более простым, однако пока не разработано детальных представлений о мере сочетания этих качественно различных форм. Не ясно, например, какой оптимальный объем и уровень овладения физическим, ручным трудом создает наилучшие предпосылки для успешного умственного или компьютерного труда (последний, строго говоря, относится уже не к «умственному» как таковому, а к более сложному, всеобщему труду11).

Применительно к обществу в целом экономисты тоже, как известно, фиксируют одновременное существование разных уровней сложности трудовой деятельности, которые обусловливают различный уровень культуры, образования, различный образ жизни индивидов, занятых этими формами труда. В укрупненном виде эти уровни можно представить как труд доиндустриального, индустриального и постиндустриального типа. Взаимодействие этих видов труда в обществе определяются пока довольно кратко — например, в приведенном выше высказывании М. Кастельса о вынесении производств с технологиями индустриального уровня за пределы экономически развитых государств, в которых преобладают постиндустриальные технологии.

Ярким примером анализа многоуровневости, многослойности современного общественного бытия является вызывающая многочисленные возражения концепция Ж. Бодрийяра. Типичным для него приемом рассуждения является утверждение о том, что новая фаза развития того или иного социального явления (производства, труда, домашней вещи и т.п.) приводит к полному вытеснению содержания, которое существовало во время предыдущей фазы. Так, объявляя о «конце производства», он пишет: «…труд — больше уже не сила, он стал знаком среди знаков»12. «Всегда будут существовать заводы и фабрики, чтобы скрыть, что труд умер, что производство умерло, или что оно теперь всюду и нигде»13. «Ныне все разновидности труда подводятся под одно-единственное определение — под нечистую, архаическую, оставленную без анализа категорию труда/услуги, а вовсе не под классическую и якобы универсальную категорию наемно-“пролетарского” труда»14. При рассуждении об изменениях в сфере быта говорится, что «там проявляется основополагающая истина нынешнего строя: вещи здесь предназначены вовсе не для того, чтобы ими владели и пользовались, но лишь для того, чтобы их производили и покупали»15. Похожие высказывания, которыми наполнены все книги Бодрийяра, с точки зрения «концепции уровней» можно охарактеризовать как отрицание (полное или частичное) включения низшего в высшее, сохранения низшего как основы высшего. Аналогичную ошибку допускали, например, те, кто утверждал, что по мере развития общества как социальной формы материи человек должен становиться, так сказать, одновременно все более социальным и все менее биологическим существом, то есть биологическая основа человеческого организма должна ослабевать и деградировать, вытесняясь социальным началом. Многочисленные исследования показали, что в действительности развитие социальной деятельности человека может быть успешным отнюдь не благодаря отмиранию биологической основы общества, а только при укреплении и развитии его природной основы — биологической составляющей человеческого организма16.

Сам Бодрийяр дает достаточно ясное изложение своего представления об общем принципе взаимодействия уровней организации социального бытия и общественного сознания на примере ценностей, возникающих при смене трех исторических типов симулякров: «Каждая конфигурация ценности переосмысливается следующей за ней и попадает в более высокий разряд симулякров. В строй каждой такой новой стадии ценности оказывается интегрирован строй предыдущей фазы — как призрачная, марионеточная, симулятивная референция»17. Естественные и гуманитарные науки дают основание для несколько иного понимания логики связи низшей и высшей ступени развития, или форм бытия. Низшее, включенное в состав высшего, в определенном смысле и отношении подчинено последнему, но вовсе не превращается в нечто «призрачное» или «марионеточное». Наоборот, низшее, включенное в состав высшего, усложняется и развивается. Так, самая сложная физика — это физические процессы в химическом веществе, самая сложная химия — химические процессы в живых организмах, самая сложная и развитая биология — это биологические процессы, лежащие в основе социальной формы материи. «Высшее вступает в противоречие с низшим не путем подавления и угнетения его, а идя дальше него»18. Аналогичным образом в информационном обществе возникает новое символическое содержание процесса труда и его продукта (например, домашних вещей), широко развивается «труд-услуга» и т.п., но это не значит, вопреки мнению Ж. Бодрийяра, что весь труд и все вещи целиком превратились в символы, перестали удовлетворять материальные потребности людей (в том числе насущные) и все общество превратилось в какое-то неопределенное море знаков и коннотаций. Новые явления надстраиваются над старыми, «усложняя общество и природу его социальной структуры» (см. приведенное выше высказывание Д. Белла), но не заменяют и не отменяют старое. Так, например, ясно, что в автомобильной промышленности или в химическом производстве информационные технологии вовсе не нацелены на то, чтобы «заменить» производство автомобилей или серной кислоты производством знаков. Они, наоборот, позволяют тем или иным образом усовершенствовать технологию создания материального продукта, сделав ее более производительной, гибкой, экологически чистой и т.п. Можно говорить только о некотором ограниченном круге вещей, в которых на первый план выходит их символическое содержание. С нашей точки зрения, методология Ж. Бодрийяра стала бы гораздо продуктивнее, если ее переориентировать на изучение сосуществования, взаимодействия, коэволюции старых и вновь возникших в информационном обществе уровней материального и духовного бытия. Этот подход позволит точнее определить структуры и механизмы развития различных сфер и уровней организации информационного общества.

Современные российские исследователи отмечают, что предложенной теоретиками постиндустриального общества парадигме явно не хватает глубинной философской основы — анализа труда как наиболее глубокой детерминанты общественного развития19, исследования природы всеобщего, в частности, компьютерного труда20. Изучение процессов труда, в частности — трех уровней организации компьютерного труда21 тоже потребует более глубокой постановки проблемы сосуществования, сочетания и взаимодействия различных исторически возникших форм труда. Взаимодействие различных форм труда (а в современном обществе сосуществуют доиндустриальные, индустриальные и постиндустриальные технологии) происходит, вероятно, на основе всеобщих закономерностей взаимодействия низшего и высшего, но в то же время должно иметь специфику, связанную с тем, что труд — не вещественная структура как таковая, а процесс. В каком смысле новые формы труда заключают в себе предыдущие: включают в себя старые трудовые операции, производят на основе новых технологий ту же продукцию, возникают только на основе усвоения и переработки старых форм труда в некой исторической и логической последовательности? Все эти вопросы еще требуют изучения и уточнения.

Известный специалист по информатике и искусственному интеллекту М.Б. Игнатьев отмечает: «Неклассическая наука привнесла в картину мира наблюдателя, постнеклассическая — управителя»22. Для современной науки становится все более актуальной не только диалектика развития природы, но и диалектика усложнившегося на основе информационных технологий процесса труда, активного вмешательства человека в существующую реальность. С нашей точки зрения, это вмешательство уже привело к возникновению виртуальной реальности — первой новой формы материи, не обнаруженной в природе, а искусственно созданий человеческим трудом23. Усложнение структуры социальной реальности, увеличение количества уровней ее организации (как в сфере материального, так и в сфере духовного бытия) делает необходимым создание концепции этой структуры, отличающейся как от простых констатаций постиндустриалистов, так и от свойственной Ж. Бодрийяру тенденции к сведению всех уровней общественного бытия и сознания к одному только последнему, недавно возникшему уровню. При решении этой проблемы инновационная роль философии может состоять в применении концепции уровней (соотношения низших и высших форм материи), разработанной в настоящее время преимущественно на материале естественных наук, к объяснению взаимодействия структурных уровней материального и духовного бытия информационного общества.

Применение предложенного подхода к описанию формирования информационного общества в современной России имеет специфику, связанную с некоторыми негативными моментами новейшей истории нашей страны. Происходящая в последние десятилетия деиндустриализация общества (частичное разрушение индустриального уровня экономической системы) каким-то образом должно влиять и на внедрение постиндустриальных, прежде всего — информационных технологий. Можно предположить, что последние будут специфическим образом взаимодействовать с технологиями индустриального уровня и сыграют роль в их восстановлении.

1 Белл Д. Грядущее постиндустриальное общество. М., 1999. С. CIX.

2 Кастельс М. Информационная эпоха: экономика, общество, культура. М., 2000. С. 237.

3 Там же. С. 224.

4 Агацци Э. Идея общества, основанного на знаниях // Вопр. философии. 2012. № 10. С. 10.

5 Там же.

6 Там же. С. 15.

7 Васильева Т.С., Орлов В.В. Социальная философия. 5-е изд., перераб. и доп. Пермь, 2011. С. 166.

8 Там же.

9 Белошистая А.В., Жукова О.Г. Организация ручного труда как способ развития мотивации ребенка // Вопросы психологии. 2008. № 2. С. 159.

10 Рогожкина И.Б. Развивающий эффект обучения программированию: психолого-педагогические аспекты // Психология. Журнал Высшей школы экономики. Т. 9. № 2. 2012. С. 146.

11 См., напр.: Орлов В.В., Васильева Т.С. Философия экономики. Пермь, 2006. С. 224–226.

12 Бодрийяр Ж. Символический обмен и смерть. 4-е изд. М., 2011. С. 58.

13 Там же. С. 71.

14 Там же. С. 67.

15 Бодрийяр Ж. Система вещей. М., 1995. С. 135.

16 См., напр.: Орлов В.В. Материя, развитие, человек. Пермь, 1974. С. 312–320; Дубинин Н.П. Что такое человек? М., 1983. С. 57–63; Социально-биологические проблемы физической культуры и спорта / под. ред. М.М. Бака, В.С. Бойко, С.С. Гурвич, И.В. Муравова. Киев, 1983; Орлов С.В., Дмитренко Н.А. Человек и его потребности. СПб., 2006. С. 73–79.

17 Бодрийяр Ж. Символический обмен и смерть. С. 45.

18 Орлов В.В. Материя, развитие, человек. С. 183.

19 См.: Орлов В.В., Васильева Т.С. Философия экономики. С. 206.

20 См.: Там же. С. 208–210.

21 См.: Орлов В.В., Гриценко В.С. Постиндустриальное общество и новая форма труда // Философия и общество. 2012. № 3. С. 77.

22 Игнатьев М.Б. Кибернетическая картина мира. СПб., 2010. С. 238.

23 См.: Орлов С.В. О понимании материи в современной российской философии // Новые идеи в философии: межвуз. сб. науч. тр. Пермь, 2012. Вып. 20. Т. 1. С. 127.

© Орлов С.В., 2013

PAGE  136


 

А также другие работы, которые могут Вас заинтересовать

33416. Имидж 35.5 KB
  цветовая палитра: синяя ахроматическая серый черный белый и натуральная гамма цвета экологии оттенки песочного коричневого зеленого. Костюм должен быть неброского неяркого цвета. Цвет должен находиться в прямой зависимости от цвета рубашки и всего костюма в целом. Аташекейс из кожи однотонный желательно темных или холодных оттенков; записная книжка; чернильная ручка; платочекпаше одного цвета с галстуком или резко контрастировать с ним; ремень должен быть из натуральной кожи пряжка должна быть средних размеров цветовой...
33417. Правила ведения делового телефонного разговора 32 KB
  Если вам плохо слышно собеседника попросить говорить громче. Если клиент обратился с жалобой дать ему выговориться выразить сочувствие записать его данные чтобы перезвонить. Если информации не достаточно то вытягивайте дополнительную информацию с помощью вопросов что когда кто как но не почему. Если телефонный звонок перебил вашу беседу попросите его подождать не вешая трубку либо перезвонить немного позже.
33418. Дресс-код 25.5 KB
  dresscode одежный код форма одежды требуемая при посещении определённых мероприятий организаций заведений. Существует два основных стиля одежды: формальный и неформальный. Помимо указаний на форму одежды на пригласительных карточках вы можете найти другие важные условные знаки.
33419. Имидж фирмы 34 KB
  Организация может иметь несколько имиджей соответствии с запросами целевых аудиторий потребителей партнеров инвесторы и т. Если фирма не работает над созданием позитивного имиджа он формируется стихийно в процессе рыночного взаимодействия и как правило не соответствует тому образу который фирма хотела бы иметь. Преимущества позитивного имиджа: 1повышение конкурентоспособности 2укрепление доверия со стороны целевых аудиторий покупателей дополнительные резервы в ценовой и товарной политике 3 активное развитие корпоративной...
33420. Концептуальные основы формирования имиджа организации» 16.7 KB
  В то же время имидж – это объективный фактор играющий существенную роль в оценке любого социального процесса или явления. Имидж организации складывается на основе компонентов: имидж товара или услуги имидж потребителей товара внутренний имидж организации имидж основателя или основных руководителей имидж персонала визуальный имидж организации и. Внешний имидж организации это то как ее воспринимает общество средства массовой информации инвесторы и общественная работа организации а внутренний отношение к организации...
33421. Понятие «корпоративная культура» и отношение к феномену корпоративной культуры 39 KB
  Основу корпоративной и организационной культуры составляют те идеи взгляды основополагающие ценности которые разделяются членами организации. Свойства корпоративной культуры базируются на признаках: всеобщность не формальность устойчивость. Всеобщность корпоративной культуры выражается в том что она охватывает все виды действий осуществляемых в организации.
33422. Краткое содержание. Корпоративный кодекс в организации 34 KB
  Корпоративный кодекс в организации Создание корпоративного кодекса – это один из способов обеспечения информационной открытости и публичности компании свидетельство приверженности высоким стандартам корпоративного поведения. Корпоративный кодекс – это открытая книга повествующая о принципах деятельности компании отвечающая на вопросы о том куда двигается предприятие как себя позиционирует. Послание от руководителей компании. Организационная структура компании главные персоналии.
33423. Невербальное общение и его роль в формирования имиджа управленца 19.73 KB
  Оно может либо дополнять и усиливать словесное общение либо ему противоречить и ослаблять. Невербальное общение – не так сильно структурировано как вербальное.
33424. Основы имиджелогии. Структура имиджа и его составляющие 26.48 KB
  Структура имиджа и его составляющие. В ряде определений получила отражение знаковая информационно –символическая природа имиджа. Но данный аспект в технологии имиджа на мой взгляд не главное. В этом определении ощутим акцент на таком прагматическом результате построения имиджа как передача информации о субъекте в виде его имиджа адресату в качестве которого выступает социальная группа.