15923

Расследование организованной преступной деятельности

Книга

Государство и право, юриспруденция и процессуальное право

УДК 343.132 ББК 67.52 Я14 Моему ученику и коллеге по научным интересам В.И. Куликову безвременно ушедшему из жизни посвящаю эту книгу Яблоков Н.П. Расследование организованной преступной деятельности М.: Юристъ 2002. 172 с. Библиотека следователя. 15ВЫ 5797504774 В книге раскр

Русский

2013-06-18

1.06 MB

28 чел.

УДК 343.132 ББК 67.52 Я14

Моему ученику и коллеге по научным интересам В.И. Куликову, безвременно ушедшему из жизни, посвящаю эту книгу

Яблоков Н.П.

Расследование организованной преступной деятельности -М.: Юристъ, 2002. - 172 с. - (Библиотека следователя). 15ВЫ 5-7975-0477-4

В книге раскрываются содержание и особенности криминалистической характеристики организованной преступной деятельности, исследуются организационно-криминалистические и общие методические вопросы раскрытия и расследования преступлений, совершенных организованными преступными группами

Для юристов - научных работников и практиков, преподавателей, студентов и аспирантов юридических вузов.

УДК 343.132 ББК 67.52

-7975-0477-4

© «Юристъ», 2002 © Яблоков Н.П., 2002

ПРЕДИСЛОВИЕ

В последние полтора десятилетия XX в. в России произошел значительный рост организованной преступности, которая в настоящее время фактически стала настоящим национальным бедствием. Существенную роль при этом сыграли социально-экономические процессы, развившиеся в стране в 1980—1990-х гг., и качественные изменения в самой криминальной среде.

Несмотря на принимаемые государством меры, размах организованной преступности не уменьшается. Официальные источники свидетельствуют о продолжающемся росте и консолидации организованной преступности, ее проникновении во все новые сферы экономики — финансовую, внешнеэкономическую, сырьевую, связанные с дальнейшим дележом приватизированной государственной собственности, земельными отношениями.

Все это породило новую криминальную ситуацию, которая требует неотложных законодательных, организационно-управленческих мер, значительных материальных ресурсов на оснащение правоохранительных органов и повышения профессионализма в действиях сотрудников оперативно-розыскных органов и следователей в борьбе с организованной преступной деятельностью.

Это тем более необходимо, поскольку правоохранительные органы до сих пор не могут достаточно эффективно бороться с организованной преступностью, не успевают эффективно реагировать на появление новых изощренных способов организованной криминальной деятельности, особенно предупреждать ее.

Одной из причин сложившейся ныне в сфере борьбы с организованной преступностью ситуации является все еще недостаточная научно-криминалистическая проработка проблем борьбы с указанной преступностью, отсутствие ясных представлений о стратегии и идеологии этой борьбы, а также криминалистической концепции и соответствующих научных рекомендаций по выявлению, раскры-

тию, расследованию и предупреждению организованной преступной деятельности следственными методами. И хотя в 1996 г. была издана первая серьезная монография по вопросам борьбы с организованной преступностью1, органы предварительного следствия и иные подразделения, призванные бороться с организованной преступностью, продолжают испытывать серьезные затруднения в налаживании эффективного раскрытия и расследования указанной преступной деятельности.

Разработка надежного методико-криминалистического обеспечения деятельности правоохранительных органов в сфере борьбы с организованной преступностью, конечно, дело не одного года и не одного автора, а большого числа разработчиков.

Настоящая же работа является одной из попыток продолжить анализ накопленного фактического материала, касающегося методов выявления, раскрытия и расследования организованной преступной деятельности и выработки на этой основе соответствующих криминалистических рекомендаций. Естественно, она не ставит своей задачей рассмотрение всех актуальных проблем, а затрагивает лишь некоторые вопросы, связанные с повышением результативности борьбы с организованной преступностью.

Глава  1

ОСОБЕННОСТИ ОРГАНИЗОВАННОЙ ПРЕСТУПНОСТИ

В РОССИИ

§ 1. Организованная преступность как наиболее развитая и опасная форма групповой преступности

Организованную преступность как новое общественно опасное явление в нашей стране специалисты-криминалисты не случайно (но порой слишком прямолинейно) рассматривали как «усовершенствованную» групповую преступность. И чаще всего в качестве методики расследования преступлений, совершенных организованными группами, применялась методика расследования обычных групповых преступлений.

Конечно, преступления, совершаемые группой преступников, всегда представляли большую общественную опасность, чем аналогичные деяния, совершаемые отдельными лицами. В первом случае в преступную деятельность одновременно вовлекается несколько, а иногда и значительное число лиц, объединенных одной преступной целью и подготовленных к ее достижению, что вносит определенную специфику в механизм и иные составляющие криминальной деятельности, а главное, это влечет за собой, как правило, наступление более тяжких последствий.

Это объясняется тем, что любая преступная группа (как разновидность малых социальных групп людей) не является простым механическим сложением некоего числа лиц, совместно совершающих преступления. Каждая преступная группа, с точки зрения психологии и социологической теории «малых групп»1, объединяя на основе совместного осуществления общественно опасной деятельности нескольких человек, стремящихся к достижению единой преступной цели, с той или иной степенью организованности, с устоявшимися межличностными отношениями, фактически превращается в единый субъект криминальной деятельности. В таком коллективном субъек-

1   См.: Основы борьбы с организованной преступностью // Под ред. В.С. Овчии-ского, В.Е. Эминова и Н.П. Яблокова. М., 1996.

1   См., например: Петровский А.В., Шпалипский В.В. Социальная психология коллектива. М., 1978; Петровский А.В. Личность. Деятельность. Коллектив. М., 1982.

те преступления появляются новые, не свойственные отдельному преступнику качества, цели, возможности, методы поведения и пр.

В преступном действии, совершаемом группой лиц, происходит объединение индивидуальных способностей, различных по своим качественным особенностям лиц, общих и специальных знаний, умений, профессиональных навыков (особенно преступных), черт их характера и др. Более того, что весьма существенно, со временем происходит разделение преступного труда (с учетом состава группы это разделение может быть и сугубо профессиональным)1.

В этой связи нельзя не согласиться с тем, что даже в простейшем виде групповое действие нельзя рассматривать как простое механическое сложение действий отдельных субъектов. В данном случае в различной степени появляются новые качества, характерные лишь для групповых преступлений2.

Независимо от особенностей отдельных видов групповых преступлений (кражи, грабежи, разбойные нападения, мошенничество, угоны автомобилей и др.) членами таких групп (в условиях разделения преступного труда) используются более продуманные, подготовленные и опасные способы совершения и сокрытия совместных преступных акций, коллективно выбирается или готовится соответствующая благоприятная для преступной деятельности обстановка. Таким образом создаются оптимальные условия для достижения конечных криминальных целей, часто не доступных одному индивиду. Особенно тщательно продумываются, совершаются и скрываются групповые преступления в сфере экономики.

Преступления, совершаемые группой, всегда отличаются повышенной общественной опасностью, поэтому лица, их совершившие, всегда наказываются строже. В действующем УК РФ в одной статье (ст. 35) зафиксирована повышенная общественная опасность как групповых преступлений, так и организованной групповой преступности. В этой статье даны определения преступлений, совершенных группой лиц без предварительного сговора и группой лиц, заранее договорившихся о совместном совершении преступления. Эти определения не раскрывают всех криминально-психологических особенностей преступных групп, являющихся предметом криминалистического изучения. Определение групп второго типа (совершающих преступление по предварительному сговору) не позволяет в целях правильной уголовно-правовой квалификации четко отграничить их от организованных преступных групп. Предварительная договоренность о совместном совершении преступления, растянутая во времени, может быть и элементом устойчивости. Устойчивость же является важной отличительной чертой организованной группы.

В теории криминалистики уже сложилось представление о традиционной преступной группе, как малой неформальной группе, являющейся единым объектом криминальной деятельности, объединяющей на основе совместной антиобщественной противоправной деятельности организованных преступным образом людей, стремящихся к достижению общей преступной цели1.

Традиционные преступные группы, встречающиеся в современной следственной практике, бывают разных видов. Наиболее простые группы могут создаваться ситуативно, под влиянием каких-то эмоциональных факторов, в результате совместного времяпровождения.^ Договоренность между ее членами о совместном совершении преступления может состояться непосредственно перед его совершением. В таких группах обычно отсутствует длящаяся общая преступная цель. Указанная цель чаще бывает кратковременной. У группы, как правило, нет четких функциональных структур и разделения ролевых функций, не выделен лидер. Решения принимаются коллективно, а преступление совершается сообща. Такие преступные образования, за редким исключением, малоустойчивы и после совершения одного или нескольких преступлений распадаются. Особенно характерны такие группы для объединений несовершеннолетних, весьма редко совершающих преступления в одиночку. Это, как справедливо отмечено, своего рода извращенная тяга к социальности социально незрелых людей2.

Более структурно и организационно сложна преступная группа, возникающая на фоне тщательно продуманной конкретной ситуации, приведшей к предварительному сговору о совместном совершении определенных преступлений. Иногда такие преступные группы в криминалистической литературе называют преступными группами

1 См.: Гуров А.И. Профессиональная преступность. Прошлое и современность. М., 1990. С. 44.

2 См.: Лукашевич ВТ. К вопросу о классификации преступных групп и пути дальнейшего совершенствования деятельности органов внутренних дел. Киев, 1978. С. 146; Он же. Криминалистические аспекты изучения преступных групп. Автореф. канд. дисс. М., 1979. С. 11.

1 См.: Лукашевич В.Г. Криминалистические аспекты изучения преступных групп. Автореф. канд. дисс. С. 11; Быков В.М. Преступная группа: криминалистические проблемы. Ташкент, 1991. С. 11.

2 См.: Карпец И.И. Актуальные проблемы борьбы с организованной преступностью. М„ 1990. С. 18.

типа «компаний»1. Представляется, что данное наименование группы, не вполне удачно, ибо понятие «компания» более связано с группой людей, проводящих вместе время досуга либо находящихся или общающихся в каком-то месте в процессе досуга2. Эти группы организационно более совершенны, имеют относительно стабилизировавшийся личный состав. В них может не быть лидера, но есть руководящее ядро из наиболее криминально или социально авторитетных и активных членов. В своей деятельности члены таких групп руководствуются ярко выраженной сугубо криминальной идеей и чаще всего опираются на традиционные уголовно-профессиональные навыки, взгляды, убеждения и специфические общекриминальные способы и методы достижения преступной цели. Подобные свойства обычно исключают наличие у таких групп коррумпированных связей, взаимодействия с органами и функционерами власти. И если такая связь возникает, то, как справедливо отмечалось еще более десяти лет назад, она сурово осуждается членами таких групп в силу еще живучих уголовных традиций или же из-за опасений быстрого разоблачения. Правда, на практике встречаются отдельные исключения из этого правила, что, тем не менее, не может быть признано характерным для традиционной групповой преступности3. Указанные группы неустойчивы, у них чаще всего не бывает долгосрочных планов преступной деятельности. Такие группы обычно складываются из числа зрелых лиц, лишь иногда в них состоят подростки.

Существуют преступные группы, в которых уже определяются ролевые функции ее членов, их соподчиненность. Эти группы в основном устойчивы, имеют выраженную общность криминальных целей, они имеют лидера и сформировавшиеся нормы межличностных отношений своих членов. К таким группам можно отнести бандитские, мошеннические, воровские группы.

Несмотря на элементы организованности, подобные группы, как правило, не имеют коррумпированных связей с органами власти. У них нет серьезной экономической базы. Такие группы, как и члены групп предыдущего вида, во многом опираются на свои уголовно-профессиональные навыки, знания и криминальные идеи. Естественным устремлением такой группы является латентность ее крими-

1   Быков В.М. Указ. соч. С. 23.

2   См., например: Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. М, 1998. С. 288.

3   См.: Организованная преступность: проблемы, дискуссии, предложения. М., 1989. С. 72.

нальной деятельности. Ее руководство и члены не пытаются влиять на политику государства, не претендуют на лидерство в экономике и обществе. Если же они и устанавливают коррумпированные связи, то в основном лишь в правоохранительных органах. В этих случаях скорее можно говорить о профессиональных общеуголовных преступных группах.

Таким образом, в рамках традиционной общеуголовной групповой преступности, изначально существовавшей в России (как в царской, так и в советской), имелись профессиональные ее виды с некоторой долей организованности. Однако отождествление последних групп с организованной преступностью в современном ее понимании является определенным упрощением. Оценивая своеобразие этой групповой преступности, пожалуй, можно говорить лишь о наличии в них ряда элементов, свойственных организованной преступности как социальному явлению. Причем, в разные исторические периоды развития СССР эта организованность проявлялась по-разному. Так, во времена нэпа преступная деятельность отдельных криминальных групп более всего соответствовала признакам организованной преступности (преступные группы, осуществлявшие ложные банкротства, мошенничества в кредитно-банковской сфере, и др.) Периоду 40— 50-х гг. свойственны бандитские группы, группы, совершающие крупные хищения государственной и иной собственности. Эти преступления совершались достаточно устойчивыми крупными, длительное время существовавшими формированиями. При этом стремление к совершенствованию элементов организованности и профессионализации криминальной деятельности у таких групп преступников в течение всей истории преступности в СССР в преступной среде существовало постоянно.

Конечно, указанные симптомы с самого начала их выявления должны были вызвать тревогу у руководства страны и правоохранительных органов. Во всяком случае их нельзя было замалчивать. Тем более, что организованная преступность в стране постепенно развивалась и приобретала основные свойственные ей черты не только в подполье. В частности, росла организованность и управляемость организованных групп, усложнялась их структура. Их преступная деятельность становилась более согласованной, плановой, масштабной и многоаспектной. Следовательно, необходимо было уже изучать ее и разрабатывать особую методику расследования преступлений, совершаемых членами таких преступных сообществ. Таким образом, была необходима соответствующая реакция со стороны государства и правоохранительных органов.

Однако, как известно, существование в Советском государстве не только признаков организованной преступности, но и профессиональной преступности полностью отрицалось на всех уровнях государства, в официальных данных. И это не удивительно, поскольку вся официальная информация о состоянии преступности в стране преподносилась с теоретически ошибочной позиции отсутствия в нашем государстве социальных корней не только профессионально организованной, но и обычной преступности, наличия тенденции к ее постепенному сокращению. Поэтому подобные взгляды стали одной из догм правовой науки. Все это, естественно, мешало проведению соответствующих научных исследований проблем профессиональной преступности с элементами организованности, научному прогнозированию возможных направлений развития указанного социально-правового явления и, соответственно, разработке определенной государственной политики, средств контроля и методов борьбы с подобной формой организованной преступности.

Организованная преступность (ОП) в советском варианте не импортировалась с Запада. Она — доморощенный феномен, результат определенных объективных закономерных процессов.

Как социально-правовое явление, ОП в любой стране является результатом достаточно длительного развития объективных процессов, прежде всего, в экономике, а также социальной сфере и идеологии. Следовательно, ОП — это социально-экономическое явление. При этом ее возникновение было связано с развитием групповой преступности, ее определенной трансформацией, что также вполне закономерно, поскольку групповая преступность только тогда приобретает характер организованности, когда в структуре ее деятельности появляются признаки экономической деятельности, т.е. планомерного извлечения прибыли на основе присвоения прибавочной стоимости1.

В нынешнем виде организованная преступность в стране начала формироваться в 60-х гг. на базе легальных хозяйственных структур нашего общества (в торговле, сбытовых и заготовительных организациях, кооперации, отдельных промышленных предприятиях и др.) и неразрывно связана с результатами непродуманной хозяйственной деятельности командно-административной системы и особенно порожденной ею теневой экономикой, зародившейся в указанных легальных структурах. Таким образом, наша организованная преступ-

См.: Организованная преступность: проблемы, дискуссии, предложения. С. 45.

ность зародилась в среде легальной экономики, а не в нелегальной криминальной деятельности, как это было, например, в США и западноевропейских странах.

Современная отечественная ОП зародилась в результате такой социально-экономической политики, проводившейся в СССР, которая глушила деловую и экономическую инициативу хозяйственников, стремление к ее гибкости, быстрой перестройке с учетом экономических и социальных потребностей. Все это в значительной степени привело к дестабилизации и перекосам в экономике страны, росту преступлений в сфере хозяйственной деятельности, крупным хищениям, взяточничеству, а также возникновению теневой экономики, действовавшей параллельно с официальной экономикой.

Теневая экономика действовала скрытно, но в то же время и расширялась. Более того, она стала расти значительно быстрее официальной экономики. Дельцы теневой экономики, получившие название «цехо-виков», с целью расширения своего преступного бизнеса стали создавать свои хорошо организованные и устойчивые сообщества криминального характера. С помощью систематических взяток и подкупа государственных служащих, партийных и советских работников и представителей правоохранительных органов они обеспечивали надежную защиту своей преступной деятельности от контроля и разоблачения. Тем самым создавалась и система коррупции в указанных органах. В результате этого в сфере экономики появились преступные структуры, действующие как по горизонтали, так и по вертикали.

Накопление огромных материальных ценностей дельцами экономики и расхитителями государственной собственности не могло не остаться незамеченным представителями традиционной профессиональной преступности. Началось обворовывание, ограбление членов теневых «цеховых» преступных кланов, вымогательство у них ценностей, нажитых преступным путем. При этом резко увеличилось число корыстно-насильственных преступлений, похищений людей с целью получения выкупа, появился рэкет в современном понимании этого явления. Все это привело к значительному росту организованности и общеуголовных преступных групп, обусловленной появлением в их криминальной деятельности признаков преступного бизнеса, а также к формированию мощного слоя организованной преступности в общеуголовной среде.

Естественно, противостояние двух этих народившихся сфер организованной преступности (в сфере экономики и общеуголовной) не могло долго продолжаться, ибо, в конечном итоге, было не в их общих интересах. В результате началось сращивание деятельности дельцов

теневой экономики и главарей общеуголовных преступных сообществ. Сначала эти отношения сводились к получению общеуголовными организациями выплаты определенной доли от противоправных операций «цеховиков» за гарантии их безопасности. Затем общеуголовные группы стали включаться в структуру преступных сообществ «цеховиков» и превращались в необходимые составные звенья указанных организованных преступных организаций. Следующим этапом стало превращение лидеров общеуголовных организованных групп в компаньонов дельцов теневой экономики, вкладывание ими «общако-вых» средств в преступный теневой бизнес1. Указанные лидеры стали охранять дельцов от экономики от других вымогателей и от разоблачения их криминальной деятельности, помогать им в сбыте продукции, получать долги, устранять конкурентов и др. Вместе с тем, началась перекачка громадных денежных средств: от государства к расхитителям, а от них в уголовную среду. Сложилась своеобразная триада — должностные лица, дельцы от экономики и уголовники.

Конечно, существование и постоянный рост в стране значительной рецидивной преступности и лиц, профессионально специализирующихся на совершении отдельных видов преступлений, вполне закономерно вели к профессионализации и организованности преступной деятельности в стране. В то же время прохождение криминальных «университетов» в тюрьмах и лагерях миллионов наших граждан в период различных репрессий также послужили катализатором криминальных процессов, связанных с возникновением и развитием организованной преступности в нашей стране2.

В результате всех вышеуказанных процессов преступность в сфере экономики до начала перестроечных процессов в стране уже имела немало признаков, свойственных современной организованной преступности. Преступные сообщества «цеховиков» и расхитителей были довольно организованными, устойчивыми и сплоченными, конспиративными, имели коррумпированные связи, которые помогали им избегать разоблачения и длительное время заниматься широкомасштабной преступной деятельностью, порой и на межрегиональном уровне.

Наше общество находилось в этот период в неведении относительно существования и состояния в стране организованной преступ-

' Общак — воровская касса, коллективная собственность воровской группы. См.: Словарь тюремно-лагерного блатного жаргона. М., 1992. С. 159.

2 См.: Гуров А.И. Организованная преступность — не миф, а реальность. М., 1992. С. ности, поскольку, как уже отмечалось, одной из догм руководства государства и правовой науки в данный период было утверждение об отсутствии в СССР профессиональной, а тем более организованной преступности. Лишь к 1988 г., после ряда серьезных публикаций в печати1, фактически констатировавших наличие значительного среза организованной преступности в стране, практика замалчивания факта ее существования в нашем обществе стала принципиально невозможной, начался процесс осознания обществом остроты сложившейся криминальной ситуации, порожденной существованием и стремительным ростом организованной преступности. В специальных юридических изданиях стали публиковаться материалы криминологов и криминалистов, изучавших проявление организованной преступности достаточно долго и на научной основе. Это обстоятельство сыграло положительную роль в осознании обществом серьезности криминальной ситуации с организованной преступностью.

Между тем для принятия быстрых и эффективных мер противодействия расширяющей сферы своего влияния организованной преступности в 1986—1989 гг. необходим был не столько общественный (нередко спекулятивный) резонанс, сколько создание и обеспечение организационно-финансовых возможностей для работы правоохранительных органов в данной сфере и выработка специальной общегосударственной программы борьбы с ОП, а также специальных криминалистических методов деятельности, направленных непосредственно против организованной преступности.

Однако в те годы, когда реальная возможность быстро и относительно малыми усилиями взять под контроль процессы распознания, самоорганизации и усложнения ОП еще существовала, решительных мер принято не было, что нанесло невосполнимый ущерб делу борьбы с организованной преступностью в масштабе всей страны.

С начала 90-х гг., в связи с выходом организованной преступности из тени и приобретением черт качественно нового опасного социального явления, процессы ее научного исследования уже не приостанавливались. Специалисты различной ведомственной принадлежности, разного уровня информированности активно изучали

1 См.: Гуров А.И. Лев прыгнул // Литературная газета. 1988. 12 июня; Щекочи -хин Ю., Гуров А. Лев прыгнул. Диагноз: организованная преступность. Проведены первые исследования // Литературная газета. 1988. 20 июля; Николаев И.О. О проблемах борьбы с организованной преступностью // Социалистическая законность. 1988. М> 6. С. 45; Бирюков В. Что такое организованная преступность // Социалистическая законность. 1988. № 9. С. 25; Гуров А.И. Организованная преступность и меры борьбы с ней. М, 1989.

многие аспекты отечественной организованной преступности, искали аналогии этому явлению в криминальной практике других стран и методы борьбы с ней.

Особенно много в этом направлении удалось сделать криминологам. Результаты их исследований1 со временем дали возможность составить основу научного понимания феномена российской организованной преступности, вскрыли наиболее существенные признаки ее элементов, позволили наметить стратегические правовые, организационные, социально-экономические меры борьбы с ней и, что не менее важно, способствовали определенной активизации деятельности правоохранительных органов в борьбе с ОП.

В этот период не замечать или игнорировать многочисленные факты усиления мощи ОП стало невозможно уже ни государству в целом, ни руководителям правоохранительных органов. К тому времени в стране возникли и стали набирать силу социально-политические процессы, которые не могли не привести к пониманию необходимости государственного признания факта существования организованной преступности. В результате научно-исследовательской работы ученых, практической деятельности правоохранительных органов, высочайшей гражданской активности средств массовой информации, освещавших проблемы борьбы с организованной преступностью и реального стремления общества к контролю над ней, была достигнута главная по тем временам цель. После всестороннего обсуждения проблемы высшим органом государственной власти была выработана определенная, хотя и несовершенная еще программа борьбы с ОП, которая обрела статус государственной программы2.

После этого в структуре МВД были созданы специальные органы, нацеленные на борьбу именно с организованной преступностью, законодательно расширены возможности использования оперативно-розыскной деятельности в этой борьбе, внесены некоторые изменения и дополнения в уголовно-правовое и уголовно-процессуальное законодательство. Началось накопление и научное изучение накопленного опыта оперативно-розыскных и следственных мер борьбы с ОП и формирование соответственных методов раскрытия и расследования указанной преступной деятельности.

1   См.: Карпец И.И. Преступность как реальность // Вопросы философии. 1988. № 5. С. 87; Организованная преступность: проблемы, дискуссии, предложения. С. 45.

2  См.: Постановление II Съезда народных депутатов СССР «Об усилении борьбы с организованной преступностью» // Правда. 1989. 28 дек.

Однако развал СССР, последующие серьезные просчеты в строительстве нового общества в России привели к еще более кризисному состоянию политики, экономики, системы законности, социальной и духовной сфер в жизни нашего общества, в частности, к резкому спаду промышленного производства, инфляции, обнищанию большинства населения, резкому социальному расслоению в обществе и т.д. Все это не позволило должным образом активизировать борьбу с ОП. Тем более это было трудно сделать и потому, что в силу указанных негативных процессов организованная преступность особенно резко начала расти. Так, по сводкам МВД того периода, уже в 1990 г. было известно о 785 организованных преступных группах. К середине 1994 г. их число выросло до 56001.

В своем дальнейшем развитии отечественная ОП набрала большую силу. В значительной мере это было результатом разрушительного действия внедренного с начала п'ерестроечного периода в жизнедеятельность нашего общества принципа «разрешено все, что не запрещено законом» при отсутствии элементарного нормативного обеспечения хозяйственной и коммерческой деятельности и контроля за ней, а также грабительской приватизации государственного имущества, непродуманности рыночных реформ и многих погрешностей в сфере финансово-экономической деятельности. Соответственно от контроля криминальной деятельности «цеховиков», мелких кооперативов ОП пришла к фактическому переподчинению себе крупнейших и доходных производств. Так произошло, например, с автозаводом в г. Тольятти, являющимся источником поступления денег для организованной преступности. Проникновение же ОП в большую экономику с неизбежностью поставило вопрос о доступе ОП к рычагам политической власти с целью влияния не только на местную, но и общегосударственную хозяйственно-финансовую и даже уголовную политику (для надежной защиты от правоохранительных органов). В российской действительности уже имеется немало примеров, когда преступные авторитеты прорываются во власть. Примером может служить Климентьев, выигравший выборы в Нижнем Новгороде2, или Коняхин, ставший мэром г. Ленинск-Куз-

1 Уголовный бсспредсл достиг опасного предела // Российская газета. 1994. 17 июня.

2 На состоявшихся в июле 2001 г. губернаторских выборах в Нижегородской области в борьбе между законностью и криминалом все-таки выиграла первая: А. Кли-мснтьсв потерпел поражение еще в нервом туре, заняв только пятое место, набрав 10,5% голосов избирателей. См.: Харичев И. Недолго тешил нас обман // Российская газета. 2001. 7 авг.

нецкого. Более того, уже имеет место случай, когда победу на выборах одерживает не один криминальный авторитет, а целый избирательный блок, названный именем этого авторитета. Речь идет об избирательном «Блоке Быкова», выигравшем выборы в городское собрание в Красноярске и получившем поддержку 40% принявших в голосовании избирателей. В то же время блок губернатора края А.И. Лебедя не преодолел даже 5%-ного барьера и проиграл эти выборы. В результате реальная власть, в том числе и политическая, в Красноярске будет принадлежать людям А. Быкова1.

Таким образом, криминал уже прорывается во власть, используя законные демократические процедуры и поддержку населения, в данном случае не только симпатизирующего Быкову, но и недовольного существующей властью.

Современная ОП в России фактически прочно внедрилась в экономику. И это не случайно, поскольку главным плацдармом, на котором разворачиваются криминогенные сражения с начала перестро-ечного периода и в настоящее время, стала экономика. К тому же организованная преступность настолько «органично» вписывается в экономическую и социальную ткань общества, что порой стирается грань между преступным и непреступным, легальным (законным) и незаконным»2. По данным МВД, в настоящее время ОП контролирует почти половину частных фирм, каждое третье государственное предприятие, от 50 до 85% банков. Практически ни один сектор экономики не защищен от посягательств ОП. В результате бюджет ежегодно недосчитывается значительных средств, которые так или иначе выводятся из федеральной финансовой системы. При этом наибольший интерес у организованных групп и преступных сообществ проявляется к тем отраслям экономики, где вращаются большие деньги: различные государственные программы, финансируемые из бюджета; кредитно-финансовая сфера; приватизация и инвестиции; внешнеэкономическая деятельность; сырьевая и перерабатывающая промышленность; сфера обращения драгоценных камней и металлов; шоу-бизнес и т.д.

В целом, деятельность организованных преступных сообществ не только еще больше осложнила криминальную обстановку в стране (так, в 1998 г. раскрыто 29 тыс. преступлений, совершенных организованными группами, пресечена деятельность 9 тыс. организованных преступных формирований), но и фактически превратилась в одну из

составляющих векторов общественного развития, в относительно самостоятельную, самоорганизующуюся социально-политическую и опасную для государства систему, пытающуюся диктовать многие направления деятельности не только в экономике, но и в политике. К тому же эта система в настоящее время имеет достаточно прочный иммунитет от традиционных методов оперативно-розыскной и следственной деятельности и других институтов социального контроля.

Соответственно именно в последние годы для нее стала характерной властная составляющая. Если раньше преступные организации действовали в глубоком подполье и сложившаяся в их среде система криминальных норм, обычаев, правил поведения была обязательна лишь для их членов, то с почти разрушенной системой правового и социального контроля за многими сторонами жизни нашего общества они после грабительского захвата общенародной собственности активно устремились в публичную власть, как общественную, так и государственную, и особенно в местную (муниципальную) власть. При этом, стремясь распространить свои криминальные нормы и правила на законопослушных граждан, лидеры организованных групп и преступных сообществ создают некое «криминальное правовое поле» в той или иной сфере (на объекте, территории) общественной жизни. Законопослушные граждане, действующие на этом поле, должны подчиниться противозаконной системе криминально-властных предписаний лидеров преступных сообществ. Например, обязывают всех владельцев кафе, магазинов, ресторанов платить дань бандитским группировкам. Дань платят продуктовые, вещевые и автомобильные рынки, а также 70—80% приватизированных предприятий и коммерческих банков. Причем размер дани в польз}' организованных преступных групп (ОПГ) составляет 10—20% оборота, что составляет чуть ли не половину всей балансовой прибыли. На рынках же эти группы устанавливают и принудительно поддерживают нужный им порядок работы, противоречащий установленному местными органами власти порядку работы рынков. В частности, навязывают свои правила допуска на рынок продавцов, регламентируют ассортимент товаров, распределяют доходы и т.д.1

Более того, организованная преступность стремится контролировать политические партии и движения, а также органы государственной власти, коррумпирует или терроризирует исполнительную власть, добивается принятия удобных и выгодных законов и блоки-

1   См.: Блинов Е. Кто в городе хозяин // Российская газета. 1999. 16 дек.

2  Карпец ИМ. Преступность: иллюзии и реальность. М., 1992. С. 263.

1   См.: Винокуров С.И. Организованная преступность как она есть // Российский следователь. 1999. № 1. С. 8.

рует принятие неудобных для нее законов. Так, в отдельных регионах руководители преступных групп заставляют местные власти передавать им право на разрешение открывать магазины и ларьки, лицензии выдавать только с их согласия.

Современной организованной преступности России свойственны и другие особенности, а именно:

— консолидация и структурное усложнение преступных сообществ, расширение их межрегиональных и международных связей, укрепление связей с влиятельными органами;

— укрепление финансовой и материально-технической базы организованных групп, расширение арсенала криминальных средств и методов, особенно направленных на подавление оказываемого им сопротивления;

— доступ к нелегальному, а по существу определяющему контролю за всей производственной, банковской деятельностью и сельским хозяйством, т.е. ОП стала влиятельной организующей силой;

— ужесточение раздела сфер влияния и контроля, а также методов этого раздела;

— усложнение способов и механизмов получения преступных доходов, затрудняющих собирание данных, необходимых для возбуждения уголовного дела;

— рост активности и влияния «этнических» преступных сообществ;

— активное использование в своих интересах средств массовой информации, вплоть до организации пропагандистских кампаний.

Все вышеназванное, сопровождаемое использованием методов шантажа, насилия и убийств, уже фактически превратило современную организованную преступность в России в мафию — одну из наиболее опасных и высокоразвитых форм проявления этой преступности. Превращение преступного сообщества в мафию делает население контролируемой ею территории зависимым от нее. А зависимое население — игрушка мафии в манипуляции демократическими процедурами. При этом, как справедливо отмечено в литературе, организованная преступность мафиозного типа «непрерывно и профессионально изобретает самые невероятные способы своего паразитирования.., умеет эксплуатировать все: революцию и контрреволюцию, войну и мир, победу и поражение, экономические подъемы и обвалы, приватизацию и деприватизацию, экономические успехи и банкротство, землетрясение и спасательные работы, богатство и нищету»1.

Указанные мафиозные приемы организованной деятельности особенно активно направлены не только на усиление своего влияния на население, но и на расширение своего финансового, коррупцион-но-кадрового и силового влияния на легальную и теневую экономическую деятельность. К тому же и сама теневая экономика, материально подпитывающая организованную преступность, также изменилась. Крушение прежней государственности, приведшее к нарушению традиционных связей между отдельными предприятиями и целыми территориями, привело к расширению и видоизменению теневых экономических процессов. В частности, выросли такие виды теневой экономики, как неофициальная и фиктивная. Выросли во многом за счет утаивания значительной части своей экономической деятельности от государственного учета и сокрытия ее доходов от налогов,- а также за счет мошеннических действий и фиктивных сделок при получении и передаче денег, лжеэкспорта, реализации неучтенной продукции и т.д.

В то же время отдельные подпольные виды теневой экономики легализовались за счет расширения негосударственного сектора экономики и роста числа аналогичных нелегальным легальных негосударственных коммерческих структур. При этом преступные сообщества накопили и легализовали значительную часть теневых капиталов.

Вместе с тем в основе механизма изменения теневой экономики в современный период лежат и более глубинные процессы, к числу которых, например, относятся:

— формирование на этой основе корпоративно-бюрократических конкурирующих структур, столкновение власти которых фактически подменяет собой механизм государственного управления;

— раскол общества на две неравные части — занятых в привилегированном прогрессирующем монополизированном секторе и работающих в регрессирующем немонополизированном секторе экономики;

— усиление в обществе борьбы за перераспределение крайне неравномерно распределяемых на всех уровнях доходов1.

Большие деньги из теневой экономики в настоящее время «отмываются» в легальных предпринимательских и коммерческих негосударственных структурах, которые идут затем на укрепление финансовой базы ОП. Так, криминальные коммерческие структуры

1  Лунеев В.В. Патологическая анатомия организованной преступности // Уголовное право. 1999. № 2. С. 101.

1 См.: Глинкина С.П. Причины усиления и специфика теневой экономики на этапе перехода России к рынку // Изучение организованной преступности: российско-американский диалог. М., 1997. С. 252.

скупают муниципальную собственность и в первую очередь — предприятия торговли и сферы обслуживания, стремятся завладеть контрольным пакетом акций приватизируемых предприятий. В результате российская экономика, особенно в части коммерческого предпринимательства, оказалась в большой зависимости от преступной мафии.

В то же время в сократившемся нелегальном секторе теневой экономики большое место стала занимать деятельность, связанная с наркобизнесом, проституцией, хищением и торговлей оружием, вымогательством (рэкетом), взяточничеством в форме бюрократического рэкета. Особую тревогу вызывает рост наркоторговли. В частности, в Москве почти ежедневно задерживаются наркокурьеры из Таджикистана, других стран Средней Азии и Кавказа, поставляющие наркотики организованным преступным сообществам.

Особенно тревожны темпы криминализации экономики. Растет число преступлений, связанных с незаконными операциями с валютой и ценными бумагами, банковскими операциями, незаконными кредитами, созданием ложных акционерных обществ и других коммерческих предприятий, и широко распространенное сокрытие доходов от налогообложения.

Как справедливо отмечено, «...феномен организованной преступности, разумеется, проявляется не столько в характере совершаемых преступлений, сколько в структуре самого преступного формирования»1. Вместе с ростом и совершенствованием организованной преступной деятельности видоизменились и ее структурные элементы. Современные преступные сообщества стремятся консолидировать криминальную среду разной преступной направленности — общеуголовной, экономической и финансовой, в том числе и транснационального характера, активно идет интеграция преступных групп и сообществ в единые мощные сообщества. Соответственно они превращаются в более сложные криминальные структуры с весьма широким комплексом совершаемых ими преступлений, носящих не только межрегиональный, но и транснациональный характер.

В то же время за последние годы усилился тот структурный элемент организованной преступности, который представляет общеуголовную преступную сферу. Он стал более профессионально вооруженным, технически оснащенным и финансово мощным. Его

1  Дугеиец А.С., Макиенко А.В. Организованная преступность как социальный феномен России // Российский следователь. 1999. № 1. С. 13.

преступные акции стали более дерзкими и агрессивными, жестокими и опасными. Значительно расширился круг совершаемых его членами преступлений. Большое место в их числе стали занимать не только вымогательство, бандитизм, но и такие преступления, как заказные убийства, терроризм и разжигание межэтнических конфликтов.

С расширением числа властных, государственных, общественных и хозяйственных сфер, в которые проникает организованная преступность, более масштабными стали проявления коррупции. Более того, коррупция тесно переплелась с организованной преступностью, эти явления стали неотделимыми друг от друга. Это вполне закономерно, ибо коррупция в данном случае используется как основной способ установления контроля криминальной сферы над властно-исполнительными структурами, контрольно-ревизионными и финансовыми органами, отдельными общественными объединениями и хозяйственными субъектами. В настоящее время коррупция особенно поразила органы власти и управления, связанные с решением вопросов финансирования, приватизации, лицензирования и квотирования экспортных операций, с импортными операциями, распределением фондов и госзаказов, регистрацией коммерческих структур и контролем за их деятельностью, а также правоохранительные органы и другие структуры, обладающие конфиденциальной служебной информацией. Все это не только облегчает совершение преступлений, но и затрудняет их выявление и раскрытие.

И сейчас каждая организованная группа преступников, рассчитывающая на длительный криминальный бизнес, стремится иметь коррумпированные связи. В результате борьба с коррупцией в стране является одним из составных элементов борьбы с организованной преступностью.

Несмотря на масштабность и высокие темпы распространения коррупции в настоящее время, фактически угрожающие дальнейшему демократическому развитию России, до сих пор политика борьбы с коррупцией в нашей Стране носила характер очередной неэффективной кампании, по существу сводившейся к имитации решительности властей активно ей противодействовать. Однако, для того чтобы это противодействие происходило без каких-либо нарушений норм права, оно должно осуществляться (и это общепризнанно) на основе и в рамках соответствующего федерального закона. До сих пор у нас нет такого закона, хотя еще в ноябре-декабре 1997 г. закон «О борьбе с коррупцией» был принят обеими палатами Федерального Собрания, но 19 декабря 1997 г. был отвергнут Президентом.

В настоящее время новый проект указанного закона снова рассматривается в Государственной Думе. Правда, с принятием Закона «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем»1 правительство надеется более эфективно справляться с многочисленными организованными преступными сообществами, пытающимися легализовать свои преступные доходы, особенно от наркобизнеса, разбоя и проституции. А такая деятельность правоохранительных органов крайне необходима. По данным МВД и ФСБ, в 2000 г. пресечено 1800 попыток указанной легализации, а за первый квартал 2001 г. — уже около 900.

Что же касается проблемы повышения эффективности борьбы с организованной преступностью в целом, то, как справедливо отмечается в литературе, «везде в государствах, ориентированных на соблюдение норм права, ощутимые результаты наступали только после принятия специальных комплексных законов о борьбе с организованной преступностью»2. При этом имелись в виду специализированные комплексные законы прямого действия, принятые в Италии, США и Германии.

Проект такого комплексного специализированного закона «О борьбе с организованной преступностью» был подготовлен и у нас и еще в ноябре 1995 г. принят Государственной Думой, а в декабре того же года одобрен Советом Федерации. Однако в марте 1996 г. указанный закон также был отклонен Президентом и, представляется, по ряду недочетов некардинального значения.

С принятием действующего Уголовного кодекса у части ученых и законодателей возникло сомнение по вопросу о необходимости дальнейшей работы над таким комплексным законом и его принятия. Однако данное сомнение не разделяет значительное число ученых и законодателей, например, А.И. Долгова, В.В. Лунеев и др.

Эффективная борьба с организованной преступностью, как свидетельствует практика расследования составляющих ее преступлений, может быть таковой, прежде всего, лишь на основе четкой программы улучшения состояния экономики и жизни людей, воссоздания воспитательно-профилактических функций государства и лишь в том случае, когда решение всех вопросов, касающихся уголов-но-правовой борьбы с ней, будет четко урегулировано и согласовано с соответствующими нормами уголовно-процессуального, административного, гражданско-правового и оперативно-розыскного характера, с нормами финансового законодательства. Однако действующий УК РФ, к сожалению, был принят в отрыве от указанного законодательства. Если бы действующий УК сразу же повлек за собой необходимые изменения в других отраслях законодательства, то, возможно, указанный федеральный закон мог бы и не потребоваться (определенные коррективы, правда, были внесены в Федеральный закон «Об оперативно-розыскной деятельности» и ряд других законов).

Тем не менее вопрос о принятии единого комплексного федерального закона, регламентирующего данную сферу деятельности правоохранительных органов, все же остается актуальным для России. Более того, учитывая традиции кодификации нашего законодательства, увязающего в бесчисленных согласованиях, целесообразно ускорить его принятие. При этом нормы подготовленного нового проекта закона о борьбе с организованной преступной деятельностью целесообразно группировать по отдельным правовым отраслям и рассматривать как рекомендации о путях изменения и дополнения соответствующих законов. Сам же указанный закон следует рассматривать как акт прямого действия на период до приведения норм указанных выше законов в соответствие со сделанными в данном законе рекомендациями.

Вне всякого сомнения, решению данной задачи будет служить и быстрое принятие федеральных законов «О борьбе с коррупцией», «О профилактике преступлений и других правонарушений».

Вместе с тем необходимо отметить, что, к сожалению, в борьбе с организованной преступностью еще не хватает решительных действий со стороны руководства страны. Это обстоятельство часто дает основания для мнения о том, что фактически еще у нас не начата активная борьба с коррупцией и организованной преступностью1. Однако есть надежда на такие решительные действия в ближайшем будущем.

§ 2. Современное понимание организованной преступной деятельности

Уяснение сути организованной преступности имеет очень важное значение для определения основных направлений борьбы с ней, выработки мер противодействия ей и ее предупреждения. Понимая это,

1   Российская газета. 2001. 9 авг.

2  Организованная преступность — 4. М., 1998. С. 6.

См.: Кива А. Единственный и неповторимый // Московская правда. 2001. 6 япв.

отечественные ученые-юристы именно с этого начали изучение данного социального феномена.

Ранее других представителей уголовно-криминалистического цикла серьезное изучение организованной преступности начали криминологи. С 1986 г. по настоящее время по инициативе криминологов с целью анализа сути организованной преступности, выработки ее понимания и формирования научно обоснованной концепции борьбы с данным явлением было проведено несколько научных и практических семинаров, заседаний, конференций (в том числе и международных) и «круглых столов». Поэтому криминологи далее всего продвинулись в отмеченных исследованиях.

При этом активизации изучения организованной преступной деятельности во многом способствовало создание в 1991 г. Криминологической ассоциации РФ во главе с проф. А.И. Долговой. Благодаря этой Ассоциации удалось объединить усилия криминологов разных ведомств и регионов России и направить их потенциал на изучение современной организованной преступной деятельности (ОПД).

Весьма интересны результаты указанных криминологических исследований организованной преступной деятельности, опубликованные в нескольких сборниках1. Криминологи активнее других специалистов участвуют в разработке проектов законов о борьбе с различными проявлениями организованной преступности, например, проектов законов «О борьбе с коррупцией», «О борьбе с организованной преступностью». Криминалисты же в таких исследованиях первоначально значительно отстали от криминологов, и к тому же их исследования были разобщены. При криминологических исследованиях определились разные подходы к пониманию сути организованной преступности и ее определению. Так, организованная преступность понималась «как совокупность преступлений, совершенных организованными преступными группами (ОПГ)»2; как «сложная системно-структурная совокупность деятелей преступного мира»3;

1 См.: Организованная преступность: проблемы, дискуссии, предложения; Организованная преступность — 2. М., 1993; Организованная преступность — 3. М, 1996; Организованная преступность — 4. М., 1998; Проблемы борьбы с организованной преступностью // Сб. научных трудов ВНИИ МВД. М., 1990; Вопросы организованной преступности и борьбы с ней // Сб. научных трудов НИИ Прокуратуры РФ. М., 1993, и др.

2 Искомое В Д. // Организованная преступность: проблемы, дискуссии, предложения. М., 1989. С. 21.

3 Долгова А.И. // Там же. С. 14.

«устойчивое объединение ряда преступных групп в преступное сообщество для совместной криминальной деятельности, достижения власти в определенной сфере»1; «функционирование преступных групп и сообществ»2; «относительно массовое функционирование устойчивых, управляемых сообществ преступников, занимающихся преступлениями как промыслом и имеющих коррумпированные связи»3 и т.д.

Бесспорно, указанные отмеченными авторами признаки организованной преступности существуют, проявляются в ней, но не сами по себе, не как единственные или главные, а в системе с другими ее особенностями.

Давались и очень широкие толкования сути и понятия организованной преступности: как «альтернатива государству»4; переходная ступень от преступности к буржуазному предпринимательству5; существующая параллельно государству организация, повторяющая общественную систему, в которой она действует, приспосабливающаяся к этой системе, заполняющая те ниши, которые не заполнены государством6; явление, «охватывающее все виды и формы преступлений и сферы преступной деятельности, использующее р приспосабливающее все негативные стороны в сфере экономики, управления, хозяйствования, политической системы для достижения своих антиобщественных целей и интересов»7; результат обострения социальных проблем и причина воспроизводства преступности8; явление международного характера9 и пр.

Столь широкое понимание содержания такого сложного социально-правового явления, как ОП, хотя и правомерно, но не перспектив-

1 Глазырин Ф.В. Организованная преступность как правовая проблема // Проблемы обеспечения законности в механизме правоприменения. Волгоград, 1991. С. 166; Галкин Е.Б. Социально-психологический механизм соорганизации преступной среды // Проблемы борьбы с организованной преступностью. М., 1990. С. 18.

2 Пискарева И.В. Теневая экономика и организованная антиобщественная деятельность // Вестник МГУ. Серия «Право». 1990. № 4. С. 74.

3 Гуров А.И. Организованная преступность и меры борьбы с ней. Стенограмма лекции. М., 1989. С. 4.

4 Козлов Ю.Г. // Организованная преступность: проблемы, дискуссии, предложения. С. 65.

5 См.: Злобин Г.А. Кризис законности и «научные иллюзии» // США: экономика, политика, идеология. 1970. № 8. С. 41.

6 См.: Луиеев В.В. // Организованная преступность: проблемы, дискуссии, предложения. С. 49.

7   Олейник В.И. // Там же. С. 74.

8   См.: Кочев Н.В. // Там же. С. 85, 119.

9  См.: Пристанская О.В. // Там же. С. 51.

но ни в научном, ни в практическом смысле, ибо базируется в большей мере не на характерных закономерностях этой преступности, а на признаках отдельных областей (социальной, экономической и политико-государственной), в которых действует организованная преступность.

Думается, правы те ученые, которые предостерегают от подобного широкого толкования сути организованной преступности, видя в этом тупиковый путь для науки и практики1. Действительно, трудно, опираясь на такое понимание организованной преступности, определить конкретные направления и средства борьбы с ней и противодействия ей.

Представляется, что выражать существо ОП надо через наиболее значимые свойства и признаки именно отечественной ОП, как это пытались сделать отдельные авторы. При этом некоторые из них понимали организованную преступность как:

— относительно самостоятельное негативное социальное явление, характеризующее консолидацию криминальной среды в рамках региона, страны в целом; разделение преступного сообщества на иерархические уровни с выделением лидеров, непричастных к совершению конкретных преступлений, осуществляющих организаторские, управленческие, идеологически функции; вовлечение в преступную деятельность должностных лиц (коррупция); монополизация и расширение сфер противоправной деятельности; создание системы противодействия, направленной на нейтрализацию всех форм социального контроля2;

— явление, на качественно новой основе объединяющее общеуголовную и корыстно-хозяйственную преступность, когда тяжкие, прежде всего корыстные, преступления совершаются организациями преступников, которые стабильны, мобильны, иерархичны и глубоко законспирированы, возглавляются лидерами или лидирующим ядром, постоянно стремятся к расширению масштабов своей преступной деятельности...3;

— новое криминальное явление, составляющее комплекс преступлений, преступную деятельность сплотившейся для этой цели группы людей, выполняющих как общие одинаковые, так и различные действия1;

— устойчивое объединение лиц, организовавшихся для совместной преступной деятельности в корыстных целях и для достижения контроля в определенной социальной сфере или на определенной территории2;

— преступность, обязательно включающую экономическую должностную и профессиональную преступность, не будучи их механической совокупностью3.

Конечно, эти определения еще не полностью раскрывают суть ОП, но в них учитываются два основных фактора: характер организованной преступной деятельности и организованная преступная группа, члены которой осуществляют эту деятельность. Эти факторы во многом характеризуют ОП как специфическое социально-криминальное явление и, представляется, должны служить отправными точками в формировании понимания ее сути, определении направлений и средств борьбы с ней.

Организованная преступность -•- это и система социальных связей и отношений, сложившихся по поводу извлечения незаконной прибыли4, как сложная и все более усложняющаяся преступная деятельность по извлечению прибыли, удовлетворению корыстных интересов любой ценой5. В этих случаях авторы обоснованно видят в факте проникновения ОП в сферу экономики основную первоначальную цель этой деятельности, а именно, обогащение, с чем нельзя не согласиться. Однако современные преступные сообщества этим не ограничиваются. Они пытаются вторгнуться и в управление экономическими процессами в стране, что особенно опасно.

При этом совершенно справедливо отмечается, что организованная корыстная преступность в сфере экономики чаще всего проявляется в хищениях средств (сырья, полуфабрикатов, готовой продукции), в незаконном частном предпринимательстве, взяточничестве,

1 См.: Борзенков Г.Н. Организованная преступность и уголовный закон // Вестник МГУ. Серия «Право». 1990. № 4. С. 62—64; Антонян Ю.М., Пахомов ВД. Организованная преступность и борьба с ней // Советское государство и право. 1989. № 7. С. 68 и др.

2 См.: Волобуев А.Н. Организованная преступность в СССР: проблемы и перспективы // Проблемы борьбы с организованной преступностью. М, 1990. С. 8; Волобуев А., Галкин Е. Организованная преступность и ее сущность // Советская юстиция. 1989. № 21. С. 9.

3  См.: Антонян ЮМ., Пахомов ВД. Указ. соч. С. 67—68.

1 См.: Стручков Н.А. // Организованная преступность: проблемы, дискуссии, предложения. С. 319.

2  См.: Лунеев В.В. // Там же. С. 27.

3  См.: Хохряков Г.Ф. //Там же. С. 84.

4  См.: Муратов З.П. // Там же. С. 42; Долгова А.И. // Там же. С. 13.

5 См.: Бунич АЛ. Теневые опухоли легальной экономики // Теневая экономика. М, 1991. С. 45—64; Токарев Е.В. Концептуальные вопросы организации борьбы с экономической преступностью и перестройка службы БХСС. М., 1990. С. 10.

валютных спекуляциях, что нередко связано с так называемой теневой экономикой. Справедлив вывод и о том, что очаги организованной преступности могут появляться не только в хозяйственной сфере, но и при совершении так называемых общеуголовных преступлений (торговле оружием, наркотиками) и иных противоправ-.ных деяний (валютная проституция, азартные игры), т.е. всегда, когда существует возможность извлечения нетрудовых доходов в больших размерах1.

Таким образом, основная масса исследователей совершенно обоснованно видит в стремлении извлечь нетрудовые доходы в больших размерах одну из важных черт организованной преступности.

Вместе с тем нельзя не согласиться с высказанным в литературе мнением о тесной связи организованной и профессиональной преступности. Действительно, «профессионализм и организованность — явления взаимосвязанные: чем выше показатель криминального профессионализма, тем ярче просматриваются его организованные формы. Причем, при определенных социальных условиях профессиональная преступность начинает перерастать в организованную преступность — как качественно новое явление»2. Ну, а сейчас организованная преступная деятельность с учетом ее промыслово-крими-нальной направленности практически невозможна без профессионального подхода к ее осуществлению. Правда, у части членов таких сообществ профессионализм может быть не только криминальным.

Однако профессиональную и организованную преступность нельзя смешивать. Они являются самостоятельными видами преступности. Последняя более сложна, организованна, значительно устойчивее и масштабнее. Реализуясь в виде криминального бизнеса, организованная преступность не может существовать без ряда специфических признаков: наличия высокоорганизованной преступной организации со строгим распределением ролей между ее членами и коррупцион-ных связей с чиновниками, осуществляющими управленческие функции, и представителями правоохранительных органов.

Следовательно, нельзя не согласиться с тем, что «организованная преступность не только и не столько уголовно-правовое понятие, сколько сложное социальное явление»3. Организованная преступность резко отрицательно сказывается в экономической, политичес-

'   См.: «Теневая» экономика и организованная антиобщественная деятельность // Вестник МГУ. Серия «Право». 1990. № 4. С. 75.

2  Гуров А.И. Профессиональная преступность: прошлое и современность. С. 204.

3  Организованная преступность — 2. С. 33.

кой, правовой и нравственной сферах нашего общества. Профессиональная же преступность — чисто уголовно-правовое явление, не обладающее указанными выше свойствами.

Ведущиеся уже более десяти лет исследования организованной преступной деятельности показывают, что весьма сложно дать понятие ОП, которое отражало бы одновременно уголовно-правовые, криминологические и криминалистические ее аспекты. Ведь далеко не всегда основные характерные ее черты одновременно имеют уголовно-правовое, криминологическое и криминалистическое значение.

Но какие бы определения организованной преступности ни давались, и это подтверждается результатами проведенных исследований, практически в каждом из них в той или иной мере, прямо или косвенно указывается на то, что имеет междисциплинарное значение. В частности, подчеркивается ее универсальность, могущая проявляться в любой сфере общественных отношений, но более всего в области экономики, невозможность ее существования без устойчивых, высокоорганизованных преступных сообществ, предназначенных для осуществления постоянной преступной деятельности в виде промысла с целью наживы и обладающих высокой степенью защиты от социального контроля, в том числе и с помощью коррупции. В ряде случаев исследователями указываются и другие ее особенности, несущие в себе информацию узкоспециального характера.

Много разных определений организованной преступности в последние годы появилось в учебной литературе, статьях, монографиях и даже в нормативных актах. Все они также разные и подчеркивают те или иные особенности организованной преступности, наиболее характерные с точки зрения их авторов. Например, А.И. Гуров присоединился к определению ОП, зафиксированному в документах международной конференции ООН по проблемам организованной преступности, состоявшейся в Суздале в октябре 1991 г.: «...функционирование устойчивых управляемых сообществ преступников, занимающихся преступлениями как бизнесом и создающих систему защиты от социального контроля с помощью коррупции»1. В этом определении в качестве определяющих использованы такие важные признаки организованной преступности, как осуществление ее организованной преступной группой или сообществом, основная цель при этом — преступный бизнес и наличие коррупщюнных связей.

Криминологии / Под ред. В.Н. Кудрявцева, В.Е. Эмипова. М., 1995. С. 258.

Это определение подкупает своей краткостью и четкостью выделенных особенностей ОП. Представляется, однако, что оно недостаточно полно раскрывает ее суть, ибо не определяет понятия «функционирование преступных групп». А оно может трактоваться по-разному.

Г.М. Миньковский определял ОП как «системно связанную совокупность преступлений, совершаемых участниками устойчивых, ие-рархизированных, планомерно действующих преступных структур (групп, сообществ, ассоциаций), деятельность которых прямо или опосредованно взаимно подготовляется и согласуется, будучи направлена на извлечение максимальной прибыли из преступного бизнеса на определенной территории или в определенной сфере, взятой под контроль»1. Это определение, в отличие от предыдущего, более многословно. По-своему расставлены основополагающие акценты в этой преступной деятельности. Важным достоинством определения является следующее: в нем, наряду с другими, отмечается такая важная особенность ОП, как то, что она представляет собой системно связанную совокупность преступлений, совершаемых членами преступных сообществ. В то же время отсутствие в нем характеристики данной связи делает это определение недостаточно конкретным. Указание на то, что в данном случае речь идет о единой системной преступной деятельности, очень важно для характеристики данной преступности. Нельзя не согласиться с мнением А.И. Долговой о том, что «такого рода системность — важная черта организованной преступности»2.

В модельном законе «О борьбе с организованной преступностью», принятом 2 ноября 1996 г. Межпарламентской ассамблеей СНГ, в понимании этой преступности, представляется, удачно соединено указание на совокупность действий по созданию преступных сообществ и совершаемых ими преступных деяний. В частности, под организованной преступностью в указанном Законе понимается совокупность действий по созданию и функционированию устойчивых, сплоченных и представляющих повышенную общественную опасность организованных преступных формирований и совершаемых ими конкретных противоправных деяний, предусмотренных статьями уголовного закона3. Вместе с тем отсутствие указаний на наличие коррупционных связей несколько обедняет это определение.

Иногда даются чрезмерно пространные определения ОП, авторы которых пытаются не только отметить большинство ее черт, но даже

указать отдельные сферы жизни общества, в которых проявляется такая преступная деятельность. Например: «Организованная преступность — это профессиональная деятельность сплоченных в рамках города, региона, страны или в транснациональном масштабе отдельных преступных сообществ, организаций или групп либо сходящихся в иерархических отношениях с другими преступными эрганизациями и группами со своей внутренней иерархией и распределением функций в целях извлечения прибыли из нелегальной ; предпринимательской деятельности, проникновения и внедрения в законный бизнес, установления монополии на предоставление незаконных товаров и услуг потребителям и совершения общеуголовных корыстных преступлений, использующих для обеспечения своей основной деятельности и поддержания иммунитета от разоблачения конспирацию, насилие, угрозы, дискредитацию честных предпринимателей, работников государственного аппарата, коррумпирование должностных лиц, проникновение в органы власти, управления, правоохранительные органы и администрацию предприятий и других предпринимательских структур»1.

Такое определение воспринимается с трудом, поскольку его авторы попытались изложить почти всю информацию об ОП. Поэтому основополагающие черты ОП здесь растворились в других, менее существенных признаках.

В силу того, что современная ОП фактически не только превратилась в одну из составляющих векторов общественного развития в различных областях жизнедеятельности (экономике, политике, социальной и духовной сферах), но и стремится к обособлению в этих областях, появились и соответствующие определения ОП, в которых достаточно ярко показывается именно эта ее черта. Например: «Организованная преступность представляет собой альтернативное общество со своей экономикой, социальной и духовной сферами, своими системами управления, безопасности, формирования молодого поколения, юстицией, своей внутренней и внешней политикой»2.

Хотя автор данного определения, представляется, несколько преувеличил реальность существования такого альтернативного общества, но тенденция у организованной преступности к его созданию, несомненно, есть, и она активно реализуется.

1 Криминология / Под ред. Н.Ф. Кузнецовой, Г.М. Миньковского. М, 1998. С. 347.

2 Организованная преступность — 4. С. 5.

3 См.: Организованная преступность — 4. С. 219.

1   Галимов И.Г., Суидуров Ф.Р. Организованная преступность: тенденции, проблемы, решения. Казань, 1998. С. 35.

2 Долгова А.И. Криминология. М, 2000. С. 58. :

Появились различные определения организованной преступности и в учебниках криминалистики. Одно из первых таких определений, данное Л.Я. Драпкиным в учебнике, подготовленном в Екатеринбурге, сводилось к следующему: «Организованная преступность — это общественно опасная деятельность, осуществляемая в виде промысла преступными объединениями, имеющими развитую организационно-управленческую структуру, систему внешних, в том числе и коррумпированных, связей и стремящимися к монопольному территориальному или отраслевому распространению криминального влияния с целью максимального увеличения своих незаконных доходов»1. Это определение было продублировано и в новом издании учебника2.

В целом данное определение ОП удачно, если не считать, что в нем, как и в ряде приведенных выше определений, также не подчеркнуто, что речь в данном случае целесообразно вести не вообще об общественно опасной деятельности в виде преступного промысла, а о целой сложной системе разных видов преступной деятельности организованных групп преступников в указанных целях.

Порой даются краткие определения ОП как констатация общих положений из высказываний разных авторов. Например: «Организованная преступность — это особый вид деятельности, осуществляемой определенной категорией субъектов, объединяемых в преступные сообщества, в целях противоправного достижения прибыли (сверхприбыли)»3.

Во всех приведенных и частично проанализированных определениях ОП выделяются те или иные ее особенности, существенные с точки зрения авторов. Объективно не все из них действительно необходимы для четкого и достаточно полного определения сущности данной преступности.

В этой связи целесообразно остановиться на рассмотрении характерных признаков ОП.

По данным научных исследований и следственной практики, в целом уже определился перечень основных черт, свойственных деятельности современных организованных преступных формирований. В частности, к их числу чаще всего относят следующие:

1. Высокий уровень организации и конспирации преступной деятельности благодаря тому, что она осуществляется членами высокоор-

1 Криминалистика / Под ред. И.Ф. Герасимова, Л.Я. Драпкина. М, 1994. С. 337.

2 Криминалистика / Под ред. И.Ф. Герасимова, Л.Я. Драпкина. М., 2000. С. 364.

3 Криминалистика / Под ред. А.В. Волынского. М., 1999. С. 311.

ганизованного преступного сообщества с функционально-иерархической системой построения, разделения его на составные группы самого различного криминального назначения, члены которого связаны круговой порукой и криминальными традициями в своем поведении.

2. Традиционно корыстно-насильственная направленность преступной деятельности организованных групп в виде промысла, обусловленная целью извлечения из нее максимальных доходов не только в сфере теневой, но и легальной экономики.

3. Наличие значительной материальной базы указанных сообществ в виде огромных общих денежных фондов, банковских счетов, ценных бумаг, недвижимости.

4. Наличие коррупционных связей в аппарате органов власти и управления, а также в правоохранительных органах.

5. Обеспечение безопасности и длительности преступной деятельности за счет, как правило, наличия у преступных сообществ официального «прикрытия» в виде зарегистрированных совместных предприятий, фирм, ресторанов, казино, различного рода фондов и т.д., существования собственных групп обеспечения внутренней и внешней безопасности, а также использования коррумпированных связей.

6. Стремление преступных сообществ к установлению своего монопольного криминального контроля над отдельными прибыльными отраслями экономики, банковско-кредитной сферы и целыми территориями, часто сопровождающееся кровавыми разборками между отдельными группами ОПГ.

7. Масштабный межрегиональный и даже межгосударственный характер преступной деятельности организованных групп с разделением сфер влияния по территориальному или отраслевому принципу.

8. Политизация организованной преступной деятельности, т.е. стремление руководителей и других членов преступных сообществ самим укорениться в публичной власти или установить коррупцион-ные отношения с отдельными ее представителями. При этом ставится цель оказывать влияние не только на финансово-хозяйственную и уголовную политику местной власти и таким образом уходить от социального контроля, но даже на решение отдельных общегосударственных вопросов.

В целом главными определяющими признаками ОП являются , следующие факторы.

Системность и разнообразие совершаемых преступлений организованными преступными группами, что является признаком устойчивости и широты распространения ОП. При этом обеспечивается учет основной направленности преступной деятельности организованных групп и сообществ, а также других задач, необходимость решения которых обеспечивает максимальную реализацию преступных замыслов основной направленности. Несмотря на разнообразность преступлений, совершаемых организованными группами и. сообществами, их круг в УК РФ очерчен определенными рамками. Во-первых, к ним относятся те преступления, квалифицирующим признаком для которых является их совершение организованной группой. Таких составов в УК предусмотрено 43. Во-вторых, в их число входят только тяжкие и особо тяжкие преступления, которые совершаются преступными сообществами.

Конечно, преступления основной криминальной направленности организованных групп и преступных сообществ главным образом относятся к группе преступлений в сфере экономики и частично к преступлениям против общественной безопасности. Все иные преступления указанными группами и сообществами могут совершаться в самых различных областях.

Наличие преступного формирования с высоким уровнем организованности, управляемости в виде организованных групп, преступных сообществ и даже более мощных объединенных преступных организаций. Всем таким преступным организациям присуще деление на составные части (группы, звенья) со строгой иерархичностью построения, с четким разграничением функций между их членами.

Структура, численность, характер функционального распределения обязанностей внутри таких преступных сообществ, уровень организованности и типологические особенности их членов обычно бывают разными в зависимости от направленности их преступной деятельности, особенностей объекта преступного посягательства, а также экономических, географических и этнических особенностей региона, в котором осуществляется их преступная деятельность.

Масштаб преступной деятельности организованных групп и сообществ также во многом зависит от направленности их преступной деятельности, численности состава, характера региона, межрегиональных и транснациональных связей.

Совершение преступлений в виде постоянного промысла с целью извлечения максимальных доходов и незаконного обогащения. Цель извлечения максимального преступного дохода определяет не только основную экономическую направленность организованной преступности, но и сферы экономической и близкой к ней иной социальной деятельности, наиболее привлекательные для решения указанной задачи. Речь, в частности, идет о тех отраслях экономики, где вращаются большие деньги; о тех ее видах, через которые идут большие финансовые потоки. Это также различные денежные государственные программы, финансируемые из бюджета; кредитно-финансовая сфера; приватизационные операции; внешнеэкономическая деятельность; сырьевая и перерабатывающая промышленность и т.д.

В то же время наиболее прибыльный и крупномасштабный криминальный бизнес указанным организациям обеспечивает порно- и шоу-бизнес, незаконный оборот оружия и антиквариата.

Цель извлечения максимального дохода, как справедливо отмечается в юридической литературе1, пронизывает и последующие операции с денежными средствами, добытыми в результате организованной преступной деятельности. Преступники стремятся «отмыть» преступные доходы и вложить их после этого в деятельность специально создаваемых коммерческих и банковских структур для получения уже легальной прибыли.

Наличие коррупционных связей у большинства организованных групп и практически всех преступных сообществ в аппарате власти и управления, в том числе в правоохранительных и других важных для них органах. Именно наличие коррупционных связей у организованных групп и преступных сообществ является одной из важных черт современной ОП, что обеспечивает не только длительное безопасное существование этих групп, но и дальнейшее их развитие. И это вполне понятно, поскольку коррумпированные чиновники, другие должностные лица и даже общественные и политические деятели за взятки предают интересы государства и общества, всячески прикрывают организованные группы от разоблачения, снабжают их служебной информацией, документами, оказывают давление на органы и лиц, ведущих борьбу с этой преступностью, и т.д.

В то же время преступные сообщества и группы, выделяя огромные суммы денег на подкуп чиновников, активно способствуют разрастанию коррупции в стране в целом, превращая ее во все более разрушительное социально-криминальное явление, не только отрицательно влияющее на образ жизни людей, но и создающее реальную угрозу для успешного налаживания нормальной жизни для всего народа страны.

Таким образом, можно определить организованную преступность как единую системную совокупность разных видов профессионально

См.: Криминалистика / Под ред. А.В. Волынского. С. 311.

совершаемых преступлений в виде постоянного промысла усилиями лиц, объединенных в специально созданные устойчивые, хорошо организованные, законспирированные и защищенные от разоблачения (в том числе с помощью коррумпированных связей) формирования, существующие независимо или являющиеся структурными частями еще более сложной преступной системы межрегионального или транснационального уровня.

Конечно, это определение также не безупречно, но оно вписывается в изложенную выше концепцию общего понимания ОП и ее характерных особенностей.

§ 3. Интеграция отечественной организованной преступности в транснациональную организованную преступность

Если организованная преступность — высший уровень профессиональной преступности, то транснациональная преступность — высший уровень национальной организованной преступности. Если в зарубежных странах организованная преступность уже давно перешагнула государственные границы, то в России этот процесс начался с распадом СССР. В условиях «прозрачности или полупрозрачности» государственных границ, образовавшихся после провозглашения независимости бывших союзных республик, преступные сообщества всех вновь созданных государств получили большой простор для преступных действий и защиты своих членов и руководителей от разоблачения. При этом многие отечественные крупные организованные группы, криминальная деятельность которых в сфере экономики ранее ограничивалась лишь национальными рамками, стали расширять свои криминальные деловые операции за пределами государственных границ как в странах СНГ, так и в дальнем зарубежье с целью использования возможностей международных рынков. Общее правовое пространство (в отличие от криминального) практически сузилось до территории отдельных вновь образовавшихся государств.

Вместе с тем современные достижения в области электроники позволили таким организованным группам и сообществам получить доступ к новым технико-электронным средствам. С их помощью они стали незаконно присваивать миллионные денежные суммы, «отмывать» огромные преступные доходы и направлять их по каналам мировой финансовой системы, используя для этого в основном «налоговые убежища» и центры банковской деятельности с относительно мягким регулированием банковско-финансовых отношений. Все это привело к появлению так называемых транснациональных преступных организаций в виде хорошо организованных преступных сообществ, базирующихся в одном государстве и действующих в одном или нескольких иностранных государствах с наиболее благоприятной рыночной конъюнктурой. Подобные организации во всех странах, в том числе и в России, стали важными участниками мировой экономической деятельности, но криминального характера и, главным образом, в теневой ее сфере. Они также играют ключевую роль в запрещенных законом, но активно функционирующих сферах (например, нарко-, порнобизнесе и др.), приобретших в настоящее время глобальные масштабы и приносящих прибыль транснациональным преступным группам, превышающую размер валового национального продукта некоторых развивающихся и даже развитых государств.

Для всех транснациональных преступных организаций действия с нарушением закона являются обычной нормой и основным признаком. Особая опасность указанных преступных организаций заключается не только в том, что они становятся все более могущественными и универсальными, но и в том, что они, в отличие от правоохранительных органов различных государств, быстрее налаживают организованное сотрудничество между собой в преступной деятельности независимо от страны их места нахождения. Особенно целенаправленно и результативно они налаживают такие связи, когда им необходимо активизировать свою преступную деятельность, расширить сферы незаконного охвата рынков сбыта и возможности проникновения в сферу легального бизнеса.

Причины развития транснациональных преступных организаций эксперты ООН связывают также с долгосрочными тенденциями развития, происходящими в мировой политике и экономике, с увеличением взаимозависимости государств (в том числе и в рамках СНГ), упрощением международных поездок и связей, повышением степени прозрачности государственных границ и формированием мировых финансовых сетей1. В результате появились мировые рынки сбыта как законной, так и незаконной продукции. Самый яркий пример мирового нелегального рынка — появление во многих странах незаконного оборота наркотиков, ставших мировым товаром. Именно пре-

1   Материалы 7-го Конгресса ООН (Милан, 1985 г.) и 9-го Конгресса ООН (Каир, 1995 г.).

ступный бизнес в этой сфере является основным в криминальной деятельности транснациональных преступных организаций.

В то же время масштабы мировой экономической деятельности позволяют преступным организациям сравнительно легко совершать незаконные сделки и относительно безнаказанно с помощью электронных средств переправлять доходы от своих преступных сделок на счета в банки других стран.

Таким образом, одной из наиболее распространенных сфер деятельности транснациональных преступных организаций во всех странах является незаконная деятельность по распространению наркотиков, превратившаяся в гигантскую индустрию с отдельными стадиями производства и распространения наркотиков на оптовом и розничном уровнях. Индустрия наркобизнеса, приносящая многомиллиардные долларовые доходы, в свою очередь, способствует еще большему развитию и финансовому укреплению транснациональных преступных организаций. Кроме того, часть этих доходов является главным средством подкупа чиновников в государственном аппарате с целью обеспечения безопасных условий для деятельности транснациональных преступных сообществ в местах их нахождения.

С указанным видом преступного бизнеса тесно связан незаконный оборот оружия. При этом в отличие от незаконного оборота оружия внутри государства, осложняющего криминогенную обстановку лишь на его территории, торговля оружием, осуществляемая организованными транснациональными преступными организациями, угрожает правопорядку в различных регионах мира, вносит свою кровавую лепту в политические беспорядки, перевороты и обострение межэтнических и межгосударственных конфликтов.

Важной областью преступной деятельности указанных преступных организаций является кража и контрабанда автомобилей. Автомобили обычно похищаются в развитых промышленных государствах и переправляются в развивающиеся страны или страны, находящиеся на переходном этапе, в том числе и в Россию. Этот вид преступного бизнеса особенно процветает в Гонконге и Европе. Например, только в 1996 г. в Германии было похищено 110 тыс. автотранспортных средств, во Франции — 279 тыс., в Великобритании — 509 тыс., в Италии — 305 тыс. автомобилей1. В последней доля похищенных автомобилей, находящихся в постоянном розыске во всех европейских странах, превышает 40%'. Транснациональные преступные сообщества организуют нападения на грузы, перевозимые автотранспортом. Каждый год количество угоняемых автотранспортных средств с грузами исчисляется тысячами.

Международные преступные организации участвуют и в порнобизнесе. Особую активность в этой деятельности проявляют такие азиатские транснациональные преступные сообщества, как «Триада» и «Якудза».

С порнобизнесом тесно связаны торговля женщинами и детьми, незаконная миграция, а также торговля органами человеческого тела, пригодными для пересадки, которыми активно в организованной форме занимаются транснациональные преступные сообщества. После распада СССР и вследствие определенной прозрачности новых российских границ в Россию сначала потянулись вереницы иностранцев, желающих стать приемными родителями. С помощью транснациональных преступных сообществ на фоне практически полного отсутствия законодательства по этому вопросу с территории России было вывезено огромное количество детей. Часть из них оказалась в трудовом и сексуальном рабстве, часть стала донорами органов. Затем способ совершения этих преступлений еще больше упростился. Иностранным бездетным и богатым парам уже не надо было приезжать в Россию. За небольшую — по заокеанским меркам — сумму транснациональные организованные группы сами привозят им из России здоровую и молодую беременную женщину. Ребенок родится на месте под присмотром будущих родителей, оформление пройдет на месте. И никаких хлопот по собиранию и оформлению множества справок, которые требуются для этого в России.

Немалую долю в транснациональной организованной преступной деятельности занимают преступления, совершаемые с применением компьютерной техники, с использованием Интернета с целью хищения денежных средств, в том числе и для торговли российскими малышами, информация о которых сразу после их рождения появляется в Интернете. Экономические потери от таких преступлений ежегодно исчисляются миллионами долларов. По отдельным данным уже сегодня ущерб, наносимый компьютерными преступлениями, сопоставим с преимуществами, получаемыми от внедрения современных компьютерных технологий-. О мораль-

1   См.: Незаконный оборот автотранспортных средств: пути решения проблемы // Интерпол. 1998. Вып. 24. С. 41.

1   См.: Незаконный оборот автотранспортных средств: пути решения проблемы. С.

2  См.: Курушии В Д., Минаев В.А. Компьютерные преступления и информационная безопасность. М., 1998. С. 25.

ных же потерях и говорить не приходится. Значительные доходы компьютерные преступники получают от посягательств на объекты культуры и произведения искусства.

В России, как и в большинстве стран мира, возросли удельный вес и ущерб от преступлений, совершаемых транснациональными организованными преступными сообществами.

Незаконный оборот наркотиков представляет сегодня одну из самых сложных самостоятельных проблем, стоящих перед российским обществом. Особенности геополитического положения России, несовершенство действующего законодательства, сложности в организации и обеспечении таможенного и пограничного контроля — позволяют российским и иностранным наркогруппировкам не только легализовывать крупные капиталы, но и внедриться в экономику страны и использовать преступные доходы для подкупа представителей органов государственной власти. В этой связи борьба с внутригосударственным и транснациональным наркобизнесом стала одной из важнейших задач нашего государства в целях как обеспечения национальной безопасности России, так и безопасности мирового сообщества в целом.

К числу наиболее часто совершаемых транснациональными преступными сообществами относятся и такие преступления, как: терроризм; незаконный оборот военной техники, радиоактивных веществ и ядерных материалов; фальшивомонетничество; незаконные экспортные операции с энергоносителями, и особенно с нефтью, другим стратегическим сырьем и материалами; отмывание незаконно приобретенных денежных средств и иного имущества. При этом Россия в результате расширения транснациональных преступных связей превращается в место, где отмываются значительные доходы зарубежных организованных сообществ. Так, по оценкам экспертов ООН, в России в ближайшие годы могут быть легализованы до 70 млрд. долл., принадлежащих зарубежным преступным группировкам.

В целом можно отметить, что деятельность транснациональных организованных преступных сообществ тесно связана с насилием и вымогательством, противодействием законному бизнесу. Соответственно она представляет большую опасность для целостности финансовых и коммерческих институтов, как отдельных государств, так и международного сообщества в целом.

Поэтому без объединения усилий всех государств справиться с таким социальным злом невозможно. Генеральная Ассамблея ООН на своей 53-й сессии приняла решение о подготовке конвенции против транснациональной организованной преступности. В нее предполагалось включить положения об установлении уголовной ответственности за создание такой преступной организации, отмывание доходов и оказание правовой помощи отдельным государствам. Соответственно было принято решение о создании Специального комитета для разработки этой конвенции и других связанных с этим вопросом документов.

В результате интенсивной работы участников данного Комитета в декабре 2000 г. указанная Конвенция ООН была принята на политической конференции высокого уровня. Основные ее положения будут рассмотрены в следующих главах.

Очень важными в этой связи становятся вопросы налаживания должного взаимодействия правоохранительных органов в борьбе с транснациональной организованной преступностью с учетом положений данной Конвенции. Этот вопрос также будет рассмотрен в следующих разделах настоящей работы.

Россия является участником нескольких международных соглашений, предусматривающих меры по пресечению «отмывания» преступных доходов. 28 мая 2001 г. Россией была ратифицирована Конвенция об отмывании, выявлении, изъятии и конфискации доходов от преступной деятельности, подписанная в рамках Совета Европы 8 ноября 1990 г.1

Российская газета. 2001. 31 мая.

Глава  2

КРИМИНАЛИСТИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ИЗУЧЕНИЯ ОРГАНИЗОВАННОЙ ПРЕСТУПНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

§ 1. Криминалистически значимые стороны организованной

преступной деятельности и основные направления

ее криминалистического изучения

Любая преступная деятельность, в том числе и организованная, является объектом изучения всех наук уголовно-правового и криминалистического циклов, анализируется всеми этими науками с различных позиций, т.е. каждая из них имеет свой аспект исследования.

Если науку уголовного права интересуют в этой деятельности составляющие ее уголовно-правовые признаки деяния и их элементы, выраженные в формуле состава преступления в целях констатации его наличия или отсутствия, криминологию — содержание, структура, виды, причины и способствовавшие ей условия с целью разработки профилактических мер, то криминалистику интересуют в ОП своеобразие ее структурных элементов не нормативного, а деятельного, виктимологического1, личностно-психологического и иного свойства, закономерности их формирования, характер имеющихся взаимосвязей между этими элементами с целью выделения криминалистически значимых черт, позволяющих знания о них использовать в целях раскрытия преступлений.

Указанная информация служит основой для формирования криминалистической характеристики данного вида преступности в целом и ее отдельных видов. Криминалистическая характеристика, опирающаяся на данные научного обобщения, позволяет разработать на этой основе соответствующие общие и частные методические рекомендации по раскрытию и расследованию этой преступной деятельности. В то же время, подвергнутая научному анализу, эта информация может

1 Виктимология (от лат. УюСипа — жертва, греч. 1о§оз — наука) — раздел криминологии, изучающий отношения между преступлением и его жертвой, а также между преступником и жертвой преступления. (Примеч. ред.)

быть положена в основу теоретической концепции криминалистического понимания сути и особенностей организованной преступной деятельности и криминалистических средств борьбы с ней.

Организованная преступность, как показывает практика ее изучения, может выступать как:

а) объект научного криминалистического исследования;

б) объект практического изучения в ходе следствия. При реализации первой из отмеченных задач с точки зрения методологии научного исследования неизбежны:

а) обращения к накопленному криминалистикой опыту исследования всех преступлений, как реальных явлений действительности;

б) выработка научной концепции, объясняющей структуру и содержание ОП в целом и ее отдельных видов;

в) конструирование по существу новых для криминалистической науки подходов к криминалистической характеристике ОП;

г) выявление характерных именно для нее закономерных связей и взаимозависимостей ее структурных элементов.

В ходе осуществления второй задачи (т.е. изучения отдельных видов ОП в ходе раскрытия, расследования и предупреждения преступлений) методологическими ее основами должны стать:

а) по существу новые для правоохранительной деятельности методы диагностики и выявления исходных признаков ОП;

б) программированные методы получения и изучения недостающей следствию доказательственной, криминалистически значимой и иной информации;

в) специфические методы решения основных следственных задач в ходе расследования.

При этом желателен единый подход ученых и практиков к исследованию научных и прикладных проблем борьбы с ОП в целом и отдельными ее видами.

Среди множества проблем криминалистического характера, связанных с вопросами борьбы с ОП, требующих соответствующего глубокого изучения и разработки мер практического их разрешения объединенными силами ученых и практиков-криминалистов, является выработка целостной криминалистической теоретической концепции взглядов на особенности организованной преступной деятельности (ОПД) и основы криминалистической методики ее раскрытия и расследования. Именно они призваны стать отправной точкой в дальнейшей научно-исследовательской и практической работе в сфере борьбы с ОП, в формировании арсенала криминалистических средств, приемов и методов, специально предназначенных для решения задач выявления, раскрытия, расследования и следственного ее предупреждения. Вместе с тем результаты указанного изучения станут теоретической и методической базой обучения следователей, работников оперативно-розыскных органов основам криминалистической методики борьбы с организованной преступной деятельностью. Это ближайшие общие задачи науки и практики криминалистики.

Частные задачи криминалистов в этой области исследований связаны с разработкой криминалистических характеристик отдельных видов организованной преступной деятельности и методик их расследования. Это тоже очень важные задачи, поскольку без исследования криминалистических особенностей отдельных разновидностей организованной преступной деятельности, специфики их расследования, а также умелого выбора наиболее эффективных в конкретных следственных ситуациях криминалистических приемов и средств выявления, раскрытия, расследования и предупреждения ОПД организовать эффективную систему противодействия этой преступности вряд ли удастся.

При этом специального научного исследования и практического изучения в сфере ОП требуют закономерности, свойственные организованной преступной деятельности, а также такие ее составляющие, как базовая преступная направленность данной криминальной деятельности на постоянной основе ее взаимосвязи со способами, механизмами, обстановкой преступного посягательства и своеобразием преступного сообщества как особым социально-криминальным образованием.

Не менее важно изучение таких аспектов деятельности по раскрытию и расследованию ОП, как типовые следственные ситуации, возникающие при расследовании организованной преступной деятельности, комплексы средств, приемов и методов разрешения общих и частных оперативно-розыскных, следственных и экспертных задач в ходе расследования ОПД и т.п.

Целостная криминалистическая концепция взглядов на особенности организованной преступности и основы методики раскрытия и расследования преступлений, совершенных организованными группами и преступными сообществами, опирается на данные изучения правоприменительных, организационно-управленческих и собственно криминалистических вопросов теоретического, технико-криминалистического, тактического и методического характера.

Организованная преступность в целом и отдельные ее виды являются весьма сложными объектами не только криминалистического исследования. Особенно трудно было осуществлять такое изучение в конце 80-х и начале 90-х гг. XX в. Тогда очень мало было информации о реальном размахе ОП в России, о ее действительной опасности и сложности этого социального явления, о численности населения, занимающегося ОПД, и др. К тому же отдельные уголовные дела не всегда отражают должным образом объект исследования. Часто требуется реконструкция по совокупности сведений, которыми располагают правоохранительные органы. Эти сложности отмечались в литературе тех времен1.

Официальная статистика в силу ее несовершенства до сих пор не позволяет получить достоверные данные о действительном размахе ОП в стране в целом и в разных видах преступной деятельности (общественной, экономической и другой направленности). Это происходит, поскольку большая часть преступлений, совершенных организованными группами и сообществами, носит латентный2 характер, эти преступления тщательно готовятся, маскируются и защищаются поддержкой коррумпированных лиц, в том числе и в правоохранительных органах. Поэтому информация о них далеко не всегда становится явной. Соответственно, сведения о них не попадают в официальные статистические данные о состоянии преступности в стране. И вообще данные о числе преступлений, совершенных организованными группами или преступными сообществами, в официальной статистике весьма разрозненны. Эти данные, в частности, содержатся в следующих статистических разделах: состояние преступности на транспорте; деятельность органов внутренних дел по установлению лиц, совершивших преступления; характеристика лиц, совершивших преступления; социально-криминологическая характеристика преступности. К тому же эти раздельные данные недостаточно состыкуются между собой (например, о количестве преступлений с числом лиц, совершивших преступления). Кроме того, в то время как в СМИ постоянно сообщается о размахе организованной преступности в стране, о том ущербе, который она наносит государственной безопасности, число выявленных лиц, совершивших по официальным данным преступления в составе организованных групп и преступных сообществ (практически ежегодно выявляемых лишь в пределах чуть более 16 тыс.), и особенно число лиц, осужденных за организацию и руководство ОПД (в 1997 г. - 6 человек, в 1998 г. - 11, в 1999 г. -

1   Организованная преступность. М., 1989; Организованная преступность — 2. М, 1992; Организованная преступность — 3. М., 1996; и др.

2  Латентный (от лат. 1а(:епз — скрытый, невидимый) — скрытый, внешне не проявляющийся. (Примеч. ред.)

7 человек)1 явно свидетельствует о крайне низкой эффективности борьбы наших правоохранительных органов с ОП. '   Многие из обозначенных выше криминалистических проблем, связанных с ОП и средствами и методами борьбы с ней, еще требуют своего дальнейшего разрешения.

Вместе с тем следует отметить, что определенные шаги в этих направлениях уже сделаны. В частности, рассмотрены некоторые вопросы криминалистической теории2, а также общие и некоторые частные методы расследования преступлений, совершенных организованными группами и преступными сообществами3.

При криминалистическом изучении ОПД важно выявить признаки, по которым в каждом конкретном случае можно диагностировать деятельность именно организованной группы или преступного сообщества, а не простой группы или преступников с простым соучастием.

К числу таких типовых признаков можно отнести следующие:

— направленность деяния на получение больших денежных, иных материальных ценностей и выгод в виде возможного постоянного промысла;

— совершение аналогичных деяний в данном регионе;

— способ совершения криминальных деяний, характеризуемый высоким криминальным и иным профессионализмом при возможности его безопасной реализации только при участии нескольких исполнителей с четким распределением ролевых функций;

— тщательно • скрытая. подготовка к совершению преступной акции, на что указывает сбор конфиденциальной информации об объекте преступного посягательства, внедрение членов преступной группы в структуру данного объекта и др.;

— умело продуманные способы сокрытия следов преступления;

— неслучайный выбор объекта преступного посягательства (хозяйственные, коммерческие, банковские и иные финансово-хозяйственные структуры, а также отдельные лица, обладающие большими денежными и иными материальными ценностями, часто полученны-

1 См.: Преступность и правонарушения 1999 (статистический сборник). М, 2000. С. 174.

2 См.: Куликов В.И. Основы криминалистической теории организованной преступной деятельности. Ульяновск, 1994. С. 255; Основы борьбы с организованной преступностью. М, 1996. С. 237-263.

3 См.: Яблоков Н.П. Проблемы методики расследования преступлений, совершенных организованными преступными сообществами //Вестник МГУ. 1993. № 5. С. 21 — 27; Криминалистика / Под ред. Н.П. Яблокова. М., 1995; Криминалистика / Под ред. И.Ф. Герасимова, Л.Я. Драпкина. М., 1994.

ми спекулятивным, полукриминальным или иным не вполне праведным путем);

— следы, указывающие на высокую техническую оснащенность и вооруженность исполнителей преступной акции, доступную лишь организованным группам, обладающим большими финансовыми средствами (использование подслушивающих средств, самых совершенных радиопередатчиков на радиоволнах правоохранительных органов, мощных автомашин зарубежных марок, хорошо выполненных поддельных документов, милицейской формы, современного огнестрельного оружия, электрошоковых дубинок и т.д.);

— хитроумные, профессионально продуманные способы реализации и отмывания преступно полученных денег;

— специфическое поведение задержанных подозреваемых лиц (наглое поведение по отношению к оперативно-розыскным работни-. кам и следователям, запирательство, создание всяческих помех для нормального общения со следователями и др.);

— частое отсутствие свидетелей или их полная «неосведомленность» либо их неискренность, как результат их незащищенности от психического или физического воздействия со стороны организованной группы;

— быстрое срабатывание защитных средств, присущих именно группам ОП, имеющим коррумпированные связи во властных или правоохранительных органах и свои звенья безопасности при задержании кого-либо из ее членов (различные формы давления на следователя со стороны влиятельных лиц и даже средств массовой информации, вплоть до угроз физической расправы с ним или его близкими; подключение к расследованию нескольких адвокатов; опережающие действия преступников и др.).

И это лишь часть признаков, по которым можно распознать почерк действий организованной группы в том или ином изучаемом или расследуемом криминальном деянии.

Другой, не менее важный аспект научно-криминалистического изучения ОП, результаты которого имеют не только теоретическое, но и большое практическое значение, — выделение отдельных элементов криминальной деятельности. Выявление подобных элементов позволяет в ходе научно-криминалистического изучения организованной преступности и практической деятельности по ее расследованию сравнительно быстро выстроить систему (модель) указанной криминальной деятельности из множества составляющих ее отдельных преступлений, осуществить их криминалистический анализ и классификацию с точки зрения их значимости в преступной деятельности организованной группы или преступного сообщества.

Необходимость этого аспекта изучения организованной преступности вытекает из ее сущности. Поскольку организованная преступность главным образом имеет криминальную экономическую направленность, каждая организованная группа или преступное сообщество создаются для осуществления того или иного вида преступного бизнеса. Вместе с тем их члены совершают самые различные виды преступлений, что нередко затрудняет установление основной направленности преступной деятельности, ради которой и была создана криминальная организация. Быстрое же выделение этой направленности имеет важное методическое значение для успешного раскрытия и расследования указанной преступной деятельности, в частности, позволяет разобраться в примерной структуре организованной группы, месте и регионе ее деятельности, определить ее уязвимые звенья, уяснить весь объем ее криминальной деятельности, выбрать наиболее правильные направления и методы расследования и соответствующие технико-тактические средства и др. Подробнее эти возможности будут рассмотрены в разделах, посвященных расследованию.

В соответствии с вышеизложенным в криминальной деятельности практически каждой организованной группы или преступного сообщества можно выделить: определяющую (базовую, или стержневую), вспомогательную, побочную и нетипичную преступные виды деятельности.

Определяющая преступная деятельность группы ОП служит главным средством ее преступного обогащения. Это обычно максимально материально выгодная и сулящая большие доходы в данном городе, регионе и к тому же наиболее доступная для данной организованной группы с учетом ее состава, криминального и иного профессионализма. Как правило, это корыстная или корыстно-насильственная деятельность, позволяющая получить большие доходы и могущая служить постоянным основным преступным бизнесом, например, вымогательство, мошенничество в банковской сфере, наркобизнес и др. Данные деяния наиболее тщательно готовятся, проводятся и скрываются от государственного, общественного контроля и правоохранительных органов.

Вместе с тем члены организованных групп совершают и ряд других преступлений, связанных с подготовкой, обеспечением и сокрытием базовой преступной деятельности. Этот вид преступной деятельности называется вспомогательной, поскольку указанные криминальные деяния носят вспомогательный характер для стержневой криминальной деятельности. К их числу, например, можно отнести преступления, направленные на обеспечение групп ОП оружием, транспортными средствами, поддельными документами и другими средствами, необходимыми для совершения преступлений основной (базовой) направленности. К их числу относятся и деяния, имеющие своей целью уничтожение компрометирующих документов, других изобличающих преступников материалов, устранения опасных свидетелей, конкурентов и др. Эти преступления также тщательно готовятся и совершаются.

В некоторых случаях члены организованных групп совершают и другие преступления, выходящие за рамки их первоначальной определенной деятельности и, в то же время, не являющиеся вспомогательными, Такие преступления в деятельности групп ОП называются побочными. К ним обычно относят преступные деяния, не только выходящие за рамки основной преступной деятельности, а являющиеся следствием возникновения новых преступных интересов у групп ОП в связи с изменением обстановки в регионе, накоплением значительного криминального капитала, требующего своего приложения, и т.д. Например, члены организованных групп, базовой направленностью которых является мошенничество в кредитно-бан-ковской сфере при накоплении капитала, могут параллельно заняться скупкой краденого антиквариата, других художественных ценностей и их реализацией за рубежом, похищать и перепродавать оружие, оборотом наркотиков и т.д. Группировки, имеющие основным направлением квалифицированное вымогательство, часто начинают похищать людей с целью выкупа или заниматься различными видами мошенничества. Эти деяния также тщательно готовятся и совершаются.

Кроме того, отдельные члены преступных групп могут совершать и вовсе нетипичные деяния для всех видов криминальной деятельности ОПГ. Например, из хулиганских побуждений применить оружие, ввязаться в состоянии алкогольного опьянения в драку, совершить изнасилование и т.д. Конечно, это, как правило, спонтанные преступления, с выявления которых также может начаться расследование не только этих деяний, а и других деяний данного лица как члена организованной группы и соответственно выявление всей преступной деятельности данной группы с целью пресечения этой деятельности и развала данной группы.

Результаты изучения следственной практики показывают, что на начальном этапе становления и развития организованных групп в их преступной деятельности (чаще до одного года) доминирует базовое направление. В более поздней (развитой) фазе основное направление как бы обрастает иными преступлениями, и обычно появляются вспомогательные, побочные и нетипичные направления в их криминальной деятельности. Данное обстоятельство позволяет получить некоторое представление о давности существования изучаемой организованной группы.

Вместе с тем имели место случаи, когда преступное сообщество по мере развития, кадрового и финансового укрепления, совершенствования криминального профессионализма и под влиянием изменения обстановки в месте его деятельности, меняла базовое направление своей деятельности и превращала прежнее в побочное направление. Это обстоятельство обязывает правоохранительные органы, ведущие борьбу с ОП, отслеживать все изменения, происходящие в хозяйственно-финансовой деятельности в своем регионе. Знание этих изменений позволяет как прогнозировать возможное изменение в направлении криминальной деятельности преступных сообществ в этом регионе, так и предпринять определенные профилактические меры.

Данные изучения следственной практики также показывают, что наиболее сложным является содержание ОПД, в которой базовым элементом являются хищения, совершенные организованными группами должностных лиц, нацеленных на крупные, особо крупные размеры хищений.

При этом в отмеченной разновидности ОПД в качестве вспомогательных элементов чаще всего используются преступления, при помощи которых осуществляется подготовка к главным криминальным операциям ОПГ и сокрытию следов этой деятельности. Среди них встречаются преступления тяжкие и средней тяжести, и даже небольшой тяжести.

Одни из преступлений, являющиеся вспомогательными элементами анализируемой разновидности ОПД, могут быть определены как «сквозные», т.е. характерные для всех разновидностей ОПД, где ее базовым элементом выступают должностные хищения. В частности, к ним можно отнести: убийства и доведение до самоубийства, халатность, должностной подлог и злоупотребления властью, все составы взяточничества, принуждение к отказу и даче ложных показаний, нарушения законодательства о труде и некоторые иные составы.

Другие вспомогательные составы можно назвать «ведомственными», так как они связаны со спецификой той среды, в которой совершаются эти хищения. Так, при хищениях в сфере торговли к указанным вспомогательным элементам ОПД относятся нарушения правил торговли, правил торговли спиртными напитками, выпуск в продажу недоброкачественных товаров, обман покупателей и заказчиков и т.п. По мере накопления преступным сообществом достаточно больших материальных и денежных ценностей в их преступной деятельности часто появлялись подобные деяния, связанные с нарушением правил о валютных операциях, контрабандой, приобретением и сбытом имущества, добытого преступным путем. Правильное отслеживание указанных проявлений в криминальной деятельности изучаемой организованной группы позволит правильнее разобраться в объеме ее преступной деятельности и характере возможных упреждающих мер. Вместе с тем оценка отдельных вспомогательных элементов ОПД, кроме вышеуказанного, помогает оценить ситуацию внутри ОПД, деятельность которой расследуется, например, уяснить уровень финансовой состоятельности данной группы и спрогнозировать возможные направления их криминальной реализации или отмывания преступных доходов.

В свою очередь такой вспомогательный элемент ОПД, как оказание противодействия следствию путем посягательства на жизнь работника милиции, следователя, угроза или насилие в отношении иного должностного лица, свидетеля, имеющих отношение к расследованию организованной преступной деятельности, свидетельствует об ограниченности организованной преступной группы в выборе средств такого противодействия, о большом «напряжении» внутри ОПГ.

Нетипичные элементы ОПД являются не столько характерной деталью этой деятельности, сколько принадлежностью жизнедеятельности ОПГ, результатом проявления индивидуальных черт составляющих ее членов.

Если же базовым элементом в преступной деятельности ОГ является организация вооруженных банд, участие в их преступной деятельности, то в данном случае имеется уже несколько иной, нежели в предыдущей разновидности ОПД, набор средств достижения криминальных целей в ходе этой деятельности. В частности, некоторые вспомогательные элементы такой ОПД «тяготеют» к общеуголовным преступлениям, часть которых относится к «сквозным», так как являются непременным условием реализации данного вида ОПД (незаконное хранение оружия, взрывчатых веществ, хищение оружия, приобретение и сбыт имущества, добытого преступным путем).

Другие элементы такой ОПД порождаются определенными криминальными ситуациями, возникающими в ходе ее реализации (использование формы и звания должностного лица, подделка документов, похищение документов).

В свою очередь, побочные элементы данного вида ОПД тоже несут на себе отпечаток ее специфики. Среди них достаточно много деяний, реализуемых силовыми методами, применяемыми для решения не только основных, но и второстепенных криминальных задач, стоящих перед бандой (особая дерзость преступлений, частое приме-' нение при этом оружия и т.д.). Выявление, и анализ таких деяний способствуют определению факта и направленности деятельности такой организованной группы.

Важным аспектом криминалистического изучения организованной преступной деятельности является выявление ее криминалистически значимых черт и формирование на этой основе общей типовой криминалистической характеристики данной преступности и типовых характеристик ее отдельных видов.

Важность этого аспекта изучения преступности общеизвестна. Современная следственная практика свидетельствует о том, что успех расследования любого вида организованной преступности зависит от многих факторов. В частности, от способности следователя выявлять и оценивать должным образом не только общеуголовные и криминологические черты ОП, но и уголовно-правовые признаки конкретного совершенного деяния, собирать и оценивать входящие в предмет доказывания фактические данные. В значительной степени и от умения не только следователей, но и оперативно-розыскных работников проникать в криминалистическую суть выясняемой и расследуемой преступной деятельности в целом ив частности и сопоставлять ее с типовой криминалистической информацией, свойственной данной преступности и соответствующему ее отдельному виду. Поэтому знание общей типовой криминалистической характеристики организованной преступности и отдельных ее видов является важным признаком, определяющим степень профессионализма следователей и оперативно-розыскных работников, занимающихся раскрытием и расследованием таких преступлений.

В криминалистической литературе уже накопилась некоторая информация о содержании общей1 и некоторых частных видов крими-

налистической характеристики1. Как показали первые исследования указанных криминалистических характеристик, в них много своеобразного и в то же время требующего дальнейших исследований. Соответственно, выявление и изучение других, еще не выявленных особенностей криминалистического характера в ОП является одной из важнейших задач ученых-криминалистов. В следующей главе будут рассмотрены ее особенности.

Важным направлением изучения ОПД, тесно связанным с разработкой ее криминалистической характеристики, является выявление ее закономерностей криминалистического характера, знание которых может быть использовано при разработке криминалистической характеристики и построении методики расследования, это направление исследования является довольно новым для криминалистики. Однако, хотя подобные исследования находятся еще в начальной стадии, а полученные результаты весьма общи и схематичны, но они уже позволили выявить и ряд закономерностей криминалистического свойства. В целях более системного представления о некоторых такого рода закономерностях целесообразно их сгруппировать по основным структурным элементам организованной преступной деятельности.

Закономерности, связанные с целями и объектом преступных посягательств, обусловлены спецификой ОП. Как уже отмечалось, главной и закономерной целью любого организованного преступного сообщества является получение незаконных доходов и сверхдоходов. По мере решения этой задачи, а также организационного и функционального укрепления организованного преступного сообщества у него могут возникнуть и иные цели, в том числе и получение лидерами сообщества политической власти.

Однако закономерной целью в момент создания организованного преступного сообщества всегда является преступный бизнес с целью незаконного обогащения. Даже цель осуществления политического экстремизма в деятельности организованных преступных групп, особенно в сфере межнациональных отношений, появляется не сразу, а, как правило, после решения национальными по составу группами задачи обогащения, установления контроля за рынками сбыта на основе усиления экономических интересов между теневыми экономи-

См.: Куликов В.И. Указ. соч. С. 26—45; Основы борьбы с организованной преступностью. С. 247-263; Криминалистика / Под ред. Н.П. Яблокова. М, 1995 и 1999; Криминалистика / Под ред. А.Ф. Волынского.

1 См.: Криминалистика. Методика расследования преступлений новых видов / Под ред. Ю.Г. Корухова. М., 2000. С. 18—372; Сотов А.И. Криминалистическая характеристика убийств, совершенных организованной преступной группой // Российский следователь. 1998. № 6. С. 45.

ческими организованными структурами, действующими на территории конфликтующих народов. Имеется в виду борьба за уже контролируемые и новые рынки сбыта, источники сырья, дешевую рабочую силу и др. Не случайно в этой связи в литературе отмечается, что групповая преступность становится организованной, когда в структуре ее деятельности появляются признаки политической деятельности с целью обогащения1.

Поскольку эта цель организованной группой может реализовываться в легальной сфере производства, частного бизнеса, торговли, банковско-кредитной сферы, а также в области нелегального бизнеса (наркобизнеса, азартных игр, эксплуатации проституции и пр.), закономерным является и объект посягательства. Такими объектами являются деньги и валюта, ценные бумаги, драгоценности, ценное промышленное сырье, дефицитная производственная и военная техника, предметы массового спроса, а также новейшая технология.

Закономерности, свойственные организованному преступному формированию, прежде всего, проявляются в ее высокой организованности. Без этого криминальное сообщество, члены которого могут совершать преступления только на основе простого соучастия, самостоятельно долго существовать не сможет. Однако она может влиться в другое преступное сообщество в качестве его относительно автономной структурной части или стать его полностью контролируемой структурной частью.

Высокая организованность, как закономерная черта ОПГ, предполагает наличие в ней определенной (двух- или трехзвенной) иерархической структуры и обязательно руководящего звена, функционирую-• щего строго на основе распределения криминальных обязанностей с вертикальным соподчинением.

Закономерно и наличие в организованной преступной структуре специальной системы обеспечения безопасности преступной группы в целом, отдельных ее частей, звеньев и членов. Эта система включает в себя использование коррумпированных связей. В какой-то мере защищенность ОПГ объясняется и тем, что часто звено исполнителей изолируется от руководящего звена и знает руководителей лишь своего исполнительского или среднего звена.

Закономерным является и стремление большинства преступных организаций к широкому размаху своей деятельности. Более сильные и крупные организации стремятся подчинить себе более слабые

См.: Оргапизоканпая преступность. С. 44.

преступные группы и расширить сферу своего преступного влияния, освоить новые виды преступной деятельности.

Однако наряду с проявление центростремительных и объединительных факторов, в организованной преступности в силу действия «закона криминальных джунглей», особенно свойственных эпохе «криминального ренессанса» в формирующихся рыночных отношениях (пока еще носящих не вполне цивилизованный характер), действуют и центробежные силы. В силу этого преступные организации ведут между собой беспощадную войну за расширение территориальных и иных зон своего преступного влияния, осуществляют устранение, вплоть до убийства, соперников. Эта война ярко проявилась в постоянных вооруженных «разборках» между различными ОПГ, убийствами их лидеров.

Закономерностью является использование в процессе организованной преступной деятельности различных методов и средств, обеспечивающих ее защиту от государственного и общественного контроля. В то же время для преступных сообществ характерно использование различных средств противодействия правоохранительным органам при оперативной разработке или расследовании их криминальной деятельности. Этот вопрос также будет предметом самостоятельного рассмотрения. Все эти закономерности носят специфический характер и в определенной мере служат задаче формирования криминалистической характеристики ОПД.

§ 2. Общие черты криминалистической характеристики организованной преступности

Отмеченные в предыдущей главе качества ОП в целом как сложного социального явления и многообразия ее частных проявлений в виде различных видов преступлений требуют соответственно новых конструктивных идей и подходов к разработке ее криминалистической характеристики, а именно, учета как общих черт ОП, так и особенностей отдельных ее видов. С этим связана необходимость выработки криминалистической характеристики двух уровней: высокого (теоретического) уровня — общей характеристики для всех видов ОП и низшего (частного) уровня криминалистической характеристики ее отдельных видов.

Проведенное изучение криминалистических особенностей ОП дало основания считать, что ее криминалистическая характеристика общего и частного вида должна базироваться на базовой основе криминальных деянии, совершаемых организованными преступными формированиями и в своей структуре иметь не отдельные элементы, а информационные блоки этих элементов.

Ориентирование при разработке указанных характеристик на базовые преступления, совершаемые ОПТ, позволяет правильнее определить и охарактеризовать объект, целевую направленность ОПД, типовую структуру и черты преступных формирований, точнее очертить общий объем их преступной деятельности. В свою очередь, группирование криминалистической информации об ОП, необходимой для построения ее криминалистической характеристики, в отдельные блоки, обеспечивает более четкое выделение основных аспектов криминалистического интереса при изучении криминалистически значимых особенностей ОП.

Указанный подход был реализован автором данной работы в сотрудничестве с В.И. Куликовым еще свыше пяти лет тому назад в отдельных работах1. Поэтому в настоящем параграфе будут рассмотрены и новые подходы к решению данного вопроса.

Прежде всего можно выделить три ранее выделенных информативных блока:

— предметно-технологический;

— организационно-управленческий;

— субъектно-личностный.

Первый информационный блок характеризует объектно-целевую направленность ОПД и включает информацию об объектах и целях преступного посягательства, о способе, механизме и обстановке совершения преступлений.

Второй блок содержит информацию об организованной группе или преступном сообществе как о специфическом и одном из главных элементов ОПД, в частности, об организационной структуре преступной группы, функциональном распределении обязанностей между ее членами, виде управления и др.

Третий блок включает информацию о личностно-типологических чертах членов организованных преступных групп, их поведении на следствии и в суде, психологической атмосфере внутри этой организации.

Последующие исследования криминалистически значимых черт в ОП позволили выделить еще один блок, содержащий информацию об особенностях коррупционных связей организован-

См., например: Основы борьбы с организованной преступностью. С. 247—263.

ных групп. Условно его можно назвать организационно-коррупци-онным блоком.

Информация, содержащаяся в каждом из указанных блоков, позволяет выделить типовые криминалистически значимые черты, присущие как организованной преступности в целом, так и отдельным ее видам.

Типовые предметно-технологические черты ОП характеризуют ее криминалистически значимые качества, присущие объекту и объективной стороне состава преступления. При этом для должной криминалистической оценки ОПД важно, прежде всего, уяснить, в чем состоит предмет криминального интереса ее субъектов.

Поскольку в основе криминальной деятельности преступных сообществ лежат экономические отношения, имеющие целью получение незаконных доходов и сверхдоходов, предметом их преступного посягательства обычно являются деньги; ценные бумаги; драгоценности; ценные промышленные изделия и сырьевые ресурсы; земельные участки, здания и строения; антиквариат; объекты, имеющие художественную и историческую ценность; продукты интеллектуальной деятельности, компьютерные программы, а также традиционные объекты нарко- и порнобизнеса и азартных игр. Предметом преступных интересов ОПГ становятся и должности в органах государственной власти, управления и правоохранительной системы и т.д.

Для получения из результатов изучения предмета преступного посягательства криминалистически значимой информации целесообразно оценить их с точки зрения качественных, количественных, ценностных, социально-экономических признаков и характера криминального использования.

В этой связи для более полного представления о предмете преступного посягательства организованных групп целесообразно выделить два информационных уровня сведений о нем: исходный и основной. На исходном уровне интерес представляют самые общие сведения о конкретных предметах, ценностях, объектах, которые фигурировали главным образом в преступлениях базового и побочного характера в криминальной деятельности организованных преступных групп и сообществ. На основном уровне наибольший интерес представляют сведения о том, какие операции осуществляются с указанными предметами, ценностями и объектами, как они используются и т.д. В частности, как сбываются, распределяются между членами группы, «перекачиваются» из одной сферы криминальной и иной деятельности группы в другую, сколько отчисляется в «общак», на подкуп чиновников, переводится за рубеж и т.д.

Совокупность указанных сведений о предмете преступного посягательства позволяет выдвинуть версии о характере основной (базовой) преступной направленности организованной группы, возможной ее структуре, сфере охвата криминальной деятельностью этой группы территории города, района, отрасли производственно-финансовой и другой деятельности. Вместе с тем на этом этаже можно вычислить те легальные коммерческие структуры, через которые идет «отмывание» грязных денег.

Способы совершения преступлений членами организованных преступных групп и сообществ весьма разнообразны в силу целого комплекса совершаемых ими деяний. Для криминалистической оценки этой деятельности наибольший интерес представляют способы совершения базовых преступлений, являющихся основным средством реализации их криминальных целей. К тому же и сам характер этих способов во многом зависит от базовой направленности деятельности преступных формирований.

Прежде всего следует отметить, что практически все способы совершения стрежневых, вспомогательных и побочных преступлений организованными группами и сообществами являются полноструктурными. Они складываются из подготовки, совершения и сокрытия следов преступления. Спонтанными и только сводящимися к факту совершения могут быть лишь нетипичные преступления.

Для преступлений в сфере экономики характерна особенно тщательная подготовка к их совершению с использованием всей возможной деловой специфически профессиональной и субъектно-личностной информации об объекте преступного посягательства. При этом может осуществляться целый комплекс подготовительных действий по добыванию или изготовлению необходимых документов, созданию подставных структур, подкупу нужных лиц, и т.д. Поэтому эта стадия по указанным делам может быть весьма длительной.

В процессе самого совершения умело используются все возможные лазейки, организационно-производственные и технологические недочеты в хозяйственной и финансово-банковской деятельности; противоречия и иные недостатки в правовой регламентации хозяйственно-финансовых операций; подложные документы и всевозможные мошеннические действия.

Способы сокрытия таких преступлений также тщательно заранее продумываются и, как правило, маскируются операциями по переброске похищенных денег на счета разных подставных структур-однодневок.

Общеуголовным корыстно-насильственным преступлениям также обычно предшествует тщательная подготовка, чаще всего связанная с добыванием необходимых транспортных средств, оружия, милицейского обмундирования или камуфляжной формы и изучение распорядка деятельности объекта преступления.

Самим же преступным акциям обычно свойствен преступный цинизм, жесткий, дерзкий и наглый характер действия преступников. При этом коллективный способ их совершения делает их более жестокими и мучительными для их жертв.

В среде общеуголовных организованных групп часто действуют мафиозные преступные формирования. Им особенно присуще применение оружия, крайняя жестокость по отношению к жертвам, постоянная готовность к вооруженному сопротивлению правоохранительным органам.

При сокрытии следов таких преступлений помимо общеуголовных приемов сокрытия следов используются и меры физического устранения нежелательных свидетелей, различного рода маскировки, провокации и др.

Весьма своеобразна и обстановка, в которой осуществляется организованная преступная деятельность. Результаты проведенного изучения разных видов ОПД показывают, что характер обстановки, в которой осуществляются такие преступления, как правило, несколько отличается от структуры обстановки других видов преступной деятельности. Конечно, и в этой обстановке вещественные, пространственные, временные и поведенческо-психологические факторы играют немаловажную роль. Однако определяющее значение в ней имеют особенности условий, складывающихся в тех сферах жизни общества какого-либо города, района, региона, которые представляют интерес для организованных групп и сообществ. Это прежде всего сферы социально-экономической, государственно-управленческой и общественно-политической жизни общества, в которых паразитируют организованно-преступные структуры: финансово-кредитная, хозяйственно-производственная, внешнеэкономическая, торгово-ком-мерческая сферы, сфера приватизации, властно-управленческая сфера. В них обычно сосредоточиваются значительные финансовые и материальные средства. Именно в этих сферах чаще всего возникают факторы, облегчающие данную преступную деятельность. Вместе с тем ОПГ не просто удачно используют благоприятно складывающиеся для их преступной деятельности условия, но и сами путем определенной дезорганизации функционирования их системы создают благоприятные для них условия.

К числу важных элементов обстановки совершения анализируемой преступной деятельности можно отнести и данные о специфике того региона, в котором действует преступное сообщество. В свое время предложение о целесообразности считать эти данные элементом обстановки совершения преступлений не только организованных, было сделано В.А. Образцовым1.

Анализ местных территориальных условий, в которых совершаются подобные преступления, позволяет выделить в структуре их обстановки и такой элемент, который условно можно назвать очагом организованной преступной деятельности. Под очагом целесообразно понимать истоки, места возникновения (создания) организованной группы, местонахождение ее руководящего ядра, место первичного проявления признаков этой преступной деятельности. При этом чаще всего имеется в виду город, район, регион действия

группы.

В структуре обстановки организованной преступной деятельности можно выделить и еще один специфический элемент, который условно называется узлом ОПД. Под ним понимается та конкретная структура в каждой сфере проявления организованной преступности, которая явилась наиболее привлекательной для преступного бизнеса организованной преступной группы.

Такими узлами обычно являются конкретные хозяйственно-коммерческие, финансовые структуры, имеющие возможность манипулировать наличными денежными средствами и заниматься незаконными операциями с денежными и иными материальными ценностями. Такая деятельность привлекает к себе внимание различных организованных преступных групп, особенно занимающихся вымогательством.

Узел ОПД — основной носитель самой различной информации доказательственного и собственно криминалистического характера. Поэтому он является важным объектом следственного изучения. Как правило, выявленный в ходе расследования узел не является единственным. Это обязывает следователей искать и другие узлы, связанные с первым общностью предметов преступного посягательства и способов их совершения. Выявление других узлов, в свою очередь, позволяет четче очертить очаги организованной преступной деятельности. Вся эта информация позволяет определить характер принимаемых оперативно-розыскных и следствен-

1 См.: Образцов ВЛ. О криминалистической классификации преступлений // Вопросы борьбы с преступностью. Вып. 33. М, 1980. С. 94.

ных действий для раскрытия и пресечения данной преступной деятельности.

Типовые черты управленческо-организационного характера связаны со специфическими организационно-управленческими особенностями указанных групп, преступных сообществ и иных более крупных криминальных формирований. Данные аспекты характеризуют структурное построение криминальной группы и сообщества, их взаимосвязи, механизмы функционирования и т.д.

Закономерностью организованной преступности является то, что она реально существовать и развиваться может, только имея хорошо организованные и управляемые образования. Указанные преступные организации могут быть различными по названию, численности, уровню организации, характеру структуры и направленности действия. Установление соответствия их тем требованиям, которые предъявляются к таким формированиям, и правильная оценка их специфических криминалистически значимых особенностей имеют важное значение для того, чтобы отличить организованную преступную деятельность от простой групповой преступности, правильно оценить опасность преступного формирования, определить руководящее ядро организации, ее слабые звенья и т.д.

Как известно, в действующем УК (ст. 35) дается понимание двух видов такого рода преступных организаций: организованной группы и преступного сообщества (преступной организации). Основными признаками организованной группы в законе названы — устойчивость и предварительная договоренность на совершение преступления (даже одного). Конечно, эти признаки весьма общи и недостаточно характеризуют особенности таких групп, в частности, не позволяют достаточно четко отличить ОПГ от группы лиц, объединившихся по предварительному сговору на совершение конкретного преступления. В этой связи, целесообразнее было бы уточнить, что имеется договоренность о преступной деятельности постоянного характера. Кроме того, для ее характеристики целесообразно использовать те признаки, которые были выделены в п. 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ «О некоторых вопросах применения судами законодательства об ответственности за преступления против собственности» от 25 апреля 1995 г. В нем организованная группа характеризуется, как правило, «высоким уровнем организованности, планированием и тщательной подготовкой преступления, распределением ролей между соучастниками и т.д.». Дополнительно отмечается, что для организованной группы характерна и «подготовка средств и орудий преступления, подбор соучастников... обеспечение заранее мер по сокрытию преступления, подчинение групповой дисциплине и указаниям организатора преступной группы»1. Однако все эти признаки должны быть четко выражены и характеризоваться достаточно высоким уровнем их организованности. Это важно потому, что поведение соучастников в обычной преступной группе по предварительному сговору также не может быть хаотичным и неупорядоченным, объединенным единым умыслом2.

При этом «определяющим признаком организованной преступной группы, характеризующим ее устойчивость, является наличие организатора или руководителя группы. Именно организатор создает группу, осуществляя подбор соучастников, распределяет роли между ними, устанавливает дисциплину и т.п., а руководитель обеспечивает целенаправленную, спланированную и слаженную деятельность как группы в целом, так и каждого ее участника»3.

Этот признак также существенным образом дополняет характеристику организованной группы, позволяет четче отличить ее от простой преступной группы лиц, совершающих преступление по предварительному сговору.

Все отмеченные выше признаки содержат не только уголовно-правовые, но и криминалистически значимые признаки ОПГ, например, планирование и тщательная подготовка преступлений, подготовка средств и орудий преступления, обеспечение мер по сокрытию преступления.

В основе понятия преступного сообщества, даваемого в уголовном законе, также лежит понятие организованной группы, но более высокого организационного уровня, определяющим признаком которой является ее сплоченность. В то же время под преступным сообществом понимается и объединение организованных преступных групп. Особым уголовно-правовым признаком преступного сообщества является цель его создания — совершение тяжких и особо .тяжких преступлений.

Признак сплоченности преступного сообщества на первый взгляд мало чем отличается от устойчивости. Очевидно, его целесообразно понимать как особо прочную связанность его членов общей преступ-

1   Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 1995. № 9. С. 14.

2 См.: Мштеок Н.Г. Проблемы борьбы с организованной преступностью // Организованная преступность. Уголовно-правовыс и криминалистические проблемы. Калининград, 1999. С. 4.

3 Гаухман Л.Д., Максимов С.В. Уголовная ответственность за организацию преступного сообщества. М., 1997. С. 9—10.

ной целью, спаянность криминальными узами, неписаным кодексом криминальной чести или «круговой порукой». Иногда в понятие сплоченности включают конспирацию, общую кассу («общак»), наличие специальных технических средств, понимая под конспирацией использование условных наименований и сигналов, уголовного жар-тона, шифров, паролей и т.д. А под общей кассой — находящиеся в распоряжении группы денежные средства и иные ценности, добытые в результате преступной и иной незаконной деятельности. Если конспирация и «общак» действительно в определенной мере сплачивают организованную группу, то наличие специальных технических средств вряд ли может характеризовать сплоченность.

В то же время в ст. 210 У К РФ к числу преступных организованных формирований относится и объединение организаторов, руководителей или иных представителей организованных групп в целях разработки планов и условий для совершения тяжких или особо тяжких преступлений. Это самый высокий уровень подобных преступных формирований. В этом случае, как справедливо отметила А.И. Долгова еще в конце 80-х гг., речь идет об организации преступной среды, консолидации ее лидеров — для координации своих преступных усилий1.

Как свидетельствует следственная практика и результаты многочисленных криминологических изучений, российской организованной преступности свойственны и преступные организации мафиозного типа, особенно в сфере общеуголовной преступности и преступности смешанного типа (симбиоз экономической и общеуголовной преступности). Для преступных организаций мафиозного типа обычно свойственно три типовых признака:

— внутренняя разветвленная структура;

— определенные сферы деятельности (например, вымогательство, игорный бизнес, наркобизнес, проституция, торговля оружием);

— политическая защита (наличие «своих людей» в законодательных органах, правительственных учреждениях и средствах массовой информации).

Эти признаки присущи и российским мафиозным группам. Кроме того, в этих группах, как справедливо отмечается в литературе, чтут такие мафиозные традиции, как: круговая порука, коррупци-онная защищенность, глубокая конспирация, устранение и запугивание жертв, защита своих активных членов всей мощью организации,

  1.  См.: Организованная преступность. С. 13. 5

- соблюдение законов молчания перед сотрудниками Правоохранительных органов1.

Однако, как явствует из всего вышеизложенного, первичной формой организации людей для занятия организованной преступной деятельностью в соответствии с действующим уголовным законом, воспринявшим мнение подавляющего числа ученых, изучавших данную преступность, является организованная группа. В процессе своей преступной деятельности указанная группа может претерпевать определенные изменения в количественном и качественном состоянии, затем стабилизироваться и действовать самостоятельно вплоть до ее разоблачения, менять направление своей преступной деятельности и т.д. Чаще всего криминальные и социально-экономические обстоятельства заставляют организованные преступные группы добровольно или принудительно вливаться в виде одного из структурных элементов в более мощные преступные организации, в данном случае преступные сообщества, и даже трансформироваться в организации мафиозного (кланового) типа.

Как показывают данные проведенного изучения следственной практики, организованные преступные формирования в России чаще всего организуются по трем схемам: ситуативно-оперативной, дого-ворно-функциональной и хозяйственно-функциональной.

По первой схеме обычно создаются организованные группы для совершения серий корыстно-насильственных преступлений строго определенного вида лидером с криминальным прошлым из числа таких же лиц, даже не очень хорошо знакомых ему, относительно срочная необходимость совершения которых в составе организованной группы диктуется сложившейся благоприятной обстановкой. Между членами группы лидер распределяет ролевые функции и определяет подчиненность. Однако четко структура группировки сразу не всегда может сложиться.

По второй схеме у будущих лидеров организованной группы есть время продумать и спланировать в деталях с учетом направленности будущей преступной деятельности структуру и примерный состав группы. Есть возможность спокойного выбора членов группы из числа проверенных криминально или профессионально подготовленных лиц. В данном случае люди подбираются в группу под будущие криминальные функции сообразно их криминальному, иному профессиональному опыту и возможностям. Такие группы создаются

1   См.: Дугенец А.С., Макиеико А.В. Организованная преступность как социальный феномен России // Российский следователь. 1999. № 1. С. 16.

для совершения как общеуголовных преступлений, так и преступлений в сфере экономических отношений.

При третьей схеме отдельные структурные звенья организованной группы формируются на основе производственно-хозяйственных структур, копируют государственную и производственную или иную управленческо-хозяйственную структуру, фактически ничего не меняя в ней, и лишь постепенно подстраиваются с помощью подкупа, шантажа под преступные цели другими звеньями, свойственными преступным группам. При этом, подстраиваясь под легальные структуры, многие члены таких организованных групп обычно выполняют двойные функции (законные и криминальные). Данные ОПГ в основном совершают преступления в сфере экономики.

Организованные преступные формирования могут классифицироваться по базовой преступной направленности, специфичности структурного построения, территориальному признаку, характеру коррупционных связей.

Преступные формирования, совершающие преступления в сфере экономики в виде основного преступного промысла, в силу особой специфичности и тяжести данных преступлений обычно имеют форму преступного сообщества. Это согласуется и с положениями ст. 35 и 210 У К РФ. Члены данного сообщества должны обладать весьма высоким криминальным и иным профессионализмом. Такие формирования могут действовать подпольно или «под крышей» каких-то хозяйственно-коммерческих структур. При этом одни из них являются сообществами закрытого типа, ибо формируются в рамках легально существующей хозяйственной структуры. Сфера их деятельности определена задачами этой организации, они имеют стабильные рынки сбыта и связи. Они также могут возникать в легальных структурах, но в своей деятельности используют любые возможные методы и средства, в том числе авантюрного характера, поэтому более открыты для выявления признаков их деятельности. Вместе с тем, эти преступные формирования могут иметь вид простой организованной преступной группы. Чаще всего это свойственно тем ОПГ, для которых совершение преступлений в сфере экономики является не целью бизнеса, а средством существования.

Преступные формирования общеуголовной направленности, в зависимости от направленности их преступной деятельности, территориального охвата и др., могут выступать в виде простых организованных групп и преступных сообществ.

При этом, как справедливо замечено, одни из них могут быть формированиями традиционного типа, действующими без жесткого силевого давления, например, занимающиеся простым вымогательством, незаконным оборотом наркотических средств, и т.д., и формированиями гангстерского типа, ориентированными на жесткие вооруженные методы совершения преступлений (бандитизм, захват заложников, жесткий рэкет и др.)1.

Формирования смешанного типа вобрали в себя особенности формирований первого и второго видов.

С точки зрения структурных особенностей указанные формирования могут быть разделены на формирования со сложной структурой (чаще всего преступные сообщества, совершающие преступления в сфере экономики) и простой структурой — как правило, простые организованные группы общеуголовной направленности.

По территориальному признаку их можно разделить на формирования, действующие: в одном городе, регионе; в нескольких городах и регионах (межрегиональные); в нескольких странах (транснациональные). При этом у каждой структуры может быть сфера своего криминального интереса (производственно-коммерческая сфера, банковско-кредитная, отрасли сырьевой продукции, торговля, рынки, наркобизнес, и т.д.).

По характеру коррупционных связей — на формирования: не имеющие таких связей (как правило, организованные группы в начальной стадии их преступной деятельности, или формирования бандитского типа); имеющие связи лишь в правоохранительных органах; имеющие широкие связи (не только в правоохранительных, но и в органах власти и управления, и в средствах массовой информации).

Несмотря на наличие определенных особенностей структурных построений организованных преступных формирований, во многом определяемых направленностью их преступной деятельности и территориальным охватом подконтрольных территорий, в них можно выделить лишь три уровня структурных звеньев: нижний уровень (исполнительные звенья); средний уровень (организационно-контрольные звенья, группы обеспечения безопасности и т.д.); верхний уровень (организатор, руководители).

Исполнителями могут быть представители разных видов преступности, как экономической, так и общеуголовной (рядовые деятели теневой экономики, мошенники в сфере финансового бизнеса, расхитители государственного имущества дельцы от наркобизнеса, вымогатели, квартирные и карманные воры, грабители, убийцы, гро-

См.: Криминалистика / Под ред. Ю.Г. Корухова. С. 8.

милы, вышибалы и т.д.), и даже лица, не имеющие никакого преступного опыта, но желающие быстро разбогатеть. Они могут быть разделены по самым различным звеньям исполнительского характера (боевики, связники, посредники и т.д.).

Над исполнительными звеньями в средней части преступной пирамиды обычно организуются звенья, осуществляющие организационно-контрольные полномочия (контроль деятельности исполнителей; обеспечение реализации решений руководителей сообщества; разрешение внутригрупповых споров между отдельными членами; организация оказания материальной помощи членам семей преступного формирования, попавшим в места заключения, и т.д.), функции обеспечения безопасности (организация системы конспирации, подавление и нейтрализация социального контроля, разведка и контрразведка и т.д.). Члены этих звеньев и групп могут участвовать и не участвовать в конкретных преступных акциях.

На самом верху пирамиды преступного сообщества находятся его высшие руководители и приближенные к ним лица (так называемые паханы, воры в законе, их советники и т.д.). Все они занимаются общими организационными вопросами, определяют задачи, вырабатывают общую стратегию и тактику преступной деятельности, разрабатывают конкретные преступные операции, определяют сферы и способы «отмывания» преступных доходов и т.д.

При этом в организованных преступных формированиях существует разделение криминального управленческого труда между руководством организации и частично звеньями среднего уровня, и это замечено криминологами1. В частности, лидеры сообщества руководят криминальным бизнесом, продумывают способы его расширения, легализации преступных доходов, расширения криминальных услуг; формируют кадровую политику криминальной сферы, включая сюда элементы воспитательного воздействия («коронование» новых «воров в законе», организация популяризации через СМИ криминального образа жизни в качестве образцов поведения и т.д.); осуществляют финансово-управленческое регулирование преступной деятельности; продумывают стратегию и тактику противодействия правоохранительным и контрольным органам.

В то же время руководители звеньев среднего уровня в определенной степени осуществляют отдельные элементы вышеуказанных

1 См.: Винокуров СМ. Организованная преступность как она есть // Российский следователь. 1999. № 1. С. 9.

функций и почти в полной мере обеспечивают безопасное сопровождение бизнес-криминальных операций, дают предложения по наилучшему ведению криминального бизнеса, маркетингу криминального рынка и т.д.

Члены анализируемых формирований в основном выполняют функции, обусловленные их принадлежностью к тому или иному структурному подразделению этой организации. Выявление и анализ функциональной роли членов таких структур позволяет выявлять их место и роль в деятельности данной организации и в совершении конкретных преступлений, а также степень их уязвимости для психологического воздействия на них при расследовании.

Однако, как справедливо замечено, «место и роль каждого участника могут быть поняты не сами по себе, а только при наличии связи с другими элементами»1. Действительно, любая организованная преступная структура, как сложное социально-криминальное построение, немыслима без существования многообразия связей ее членов между собой, группами членов, связей звеньев разного уровня между собой, между руководителями звеньев, между лидерами формирования и т.д. При этом многие связи базируются на неписаном кодексе криминальной чести. Вместе с тем можно выделить связи, характеризующие возникновение, развитие сообщества и его управление. Таковыми, например, могут быть генетические связи, связи, возникшие в ходе развития и управления ОПГ. Генетические связи позволяют установить исторический процесс возникновения и развития анализируемого формирования и роль в этом процессе отдельных членов группы. Связи развития позволяют выявить тенденции и направления возможного его развития в криминальной направленности, численном составе, структурном изменении и соответственно характер участия в этом тех или иных членов сообщества. Управленческие связи характеризуют взаимоотношения руководителей всех уровней между собой в процессе функционирования данной преступной структуры.

Знание, выявление этих взаимосвязей и их должная оценка важны не только для раскрытия и расследования, но и разрушения преступной структуры, ибо ее разрушение — это разрушение существующих внутри нее связей.

Проведенное изучение показывает, что многие закономерности ОПД, осложняющие практику борьбы с ней, чаще всего связаны с

Криминалистика / Под ред. Ю.Г. Корухова. С. 9.

факторами: а) свойственными организованному преступному формированию и б) с процессом функционирования организованной преступной группы как специфического социально-криминального организма. В частности, к закономерностям, относящимся к организованным группам, в подавляющем большинстве случаев осложняющим расследование организованной преступной деятельности, можно отнести: организационную целостность ОПГ, сплоченность ее членов; последовательное подчинение меньшинства большинству, криминальной идеологии и психологии; наличие руководящего ядра организованной группы и структурное соподчинение ее членов; целенаправленную организацию и функционирование между членами ОПГ нелегальных связей и информационных каналов; ограниченную ролевую осведомленность членов ОПГ; способность организованной группы к регенерации своих звеньев; коллективное формирование системы защиты организованной группы от разоблачения и др.

Приведенные данные о закономерностях, осложняющих расследование ОПД, можно положить в основу разработки специальных методических, тактических и организационных методов, приемов и средств борьбы с ОПД.

Исследования показывают, что, за редчайшим исключением, организационно продуманная и целенаправленная деятельность авторитетов общеуголовной среды и криминального бизнеса позволяет сформировать достаточно сплоченные и дееспособные криминальные коллективы. Отдельные члены таких коллективов связаны между собой и с руководством группы непомерными корыстными устремлениями; осознанным личным решением сделать ОПД образом своей жизни; стремлением без особых интеллектуальных и трудовых усилий «шагнуть» из одного социального слоя или ступени материальной обеспеченности в более высокие слои; страхом за свою жизнь, имущественно-социальным положением; расчетом на случай и везение и иными соображениями.

Отмеченные факторы затрудняют побуждение таких лиц к раскаянию в процессе расследования и осложняют решение задачи раскола группы как тактической цели.

В свою очередь, такие закономерности, как: наличие руководящего ядра и структурное соподчинение членов ОПГ, наличие ограниченной осведомленности конкретного члена группы довольно эффективно предотвращают утечку информации о деятельности организованной группы. В результате это позволяет руководству группы быстро выявить каналы утечки информации, если таковые появляются. Указаннал практика обеспечивает действенный контроль руководства ОПГ над отдельными ее структурами и членами.

В своей совокупности отмеченные выше закономерности делают подобного рода криминальные формирования внутренне прочнее всех иных известных следственной практике организованных преступных групп, что и осложняет предварительное следствие.

Поскольку указанные закономерности существуют объективно, действие их сложно нейтрализовать и тем более парализовать законодательными и организационными средствами. Имеет смысл использовать их для: а) создания методов активного пресечения процесса формирования новых организованных групп; б) выработки приемов и методов «запуска» процессов саморазрушения внутренних структур ОПГ; в) выработки методов использования данных закономерностей для своевременного выявления указанных групп.

Среди закономерностей, относящихся к организованной преступной деятельности и осложняющих процесс ее раскрытия и расследования, можно выделить: а) использование для ОПД легальных хозяйственных, управленческих структур, законных видов производственной деятельности; б) конспиративность базовых и иных элементов ОПД; в) формирование и использование денежных фондов, технических средств и организационных возможностей для нейтрализации всех видов контроля за этой преступной деятельностью; г) наличие системы активной защиты ОПД, адекватной ее характеру и объему; д) целенаправленное противодействие следствию после его начала.

Представляется, что дальнейшее изучение отмеченных выше (и еще не выявленных) закономерностей организованной преступности того же порядка тоже должно быть подчинено цели создания системы специальных приемов и методов борьбы с ОПД.

Субъектно-личностные свойства лиц, участвующих в организованной преступной деятельности, существенным образом не отличаются от присущих лицам, совершающим другие преступления, но определенные особенности типологического свойства имеют.

Типологические особенности членов организованных преступных формирований во многом определяются их базовой целевой криминальной направленностью, сферой криминальной деятельности, регионом функционирования и др. Для выявления черт, имеющих криминалистическое значение, необходимо проанализировать социально-демографические особенности членов организованных преступных формирований; виды преступлений, в которых они участвовали и их роль; уровень их преступного опыта и иных профессиональных навыков; обстоятельства попадания в организованную преступную группу; сведения о степени и характере криминальной активности в группе и др.

Во всех структурных звеньях преступных формирований общеуголовной направленности преобладают лица (в основном мужчины) в возрасте 19—36 лет, неработающие; большинство из них — без трудовых специальностей, с неполным средним или средним образованием. Значительное число в этих формированиях составляют лица, ранее судимые за различные преступления (практически каждый второй). Подавляющее большинство из них обладают всеми или большинством признаков криминального профессионализма. Для лиц исполнительских звеньев характерны часто неоправданная жестокость по отношению к жертвам, физическая сила, умение владеть оружием, навыками ближнего боя, решительность действий. Этими навыками чаще всего владеют бывшие спортсмены, сотрудники спецподразделений, которые нередко и являются членами таких преступных организаций. В организованных группах, занимающихся наркобизнесом, организацией проституции, обеспечивающих высокие прибыли при относительно неквалифицированном и нетрудоемком труде, особенно много молодежи, ранее судимой, не имеющей никаких трудовых специальностей.

В формированиях, имеющих своим основным направлением криминальной деятельности совершение преступлений экономического характера в сфере экономических отношений, повышается возрастной уровень его членов и уровень их образования. Члены исполнительских звеньев и особенно их руководители во всех структурных уровнях сообщества часто имеют не только среднее, но и незаконченное высшее или высшее образование, и чаще всего соответствующее профилю преступной направленности криминального сообщества. Поэтому в преступной деятельности они используют свои специальные знания и свой трудовой служебно-должностной профессионализм. Соответственно значительное их число может не иметь криминального прошлого.

Особую категорию составляют представители высших и отчасти средних звеньев организованных преступных формирований. Для руководителей формирований общеуголовной направленности в основном присуща высшая преступная авторитетность, основанная на значительном преступном опыте, личных качествах и финансовой основе. Среди таких руководителей велик процент ранее судимых, имеющих статус «вора в законе». Правда, среди них могут быть лица, не отбывавшие наказания в местах лишения свободы и фактически купившие такой статус. Они могут не иметь высокого уровня образования, но обладать природными организаторскими и иными способностями и чертами лидера. Для руководителей формирований преступно-экономической направленности не всегда характерна высшая преступная авторитетность и статус «вора в законе». Ими могут быть лица, ранее не судимые, но имеющие большие профессиональные знания в той или иной сфере экономико-финансовой деятельности, достаточно высокий уровень образования, опыт функционирования в теневой экономике и распоряжения значительными материальными и денежными средствами. Кроме того, они могут одновременно работать в легальных хозяйственно-финансовых структурах и иногда на руководящих должностях. Поэтому они обычно имеют обширные связи с лицами, работающими в органах исполнительной власти, иных государственных хозяйственных и финансовых структурах. Им также присущи организаторские способности и качества лидеров.

Вместе с тем всем лидерам указанных преступных формирований чаще всего в том или ином объеме и наборе присущи нередко и такие психологические свойства, как непреодолимая тяга к наживе любым путем; пренебрежение многими общечеловеческими ценностями, легкость принятия решений об использовании физического и иного насилия к людям и другие личные (прежде всего волевые) качества; превосходящие, по сравнению с другими членами организованных групп, умственные способности; умение держать слово; предприимчивость; умение контактировать с людьми; решительность в действиях; быстрота ориентирования и принятия решений в сложных для преступной группы ситуациях; знание внутренних и внешних условий функционирования группы; умение обеспечить конспиративность подготавливаемых и совершаемых преступлений и др.

Центральными фигурами любого организованного преступного формирования являются лидеры организаторско-управленческого плана. Обладая личными качествами организаторов и лидеров, они часто являются представителями последовательно-криминогенного типа личности, характеризующейся высокой степенью антиобщественной направленности, сформировавшейся под влиянием негативной личностной ориентации. Поэтому для реализации своих стремлений к высоким доходам и сверхдоходам любым путем и решения других желаний и проблем они легко и умело подбирают кадры и создают из них преступную группу, используют в ее деятельности любые средства и методы, не останавливаясь и перед убийством.

В больших организованных преступных сообществах среди исполнителей также могут быть свои лидеры. Это или наиболее криминально опытные и удачливые в преступной деятельности лица, неофици-ально лидирующие в своей группе, или лица, на которые лидеры сообщества возложили исполнение каких-то контрольных функций, в том числе и по контролю за соблюдением членами группы норм поведения, предусмотренных неписаным криминальным кодексом. Им также присущи отдельные из вышеназванных качеств личности.

Вышеотмеченные личностные качества лидеров организованных преступных формирований различного уровня позволяют им достаточно длительное время оставаться неуязвимыми для правоохранительных органов и умело противодействовать их разоблачению при задержании. Поэтому тактика общения с этими лицами во время расследования требует от следователей высокого профессионального мастерства.

Велика роль исполнителей организованной преступной деятельности. Среди них могут быть лица, исполняющие главную и активно-постоянную роль в деятельности группы, и второстепенные исполнители.

Первыми обычно являются лица с устойчивыми криминальными жизненными установками, вложившие часть своих преступно нажитых средств в общий криминальный бизнес, или лица, находящиеся в сложной криминальной и «технологической» цепочке. По этим причинам они обязаны действовать активно и объективно не имеют возможности оставить свою преступную деятельность без ущерба для преступной группы в целом. Особенно это проявляется в преступной деятельности в сфере экономики, при которой эффективность преступного бизнеса бывает возможной лишь при условии активности всех звеньев указанной технологической цепочки. Кроме того, оставить криминальный бизнес они не могут, опасаясь последующего физического устранения. С такими лицами труднее всего работать в процессе расследования.

Вторыми являются лица, попавшие в организацию не по меркантильным или криминально-идейным соображениям, а в силу стечения жизненных обстоятельств, привлекаемые к преступным акциям эпизодически или исполняющие функции подсобного характера в деятельности преступной организации (обслуживание членов и руководства группы, эпизодические посреднические функции и т.д.). Эти лица менее всего «замазаны» в криминальной деятельности, менее защищены от разоблачения и наиболее полезны для следствия при умелом психологическом воздействии на них.

Совместная деятельность людей, как показывают специальные исследования, является весьма сложным психологическим явлением, при котором в групповых коллективах, объединенных общезначимыми, важными для них видами деятельности, взаимоотношения отдельных их членов опосредуются содержанием и целевыми ценностями осуществляемой группой деятельности1. В то же время психологи отмечают, что содержание преступной деятельности, целевые ценности и нормы неписаного криминального кодекса весьма жестко определяют психологическое состояние занимающихся ею лиц и диктуют им способы соответствующего поведения2.

В разные периоды существования организованных преступных формирований в них действуют различные внутренние силы. При этом чаще всего постоянно действуют две внутренние силы. Первая способствует объединению, интеграции ее членов, вторая работает на их разъединение3.

На этапе создания указанного формирования обычно доминирует стремление к объединению. В процессе его функционирования могут возникать разные ситуации. При успешной преступной деятельности формирования преобладают тенденции к консолидации, сплочению преступного коллектива, что способствует развитию и формированию его внутренних психологических и функциональных структур. Если же преступная деятельность организации проходит не столь успешно — в ней возникают противоречия, увеличиваются трения между членами коллектива и руководством и начинают доминировать силы, способствующие его разъединению. После раскрытия преступной деятельности организованной группы и начала расследования особенно усиливаются стремление к разъединению, рассредоточению группы, «отсечению» от нее выявленных правоохранительными органами ее звеньев, конкретных лиц.

Причины различного рода конфликтов в организованных преступных группах, действующих на их разъединение, возникают по самым различным причинам, а именно: борьба за лидерство в группе,

1 См.: Петровский А.В. Личность. Деятельность. Коллектив. М., 1982; Обозов ИМ. Совместимость людей // Социальная психология личности. Л., 1974. С. 36; Робер МЛ., Тилъмаи Ф. Психология индивида и группы. М., 1988.

2 См.; Кудрявцев И.В. Социально-психологические характеристики антиобщественного поведения // Методологические проблемы социальной психологии. М., 1975. С. 60.

3 См.: Быков В.М. Преступная группа: криминалистические проблемы. Ташкент, 1991. С. 61.

звене и т.д., за близость к руководителю группы; неудовлетворенность наличием в группе «социального расслоения среди ее членов» (очень богатые руководители и их приближенные в отличие от рядовых членов); несогласие с долями, получаемыми от преступной прибыли, и вообще принципами ее дележа; неудовлетворенность методами и способами преступной деятельности.

Указанные конфликты могут быть и не связаны с деятельностью организованной преступной группы, а уходить своими корнями в криминальное прошлое некоторых ее членов, в личные неприязненные отношения, возникшие в ходе преступной деятельности по самым разным причинам (в том числе этнического, культурного и эмоционального характера).

Конечно, для криминалистов наибольший интерес представляют те межличностные отношения в организованных группах, которые носят конфликтный характер. Выявление в процессе расследования факта такого рода конфликтов в группе и причин, а также конкретных субъектов этих отношений позволяет следствию при правильно выбранной тактике использовать их в целях раскрытия и расследования данных преступлений.

Современная организованная преступность немыслима без наличия у ее преступных формирований различного рода коррупционных связей, которые, как уже отмечалось, являются одним из важных признаков ОП. При этом опасность коррупции для общества в значительной степени обусловлена прежде всего ее тесной связью с ОП. В свою очередь, коррупционные связи помогают укреплению и развитию ОП. Таким образом, организованная преступность и коррупция настолько тесно связаны и взаимообусловливают друг друга, что порой их называют «родными сестрами».

В соответствии с вышеизложенным организационно-коррупцион-ный блок сведений об анализируемой преступности является одним из важных структурных информационных элементов. Без знания такого рода особенностей криминалистическая характеристика ОП потеряет свою полноту.

Наличие, степень развитости и характер коррупционных связей у организованных преступных формирований, действующих в России, характеризует: глубину проникновения метастазов ОП в жизненно важные сферы нашего общества (экономику, законодательную и судебную власть, сферу политики и управления); степень ее независимости от установленного в стране правопорядка и институтов социального контроля; стабильность преступной деятельности, а также ее финансовую мощь.

Как уже отмечалось, основная часть организованных преступных формирований, рассчитывающих на длительную криминальную деятельность, имеют коррумпированные связи, но разной широты и характера. При этом указанные криминальные сообщества особенно заинтересованы в развитии коррупционных связей с чиновниками местной исполнительной власти и нужных им ведомств. И обычно это им удается. У многих современных преступных формирований налажены коррумпированные связи во многих эшелонах государственной власти, включая и высший. По опубликованным данным, среди коррумпированных лиц около 80% составляют работники министерств, госкомитетов и государственных структур на местах, сотрудники правоохранительных органов и представители кредитно-финансовой системы. На подкуп этих чиновников организованными преступными группами и сообществами тратится свыше 50% их преступных доходов1.

При этом высокая степень скрытости коррумпированных связей с организованными группами, как и организованной преступной деятельности, заставляет критически относиться к сведениям, опирающимся на официальную статистику. Но приведенные выше данные все же позволяют судить об их размахе.

Интересующие организованные группы структуры, с представителями которых эти группы стремятся налаживать связи, в основном зависят от основной, а часто и побочной направленности их преступной деятельности.

Коррумпированные связи в органах власти и управления и особенно в правоохранительных органах обеспечивают организованному преступному формированию определенный уровень безопасности, своевременную информацию о направлениях деятельности этих органов и готовящихся операциях, против него, предоставляя ему возможность принимать соответствующие меры защитного характера.

Характер самой коррупционной связи организованных преступных формирований с представителями интересующих их федеральных и местных структур имеет свою специфику. В отличие от коррумпированных связей различных чиновников с коммерческими и иными организациями, проявляющихся, например, в виде работы по совместительству в коммерческих структурах, участия в руководстве этими структурами, получения значительного числа акций доходных

предприятии и т.д., коррумпированные связи организованных преступных сообществ более жесткие и более прямые, носящие характер либо прямого подкупа или тотальной взятки и полного подкупа1. При этом представители организованной преступности устанавливают такие связи с государственными чиновниками различного ранга, «берут их на содержание», как бы «скупают на корню», полагая, что в нужный момент в соответствующей ситуации коррумпированный представитель власти и управления поступит так, как ожидают взяткодатели2. По данным МВД России, уже в 1996 г. чиновники в органах государственной власти оказывали содействие каждой десятой организованной преступной группировке3.

1   См.: Аслаханов АЛ. Особенности российской коррупции // Проблемы борьбы с коррупцией. М., 1999. С. 40.

1 См.: Яковлев А.М. Социология экономической преступности. М., 1988. С. 151.

2 См.: Волженкин Б.В. Коррупция. СПб., 1998. С. 16.

3 Российская газета. 1997. 21 февр.

Глава 3

ОРГАНИЗАЦИОННЫЕ ОСНОВЫ РАСКРЫТИЯ

И РАССЛЕДОВАНИЯ ПРЕСТУПЛЕНИЙ,

СОВЕРШЕННЫХ ОРГАНИЗОВАННЫМИ

ПРЕСТУПНЫМИ ГРУППАМИ И СООБЩЕСТВАМИ

§ 1. Основные задачи деятельности

и система специализированных подразделений

правоохранительных органов

Задачи правоохранительных органов в силу особенностей организованной преступности весьма многообразны и объемны. Соответственно их решение требует коллективных усилий следственных и оперативно-розыскных подразделений.

Прежде всего, необходимо установить базовую направленность преступной деятельности организованной преступной группы, выяснить характер преступлений вспомогательного и побочного характера, которые были совершены ее участниками, связать между собой -многочисленные эпизоды преступлений по почерку действий изучаемой преступной группы. Таким образом можно определить по возможности весь объем совершаемых группой преступлений, а также выявить конкретных исполнителей преступных акций.

Решение данных задач позволит не только определить наиболее верные направления и средства поиска необходимой доказательственной и иной криминалистически значимой информации в ходе расследования и оперативно-розыскной деятельности, необходимые для процесса доказывания, но и выявить основные очаги и узлы, в которых осуществлялась данная преступная деятельность. Последняя информация может быть использована и для разработки и принятия соответствующих профилактических мер.

Важной задачей их является установление структуры организационно-функционального построения преступной группы, ее руководителей и имеющихся коррупционных связей. И еще более сложными и ответственными являются задачи розыска, задержания главных и второстепенных руководителей этой группы, а также основных коррупционеров и доказывание их вины на основе собранного материала. Решение этих вопросов может позволить уже на стадии расследования лишить преступную группу руководства и поддержки коррумпированных чиновников, парализовать ее дальнейшую преступную деятельность.

Успешное решение этих задач в ходе расследования становится возможным лишь при профессионально осуществленном анализе всей собранной оперативно-розыскной, доказательственной и иной криминалистически значимой информации и умелом ее использовании в процессуальных и тактико-стратегических целях. Особенно умело необходимо использовать оперативно-розыскные данные в формировании полноценных доказательств.

Однако нельзя ограничиваться только временной парализацией деятельности преступной группы. Если ее ликвидацию не довести до конца, она снова может пополнить свои поредевшие ряды, в том числе и руководящие (это особенно свойственно преступным группам общеуголовной направленности). Ликвидации организованной группы может способствовать подрыв ее финансовой базы путем перекрытия каналов ее преступных доходов и изъятия уже незаконно полученных капиталов. Как показывает следственная практика, не имея финансовой поддержки, группа быстро распадается.

Поэтому нельзя признать успешной проблему борьбы с организованной преступностью без решения в каждом конкретном случае расследования задачи прекращения существования организованной группы или преступного сообщества и подрыва их финансовой базы.

Конечно, ликвидация организованных преступных сообществ в процессе оперативно-розыскной и следственной деятельности не означает ликвидации ее членов. Как справедливо отмечает А.И. Долгова: «Не следует смешивать меры в отношении организованного преступного формирования, его лидеров и других участников его преступной деятельности. Оптимальное определение таких мер и их соотношения — актуальная и крайне сложная задача»1.

Не менее важной задачей раскрытия и расследования преступлений, совершенных организованными группами, является выявление и устранение причин и условий, породивших возникновение и функционирование выявленных и изученных организованных преступных организаций в тех сферах жизнедеятельности, в которых они действовали.

1   Организованная преступность — 4. С. 141. 6 

Основными видами деятельности правоохранительных органов в борьбе с преступностью являются следственная и оперативно-розыскная деятельности. Последняя, в отличие от оперативно-розыскной деятельности по раскрытию обычных преступлений, должна быть в значительной мере разведывательной, поисковой и контрразведывательной. Осуществляться эти виды деятельности должны специализированными подразделениями правоохранительных органов.

Совершенно понятно, что успешно противостоять организованной преступной деятельности может только хорошо организованная система подразделений правоохранительных органов, состоящих из высококвалифицированных и опытных профессионалов, оснащенных необходимой методикой и техническими средствами.

Эта система теоретически должна включать подразделения в различных видах правоохранительных органов, специализирующиеся на борьбе с организованной преступностью. Это, в частности, следующие подразделения:

— в системе МВД — оперативно-розыскные и следственные;

— в системе прокуратуры — следственные и по надзору за исполнением законов в борьбе с этой преступностью;

— в системе ФСБ — оперативно-розыскные и следственные;

— в налоговой полиции — следственные и оперативно-розыскные;

— в таможенной и пограничной службах — оперативно-розыскные.

Желательно иметь и специализированную судебную систему в виде группы судей в общих судах, специализирующихся на рассмотрении таких уголовных дел.

В действительности же дело с указанными подразделениями в отмеченных органах обстоит следующим образом.

В системе МВД еще в ноябре 1988 г. была создана система оперативно-розыскных органов по борьбе с организованной преступностью. Она периодически реорганизовывалась (что не могло не отразиться отрицательно на их деятельности). И казалось, что уже сформировалась стабильная система следующего типа. В центральном аппарате МВД России действует Главное управление по борьбе с организованной преступностью. Ему непосредственно подчиняется 10 региональных управлений по борьбе с этой преступностью (РУОП). В управлениях внутренних дел краев и областей созданы управления (отделы) по борьбе с организованной преступностью, деятельность которых координируется соответствующими региональными управлениями. Однако в декабре 2000 г. началась новая реорганизация структуры МВД, которая коснулась и подразделений по борьбе с организованной преступностью.

Постановлением Правительства РФ «О подразделениях криминальной милиции» от 7 декабря 2000 г. № 9251 повысился статус криминальной милиции и утверждена ее новая структура. Она стала подразделяться на федеральную криминальную милицию, криминальную милицию в субъектах РФ, криминальную милицию на железнодорожном, водном и воздушном транспорте и криминальную милицию в закрытых административно-территориальных образованиях, на особо важных и режимных объектах.

В состав ее стали входить и подразделения, непосредственно связанные с борьбой с организованной преступностью, ранее входившие в структуру Главного управления по борьбе с организованной преступностью, и другие подразделения, в определенной степени связанные с этой деятельностью: по борьбе с экономическими преступлениями, по борьбе с незаконным оборотом наркотиков, по борьбе с преступлениями в сфере высоких технологий, оперативно-поисковые и оперативно-технические подразделения, а также национальные центральные бюро Интерпола и его территориальные подразделения.

При этом подразделения по борьбе с организованной преступностью и с преступлениями в сфере высоких технологий, а также подразделения оперативно-поисковые и оперативно-технических мероприятий стали входить только в структуру федеральной криминальной милиции. Органами управления федеральной криминальной милиции стали: Комитет федеральной криминальной милиции при МВД России, комитеты федеральной криминальной милиции МВД по федеральным округам и по субъектам РФ — управления по борьбе с организованной преступностью.

Подразделения по борьбе с экономическими преступлениями и по борьбе с незаконным оборотом наркотиков входят лишь в структуру криминальной милиции субъектов РФ.

Другим постановлением Правительства РФ «Об окружных подразделениях Министерства внутренних дел Российской Федерации» от 7 декабря 2000 г. № 9242 Комитет федеральной криминальной милиции по федеральному округу в пределах своей компетенции реализует функции МВД России в области борьбы с организованной преступностью, по координации и анализу деятельности подразделений федеральной криминальной милиции по борьбе с преступлениями в сфере высоких технологий, оперативно-поисковых, оперативно-технических мероприятий.

1   Российская газета. 2000. 15 дек.

2  Там же.

Однако эта новая структура органов МВД в федеральных округах и на местах породила даже не двойную, а тройную подчиненность органов внутренних дел (центру, округу и региону), что усугубило • управленческие проблемы.

С целью совершенствования данной системы и ликвидации параллельных структур в системе МВД новыми приказами Министра внутренних дел, изданными в первой половине августа 2001 г., во всех федеральных округах созданы Главные управления МВД, которые должны взять на себя властную координацию деятельности всех территориальных органов внутренних дел в федеральных округах, в том числе и осуществляющих борьбу с организованной преступностью.

Одновременно принято решение о трансформации всех комитетов федеральной криминальной милиции и управлений по борьбе с организованной преступностью во всех субъектах РФ в новую объединенную структуру — оперативно-розыскные бюро. Задачей этих бюро станет обеспечение более эффективной и согласованной борьбы всех оперативно-розыскных органов в системе МВД с организованной преступностью.

Как заработает эта новая система борьбы с организованной преступностью, пока сказать трудно, но в какой-то период уровень ее эффективности по сравнению с деятельностью аналогичных подразделений прежней системы, возможно, сначала будет ниже (как при любой перестройке). К тому же эффективность деятельности прежней системы была невысока.

Имеются в МВД и специализированные следственные подразделения по расследованию уголовных дел о преступлениях, совершенных членами организованных преступных групп и сообществ. Сначала они подстраивались под существующую систему организации РУОП. С созданием же семи федеральных округов в них приказом Министра внутренних дел от 31 декабря 2000 г. во всех округах были созданы укрупненные следственные управления по расследованию организованных преступлений в составе Следственного комитета МВД России (вместо 10 прежних). При этом в управлениях созданы отделы по расследованию коррупции, деятельности преступных сообществ, преступлений в кредитно-финансовой сфере. И что очень важно, в составе этих управлений созданы организационно-аналитические отделения для научного анализа следственной практики борьбы с организованной преступностью.

В субъектах РФ следственные отделы и отделения, расследующие дела об организованной преступности, по-прежнему остались в структуре следственных подразделений МВД, ГУВД и УВД.

В системе прокуратуры пока отсутствуют полностью специализированные следственные подразделения, занимающиеся расследованием только преступлений, совершенных организованными преступными группами. Такая специализация главным образом проводится уже внутри следственных отделов и управлений, в том числе и в следственных отделах управлений Генеральной прокуратуры РФ по федеральным округам. Указанные управления Генеральной прокуратуры в округах созданы по приказу Генерального прокурора РФ от 5 июня 2000 г. № 98. В структуру каждого из таких управлений входит следственный отдел, имеющий своей задачей расследование дел о наиболее опасных и общественно значимых преступлениях, большая часть которых совершается организованными преступными группами.

Вместе с тем в прокуратурах субъектов РФ действуют специализированные управления (отделы), расследующие факты бандитизма и умышленные убийства, и отделы, расследующие преступления в сфере экономики и должностные преступления. Эти подразделения в значительной степени связаны с расследованием организованных общеуголовных преступлений, совершаемых организованными группами (бандитскими, группами киллеров и т.д.) и организованных преступлений в сфере экономики.

В прокуратуре имеются и соответствующие подразделения прокурорского надзора за соблюдением законов в деятельности следственных и оперативно-розыскных органов по борьбе с организованной преступностью. Еще в 1997 г. в соответствии с приказом Генерального прокурора РФ «Об организации надзора за законностью деятельности региональных Управлений по борьбе с организованной преступностью» от 27 января 1997 г. в Генеральной прокуратуре и в тех регионах, где действовали региональные управления МВД (РУОП), были созданы отделы по надзору за исполнением законов указанными управлениями.

В связи с созданием управлений Генеральной прокуратуры в округах в их структуру включен отдел по надзору за исполнением законов, в том числе и за подразделениями МВД, занимающимися борьбой с организованной преступностью и функционирующими в пределах округа.

В структуре Федеральной службы безопасности действуют оперативно-розыскные и следственные подразделения, осуществляющие раскрытие и расследование отдельных видов организованной преступности на основе Федерального закона «Об органах федеральной службы безопасности в Российской Федерации» от 3 апреля 1995 г.1, а также УПК РСФСР. В соответствии с Указом Президента РФ «Об утверждении Положения о Федеральной службе безопасности Российской Федерации и ее структуры»2 от 6 июля 1998 г. № 806 в структуре ФСБ России действует специальное управление разработки и пресечения деятельности преступных организаций.

В налоговой полиции действуют оперативно-розыскные и следственные подразделения, участвующие в основном в раскрытии преступных действий организованных групп под маркой легальных хозяйственных субъектов, обязанных платить налоги.

Оперативно-розыскные подразделения таможенной и пограничной служб раскрывают преступные действия организованных групп, главным образом связанные с незаконным перемещением грузов и людей через государственную границу и территориальные таможенные терминалы.

Не исключено, что система указанных органов может снова быть изменена с возможностью создания в системе Министерства финансов финансовой разведки или самостоятельной службы Федеральной финансовой полиции. В этих случаях какая-то часть подразделений МВД, ФСБ и налоговой полиции могут войти в новую структуру.

И прежняя, и нынешняя системы подразделений правоохранительных органов, осуществляющих борьбу с организованной преступностью, несколько громоздки. А современная, пожалуй, в большей мере. Кроме того, нынешняя система лишь в самом общем виде определяет характер полномочий соответствующих подразделений разного уровня каждого правоохранительного органа. В связи с этим уже, например, в органах прокуратуры начинают возникать трения по поводу распределения функций между подразделениями центрального аппарата Генеральной прокуратуры и ее управлениями в федеральных округах, с другой стороны — между управлениями в федеральных округах и прокуратурами субъектов РФ. В этой системе также четко не просматривается характер и виды возможных совместных действий нескольких, большинства или всех указанных подразделений в этой сфере. Между тем совершенно ясно, что успешная борьба с преступлениями, совершаемыми организованными преступными формированиями, чаще всего предполагает именно совместное участие в ней указанных подразделений, если не всех, то нескольких правоохранительных органов. Как показывает следствен-

1   СЗ РФ. 1995. № 15. Ст. 1269.

2  СЗ РФ. 1998. № 28. Ст. 3320; № 41. Ст. 5004; 2000. № 1. Ст. 9; Российская газета. 2000. 27 июня.

ная практика, пока основная нагрузка в этой борьбе падает на подразделения органов внутренних дел, а аналогичные подразделения других органов ведут такую деятельность лишь с некоторыми видами ОП. К тому же конкретные направления борьбы с ней некоторых из правоохранительных органов до сих пор не очерчены должным образом. Например, полномочия органов ФСБ в борьбе с преступностью по-разному определены в Федеральном законе «Об органах Федеральной службы безопасности в Российской Федерации» и в УПК. В частности, в Законе к компетенции органов ФСБ в числе других преступлений отнесена борьба с коррупцией, незаконным оборотом оружия и наркотических средств. По УПК борьба с указанными преступлениями отнесена к компетенции органов внутренних дел. Эта противоречивость в указанных законодательных актах не позволяет максимально эффективно использовать возможности подразделений ФСБ в борьбе с организованными преступлениями, выходящими за рамки процессуальных норм об их подследственности.

Не определены четко и сферы деятельности по борьбе с данной преступностью подразделений органов налоговой полиции, таможенной и пограничной служб.

Столь громоздкая и многоступенчатая система подразделений правоохранительных органов, ведущих борьбу с организованной преступностью, требует не только четкого определения сфер рассматриваемой деятельности, но и предельно скоординированных усилий и налаженного взаимодействия.

В соответствии с Указом Президента РФ «О координации деятельности правоохранительных органов по борьбе с преступностью»1 от 18 апреля 1996 г. таким координатором у нас являются органы прокуратуры (от Генеральной прокуратуры до городских и районных). Сейчас к их числу прибавились и управления Генеральной прокуратуры федеральных округов. Думается, прибавится и коллизий при определении координационных функций между этими управлениями и прокуратурами субъектов РФ.

При этом, как и прежде, руководящим органом этой координации являются координационные совещания правоохранительных органов, проводимые в соответствующих прокуратурах. Для повышения подготовленности и действенности таких совещаний постановлением координационного совещания правоохранительных органов РФ при Генеральной прокуратуре 18 февраля 1998 г.

Российская газета. 1996. 26 апр.

было принято решение о создании при нем рабочего аппарата по видам преступной деятельности и назначении соответствующих конкретных координаторов.

Конечно, такого рода совещания помогают определить общие и частные задачи совместных действий в борьбе с преступностью, в том числе и организованной, но в целом пока еще даже при наличии некоторого аппарата существенного влияния на нее не оказывают. Такое положение сложилось в результате комплекса причин. Главной причиной является отсутствие у прокуратуры необходимых властных полномочий по отношению к другим, не подчиненным им правоохранительным органам, что не позволяет обеспечить реальную ответственность всех участников координационных совещаний за принятые на них решения. Вместе с тем, должному взаимодействию мешает боязнь утечки важной для того или иного оперативно-розыскного подразделения разведывательно-аналитической информации при передаче ее другому оперативно-розыскному органу. Указанная боязнь является следствием поражения правоохранительных органов коррупцией. Мешает налаживанию должной координации их оперативно-розыскных и следственных действий и определенная правовая неурегулированность их полномочий.

Все вышеизложенное не способствует повышению эффективности совместной борьбы специализированных подразделений правоохранительных органов с организованной преступностью, нормативное и организационно-управленческое регулирование вопросов компетенции и координации их деятельности. В этой связи нельзя не согласиться с тем, что эту координацию должен осуществлять орган, наделенный жесткими властными полномочиями по отношению ко всем правоохранительным органам. Таковым, применительно к действующей системе власти, является Совет Безопасности РФ. В нем должен быть создан специальный рабочий орган, возглавляемый заместителем секретаря Совета Безопасности с соответствующими властными полномочиями по координации1. Представляется, что этот путь оптимален, в частности, и потому, что органы прокуратуры сами ведут борьбу с организованной преступностью и в ответе за эту деятельность. Это должен быть именно управленческий, а не совещательный орган.

Органы судебной власти пока еще никак не откликнулись на возможность какой-то формы специализации судей по анализируемым

1   См.: Водько Н. Разграничить компетенцию правоохранительных ведомств // Российская юстиция. 1997. № 7. С. 17.

делам. Представляется, что было бы целесообразно в составе судов выделить группу судей, специализирующихся на рассмотрении дел, связанных с организованной преступностью.

§ 2. Организационно-правовые аспекты сотрудничества

правоохранительных органов России с зарубежными государствами в борьбе с организованной преступностью

Как показывает практика, в одиночку ни одному государству не удается успешно бороться с международной организованной преступностью. В подобной ситуации сближение национальных уголов-но-процессуальных законодательств, объединение и координация усилий правоохранительных органов, прежде всего государств, непосредственно граничащих с Россией, и других государств в борьбе с организованной преступностью стали просто жизненно необходимыми. Только при хорошо налаженном подобном сотрудничестве можно своевременно выявлять и обезвреживать преступную деятельность отдельных преступников, и криминальных организаций в целом, в частности, затруднять использование ими «безопасных убежищ», «офшорных зон» и т.д. для финансовых махинаций, а также подрывать их экономическую базу путем выявления и конфискации преступно приобретенного капитала, недвижимости и другого имущества.

Указанное сотрудничество между бывшими республиками Советского Союза стало налаживаться не сразу. Организованные же преступные формирования, орудующие на территории нескольких государств, стали строить свою криминальную стратегию и тактику с учетом прозрачности границ, правовой и организационной неурегулированности межгосударственных отношений и связей криминалистов в сфере борьбы с такими преступными сообществами. В результате указанные формирования активизировали свою преступную деятельность, расширили сферу охвата рынков сбыта незаконно присвоенных сырьевых и иных продуктов, а также расширили возможности для проникновения в сферу легального бизнеса. Более того, отдельные преступные сообщества разных государств не только стали проводить совместные преступные акции, но и экономически консолидироваться, создавать единые «черные кассы» и применять общие способы «отмывания» преступных доходов. Вместе с тем в Россию и из нее в другие страны ближнего и дальнего зарубежья стали проникать и легализироваться преступные капиталы.

Создание Содружества Независимых Государств (СНГ) создало благоприятные предпосылки для объединения межгосударственных усилий в деле борьбы с обычной и организованной преступностью. Хотя для такого объединения потребовались соответствующие усилия и время.

На первом этапе процесса объединения возможностей борьбы с преступностью более активные усилия по созданию договорной базы указанного сотрудничества с правоохранительными органами стран СНГ были предприняты на ведомственном уровне. Еще до распада СССР МВД РСФСР заключило соглашение о взаимодействии с МВД Белоруссии (1990 г.), Армении и Молдавии (1991 г.). В качестве самостоятельного государства Россия в 1992 г. сначала заключила такие договорные отношения с Украиной, Киргизией, Туркменией, Латвией. Впоследствии представители двенадцати ранее входивших в состав СССР республик (кроме стран Балтии) подписали соглашение об общих вопросах взаимодействия министерств внутренних дел независимых государств в сфере борьбы с преступностью. Было принято и соглашение об обеспечении органов МВД материально-техническими средствами и изделиями специальной техники, об обмене информацией и сотрудничестве в борьбе с незаконным оборотом наркотических средств и психотропных веществ1.

В соглашениях определялся круг вопросов, по которым осуществляется сотрудничество (борьба с обычной и международной, главным образом организованной преступностью, розыск преступников, без вести пропавших лиц, установление личности неопознанных трупов и др.), его формы, порядок оформления запросов и просьб по уголовным делам, делам оперативного учета. В качестве основных форм сотрудничества указывались: исполнение запросов и просьб по уголовным делам, обмен соответствующей оперативно-розыскной, оперативно-справочной и криминалистической информацией, содействие в проведении оперативно-розыскных мероприятий и процессуальных действий, обеспечение криминалистической техникой и др. Конкретно о возможных совместных формах борьбы с межгосударственной организованной преступностью в этих соглашениях пока еще ничего не говорилось.

Взаимодействие с оперативными службами органов внутренних дел государств — членов СНГ с апреля 1992 г. осуществляется на основе Соглашения о взаимодействии министерств внутренних дел независимых государств в сфере борьбы с преступностью (заключено на совещании министров внутренних дел независимых государств в г. Алма-Ата 23—24 апреля 1992 г.). Соглашением предусмотрено сотрудничество на основе действующего законодательства государств по борьбе со следующими преступлениями:

— с преступлениями против жизни, здоровья, свободы, достоинства личности и собственности;

— с бандитизмом, терроризмом и международной преступностью;

— с незаконными операциями с оружием, боеприпасами, взрывчатыми, ядовитыми веществами и радиоактивными материалами;

— с незаконным оборотом наркотических средств и психотропных веществ;

— с изготовлением и сбытом поддельных документов, денег и ценных бумаг;

— с преступлениями в сфере экономики;

— с контрабандой, а также с преступлениями, объектом которых являются культурные и исторические ценности.

Одновременно предусматривались и формы сотрудничества в борьбе с организованной преступностью. Такими формами были: выполнение запросов и просьб по уголовным делам и делам оперативного учета; обмен оперативно-розыскной, оперативно-справочной и криминалистической информацией о готовящихся или совершенных преступлениях и причастных к ним лицах, а также обмен архивной информацией, содействие в проведении оперативно-розыскных мероприятий и процессуальных действий и др.

Соглашения о сотрудничестве МВД России заключило и с другими зарубежными странами. В настоящее время оно имеет соответствующие соглашения о правовой помощи с органами внутренних дел следующих стран: Италии, Кипра, Австрии, Венгрии Франции, Румынии, Монголии, Турции, Польши, Китая, Болгарии, Канады и Вьетнама1. Кроме того, такие договоры заключены между МВД России и МВД Республики Македония (6 декабря 1994 г.), Главным полицейским управлением Швеции (2 мая 1996 г.) и др. Основные формы сотрудничества предусматривались в виде обмена информацией и опытом работы; розыска преступников и подозреваемых лиц; разработки и осуществления согласованных оперативных мероприятий; предоставления друг другу правовой информации и данных о состоянии и тенденциях

1   См.: Сотрудничество государств в борьбе с преступностью // Сборник документов. Вып. 1. М, 1993. С. 15-20.

1   См.: Ширваиов АЛ. Взаимодействие органов расследования в системе МВД России с правоохранительными органами иностранных государств. Тула, 2000. С. 23.

преступности в своих государствах; организации совместных научных исследований, представляющих взаимный интерес; обмена результатами исследований, а также научно-техническими и другими профессиональными публикациями.

В свою очередь, между прокуратурами России, Белоруссии, Казахстана и Киргизии в октябре 1992 г. было заключено Соглашение о правовой помощи и сотрудничестве. Затем Генеральная прокуратура РФ в течение первой половины 1993 г. заключила аналогичные соглашения с прокуратурами Украины, Молдавии, Грузии и Армении. В этих соглашениях1 также определялись формы правовой помощи (пересылка материалов прокурорско-следственной деятельности, возбуждение уголовных дел и расследование преступлений, выполнение отдельных процессуальных действий, содействие в розыске лиц, совершивших преступления, пропавших без вести, и др.), порядок исполнения поручений и иные организационные вопросы. В 1995 г. такие соглашения были заключены между прокуратурами России, Туркмении и Таджикистана.

В соглашениях прокуратур, в отличие от аналогичных соглашений МВД, был выделен вопрос и о необходимости координации мероприятий руководителей сторон или уполномоченных ими лиц при расследовании преступлений, имеющих межгосударственный характер (организованная преступность, наркобизнес, терроризм, экологические катастрофы и др.). Это, что вполне обоснованно, обязывало органы прокуратуры уделять особое внимание борьбе с указанными преступлениями. Сначала возможные формы конкретной совместной деятельности по такого рода делам не были определены, а затем договорились о том, что для выполнения отдельных процессуальных или иных действий в процессе правовой помощи стороны взаимодействуют друг с другом сначала только через центральные органы, а затем органам прокуратуры приграничных районов со странами СНГ была предоставлена возможность решать оперативные вопросы взаимодействия, не требующие прокурорской санкции.

Значительно полнее, тщательнее, а главное на многостороннем, а не двустороннем уровне предусматривалось решать вопросы совместной борьбы с преступностью в странах СНГ в Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и

1   См.: Бюллетень Генеральной прокуратуры Российской Федерации. 1993. № 4. С. 5-26.

уголовным делам1. Эта Конвенция 22 января 1993 г. была подписана в г. Минске главами государств — членов СНГ.

Указанная Конвенция определила условия выдачи (экстрадиции) одним государством другому лиц, находящихся на территории каждого из подписавших Конвенцию, для привлечения к уголовной ответственности или для приведения приговора в исполнение, а также порядок осуществления уголовного преследования. При этом каждая договаривающаяся сторона обязывалась по поручению другой стороны осуществлять в соответствии со своим законодательством уголовное преследование против своих граждан, подозреваемых в совершении преступлений на территории запрашивающей стороны. При обвинении одного лица или группы лиц в совершении нескольких преступлений, дела которых подсудны судам двух или более договаривающихся сторон, их предложено рассматривать суду той стороны, на территории которой закончено предварительное следствие. В этом случае дело рассматривается по правилам судопроизводства этой договаривающейся стороны.

Вместе с тем Конвенция содержит и ряд положений, регламентирующих передачу сторонами предметов, использованных преступником, доказательственной и иной информации по совершенному и расследуемому преступлению, влекущему выдачу лица. Конвенция устанавливает, что сношения по указанным вопросам, а также по вопросам исполнения следственных поручений, затрагивающих права граждан и требующих санкции прокурора, осуществляются Генеральным прокурором и прокурорами договаривающихся сторон.

Достоинство этой Конвенции в том, что она является многосторонним межгосударственным соглашением, а значит ее действием охватывается значительное правовое пространство. В ней содержится более четкий механизм взаимодействия нескольких государств в борьбе с преступностью.

Однако в плане организации должного взаимодействия указанная Конвенция не во всем совершенна. В частности, в ней не предусмотрена возможность ряда совместных скоординированных действий при расследовании преступлений «по горячим следам» или каких-либо крупномасштабных операций по делам об организованных преступных сообществах на территории договаривающихся сторон, направленных на быстрое выявление, розыск и задержание членов преступных групп, участвовавших в преступных

1 См.: Сборник международных договоров Российской Федерации по оказанию правовой помощи. М., 1996. С. 31.

акциях, руководителей преступных сообществ, а также на пресечение криминальной деятельности преступных сообществ, находящихся под международным контролем правоохранительных органов нескольких государств.

Не предусмотрено Конвенцией и никаких совместных мер по защите свидетелей и оперативно-розыскных работников от различного рода провокаций со стороны преступных элементов, а также свидетелей и потерпевших от преступных посягательств на них со стороны членов организованных преступных групп. Думается, разработчики этой Конвенции не в полной мере использовали опыт, который накопился при разработке аналогичных правовых соглашений по линии государств — членов Европейского Союза.

В 1992—1995 гг. были заключены также двусторонние договоры о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам между Россией и Азербайджаном, Грузией, Киргизией, Молдавией, Туркменией, Латвией, Литвой и Эстонией1.

В соответствии с этими договорами правовая помощь охватывала выполнение процессуальных действий, предусмотренных законодательством запрашиваемой договаривающейся стороны, в частности, допрос сторон, обвиняемых и подсудимых, свидетелей, экспертов, проведение экспертиз, судебного осмотра, передачу вещественных доказательств, возбуждение уголовного преследования и выдачу лиц, совершивших преступления, признание и исполнение судебных решений по гражданским делам, вручение и пересылку документов и др.

Вместе с тем Советом глав правительств СНГ принимался ряд межгосударственных программ совместных мер по борьбе с организованной преступностью и иными опасными видами преступлений на территории государств СНГ. В них предусматривался целый комплекс мероприятий, решение которых позволяло наладить более эффективное сотрудничество указанных государств в борьбе с органи; зеванной преступностью. В частности, в межгосударственной Программе, утвержденной Советом глав государств СНГ 17 мая 1996 г., была предусмотрена целая система совместных мер борьбы с организованной преступностью и иными видами опасных преступлений на территории государств — участников СНГ на период до 2000 г., а также была предусмотрена подготовка рекомендательного нормативного акта «О борьбе с организованной преступностью».

В соответствии с этим решением был подготовлен проект модельного закона «О борьбе с организованной преступностью», который 2 ноября 1996 г. был принят Межпарламентской Ассамблеей СНГ1.

Целью принятия этого закона было, во-первых, защитить права и свободы человека и гражданина, юридических лиц, безопасность общества и государства от организованной преступности. Во-вторых, создать законопроектные рекомендации национальным парламентам стран СНГ, направленные на согласование их правовой политики и сближение их законодательств, регулирующих борьбу с межгосударственной организованной преступностью. Соответственно в нем содержится целый набор «взаимосвязанных» и «взаимообусловленных» норм, регулирующих наиболее существенные уголовно-правовые, оперативно-розыскные и организационные проблемы борьбы с ОП. Как показывает его содержание и как отмечалось в литературе, «этот закон сконструирован таким образом, что он может выступать и как единый целостный законодательный акт прямого действия, и как своеобразная конструкция, составные части которой без ущерба для целостности всей системы законодательства можно было бы интегрировать в отраслевые законы»2.

В ходе разработки данного закона были приняты меры к «стыковке» с уже ранее принятыми Межпарламентской Ассамблеей СНГ модельными уголовным и уголовно-процессуальным кодексами.

В результате по уголовно-правовым и уголовно-процессуальным вопросам в указанных состыкованных законах содержится много общих рекомендательных норм, касающихся, например, возможности субъектов, наделенных правом осуществления специальных мер борьбы с ОП, действовать в определенных ситуациях с соблюдением законных условий даже путем причинения определенного вреда правоохранительным отношениям, характера ответственности членов преступных групп, сотрудничающих с правоохранительными органами, а также особенностей расследования и судопроизводства по указанным делам.

Перечень оперативно-розыскных мероприятий, закрепленных в рассматриваемом модельном законе, практически сопоставим с перечнем, предусмотренным соответствующими законами государств СНГ. Определены в нем и общие направления реализации данных, полученных в ходе оперативно-розыскной деятельности. На основе этого закона в настоящее время идет дальнейшее сближение между

'   См.: Сборник международных договоров Российском Федерации по оказанию правовой помощи. С. 62, 210, 332.

'   См.: Вестник Межпарламентской Ассамблеи СНГ. 1997. № 12. 2  Организованная преступность — 4. С. 218.

законами стран СНГ об оперативно-розыскной деятельности. Одновременно идет разработка других модельных законов, регулирующих данную сферу общественных отношений, например, законов о борьбе с терроризмом, о противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных незаконным путем.

Применительно к организационным вопросам модельным законом «Об организованной преступности» предусмотрено, что эту борьбу должны осуществлять специализированные подразделения правоохранительных органов или спецслужб, представляющих систему строго централизованных органов с подчинением нижестоящих подразделений вышестоящим. Эти подразделения, если они будут созданы (а они созданы фактически во всех странах СНГ), должны осуществлять свою деятельность в рамках законных полномочий и взаимодействовать с другими правоохранительными и государственными органами, общественными объединениями, средствами массовой информации и населением. В законе раскрываются права указанных органов на получение информации, на осмотр зданий и транспортных средств.

Важным моментом является констатация в законе положения о том, что сотрудничество с органами других государств по вопросам выявления и раскрытия функционирования на их территории организованных преступных сообществ и совершенных ими преступлений осуществляется в соответствии с законодательством взаимодействующих государств на основании международных договоров или принципа взаимности.

Базовые показатели состояния борьбы с преступностью, к сожалению, не улучшаются. Так, если с 1996 по 1997 г. в государствах — участниках СНГ (исключая данные по Туркмении и Узбекистану) совершено более 7 млн преступлений, то с 1998 по 1999 г. их также совершено почти 7,5 млн.1 Особенно широкое распространение получили организованная преступность и коррупция, терроризм, бандитизм и заказные убийства.

Расширение зоны деятельности организованной преступности, рост числа преступлений, совершаемых организованными преступными группами во всех бывших республиках СССР, заставил руководство стран, объединившихся в СНГ еще в 1993 г., задуматься не только над налаживанием взаимодействия в борьбе с указанной преступностью, но и над созданием соответствующего межгосударственного органа, который мог бы обеспечить должную скоординированность таких усилий. В этой связи Советом глав правительств государств — участников СНГ 24 сентября 1993 г. принято решение о создании Бюро по координации борьбы с организованной преступностью и иными опасными преступлениями на территории СНГ1. Одновременно было утверждено Положение об этом Бюро как о постоянно действующем органе по координации борьбы с ОП. В положении определен статус данного органа, структура, штаты, вид руководства и другие организационные вопросы. Основными задачами Бюро являются:

— формирование специализированного банка данных на базе компьютерного центра Бюро и предоставление инициативной информации в соответствующие министерства внутренних дел;

— содействие в осуществлении межгосударственного розыска участников преступных сообществ, лиц, совершивших наиболее опасные преступления и скрывающихся от уголовного преследования;

— обеспечение согласованных действий при проведении оперативно-розыскных мероприятий и комплексных операций, затрагивающих интересы нескольких государств — участников СНГ, выработка рекомендаций по борьбе с транснациональной преступностью.

Место нахождения Бюро — г. Москва. Его создание было вполне своевременной акцией и отвечало насущным потребностям борьбы с организованной преступностью, а также рекомендациям криминологов и криминалистов того периода2.

Время показало, что Бюро не стало лишь представительским органом. Так, только в 1995 г. оно содействовало организации и проведению свыше 20 целевых поисково-оперативных операций органами МВД России и других государств — участников СНГ, координировало взаимодействие 35 следственно-оперативных групп МВД этих стран, оказывало содействие в экстрадиции 60 опасных преступников, исполнило более 250 запросов оперативно-розыскного характера.

Для активизации борьбы с преступностью в рамках стран СНГ решением Совета глав этих государств от 19 января 1996 г. был создан Совет министров внутренних дел государств — участников СНГ, а его рабочим органом стало Бюро по координации борьбы с организованной преступностью и иными опасными видами преступлений. И уже в 1996 г. по линии этого Бюро координировалась работа 50, а

1   См.: Преступность и правонарушения // Статистический сборник. М., 2000. С. 12, 17.

1   См.: Содружество. Информационный вестник Совета глав государств и Совета глав правительств СНГ. Минск. 1993. № 4. С. 173.

2  См.: Диагноз поставлен, нужна хирургия // Щит и меч. 1992. 19 нояб. С. 11.

в 1997 г. — 68 следственно-оперативных групп МВД государств СНГ по конкретным уголовным делам. Опыт проведения таких совместных операций подтверждает вывод о том, что они являются одним из плодотворных и перспективных направлений сотрудничества указанных государств, требующих дальнейшего развития1.

Подобные советы были созданы и в других правоохранительных органах, в частности, координационный совет генеральных прокуроров, совет руководителей органов безопасности и спецслужб, командующих пограничными войсками, руководителей таможенных служб, налоговой полиции и соответствующих служб государств — участников СНГ.

Налаживание взаимодействия советов указанных ведомств стран СНГ позволило активизировать борьбу с организованной преступностью. В целях еще большего укрепления международно-правовой базы этого сотрудничества главами государств СНГ 28 марта 1997 г. был подписан Протокол о внесении дополнений и изменений в Конвенцию 1993 г., в соответствии с которым правоохранительные органы государств — участников указанной Конвенции получили возможность сноситься друг с другом не только через свои центральные органы, но и через свои территориальные и другие органы. Однако сношения по вопросам исполнения процессуальных и иных действий, требующих санкции прокурора (суда), должны осуществляться органами прокуратуры в особом порядке2.

В целях обеспечения надлежащего порядка в обмене информацией, имеющей значение для борьбы с организованной преступностью, во исполнение решения совещания руководителей органов безопасности государств СНГ, состоявшегося в мае 1995 г., был создан Объединенный банк данных (ОВД) органов безопасности и спецслужб указанных государств. Как отмечается в литературе, опытная эксплуатация абонентских звеньев ОВД СНГ в службах безопасности Грузии и Белоруссии подтвердила высокую практическую значимость этой информационной системы и соответствие ее научно-технического уровня современным требованиям. При этом центральное звено ОВД СНГ создано на базе одного из подразделений ФСБ России, и абонентами системы являются структурные подразделения органов безопасности и специальных служб государств Содружества3.

1   См.: Интерпол. 1998. Вып. 24. С. 36.

2   См.: Информационный вестник Совета глав государств и Совета глав правительств СНГ. Минск. 1997. № 2.

3  См.: Организованная преступность — 4. С. 223.

По линии МВД стран СНГ была разработана в 1996 г. Концепция и структура межгосударственной подсистемы обмена между органами внутренних дел государств — участников СНГ, которая реализуется в настоящее время.

Таким образом, и в правовом, и в организационных планах государствами — участниками СНГ проделана значительная работа. Однако, как свидетельствуют обобщенные данные, все еще наблюдается недостаточный уровень сотрудничества правоохранительных органов государств СНГ. Взаимный обмен оперативной информацией не носит регулярного характера. Медленно пополняются оперативно-справочные, розыскные, криминалистические и иные учеты, а также единые информационные банки. Недостаточно осуществляются совместные меры, направленные на предупреждение преступных посягательств преступных сообществ, на целенаправленное разрушение международных связей этих сообществ1.

Большое значение для повышения эффективности борьбы с организованной преступностью в каждом государстве — участнике СНГ с межгосударственной организованной преступностью имеет проведение совместных научных исследований. К сожалению, такая совместная научная деятельность еще не налажена.

В отдельных странах СНГ только начинается изучение транснациональной преступности и особенностей ее расследования. Например, в России2 и Белоруссии3 были предприняты такие попытки. Одна из первых международных научно-практических конференций в рамках СНГ по современным проблемам борьбы с транснациональной преступностью состоялась в октябре 2000 г. в г. Сочи4. Но проведение этой конференции еще не является свидетельством какой-то плановости в связях ученых и практиков стран СНГ. Российские криминалисты практически не имеют с криминалистами стран СНГ каких-либо реальных совместных планов и соглашений о научно-методической разработке данных проблем, отсутствует четкая система научно-криминалистического обеспечения деятельности следственных и оперативно-розыскных органов по раскрытию и расследованию транснациональных организованных преступлений. Но для того

1  См.: Интерпол. 1998. Вып. 24. С. 30.

2  См.: Воронин ЮЛ. Транснациональная организованная преступность. Екатеринбург, 1977.

3  См.: Зорин ГЛ., Тапкевш О.В. Понятие и основные признаки транснациональной преступности. Гродно, 1997.

4  См.: Современные проблемы борьбы с транснациональной преступностью // Материалы международной научно-практической конференции. Краснодар, 2000.

чтобы наладить межгосударственные научные связи по разработке методов борьбы с такой организованной преступностью, необходимо сначала скоординировать усилия ученых-криминалистов разных ведомств в самой России. Для этого желательно, как предлагают криминологи, создать научно-исследовательский центр по борьбе с организованной преступностью, например, при Генеральной прокуратуре, который мог бы обеспечить аналитическую, исследовательскую и методическую стороны борьбы с организованной преступностью, в том числе и транснациональной.

Такие центры желательно создать и во всех других странах СНГ. Затем можно создать координационный научно-исследовательский центр из представителей национальных центров стран СНГ.

Что же касается организационно-правовых связей широкого международного сотрудничества между правительствами и правоохранительными органами различных государств дальнего зарубежья, то по данным Экономического и Социального Совета ООН, несмотря на активные усилия данной международной организации, оно не вполне эффективно. Пока на пути формирования и расширения указанного сотрудничества все еще имеются достаточно мощные препятствия и сдерживающие факторы. В частности, оно часто затрудняется в связи с:

1) существованием в государствах различных правовых систем уголовной юстиции, строящихся на разных принципах, в результате чего неодинаково оцениваются одни и те же преступные деяния;

2) сложившимися политическими взаимоотношениями между государствами: чем они сложнее, тем в большей степени затруднено такое сотрудничество, особенно в тех случаях, когда сталкиваются разные идеологии;

3) влиянием положения о том, что обязанностью любого государства является защита своих граждан, и что граждане, нарушившие нормы права, должны подвергаться уголовному преследованию в своих государствах и не должны подпадать под иностранную юрисдикцию; государства поэтому часто неохотно осуществляют экстрадицию собственных граждан даже при наличии весьма веских доказательств их вины;

4) неуверенностью в сохранении конфиденциальности оперативной информации; правоохранительные органы взаимодействующих стран не всегда охотно идут на обмен имеющейся у них информацией и на участие в совместных операциях из-за опасения утечки этой информации, особенно, когда есть серьезные опасения, что эта утечка не только снизит эффективность указанных операций, но и поставит под угрозу жизнь оперативных работников;

5) незаинтересованностью отдельных государств в налаживании такого сотрудничества, особенно когда высшие эшелоны власти этих государств погрязли в коррупции, а международное сотрудничество может подорвать позиции коррумпированных должностных лиц или даже правительства в целом. Такое происходит и когда речь идет о сотрудничестве с государством — «отстойником преступных сообществ»1.

Мировое сообщество, мнение которого было выражено на многих международных конференциях по борьбе с организованной преступностью, уже давно укрепление и расширение межгосударственного сотрудничества в борьбе с ней связывало с осуществлением целого комплекса мер, к числу которых чаще всего относят следующие.

1. Усиление активности в деле согласования и сближения национальных законодательств в области систем уголовного правосудия в целях упрощения такого взаимодействия. Необходимость такого согласования вполне очевидна, ибо должное сближение подобных систем является основным элементом процесса координации национальных усилий, направленных если не на ликвидацию, то, по крайней мере, на сдерживание организованной транснациональной преступности. В этом плане важно, чтобы результаты расследования подобных преступлений в различных государствах были в максимальной степени сопоставимы. Но для этого, прежде всего, необходима не только решительная политическая воля взаимодействующих стран как на уровне разработки соответствующих законодательных норм, так и в процессе их реализации, но и создание для этого необходимых правовых норм обязательного характера для всех государств.

2. Необходимость некоторого отступления взаимодействующих государств от соблюдения принципа государственного суверенитета в сфере правоохранительной деятельности, что могло бы повысить эффективность международной правоохранительной деятельности, сделать ее более оперативной, позволит устранить преимущества, которые извлекают преступные организации и преступники, осуществляющие трансграничные криминальные операции в нарушение принципа суверенитета.

3. Необходимость обеспечения соответствующих каналов связи для быстрого обмена информацией между правоохранительными ор-

См.: Экономический и Социальный Совет ООН // Справочный документ. 1995.


102

103

Гл. 3. Организационные основы раскрытия преступлений

 § 2. Сотрудничество России с зарубежными государствами

 

ганами государств и оперативности в выполнении просьб о предоставлении информации или помощи.

4. Необходимость гибкого подхода к выбору форм возможного сотрудничества. Расширение сотрудничества в борьбе с организованной преступностью обычно сопровождается информированием сотрудничающих государств о политических структурных ограничениях, с которыми сталкиваются некоторые правительства, поэтому приходится выбирать наиболее приемлемые в каждом случае формы такого сотрудничества. А это сотрудничество, как свидетельствует мировая практика, может быть формальным и неформальным по своему характеру, двусторонним и многосторонним — по своим масштабам.

Формальным указанное сотрудничество будет тогда, когда все связи между государствами осуществляются по официальной линии, на уровне руководителей правительственных ведомств. Неформальным — когда связи устанавливаются непосредственно на оперативном уровне между работниками правоохранительных органов разных государств. Такая связь позволяет преодолеть бюрократические сложности, устранить недопонимание и различного рода кривотолки (при условии, что такого рода неофициальные отношения не ущемляют основополагающих прав участников расследования и не противоречат процессу уголовного разбирательства).

Весьма эффективными являются двусторонние формы сотрудничества между государствами в борьбе с транснациональной преступностью. Но как показывает международная практика, мйогосторон-нее сотрудничество в указанной области еще более действенно. Оно включает все возможные формы и иные многосторонние подходы к борьбе с преступностью.

В целом же сотрудничество в разных формах и на разном уровне следует рассматривать как взаимодополняющие, а не как альтернативные варианты.

Необходимость укрепления взаимодействия государств в борьбе с транснациональной преступностью уже приобрела столь острый характер, что даже на встречах глав государств «восьмерки», где прежде преобладали вопросы финансово-экономического характера, теперь стали первостепенными проблемы борьбы с организованной преступностью. Этой теме было посвящено и состоявшееся в октябре 1999 г. в Москве совещание генеральных прокуроров, министров юстиции и министров внутренних дел стран «восьмерки».

С целью укрепления международного сотрудничества в борьбе с преступностью Россия 25 октября 1999 г. ратифицировала Конвен-

 цию Совета Европы «О взаимной правовой помощи по уголовным делам», принятую в Страсбурге 20 апреля 1959 г.1

Из ст. 26 указанной Конвенции следует, что она имеет преимущество перед положениями любых договоров, конвенций или двусторонних соглашений, регулирующих взаимную правовую помощь по уголовным делам между любыми двумя странами — участниками данной Конвенции. Передача поручений, ходатайств об оказании правовой помощи должна идти по линии министерств юстиции взаимодействующих сторон. Только в случаях, не терпящих отлагательства, поручения могут быть направлены непосредственно юридическими органами запрашивающей стороны юридическим органам запрашиваемой стороны.

Россия ратифицировала указанную Конвенцию с целым рядом оговорок, изложенных в Дополнительном протоколе к Конвенции. В нем определены случаи отказа России в правовой помощи. В качестве каналов, по которым должны направляться поручения и просьбы о правовой помощи, Россия назвала Верховный Суд РФ (по вопросам своей деятельности); Министерство юстиции РФ (по вопросам, связанным с работой других судов); Министерство внутренних дел РФ (в отношении поручений, не требующих санкции судьи или прокурора, связанных с проведением дознания и предварительного следствия по делам о преступлениях, отнесенных к компетенции органов внутренних дел); Федеральную службу безопасности РФ (в отношении поручений, не требующих санкции судьи или прокурора, связанных с проведением дознания и предварительного следствия по делам о преступлениях, отнесенных к компетенции органов ФСБ); Федеральную службу налоговой полиции РФ (в отношении поручений, не требующих санкции судьи или прокурора, связанных с проведением дознания и предварительного следствия по делам о преступлениях, отнесенных к компетенции федеральных органов налоговой полиции); Генеральную прокуратуру РФ (во всех остальных случаях проведения дознания и предварительного следствия).

Соответственно отмечалось, что в случаях, не терпящих отлагательства, запросы могут быть направлены непосредственно судебными органами запрашивающего государства судебным органам РФ. При этом копия поручения одновременно передается в соответствующий центральный компетентный орган2.

' СЗ РФ. 1999. № 43. Ст. 5132. 2 СЗ РФ. 1999. № 43. Ст. 2349.


105

104

Гл. 3. Организационные основы раскрытия преступлений

 § 2. Сотрудничество России с зарубежными государствами

 

Вместе с тем Россия активно действовала и в плане заключения двусторонних межгосударственных соглашений о правовой помощи со многими государствами мира. В частности, такие соглашения заключены с Албанией, КНР, США1. В последнее время такие соглашения заключены с Канадой, Польшей и рядом других государств.

Однако важнейшим международным документом, предусматривающим меры совместной борьбы стран мира с транснациональной преступностью, в котором были отчасти учтены указанные ранее факторы, стала Конвенция ООН против транснациональной организованной преступности. Указанная Конвенция была принята в г. Палермо (Италия) на политической конференции высокого уровня 12 декабря 2000 г.2

В этом важнейшем международно-правовом документе предусмотрены конкретные меры по борьбе с транснациональной организованной преступностью, с отмыванием денег и коррупцией. В Конвенции раскрыты основные понятия, используемые в ее тексте, в том числе дано понятие организованной преступной группы, ареста, выемки, конфискации и контролируемой поставки. Но главное то, что в ней подробным образом изложены различные формы международного правового сотрудничества в борьбе с транснациональной организованной преступностью, отмыванием денежных средств и коррупцией. При этом раскрываются процедуры передачи уголовного судопроизводства, конфискации, ареста доходов от преступной деятельности, защиты свидетелей от вероятной мести или запугивания со стороны преступников, помощи потерпевшим и их защиты от преступного воздействия на них со стороны преступников.

Взаимная правовая помощь в соответствии с указанной Конвенцией может оказываться в следующих целях:

а) получения свидетельских показаний или заявлений от отдельных лиц;

б) вручения судебных документов;

в) проведения обыска и производства выемки или ареста;

г) осмотра объектов и участков местности;

д) предоставления информации, вещественных доказательств и оценки экспертов;

 е) предоставления подлинников или заверенных копий правительственных, банковских, финансовых, корпоративных или коммерческих документов;

ж) выявления и отслеживания доходов от преступлений, имущества, средств совершения преступлений или других предметов для целей доказывания;

з) содействия добровольной явке соответствующих лиц в органы запрашивающего государства-участника;

и) оказания любого иного вида помощи, не противоречащей внутреннему законодательству запрашиваемого государства-участника.

Предусмотрена и возможность создания в государствах-участниках на основе двусторонних или многосторонних соглашений специальных органов по проведению совместных расследований и осуществления специальных методов расследования (с использованием контролируемых поставок, электронного и других форм наблюдения, агентурных операций и др.).

При этом важным моментом является то, что после подписания и ратификации этой Конвенции государством все вышеуказанные правовые процедуры могут осуществляться между всеми подписавшими ее странами даже в отсутствие двусторонних договоров о взаимной правовой помощи по уголовным делам.

Вместе с тем следует отметить, что подписание Конвенции еще не вводит ее в действие. Это произойдет только после ее ратификации и осуществления определенных процедур реализации. А для этого потребуется немало времени и значительных усилий со стороны всех государственных органов, заинтересованных в ее применении.

1 См.: Сборник международных договоров Российской Федерации по оказанию правовой помощи. С. 85, 272, 465.

2 Положения указанной Конвенции ООН приводятся по приложению к работе: Овчинский В.С. XXI век против мафии. Криминальная глобализация и Конвенция ООН против транснациональной организованной преступности. М., 2001. С. 51 — 105.


107

§ 1. Общеметодические особенности раскрытия и расследования ОПД

 

Глава 4

ОСНОВЫ МЕТОДИКИ РАСКРЫТИЯ И РАССЛЕДОВАНИЯ

ПРЕСТУПНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ОРГАНИЗОВАННЫХ

ПРЕСТУПНЫХ ГРУПП И СООБЩЕСТВ

§ 1. Общеметодические особенности раскрытия и расследования организованной преступной деятельности

Своеобразие и специфичность организованной преступности в целом и ее отдельных криминальных проявлений заключается не только в рассмотренных выше их криминалистических особенностях, но и в специфических чертах криминалистической методики раскрытия и расследования ОПД.

Своеобразие криминалистического свойства, в частности, проявляется в том, что указанная методика имеет несколько видов и уровней. В ней можно выделить:

— методику оперативно-розыскного сбора и накопления разведывательной информации о преступной деятельности ОПГ до начала расследования, позволяющей начать расследование и в ходе расследования;

— методику расследования самой ОПД.

Обе эти методики могут быть общими для раскрытия и расследования любой организованной преступной деятельности — это их высший уровень. Частные методики нацелены на раскрытие и расследование отдельных видов преступлений, совершенных группами ОП.

В юридической литературе высказано основанное на анализе зарубежной практики мнение о целесообразности выделения и особой методики разгрома (уничтожения) организованного преступного сообщества1. Безусловно, в задачу методики борьбы с организованной преступной деятельностью входит не только собственно раскрытие и расследование совершенных ОПГ преступлений, но и, например, развал таких преступных сообществ, создание условий для их распада. В противном случае указанная в уголов-

См.: Организованная преступность — 2. С. 208.

 ном порядке борьба будет неэффективной, ибо разоблаченные и наказанные члены таких преступных организаций обычно без труда заменяются другими, и преступная организация продолжает существовать и осуществлять свою преступную деятельность. Поэтому без развала и разгрома самого преступного сообщества задача расследования не может считаться полностью выполненной. Однако задача разгрома преступной организации решается, как правило, в рамках реализации соответствующих методик расследования. Поэтому вряд ли есть необходимость в разработке особой методики разгрома ОПГ. Однако в указанных методиках должны быть выработаны необходимые тактико-методические рекомендации по этому вопросу.

В данном параграфе будут рассмотрены основы методики раскрытия и расследования преступной деятельности на оперативно-розыскном и следственном уровнях.

Целесообразность выделения двух видов методов криминалистической деятельности по раскрытию и расследованию преступной деятельности организованных групп и сообществ обусловлена целым рядом существенных факторов.

Во-первых, отмеченными в предыдущих разделах особенностями ОПД. Особенно теми, которые ее делают тщательно законспирированной, хорошо внешне и внутренне защищенной от разоблачения.

Во-вторых, малой эффективностью уголовно-процессуаль-ных средств и, наоборот, большой возможностью оперативно-розыскных мер в значительной степени негласного характера в деле получения фактических данных, необходимых для возбуждения уголовных дел и успешного осуществления их расследования.

В-третьих, тактико-методической и правовой общностью следственной и оперативно-розыскной деятельности. По существу они являются тесно связанными и взаимно дополняющими видами криминалистически-релевантной деятельности, фактически имеющими общие задачи и цели. Так, в соответствии со ст. 2 УПК РСФСР задачами уголовного судопроизводства являются быстрое и полное раскрытие преступлений, изобличение виновных и обеспечение правильного применения закона с тем, чтобы каждый совершивший преступление был подвергнут справедливому наказанию и ни один невиновный не был привлечен к уголовной ответственности и осужден. Согласно ст. 2 Федерального закона «Об оперативно-розыскной де-


108

Гл. 4. Основы методики раскрытия и расследования ОПД

ятельности» от 12 августа 1995 г.1 задачами этой деятельности выступают выявление, предупреждение, пресечение и раскрытие преступлений, а также выявление и установление лиц, их подготавливающих, совершающих или совершивших.

Поэтому, представляется, нет оснований для обособления указанных видов правоохранительной (в основном криминалистической) деятельности, которое порой проводится некоторыми авторами2. Это обособление особенно неприемлемо для борьбы с организованной преступностью, ибо может подтолкнуть оперативных работников и следователей осуществлять указанную борьбу в автономном режиме со всеми вытекающими из этого негативными последствиями.

Процесс раскрытия преступной деятельности организованных преступных групп и сообществ чаще всего начинается с оперативно-розыскной негласной деятельности, в ходе которой выявляется существование той или иной преступной организации и собираются данные о ее криминальной деятельности. Поэтому обычно началу расследования такой преступной деятельности предшествует разная по продолжительности (но чаще всего длительная) оперативная разработка преступного функционирования криминального сообщества, заканчивающаяся следственно-оперативной, криминалистической операцией по захвату с поличным отдельных ее членов — участников каких-то реальных преступных акций, сходки его членов и других криминальных действий.

В других случаях расследование может начинаться с обнаружения факта преступного деяния, в котором просматривается почерк какой-то еще не известной организованной преступной организации.

В первом случае, как уже отмечалось, расследованию предшествует выявление, изучение, накопление необходимой информации и соответствующее процессуальное документирование преступной деятельности ОПГ на оперативно-розыскном уровне,

1   СЗ РФ. 1995. № 33. Ст. 3349; 1997. № 29. Ст. 3502; 1998. № 30. Ст. 3613; 1999. № 2. Ст. 233; 2000. № 1. Ст. 8.

См. также; Определение Конституционного Суда РФ по делу о проверке конституционности отдельных положений Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» по жалобе гражданки И.Г. Черновой от 14 июля 1998 г. (Конституционный Суд Российской Федерации. Постановления. Определения. 1997—1998. М., 2000. С. 411—425); особые мнения судей Конституционного Суда РФ А.Л. Кононова и Т.Г. Морщаковой в связи с данным решением Конституционного Суда РФ (Российская газета. 1998. 11 авг.).

2   См.; Доля Е.А. Использование в доказывании результатов ОРД. М., 1996. С. 69.

 § 1. Общеметодические особенности раскрытия и расследования ОПД         109

имеющем свою методику, осуществляемую на основе закона об оперативно-розыскной деятельности и соответствующих методических разработок.

Одни организованные группы преступников формируются и функционируют в рамках преступной среды одного или нескольких регионов. В этой среде возникают и действуют несколько или много таких организаций одного или разных направлений преступной ориентации, имеющих собственные способы преступной деятельности. В основном это деяния общеуголовного направления.

Другие формируются и функционируют внутри каких-то действующих легальных хозяйственно-коммерческих структур или специально созданных для этого подобных легальных фирм и предприятий. Эта преступная деятельность как бы вплетается в экономику и внешне носит вполне правомерный характер.

Поскольку организованные преступные сообщества всех видов строго конспиративны, а их преступная деятельность тщательно готовится, маскируется, обычно сопровождается уничтожением преступных следов, имеет хорошо налаженную систему внешней защиты, совершается с использованием современных технических средств, выявить ее только уголовно-процессуальными средствами, как уже отмечалось, весьма сложно.

Поэтому осуществить негласную оперативную разработку деятельности ОПГ и собрать данные, позволяющие ее «развалить», не начиная расследования (если она еще не совершила ни одного преступления), или собрать данные для начала расследования, можно только оперативно-розыскными средствами, включающими весь набор приемов, средств и методов оперативно-розыскной деятельности, предусмотренных Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности».

Методика оперативно-розыскного сбора и накопления

разведывательной информации о преступной деятельности

преступных организаций

Необходимость использования в борьбе с организованной преступностью всех гласных и негласных средств, предусмотренных Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности», и тактико-методических приемов, рекомендуемых ведомственными нормативными актами, как уже отмечалось, прежде всего диктуется особенностями данной преступности и ее большой общественной опасностью. Кроме того, в организованной преступной деятельности


110

Гл. 4. Основы методики раскрытия и расследования ОПД

функционирование преступных групп и сообществ, особенно общеуголовной направленности, как правило, полно и достаточно строго соблюдаются основные нормы неписаных «законов» преступного мира и его традиций в поведении, отношениях членов таких преступных организаций между собой и с лидерами.

Оперативно-розыскные органы внутренних дел имеют достаточно хорошее представление о такой уголовной среде, ее нравах и обычаях, о способах проникновения в эту среду, вербовке осведомителей и т.д. И это обстоятельство — одна из существенных причин необходимости формирования специфической оперативно-розыскной методики сбора и накопления разведывательной информации о преступной деятельности организованных групп и сообществ как составной части криминалистической методики расследования указанной преступной деятельности.

Специфика оперативно-розыскной деятельности заключается в том, что основная часть оперативно-розыскных мероприятий, являющихся средством сбора розыскной информации, в соответствии с Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности» носит негласный характер. Поэтому многие организационно-тактические и методические мероприятия освещаются в сугубо специальной литературе. Соответственно в данном параграфе будут рассмотрены более общие аспекты тактики и методики оперативно-розыскных мероприятий по раскрытию анализируемой преступной деятельности.

Особенностью оперативно-розыскных мероприятий является и то, что в проведении отдельных таких мероприятий могут участвовать несколько оперативных работников. В то же время часто эти мероприятия проводятся в комплексе в форме различного рода оперативных операций. Применительно же к организованной преступной деятельности какой-либо ОПГ разведывательная деятельность часто превращается в серию оперативно-розыскных мероприятий и операций в течение длительного периода.

Своеобразны и источники информации в процессе оперативно-розыскной деятельности. Одну (значительную) часть разведывательных данных о преступной деятельности преступных организаций оперативные работники получают из негласных источников. К числу указанных источников относятся: лица, сотрудничающие с оперативно-розыскными органами; иные лица, появляющиеся в процессе оперативных контактов; штатные сотрудники оперативно-розыскных органов, внедренные в преступные сообщества; результаты скрытного наблюдения и иных негласных мероприятий; результаты применения в ходе указанных мероприятий оперативно-технических средств;

 __         § 1. Общеметодические особенности раскрытия и расследования ОПД         111

информационные массивы оперативно-розыскных-учетов и банков данных и др.

Другую часть информации оперативные работники получают из гласных источников, к числу которых можно отнести: сообщения граждан и должностных лиц о преступной деятельности руководителей и участников преступных организаций; данные средств массовой информации; банковские, финансово-хозяйственные и иные документы государственных и коммерческих структур; материалы ревизий и аудиторских проверок; результаты исследования предметов и документов, сохранивших на себе следы преступной деятельности преступных сообществ, осуществляемых вне рамок уголовного дела криминалистическими и иными подразделениями правоохранительных органов и другими организациями, учреждениями (заключения, справки и т.д.).

Информацию из гласных источников оперативные сотрудники получают и из следственных данных уже в процессе начавшегося расследования.

В отличие от данных следствия, в оперативной информации содержатся не только сведения о конкретной преступной деятельности, но и другие значимые сведения. В этой связи в специальной литературе справедливо отмечается: «Содержание оперативно-розыскной информации отличается широким разнообразием сведений, относящихся также к характеристике оперативно-розыскной деятельности, оценке результатов их использования. Оперативно-розыскная информация отражает не только те явления, события, обстоятельства, изменения в среде, которые возникают в результате преступлений, но и широкий круг явлений, обстоятельств, событий, влияющих на преступное поведение отдельных лиц»1.

Таким образом, оперативно-розыскная информация, получаемая в процессе розыскной доследственной деятельности, как правило, бывает не только объемной, но и разнообразной, с учетом числа и указанных особенностей ее источников. При этом оперативно-розыскная информация нередко, и особенно по делам об организованной преступности, собирается в сложных условиях, не позволяющих всегда проверить надежность ее источников. Поэтому эта информация может содержать данные с низкой степенью истинности. Однако, как справедливо отмечается в литературе, когда оперативно-розыскная информация «исходит из независимых друг от друга источников,

1   Овчинскип С.С. Оперативно-розыскная информация. М., 2000. С. 20.


112

Гл. 4. Основы методики раскрытия и расследования ОПД

когда применены различные методы ее сбора, когда используются научно-технические средства, оперативные данные могут быть весьма точными»1.

Однако несмотря на сложности получения разведывательной оперативной информации об организованной преступной деятельности, она должна самым строгим образом отвечать основным требованиям, сложившимся в теории оперативно-розыскной деятельности2. В частности, такая оперативно-розыскная информация должна отвечать следующим условиям:

— адекватность уровня поступления оперативно-розыскной информации компетенции оперативных работников, принимающих решения (чем более отдалено исполнение от момента, благоприятного для получения необходимой информации, тем больше опасность ее искажения, а следовательно, допущения ошибок в принятии решений);

— оптимальность, достоверность и полнота (последнее ее свойство не означает получения всегда исчерпывающей информации об объекте изучения, а определяется конкретными правовыми пределами и полномочиями оперативных аппаратов);

— точность информации (степень ее детализации, приближение к оригиналу, не столько наличие избыточной детализации, сколько ее информативная ценность);

— лаконичность сообщений при максимальной нагрузке (но не в ущерб полноте, достоверности и детализации).

При собирании разведывательной информации следует иметь в виду наличие в криминальной деятельности организованных преступных сообществ не только базовой, но и другой, не в полной мере свойственной им направленности криминальных действий (о которых уже говорилось в предыдущих главах). Соответственно необходимо учитывать, что наиболее благоприятны для выявления преступные действия не базового направления, ибо они, как правило, менее профессионально выполнены преступниками и, следовательно, не так тщательно готовятся, более открыты для изучения и больше оставляют различного рода следов. К тому же от исполнителей таких деяний легче получить нужную оперативно-розыскную информацию. Среди них легче и выявлять возможных осведомителей.

Применительно к оперативно-разведывательной деятельности по фактам организованной преступной деятельности очень важно не только обеспечить должную (в конкретных условиях) полноту, до-

1  Ларин А.М. От следственной версии к истине. М, 1976. С. 80.

2   См.: Овчинский С.С. Указ. соч. С. 29-34.

 § 1. Общеметодические особенности раскрытия и расследования ОПД         113

стоверность и возможную детализацию собранной оперативно-розыскной информации, но и должную оценку с точки зрения ее уго-ловно-процессуальной перспективы, а также своевременную передачу следственным органам для возбуждения уголовного дела и начала расследования. Йри неоправданной задержке с передачей собранной оперативно-розыскной информации снижается значимость ее полноты и достоверности в силу устаревания.

Из вышеизложенного следует, что субъекты оперативно-розыскной работы в процессе длительной разработки деятельности преступного сообщества не должны накапливать собранную ими оперативно-розыскную информцию лишь «для себя». С самого начала розыска они обязаны заботиться о том, чтобы полученная ими информация могла быть своевременно и полно использована следователями в формировании доказательственной базы по таким уголовным делам. Поэтому работники оперативно-розыскных органов должны сначала продумать систему накопления разведывательной информации, уметь выбирать моменты для своевременной передачи следователям части уже собранной сыскной информации, «созревшей» для реализации следственным путем. Это позволит своевременно начать расследование по еще сравнительно свежей оперативно-розыскной информации. Стремление же некоторых работников оперативно-розыскных органов передать всю накопленную информацию лишь в конце осуществляемой разработки зачастую приводит не только к устареванию, но и к утрате части добытой информации (утрате документов и других объектов, могущих стать вещественными доказательствами, потере отдельных свидетелей - и т.п.), задержке с началом расследования, а иногда и невозможности довести расследование до логического конца. Необходим строгий учет собранной информации и постоянный ее анализ.

В правильном выборе такого момента работникам оперативно-розыскных органов может помочь совместная следственная и оперативная оценка собранной сыскной информации. Поэтому работникам оперативно-розыскных органов в ходе разработки деятельности организованной преступной группы целесообразно поддерживать постоянную связь со следователями специализированных следственных подразделений, ведущих борьбу с ОП, или прокурорами, осуществляющими надзор за соблюдением законности в оперативно-розыскной деятельности.

Вместе с тем передача части оперативно-розыскной информации следственным органам не должна приостанавливать разведывательную работу или снижать ее темпы. Сбор сведений должен продолжаться до самого конца следствия, а иногда целесообразно продол-

8 - 4846


114

Гл. 4. Основы методики раскрытия и расследования ОПД

жать его и в ходе судебного следствия (особенно когда преступная организация еще продолжает функционировать, несмотря на понесенные потери). Да и вообще опытные розыскники считают, что информация о преступных организациях должна накапливаться постоянно, чтобы даже годы спустя она могла быть востребована в процессе расследования.

Практическая ценность и важность указанной разведывательной работы и возможность ее использования для возбуждения уголовного дела и начала расследования во многом зависят от качества документирования проведенной оперативно-розыскной работы. Надлежащий уровень документирования данной работы в свою очередь определяется подготовленностью розыскных сотрудников к изучению соответствующей преступной деятельности. Так, если разрабатывается преступная деятельность организованных сообществ в кре-дитно-финансовой сфере, то оперативные работники должны быть хорошо осведомлены о всех особенностях работы банковских учреждений. Они должны уметь работать с документами, должны быть вооружены соответствующими техническими средствами для фиксации полученной информации (видео- и фотосъемка, звукозапись и др.), не забывая при этом о составлении соответствующих протоколов о их применении.

Документироваться должны прежде всего такие фактические данные, которые невозможно установить процессуальным путем. При документировании деятельности преступных сообществ необходимо отразить информацию по следующим направлениям:

— о характере, масштабах и методах преступной деятельности криминального сообщества; длительности его существования; численности, структуре и иерархии; территории, на которой оно действует (область, город, район, округ и др.); наличии и формах связи с другими преступными группами и сообществами;

— об организаторах, руководителях и членах преступного сообщества; способах привлечения новых членов в свою преступную организацию; практике и формах отчетов членов сообщества перед руководителями;

— об источниках доходов преступного сообщества, формах легализации, «отмывания» преступных доходов, об их распределении внутри сообщества, его имуществе и способах приобретения; существовании «общака» (размерах, месте хранения и хранителях, из каких средств складывается); связях с легальным бизнесом;

— о способах маскировки преступной деятельности, наличии собственной контрразведки, осуществлении мер прикрытия от право-

 § 1. Общсмстодические особенности раскрытия и расследования ОПД         115

охранительных органов; наличии коррумпированных связей с правоохранительными органами и государственными чиновниками; формах и методах противодействия правоохранительным органам.

Недостатки, свойственные документированию результатов оперативно-розыскной деятельности, нередко связаны с невозможностью использовать в ходе нее необходимые технические средства (иногда из-за их отсутствия, а порой и неумения их правильно применять), отчасти и с недостаточным знанием уголовно-процессуального законодательства оперативно-розыскными работниками. Например, незнание ими положений ст. 68 УПК РСФСР, того, что надлежит доказывать по уголовному делу, лишает розыскных работников целевой направленности в собирании оперативной информации, делает этот процесс бессистемным. Не способствует это и качественному документированию собранной информации.

Последнее обстоятельство часто приводит к тому, что собранные и задокументированные данные не позволяют своевременно начать расследование, ибо не обеспечивают следственную перспективу уголовного дела. Например, отсутствует цельная картина о характере и масштабе преступной деятельности разрабатываемой преступной организации, данные о ее лидерах и структуре, взаимодействии отдельных ее звеньев, связях с другими преступными сообществами. Желательно до возбуждения такого уголовного дела иметь и информацию о каждом члене преступной группы (если она не очень многочисленна) или об основных ее членах, при многочисленности звеньев в организации, о совершенных ими преступлениях и связях.

Основу оперативно-розыскной и разведывательной деятельности с точки зрения приемов и способов ее проведения составляют ее тактика и методика, в которых концентрируются соответствующие научно разработанные приемы указанной деятельности и проявляются личные качества оперативно-розыскных работников. При детализации роли личного фактора в этой деятельности нельзя не согласиться с мнением В.С. Овчинского о том, что «оперативно-розыскная тактика — категория оперативно-розыскной деятельности, отражающая мышление оперативного работника, включающая оценку ситуации, своих сил, средств и возможностей, сил и качеств противоборствующей стороны и предопределяющая образ действия и линию поведения, избираемые для достижения целей предупреждения и раскрытия преступлений и розыскной работы»1.

1   Основы борьбы с организованной преступностью / Под ред. В.С. Овчинского, В.Е. Эмимова и Н.П. Яблокова. 1996. С. 329.


116 Гл. 4. Основы методики раскрытия и расследования ОПД

Оперативно-розыскные тактика и методика при разведывательной деятельности, отражающие уровень научной разработанности их приемов и способов действия и мыслительных качеств оперативных сотрудников, реализующих соответствующие тактико-методические рекомендации, базируются на научном обобщении и критическом осмыслении совокупного опыта указанной разведывательной деятельности. Основываются они на оценке степени преступной активности преступных групп и сообществ, на умении определить их базовую направленность, выявить возможность агентурного проникновения в их среду и возможность осуществления контрагентурных мероприятий.

Разрабатываются указанные тактика и методика учеными — специалистами в области оперативно-розыскной деятельности. При этом методические приемы касаются обычно выбора направления розыскной деятельности, определения характера отдельных или комплекса мероприятий для их осуществления.

В криминальной деятельности преступных групп и сообществ, как уже отмечалось, много конспирации, тщательного сокрытия всего того, что позволяет выявить признаки этой деятельности, осуществляющую ее группу или сообщество. Поэтому преступники маскируют интерес к объектам начавшегося или предполагаемого посягательства, сами преступные акции, способы реализации преступных доходов и т.п. Тщательно скрывается информация и о внутренней жизни криминальных организаций (о структуре, распределении ролей участников, конфликтах, связях, вооруженности, имущественных приобретениях и т.д.).

Задача работников оперативно-розыскных органов преодолеть эту конспирацию, что вполне возможно при четком понимании характера информационных процессов, происходящих внутри преступных организаций и вне их, и связанных с криминальной и общежитейской деятельностью их отдельных членов. Обобщение опыта раскрытия организованной преступной деятельности, проведенное учеными, показывает, что при любой степени маскировки информация, интересующая оперативно-розыскных работников о криминальной деятельности еще не выявленного или уже изучаемого организованного сообщества, из эпицентра его преступной деятельности может перейти в сферы социального функционирования людей. Например, в следующие сферы:

— интимных связей лидеров, организаторов и других членов ОПГ и иных лиц, что-либо знающих об их преступной деятельности;

— семейно-бытовых, родственных отношений любого из членов организованной группы;

 § 1. Общеметодические особенности раскрытия и расследования ОПД         117

— проведения любых видов досуга в кругу проверенных людей;

— строительно-ремонтных работ (на даче, в квартире, особняке), приобретения ценных вещей, драгоценностей и др.

При этом необходимо улавливать всю возможную информацию основного характера и даже «отголоски» подобных сведений и сопоставлять их с данными изучения архивных и текущих оперативно-розыскных материалов1.

Поэтому методическим правилом указанной оперативно-розыскной деятельности является необходимость выявления с учетом сложившейся оперативной ситуации социальных сфер, связанных с соответствующими фигурантами, и детальное изучение этих сфер.

Сама же тактика сбора любой оперативно-разведывательной информации может реализовываться в форме оперативного или аналитического поиска. Но в любом случае и тот, и другой поиск должны быть активными.

Оперативный поиск — это основная, давно сложившаяся форма оперативно-розыскной деятельности, тактические приемы которой разработаны в соответствующих инструкциях ведомственного характера. Реализуются они при выполнении всех оперативно-розыскных мероприятий, перечисленных в ст. 6 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», а также при проведении различного рода оперативных операций и комбинаций. Например: по внедрению глубоко законспирированных оперативных штатных или негласных сотрудников в структуры преступных групп и сообществ путем надежного легендирования их личности; по выявлению возможных осведомителей и установления с ними доверительных отношений; по стимулированию активности членов изучаемого сообщества с помощью каких-либо тревожных для них сообщений, передаваемых по самым разным каналам.

Оперативно-розыскная информация по анализируемому виду преступной деятельности, полученная в ходе оперативного поиска, как и при раскрытии других ее видов, имеет основное значение, ибо в ходе нее используются все предусмотренные указанным Законом оперативные мероприятия и допускаемые специальные технические средства, предназначенные для негласного получения информации. Спецификой такого поиска в данном случае является то, что основными в этой информации являются сведения об осведомленных об организованной преступности лицах и подтверждающих ее документах.

1   См.: Основы борьбы с организованной преступностью / Под ред. В.С. Овчин-ского, В.Е. Эминова и Н.П. Яблокова. С. 331.


118

Гл. 4. Основы методики раскрытия и расследования ОПД

Своеобразием тактики оперативного поиска является то, что в отличие от криминалистической тактики проведения отдельных следственных действий она в большей мере строится не на основе выявленных закономерностей механизма преступного поведения и типологических черт преступников, а, как подчеркивается в литературе, на основе учета дислокации основных позиций, занятых лицами, входящими в преступные формирования, их социального положения, деловых, служебных, политизированных связей на разных уровнях в различных ведомствах. При этом рекомендуется моделировать вероятные ситуации противоборства, прогнозировать возможные «ходы» представителей преступных формирований и их покровителей. А это обязывает тщательно скрывать и шифровать оперативный интерес не только к лидерам, но и к второстепенным членам преступных организаций. Все это существенным образом усложняет оперативно-разведывательную деятельность и требует новых тактических решений и приемов при работе в преступных формированиях и в окружении входящих в них лиц1.

Для обнаружения негативных процессов, связанных с организованной преступной деятельностью, следов деятельности преступных формирований и необходимых сведений об их структуре, руководстве и членах, необходим и иной уровень оперативной осведомленности. Этот уровень, как показывает практика и теория оперативно-розыскной деятельности, может дать такая ее форма, как аналитический поиск. Широкое и активное использование этой формы оперативной деятельности является спецификой разведывательной работы при раскрытии организованной преступной деятельности, ибо именно аналитический поиск позволяет систематизировать полученные оперативные данные для решения тактических и стратегических задач разведывательной деятельности.

Аналитический поиск — это новое для теории оперативно-розыскной деятельности понятие. Именно с культивирования такого поиска началось функционирование многих подразделений по борьбе с организованной преступностью2.

Суть аналитического поиска, судя по данным теории и практики оперативно-розыскной деятельности, сводится к качественному, логически выверенному анализу всей собранной оперативно-ро-

1   См.: Основы борьбы с организованной преступностью / Под ред. В.С. Овчин-ского, В.Е. Эмипова и Н.П. Яблокова. С. 335.

2  См. там же. С. 353.

 § 1. Общеметодические особенности раскрытия и расследования ОПД         119

зыскной информации, фактов, событий, отношений, связей признаков преступной (в нашем случае организованной) деятельности, материалов старых и новых уголовных и оперативных дел, несущих определенную информацию об указанной преступной деятельности.

Этот поиск должен постоянно сопровождать оперативно-розыскную деятельность и сочетаться с оперативным поиском. Его результаты обычно позволяют: выявить признаки существования определенных криминальных формирований, направляющих поведение задержанных преступников; определить объекты оперативного изучения и поиска к ним оперативных подходов; определить характер, параметры и структуру выявленной преступной группы и продумать способы внедрения в нее оперативных сотрудников, а также определить направление и характер оперативно-розыскных действий для пресечения каких-то преступных акций организованных сообществ и принятия профилактических мер.

В процессе указанного поиска используются все возможные методы аналитического анализа, методы независимой оценки всех собранных данных.

На основе вышеизложенного можно сделать вывод, что оперативно-разведывательная деятельность по раскрытию организованной преступной деятельности не может быть профессиональной и эффективной без умения оперативно-розыскных работников осуществлять качественный криминалистический анализ собранной оперативно-розыскной и иной указанной выше информации. Только такой анализ, дополняющий оперативный поиск, позволит успешно решить оперативно-розыскные задачи тактического и стратегического характера в борьбе с организованной преступностью.

К сожалению, как свидетельствует практика, далеко не все оперативные работники могут профессионально осуществлять аналитический поиск и умело анализировать собранный материал и факты. Часть из них к такому поиску просто не готова. Следовательно, специальное обучение сотрудников специализированных оперативно-розыскных подразделений правоохранительных органов тактике аналитического поиска и умению осуществлять логически выверенный анализ собранной информации является первостепенной задачей опытных методистов-розыскников.

Выбор оперативно-розыскной тактики разведывательно-оперативной деятельности в той или иной ситуации, как свидетельствует практика ее осуществления, во многом зависит от умелого использования в этой деятельности всех видов прогнозирования.


120

Гл. 4. Основы методики раскрытия и расследования ОПД

При этом в качестве самостоятельных выделяют ряд видов оперативного прогнозирования. К основным можно отнести прогнозирование:

— вероятного поведения членов преступной группы после совершения преступления, что позволяет определить направление их поиска и тактику задержания;

— возможной ситуации, которая может сложиться во время оперативной разведки, для соответствующей корректировки этой деятельности;

— вероятного поведения негласных сотрудников в определенных условиях при выполнении заданий оперативных работников, что можно учесть в их дальнейшей специальной подготовке, и др.1

Материалы оперативно-розыскной разработки преступной деятельности организованного преступного формирования в зависимости от возникшей ситуации могут передаваться следственным органам по частям или полностью в обычном порядке и с соблюдением всех необходимых действий по обеспечению сохранности их негласного характера. После соответствующих поступивших материалов следователем решается вопрос о возбуждении уголовного дела и начале расследования.

Методика расследования организованной преступной деятельности

Расследование организованной преступной деятельности криминального формирования, как уже отмечалось, начинается либо по материалам, полученным в результате оперативно-разведывательного сбора данных об указанной деятельности, или по результатам дослед-ственной проверки сведений, поступивших из других источников (организаций, средств массовой информации, отдельных граждан и т.д.), либо с обнаружения факта преступного деяния, в котором просматриваются признаки организованной преступной деятельности.

Обобщение опыта расследования преступлений, совершенных ор
ганизованными группами и сообществами, позволило сформировать
ряд методических требований, относящихся к действиям следователя
на стадии возбуждения таких уголовных дел, и к самому расследова
нию. гО-

При поступлении к следователю материалов, собранных в процессе оперативно-розыскного собирания разведывательного материала

1   См.: Основы борьбы с организованной преступностью / Под ред. В.С. Овчин-ского, В.Е. Эминова и Н.П. Яблокова. С. 340.

 § 1. Общеметодические особенности раскрытия и расследования ОПД         121

об организованной преступной деятельности какой-либо криминальной структуры, следователи, прежде всего, должны исходить из четкого знания возможностей использования такого материала. В соответствии со ст. 11 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» результаты этой деятельности в уголовном процессе могут быть использованы не только в качестве повода и основания для возбуждения уголовного дела, но для подготовки и осуществления следственных действий и в процессе доказывания.

Обычно оперативно-розыскные данные в анализируемых случаях поступают к следователю в виде сведений, полученных из опросов, наблюдений, результатов изучения документов и предметов, оперативных экспериментов, от внедренных негласных сотрудников и т.д. Указанная оперативно-розыскная информация отражает различные явления и события, связанные с организованной преступной деятельностью. В ней могут содержаться фактические сведения о главных и сопутствующих событиях и об источниках этих фактов. Порой она несущественна, не имеет надежного источника и т.д. Поэтому очень важна правильная процессуальная оценка этих материалов — с точки зрения их полноты, достоверности, чистоты их первоисточников и возможности их уголовно-процес-суальной трансформации в процессе расследования и следственно-судебной перспективы.

Сведения секретного характера, содержащиеся в оперативных документах, обычно представляются только в виде справочных сведений, а не в подлиннике. Результаты оперативно-розыскной деятельности могут представляться и в виде обобщенного официального сообщения (справки-меморандума) или в виде подлинников соответствующих оперативно-служебных документов.

Следователи в ходе своего ознакомления с поступившими оперативными материалами должны изучить данные, содержащиеся в каждом рапорте, справке, акте, протоколе, и ином оперативном документе с точки зрения соблюдения необходимых требований закона и ведомственных нормативных актов при их получении, их фактического существа и источника получения сведений о них. При этом необходимо иметь в виду, что представляемые оперативно-розыскные материалы должна сопровождать информация о времени, месте и обстоятельствах получения сведений, изъятия предметов и документов, получения видео- и звукозаписей, кино- и фотоматериалов, копий и слепков. Вместе с тем должны быть описаны индивидуальные признаки представленных предметов и документов, а также расшифрованы аудио- и видеозаписи, выполнен-


122

Гл. 4. Основы методики раскрытия и расследования ОПД

 § 1. Общеметодические особенности раскрытия и расследования ОПД         123

 

ные оперативно-розыскным путем. Если аудиозапись получена с помощью закрытой специальной техники, на носителях, не используемых в бытовой технике, эта запись должна быть в полном объеме перенесена на стандартную кассету, и с соответствующим рапортом представлена следователю.

При оценке полученных данных следует обращать внимание на то, какие из них собираются на основании только распоряжения руководителя оперативного подразделения, а какие для этого требуют судебного решения (в случаях, связанных с нарушением конституционных прав граждан).

В тех случаях, когда следователю представляются результаты оперативного внедрения, необходимо решить вопрос о возможности допроса внедренного лица в качестве свидетеля. В соответствии с ч. 2 ст. 12 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» это возможно лишь с его согласия в письменной форме и в случаях, предусмотренных федеральными законами.

После возбуждения уголовного дела следователю необходимо решить вопрос, связанный с приобщением к уголовному делу материалов, добытых в результате оперативно-розыскной деятельности, и возможности их использования в качестве доказательств. При этом часть материалов может быть использована как документы (ст. 88 УПК РСФСР), другие реализованы путем проведения осмотров, обысков, выемки, задержания, назначения экспертизы. В качестве свидетелей могут быть допрошены сотрудники, участвовавшие в проведении оперативно-розыскных мероприятий, а также лица, сотрудничающие на конфиденциальной основе с органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность, с соблюдением порядка рассекречивания сведений об этих лицах.

Если в поступивших к следователю материалах не от оперативно-розыскных органов, а из других указанных выше источников, не просматриваются достаточно четко признаки организованной преступной деятельности, возбуждению дела обычно предшествует доследственная проверка (ст. 109 УПК) с участием оперативно-розыскных органов. При этом необходимо получить всю возможную оперативную информацию, связанную с поступившими материалами, которая могла иметься в оперативно-розыскных органах, а также собирать данные, указывающие на факт именно организованной преступной деятельности.

При возбуждении дела по криминальному факту, в котором также просматриваются некоторые признаки организованной преступной деятельности, необходимо сначала сосредоточить усилия на

 выявлении других признаков, указывающих именно на такую преступную деятельность.

Какие же черты наиболее характерны для организованной преступной деятельности? Данные обобщения следственной практики указывают, например, на следующие ее признаки:

— предумышленность, дерзость деяния при его тщательной продуманности по месту и времени совершения;

— сложный способ совершения преступной акции и возможность ее безопасного осуществления только при участии в ней нескольких исполнителей с четким распределением ролевых функций;

— следы длительного, тщательного и скрытного предварительного наблюдения за объектом преступного посягательства;

— наличие следов и иных материальных последствий совершенного деяния, указывающих на высокую техническую оснащенность и вооруженность ее исполнителей, доступных лицам преступной организации, обладающей большими материальными средствами (использование подслушивающих устройств, передатчиков, автомашин иностранных марок, милицейской формы и соответствующих документов, современного огнестрельного оружия, электрошоковых дубинок и пр.);

— характер направленности преступной акции, связанной с получением крупных денежных сумм или дорогостоящих материальных ценностей;

— тщательно продуманный (неслучайный) выбор объектов преступного посягательства (банковские, коммерческие и иные структуры, обладающие большими ценностями, полученными в результате различного рода некорректных, а иногда и просто криминальных коммерческо-финансовых сделок; отдельные граждане, обладающие большими денежными суммами или ценным имуществом, часто добытым мошенническим, спекулятивным и иным, не всегда праведным путем);

— хитроумные, изощренные и быстрые способы реализации преступно добытых денег и материальных ценностей (через быстро ликвидированные фирмы-однодневки и т.д.);

— наличие оперативно-розыскных данных, указывающих на связь совершенного деяния с деятельностью преступного сообщества, находящегося под контролем соответствующих правоохранительных органов, либо на совершение его какой-то еще неизвестной группой;

— специфическое поведение задержанных подозреваемых лиц
(проявление явной наглости, запирательства, стремление к обструк
ции, конфронтации со следователем, круговая порука задержанных
и пр.); • '


124 Гл. 4. Основы методики раскрытия и расследования ОПД

— частое отсутствие свидетелей или их полная «неосведомленность», неискренность потерпевших и свидетелей;

— быстрое срабатывание защитных средств, характерных именно для преступной организации, имеющей коррумпированные связи, группы безопасности, своих адвокатов (угрозы следователю и его близким, давление на следствие разных влиятельных лиц, подключение к участию в расследовании наиболее подготовленных адвокатов, опережающие расследование действия организованного преступного сообщества и пр.).

Конечно, это еще не полный перечень указанных признаков, но даже вышеприведенные, как показывает следственная практика, более или менее обоснованно определяют преступный почерк организован-.ного преступного сообщества, как до начала расследования (в ходе оперативно-розыскной проверки), так и в процессе расследования.

Однако далеко не все перечисленные черты могут быть выявлены даже в начале расследования. Процесс выявления указанных выше признаков при отсутствии материалов оперативно-розыскной разработки деятельности ОПГ происходит постепенно. Вначале, на первом этапе, устанавливается факт совершения деяния группой лиц. Затем — что эти лица являются членами не простой группы преступников, а организованного преступного сообщества.

Сведения о том, что расследуемое преступление совершено группой лиц, обычно получают из исходных данных (заявлений, сообщений), поступивших к следователю, из результатов проверочных действий и собранных в ходе оперативно-розыскных мероприятий сведений, результатов осмотра места происшествия или использования при совершении преступления документов, орудий, оружия, технических, транспортных и иных средств. Такую информацию могут дать, например, следы пальцев рук, обуви, обнаруженные пули и гильзы, орудия преступления, оружие, особенности механизма и способа совершения деяния. Важная информация такого свойства может быть получена также из показаний потерпевших и свидетелей.

Вторая, более сложная часть процесса расследования связана не только с задачей выявления следователем указанных исходных данных, но и с получением и использованием всей возможной оперативно-розыскной информации, свидетельствующей о наличии или отсутствии в данном районе, городе или регионе преступных сообществ, могущих совершить расследуемое преступное деяние.

При этом содержание в первичной оперативно-розыскной информации достаточно убедительных сведений о деятельности какой-либо ОПГ и лицах, к ней причастных, обеспечивает не только след-

 § 1. Общеметодические особенности раскрытия и расследования ОПД         125

ственную и судебную перспективу, но и позволяет четче спланировать расследование. Дальнейшее расследование должно быть нацелено не только на проверку факта действия, в данном случае именно организованной преступной группы, но и на установление факта ее реального существования, цели создания, численности, структуры, характера распределения ролевых функций между членами, степени общности их преступных интересов, а также района действия выявленной организованной группы.

В процессе дальнейшего расследования после выявления признаков ОПД в целях надлежащей криминалистической оценки расследуемой преступной деятельности важно как можно быстрее установить предмет преступной направленности криминального сообщества с учетом ранее раскрытых особенностей таких предметов, а также системности данного преступного интереса этого сообщества, т.е. установить, что для него является определяющей (стержневой), служащей главным средством получения преступного дохода.

Установление стержневой направленности криминальной деятельности ОПГ в самом начале расследования имеет важное методологическое значение. Оно позволяет точнее определить сферу, регион, размах этой преступной деятельности и соответственно степень ее общественной опасности. Более того, установление определяющей направленности чаще всего Помогает сориентироваться в примерной структуре и численности преступной организации.

Вместе с тем именно сведения о вышеуказанном помогают выявить и другие (вспомогательные, побочные и нетипичные) преступления, совершенные членами данной группы, а следовательно, и основной объем ее преступной деятельности. Кроме того, такая информация позволяет быстрее выделить и криминалистически значимые черты, свойственные преступной деятельности выявленной ОПГ, на которые необходимо обратить особое внимание при ее криминалистической оценке и определении основных направлений расследования, а также методов и средств, необходимых для выявления и собирания недостающей доказательственной и иной криминалистически значимой информации, органически связанной с имеющимися данными по расследуемому делу.

При этом следует иметь в виду и другое. Установление признаков действия организованной группы при совершении расследуемого преступления позволяет выдвинуть обоснованную версию о том, что данное преступление для нее, как правило, является не единственным. Выдвижение такой версии обязывает следователя расширить круг своей поисково-познавательной деятельности по делу.


126

Гл. 4. Основы методики раскрытия и расследования ОПД

В то же время, пока не выяснен в полной мере факт совершения расследуемого преступления организованной группой, оно может расследоваться по обычной методике соответствующего вида преступления. Однако следователь в этих случаях всегда должен иметь в виду реальную возможность его совершения организованной группой и ему может противостоять не один преступник, а целая преступная организация с ее коррупционными возможностями.

Сразу же возникает задача установить, является ли расследуемое преступление основным (базовым) для данной ОПГ.

При установлении факта совершения преступления организованной группой или сообществом в целях быстрейшего установления не только основного, но и второстепенных направлений ее криминальной деятельности, методика расследования должна быть скорректирована, и не только технически (о чем будет сказано ниже), но и организационно. Последнее, в частности, связано с созданием следственно-оперативной бригады, налаживанием соответствующего взаимодействия с оперативно-розыскными органами (ориентировка оперативных работников на получение необходимой разведывательной информации с усилением методов аналитического поиска). Очень важно выяснить, не находится ли выявленная группа под оперативным контролем правоохранительных органов, или о ее существовании стало известно только из материалов расследования. Если находится, то какова ее примерная структура и удалось ли выявить базовую направленность ее преступной деятельности, сферу и объем ее основной деятельности.

Соответственно необходимо как можно быстрее дальше разобраться в структуре, иерархических связях и функциональных обязанностях членов преступной организации. При изучении особенностей данного преступного формирования следует иметь в виду, что, обычно легче сначала собрать информацию о менее защищенных от разоблачения звеньях преступной организации, поскольку их деятельность не столь тщательно замаскирована. К их числу относятся группы исполнителей, боевиков, телохранителей, посредников, обслуживающий персонал и т.п. Выявление членов таких звеньев и тактико-психологически продуманная оперативно-розыскная и следственная работа с ними с учетом выявленного характера существующей в группе внутренней борьбы ее членов за власть и доходы могут давать определенную информацию о многих сторонах функционирования криминального сообщества и о его лидерах.

Очень важно по собранной информации проследить характер и частоту участия в преступной деятельности данного сообщества, ос-

 _____§ 1. Общеметодическис особенности раскрытия и расследования ОПД         127

новных его членов, как рядовых исполнителей, представителей среднего, так и высшего звена организации, а также выявить ее корруп-ционные связи. При этом, как справедливо отмечается в литературе, своевременное получение подробной информации в отношении лидеров преступного сообщества и его наиболее активных звеньях и членах, свидетельствующих об их руководящей и организующей роли в сообществе и их участии в преступных акциях, позволит нанести внезапный удар по «мозговому центру» группировки, изолировать ее коррумпированных сообщников и дезорганизовать ее преступную деятельность, в том числе и противодействие правоохранительным органам1.

Однако выявление руководителей, организаторов и других лидеров изучаемых преступных формирований — задача непростая. Для того чтобы ее решить, целесообразно одним из главных направлений в изучении преступной организации сделать исследование типовых функций криминального управления подобными сообществами. К их числу в литературе относят следующие функции:

— информационное обеспечение преступной деятельности, обеспечивающее выбор объектов и предметов преступного посягательства, собирание информации о них, изучение системы охраны, поиск пособников, технических средств и т.д.;

— принятие решения о совершении преступной акции, связанное с выбором места, времени и способов ее совершения и сокрытия и т.д.;

— организация исполнения решения о криминальной акции, связанная с доведением преступного замысла до исполнителей, их ин-структажом, необходимой психологически волевой обработкой исполнителей, распределением ролей исполнителей, определением доли каждого в полученных средствах и т.п.;

— контроль и регулирование.

Выявление в ходе расследования различного рода сведений, относящихся к реализации указанных выше функций, в совокупности позволяет установить факт наличия преступного управления, свойственного организованной криминальной структуре, и круг его субъектов2.

1 См.: Драпкин ЛЯ. Криминалистические аспекты борьбы с организованной преступностью // Актуальные проблемы правового регулирования общественных отношений в условиях перехода к рыночной экономике. Барнаул, 1991. С. 221—223.

2 См.: Особенности принятия тактических решений при расследовании преступлений, совершаемых организованными преступными группами. М., 1996. С. 20.


128

Гл. 4. Основы методики раскрытия и расследования ОПД

Следовательно, с целью выявления и доказывания вины лидеров преступной организации в ее создании, руководстве, управлении и в исполнительно-преступной деятельности очень важно уже на начальном этапе расследования получить данные о функционально-волевых проявлениях их деятельности (распоряжениях, требованиях, указаниях, советах, волевом воздействии на исполнителей, элементах практической помощи в подготовке к отдельным преступным акциям и реализации преступных доходов, финансировании коррумпированных должностных лиц и т.д.).

Законспирированность функционирования организованных преступных сообществ и связей между их отдельными членами, круговая порука сообщников, тщательная подготовка преступных акций и сокрытие ее следов, дерзость, жестокость, изощренность, быстрота совершения самого преступления, частое оказание преступниками вооруженного сопротивления оперативным и следственным органам, возможность утечки и расшифровки оперативно-розыскной информации как результат действия коррумпированных связей, необходимость защиты от преступников свидетелей и потерпевших — все это вносит определенную специфику в комплекс методов и средств расследования ОПД и оперативно-розыскных мероприятий.

По делам этой категории для решения важных задач по ходу расследования приходится проводить значительно больше, чем по другим уголовным делам, различных криминалистических операций на всех стадиях расследования, и особенно в ее начале. Это особенность данной методики расследования. В частности, речь идет о следующих операциях: пресечение и предупреждение начавшихся и готовящихся преступных акций; задержание преступников с поличным; розыск преступников по признакам внешности и иным данным; изобличение преступников; установление места содержания заложников и их освобождение; установление номера телефона и места, откуда ведутся телефонные переговоры; прослушивание и запись телефонных и иных переговоров; выявление коррумпированных связей; контролируемые операции с предметами, находящимися в легальном и нелегальном обороте; обеспечение защиты потерпевших и свидетелей и др.

При этом следователь, приняв тактическое решение о необходимости проведения той или иной криминалистической операции с учетом имеющейся для этого информации по делу, совместно с оперативно-розыскными работниками должен разработать совместный план проведения такой операции. В нем должны быть учтены все компоненты складывающихся следственных ситуаций, количество

 § 1. Общемстодические особенности раскрытия и расследования ОПД 129

сил и средств различных оперативно-розыскных подразделений, способы обеспечения следственно-оперативной тайны, связанной с проведением операции, меры обеспечения безопасности ее участников. В плане необходимо определить наиболее благоприятное время и место ее проведения, число ее исполнителей, распределение между ними ролей, характер используемых технических средств и методов, порядок финансирования ее хода и результаты.

Вместе с тем в плане должен быть решен вопрос о целесообразности участия в операции следователя и в случае необходимости такого участия — определить его роль. Например, в операции по задержанию с поличным, изобличению преступников участие следователя необходимо. Роль следователя в этих случаях определяется в строгом соответствии с уголовно-процессуальным законом, выработанными на практике принципами оперативно-следственного взаимодействия. В любом случае следователь не должен выполнять оперативно-розыскных функций.

Криминалистические операции (главным образом по обеспечению безопасности участия свидетелей и потерпевших в судебном следствии) могут проводиться и после окончания расследования в ходе рассмотрения дел в суде. Названная операция требует совместных усилий следователей, работников органов дознания, надзирающих за следствием прокуроров и судей в обеспечении решения организационно-технических ее вопросов, коллективной разработки и реализации плана ее проведения.

По делам анализируемой категории для успеха их расследования очень важно широкое и умелое применение криминалистической, иной специальной техники и различных специальных знаний. Это особенно важно потому, что при расследовании анализируемых преступлений виновные, как правило, не дают правдивых показаний, не признаются в содеянном, создают всяческие помехи деятельности следователя, а изобличающую виновных информацию из других личных источников доказательств (от свидетелей и потерпевших) под влиянием давления на них преступников следователь может получить далеко не всегда. Поэтому без соответствующих материальных источников доказательственной информации раскрыть такие преступления и решить все остальные задачи расследования практически нельзя. Особенно широко при этом должны использоваться звуко-и видеозапись, фото- и киносъемка при следственных действиях, средства электронного прослушивания и наблюдения, другие виды специальной техники, используемые в ходе оперативно-розыскной работы.

9-4846


130

Гл. 4. Основы методики раскрытия и расследования ОПД

Для успеха расследования таких преступлений необходимо максимально и высокопрофессионально использовать данные информационно-справочных учетов, существующих автоматизированных информационно-поисковых систем и уже накопленный в отдельных следственно-оперативных подразделениях массив компьютерной информации о лицах и организациях, подозреваемых в причастности к организованной преступной деятельности, о совершенных, расследованных и находящихся в стадии расследования преступлениях.

Обобщение опыта расследования преступлений, совершенных организованными преступными группами, позволило выработать ряд общих методических требований к их расследованию.

1. Необходимо в процессе следствия как можно быстрее выявить факт совершения преступления организованной группой и базовую (стержневую) преступную направленность организованного формирования, деятельность которого вскрыта и расследуется (если это не было сделано в период оперативно-розыскной разработки). Установление указанных обстоятельств, особенно базовой направленности ОПГ, в самом начале расследования имеет очень важное методическое значение.

При выявлении разнохарактерных преступлений, совершенных данной группой, в том числе и базовой направленности, отдавая предпочтение расследованию базового состава, следует также иметь в виду, что более низкий профессионализм побочных и нетипичных преступлений чаще всего создает более благоприятные условия для их расследования, с последующим использованием полученных данных для расследования основных преступлений. Кроме того, методически правильнее действовать так, чтобы одни и те же следственные действия, тактические и иные криминалистические операции, по возможности, одновременно работали на раскрытие всех преступлений данного сообщества, совершенных и известных следствию. Иначе, как показывает следственная практика, невозможно избежать определенных просчетов в расследовании, затягивания сроков его расследования и пр.

2. Методика расследования преступной деятельности организованного формирования должна быть наступательной, т.е. должна быть выбрана такая система следственных действий и оперативно-розыскных мероприятий, которая обеспечивала бы стратегическое и тактическое превосходство правоохранительных органов, «упреждала» возможные меры оказания противодействия расследованию. Для этого важно как можно быстрее установить численность, структуру данного формирования, роль в его деятельности задержанных пре-

 § 1. Обще-методические особенности раскрытия и расследования ОПД         131

ступников, типологические черты его лидеров (с учетом вида базовой преступной деятельности), возможные коррупционные связи. Активно использовать эту информацию для криминалистического прогнозирования всей возможной в данном конкретном случае «упреждающей» деятельности следователя. При этом данное требование должно реализовываться на протяжении всех этапов расследования.

3. Используемая следователем методика должна творчески привязывать начавшееся расследование к типовым следственным ситуациям (которые будут рассмотрены в следующем параграфе), характерным для расследования многих видов преступлений, совершаемых организованными сообществами. Такой подход обеспечит перспективу успешного расследования не только в рамках типичных, но и атипичных следственных ситуаций. Последние ситуации часто возникают в связи с ответными действиями криминальных сообществ, направленными на оказание противодействия расследованию.

Последовательная реализация данного требования особенно важна на первоначальном этапе расследования. В этот период неопределенность имеющейся исходной информации, необходимость быстрого принятия следственных решений при дефиците имеющихся данных часто обязывает следователя (в целях сохранения должной направленности и динамизма расследования) ориентироваться не только на типовые рекомендации, но и широко использовать при этом приемы и методы эвристического мышления1.

4. При планировании расследования уже совершенных организованной группой преступлений и предупреждения возможных новых преступных деяний следует учитывать не только методически сложившиеся факторы (стандартность обстановки и способов преступной деятельности), но и другие обстоятельства. В частности, наряду с относительной стабильностью зоны (территории, сферы деятельности и т.д.) и временных факторов деятельности многих таких групп, необходимо иметь в виду и возможную территориальную разбросанность и временную цикличность деятельности отдельных преступных сообществ.

Территориальная разбросанность и временная цикличность преступной деятельности вытекает из самой природы некоторых видов организованной преступности. Так, активная деятельность преступных групп, базовой деятельностью которых является производство и сбыт наркотиков, может осуществляться не в месте нахождения руководящих органов, а далеко от них и в определенные временные

См.: Зорин ГЛ. Криминалистическая эвристика. Гродно, 1994.


132

Гл. 4. Основы методики раскрытия и расследования ОПД

промежутки, диктующиеся цикличностью операций по выращиванию наркотического сырья, производству и сбыту наркотической продукции. В этой связи при планировании следственных действий, криминалистических операций и оперативно-розыскных мероприятий необходимо учитывать указанные обстоятельства.

Следует также учитывать, что, если этого требует обстановка, преступная деятельность организованных криминальных сообществ может на некоторое время прекращаться или затухать, перемещаться в другие регионы, сферы хозяйства, снова возобновляться и даже меняться по своей направленности.

5. Расследование, как и оперативно-розыскная работа, не может быть успешным без четко налаженного взаимодействия следователей с оперативно-розыскными органами в рамках следственно-оперативных групп или вне этих рамок. Необходимость коллективных усилий следователей и оперативно-розыскных работников в расследовании преступлений, совершенных криминальными организованными группами, обусловливается, во-первых, тем,, что оперативно-розыскная деятельность является составной частью анализируемой методики расследования. Во-вторых, она обусловливается своеобразием и масштабами деятельности высококриминально организованных групп (иногда очень больших по численности ) преступников. Члены такой группы, занимающейся криминальной деятельностью как бизнесом, обычно совершают целую серию преступлений и порой, как уже отмечалось, не однотипных. Это требует большего объема следственной и оперативно-розыскной работы, тщательно продуманных и согласованных коллективных усилий разных правоохранительных органов, и использования всех возможных оперативно-розыскных мероприятий, предусмотренных Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности ».

Совместная работа следователей и оперативно-розыскных сотрудников при расследовании организованной преступной деятельности любого вида особенно строго должна согласовываться с планом расследования и основываться на результатах совместной оценки складывающихся следственных и оперативно-розыскных ситуаций. Как правило, она должна начинаться до возбуждения уголовного дела и продолжаться до направления его в суд. При этом следователь должен постоянно контактировать с оперативными сотрудниками и отслеживать вновь получаемую оперативниками информацию, сопоставлять ее со следственными данными, вместе с инициатором разработки какой-либо оперативно-следственной операции определять ее место, время, условия и т.д.

 _____§ 1. Общемстодичсскис особенности раскрытия и расследования ОПД 133

Именно такой путь расследования позволяет не только создать четкую систему взаимодействия всех участников расследования и задействованных в расследовании специалистов, но и наиболее рационально разделить между ними организационные, тактико-методические, розыскные функции. В то же время взаимный контроль указанных участников предостерегает от возможных промахов в расследовании и в большей мере защищает от возможных провокаций со стороны преступных организаций.

Существенное значение в обеспечении эффективности расследования преступлений, совершенных организованными криминальными формированиями, имеют четко налаженное управление следователем процессом расследования и умелый выбор тактики проведения отдельных следственных действий. Основными принципами организации и управления при расследовании преступлений, совершенных такими группами, являются:

— концентрация наиболее квалифицированных сил следствия на главных направлениях расследования и на временно второстепенных направлениях, но ставших узким местом расследования и затрудняющих ход следствия и решение стратегических задач расследования;

— постоянная нацеленность на поиск основных или второстепенных, но слабых звеньев в структуре преступной организации, работа с членами которых позволит ее разрушить целиком;

— постоянная координация движения потоков криминалистической информации на оперативно-розыскном и следственном уровнях;

— контроль за возможными каналами утечки следственной п оперативно-розыскной информации и др.

Тактические особенности отдельных следственных действий по этим делам определяются сложностью получения и надежного закрепления личных доказательств и соответственно необходимостью получения максимально большого числа вещественных доказательств. Отсюда потребность широкого использования научно-технических средств и специальных знаний для выявления, фиксации и изучения следов, вещественных доказательств. Вместе с тем, многие приемы ведения следствия связаны с необходимостью защиты свидетелей и потерпевших и их близких от посягательств на них членов преступных сообществ, деятельность которых расследуется, применением видео- и аудиозаписи при допросе свидетелей, потерпевших, подозреваемых и обвиняемых, а также при предъявлении для опознания.

Пока действующее уголовно-процессуальное законодательство не содержит надлежащих норм, могущих обеспечить безопасность свидетелей и потерпевших от преступного на них посягательства со сто-


134

Гл. 4. Основы методики раскрытия и расследования ОПД

роны неразоблаченных членов преступной организации. В свое время законом, не утвержденным Президентом Б.Н. Ельциным, «О борьбе с организованной преступностью» предусматривался ряд норм, направленных на то, чтобы информация о свидетелях и потерпевших участниках предварительного и судебного следствия не попадала в руки преступников. В частности, этими нормами предусматривалось, что данные об указанных лицах, а также о специалисте, . эксперте и понятых по такому делу должны отражаться в специальных протоколах, не включаемых в материалы дела и не подлежащих представлению для ознакомления обвиняемому и его защитнику. Эти протоколы должны были храниться у лица, осуществляющего расследование, прокурора и судьи. При передаче материалов дела из одного органа в другой они должны были опечатываться.

Кроме того, предусматривалась возможность замены личных показаний потерпевшего и свидетеля в суде видео- и звукозаписью их допроса, в необходимых случаях под псевдонимом и при маскировке внешности и голоса. Такая запись могла проверяться прокурором, осуществляющим надзор за законностью предварительного следствия, и в отпечатанном виде представляться в суд вместе с другими материалами дела. Предусматривалось также, что очные ставки в таких случаях не проводятся, а такое следственное действие, как опознание, могло проводиться без ведома опознаваемого лица или вне возможности визуального наблюдения опознаваемым опознающего (свидетеля или потерпевшего).

Представляется, что такие нормы в определенной мере могли бы решить проблему защиты потерпевших и свидетелей от криминального на них воздействия со стороны преступников и других лиц, не заинтересованных в раскрытии преступлений ОПГ. В то же время широкое использование при расследовании материалов оперативно-розыскной и контрразведывательной деятельности обязывает следователей пользоваться ими с учетом их непроцессуального происхождения и умело процессуально оформлять те из них, которые могут быть использованы в судебном процессе как доказательства. Действующий уголовно-про-цессуальный закон в основном позволяет и сейчас должным образом оформлять подобные материалы и вводить их в уголовное дело путем осмотра, допроса и соответствующего процессуального закрепления их результатов, принятия решения об их приобщении к делу. При этом следует иметь в виду, что сведения о тех сторонах оперативно-розыскной деятельности, которые составляют государственную тайну, могут быть рассекречены только на основании постановления органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность.

 § 1. Общеметодические особенности раскрытия и расследования ОПД         135

Важное значение при расследовании анализируемых преступлений имеет осмотр места происшествия как первоначальное следст-.  венное действие. Он часто позволяет собрать первую информацию, свидетельствующую об осуществлении расследуемой преступной акции членами организованной преступной группы.

Результаты осмотра позволяют получить данные о количестве лиц, участвовавших в совершении преступления, о характере разделения функций между ними, о степени преступного профессионализма в деятельности преступников, о характере технических средств, использованных для совершения преступления, о степени предвари-^ тельной продуманности преступной акции и др.

Установление группового характера преступления, как справедливо замечено, «является важной диагностической задачей осмотра места происшествия, влияет на действия следователя, определяет последующие оперативно-розыскные мероприятия, следственные действия, тактические операции»1.

С учетом сложности получения доказательственной информации из личных источников, очень важно при осмотре места происшествия серьезное внимание уделить поиску микрообъектов (частиц волокон одежды, кожи, волос, следов крови, частиц различных сыпучих ве-.ществ, предметов и т.д.), доказательственное значение которых весьма велико.

В числе первоначальных следственных действий по этим делам не менее важное значение имеет допрос подозреваемых, чаще всего из числа исполнителей преступных акций и особенно, если задержан кто-либо из лидеров группы. Предмет их допроса в общей форме предопределен преметом доказывания по такого рода делам. При этом нельзя не согласиться с мнением о том, что «по делам о преступлениях, совершенных организованным преступным сообществом, особенности предмета допроса состоят именно в установлении тех данных, которые относятся к групповому субъекту преступления, групповым действиям, данных, позволяющих не только констатировать факт совершения преступления группой, но и получить о ней максимально полное представление, индивидуализировать роль и вину каждого из ее участников»2. Соответственно очень важно получить сведения об организаторах и

1 Шепитько В.Ю. Тактика расследования преступлений, совершаемых организованными группами и преступными организациями. Харьков, 2000. С. 31—32.

2 Аверьянова Т.В. Особенности расследования преступлений организованных преступных сообществ // Криминалистическое обеспечение деятельности криминальной милиции и органов предварительного расследования. М, 1997. С. 356.


136

Гл. 4. Основы методики раскрытия и расследования ОПД

руководителях преступного сообщества, а от них — о целях его создания, об объеме преступной деятельности, его структуре, способах вовлечения новых членов, коррупционных связях и т.д.

Последовательность допроса при нескольких задержанных исполнителях определяется с учетом имеющейся о каждом из них оперативно-розыскной и следственной информации (степени виновности, устойчивости, неустойчивости положения в группе, обиды на главарей и т.д.). Если в числе задержанных есть главарь группы, то иногда допрос может начаться и с него, что помогает потом более продуктивно допросить исполнителей и других членов группы.

При допросе указанных лиц наиболее приемлемые комплексы тактических приемов, пригодных для ситуаций, когда в доказательствах имеются пробелы или доказательств недостаточно. Поскольку в таких группах всегда существуют скрытые или открытые разногласия и конфликты, между отдельными задержанными подозреваемыми могут складываться напряженные отношения, которые обычно при их задержании еще более усиливаются из-за незнания того, как поведет себя и какие даст показания другой задержанный. Эти конфликты могут быть усилены и следователем, например, путем демонстрации осведомленности о существовании таких конфликтов и их причинах, избрания к задержанным различных мер пресечения, условий задержания (с учетом их личности и роли в совершении преступления), использования полученных от них показаний и др.

Возникновение противоречия в их показаниях на первоначальном этапе целесообразно устранять не путем проведения очных ставок, а другими способами, применительно к членам организованных преступных групп трудно прогнозировать все варианты их поведения на очной ставке.

Очные ставки лучше проводить на последующем этапе, когда следователь достаточно хорошо изучит подозреваемых и пополнит свой доказательственный арсенал.

Комплекс следственных действий включает допросы свидетелей, проверки показаний на месте, очные ставки, допросы обвиняемых. При допросе последних используются многие тактические приемы, пригодные для допроса подозреваемых. На всех стадиях расследования таких преступлений целесообразно использовать тактические приемы, разработанные криминалистикой для проведения следственных действий по делам о преступлениях, совершенных группой1 преступников, но с

1   См.: Быков В.М. Особенности расследования групповых преступлений. Ташкент, 1989; Криминалистика. Омск, 1993.

 ____§ 2. Типовые криминалистические ситуации и направления расследования     137

учетом особенностей организованной преступности в целом и типологических черт субъектов таких преступлений, в частности.

Эффективная оперативно-розыскная и следственная работа по анализируемым уголовным делам возможна лишь при ее надлежащем информационном обеспечении с помощью ЭВМ. Специальные компьютерные информационные системы следует использовать для накопления и хранения данных о криминальных организованных сообществах и организациях, их лидерах, отдельных участниках таких сообществ. Принципиально новые возможности повышения уровня раскрытия и расследования преступлений создало бы формирование интегрированного банка данных уголовных дел, расследованных в одном регионе или в России в целом. В связи с тем, что проблема борьбы с ОП приобрела межгосударственный характер, очень важно сделать указанные компьютерные системы совместимыми с аналогичными системами других государств (в частности, членов СНГ).

Вместе с тем компьютерные средства обработки информации не только должны аккумулировать указанные учетные данные, но и сформировать различные поисковые системы, важные для информационного обеспечения расследования по данным делам, например, справочно-поисковые и аналитические системы поддержки принятия решения для тактико-методического обеспечения розыска преступников, похищенного имущества и расследования.

В настоящее время уже имеются специализированные системы, ориентированные на фиксацию и поиск связей между различными участниками преступных сообществ. Одной из таких является система «Спрут», ориентированная на фиксацию и анализ информации о коррумпированных связях участников преступных группировок. В частности, система «Спрут» помогает определить наличие и тип преступной связи; оценить степень обоснованности принимаемых решений, основываясь на интервально-статистическом анализе данных; ввести новые данные о конкретных организованных структурах, их членах, об их родственных и других связях. Близка к указанной системе и система «Кондор» (г. Омск).

§ 2. Типовые криминалистические ситуации и основные направления расследования

В ходе решения вопроса о возбуждении уголовных дел при выявлении преступной деятельности организованных криминальных сообществ, с начала расследования и в процессе следствия (в различ-


138

Гл. 4. Основы методики раскрытия и расследования ОПД

ные его моменты), как и по другим уголовным делам, возникают разнообразные и весьма специфические криминалистические ситуации оперативно-розыскного и следственного характера.

Умелая оценка этих ситуаций имеет важное значение для правильной ориентации следствия в сложившемся положении объектов, процессов и явлений к тому или иному моменту, связанному с необходимостью принятия процессуальных и криминалистических решений и определению путей и средств расследования.

Анализ соответствующей следственной практики и литературы1 показывает, что криминалистическим ситуациям расследования организованной преступной деятельности присущ ряд характерных особенностей, не свойственных ситуациям, возникающим при расследовании преступлений, совершенных неорганизованной группой преступников или одним преступником.

При этом имеются в виду следующие особенности. Во-первых, в силу наличия у организованных преступных сообществ коррумпированных связей, в том числе и в правоохранительных органах, нередко сведения об имеющейся следственной и оперативно-розыскной информации частично или полностью становятся известными преступному сообществу, деяние которого расследуется. В силу этого данная криминальная группа пытается со своей стороны контролировать ход и развитие сложившейся ситуации, предугадывая возможные «ходы» следствия.

Конечно, всех особенностей и нюансов именно следственной ситуации, связанной с личностью следователя, его помощников, ведущих расследование, преступники знать не могут, но определенные информационные элементы, объективно формирующие такую следственную ситуацию, они могут знать, по-своему интерпретировать и использовать в своих интересах.

Во-вторых, в силу вышеуказанного, складывающиеся следственные ситуации чаще всего бывают весьма проблемными, осложненными значительным числом фактов противодействия расследованию со стороны еще не «разваленной» организованной преступной группы, коррумпированных лиц, попытками нейтрализовать деятельность следствия, сделать более благоприятной возникшую ситуацию для преступного сообщества.

В-третьих, в информационной основе следственных ситуаций, особенно первоначальных, обычно содержится больше оперативно-

1   См.: Куликов В.И. Основы криминалистической теории организованном преступной деятельности. Ульяновск, 1994. С. 158—185.

 § 2. Типовые криминалистические ситуации и направления расследования     139

розыскных и в основном ориентирующих сведений, нежели уголов-но-процессуальных данных, что тоже в определенной мере усиливает их проблематичность.

В-четвертых, многоаспектность информационной базы криминалистических ситуаций. В частности, эта база формируется не только на основе собранной оперативно-розыскной, следственной информации о самом расследуемом событии или расследуемой преступной деятельности, но и под влиянием ряда других факторов (отсутствие данных, позволяющих увидеть перспективу решения вопроса об ответственности всех членов данной организованной группы; характер имеющихся у следствия правовых и криминалистических средств для обеспечения безопасности потерпевших и свидетелей; неуверенность в возможности обеспечения сохранения тайны следствия от оставшихся на свободе членов данной преступной группы и ее руководства; теоретический и практический уровень подготовки следователей и оперативно-розыскных работников к раскрытию и расследованию преступлений, совершенных организованными преступными группами; особенности проявления у задержанных членов организованного криминального сообщества преступной солидарности и в то же время соперничества между собой; и др.).

Вместе с тем при оценке криминалистических ситуаций нередко следует иметь в виду социально-экономические особенности соответствующих регионов, степень коррумпированности правоохранительных и иных органов на местах.

Криминалистические ситуации по анализируемым делам могут носить не только следственный, но и доследственный и постследственный характер. Причем доследственные ситуации расследования организованной преступной деятельности в основном носят оперативно-розыскной характер и оказывают существенное влияние на формирование первоначальных следственных ситуаций расследования, особенно, когда ОПГ достаточно долгое время находились под контролем или в оперативной разработке оперативно-розыскных органов. Такие ситуации обычно содержат существенную для активного развития расследования информацию.

В свою очередь, постследственные ситуации расследования во многом определяются и складываются с учетом того, удалось ли выявить и осудить основную часть членов ОПГ, и особенно ее руководство, и развалить ее, или выявлена и осуждена лишь их часть. В таких ситуациях оставшиеся на свободе члены данной группы, пополнив ряды своей преступной организации, через некоторое время, как правило, вновь начинают преступную деятельность. В то же


140

Гл. 4. Основы методики раскрытия и расследования ОПД

время отдельные члены преступной группы могут по разным причинам разоткровенничаться в местах отбывания наказания о деятельности своего преступного сообщества. Подобное поведение одних и других преступников, с учетом уже имеющейся оперативно-розыскной и следственной информации о данном преступном сообществе, может позволить продолжить работу по выявлению скрывшихся от следствия и суда его членов и, особенно, его лидеров, по поиску скрытых от конфискации денежных средств, а также по окончательному развалу данного сообщества.

Криминалистические ситуации, возникающие при расследовании организованной преступной деятельности, в научно-методическом плане могут быть дифференцированы по самым разным основаниям.

Следственные ситуации при расследовании ОПД, в отличие от ситуаций, возникающих при расследовании обычных преступлений, целесообразно делить не только на ситуации расследования и ситуации отдельных следственных действий, но и на ситуации стратегического характера и ситуации тактического характера.

К ситуациям стратегического характера при раскрытии и расследовании преступной деятельности анализируемых сообществ обычно относят встречающиеся в практике положения, во многом определяемые независимыми от следствия позитивными или негативными факторами, облегчающие или затрудняющие (даже делающие невозможным) полное раскрытие ОПД и решение всех основных стратегических задач расследования преступной деятельности организованного криминального сообщества и тем более его ликвидацию. Чаще всего такие факторы связаны с воздействием на ход расследования каких-либо политических, этнических, международных, правовых и других обстоятельств аналогичного уровня, а также широких коррупционных связей преступников. Такие факторы нередко делают следователя заложником политической и межэтнической борьбы, несовершенного уголов-но-правового и уголовно-процессуального законодательства и других сложнейших процессов, происходящих в российском обществе. К числу указанных факторов относится и отказ законодателей отменить депутатский иммунитет в отношении депутата, заподозренного в связи с организованной преступной деятельностью, или отказ правоохранительных органов зарубежных стран удовлетворить официальные запросы российских правоохранительных органов о задержании и выдаче членов таких преступных сообществ, совершивших преступления на территории России. Указанные факторы существенно затрудняют расследование, а порой просто лишают смысла деятельность правоохранительных органов по данному делу.

 § 2. Типовые криминалистические ситуации и направления расследования      141

Ситуации тактического характера не способны существенно затруднить или сделать невозможным решение стратегических задач расследования, но, тем не менее, они могут осложнить или облегчить достижение каких-то важных промежуточных его задач. Например, решение одного из задержанных членов криминального сообщества на каком-то этапе расследования в результате умелой работы следователя пойти на сотрудничество со следствием может облегчить процесс дальнейшего расследования. В то же время безуспешные попытки задержать других основных исполнителей и организаторов расследуемой преступной акции могут затруднить ход следствия, но не сделать его невозможным.

По степени возможного воздействия на возникающие ситуации следователей их можно разделить на в должной мере контролируемые оперативно-розыскными работниками и следователем, частично контролируемые следствием и не контролируемые оперативно-розыскными работниками и следователем. Первые ситуации, в свою очередь, можно разделить на ситуации, возникающие в ходе доследственного оперативно-розыскного сбора и накопления разведывательной информации о преступной деятельности криминальной организации и контролируемые оперативно-розыскными средствами, и ситуации, контролируемые процессуальными средствами, возникающие уже в процессе расследования. Эти ситуации чаще всего носят типовой характер.

Частично контролируемые ситуации поддаются частичному регулированию криминалистическими, организационно-управленческими и психологическими средствами. Такими чаще всего бывают ситуации с примерно одинаковым содержанием в них типовых и атипичных признаков. Это более сложные для следствия ситуации, особенно требующие индивидуального подхода к их разрешению, нежели типичные ситуации.

К числу указанных средств реагирования обычно относят такие приемы и методы воздействия, выбор которых связан со степенью правильности оценки атипичных признаков ситуации и определением возможных направлений ее регулирования. Вместе с тем, данные приемы и методы выбираются и с учетом возможностей следствия и помогающих ему специалистов. Например, среди криминалистических приемов работы с группой преступников1, использования целенаправленных допросов на основе оперативно-розыскных данных,

См.: Быков В.М. Преступная группа: криминалистические проблемы. Ташкент,

1991.


142

Гл. 4. Основы методики раскрытия и расследования ОПД

необходимо искать и применять нетрадиционные приемы, используя рекомендации социологов, средств массовой информации и др.

К числу организационно-управленческих средств воздействия на ситуации расследования, представляется, можно отнести инициирование различного рода внешне обычных ведомственных, вневедомственных контрольно-ревизионных проверок, могущих заставить членов организованных преступных группировок менять линию своей криминальной деятельности и, соответственно, в чем-то себя проявлять, что позволит в дальнейшем контролировать эту деятельность. Особенно эффективны эти средства бывают при регулировании сложных ситуаций расследования организованной преступной деятельности в сфере экономики, где организационно-управленческий контроль — дело обычное и может не вызвать особого подозрения у членов разоблаченной преступной группы.

В качестве психологических средств регулирования сложных ситуаций расследования организованной преступной деятельности могут в определенных случаях служить хорошо продуманные и организованные «утечки» выгодных для следствия сведений в прессу, криминальную среду, использование методов рефлексивного управления1, и др.

Не контролируемые следствием и оперативно-розыскными органами ситуации, возникающие в процессе расследования, обычно носят непродолжительный характер, ибо одной из важных задач расследования подобных преступлений является обеспечение постоянного контроля за возможным развитием следственных ситуаций и применение надлежащих средств их регулирования в интересах следствия. Чаще всего такие ситуации возникают в период провала каких-то оперативно-розыскных и следственных операций по причине утечки информации, связанной с началом их проведения. Длится этот период недолго.

Некоторые из числа выделенных следственных ситуаций имеют больше научно-методический, нежели практический интерес, поскольку в основном способствуют разработке возможных направлениях научно-криминалистического поиска в деле совершенствования научно-методического арсенала расследования преступлений, совершенных ОПГ.

Все следственные ситуации, возникающие по делам анализируемой категории, как и по другим делам, можно разделить на ситуации,

'   См.: Ратинов А.Р. Теория рефлексивных игр в приложении к практике // Правовая кибернетика. М., 1970. С. 186.

 § 2. Типовые криминалистические ситуации и направления расследования     143

относящиеся к первоначальному, последующему и заключительному этапам расследования.

На первоначальном этапе расследования следственные ситуации во многом зависят от следующих факторов:

— кто был задержан при возбуждении дела — основные члены известной организованной группы или только один или несколько рядовых исполнителей;

— как быстро выявлены признаки организованной преступной деятельности — сразу, в начале расследования или на его конечном этапе.

Вместе с тем на этом и последующем этапах расследования характер возникающих следственных ситуаций часто зависит от примененных отдельными преступниками и криминальной организацией в целом способов оказания противодействия начавшемуся и продолжаемому расследованию, а также от того, удалось ли следствию склонить кого-либо из задержанных членов криминальной организации к сотрудничеству, участвуют в расследовании защитники, привлеченные к делу задержанными или выделенные по предложению следствия, и др.

В ситуациях, когда преступная деятельность находилась под контролем оперативного наблюдения, чаще всего выявляются и фиксируются основные моменты отдельных криминальных деяний преступной группы, например, моменты хищения государственного или иного чужого имущества, передача ценностей при вымогательстве, мошеннических действиях в кредитно-банковской сфере и пр. В какой-то мере выявляется ее структура, состав и связи преступников.

В результате накапливается материал, позволяющий осуществить операцию по захвату преступников с поличным и другие операции, связанные с их задержанием. В этом случае первой и основной задачей следователя (руководителя следственно-оперативной группы) является тщательное планирование этой операции. Группа задержания при необходимости должна быть достаточно вооружена для подавления возможного активного сопротивления. Действия виновных при этом необходимо фиксировать с помощью видео- или звукозаписи с начального момента, чтобы операция была зафиксирована полно и четко.

Задача следователя в этой операции — наблюдать за ее ходом, обращать внимание понятых и специалистов на существенные доказательственные моменты, возникающие в процессе проведения операции. При этом следует фиксировать время, место проведения


144

Гл. 4. Основы методики раскрытия и расследования ОПД

операции, ее характерные детали, которые могут быть использованы для составления соответствующего протокола.

Другой задачей следователя является быстрое процессуальное закрепление ранее полученной оперативно-розыскной информации. Учитывая особенности ее добывания и возможность получения не вполне достоверной информации, перепроверять указанную информацию, используя иные источники оперативно-розыскных данных. Только после такой проверки ее можно использовать при расследовании (допросе подозреваемого и обвиняемого).

Задача установления базовой направленности преступной деятельности криминального сообщества (даже при наличии соответствующих оперативно-розыскных данных, указывающих на это) не снимается с повестки дня. В этих случаях следователь также должен тщательно перепроверять имеющуюся оперативно-розыскную информацию. В частности, для такой проверки могут использоваться материалы различных служебных ревизий, расследований, осуществленных исполнительными и законодательными органами государства, а также соответствующая государственная документация (особенно, когда расследуется преступная деятельность организованной группы в сфере экономики или кредитно-финансовой области).

Если же расследование начинается с выявления преступления, в котором обнаруживаются признаки организованной преступной деятельности, не известной правоохранительным органам криминальной организации, то в этих случаях, наряду с расследованием данного деяния, обычно целесообразно провести оперативно-розыскную работу с целью выявления реальности существования данной группы и разработку ее деятельности с целью получения общего представления о ней и пополнения необходимой для расследования информации.

После получения общего представления о преступной деятельности организованной преступной группы следственные и оперативно-розыскные органы должны постараться за счет агентурных, розыскных и иных методов работы разработать -систему получения данных для выявления всех преступных акций, совершенных ее членами.

При этом должны быть максимально использованы и процессуальные средства накопления информации. В частности, имеются в виду такие следственные действия, как допрос подозреваемых, свидетелей и потерпевших, выемка и осмотр-изучение документов, обыск, и др. Вместе с тем важно обеспечить надежное хранение, качественный анализ этой информации и ее тактическое и стратегичес-

 ____§2. Типовые криминалистические ситуации и направления расследования      145

кое использование (включая использование документов, принадлежавших данной преступной организации). В этой ситуации, как справедливо рекомендуется некоторыми авторами1, с целью выявления новых источников доказательственной и иной криминалистической информации, с учетом личности задержанных и их места в иерархии преступной группы, целесообразно иногда одного из задержанных оставить на свободе и осуществить рефлексивное управление его поведением2, с тем чтобы заподозренный совершил выгодные для расследования действия, позволяющие выявить других не известных следствию членов данной преступной группы, места содержания заложников, хранения ценностей и предметов, добытых преступным путем.

Однако эта операция не всегда может быть осуществлена. Для возможного ее проведения необходимо, чтобы выбранный субъект наблюдения обладал важной для следствия информацией, испытывал потребность связаться с интересующими следствие людьми и по своим личным качествам соответствовал поставленной задаче. Вместе с тем оперативно-розыскные органы должны иметь возможность осуществить полный и негласный контроль за всеми действиями данного субъекта на должном профессиональном уровне. В противном случае необходимо избрать иные средства получения интересующей следствие информации.

В такой ситуации задача установления базовой направленности преступной деятельности решается оперативно-розыскными и процессуальными средствами. При этом данная задача должна быть поставлена перед оперативно-розыскными органами особо, так, чтобы оперативная информация об этом добывалась целенаправленно и должным образом оценивалась.

Аналогичные методы действий целесообразны и тогда, когда возбуждение уголовного дела связано с задержанием членов известной организованной преступной группы, а также когда в самом начале расследования в преступном деянии выявлены признаки организованной преступной деятельности.

В ситуациях, когда первичные сведения и результаты первых следственных действий не позволяют сразу с уверенностью разобраться в том, что в данном случае действует не просто группа пре-

1 См.: Карагодин В.Н. Проверка версий о составе и структуре организованных преступных групп // Актуальные проблемы борьбы с правонарушениями. Екатеринбург, 1992. С. 21.

2  См.: Ратинов А.Р. Указ. соч. С. 186.

10-4846

 


146

Гл. 4. Основы методики раскрытия и расследования ОПД

ступников, а возможно члены организованного криминального сообщества, при расследовании должна использоваться, как уже отмечалось, методика расследования такого вида преступления, под которое подпадает данное деяние, но с учетом того, что следствию, возможно, противостоит не просто несколько преступников, а организованная криминальная группа, преступное формирование, для которого характерно существование и культивирование атмосферы круговой поруки, а также использование в целях собственной защиты многих средств противодействия расследованию.

Чаще всего именно проявление этих признаков и позволяет прийти к выводу о действии в данном случае организованного преступного сообщества. Однако, поскольку расследование его преступной деятельности начинается с одного из выявленных эпизодов, важно предпринять меры к быстрейшему выявлению всех совершенных данным криминальным формированием преступлений и его базовой направленности. И в этой связи большая роль отводится соответствующей его оперативно-розыскной разработке и следственно-розыскным действиям следователя по выявлению эпизодов расследуемой преступной деятельности. Для этого можно не только сравнить способы расследуемых деяний со способами ранее не раскрытых преступлений, но и изучать возможные сферы действия одной группы. Выявление таких сфер и задержание отдельных членов группы обычно приводит к некоторому, а иногда явному затуханию преступной деятельности в данных сферах. Эти сведения также помогают выяснить не только весь объем преступной деятельности криминальной организации, но и ее базовую направленность.

После того, как будет выявлен в расследуемой деятельности «почерк» определенной организованной криминальной организации, а затем и направленность преступного интереса, применяемая методика расследования конкретного вида преступления, как отмечалось в предыдущем параграфе, должна быть методически и организационно перестроена. В частности, прежде всего, нацелена на полное раскрытие преступной деятельности базового характера с учетом ее осуществления криминальной организацией. Более продуманно должна использоваться информация из негласных сыскных источников и «выжиматься» вся возможная информация из исследуемых материальных следов преступления с применением всех современных научно-технических возможностей.

Активное и разнообразное противодействие проводимому расследованию также создает специфическую ситуацию, осложняющую ра-

 § 2. Типовые криминалистические ситуации и направления расследования     147

боту следователя и оперативно-розыскных органов. О том, как необходимо действовать в данной ситуации, речь пойдет в следующем параграфе.

Склонение кого-либо из задержанных членов преступной организации к сотрудничеству со следствием определенным, а нередко существенным образом облегчает решение основных задач расследования. Позитивный эффект такой операции во многом зависит от того, какое место этот человек занимает в иерархии преступной организации, насколько он осведомлен о преступной деятельности своей криминальной группы, ее руководителей, их роли в проведении преступных акций, психологической атмосфере внутри данного формирования и пр.

При этом важно прежде всего получить от такого информатора как можно больше сведений о руководителях данной организации, организаторах отдельных преступных акций. Следственная практика показывает, что даже в этих случаях данный участник преступления, сначала пошедший на сотрудничество со следствием, затем под влиянием более опытных соучастников, под воздействием намеренной обработки в следственном изоляторе, может отказаться от сотрудничества.

Если же он не откажется от сотрудничества, полученные от него данные следует максимально использовать в следственной и оперативно-розыскной работе по делу. В частности, полученные от него сведения об особенностях иерархического построения преступной группы, ее лидерах, характере сложившихся отношений между отдельными элементами преступной организации (рядовыми членами, руководителями), дополненные имеющимися оперативно-розыскными и следственными данными, обрисовывающими картину всего «организма» криминальной организации, могут создать благоприятные условия для проведения операций по нанесению удара по ее руководству и активу. Успешность данной операции может не только повысить результативность расследования, но и привести к развалу данного криминального формирования.

Участие защитника в расследовании с момента объявления подозреваемому протокола задержания и ареста также иногда создает весьма своеобразную следственную ситуацию, требующую от следователя определенной тактической перестройки всей ее деятельности. Особенно существенным образом меняется обстановка допроса подозреваемого. Суть данной ситуации заключается в следующем. Наделение защитника правом иметь с подозреваемым свидания, участие в допросе подозреваемого и в иных следствен-

10"

 


148

Гл. 4. Основы методики раскрытия и расследования ОПД

ных действиях с его участием, а также правом знакомиться с протоколами соответствующих следственных действий с участием его подзащитного, позволяет ему уже в самом начале расследования знать о доказательствах, которыми располагает следователь, даже тех, значение которых последним еще не осмыслено. В результате при допросе подозреваемого следователь в определенном смысле теряет «свободу» в тактическом использовании доказательств. Но это еще не все. Организованные преступные группы в целях своей защиты от правосудия чаще всего содержат «своих», хорошо оплачиваемых адвокатов, которые, как правило, сражу же появляются после задержания члена организованной преступной группы и нередко пытаются противодействовать следователю в нормальном общении с подозреваемым во время допроса.

Действия адвокатов в этой ситуации в строгом соответствии с законом, безусловно, отвечают принципу состязательности. К со- ' жалению, не все адвокаты в этой ситуации выбирают законные пути в своей деятельности. Некоторые из них начинают «обрабатывать» задержанного с целью заставить его отказаться от ранее данных неблагоприятных для него лично или ОПГ показаний, принимают меры по сокрытию следов и вещественных доказательств, о которых задержанный проговорился и которые следователь не успел еще процессуально закрепить. Начинают обрабатывать лично или посредством других членов ОПГ свидетелей и даже понятых. При этом защитник за такие действия практически не несет никакой ответственности, а следователям далеко не всегда удается в рамках закона пресечь такую его деятельность. Представляется, что в УПК должен содержаться прямой запрет использования защитником незаконных способов доказывания и применения любых способов противодействия нормальному ходу расследования с самыми серьезными уголовно-правовыми последствиями. К сожалению, в проекте нового УПК никаких запретов в адрес защитника не предусматривается.

Поскольку такого запрета действующий УПК также пока не содержит, следователь должен тактически приспособиться к подобным ситуациям. В частности, следователи должны максимально эффективно использовать время до момента реализации адвокатом своей активной функции в ходе допроса, используя все возможности, заложенные в законе. Как показывает практика, если следователь сразу, с самого начала допроса возьмет ход допроса в свои руки и будет хозяином положения (к чему, собственно, его обязывают ст. 123, 127 УПК), он сможет обеспечить надлежащую обста-

 § 2. Типовые криминалистические ситуации и направления расследования      149

новку при допросе. Необходимо умело использовать тактические приемы расследования по горячим следам, после задержания субъекта преступления. В частности, необходимо тактически правильно использовать фактор внезапности задержания, возможности ограничения объема сведений об имеющихся против него уликах, которыми располагает следствие, дефицит времени для выдвижения новых объяснений, возможность быстрой проверки таких объяснений. При этом можно использовать разработанную криминалистикой для таких случаев тактику допроса1.

При получении от подозреваемого таких данных, которые указывают на новые возможные источники доказательств, необходимо как можно быстрее использовать и эти источники, процессуально закрепить полученную из них доказательственную информацию. Все это позволит уверенно вести работу с подозреваемым в присутствии адвоката.

На последующем и заключительном этапах расследования следственные ситуации определяются следующими факторами:

— характером собранного к этому моменту фактического материала об объеме преступной деятельности (всей или только части) криминальной организации, численности, особенностях функционирования;

— числом выявленных и задержанных ее членов;

— наличием сведений о том, какие звенья данной организации или конкретные члены являются наиболее уязвимыми элементами ее системы;

— тем, удалось ли следствию расшатать единство основных и второстепенных членов преступной группы;

— наличием реальных условий, обеспеченных собранными оперативно-розыскными и следственными данными, необходимыми для удара по руководству группы с целью ее развала и уничтожения, и др.

Для решения следственных и оперативно-розыскных задач, возникающих на фоне реальных ситуаций, используется весь набор следственных действий, оперативно-розыскных мероприятий и криминалистических операций.

1 См.: Быховский И.Е. Об использовании фактора внезапности при расследовании преступлений // Вопросы криминалистики. 1963. № 8—9. С. 171—172; Бахип В.П., Кузьмичев В.С. и др. Тактика использования внезапности при расследовании органами внутренних дел. Киев, 1990. С. 35; Особенности расследования преступлений, осуществляемого с участием защитника. М., 1995. С. 32.


150

151

Гл. 4. Основы методики раскрытия и расследования ОПД

 I 3. Противодействие криминальной среды

 

§ 3. Противодействие криминально организованной среды

расследованию преступлений и способы его преодоления

работниками оперативно-розыскных органов и следователями

Противодействие обнаружению, раскрытию и расследованию преступлений со стороны лиц, их совершивших, а также других лиц, не заинтересованных в выявлении и раскрытии преступлений, всегда было одним из факторов, существенным образом осложняющих борьбу с преступностью.

Способы противодействия весьма многообразны, как правило, тщательно продуманны, порой бывают весьма изощренными. Соответственно от следователей для преодоления такого противодействия требуется мастерство особого рода, а их неумение делать это часто приводит в лучшем случае к осложнениям в процессе расследования, а в худшем — к невозможности раскрыть преступление. Как справедливо замечено, «если противодействие успешно осуществляется даже по небольшому количеству расследуемых дел, остаются безнаказанными тысячи лиц, совершивших преступления. Цифра эта еще увеличится, если к ней прибавить число не выявленных в результате указанного противодействия деяний»1.

Поэтому разработка соответствующих приемов и методов преодоления различных форм противодействия следствию со стороны преступников и их пособников и покровителей уже давно стала важной задачей криминалистики, получившей свое научное развитие в ряде работ2.

Возникновение организованной преступности, масштабность ее развития и проникновения во многие сферы жизни нашего общества в современный период еще более осложнили проблему противодействия расследованию преступлений не только в частности, но и в целом, поскольку, «само противодействие раскрытию и расследованию преступлений, объективному и справедливому рассмотрению уголовных дел в судах по существу стало противодействием деятельности правоохранительных органов в целом и в этом смысле приоб-

 рело характер крайне негативного и очень опасного социально-правового явления»1. Можно даже сказать, что оно имеет своей целью дестабилизировать деятельность правоохранительных органов в борьбе с преступностью.

Именно влияние организованной преступности способствовало созданию такой обстановки. В настоящее время следственная практика сталкивается с изощренными, тщательно продуманными приемами преступного противодействия со стороны криминальных организованных сообществ и их коррумпированных пособников. Более того, противодействие раскрытию и расследованию преступных деяний со стороны ОПГ стали не просто эпизодом в их преступной деятельности, а одним из важных ее элементов, обеспечивающих их безопасное существование и носящих характер одной из закономерностей организованной преступной деятельности. Да и сам характер форм указанного противодействия стал не только весьма разнообразным, но и, как справедливо отмечено, многоуровневым2. В частности,' индивидуальным (основанным на личном опыте каждого члена ОПГ), групповым (основанным на общих групповых интересах) и корпоративным (базирующимся на корпоративных интересах сложной организованной структуры). Вышеуказанное активизировало научную разработку способов преодоления указанного противодействия и способствовало изданию ряда серьезных монографических работ3.

Своеобразием деятельности правоохранительных органов по раскрытию и расследованию организованной преступной деятельности, как отмечалось в первом параграфе данной главы, является то, что эта деятельность оперативно-розыскных органов часто начинается на самых ранних этапах ее проявления — на стадии формирования организованной группы или с момента подготовки ее членов к совершению преступной акции, а чаще уже в период начавшейся преступной деятельности преступного сообщества.

На данных этапах самым распространенным способом указанного противодействия ОПГ является строгое соблюдение скрытности,

1 Карагодин В.Н. Преодоление противодействия предварительному расследованию. Свердловск, 1992. С. 6.

2 См.: Овечкин В.А. Расследование преступлений, скрываемых инсценировками. Харьков, 1979; Закатов АЛ. Ложь и борьба с нею. Волгоград, 1981; Ратинов А.Р. Психология для следователей. М., 1965; Он же. Теория рефлексивных игр в приложении к следственной практике // Правовая кибернетика. М., 1970. С. 189—198; Куликов В.И. Прикладное исследование социально-психологического воздействия // Прикладные проблемы социальной психологии. М., 1983. С. 160—161.

 ' Волынский А.Ф., Лавров В.П. Организованное противодействие раскрытию и расследованию преступлений // Организованное противодействие раскрытию и расследованию преступлений и меры по его нейтрализации. М., 1996. С. 4.

2  См.: Основы борьбы с организованной преступностью. М., 1996. С. 330.

3 См.: Карагодин В.Н. Указ, соч.; Николапчук И.А. Сокрытие преступлений как форма противодействия расследованию. М., 2000; Трухачев В.В. Преступное воздействие на доказательственную информацию. Воронеж, 2000; Он же. Криминалистический анализ сокрытия преступной деятельности. Воронеж, 2000.


152

153

Гл. 4. Основы методики раскрытия и расследования ОПД

 § 3. Противодействие криминальной среды

 

маскировки и конспиративности действий. Задача разведывательной деятельности оперативно-розыскных органов — с помощью комплекса оперативных мероприятий проникнуть в замыслы организованных преступных групп и выявить факты, следы, лиц, указывающие на подготовку или совершение преступлений именно этих групп.

На стадии оперативно-розыскной разработки преступной деятельности организованных групп анализируемое противодействие чаще всего носит групповой характер. Оно ярче всего проявляется в: конспирации группового поведения (использование уголовного жаргона, шифров, паролей, сигналов и др.); конспирации направленности преступных замыслов и планируемых объектов преступного посягательства путем тайного наблюдения, внешнего изучения указанных объектов- или путем легендированного внедрения члена организации в интересующую ее производственно-коммерческую, банковскую или иную структуру; маскировке других подготовительных действий, облегчающих последующее совершение преступлений (полное выведение из строя охранной сигнализации или нарушение надежности ее работы, уничтожение других защитных средств и т.д.); приспособлении способа совершения преступления к естественным условиям места, времени и объектам преступного посягательства; сокрытии базовой направленности преступной деятельности организованного сообщества; маскировке своих преступлений под чужой след; действиях, направленных на выявление агентуры в своей организации и проникновение в оперативно-розыскные органы; компрометации вышедших на след преступной организации оперативных работников; тщательной продуманности самой преступной акции и всех возможных способов ее прикрытия (использование милицейской формы, групп прикрытия, подслушивающих технических средств, уничтожение следов преступления и др.).

Указанные способы подготовительных и иных действий ОПГ, имеющих целью оказание указанного противодействия, позволяют им осуществить преступные акции без существенных помех и неожиданностей в короткое время и скрыться незамеченными с места преступления.

Основная часть этих способов противодействия раскрытию организованной преступной деятельности криминальных групп выявляется в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий и операций, осуществляемых в ходе разведывательной деятельности оперативно-розыскных органов. Особую роль при этом играют: оперативное внедрение оперативных сотрудников в преступную организацию; выявление лиц из криминальной и иной среды, могущих со-

 трудничать с оперативно-розыскными органами в качестве негласных помощников; оперативные контакты; осуществление скрытного наблюдения и оперативных установок; использование массивов (банков данных) оперативных учетов; прослушивание телефонных переговоров; использование других научно-технических средств, предназначенных для негласного получения информации, и др.1

Умение находить информаторов (осведомителей), тактически и психологически продуманная работа с ними и аналитически выверенная оценка их информации играют важную роль в выявлении преступных планов организованных сообществ. Их информация, дополненная сведениями от внедренных в преступные группы оперативных работников, позволяет проникнуть во все основные процессы (в том числе и глубинные), происходящие в изучаемых криминальных организационных структурах, в среде их лидеров и авторитетов. Именно эта информация, дополненная данными, полученными в результате проведения других оперативно-розыскных мероприятий, и позволяет разработать меры по противодействию деятельности преступной группы.

К их числу можно отнести: действия, направленные на выявление и пресечение преступной акции путем проведения оперативного эксперимента, осуществления контролируемой поставки; проведение оперативно-розыскных тактических операций по задержанию преступников с поличным в момент нападения на объект посягательства через внедренных лиц или осведомителей; меры, направленные на развал организации; выявление лиц в правоохранительных органах, внедренных организованной группой или связанных с ней, и др.

Эффективность мер по противодействию разведывательной деятельности оперативно-розыскных органов со стороны организованных преступных сообществ во многом зависит от уровня аналитического мышления работников правоохранительных органов, оперативно-тактической ситуации, собственных сил, средств и возможностей указанных сообществ. И очень нежелательно, чтобы неумелые действия оперативных сотрудников на этапе разведыва-

1 См. приказ Министерства РФ по связи и информатизации от 25 июля 2000 г. № 130 «О порядке внедрения системы технических средств по обеспечению оперативно-розыскных мероприятий на сетях телефонной, подвижной и беспроводной связи и персонального радиовызова общего пользования», принятый во исполнение Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» и Федерального закона «Об органах федеральной службы безопасности» (Российская газета. 2000. 29 авг.).


154

155

Гл. 4. Основы методики раскрытия и расследования ОПД

 § 3. Противодействие криминальной среды

 

тельно-поисковой работы приводили к активным противодействующим мерам со стороны разрабатываемого преступного сообщества.

Наиболее разнообразно и активно противодействуют преступники и их криминальные организации в целом в ходе расследования. На этой стадии оперативно-розыскной и уголовно-процессуальной деятельности противодействие осуществляется на всех уровнях: индивидуальном, коллективном и корпоративном. В общем, это противодействие проявляется во всевозможных помехах со стороны отдельных преступников и криминальных организаций установлению объективной истины, процессу доказывания виновности всех причастных к организованной преступной деятельности лиц.

Именно на этой стадии противодействие ОПГ уголовному судопроизводству в настоящее время в условиях роста числа и масштабности преступлений, совершаемых указанными группами, значительно усилилось и приобрело небывалый размах.

Чаще всего преступниками и криминальными организациями используются следующие формы противодействия следствию:

— подкуп, запугивание и иное воздействие в отношении потерпевших, свидетелей и членов их семей с целью заставить их отказаться от дачи показаний или изменить ранее данные показания;

— использование заранее налаженных коррупционных связей в органах власти, правоохранительных органах, средствах массовой информации в целях помех расследованию, развала и прекращения уголовного дела;

— установление нелегальных каналов связи с арестованными членами ОПГ для согласования линии поведения на следствии;

— терроризирование свидетелей, потерпевших и их родственников;

— физическое устранение свидетелей и потерпевших;

— симуляция различных заболеваний, ссылки на несуществующее алиби и др. в целях затяжки расследования;

— использование недобросовестных защитников с целью создания всяческих помех расследованию, в том числе и с целью передачи задержанному подозреваемому различной информации от сообщников;

—— укрывательство незадержанных подозреваемых за пределами России;

— целенаправленная дискредитация оперативно-розыскных сотрудников и следователей, расследующих преступную деятельность организованных групп, в том числе посредством клеветнических жалоб и заявлений;

 — прямые угрозы убийством следователям, ведущим расследование, их близким, а иногда и реализация этих угроз;

— захват в качестве заложников работников правоохранительных органов;

— попытки вербовки сотрудников органов внутренних дел (зачастую под угрозой использования специально собранных против них компрометирующих материалов) с целью их использования как информаторов о планах следствия и оперативно-розыскных органов;

— попытки подкупа следователей и оперативно-розыскных сотрудников и др.

Следственная практика свидетельствует о том, что характер, интенсивность и особенности начала противодействия следствию во многом зависят от первичных ситуаций расследования, возникающих после задержания и ареста подозреваемого (нескольких подозреваемых). Для основных таких ситуаций характерны следующие черты.

1. Факты, инкриминируемые арестованному подозреваемому, однозначно свидетельствуют о его принадлежности к ОПГ и о совершении им расследуемого преступления в интересах этой группы или более крупного преступного сообщества, в которое входит указанная группа. Особенно интенсивно противодействие расследованию в таких ситуациях со стороны организованных групп кланового, этнического и национального характера.

2. В инкриминируемом подозреваемому криминальном деянии нет явных признаков ОПД, но у правоохранительных органов имеется оперативно-розыскная информация, свидетельствующая о его принадлежности к определенной ОПГ или о совершении данного преступления в ее интересах вместе с другими, еще не задержанными ее членами.

Указанные ситуации предопределяют цели и конкретные приемы, средства и методы противодействия ОПГ расследованию, которые чаще всего выбираются из числа вышеперечисленных.

Например, после задержания двух преступников после неудачного взятия в заложники двух коммерсантов (последним удалось убежать) были выявлены признаки их принадлежности к дагестанской организованной преступной группе (выбор объектов нападения, наличие оружия с глушителями в их автомашине марки «Мерседес-Бенц-300», обнаруженные у них доверенности и документы на различные машины и др.), ранее уже попадавшие в сферу внимания оперативно-розыскных органов. После их задержания в адрес следователей и оперативно-розыскных работников сразу же посыпались угрозы от этой группировки с требованием прекратить расследование. Спустя некоторое время преступники захватили одного из опера- '


157

156

Гл. 4. Основы методики раскрытия и расследования ОПД

 § 3. Противодействие криминальной среды

 

тивно-розыскных работников, в обмен на его освобождение требуя прекращения дела. Пришлось проводить силовую операцию по его освобождению1.

Выявление и изучение этих приемов преступного противодействия позволяет криминалистам разрабатывать процессуальные и криминалистические методы и средства их преодоления и нейтрализации. Указанные меры преодоления противодействия ОПГ следствию можно условно разделить на три группы.

К первой группе следует отнести уже сложившиеся процессуальные, криминалистические и оперативно-розыскные приемы, методы и средства ведения предварительного следствия, сбора и фиксации источников доказательств, самих доказательств и иной криминалист тически значимой информации по делу в разных следственных ситуациях, в том числе и отягощенных противодействием преступников расследованию. Умелое использование сложившихся тактических и методических рекомендаций криминалистики для данных ситуаций, представляется, является надежным, доступным способом предупреждения и преодоления возможных попыток противодействия следствию.

Ко второй группе мер преодоления противодействия следствию следует отнести те организационно-технические, оперативно-розыскные, криминалистические, процессуальные средства (зачастую требующие реализации в рамках специальных криминалистических операций), которые осуществляются следователями в ответ на конкретные шаги ОПГ и ситуации расследования, возникающие в связи с принятием организованными сообществами «аварийных» мер противодействия следствию.

К третьей группе приемов, способов и методов преодоления противодействия следствию по делам об организованной преступности можно отнести экстраординарные меры следствия, адекватные заранее подготовленным, мощным и острым мерам противодействия, которые ОПГ применяют в ответ на реальную угрозу полного ее разоблачения. При этом в качестве мер противодействия чаще всего используются:

— «включение» в процесс противодействия следствию заранее созданных ОПГ коррупционных связей в органах власти, средствах массовой информации, правоохранительных органах, субъекты которых нацеливаются на «развал» или прекращение уголовного дела, оп-

Из практики уголовного розыска Северо-Западного округа г. Москвы.

 равдание подозреваемого, а также на дискредитацию лиц, ведущих расследование, или их устранение от дальнейшего расследования любыми из доступных им способами (от перевода на более высокую, но лишенную реальных властных полномочий должность, до увольнения из правоохранительных органов);

— манипулирование нужными преступникам показаниями свидетелей, которые достигаются путем их подкупа, угрозами убийством, уничтожением имущества и пр.;

— затягивание расследования дела, многократные его приостановки по самым разным, заранее продуманным причинам.

В реальной следственной практике реализация следователем мер преодоления противодействия следствию всегда носит ситуационно-эвристический характер, в связи с чем целесообразно комбинирование указанных выше доступных следователю мер в соответствии с интенсивностью противодействия, временными факторами, наличием сил и средств, имеющихся в распоряжении следствия, по методической схеме типа «способ, комплекс приемов противодействия следствию — адекватный прием, средство, метод преодоления противодействия или их комбинация».

Отмеченные выше экстраординарные меры следствия по преодолению противодействия ОПГ расследованию, как показывает практика, наиболее сложны с точки зрения их реализации и организации, что побуждает проанализировать их прежде остальных.

Организация преступными группами противодействия расследованию посредством подключения к этому ранее созданных коррупционных связей, как правило, имеет весьма негативные последствия для расследования, а в некоторых случаях и для судьбы самого следователя. Как правило, интенсивность мер противодействия, их возможные последствия для решения задач правосудия неоднозначны. Наиболее существенное негативное влияние на результаты расследования, как показывает практика, способны оказать субъекты коррупционных связей из числа лиц, занимающих достаточно высокие должности, работающих в правоохранительных органах. Межу тем значительную помощь преступной группе может оказать и человек, работающий в органах власти и управления, в средствах массовой информации.

Признаками организованного преступной группой противодействия следствию посредством коррумпированных связей является искусственно подогреваемая спекулятивно-ажиотажная общественная атмосфера, создаваемая вокруг расследования в целом, по поводу личности подозреваемого, а в некоторых случаях — и личности еле-


158

159

Гл. 4. Основы методики раскрытия и расследования ОПД

 § 3. Противодействие криминальной среды

 

дователя. Такого рода факты по данным практики и научно-обобщенным данным1 наблюдаются нечасто.

Как правило, в данных случаях в средствах массовой информации появляются заказанные преступными группами публикации, выпячивающие как точки зрения подозреваемого, так и вымышленные (или действительно имевшие место) промахи, ошибки, злоупотребления следствия. Зачастую при этом в расчете на неосведомленность читателя, на его незнание законов в искаженном виде показывается событие преступления и меры, принятые правоохранительными органами; высказываются сомнения в законности действий и объективности следствия, наличии у следователей необходимых профессиональных качеств для расследования и пр.

Нередко организуются целенаправленное распространение слухов о политической подоплеке расследуемого события, пикетирование, голодовки людей и незаконные демонстрации. Не исключена и организация преступными группами протестов представителей общественных движений и партий, выдающих расследование за «покушение властей на демократию».

Использование коррумпированных связей в органах власти и управления в целях противодействия расследованию, как правило, приводит к тому, что власти ставят «на особый контроль» ход расследования, якобы из-за его особого общественно-политического значения. При этом зачастую такой контроль осуществляется именно субъектами коррупционно или иным образом связанных с данной ОПГ. В результате этого следователи оказываются под жестким ежедневным прессингом представителей властных структур всех уровней, материалы дела становятся достоянием многих не имеющих отношения к расследованию лиц. Организуется несколько каналов утечки следственной информации, которые невозможно отследить, эффективно пресечь или использовать для целей расследования.

Такие утечки становятся регулярными и расстраивают любые планы следствия, кроме тех, которые готовятся в глубокой тайне или реализуются неожиданно. Зачастую очередные шаги следователей жестко контролируются, а при наличии малейших возможностей прямо направляются.

Но, как свидетельствует практика, лица из средств массовой информации и органов власти, связанные с преступной группой, включаются в процесс организации противодействия не сразу, а по мере

1   См.: Куликов В.И. Основы криминалистической теории организованной преступной деятельности. Ульяновск, 1994. С. 144.

 развития событий в неблагоприятном плане для преступников и получения ими такой информации из вполне законных источников. К этому моменту у следователя чаще всего накапливается серьезный доказательственный материал против виновного (виновных) в организованной преступной деятельности и имеются определенные успехи в его использовании в ходе расследования. Все это может быть использовано для локализации мер противодействия со стороны таких лиц.

Значительно опаснее меры противодействия, применяемые коррумпированными должностными лицами, работающими в правоохранительных органах. Указанные лица, напротив, чаще всего включаются в организацию противодействия следствию с момента задержания подозреваемого или с начала производства первоначальных следственных действий. Иногда они имеют возможность контролировать даже ход оперативно-розыскной работы, что еще более усиливает их противодействие расследованию.

Задачей следствия в случае обнаружения признаков противодействия расследованию путем включения коррупционных связей является последовательная нейтрализация предпринимаемых этими лицами мер процессуальными средствами, а также организационно-управленческими приемами. Эффективно порой действуют официальные предупреждения лицам, проявляющим активность и интерес к делу, и даже предупреждение о возможности их допроса в качестве свидетеля по расследуемому делу, а также направление специальных запросов в органы, где они работают, о предоставлении информации, необходимой для расследования, и т.п. Возможно также провоцирование следствием длительных командировок такого должностного лица, временного отстранения от дел при помощи предоставления очередного отпуска и пр.

Между тем при благоприятных условиях для следствия не исключено и разоблачение организующих противодействие следствию кор-рупционеров, привлечение их к уголовной ответственности или как членов ОПГ, или, в крайнем случае, как совершивших должностное преступление.

Давление на следствие через прессу менее эффективно в том случае, если правоохранительные органы опережают коррумпированных лиц в сообщении общественности официальной информации. Такая практика не позволяет безнаказанно заниматься формированием негативного общественного мнения. В определенной мере усилия ОПГ можно нейтрализовать опубликованием в официальных местных изданиях сведений о наиболее важных результатах расследования, но


160

161

Гл. 4. Основы методики раскрытия и расследования ОПД

 § 3. Противодействие криминальной среды

 

без деталей. Например, сведений о стоимости изъятых при обыске похищенных ценностей, о результатах экспертиз, о самих подозреваемых. При этом важно выбирать наиболее выгодный для целей расследования момент, а также воздерживаться от комментариев. В подобного рода случаях вообще необходимо уклоняться от устных сообщений и заявлений прессе, которые можно беззастенчиво и безнаказанно извратить.

С другой стороны те же возможности прессы можно использовать для дезинформации ОПГ о ближайших планах следствия, а также как элемент реализации тактической комбинации или криминалистической операции в ходе расследования. Например, для провоциро-вания активности ОПГ, направленной на более надежное укрытие похищенного.

Не исключена и публикация аналитических материалов по делу специалистов — признанных авторитетов в области расследования аналогичных уголовных дел, но не относящихся к данному ведомству, прокурорских работников, надзирающих за законностью расследования.

Как показывает практика, должностные лица из органов власти только в крайнем случае идут на составление каких-либо документов, в которых могут содержаться доказательства противодействия следствию. В связи с этим можно порекомендовать такой прием блокирования и преодоления противодействия, как требование от них формального документального подтверждения предложений и требований по делу, а также фиксирование таких требований известными оперативно-розыскными средствами. Для этого, безусловно, требуется высокий профессиональный уровень подготовки следователя и гражданское мужество, так как следствием «несговорчивости» следователя, как правило, являются служебные неприятности.

Наиболее эффективным методом нейтрализации действий коррумпированных лиц в правоохранительных органах часто является возбуждение процедуры служебного расследования или оперативной разработки заподозренного в попытках вмешательства в ход расследования тем или иным образом.

Средства преодоления противодействия расследованию организованной преступной деятельности с помощью потерпевших и свидетелей, меняющих или дающих свои показания в пользу преступников, которые должны применяться правоохранительными органами в таких случаях, зависят от причин, толкнувших свидетелей и потерпевших на сознательную помощь ОПГ. Если это связано с угрозами жизни свидетелей и потерпевших, такую ситуацию необходимо раз-

 решать любым возможным способом даже с помощью сложных дорогостоящих средств их защиты. В частности, средствами нейтрализации такого рода противодействия может быть изоляция свидетелей и потерпевших от воздействия на них членов ОПГ. Например, следствие может тайно вывезти указанных лиц с семьями из города, разместить в пансионате, соответствующим образом оформить их отсутствие на работе, взять под охрану имущество и пр. При других причинах их лжесвидетельства можно продемонстрировать реальную возможность их обвинения в пособничестве ОПГ, привлечения к уголовной ответственности за лжесвидетельство и т.п.

Бывает так, что в инкриминируемом задержанному подозреваемому факте с самого начала следствия имеются доказательства соучастия этого подозреваемого в преступлении, совершенном ОПГ. Хотя данная информация очевидна с криминалистической точки зрения, но в ряде случаев она не исключает возникновения серьезных проблем для следствия. Типичным примером такой ситуации может служить арест раненного на месте преступления члена организованной преступной группы; при налете на пункт обмена валюты задержание вымогателя с поличным при передаче ему потерпевшим предмета вымогательства, после которого основная часть участников данной преступной акции из-за оплошности оперативных работников скрылась от преследования.

Указанная следственная ситуация, как правило, вызывает меры противодействия ОПГ, направленные на достижение следующих целей:

а) попытаться выдать данный криминальный факт за преступление, совершенное не организованной преступной группой, а малоизвестными друг другу, сорганизовавшимися накануне преступления лицами без определенного организатора;

б) спасти основной состав ОПГ путем «отсечения» разоблаченной части членов ОПГ;

в) затянуть уголовное расследование при помощи давления на следствие, манипуляции с составом следственной группы.

Обычно стремление всеми имеющимися средствами представить следствию раскрытое преступление ОПГ как преступное деяние случайной группы людей зачастую обговаривается членами ОПГ заранее. В то же время попытки реализации такой цели противодействия следствию осуществляются при малейшей возможности самими подозреваемыми и без всякой договоренности, поскольку ее достижение выгодно прежде всего подследственным, так как может повлечь более мягкое наказание и пр.

11 - 4846


163

162

Гл. 4. Основы методики раскрытия и расследования ОПД

 § 3. Противодействие криминальной среды

 

Чаще всего в таких случаях задержанные подозреваемые дают показания по делу только по фактам, Касающимся их лично (вплоть до самооговора по некоторым обстоятельствам события преступления и фактам, касающимся оставшихся на свободе членов ОПГ). Если следствию известно, что в преступлении участвовало два-три человека, а арестован только один подозреваемый, то используется версия о ситуационном характере преступления малознакомыми между

собой людьми.

В этих ситуациях выявление признаков действия организованной группы, выявление всех явно криминальных и иных связей подозреваемого и проверка его на причастность к нераскрытым преступлениям с аналогичными способами их совершения и сокрытия помогут преодолеть такой способ противодействия расследованию.

Следственная практика показывает, что не лишним в таких случаях является и анализ ранее раскрытых аналогичных или иных преступлений, по которым осуждены лица из криминального окружения подозреваемого. Не исключено, что будут выявлены доказательства участия арестованного подозреваемого в некоторых из них. Такое ведение расследования предпочтительно потому, что, как правило, лишает преступную группу возможности инициативно принимать меры противодействия следствию, вынуждая ее основные усилия тратить на сокрытие следов ранее совершенных преступлений. Находясь в сфере внимания следствия, ее члены также могут дать в руки следствия улики, указать на местонахождение источников доказательств и пр.

Для анализируемой ситуации характерно быстрое включение в процесс предварительного следствия квалифицированного адвоката, из числа тех нещепетильных юристов, которые хотя и не имеют прямого отношения к организованной преступной группе (практике известны и случаи членства квалифицированных юристов, адвокатов в ОПГ), но всякий раз, в случае необходимости, привлекаются ею к «спасению» от уголовной ответственности своих членов любыми средствами за большие гонорары.

Как правило, такой адвокат сосредоточивается только на данном деле, проводит много времени с подозреваемым, инструктируя его в вопросах поведения на следствии, проявляет исключительную заинтересованность в результатах следственных действий, не только с участием своего подзащитного, а также интерес к другой оперативной информации по делу. В функции такого «защитника», определенные преступной группой, входит не только обеспечение юридической помощи подозреваемому, но и исполнение роли «связника» для обмена информацией ОПГ с подозреваемым.

 Зачастую по таким делам подозреваемый предъявляет следствию заранее заготовленное или позднее согласованное через адвоката ложное алиби. Регулярно возникают многочисленные жалобы адвоката, родственников подозреваемого и его самого в различные инстанции о незаконности ареста, о якобы недопустимых методах ведения следствия и пр. Последнее иногда создает проблемы, связанные с необходимостью доказывания ложности подобного рода утверждений. Как способ профилактики жалоб на незаконные методы ведения следствия, можно рекомендовать использование дополнительных средств фиксации хода и результатов следственных действий, аудио-и видеозапись, регулярные освидетельствования подозреваемого, актирование фактов нанесения ему повреждений в камере (если таковые были), которые часто выдаются за результат рукоприкладства следователя. Это, естественно, увеличивает расход времени на расследование, зато сохранит его результат в случае жалоб.

Признаки внепроцессуальной заинтересованности адвоката в исходе уголовного дела, а тем более факты оказания им мер противодействия следствию требуют особого внимания со стороны следствия. Взаимодействие следователя с адвокатом в данном и аналогичных случаях должно строиться исключительно на официальной процессуальной основе. По возможности (и если иное не связано с проведением следственных действий с участием своего подзащитного) следователь должен избегать неформальных контактов с защитником подозреваемого по делу, встречаться с ним без присутствия посторонних лиц, которые, при необходимости, могут впоследствии выступить свидетелями в случае организации провокации по делу.

При этом важно, чтобы во всех следственных действиях, в которых участвует защитник, следователь был полным хозяином положения1, к чему, собственно, как уже отмечалось, обязывает уго-ловно-процессуальный закон (ст. 127 УПК РСФСР). Например, разъясняя допрашиваемому и его защитнику их права и обязанности, следователь сразу же принимает на себя председательскую и управленческую функцию при допросе и лишает возможности защитника вмешиваться в ход допроса до тех пор, пока его не закончит следователь2.

' См.: Особенности предварительного расследования преступлений, осуществляемого с участием защитника. М., 1995. С. 33.

2 См.: Питерцев С.К., Степанов АЛ. Тактические приемы допроса. СПб., 1997. С. 41.

11*

 


164

165

Гл. 4. Основы методики раскрытия и расследования ОПД

 § 3. Противодействие криминальной среды

 

Одной из мер сохранения следствием информации, выработанных практикой, является «купирование» части содержания протоколов следственных действий, не подлежащих, по мнению следователя, разглашению. Так, сведения о фамилии, месте жительства свидетелей и потерпевших в протоколах порой заменяются фразой «имеются в деле». Эти сведения передаются суду отдельно.

Вместе с тем, исключительный интерес ОПГ к непосредственной и косвенной следственной информации может быть использован в процессе проведения криминалистических операций для намеренной утечки сведений, дезинформации членов преступной группы, направленной на выявление ее «личного» состава, совершенных преступлений, мест хранения похищенного и пр.

Сохранение преступной группы путем «отсечения» разоблаченной ее части, как правило, заранее не оговаривается членами ОПГ, хотя такая возможность не исключается. Данный способ противодействия ОПГ следствию реализуется в том случае, если разоблаченная ее часть организовывалась, совершала преступления в относительной изоляции от остальных криминальных структур крупного преступного формирования, ее члены лишь в самом общем виде осведомлены или вообще не осведомлены о криминальных акциях других подразделений, не знакомы с остальными членами ОПГ и, особенно, с ее лидерами, получали инструкции только через одного человека (возможно, простого связника), ему же «сдавали» долю от криминального бизнеса. Такие ситуации характерны для расследования уголовных дел по фактам наркобизнеса, хищения и сбыта автомобилей, хищений на производстве и др.

Признаками принадлежности задержанных к крупному организованному преступному формированию может служить не характерная для мелких групп высокая техническая оснащенность, хорошая информированность о предмете преступления, финансовом положении жертвы, четкая продуманность и организационная подготовленность преступления.

Целью противодействия расследованию в такой ситуации является исключение возможности выхода следствия на основную часть ОПГ, локализация провала даже путем «выдачи» следствию доказательств в организованной криминальной деятельности арестованных подозреваемых.

В данном случае выяснению истинных масштабов и обстоятельств криминальной деятельности преступной группы, как правило, препятствует и поведение подозреваемых, которые не заинтересованы в раскрытии их причастности к преступной организации и ее деятельности.

 Противодействие следствию зачастую сопровождается значительной материальной поддержкой подозреваемых и их семей, которые, не зная об истинных криминальных намерениях лидеров организованной группы, чувствуя моральную ответственность перед ними, также не ведут себя искренне на следствии.

В таких случаях ОПГ, как правило, не только не противодействует, а даже «наводит» следствие на свидетелей и потерпевших, показания которых «работают» на версию об ограничении ее состава только задержанными. Тем временем по возможности уничтожаются следы и материальные последствия связи задержанных с основной частью группы и ее преступной деятельностью. Зачастую это делается путем перехода на нелегальное положение члена (замаскированного под отъезд в командировку, за границу), который поддерживал криминальную связь с задержанными, уничтожением следов участия задержанных в прошлых преступных акциях, продумыванием мотивировок внешне некриминальных связей членов ОПГ с ними, и т.п.

Задачами следствия в данной ситуации, наряду с расследованием преступлений, уже инкриминируемых задержанным, является выявление причастности подозреваемых к другой преступной деятельности данного криминального формирования. Методы такой работы аналогичны описанным в предыдущей ситуации.

Затягивание уголовного расследования как средство противодействия следствию реализуется преступными группами обычно в тех случаях, когда следователь своими ошибками и недоработками (процессуальными, организационными, криминалистическими) предоставляет им такую возможность.

Указанные недочеты могут успешно использоваться умелым защитником для опорочивания отдельных доказательств, склонения свидетелей к даче ложных показаний, выдвижения надуманных ходатайств, требующих длительной проверки, и т.д.

Особое значение для преодоления противодействия следствию является работа следователя по разоблачению лжесвидетельства. Следует отметить, что ранее криминалистика и следственная практика не рассматривала свидетелей и потерпевших как потенциальных субъектов противодействия следствию, не разрабатывала особой тактики следственной работы с ними в таком качестве. Но особенности самой организованной преступной деятельности, особенности ее расследования таковы, что следователь для пресечения противодействия ОПГ следствию путем организации лжесвидетельства зачастую должен активно пользоваться оперативными


167

166

Гл. 4. Основы методики раскрытия и расследования ОПД

 § 3. Противодействие криминальной среды

 

и процессуальными возможностями и тактическими рекомендациями криминалистики, применяемыми к недобросовестным допрашиваемым. Такова, к сожалению, неумолимая логика борьбы с организованной преступностью.

Следственная практика показывает: если лжесвидетель целенаправленно подготовлен ОПГ для дачи ложных показаний и возникает в поле зрения следствия не сразу, а через определенное время после начала расследования, то разоблачение хорошо продуманного, зачастую подкрепленного другими «доказательствами» лжесвидетельства является делом тактически весьма сложным. Как правило, разоблачение такого рода лжесвидетельства (если только «провал» лжесвидетеля происходит сразу по причине того, что организаторам такой акции была неизвестна, не учтена, не проработана какая-то деталь показаний) требует разработки и реализации криминалистической операции, по количеству и жесткости оперативно-розыскных и следственных мер не уступающей операциям стратегического характера.

Кроме того, в процессе разоблачения лжесвидетельства следователю зачастую приходится проводить специальные повторные осмотры помещений, фигурирующих в показаниях лжесвидетеля, и обыски в местах, где могут находиться объекты, доказывающие факт лжесвидетельства. Результаты этих следственных действий могут использоваться как для разоблачения лжесвидетельства, так и для доказывания вины задержанных членов преступной группы. Не исключены и иные процессуальные средства разоблачения лжесвидетельства, например, следственные эксперименты, очные ставки.

Следственная практика свидетельствует о том, что вполне эффективным способом разоблачения лжесвидетельства может служить путь, при котором следователь скрупулезно выявляет и перепроверяет детали показаний, не соответствующих реальным фактам, и, используя их, разрушает всю искусственно сконструированную систему показаний лжесвидетеля.

Следует иметь в виду, что разоблачение лжесвидетельства по делам об организованной преступной деятельности имеет особенность, связанную с тем, что разоблачение одного лжесвидетеля не гарантирует следствие от появления другого. В связи с этим при разоблачении лжесвидетельства следует по возможности дольше держать этот факт в тайне, не давая возможности ОПГ принять дополнительные меры противодействия следствию.

Иногда попытка освобождения подозреваемого от уголовной ответственности бывает связана с предоставлением следствию фальси-

 фицированных документов о психическом заболевании подозреваемого. Позволить себе затраты на финансирование фальсификации такого заболевания может не всякая ОПГ.

Признаками того, что следствие имеет дело именно с фальсифицированными медицинскими документами, могут служить следующие факты: а) никто из окружения подозреваемого (сослуживцев, соседей, друзей) никогда не слышал о его психическом заболевании; б) документы о психическом заболевании подозреваемым получены не по месту его постоянного жительства; в) в местные органы здравоохранения подозреваемый по поводу психического заболевания никогда не обращался. Обычно такие факты, как правило, весьма логично мотивируются на следствии родственниками подозреваемого. Например, нежеланием огласки психического заболевания среди знакомых, угрозой увольнения с хорошей работы и пр.

Анализируемая попытка реализуется путем предъявления родственниками подозреваемого документов о хроническом или ранее имевшем место психическом заболевании подозреваемого путем неоднократных письменных заявлений и жалоб родственников и адвоката о необходимости госпитализации подозреваемого; путем имитации им самим попыток самоубийства или глубокой депрессии; а также отказа подозреваемого от какого-либо конструктивного взаимодействия со следствием, провоцирования конфликтных ситуаций.

При этом в ходе расследования с подачи адвоката или родственников в орбиту следствия попадают многочисленные близкие и не близкие знакомые, прошлые и настоящие сослуживцы, которые «охотно» дают показания о наблюдавшихся ими «странностях» поведения, отдельных поступках подозреваемого, в расчете на то, что количество «косвенных доказательств» перерастет в необходимое для ОПГ новое качество — прекращение уголовного дела.

Как показывает практика, весьма осложняют расследование анализируемых преступлений имитации попыток самоубийства (чаще всего самоповешения и вскрытия вен), от которых подозреваемого якобы «спасают» сокамерники. На первый взгляд, предупреждение и пресечение таких попыток — дело администрации следственного изолятора. Но следует иметь в виду, что полные и длительные проверки материалов уголовного дела, как правило, следующие после такого рода чрезвычайных происшествий, могут быть использованы ОПГ с помощью коррумпированных должностных лиц для ознакомления ее лидеров с недоступными материалами уголовного дела и


169

168

Гл. 4. Основы методики раскрытия и расследования ОПД

 § 3. Противодействие криминальной среды

 

возможного уничтожения доказательств по делу, еще не обнаруженных следствием, опорочить некоторые из уже выявленных следствием доказательств по делу и пр.

Способами преодоления такого рода противодействия следствию, как правило, является выявление даже самых незначительных доказательств подложности документов о душевной болезни подозреваемого или намеренного изменения к худшему возможно действительно существовавшего когда-то медицинского диагноза. Для этого необходимы самые тщательные технико-криминалистические исследования документов, подтверждающих душевную болезнь подозреваемого. Тактика их назначения и методика проведения известны.

Иной возможностью разоблачения фальсификации душевной болезни является проведение квалифицированной судебно-психиатри-ческой экспертизы подозреваемого. При этом следует иметь в виду, что, поскольку скрыть место проведения амбулаторной, а .тем более стационарной экспертизы от заинтересованных в исходе дела лиц, а следовательно от ОПГ, невозможно, не исключены попытки членов ОПГ воздействовать на экспертов путем попыток подкупа, шантажа, угроз. Не лишним в данном случае будет оперативно-розыскной контроль за попытками «выхода» на экспертов установленных членов организованной преступной группы или иных лиц.

Определенный результат могут дать допросы представителей медицинского персонала (в частности, вспомогательного) учреждения, в котором проходил (якобы проходил в свое время) обследование подозреваемый и получил соответствующие документы.

Противодействие расследованию нередко бывает связано с заявлением следствию о заранее заготовленном ложном алиби.

Специфической особенностью такого алиби по делам является то, что оно, как правило, подтверждается не только личными показаниями подозреваемых, свидетелей, но и обставляется «вещественными доказательствами», которые «должно» обнаружить следствие при малейших попытках к этому. Следует отметить, что опасность для следствия пойти по намеченному ОПГ пути в расследовании в данной ситуации очень велика, настолько убедительны бывают фальсифицированные «доказательства». И, тем не менее, чаще всего в таких «алиби» можно обнаружить отдельные не стыкующиеся между собой детали, негативные обстоятельства и т.п. Настойчиво проверяя их, квалифицированно документируя результаты этой работы, сопоставляя полученные данные с другими доказательствами, можно разрушить и такие, заранее отработанные «алиби».

 В следственной практике имеются случаи, когда ситуация расследования складывается неблагоприятно для подозреваемого (благоприятно для следствия) по его собственной вине. Это связано, как правило, с тем, что подозреваемый своими действиями (например, не уничтожил следов преступления, допустил в ходе его совершения присутствие свидетелей, взял с места происшествия вещи, которые послужили доказательством его вины, и др.) дал в руки следствия неопровержимые доказательства своей вины. Если преступная группа при этом или не успела, или не имела возможности, или отказалась от попыток «вытащить» подозреваемого из-за угрозы раскрыть принадлежность к ней подозреваемого, то складывается ситуация, при которой подозреваемый должен оказывать противодействие следствию самостоятельно.

Сигналом к тому, что подозреваемый должен выходить из создавшегося положения сам, служит (если ОПГ не сообщила об этом подозреваемому иным способом) начало реализации договоренностей о материальной поддержке семьи подозреваемого за то, что подозреваемый должен всеми средствами «отсекать» своими показаниями любые возможности выхода следствия на преступную группу.

При этом финансовые средства передаются близким подозреваемого без свидетелей, без оформления каких-либо документов и в наличной форме. Такие факты отслеживаются или фиксируются следствием с большим трудом. Лишь изредка в следственной практике встречаются случаи, когда жена, другой близкий родственник подозреваемого устраивается членом ОПГ на работу в контролируемую ОПГ фирму, где они фактически не работают и получают несоизмеримую с затратами труда оплату, покупают большую квартиру, меняют устаревший автомобиль и др. Эти факты легче отслеживать оперативно-розыскными средствами, но, тем не менее, криминальное происхождение данных материальных средств доказывать сложно.

Случаи склонения к сотрудничеству со следствием значительно осведомленных членов ОПГ — пока не частое явление. Задача следствия в данной ситуации состоит в том, чтобы укрепить уверенность подозреваемого в выгодности для него лично, для его семьи сотрудничества со следствием, не на словах, а реальными действиями обеспечить безопасность самого подозреваемого, его семьи, имущества подозреваемого. Значительную роль при этом играет активный сбор доказательств, подтверждающих показания подозреваемого. Успехи следствия в этом направлении делают бессмысленными многие шаги других подозреваемых по противодействию следствию.


171

170

Гл. 4. Основы методики раскрытия и расследования ОПД

 § 3. Противодействие криминальной среды

 

Следственная практика знает случаи, когда ОПГ в ответ на сотрудничество подозреваемого со следствием начинает «подсовывать» следствию доказательства других совершенных и не совершенных им преступлений. Эти действия организованной группы направлены не только на последующее осуждение подозреваемого за эти преступления, но и на дезориентацию следствия, увеличение объема его работы, а также на лишение подозреваемого уверенности в правильности избранного им пути смягчения собственного наказания.

Задачи следствия в данном случае состоят в быстром установлении истины по ставшим известными эпизодам всеми доступными следственными и оперативно-розыскными средствами, с тем чтобы сохранить позицию подозреваемого до суда.

Не исключены и попытки отстранения следователя, умело нашедшего поход к подозреваемому, от расследования дела обвинениями в незаконных методах ведения следствия, провокациями подкупа, угрозами и попытками нанесения телесных повреждений.

Особым случаем в анализируемой ситуации является физическая ликвидация подозреваемого, ставшего опасным для ОПГ тем, что он пошел на сотрудничество, выдал всех ее членов (включая лидеров), и совершенные ее членами преступления. Реальны такого рода случаи тогда, когда подозреваемый является основным или единственным источником доказательств, а следствие пока не располагает иными средствами доказывания. Смерть подозреваемого в такой ситуации лишает следствие перспектив формирования доказательственной базы.

Следственная практика показывает, что осуществляются такие попытки путем организации за большие суммы систематического третирования подозреваемого сокамерниками, психологическим давлением членов ОПГ по организованным ими каналам передачи информации. Указанные меры направлены на доведение подозреваемого до самоубийства (обычно путем самоповешения). Между тем не исключены и изощренные способы убийства (например, насильственное вскрытие вен).

Имеют место случаи, когда ОПГ доводит подозреваемого до самоубийства путем неоднократных попыток уничтожения близких подозреваемого, имитирования неудавшихся покушений на детей, родителей подозреваемого, о которых ему становится известно через каналы, организуемые ОПГ.

Противодействие осуществляется и судебному следствию. В основном оно происходит в рассмотренных выше формах. Однако в мерах противодействия на этой стадии есть и свои, особенности.

 В частности, на стадии судебного разбирательства более активную роль в противодействии установлению истины могут играть защитники, поскольку они уже могут выходить на контакт со свидетелями обвинения, которые им раньше были неизвестны, с целью подкупа или угроз им и их близким.

Широко при этом применяются различные поводы для затягивания судебного рассмотрения. Имеются случаи подкупа охраны и конвоя с целью создания условий для побега подсудимого.

Противостояние криминальной организованной среды правоохранительным органам обычно не заканчивается стадией судебного следствия. Оно порой продолжается и на этапе исполнения приговора суда, в местах отбывания наказания осужденными по анализируемым делам.

На этой стадии основной задачей противодействия не ликвидированной организованной преступной группы следственными и оперативно-розыскными органами, продолжающими собирать и накапливать материал об этой группе, является поддержание у осужденных ее членов, находившихся в отказе на следствии и суде, этой же линии и в местах отбывания наказания. В этих целях между осужденными и оставшимися на свободе соучастниками налаживается нелегальная связь для обмена криминальной информацией.

Нередко с помощью коррумпированных связей или подкупа, сговора с представителями администрации исправительно-трудового учреждения или их шантажа организованные преступные группы пытаются незаконно получить основания для условно-досрочного освобождения своих осужденных членов.

Сотрудники уголовно-исполнительных учреждений в основном всегда могут пресечь подобные меры воздействия на осужденных со стороны не осужденных членов преступных организаций и противодействия процессу отбывания первыми наказания.

Проанализированные меры противодействия ОПГ следствию и приемы, средства и методы их нейтрализации, естественно, не исчерпывают всех встречающихся в практике указанных мер и методов, но могут служить ориентиром для принятия оперативно-розыскными работниками, следователями и судьями соответствующих решений в ходе расследования фактов организованной преступной деятельности.


ОГЛАВЛЕНИЕ

 

Предисловие ............................................... 5

Глава 1. Особенности организованной преступности в России .............. 7

§ 1. Организованная преступность как наиболее развитая и опасная форма

групповой преступности .................................. 7

§ 2. Современное понимание организованной преступной деятельности  .....  25

§ 3. Интеграция отечественной организованной преступности в

транснациональную организованную преступность................  38

Глава 2. Криминалистические аспекты изучения организованной

преступной деятельности ................................  44

§ 1. Криминалистически значимые стороны организованной преступной деятельности и основные направления ее криминалистического изучения ...........................................  44

§ 2. Общие черты криминалистической характеристики организованной

преступности ........................................  57

Глава 3. Организационные основы раскрытия и расследования

преступлений, совершенных организованными преступными

группами и сообществами   ...............................  80

§ 1. Основные задачи деятельности и система специализированных

подразделений правобхранительных органов ....................  80

§ 2. Организационно-правовые аспекты сотрудничества

правоохранительных органов России с зарубежными государствами в

борьбе с организованной преступностью .......................  89

Глава 4. Основы методики раскрытия и расследования преступной

деятельности организованных преступных групп и сообществ  ......   106

§ 1. Общеметодические особенности раскрытия и расследования

организованной преступной деятельности   ....................   106

§ 2. Типовые криминалистические ситуации и основные направления

расследования   ......................................   137

§ 3. Противодействие криминально организованной среды расследованию преступлений и способы его преодоления работниками оперативно-розыскных органов и следователями ........................    150

 Практическое пособие Яблоков Николай Павлович

РАССЛЕДОВАНИЕ ОРГАНИЗОВАННОЙ ПРЕСТУПНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

Редактор В.А. Кочанов Художественный редактор А.В. Антипов

Корректор О.Н. Картамышева Компьютерная верстка Ю.А. Кунашовой


 

А также другие работы, которые могут Вас заинтересовать

57456. Системная среда Windows 1 MB
  Сегодня вы познакомитесь с назначением и особенностями системной среды Windows а также с понятиями файл и папка с параметрами файлов и папок и действиями над ними.
57457. «Своя игра». Урок обобщения по азбуке с использованием игровой технологии 7.46 MB
  Отвечаете на заданный вопрос только после того как подумаете все вместе и придёте к общему решению. Мы будем останавливаться на каждой но заработает большее количество баллов та группа которая ответит на более дорогие вопросы.
57458. Компьютер - помощник человека 52.5 KB
  Цели урока: Обобщение сведений о составе персонального компьютера и о назначении его основных устройств. Педагогические задачи урока: познакомить учащихся с составом персонального компьютера на примере учебного рабочего места..
57461. Математика в профессиях 71.5 KB
  Воспитательные -– формирование логического абстрактного мышления; овладение интеллектуальными умениями и мыслительными операциями: воспитание организованности дисциплинированности умения работать в коллективе; ориентация учащихся на выбор профессии...
57464. Животные паразиты и животные - хозяева 40 KB
  Правила личной гигиены карточки с изображением животных паразитов и хозяев для закрепления материала магнитная доска вопросы для фронтального опроса по домашнему заданию.