16449

Транснациональная организованная преступность, дефиниции и реальность

Книга

Государство и право, юриспруденция и процессуальное право

Дальневосточный государственный университет Юридический институт Владивостокский Центр по изучению организованной преступности ТРАНСНАЦИОНАЛЬНАЯ ОРГАНИЗОВАННАЯ ПРЕСТУПНОСТЬ Дефиниции и реальность Монография ...

Русский

2013-06-22

1.41 MB

13 чел.

Дальневосточный государственный университет

Юридический институт

Владивостокский Центр по изучению организованной преступности

ТРАНСНАЦИОНАЛЬНАЯ ОРГАНИЗОВАННАЯ ПРЕСТУПНОСТЬ

Дефиниции и реальность

Монография

Владивосток

Издательство Дальневосточного университета

2001

ББК   67.99

064

Ответственный редактор

В.А. Номоконов, доктор юрид. наук, профессор

064    

Транснациональная организованная преступность: дефиниции и реальность. Монография. – Владивосток: Изд-во Дальневост. ун-та. 2001. - 375с.

              ISBN 5-7444-1178-х

    В  издании, созданном коллективом авторов при содействии Владивостокского центра по изучению организованной преступности, освещается важнейшая проблема современной жизни общества, актуальность которой как в нашей стране, так и за ее пределами определяется исключительно опасным размахом криминальной деятельности преступных группировок, масштабы которой и высокая степень организованности приобретают уже наднациональный характер и требуют в борьбе с ней объединенных усилий органов правоохраны всего мирового сообщества.

Актуальность данной работы значительно повышается в связи с утверждением  Генеральной Ассамблеей ООН 15 ноября 2000 г.  Конвенции ООН против транснациональной организованной преступности и двух протоколов к ней.

    Для студентов юридических факультетов, институтов и практических работников правоохранительных органов.

Editor-in-chief

V.A. Nomokonov, Doctor of Laws, professor

064

Organized Crime: trends and perspectives of fight. Monography. Vladivostok: Far East University press. 2001. – 375p

   In this publication, made by corporate author with the assistance of the Vladivostok center for the study of organized crime, the most important problem of modern society is considered. The actuality of the problem is determined – both in this country and abroad – by extremely dangerous extent of the activity of criminal groups. The dimension and high degree of their activity has already taken the supranational character and require in the fight against it – joint efforts of law enforcement bodies of the whole world's community.

The actuality of this work has considerably increased in connection with the confirmation by the UN General Assembly on November 15, 2000 of UN Convention  against transnational organized crime and of  two protocolls of it.

   For the students of law faculties, law schools  and the law enforcement officials.

O  1201000000  без объявл.                                               ББК 67.99

     180(03) - 2001

© Владивостокский Центр по изучению организованной преступности

    2001

Издательство Дальневосточного

    университета

    2001

ISBN 5-7444-1178-х

                              

 

ВВЕДЕНИЕ

Вниманию читателей представляется новая книга, подготовленная творческим коллективом Владивостокского Центра по изучению организованной преступности Юридического института ДВГУ. В написании данной работы  приняли непосредственное участие  также ведущие сотрудники Центра по исследованию транснациональной преступности и коррупции Американского университета в Вашингтоне (TraCCC) - проф. Луиз Шелли и Салли Стокер, директор Иркутского Центра по изучению организованной преступности Анна Репецкая и другие исследователи.

1. Эта и предшествующие работы1 выполнены в рамках гранта Министерства юстиции США. В соответствии с названным грантом во второй половине 90-х годов в Вашингтоне при Американском университете, а впоследствии в России (в Екатеринбурге, Иркутске, Москве, Санкт-Петербурге и во Владивостоке), а также на Украине были созданы так называемые Объединенные исследовательские центры (United Research Centers)2.

Следует отметить, что взаимодействие названных исследовательских центров с TraCCC было - особенно  за 2000 год - достаточно интенсивным и конструктивным. В ноябре 1999 г. и в июне 2000 г. состоялись встречи директоров центров в Вашингтоне и Будапеште, в августе 2000 г. в Санкт-Петербурге было проведено совещание координаторов проектов. Особо следует сказать о полезных рабочих встречах в Министерстве юстиции США со Скоттом Бойланом, курирующим образовательные и исследовательские программы в России и Украине, а также руководством отдела по борьбе с рэкетом и организованной преступностью Управления по уголовным делам Департамента юстиции, в библиотеке Конгресса США и других.

Был организован и проведен целый ряд совместных научно-практических конференций, семинаров и круглых столов. Отчеты о тех из них, в которых приняли участие сотрудники Владивостокского Центра, публикуются в Приложении к данной книге.

Исследовательские центры России и Украины  были обеспечены новейшей литературой по теме гранта на английском языке. Значительная часть книг и других материалов усилиями сотрудников Владивостокского Центра переведена на русский язык.  Часть этих переводов  размещена на вебсайте ( www.crime.vl.ru ).

В центре внимания наших исследователей были и остаются закономерности возникновения, развития и преодоления такого опаснейшего социального явления, как организованная преступность и тесно с ней связанных коррупции, отмывания грязных денег, заказных убийств, наркобизнеса и. т.п.

2. Владивостокский Центр с 2000 года совместно с другими участниками приступил к новому исследовательскому проекту – изучению транснациональной организованной преступности. Во многом это объясняется тем, что именно на Дальнем Востоке России, в ее пограничном регионе особенно ощущается процесс выхода криминальных структур за пределы государственных границ. Представляемая книга – первое монографическое исследование Центра на данную тему.

Научный интерес к объективно складывающимся тенденциям развития организованной преступности (ОП) в мире закономерно подвел нас и к сравнительно недавно появившейся  самой «темной» ее части – транснациональному блоку.

По справедливой оценке А.И. Долговой, одного из ведущих криминологов, ОП никогда не остается в рамках границ того или иного государства, со временем она неизбежно принимает транснациональный характер3.

Международное сообщество сегодня вынуждено констатировать, что преступные организации осуществляют свою деятельность в мире, который для них, в сущности, не имеет границ, в то время как правоохранительные органы вынуждены действовать в пределах национальных государственных границ 4.

Транснациональная организованная преступность (ТОП), а точнее транснациональный аспект ОП, представляет собой наиболее сложный объект для научного исследования. Если ОП, как известно - высоко латентное явление, то ТОП имеет еще более неосязаемый, «виртуальный» характер.

Не случайно в отечественной литературе эта проблема еще практически не стала предметом специального монографического описания, лишь в ряде работ она рассматривалась в качестве частного вопроса5. В 1997 г. была опубликована небольшая книга Ю.А. Воронина6. В целом транснациональной преступности посвящены четыре книги, изданные на Украине, в России и в Белоруссии, были посвящены7.

Даже в  мировой криминологической литературе, довольно обширной, еще не выработано такого более или менее устоявшегося или общепринятого определения понятия, как ОП вообще  и ТОП в частности. То же самое можно сказать и о международных документах, в том числе ООН, пока что не зафиксировано признанное странами сообщества определение названных явлений, хотя специальная Конвенция ООН по борьбе с транснациональной организованной преступностью летом 2000 г. была подготовлена уже в окончательной редакции, в ноябре этого же года утверждена Генеральной Ассамблеей ООН, а в декабре она была открыта для подписания (от России ее подписал С. Иванов).

На десятом конгрессе ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями (апрель, 2000 г.) отмечалось, что даже исследования эмпирического характера современных проявлений ТОП пока еще немногочисленны8. Авторы Всемирного отчета о преступности и правосудии ООН (1999 г.) отмечают, что во многих странах не предпринимается сколько-нибудь серьезных усилий по сбору данных о транснациональной организованной преступности9.

ТОП, по сути дела, представляет собой процесс мировой трансформации и глобализации организованной преступности, которая все более явственно превращается в угрозу уже не только национальной безопасности отдельных стран, но и  безопасности человечества в целом. Именно в этом плане, полагаю, следует толковать предостережение Луизы Шелли о том, что транснациональная организованная преступность будет становиться для политиков ХХ1 века определяющей проблемой, какими были холодная война для ХХ-го и колониализм – для  Х1Х веков10.

3. ТОП как глобальное явление охватывает широкий круг взаимосвязанных проблем. Во-первых, это феномен собственно ТОП: ее признаки, структура, субъекты, генезис, механизмы проникновения в легальное общество и через государственные границы. Во-вторых, это региональные особенности ТОП: ее размещение и деятельность в различных регионах мира, странах и т.п. В-третьих, это основные формы ее проявления, т.е. различные виды преступной деятельности. В-четвертых, это проблема противодействия ТОП. Борьба с ТОП предполагает, как минимум, два ее уровня – международный и национальный (внутригосударственный).

На международном уровне противодействие ТОП должно обеспечиваться, помимо прочего, соответствующими сравнительно-правовыми и сравнительно-криминологическими исследованиями, отражающими результаты сравнения опыта криминализации (установления преступности и наказуемости) различными государствами тех или иных форм организованной преступной деятельности, административного и иного правового воздействия на ОП, а также применения политических, экономических, идеологических и организационных мер борьбы с ней. Кроме того, речь идет о международном сотрудничестве государств в борьбе с ТОП, включающем координацию правовой политики, унификацию правовых норм, заключение соответствующих международных соглашений и взаимную правовую помощь.

Говоря о транснациональной организованной преступности, следует иметь в виду ее сложное структурирование по субъектному составу. С моей точки зрения, его можно представить следующим образом.

Нижний уровень – это преступные объединения физических лиц. Сюда можно отнести преступные организации и преступные сообщества. Отметим, что нынешний УК РФ не делает различий между этими формированиям, что не соответствует криминологическим представлениям. О транснациональном характере их деятельности свидетельствуют перемещение людей, товаров, иных предметов  и денег через государственные границы, наличие  за границей соучастников, банковских счетов и недвижимости.

Средний уровень – это организации, т.е. юридические лица. По степени криминализации последние могут представлять собой практически целиком преступные объединения, которые лишь прикрываются вывесками легальных предприятий или организаций, полностью находясь на службе у преступников. Классический пример – транснациональные преступные синдикаты. Это могут быть не только синдикаты, но и любые более мелкие формирования. В России  практически все преступные организации  создают для прикрытия  собственные легальные коммерческие структуры. Часто встречается смешанный вариант, когда легальная организация прибегает к услугам преступников для решения своих проблем, либо сама в некоторых ситуациях руками своих сотрудников использует преступные способы,  средства  или ресурсы. В России нередко та или иная организация создает дочерние фирмы, фонды и т.д. для перекачки  за границу финансовых средств, сокрытия доходов от налогообложения и других целей. К среднему уровню следует отнести и различного рода симбиозы организаций как юридических лиц, так физических лиц, действующих в одиночку или чаще в составе объединений названных лиц (групп или организаций).

Транснациональные преступные организации, в отличие от легальных транснациональных корпораций, опираются не на чрезмерно формализованные и структурированные иерархии, а на так называемые нежесткие сетевые структуры, благодаря которым существенно облегчается их проникновение через  государственные границы и соответственно затрудняется деятельность правоохранительных органов11 

Высший уровень – это криминально-государственные организации, т.е. мафиозные образования, в которых государство и его органы тайно используют преступные способы, средства, связи с преступными элементами для выполнения тех или иных задач. Крайний вариант – государственная атрибутика превращается лишь в вывеску, камуфлирующую зависимость государственной власти от преступников, как, например, в наркогосударствах.

Предпосылкой активизации национальных и межгосударственных усилий  в борьбе с транснациональной организованной преступностью является выявление и экспертная криминологическая диагностика соответствующих объединений физических лиц криминальной направленности, легальных организаций, находящихся под влиянием (покровительством) криминальных элементов либо использующих преступные средства в своей деятельности. Далее следует оценить степень  их влияния на процессы, происходящие в стране или регионе.

Следующий  необходимый этап – экспертное ранжирование государств по степени развитости, масштабам организованной преступности, коррупции и отмывания  грязных денег. На этой основе важна подготовка специальных рекомендаций как отдельным государствам, так и международному сообществу.

Ведущее место в нашей книге отведено общей характеристике феномена ТОП, соответствующему понятийному аппарату. Автор данной главы (Гл.1. Общая характеристика ТОП), к.ю.н., директор Иркутского Центра по изучению организованной преступности А.Л. Репецкая делает это, основываясь на изучении главным образом современной, и прежде всего, американской литературы. Российский читатель, пожалуй, впервые ознакомится с целым первоисточников современной зарубежной криминологии по данной проблеме.

4. Особый интерес в изучении проблемы ТОП, для нашего исследовательского коллектива, по понятным причинам представляет ее «российско-американский срез». Так распорядилась жизнь, что предметом повышенного беспокойства для наших стран стали преступные формирования, оперирующие в США и сложившиеся из выходцев бывшего Советского Союза. Для научного анализа наиболее плодотворным представляется двусторонний подход, который сочетал бы в себе материалы, освещающие деятельность названных группировок как в США, так и на территории России (их связи, финансовые потоки, перемещения и т.п.). Немалую пользу могло бы дать сопоставление документов, оформляющих те или иные операции,  и их этапы в разных странах. В ряде случаев только такое сопоставление может обнаружить различные нарушения законодательства и  послужить основанием для пресечения  этих нарушений. Подобное изучение, по нашим данным, еще не проводилось. Мы его также пока только планируем.

Представляется, что внимание читателя привлечет специальный параграф (Гл. 2.1. ТОП в Соединенных штатах: определение проблемы), посвященный транснациональным аспектам ОП в США. Автор этого  материала -–Луиз Шелли.

Российским читателям будет интересно также ознакомиться и с экспертными оценками американской стороны состояния, масштабов и тенденций в российской организованной преступности (РОП). Такие оценки, в частности, содержатся  в одном из последних аналитических докладов, перевод которого мы поместили в Приложении к нашей книге (Прил. 2. Организованная преступность и коррупция: дилеммы перед Путиным).

Представляемый вниманию читателя доклад подготовлен группой исследователей американского  Центра стратегических и международных исследований (CSIS), который был опубликован не так давно, в 2000 году, в Вашингтоне. К опубликованию представлен сокращенный и обобщающий перевод, выполненный Владивостокским Центром по изучению организованной преступности.

Это  второй глобальный документ CSIS, в котором делается попытка дать оценку состоянию, масштабам и тенденциям развития российской организованной преступности, степени ее возможной угрозы национальной безопасности США.

Первый доклад был обнародован в 1997 г. и вызвал большой интерес и далеко не однозначную реакцию российских политиков, практиков-юристов и ученых12. Полагаю, что безотносительно к тому, достаточно ли обоснованны выдвинутые в нем выводы и положения, согласится ли российский читатель с ними, ознакомление с указанным докладом будет интересным и безусловно полезным российским юристам, как практикам, так и ученым, да и российской общественности в целом. Свое видение данной проблемы - вместо комментария - представляет Я.Аминьева, исследователь Владивостокского Центра (см. Приложение 1).

 Интерес российского читателя наверняка вызовет обобщающая статья Луиз Шелли, посвященная коррупции в России после Ельцина13. Мы помещаем этот материал вслед за докладом CSIS, поскольку его содержание перекликается с  последним.

5. Обращаясь к исследованию феномена ТОП, мы исходим из того, что она входит в качестве составной части в более общее социальное явление – организованную преступность и обладает всеми присущими этому явлению свойствами. При этом для нас немаловажно выявить  как общие для зарубежной и российской ОП черты,  так и специфические особенности, присущие главным образом РОП и ее дальневосточным преступным формированиям.

 Общими признаками РОП и зарубежной ОП представляются следующие:

  •  сверхдоходы составляют цель и смысл существования преступных группировок;
  •  насилие, подкуп и угрозы – типовые средства обеспечения целей;
  •  наличие более или менее устойчивых структур с внутренней иерархией;
  •  наличие типовых приспособительных механизмов (коррупция как способ защиты от государственного контроля; отмывание денег как способ адаптации к легальной экономической деятельности и романтизация образа преступника как «идейного» борца с социальной несправедливостью).

 Отличительными особенностями РОП в сравнении с зарубежными «партнерами», на наш взгляд, являются:

  •  захват командных высот в легальной экономике (теневая экономика составляет не менее половины ВВП страны). За рубежом ОП главным образом паразитирует на нелегальных видах деятельности;
  •  сравнительно большее сращивание с государством. РОП является «более мафиозной». Если руководство страны находится (по крайней мере, находилось до недавнего времени) под сильным влиянием олигархов, то руководство регионов нередко попадает в большую зависимость от лидеров преступных групп или сообществ;
  •  исключительная «непатриотичность». В то время, когда итальянские и колумбийские грязные деньги инвестируются в национальную экономику, российские капиталы безостановочно и безнаказанно покидают страну.  За последние десять лет из России предположительно вывезено денег на сумму, эквивалентную примерно 300 млрд. долларов;
  •  правоохранительные органы России гораздо больше знают, чем делают. Причина такой пассивности заключена как в их определенной коррумпированности, так и в несовершенстве действующего законодательства, которое содержит довольно крупные прорехи, через которые ускользают правонарушители.

 К основным особенностям ОП Дальнего Востока можно отнести, во-первых, сравнительно большой масштаб внешнеэкономической деятельности в силу географического; во-вторых, заметную «сырьевую» ориентацию, связанную с морепродуктами, лесом,  металлами и, наконец, в-третьих, тесную связь ОП с процессом присвоения и разворовывания  морских транспортных средств. Более подробно об этом пойдет речь в главе, посвященной региональным характеристикам ТОП. Два параграфа этой главы (2.3 и 2.4) написаны к.ю.н., ведущим исследователем Владивостокского Центра В.И. Шульгой.

Свои особенности характерны и для ОП других стран Азиатско-Тихоокеанского региона.  Некоторых из них анализируются в параграфе 2.2, подготовленном к.ю.н., заведующим кафедрой экономики и права Артемовского института ДВГУ и ведущим исследователем Владивостокского Центра А.М. Ивановым.

6. В главе, посвященной отдельным видам ТОП, значительное место уделено такому сравнительно новому и быстро развивающемуся виду преступления, как торговля людьми.

Данные, полученные из самых различных источников, неопровержимо указывают на явную тенденцию разрастания торговли людьми в мире. Так, за четыре века классической работорговли «оборот» не превысил 12 миллионов человек. За последние же тридцать лет в одной лишь Азии число женщин и детей, проданных в секс-рабство, составило 30 миллионов. Большая часть этого бесчеловечного бизнеса – в руках преступных организаций14.

На ХХ конгрессе ООН, проходившем в апреле 2000 г., отмечалось, что торговля людьми – самый быстро развивающийся рынок в мире. Он включает три основных компонента: незаконный ввоз иностранцев; сексуальное рабство женщин и детей; экономическое рабство во всех его формах15.

Получателями прибыли, по оценкам специалистов, нередко являются транснациональные организации торговцев и сутенеров, которые рассчитывают на неведение женщин, ищущих трудоустройства и возможностей для будущего16.

Согласно оценкам Объединенных Наций, четверть из четырех миллионов проданных людей ежегодно используются в сексиндустрии. Таким же образом, в результате вывоза, российские женщины занимаются проституцией  более чем в 50 странах.17 

Для России проблема торговли людьми с каждым днем приобретает все более острый характер, особенно на Дальнем Востоке. Так, сегодня в Китае находится от 5 до 10 тыс. российских граждан, используемых в качестве «живого товара». Об этом сообщали СМИ со ссылкой на заместителя Генерального прокурора РФ по Дальнему Востоку К. Чайку. Утверждается, что в своем большинстве это жители Дальнего Востока, приехавшие в эту страну без визы. Там их используют по своему усмотрению китайские и российские организованные преступные группировки, продавая и перепродавая «живой товар» друг другу. Основной вид занятий попавших в рабство россиян – проституция и наркоторговля18

Согласно  данным Международной организации по миграции, все агентства «невеста-по-почте», предлагающие женщин из стран СНГ, находятся под контролем организованных преступных групп.

Вряд ли ситуация чем-то сильно отличается во Владивостоке. Примечательно, что в одной из новых книг, посвященных РОП (вышла в США),  в характеристике преступных группировок Владивостока, отмечается, в частности связь по крайней мере половины из них с сексбизнесом, в том числе зарубежным.19

Возникает вопрос, каким образом подобная весьма опасная деятельность может беспрепятственно осуществляться? Наиболее вероятным ответом может являться предположение о высокой степени коррумпированности соответствующих служб.

Чиновники на ключевых постах и на многих уровнях используют свои полномочия для обеспечения защиты преступной деятельности. В течение двухлетнего исследования торговли женщинами из России Всемирная Сеть Выживания выявила, как предполагается, доказательства соответствующего пособничества сотрудников МВД, ФСБ и МИДа.20

В этой связи представляется уместным развеять один из наиболее распространенных мифов о том, что большинство женщин сами охотно идут в сферу подобного бизнеса. Едва ли можно согласиться, например, с некоторыми оценками, согласно которым чуть ли не каждая восьмая жительница Владивостока является проституткой.

Если бы проституция была желанной и доходной работой, торговцам не нужно было бы прибегать к хитрости, насилию и порабощению женщин для удерживания их в сексиндустрии21.

Еще один распространенный миф, который, к сожалению, разделяют и некоторые участники Круглого стола, организованного Владивостокским Центром (сентябрь, 2000 г.), заключается в предложениях легализовать проституцию, что якобы приведет к резкому ее уменьшению.

Многочисленные исследования, напротив, свидетельствуют о том, что легализация проституции, сутенерства и борделей становится причиной увеличения торговли женщинами для удовлетворения спроса, созданного сексиндустрией. Также есть доказательства из Австралии, что легализация проституции и борделей стала причиной “значительного увеличения организованной преступности”,22  торговли и порабощения женщин.23

Как нам представляется, легализация секс-индустрии приводит  к ограничению возможностей в определении состава преступления, в изобличении и наказании иорговцев «живым товаром», так как значительно усложняет процесс доказывания, например, принуждения или насилия в делах, имеющих чаще всего латентный характер, что пойдет лишь на пользу транснациональным преступным организациям24.

Таким образом, у столь сложного явления, как торговля людьми, не может быть простого и быстрого решения. Однако сложившаяся ситуация требует  от властей и общественности России и других стран неотложных и адекватных мер  противодействия этому злу.

Данную проблему подробно рассматривают в своих материалах (Гл. 3) Салли Стокер, ведущий исследователь TraCCC; М. Буряк, аспирантка кафедры уголовного права Дальневосточного университета и Л.Д. Ерохина, к.ф.н., проф., заведующая кафедрой философии ВГУЭС.

7. Разумеется, в работе, посвященной ТОП, мы не могли обойти вниманием и проблему наркобизнеса в его транснациональных аспектах. Это общемировая  проблема, острота которой ощущается и на Дальнем Востоке России. Отчасти она раскрывается и в  новой книге исследователя Владивостокского Центра к.ю.н., проф. Л.И. Романовой, к которой мы и отсылаем наших читателей25. Вместе с тем представляется целесообразным ознакомить специалистов, интересующихся данной проблемой, с механизмом организованного сбыта наркотиков через зону так называемого «Ошского наркоузла», который играет одну из ключевых ролей в этом процессе. Соответствующие данные в наш сборник представлены сотрудником органов МВД Александром Зеличенко, в то время работавшим в названном районе (Гл. 3.3).

8. Один из центральных вопросов обсуждаемой проблемы– это вопрос о причинах разрастания ОП в целом и ТОП в частности, о взаимосвязи генезиса последней с процессом мировой экономической глобализации. Многими экспертами уже отмечалась данная взаимозависимость и на этой основе делались некоторые практические рекомендации мировому сообществу. Суть их главным образом сводится к предложениям поставить ТОП под эффективный международный контроль, чтобы плодами глобализации пользовались народы, а не горстка сорганизовавшихся нечестных дельцов.

По статистическим данным, в мире сейчас насчитывается 50-60 тысяч транснациональных корпораций (ТНК), а из них наиболее крупных – 100-150. На их долю к началу 90-х годов приходилась половина объема торговли развитых стран и 80-90% экспорта топливно-сырьевых и сельскохозяйственных товаров  развивающихся. ТНК все больше увеличиваются в размерах,  угрожая экономическому суверенитету ряда стран26.  

 Как отмечает французский «Монд дипломатик», если прежде в качестве главных завоевателей выступали государства, то теперь ими стали предприятия, конгломераты, частные промышленные и финансовые группы, которые претендуют на роль вершителей судеб мира. До этого никогда их круг не был столь малочисленным и столь могущественным27. Джордж Сорос пишет в одной из своих последних книг, что сегодняшняя система мирового капитализма является почти полностью внетерриториальной, даже экстерриториальной28.

В связи с изложенным весьма важным представляется выявить реальную или потенциальную связь ТНК со структурами ТОП, в том числе и в России. С учетом того, что экономическая система России является достаточно криминализированной, симбиоз организованных криминальных структур с ТНК может иметь разрушительные последствия не только для России, но и в конечном счете для мирового сообщества.

По данным ГУБЭП МВД РФ, предприятия России  22 тыс. валютных контрактов недополучили за последние три года 12 млрд. долларов. Схема стандартна: экспортная выручка не возвращается в страну, а фирма ликвидируется. Доля теневых сделок в экономике составляет в США, Германии и Японии от 10 до 15%, тогда как в России – 40%29

По мнению специалистов, в современной России сформировались отлаженные механизмы по перекачиванию ресурсов и средств нации в карманы отдельных лиц или кланов, причем механизмы эти являются глобальными – общероссийскими и интегрированными мировыми государственными, межгосударственными и коммерческими институтами. Российские национальные ресурсы при пересечении государственных границ разделяются:

  •  на маленький ручеек средств, которые возвращаются в Россию и официально тратятся на нужды страны;
  •  на большой поток средств, выведенных из оборота, которые в личных интересах «отмываются», затем возвращаются под видом иностранных инвестиций в личных интересах отдельных лиц и групп;
  •  на большой поток средств, которые вкладываются в зарубежную экономику и остаются там30.

Всех, кому небезразлична судьба России как государства, ее исторические перспективы, не может не тревожить все более проявляющаяся тенденция сращивания интересов организованных криминальных структур с ведущими зарубежными коммерческими и политическими институтами в направлении неэквивалентного вывоза капиталов и иных ресурсов за границу. В частности, это выражается в том, что крупные зарубежные компании уже контролируют алюминиевую и медеплавильную промышленности, в том, что на счетах только швейцарских банков преступные группировки сосредоточили не менее 10 млрд. долларов и т.п.31.

В печати высказано мнение, что беды России проистекают как раз из закономерностей глобального экономического развития: как часть мировой периферии, наша страна не может иметь иной капитализм, кроме «дикого» и олигархического;  иное государство, нежели авторитарное, бюрократическое и коррумпированное32.

К сожалению, мы вынуждены пока оставить это утверждение в ряду требующих проверки и возможного опровержения. Дальнейшее исследование этого и других вопросов, в том числе и о связи процесса мировой глобализации с ростом транснациональной организованной преступности еще только предстоит.

В Приложениях к нашей книге мы поместили ряд дополнительных разделов. Здесь читатель найдет библиографию литературы по организованной преступности, фрагменты перевода Всемирного отчета о преступности ООН и другие материалы. В разделе «Научная жизнь» (Приложение 11) содержатся как наш своеобразный творческий отчет обзоры научных конференций и семинаров, проведенных с участием сотрудников Владивостокского Центра

В.А. Номоконов,

директор

Владивостокского Центра

по изучению организованной

преступности

при Юридическом институте ДВГУ

8 ноября 2000 г.

ГЛАВА I. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ТРАНСНАЦИОНАЛЬНОЙ   ОРГАНИЗОВАННОЙ ПРЕСТУПНОСТИ33 

1.1 Понятие и признаки транснациональной организованной     преступности. 

Организованная преступность во всем мире принимает транснациональный характер. На пороге нового XXI века именно транснациональная организованная преступность по существу стала реальной угрозой для безопасности всего человечества как по своим масштабам, так и по разрушительному влиянию.

Транснациональная организованная преступность (ТОП)  формирует силу, угрожающую социально-экономическому развитию  любого из государств, при этом масштабы ее постоянно растут. Она способна не просто расширять свою деятельность, но и нацеливать ее на подрыв безопасности экономики государств, в первую очередь развивающихся стран и стран с переходной экономикой.

Вместе с тем, это  явление носит глобальный характер, от него не застраховано ни одно государство, ни один регион. Необходимо адекватно оценивать масштабы и степень угрозы, которую несет в себе быстро разрастающаяся транснациональная организованная преступность. Для этого прежде всего нужно  понимать, что это явление представляет собой не новую «традиционную» форму организованной преступности, а существенно новый вид деятельности, позволяющий организованным преступным структурам  угрожать стабильности целых государств, и препятствовать их экономическому развитию, и даже подрывать демократические институты, демонстрируя при этом свое могущество и неуязвимость.

Четкое определение круга признаков транснациональной организованной преступности позволит выявить ключевые аспекты, на основе которых можно исследовать все особенности этого явления, а также выделить из круга различных организованных преступных структур те, которые составляют его ядро. Однако для оперирования понятием «транснациональная организованная преступность» (ТОП) необходимо, прежде всего, уяснить его содержание.  С помощью понятийной характеристики ТОП можно представить масштабы угрозы, которую несет это явление, определить пути формирования транснациональной организованной преступности, причины ее возникновения и существования. Это, в свою очередь, позволит международному сообществу попытаться предпринять адекватные меры противодействия ТОП, объединив усилия всех государств.

К сожалению, осознание глобальной угрозы, которую несет транснациональная организованная преступная деятельность, и постановка проблемы необходимости борьбы с ней начались лишь в последние годы уходящего столетия.34 Несмотря на отдельные попытки описания транснациональной организованной преступности, до  последнего времени нет всеобъемлющей характеристики этого явления, четкого  определения его понятия.

Между тем усилия, направленные на формулирование определения этого явления, предпринимались много раз, но они  не проясняли сути проблемы.

Несколько предложений определения транснациональной организованной преступности рассматривались на международном симпозиуме по организованной преступности в Сант-Клауде в 1988 году. В результате обсуждения 84 участника из 46 стран-членов Интерпола пришли к соглашению принять за основу для будущих дискуссий рабочую формулу обозначения обсуждаемого понятия - «транснациональная организованная преступность». Было решено понимать ТОП как «любое участие или организацию группы людей, которые непрерывно практикуют преступную деятельность, и чья главная цель – делать прибыль везде безотносительно к национальным границам»35.    

Таким образом, исходя из анализа этого определения, можно выделить по крайней мере четыре признака: (1) наличие организации или участие в ней; (2) непрерывность; (3) наличие цели – прибыли, (4) способы ее достижения, базирующиеся на игнорировании национальных границ.  

Все перечисленные признаки, несомненно, определяют те или иные аспекты ТОП, однако три первых являются базовыми и для определения организованной преступности в целом. Для выделения в этой формуле преступности ее транснациональной части остается единственный признак – осуществление преступной деятельности как внутри, так и за рамками национальных границ. Отражая суть ТОП, этот единственный признак все-таки не позволяет в полной мере осознать глобальность проблемы и тем более охватить характеристику ее особенностей.  

Между тем существующее видение этой проблемы в зарубежной криминологической литературе представлено достаточно широко36. Отдельными авторами описательные признаки понятия ТОП даются с разных позиций, а потому  в их характеристике наблюдаются определенные различия. Можно выделить два доминирующих подхода к попытке определить, что собой представляет ТОП: с акцентированием внимания на описании самих преступных организаций, которые занимаются транснациональной преступной деятельностью, и через описание характерных для нее признаков такой деятельности.

В рамках первого подхода предлагается подробная характеристика  истории развития, организации и специализации деятельности основных транснациональных преступных организаций, их некоторые структурные особенности37. Это не позволяет выделить те признаки, наличие которых поможет отграничить их от других развивающихся преступных организаций, также приобретающих транснациональный характер и выходящих на международную арену за своей долей сверхприбылей.

В этой ситуации наиболее рациональным является другой подход к понятию транснациональной организованной преступности – через анализ наиболее типичных признаков, присущих транснациональным преступным организациям,   характерных именно для этой формы преступности.

Перечень таких признаков, приводимый различными исследователями, варьируется от трех до четырнадцати. Анализ разных наборов признаков свидетельствует о том, что в отдельных случаях они включают как признаки, характеризующие  организованные преступные формирования в целом, так и те, которые позволяют выделить среди них имеющие транснациональный характер. В других случаях приводятся только те признаки, которые являются определяющими для разграничения традиционных организованных и транснациональных  преступных организаций.38

Наиболее полный набор характеристик приводится Канадской полицейской уголовно-разведывательной дирекцией. Он включает следующие признаки и их краткие характеристики.

  1.  Коррупция: использование незаконного влияния, эксплуатация  слабостей и  шантаж общественных и политических деятелей.
  2.  Дисциплина: принуждение  к повиновению организации с помощью  страха и насилия.
  3.  Внедрение: приложение усилий к проникновению в законные институты для увеличения возможностей получения прибыли в дальнейшем или повышения уровня защиты от разоблачения.
  4.  Изоляция: защита лидеров организации путем отделения их от рядовых членов, ячейки от ячейки и функции от функции.
  5.  Монополия: контроль над определенной сферой криминальной активности внутри географической территории с нетерпимостью к конкуренции.
  6.  Мотивация:  единственной мотивацией является власть и влияние, проистекающие от накопления богатства, получением политических или социальных выгод.
  7.  Ниспровержение: общественных институтов, правовых и моральных ценностей.
  8.  История: допускает захват и усовершенствование криминальной деятельности.
  9.  Насилие: используется без колебаний для достижений преступных целей организации.
  10.  Преступная извращенность: в использовании передовых коммуникационных систем, финансовых операций и контроля.
  11.  Непрерывность: подобно корпорации, организация способствует сохранению  тех, кто ее создает и ей управляет.
  12.  Разнообразие в незаконной деятельности: к устранению зависимости организации от одного вида преступной деятельности.
  13.  Связь:  члена с членом, и члена с организацией для солидарности и защиты, часто через комплекс обрядов посвящения.
  14.  Мобильность: игнорирование национальных и юрисдикционных границ.39

         Несомненно, что транснациональная организованная преступность по ряду признаков совпадает с общими характеристиками преступности организованной. Представленный перечень признаков в большей степени имеет общий характер, лишь последний из них в какой-то степени указывает на транснациональность, которая все-таки не должна пониматься столь узко. Поэтому концепции определения признаков транснациональных преступных организаций через характеристики, позволяющие отграничить их от иных организованных преступных формирований,  присущих только ТПО, более близки к их понятию.

        Так, например,  Л. Шелли выделяет три отличительных признака транснациональных преступных организаций: 1) ТПО базируется в одном государстве; 2) может совершать свои преступления и в одной стране, но обычно это происходит в нескольких странах; 3) руководство преступной деятельностью в таких организациях имеет низшую степень риска разоблачения, поскольку оно в значительной степени отдалено от исполнения40.

        Сходные признаки ТПО содержит концепция других американских исследователей Р. Годсона и В. Олсона. Они указывают на такие отличительные характеристики транснациональных преступных организаций,  как глобальный масштаб их операций и переход  преступной деятельности через границы государств. Глобальные сети  ТПО обеспечивают им мобильность, эффективную коммуникацию инфраструктуры, международные связи для их преступных предприятий и иногда для групп, не имеющих криминального характера, но желающих использовать их сервис, а также быструю адаптацию к усилиям правоохранительных органов.

       Помимо этого, они позволяют им создавать новые продукты ( как, например, «крэк», который революционизировал американский кокаиновый рынок в 80-х годах) или открывать новые территориальные рынки для своих товаров и услуг, как это пытались сделать кокаиновые картели, устанавливая связи с итальянской мафией и другими европейскими криминальными организациями. ТПО способны приспосабливать в своих интересах изменение ситуации в какой-либо стране и хорошо использовать разногласия в международной кооперации правоохранительных сил41.   

       Таким образом сложность понимания сущности транснациональной организованной преступности не допускает постановки простых обобщений, а ТПО не являются прототипом преступных картелей. Поэтому их характеристики в большей степени зависят от содержания той деятельности, которая составляет смысл существования транснациональных преступных организаций.

        ТПО занимаются широким спектром криминальной деятельности, начиная от таких традиционных видов, как незаконный оборот наркотиков и оружия и завершая промышленным и технологическим шпионажем, манипуляций на финансовом рынке.  Коррупция и контроль за группами внутри и вне правовой государственной системы используются как средства осуществления такой преступной деятельности. А «отмывание» денег через их вложение в банки,  финансовые институты и бизнес во всем мире становится центральной транснациональной особенностью деятельности ТПО42.

         В отечественной научной литературе  понятие ТОП рядом авторов определяется по-разному: на основе описания ее наиболее типичных признаков, через характеристику транснациональных преступных организаций43, а также посредством определения более широкого понятия «транснациональной преступности»44 и более узкого понятия «деятельности транснациональных криминальных корпораций»45.

Несомненно, что ТОП, как и любые другие формы преступности, подчиняется своим, характерным для нее методам деятельности и модулю поведения ее членов. Поэтому при описании ее основных признаков неизбежно дается характеристика как самой деятельности, так и ее субъектов. Между тем разграничить субъектов организованной преступности, существующей в рамках границ определенных государств, и транснациональных ее форм возможно только с помощью анализа их деятельности. В этой связи представляется, что ведущим отличительным признаком  ТОП является специфика деятельности, которая имеет помимо  транснациональный характер.

Определение этого ведущего признака ТОП позволяет очертить границу между национальной организованной преступностью, существующей внутри отдельных государств, и транснациональной.  Базой  его определения является трактовка термина «транснациональный», предложенная еще в 1971 году американскими криминологами, которая была взята за основу при обсуждении проблем транснациональной организованной преступности на Всемирной конференции в Неаполе в 1994 году46.

              Под транснациональной организованной преступной деятельностью  понимается  осуществление  преступными организациями  незаконных операций,   связанных с перемещением потоков информации, денег, физических объектов, людей, других материальных и нематериальных средств через государственные границы с целью использования благоприятной рыночной конъюнктуры в одном или нескольких иностранных государствах  для получения существенной экономической выгоды, а также для эффективного уклонения от социального контроля с помощью коррупции, насилия и использования значительных различий в системах уголовного правосудия разных стран.

               Таким образом, организованная преступная деятельность  становится транснациональной, если

  1.  она связана с незаконными операциями по  перемещению материальных и нематериальных средств через государственные границы, которые  приносят существенную экономическую выгоду;
  2.  при ее осуществлении используются благоприятная рыночная конъюнктура других государств, значительные различия в системах уголовного правосудия разных стран, а также проникновение в их легальную экономику с помощью коррупции и насилия.

              Транснационализация организованной преступной деятельности, т.е. выход ее за границы национальной территории одного государства, в настоящее время является международным процессом, в сущности - это один из высших уровней криминальной эволюции47.

        Современные коммуникационные технологии и обширные связи организованной преступности облегчили ей установление контактов с партнерами в других странах и на других континентах; современные банковские системы электронных расчетов дают возможность осуществлять международные преступные сделки, связанные в первую очередь с «отмыванием» доходов, полученных незаконным путем, а также различного рода финансовыми махинациями.

         Транснациональная организованная преступная деятельность является наиболее рациональной и профессиональной частью криминального поведения, для нее наиболее характерным является стремление  свести до минимума возможный риск и извлечь максимальную прибыль. Преступные организации способны учиться на своем и чужом опыте, обладать стратегическим видением ситуации и ее возможным развитием. Они часто прибегают к помощи высококлассных специалистов, используют самые современные технологии. Организованные преступники, действующие в той или иной стране, никогда бы не переступили ее национальных границ, если бы не видели выгоды, не получали бы серьезных преимуществ и возможностей48.

         Преследуя именно эти цели, наиболее мощные национальные преступные организации стали осуществлять операции в международном масштабе, превратившись в транснациональные преступные организации.

          Транснациональные операции позволяют преступным  организациям получать доступ на выгодные рынки и находить пути проникновения на них, действуя при этом из районов, где они  чувствуют себя относительно недосягаемыми для правоохранительных органов. Доходы от преступной деятельности направляются по каналам мировой финансовой системы и укрываются в оффшорных зонах и центрах банковской деятельности с относительно мягким регулированием.

          Такие организации становятся важными участниками мировой экономической деятельности и играют ключевую роль в запрещенных законом сферах (например, в производстве и торговле наркотиками), которые приобрели глобальные масштабы и приносят прибыль, превышающую размер валового национального продукта некоторых развивающихся и развитых государств49. Согласно экспертам Вашингтонского национального стратегического информационного комитета доход «мировой мафии» составляет приблизительно 1 трл. долларов. Эта сумма является почти эквивалентной американскому федеральному бюджету50.

               Между тем определение понятия транснациональной организованной преступности нельзя ограничивать только характеристикой  транснациональной организованной преступной деятельности. Важным компонентом этого понятия является и характеристика специфики субъектов, осуществляющих такую деятельность.  Кроме того, характеристика ТОП только через ее деятельность   не позволяет однозначно отграничить понятие транснациональной организованной преступности от таких смежных понятий, как, например международной преступности, одним из признаков которой также  является  «игнорирование национальных границ» при совершении преступлений.   

             Разграничивая эти понятия, следует отметить, что международная преступность представляет собой противоправное функционирование транснационально-структурированных или профессиональных преступных объединений, не имеющих четкой организации групп обычных преступников разной численности и характера сплоченности (в том числе преступников одиночек),  связанное с пересечением ими границ государств для реализации  преступных замыслов, а также всю совокупность совершаемых ими деяний, в основном целью которых является противозаконное  получение материальных и денежных средств51.

          Несомненно, что «международная преступность» значительно более широкое понятие, чем «транснациональная организованная преступность», и что последняя является ее структурным элементом.  Разграничение же этих понятий происходит по субъектам транснациональной преступной деятельности, по ее масштабам и степени организованности.

            Субъектами международной преступности, как следует из определения ее понятия, являются любые группы и организации, а также преступники-одиночки. Транснациональная организованная преступность имеет более узкий субъектный состав,  имеющий ряд свойственных только ему признаков. Основную группу субъектов ТОП составляют преступные организации и сообщества, опирающиеся на сети своих филиалов в разных странах. Наиболее типичными признаками для них являются:  высокая степень организованности; семейная или этническая основа, позволяющая решать проблемы пополнения, посвящения и дисциплины внутри организации;  наличие транснациональных связей с преступными организациями в других странах, а также стремление к достижению и защите узкокорпоративных интересов,  быстрая адаптация к усилению воздействия на них правоохранительных органов.   

           Кроме того, часть субъектов ТОП представляет собой симбиоз преступных организаций и государства, где последнее через свои органы использует преступные средства, способы и виды деятельности для достижения собственных целей или полностью зависит от таких организаций, которые, в свою очередь, используют государственную атрибутику как прикрытие истинной сущности своей деятельности.

            Транснациональная организованная преступная  деятельность, которую осуществляют ее субъекты, помимо общего признака «пересечения границ», характеризуется непрерывным функционированием, глобальными масштабами связей, а также структурным сходством в своей деятельности с легальным бизнесом; но с более высокой степенью защиты от социального контроля,  использованием  коррупции и насилия в качестве основных методов достижения целей.

                В этой связи транснациональную организованную преступность можно определить как функционирование преступных  организаций и сообществ, имеющих разветвленную сеть филиалов в других странах, использующих   международные связи   для постоянного осуществления глобальных незаконных операций, связанных с перемещением потоков информации, денег, физических объектов, людей, других материальных и нематериальных средств через государственные границы с целью использования благоприятной рыночной конъюнктуры в одном или нескольких иностранных государствах  для получения существенной экономической выгоды, а также для эффективного уклонения от социального контроля с помощью коррупции, насилия и использования значительных различий в системах уголовного правосудия разных стран.

     Исходя из приведенной выше характеристики ТОП, рассмотрим особенности этого специфического вида преступности.

               Прежде всего, следует отметить, что любая деятельность, осуществляемая транснациональными преступными организациями, должна быть  прибыльной. Именно высокая прибыль и постоянное увеличение доходов является для транснациональных преступных организаций доминирующей целью. Все другие цели и мотивации, включая политические, имеют второстепенный характер.

                Однако аналогичные цели имеет любая организованная преступная группировка. ТОП отличает то, что  прибыли, которые она получает, систематически осуществляя свою деятельность на территории другого государства или нескольких стран, имеют колоссальные размеры, а преступные организации получают их в результате осуществления широкомасштабной преступной деятельности.  Так, например,  оценка уровня торговли наркотиками в розничной продаже только в Соединенных Штатах равна 50 млрд. долларов. Доходы, получаемые колумбийскими  картелями, оцениваются в 20 млрд. долларов, тогда как объединенные годовые бюджеты правительств таких стран как, Колумбия, Боливия и Перу, не превышают 9 млрд. долларов.52   

                 Транснациональная преступная деятельность, с учетом ее  глобального масштаба, мало чем отличается по своему строению  и организации от крупнейших легальных корпораций, располагающих постоянными специализированными структурами для осуществления различных экономических операций: экспортно-импортных, торговых, кредитно-финансовых и др., что позволяет отграничивать ТОП от деятельности преступных организованных групп, имеющих возможность лишь эпизодически осуществлять отдельные международные операции.

               В связи с широким спектром и масштабом высоко-прибыльной  деятельности транснациональные преступные организации осуществляют контроль над огромными финансовыми средствами, иногда превосходящими размеры валового национального продукта некоторых стран. Развивающиеся страны и страны с переходной экономикой, в условиях перестройки экономических отношений нередко оказывается в значительной степени зависимыми   от  действующих на их территории  транснациональных преступных организаций.

           Такая зависимость обусловливает масштабное проникновение представителей ТОП в органы власти и управления государства, приводит к тому, что они оказываются вовлеченными  в ее преступную деятельность, сами становятся ее проводниками и активно уклоняются от международного сотрудничества в борьбе с транснациональной организованной преступностью.53 

             

Созданный таким путем сложный конгломерат из властных государственных и транснациональных преступных органов начинает действовать как единый механизм по хорошо отлаженной схеме, не только легко подчиняя  своим интересам национальную экономику, но и воздействовуя на экономику других стран, в которых осуществляется такая преступная деятельность. При этом преступники фактически защищены от любых видов контроля, поскольку государство, призванное таковой осуществлять, напротив, направляет свои усилия на обеспечение еще большей безопасности  для преступной деятельности. Это,  конечно, крайний случай,  демонстрирующий реальность и силу ТОП, ее способность подчинять своим интересам целые государства, препятствовать их экономическому развитию и в целом угрожать международной безопасности.  Однако, уже сегодня можно говорить об этом, исходя  не  из гипотетических предположений, а как о реальной действительности, которую, например, демонстрируют всему миру некоторые азиатские и южноамериканские наркогосударства,  в бюджеты которых входит запланированное получение доходов от торговли наркотиками.

              Между тем большинство государств все-таки пытается противостоять экспансии транснациональной организованной преступности, и последней приходится (в борьбе за рынки сбыта, защищаясь от социального контроля и т.п.) применять насилие и коррупцию для достижения своих основных целей и защиты собственных интересов.  Наличие в этих случаях  представителей ТОП в органах государственной власти и управления, правоохранительных органах значительно облегчает этот процесс.

              Насилие и коррупция дифференцированно используются преступными организациями в основном для быстрого решения специфических проблем. Наиболее часто насилие используют для осуществления непрерывности процесса преступной деятельности, т.е. исключительно в интересах «дела»: для обеспечения дисциплины в организации, при возникновении угрозы безопасности, в целях запугивания конкурентов. Уровень насилия в разных преступных организациях может варьировать, но в любом случае насилие является принципиальным, контролирующим инструментом для достижения их прагматических целей.54

             Обычно  насилие прямо не используется в отношении официальных органов. Здесь широко применяется другой эффективный метод воздействия – коррупция. Правоохранительные структуры и государственные исполнительные органы коррумпируются во избежание расследования и наказания, для получения незаконных преимуществ и лоббирования интересов транснациональных преступных организаций. Коррупция может использоваться для нейтрализации как отдельных лиц, так и целых учреждений и может иметь самые пагубные последствия для сферы политики, так и социальной структуры общества.

             Нередко ТОП коррумпируют иностранных должностных лиц с целью получения возможности вести или продолжать экономическую деятельность в какой-либо стране, либо получать какое-либо несоответствующее преимущество.55   Обладая значительными суммами наличных денег, преступные организации подкупают высших государственных чиновников, включая министров и правительственных лидеров. Транснациональная коррупция во многих регионах мира становится нормой, и ТОП является только одним из многочисленных видов бизнеса,  использующих взятку для реализации  своих интересов. Можно только догадываться, сколько тратиться на подкуп должностных лиц, когда речь идет о преступных транснациональных операциях, поскольку, например, только в легальной международной торговле оружием ежегодно на взятки тратится около 2,5 млрд. дол.56

            Глобальность масштаба операций ТОП является одной из наиболее ярких отличительных черт этого вида преступности от ее традиционных организованных  форм. Этот признак  определяет и специфику международных транснациональных связей, с помощью которых преступная деятельность транснациональных преступных организаций является бизнесом мирового распространения.   Глобальность операций невозможна без обширных сетевых структур таких организаций, покрывающих территории целых континентов. Однако кроме устойчивых связей с собственными филиалами, находящимися в разных точках мира, ТПО имеют и стратегические международные контакты, перерастающие иногда в крупнейшие альянсы разных транснациональных преступных организаций. И эта тенденция становится типичной чертой, отграничивающей ТОП от традиционных форм.

         Несомненно, традиционные организованные группы могут иметь зарубежные связи, но это не всегда является признаком их принадлежности к ТОП, поскольку важную роль в определении специфики таких связей играет глобальность их  масштаба.

          Так, например, американские криминологи считают традиционную американскую мафию, известную как Коза Ностра (LCN), преступной организацией старого типа.  Хотя члены  LCN воспитаны на традиционных принципах Сицилии, LCN никогда не была дочерней компанией или орудием сицилийской мафии. Она поддерживает международные связи с покупателями, например, алкоголя и героина определенных стран, но не имеет своих филиалов  за рубежом. На этом основании В.Олсон и Р.Годсон считают, что деятельность LCN является в сущности национальной и региональной.57

          Глобальные же сети транснациональных преступных организаций (например колумбийских картелей, представляющих собой вертикально интегрированный глобальный бизнес, в котором задействованы десятки тысяч специализированных работников и других связанных с ним людей)  обеспечивают мобильность, эффективную коммуникацию инфраструктуры, международные связи с преступными предприятиями, в том числе и некоторыми некриминальными группами, чтобы в своих корыстных целях сервисные возможности. Все это также повышает способность ТОП создавать целые новые рынки для товаров и услуг.

             Кроме того, международная глобальная сеть транснациональных преступных организаций обеспечивает им быструю адаптацию в условиях даже самых жестких действий, предпринимаемых правоохранительными органами отдельных стран и возможность легко уходить от социального контроля из национальных границ одного государства в другие. Например, после попыток американских сил правопорядка закрыть поток героина, производящегося в Турции, новые источники были развиты в Юго-Восточной и Юго-Западной Азии и Мексике. Когда были пресечены пути кокаина во Флориде и Карибах, его поставки возросли через Центральную Америку и Мексику.58 Кроме того, ТПО часто способны препятствовать локализированным усилиям правоохранительных органов, быстро приспосабливаясь к переменам в политике отдельных стран, используя разногласия в международной кооперации правоохранительных сил в своих интересах. Стратегические альянсы, кооперация транснациональных преступных организаций повышает их возможности опережать государственный контроль.

                Таким образом, характеристика признаков, присущих транснациональной организованной преступности, позволяет понять сущность этого явления, отграничить его от традиционного понимания организованной преступности, выделить особенности структуры международной преступности, оценить те угрозы, которые несет это явление мировому сообществу.

                 

1.2 Субъекты транснациональной организованной преступности       и основные способы их защиты от социального контроля

При изучении транснациональной организованной преступности с точки зрения возможностей эффективного социального контроля над ней, необходимо установить ее субъекты и дать им характеристику. Определение субъектов ТОП позволяет выделить из широкого круга участников организованной и международной преступности лишь тех, кто осуществляет транснациональную организованную преступную деятельность.

Между тем в отечественной и мировой криминологической литературе проблема субъектов ТОП специально почти никем не рассматривается. Более того, для обозначения участников ТОП многие авторы употребляют различные термины. Так, Э. Иванов в качестве ее субъектов рассматривает «транснациональные преступные корпорации»59; Р. Годсон и В. Олсон – «международные преступные организации»60; Л. Шелли – «транснациональные организованные преступные группы»61. Однако большинство криминологов использует термин «транснациональные преступные организации»62.

Этот термин наиболее точно определяет участников ТОП, поскольку ее субъектами являются глобальные преступные образования, имеющие сети филиалов, которые в отдельности вероятно и можно назвать «транснациональными организованными преступными группами», но в целом  они структурно увязаны в единую организацию. Понятие «международные преступные организации» фактически является тождественным понятию «транснациональные преступные организации», поскольку значение «международный» и «транснациональный» в данном контексте несут одинаковую смысловую нагрузку, т.е. указывают на то, что эти организации действуют за пределами одного государства.

 Обозначение же субъектов ТОП термином «транснациональные преступные корпорации», как представляется, сужает их круг, поскольку действие корпораций в основном находится в сфере экономики и смежных с ней сферах. Транснациональные преступные организации имеют намного более широкий спектр криминальной активности и некоторые характеристики, не присущие корпорациям (например, семейная или этническая основа), хотя по организации деятельности и структуре во многом на них похожи.

Между тем ряд отечественных авторов для обозначения субъектов ТОП наряду с «транснациональными преступными организациями»   употребляет термин «транснациональные преступные сообщества» как равнозначный.63 И хотя это не соответствует криминологическим представлениям о природе преступных организаций и сообществ, действующий Уголовный кодекс РФ употребляет их также как тождественные.

Представляется, что именно такое обозначение субъектов ТОП является наиболее приемлемым и отвечающим тем признакам, которые характеризуют их как участников транснациональной организованной преступной деятельности. В целом же  стоит признать, что некоторые различия в обозначении субъектов ТОП являются в основном терминологическими.  

  Больший интерес представляет собой классификация субъектов ТОП по различным основаниям. Это позволяет выделить из массы различных организованных преступных группировок те, которые являются участниками транснациональной организованной преступной деятельности, вычленить признаки, наиболее характерные для них, а, соответственно, и акцентировать внимание правоохранительных органов разных стран на обеспечении целенаправленного социального контроля за ними и их деятельностью.   

Как уже указывалось, многие криминологи предпочитают описание транснациональной организованной преступности через характеристику транснациональных преступных организаций.64 В рамках этого подхода выделяются три основных типа транснациональных преступных организаций (ТПО): основная группа традиционных ТПО; группа малых ТПО и транснациональные террористические группы.     

Описание основной группы транснациональных преступных организаций большинством криминологов приводится в отношении структуры и деятельности традиционных  ТПО, имеющих глобальные сети. Как правило, речь идет об итальянской мафии, японской якудза, китайских триадах, колумбийских картелях, русской мафии. Отдельные авторы включают в основную группу либо нигерийские организованные преступные группы65, либо мексиканские картели, известные как мексиканская федерация66.  Так или иначе, в последнее время эта группа получила название «большой шестерки».

В группу малых ТПО входят криминальные организации, не являющиеся столь разветвленными, но имеющие не менее высокоорганизованную структуру и определенную специализацию, что позволяет им работать совместно или для организаций «большой шестерки». Пути осуществления такого сотрудничества сходны с работой основных и дочерних компаний. Этот тип  включает группы, базирующиеся в Панаме, Пуэрто Рико, Доминиканской Республике и на Ямайке. Не без оснований иногда сюда относятся и нигерийские группы, так как они в основном состоят из специалистов, используемых организациями «большой шестерки» для разнообразной транснациональной преступной деятельности, хотя основным занятием  для них остается контрабанда наркотиков.67 

К третьему типу относятся террористические группы, которые используют транснациональную преступную деятельность  как средство финансирования их политических целей. Сюда можно отнести известные террористические организации: японскую красную армию, революционные вооруженные силы Колумбии, народную ирландскую республиканскую армию, чеченские вооруженные формирования в России.

Однако не все исследователи этой проблемы исходят из описанной выше классификации. Большинство предпочитает характеризовать такие организации, основываясь на других классификационных критериях. Например, с точки зрения географического расположения базовых структур (европейская, азиатская, африканская, колумбийская)68, либо рассматривая в качестве критерия национальную принадлежность большинства членов таких организаций (итальянская, китайская, японская, нигерийская и т.п.)69, либо с точки зрения проникновения транснациональных организаций на территорию страны, где уже имеются свои аналогичные преступные структуры (традиционная и нетрадиционная)70.

Интересно ранжирование субъектов, предложенное                 В.А. Номоконовым,  который выделяет три их вида в зависимости от уровня и характера организации. Нижний уровень представляют преступные организации и преступные сообщества, имеющие транснациональный характер деятельности; средний – «это организации, т.е. юридические лица»;  и высший – это криминально-государственные организации, «в которых государство и его органы тайно используют преступные способы, средства, связи с преступными элементами для выполнения тех или иных задач».71 

Соглашаясь с выделением нижнего и высшего уровней субъектов ТОП, невозможно не заметить существенное противоречие в определении среднего уровня. Сомнительно выделять в качестве субъектов транснациональной организованной преступности  однозначно определенные «организации, т.е. юридические лица». В этом случае автоматически в ранг участников транснациональной организованной преступной деятельности относятся все легально действующие организации, фирмы, фонды и предприятия, которые могут не иметь никакого отношения не только к организованной преступной, но и просто к транснациональной деловой активности. Более того, существует и целый ряд признаков, отграничивающих транснациональные корпорации от транснациональных преступных организаций.

 Не отрицая факта создания и (или) использования легальных предприятий для прикрытия организованной  преступной деятельности, стоит отметить нарушение критериев данной классификации, поскольку использование каких-либо легальных коммерческих структур преступными организациями и сообществами в собственных интересах, несомненно, является методом осуществления преступной деятельности, а не видом субъектов ТОП.

 Исходя из вышеназванных критериев, более правильной представляется двухуровневая классификация субъектов ТОП,  состоящая из транснациональных преступных организаций и преступных сообществ и симбиоза преступных организаций и государства, т.е. транснациональных криминально-государственных организаций.

Во всяком случае, приведенные  классификации субъектов ТОП позволяют определить круг тех преступных организаций, которые являются участниками транснациональной организованной преступной деятельности, а потому их признаки, особенности и структура организации подлежат более подробной характеристике.

 Исходя из анализа признаков, характеризующих транснациональную организованную преступность, можно констатировать, что некоторые из них относятся и к характеристике преступных организаций. В частности, можно назвать такие признаки, как наличие транснациональных связей с преступными организациями в других странах,  быстрая адаптация к усилению воздействия на них правоохранительных органов. Помимо этого, ТПО характеризуют специфическая структура организации и деятельности, ограниченное  членство, семейная или этническая основа, наличие действенной и эффективной системы управления, а также территориальный монополизм и непрерывное совершенствование организации в сфере  ее деятельности.

Приступая к  подробной характеристике ТОП, стоит отметить, что в целом  в криминологической литературе все они так или иначе  разными авторами интерпретируются по-своему.72 Обобщение этих характеристик позволяет описать имеющиеся особенности транснациональных преступных организаций, а следовательно,  четко вычленить исследуемые субъекты из множества подобных.

Одна из таких характеристик – структурная особенность организации субъектов ТОП.  Это высоко организованные, сплоченные преступные организации,  функционирующие на долгосрочной основе. Они способны непрерывно превращаться из гибких организаций одной сети в жесткие корпоративные структуры, а также органично сочетать в себе жестко структурированные элементы управления в центре с более размытой и гибкой системой взаимоотношений на более низких уровнях.73  Такая структура позволяет обеспечивать хорошую изоляцию руководящего звена от исполнителей и  таким образом максимально снижать риск разоблачения для лидеров, что делает  организацию минимально уязвимой для социального контроля, поскольку источник криминальной активности в любых ситуациях максимально защищен самим способом организации сообщества.

Другой характеристикой этого признака, типичной для субъектов ТОП, является численность организации. Тысячи людей, составляющих сотни отдельных звеньев глобальной сети, дислоцируются в разных странах и осуществляют в них свою преступную деятельность. Однако чем многочисленнее  преступная организация, тем  выше  вероятность  разоблачения и конфликтов внутри нее. Желание в краткие сроки получить сверхдоходы    скорее  вовлекают ее членов в   рискованнейшие  операции, которые   могут   угрожать   безопасности  как отдельных звеньев, так и организации в целом. Это   служит естественным  ограничителем  членства.  Более  того,  каждый новый член - это потенциальный информатор, а значит с приемом каждого нового члена существует реальная   угроза   безопасности   группировки.  

Способом защиты от такой опасности, а также еще одним признаком преступных организаций является ограниченное или эксклюзивное членство.    Поэтому новые члены  группы отбираются с  большой  осторожностью  и  тщательностью.  Претендент  может многие годы служить группе, прежде чем получить статус члена. Его желание стать членом «должно совпадать с его способностями и желанием тех, кто контролирует членство».74 Членство в транснациональных преступных организациях  основано, как правило, на этнической основе или родстве, иногда на  досье преступника или его каком-либо  умении, полезным и нужным для организации.

Отбор членов по семейному или этническому признаку в значительной степени способствует солидарности членов, повышению их ответственности за  безопасность организации, обеспечивает дисциплину и подчинение внутри звеньев и в организации в целом.

Кроме того, такая основа формирования организации не позволяет проникать в нее «чужакам», поскольку транснациональные преступные организации, действуя на территориях других стран, остаются крайне закрытыми от внешнего проникновения сообществами, имеющими  свой язык и традиции. Эти обстоятельства в значительной мере затрудняют контроль над такими организациями, выводят их из сферы воздействия правоохранительных органов.

В организованную преступность людей привлекают огромные деньги, власть и могущество. Между тем не любой, кто хотел бы вступить в организованное преступное сообщество, может стать его. Для обеспечения безопасной жизнедеятельности организации желающих стать ее членами должно быть больше, чем она может принять. Еще Дональд Кресси указывал, что «заключение   в  тюрьму  или  смерть  любого члена преступной Семьи мало влияет  на  деятельность Семьи, поскольку на  каждую вакансию существует, по крайней мере, сотня кандидатов»75. При этом  предъявляются значительные ограничения для тех, кто считается пригодным стать ее членом.

Тем, кто соответствует основным требованиям   членства, обычно необходим  поручитель, занимающий, как правило, более высокое положение. Кроме того, они должны доказать, что всем своим поведением,  например, готовностью пойти на  преступление, подчиняться правилам,  выполнять приказы и  хранить тайны, вполне соответствую целям и задачам организации.  

Существует период  ученичества, который может длиться от нескольких месяцев до нескольких лет. Его целью является  завоевание доверия преступного сообщества.  В большинстве крупнейших преступных организаций после этого необходимо пройти обряд посвящения, который накладывает на вступающих жесткие ограничения, обязательства и требования,  невыполнение или нарушение которых, как правило, влечет за собой смерть.  

Таким образом, обряд посвящения связывает кандидата в члены организации такими обещаниями и преступными деяниями, которые позволяют под страхом смерти обеспечивать преданность ей, а значит и безопасность.

Так, например, в американской La Cosa Nostra (LCN) к претенденту в члены Семьи предъявлялись следующие требования: это должен быть мужчина итальянского происхождения (даже если у него имеется только незначительная часть итальянской крови); он должен иметь поручителя (крестного отца), а также длинную историю успешной преступной деятельности или обладать умением, необходимым группе76.

 В процессе обряда посвящения, необходимом в этом преступном сообществе, кандидат  дает обещание, что только смерть заставит его покинуть Семью. Кроме того, он должен строго выполнять следующие правила: «убей любого, кто предаст Семью, даже если он будет твоим братом, если тебе это прикажут; уважай женщин родственников других членов; под страхом смертной казни запоминай цепочку приказов»77. Член преступной организации  должен всегда информировать   руководителя о своем местонахождении и избегать демонстрировать близкие отношения с другими членами Семьи на людях.  Помимо этого, от каждого потенциального члена требовалось участие в убийстве, хотя и не обязательно в качестве исполнителя.78

Рядовые члены объединены в группы, которые являются непосредственными исполнителями преступной деятельности. Группы представляют собой структурные единицы преступной организации.79 Управление такими группами осуществляется посредством  правил и  инструкций, которые должны выполняться ее членами.  Невыполнение или нарушение какого-либо из правил обычно влечет за собой смерть, но и ничто не может сравниться с теми доходами, которые получает даже рядовой участник транснациональной преступной деятельности. Таким образом, действенная и эффективная система управления субъектами ТОП основана на щедром материальном стимулировании в сочетании с суровыми мерами наказания.

Группы увязаны между собой в глобальные сети. В рамках транснациональной преступной организации они  доминируют на определенных территориях либо в определенных сферах деятельности. Таким образом, еще одним признаком транснациональных преступных организаций является территориальный монополизм, т.е. стремление к гегемонии в отдельных географических районах, сопровождающееся нетерпимостью к конкуренции80.

Между тем конкуренция в контроль за наиболее выгодными по конъюнктуре рынками сбыта очень остра. Возможности удовлетворения потребностей и интересов ТПО на уже контролируемых территориях могут быть ограничены   по различным причинам (в связи с усилением борьбы с ТОП, изменением законодательства,  насыщением рынков поставляемыми товарами и услугами и др.).  Кроме того, любая транснациональная преступная организация стремится к получению сверхприбылей, а для этого необходимо постоянно расширять сферу контроля над новыми территориями, даже если старые рынки сбыта на данном этапе удовлетворяют их интересы.

 Но ТПО тем и отличаются от традиционной организованной преступности, что, не терпя конкуренции и находясь перед фактом ее существования, они не ведут ожесточенных битв между собой и с другими организованными преступными группами, отвлекающих физические и материальные ресурсы, а предпочитают договариваться  и объединять усилия для реализации взаимных интересов.

Установление стратегических международных контактов между субъектами транснациональной организованной преступности, а иногда даже альянсов, имеет огромное значение для ТПО. Стратегические союзы позволяют ТПО сотрудничать, а не конкурировать с укрепившимися на местах преступными организациями. Это расширяет их возможности обходить закон, нести совместный риск, получать и обмениваться информацией, которая раньше была им недоступна, контролировать развитие конфликтов между различными ТПО и другими организованными группами, коллективно блокировать национальную и международную активность правоохранительных органов, пытающихся установить социальный контроль над организованной преступностью.

И конечно, такие альянсы прежде всего позволяют планировать и  осуществлять преступный бизнес на ранее недоступных им территориях, создавать возможность использования существующих каналов распределения и извлекать различные нормы доходов, сложившиеся на различных рынках. Такая кооперация повышает возможности транснациональных преступных сообществ опережать государственный контроль. А стратегические международные контакты ТПО, их связи с другими группами становятся вполне типичными.81

Можно привести несколько примеров, подтверждающих развитие международных стратегических контактов как типичную черту транснациональных  преступных организаций. Так, лидеры Калийского картеля в конце 90-х годов сформировали альянс с мексиканскими преступными организациями - Мексиканской Федерацией для контрабанды и распространения кокаина через Мексику в Соединенные Штаты.82  А операция «Грин айс», которая завершилась в 1992 году арестами примерно двухсот лиц в различных странах, позволила выявить связи между калийским картелем и сицилийской мафией. Мафия помогала сицилийцам проникнуть на рынок героина в Нью-Йорке  в обмен на соглашение о преимущественном праве продажи кокаина в Европе. Аналогичные связи были установлены между итальянскими группами и некоторыми преступными формированиями в Российской Федерации, между пакистанскими и относительно небольшими датскими организациями, занимающимися торговлей наркотиками, между организациями в Нидерландах и в Турции и даже между итальянскими и японскими группировками.83 

В целом создание альянсов ТПО повышает и усложняет их потенциал, распространяет их деловые возможности и создает новые серьезные угрозы мировому сообществу. Некоторые специалисты видят в этом факте даже намеренное создание некого Мафиозного Пакта, с целью превратить весь мир в свои криминальные владения.84  Однако другие аналитики отмечают, что реальная ситуация оценивается менее грандиозно и более прозаическими категориями, такими как «мировая мафия» или «глобальная организованная преступность», но глобального преступного сообщества все же не существует. При этом не отрицается, что иногда транснациональные преступные организации конкурируют друг с другом, но это не уменьшает важности их кооперации, которая повышает их способность уходить в сторону от социального контроля. 85

Вместе с тем стратегические союзы между ТПО не так часто встречаются как транснациональные связи,  осуществляемые как с другими преступными группами, террористами, партизанами, так и с легальными промышленными группами. Природа таких взаимоотношений может иметь комплексный характер.

ТПО способны иметь и долгосрочные контакты с правительствами за пределами государства, где базируется такая организация. Нередко такие контакты приводят к сращиванию правительственных структур с транснациональными преступными организациями, поскольку у ТПО имеются достаточные возможности для того, чтобы коррумпировать правительства и проникать в коммерческие структуры.

Проникновение в легальную предпринимательскую деятельность является важным механизмом защиты преступных организаций от социального контроля, обеспечивающим видимость респектабельности и высокую их жизнеспособность. Многие преступные организации для прикрытия своей деятельности создают собственные легальные коммерческие структуры, либо используют уже существующие легальные предприятия и организации для легализации крупных криминальных капиталов, либо инвестируют их в легальную экономику для получения прибыли с целью последующей реинвестиции полученных средств вновь в организованную преступную деятельность. Помимо этого внедрение в легальную экономику предоставляет отличные контрразведывательные возможности, что чрезвычайно затрудняет проведение внезапных операций против них.

Проникновение в легальную экономику, ее активное использование в своих целях влечет за собой развитие транснационального промышленно-экономического шпионажа, последствием которого является продажа коммерческих тайн, ценнейших технологий, направленное разорение отдельных предприятий или даже отраслей легальной экономики,  чтобы освободить нишу для  собственной криминализированной экономической деятельности.

 Формируются не предусмотренные законом криминальные операции; активизируются аналитические процессы по системному анализу законодательства в плане поиска неурегулированности и противоречий, позволяющих направленно истолковывать и криминально использовать дефекты закона. Криминальные аналитики внимательно следят за динамикой экономической активности и оперативно используют выгодные экономические ниши на территории различных стран мира,  оффшорные зоны, слабости налоговых отношений86.

Как уже не раз отмечалось, ТПО во многих отношениях имеют сходство с транснациональными корпорациями, действующими на легальных рынках разных стран. Поэтому могут возникать проблемы их отграничения от субъектов транснациональной организованной преступности. Между тем, существует ряд признаков, позволяющих отличить  транснациональные преступные организации, использующие легальные коммерческие структуры, от легальных транснациональных корпораций.

Последние могут использовать те или иные экономические стимулы и зачастую действуют безжалостно в стремлении добиться своих экономических целей, но созданные на законных основаниях корпорации за редким исключением, не прибегают к противоправным действиям, в отличие от транснациональных преступных организаций для которых преступление  является «нормой» и  основным их определяющим признаком, что не мешает им вкладывать средства в законные предприятия или заниматься разрешенной законом деятельностью.

Средства, к которым эти два вида организаций прибегают для достижения поставленной цели – получения прибыли, существенно разнятся. В поисках глобальных рынков легальные корпорации получают разрешение для ведения операций на какой-либо суверенной территории в ходе переговоров с правительствами. Преступные же организации получают доступ на соответствующие рынки, не заручившись их согласием, а скорее обходным путем, стремясь не попадать в поле зрения правоохранительных органов, призванных выявлять, отслеживать и пресекать их операции. Кроме того, ТПО в транснациональной преступной деятельности используют гибкость и текучесть своих низовых сетевых структур,  их способность преодолевать государственные границы и соответственно нейтрализовать деятельность правоохранительных органов.87

Помимо прочего, преступные организации не только занимаются поставками запрещенной продукции, но также и хищением легально производимого товара. Широко распространенная практика хищений служит существенным отличительным признаком ТПО от легальных транснациональных корпораций.

Стремление свести до минимума возможный риск и извлечь максимальную прибыль характерны для транснациональных преступных организаций, что вполне соответствует целям легального бизнеса. Отличие заключается лишь в том, что степень риска, которую готовы на себя взять преступные организации, значительно превышает тот предполагаемый риск, который принимают на себя корпорации, действующие в сфере законного бизнеса. Кроме того, принимаемые преступными организациями меры по снижению степени риска сами по себе нацелены на государственные учреждения. По оценкам ООН, реальное положение напоминает «олигополистический рынок, на котором группировки различного размера и значения соперничают между собой в целях получения прибылей»88.

Другим важным отличительным признаком является применение коррупции и насилия. Хотя корпорации прибегают порой к использованию силы или подкупа, для преступных организаций такие приемы стали обычным средством достижения целей. Насилие используется ими для запугивания и устранения соперников  в той или иной сфере бизнеса,  правительственных и правоохранительных органов, пытающихся противодействовать операциям транснациональных преступных организаций.

Необходимо отметить, что коррупция выступает не только одним из принципов деятельности транснациональной организованной преступности,  создающей условия, благоприятствующие получению сверхприбылей при реализации ТПО своих операций, но и  одновременно  позволяет осуществлять такую деятельность при относительно низком риске вмешательства со стороны правоохранительных органов. Таким образом, коррупция является и способом защиты транснациональных преступных организаций от социального контроля, обеспечивая их безопасность.          

Коррупция всегда являлась  одним из предпочтительных средств используемых организованными преступными группировками, составной частью их стратегии и тактики, в отличие от использования открытого насилия. Выплачиваемые в виде взяток деньги считаются лидерами организованной преступности хорошим их инвестированием, своего рода накладными расходами, оправданными с позиций «дела», поскольку это в значительной степени увеличивает шансы на успех и вероятную безнаказанность, снижает или даже сводит на нет опасность обнаружения преступления со всеми тяжелыми последствиями, к которым это может привести.89 

Следует отметить, что ТОП особенно охотно распространяют свою деятельность в те страны, где системы уголовного правосудия и правоохранительных органов  слабо развиты. Неравенство систем уголовного правосудия и правоохранительных органов с точки зрения возможностей означает, что степень риска для преступных элементов в значительной степени определяется местонахождением преступной организации.  Соответственно преступные организации стремятся обосноваться в районах наименьшего для себя риска, чтобы оттуда заниматься поставками нелегальных товаров и услуг на те рынки, где можно извлекать максимальную прибыль.

Для некоторых стран характерны как слабость, так и коррумпированность государственного аппарата. В этих условиях государственные органы, сфера уголовного правосудия и коммерческие структуры сами оказываются вовлеченными  в преступную деятельность. Чем крепче такой симбиоз, тем шире возможности транснациональной преступной организации беспрепятственно и безнаказанно осуществлять свою деятельность. Создавая, по сути, автономную базу, ТПО начинает заниматься незаконным бизнесом в региональном или глобальном масштабах, будучи убеждена в том, что  правоохранительные органы таких  государств вряд ли способны создать какую-либо серьезную угрозу для ядра организации.90

Транснациональные преступные организации, как никакие другие, способны приспосабливать изменения ситуации в разных странах и использовать разногласия в международной кооперации правоохранительных сил. Легкость пересечения национальных границ позволяет ТПО безболезненно уходить от социального контроля  отдельной страны и даже препятствовать локализированным усилиям правоохранительных органов. Поэтому с транснациональными преступными организациями очень сложно бороться. Не решает дела и локальный успех операций правоохранительных органов какой-либо страны, так как и  в этом случае нарушается преступная деятельность лишь отдельных звеньев глобальной сети ТПО.

В подобных случаях транснациональные преступные организации способны учиться на собственном опыте и приспосабливаться к новым условиям. Они непрерывно совершенствуются, используют самую современную технологию, прибегая к помощи специалистов для разработки программ интенсивных исследований, что свидетельствует о новаторском подходе ТПО к своей деятельности.

Таким образом, анализ признаков, характеризующих субъектов транснациональной организованной преступности, а также принципов уклонения от социального контроля, наглядно показывает, что сам  способ организации и деятельности транснациональных преступных сообществ и их модификаций позволяет обеспечивать их высокую безопасность и жизнестойкость.  

В этой связи анализ существующих способов структурной организации транснациональных преступных сообществ, а также основных принципов организации их деятельности чрезвычайно важен и необходим для такого рода исследования. Он позволяет определить способы защиты транснациональной организованной преступности от социального контроля, особенности их внутренней безопасности в конкурентной борьбе, методы разрешения возникающих конфликтных ситуаций, характер сдерживающих и защитительных функций в отношении своих членов. Понимание специфики организации в таком ракурсе может позволить наметить стратегию сдерживания распространения деятельности таких преступных организаций в мировом геополитическом пространстве.

        

1.3   Транснациональная организованная преступность. Общий анализ ее основных   моделей организации

Общепризнанным фактом, подтвержденным в документах ООН, является то, что единой модели транснациональной преступной организации не существует. Такие группировки различаются по форме и размерам, квалификации и специализации. Они действуют в различных регионах и на рынках разных товаров и используют самую разнообразную тактику и механизмы, обходя ограничения и скрываясь от правоохранительных органов.91

          Однако несмотря на специфические черты, присущие различным транснациональным преступным организациям, структурный диапазон которых чрезвычайно широк как с точки зрения их внутренней организации, так и с точки зрения ведения деловых операций, их основные характеристики могут соответствовать нескольким классическим организационным моделям.

         Среди наиболее известных можно назвать бюрократическую или корпоративную модель, которая является способом организации, необходимым для эффективного выполнения широкомасштабных задач; и сетевую модель, которая характеризуется значительной аморфностью, а значит менее подвержена социальному контролю. Кроме этих основных, в криминологической теории разработаны модели: партнерства (Марк Халлер); патримониальная модель, представляющая сеть «патрон-клиент» (Джозеф Албини, Хеннер Хесс, Гарри Потер и Дженкинс);  модель, основанная на теории этнического наследования (Франсис Ианни); а также модели, базирующиеся на структурных характеристиках предпринимательских синдикатов и синдикатов, применяющих насилие для контроля над производством товаров и услуг и рынками их сбыта (Алан Блок,  Дэвид Смит).

          При видимом разнообразии последних, анализ содержания их структурных элементов свидетельствует о наличии в описании этих моделей признаков, характерных для классических моделей организации транснациональной преступной деятельности: корпоративной либо сетевой.

       Необходимо заметить, что все  вышеперечисленные модели разрабатывались на основе анализа деятельности отдельных транснациональных преступных организаций, как правило, наиболее проявивших себя в преступной деятельности, а потому известных в мире и достаточно хорошо изученных. Поэтому наибольшая аналогия этим моделям наблюдается у традиционных, имеющих длительную историю развития, транснациональных преступных синдикатов. Между тем, в процессе аданции, т.е. видоизменяясь со временем, они начинают использовать при организации своей деятельности принципы и особенности, характерные для других моделей, имеющих наибольшую эффективность преступной деятельности при относительной безопасности для системы в целом.

         Не имеющие глубоких исторических корней, развивающиеся национальные организованные преступные сообщества, приобретая транснациональный характер деятельности, могут использовать опыт классических моделей ее организации.  Однако практически заинтересованные в повышении эффективности преступного бизнеса, такие организации перенимают из классических моделей те структурные характеристики и принципы деятельности, которые позволяют максимально обезопасить преступную деятельность и повысить при этом ее эффективность. Они стараются учитывать недостатки в деятельности тех или иных преступных организаций, поэтому многие из них используют комбинированные характеристики, присущие сразу нескольким моделям и действующие в подобных им сообществах на разных уровнях их организации.

         В этой связи представляется целесообразным начать со структурного описания существующих моделей организации преступной деятельности и лишь затем попытаться выявить тип модели (или совокупности моделей)  наиболее активно действующих в мире транснациональных преступных организаций.

          Бюрократическая или корпоративная модель преступной организации является одной из наиболее известных.92 Она как бы зеркально отражает способы организации различных государственных управленческих структур. Административно-исполнительные и правоохранительные органы, корпорации,  армия – являются наиболее ярким примером такой модели. Любая организация, представляющая собой бюрократическую модель, имеет целый ряд присущих ей характерных черт. Она рационально организована посредством:

  •  сложной иерархии;
  •  обширного разделения труда;
  •  назначения на должности с учетом квалификации;
  •  многочисленных правил и инструкций;
  •  связей верхушки иерархии с рядовыми работниками посредством приказов, передаваемых обычно в письменной форме.

          Применительно к организованной преступности бюрократическая модель наиболее характерна для организаций с жесткой, централизованной системой, имеющей авторитарный характер. Общая схема, обозначающая бюрократическую модель, представляет собой вертикальную структуру управления преступным сообществом, многие элементы которой являются параллельными государственным  или легальным корпоративным структурам.

          Да и в самой преступной организации, структурированной на основе бюрократической модели, проявляется генетическое родство модели устройства общества, представляющей собой взаимосвязь основных элементов: государства – корпорации, предприятия – семьи, причем за семьей изначально закреплен статус прототипа. Поэтому в большинстве преступных организаций основной структурной единицей является монополистическая корпорация, которая обычно называется  «семьей».

         Во главе каждой такой преступной семьи стоит лидер, руководитель, прямые обязанности которого состоят в том, чтобы он должен поддерживать порядок и увеличивать прибыль. Его власть во всех вопросах, касающихся  «семьи», является абсолютной. В легальных структурах государственной или корпоративной деятельности этот высший элемент модели соответствует должности президента или директора. На ступень ниже лидера (в различных преступных организациях эта «должность» имеет собственные наименования) находится его помощник – вице-президент или заместитель директора. Он собирает информацию для руководителя, передает ему сообщения, а его инструкции и указания спускает по иерархической лестнице – своим подчиненным. В отсутствие лидера заместитель действует самостоятельно, приобретая временно его полномочия.

       На том же уровне, что и заместитель, находится советник или консультант. Часто им является старший член «семьи», который частично отдален от карьеры в преступном деле. Он дает советы членам преступной организации, включая лидера и его заместителя, и, следовательно, обладает значительным влиянием и властью.  

         В последнее время эту должность нередко занимают опытные юристы, которые используют свой статус для достижения преступных целей тех организаций, на которые они работают. Как правило, это адвокаты, которые имеют сеть проверенных помощников, включая бывших полицейских и следователей. Они используют свои связи со следственными органами для сбора информации, к которой легально у них нет доступа.93

          Ниже заместителя руководителя находятся посредники между верхушкой «семейной» корпорации и ее рядовыми работниками. Они выполняют функции менеджера среднего уровня, что в легальной системе соответствует должности заведующего или главного менеджера отдела. Многие из них служат буфером между членами «семьи», занимающими верхние ступени, и персоналом нижнего эшелона. Из предосторожности руководители высшего звена иерархии (особенно лидер) избегают прямого общения с работниками. Вся деловая информация, приказы, денежные потоки и т.д. в обоих направлениях проходят через доверенного посредника, который в отличие от заместителя, не принимает решений и не берет на себя никаких полномочий лидера.

          Другие представители этого управленческого звена служат в качестве руководителей действующих групп. Количество людей в группе зависит от размера деятельности отдельных «семей» или других корпоративных единиц. Часто командир группы (бригадир) имеет одного или двух помощников, тесно сотрудничающих с ним, которые передают приказы, информацию и деньги людям, принадлежащим к их группе. С деловой точки зрения, эта должность в бюрократической модели аналогична контролеру на заводе или заведующему магазином.

           Самый низший уровень членов семьи или иной корпоративной единицы составляют рядовые работники. Они объединены под руководством командиров, и могут иметь какую-либо преступную специализацию или собственное предприятие и платить часть прибыли организации в обмен на право действовать самостоятельно. Партнерство бывает обычным явлением между двумя и более рядовыми членами корпорации и лицом, стоящим выше по иерархической  лестнице.

На нижнем ее уровне находится большое число служащих, которые не являются членами «семьи». Это люди, которые выполняют большую часть фактической работы в различных предприятиях. Они, как правило, ничем не защищены от полиции.

                                                    

                                                  

                       

  

                            

При участии или через посредство                               Коррупция:

нечленов, связанных с преступным сообществом,                    Полиция,

   а также подставных   лиц                     Государственные

                                          чиновники

                   

Схема корпоративной модели (I)

         Для координации деятельности отдельных преступных корпораций, решения споров, возникающих между ними, признания вновь избранных лидеров, контроля за совместными предприятиями и регулирования других проблем, возникающих в процессе взаимодействия между преступными «семьями», могут создаваться специальные органы или комиссии. Эти органы представляют собой союз законодательного органа, верховного и арбитражного суда, правления директоров. Члены семьи или иной корпоративной единицы смотрят на такой орган, как на высшую инстанцию в организационных и юрисдикционных спорах. Он состоит из самых влиятельных лидеров, которые обычно связаны между собой достаточно формальным (но не формализованным в виде какого-либо документа. – Прим. авт.) соглашением.

          Таким образом этот орган (или комиссия, сходка и т.п.) выполняет роль надстроечного элемента в базовой бюрократической модели.

           Если сравнивать бюрократическую модель  организации преступных синдикатов с крупными легальными корпорациями, то главное отличие в схеме сообщества, занимающегося организованной преступной деятельностью, состоит в том, что руководитель такого предприятия, как и его нижестоящие коллеги, не являются его акционерами.

           Многие же должности, как уже отмечалось, параллельны легальным структурам.   Помимо основных управленческих звеньев, структурными элементами бюрократической модели могут быть  различные штатные должности, соответствующие директору по кадрам, менеджеру по связям с общественностью, начальнику службы безопасности и так далее, но их не занимает постоянно какой-нибудь один человек.

           Не каждый, кто хочет участвовать в деле, которым руководят преступные синдикаты, может это сделать. Его желания должны совпасть с его способностями и с желаниями тех, кто контролирует членство в преступном сообществе. Заключение в тюрьму или смерть любого члена преступной корпорации мало влияет на ее деятельность, поскольку на каждую вакансию существует по крайней мере сотня кандидатов.94

       Каждая бюрократическая организация имеет установленные правила и инструкции, которыми руководствуются ее члены. Перечень таких правил в целях конспирации и защиты от внешнего проникновения держится в секрете. Однако многие из тех правил, которые являются базовыми в преступных организациях, инфильтруются в места лишения свободы становятся неписанными кодексами поведения и через заключенных распространяются на всех членов преступной иерархии.

             Поскольку заключенные находятся под постоянным контролем, создается возможность выявить достаточно обширный свод правил и установлений, которым они следуют во взаимоотношениях друг с другом, с учетом статуса каждого. И путем логических умозаключений, на основе аналогии дать обобщенную характеристику этого кодекса их поведения. Как заключенные, так и члены организованной преступности реагируют на сильное корпоративное  управление, которое ограничено в средствах достижения своих целей по контролю за ними. Для поддержания своего статуса лидеры обоих типов организаций навязывают членам «семьи» схожие правила поведения. Единственной особенностью в их возможном различии может выступать характер адаптированности этих правил для организованной преступности вообще и для лиц, отбывающих лишение свободы – в частности.

             Таким образом, на основании допустимой аналогии исследователями преступных организаций выделяется пять блоков предполагаемых правил поведения.95

  1.  Быть лояльным по отношению к членам организации. Не вмешиваться в дела других. Не быть информатором.
  2.  Поступать разумно. Быть членом команды. Не ввязываться в драку, если не можешь победить.
  3.  Быть человеком чести. Всегда поступать правильно. Уважать женщин и старших. Не раскачивать лодку.
  4.  Уметь постоять за себя. Мужественно переносить несчастья. Держать глаза и уши открытыми, а рот закрытым. Не предавать.
  5.  Иметь определенное положение, статус. Быть независимым. Знать свое предназначение.

              Допустив, что аналогия верна, следует заметить, что эти правила имеют общий характер и являются скорее системой ценностей, чем формально установленным перечнем действующих инструкций для руководства бюрократической организации.

             Несмотря на легкую управляемость такой модели вследствие ее жесткой централизации, следует признать, что многие аспекты бюрократии непригодны для организованной преступности, которая должна соприкасаться с реальной возможностью того, что многие ее формализованные действия могут постоянно контролироваться правоохранительными органами (прослушивание телефонных разговоров, отслеживание письменных сообщений, движения денежных средств и т.д.). Поэтому информация, приказы, деньги и другие вещи должны передаваться из рук в руки, с глазу на глаз. Слишком длинные цепи приказов, характерные для современной бюрократии, непригодны для организованной преступности, а отказ от этого бюрократического атрибута ограничивает вероятность внутреннего контроля.

         Кроме того, сильно централизованная организация стремится сделать предприятие слишком зависимым от мнения правящей верхушки, в то время как нижестоящие в иерархии управляющие, непосредственно руководящие производством, лучше знают способности рядовых работников и особенности управления, которые соответствуют местным условиям.96

           Эти особенности бюрократической модели в определенной степени отражены и в концепциях других, имеющих признаки классической корпоративной структуры, моделях организации преступного сообщества. Речь идет о моделях  синдикатов - предприятий и синдикатов, применяющих насилие для контроля над производством нелегальных товаров, и услуг и рынками их сбыта (А. Блок,  Д.Смит), а также  модели партнерства, описанной М.Халлером.             

           Согласно А.Блоку, централизованные преступные сообщества демонстрируют высокую степень жестокости в их иерархической структуры. В предложенной им концепции по модели организации  доминируют два различных типа синдикатов: синдикаты – предприятия и «силовые» синдикаты.

             Синдикат – предприятие объединяет группы криминальных предприятий, организованных с целью производства и последующего распространения незаконных товаров и услуг (таких, как наркотики, проституция и др.). Они наиболее тяготеют к классической модели организации преступной деятельности, поскольку, как правило, имеют большое число участников, иерархическое построение, некоторую централизацию власти и хорошо отлаженное разделение труда.  

             Силовой синдикат, напротив, слабо структурированная, необычайно гибкая ассоциация, сконцентрированная на силовых методах воздействия на контролируемые структуры, глубоко вовлеченная в производство и распространение неформального влияния. Эти синдикаты не имеют четкого разделения труда, потому что они не решают конкретных задач, связанных с производством каких-либо товаров и услуг. Цель силового синдиката – использование нетрадиционных методов  влияния  и  контроля над другими организованными преступными группами, нелегальным рынком товаров и услуг. Базовый инструмент таких синдикатов –  силовое воздействие либо угроза применения такого воздействия.97

           Модель организации преступного сообщества, описанная Д. Смитом, еще более близка по структуре к классической бюрократической модели. По мнению Д. Смита, организованная преступность - «не более чем продолжение нормальных деловых операций в сфере нелегального бизнеса. Поэтому незаконное предприятие (в рамках организованной преступности) отличается от законного только тем, что оно действует на нелегальном рынке, - это предпринимательская деятельность, которой случилось быть нелегальной».98

          Модель партнерства по М. Халлеру, имея некоторые специфические черты корпоративной модели, наоборот, лишена жесткой иеррархической структуры, более гибка и подвижна. Способ организации преступной деятельности здесь проявляется через серию маломасштабных деловых партнерств в виде инвестиций и совместных деловых предприятий с широкой вариацией постоянно изменяющихся партнеров, некоторые из которых являются солидными, влиятельными в мире организованной преступности людьми (такими, как, например, Капоне или Лански). Однако такие партнерства не возглавляются в бюрократическом смысле каким-либо лидером, а представляет собой нелегальный бизнес на партнерской основе. При этом совместный бизнес в таком партнерстве зачастую сопровождается и самостоятельной деятельностью отдельных партнеров в других сферах нелегального рынка.99              

             В целом децентрализация в преступном сообществе, отмечает Джозеф Албини, может оказаться благоприятной как для дела, так и по причинам безопасности, при этом он полагает, что бюрократическая модель должна быть относительно легкой мишенью для социального контроля. «Все, что  необходимо для ее разрушения – это лишить ее верхнего эшелона. Реальная же власть синдиката должна быть заключена в его аморфном свойстве. Если кто-то из руководителей синдиката оказывается в тюрьме, это все, что может случиться страшного в его положении и ни в коем случае не должно влиять на продолжение преступного бизнеса».100

           Это обстоятельство объясняет некоторые преимущества сетевой модели по сравнению с бюрократической. Используя сетевую модель, преступные организации создают более гибкие и динамичные структуры. Преступные сети характеризуются непостоянным членством и высокой адаптацией к политическим, экономическим и социальным изменениям, происходящим в общественной жизни, без централизованной системы контроля.

           Согласно Вильяму Чамблессу, применительно к сетевым организациям контроль над организованной преступностью имеет лишь внешний характер и осуществляется мощными экономическими и политическими силами, заинтересованными в деятельности организованной преступности и допускающими ее  нелегальный рынок в определенных пределах. 101 

            Не отрицая существования внешних контрольных границ для организованной преступности, вряд ли можно согласиться с отрицанием внутреннего контроля в ее структурах, пусть и построенных по сетевой модели. Ведь отсутствие централизованного контроля над организацией в целом не исключает его существования в отдельных, хорошо структурированных элементах этой модели, более подробный анализ которой подтверждает такой вывод.

        Согласно концептуальной модели, предложенной Президентской Комиссией Соединенных Штатов по изучению организованной преступности,  в самом общем виде сетевая модель представляет собой преступную организацию как сеть отдельных, наиболее влиятельных людей, занимающих высокие должности во властных органах  или исполнительных структурах государства или относящихся   к олигархической верхушке общества. Они руководят деятельностью непосредственных исполнителей, вовлеченных в преступную деятельность, являющихся их работниками. Таким образом, эта модель включает членов и не членов преступной организации. Основными структурными элементами сетевой модели являются: преступные группы, покровители, специализированная поддержка, поддержка пользователей и социальная поддержка.102                      

              Преступные группы представляют собой организованное преступное объединение, состоящее из людей, готовых преступить закон, использовать насилие для увеличения влияния и прибыли. Структура такого объединения складывается из набора иерархично расположенных независимых должностей, необходимых для выполнения специфических функций. Поэтому такая группа может быть как высокоструктурированной, так и крайне текучей. Но в любом случае базирующейся на силе и авторитете.103

            Принципы действия группы заключаются в сменяемости лидеров, перспективном развитии группы независимо от наличия или отсутствия отдельных ее членов; и соответственно приоритетным направлениям деятельности является обеспечение продолжения ее существования; подчинение личных интересов групповым.

           Членство в такой группе основывается на общих характеристиках членов группы: таких, как раса, этнос, уголовный опыт или  общий интерес. Правила членства включают секретность, преданность, готовность участвовать в любых действиях группы и защищать ее. Взамен каждый получает определенные выгоды: защиту, престиж, возможность экономического успеха.

               Покровители состоят из коррумпированных чиновников, судей, адвокатов, бизнесменов, финансовых советников и др. индивидуально (или коллективно) защищающих интересы криминальной группы. Прикрываясь их высоким статусом или авторитетом, преступная группа таким образом освобождает себя от посягательств конкурентов и от легального контроля. Коррупция – центральный инструмент покровителей. В общем виде этот структурный элемент есть не что иное, как сеть коррумпированных чиновников, которые защищают преступную группу от системы уголовной юстиции.

               Специальная поддержка. Преступные группы и покровители используют квалифицированных лиц в качестве  специальной поддержки. В отличие от членов преступных групп и покровителей, эти люди не разделяют преданность группе, ее групповых целей и интересов, но они считаются необходимым элементом, частью организованной преступности. Специальная поддержка – это люди, которые обеспечивают договорные, контрактные услуги (службу по контракту), что способствует деятельности организованной преступности. Например, пилоты, химики, хакеры и т.п.

              Поддержка пользователей. Другой необходимый жизненный компонент успеха организованной преступности – это поддержка пользователей. Это группа лиц, обеспечивающая преступные группы потребителями, т.е. лицами, заказывающими незаконные товары и услуги: наркоманами, скупщиками краденого, постоянными клиентами публичных домов и т.п.

               Социальная поддержка. Лица и организации, принадлежащие к группе социальной поддержки, признают силу преступности в целом и отдельных членов преступных групп, в частности. Например, политики, которые опираются на организованную преступность; предприниматели, осуществляющие с ней совместный бизнес; политические и общественные лидеры, привлекающие преступные сообщества к участию в общественной жизни и представляющие организованную преступность и ее членов в выгодном свете. Как правило, эти люди являются либо замаскированными действительными членами преступных сообществ, либо тесно связанными с организованной преступностью. Без такой социальной поддержки организованная преступность не могла бы процветать и иметь успех.

             Аморфность, текучесть составов криминальных групп, влияние покровителей, их способствование развитию преступного бизнеса, обширный рынок пользователей и помощников организованной преступной деятельности, а также мощная социальная поддержка позволяют  организованным преступным сообществам значительно ограничивать возможности внешнего контроля при постоянном расширении их влияния в наиболее прибыльных сферах нелегального рынка товаров и услуг.

           Некоторые признаки классической сетевой модели присущи и другим существующим моделям организованной преступной деятельности, в основном базирующейся на родовой или этнической общности: это патрон-клиент (патримониальная модель) и модель, основанная на принципе этнического наследования.

            Наиболее известной из них является патримониальная модель, структура которой описана многими исследователями.104 При организации деятельности по такой модели ударение делается на традиционные ритуалы, которые демонстрируют эмоциональные связи между людьми. В современной бюрократической организации, наоборот, личные связи слабее, менее ритуализированы и эмоционально демонстративны; они уступили место верности абстрактным правилам и положениям. За этим скрывается влияние различных культур в родовой и бюрократической организациях. Родовая элита более церемонна и личностна. Бюрократическая элита характеризуется более холодным набором идеалов.105

            Основная идея патримониальной модели заключается в том, что каждая личность включена в социальную сеть и находится в цепочке лиц, с которыми она осуществляет контакты. Поскольку контакт может проходить через цепочку, состоящую из множества таких звеньев, отдельный человек  может отправлять «сообщения» значительно большему количеству людей, чем он или она  знают лично, поскольку всегда существуют «друзья друзей». Поэтому «каждая личность представляет собой точку, в которой пересекаются сети. Но не каждый имеет одинаковый интерес и обладает талантом взаимодействия с ключевыми лицами для получения прибыли»106.

            Каждый член организованной преступности в сетевой модели должен обладать таким талантом. Это значит, что он должен уметь действовать как патрон. Когда нарушаются взаимоотношения в сети, возникает связь патрон –клиент. Патрон «обеспечивает экономическую помощь и защиту как от законных, так и незаконных домогательств власти. Клиент, в свою очередь, оплачивает более осязаемыми активами, например, уважением и преданностью. Он может также предложить политическую или какую-либо другую значительную поддержку, и таким образом взаимоотношения становятся взаимными.107 Патрон действует как полномочный посредник между клиентом и другими членами общества -как законопослушными, так и нарушающими закон. Например, член преступной группировки, действуя в качестве патрона, может «свести клиента с нужными людьми». Он может служить информационным мостом между полицией и преступниками, между бизнесменами и профессиональными лидерами, связанными с синдикатами; и он может переступать границу между легальным  бизнесом и незаконным предпринимательством. Он может оказать значительную услугу и получить в награду деньги и власть. В результате образуется сеть, круг двоичных связей, на орбите которого находятся член организованного преступного сообщества и его клиенты, не имеющие в большинстве своем связей друг с другом, кроме как через своего патрона.

Патрон должен прилагать массу усилий и времени, чтобы управлять такой сетью адекватно, развивать и поддерживать контакты, оказывать услуги, усиливать власть и увеличивать доход, а также быть хорошо информированным. Один патрон может господствовать на какой-нибудь отдельной географической площади, либо в каком-нибудь виде бизнеса (деятельности). Он должен иметь сеть информаторов и связей, например, с полицией и другими должностными лицами, а также профессиональных преступников для выполнения «заказов» клиентов. Он действует, как информационный центр (указывает объекты для профессиональных взломщиков, например); выдает «лицензию» на занятие преступной деятельностью и использует свое положение, помогая преступникам объединиться для специальных операций (например, находит соучастников для совершения  грабежа или  разбоя). Он может снабжать украденным огнестрельным оружием и автомобилями, а также другими средствами, необходимыми для соответствующей преступной деятельности. Один член организованной преступности может быть центром и действовать как катализатор большого объема разнообразной преступной деятельности.

           Независимо от действующего на территории патрона, преступника могут заставить выплачивать дань за «защиту от насилия», которое ему может причинить патрон в случае его неподчинения. Профессиональные преступники, которые нередко действуют самостоятельно, должны платить денежную дань патрону, выражая, таким образом, уважение и подчиненность. Это позволяет им получать важную информацию и другую помощь, а также быть уверенными в том, что другие преступники не поставят под угрозу их операции.108

Схема II   Патримониальная модель – сеть  патрон-клиент.

 

           В центре преступной организации, построенной по патримониальной модели, находится лидер – человек, возглавляющий всех патронов. Ему помогают заместитель и советник (а).  В структуре, которая напоминает модель вселенной, лидер окружен клиентами, являющимися высокопоставленными членами организованной преступности. В различных преступных сообществах, построенных по этой модели, они называются по-разному: наиболее часто – капитанами или командирами (б).

            Капитаны окружены рядовыми членами ОПС, для которых они являются патронами (с). Каждый член, в свою очередь, имеет своих помощников – клиентов. Они, как правило, не являются  членами преступного сообщества,  но могут быть клиентами каждого из членов, включая лидеров и капитанов. Эти преступные группы связываются вместе в сеть,  крайние ячейки которой наиболее гибки и подвижны.

            В итало-американской версии модели организованной преступности, например, - каждый лидер – «босс» связан (родством, дружбой, взаимным уважением) с другим боссом. Признание взаимного суверенитета выступает в данном случае способом связи каждой преступной группировки друг с другом по всей стране. Эта структура представляет собой естественную, природную систему, где члены не обязательно руководствуются целями организации, но они заинтересованы в выживании самой системы и участвуют в коллективной деятельности, направленной на достижение этой цели. В организованной преступности как и в природной системе, преступная группа – более чем инструмент для достижения конечных целей; это в своей основе социальная группа, пытающаяся приспособиться и выжить в опасном окружении.109

                Ф. Ианни считает, что лучшее объяснение сущности и структуры организованной преступности основывается на ее рассмотрении как этнической сети. Определяя организованную преступность как социальную систему, он полагает, что организованные преступные группы, являясь неформальными организациями, как и все социальные системы, не имеют жесткой структуры, вытекающей из их функций. Такие группы, как правило, представляют собой совокупность независимых образований с меняющимся «текущим» персоналом.110

             Этническая природа таких групп объясняется исходя из того, что каждая новая эмигрантская группа встречает дискриминацию, ограничение экономических возможностей и блокирование путей к власти. Одним из наиболее эффективных способов преодоления этих блокирующих деятельность возможностей является организованная преступность, поскольку  это высокоприбыльное дело, и фактически безопасное для этнических общин, поскольку вследствие их закрытости для внешнего проникновения серьезно ограничивается возможность контроля со стороны государства. Ианни утверждает, что с каждой волной эмиграции характер организованной преступной деятельности в принимающей стране изменяется, так как появляются новые криминальные группы.111

             Теория «этнического наследования» является хорошим инструментом для понимания изменчивости природы транснациональной организованной преступности.  

          Таким образом, существует несколько видов моделей структурной организации  рассматриваемых формирований. Каждая из них является характерной для определенной территории действия организованной преступности, времени  существования и сферы ее деятельности.

Транснациональные преступные организации имеют наиболее сложную структуру, так как стремление к максимальной безопасности при осуществлении такой деятельности, а также необходимость эффективного уклонения от  социального контроля вынуждают их к ее постоянному совершенствованию. Учитывая все недостатки традиционных моделей, современные преступные организации  следуют по пути отбора  лучших структурных характеристик, которые затем они творчески применяют для собственной организации. В итоге, как уже указывалось, современные модели организованных преступных формирований  органично сочетают в себе признаки различных известных структурных характеристик и принципов, что позволяет им расширять как сферы транснациональной преступной деятельности, так и обеспечивать ее эффективную безопасность.

          Анализ структурного описания наиболее известных преступных синдикатов и организаций, занимающихся транснациональной преступной деятельностью, подтверждает эту гипотезу.

          В самом общем виде схематичная организация элементов, из которых складывается преступный синдикат в единую систему, представляет собой жестко структурированное ядро с признаками вертикальной структуры управления, организованное по традиционным канонам бюрократической (корпоративной) модели, которое органично сочетается с гибкой сетевой структурой периферических звеньев. Последние, как правило, хорошо изолированы друг от друга, имеют обширное разделение труда между  звеньями, но члены каждого из них внутри отдельной ячейки крепко связаны между собой какими-либо личностными, эмоциональными связями (родственными, земляческими, этническими и т.п.). Это позволяет иметь не только отлаженный механизм их действия в «производственной сфере»,  легко осуществлять управление и держать под контролем их деятельность, но и максимально обезопасить центр и другие периферические звенья сети от воздействия социального контроля в случае провала одного из них.

         Такое сочетание наиболее эффективных  принципов организации и управления  корпоративной модели, характеризующейся жесткой централизацией для высших уровней с изолированностью, аморфностью и текучестью классических сетевых моделей демонстрирует в настоящее время большинство наиболее известных преступных организаций.

        Не случайно американские криминологи до сих пор спорят о типе структурной модели американской организованной преступности. Разнообразие предлагаемых ими концепций структурных моделей еще раз свидетельствует о сложности построений преступных организаций, из которых и складывается американская мафия.

         Стоит заметить к тому же, что ООН, выделяя основные транснациональные преступные организации, не ставит в их ряд американскую мафию.112 Это происходит, вероятно, потому, что в целом американская организованная преступность, как правило, представляет собой ассимилированные этнические преступные группировки отдельных звеньев наиболее известных в мире транснациональных преступных организаций:  итальянских, китайских, колумбийских, мексиканских и т.п. Именно с их помощью большинство из них  занимаются транснациональной преступной деятельностью в одной из богатейших стран мира113.

         Структурная организация рассматриваемых группировок   отражает многообразие концептуальных моделей, разработанных криминологами. Поэтому для более глубокого анализа общих принципов организации, реализованных в  построении моделей основных преступных сообществ, занимающихся организованной транснациональной деятельностью, обратимся к их более подробной структурной характеристике.

1.4. Транснациональная организованная преступность. Виды  основных мировых организаций

 

         Среди рассматриваемых транснациональных преступных организаций  прежде всего выделяется итальянская мафия, обладающая одной из самых сложных тайных структур и характеризуемая классическими принципами собственного построения. Под итальянской мафией обычно понимается  сицилийская мафия или «Коза ностра», неаполитанская «каморра», калабрийская «ндрангета», а также «Сакра корона унита» из Апулии, созданная «Коза нострой» для использования морского побережья этого региона с целью незаконного оборота наркотиков.

        Из перечисленных организаций наиболее заметной, имеющей ярко выраженный транснациональный характер, является сицилийская мафия. Сохраняя многие из своих традиций, сицилийская мафия является вместе с тем динамичной и хорошо приспосабливающейся к новым условиям структурой. Это позволило ей выйти из местного национального уровня деятельности на уровень транснациональный. Хотя ее деятельность по-прежнему носит региональный характер, а ее оплотом по-прежнему является Южная Италия, «Коза ностра» приобретает все более отчетливые формы транснациональной  корпорации.114

        Структура сицилийской мафии складывалась на протяжении веков. Луиджи Барцини описывает четыре уровня организации, которые составляют сицилийскую мафию.115   Первый  -   «семья»   - составляет  ядро.  На  протяжении  поколений  каждый  глава такой семьи завещал  ее  своему  старшему  сыну. Однако «семья» состояла не только из кровных родственников, но и формировалась на основе фиктивного родства и крестного отцовства.  

         Второй уровень представляет группа из нескольких семей, которые объединяются вместе в ассоциацию для поддержки друг друга в осуществлении своих целей. Такая ассоциация называется «коска» (cosca),  одна из семей  и  ее  глава  признаются  верховной. Типичная cosca   редко состоит более  чем  из  пятнадцати  иди  двадцати членов, в центре которой стоят четыре  или пять  кровных родственников.116 Эта ассоциация  лишена  какой-либо строгой (жесткой) организации: это просто   "друзья друзей", которые являются ее членами и одновременно представляют собой «квалифицированных людей». Cosca устанавливает  рабочие  взаимоотношения  с  другими союзами, соблюдая территории  и  границы. 117 Гибкость    предохраняет     cocsa    от     обюрокрачивания: "необходимость  постоянно   расширять  сферу   деятельности   сети социальных   взаимосвязей    усиливает   неспособность    создания стабильной   организационной   структуры"118. Мафиозо   преуспевает,  потому что  в  его  распоряжении находится  сеть взаимосвязей. В результате он способен действовать  как посредник,  предоставляя разнообразные услуги.  В ответ он  требует  только привилегию  на занятие своей деятельностью. 119

         Третий  уровень достигается, когда создается  союз,  объединяющий несколько подобных ассоциаций, называемый «consorterie», в  котором  одна   cosca признается  верховной,   и  ее   руководитель  является    лидером такого союза -  боссом боссов. "Это происходит спонтанно... когда  боссы отдельных ассоциаций осознают,  что один  из них  стал более могущественным, у него больше людей, больше друзей, больше  денег, более   высокопоставленные   покровители»120.   Последние на Сицилии   образовывали   «onerata   societa» почетное общество, представляющее собой высший уровень организации мафии.   

      В целом эта структура представляет собой гибкую, разветвленную  сеть мелких группировок, объединенных в единый союз. Современная структура сицилийской мафии стала еще более совершенной и в высших звеньях организации приобрела признаки корпоративной модели, хотя сетевая модель является базой для организации низовых ее звеньев.

     В настоящее время, например, 1500 членов, представляющих 67 семей действуют в одной только провинции Палермо. Каждая семья имеет главу, который выбирается из членов  семьи. Управлять семьей всегда помогает советник. Ниже стоят «сержанты», каждый из которых возглавляет более мелкие объединения от 5 до 20 рядовых членов –«солдат». Объединение из трех семей возглавляет «полковник», который отвечает за их деятельность перед региональным комитетом, правительством «Коза ностры».121

       При соотношении такой структуры организации с ранее рассмотренными моделями, очевидно, что даже внутри отдельных звеньев сицилийская мафия построена с использованием принципов бюрократической модели. В то же время отдельные ее звенья, особенно на низшем уровне, увязаны между собой в гибкую сетевую структуру.

       Стоит заметить, что калабрийская мафия – ндрангета представляет собой разновидность сицилийской, а значит  и принципы организации у них являются сходными. Неаполитанский вариант итальянской мафии - каморра, по  мнению   Эрнесто Серао,  в   отличие  от   сицилийской мафии  является более высокоорганизованной и дисциплинированной. 122  Ее структура основана на классических корпоративных принципах организации. Современная каморра по-прежнему дислоцируется в Неаполе, и действует в союзе с сицилийской мафией, а значит и  принципы ее преступной деятельности становятся сходными с  последней.

        Применительно к американской организованной преступности, куда с потоком мигрантов переместились основные силы итальянской мафии, справедливым будет отметить, что «крестные отцы» итало-американской организованной преступности Аль Капоне, а в более поздние годы - Джон Готти, босс преступной семьи Гамбино, будучи выходцами из Неаполя, более склонялись к каморре в вопросах организации и деятельности своих семей.

        Основной  единицей  внутри современной  итало-американской   преступности по-прежнему является "семья"  или borgata.  Фактическое название,  под которым известна  группа,  может  тем  не  менее  меняться. В Новой Англии, например,  это  "Офис";  в  Чикаго   -  это  "Outfit".  Группы   в центральном районе Нью-Йорка  известны как "Семьи".  Хотя какое-то количество  членов  могут  быть  родственниками,  термин  Семья не означает   родство по крови или в результате брака (вот почему   термин пишется  с  заглавной  буквы).  По данным Президентской Комиссии, насчитывается двадцать четыре  таких группы – «Семьи  LCN» (La  Cosa  Nostra),  общее  количество  членов которых  достигает   1700. Половина из них составляют пять Семей Нью-Йорка123. Каждая преступная группа состоит из членов и помощников. Их структура в основном базируется на сетевой патримониальной модели. Член, обычно имеющий итальянское происхождение, как патрон находится в центре клиентов, членами не являющихся. Последние составляют действующую (боевую) единицу для координирования преступной деятельности.

Члены  и  помощники  объединяются  в  группы,  полунезависимые  единицы,  которыми  номинально  руководят  «капитаны». Таким образом, вокруг  каждого  капитана  вращаются его помощники, занимающие самую низшую ступеньку иерархии и официально принятые в Семью.  Члены являются патронами для посторонних клиентов, т.е. тех, кто не является членами Семьи. 

        В   центре структуры   итало-американской   организованной преступности  находится  босс, который, как правило, имеет советника и заместителя.  Каждая  группировка связана  с другими  семьями по  всей стране посредством  босса,  суверенитет   которого  принимается   другими боссами.

       Анализ описанной структуры итало-американской преступности таким образом также позволяет констатировать сочетание принципов корпоративной и сетевой моделей в структуре организации преступной деятельности. Подтверждение эта гипотеза находит в том, что смешение этих моделей в итало-американской организованной преступности до сих пор вызывает споры ее исследователей, которые в равной степени находят в ней черты как корпоративной, так и сетевой структур124.

        Итальянская мафия представляет собой традиционно европейскую модель организации организованной преступной деятельности в Европе. В Азии транснациональная организованная преступная деятельность осуществляется целым рядом известнейших и старейших преступных организаций, имеющих сходные характеристики их структурных моделей. Речь идет о китайских «триадах», японской «якудза», вьетнамских группировках.

      Китайские триады, история развития которых насчитывает тысячи лет, в последнее десятилетие значительно усилили свои ряды. Если в 1986 году было выявлено 197 тыс. преступных группировок с общим количеством 876 тыс. членов, то уже в 1994 году рост в отношении числа преступных групп составил 306% (на 154 тыс. группировок стало больше), а количество их членов увеличилось на 547 тыс., что составляет  403% по сравнению с базовым годом. До 1986 года существовало очень немного групп, хорошо организующих свою преступную деятельность. Однако с 1986 года прослеживается высокий рост числа сплоченных, высокоорганизованных формирований подпольного типа.125

          Традиционно модель организации триад представляет собой жестко централизованную иерархию с шестью основными позициями. Первую позицию занимает лидер “сан шу”, известный также как “лунг тао” (голова дракона) или “тай ло” (большой брат). В его подчинении  находится четыре ранга руководителей, отвечающих за различные конкретные аспекты деятельности организации, и рядовые члены.

           На второй позиции находятся руководители отдельных организаций, или целого их ряда, входящих в триаду, называемые “фу шан шу”, и специальный человек “синг фунг”, который руководит вербовкой новых членов. Третью позицию занимают инфорсеры, боевики - “хунг кван”, возглавляющие оперативно действующие группы триад. Существует специальная должность для осуществления взаимосвязи с другими преступными сообществами и организациями –“шо хай”, а также эксперт по административным и финансовым вопросам “пак тсе син”, находящиеся соответственно на пятой и четвертой позициях. В самом низу, на шестой позиции, находятся простые члены или солдаты – “сей коу джай”.126

         Иерархический авторитарный стиль организации подчеркивает следующий факт. Все должности в китайских триадах принято обозначать определенными цифрами. Лица, занимающие значительные позиции в этой преступной организации, обозначаются трехзначной цифрой, начинающейся с 4, что соответствует старинной китайской легенде о том, что мир окружают четыре моря. Так, лидер «сан шу», возглавляющий общество триад в отдельном городе или на географической территории,  называется  «489»; инфорсеры «хунг кван» - 426; «шо хай», ответственный за связи с другими преступными группами – 432; административный и финансовый эксперт  – 415. Простые члены, не имеющие рангов, называются   двузначным номером «49» 127.    

      Руководящая верхушка является своеобразным “мозговым центром”, определяющим направление и характер деятельности триад. По сути последние представляют собой феодально-патронимические организации, главари которых обладают неограниченной верховной властью. Относительно крупные организации делятся на отдельные отряды, имеющие свои собственные наименования. Каждый из членов такого братства, в зависимости от возраста, принадлежит либо к большому, либо к малому отряду и подчиняется распоряжениям и приказам своего командира.128

      При определении модели организации транснациональной преступной деятельности китайских триад, несомненно, можно сделать вывод о корпоративном характере структуры этих организаций. Об этом свидетельствует их иерархическое построение при централизации руководящих полномочий на вершине.

      Между тем аналитики до сих пор не могут прийти к единому мнению относительно степени организованности триад. Происходит это потому, что при наличии строго формализованной структуры руководящего уровня, исполнительные звенья, осуществляющие непосредственную преступную деятельность, действуют в рамках гибкой сетевой системы, которая может меняться в зависимости от той или иной проводимой преступной операции. Такое сочетание корпоративной и сетевой моделей характерно для наиболее известных триад, занимающихся транснациональной преступной деятельностью: «Сунь Е Он», «14К», «Во Хоп Ту» и «Во Он Лок».

        Близкой к триадам по модели организации является вьетнамская мафия, получившая прозвище «змея». По структуре она действительно напоминает змею, поскольку принцип транснациональной деятельности таков: сначала появляется «голова», устанавливающая контакты с властными национальными структурами, затем уже медленно подтягиваются основные силы – бесконечное «тело» змеи.  Внутри же группировки установлена жесткая иерархия, железная дисциплина и тотальный контроль за каждым членом сообщества.129

       Эти организации имеют в основном транснациональный характер деятельности, они тесно связаны с этническими диаспорами эмигрантов в европейских, азиатских и американских странах. Например, в Соединенных Штатах активно действуют китайские группы, называемые «тонгами» и состоящие в основном из эмигрантов, которые раньше были членами триад. Кроме того, активно действуют смешанные китайско-вьетнамские группы, а также китайская преступная организация «Зеленые драконы»130.  Президентской комиссией установлена прямая связь между триадами, базирующимися в Гонконге, и китайскими организованными преступниками в Нью-Йорке.131

         Японская якудза или «борекудан» на конец 1996 года насчитывала 79900 членов, из которых 67% приходилось на три крупнейших синдиката: Ямагучи –гуми (400 групп, около 23000 членов); Инагава-кай (140 групп, более 7000 членов) и Сумиеси-кай (112 групп, 600 членов).132 Общее количество преступных формирований, официально зарегистрированных как «борекудан», в 1998 году – 23  сообщества.133

      В структурном отношении триады и якудза имеют много общего. В модели, используемой для построения групп  якудза, используются те же принципы вертикальной структуры с «головой дракона» во главе, как и у китайских триад, только называется такой лидер (босс, обладающий неограниченной авторитарной властью) - "каичо".  Особенностью якудза является ограниченный, по сравнению с триадами, перечень позиций руководящего звена. Босс имеет только заместителя или капитана, называемого «вакато», все остальные позиции занимают рядовые солдаты «вакаи шу»134. Между тем, в борекудан проводят тщательное разграничение между ее членами (кумин) и теми, кто не был посвящен в секреты организации, не прошел специальную церемонию посвящения (джан-кумин), и потому находится на самой нижней ступени в мире якудза.

      Кроме того, существуют и различия рангов и титулов в различных группах этой преступной организации. Установление силовой, авторитарной иерархии, как правило, происходит внутри  семейных групп. Это позволяет членам семьи, находящимся на следующей за лидером позиции, учиться руководить семьей, использовать имя семьи, в соответствии с тем престижем, который она имеет, возглавлять отдельные звенья семьи, чтобы со временем стать ее лидером.135

      Борекудан  имеют свою территорию и кодексы поведения, члены этих объединений связаны между собой псевдородственными отношениями преданности. Обряд посвящения означает отречение от кровных родителей и признание босса фактическим отцом. Система отношений в организованных преступных группах характеризуется тем, что господствует патерналистское покровительство со стороны лидера, что создает атмосферу солидарности наподобие семейных отношений.136

       Таким образом, группа якудза представляет собой псевдосемью-клан. Псевдосемейные отношения обеспечивают преступной группировке устойчивые связи не только между боссом и членами организации (за счет традиционных ценностей японского института семьи, в основе которого лежит конфуцианская концепция со строгой регламентацией места и поведения каждого ее члена), но и высокую степень сплоченности между ее членами (отношения старших и младших братьев). Не только вертикальные, но и горизонтальные отношения связывают членов одного ранга.137

     Жесткая корпоративная модель структуры характерна для отдельных звеньев – семейных групп, составляющих крупнейшие транснациональные организации якудза. Однако судя по количеству этих звеньев, достигающих в крупнейших организациях нескольких сотен, низовые горизонтальные структуры все-таки организованы с использованием принципов сетевых моделей.

         Еще более уникальными в структурном построении являются колумбийские картели. Среди других известнейших транснациональных преступных организаций, колумбийские семьи являются наиболее высокоорганизованными корпорациями для занятия преступным бизнесом, который основывается на таких эффективных принципах управления, как специализация и разделение труда. Традиционно колумбийские картели представляли собой известные торговые династии, большинство из которых имело патриархальную авторитарную структуру, требующую абсолютной дисциплины и преданности.

       В настоящее время колумбийские картели являются основными производителями  и поставщиками кокаина на мировой рынок наркотиков. До 80% произведенного в мире кокаина, сырье для которого произрастает только в трех Южноамериканских странах: Боливии, Перу (70%) и Колумбии (30%), распространяется двумя известнейшими наркотическими картелями, расположенными в колумбийских городах Медельине и Кали. Медельинский и калийский картели главенствуют на мировом рынке наркотиков, производя по 715 тонн кокаина в год.138

       Как в любой большой корпорации, лидеры, например, Калийского картеля имеют репутацию консервативных менеджеров. В главном офисе есть исполнительный директор и ряд вице-президентов для выполнения конкретных функций: реализации продукции, организации ее транспортировки, продажи, финансовой деятельности и силового прикрытия. Зарубежные филиалы созданы для импортирования, продажи и распространения продукции. Распоряжения из главного офиса являются обязательными для зарубежных филиалов, а контроль над ними со стороны корпорации осуществляется круглосуточно.

        Таким образом, основные руководящие уровни в колумбийских картелях, несомненно, структурированы с использованием вертикальных корпоративных принципов, присущих любой легальной или нелегальной бюрократической организации. Между тем абсолютно по иной схеме построены нижние уровни этих преступных корпораций. Здесь использована узкоспециализированная ячеистая структура с тщательным разделением между ячейками функций и сбором лишь той информации, которая действительно необходима картелю.

        Каждая ячейка возглавляется «caleno» и состоит из родственников и соседей. Заработная плата членам ячейки поступает на счета, контролируемые корпорацией, и если ими допускается хоть малейшая ошибка,  счета дебитуются. Кодекс поведения для членов является жестко-силовым. Система не позволяет ошибаться, и никогда не дает своим членам второго шанса. Если ошибка такова, что влечет за собой смертельный приговор, он применяется не только к провинившемуся члену ячейки, но и ко всей его семье. Кроме того, родственники используются как заложники в ходе осуществления операций с наркотиками. Они служат страховкой безопасности деятельности ячейки на случай непредвиденных событий или ареста участников операции.139

         Такой модульный подход позволяет ограничить ущерб, который может быть нанесен правоохранительными органами.  Трудности выявления таких ячеек и влияния на их деятельность государства обусловлены тем, что членство в этих ячейках резко ограничено только теми людьми, которых лично знает «коленос».

        Таким образом, нижние звенья колумбийских преступных корпораций представляют собой обширную сеть изолированных друг от друга ячеек, находящихся под жестким контролем и руководством сверху. Безопасность корпорации и четкое выполнение предписанных функций обеспечено внутренним взаимным контролем, основанном на страхе за свою жизнь и жизнь своих семей, а также жестком ограничении информации как о деятельности организации, так и о ее членах..  

        Такое сочетание ярко выраженных корпоративных и сетевых принципов организации присуще  традиционным колумбийским картелям. Получение сверхприбылей в результате осуществления лишь одного из видов преступной деятельности подтверждает его эффективность.

          Вместе с тем, жесткая борьба государства с наркомафией, острие которой было направлено на описанные крупнейшие преступные корпорации, несколько ослабила их позиции вследствие арестов большинства лидеров. С 1995 года на традиционно колумбийском кокаиновом рынке появляются два новых картеля «Cartel de la Costa» и «Norten Valle del Cauca». Последние при организации своей структуры предпочли не использовать жестко централизованную систему, опирающуюся на широкую сеть низовых звеньев, которая, в частности, и страдала от того, что арест лидеров нарушал планомерную работу всей корпорации. Эти картели делают ставку на подвижные, маленькие, высоко агрессивные группы,  не имеющие высокой организованности и жестко неконтролируемые, в отличие от традиционных картелей.140

          Таким образом, анализ структуры построения современных крупнейших преступных транснациональных организаций мира позволяет сделать вывод об использовании ими  сочетания определенных принципов организации собственных структурных элементов. В борьбе с конкурентами и правоохранительными органами, в погоне за сверхприбылями выживают лишь те  преступные организации, которые имеют сложную комбинированную структуру, модель которой представляет собой своеобразный «зонтик», где на жестком стержне корпоративного управления гибко фиксируется сеть отдельных самостоятельных исполнительных звеньев. В такой модели легко заменить новой каждую вышедшую из строя часть, легко управлять всеми звеньями, а также обеспечивать безопасность всей системы, используя аморфный характер низовых звеньев и тщательно скрывая стержень организации, который при необходимости может быстро «сложится», скрывшись за многочисленными «складками зонтика». Пространство, которое находится под сенью такого «зонта», может составлять территории нескольких стран или полмира, в зависимости от размера, сфер деятельности и влиятельности на мировых рынках данной транснациональной преступной организации.

        Не имеющие глубоких исторических корней, современные национальные преступные организации, приобретающие транснациональный характер деятельности, вынуждены  совершенствовать свою структуру для собственной безопасности и мобильности в управлении филиалами, находящимися вне пределов территорий страны-происхождения, либо страны основного базирования, наиболее безопасного для всей организации в целом. Поэтому структура таких организаций постоянно модернизируется, что помогает им легко и быстро приспосабливаться к изменяющимся внешним условиям. Как правило, преступные организации, развивающие транснациональную деятельность для того, чтобы не допускать уже известных ошибок, учитывают существующий в этой сфере опыт традиционных  преступных синдикатов, постоянно совершенствуя его.

         В результате структура их организации и управления становится более сложной, многозвенной и многоуровневой. Это позволяет при необходимости либо сворачивать свою деятельность до минимальных размеров при значительном противодействии правоохранительных органов или конкурентов, либо перемещать ее с последующим широким распространением в страны с наиболее благоприятной для соответствующего вида деятельности законодательной и экономической ситуацией.   

        Основная модель современной транснациональной преступной организации все более усложняется. Возникновение промежуточных уровней управления  позволяет руководящему ядру заниматься только стратегией развития организации. Это избавляет их от необходимости организации непосредственной преступной деятельности, а значит и от социального контроля. Сохраняя таким образом жестко структурированный корпоративный центр управления, данная модель позволяет избавиться от недостатков бюрократической структуры, органично сочетая ее с гибкой сетевой, аморфной моделью организации на  уровнях осуществления преступной деятельности.

       Такую сложную модель структуры демонстрирует в частности, российская организованная преступность. Стоит заметить, что поскольку транснациональная деятельность российских преступных организаций не имеет длительной истории, особенности ее структуры только начинают проявляться. Однако уже сейчас видно, что она заключает в себе самые современные принципы организации.

Хотя следует отметить, что  масштабы ее транснациональной преступной деятельности, а соответственно и угроза для других стран, несколько преувеличены, так как  законодательная, политическая и экономическая ситуация внутри России создают самые благоприятные условия для осуществления преступной деятельности и получения прибыли внутри национальных границ при относительно высоком уровне собственной  безопасности. И если бы не слабая банковская, кредитно-денежная системы и неустойчивая экономическая политика, не позволяющие легализовать огромные прибыли (а особенно сохранять их и надежно инвестировать в отечественную экономику, что вынуждает преступные организации использовать оффшорные зоны и западные банки), а также значительная разница мировых и внутренних цен на сырье, товары и услуги, транснациональная деятельность российской организованной преступности вообще бы имела незначительное распространение.

          Модель организации российской мафии можно представить как иерархическую структуру, которая представляет  собой  своеобразную  пирамиду,  состоящую, по крайней мере,  из  трех  основных  уровней,    вершиной  которой   является организационно - управленческое  звено, вплотную  к нему  примыкает организационно - вспомогательное,  и в основании лежит непосредственно - исполнительское.

         Организационно - управленческое звено представляет собой руководящее ядро, являющееся, как правило, коллегиальным органом, в котором управление   осуществляется группой лиц, имеющих фактически равное положение. Оно включает в себя два  блока функций: стратегическое  и  текущее  управление. Стратегическое управление  заключается  в разработке  общей стратегии преступной деятельности;  общих  тактических  приемов  и  средств совершения преступлений;  в  концентрации  средств  преступной   организации и контроле за их поступлением и расходованием; разработке общих мер противодействия социальному контролю.

         Текущее управление состоит  во внедрении конкретных  приемов и методов       преступной  деятельности;   руководстве  конкретными   ее видами;  учете  средств  и  поиске  каналов  их  вложения; решении "кадровых" вопросов и т.п.

         Организационно – вспомогательное звено обеспечивает безопасность и  эффективное функционирование преступного сообщества. Это звено   занимается разведкой и контрразведкой, установлением коррумпированных связей, с помощью  которых поступает необходимая  преступникам информация и реализуются меры по нейтрализации социального  контроля (изъятие  и  уничтожение  отдельных  процессуальных документов или уголовных дел, получение сведений  о потерпевших или свидетелях  с целью  оказания  на  них  давления  и  др.). В функции этого звена входит и получение информации о выгодных и безопасных направлениях дальнейшей преступной деятельности, а также ее организация. В структуре этого уровня могут выделятся промежуточное руководящее ядро, группы для обеспечения безопасности и организации преступной деятельности.

          Непосредственно – исполнительское   звено  готовит  и совершает конкретные    преступления.   Его   основные   функции   состоят  в руководстве  исполнительскими  группами  и  совершением конкретных преступлений,   в транспортировке,   охране,   реализации  предметов добытых преступным путем,  в организации деятельности    посредников  и связников  и  т.п.141 

       Как правило, состав низовых сетевых звеньев очень разнообразен. Это связано, с одной стороны, с функциональными особенностями  их преступной деятельности, а с другой – со спецификой их коммуникативных связей внутри таких групп, определяющих все разнообразие взаимоотношений между их членами, а также их структуру.  

        В юридической и социологической литературе выделяется широкий спектр форм коммуникативных связей в преступных группах. В частности, выделяются  разновидности структурных систем, имеющих централизованный и децентрализованный характер142.  Представляется, что структурной характеристике групп, являющихся сетевыми звеньями организованной преступности, не свойственна децентрализация, которая более характерна для преступности групповой. Для структуры организованных преступных групп, составляющих сетевые звенья организованной преступности, более присущи такие виды коммуникативных связей как внутри группы, так и с вышестоящими звеньями,  как, например, «колесо», «зонтично-стержневая», «комбинированная» и «сложная» структуры.

      Колесо представляет собой централизованную систему коммуникации, в которой информационные и иные внутригрупповые процессы замыкаются на лидере, осуществляющем связь с вышестоящими звеньями и выполняющем роль «бригадира», передаточного звена, управляемого сверху корпоративными методами. При такой организации изоляция второстепенных участников группы никак не влияет на продолжение ее криминальной активности, так как обычно они не осведомлены ни  о деятельности других участников, ни об их количестве.

        Слабым звеном такой структуры является сам лидер, которого знает каждый из участников группы, поэтому «колесо» чаще используется для организации деятельности относительно самостоятельных подгрупп, связанных с лидером организованной низовой группы через промежуточного управляющего, являющегося руководителем данной подгруппы, т.е. с использованием элементов «зонтично-стержневой» структуры.

        Зонтично-стержневая система коммуникаций представляет собой другую разновидность централизованной формы организации, так как все коммуникативные процессы также замыкаются на лидере группы, осуществляющем внешнее управляющее воздействие через одного из ее участников, используя  внутреннюю самоорганизацию. Изоляция лидера в этом случае может и не привести к прекращению деятельности группы, поскольку функции управления в таких случаях переходят к  тому участнику, который играл роль передаточного звена в управлении группой. Обычно этот вид структурной организации также используется как одна из разновидностей связей в сложных структурных элементах российской организованной преступности.       

         В организованных группах с комбинированной структурой система коммуникативных связей между участниками может быть двух и более видов, присущих как централизованным, так и децентрализованным их формам.  Такая организация в большей степени оберегает группу от случайного провала, позволяет обезопасить руководящие звенья, а также дифференцировать ее деятельность. Из централизованных видов коммуникативных связей здесь могут быть использованы «колесо» и «зонтично-стержневая» структура, из децентрализованных  элементы «цепи», когда каждый участник, связан только с последующим, и «полной» структуры, когда все участники взаимодействуют между собой.

       О сложной  структуре можно сказать то, что фактически она представляет собой общую схему организации структуры организованной преступности. «Сложная» структура характеризуется совокупностью относительно самостоятельных подгрупп, имеющих своих лидеров и свою структуру внутренних и внешних коммуникативных связей  с другими подгруппами и вышестоящими звеньями.

       Рассмотренные типы структурной организации  позволяют унифицировать пеструю картину, которую представляет в настоящее время российская организованная преступность, в том числе и те ее звенья, которые занимаются транснациональной преступной деятельностью. Кроме того, понимание вида существующей коммуникативной связи между членами отдельных звеньев и последних между собой, а значит и их структуры и взаимосвязей, позволяет выработать соответствующую тактику раскрытия всей сети, включая ее руководящие звенья.

       В этой связи представляется неоправданным отнесение к структуре российской организованной преступности выделение ее разновидностей по типу деятельности. Например, В.С. Овчинским выделялось пять основных видов преступных формирований: «лжепредпринимателей», «гангстеров», «расхитителей», « коррупционеров» и «координаторов» (элита преступного мира: «воры в законе» и авторитеты»)143.  Между тем критерий выделения приведенных типов не позволяет говорить о видах взаимосвязей между ними и не определяет специфики организационных принципов.

        В целом оценивая структуру российской организованной преступности, хочется еще раз подчеркнуть ее сложный характер, органичное сочетание классических организационных моделей деятельности, присущих ведущим  мировым преступным синдикатам, привнесение в эти модели современных способов организации, позволяющих успешно уходить от социального контроля элитной группе лидеров и эффективно самовоспроизводить организованную преступность в целом.

       Описанные здесь основные модели организации являются наиболее характерными для  преступных сообществ, занимающихся транснациональной преступной деятельностью, поскольку сам характер такой деятельности предопределяет их более сложную структуру. Высокая степень приспосабливаемости к существующим в  различных странах условиям осуществления преступной деятельности, а также к их изменению,  связана со способностью совершенствования структуры организации. Чем выше такая способность, тем более защищенной и доходной является транснациональная преступная деятельность. Чем  консервативнее и жестче структура преступных организаций, осуществляющих такую деятельность, тем более они подвержены социальному контролю и вытесняющему влиянию конкурентов с традиционно занимаемых рынков сбыта товаров и услуг.

         Поэтому основные модели организации всех ведущих транснациональных преступных синдикатов в настоящее время совершенствуются, эффективно сочетая традиционные элементы структуры с современными принципами организации деятельности. Большинство из них имеют корпоративно-сетевой характер, который несомненно имеет свои национальные особенности, но вместе с тем является той основой, на которой строится организация и деятельность мировой транснациональной организованной преступности.  

         

                ГЛАВА II. ТРАНСНАЦИОНАЛЬНАЯ ОРГАНИЗОВАННАЯ     ПРЕСТУПНОСТЬ В РЕГИОНАХ МИРА.

       2.1.Транснациональная организованная преступность в      Соединенных Штатах Америки: определение проблемы144

 Транснациональная организованная преступность за последние десятилетия значительно распространилась. Обогатившись за счет феноменальных прибылей от торговли наркотиками, оружием и контрабандой людьми, она нуждается в отмывании своих доходов. Недосягаемые для налоговых органов организованные преступные группы накопили феноменальное богатство (Tanzi, 1996).

Соединенные Штаты Америки из-за размера и открытости своей экономики стали для организованных преступных групп как мишенью для извлечения прибылей, так и удобной страной для отмывания и инвестирования доходов от преступной деятельности. Несмотря на миллиарды долларов, инвестируемые в программы правоохранительных органов для борьбы с торговлей наркотиками и отмыванием денег, транснациональные преступные группы способны действовать в широком масштабе на большей части территории Соединенных Штатов.145 

Международная организованная преступность процветает в Соединенных Штатах несмотря на сильное законодательство и политическое желание бороться с этой проблемой. Первопричина этого - разделение ответственности правоохранительных органов между местными властями, властями штата и федеральными властями, и ею в полной мере пользуются преступные группы.

 Проблема транснациональной организованной преступности в США. Транснациональная организованная преступность оказывает большое воздействие на американское общество. Деструктивное влияние торговли наркотиками общепризнанно, но не только в этом плане транснациональная преступность оказывает разрушительное влияние (Shelly, 1995). Международная торговля оружием и людьми, контрабанда исчезающими и вымирающими видами  флоры и фауны и международные финансовые махинации имеют далеко идущее воздействие на здоровье и финансовое благополучие американских граждан. Международные преступные группировки действуют не только вблизи мексиканской и канадской границ, в американских портах, они проникли также в совершенно неподготовленные к такому явлению районы.146 Правоохранительные органы в большинстве районов Соединенных штатов обнаруживают только верхушку айсберга; действуя в рамках своей юрисдикции, они не способны справиться с международными размерами преступных организаций.

Федеральное правительство взяло на себя руководство по расследованию и преследованию организованной преступности. По всей стране ударные отряды полиции объединяют возможности различных правоохранительных органов для раскрытия разномасштабных преступных организаций. Многие из этих ударных отрядов специализируются на определенной группе или форме деятельности. Например, недавно созданные ударные силы нацелены на русскоязычную организованную преступность, в то время как федеральные ударные силы в Лас Вегасе сосредоточены на различных преступлениях, связанных с индустрией азартных игр.

У большинства штатов теперь есть RICO, законы против организованной преступности (Rebivich, 1995), но многие правоохранительные органы штатов борются против преступных семей также и в рамках своей юрисдикции. Немногие штаты и местные власти использовали федеральное законодательство (RICO и другие правовые инструменты) для борьбы с международным размахом местной преступности. Исключением являются только самые большие штаты. Так, окружной прокурор Нью-Йорка Роберт Моргентау (Morgenthau) проявил решительность в распутывании международного скандала BCCI (Passas, 1994). Специальное подразделение по борьбе с организованной преступностью в штате Нью-Йорк и отдел (офис) Генерального прокурора штата Калифорния провели в своих штатах серьезные расследования международной русской организованной преступности.147 Значительно больше необходимо сделать для борьбы с мошенническими махинациями кредитными картами, с мошенничеством при страховании, с бандами угонщиков автомобилей, входящими в состав международных преступных группировок, которые используют в своих целях отсутствие опыта у местных правоохранительных органов и органов штата во многих частях страны (Nigerian, 1997).

         Отвергая традиционные подходы к преступлению, транснациональные преступные организации выходят на новый уровень криминальной деятельности, которая уже не укладывается в рамки сегодняшнего судопроизводства страны. Уличная преступность остается главной целью большинства исследователей и правоохранительных органов США, равно как и местных органов. Беловоротничковое преступление рассматривается как нечто совсем необычное. Между тем эти виды преступлений следует рассматривать как низший и высший уровни одной и той же преступности:  преступные организации на низших уровнях совершают уличные и другие виды транснациональных преступлений,  на высших  изощренные экономические преступления. Криминологи, специализирующиеся только на одном аспекте преступности, неизбежно выпустят из поля зрения ее другой аспект. А это значит, что в определении сущности транснациональных преступных организаций следует исходить из их сложного многоуровнего характера, включающего в себя как традиционные, так и новые формы организаций и преступлений.

В настоящее время транснациональная организованная преступность изучается в международном масштабе и специалистами в области государственной безопасности (Godson and Olson, 1995; Strange, 1996; Williams  1994 и 1995). Несмотря на далеко идущие последствия для международных рынков и политических систем, в глубине ее - проблема преступления. Нарушаются законы, осуществляются акты насилия и угроза насилием, а конкуренция подавляется  преступными средствами.

Для борьбы с организованной преступностью должен использоваться более широкий арсенал средств, чем против уличной преступности. Чтобы анализировать организованную преступность, исследователям и практическим работникам необходимо понимать ее глубинный контекст. Политические, экономические, географические и культурные факторы затрудняют понимание динамики криминальных организаций, их возможностей для роста качественных изменений и развития внутренних и международных связей.

         Идентификация организованной преступности. Многие виды организованной преступности квалифицировались как преступление без потерпевшего. К этой категории часто относили проституцию, азартные игры и даже употребление наркотиков. Применительно к этой классификации они не наказуемы. Скорее они включают в себя явления, которые причиняют вред только жертве. В 60-е и 70-е годы, когда криминологи писали о преступности без потерпевшего (Schur and Bedau, 1974), некоторые аспекты предпринимательской деятельности контролировались местными преступными группировками. С появлением глобальной экономики международная проституция, торговля наркотиками и даже некоторые азартные игры попали под контроль международной организованной преступности. Традиционные отряды по борьбе с пороком плохо подготовлены для распознавания или расследования явления, щупальца которого опутали весь мир.

Транснациональная организованная преступность может проявляться на местном уровне как высокоорганизованная преступность или казаться дезорганизованной. Торговцы наркотиками могут плотно контролироваться на местном уровне и являться частью хорошо построенной сети. Однако транснациональные группы могут делиться на более мелкие, которые объединяются вместе с другими группами для выполнения особой преступной операции. Например, банда мошенников в Нью-Йорке, занимавшаяся бензиновым бизнесом и уклонявшаяся от уплаты налога, представляла собой объединение русскоязычных и La Cosa Nostra.148 Эти непрочные объединения труднее выявить, чем более традиционные операции преступных групп.

Работники правоохранительных органов, подготовленные для охраны общественного порядка или специализирующиеся на борьбе с наркотиками, не готовы бороться со всей махиной международной преступной организации. Они борются только с низовым ее уровнем. Их политика предупреждения преступности нацелена на уличных торговцев наркотиками, а не на ликвидацию преступной организации, которая простирается до международных отмывателей денег, обосновавшихся в оффшорных банках.

Если полиция арестует розничного торговца на углу улицы, торгующего поддельными товарами, он вероятно будет оштрафован только за мелкое нарушение. Тем не менее этот человек, подобно уличному торговцу наркотиками, может быть самой нижней ступенькой в международной преступной организации. Международное преступное предприятие может производить и распределять товары в широком масштабе. Товары могут быть произведены за границей, привезены контрабандным путем в Соединенные Штаты и затем распространены уличными торговцами на местном уровне. Либо товары могут быть нелегально произведены в Соединенных Штатах нелегальными переселенцами. (IACC, 1998). Но за редким исключением случается, что даже арест торговца может привести к обнаружению и ликвидации международной организации, занимающейся подделкой товаров (контрафакцией).

Арест местными полицейскими нелегального переселенца, работающего на предприятии с потогонной системой труда или в публичном доме, редко приводит к раскрытию международной банды торговцев людьми. Эти сети, тем не менее, иногда раскрываются, когда местные правоохранительные органы действуют сообща с федеральными органами, у которых шире юрисдикция и больше возможностей (DeStefano, 1997; Yates, 1997).

         Оценка транснациональной организованной преступности. Отсутствие централизованных данных по транснациональной организованной преступности сильно затрудняет оценку явления. В настоящее время нет унифицированного источника данных ни на федеральном уровне, ни на уровне штата. Мало внимания обращалось на применение RICO на уровне штата, даже несмотря на то, что 29 штатов приняли свои собственные законы RICO (Rebovich, 1995).

Но даже если бы существовала централизованная статистика об уголовном преследовании на основании RICO, было бы необязательно выяснять, в какой степени организованная преступность может считаться транснациональной. Сложность возбуждения уголовного преследования по RICO означает, что как федеральные сотрудники полиции, так и сотрудники полиции штата предпочитают применять другие законы для борьбы с транснациональными преступными группами. Например, преступным группам может быть предъявлено обвинение в отмывании денег, вымогательстве, мошенничестве с использованием почты и телеграфа, вместо того чтобы применить более сильный закон RICO, который объединяет многочисленные правонарушения в один закон. Обвинение группы в одном преступлении позволяет легче добиться осуждения и избежать необходимости доказывать периодическое (рецидивирующее) преступное поведение, что является основным элементом уголовного преследования по RICO.

Главный источник информации, использованной в этой статье, это отчеты федеральных сотрудников полиции и сотрудников полиции штатов, которые дают информацию об уголовных преследованиях и направлениях в транснациональной преступной деятельности. Исследователи опрашивали как контрабандистов, так и сотрудников полиции. Ударные отряды полиции были нацелены, в частности, на такие преступные группы, как азиатская, нигерийская и русская, принимая во внимание специфику их сферы деятельности и географический масштаб операций. Отчеты об успехах этих ударных отрядов полиции были предоставлены для различных слушаний в Конгресс. Таможенные и иммиграционные данные проливают свет на контрабандную деятельность внутри и за пределами Соединенных Штатов.

Анализ существующей транснациональной преступности должен основываться на более широких источниках, а не только на деятельности правоохранительных органов. Информация из корпораций помогает установить общую стоимость и размер прибыли от организованной преступной деятельности. Это особенно ценно в тех случаях, когда банды занимаются мошенничеством с кредитными картами и страхованием. Данные о потоке денег, о которых сообщает Казначейство, дает представление об отмывании денег через финансовые и нефинансовые учреждения, такие, например, как Бюро телеграфных переводов (Kelly, 1997).

Разнообразие данных помогает нарисовать картину разновидностей транснациональной преступности, действующей в настоящее время в США. Оценка стоимости и размер прибыли от этой деятельности базируется, однако, на очень грубом подсчете.

         Формы транснациональной организованной преступности. Транснациональная организованная преступность проявляется на уровне штата, местном и федеральном уровнях многими путями. Большинство согласно с тем, что самыми прибыльными формами торговли запрещенным товаром в Соединенных Штатах являются торговля наркотикам, за ней следуют торговля оружием и людьми. Люди продаются с целью занятия проституцией, для работы на предприятиях с потогонной системой труда и других форм дешевого труда. Речь может идти также о «продаже» тех людей, которые желают нелегально жить в Соединенных Штатах. В то время, как были затрачены огромные ресурсы и проведен большой анализ рынка наркотиков и транснациональных преступных организаций, действующих в Соединенных Штатах, намного меньше известно о структуре, масштабах и личности тех, кто занимается торговлей оружием и людьми.

Изучение торговли людьми в первую очередь было сосредоточено на провозе людей контрабандным путем из особых районов, таких, как Азия или Мексика, но мало было сделано для рассмотрения общего влияния на Соединенные Штаты торговцев из Азии, Мексики, стран Карибского бассейна и стран бывшего Советского Союза (Singer and Massey, 1997; Winer, 1997). Торговля людьми отличается от большинства других форм организованной преступности. Часто человек, которого продали, должен возвратить деньги торговцу после его прибытия к месту назначения (Chin, 1997). Это - форма долгового рабства или даже торговля "белыми рабынями". Хотя транснациональная организованная преступная группа обычно прекращает контролировать предмет незаконной торговли после его доставки, люди, которых продали, часто остаются под контролем организованной преступной группы, хотя работают на грязном производстве или занимаются проституцией (Trafficking in Migrants, 1966 and 1997). Люди, в отличие от других товаров преступных групп, являются возобновляющимся ресурсом, который продолжает платить долги преступной группе. Случаи, когда семьи не смогли оплатить издержки торговцев от 25000 до 30000 долларов, нередко приводят к насилию, изнасилованию и даже убийству индивида, который был продан в Соединенные Штаты (Chin, 1997).

Две других области контрабанды, на которые не обращают столько внимания, сколько на первые, - это незаконная торговля сигаретами и экологическая преступность или торговля опасными для окружающей среды предметами. Подсчеты позволяют предположить, что в Соединенных Штатах ежегодно тратилось три миллиарда на контрабандные растения и животных, в то время как по некоторым подсчетам, на наркотики было истрачено 30 миллиардов долларов. Согласно анализу правоохранительных органов и журналистским расследованиям, объем контрабанды сигарет и предметов, опасных для окружающей среды, увеличился (Webster, 1997).

 Торговля сигаретами включает в себя как импорт, так и экспорт сигарет. Контрабандисты перевозят сигареты через границу Канады и Соединенных штатов чтобы избежать налогообложения, и американские производители сигарет продают огромное количество сигарет в Европу лицам, которых отделение по борьбе с мошенничеством Европейского союза идентифицирует как контрабандистов. В этом случае американские корпорации обвиняются в соучастии с международными преступными группами (Bonner, 1997; Bonner and Drew, 1997; Brooks, 1998; Schwartz, 1998).

В Соединенных штатах основной областью преступности против окружающей среды, в которой заняты международные преступные группы, является импорт вымирающих видов и ХФУ (хлорированные и фторированные углеводороды). Размещение бытовых и опасных отходов во многих частях Соединенных штатов хотя и контролируется организованной преступностью, по-видимому еще не приобрело международного масштаба, как это случилось в Европе. Члены итальянской мафии пытались поставлять опасные отходы в Африку, но такие случаи должны тем не менее регистрироваться американскими правоохранительными органами.

Процветающий рынок ХФУ возник в 90-е годы в ответ на Монреальский протокол, который попытался ограничить производство и потребление соответствующих предметов. ХФУ могут быть самым крупным незаконным импортом в США после наркотиков. Управление по охране окружающей среды и Таможенное управление Соединенных штатов объявили о снижении заработной платы в ответ на рост торговли. В первый год, в 1995-ом, совместными усилиями по борьбе с этой незаконной торговлей было конфисковано более 500 тонн незаконных ХФУ и было получено около 40 миллионов долларов в виде налогов (Clapp, 1996). По мере продолжения и расширения расследований было зарегистрировано еще больше контрабандных операций (Ecocrime, 1997).

Торговля различными видами флоры и фауны является очень прибыльным бизнесом из-за огромных сумм, которые некоторые коллекционеры желают заплатить за редкие образцы. Майами является основными воротами как законной, так и незаконной торговли видами живой природы. Преступные организации, которые занимаются торговлей наркотиками, могут также торговать и животными. Кроме того, они могут сочетать эти виды деятельности. Американские инспекторы по охране живой природы и рыбных ресурсов сообщают, что наркотики могут быть зашиты в желудках живых животных (Ecocrime, 1997).

Некоторые формы традиционной преступной деятельности приобрели новый размах с ростом глобализации мировой экономики и увеличением роста кооперации между этнически и географически различными организованными преступными группами. Мошенничество, которым поначалу занимались на местном уровне, стало по-настоящему транснациональным, т.к. доходы от некоторых из этих крупномасштабных преступлений обрабатываются посредством международных телекоммуникаций и деньги, полученные от этих незаконных действий, быстро покидают Соединенные Штаты. На различных формах мошенничества специализируются, в частности, русскоязычные и Нигерийские группы (Nigerian, 1997; Threat from Russian Organized Crime, 1996).

Русскоязычные организованные преступные группы особенно активно занимались мошенническими махинациями в страховании, связанном с автоиндустрией, с компаниями, предоставляющими бесплатную медицинскую помощь неимущим. Они действовали через границы штатов, не оставляя надежд на задержание. Наиболее дорогостоящее дело организованной преступности, которое когда-либо преследовалось в судебном (уголовном) порядке, было совершено русскоязычными эмигрантами, которые создали мобильные медицинские клиники, чтобы обмануть страховые компании Medicare и Medicaid (бесплатная медицинская помощь неимущим). Потери правительства США и частных страховых агентов составили около 1 миллиарда долларов. "Пациенты заманивались в клиники или места, обслуживаемые передвижными автофургонами для полного физического обследования с ложными заявлениями о "наисовременнейшем" тестировании, которое предлагалось пациентам "бесплатно" или по номинальной стоимости (Russian Organized Crime in the United States, 1996). Это преступление было транснациональным. Причина, по которой сотрудникам американской полиции даже после семи лет расследования удалось вернуть так мало денег, заключалась в том, что они отмывались за пределами страны.

Страховые компании потеряли также миллионы долларов из-за русскоязычных организованных преступных групп, которые подавали мошеннические отчеты о кражах автомобилей и автомобильных авариях (Finckenauer, Waring and Barthe, 1995). Расследованиями были установлены соответствующие аварии, для которых создавались подставные медицинские клиники для подачи исков о фиктивном лечении (Russian Organized Crime in the United States, 1996).

Нигерийские мошеннические махинации оцениваются в сотни миллионов долларов ежегодно, и американская полиция пришла к выводу, что значительная часть суммы убытков приходится на американских граждан. Существует семь распространенных видов мошенничества. Сюда входит: перевод денежных сумм от контрактов, выставивших чрезмерный счет-фактуру, благотворительные завещания, контрактное мошенничество товаров и услуг, покупка недвижимости, махинации с обменом валюты, продажа сырой нефти по ценам ниже рыночных и вымогательство (Nigerian, 1997).

Наиболее распространенные махинации происходят по типовому сценарию. Его начинает письмо от нигерийского гражданина, присланное по собственной инициативе американскому гражданину или компании, в котором говорится, что Нигерийское правительство просит помощи у американской компании с хорошей репутацией. Двухэтапное мошенничество начинается, когда нигерийская сторона требует печатный письменный бланк компании, счета-фактуры сделки и информацию о банковском счете. В 1996 году секретная служба министерства финансов США расследовала 400 таких случаев, потери от которых составили 60 миллионов долларов. Расследование таких преступлений проводится не только федеральными правоохранительными органами (Nigerian, 1997). Например, штат Мэриленд имеет специальное подразделение, расследующее такие преступления, и публикует предостережения бизнесменам о мошенничестве кредитными картами, совершающемся в рамках их юрисдикции.

Жертвами нигерийских мошеннических махинаций часто становятся отдельные граждане и компании. И напротив, русскоязычные группы совершают широкомасштабное мошенничество против властей штата и местных властей. По оценкам офиса Генерального прокурора штата Калифорния, мошеннические махинации с горючим ежегодно обходятся правительству штата и федеральному правительству в 2 миллиарда долларов в виде убытков от неуплаты налогов. Первоклассные связи, созданные русскоязычными и армянскими преступными группами, породили многотомное судебное разбирательство, куда вошли "сгоревшие" компании, которые существовали без каких-либо активов, а использовались для перекачивания налоговых денег (The Threat from Russian Organized Crime, 1996).

Перехват телефонных переговоров Джона Готти (John Gotti) позволил выявить его связи с русскоязычной организованной преступностью. Они вместе занимались махинациями с бензином в районе Нью-Йорка, уклоняясь от уплаты налогов и обошлись правительству США примерно в 250 миллионов долларов. Эти мошеннические операции имели международный размах, потому что преступники постоянно перемещались, чтобы избежать задержания, а также вкладывали свою выручку в международные финансовые рынки.149 Традиционные виды организованной преступной деятельности, такие, как вымогательство, насилие, включая заказные убийства и  угон автомобилей, в настоящее время приобрели международный размах, даже если эти преступления совершаются в границах этнического сообщества. Как и в прошлом, преступные группы наиболее часто ополчаются против членов своего сообщества. Заказные убийства были когда-то сферой местных «горилл». Теперь преступные группы импортируют их из своей родной страны, чтобы  выполнить только одно убийство, уменьшая тем самым шансы на задержание. Многие международные преступные группы занимаются вымогательством, когда исполнители пересекают границы или преследуют своих сограждан,  недавно переехавших в Соединенные Штаты. Банды угонщиков автомобилей приобрели глобальный размах. Украденные автомобили продаются не только в магазинах, которые контролируют организованные преступные группировки,  но и часто экспортируются для перепродажи преступными группами за границей. 150

Транснациональные преступные группы извлекают свои доходы и инвестиционный капитал из различных преступлений, которые только что рассматривались. В дальнейшем они совершают различные финансовые преступления,  переводя свои деньги из незаконной сферы в законную. Финансовые учреждения могут стать соучастником преступной деятельности из-за того, что им не удается тщательно изучить сомнительные вклады.

Отмывание денег осуществляется посредством очень широкого ряда финансовых учреждений, начиная с некоторых главных финансовых учреждений. Распутывание скандала BCCI генеральным прокурором в Нью-Йорке показывает, что помимо федерального правительства, полиция также может играть ключевую роль в борьбе с этим явлением. Огромные прибыли от наркотиков и другой организованной преступной деятельности заставили отмывателей денег распространять свои действия за пределы главных банковских центров и использовать более разнообразные способы отмывания денег. Все чаще используются такие виды небанковских финансовых институтов, как биржи, службы по обналичиванию чеков, страховые агенты, должники по закладным, брокеры, импортеры, экспортеры и другие торговые компании. Все они недостаточно контролируются (1995 International Narcotics Control Strategy, 1995; Sinuraja, 1995). Наблюдается также увеличение отмывания денег посредством операций с реальным имуществом, таким, как автомобили, яхты, предметы роскоши, недвижимость и драгоценные металлы (Beare, 1995).

Отмыватели денег использовали банковские счета постоянных жителей маленьких городков, где банковские служащие не привыкли видеть факты отмывания денег и менее вероятно, что они предупредят сотрудников федеральной полиции. На велосипедный клуб в Бэлл Гарденсе (Bell Gardens), Калифорния, был наложен арест после того как полиция заподозрила, что в казино отмывались деньги для Азиатской организованной преступности. Несмотря на конфискацию государством имущества, он продолжает свои связи с организованной преступностью (Roth, 1996).

Расследования спецподразделений в 90-х годах были нацелены на отправителей денег и выявление их роли в отмывании. Анализ структуры индустрии отправки денег позволил выявить, что это слабое место при отмывании денег. Географическое целевое распоряжение (A Geographic Targeting Order (GTO), изданное Казначейством Соединенных Штатов для города Нью-Йорка в 1996 году, ограничило количество денег, которые могли быть отправлены при каждой сделке через их отправителя. Резкое падение размера сумм, отправляемых посредством этих финансовых способов, после издания распоряжения позволило выяснить, в какой степени они использовались для отмывания денег (Kelly, 1997).

Предварительный анализ показывает огромное разнообразие незаконной деятельности в Соединенных Штатах. Она отличается от международной торговли наркотиками в следующем:

        1. Поток товаров

Поток торговли наркотиками почти исключительно находится в Соединенных Штатах. Эта торговля контролируется разнообразными преступными группами из Латинской Америки, Азии, бывших социалистических стран, из Африки и Италии (Lee, 1990; Thoumi, 1995: United Nations, 1997; White House, 1998). Еще не вся международная незаконная торговля сосредоточена в Соединенных Штатах. Транснациональные преступные группировки, особенно из стран Карибского бассейна, покупают оружие в Соединенных Штатах, чтобы переправлять в свои страны (Bonner, 1998). Большая контрабанда сигарет в Канаду и Европу идет из Соединенных Штатов (Bonner and Drew, 1997; Brooks, 1998).

         2. Природа товара

 Не все контрабандисты имеют дело с инертным товаром, таким, например, как наркотики. Торговцы людьми и вымирающими биологическими видами имеют дело с живым товаром, который должен быть доставлен живым, чтобы не потерять ценности. Собственная ценность предмета, редкого растения, животного или человека означает, что торговцы не могут позволить себе рисковать, как на рынке наркотиков. Торговцы наркотиками рассчитывают, что они, несомненно, потеряют процент всей партии товара. Те, кто торгует живым товаром, не могут позволить себе потери, с которыми сталкиваются торговцы наркотиками, поэтому, они должны принять большие меры предосторожности.

         3. Поставка товаров

Тем не менее, торговля исчезающими биологическими видами и людьми очень сильно отличается. Торговец исчезающим видом попугая должен только быть уверен, что по прибытии его птичка находится в добром здравии. Обстоятельства у торговца людьми совершенно другие. Хотя некоторые торговцы, такие, как преступники из Мексики, получают плату до того, как они попытаются перевезти своих клиентов контрабандным путем через границу. Остальные же торговцы должны быть уверены, что их груз будет доставлен здоровым, поскольку они могут получить больше прибыли, эксплуатируя этот "возобновляемый ресурс." (Singer and Massey, 1997). Торговцы людьми из Китая и проститутками из России имеют дело с живым товаром, который можно неоднократно продать. Поэтому, в отличие от наркотиков, этот "товар" часто контролируется организованной преступностью в Соединенных Штатах.

         4. Специализация групп

 Транснациональные преступные группы сконцентрированы в определенных сферах деятельности, но их деятельность намного разнообразнее, чем у колумбийских торговцев наркотиками, которые сосредоточены почти исключительно на торговле зельем. Например, нигерийцы занимаются мошенничеством кредитными карточками с использованием почты, китайцы торгуют людьми; русскоязычные занимаются мошенничеством в страховании и здравоохранении, торгуют людьми и оружием. Доминиканцы и мексиканцы также занимаются контрабандной торговлей людьми. И все названные в некоторой степени также участвуют в торговле наркотиками.

Предварительно рассмотренные различные формы транснациональной преступности схожи с наркобизнесом в следующем:

Смешивание законного и незаконного. Ресурсы преступного мира сливаются с законными ресурсами. Огромные суммы, накопленные торговцами наркотиков и другими преступными группировками, необходимо отмывать через финансовые институты. Но эта связь также встречается и в контрабанде сигарет и оружия, посредством чего некоторые производители устанавливают премии на прибыли, и им не удается соответствующим образом исследовать многочисленный отряд покупателей своих товаров.

         Развитие стратегических альянсов. Сотрудничество среди мексиканских и колумбийских торговцев, а также азиатских организованных преступных групп, отмеченное в сфере торговли наркотиками, явление не уникальное. В мошеннической махинации с бензином выявился русско-итальянский альянс. В сфере торговли оружием были выявлены и другие альянсы (Farah, 1997; Williams, 1995; World Geopolitics, 1996).

         Использование в своих интересах децентрализованной полиции. Изощренные торговцы наркотиками разделили сферы своей деятельности среди разных юрисдикций не только для того, чтобы улучшить распространение, но и чтобы уменьшить риск задержания. Хотя в масштабе крупных торговцев нет действующей группы, другие транснациональные преступные группы используют в своих интересах отсутствие координации для действия банд угонщиков автомобилей или для занятия страховыми махинациями в многочисленных штатах.

         Лицом к лицу с организованной преступностью в Соединенных Штатах. Местные правоохранительные органы, а также органы штатов и федеральные органы сейчас готовы бороться с торговцами наркотиками как с проявлением транснациональной преступности, но полиция на всех уровнях менее подготовлена для распознавания торговли оружием или контрабанды на местах. А сложные махинации по отмыванию денег  обнаружить еще труднее.

Полиции на уровне штата и местном уровне необходима объединенная стратегия для того, чтобы бороться с различными формами транснациональной организованной преступности, которая сейчас проявилась в рамках их юрисдикции. Без этого они только касаются верхушки айсберга. Они не добьются ничего, кроме задержание уличного торговца, который продает поддельные товары, обнаружить человека, который был продан международной организованной преступной бандой, или местное телеграфное отделение,  отмывающее деньги для наркокартелей.

Здесь требуется большая координация местной полиции, полиции штата и федеральной полиции при помощи спецподразделений и ударных отрядов. Объединенные усилия государства и штата, которые недавно были продемонстрированы в антитрестовском обвинении Microsoft, должны сделать больше в отношении проблемы организованной преступности. Успех спецподразделения El Dorado в борьбе против отмывания денег служит доказательством ценности таких совместных усилий. Спецподразделение El Dorado, действуя с 1992 года совместно с таможней, с уголовным и следственным отделами финансовой инспекции, секретной службой министерства финансов, Нью-Йоркским полицейским управлением и банковским управлением штата Нью-Йорк, захватили 150 миллионов долларов в валюте и произвели 700 арестов. Главная цель операции состояла в выявлении фактов отмывания денег небанковскими финансовыми учреждениями, банками, брокерскими конторами и частными банками (Kelly, 1997).

Возросшие связи между незаконными и законными деловыми сообществами означают, что между местной полицией, полицией штата и федеральной полицией должно существовать партнерство,  также как и с деловым сообществом. Альянсы также должны формироваться с частным охранным сектором, который расширяется. Этот вид стратегического мышления все более осуществляется в компьютерной сфере. К борьбе с порнографией в Интернете и с другой организованной преступной деятельностью сейчас привлечены правоохранительные органы, коммуникационные и телекоммуникационные фирмы (Denning and Baugh, 1997). Эти компании, обладающие высокой технологией, не обременены годами существующей практики и могут действовать инновационно. Тем не менее, должны быть приложены усилия для создания альянсов с более признанными компаниями, такими, как производители оружия и сигарет, а также с медицинской промышленностью, которые все более становятся мишенью организованной преступной деятельности.

Сбор информации по транснациональным преступным группам должен  увеличиваться, в том числе и совершенствование этого дела в тюрьмах. Это также означает, что персонал правоохранительных органов должен также обладать языковыми навыками и знаниями культуры, чтобы эффективно их использовать в различных этнических сообществах, которые участвуют в транснациональной организованной преступности в Соединенных штатах (Dintino and Martens, 1983).

Единообразные отчеты о преступлениях, подразделяющие их на семь разных видов правонарушений, не в состоянии выявить тенденции в развитии организованной преступности. Необходимо собирать данные как на уровне штата, так и на федеральном уровне с тем, чтобы отслеживать это явление как на местном, так и региональном уровнях с учетом их особенностей и различий.

Для полиции штата и федеральной полиции должны быть разработаны образовательные программы по природе глобальной организованной преступности и ее влиянию на их национальные сообщества. Если сотрудники правоохранительных органов на местах не поймут различные проявления организованной преступности, они не смогут их распознать и будут неспособны принимать в борьбе с ними ответные меры.

2.2. Организованная преступность на  Дальнем Востоке: межгосударственные черты151

       Бурное развитие научно-технического прогресса в конце 20 века вызвало к жизни такое явление, как «глобализация» или «транснационализация» экономики. Обычно это означает, среди прочего, взаимопроникновение систем народного хозяйства разных стран, усиление международного разделения труда, увеличение объемов международных экономических связей. Вряд ли сегодня можно себе представить страну, которая открыто бы заявила о своем нежелании сотрудничать с другими странами в технико-экономической сфере. Заинтересованные в таком процессе лица широко пропагандируют положительные стороны указанного явления. Поэтому мы можем позволить себе здесь оставить многословное восхищение «глобализацией» для других и поговорить об одном из негативных моментов, сопровождающих процесс «глобализации» мировой экономики, - «транснациональной» организованной преступности.  

      Предварительно хотелось бы ответить на возможный недоуменный вопрос по поводу взятия слова «транснациональный» в кавычки. Это не случайно. Дело в том, что нам представляется выбор данного определения применительно к экономике и преступности не совсем уместным, поскольку оно является просто «калькой» с американского варианта словосочетания “transnational economy” или “transnational organized crime”. При переводе на русский язык в таком варианте, в силу неоднозначности слова «национальность» возникает двусмысленность. Ведь в России, Китае, да и многих других странах с многонациональным населением, включая США,  определение «транснациональная организованная преступность» может означать попросту  преступную деятельность, совершаемую организованными группами, члены которой относятся к разным национальностям. Вряд ли в России, да и в той же Америке, найдется хоть одна преступная группировка, состоящая из лиц только одной национальности, если не брать во внимание пронационалистические группы. Поскольку все понимают, что при употреблении словосочетания "транснациональная преступность" (или экономика) речь идет о преступности (экономике) без государственных границ, то употребление заимствованного определения без учета языковой среды выглядит, по крайней мере, неточным, если не сказать невежественным по отношению к русскому языку. С другой стороны, употребление слова «транснациональный» подразумевает существование единого государства на Земле, и повторение соответствующих слов может означать, что мы смирились с мировым господством одной сверхдержавы, то есть, в настоящее время, при отсутствии таковой реально, – державы «теневой».

Таким образом, происходит оперирование понятиями, которые подготавливают общественное сознание к «безболезненному» принятию идеологии преступно организованного мирового государства, которое в ближайшее время готовится выйти из «тени».  Думается, что каждое понятие должно даваться таким образом, чтобы, по возможности, уже из его названия даже непосвященным можно было увидеть, о чем идет речь. Поэтому, полагаем, в нашем случае правильнее было бы употреблять устоявшееся словосочетание «международная», «межгосударственная» или, менее предпочтительно, «трансгосударственная» преступность. Подобно тому, как мы говорим о необходимости не «транснационального» сотрудничества правоохранительных органов, но -  «международного».

       В настоящей работе приводится краткая иллюстрация отдельных черт межгосударственной преступной деятельности организованных преступных формирований (ОПФ) некоторых стран Дальнего Востока в надежде, что это поможет по-иному увидеть «вечно» существующее антиобщественное зло и шаги различных стран по его обузданию.

       Известно, что одной из главных движущих сил организованной преступности является возможность получения большой прибыли в сравнительно короткие сроки. Исследования целого ряда специалистов показывают, что важнейшим фактором появления и эволюционирования преступности является криминальная сфера теневой экономики.152 Соответственно, среди причин возникновения межгосударственных черт в организованной преступности можно было бы выделить стремление организованных лиц с криминальными наклонностями «быть поближе  к деньгам». Поэтому в последнее время наиболее привлекательными видами преступлений для организованных групп лиц с криминальной наклонностью становятся преступления в сфере банковской и ценных бумаг – и  вообще в финансовой области. В случаях проникновения организованной преступности в финансовую сферу необходимость в международной деятельности вызывается тем, что «отмывание» денежных средств гораздо удобнее производить с привлечением международных операций. Именно здесь следы к действительному источнику средств теряются в бесчисленных «перекачиваниях» из одного «солидного» финансового института или банка в другой, не менее «солидный», из одной «цивилизованной» страны в еще более «цивилизованную» страну, то есть с еще более изощренными способами «законного» сокрытия следов происхождения средств.  Такая ситуация объясняется отчасти тем, что уголовное право, в основном является строго государственно-ориентированной отраслью права. И в связи с недостатками в регулировании в уголовном праве отдельных стран вопросов, связанных с международной организованной преступностью, имеется много шансов остаться безнаказанным.

       В Южной Корее проблеме борьбы с организованной преступностью в сфере экономики уделяется особое внимание. Вряд ли стоит кого-то убеждать в том, что финансовый кризис, разразившийся в странах Юго-Восточной Азии, имеет свои корни только в политических ошибках руководства стран. По нашему убеждению, такие грубые просчеты могли быть связаны с оказываемым на правительственные органы и лица давлением со стороны организованных криминальных структур, а также в результате связей внутрикорейских преступных организаций с теневой мировой закулисой. Аналогичную позицию разделяют и корейские ученые. 153 

      В сфере ценных бумаг частенько прибегают к подделке иностранной валюты. Мастерство специалистов сянганского подпольного «монетного двора» достигло такого совершенства, что даже эксперты специального полицейского подразделения уже с трудом отличают фальшивые банкноты от подлинных. Только с начала этого года в Сянгане выявлено свыше 100 фальшивых 100-долларовых банкнот «повышенного качества».  В них даже внедрены металлические полоски, которые, по идее, должны бы затруднить подделку крупных купюр. Раньше фальшивые банкноты под ультрафиолетовыми лучами становились светлее. «Печатники» учли этот недостаток и добавили специальные химикаты. Кроме того, фальшивки имеют те же водяные знаки, что и настоящие деньги, да и другие «детали», которые должны быть известны только специалистам и банковским работникам. Связь с ОПФ ощутима, но сделано все, чтобы она предстала неочевидной.  Правда, водяные знаки подлинных банкнот более четкие и заметные, чем у фальшивых. Однако число подделок растет.154

      Японские организованные преступные группы и сообщества внутри страны борются со своими конкурентами, а на международной арене, наоборот, охотно контактируют с себе подобными. Одним из примеров того, что распространение преступной деятельности за пределы своего государства уже давно имеет место в истории, вероятно может служить то, что еще конец прошлого и первая половина нынешнего века ознаменовались сращиванием организованных преступных синдикатов с крайне правым ультранационалистическим движением.      Тренированные по-средневековому профессиональные уголовники из «Общества Черного дракона» по поручению официальных властей в Токио проникли в Сеуле во дворец последнего корейского монарха и убили королеву, что послужило поводом для японского вторжения и захвата Кореи.155 Территории организованной преступной деятельности якудза (с 1991 г. – официальное название «борекудан») постоянно расширяются. По прогнозам германских криминологов, со ссылкой на данные ООН, если еще в 1994 г. борекудан в основном действовали в Японии, с отдельными вылазками за рубеж,  то к 2020 г. уже прогнозируется их активная преступная деятельность в США и Германии.156

       Однако внедрение японских ОПФ на территории иностранных государств беспокоит не только Европу и США. Еще в 1993 г. австралийские власти обеспокоились тем, что теперь якудза распространяет свою деятельность и на Австралию. Предупреждение об этом содержится в секретном докладе австралийских полицейских спецслужб и органов по борьбе с организованной преступностью. В докладе приводятся имена людей и названия компаний, связанных в Австралии с борекудан, даты визитов в страну японских гангстеров.

Японцы отмывают на пятом континенте огромные суммы нажитые преступным путем, скупая гостиницы, казино, компании. В СМИ еще в начале 90-х годов ХХ века сообщалось, например, что власти Канберры лишили японского гражданина Масару Такуми, неоднократно посещавшего Австралию, права на въезд в страну, потому что, как оказалось, он является одним из руководителей гангстерского синдиката Ямагути-гуми. А эта преступная группа, как известно, - крупнейшая из японских преступных формирований. Масару Такуми, например, купил в Австралии за 800 тыс. долларов увеселительные заведения. Особое внимание борекудан обращают на "золотое побережье" в штате Квисленд, где любят отдыхать австралийцы и иностранцы. Гангстеры установили тесные связи с рядом японских компаний в Австралии и действуют под их прикрытием. По сведениям газеты "Острэлиан", японцы скупили в Квисленде свыше 165 тысяч га земли с лучшими пляжами, стоимость которых оценивается в 4 млрд. долларов. Здесь якудза чувствуют себя как рыба в воде – ежегодно сюда приезжает более 360 тыс. японских туристов. Гангстеры также вовлекают в проституцию австралийских женщин,  некоторых из них поставляют в японские публичные  дома.157 

        Преступные синдикаты всерьез взялись за отделения японских компаний за рубежом, а также за иностранных бизнесменов, имеющих деловые связи со страной Восходящего солнца. Раньше якудза в основном держались в пределах японских островов, но после того, как в марте 1992 года там вступил в силу Закон о борьбе с организованной преступностью, принялись искать новые источники дохода. В ходе опроса в 1993 г. около 100 компаний признались, что их зарубежные офисы неоднократно подвергались "наездам". В одни мафиози являлись, дабы потребовать огромные "компенсации" за якобы низкое качество купленной у них продукции. От других добивались разорительных скидок на крупные партии товара. Третьим "рекомендовали" срочно внести взносы в некий "фонд обеспечения безопасности японских бизнесменов за рубежом", навязывали услуги по охране грузов и сомнительные сделки – от торговли оружием до отмывания денег мафии. При этом сотрудники 35 компаний сообщили, что за несговорчивость им грозили расправой.158

       Попутно отметим, что не только японские ОПФ проникают в иные страны, но и зарубежные преступные группы пытаются наладить свою организованную преступную деятельность в Японии. По данным японской печати, заморские группировки, быстро освоившись на островах, уже приступили к дележу сфер влияния. Если корейцы специализируются на грабежах и кражах, то из Гонконга приезжают в основном "медвежатники", чье оснащение позволяет вскрывать любые сейфы. А тайваньцы уже посягают и на власть самих борекудан, пытаясь взять под контроль злачные места знаменитого токийского квартала Кабуки.

    В Южной Корее больше распространено незаконное перемещение из Китая лиц корейской национальности. Наилучшим путем предотвратить преступления иностранцами было бы запретить возможным правонарушителям въезд в страну. Однако, согласно международному праву невозможно чинить препятствия для въезда только по причине возможности совершения преступления. К тому же большинство иностранных правонарушителей проживает в Корее нелегально.159 Рост количества иностранных преступников в РК с 1986 г., т.е. до Олимпиады 1988 г. в Сеуле на 1999 г. произошел более чем на 350 % (с 1285 до 4597 чел.).

     По гражданской принадлежности они распределились следующим образом: 1) США – с 1993-1999 гг. с 46,9 % до 26,7 % (1089 чел. – 1227 чел.) В 1986 г. было 74 % - 954 чел.;  2) Япония – с 10 % до 5,5 % (232 – 253 чел.);  3) Китай –  с 23,3 % до 34,1 % (539 – 1567 чел.);  4) прочие страны – 19,8 % и 33,7 % (458 – 1550 чел.).160  

    В настоящее время группировки борекудан все же несколько более сдержаны в своей зарубежной активности, чем этого можно было ожидать. Сами японцы пытаются объяснить это тем, что многим японцам трудно дается изучение иностранных языков, а языковой барьер является серьезным препятствием в осуществлении личных и непосредственных контактов с зарубежными «коллегами». Выход якудза пытаются найти, с одной стороны, привлекая местных корейцев, а  с другой, - мобилизуя в свои ряды рекрутов из стран, представляющих для них зону особых интересов. Граждан корейского происхождения в Японии проживает порядка 700000 человек. По некоторым данным, сегодня 2/3 членов мафии – все те же потомки средневековых неприкасаемых. Остальные (1/3) – наследники послевоенных «людей трех стран» – корейцев и китайцев, которые из поколения в поколение живут в Японии, однако не считаются ее гражданами и не могут устроиться на приличную работу. Именно они и налаживают контакты с зарубежными «коллегами», устраняя «языковой барьер».  Многие из корейцев являются членами преступных организаций уже длительное время. Это позволяет якудза легче устанавливать контакты на территории Северной и Южной Кореи, в Китае, России. В некоторых преступных группах Японии лица корейской национальности составляют «ядро». Относительно недавно           правоохранительным органам Республики Корея, например, стало известно, что в 1988 г. был создан даже своеобразный альянс между преступными формированиями Южной Кореи и борекудан. В его создании приняло участие три главаря корейских кланов. Один из них был принят на должность ведущего консультанта компании «Санрюнг», которая на деле принадлежала борекудан. В марте 1990 года четыре члена из клана Пэкхо Па, действующего в Пусане, прошли стажировку в Японии на средства, предоставленные японским синдикатом Инагава-Кай. В конце 1990 г. с многодневным визитом японских «коллег» посетили участники южнокорейского клана  Йонгдо Па.161

       В последние годы кроме увеличения числа преступлений, совершаемых незаконными мигрантами в Японию, возросло и количество преступлений, совершаемых лицами, просрочившими свое пребывание в Японии, хотя и въехавшими на законном основании. Отдельные группы иностранцев действуют самостоятельно, но некоторые даже вступают в сотрудничество с местными организованными преступными формированиями, усиливая угрозу национальной безопасности.162

       Правительство Японии отреагировало на проблему с проникновением иностранных преступников, и в последнее время в Японии наблюдается массовый исход нелегальных иммигрантов. 18 февраля 2000 г. в стране вступил в силу новый закон, согласно которому нелегал, пойманный с поличным, депортируется с островов без права посещения страны в течение последующих пяти лет. По прежнему закону этот запрет действовал только в течение года. Кроме того, нарушителю грозит штраф в 2800 долларов США или тюремный срок до трех (или и то,  и другое). Новое законодательство не распространяется на тех, кто в установленный срок добровольно сдастся властям. К середине февраля 13 тыс. нелегалов покинули Японские острова. По официальным подсчетам, сегодня в Японии находится 270 тыс. нелегальных иммигрантов, в основном – «лимита» с просроченными визами.163 

      Все больший размах приобретает незаконное перемещение людей через границы различных стран с целью их эксплуатации в  сферах труда, в качестве дешевой рабочей силы, либо для плотского развлечения. Для такого рода преступной деятельности вовсе не покажется устаревшим понятие рабства, ибо люди, большей частью женщины и дети, не имеют никаких прав и в буквальном смысле слова используются как вещи. Исковерканные души и тела пришедших в негодность рабов легко заменяются другими без особых угрызений совести, по-зверски. И спрос в этом виде преступности диктуют все те же самые «демократические» и самые «цивилизованные» страны. Ведь не имея спроса, не будет желания исполнять и заказ. «Материалом» же для исполнения заказов служат люди из тех стран, которые поставлены в разряд «неразвитых». Печально не только то, что в этот разряд после начала процесса «демократических реформ» попала и Россия. Печально то, что политика стран, фактически стимулирующих все указанные виды организованной преступности, взята у нас за образец для установления нового образа жизни. Каким будет исход, нам даже не нужно догадываться, ибо мы его можем видеть в реальности.

        Не менее трех лет орудовала в южновьетнамской провинции Анзянг шайка, продававшая за рубеж вьетнамских детей. В «бизнесе», поставленном на широкую ногу, активными членами были директор дома ребенка «Лонг Суен», действовавшего под эгидой вьетнамского комитета Красного Креста, и сотрудники различных детских медучреждений провинции Анзянг. Благодаря своему служебному положению и многочисленным связям преступники легко обнаруживали малообеспеченные семьи, в которых, как известно, «лишний рот хуже ножа»!. Новорожденных выкупали у родителей за несколько десятков долларов. Затем преступники фабриковали фиктивные документы об усыновлении, и младенцы отправлялись в семьи из США, Франции, Канады и Австралии. Только новоявленные родители раскошеливались уже на 2-3 тысячи долларов. Всего же, по некоторым данным, за рубеж незаконно отправлено более 200 маленьких вьетнамцев.164

     В Японии, похоже, уже частью повседневного вокабуляра стало слово  «Лоликон» (Лолита комплекс). В некоторых публикациях Япония называется «мировой столицей детской порнографии». Предположительно здесь производится 4/5 всех видео и журналов, демонстрирующих детей в сексуальных ситуациях. Большинство мужчин, посещающих центры детской проституции на Филиппинах, Таиланде и в других странах Азии по линии «секс-туризма», происходят из Японии.

     Похоже, японские политики мало озабочены проблемой детской порнографии. Затрудняет ситуацию и факт, что по действующему законодательству лицо, занимающееся детской порнографией, подлежит наказанию лишь в случае, если его поймали непосредственно за производством фильмов или фотографий детей в неприличных ситуациях. Что же касается половых преступлений, совершаемых японцами за рубежом, то жертвы должны обращаться с иском в Японию. По сообщениям полиции, в последнее время основными преступлениями среди молодежи стали употребление наркотиков и проституция школьниц.

   По законопроекту от 1998 г. запрещалось всем в Японии и  японским гражданам при выезде за границу иметь половые сношения за плату с лицом, не достигшим 18-летнего возраста. Предусматривалось также преследование производства, распространения и сбыта детской порнографии. Наказание установлено – 3 года лишения свободы и штраф в размере 1 млн. иен (8300) долларов США. Только распространение или сбыт могут наказываться лишением свободы до 3 лет или штрафом до 3 млн. иен (24900 долларов США). Наблюдатели отмечают, что 28 апреля 1999 г. в Верхней палате парламента прошла обсуждение довольно «размытая» версия этого проекта.165

       Заведений типа «Рабу Хотэру» (“Love Hotel”) в Японии в послевоенные годы насчитывалось около 20000. Сами якудза владеют небольшой частью салонов развлечений. Но они оказывают сильное влияние на этот бизнес – обеспечивают женщин из стран Азии японскими туристическими визами, знакомят их с владельцами салонов, получая свою часть доходов. Других сторон деятельности салонов мафиози не касаются166 .

     Говоря о распространении японских преступных формирований по миру, нельзя не сказать несколько слов и об их связях с российскими преступными сообществами. Основная сфера взаимоотношений банд России и Японии – это контрабанда морепродуктов, торговля крадеными автомобилями и проституция. Будучи сильно завязанными в контрабандную торговлю, японские преступные группировки занялись инвестированием совместных предприятий в приморских регионах, таких, как Камчатка, Сахалин, Магаданская область, Хабаровский и Приморский края. Развитие сотрудничества во всевозрастающих объемах включает оказание криминальных услуг группами борекудан российским бандам в диапазоне от подделки фирменных товаров, производимых на подпольных дальневосточных фабриках, до отмывания денег и поставки краденых автомобилей. Например, в 1997 г. японская полиция вскрыла преступную организацию по угонам автомобилей, которые направлялись в порты Осака и Фукуока для последующей переправки в Россию. В организацию входили члены группировки «Ямагути-гуми». В обратном направлении российские банды обеспечивали постоянный приток в Японию проституток, многие из которых были несовершеннолетними.167

      В странах Юго-Восточной Азии якудза специально нанимает местных жителей, которые разъезжают по деревням Таиланда и Филиппин, завлекая девушек в Японию обещаниями высоких заработков на предприятиях фирм «Сони» или «Ниссан». Однако на самом деле обманутые девушки попадают в публичные дома Токио и других японских городов. Якудза, полностью контролирующие проституцию в стране, получают огромные деньги от торговли «живым товаром», поскольку многие привезенные из-за границы девушки «работают» практически бесплатно - только за кров и еду.

       Япония является наиболее крупным и прибыльным рынком для поставщиков "живого товара". Даже по весьма скромным оценкам число тайских женщин, "работающих" проститутками в Японии, достигало на октябрь 1995 года 27000, а женщин с Филиппин - 75000.  Такой "бизнес" зачастую даже рекламируется как "Бангкокский кабачок" или "Сиамский ресторан", с оформлением фотографий "обслуживающего персонала". Процветание данного "бизнеса", очевидно, свидетельствует о состоянии морального разложения внешне выглядящего достойным японского общества и государства. Ведь именно в результате поддержки обществом в целом данное явление может в нем существовать, поскольку речь идет не о единичном, а о массовом явлении. Возможность легкого удовлетворения своих страстей без обременения себя заботой о женщине и детях способствуют закреплению этой морали отчуждения в сознании зрелого и особенно подрастающего поколения, приводя к мысли, что забота о ближнем, а в конечном счете, и об обществе в целом, – это всего лишь обуза, которую при возможности стоит отсечь как нечто ненужное. При этом упускается факт, что, утрачивая общественные моральные ценности, общество постепенно теряет и самое себя в том виде, в котором оно призвано существовать, имея основной функцией заботу о каждом своем члене во имя сохранения общества.

     Мидзухо Мацуда из Приюта для азиатских женщин в Токио подтверждает, что в поставках женщин в Японию глубоко задействованы организованные преступные группировки, которые создали международный синдикат по торговле женщинами между Тайванем и Японией. "Контракты", по которым нанимаются женщины, составляются таким образом, что продолжаются вечно, загоняя женщин в постоянные долги и не давая им возможности развязаться с этой «работой». Денег они, по свидетельству Мацуда, не получают и когда начинают разговор с нанимателем о прекращении отношений, то им предлагают, чтобы они вернули три, иногда три с половиной, иногда четыре миллиона иен, что является огромной суммой. А иначе они не могут уехать домой. Четыре миллиона иен составляет примерно 48000 долларов США. И эта цифра никогда не уменьшается, а только возрастает, поскольку ежедневно добавляется сумма за питание и проживание.

     Иногда "агенты по найму" могут просто прийти в дом к родителям девушки и предложить им каталог с хорошими домами. В обмен на строительство дома предлагается отдать дочь на срок до трех лет, то есть своего рода "заем" девушки. Собственно женщинами многих и назвать нельзя, поскольку многие из них порой даже не достигают менструального возраста и вообще еще понятия не имеют о половых отношениях. Возраст таких "работников" может быть самый разный, чаще всего от десяти до пятнадцати лет, а иногда и восьми лет. Одному из корреспондентов агентства CNN удалось поговорить с женщиной, которая проработала проституткой в Японии более трех лет перед тем, как ей удалось бежать в Таиланд. Женщина рассказала, что ее продавали несколько раз в разные публичные дома, подобно животному – как свинью или собаку, устанавливая торги по цене. При этом клиенты ее часто истязали. Она также рассказала о нескольких случаях убийства девушек членами банд после попытки побега и возвращения их в публичный дом.

     Юдит Миркинсон полагает, что так называемые девушки для развлечения, для гостей, для массажа, или попросту проститутки – все являются одним и тем же и представляют часть «глобализации» мировой экономики.  Товар перевозится из одного аэропорта в другой, или даже из одной страны в другую, производя многомиллиардную прибыль. Но только этим товаром являются женщины и дети. Речь идет уже о международной секс-торговле. Такие девушки стоят обычно от 400 до 800 долларов США. Даже если им и удается добиться свободы после нескольких лет работы на хозяина, то их уже ожидает далеко не лучшая жизнь. Впоследствии они не представляют иного образа жизни, не имеют своего дома.   Поражает не просто существование факта индустрии проституции, но и ее размах. По некоторым оценкам, ежегодно продается  от одного до двух миллионов женщин и детей. На конференции организаций женщин Юго-Восточной Азии, проходившей в 1991 г.,  отмечалось, что с середины семидесятых годов в мире было продано около 30 миллионов женщин, из них ежегодно в такое рабство только в Японию, эту "процветающую" страну, завозится более ста тысяч (!) женщин.  Причем, эта цифра не учитывает так называемой внутренней торговли "для домашнего потребления".168

      В Южной Корее имеется Закон о запрете проституции. Но банды извлекают нелегальные доходы от поставки проституток, закрывая им путь к побегу, и оказывая покровительство сутенерам. Недавно их деятельность расширилась за счет незаконного ввоза российских женщин для корейских развлекательных учреждений и вывоза кореянок в Японию для ее индустрии развлечений.169 

       Ускорение хода времени, вызываемое развитием научно-технического прогресса, приводит к изменению существующих традиций и в преступном мире. Традиционно в странах Дальнего Востока существовали весьма суровые законы и практика в отношении распространения оружия. Поэтому вместо оружия для безопасности и насильственных действий члены бандитских формирований традиционно изучали «боевые искусства» или «восточные единоборства». До поры до времени навыки в единоборствах позволяли довольно эффективно проводить «разборки» при возникновении конфликтов между отдельными группировками. Однако процесс подготовки бойца высокой квалификации отнимает много времени и труда, которые можно было бы использовать для других целей, в частности – опять же для увеличения наживы. К тому же появление современных видов огнестрельного оружия и взрывчатых технологий легко позволяет уравнять даже «хилого» негодяя с «могущественным» боссом. Все, что требуется для обладания огнестрельным оружием, - это  умение «обходить» закон, а тренировки в этом умении даже обостряют ум, делая его еще более пригодным к преступным действиям. Не удивительно, что другим видом организованной преступной деятельности, неизбежно приобретающей международные черты, становится контрабанда оружия и военных технологий. Само по себе техническое оснащение и оснащение оружием не является самоцелью для преступных формирований. Скорее это вспомогательная область,  обеспечивающая надежность в получении сверхдоходов.  Примыкает к этому виду терроризм и пиратство170 в Южнокитайском море.

В свою очередь, это потребовало изменений и в законодательстве об оружии. Так, в 1993 и 1995 гг. Закон был изменен в сторону большего ужесточения. Новые положения позволяют следователю самому купить оружие у подозреваемого. Обновлено и законодательство о въезде и выезде, где предусмотрено наказание за незаконное перемещение лиц через границу для организаторов перемещений, причем не как соучастников, а как исполнителей преступления.171

     Консолидация преступных групп в межгосударственные организованные бандформирования, несомненно, таит в себе большую опасность. Ведь у них появляется возможность взаимопомощи, переброски (для отмывания) денежных средств, людских и материальных ресурсов, а  также возможность совместного противостояния своим государствам и обществам для лоббирования собственных интересов. Не случайно поэтому в научных кругах высказывается и такое мнение, что если российская мафия, японская «якудза» и китайские «триады» смогут справиться с проблемой сосуществования, то Дальний Восток начнет превращаться в колыбель объединенной криминальной сверхдержавы.172

      Еще одним наиболее распространенным видом организованной преступной деятельности для получения сверхдоходов, нашедшим широкое распространение, является приобщение множества людей к пагубным привычкам (наркомания, пьянство, курение), которые ставят в жесткую зависимость от поставщиков этого товара.  К наиболее испытанным из них наркотики и другие стимулирующие вещества. Контрабанда наркотиков и стимуляторов и их распространение давно уже стало неотъемлемым признаком международной преступности.

       Борекудан, триады, тонги и др. ОПФ, являясь членами международных синдикатов, принимают в этом самое активное участие. Страны, входящие в так называемый «золотой треугольник», прочно контролируются организованной преступностью, и требуется много решимости, чтобы не только не прекращать борьбу в этом направлении, но и наращивать успехи.

     Здесь, полагаем, следует помнить, что борьба с международными проявлениями организованной преступности на территории Дальнего Востока России также имеет свою историю. Так, известно, что культура мака с целью добывания опиума занесена в Приамурский край преимущественно китайцами. Запрет на ввоз опиума с правом конфискации его при досмотрах китайских шлюпок был узаконен в июне 1887 г. Но несмотря на это, ввоз в Приморье опиума продолжался, что, безусловно, наносило вред национальным интересам России, прежде всего подрывая ее экономическую базу. Ввоз опиума достиг особенно больших масштабов в конце 19 века, когда в Приморье было начато сооружение Транссибирской железнодорожной магистрали. Важную роль в контрабанде, производстве и распространении опиума в городах и населенных пунктах Приамурского генерал-губернаторства играли легальные и тайные китайские общества, руководство которых получало большую прибыль от продажи наркотиков.173 Официальные власти в Приморье, особенно во Владивостоке и Никольск-Уссурийске, пытались бороться с распространением опиумокурения и продажей опиума, назначая специальных полицейских чинов для этих целей. Однако уполномоченные чиновники быстро входили в контакт с содержателями игорных домов, опиумокурилен, получали от них крупные взятки и закрывали глаза на все происходившее.

      Наивысший расцвет в распространении и контрабанде опиума был достигнут в Приморье в годы гражданской войны и интервенции. До революции, а позднее и при Советской власти, сначала русское, а затем правительство СССР занимались за рубежом тайными операциями с наркотиками. В основном наркотики шли на финансирование антияпонского партизанского движения в Корее – для закупки оружия и поддержки нелегальной деятельности корейских коммунистов, продолжавшейся с 20-х годов до Великой Отечественной войны. Меры, предпринятые в 20-е годы органами Советской власти в Приморье, не привели к полной ликвидации опиумокурения, более того – из-за нехватки наркотиков китайцы, корейцы и русские стали использовать дикорастущую маньчжурскую и культивированную коноплю, произрастающую здесь. Макосеяние, которым занимались корейцы, усиленно поощрялось как со стороны внутренних покупщиков, так и зарубежными китайскими торговцами опиума. Наличие опиума в крае привлекало из-за рубежа хунхузов и бандитов, облагавших особой данью сеятелей мака или просто грабящих и убивающих его производителей.

      Дальневосточный крайисполком принял меры по полному запрещению посевов опиумного мака, но практических результатов они не дали. Лишь с середины 30-х годов, вследствие ужесточения политики в этой области со стороны правящего режима, развертывания массовых репрессий, возможно стало говорить о каких-то изменениях в борьбе с производством наркотиков и опиумокурением. В августе 1936 г. во Владивостоке органами НКВД была арестована большая группа японцев за распространение морфия и валютные операции. Все ее члены давно проживали в городе и имели обширные преступные связи, идущие далеко за пределы Приморья, что позволяло им беспрепятственно осуществлять поставку и распространение морфия в области.

С ликвидацией по решению ЦК ВКП (б) во Владивостоке в 1936 году «Миллионки» (кварталов, где проживало главным образом китайское население города, и где находились основные притоны опиумокурения), а также выселением с территории Приморья китайского и корейского населения в 1937-38 гг. с наркобизнесом в основном было покончено.174 

      В настоящее время опасность представляет тенденция не только распространения завозимых наркотиков по России, но и превращения Приморского края и всего Дальнего Востока России в своеобразный «транзит» по переброске «товара» в соседние страны. Например, в Монголии за последние пять лет из 57 человек, осужденных за преступления, связанные с наркотиками, 21 были гражданами РФ и Китая. Подобные преступления правоохранительные органы Монголии склонны связывать с радикальными переменами  «переходного» периода к демократии и рыночной экономике.175 

      В отличие от ОПФ других стран, благодаря активной наступательной позиции правительства Кореи в наркобизнесе малоактивны. Хотя весьма вероятна их связь с ОПФ Китая, Японии и других стран Юго-Восточной Азии. За исключением давнего случая финансирования якудзой корейских ОПФ в Пусане, иных фактов, подтверждающих активную связь с ОПФ других стран, корейской полиции пока не известно.

      В 1999 г. в Корее изъято 29233 г метамфетамина, 2.251 г кокаина, 342 г героина, 3064 г опия -сырца, 2070 г эфедрина. Было арестовано 60 иностранцев за преступления, связанные с наркотиками, что больше в два раза, чем в 1998 г. По гражданской принадлежности самыми большими группами были ОПФ Филиппин, России и Китая.

     Отмечается несколько случаев совершения лицами корейской национальности преступлений, связанных с азартными играми, в иных странах, например, на Филиппинах, в Макао и др. Считается, что они, кроме азартного бизнеса, вовлечены также в такие преступленийя, как контрабанда иностранной валютой, вымогательство, насильственные преступления и др.  Замечены частые визиты членов японских борекудан в Корею.176

     В другой же части Корейского полуострова ситуация в этом отношении менее благоприятна.  В последнее время вызывает опасение тот факт, что само государство, переживающее тяжелый экономический кризис, становится на путь мировой ОП. Стала известной, например, информация о том, что для пополнения валютных запасов КНДР широко использует торговлю опиумом. А за производство зелья отвечает специальный отдел «политического ядра» - ЦК ТПК; для переброски наркотиков через границу КНДР широко использовала дипломатический канал.177 В такой ситуации вряд ли государственным органам будет доставать нравственности для преодоления преступности, в том числе организованной.

     Отмечая активное распространение организованной преступности за пределы своих государственных территорий, хотелось бы указать на пример жестких мер в обуздании этого вида преступлений в Китае. В провинции Юнань каждый год казнят около 400 торговцев наркотиками. При этом проводятся показательные национальные и международные «дни борьбы с наркотизмом», которые сопровождаются мероприятиями на стадионах с публичным осуждением преступников, после чего совершается их казнь. Но это, так сказать карательная сторона дела. Заслуживает особого внимания опыт властей Юнаня, которые тратят деньги на технических экспертов, направляемых ими в страны «золотого треугольника», в основном в Мьянму, чтобы помочь фермерам переключиться с производства опиума на выращивание зерновых культур, фруктов и кофе.   Благодаря такой помощи четверть из 50000 гектаров (125000 акров), находящихся под плантациями опиума, в Мьянме были выведены из сферы производства «белой смерти». Таким образом, рынок наркотиков лишился ежегодных 30 тонн очищенного опиума или даже чуть более того, что изымалось органами Юнаня за последние десять лет!178 

Среди причин, способствующих процветанию организованной преступности в КНР и проникновению ее за пределы страны, можно отметить, на наш взгляд важные социальные причины.  В КНР, как известно, поставлена задача модернизации всего народного хозяйства страны к середине XXI столетия. Решить ее намечено путем создания «социалистической рыночной экономики» Из тотально обобществленной экономика КНР стала многоукладной.179 Особенная острота в экономической ситуации  Китая связана, во-первых, с небывалым ростом населения и соответственным сокращением среднедушевых размеров натуральных ресурсов, и во-вторых, с ухудшением обстановки с невозобновляемыми природными ресурсами (пресная вода, площадь пашни, лес, минеральное сырье), что может создать большие препятствия на пути непрерывного роста экономики. Так, всего за 47 лет существования КНР население увеличилось на 682 млн. чел., т.е. более чем удвоилось (в 2,26 раза). При этом городское население увеличилось с 61,7 млн. в 1950 г. до 359,5 млн. чел. – в  1996 г., т.е. в 5,8 раза.180   На фоне этого число безработных и мигрантов в 1997 г. насчитывало по стране 150 млн. чел., а к 2000 г. оно может составить 268 млн. чел. Даже в госсекторе сегодня избыток рабочей силы колеблется в пределах 15-30 % (примерно 16-32 млн. чел.). В то время как в течение последних 30 лет Китай ежегодно  лишается 500 тыс. га пашни (!).181 

    Создавшаяся ситуация явилась одной из причин появления организованной преступности в виде организации массовой скупки цветных и черных металлов, нефти и нефтепродуктов и др., - среди  прочего и из соседней России, что прямо повлияло на хищения собственности в России и на рост активности и числа организованных преступных групп и в нашей стране.

     Существование в Китае целой армии людей, вынужденных предпринимать реальные шаги к добыванию себе «насущного хлеба», стимулирует их объединяться и решать свои проблемы не только законными средствами.

   Активное усвоение «западного» образа жизни, основанного прежде всего на более высоком уровне материального обеспечения, за счет ограбления третьих стран, привело к утрате ряда традиционных ценностей. Постепенно разрушаются прежние семейные и социальные связи, утрачивается унифицированное коллективистское мышление, рождается индивидуалистическое, то есть отчужденное от общества восприятие мира.182 

     Особенно это важно для России в настоящий момент, где, по мнению С.В. Дьякова, «партийная идеология отвергнута, но государственная не создана, а она должна быть духовным  наполнением государства, представлением о должном, которое следует выполнить в Конституции и законах РФ. Что бы ни говорили, право – это форма выражения политики».183 Ставя «диагноз» состояния современного общества, русский правовед и философ И.А. Ильин указывал: «Слепое, корыстное, беспринципное и бессильное правосознание руководит жизнью человечества. И вот эти-то недуги правосознания – развязали стихию души и подготовили ее духовную неудачу. Жизнь духа требует здесь поистине глубокого пересмотра и обновления».184 Эти слова находят свое подтверждение и в наши дни, если посмотреть на состояние высокого развития экономики Японии и других стран Запада, где организованная преступность процветает. И здесь трудно не согласиться с В.А. Номоконовым, утверждающим, что "вопреки расхожему представлению экономических романтиков, не от экономики зависит состояние государства, а от состояния государства – экономика".185 Финансово-экономический кризис, потрясший и Японию, и все страны АТР, - наглядное тому доказательство.

      Выражая заботу об опасной роли международной организованной преступной деятельности для России, нельзя обойти стороной такое явление, как «духовный бандитизм». Под видом благотворителей и «просветителей» в Россию, в том числе в ее Дальневосточные районы, буквально «хлынули» «миссионеры» разного пошиба. Попытка духовного закабаления приобретает небывалый размах.

     Что касается Приморского края – одного из 89 субъектов Российской Федерации, то здесь продолжают жить и трудиться, растить детей представители 119 национальностей; здесь существует 50 национальных объединений и 30 религиозных конфессий, объединенные в 172 религиозные организации. Приморье в национально-религиозном вопросе сравнивается  потенциально с пороховой бочкой . Число конфессий и религиозных организаций за прошлое десятилетие увеличилось в 5-6 раз, а уровень религиозности населения достигает 35-40 %. При этом возрождение исторических традиционных церквей в крае происходит в условиях приобщения приморцев, да и россиян в целом, к новым вероучениям, проявившимся в эти годы через активное миссионерство. Основная часть миссионеров – представители разнообразных протестантских «церквей». За два года после принятия Федерального закона о свободе совести Приморье посетили с краткосрочными и долгосрочными визитами по религиозным делам более 400 иностранных миссионеров и членов их семей. Максимальный процент среди них занимают представители южнокорейских протестантских церквей (в 1998 г. их прибыло 100 чел.). Далее идут мармоны – представители  Церкви Иисуса Христа Святых Последних Дней (более 30 чел. – Иеромонах Иннокентий); католики (более 30 чел.), Христиане Веры Евангельской разных направлений и т. д.186 

    Так, в начале 90-х гг. в Приморье официально занимались миссионерской деятельностью 43 религиозные организации 5 конфессий (православные, евангельские христиане баптисты, адвентисты седьмого дня, пятидесятники, «Свидетели Иеговы»). На 1.01.95 г. в крае действовало 86 религиозных организаций, на июнь 1996 – уже 114 и свыше 40 незарегистрированных. На 1.09.96 г. их количество составило 120. К 1.08.1999 г. действовало 150 религиозных общин более 20 конфессий. Кроме того, свыше 50 организаций и групп действует без регистрации уставов в управлении юстиции. Деятельность сатанинских и демонических организаций носит скрытый характер.187 При таком количестве и разнообразии религиозных групп и сект, многие из которых носят одиозный характер, создаются благоприятные условия для основания под их крышей международных преступных организаций и такие факты уже имеются.

      В целом ситуация в странах Дальнего Востока, в том числе и в России, не может не настораживать. Снижение моральных установок, гедонистские настроения и ориентации, в общественном сознании, крен в сторону денежного выражения ценностей – все это является питательной почвой для роста преступности, выхода ее за пределы национальных государств.

      Среди мер, направленных на борьбу с организованной преступностью важное место должно отводиться повышению уровня общей правовой культуры населения. Вместе с тем, наблюдения показывают, что и организованные преступники, как правило, либо сами хорошо разбираются в различных отраслях права, либо прибегают к помощи высококвалифицированных юристов, чтобы «обойти законы» и остаться безнаказанными. Следовательно, для успешной борьбы с организованной преступностью в правовой пропаганде необходимо акцент делать на формировании у населения  непримиримого  отношения ко всяким проявлениям беззакония в обществе.  

      С целью уменьшения вредного влияния СМИ на население («романтизация» преступности и преступников, пропаганда насилия и антиобщественных ориентаций и др.) необходимо срочное введение действенных форм государственного контроля за средствами массовой информации и прежде всего – телевидения, эффективных мер защиты населения от идейно-нравственного растления, воспитания  граждан на основе положительных исторических традиций русского народа.

      В Республике Корея законодатель не ограничился только тем, что принял в УК соответствующие нормы, направленные на борьбу с организованной преступностью, он действует с 18.09.1953, с дополнениями на начало 1996 г. Хотя последние редакции УК и учитывают общественные изменения и криминологическую обстановку в стране, вместе с тем и само государство проявляет  сильную политическую волю в устранении организованной преступности, в мобилизации компетентных органов на решительную борьбу с ней. Решительно настроены на такую борьбу и политические партии страны...188

      В 1993 г. Закон о наказании за организованную преступность был исправлен и в настоящее время можно считать, что он дает определенные плоды. Закон устанавливает, что если преступление совершает член ОПФ, с целью поддержания организации, то размер наказания ему может быть увеличен на половину по сравнению с обычным преступником.189

    Ситуация с проявлениями организованной преступности, как мы полагаем, заставляет даже японских граждан, где в последнее время смертная казнь применяется крайне редко, пересмотреть отношение к применению этой меры. Так, по проведенному опросу, около 80 % респондентов высказалось за сохранение смертной казни, и лишь 8,8 % поддержали ее отмену.190 

      Далее, 12 августа 1999 г. парламент Японии принял три закона по борьбе с ОП, содержащих различные меры наказания. В соответствии с одним из них Агентство финансового контроля наделено функцией Службы финансовой разведки.  Два других закона предусматривают следственные приемы проникновения в электронные коммуникацции и вводят дополнительные меры по защите свидетелей.191 

    Понятно, что с проявлениями международной организованной преступности невозможно успешно бороться, не налаживая надлежащее сотрудничество правоохранительных органов, общественных организаций, ученых, занимающихся исследованием проблемы межгосударственной преступности из  различных стран. И весьма отрадно, что продолжает накапливаться в этом отношении опыт для региона Дальнего Востока. В апреле 2000 года в Сеуле прошла уже вторая встреча представителей науки и практических работников, посвященная именно установлению международных связей в деле преодоления организованной преступности. Первая проходила в Иркутске, в 1997 г. Несомненно, такие мероприятия позволят сократить отставание правоохранительных органов в деле борьбы с ОПФ, масштабы распространения которой явно опережают возможности государственных правоохранительных органов противостоять этому злу.

2.3. Транснациональные проявления организованной преступности на Дальнем Востоке России (предпосылки и общая характеристика192 

Характерной особенностью дальневосточного региона России является наличие в нем все более заметных элементов транснациональной организованной преступности (ТОП). Актуальность рассмотрения основных тенденций ТОП на Дальнем Востоке России в настоящее время связана прежде всего с существенными изменениями ее экономической и геополитической роли как внутри страны, так и среди стран Азиатско – Тихоокеанского региона (АТР).

Нынешнее состояние экономики страны во многом зависит от возможности выхода сырьевых хозяйствующих субъектов экономического рынка с произведенной или добытой ими продукцией на международный рынок через свои весьма ограниченные территории, одной из которых является территория Дальнего Востока. Важнейшими экспортными составляющими российской экономики  в названном регионе являются рыбная отрасль, лесное хозяйство, горнорудная, нефте- и газодобывающая  промышленность  с их внешнеэкономическим потенциалом.

Весь комплекс производственных, торговых, кредитно-финансовых, коммерческих, маркетинговых и прочих процессов в народном хозяйстве притягивает как российскую, так и зарубежную организованную преступность для получения незаконных сверхприбылей. Исторически сложилось так, что эта сверхприбыль в нашей стране извлекалась в экономике, ее теневой части. Правда в советское время ее немалая доля приходилась на сферу производства, которая являлась сердцевиной народного хозяйства и приносила немалую прибыль государству и теневым предпринимателям. Во времена рыночных преобразований производство резко сократилось. Часть предприятий закрылась, часть на грани банкротства, часть выжила, часть предприятий приватизировалась и акционировалась, из которой значительная их доля была разворована.  Естественно, что прибыли и сверхприбыли можно было получить только в тех отраслях народного хозяйства, которые были связаны с наиболее ее доходными видами для пополнения государственного бюджета. Ими в первую очередь являлось производство или добыча и переработка и их распродажа: оружия, ядерного вещества,  драгоценных металлов и  камней, нефти, газа, леса, угля, редкоземельных полезных природных ископаемых, морских биоресурсов, утилизация военного имущества и вооружения. Новой доходной составляющей российской экономики стали такие сферы, как  банковская, кредитно-финансовая, страховая, налоговая, фондовая, таможенная. Весьма выгодным для экономики стало привлечение дешевой иностранной рабочей силы.

ОП также стала приспосабливаться к новым экономическим условиям. Ее лидеры естественно начали ориентироваться на доходные сферы экономики, где они могли хозяйствовать нелегально и прибыльно. В этой связи их интересует прежде всего нелегальный оборот военного вооружения и имущества,   ядерных отходов, золота, драгоценных камней, «отходов» черного и цветного металлов, которыми так богат дальневосточный регион. В не меньшей степени по размерам получаемых прибылей в сферу интересов ОП ДВ и России входит незаконная эмиграция и иммиграция населения, особенно женщин и детей, а также незаконная торговля морскими и таежными биоресурсами,  лесом и т. п. Более подробно о некоторых направлениях организованной преступной деятельности будет сказано ниже.

  1.  Социально-экономические условия развития ТОП ДВ             России.

Вначале остановимся на отдельных статистических показателях193, характеризующих экономику и социальную сферы Дальнего Востока (ДВ), отдельных ее отраслей и производственных сфер, территорий, групп населения, которые тем или иным образом представляют интерес для ТОП в этом регионе и потому вовлечены в сферу ее преступной деятельности.

Территория ДВ - самая удаленная от федерального центра (г. Москва) в пределах 9-10 тыс. км. Удельный вес ее территории к общероссийскому уровню составляет 36,4%. Это самый высокий показатель по России. Около половины территории ДВ приходится на Республику Саха (Якутия), хотя численность населения составляет чуть больше 13% от регионального уровня. Самый высокий уровень населения к уровню ДВ наблюдается в Приморском (30%) и Хабаровском краях (21%), хотя их совокупная территория составляет  только 15,4%. На протяжении последних 70 лет практически половина численности населения ДВ приходится на эти два края. Территориальный фактор в состоянии ТОП играет весомую роль. Географическая удаленность от федеральных органов власти значительно ослабевает контроль за деятельностью административных аппаратов органов власти субъектов РФ, а также действиями территориальных  и местных органов власти. Кроме того, это ведет к их формальной подотчетности вышестоящим органам; не исполнению федерального законодательства; ослаблению административной, уголовной, гражданско-правовой и иной ответственности в вопросах использования бюджетных средств, проведения приватизации и акционирования государственных предприятий, использования природных богатств; а также к росту злоупотреблений в этих сферах, региональной чиновничьей круговой поруке, проявлению местнических корыстно-групповых и личностных  интересов в ущерб государственным, ослаблению социального контроля общественными институтами и индивидуумами над общественными процессами и должностным поведением  каждого чиновника.

Криминологическим индикатором привлекательности для ТОП является также высокий уровень доходов населения ДВ. По последним данным на одного жителя приходится 2000-3000 рублей. Это позволяет поддерживать социально приемлемый жизненный уровень. Население стало приобретать дорогостоящие товары длительного пользования. На их торговле делается первоначальный капитал.

К примеру, в постперестроечные годы на ДВ отмечается самый высокий уровень обеспеченности населения легковыми автомобилями. Так, на 1000 человек населения их приходится 150,9 штук (по России – 113,7). По ДВ наивысший этот показатель отмечается в Сахалинской обл. (206,9) и Приморском крае (181,4). По другим субъектам РФ больше всего легковых автомобилей у населения только в Калининградской обл. (205,2) и г. Москве (188,8). В 1985 году этот показатель по ДВ составлял всего 40,8 (по РФ – 44,5). Однако в этот показатель входит большое число автомобилей со сроком эксплуатации от 5 до 15 лет. Автомобиль для большинства населения ДВ стал средством обеспечения себя заработком, передвижения, а также доставки сельхозпродуктов с дачных участков и иных сельхозугодий, товаров челночного бизнеса  из соседнего Китая, предметов домашнего обихода. Для значительной части населения автотранспорт – это еще и дорогостоящий товар для перепродажи. Он стал действительно жизненно необходимой вещью на длительный период жизни. Наиболее рентабельным и общедоступным для семейного бюджета местного населения стали импортные автомобили из Японии и Южной Кореи. Поэтому автомобильный бизнес становиться выгодным, а незаконный автобизнес  – даже высоко прибыльным как для российских, так и зарубежных организованных преступных формирований (ОПФ).

Высокий доход населения на ДВ долгие годы формировал и высокий социальный стандарт проживания в этом регионе. К тому же открывшаяся после падения «железного занавеса» возможность населения ДВ посещать богатые страны АТР подсознательно поддерживала  высокий уровень социальных притязаний. В условиях так называемых рыночных реформ, когда некогда высокие доходы большинства населения региона резко упали, а возможности их легального получения сократились, высокий жизненный уровень для них (уже с позиций мирового стандарта) может обеспечиваться только незаконным путем.

Известно, что основу экономических преступлений составляет корыстное мотивированное поведение преступников, в том числе и преступников ТОП. Такое поведение чаще всего наблюдается у лиц, не имеющих постоянного заработка, удельный вес которых на ДВ выше среднероссийского показателя. Можно сказать, что ТОП в России проявляется в большей степени в том регионе, в котором сформирован высокий уровень потребительских притязаний на повышенный социальный стандарт жизнеобеспечения  при сужении возможностей легального заработка.

Учитывая, что российская ОП базируется в сфере экономики, то экономическими индикаторами привлекательности ДВ для ТОП могут служить следующие позиции.

Доля валового дальневосточного регионального продукта к общероссийскому уровню весьма скромна и составляет всего 5%. Однако по этому показателю ДВ находился на 6 месте, а по объему промышленной продукции, инвестициям в основной капитал и вводу в действие основных фондов - на 7 месте  среди 11 региональных экономических районов. То есть ДВ не отнесешь к экономически отсталым регионам страны. Более того, по некоторым отраслям народного хозяйства регион является самым богатым. В частности, ДВ имеет самую большую площадь территории покрытую лесом, самый большой (после Восточно-Сибирского экономического района) общий запас древесины на корню. Особенностью ДВ является то, что он единственный в России обладает некоторыми породами деревьев, которые пользуются повышенным спросом за рубежом. ДВ также находится на третьем месте по запасам и добыче угля.

Таким образом, регион обладает большими экспортными возможностями по лесу и углю, а значит и высокими валютными поступлениями. Лесная отрасль не требует больших и долговременных капиталовложений, поэтому представляет экономический интерес для бизнесменов всех мастей. Учитывая, что ряд соседних приграничных государств не имеют нужной древесины и необходимого качества угля, требует небольших инвестиций, то эта продукция становится востребованной ими. Если уменьшить издержки на них за счет искусственного снижения оптовых цен, затраты на транспортировку, ухода от налогов и обязательных платежей в бюджеты, уплаты таможенных пошлин, осуществления безлицензионной деятельности и т. п., что присуще ТОП, то можно обеспечить получение сверхприбылей.

Крупный первоначальный капитал российских и иностранных новоявленных хозяев формировался в период чековой и денежной приватизации государственной собственности, в периоды проведения которых произошла смена собственника, чаще незаконным, а порой и криминальным способом. При этом для ТОП коммерческий интерес представляют рентабельные предприятия, в которых более низкий процент изношенности основных производственных фондов. В ДВ регионе удельный вес крупных и средних предприятий с полностью изношенными основными фондами ниже общероссийского показателя. По этому показателю регион находится на восьмом месте среди экономических районов страны. При наличии низкой доли изношенности основных фондов все же странным выглядит высокий удельный вес убыточных предприятий и организаций. В промышленности и строительстве их около 50%, а в сельском хозяйстве – свыше 80%. В условиях нормальной рыночной экономики это выглядит противоестественно.

Другое дело - экономика в руках ОП. Как известно, основным способом уменьшения затрат на покупку предприятия является его перевод в разряд убыточных, чаще незаконным способом. Тогда он уже становится добычей «бизнесменов» ОП, а предприятия международного профиля попадают в сферу интересов ТОП.

В результате около 70% предприятий и организаций, находящихся на учете в Едином государственном регистре предприятий и организаций (ЕГРПО) находится в частной собственности, около 10% - смешанной форме собственности, собственности иностранных юридических лиц и т. д. Многочисленные примеры хозяйствования на таких предприятиях показывают, что значительные доли акций находятся в руках криминала. Цель их участия – получение сверхприбылей за счет распродажи основных фондов, многомесячных невыплат заработной платы, незаконного получения кредитов и других незаконных действий.

Высокий уровень доходности просматривается также в розничном товарообороте, по которому ДВ находится на третьем месте. Подавляющая часть розничного товарооборота приходится на негосударственную форму собственности. Определенный интерес в структуре товарооборота на ДВ вызывает продажа нефтепродуктов. Например по объему продажи автомобильного бензина (свыше ста тысяч тонн в год) Хабаровский край входит в первую десятку субъектов РФ с таким или большим объемом продажи. Это вполне закономерно, так как край производит данный вид продукции. В то же время по объему закупок бензина ДВ значительно уступает тем экономическим районам, где число автомобилей на душу населения меньше. И это при том, что число бензоколонок на ДВ растет не по дням, а по часам. Можно предположить, что через  них реализуется большой объем неучтенной продукции. От ее реализации доход получает уже не государство, а нелегальная структура. Если учесть, что нефть и ее продукция являются экспортным товаром, то ТОП не остается в стороне при получении доходов от ее реализации.

Экономическая деятельность, особенно в условиях рынка, невозможна без ее финансовой составляющей. Для внешнеэкономической деятельности требуются валютные запасы, которые необходимо еще заработать. Характерной особенностью российских финансов, в т. ч. дальневосточной финансовой системы, является то, что в последние десять лет практически все предоставляемые экономике кредиты носят кратковременный характер. Чаще всего они вкладываются в торговлю, страховые компании, банки, различные фонды или расходуются на личные нужды. Если учесть большой процент, высокую оборачиваемость и огромные размеры кредитов, то получаемые при этом суммы прибылей, безусловно, также не остаются без внимания ОП.

Правда, общая сумма таких кредитов на ДВ значительно уступает размерам предоставляемых кредитов в других экономических районах. Например, она в несколько десятков раз меньше, чем в Центральном экономическом районе, включая г. Москву. Тем не менее кредиты используются не только на внутреннем, но и на международном финансовом рынке ДВ. Уже по этому признаку они привлекательны для ТОП. Косвенным подтверждением тому является использование международных и федеральных кредитов для региональных  нужд не по прямому назначению, а вероятнее всего в интересах ТОП.

К этому следует добавить, что во многом российская экономика зависима от иностранных инвестиций.  По объему этого вида инвестирования ДВ регион до последнего времени находился в первой пятерке. В первом же полугодии 2000 года ДВ федеральный округ194 среди  других округов по объему иностранных инвестиций находится уже на последнем месте. Число действующих предприятий с участием иностранного капитала составляет более 700 со среднесписочной численностью работников в пределах 20 тысяч человек. Это достаточно высокие показатели после Северо-Западного и Центрального экономических районов. Из 89 субъектов РФ самые высокие показатели по числу действующих предприятий с участием иностранного капитала и численности работающих наблюдаются только в г.г. Москве и Санкт-Петербурге, Приморском крае и Калининградской обл.

Эти показатели по инвестициям показывают, что зарубежные партнеры хотят участвовать в инвестировании экономики ДВ, но делают это очень робко. ТОП как ржавчина разъедает экономику ДВ. Причем, разрушению подвергаются некогда передовые производства мирового значения.

Следует заметить, что вышеназванные субъекты РФ выполняют функции крупных региональных перевалочных баз по всем направлениям внешнеэкономической деятельности страны, связывающих Россию с ближним и дальним зарубежьем. В них сосредоточены всевозможные фирмы по осуществлению экспортно-импортных операций, банки или их филиалы, оптовые склады, хранилища материальных ценностей, контрольно-надзорные организации, в том числе пограничные, таможенные, санитарно-карантинные и т. п., без разрешения которых физически не может переместиться груз через государственную границу.

Поэтому в них в максимальной степени сосредоточены ОПФ и осуществляется масштабная противоправная деятельность. Кто владеет этими опорными базами, тот владеет ключами от российской экономики. При криминализации до предела российской экономики такие ключевые позиции, естественным образом не могут не опекаться ТОП. Это понимают и исполнительные органы государственной власти всех уровней. Поэтому руководителями высокого ранга соответствующих отраслевых министерств и ведомств бывшего СССР и России нередко становятся руководители этих ключевых предприятий и организаций (морских портов, рыбных производств, ВМФ и т. п.).

Таким образом, по нашему мнению, эти и другие социально-экономические параметры ДВ региона служат индикаторами привлекательности последнего для ТОП как со стороны российского, так и международного организованного криминалитета.

Не меньшую привлекательность ДВ приобретает  в связи с повышением геополитической роли России в Юго-Восточной Азии. Июльские (2000 г.) посещения Президентом РФ В. В. Путиным КНР, КНДР, а также российского ДВ говорят о новом импульсе во взаимоотношениях России со своими ближайшими зарубежными соседями и в первую очередь через контакты с субъектами РФ ДВ.

Для России интеграция в различные экономические, финансовые, общественные союзы стран АТР означает увеличение объема и изменение структуры торговли, взаимное освоение новых природных месторождений, строительство заводов по их переработке и многое другое. В данный процесс на порядок выше включается большое число людей, огромные финансовые потоки и т. п. Кроме того, увеличится количество экспортно-импортных операций, сделок с движимым и недвижимым имуществом, совместных и иностранных компаний и акционерных обществ и т. д.

Воротами такой интеграции является ДВ России. Только в готовящейся программе стратегического развития Приморского края195 планируется несколько десятков масштабных проектов с международным участием. Так, на развитие горно-металлургического комплекса на базе одного из крупнейших предприятий пос. Дальнегорска – «Электрум», где предполагается использование нового метода плавки цветных металлов, будет привлечено 120 миллионов долларов. Проект включен  в число семи приоритетных проектов по ДВ, определенных как первоочередные объекты японо-российского сотрудничества.

Планируется построить 338 среднетоннажных и маломерных судов на оборонных предприятиях края общей стоимостью 640 миллионов долларов для поднятия рыбной отрасли. Всего же для ДВ морского бассейна требуется построить 735 судов для вылова квотируемой рыбы.

Следует особо остановиться на роли Транссибирской железнодорожной магистрали (Транссиб) в экономике России и ДВ региона. Достаточно сказать, что удельный вес  региона в перевозках внешнеторговых грузов достиг 20 процентов. Предполагается, что удельный вес Транссиба в общероссийском объеме перевозок всех грузов возрастет к 2010 году в полтора раза, а внешнеторговых грузов, включая транзитных, - на 50%. Наметившаяся нормализация отношений между КНДР и Южной Кореей делает реальными сквозные транзитные железнодорожные перевозки  по всей территории полуострова Корея. Тем самым возможно переключение на Транссиб грузопотока между странами Европы и АТР196. Осуществление же транзитного проекта США – Приморье – Китай по Транссибу принесет денег в бюджет только Приморского края до 20-30 процентов от валового регионального продукта края.

Однако наряду с положительными факторами в этом процессе, к сожалению, будут присутствовать и криминальные, которые активизируют ТОП по этим направлениям в ближайшем будущем. В процесс интеграции со странами АТР не в последнюю очередь будут включены субъекты Российской Федерации на Дальнем Востоке.

Активизация ТОП в первую очередь будет наблюдаться на ДВ. В настоящее время еще трудно говорить о формировании ТОП ДВ России в полном объеме. Однако российская организованная преступность (РОП) уже проявила себя здесь в полную силу, о чем сообщалось в литературе197. В связи с этим рассмотрим более подробно некоторые направления транснационального проявления ОП, которые, как нам кажется, показывают тенденции нарождения ТОП на ДВ России.

        2. Основные тенденции проявления транснациональной преступности

ТП на ДВ стала проявляться только в начале 90-х годов ХХ столетия с открытием Государственной границы для перехода иностранцами. Был упрощен порядок въезда граждан приграничных провинций Китая в Россию через ДВ. С этого момента началась массовая иммиграция иностранцев, особенно граждан НРВ, КНР, Республики Корея и т. д. Только в Приморском крае, например, граждан Китая находится до сотни тысяч человек. Причем, определенная их часть остается на нелегальном положении. По данным Федеральной миграционной службы РФ, за первое полугодие 2000 года из общего потока китайцев, въехавших в Приморский край по туристическим визам, 500 человек не вернулись назад198. Практически ежемесячно депортируется из края более двухсот китайцев, незаконно пребывающих на территории России199.

Одновременное перемещение огромных масс иностранцев по территории ДВ, несомненно, вызвало стремительный рост ТП в этом регионе. Эти изменения отразились в статистике уголовных преступлений правоохранительных органов региона. С 1993 года в МВД России появилась специальная форма отчетности о преступлениях, связанных с иностранными гражданами и лицами без гражданства. Сведения об этих преступлениях того времени публиковались только в ведомственных специальных сборниках ГИЦ МВД  России. В научных изданиях данные о преступности иностранцев стали появляться только с 1999 года200. Региональный аспект по этим видам преступлений в них специально не рассматривается.

В настоящее время официальная уголовная статистика в стране в рамках МВД России 201отражает только две большие группы преступлений: 1) преступления, совершенные иностранцами; 2) преступления, совершенные в отношении иностранцев. Рассмотрим основные тенденции этих групп преступлений в динамике за последние десять лет на территории ДВ.

К примеру202, в Приморском крае за 1988 – 1989 годы по линии МВД не было зарегистрировано ни одного преступления, совершенного иностранцами либо в отношении них. В 1990 году было зарегистрировано 4 преступления, совершенные иностранцами, и 165 преступлений, совершенных против них, а в 1991 году – соответственно  5 и 246.

За период 1990 – 1993 г.г. рост преступлений, совершенных иностранцами, составил 5300%, а преступлений, совершенных против них, – всего 612,8. Аналогичная тенденция по иностранной преступности наблюдалась и в Хабаровском крае.

Современное состояние ТП ДВ складывается следующим образом. В частности, органами внутренних дел Приморского края в 1999 году было зарегистрировано 351 преступление, совершенное иностранными гражданами и лицами без гражданства (половина из них совершено гражданами стран СНГ), что на 151 преступление больше, чем в 1998 году. Темп прироста этих преступлений составил 75,5%.

В Хабаровском крае в 1999 году иностранными гражданами и лицами без гражданства было совершено 438 преступлений, в том числе гражданами СНГ - 96. Темп прироста составил всего 12%, а по гражданам стран СНГ – 95,6.  По России эти темпы прироста соответственно составили 4,1 и 6,5%.      

В структуре преступлений, совершенных иностранцами, преобладают граждане Китая (89,9%), а из стран Закавказья и Средней Азии – граждане Азербайджана (8,8%). По видам преступлений наибольший удельный вес приходится на преступления экономической направленности (61%). Из их числа наибольшая часть (43,4%) совершена гражданами КНР.

Преступлений, совершенных в группе, зарегистрировано только 12 или 3,4% от всех преступлений, совершенных иностранными гражданами и лицами без гражданства, что в 2,4 раза меньше, чем в 1998 году, а в составе организованных преступных формирований (ОПФ) или организованных преступных групп (ОПГ) - только одно преступление.

Криминологическая характеристика преступлений, совершенных в отношении иностранных граждан и лиц без гражданства, выглядит следующим образом.

Во-первых, количество преступлений, совершенных иностранцами, зарегистрировано в 2-4 раза больше, чем в отношении них (Приморском крае – 1,95 раза, Хабаровском крае – 4,7, России – 4,0). Во-вторых, развитие этих преступлений в субъектах РФ на ДВ в 1999 году по сравнению с 1998 годом происходит в прямо противоположных направлениях. В одних субъектах  Федерации произошел их рост, в частности в Приморском крае на 13,9%, а в других – снижение, в Хабаровском крае – на 30,6 (в России снижение составило 11,3).

Основными потерпевшими от этих преступлений стали граждане Китая (70%). В отношении них было больше совершено краж (67,7%), в том числе в сфере частной собственности (100%), грабежей (75,9%), разбойных нападений (70,6%), а также преступлений экономической направленности (из 5 преступлений - 4).

Характерно, что объем, динамика и структура ТП в начальный исследуемый период отличаются от современного ее состояния. Замечено, что она имеет собственную тенденцию развития. Если в начале 90-х годов  как об этом уже упоминалось ранее,203 прирост преступлений, совершенных в отношении иностранцев, вдвое превышал прирост всех зарегистрированных преступлений, то затем уже темп прироста преступлений, совершенных иностранными гражданами, втрое превысил темп прироста преступлений, совершенных против иностранцев. Изменилась  структура ТП. Появились неизвестные отечественной криминальной практике новые преступления, новые формы и уровни организованности этнических, в том числе и среди иностранцев, преступных формирований. На этом фоне даже наметилось тесное взаимодействие отечественных и международных ОПФ по отдельным направлениям их преступной деятельности.

          3. Основные транснациональные преступные сообщества

Транснациональные проявления российских организованных преступных формирований ДВ связаны с наличием общей государственной границы на море и суше с рядом иностранных государств (КНР, КНДР, Республикой Кореей, Японией, США, Австралией и т. д.), финансово-кредитных, туристических, миграционных, торговых и других международных связей. В рамках этих связей формируются основные валютные потоки, товары и услуги, кредиты, приватизируются и акционируются предприятия и организации, которые работают на экспорт. Поэтому получение сверхприбылей ОП связано в первую очередь с использованием в своих целях этих международных связей. В связи с этим многие преступные сообщества через эти международные связи проявляются в ТОП.

Ведущее место среди подобных ОПФ ДВ занимает преступное сообщество - «Дальневосточный воровской общак» (далее – «общак»). В «общак» входит около ста ОПФ общей численностью свыше 1000 человек. В системе ОП России «общак» является относительно структурированным преступным сообществом, с самостоятельными ОПГ почти во всех субъектах РФ на ДВ. Наибольшее их количество находится в Хабаровском крае, Камчатской и Сахалинской областях. С данным воровским сообществом вынуждены считаться другие преступные сообщества ДВ и России, которые стали возникать с началом проводимых в стране реформ.

Основными направлениями транснациональной организованной преступной деятельности (ТОПД) «общака» являются незаконный автобизнес, наркобизнес, оборот оружия; торговля женщинами и детьми; нелегальные экспортно-импортные операции; аферы в кредитно-финансовой сфере; нелегальная миграция иностранцев; фальсификация банкротства предприятий и фирм в интересах криминала и т. д.

В недрах советского строя бывшего СССР на последних этапах ее существования (80-е годы) на ДВ сформировалась новая плеяда ОПФ из числа советских спортсменов высокого класса, не видевших перспектив в жизни, которые со временем образовали совершенно самостоятельное от традиционного «общака» преступное сообщество «спортивная мафия» с многочисленными ОПГ. ОПГ обычно возникали на базе спортивных обществ, как правило специализирующихся на боевых насильственных видах спорта (восточные единоборства, бокс, самбо, каратэ и т. п.). Данное сообщество на ранних этапах своего становления включало в себя полтора десятка преступных групп подобного типа общей численностью около 300 членов. Большая часть ОПГ спортивной мафии находится в Хабаровском крае и Еврейской автономной области.

Первоначально они занимались рэкетом, оказанием «охранных» услуг, затем перешли к игорному бизнесу, стали внедряться в легальный бизнес, в том числе и с международными связями204. Это сообщество самым настойчивым образом стало проникать в теневой бизнес международного характера, оттесняя теневиков от руководства предприятиями и иными хозяйствующими субъектами. Они первыми из криминала поняли, какую огромную материальную выгоду из рыночных преобразований в стране можно извлечь для себя лично.

Наряду с «общаком» и «спортивной мафией» сформировалось этническое преступное сообщество, состоящие из ОПГ лиц кавказских и среднеазиатских национальностей (грузин, чеченцев, ингушей, дагестанцев, армян, таджиков, азербайджанцев). Некоторые из них многочисленны и приравнены к преступным сообществам. Эти группы и сообщества действуют самостоятельно. Они имеют свой преступный бизнес. Основная часть этих группировок, как правило, действует изолированно друг от друга. Иногда отношения проявляются в форме делового сотрудничества на разовой основе. Единое структурированное преступное сообщество они не образуют. Этому мешают многие факторы национального характера. Поэтому их объединение практически невозможно.

Хотя в большинстве случаев этнические группировки действуют по своему усмотрению, все же их судьбу решают местные наиболее крупные преступные сообщества на своих «сходках». Преступные группировки контактируют с этническими диаспорами своей национальности, компактно проживающими на территории ДВ. Получают от них материальную и кадровую поддержку, но напрямую в массовом порядке в преступную деятельность их не вовлекают. В то же время отдельные давно уже обрусевшие представители этих национальностей являются активными членами местных ОПГ.

Наиболее многочисленным из числа национальных этнических ОПФ является «Чеченское преступное сообщество», которое, по данным РУБОП, состоит из десятка ОПГ общей численностью свыше ста человек.

Располагаются эти ОПГ в Хабаровском и Приморском краях, Еврейской АО и Камчатской области. Специализируются они на незаконном обороте оружия, наркотиков, хищении денежных средств в кредитно-финансовой сфере, промышленного золота. Транснациональные связи этого сообщества хотя и не являются доминирующими, но они присутствуют. Так, основная часть сообщества располагается в г. Находка Приморского края. Там же создана свободная экономическая зона (СЭЗ). Полученные из федерального бюджета денежные средства для развития СЭЗ «Находка» проходили через ряд банков Находки, учредителем которых были представители чеченского преступного сообщества. Огромные суммы бюджетных денег при попустительстве высших должностных лиц края бесследно исчезли, а одновременно с ними после вмешательства правоохранительных органов скрылись и лидеры Находкинской чеченской преступной группировки.

По данным СМИ205, члены чеченской диаспоры тесно связаны с администрацией Приморского края. Так, в роли помощника губернатора Приморского края числился некий Адам Имадаев. Определенные размышления вызывает то обстоятельство, что он был президентом Владивостокского угольного коммерческого банка «Эвробанк», разорившийся в 1998 году, задолжав государству 8 миллионов рублей. Оставшееся имущество банка было арестовано налоговой полицией. Однако к моменту ареста все имущество и ценные бумаги были проданы некоей компании ЗАО «Приморская краевая расчетная палата» (ПКРП), которая была зарегистрирована на имя того же Имадаева, но уже под новой фамилией.

Из числа ОПФ из стран СНГ особым влиянием на ДВ пользуется «азербайджанское преступное сообщество», которое до недавнего времени состояло из 21 ОПГ общей численностью около 200 активных членов. В него постоянно вливаются лица других национальностей, в связи с чем некоторые группы распались и выбыли из сообщества. В 1997 году в сообществе насчитывалось уже 12 преступных групп, больше половины из которых находятся в Хабаровском крае. Основными направлениями преступной деятельности преступного сообщества являются незаконный оборот спиртных напитков, наркотиков, цветных металлов и промышленного золота.

Необходимо подчеркнуть, что свидетельств вхождения российских и стран СНГ этнических ОПФ в систему транснациональных ОПФ или их участия в транснациональной организованной преступной деятельности пока не так много. Однако многочисленные факты задержания и привлечения к уголовной ответственности членов этих этнических ОПГ за преступную деятельность международного характера подтверждает их возможную связь с ТОП.

Другое дело - зарубежные этнические ОПГ, обосновавшиеся в России. Основными их членами являются иностранные граждане или лица без гражданства, которые генетически связаны с зарубежьем, своей исторической родиной. Их преступная деятельность прямо носит транснациональный характер.

По количественному составу, размерам получаемой прибыли, масштабам нелегальной предпринимательской деятельности из числа иностранных этнических ОПГ наиболее ощутимо присутствие китайской мафии («триад»).

Китайские «триады» представляют собой гибкую сетевую систему, структура которой зависит от осуществления того или иного вида преступной деятельности. Они действуют не только у себя на родине, но и в США, Западной Европе, странах Юго-Восточной Азии (ЮВА). Из транснациональных форм преступной деятельности они более всего предпочитают занятия контрабандой наркотиков, спирта, валюты, нелегальной миграцией, продажей лиц китайского происхождения в рабство. Этническое компактное проживание китайцев наблюдается в большинстве стран мира, образуя самостоятельные поселения, которые так или иначе связаны с «триадами».

На ДВ России основным местом компактного постоянного проживания для большинства китайцев  давно стал город Уссурийск Приморского края. Каждый третий житель Уссурийска - это китаец или кореец китайского происхождения. Там же расположены китайские «чайна-тауны» - китайские городки. Здесь местные сотрудники правоохранительных органов сталкиваются с организованным рэкетом «триад» в отношении китайцев. В случае отказа платить дань уничтожается их имущество или некоторые из них лишаются жизней. В Уссурийске «триады» сотрудничают с местными ОПГ, которые помогают китайцам незаконно скупать металл, дикоросы и переправлять их через границу в Китай. Они же создают пассажирско-перевозочные фирмы, предоставляют склады для хранения товара, в том числе контрабандного; организуют фирмы «досуга» с русскими девушками.

Все чаще китайцы стали входить непосредственно в местные преступные группировки для наводки на своих же соотечественников, на которых потом совершаются налеты, но преступники, как правило, не обнаруживаются.

В Приморье известны многочисленные преступные группировки из Китая: «Ванцинская», «Янбенская», «Голова змеи» и «Рассерженная собака», «Волки».  Последняя, к примеру, специализировалась на разбойных нападениях в России на граждан Китая – нелегалов, которым не выгодно обращаться в правоохранительные органы. Данная преступная группа состояла из 10-15 человек и возглавлялась гражданином Китая, ранее судимым за разбойные нападения у себя на родине, по кличке «Лао Да» – «Пахан»206.

Следы китайских «триад» обнаруживаются также в Хабаровском крае. Так, в конце 1998 года сотрудники Индустриального РУВД                г. Хабаровска раскрыли подпольный завод по производству фальсифицированной водки из китайского контрабандного спирта. Принадлежал он главарю одной из этнических ОПГ по имени Пяо Дунчунь. Завод ликвидировали. Дунчунь обратился к «авторитетам» Уссурийска с просьбой помочь выяснить, кто из соотечественников «сдал» его милиции. Поскольку бизнесмен регулярно платил дань в местный «общак», оттуда вскоре приехала «бригада» для разборки. Их подозрения пали на некоего Чеплена, которого захватили и пытали. В ходе операции по освобождению милицией Чеплена были задержаны трое мужчин и одна женщина – все граждане Китая. Предполагается, что они – лишь верхушка группировки, насчитывающей более 20 человек, в том числе и россиян, жителей Хабаровска. Сейчас правоохранительные органы объявили розыск остальных членов банды, которая, судя по некоторым данным, занималась отнюдь не одной фальшивой водкой207. Это далеко не единичный случай криминальных разборок иностранцев с участием местных российских ОПГ. Налицо явные признаки их совместной преступной деятельности.

Также во Владивостоке в июле 2000 года был убит традиционным китайским способом бизнесмен из Китая Ян Сяон, который развернул успешную торговлю поставляемыми из Санкт-Петербурга бананами «под крышей» «триады», приносившей прибыль до 5 тысяч долларов США в день. Сразу же после убийства к жене Сяона поступили несколько телефонных звонков из Харбина и Уссурийска208.

События последних лет показывают, что китайские ОПФ не только укрепляют свои позиции в криминальном мире ДВ, но и, похоже, готовятся к полному его захвату. Данная версия созвучна с одним событием, которое произошло 5 августа 2000 года в г. Владивостоке. В этот день во время презентации в китайском клубе «Аристократ» под предлогом выявления лиц, причастных к недавним убийствам нескольких китайских граждан, была проведена операция по задержанию членов «триад», прибывших из Китая на сходку в Россию. В результате операции было выявлено 33 человека, представляющие оперативный интерес для правоохранительных органов. У некоторых из них были обнаружены на запястьях татуировки «дракона», которые имеют только члены «триад»209.

Вряд ли такая сходка не могла состоятся в Китае. Проведение ее на территории ДВ означает, что настало время согласованных действий «триад» в России между собой и местными ОПФ, а также установления единого руководящего органа.

Отсюда становится очевидным тот факт, что дальневосточные ОПФ вынуждены не только считаться с «триадами», но и сотрудничать с ними в рамках единого географического пространства, единой цели и преступной деятельности с постоянным пересечением государственных границ, т. е. в рамках ТОП.

Несколько иными складываются отношения дальневосточных ОПФ с японской «якудза» или «борёкудан»210. Основные отличия ОП Японии от ОП других стран состоят в том, что они не предъявляют исключительных прав на определенные географические территории как на зоны своего влияния. Они опираются на семейные и родственные связи как основу групповой солидарности и не стремятся сохранять в тайне свое существование. Основными формами преступной деятельности японской ОП традиционно является нелегальный игорный бизнес, наркобизнес, проституция. К современным формам такой деятельности относится также вмешательство в финансово-экономическую работу предприятий путем вымогательства части прибыли за неразглашение незаконно полученной конфиденциальной информации; мошенничество со страховыми выплатами; профессиональная обструкция работников предприятий специально внедренными в них  людьми «борёкудан»; вмешательство в финансово-коммерческую деятельность частных лиц.

В России, в частности на ДВ, деятельность «борёкудан» явно не прослеживается. Отсутствуют данные о проживании на территории России этнических компактных групп граждан Японии или их массовом нелегальном пребывании. Однако транснациональная связь дальневосточной ОП с «борекудан», на наш взгляд, существует. Это, прежде всего, деятельность, связанная с нелегальным автобизнесом, незаконным выловом и контрабандой морепродуктов, незаконной торговлей оружием, а также нелегальной транзитной миграцией населения в Японию через Россию и т. п. Такая деятельность под силу только международным ОПФ. Об их существовании в пределах территории России могут служить многочисленные факты задержания японских рыболовецких судов за браконьерским ловом рыбы и морских млекопитающих.

По сведениям из печати Японии,211 российские пограничники на море ловят только мелкую «сошку». Многие организации «якудза» имеют собственный флот, не входящий ни в какие кооперативы. Именно они на скоростных судах и без опознавательных знаков ведут незаконный лов у российских берегов. Часто они настроены антироссийски и ее боевики считают особым шиком «утереть нос» российским пограничникам.

Однако крайний национализм не мешает им устанавливать «деловые» контакты с подобными ОПГ на российской территории. Основной поток нелегальных морепродуктов идет из России на судах, принадлежащих совместным предприятиям (СП). У них есть необходимые документы на судне или представитель СП – российский гражданин, который «улаживает» все вопросы с пограничниками. «Черный» бизнес выгоден всем участвующим в нем лицам: от местного населения до ОП с коррумпированным чиновничеством обеих стран. Государство как с нашей стороны, так и японской, не вмешивается в этот «бизнес» до тех пор, пока он не станет угрожать его национальным интересам.

Таким образом, можно предположить, что в ближайшем будущем формирование самостоятельных ОПФ «борекудан на территории России, по крайней мере на ее материковой части, маловероятно.  Китайские «триады» не допустят присутствия здесь соперников по преступному промыслу. Тем более, что это согласуется с политикой китайцев на их массовое освоение Сибири и ДВ без конкурентов.

Однако, если по мере удовлетворения территориальных притязаний Японии к четырем островам Курил и безвизового въезда граждан этой страны на о. Сахалин приведет к их компактному проживанию на территории ДВ России, то такая вероятность существует. Скажется также специализация преступной деятельности различных ОПГ «борекудан», основанная на контрабанде морских биоресурсов на территории России, в которой они исторически прочно удерживают свои позиции. Помимо контрабанды этих биоресурсов, ОПФ «борекудан» специализируются и на других видах транснациональной преступной деятельности совместно с дальневосточными ОПФ, о чем будет сказано несколько ниже.

Характерно, что японские ОПФ меньше всего замечены в российской экономике. Это связано, на наш взгляд, с тем, что японский легальный капитал практически не инвестируется в Россию. В нашей стране - по японским меркам - отсутствует достаточно дешевая рабочая сила, наблюдаются крайне низкий технологический уровень производства товаров массового спроса, а также ненадежность партнеров по бизнесу. В то же время присутствуют высокий риск потерять вложенные деньги, нестабильность государственных институтов и структур, частая сменяемость их руководителей, непомерная личная корысть российских чиновников, чрезмерная зависимость официальной позиции государственных структур от амбиций и порядочности их руководителей.

По наблюдениям японцев, в России народилась новая экономическая формация под названием – «экономика физических лиц»212, которая ведет российскую экономику в тупик. Японские предприниматели предпочитают заниматься бизнесом на спорных территориях ДВ России или ее приграничных районах, что существенно ограничивает географию распространения японских ОПФ. На данное состояние последних также влияет высокая цена качественных японских товаров для российского рынка, из-за чего они не востребованы в России. Отсутствие капитала, товаров и этнических поселений, а также географических притязаний «борекудан» в России сужает деятельность японской ОП на ДВ. Поэтому сфера преступной деятельности «борекудан» совместно с ОПФ ДВ пока ограничивается торговлей дешевыми старыми автомобилями, контрабандой морепродуктов и оружия, нелегальной миграцией населения  и т.п. традиционной преступной  деятельностью                              международного характера.

Корейская ОП на ДВ представлена этническими преступными группировками из Северной Кореи, переселенцами из среднеазиатских республик бывшего СССР, а также корейцами китайского происхождения. В целом на ДВ действует «Корейское преступное сообщество» из 14 ОПГ, по одной из них находятся в Приморском крае и Сахалинской области, четыре – в Хабаровском крае и восемь – на Камчатке. Общее количество активных членов насчитывается до полутора сотен человек, специализирующихся на незаконных поставках наркотиков, валютных махинациях, незаконной миграции населения, незаконном автобизнесе, мошенничестве, проституции.

Факт присутствия на ДВ корейских самодеятельных ОПГ подтверждают данные СМИ о функционировании некогда корейской преступной группировки на Сахалине, во главе которой стоял Ким Кен Чен (кличка «Камбала»). Ближайшее его окружение состояло из 12 человек, которые, в свою очередь, имели постоянную связь с 7 членами. Их безопасность обеспечивали 20 человек из числа молодежи, которыми руководил ответственный за безопасность группировки Се Дон Киль (кличка «Груня»). Каждая группа функционировала самостоятельно в зависимости от выполнения поставленных перед ними задач. В дальнейшем силами УОП Сахалинской области группировка была частично разгромлена, а ее руководитель покинул пределы Сахалина. Группировка занималась квартирными кражами, набегами на морские суда, незаконным автобизнесом, наркотиками213.

О присутствии других корейских ОПФ ранее неоднократно писалось в литературе и СМИ. Из анализа этих публикаций  не видно, что «Корейское преступное сообщество» на ДВ России - это единое структурированное сообщество с самостоятельно функционирующими ОПГ с международными связями и специализирующимися на определенных видах ТОПД.  Этому, как и в случае с китайскими «триадами», также способствуют географическая близость, наличие общей Государственной границы, образование компактного поселения и наращивание численности корейской диаспоры, неофициальная поддержка  соплеменных государств в территориальной экспансии и иммиграции населения, наличие легальных и нелегальных предпринимательских интересов и возможностей их реализации, а также возможность заработать иностранную валюту.

Примечателен тот факт, что на сегодня серьезного противостояния, сопровождаемого криминальными войнами между этническими преступными сообществами ДВ России, практически не существует. Разборки с заказными убийствами наблюдаются внутри национальных этнических ОПГ. Создается впечатление, что наступил такой этап развития ТОП на ДВ России, при котором осуществляются субординационные и координационные, а не конфронтационные, отношения между ними. Также видно, что каждая этническая ОПГ имеет собственную специализацию преступной деятельности с выходом за рубеж. Тем самым их интересы не пересекаются и не ущемляются.  

Такое состояние становится возможным только при условии управляемости данными процессами со стороны некоего единого для вышеназванных ОПГ руководящего органа. Находится ли данный орган на территории ДВ России или за его пределами, сказать пока непросто. Также невозможно пока обозначить организационную сторону данного органа. Для этого нет еще достаточного фактического материала. Безусловно, что этот орган должен быть интернациональным по своей этнической сущности, международным по характеру действий, специализирующимся на управленческих процессах, тесно вплетенным в государственную систему связей и отношений.

Рассмотрим обозначенные нами характерные черты ТОП через призму специфики ТОПД этнических ОПФ ДВ России.

2.4. Основные формы проявления ОПФ на Дальнем Востоке    России214

 1. Криминальный рынок рыбопродукции 

Особенно ярко, на наш взгляд, факты транснационального проявления ОП ДВ России проявились в рыбной отрасли. Поводом для такого утверждения могут служить многочисленные события и деятельность множества компаний, связанных с этой отраслью. Одним из косвенных подтверждений формирования международного «теневого и криминального» капиталов является состояние рыбной отрасли страны, оцениваемое руководством Госкомрыболовства215 как кризисное.

ДВ был и остается пока главной морской территорией, приносящей свою долю рыбной продукции в рыбной отрасли страны. По итогам 1999 года девять дальневосточных рыбных предприятий вошли в группу 15 отечественных лидеров по объемам вылова и произведенной продукции. Причем ОАО «Холдинговая компания «Дальморепродукт» (Приморье) держит первое место (добыто 246,4 тыс. тонн, произведено продукции 154,4 тыс. тонн), а ЗАО «АКРОС» (Камчатка) – третье (125,1 и 70,4 тыс. тонн соответственно). В списке лидеров еще три приморские компании. Это – с  одной стороны, а с другой? Наряду с собственно производственными проблемами существует проблема криминализации рыбной отрасли, от которой только на теневом рыбном экспорте в 1999 году Россия потеряла не менее 700 млн. долларов. 216

По данным Госкомрыболовства, сильно криминализированной оказалась, в частности,  рыбная отрасль Приморского края. Она находится на одном из последних мест по уплате налогов среди всех рыбодобывающих регионов. Это при том, что Приморью из года в год (1996-2000) выделяется, например, на вылов минтая почти 50% квоты всего ДВ. При наличии самого мощного флота приморские рыбаки не осваивают выделенные квоты на вылов рыбы, а продают и перепродают их многочисленным фирмам, не имеющим отношения к рыбному промыслу, под предлогом то поставки топлива для ТЭК края, то для погашения заработной платы бюджетным работникам, то еще под каким-нибудь другим предлогом. Под прикрытием этих квот идет хищнический браконьерский лов морепродуктов на всем Дальневосточном бассейне. В результате этого страна теряет огромные налоги.

К примеру, только за незаконно выловленных и реализованных крабов в Японии за первое полугодие 1999 года в бюджет страны не доплачено 230 миллионов долларов США217. За весь 1999 год в Японию незаконно было вывезено крабов на 320 млн. долларов218. В 1998 году согласно японской официальной статистике, в эту страну было ввезено 40 тысяч тонн лосося из России, а по российским данным  - всего 15 тысяч тонн219. Разницу составляли те самые контрабандные поставки, которые приносят колоссальные прибыли теневикам и преступникам.

С началом реформ рыбная отрасль, как наиболее высокодоходная часть экономики, оказалась вне сферы государственного регулирования, но под пристальным вниманием криминального мира. Вокруг этой отрасли стали быстро организовываться преступные группы, лидеры которых, как правило, были из числа работников данной отрасли. Начались массовые аферы с постройкой и продажей судов, куплей-продажей акций ведущих рыбных компаний, перераспределением квот на вылов рыбы, продажей морепродуктов на нелегальном мировом рынке. Обстановка в рыбной отрасли сложилась таким образом, что в последние годы само государство создало идеальные условия для ее криминализации.

Только в период приватизации 2629 промысловых судов ДВ оказались разбросанными по 1135 карликовым компаниям, каждая из которых обладает правом вести внешнеэкономическую деятельность. Это при том, что государство не имеет системы учета местонахождения судов. Оно не знает о том, под какими флагами они ходят, кому сданы в аренду  и в каких дочерних структурах находятся. По некоторым данным, новые хозяева ведут неучтенный лов морепродуктов, контрабандой сбывая их за рубежом и уходя от всех налогов на многие миллионы долларов220.

 Более чем странным можно также назвать и продажу ДМП судов по явно заниженным ценам с правом плавания под российским флагом иностранному покупателю, небезызвестным греческим миллионерам братьям Ласкаридисам, которые под российским флагом на «законных» основаниях ведут промысел рыбы в Охотском море, а также захватили основные грузоперевозки в главном рыбодобывающем регионе России. 

Еще более ошеломляющими можно назвать данные Сахалинской таможни, из которых видно, что более 75% всех уловов, добытых в морских водах Южных Курил, уходят в Японию контрабандно. Ежегодно на счетах портовых городов и поселков соседнего северного японского острова Хоккайдо оседают десятки миллионов долларов. Там же остаются и налоги на них. На Южных Курилах не один год подпольно действуют криминальные промысловые компании. Все они бункеруются водой и топливом, а также ремонтируются на соседнем Хоккайдо221.

По информации, которую получили представители Тихоокеанского регионального Управления федеральной пограничной службы от своих японских коллег, российские браконьеры сплавляют на черный рынок Японии только за один месяц более 30 тонн краба, на сумму 2 миллиона 308 тысяч долларов222. Не только в Японию, но и в Южную Корею  контрабандным путем отправляется российский краб223.

Таким образом, можно утверждать, что рыбная отрасль ДВ практически вся криминализирована. Но сегодняшняя криминализация – это продолжение теневой и преступной деятельности бывшей советской партийно-хозяйственной номенклатуры, которая ныне преуспевает в ранге руководителей нынешних акционерных и холдинговых компаний, всевозможных товариществ и рыбных колхозов, отраслевых министерств и ведомств.

За годы «перестройки» схема разграбления государственной собственности и извлечения теневого капитала полностью отработана. Эта схема широко применялась во всех сферах хозяйствования и полностью себя оправдала, что отчетливо видно на примере все той же рыбной отрасли ДВ.

2. Криминальные и транснациональные аспекты приватизации

На этапе чековой и денежной приватизации и акционирования предприятий рыбодобывающей и рыбообрабатывающей промышленности морского транспорта шла масштабная целевая распродажа силами узкого круга лиц государственной и хозяйствующей номенклатуры якобы нерентабельных или доведенных до такого состояния судов, заводов, объектов соцкультбыта с сокращением тысяч рабочих мест, фактической ликвидацией целых рыбачьих поселков. Бывшие работники этих акционированных предприятий оставались на улице со смехотворным числом акций по их номинальной, а не рыночной стоимости, но уже без заработной платы. Выданные государством населению приватизационные чеки оставались единственным средством получения денег хотя бы для оплаты текущих расходов на физическое выживание.

В этих искусственно созданных государством условиях удержания номинальной стоимости приватизационных чеков руководство предприятий, краевых (областных) или федеральных рыбных или административных структур, а также криминалитет самостоятельно или в сговоре с руководством этих предприятий и структур организовали широкомасштабную скупку по номинальной стоимости приватизационных чеков при участии поспешно созданных  коммерческих банков, личных сомнительных доходов руководителей  быстро расплодившихся хозяйствующих субъектов и наличных денег криминалитета. Также скупали чеки и порой становились фактическими владельцами некогда государственных предприятий рыбной отрасли страны иностранные компании непосредственно или через подставных лиц.

Затем, оставшись без работы и заработной платы, рабочие и служащие предприятий стали продавать свои акции руководителям и другим должностным лицам акционированных предприятий. Последние за счет полученных кредитов и процентов от прокручивания денег предприятия в банках за бесценок скупали акции. Это давало им возможность формировать контрольные пакеты акций и, главное,  занятия руководящих постов в органах оперативного управления, что автоматически влекло право на распоряжение по своему усмотрению собственностью предприятий как своей. Тогда уже владельцы вновь созданных компаний или их управляющие опять же якобы с целью повышения рентабельности производства организовывали новую распродажу еще остававшихся на балансе судов или переводили их в оффшорные зоны, или сдавали в аренду иностранцам в целях личного обогащения, но в ущерб самой компании и ее акционерам. Часто владельцами этих акционированных предприятий становились иностранные граждане из числа бывших граждан СССР или России, имевших отношение к рыбной отрасли сами или через своих родственников или знакомых.

Достаточно много можно назвать примеров неправомерного обращения в частную собственность судов. Большей частью они осуществляются не без попустительства, а то и вероятнее всего в результате прямого сговора или подкупа соответствующих должностных лиц. Ущерб наносится узким кругом лиц, «незаметно» для широкой публики, а значит, и для правоохранительных органов. Только при чрезвычайных обстоятельствах о них становится известно и тогда ими начинают заниматься. Другое дело, когда на государственной собственности наживаются с размахом, на виду многотысячного трудового коллектива, даже с его участием в темную, при поддержке властных и криминальных структур, с заказными убийствами и другими «необходимыми» атрибутами российской «прихватизации».

Так как процесс приватизации государственной (в действительности всенародной) собственности ни законодательно, ни организационно надлежащим образом не был осуществлен, то такую «организующую» роль взяла на себя ТОП. Изобретать что-либо нового в способах обращения чужого имущества в свою собственность «новым русским» в союзе с уголовниками не надо было. Сделали только поправку на новое законодательство (точнее, отсутствие механизма его реализации) и начался процесс «прихватизации».

В этот период было разработано множество хитроумных, по форме легальных, но по существу незаконных, а то и просто преступных способов по разорению вначале предприятий, а затем образованных на их базе различных компаний, а также по личному обогащению «новых русских». Определенная часть последних, наиболее «одаренная», превратилась затем в олигархов федерального или местного значения.

Если вести речь о китах российской экономики, какой в бывшем СССР всегда была рыбная отрасль, то можно говорить, что в процессе приватизации фактически  целенаправленно осуществлялась международная акция по уничтожению рыбной отрасли России как могущественного конкурента. В корыстных целях этим воспользовались российские и международные олигархи вместе государственными чиновниками всех уровней. Под эту цель создавались транснациональные компании, в том числе криминального типа, в России и за рубежом, которые уже в собственных корпоративных целях использовали государство как инструмент в конкурентной борьбе за мировые рыбные и нерыбные запасы.

Это привело в дальнейшем к хищническому разграблению морских биоресурсов российскими и иностранными частными рыбными компаниями не только российских, но и мировых запасов биоресурсов, о чем неоднократно сообщалось в прессе. В этот процесс разграбления и личного корыстного обогащения в ущерб интересам всего общества и государства втянуты и рыбодобывающие отрасли субъектов РФ ДВ не без помощи высокопоставленных местных, региональных и федеральных госчиновников224.

Примером организованной «прихватизации» с криминальным транснациональным уклоном может служить процесс акционирования в прошлом мощных некогда государственных производственных объединений (ПО): Приморрыбпрома (ПРП), Владивостокской базы тралового и рефрижераторного флота (ВБТРФ), Востоктрансфлота (ВТФ), Приморского морского пароходства (ПМП), Дальморепродукта (ДМП) и других не менее значимых и некогда доходных ведущих предприятий рыбной отрасли.

Среди них особо выделяется ПО «Приморрыбпром» (ПРП) - ранее крупнейшая организация в рыбодобывающей и обрабатывающей  промышленности не только Приморья, но и всего ДВ. Продукция шла не только на внутренний рынок, но и за рубеж. В процессе экспортной производственной деятельности были установлены прочные международные связи с иностранными потребителями продукции ПРП, личные контакты с зарубежными партнерами. Основные фонды ПРП на тот момент оценивались в 120 миллиардов рублей. В советское время 18% (более 1 млн. тонн) всей рыбопродукции СССР изготовлялось предприятиями ПРП, штат сотрудников которого насчитывал 43 тысячи человек225.

Впоследствии процессе приватизации ПРП превратился в криминальную борьбу номенклатуры и криминала за акции этого предприятия. У одних была цель возродить некогда рентабельное производство, у третьих получить акции в частную собственность, а у других – отмыть деньги сомнительного происхождения. Естественно, борьба сопровождалась многочисленными собраниями трудового коллектива, а затем акционеров, всевозможными протестами, жалобами, административными и судебными разбирательствами, уголовными делами по фактам убийств.

По версии осужденного за организацию убийства бывшего генерального директора ПРП Захаренко бывшего председателя Совета директоров А. М. Брехова, но не подтвержденной судом 226, в борьбе за влияние на «Приморрыбпром» в процессе его приватизации  участвовали высокие государственные должностные лица и уголовные авторитеты Приморского края. Среди них якобы были губернатор и прокурор края, генеральный директор рыбодобывающей судоходной компании «Интерфлот» А. С. Захаренко,  в прошлом зам. генерального директора Владивостокского горкоопторга, а в начале 90-х годов учредитель и генеральный директор двух коммерческих фирм, а затем председатель Совета директоров ПРП экономист с двумя высшими образованиями А. М. Брехов, предприниматели и одновременно уголовные авторитеты одной ОПГ по кличке «Баул» и «Карп», а также другие лица, целый ряд которых участвовали в приватизации и приобретении акций ПРП.

Все же в ходе борьбы за долю в акционерной собственности администрацией края незаконно предоставлялся кредит АО «Интерфлоту» на покупку 22% акций ПРП (по заявлению Брехова губернатор края собственноручно подписал прошение Захаренко о выдаче беспроцентного кредита). Также в нарушение законодательства по приватизации были переданы акции ПРП по номинальной стоимости в размере 9,4% от уставного фонда АО «Дальрыба», 3,3% - АО «Примаквапром», 10% - якобы за поставленную рыбу-сырец рыболовецкому колхозу им. Чапаева, Дальневосточной базе флота п. Зарубино, ВБТРФ, Преображенской базе флота227. В этих же целях также использовался шантаж со стороны правоохранительных структур, оказывалось силовое давление криминальной группировкой некоего «Костена» и общественным объединением националистического толка «Русское национальное единство».

При этом возбуждались гражданские и уголовные дела в отношении Захаренко, Брехова и др., совершались покушения на жизнь Захаренко, председателя Совета директоров ПРП О. П. Тена.

По мнению СМИ228, при странных обстоятельствах наступила смерть причастных к процессу акционирования ПРП и других лиц. Среди них бывший генеральный директор ПРП А. Суворов и его личный секретарь. Первый умер от сердечного приступа, а второй странным образом выпал с балкона своей квартиры. Бывший старший уполномоченный военной контрразведки Тихоокеанского флота, а впоследствии заместитель начальника службы безопасности ПРП Малыхин после выхода из СИЗО на подписку о невыезде по делу Брехова сразу же был взорван в машине. Впервые в крае убили адвоката, некую Самихову, выступавшую защитником по делу Брехова и одновременно лидера нашумевшей банды братьев Ларионовых – Сергея Ларионова. С. Ларионов допрашивался также по делу Брехова.  За месяц до начала судебного процесса над Бреховым его убивают в СИЗО. Об этом убийстве заранее знал один московский адвокат, о чем письмом предупреждал Самихову.

При странных обстоятельствах погибают известные лидеры и рядовые члены преступных группировок: «Баул» утонул во время плавания с исправным аквалангом; «Карпа», после смерти «Баула», курировавшего ПРП, убивают днем прямо в центре города у самого дорогого магазина «Престиж». По одной из версий – якобы не захотел делиться «наваром»  с «авторитетами» из Москвы. 

Кстати, из области тех же совпадений: в СМИ сообщалось, что Ларионов и Брехов были комсомольскими вожаками в середине 80-х годов в одном и том же производственном объединении «Востоктрансфлот». Также во время взрыва в подъезде пятиэтажного дома 3 октября 1995 года, когда  погиб Захаренко, два охранника «чудом» остались живы, но впоследствии один убил другого при дележе денег за участие в убийстве Захаренко. Оба состояли в охранной фирме «Гардинг», являвшейся официальной структурой преступной группировки «Баул – Карп». Как писали в газетах, Захаренко был убит сразу же после возвращения из США. В его убийстве суд признал виновным в качестве «заказчика» Брехова, но тот настойчиво доказывал в суде версию о причастности к убийству губернатора, а не его.

В начале января 1996 года произошло покушение на председателя Совета директоров Тена именно в тот момент, когда он, по сведениям печати229, «возвращался из Ниигаты, где заключил крупный контракт – ориентировочно на 15 миллионов долларов». Произведенная негласно правоохранительными органами во время следствия магнитофонная запись разговора Брехова с Теном была засекречена, а затем «случайно» размагничена.

Не менее ярким примером организованного разграбления государственной собственности является приватизация еще одного рыбодобывающего флагмана рыбной отрасли ДВ – ОАО «ВБТРФ». В 1992 году база была приватизирована  председателем Совета директоров и одновременно генеральным директором ВБТРФ стал некто Н. Никитенко. За «умелое» руководство предприятием его неоднократно пытались снять с занимаемых должностей, но коллектив, по своей наивности веривший в его обещания, каждый раз его отстаивал. Сильными аргументами в этих обещаниях были неизвестно как попавшие в распоряжение ВБТРФ 12 новых супертраулеров испанской постройки, предназначенных для различных рыбодобывающих предприятий еще бывшего СССР. В связи с этим Никитенко принимались решения о списании якобы старых и менее рентабельных плавбаз. Для получения необходимого числа «голосующих» акций юрист компании собирал в период путины доверенности от рыбаков для Никитенко и тем самым принимались нужные для дирекции решения. Не дать такую доверенность для рыбака означало попасть в немилость к Никитенко и его людям с вытекающими отсюда негативными последствиями вплоть до увольнения.

В результате такого «руководства» в 1996 году Никитенко объявил о том, что контрольный пакет акций (34%)  ВБТРФ принадлежит американской компании из Сиэтла «American seefod of Russia», созданной, как потом оказалось, близкими людьми из окружения Никитенко (в их числе сын и племянник Никитенко), за счет имущества ВБТРФ. После этого из базы на правах юридических лиц были образованы мелкие предприятия, которые возглавили нужные Никитенко люди, получив тем самым право самостоятельного распоряжения своим имуществом. Тем временем ВБТРФ заканчивает 1996 год с убытками в 105 млрд рублей.

Еще более мошеннический ход делает Никитенко, создав ЗАО «Супер», которому бесплатно передает те самые 12 супертраулеров и одновременно получает квоты на вылов 300 тысяч тонн рыбы. С квотами траулеры передаются в «управление» родной для Никитенко американской компании. На их оснащение для выхода в море на лов рыбы было израсходовано еще 100 млрд. рублей. 1997 год ВБТРФ заканчивает с дополнительными убытками в 89 млрд. рублей. 20 января 1998 года Никитенко подает заявление об уходе по собственному желанию и быстро переезжает на постоянное место жительство в США, ближе к  своей американской компании и родственникам.

В бытность «руководящей» деятельности Никитенко и его преемников, к началу 1998 года с баланса предприятия было списано и продано более ста судов, а также здания, сооружения и другое имущество;  выросли долги в различные фонды и бюджеты разных уровней и штрафы за их неуплату; сократились активы и начислены иные штрафы; предъявлены многочисленные иски кредиторами, в том числе и иностранными, арестованы суда в иностранных портах в счет обеспечения исков. В таких условиях в 1998 году ВБТРФ объявляется банкротом и впоследствии ему был назначен конкурсный управляющий. Сегодня над ВБТРФ висит угроза распродажи по инициативе иностранных компаний, прежде всего «Фолкленд Инвестменс Лтд», за которой по некоторым данным опять же стоит сын Никитенко230.

Не менее нашумевшим, чем предыдущие истории, является пример приватизации судоходной компании «Востоктрансфлот» (ВТФ)231. Интерес ТОП к этой компании закономерен. В мире ощущается нехватка тоннажа рефрижераторного флота, поэтому отмечается ее высокая востребованность, а значит гарантированы высокие прибыли от эксплуатации судов ВТФ. Сегодня они действительно дают высокую прибыль судовладельцам.

Некогда крупнейший в мире рефрижераторный флот на сегодняшний день реально имеет только 7 судов. Многие суда были перефлагированы и покинули нашу страну, либо находятся на пути к этому. Из более 100 судов, принадлежавших ВТФ, к середине 1999 года  в государственном реестре Владморрыбпорта (ВМРП) числилось 37 судов (примерно 40% от уровня 1991 года). Из них 21 судно находилось в залоге у иностранных компаний, причем на 6 судов рассматривались документы о продаже иностранным и российским компаниям. Шесть судов были арестованы по иску российской компании, а три арестованы в Кувейте и Эмиратах. Одно судно находится под флагом Кипра. По заявлению работников ВТФ о разбазаривании  судов 27 января 1999 года прокуратурой было возбуждено уголовное дело и по нему ведется расследование.

Но на этом разграбление Востоктрансфлота не закончилось. Наряду с перефлагированием судов стал использоваться метод незаконного банкротства компаний. Хотя оно менее эффективно с точки зрения оперативности и более скандально по форме, зато менее рискованно (имущество меняет собственника навсегда) и более «законно» и цивилизованно по форме.

Для возбуждения арбитражного дела о банкротстве в ВТФ разыгрывается комбинация с заемными деньгами. Из материалов Межведомственной правительственной комиссии следует, что 1 декабря 1998 года в пользу компании «Лэндмарк» в обеспечение возврата перечисленных по договору займа средств на счет компании «Йонкер Корпорейшн» 300 тысяч долларов США была выдана письменнная гарантия ВТФ. Фактически гарантия выдана на оплату до двух миллионов долларов любой иностранной компании. Затем признается долг в $300000  перед компанией «Лэндмарк». Естественно, что таких денег в компании на уплату долга нет. Тогда названная компания подает в суд с иском о признании ВТФ банкротом  с предоставлением всех необходимых документов, якобы подтверждающих эту сумму денег. Арбитражный суд Приморского края своим определением от 3 августа 1999 года выносит определение о возбуждении дела о банкротстве ВТФ.

Межведомственная комиссия, проверив в суде все документы, обнаружила факты фальсификации документов с дальнейшим умыслом подведения ВТФ к банкротству через «своего» внешнего управляющего. Фактических оснований для банкротства у суда не было.

Федеральный арбитражный суд ДВ округа в г. Хабаровске пришел к выводу, что в действиях председателя арбитражного суда Приморского края Т. Локтионовой просматривается заинтересованность в положительном решении вопроса о банкротстве в пользу частных лиц - Милашевича и Дмитренко232.  В конечном итоге квалификационная коллегия Верховного суда РФ освободила Т. Локтионову от занимаемой должности «за позорящие честь и достоинство судьи, умаляющие авторитет судебной власти поступки», а Верховный Суд подтвердил это решение. Характерно, что сама процедура отстранения от должности сопровождалась мошенническими и криминальными действиями со стороны заинтересованных лиц, но все же отставка состоялась. Речь идет о крупных взятках, вооруженном нападении, финансовых аферах, гибели людей, угрозах233 и т. п. криминальных действиях, то есть о том наборе средств, приемов  и способов, которые используются как методы преступной деятельности криминальными структурами для достижения своих целей. Только за три последних года арбитражными управляющими было списано с Государственного регистра за бесценок 637 судов приморских судоходных компаний.

Не менее интересным выглядит другое официальное лицо ВТФ. По информации СМИ, генеральный директор ВТФ В. С. Остапенко первый раз пришел к власти в ВТФ в 1992 году на волне «прихватизации». За пять лет его руководства из состава ВТФ было продана большая часть – 88 из 135 судов, а оставшиеся суда были переданы в управление компании Trans Ocean Express, учредителем которой был некий Леонард Лев.

Не так давно он был осужден в США вместе с известным криминальным авторитетом «Япончиком» (Вячеславом Иваньковым). Также Остапенко передал 23 судна  ВТФ в управление кипрской компании «Транс Дол», где работал его зять В. Ципко. Кроме того, Остапенко поддерживал постоянные контакты с ныне убитым криминальным авторитетом А. Ларионовым. Остапенко был учредителем ТОО «Клобук», под прикрытием которого банда Ларионовых убивала пенсионеров и присваивала их квартиры234. До сих пор многочисленные, часто сменяющие друг друга арбитражные управляющие, осуществляют передел собственности ВТФ.

Как видно, ВТФ также является ареной совместных преступных действий российской и международной ТОП с целью личного обогащения ее лидеров, устранения конкурентов на мировом рынке добычи, переработки и транспортировки морепродуктов, укрепления влияния транснациональных преступных сообществ на мировые процессы в этой отрасли.

Аналогичная ситуация сложилась вокруг других рыбных компаний ДВ, рыбных колхозов и иных хозяйствующих субъектов рыбной отрасли. На примере этой отрасли Приморья криминологический интерес вызывает тот факт, что процесс приватизации практически всех предприятий рыбной отрасли происходил одновременно и согласованно друг с другом словно по команде одного «дирижера». Их капитал использовался для взаимного долевого участия при создании рыбных компаний. В процессе приватизации обязательно участвовали местные и московские криминальные авторитеты.

Сомнительным образом создавались дочерние предприятия или иностранные компании за границей, чаще с участием в них родственников, знакомых или самих руководителей российских рыбных компаний за счет имущества этих компаний, доведя практически все компании до банкротства.  

Многие бывшие и нынешние руководители компаний, арбитражные или конкурсные управляющие тем или иным образом оказывались лично знакомы с лидерами преступных группировок и имеют с ними деловые отношения, связанные с сомнительной предпринимательской, а то и прямо криминальной деятельностью. Последние активно вмешиваются в экономику «курирующих» компаний, процесс акционирования с использованием актов насилия, убийств, шантажа или угроз, сил влияния в государственных структурах органов исполнительной и судебной властей, правоохранительных органов различных ведомств.

3. Криминальный экспорт леса

Не меньшей остроты достиг нелегальный лесной  бизнес, который, как и нелегальный бизнес морепродуктами, сопровождается заказными убийствами, огнестрельными ранениями, взрывами, избиениями, уничтожением имущества, угрозами как в отношении конкурентов, так и тех, кто стоит на защите государственных интересов.235 Эта острота достигла апогея именно в момент выхода этого вида бизнеса в разряд международных для всех его участников, а не только государства. Налицо транснациональный организованный преступный бизнес лесом и его производными ресурсами.

Как было отмечено выше, по официальной статистике ДВ регион обладает самым большим запасом леса, но самым низким уровнем его официального экспорта по сравнению с другими «лесными» субъектами РФ. На наш взгляд, ДВ, обладая собственными морскими и сухопутными «воротами» за рубеж, имеет все возможности нелегального вывоза леса, как и других предметов криминального бизнеса в сопредельные государства. Морские порты, железнодорожные и автомобильные переходы, таможенные, санитарные и пограничные посты плотно «курируются» не только местными преступными группировками, но и ОПФ международного масштаба.

Именно здесь находится узловое звено в транснациональной криминальной деятельности. Через эти перевалочные пункты происходит физическое перемещение нелегального товара за рубеж. Но именно  здесь самый низкий процент выявляемости, например, того же контрабандного леса. Чаще всего факты незаконного хищения леса и вывоза его за рубеж обнаруживаются во время специальных рейдов правоохранительных органов и природоохранных структур и общественных организаций в местах их заготовки или складирования. Так, в марте 1997 года в Приморском крае правоохранительными органами была предотвращена попытка незаконного вывоза леса в Китай по фиктивным документам 10 вагонов леса на общую сумму 500 млн. рублей ТОО «Букурия» (г. Хабаровск), состоящей в основном из китайцев и занимающейся посреднической деятельностью. Лес складировался на территории Лесозаводского ЛДК Приморского края непосредственно у границы с Китаем.

Через границу лес перемещается, как правило, беспрепятственно. Такое возможно только при наличии официальных сопроводительных документов. Такие документы выдаются органами государственной и муниципальной властей, контролирующими и надзирающими органами. Вывод напрашивается сам собой: происходит массовое участие сотрудников соответствующих государственных и муниципальных властных структур в незаконном лесной бизнесе, который приносит баснословные прибыли и ради них люди идут даже на преступления.

Основу незаконного лесного бизнеса составляют его наиболее ценные породы, которыми в большей степени обладает Приморский край. На его территории также находится наибольшее число портов и пропускных пунктов через границу. Можно предположить, что здесь нелегальный лесной бизнес получил наибольшее распространение. Об этом говорят некоторые статистические данные.

Так, в период с 1990 по 1999 год лесозаготовки в Приморье сократились с 5 до 2 млн. кубометров. При этом 92-93% его идет на экспорт. Внутреннего спроса на него как бы уже нет. В крае действуют сотни структур, занимающихся незаконной вырубкой и экспортом деловой древесины. До полутысячи возросло число лесопользователей. При этом их действиями чаще всего наносится огромный невосполнимый вред природе.

Реальная ответственность за экологические правонарушения и преступления, связанные с лесом, незначительна. Размеры штрафов в сотни раз меньше, чем получаемая прибыль от незаконной лесной деятельности. Привлечение виновного к лишению свободы более чем проблематично из-за отсутствия доказательственной базы, оставления семей без единственного кормильца, ведомственной «борьбы» за «своего» нарушителя, от реализации конфискованного товара которого ведомство получает немалую прибыль.

Укрепление взаимоотношений между ДВ России и зарубежными соседними странами привело не только к определенным выгодам, но и к всплеску многочисленных нарушений со стороны иностранцев236. Самые существенные из них - это неплатежи в бюджет и не возврат в Россию валютной выручки от экспорта леса. Так, в Приморье треть предприятий с иностранным капиталом составляют китайские. Из 405 китайских предприятий 263 вообще не представили отчетность, 38 ликвидировано по решению суда. Например, Находкинское ООО «Дилян» два года не подавало документы в налоговые органы, но активно занималось поставками леса в КНР. За последние два-три года 45 китайских компаний из Находки вывезли леса на сумму свыше 30 миллионов долларов США, но при этом не вернули валютную выручку.

Существенный урон наносят фирмы-однодневки. Схема создания их следующая. По туристической визе в Приморье приезжают граждане Китая, регистрируют предприятие со 100% иностранным капиталом. Позже для оформления сделки прибывают другие лица из Китая, отправляют груз через границу и исчезают, оставляя задолженность по налогам. Фирмы регистрируются по поддельным, краденным паспортам или паспортам умерших.

Для незаконной перевозки леса за границу используются также  поддельные перевозочные документы. Так, сотрудники Гродековской таможни задержали по документам партию липы, среди которой без документального подтверждения находилось 50 кубометров дуба ориентировочной стоимостью в 530 тысяч рублей. Для сокрытия следов происхождения древесины «черный» лес перегоняют из компании в компанию, а сами документы на них затем подделываются или покупаются. По действующему законодательству законное право на рубку леса наступает после выполнения следующих необходимых условий: 1) заключение договора аренды участка лесного фонда между лесхозом и лесозаготовителем; 2) государственная регистрация этого договора центром имущества Госкомимущества России, на основании чего выдается лесорубочный билет; 3) предоставление лесозаготовителями плана рубок и материалов лесоустройства, которые утверждаются при положительном заключении государственной экологической экспертизы. При невыполнении хоть одного из этих условий заготовка леса считается незаконной. В результате специальной проверки Приморской природоохранной межрайонной прокуратурой выявлено 80% договоров, не прошедших государственную регистрацию. Размер ущерба от незаконной вырубки только по одному проверенному прокуратурой лесхозу составил свыше 30 миллионов рублей.

По сведениям печати, в незаконном лесном бизнесе помимо безработных жителей таежных районов и иностранных граждан участвуют все официальные органы: от предприятий-лесозаготовителей до правоохранительных органов237. Это же отмечают российские представители международной экологической организации «Гринпис», которые провели собственное расследование фактов незаконного промысла ценнейших пород леса, неконтролируемого его вывоза за рубеж. По их данным более 20 % древесины заготавливается в России незаконно либо с грубыми нарушениями. По мнению приморских чиновников, этот процент в текущем году составляет около одного и никаких грубых нарушений в сфере лесопользования нет. Однако по данным УВД, только за первое полугодие 2000 года было возбуждено 77 уголовных дел по фактам преступлений в этой сфере и 849 лиц привлечено к административной ответственности с наложением штрафа на сумму 2,5 миллиона рублей.

Как ни парадоксально, но в незаконном лесном бизнесе заинтересованы все государственные структуры. В него вовлечены руководители от районного до краевого уровней. Федеральный уровень властных структур задействован в меньшей степени, так как лес не находится в исключительной федеральной собственности по сравнению с рыбой.

По мнению специалистов238 незаконная рубка леса в настоящий момент носит больше экономический характер, чем экологический. Но с учетом транснациональных масштабов, экономических интересов Китая, Японии, Кореи и других прибрежных стран неконтролируемая рубка леса превратится для ДВ из экономической проблемы в экологическую, как это видно на примере Маньчжурии.

4. Криминальный рынок металла

На третьем месте после рыбы и леса в списке валютно-экспортных товаров ТОПД стоят цветной и черный металлы.  Размах хищения металла под маркой металлолома приводит к остановке предприятий, обесточиванию целых жилых районов, остановке электротранспорта, гибели людей. Как правило, к разборке электрооборудования и электросетей, вывозу с предприятий оборудования с  деталями из цветных металлов, хищению и разборке боевых снарядов, выкапыванию электрических и телефонных кабелей, причастны рабочие этих предприятий и организаций, служащие воинских частей, непосредственно осуществляющие эксплуатацию данного оборудования или их охраняющие. Для ряда соседних государств импорт цветного металла из России носит политический характер. Для жителей ДВ памятны 80-е годы, когда граждане Вьетнама оптом и в розницу скупали хозяйственно-бытовые изделия из алюминия. С открытием безвизового проезда в Россию для граждан приграничных провинций Китая начался массовый «сбор» цветного и черного металла населением ДВ для китайцев.

Спрос государств АТР на российский металлолом породил соответствующее предложение. Российские государственные организации сбором металлолома не занимаются. Порожденный зарубежный спрос необходимо удовлетворять. Для этих целей в массовых количествах стали появляться пункты сбора металлолома, чаще нелегальные. Для их организации стали приспосабливать частные дома и гаражи, брошенные здания и складские помещения. Сдают не столько бесхозный металлолом, сколько действующее оборудование и ценные детали с них. Для их беспрепятственной перевозки через границу в местах пропуска через границу используют коррумпированные связи или подлинные документы официальных структур о якобы законной перевозке металлолома. Для скупки металла в таких масштабах необходимы наличные деньги в огромных размерах, которые чаще имеют сомнительное происхождение. С их помощью организован бесперебойный и гарантированный массовый сбор и масштабная переправка металла любого происхождения через Государственную границу. Такой «коммерческой» деятельностью занимаются только криминальные структуры международного размаха, которыми являются ОПФ ТОП, имеющие необходимые контакты с зарубежными ОПФ.

На ДВ мощным источником металла является Тихоокеанский флот (ТОФ). Из интервью одного из расхитителей металла в г. Фокина Приморского края видно, что за последние три года в воинских частях ТОФ создана совершенно уникальная «экосистема», то есть экономическая система по расхищению металла239. Наличие огромного количества списанных военных и гражданских судов, безработного населения, нищенствующего воинского контингента создало предпосылки теневого и преступного обогащения за счет военного имущества тысячам людей, включая добытчиков, перекупщиков, курьеров, брокеров, милиционеров, иностранцев. Основной «товар» для них – это медь, алюминий, бронза, латунь, серебро, тантал.

По данным прокуратуры ТОФ, кражи цветных металлов составляют пятую часть всех преступлений на флоте. Только по г. Фокино возбуждено 20 уголовных дел, которые, как правило, доводятся до суда. Эта группа преступлений имеет ежегодный прирост 10%. Вряд ли эти цифры отражают реальную картину хищения военного имущества. Достаточно сказать, что при непродолжительном руководстве ТОФ бывшим начальником штаба ВМФ России адмиралом И. Хмельновым (снятым с должности командующего ТОФ в апреле в 1997 году, после чего ему было предъявлено обвинение в превышении должностных полномочий, мошенничестве в крупных размерах и должностном подлоге) было продано в Индию и Южную Корею 64 боевых корабля, среди которых только в 1994 году - два авианесущих крейсера «Новороссийск» и «Минск» за $9 миллионов, которые были израсходованы не по назначению.   Организованная преступность всегда имеет мощное коррумпированное прикрытие, в котором задействованы большие чины из разных правоохранительных и военных структур. А если речь идет о ТОП, то это прикрытие выходит далеко за пределы военного ведомства регионального звена.

Хищения цветного металла происходят не только на ТОФ, но и в военно-воздушных силах. «Останки» стратегических бомбардировщиков типа «Бэкфайр» были обнаружены сотрудниками Совгаванского отделения УБОП в поселке Ванино Хабаровского края на даче одного из лидеров местной преступной группировки.

«Авторитет» организовал здесь нелегальный пункт приема цветных металлов, поступающий прямо из неподалеку находящегося военного аэродрома, на котором полным ходом идет утилизация стратегических бомбардировщиков. Из шести с лишним тонн цветного металла, изъятого на даче «авторитета», львиная доля  похищена именно с этого аэродрома240.

О массовом хищении по всей стране цветного металла с целью перепродажи его за рубеж говорится давно. Но пункты его перевозки через границу расположены не повсеместно. Большая их часть расположена на ДВ. В частности, в Приморье 90% перевозок цветного металла в Китай оформляется на таможенном посту Полтавка241.

Для китайцев скупка металла в России является очень прибыльным делом. В 1999 году по контрактной системе тонна алюминия стоила до 960 долларов, лом меди - около 1160. В обмен на металл китайцы расплачиваются овощами, фруктами, товарами народного потребления часто сомнительного качества. И металл и продукты являются собственностью китайцев. Поэтому они же контролируют денежные потоки за них, которые остаются за рубежом и с которых не платятся налоги в российский бюджет. От такой торговли обогащаются отдельные коррумпированные чиновники и частные лица, а государство от такого бартера только беднеет.

Средняя российская фирма вывозит в Китай металла на сумму 4-5 миллионов долларов США, а обратно возвращается товаров в лучшем случае на 300-400 тысяч долларов. Фактически все деньги оседают в Китае. Также Китай получает для своих металлургических заводов металлический полуфабрикат без многочисленных производственных затрат. Изделия из такого металла высоко рентабельны и конкурентоспособны на мировом рынке. При отсутствии собственных необходимых месторождений, китайское государство тем не менее в целом от мировой торговли российским металлом только богатеет. Законное использование металла сомнительного происхождения, сомнительными способами и сомнительными лицами предприятий невозможно без патронажа государственных чиновников Китая. Борьба с коррупцией в этом государстве является приоритетной. В КНР в текущем году начинается один из самых крупных за всю историю Китая судебных процессов над коррупционерами. К ответственности привлекается примерно 200 чиновников местного, регионального и национального ровня. Их обвиняют в получении взяток в обмен на беспрепятственный (и беспошлинный) провоз через Государственную границу товаров. Среди них есть и бывший руководитель иммиграционной службы центрального правительства242.

Также невозможен без поддержки госчиновников массовый вывоз металла из России. Основной его поток поступает в Китай через контрольно-пропускной пункт (КПП) «Полтавка». Металл идет отовсюду: из Сибири, Якутии, Магадана, Камчатки. Приморские фирмы являются посредниками в валютных операциях с металлом между собственниками-продавцами и покупателями-иностранцами. Опять же, как в случае с рыбой и лесом, в хищении и вывозе металла за границу заинтересованы многие - от отдельных групп населения и их местных территориальных поселений до ведомственных, региональных и федеральных групп государственных чиновников.

От такого массового вывоза металла проигрывает в целом государство и население. Борьба с краденым металлом ведется только на уровне приемных пунктов, которые находятся под опекой ОПФ. Они организуют защиту теневого бизнеса металлом от проникновения чужых с момента приема его в приемные пункты до момента реализации за рубежом. Местные правоохранительные органы чаще всего борются с пришлыми конкурентами либо одиночками без «крыши», чем с организаторами нелегального бизнеса металлом всех уровней, что крайне затруднительно, так как они, в свою очередь, подчиняются вышестоящему «бизнесмену», имеющему своих покровителей из вышестоящих правоохранительных и иных органов власти. Настоящая защита государственных интересов возможна только на уровне принятия законодательных актов и создания механизма защиты от «крыш».

Проблема цивилизованного бизнеса металлом  долгое время не решалась по понятным причинам. Только в последние два года под давлением общественности и добросовестных хозяйствующих субъектов началось законодательное и организационное решение данной проблемы, причем на уровне субъектов федерации, иногда даже в нарушение федерального законодательства. Сами же федеральные органы не включены в решение этого вопроса. Отмена  на федеральном уровне тех же бартерных сделок за вывозимый из страны металл содействовала бы эффективной борьбе с ТОП.  Но слишком большой доходной частью семейного бюджета многих людей в нашей стране и за рубежом является скупка и перепродажа металла, чтобы можно было рассчитывать на реальную борьбу с теневой и криминальной частями этого бизнеса.

5. Незаконный автобизнес

Еще одним направлением криминальной деятельности ТОП ДВ считается нелегальный автобизнес. Его особенностью заключается в том, что речь идет о вторичном авторынке, то есть о торговле автомобилями иностранного производства после трех и более лет эксплуатации. При этом ценятся автомобили без пробега по России и странам СНГ. Этот рынок напрямую связан с близлежащими зарубежными странами, в первую очередь Японией, Китаем, Южной Кореей. Он входит в единый нелегальный авторынок, который носит транснациональный характер. Отечественный автотранспорт на ДВ в результате действия экономических законов рынка практически полностью вытеснен зарубежными дешевыми автомобилями.

Собственно с такого автобизнеса в начале 90-х годов начался процесс первоначального накопления капитала для многих лидеров местных преступных группировок и коррумпированных чиновников различных органов и ведомств. Моряки, рыбаки, работники государственных органов и учреждений, туристы и иные категории населения в массовом порядке стали везти из этих стран автомашины для себя, родственников и знакомых, а также на продажу по льготным тарифам. Значительная часть ввозимых автомобилей продается путем оформления так называемой генеральной доверенности с правом по истечении двух лет через договор купли-продажи доверенному лицу сам на себя оформить автомобиль. Причем основная плата за автомобиль производится не через магазин, а непосредственно покупателя с продавцом автомобиля с занижением размеров всевозможных выплат в бюджет.

Почти одновременно с неорганизованной торговлей такими автомобилями криминальные структуры стали создавать специализированные официальные фирмы и организованно везти автомобили и продавать их на внутреннем российском рынке или стран СНГ. К тому же такой автобизнес стал создаваться совместно с иностранными компаньонами. В частности, вышеупомянутая банда Ларионовых в 1991  году на базе «Востокрыбхолодфлот» (ВРХФ), а ныне - «Востоктрансфлот», совместно с японским гражданином Хиратакэ Идзуми создали совместную компанию «Кэйавто». В течение нескольких лет компания занималась поставками автомобилей из Японии в Россию. При этом составлялись двойные контракты с разными ценами на автомобиль. Только в 1993 году разница в ценах у этой компании составила 750 тысяч долларов. Хиратакэ занимался переводом денег братьев Ларионовых на зарубежные банковские счета243. Это была не единственная преступная группировка на ДВ, занимавшаяся подобным автобизнесом.

В те годы (1994) в российской печати244 даже сообщалось об аресте группы японских мошенников в самой Японии, специализировавшейся на торговле автомобилями для российского рынка. В связи с обвинением в мошенничестве был арестован некий Есио Фукасава – президент компании «Фукасава Дзидося» (техническое обслуживание автомобилей), Цудои Эгути – президент компании «Джип Лэнд» (продажа автомобилей) и Норио Симагаки – президент компании «Симагаки Дзидося» (продажа автомобилей). В ходе расследования было установлено, что Фукасава с 1990 года якобы проводил технические осмотры автомобилей, продаваемые Эгути и Симагаки российским морякам, и выдавал соответствующий сертификат для их оформления на экспорт через министерство иностранной торговли и промышленности Японии. При этом он незаконно получал от отделения ассоциации по контролю за эксплуатацией автомобилей в Ниигате по 4 тысячи йен за каждую автомашину. За время до ареста Фукасавы их ежегодно проходило через его фирму свыше 200 автомобилей. Помимо денег от ассоциации Фукасава получал по 5 тысяч йен за каждую автомашину от Эгути и Симагаки за продажу ими автомобилей с фальсифицированными документами.

В 1997 году разгорелся очередной международный скандал: официальный представитель японской полиции заявил о разгроме ОПГ, промышлявшей кражами автомашин престижных марок по заказу русских бизнесменов. Банда орудовала в 9 крупных префектурах Японии. По данным японской газеты «Токио симбун», было предъявлено обвинение 30 японским гражданам, которые по заявлению полиции похитили около 600 автомобилей на сумму более 25 миллионов долларов. Организацию похищения автомобилей возглавлял бывший глава известной крупнейшей преступной группировки Японии «Ямагучи» Омоэда, офис которого находился в г. Тояме. Здесь он получал заказы на автомобили от российских ОПГ, а затем передавал эту информацию доверенным лицам в порты, куда заходили российские корабли. К их приходу на специализированных автостоянках ожидали покупателей сотни автомобилей. Среди них были и «заказные»245. По заявлению представителя УВД Приморского края фактов продажи в России угнанных в Японии автомобилей не имелось.

Но вот после создания российского отделения Интерпола на ДВ такой факт появился246. Такого случая в истории государственных отношений между Японией и Россией еще не было. Началось все в 1999 году в Японии, когда у законопослушного японца украли автомашину «Тойоту-Марк-2» в хорошем техническом состоянии. Угон осуществила одна из преступных группировок из числа выходцев со Среднего Востока. – пакистанцев или иранцев, специализирующихся на угонах. Автомашина была перегнана на западное побережье Японии в один из портов, где через некоторое время была продана постоянному клиенту из России. Еще до прихода судна в порт Владивосток о краденной машине знали в «Интерполе». Судьбу автомобиля и интересы японского и российского владельцев рассматривает российский суд.

Отлаженная система поставок украденных автомобилей из Японии в Россию, по некоторым оценкам, позволила угнать свыше 1000 автомобилей. За причастность к этому бизнесу в Фукуоке, Тояме и семи других префектурах Японии было арестовано 55 человек. 247

На высокодоходном нелегальном автобизнесе «кормится» много народа: от безработных моряков, «туристов» и преступных группировок до госчиновников различных министерств и ведомств, участвующих в оформлении документов, выдаче различных разрешений, контроле за ввозом, регистрацией и продажей автомобилей по обе стороны Государственной границы.

Современный автобизнес на ДВ по форме вроде бы законен, но по существу полностью криминализирован. Надо сказать, что большинство действий автодилера в России и за рубежом входит в противоречие с действующим законодательством не только России, но и зарубежных стран. Поэтому автобизнес ДВ – это криминальное явление транснационального характера.

По нашим наблюдениям, сложился определенный механизм транснациональной криминальной деятельности в сфере вторичного авто-бизнеса, который выглядит следующим образом.  Криминальные или около криминальные структуры сами, либо под их прикрытием иные структуры и частные лица официально открывают сеть автомагазинов, автостоянок, авторынков, автосалонов, автосервисов, автозаправок, авторазборок для работы с автомобилями.

Практически все известные ОПГ в портовых городах ДВ имеют в частной собственности непосредственно или через подставных лиц подобную автосеть. Она является необходимым звеном в преступной цепочке международного автобизнеса стран-участниц вторичного экономического автомобильного рынка. Поэтому в цену автомобиля закладывается также цена за риск разоблачения незаконных действий хозяев или наемных работников этих хозяйствующих субъектов, которые скрыты от посторонних лиц. К сожалению вероятность обнаружения, фиксирования, доказывания и представления в суд виновных в этих действиях в России минимальная.

Частью этого механизма стало право сношения с зарубежными партнерами по нелегальному автобизнесу ОПГ ДВ, завоеванное в ходе криминальных войн с сибирскими, московскими и другими ОПФ.

ДВ регион по существу превратился в транзитную территорию, определенные слои населения которой участвуют в нелегальном автобизнесе. Примерно четвертая часть населения портовых городов тем или иным образом связана с эти бизнесом. Их усилиями более 80% ввозимого объема автотранспорта через ДВ переправляется в европейскую часть страны, страны СНГ и Прибалтику.

С этой целью на авторынке работает около 20% оптовых покупателей из этих стран и районов. Непосредственно в зарубежные страны за автомобилями они не допускаются. Покупателям «разъясняется», насколько это экономически невыгодно и опасно для их жизни или здоровья. Для большей убедительности они «лишаются» денег, предназначенных для покупки автомашин, после чего только через несколько месяцев без денег и машин возвращаются домой. В лучшем случае, даже появившись за рубежом, они не имеют возможности сойти на берег и  посетить места продажи автомобилей либо встретиться с местными автодилерами и купить нужную машину. После этого они возвращаются обратно в российский порт, где приобретают автомобили по предлагаемой цене.

Остальные 20% автомашин от всего ввезенного объема скупается непосредственно местными жителями. Данная категория населения организована и структурирована. По горизонтали они связаны родственно-семейными или корпоративными (по ведомствам и производственным отраслям) связями. По вертикали они связаны с местными ОПГ через авто-сеть, либо непосредственно с оптовыми покупателями. Во втором случае материальная выгода более ощутима. Такая связь, как правило, осуществляется под прикрытием «красной крыши», то есть под защитой коррумпированных сотрудников от административных органов власти или правоохранительных органов, в частности. Это особенно видно по стоявшим автомашинам у зданий соответствующих государственных учреждений или по месту жительства их чиновников, в местах, где расположены так называемые  элитные дома.

Доставка покупателей за рубеж также является специализированной частью единого международного криминального автобизнеса. С этой целью под прикрытием соответствующих  официальных и неофициальных структур создана целая сеть из нескольких сотен туристических фирм, специализирующихся на морских круизах. Основными «туристами» таких фирм  являются автомобильные дилеры. Большая часть таких дилеров – это моряк, который вписывается в судовую роль (штатное расписание судна) при наличии туристической путевки и документального обоснования. Ими выкупаются на судне места для автомашин. В среднем на одном судне регистрируется по два – три экипажа, записанные на одну судовую роль.

Соответствующие должностные лица на это закрывают глаза за определенное вознаграждение. За  несколько сотен долларов также может покупаться паспорт моряка,  для которого имеется льгота на покупку автомобиля по более низкой цене. Либо дилер за вознаграждение оформляет документы на покупку автомобиля на члена официального экипажа.

На одном судне набирается до тридцати автодилеров. Путевка, например, в Японию, стоит в пределах $220 и $350 одно авто-место на судне. Личный доход автодилера с одной автомашины может составлять от 300 до 3000 долларов. Один дилер покупает от 2-3 до несколько десятков автомест. Ежедневно в таком рейсе участвует около десяти судов. Рейсы совершаются ежедневно и круглогодично. Каждый экипаж от матроса до капитана судна и капитана портаискл каким-либо образом «подрабатывают» на сделках с автомобилями.

Следующая часть механизма нелегального автобизнеса состоит из процесса покупки подержанного автомобиля за рубежом и его доставки в Россию. Как уже отмечалось выше, данный бизнес в Японии полностью находится в руках «борекудан». Чтобы иметь значительную материальную выгоду от торговли поддержанными автомобилями, необходимо идти на всякого рода сомнительные операции, граничащие с нарушением законов вплоть до угонов автомобилей, которые во всех странах мира подпадают под действие уголовного закона. Поэтому на такую работу часто идут нелегальные иммигранты или «профессионалы» нелегального авто-бизнеса. Многими владельцами или управляющими компаний по продаже старых автомобилей, в частности в Японии, являются выходцы из Пакистана, Ирана и даже России. Есть управляющие, специально приглашенные из Владивостока автодилеры с большим стажем работы в нелегальном автобизнесе.

Главный документ для регистрации и продажи автомобиля - это документ, выданный в таможне. Поэтому основное звено в механизме международного нелегального автобизнеса лежит в сфере таможенного оформления, которое усиленно опекается ТОП. В связи с этим это звено наиболее коррумпированно.248 

Если таможня в меньшей степени коррумпирована, то суда, люди и автомашины проверяются с особой тщательностью. Тогда выявляется факт нелегального ввоза автомобиля. Если вся таможенная структура коррумпирована, то проверки даже не проводятся. Причем вопросы проверок решаются на более высоком уровне, чем тот или иной таможенный пост.

Японский вторичный авторынок в значительной степени формируется по заказам дилеров из России. В заказ могут входить любые заявки будущих автовладельцев: от года выпуска до цвета обивки салона автомобиля. Персонифицированный заказ обычно делают на дорогие марки импортных автомобилей по высоким ценам. Такие автомобили ОПФ ТОП крадут как в Японии для «новых русских», так и в странах Европы для «новых китайцев».

Кстати, в Китай отправляют автомобили марки «мерседес» и БМВ, которые в России предпочитают уголовные авторитеты.  В японских портах с небольшой численностью населения, где коррумпированы все соответствующие структуры, имеются склады с потайными подвалами, в которых хранятся угнанные дорогие автомобили. На специальном лифте выбранный автомобиль поднимается из подвала и доставляется прямо на палубу судна без всякого оформления. В России на них беспрепятственно выдаются необходимые таможенные и иные документы.  

В купле-продаже такого автомобиля роль дилера сводится к простому его сопровождению. Если дилер хочет «заработать» на любой другой сомнительной автомашине, то он зачеркивает старые и вносит новые сведения об автомобиле (меняет год выпуска на более поздний или объем двигателя на больший и т. п.). Если судно в основном загружено такими сомнительными автомобилями, то оно по команде «сверху» (официальной или криминальной) идет в «нужный» порт с «нужной» таможней. Это, как правило, удаленные порты с малочисленной таможней в небольших городах или поселках, где семейные и коррумпированные связи создают надежную корпоративную защиту от любого правосудия.

6. Внешнеэкономическая, банковская и кредитно-финансовая незаконная деятельность

Финансы с ее банковскими, кредитными, страховыми, бюджетными системами являются необходимым атрибутом любой экономики. В России финансовые потоки оказались в руках частных или коллективных собственников с корыстной мотивацией поведения. Ими стали представители теневого бизнеса, партгосноменклатуры и нового криминалитета. Причем они действуют в официальных структурах, но с личной выгодой для себя и своей среды. Вместе они образовали совершенно иную ОП, которая функционирует официально.

Подобная организованная преступная деятельность (ОПД) осуществляется в экономике. Именно здесь формируется капитал, который так необходим «новым» русским. Однако рыночные реформы привели к развалу экономики. Производственная ее часть, в которой формировался теневой капитал большей части советской партхозноменклатурой, пришла в упадок. Высшая советская номенклатура существовала за счет незаконной, а потому засекреченной внешнеэкономической деятельности с устоявшимися международными связями. Сменившая ее новая хозгосноменклатура и элита криминального мира обратились именно к этой до сих пор скрытой от общественности сфере экономики, которая за счет распродажи сырья, золота, драгоценных камней, исторических и художественных ценностей, собственности государства за рубежом получает сверхприбыли.

Представляется, что особенность ТОП России состоит в том, что преступные сообщества стали формироваться  в среде высшей и региональной государственно-чиновничьей бюрократии и хозяйственной номенклатуры, которая питается во вновь созданных государственных и хозяйствующих структурах. Поэтому вполне обоснованно ученые видят главную опасность в институциональной экономической организованной преступности, которая представляет собой теневую деятельность теневых структур в рамках официальных структур с целью получения экономической выгоды при участии коррумпированных чиновников и новой элиты криминальных авторитетов при попустительстве всех ветвей государственной власти, образовав самый опасный конгломерат ОП, несущий прямую и реальную угрозу национальной безопасности, государственной, политической и экономической системе, жизни и здоровью  населения страны249.

Создалась, по нашему мнению, ситуация, когда вопреки стараниям «отцов и детей» рыночных преобразований в стране легальная экономика стала уходить в теневую, теневая – в криминальную, криминальная легализуется в законную а не наоборот. Это привело к тому, что между криминальной и легальной экономикой не стала видна граница, как не стало видимой границы между криминальными и легальными структурами по многим направлениям хозяйственной и финансовой деятельности в российской экономике. Можно сказать, что новая госхозноменклатура и новый криминал поделили экономику страны на контролируемые ими отрасли, ведомства, региональные, межрегиональные и транснациональные сферы.

По этой причине криминальные и государственные интересы и цели во многих случаях стали совпадать, а значит официальные и криминальные структуры мирно уживаться в одном лице. Порой даже трудно, а то и просто невозможно отделить легальную деятельность от нелегальной одного и того же юридического или физического лица. К примеру, в 1999 году один из руководителей Рослесхоза предложил в рамках межправительственных соглашений выделить Китаю для вырубки леса на корню 1,5 млн. гектаров выгоревшей тайги в Хабаровском крае под предлогом того, что местные леспромхозы не могут освоить этот массив из-за финансовых трудностей. Более того, Россия своими силами не может ежегодно осваивать 500 млн. кубометров древесины, в связи с чем это дело целесообразно  предоставить Китаю, который готов послать на заготовку леса в Хабаровский край 6 тысяч китайских лесорубов и 1,2 тысячи единиц техники. Преследуются ли при этом экономические, экологические, природоохранные, социальные или чьи-то корыстные интересы и цели однозначно сказать трудно250.

В связи с этим сегодня «борьба» с ТОП сводится только к ликвидации общеуголовных ОПГ и бандформирований, которые сами по себе не создают угрозу тем же  экономическим устоям государства. Их преступная деятельность явно не расшатывает государственные институты, как это происходит при институциональной организованной преступности. Поэтому важно знать, каков механизм криминализации экономики, какие составляющие ее части более всего поражены криминальной деятельностью, каким образом происходит постоянное воспроизводство в ней ОП, какими мерами можно приостановить или ослабить ОП в важнейших сферах экономической деятельности государства, на какие институты власти и общественности можно опереться в борьбе с этим видом преступности. Применительно к ТОП, как части больше экономической ОП, чем общеуголовной, на ДВ следует рассмотреть поставленные вопросы прежде всего в части внешнеэкономической деятельности, с которой связан вывоз капитала за рубеж и легализация теневых и криминальных доходов за рубежом; международное фальшивомонетничество; невозврат зарубежных кредитов, мошенничество с иностранными инвестициями и т. п.    

Наиболее распространенным путем криминализации региональной экономики стал вывоз капитала за рубеж. Основными его способами  на ДВ являются прямые денежные переводы в банки оффшорных зон или зарубежные страховые компании. К ним можно отнести также описанные выше факты перефлагирования судов рыбодобывающих и судоходных компаний или сдачи их в аренду зарубежным партнерам; контрабанду рыбопродукции, леса, угля, нефти, редких металлов, цветного и черного металлоломов с зачислением за них денег на открытые именные зарубежные счета.

Осуществляется контрабанда и самих денег. Так, впервые была обнаружена и изъята огромная сумма денег в долларах, которая исчисляется не десятками и даже не тысячами долларов, в конце 1998 года у берегов Камчатки пограничным сторожевым кораблем во время задержания российского траулера при попытке вывезти ее за рубеж.

По мнению СМИ, значительная доля российского капитала различными путями уходит и через Приморье251. Разработанная совместно с местными умельцами схема незаконного увода китайцами капитала  в КНР выглядит следующим образом. Для этих целей регистрируются фирмы-«однодневки» со стопроцентным китайским капиталом. В течение короткого времени из России китайцами вывозится товар на крупную сумму денег к себе на родину. Затем они сами уезжают, не уплатив положенные налоги, сборы и взносы в федеральный и местный бюджеты. Отыскать их потом не представляется возможным.

Другой путь незаконного изъятия из оборота денег и переброски их за рубеж китайцами состоит в том, что на рынках, где торгуют китайцы, обязательно есть человек-банкир. В его функции входит аккумулирование денежных средств торговцев и нелегальная переброска их  в Китай. Для этого создаются фирмы-однодневки на срок до трех месяцев, по истечении которого они обязаны переводить иностранную валюту в Россию и осуществлять расчеты при экспортно-импортных операциях. Однако на эти деньги они закупают в России сырье и переправляют по фиктивным контрактам в КНР, где продают его, после чего прекращают свою коммерческую деятельность, а деньги возвращают торговцам уже у себя на родине за вычетом комиссионных.

Особой популярностью для вывоза капитала используются бартерные сделки. При этом скрываются истинные размеры сумм сделок при видимости их законности. Основным партнером по таким операциям является Китай. На его долю приходится 70 процентов бартерных сделок. Основу экспорта в этих сделках с Китаем составляет древесина и изделия из нее, отходы и лом цветного и черного металла. При импорте в счет бартерных поставок, как уже отмечалось, преобладают продовольственные товары до 80% .

В вопросе совершенствования способов нелегального вывоза капитала за рубеж преуспели и российские предприниматели. Ими немало разработано аналогичных схем, что и китайцами. Для этих целей они используют фальшивые контракты на проведение различного рода исследований, за выполнение которых фирма якобы получала деньги, оприходуя под них «черный нал». Легализованные криминальные деньги затем используются, например, для покупок международных пластиковых карточек, страховых полисов иностранных страховых компаний, переводя за них деньги за рубеж, а затем на любые другие счета.

Распространена еще одна афера, связанная с вывозом денег из России. Она основана на организованном уличном обмене рублей на валюту. В связи с этим складывается уникальная ситуация, когда один за другим закрываются пункты по обмену валюты, а взамен множится число уличных менял. Не последнее место среди них занимают китайцы, вьетнамцы. В этом отношении показателен г. Владивосток. За счет уличного валютного обменного бизнеса создается постоянный источник нелегальных доходов для широкого слоя населения. Это один из самых безопасных способов отмывания криминальных денег и создания «черной» валютной кассы для крупного бизнеса.

ДВ – это особый регион еще и потому, что здесь много людей, чей бизнес и просто трудовая деятельность связана с оборотом наличной валюты, либо они стараются обменять рубли на валюту для поездки за границу, занятия челночным бизнесом, покупки импортных автомашин,  либо просто хранят дома на «черный» день. Поэтому имеются все возможности для обналичивания денег и вывоза их за границу. Незаконный уличный обменный валютный бизнес стал выполнять определенные социальные функции по удовлетворению потребностей населения в валюте.

Причем, если в советское время операции по обмену валюты производили тайно, то сегодня они происходят открыто в присутствии работников милиции. Ясно, что подобные операции влились в единую нелегальную финансовую систему  Приморья. Поэтому, несмотря даже на жалобы и возмущение граждан и многих банковских структур, подобные финансовые операции существуют под патронажем официальных структур, в том числе и правоохранительных органов, которые обслуживают частные интересы местных чиновников, а не защищают общественные и государственные интересы.

7. Незаконная миграция населения

Вначале определимся с термином «миграция населения», под которой в учебной литературе по статистике населения понимается перемещение населения через границы страны или ее территориальных подразделений, связанное с переменной места жительства252. По направлению потоков миграцию подразделяют на внешнюю и внутреннюю. Внешняя миграция – это выезд населения за границу (эмиграция) или въезд из-за границы в данное государство (иммиграция). Отсюда первый признак миграции – это пересечение границы: государственной или административно-территориальной; второй – перемена места жительства.

В связи с темой нашего исследования нас будет интересовать внешняя миграция иностранных граждан и лиц без гражданства, а также беженцев253. Иностранными гражданами и лицами без гражданства или иностранцами признаются лица, не являющиеся гражданами нашей страны и имеющие доказательства принадлежности к гражданству другого государства254. Иностранцы пересекают границу для временного или постоянного пребывания в нашей стране. Правом для временного въезда в Россию с постоянного места жительства имеют туристы – граждане, посещающие страну временного пребывания в оздоровительных, познавательных, профессионально-деловых, спортивных, религиозных и иных целях  без занятия оплачиваемой деятельностью в период от одной ночи до 6 месяцев подряд255.

Какую-либо существенную роль в демографии населения СССР иностранцы не играли. Следует отметить, что в целом миграция иностранцев играет положительную роль для целого ряда государств мира. Однако неорганизованное массовое перемещение названных категорий населения в иных странах создает социальную напряженность и социальные взрывоопасные ситуации. Также создается угроза правопорядку в той или иной стране. Растет преступность, в том числе наиболее опасные ее формы проявления: ОП, международный терроризм, националистические конфликты, политический экстремизм. С падением «железного занавеса» не исключением в этих вопросах стала и Россия с ее многочисленными приграничными регионами, в том числе ДВ регион.

Многочисленными криминологическими исследованиями доказана статистическая зависимость между численностью населения и преступностью. Не исключением является соотношение между международной миграцией населения и ТП. ТОП полностью зависит от того и другого. Знания о миграционных процессах на ДВ позволят уяснить тенденции развития ТОП ДВ региона.

Современное население ДВ России во многом предопределено эпохой капиталистической колонизации региона в дореволюционной России 19 века256. ДВ заселялся несколькими путями: добровольным и принудительным переселением собственного населения (крестьян, казаков, военных, каторжан), иммиграции граждан европейских и азиатских стран.

Корейская иммиграция. К приходу русских корейцев на ДВ не было. На родине корейцам-эмигрантам грозила по законам их страны смертная казнь. Впервые они появились в 1863 г. целыми семьями в связи с сильным голодом, а затем постоянно эмигрировали с исторической родины во время ее оккупации Японией. К моменту установления советской власти в Приморье проживало около 100 тысяч корейцев. В советский период по директиве ВКП(б) от 21 августа 1937 г. корейцы до 25 октября того же года были выселены из Приморья в Среднюю Азию – Казахстан и Узбекистан.

Но в 1993 году, после выхода постановления Верховного Совета РСФСР о реабилитации российских корейцев, они стали вновь прибывать в Приморье. В настоящее время только в Приморском крае проживает более 30 тысяч корейцев257. По данным Ассоциации корейцев, в России к 1998 году их ожидалось примерно 150 тысяч человек. В то же время, по всей России по данным Всесоюзной переписи населения 1989 года корейцев по национальному признаку проживало 107 тысяч человек. Правда сегодня, как и в прошлом столетии, в Северной Корее вновь наступил голод, что ведет к эмиграции сотни тысяч граждан КНДР в Китай.258 Ожидается их нелегальная иммиграция и на ДВ России. Правоохранительные органы даже выразили беспокойство о явном желании корейцев создать в будущем автономное поселение в Хасанском районе Приморья вблизи границы с Кореей с последующим отторжением его от России. 259

Китайская иммиграция. По утверждению историков, до включения Приамурского края к России китайских поданных там не было. Им было запрещено покидать свою страну. Лишь с колонизацией Приамурья Россией сюда начинают проникать китайцы. Но китайская иммиграция носила характер временного заселения в поисках сезонного заработка. При этом они получали в 3,5 раза больше, чем на родине. В отличие от корейских иммигрантов китайцы оставались поданными своей страны.

Японская иммиграция. Японцы стали проникать на ДВ значительно позже корейцев и китайцев. Заселялись они в основном на Камчатке и Сахалине, в большинстве своем занимались рыбным промыслом, и вселение их носило также сезонный характер. В Приамурском крае постоянно проживало от 3 до 4 тысяч японцев. Русские хозяева для привлечения японской рабочей силы на рыбный промысел Камчатки, вопреки запрету российского правительства, привлекали до 15 тысяч человек из Японии, что втрое превышало число русских рабочих, которые в не меньшей степени нуждались в рабочих местах. В целом на ДВ в рыбный сезон приезжало по 50-60 тысяч сезонных рабочих из Японии (в Приморскую область и Южный Сахалин). Широкое участие японских сезонных рабочих в рыбной отрасли России нанесло большой экономический и политический ущерб, что в полной мере ощутили в период войны 1904-1905 г.г. В других отраслях промышленности японцы не выдерживали конкуренции с корейцами и китайцами. В Японии выезд в Россию, Китай или Корею не только запрещался, а, наоборот, поощрялся. Их выезд эмиграцией не считался, а в дальнейшем даже использовался для захвата территорий этих государств.

Таким образом, в эпоху капиталистической колонизации на ДВ иммиграция в больших размерах осуществлялась из азиатских стран, чем европейских. Значение их для хозяйственного освоения было различным: корейцы приезжали на постоянное место жительство, осваивали земледелие; китайцы приезжали в одиночку на заработки и работали преимущественно в промышленности, строительстве, торговле; японцы появлялись только на рыбную путину и потом уезжали. Большинство местного населения относилось к корейцам доброжелательно, к китайским иммигрантам – менее доброжелательно. Из-за дешевизны труда корейцев и особенно китайцев русские рабочие вытеснялись из многих отраслей промышленности. Китайцы вытесняли не только русских рабочих, но и мелких торговцев, промышленников, не выдерживавших конкуренции с непритязательными китайцами. Малонаселенный и плохо охраняемый ДВ становился тем беззащитнее, чем большую долю в населении занимали иммигранты. Вместе с сезонными рабочими иммигрантов из соседних стран становилось порой больше, чем российских подданных. В дальнейшем это привело к политическим осложнениям, которые вылились в освободительные войны со стороны России.

Аналогичная ситуация складывается в современный период. С началом рыночных реформ ситуация на ДВ России создалась такая же, что и сто сорок лет назад. Коренное население убывает, экономика банкротится, трудовое население все больше превращается в безработных, сельское население и молодежь все больше деградирует от наркотиков, алкоголя и безысходности, военная мощь превращается в призрак, капиталы перекачиваются в руки криминала. В это время иммигранты увеличивают свою численность, причем больше нелегально. Доходы их растут за счет вытеснения российского населения из сферы мелкого и среднего бизнеса, строительства и сферы бытовых услуг, а также за счет широкомасштабного браконьерства сырьевых природных ресурсов. Дело дошло до территориальных притязаний.

Из всего вышесказанного в отношении иммигрантов видно, что большее беспокойство вызывает незаконная иммиграция китайцев, которая представляет основную опасность для экономической, политической, демографической, социальной, национальной, природорессурсной, территориальной безопасности. Они же несут в себе и большую криминальную опасность с претензией ТОП Китая на господствующее положение в криминальном мире ДВ России.

Китайские нелегалы свободно перемещаются с территории своей страны в Россию по безвизовым туристическим путевкам. В связи с установлением в 1993 году упрощенного порядка въезда в Приморский край в Россию мощным потоком хлынули китайцы торговать дешевым самодельным и подпольным товаром, а также работать строителями, заниматься лесным бизнесом, бизнесом в сфере питания и мелких бытовых услуг под прикрытием туризма, учебы, частной поездки. Не в меньшей степени многие из них устремились для занятия незаконной деятельностью, в том числе и преступной. В Китае за взятку в 150-200 долларов260 многие из них приобретают национальный паспорт, а через туристические, строительные фирмы и от частных лиц получают приглашения, на основании которых якобы законно осуществляют переход государственной границы России.

Думая, что для русских все они на одно лицо, китайцы также подделывают паспорта, вклеивая в них свои фотографии, а также вклеивают в документ листки, в которых проставляют липовые визы, или ездят в Россию по паспортам родственников или знакомых. Были случаи, когда российская сторона выдавала приглашения китайцам для работы водителями грузовиков. При проверке ни водительских удостоверений, ни автомашин у китайцев не было. По данным СМИ, к началу 1994 года в Приморском крае официально было зарегистрировано 70 тысяч граждан КНР, приблизительно вдвое больше – нелегалов. По всему ДВ общее количество китайцев составляет от 400 до 500 тысяч261.

Полная неразбериха на первоначальном этапе неорганизованной иммиграции наблюдалась в сфере туризма. 80 процентов китайцев попадает в Россию через туристические фирмы. Доходило до того, что даже такие турфирмы, как «Интурист» и «Спутник» обменивались с китайскими туристическими фирмами чистыми бланками с подписями и печатями. Ими торговали по обе стороны границы. Такой чистый бланк от «Харбинтурист» даже на херсонском рынке Украины продавался за 60 долларов.

При таком положении дел, по данным паспортно-визовой службы УВД Приморского края, только со 2 февраля до конца апреля 1994 года в составе тургрупп из Китая в Приморье въехало 4037 человек, а возвратилось в установленные визой сроки только 1180262, а по данным управления войск Тихоокеанского пограничного округа в течение первого полугодия того же года в край въехало 6 тысяч китайских туристов, выехала в назначенный срок лишь половина263. К моменту задержания большая часть китайцев документов при себе не имеет, в связи с чем китайское пограничное ведомство отказывается их принимать.

Нынешняя миграция китайцев резко отличается от миграции Х1Х века. Тогда нелегальная иммиграция в сегодняшних масштабах и ее последствиях для ДВ России была исключена. Современная иммиграция во многом порождена кризисной ситуацией дальневосточной экономики, которая начала складываться с конца 80-х годов до настоящего времени. К началу 90-х годов прекратились поставки из центральных областей продовольственных и промышленных товаров. С открытием Государственной границы хлынул поток продовольствия и промышленных товаров по низким ценам из северо-восточных провинций Китая. Вместе с ними пришел торговый и посреднический капитал. Коммерческое прикрытие было использовано для нелегальной иммиграции.

Незаконная миграция негативно сказывается не только на экономическом, политическом, демографическом положении региона, но и сама выступает в качестве незаконной услуги. При этом незаконная миграция может выступать в качестве незаконной эмиграции, иммиграции и транзитной миграции. ДВ регион чаще всего используется для незаконной иммиграции и эмиграции, реже - транзитной миграции. В последнем качестве ДВ является транзитной территорией как для миграции граждан иностранных государств в страны Востока и ЮВА, так и в противоположном направлении.

Предоставление оплачиваемой незаконной услуги по нелегальной миграции граждан третьих стран через ДВ с определенной вероятностью связано с ТОП. Посреднические услуги в этой сфере – это одно из промежуточных звеньев единой ТОПД по экспорту нелегальной дешевой рабочей силы в богатые страны мира. Для такой деятельности ДВ является идеальным местом при наличии всех тех условий, без которых не мыслится любая ТОПД: наличие армии безработных и нищих, границы с пропускными пунктами, слабость силовых структур, высокая коррумпированность государственных органов.

Чаще других через территорию ДВ эмигрируют иранцы, пакистанцы, афганцы, монголы, румыны, китайцы, вьетнамцы, русские. Нарушители въезжают  на ДВ через республики Средней Азии, Закавказья, а также Молдову, Украину, Белоруссию в Японию, Китай, Австралию, США, Европу, Латинскую Америку. В этом им «помогают» моряки судоходных и рыболовецких  компаний, железнодорожники, пограничники, таможенники.

В Находке на борту сейнера, вошедшего в порт под флагом Панамы, при досмотре судна пограничникам ТОРУ ФПС капитаном судна были «предъявлены» три гражданина Индии, которые незаконно проникнув на борт судна, уже несколько месяцев путешествовали на судне, не сходя на берег264.

Отмечаются также факты массового пересечения государственной границы через пограничную контрольную полосу иммигрантами из Китая, Северной Кореи. в том числе и вооруженного прорыва. (убрать!)

Анализ многолетних фактов незаконного транзита нелегалов через ДВ показывает, что ТОП отлажен канал переброски иранцев и пакистанцев и граждан других ближневосточных стран через Азербайджан и морские порты ДВ (Владивосток, Находка, Пластун, Ванино) в Японию. Едут они по фальшивым азербайджанским паспортам под различным предлогом в эту страну, где уже обосновались их соотечественники. Такая поездка обходится нелегалам в 10000 долларов. Они едут и законным путем по турпутевкам, на учебу, для деловых целей, но впоследствии остаются в стране.

В Азербайджане для этих целей формируется группа из 3-5 человек, среди которых имеются лица со знанием русского и японского языков. Группа поездом едет до Владивостока, а затем пересаживается на суда и отплывает в Японию. По версии СМИ, нелегальным их транзитом занимаются представители кавказских диаспор во Владивостоке265. Более того, у задержанных иранцев обнаруживают при себе наркотики, оружие.

По мнению спецслужб, происходит налаживание надежных путей проникновения через границу в будущем более крупных партий наркотиков и оружия.

Особой темой является незаконная миграция женщин и детей и их незаконная эксплуатация. Использование за границей российских женщин за рубежом и иностранок в России в качестве рабов, проституток, рожениц, наложниц, доноров  человеческих органов и т. п., а также незаконное усыновление российских детей возможно при хорошо отлаженной системе незаконной эмиграции и иммиграции, которая под силу только высокоорганизованной международной преступной организации в рамках ТОП. Об особенностях подобного промысла на ДВ России проведено самостоятельное исследование, о результатах которого подробно рассказывается в данной книге.

8. Нелегальная торговля оружием

Актуальность данного аспекта для ДВ связана с тем, что регион является огромным хранилищем всякого рода оружия, спрос на которое как контрабандный товар в мире постоянно растет, растет и цена на него. Поэтому торговля оружием является сверхприбыльной. Следует сразу же оговориться, что речь идет о незаконном товарном обращении оружия на нелегальном международном экономическом рынке товаров и услуг с пересечением государственной границы с целью получения сверхприбылей266.

С развитием кооперативного и предпринимательского движения в стране, а затем и открытием государственной границы России на ДВ данный бизнес стал быстро крепнуть и развиваться. Вначале он получил распространение на внутреннем нелегальном рынке, а затем уже перешел в разряд международного.

Транснациональный характер нелегальных сделок с оружием проявился в Приморском крае с середины 90-х годов, когда, по данным таможенных органов, было пресечено 15 попыток провоза огнестрельного оружия, при которых было изъято 33 единицы стволов и 2825 боеприпасов267.

Нелогичным на первый взгляд кажется ввоз контрабандного оружия в Приморье, где предложение опережает спрос на него, а само оружие находят в лесу, под забором, на чердаках домов, около частных гаражей и т. д. Тем не менее, в 1996 году в Находке была обезврежена преступная группа из 30 человек во главе с местной пожилой женщиной, члены которой в 1997 году были осуждены за контрабанду, незаконное приобретение и хранение оружия268. Начав с «челночного» бизнеса ширпотребом, женщина по совету знакомых наладила канал доставки пистолетов «ТТ» польского производства (один пистолет в Приморье в среднем продавался по $1500), пользующихся особым спросом у местного криминалитета и коммерсантов, из Литвы через Белоруссию, Москву. При обыске были изъяты 9 гранатометов, новенький ручной пулемет, несколько автоматов Калашникова, пистолеты «ПМ» германского производства, огромное число патронов. Боеприпасы приобретались с местных воинских складов.

Кроме Прибалтики, оружие везут на ДВ из многих стран Юго-Восточной Азии. Многие моряки торгового флота поправляют свое материальное положение кто ввозом крупной партии оружия из-за рубежа или поштучно,  как и за счет незаконного вывоза оружия в зарубежные страны. Высокая степень риска компенсировалась в случае успеха достаточно высокой прибылью. Иногда такие попытки незаконного «бизнеса» пресекались компетентными органами.

ДВ России также является поставщиком нелегального оружия в Японию. Осенью 1997 года из тюрьмы г. Футю близ Токио были выпущены трое россиян, отсидевшие два года за попытку ранее контрабандного ввоза оружия.

9. Наркобизнес

Наркобизнес относится к традиционной сфере преступной деятельности ТОП ДВ, которая  включена в общую наркотическую сеть международной оргпреступности.  Данный бизнес опирается на свои исторические корни в этом регионе и является одним из самых мощных финансовых источников и материальной основой различных направлений иной преступной или  легализованной деятельности международных криминальных структур. Он же является инструментом в руках определенных политических кругов ряда стран, прилегающих к ДВ России. Особенность ДВ в сфере нелегального наркобизнеса состоит в том, что он является в основном скорее потребителем наркотиков, чем производителем. К тому же наркоманы переходят к тяжелым его видам, вплоть до синтетических наркотиков, которые производятся в приграничных с ДВ России зарубежных странах.  

В России действующим законодательством запрещен легальный товарооборот любых видов наркотиков для немедицинского потребления. Естественно, что они поступают на нелегальный рынок контрабандным путем.

Специальное исследование криминологов позволило вычленить регионы по интенсивности поступления контрабанды в Россию.269 Были выделены четыре группы, среди которых условно названная ими восточная группа (Средняя Азия и Казахстан) поставляет наркотики в районы ДВ. Причем, каждая ОПГ специализируется на определенных видах наркотиков и имеет собственный канал их распространения, который не пересекается с другими, хотя может иметь одни и те же пункты назначения. Каждая группа  наркотиков имеет своих потребителей, которые переходят из одной группы в другую в зависимости от наркотического стажа, степени распространенности конкретного вида наркотиков, финансового положения наркомана. В частности, было установлено, что из Горно-Бадахшанского района Таджикистана Роушанская и Ванческая преступные группировки распространяют опий, морфий и героин в Якутию, Владивосток и Южный Сахалин.

В 1993 году впервые был обнаружен транснациональный канал поступления наркотиков с Ближнего и Среднего зарубежья через Чехию и Словакию и российский ДВ в Японию.

Из стран дальнего зарубежья на ДВ наркотики в больших масштабах поступают из Афганистана, Пакистана и Китая, а в меньших - из Северной Кореи, Индии и стран Восточной Европы. Из последних двух стран поступает более «современный» ассортимент (эфедриносодержащие препараты, бупренорфин и фепранон).

Благодаря своему географическому расположению ДВ оказался на пути мировой транспортировки наркотиков в Японию. Традиционные пути доставки наркотиков из стран «Золотого треугольника» находятся под усиленным контролем спецслужб этой страны. Отсюда налаживание «борекудан» пути  наркотиков из Афганистана через Таджикистан, частично через Азербайджан, Дагестан и Чечню.

В Приморском крае 90% объема поступающих наркотических веществ из стран Среднего Востока контролируется таджикской и другими среднеазиатскими диаспорами. Далее они переправляются в Японию. Основной поток наркотиков поступает из Афганистана. Война талибов с правительственными силами на севере Афганистана за великий наркотический путь уже продвинулась к границе Таджикистана. Цель такого продвижения – это массовая заброска караванов с наркотиками через Таджикистан в России, а из России в восточном направлении в Японию и другие страны ЮВА.

В вопросе контроля над международным каналом транзита наркотиков через Россию в Японию важную роль играют таможенные службы обеих стран. Поэтому уже есть договоренность между ними об обмене информацией, о проведении контролируемых поставок  этих наркотиков, что уже приносит свои плоды. 5 января 2000 года удалось захватить высококачественные наркотики каннабисной группы при оформлении на отход теплохода «Герой Андреев», в котором был обнаружен тайник с 695 граммами гашиша у уроженца Азербайджана270. Также в Японии были задержаны российские наркокурьеры с сильнодействующими наркотиками, за что один из них осужден к 8 годам лишения свободы271.

КНДР активизировала свою деятельность еще в 1986-1989 годы. С того времени в Хабаровском крае существуют северокорейские постоянные поселения лесорубов, где в массовом количестве появляются наркотические препараты (промедол, эфедрин, морфин и др.), а позднее немедицинские наркотики - группы опия, которые все вместе стали распространяться на всей территории ДВ. В 1994 году в Приморье совместными усилиями правоохранительных органов была проведена уникальная операция по поимке наркодельцов из Северной Кореи, которыми при задержании оказались сотрудниками спецслужбы КНДР. В 1995 году были также задержаны трое граждан КНДР, следовавших  на работу  на лесозаготовки в Хабаровский край, на Матвеевском таможенном посту Хасанской таможни с опием. В том же году был раскрыт канал поступления героина из наркоимперии «Золотого треугольника» через Одессу во Владивосток. Отсюда он попал в Австралию, где за его доставку местным наркодельцам был осужден моряк торгового флота. С его помощью была раскрыта данная сеть транспортировки наркотиков.

По сообщению гонконского еженедельника «Фар-итерн экономик ревью», в провинции Хамген-Пукто, граничащей с Приморским краем, расположены 10 тайных ферм, на которых выращивается опиумный мак, а затем перерабатывается на специальном заводе в Чанчжине. Отсюда героин и опиум попадает на российский ДВ272. Учитывая, что обе страны находятся в тисках экономического кризиса, нелегальный наркобизнес между двумя этими территориями будет процветать.

Транснациональным преступным наркобизнесом активно занимаются не только граждане Северной Кореи, но также корейцы, живущие в бывших союзных республиках СССР, куда они были выселены, и прибывшие в Россию, в частности в Приморский край. Некоторые из них развернули преступную деятельность по доставке наркотиков из этих республик на ДВ.

Так, в сентябре 1999 года во Владивостоке были задержаны оптовые распространители героина. Основным поставщиком оказалась кореянка из Узбекистана, которая постоянно ездила за товаром в Киргизию, а затем сбывала его корейцу из Артема. Тот, в свою очередь, организовал розничную сеть по продаже наркотиков во Владивостоке. Уже в 2000 году был выявлен новый канал поступления наркотиков из Средней Азии. При передаче крупной партии (двух килограммов героина) уже таджику, несколько лет живущему во Владивостоке, были задержаны две женщины-наркокурьеры – одна из Москвы, другая –  из Таджикистана.

Одновременно возрастает проблема переброски из соседнего с российским ДВ Китая в огромных количествах сильнодействующего вещества – эфедрина-гидрохлорида. В кустарных условиях из него за пять-десять минут изготавливают эфедрон, контрабандным путем транспортируют в Россию, где он запрещен к немедицинскому обороту. В Китае же он имеется в свободной продаже, а привозят его на ДВ как граждане России, так и китайцы. Благодаря совместным усилиям России и Китая, в приграничных провинциях Китая его запретили к свободной продаже. Но уже в этих условиях китайские «триады» осуществляют поставки эфедрина прямо с государственных заводов по из производству. Таким образом, Китай стал одним из самых весомых поставщиков наркотиков в Россию через ДВ. Ежегодно на границе с Китаем задерживается свыше тонны наркотических и психотропных веществ. Сотни килограммов их обнаруживается в товарах, направляемых из Китая для продажи в России. Однако свыше половины контрабанды наркотиков из Китая в Россию все же перевозится россиянами.

Можно с полным основанием сказать, что нелегальный наркобизнес на ДВ является составной частью преступной деятельности ТОП.

 

Основные выводы

Как видно, транснациональные  ОПФ ДВ действуют в тех сферах бизнеса, где гарантируется быстрое получение сверхприбылей, предпринимательство наименее всего регулируется и контролируется государством, неэффективно осуществляется правоохранительная деятельность по пресечению незаконного предпринимательства и бизнеса и привлечению к ответственности за эти преступления.

Можно было бы сказать о формировании ТОП ДВ как самостоятельной подструктуры ТОП России, но для этого еще недостаточно фактического материала. Хотя ОП ДВ на международном уровне нелегально решает широкий аспект социально-экономических вопросов, связанных с жизнеобеспечением целых групп населения, удовлетворением спроса местных жителей различных государств на многие дешевые товары. Но сами государства и население в них в целом платит за это слишком высокую цену: падением уровня промышленного производства и жизненного уровня людей; нравственным их разложением, утратой общечеловеческих ценностей; ростом преступности, коррупции и иных форм девиантного поведения; межнациональными вооруженными конфликтами; правовым нигилизмом; наконец, человеческими жизнями и здоровьем наций.

Одновременно сфера преступной деятельности ОП ДВ расширена до уровня транснациональной во многих ее проявлениях (проституции, порнографии, наркомании, контрабанде спирта и дикоросов и т. п.), о которых в литературе уже немало сказано273. Другие направления организованной преступной деятельности ОПФ ДВ исследовались другими авторами, их материалы публикуются в настоящей книге.

Можно также констатировать, что многочисленные представители ТОП ДВ России создали преступные организации во многих странах мира, которые в борьбе с местными преступными группировками заняли свою нишу в национальных преступных сообществах и успешно адаптировались в них. По этому случаю в США и других развитых странах заговорили об угрозе национальной безопасности со стороны российской ТОП.

В связи с этим на основе вышесказанного с определенной степенью уверенности можно сказать, что ТОП ДВ практически состоялась, и она в какой-то мере функционально влилась в российскую и общемировую систему ТОП. Но для полного утверждения требуются дополнительные доказательства, основанные на расследованиях  уголовных дел по фактам организации транснациональных преступных формирований и осуществления ими международной преступной деятельности в различных ее аспектах.

ГЛАВА III. ОТДЕЛЬНЫЕ ВИДЫ ТРАНСНАЦИОНАЛЬНОЙ ОРГАНИЗОВАННОЙ ПРЕСТУПНОСТИ

3.1. Торговля людьми как одна из форм проявления организованной преступности274 

Сегодня275 все большую тревогу вызывает рост объемов незаконного вывоза женщин и детей276 из родных стран за границу для использования в целях сексуальной эксплуатации и принудительного труда. По некоторым данным, общее количество женщин и детей, увозимых из дома и продаваемых в рабство, ежегодно во всем мире достигает 1.000.000 человек.277 На рост этого явления оказывают влияние следующие факторы: глобализация экономики и повышение трудовой мобильности (миграции), рост спроса на так называемые «услуги частного характера» в развитых странах, растущий уровень безработицы среди женщин, а также увеличение количества людей, пользующихся Интернет, который практически не контролируется с точки зрения закона и нередко используется в преступных целях. К сожалению, особенностью глобальной экономики конца XX века является торговля женщинами и детьми как товаром, животными или бонами. Это – результат отсутствия соответствующей правовой и социальной защиты. Такое явление можно назвать «товаризацией личности».278

Российская Федерация является одной из многих постсоциалистических стран, пытающихся справится с утечкой человеческих капиталов через организованные преступные группы и различные  противозаконные мероприятия, в которые вовлекаются женщины и дети. С тех пор как распался Советский Союз, окончился 70-летний период централизованного экономического и политического контроля и по крайней мере 50-летний период социальной стабильности, гарантирующей занятость и социальную защищенность для всех, безработица ударила по населению России.279 По некоторым данным, половина всех граждан РФ не работает и только четверть работающих постоянно получает зарплату. Самыми незащищенными от безработицы и бедности являются женщины и находящиеся на их иждивении дети. Эта ситуация в сфере занятости поддерживается криминальными организациями, стремящимися использовать нестабильность и хаос ситуации для привлечения отчаявшихся женщин и их детей - во многих случаях опосредованно - к занятию проституцией, тяжелому труду и домашнему рабству. Воспользовавшись ослаблением государства, расширением международных связей России, криминальные организации взяли на себя его функции и, по мнению д-ра Луиз Шелли, сами породили некую форму авторитаризма. Между тем, преступники не только используют хаос и высокий уровень безработицы в России, но и активно занимаются запугиванием населения по примеру КГБ советской эпохи.280 Криминальные организации проникли в финансовые структуры и политические круги, и это позволяет им противодействовать развитию гражданского общества в России. В настоящее время страна не просто наводнена преступными элементами, она управляется коррумпированными чиновниками и финансовыми олигархами; все слои общества затронуты преступностью и коррупцией. Коррупция в сочетании с нарождающимся  правосознанием и высоким уровнем безработицы является благоприятной средой для криминальных организаций, позволяя им править страной, блокируя все попытки создать экономические и политические институты, способные служить российскому населению.

Большинство оценивает торговлю людьми как самый привлекательный бизнес для криминальных групп в силу низкого риска и высоких доходов. Согласно аналитическим исследованиям Федерального бюро расследований США, примерно 3000 русскоязычных бандитов контролируют преступные группы в американских городах, деятельность которых включает принуждение к проституции около 8000 женщин, многие из которых - славянки.281 По мнению ФБР, эти российские организованные преступные группы – Измайловская, Дагестанская, Казанская и Солнцевская – действуют на всей территории Соединенных Штатов. В прошлом году федеральный прокурор Южного округа штата Флорида – на этой территории проводится расследование деятельности русскоязычной организованной преступности (операция «Одесса») – поддерживал обвинение против российского преступника Людвига Файнберга по многочисленным случаям планирования и перевозки наркотиков. Кроме дел по разработке планов перевозки кокаина из Южной Америки во Флориду с использованием российских подводных лодок, Файнберг занимался нелегальным вывозом женщин из Москвы в Майами для работы танцовщицами и проститутками, обслуживающими  клиентов в его стрип-клубе «Porky’s».

Немецкий исследователь Лео Кайдел описал торговлю людьми как один из основных видов деятельности преступных групп,282 который занимает 5 место в иерархии криминальной активности в Германии.283 По сообщению Landeskriminalamt в 1995 г. в Баден- Вюртембурге раскрыто 21 уголовное дело по фактам торговли людьми, которые напрямую связаны с криминальными группировками. По оценкам ООН, только на торговле людьми организованные преступные группы зарабатывают 3,5 миллиардов долларов ежегодно.284 В Соединенных Штатах доходы от торговли людьми оцениваются в сумму от одного до восьми миллионов долларов за период от одного года до шести лет.285 Этидоходы - результат непомерной цены, назначаемой перевозчиками, которые похищают женщин, за возвращение паспортов и виз, например, $900для женщин из бывшего Советского Союза. В последнем федеральном судебном процессе - Соединенные Штаты против Алекса Мишуловича - женщинам, вывезенным из Латвии и находившимся в сексуальном рабстве в Чикаго, за возвращение документов была назначена цена в $4,000.

Глава Центра ООН по борьбе с преступностью резко отозвался относительно незаконного вывоза женщин из бывшего Советского Союза: «Доходы невероятны.  Накладные расходы низки – вам нет необходимости покупать машины или оружие.  Наркотики вы продаете лишь один раз, потом они используются.  Женщины же могут зарабатывать деньги в течение долгого времени».286

Растущий спрос на славянских женщин и детей

на рынке торговли людьми

В настоящее время рынок славянских женщин и детей в развитых странах Северной Америки, Европы и Северной Азии является одним из самых больших и оживленных, что влечет за собой огромные объемы «поставок» обедневших и беззащитных граждан бывшего Советского Союза. Международная миграционная организация называет рост спроса на славянских женщин «четвертой волной» жертв торговли, включающей женщин и детей из Центральной и Восточной Европы, в т.ч. России и Украины, которая началась в 90-х годах и продолжается до настоящего времени.287 Предыдущие «волны» включали: первую (тайские и филиппинские женщины), вторую (доминиканские и колумбийские) и третью (ганские и нигерийские). «Четвертая волна» жертв из Центральной и Восточной Европы превысила прежние в 2 раза в Бельгии и в три раза в Нидерландах в период с 1992 по 1995 гг. Немецкая уголовная статистика свидетельствует, что большинство жертв, привезенных в Германию -  из стран бывшего Советского Союза. Польша - на втором месте, а Таиланд спустился на седьмое. Исследования, проведенные ММО и другими неправительственными организациями, такими, как Всемирная организация за Выживание (the Global Survival Network) и Фонд против торговли людьми (the Foundation against Trafficking), исследования выявили источники и пути перемещения женщин из европейской части России в Западную Европу.

Согласно одному из отчетов, количество славянских женщин, перевозимых в Бельгию, Нидерланды, Польшу и Швейцарию, превысило традиционные «поставки» африканских, южноамериканских и азиатских женщин. Например, в 1994 году 17% «артистических» виз, выданных Швейцарией танцовщицам, получили россиянки.288 Преступный мир привлекает большое количество славянских и балтийских женщин из России, Украины, Латвии, Литвы и Эстонии, а также женщин из стран бывшего Восточного блока: Венгрии, Польши, Румынии и Чехословакии. Эти женщины кажутся экзотичными и желанными в развитых промышленных странах Европы, Северной Америки, Азии и Среднего Востока.289 

По некоторым данным, более 5000 российских проституток в Таиланде завербовались на российском Дальнем Востоке с целью трудоустройства. Славянские женщины пользуются огромным спросом у азиатских бизнесменов из Японии и Китая, работающих в Таиланде, и у состоятельных тайских мужчин.290 Они рассматриваются в Юго-Восточной Азии как символ «социального престижа».

         Социальная цена экономических реформ

Рост незаконного вывоза людей за границу вызывает обеспокоенность,  т.к. РФ теряет значительную часть своего генофонда. Многие россиянки, вывозимые из страны и порабощаемые, хорошо образованны и квалифицированы, хотя и соглашаются на предложенную работу в сфере обслуживания. Это противоестественно, поскольку образование, исходя из прогрессивных представлений, установившихся в мировой литературе, всегда рассматривалось как фактор освобождения женщины от рабства и дискриминации, содействующий повышению ее статуса в обществе.291 Например, общий портрет женщин, вывезенных из стран Южной Азии или Африки, составляют такие низменные черты, как бедность, необразованность, дискриминированность по этническим или гендерным причинам. Для женщин обедневших народов, таких как таманги, проживающих в Непале, стать проституткой - социально приемлемо, так как условия жизни не предоставляют им иных возможностей для получения заработка. Более того, семья часто поощряет такую работу.292 

В России же необходимость обеспечить семью, по-видимому, заставляет женщин взяться за работу в другой стране в качестве танцовщицы, клерка или повара. Оказывают свое влияние и другие факторы.293 Один из них – разрушение  традиционных моральных устоев и норм, нравственная распущенность. Сказывается и «синдром Золушки», основанный на вере в то, что жизнь  в другой стране, предпочтительно индустриальной и развитой, откроет им сказочные возможности к процветанию и богатству. Таким образом, несмотря на разницу в образовании у женщин из России и  слаборазвитых стран Африки и Азии, существует сходство в их взглядах на проституцию через призму дочернего долга и экономических перспектив.

Определенно существует сходство социальной цены современных политических и экономических преобразований, проводимых в России с начала 90-х г.г., и Россией послереволюционной. В 20-30 гг. три фактора повлекли за собой губительные последствия для семьи и социальной стабильности: революция, гражданская война и голод, новая экономическая политика (НЭП). Эти факторы привели к увеличению количества брошенных детей, безработных, вдов и матерей-одиночек. Уэнди Голдмен, американский историк, пишет: «Множество женщин было вынуждено оставить свои рабочие места после гражданской войны и закрытия целых отраслей промышленности в связи с нерентабельностью в условиях НЭПа. Больше всего пострадала сфера социального обслуживания и государственных предприятий - секторов, где преимущественно работают женщины. Тысячи медицинских работников, государственных служащих, работников сферы питания и связи потеряли свои места». Так, Петроградское бюро  по трудоустройству сообщило, что в 1922 году 67% зарегистрированных в городе безработных (27000 человек) были женщины.294 

Приведенная цитата абсолютно верно отражает состояние дел в РФ сегодня, когда значительная часть женского городского населения является безработной, особенно в возрасте от 30 до 50 лет.295 Сейчас работодатели предпочитают мужчин освобожденных от семейных обязанностей, свойственных женщинам, особенно матерям, которые имеют маленьких и часто болеющих детей. Важно также учитывать, что женщины занимают доминирующее положение в некоторых отраслях промышленности, таких как текстильные фабрики и другие предприятия легкой промышленности, которые наиболее сильно пострадали от экономической децентрализации и процесса приватизации.296 

Если в постреволюционной России возникал конкурс на замещение рабочего места, то женщины проигрывали мужчинам. Положение разведенной, неработающей женщины было особенно тяжелым и многие из них, отчаявшись, выходили  на панель, предлагая услуги сексуального характера везде: от общественных туалетов, переулков, бань до пассажиров машин и поездов.297 Беспризорность сделала бессчетное количество детей подверженными трудовой и сексуальной эксплуатации и их самих превращала в преступников. Беспризорность называют матерью преступности, и, действительно, детская преступность и проституция были распространены повсеместно. Голодающие девочки были вынуждены совершать половые акты в обмен на кусок хлеба.298 Глава ВЧК Феликс Дзержинский был так поражен бедственным положением детей, что начал борьбу с беспризорностью практически единолично.299 В 1921 он создал Комиссию по улучшению жизни детей при ВЦИК. Эта комиссия, включавшая представителей других учреждений, заботящихся о детском благосостоянии, Народного комиссариата образования, Комиссариатов продовольствия и здравоохранения, просуществовала два десятилетия. Основная обязанность по реабилитации детей улицы лежала на СПОН (Отделе социальной и правовой защиты несовершеннолетних).300 СПОН был ответственен за борьбу с детской беспризорностью, преступностью и установление опеки. Но несмотря на создание этих и многих других комиссий, занимающихся беспризорностью и реабилитацией, число беспризорных детей росло неослабевающими темпами, и эти органы оказались в затруднительном положении: как заботиться о детях, которые все больше склонялись к преступности как способу выжить.

По данным советских аналитиков, после революции на улицах России скиталось от 5 до 7 миллионов бездомных детей, что составляло 5-7% населения.301 Учитывая разницу в населении (146.000.000 в 1999 году против 100.000.000 в 1926) примерно 2% россиян сегодня - бездомные и беспризорные дети.302 Более того, способность позаботиться о них и предложить медицинские и психологические услуги, пищу так же низка, как и десятилетия назад.303 Следующая статистическая информация, представленная исследователями под руководством проф. Азалии Долговой,  одного из ведущих российских криминологов, показывает серьезность и сложность этих проблем, а также  трудности в получении достоверных данных о беспризорности и детской преступности:

Каждый год около 500.000 детей и подростков теряют родителя. Почти 40% всех детских преступлений совершается выходцами из таких семей. Более 160.000 детей воспитываются в государственных учреждениях (включая сирот при живых родителях, лишенных прав). Ежегодно, для того, чтобы избежать жестокого обращения, 2000 детей и подростков совершают самоубийство, 30.000 сбегают из дома, около 6000 – из детских домов и интернатов. Более 24.000 детей и подростков пропали без вести и разыскиваются милицией. 27.000 становятся жертвами преступлений.304

Беспризорность и подростковая преступность – явление, которое достигло в России критических пределов. В открытом письме Президенту Путину губернатор Кемеровской области назвал проблему беспризорности «гуманитарной катастрофой» и отметил, что количество бездомных несовершеннолетних колеблется от 2 до 5 миллионов.305  Эти беззащитные «дети улиц» становятся жертвами преступлений или сами вовлекаются в преступную деятельность – сегодня в России более 45 тысяч несовершеннолетних находятся в местах лишения свободы.306 

Современные беспризорные дети сегодня больше подвержены криминальной эксплуатации, чем беспризорники первой половины века, когда Советский Союз был закрытым обществом и девиантное поведение пресекалось. Сегодняшние дети улиц являются приманкой, привлекающей иностранных педофилов, преступные группировки, занимающиеся наркотиками и проституцией, продюсеров и распространителей порнофильмов, стремящихся использовать детей для получения преступных доходов.307 

Примером могут служить появляющиеся в российской прессе репортажи об использовании детей для перевозки наркотиков в качестве  «мулов». В одном из случаев одиннадцатилетний мальчик был нанят за 300 долларов перевезти в своем желудке 75 капсул с героином из Душанбе (Таджикистан) в Москву.308  Беспризорные дети в Сибири были наняты позировать и/или совершать действия сексуального характера для порновидео за довольно приличную сумму денег.309

Если в 20-30-х гг. война, голод, индустриализация и коллективизация стали причиной  огромных социальных и семейных катаклизмов, то сегодняшняя беспризорность и безнадзорность детей в основном является результатом проблем, связанных с резким снижением социальных гарантий и социальной защищенности.310 Множество обедневших матерей-одиночек испытывают недостаток в государственной поддержке - декретных отпусках, отпусках по уходу за ребенком и детских пособиях, столь распространенных в советское время. Их неспособность уделять своим детям необходимое внимание обострило проблему детской преступности. Алкоголизм и наркомания распространены повсеместно, особенно в сельских районах России, и дети уходят из дома, чтобы избежать насилия и пренебрежения со стороны родителей и опекунов – алкоголиков или наркоманов.  

Большинство российских городов страдает от высокого уровня беспризорности. В прошлом году глава администрации Владивостока Юрий Копылов заявил, что уровень беспризорности в городе очень высок, 3000 брошенных детей живут на улице, а ресурсы и средства для заботы о них очень ограниченны.311 Элементарно не хватает приютов и интернатов для того, чтобы разместить эту постоянно растущую часть населения. Как считают, в Иркутске 1500 бездомных детей и точно такая же нехватка средств, приютов, в которые их можно было бы селить.

         Закон о безнадзорности и детской преступности

Новый федеральный закон, посвященный борьбе с проблемой роста бездомных и безнадзорных детей, был принят Федеральным Собранием РФ в июле 1999 года.312 Основываясь на гарантиях прав человека, определенных в Конвенции ООН по правам ребенка и Конституции РФ, новый закон определил своей главной целью защиту законных прав бездомных детей и несовершеннолетних правонарушителей. Кроме этого, он перечислил административные и правоохранительные органы, ответственные за заботу о детях и обеспечение им законного статуса, и потребовал от них переориентации от «карательных» мер к «перевоспитательным» и индивидуализации детской педагогики.313  

Ранее Отделы по профилактике правонарушений несовершеннолетних, существующие в рамках системы МВД, проводили регулярные рейды на закрепленной за ним территории, забирали всех бездомных детей и отправляли в учреждения, курируемые МВД. Теперь эти дети должны быть изолированы. В соответствие с положениями нового закона, МВД формально ответственно только за несовершеннолетних правонарушителей (а не за всех бездомных в целом). К тому же теперь они могут отправлять таких правонарушителей в Центры временной изоляции несовершеннолетних правонарушителей (ЦВИНП) при наличии определенных условий и определенных документов из суда. Несовершеннолетние правонарушители могут быть помещены в центры, если, например, в отношении них уже вынесен приговор или если они ожидают суда.

Бездомные дети, которые не совершили правонарушения, могут быть помещены в приюты или реабилитационные центры, курируемые Министерством социальной защиты. Сложности возникают, когда несовершеннолетний занимается бродяжничеством или попрошайничеством. Формально эти деяния входят в сферу действия административного, а не уголовного законодательства, однако во многих случаях детей, совершивших такие правонарушения, все еще помещают в ЦВИНП наряду с несовершеннолетними, виновными в тяжких преступлениях, таких, как убийство или изнасилование. Кроме того, отысканием детей и помещением их в приюты в основном занимается ОППН, и немного – социальные организации и органы.314

На бумаге закон представляется как важное изменение в сфере защиты детских прав. Однако пока он не полностью реализован и органы, призванные работать с малолетними, обучены и подготовлены в рамках прежних обязанностей, а поэтому проблемы и прежняя практика сохранятся еще какое-то время.315 Оформление судебных постановлений и документов, необходимых для помещения малолетних правонарушителей в ЦВИНП, занимает много времени и очень запутанно, причем эти приюты полностью не используются, в то время как приюты, находящиеся в ведении городской или областной администрации, переполнены, их не хватает и они не могут удовлетворить спрос бездомных.316 Эта проблема обостряется летом, когда дети массово приезжают в города из деревень, но в соответствии с законом не могут быть помещены в приюты, предназначенные для городских.

По мнению владивостокских исследователей проблемы беспризорности, новый закон существенно сократил возможности по оказанию помощи беспризорным детям - только одно учреждение принимает бездомных, и сейчас этот региональный центр социальной реабилитации несовершеннолетних переполнен. В результате дети, как правило, возвращаются домой к родителям-алкоголикам. Автор статьи полагает, что новый закон следует изменить для того, чтобы можно было создать учреждения для растущего числа бездомных, поскольку «изменение этого неудовлетворительного закона снизит количество преступлений, которые в настоящее время совершаются против детей в г.Владивостоке».317 Другие исследователи призывают к возбуждению уголовных дел против нерадивых, «социально опасных» родителей, которые не заботятся должным образом о своих детях. УК РФ содержит статью, направленную на защиту несовершеннолетних от безответственных родителей, но она, по-видимому, используется очень редко.318

Постоянно растущее количество бездомных и беспризорных детей и подростков создало благоприятные условия для криминалитета. Исследователи Дальневосточного центра TraCCC считают, что многие дети вовлекаются в преступную деятельность через наркоманию.319 Они становятся зависимыми от своих поставщиков, а затем совершают преступления для удовлетворения своей потребности или становятся легкой мишенью для трудовой и сексуальной эксплуатации. По данным российского криминолога Л. Романовой, в Приморском крае самый большой удельный вес наркоманов в РФ. Официальные цифры говорят о 10 тысячах потребителей наркотиков, однако Романова полагает, что эта цифра составляет приблизительно 100.000 человек.320

Частично это объясняется географическим положением. Гранича с Японским и Китайским морями, имея легкий доступ в Корею, Японию и Китай, Приморский край представляет собой прекрасное место для преступной деятельности, т.к. с учетом обширности его границ и больших объемов перевозимых морем грузов невозможно обеспечить должный контроль. Специалисты Интерпола полагают, что вскоре российский Дальний Восток станет главным транзитным коридором для наркотиков, переправляемых в Азию и Европу.321  

Южноманьчжурская конопля, из которой изготавливаются марихуана и гашиш, растет в крае в больших количествах. Край также является главным местом назначения для партий эфедрина (более известного в России как «лед») из Китая и Кореи и опиума из Центральной Азии, особенно Таджикистана. Китайские курьеры, как полагают, везут наркотики контрабандой через границу, тем самым избегая пограничного контроля. Эти курьеры сопровождаются и охраняются российскими криминальными организациями. Однако наибольшее беспокойство вызывает снижение возраста, в котором дети и подростки пробуют наркотики, не только «золотая молодежь», обучающаяся в ВУЗах, но и 7-13-летние.

Эта тенденция в совокупности с большим количеством бездомных и беспризорных детей только во Владивостоке обостряет проблему детской преступности. Условия для торговли в ПК пугающе благоприятны, т.к. неблагополучные дети легко могут быть доставлены в порты отправления, будь то в Азии или Северной Америке. Причем, если криминологи признали серьезность проблемы незаконной транспортировки людей на Дальнем Востоке, 322 то представители правоохранительных органов отказываются это сделать.323

Обманный найм на работу за рубежом – звено в преступной цепи торговли людьми

Если вербовка детей довольно элементарна (предложение пищи, крова или игрушек), то схема вовлечения молодых женщин в криминальную деятельность более сложна. Самый распространенный способ - предложение работы в качестве официантки, няни, офисного клерка и танцовщицы в Европе, Азии и Среднем Востоке. Проблема наиболее остро стоит в Восточной Сибири и на Дальнем Востоке. Женщины и девушки, незаконно вывозимые из Иркутска в Китай и Японию, становятся обычным явлением и правоохранительные органы Иркутской области признали это криминальной проблемой. В качестве примера методов, используемых в Сибири, можно привести недавнюю газетную статью.324 

Женщина из Иркутска по имени Лена поехала на Дальний Восток навестить родственников. Там увидела объявление об обучающей программе для поваров в Китае. Она связалась с фирмой и получила контракт, который, казалось, предоставлял все: медицинскую страховку, жилье и питание. Она ответила согласием и отправилась с небольшой группой женщин в маленький китайский городок, где они провели месяц, обучаясь приготовлению блюд национальной китайской кухни. Затем, как рассказывают, паспорта стажерок были конфискованы и им сообщили, что вернуть их будет стоить $15.000.  Вскоре стало ясно, что никакого ресторана не было, а их просто обманули. Одна из девушек была продана группе перевозчиков из Макао и отправилась работать проституткой, другие остались в маленьком китайском городке и были принуждены обслуживать клиентов в барах и ресторанах. Они подвергались насилию со стороны «боссов» и содержались как рабыни в запирающихся помещениях с небольшим количеством еды. В конце концов девушки сбежали и добрались до Иркутска, часто по пути обслуживая клиентов, чтобы заработать денег на дорогу. Нет надобности говорить, что этот опыт нанес им глубокую психологическую травму и сделал необходимым интенсивное психологическое консультирование и реабилитацию.

Работникам правоохранительных органов известно примерное распределение ролей в организованных преступных группах по завлечению и последующей продаже людей. Первые - те, кто предлагает рабочие места за границей и кто, как правило, той же национальности, что и их жертвы. Эти криминальные «антерпренеры» тесно сотрудничают с владельцами борделей,  финансируют и организуют проезд из родной страны за границу. Второй круг составляют посредники, большинство которых из тех же стран, что и жертвы, и которые работают курьерами, контрабандистами и фальсификаторами паспортов и брачных документов. Посредники обычно работают в среде наркоманов, которые видят в этом финансовую выгоду и средство удовлетворения своей потребности в наркотиках. Кроме этого, существуют люди, которые обеспечивают приглашения для восточноевропейских граждан, подкупая чиновников местных органов,  иностранных ведомств и др. денежными или сексуальными услугами, продлевая сроки пребывания в стране и трудоустройства.325 Эта обширная сеть помощников и чиновников, берущих взятки и пропускающих людей, делает сложной задачу отследить путь незаконной транспортировки.

Анализ сети – полезная процедура, в рамках которой можно изучить участников нелегального вывоза за рубеж.326 Организации, занимающиеся нелегальным вывозом людей за рубеж, могут быть либо «предпринимательскими» (небольшими, жестко ориентированными), либо «криминальными» (большими, более структурированными, занимающимися и иными видами криминальной деятельности).  Участников можно разделить на тех, которые относятся к «ядру» (руководители / вербовщики / перевозчики / непосредственные владельцы) и «периферию» (помощники: охранники / обеспечивающие легитимный «фасад» / исполнители / информаторы / обеспечивающие необходимые документы / отмывающие деньги)

Судебные дела, проведенные на территории США и касавшиеся торговли людьми, демонстрировали наличие как «предпринимательской» системы (Соединенные Штаты против Александра Мишуловича, Соединенные Штаты против Роджерио Кадена), так и «криминальной» (Соединенные Штаты против Людвига Файнберга)

Транзитные маршруты через границы

Скорость передвижения людей столь высока, что невозможно обеспечить должную охрану границ и это буквально провоцирует торговлю людьми. Перемещение мигрантов стало большим и доходным бизнесом для криминальных организаций, использующих спрос на незаконную миграцию. Это является результатом необдуманных политических решений в развитых странах. Распад Советского Союза и создание 15 отдельных государств (бывших республик), потеря централизованного контроля вместе с безвизовой политикой въезда, проводимой совместно с сопредельными странами, усилили и без того острую проблему пограничного контроля. РФ находится в сложной ситуации, т.к. состоит из 89 субъектов. Многие из субъектов подписали собственные соглашения о разграничении полномочий с Москвой, которые дают им право на значительную автономию, собственные законы и, например, правила миграции, которые в некоторых случаях противоречат федеральному законодательству. Как отметил один из специалистов по вопросам миграции в Иркутской области, новый закон о временном пребывании иностранцев и лиц без гражданства на территории области, принятый в 1998 году, практически не имел никакого эффекта. Он повысил стоимость и усложнил процедуру приглашения иностранных гостей в профессиональных целях и в то же время мало сделал для уменьшения потока туристов, которые составляют самый большой процент нарушителей правил. Получить визы или даже вообще приехать по безвизовому режиму для них не представляет серьезной проблемы.327 

Пока что попытки уменьшить поток незаконных мигрантов посредством ужесточения санкций, штрафов и других наказаний  создают только видимость соответствующих контрмер. Фактически же служат  усилению привлекательности этого дела для криминальных группировок, которым незаконное перемещение мигрантов представляется делом высокодоходным и минимально рискованным.

Исследования, проведенные ММО и другими международными организациями, установили несколько ключевых маршрутов, используемых перевозчиками при вывозе людей из РФ.

 Балтийский маршрут через Литву назван самым легким. Он причисляется к  числу стран, наиболее просто пересекаемых незаконными мигрантами, направляющимися в Германию, Скандинавию и США из Белоруссии и Украины. Перевозчики полагают, что польско-литовскую границу особенно легко пересечь.328 Около 9.787 незаконных эмигрантов из Южной Азии было задержано в 1995 году при попытке въехать в Польшу из Украины.329 

Грузинский транзитный маршрут расширен политикой открытых границ с Турцией. Множество женщин и детей были перевезены через Грузию в Турцию, Грецию и в средиземноморские страны. Дети, в частности, находятся в опасности из-за махинаций с использованием паспортов. Эти паспорта содержат имена детей, путешествующих вместе с их предполагаемыми родителями, которые затем «теряют» паспорта, а с ним и идентификацию детей, которые остаются без документов и которых можно безнаказанно продать.

Расширение Китайско-Сибирского маршрута произошло вследствие реализации политики открытых границ, начатой в 1992 году для увеличения туристического потока и налаживания отношений добрососедства. Китайские чернорабочие, готовые выполнять работу, неприемлемую для россиян, увеличивают число китайских граждан, прибывающих на российскую землю. Как правило, они входят в контакт с преступными группами и становятся большой проблемой для правоохранительных органов.330 Существует также большой путь из Китая через Москву и Прагу в Германию, который, по сведениям источников Интерпола, занимающихся поимкой иностранцев - контрабандистов, растет.

Растет значение китайско-приморского маршрута: по сообщениям, в 1999 году 162 женщины, побывавшие в рабстве на территории Китая, вернулись в Приморский край.331 

 Проблема пограничного контроля отнюдь не ограничивается бывшим Советским Союзом. Более того, в целом понятие «граница» становится устаревшим в эру глобализации торговли, роста туризма и трудовой мобильности. Как предполагает Стефан Флинн, административные требования и физическая инспекция груза очень устарели. То, что нужно - это совершенствование транспортных и навигационных технологий, способных контролировать перемещения рабочей силы и капитала. Кроме того, частный и государственный сектор должны сотрудничать в поисках путей, которые учтут быстрое передвижение рабочей силы и капитала и обеспечат адекватный контроль и инспектирование.332 

Американское законодательство: настоящее и будущее

Необходимо отметить, что почти все страны мира имеют законодательство, предусматривающее уголовное преследование нелегального вывоза людей за границу в целях сексуальной эксплуатации. Оно, как правило, включает наказание за сводничество; за сводничество, сопряженное с насилием, и торговлю людьми. Статьи, посвященные сводничеству, направлены против «сводников» - тех, кто поставляет женщин и детей или приобретает их в «непристойных целях». В некоторых странах эти статьи применяются к перемещению или передвижению людей через границы государства. «Сводничество, сопряженное с насилием» подразумевает угрозы, насилие, изнасилование и другие формы насилия, применяемые в течение акта сводничества.

«Общим» федеральным законом по торговле людьми в Соединенных Штатах является Закон о белом рабстве («Mann Act/White Slave Act» 19 U.S. Code 2421), хотя могут применяться и другие (2422, 2423, и 1328). Закон о белом рабстве применяется к любому (совершеннолетнему или несовершеннолетнему), кто сознательно перемещает другое лицо через границу штата или государства  с целью вовлечения в проституцию или совершение иных правонарушений сексуального характера. Проститутка в данном случае является жертвой, и ее согласие не смягчает вину. Наказывается такое деяние лишением свободы на срок до 10 лет.  

Признавая наличие в Америке огромного рынка славянских женщин, было приложено значительное усилие для представления в Конгрессе США законодательства против торговли людьми, которое бы позволило преследовать перевозчиков и посредников, ввозящих женщин и детей в страну в целях эксплуатации, а также защитить и проводить реабилитационные процедуры в отношении жертв таких преступлений. Закон о защите жертв торговли («Trafficking Victims Protection Act of 2000»), впервые представленный членом нижней Палаты Конгресса Кристофером Смитом (республиканец – Нью-Джерси) в ноябре 1999 г., был принят Палатой представителей и Сенатом 11 октября 2000 г. Первоначальный вариант закона (HR 3244) был принят в мае 2000 г. и передан в Сенат. Сенат принял его в июле с двумя поправками, отражающими вариант законопроекта, разработанного сенаторами Уеллстоуном (демократ - Миннесота) и Браунбэком (республиканец - Канзас). Обе версии затем были отправлены на обсуждение согласительной комиссией для урегулирования разногласий. Комиссия закончила свою работу 5 октября и ее результат - новый законопроект - теперь именуемый «Закон о защите жертв торговли и насилия 2000 г.», принятый Палатой представителей 6 октября 371 голосом (против 1), после – Сенатом 11 октября 90 (против 5). 28 октября 2000 г. Президент Клинтон подписал данный Закон.

В первоначальный вариант законопроекта было внесено 4 дополнительных части. Наиболее существенная - глава  против насилия над женщинами, которая предусматривает выдачу пособий и порядок оказания помощи пострадавшим от домашнего насилия в США. Это в своем роде реанимация старого закона, принятого в 1994 г., чей срок действия истек 1 октября с.г. Новый закон продляет действие отдельных программ грантов для оказания содействия работникам правоохранительных органов, социальным работникам и прочим, работающим с преступлениями сексуального характера и домашним насилием.333      

Ключевые положения «Закона о защите жертв торговли и насилия» предусматривают следующее:

  •  Внести изменения в УК США, которые бы позволили фонды, формируемые из средств, полученных от реализации арестованного и конфискованного имущества, тратить на нужды жертв.
  •  Внести в УК США изменения, увеличивающие максимальный срок лишения свободы до 20 лет с возможностью назначения пожизненного заключения для случаев торговли, закончившихся смертью жертвы, или усугубленных похищением, сопряженным с сексуальным насилием или покушением на убийство.
  •  Внести в УК США изменения, запрещающие и преследующие ввоз для передачи в рабство, кабалу или рабоподобные условия; секс-торговлю детьми, сопряженную с насилием, обманом или принуждением; незаконное владение или уничтожение идентификационных или иммиграционных документов другого лица в процессе совершения преступления.
  •  Внести изменения в Закон о лоббировании и коррупции (the Racketeer Influenced and Corrupt Organizations Act (RICO)), добавив в предусматриваемый им список преступлений те, что связаны с торговлей людьми.
  •  Обязать осужденных перевозчиков обеспечить полную реституцию своим жертвам.
  •  Обязать Федеральную Комиссию по приговорам (the U.S. Sentencing Commission) контролировать и изменять основные положения приговора для обеспечения соответствия наказания совершенному преступлению.
  •  Внести изменения в Закон об иммиграции и натурализации (the Immigration and Naturalization Act), учреждающие новый вид неиммиграционной визы – Т-визу – для жертв торговли и их семей.
  •  Разрешить в определенных случаях Министру юстиции приравнивать статус владельца Т-визы к статусу резидента.
  •  Обязать Министра юстиции оказывать в пределах США помощь жертвам торговли вне зависимости от их иммиграционного статуса.
  •  Разрешить Министру юстиции выдавать штатам, территориям, владениям, индейским племенам и неправительственным организациям субсидии на развитие или на расширение и поддержку программ оказания помощи жертвам торговли людьми.
  •  Разрешить Министру юстиции отказывать по основаниям недопустимости для жертв торговли.
  •  Обязать Госсекретаря представлять Конгрессу ежегодные отчеты по проблеме торговли людьми.
  •  Разрешить Президенту применение экономических санкций в соответствии с Международным актом о чрезвычайных экономических полномочиях (the International Emergency Economic Powers Act), включая заморозку активов, расположенных на территории США.
  •  Потребовать от Госсекретаря / AID Администратора учредить и обеспечить существование в зарубежных странах программ по безопасности интеграции, реинтеграции и переселения жертв торговли и их детей.
  •  Создать в рамках Госдепартамента an interagency task force по контролю и борьбе с торговлей людьми.
  •  Гарантировать, что представительства США за рубежом будут проводить исследования и информировать о торговле людьми, наладят контакты с местными неправительственным организациями, изучающими проблему. Тем странам, которые не в состоянии исследовать и/или предпринимать действия против перевозчиков на своей территории, будет отказано в  предоставления правовой помощи по уголовным делам «на основании противоречия государственным интересам США».
  •  Уполномочить Министра здравоохранения и социальной защиты обеспечить предоставление помощи жертвам торговли и их детям на территории США, а Президента - обеспечить программы помощи жертвам торговли и их детям за границей.

Законодательство РФ по проблеме торговли людьми

Новый УК РФ содержит несколько статей, связанных с торговлей людьми в целях сексуального характера. Нормы, которые применимы к этим преступлениям, включают ст.132 «Насильственные действия сексуального характера», ст.133 «Понуждение к действиям сексуального характера» и ст.240 «Вовлечение в занятие проституцией», предусматривающие наказания за сексуальные преступления, связанные с торговлей. Как отмечают работники российских правоохранительных органов, ст.ст.240, 241 предназначены для наказания преступников, которые вовлекают в занятие проституцией, но они не могут быть обвинены, если не будет доказано применение угроз, шантажа или обмана для вовлечения женщин в занятия проституцией, которые практически всегда очень трудно определить. Женщины часто отвечают с энтузиазмом на предложение работы за границей, становясь жертвами обмана и лживой рекламы. Однажды будучи принуждены к занятию проституцией, во многих случая против их воли, они становятся жертвами физического злоупотребления, насилия, позора и неохотно идут на оказание содействия в расследовании, боясь расправы. Кроме того, эти статьи применяются к женщинам, пострадавшим от этих преступлений в РФ и не обязательно применимы к российским женщинам, проживающим за границей.

Для того, чтобы уменьшить объемы торговли, описанной выше, в УК следует скорректировать ст.ст.240-241 или ввести новую статью и криминализировать создание коммерческой организации, которая вовлекает людей в занятие проституцией и другие формы сексуального обслуживания. Она была бы направлена против множества учреждений, формально легальных, таких, как массажные кабинеты, сауны, ночные клубы и рестораны, которые фактически используются в криминальных целях.334

Другие статьи, связанные с незаконной перевозкой людей, – это ст.126 «Похищение человека», ст.ст.150, 152 (вовлечение                         несовершеннолетних в преступную и антиобщественную деятельность и торговля несовершеннолетними).335 Эти статьи должны быть изменены и направлены против российских граждан, находящихся за пределами РФ, которые могут выполнять функции посредников (рекламодатели, фальшивые агентства, журналисты, нотариусы, аудиторы, охранники, взяточники, укрыватели и соучастники).

Нет законодательства, разработанного для защиты и реабилитации жертв преступлений, таких как принуждение к занятию проституцией (ст.133 «Понуждение к действиям сексуального характера»).

Требуется изменение механизма требований к регистрации предпринимателей и коммерческих организаций, работающих за рубежом. Так же необходимы и дополнительные изменения в статьи ГК, КЗоТ, СК (Семейный кодекс) и иммиграционных законов.

Рекомендации

Прежде всего необходимо предпринять меры, которые бы позволили защитить женщин и детей в «поставляющих» странах и сократить рынок услуг в «принимающих» странах Северной Америки, Азии и Европы. Наряду с тем, что рыночная экономика имеет массу положительных аспектов, повышает мобильность и дает больше возможностей в наш век глобализации, она влечет за собой распространение организованной преступности, высокие человеческие и социальные затраты – все это слишком высокая цена для многих слаборазвитых стран, неспособных полноценно конкурировать на общемировом рынке.

Для эффективной борьбы с торговлей людьми необходимо создание всесторонней транснациональной стратегии. Она должна включать в себя способы защиты женщин и детей от криминалитета, эффективную систему расследования и привлечения к ответственности за эти преступления, и, в первую очередь, правовое обеспечение жертв этих преступлений, которые остаются  за рубежом как нелегальные мигранты без всяких прав.

Торговля людьми - многогранное и развивающееся явление, растущее и меняющееся наряду с экономической глобализацией и трудовой мобильностью, технологическим прогрессом, бедностью и экономическими и политическими изменениями, культурным взаимодействием и социальным статусом, политической коррупцией. Среди действий, которые необходимо предпринять, можно выделить следующие:

Обеспечение защиты жертв и система реабилитации

Для обеспечения защиты жертв и работы системы реабилитации необходимо, с одной стороны, обеспечение личных прав человека, а с другой – уголовное преследование деяний, связанных с торговлей людьми. Как было подчеркнуто на прошедшей в 2000 г. международной конференции по торговле людьми, эффективное уголовное преследование затруднительно без согласия жертв выступать в качестве свидетелей на процессе. Следовательно, правоохранительным органам необходимо сотрудничать с социальными организациями, которые в состоянии защитить жертву и провести в отношении нее комплекс реабилитационных процедур.

Прекрасным примером высокой эффективности подобного рода организаций, помогающих в профилактике торговли людьми и защите жертв, является Кризисный центр «Ангара» в г.Иркутске. Вдобавок к освещению проблем торговли на образовательных симпозиумах и через СМИ,  КЦ собирает информацию о фирмах и брачных агентствах, которые предлагают работу за границей, и распространяет практическую информацию о рисках принятия подобного предложения. Один из проспектов «Ангары» дает детальные советы тем, кто отвечает согласием на предложение работы в другой стране. Её рекомендации женщинам и девушкам, принимающим во внимание трудоустройство за границей, включают: держать паспорт и визу всегда при себе, знать имя и адрес работодателя, зарплату, условия проживания и положения контракта; оставить копии своих документов родителям или друзьям. Они также советуют договориться о сигнале предупреждения в случае прослушивания телефона. Перед поездкой в другие страны, КЦ советует позвонить в посольство этой страны и запросить подробную информацию об ее иммиграционных и трудовых законах. КЦ «Ангара» имеет «горячую линию» для женщин, которые пострадали от домашнего и сексуального насилия, и центр психологического консультирования  реабилитационного характера.