16506

Авторское право на произведения науки, литературы и искусства. Учебное пособие

Книга

Государство и право, юриспруденция и процессуальное право

М. И. НИКИТИНА АВТОРСКОЕ ПРАВО НА ПРОИЗВЕДЕНИЯ НАУКИ ЛИТЕРАТУРЫ И ИСКУССТВА ИЗДАТЕЛЬСТВО КАЗАНСКОГО УНИВЕРСИТЕТА КАЗАНЬ 1972 Печатается по постановлению Редакционно-издательского совета Казанского университета Научный редактор доц. Р. А. Дзыба ...

Русский

2013-06-22

992 KB

21 чел.

М. И. НИКИТИНА

АВТОРСКОЕ ПРАВО НА ПРОИЗВЕДЕНИЯ НАУКИ, ЛИТЕРАТУРЫ И ИСКУССТВА

ИЗДАТЕЛЬСТВО КАЗАНСКОГО

УНИВЕРСИТЕТА

КАЗАНЬ -1972

Печатается по постановлению

Редакционно-издательского совета

Казанского университета

Научный редактор-доц. Р. А. Дзыба

В книге рассматриваются вопросы авторского права на произ-

ведения- науки, литературы и искусства в свете действующего зако-

нодательства. В ней охарактеризованы основные институты автор-

ского права-субъекты, объекты, личные и имущественные права

автора, их реализация и защита. Особое внимание уделено соли-

дарности интересов автора и социалистического общества.

Книга рассчитана на практических работников суда и прокура-

туры, организаций, использующих произведения науки, литературы

и искусства, научных работников и студентов, изучающих спецкурс

<Авторское и изобретательское право>.

ОГЛАВЛЕНИЕ

ВВЕДЕНИЕ . 3

ГЛАВА I. Советское авторское право и место его в системе отраслей права . 9

ГЛАВА II. Субъекты авторского права . 15

ГЛАВА III. Объект авторского права . 35

ГЛАВА IV. Содержание субъективного авторского права . 62

ГЛАВА V. Солидарность интересов автора и общества . 83

ГЛАВА VI. Реализация субъективного авторского права . 94

ГЛАВА VII. Срок действия авторского права. Наследование авторского права . 119

ГЛАВА VIII. Защита авторского права . 128

ВВЕДЕНИЕ

Наука, литература, искусство в период строительства ком-

мунизма являются важнейшими факторами, способствующими

разрешению задач, поставленных Программой Коммунистиче-

ской партии Советского Союза.                            

Всестороннее развитие духовных и физических способностей

советских людей, воспитание их в духе высокой идейности и пре-

данности коммунизму, коммунистического отношения к труду и

общественному хозяйству, полное преодоление пережитков бур-

жуазных взглядов и нравов было бы невозможно без активного

воздействия науки, литературы и искусства. В Отчетном докла-

де XXIV съезду КПСС Л. И. Брежнев отметил: <С продвиже-

нием нашего общества по пути коммунистического строитель-

ства возрастает роль литературы и искусства в формировании

мировоззрения советского человека, его нравственных убежде-

ний, духовной культуры. Естественно поэтому, что партия уде-

ляла и уделяет большое внимание идейному содержанию нашей

литературы и нашего искусства, той роли, которую они играют

в обществе>. (*1).                     

Внимание Коммунистической партии и Советского государ-

ства к этим важным сферам духовной жизни людей проявляется

в виде партийно-государственного руководства идеологической

работой, а также в виде постоянной заботы об охране прав и

интересов лиц, создающих произведения литературы, науки и

искусства.

Благодаря всемерной заботе государства и общества в целом

о развитии науки и искусства, к творческой работе в этих обла--

стях приобщается все большее число людей. Полностью оправ-

дались слова В. И. Ленина о том, что социализм создает воз-

можность втянуть действительно <большинство трудящихся на

арену такой работы, где они могут проявить себя, развернуть

свои способности, обнаружить таланты, которых в народе-не-

початой родник и которые капитализм мял, давил, душил тыся-

чами и миллионами>. (*2). В нашей стране эти таланты создали

-                                               

(**1) Л. И. Брежнев. Отчетный доклад ЦК КПСС XXIV съезду Комму-

нистической партии Советского Союза. Политиздат, 1971, стр. 107,

(**2) В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 35, стр. 195.              

-3-

литературу, науку и искусство такого высокого уровня, какого

не знала еще история.

Осуществляя руководство развитием науки, литературы и

искусства. Коммунистическая партия и Советское государство

придают им партийную целенаправленность, благодаря которой

они приобретают подлинно народный, социалистический харак-

тер. <Сила партийного руководства-в умении увлечь худож-

ника благородной задачей служения народу, сделать его убеж-

денным и активным участником преобразования общества на

коммунистических началах>. (*1).

Положение о партийной целенаправленности литературы бы-

ло впервые выдвинуто В. И. Лениным в статье <Экономическое

содержание народничества и критика его в книге г. Струве>.

В. И. Ленин противопоставил это требование буржуазному объ-

ективизму, который постоянно скатывается к апологетике опи-

сываемых фактов. <...Материализм,- писал он,- включает в

себя, так сказать, партийность, обязывая при всякой оценке

события прямо и открыто становиться на точку зрения опреде-

ленной общественной группы>. (*2).  Следовательно, партийность

вытекает из последовательного признания философского мате-

риализма, который является теоретической основой социали-

стической литературы и науки. Позднее в статье <Партийная

организация и партийная литература> В. И. Ленин писал: <Ли-

тература должна стать партийной. В противовес буржуазным

нравам, в противовес буржуазной предпринимательской, торга-

шеской печати, в противовес буржуазному литературному карь-

еризму и индивидуализму, <барскому анархизму> и погоне за

наживой,- социалистический пролетариат должен выдвинуть

принцип партийной литературы, развить этот принцип и про-

вести его в жизнь в возможно более полной и цельной форме>. (*3).

Осуществление принципа партийности литературы, науки и

всех видов искусства стало еще более необходимым в период

обострения идеологической борьбы между государствами с раз-

личными политическими системами. <Деятели литературы и

искусства,-говорил на XXIV съезде КПСС Л. И. Брежнев,-

находятся на одном из острых участков идеологической борьбы.

Партия и народ не мирились и не будут мириться с попытками..

с какой бы стороны они ни исходили,- притупить наше идейное

оружие, запятнать наше знамя. Если литератор клевещет на

советскую действительность, помогает нашим идеологическим

противникам бороться против социализма, то он заслуживает

лишь одного - общественного презрения>. (*4).

(**1) Л. И. Брежнев. Отчетный доклад ЦК КПСС XXIV съезду КПСС,

Политиздат, 1971, стр. 109-110.

(**2) В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 1, стр. 380- 381.

(**3) В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 12, стр. 100.

(**4) Л. И. Брежнев. Отчетный доклад ЦК КПСС XXIV съезду КПСС.

Политиздат, 1971, стр. 109.

-4-

Партийная направленность литературного и научного твор-

чества в социалистическом обществе не только не ограничивает

свободу творчества, но, напротив, обеспечивает действительную

свободу ученому, писателю, художнику. Опыт показывает, что

лишь тот ученый, тот писатель свободен в своем творчестве.

который глубоко осознал законы общественного развития, всей

душой предан своему народу. Коммунистической партии, социа-

листическому обществу. Претворение принципа партийности в

произведениях дает возможность писателю, художнику стать

выразителем самых прогрессивных общественных тенденций,

носителем самого высокого идеала-идеала коммунизма.

Партийная целенаправленность творчества прекрасно соче-

тается с полным раскрытием таланта художника, с разнообра-

зием форм и стилей, создаваемых на основе метода социалисти-

ческого реализма.

Каждое значительное произведение советский народ рас-

сматривает как свою победу. Вместе с тем произведения незре-

лые в художественном отношении, неглубокие по содержанию,

невыразительные по форме, искажающие советскую действи-

тельность подвергаются строгой, но принципиальной критике.

Авторам же наиболее выдающихся произведений присуждаются

Ленинские и Государственные премии - свидетельство всеоб-

щего признания их труда. Известны десятки ученых, писателей,

композиторов, удостоенных почетного звания лауреата дважды

и трижды. Такое внимание к людям интеллектуального труда,

возможное лишь в условиях социалистического государства,

является величайшим стимулом дальнейшей творческой дея-

тельности.

Иное положение занимают работники творческого труда в

современном буржуазном обществе. Положение писателя, ху-

дожника в капиталистическом государстве зависит от того,

какому классу он служит, чьи интересы защищает его творче-

ство.

Многие писатели, поэты, художники, выполняя волю господ-

ствующего меньшинства, становятся открытыми прислужника-

ми своих хозяев, рупором идей их реакционной, агрессивной по-

литики. Они лицемерно заявляют о своей <свободе>, о <чистом>,

незаинтересованном искусстве, хотя проводят идеи тех, кто им

платит. Это вполне закономерно, ибо <в обществе, основанном

на власти денег, в обществе, где нищенствуют массы трудящих-

ся и тунеядствуют горстки богачей, не может быть <свободы>

реальной и действительной>. (*1). <Жить в обществе и быть свобод-

ным от общества нельзя. Свобода буржуазного писателя, худож-

ника, актрисы есть лишь замаскированная (или лицемерно

(**1) В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 12, стр. 104.

-5-

маскируемая) зависимость от денежного метка, от подкупа, от

содержания>. (*1).

Американская пропаганда, гораздая на выдумки насчет

<свободы творчества> в Соединенных Штатах, старательно

скрывает, что произведения литературы и искусства, подрываю-

щие, с точки зрения власть имущих, социальный строй США, не

доходят до публики, а если и доходят, то выхолощенными, с

расчетом на обман читателя, зрителя. Излюбленными и модны-

ми жанрами современного буржуазного искусства являются де-

тективы и секс, фантастика и мифология, произведения, проник-

нутые мистикой, способные развлечь и отвлечь публику, а не

призывать ее думать и действовать.

В условиях, когда авторы зависят от магнатов капитала, от

подкупа, от содержания, честному художнику трудно сохранить

верность собственным убеждениям, искусству, идеалу служения

людям труда. Поэтому неспособные противостоять этой зависи-

мости уходят из искусства, другие же продолжают борьбу, не-

смотря на гонения правящих кругов. Так, ни террором, ни дема-

гогией хунте военных полковников в Греции не удается заглу-

шить голос истинных представителей культуры, какими явля-

ются композитор Микос Теодоракис и крупнейший греческий

поэт Георгиос Сеферис. Г. Сеферис обвинил военный режим в

том, что он <задушил свободу в Греции и вверг страну в состоя-

ние кризиса и оцепенения, в котором всякой интеллектуальной

жизни грозит застой. (*2). Ни тюрьма, ни ссылки не сломили волю

Микоса Теодоракиса. Музыка его продолжает оставаться сим-

волом сопротивления военному деспотизму <черных полковни-

ков>.

Произведения искусства, литературы, достижения науки в

современном буржуазном обществе выступают как обычный

товар, как объекты коммерческих сделок. Дельцы от искусства

ценят произведения в зависимости от того, насколько выгодно

их можно продать. Не случайно крупнейший гамбургский еже-

недельник <Цайт> завел специальную рубрику-<Искусство

как предмет торговли>. Мир искусства и мир наживы, столь

разные и столь далекие друг от друга, тесно соприкасаются и

часто сливаются в силу частнособственнических интересов бур-

жуазного мира.

Буржуазное авторское право до сих пор выступает в первую

очередь как орудие защиты интересов предпринимателей и

меньше всего охраняет права и интересы создателей произведе-

ний. Так, еженедельник <Цайт> отметил, что если музыканты и

писатели получают известную долю прибыли от своих произве-

дений в виде гонорара, то живописцы вынуждены, как правило,

жить подачками. От повышения цен на картины выигрывают

(**1) В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 12, стр. 104.

(**2) <За рубежом>, 1969, № 28, стр. 30.

-6-

торговцы и владельцы художественных салонов, несмотря на то.

что с января 1966 года в ФРГ формально вступил в силу закон

об охране авторских прав, установивший право живописца на

часть прибыли в зависимости от курса цен на художественном

рынке. Параграф 26 закона гласит: <В том случае, если ориги-

нальное произведение живописи поступит в продажу, продавец

должен уплатить автору часть прибыли в размере одного процен-

та>. <Однако получить этот процент не так-то просто, ибо ху-

дожник, продавший свое произведение, ничего не знает о его

дальнейшей судьбе. Он не может знать ни о перепродаже карти-

ны, ни о размере вырученной суммы. Художнику некуда жало-

ваться, ибо продавец и покупатель картины имеют право оста-

ваться инкогнито>. (*1).

Высказывание К. Маркса о том, что писатель является про-

изводительным рабочим не потому, что он создает идеи, а пото-

му, что он обогащает книгопродавца, издающего его сочине-

ния, (*2), в равной мере относится к художнику, композитору, сце-

наристу, выступающим в качестве наемных рабочих капитали-

стических предприятий, воспроизводящих произведения духов-

ного творчества.

(**1) <За рубежом>. 1969, № 38, стр. 31.

(**2) К. Маркс. Теории прибавочной стоимости. Госполитиздат, 1931, т. 1,

стр. 168.

-7-

ГЛАВА I

СОВЕТСКОЕ АВТОРСКОЕ ПРАВО И МЕСТО ЕГО

В СИСТЕМЕ ОТРАСЛЕЙ ПРАВА

Значительную роль в развитии науки, литературы и искус-

ства, в обеспечении их партийной целенаправленности играет

советское авторское право. Согласно господствующему в лите-

ратуре мнению, нормы авторского права регулируют отношения,

возникающие в результате создания произведений науки, лите-

ратуры и искусства, а также отношения, возникающие при

использовании этих произведений обществом. Вторая группа от-

ношений является наиболее многочисленной и наиболее разно-

образной, поэтому преобладающее большинство норм права

регулирует именно отношения, связанные с использованием

произведений.

Отношения, регулируемые нормами авторского права, скла-

дываются в результате творчества, являющегося, по мнению

профессора О. С. Иоффе, интеллектуальной деятельностью, за-

вершающейся производящим актом, в результате которого по-

являются новые понятия, образы и (или) формы их воплощения,

представляющие собой идеальное отражение объективной дей-

ствительности. (*1). Конечно, не всякий творческий процесс завер-

шается производящим актом, а потому не всегда возникают

отношения, подлежащие правовому воздействию, ибо сам по

себе процесс творчества правовому регулированию не подлежит.

Если же результаты творчества воплощаются в определенную

форму, вследствие чего получают самостоятельное, отдельное

от автора существование, у последнего возникают личные не-

имущественные права, составляющие, по мнению одних, элемент

правоотношения, участником которого автор оказывается, по

мнению других - элемент правового статуса автора.

Личные права автора возникают в силу самого факта созда-

ния произведения, независимо от его качества и назначения.

Последние два обстоятельства учитываются лишь при решении

вопроса об использовании произведения.

(**1) О. С. Иоффе. Советское гражданское право, ч. III. Л., Изд-во ЛГУ,

1965, стр. 5.

-9-

Использование произведения обществом дает возможность

автору реализовать правомочия, возникшие в результате его

создания. Вместе с тем в связи с использованием автор приоб-

ретает ряд личных и имущественных прав, важнейшим из кото-

рых является право на авторское вознаграждение . (*1).

Предоставляемые автору правомочия и возможность их осу-

ществления, обеспечиваемая нормами советского авторского

права, являются важным стимулом творческой деятельности, а

значит, и мерой, способствующей развитию науки, литературы,

искусства.

Нормы, регулирующие отношения, которые складываются в

результате создания и использования произведения, образуют

объективное авторское право, являющееся по твердо установив-

шемуся мнению институтом советского гражданского права.

Это мнение закреплено в ныне действующем гражданскоправо-

вом законодательстве. И Основы гражданского законодатель-

ства, и гражданские кодексы включили в себя нормы об автор-

ском праве, тогда как ранее действовавшие кодексы не регули-

ровали отношения по авторскому праву. Союзные и союзно-

республиканские законы об авторском праве принимались и

действовали независимо, хотя нормы общей части гражданского

права распространялись и на авторские правоотношения.

Так как любое произведение создается трудом автора, прав-

да, отличающимся особым творческим характером, а авторское

вознаграждение есть плата за труд, очевидна близость автор-

ских отношений к трудовым отношениям, а авторского права к

трудовому праву. Это сходство побудило ученых, в особенности

представителей науки трудового права, заняться установлением

признаков, отличающих авторские отношения от трудовых. Для

других оно явилось основанием в определенной части отождест-

вить эти отношения.

Вопросу отграничения авторского права от трудового значи-

тельное внимание уделил А. Е. Пашерстник, который указал це-

лый ряд признаков, отличающих авторские отношения от трудо-

вых. Основным критерием разграничения он считал объект

правового регулирования. Если авторское право регулирует

отношения, связанные с <овеществленным> трудом, то объектом

регулирования трудового права является сам живой труд. (*2).

А. Е. Пашерстник назвал ряд других признаков, которые отли-

чают авторское и трудовое право: различие в оплате труда, пе-

редаваемость авторского права по наследству и некоторые Дру-

гие. Однако нам представляется, что ни особенности в оплате

(**1) В литературе высказывалось мнение, что имущественные правомочия

возникают не в связи с использованием произведения, а в связи с созданием

его, независимо от использования (см. В. И. Серебровский. Вопросы

советского авторского права. М., 1956, стр. 104).

(**2) А. Е. Пашерстник. О понятии вознаграждения за труд рабочих

и служащих.-Вопросы трудового права, М., 1948, стр. 210-211.

-10-

труда, ни передаваемость права по наследству, равно как и по-

добные им признаки, не могут служить достаточным основанием

для отграничения авторского права от трудового. Больше того,

эти особенности вообще нельзя считать отличительными призна-

ками, ибо применение их обусловлено квалификацией конкрет-

ных правоотношений, т. е. если правоотношения признаются

авторскими, к ним применяются особенности оплаты авторского

труда, права автора в определенном объеме переходят по на-

следству; если же отношения квалифицируются как трудовые;

эти особенности к ним неприменимы.

Что же касается объекта правового регулирования, выдви-

нутого А. Е. Пашерстником в качестве основного критерия, то

он, на наш взгляд, заслуживает особого внимания и рассмотре-

ния.

Как уже отмечалось, нормы авторского права регулируют

отношения, возникающие в результате создания и использова-

ния произведения. В процессе создания произведения автор

часто вообще не вступает в какие-либо отношения. Он работает

не в порядке выполнения какой-либо обязанности, а с целью

удовлетворения своей личной потребности либо с какой-то иной

целью. Однако и в тех случаях, когда он работает над произве-

дением в силу трудовых или иных договорных обязанностей,

правовому регулированию подлежит не процесс творчества, ибо

последний, по совершенно правильному замечанию О. С. Иоффе,

есть процесс интеллектуальный, происходящий в сознании чело-

века и природа его такова, что он остается за пределами право-

вого регулирования. (*1). Нормы права регулируют лишь деятель-

ность фактического характера, в процессе которой результаты

интеллектуального творчества приобретают внешне выражен-

ную форму, деятельность, которая требует затраты не только

времени, но и физических сил (сбор материала, запись и зари-

совка на бумаге, организация киносъемок и участие в них

и т.п.). У будущего автора эта деятельность неразрывно связа-

на с творческим процессом, но, составляя видимую часть этого

процесса, она ничем не отличается от трудовой деятельности

рабочих и служащих, не создающих никаких духовных ценно-

стей. Последнее обстоятельство и делает возможным ее право-

вое регулирование, причем регулирование нормами не автор-

ского, а трудового права.

Отношения между предполагаемым автором и организацией

являются только трудовыми до тех пор, пока не появится на

свет произведение как результат творческого труда работника.

Возможны случаи, когда такого результата вообще не будет.

Тогда авторские отношения не возникнут, а потому нормы

авторского права не будут применяться. Если же произведение

(**1) О. С. Иоффе. Основы авторского права. М., Изд-во <Знание>,

1969, стр. 6.

-11-

создано, то, наряду с трудовыми отношениями между автором

и организацией, штатным работником которой он является, воз-

никают авторские отношения. Правда, эти отношения отлича-

ются некоторым своеобразием, что обусловлено трудовыми от-

ношениями автора с данной организацией, но остаются автор-

скими и регулируются нормами гражданского (авторского)

права. Таким образом, отношения в процессе труда или сам

<живой труд> во всех случаях регулируются нормами трудового

права, независимо от того, создаются этим трудом материаль-

ные ценности или продукты духовного творчества. Мы не можем

согласиться с мнением Б. С. Антимонова, Е. А. Флейшиц,

О. С. Иоффе и некоторых других ученых относительно возмож-

ности регулирования <живого труда> авторов авторскими дого-

ворами. Последние, как и другие гражданскоправовые догово-

ры, имеют своим объектом результаты авторского труда, а не

сам труд, даже если они имеют в виду создание еще не суще-

ствующих произведений (договоры заказа). (*1).

В связи с тем, что значительная часть научных произведений

и произведений искусства и литературы создается авторами в

порядке выполнение служебного задания, правомочия авторов.

на такие произведения несколько ограничены, В. И. Корецкий

предложил именовать отношения, возникающие в связи с созда-

нием таких произведений, трудовыми авторскими отношениями

в отличие от гражданских авторских отношений, участники ко-

торых трудовыми договорами не связаны. Такое деление автор-

ских правоотношений представляется необоснованным, так как

понятием трудовых авторских отношений В. И. Корецкий объ-

единяет две группы отношений, регулируемых различными от-

раслями права. Вызывает возражение и его определение трудо-

вых авторских отношений. Специфику их он усматривает в том,

что они <возникают в силу трудовых договоров, норм трудового

и частично гражданского (авторского) права между социали-

стическими организациями и авторами - сотрудниками послед-

них и являются комплексом корреспондирующих правомочий и

обязанностей, связанных созданием авторами произведений

науки. Литературы и искусства и их использованием>. (*2). Это

определение вскрывает противоречивость автора в разрешении

вопроса об основаниях, порождающих трудовые авторские пра-

воотношения. В начале определения таким основанием автор

признает трудовой договор, а затем создание и использование

произведения. Это противоречие не случайно. И то и другою

действительно порождает правоотношения между социалистиче-

ской организацией и ее сотрудником, по не одно и не единое

(**1) Б. С. Антимонов, Е. А. Флейшиц. Авторское право. М., Гос-

юриздат, 1957, стр. 14. О. С. Иоффе. Указанное сочинение, стр. 56-57.

(**2) См. В. И. Корецкий. Авторские правоотношения в СССР. Ста-

линабад. 1959, стр. 191.

-12-

правоотношение, а различные: первое - трудовое, а второе -

авторское. Непоследовательность автора обусловлена стремле-

нием объединить различные отношения, регулируемые нормами

различных отраслей права. Отношения могут быть либо трудо-

выми, либо авторскими, но не теми и другими одновременно.

Все авторские отношения являются гражданскими, а нормы,

регулирующие эти отношения, образуют институт авторского

гражданского права.

По поводу конструкции В. И. Корецкого О. С. Иоффе резон-

но заметил, что это скорее уход от проблемы разграничения

авторского и трудового права, нежели попытка ее разрешения.

Сам же О. С, Иоффе эту проблему считает просто несуществую-

щей. По его мнению, возникает проблема сходства и различия

не трудового и авторского права в целом, а только соответ-

ствующих относительных правоотношений, к тому же лишь тех

из них, которые рассчитаны на создание еще не существующих

произведений. (*1). Это мнение представляется недостаточно обо-

снованным. Руководствуясь им, можно счесть ненужным раз-

граничение любых двух отраслей права, поскольку нет двух

таких отраслей, все институты которых имели бы сходство. Сов-

падение, сходство одного или нескольких институтов всегда

носит ограниченный характер. Однако это не снимает проблемы

отграничения одной отрасли права от другой.

*    *

В СССР на протяжении тридцати с лишним лет действовал

общесоюзный закон <Основы авторского права>, утвержденный

Постановлением ЦИК и СНК СССР от 16 мая 1928 года. (*2).

В соответствии с Основами были разработаны и приняты союз-

нореспубликанские законы об авторском праве. В РСФСР та-

ким законом явилось Постановление ВЦИК и СНК от 8 октября

1928 г. (*3). В последующие годы отдельными нормативными акта-

ми, принятыми на основе этих законов и в их развитие, были

урегулированы авторско-издательские отношения, вопросы вы-

платы гонорара за различные виды произведений.

Названные нормативные акты так обеспечивали материаль-

ное и правовое положение авторов, настолько удовлетворяли

интересы советского народа в области политического и культур-

ного развития, способствуя построению социализма в нашей

стране, что оставались действующими вплоть до 60-х годов, т. е.

до принятия Основ гражданского законодательства Союза ССР

и союзных республик.

(**1) О. С. Иоффе. Указанное сочинение, стр. 57.

(**2) СЗ, 1928, № 27, ст. 245.

(**3) СУ, 1928, № 132, ст. 861.

-13-

С принятием Основ гражданского законодательства нормы

авторского права впервые оказались включенными в общеграж-

данский закон в качестве самостоятельного раздела. Раздел IV

Основ состоит из 11 статей, посвященных наиболее важным во-

просам авторского права и подлежащих развитию в граждан-

ских кодексах союзных республик и в других союзных и союзно-

республиканских актах.

В действующих гражданских кодексах положения Основ по-

лучили дальнейшее развитие и углубление. Разделы IV кодексов

значительны по объему, включают сорок с лишним статей. Так,

в ГК РСФСР раздел об авторском праве представлен 42 статья-

ми, в ГК Грузии-41 статьей, в ГК Узбекистана-46 статьями

и т. д. Кодексы восполнили целый ряд пробелов ранее действо-

вавших законов.

Наряду с Основами и гражданскими кодексами продолжают

действовать ранее изданные нормативные акты в той мере, в

какой они не противоречат новому законодательству. Так,

сохранили силу некоторые правила Закона об авторском праве

РСФСР 1928 года. Вопросы выплаты авторского гонорара регу-

лируются специальными постановлениями Совета Министров

СССР и советов министров союзных республик.

-14-

ГЛАВА II

СУБЪЕКТЫ АВТОРСКОГО ПРАВА

Субъект авторского права - это лицо, которому принадле-

жит субъективное авторское право в целом либо в части. К ним

относятся советские граждане, иностранцы, лица без граждан-

ства и социалистические организации.

Вопрос о правосубъектности в области авторского права

тесно связан с понятием правоспособности, т. е. способности

иметь гражданские права и обязанности. Ст. 9 Основ граждан-

ского законодательства и ст. 10 ГК РСФСР признают за граж-

данами, наряду с другими, возможность иметь права автора

произведения науки, литературы и искусства. Большинство

советских ученых рассматривают эту возможность как один из

элементов гражданской правоспособности. Этот взгляд, выте-

кающий из понимания правоспособности как общей (абстракт-

ной) предпосылки субъективных прав и обязанностей, обосно-

ван в известной работе С. Н. Братуся и принят рядом советских

ученых. (*1).

По мнению А. В. Мицкевича, перечисленные в ст. 9 Основ

возможности представляют собой общие гражданские права,

которыми обладает каждый гражданин <в соответствии с зако-

ном>, т. е. как правоспособное лицо независимо от его участия в

конкретных правоотношениях. Эти общие права служат общей

предпосылкой участия лица в гражданских правоотношениях,

предпосылкой конкретных субъективных прав и обязанностей. (*2).

Из изложенного следует, что А. В. Мицкевич допускает суще-

ствование <общих> гражданских прав вне правоотношений, в

соответствии с законом. Применительно к авторскому праву это

означает, что всякий гражданин является носителем общего

авторского права на произведения науки, литературы, искус-

ства, которое может превратиться в конкретное право лица на

конкретное произведение, когда последнее будет создано.

С точкой зрения А. В. Мицкевича вряд ли можно согласить-

ся. Введение понятия <общее> право наряду с понятиями право-

(**1) С. Н. Братусь. Субъекты гражданского права. М., Госюриздат,

1950, стр. 7-9.

(**2) А. В. Мицкевич. Субъекты советского права. М.,. <Юридическая

литература>, 1962, стр. 16, 18, стр. 21-23.

-15-

способности и субъективного права представляется излишним,

не вносящим ясности в исследуемый вопрос.

Вводя понятие общего гражданского права, автор не дает

его характеристики, не раскрывает его содержания. Говоря об

<общих> правах, он, конечно, не имеет в виду совокупность пра-

вовых норм, т. е. объективное право. Так как третья категория

прав науке не известна, значит, <общие> права--это права

субъективные, хотя автор и избегает употребления этого тер-

мина. Но, во-первых, невозможно существование субъективных

гражданских прав вне правоотношения. Даже если субъектив-

ное право возникает в силу закона, без совершения какого-либо

юридического факта самими субъектами или третьими лицами,

оно возникает и существует в рамках гражданского правоотно-

шения, в противном случае субъективное право было бы неосу-

ществимым, нереальным. Во-вторых, что может означать, в чем

состоять общее субъективное авторское право до создания про-

изведения либо право собственности до приобретения вещи?

Всего лишь возможность создать произведение, приобрести вещь

в собственность. Конечно, если всякую гарантированную зако-

ном возможность считать субъективным правом, то и указанные

выше <общие> права, составляющие содержание правоспособ-

ности, и правоспособность в целом есть не что иное, как субъ-

ективное право, но право особого рода, отличное от конкретного

субъективного права, носителем которого становится гражда-

нин, вступая в гражданские правоотношения. Особый характер

его в том, что осуществление этого права приводит лишь к тому,

что лицо становится субъектом, приобретает конкретное субъ-

ективное право. Удовлетворение же личных и имущественных

интересов возможно лишь в результате реализации последнего.

Таким образом, если согласиться с существованием <общих>

гражданских прав, о которых говорит А. В. Мицкевич, то сле-

дует признать, что эти права есть лишь составные части, эле-

менты еще более <общего> права - правоспособности.

Б. В. Пхаладзе, возражая А. В. Мицкевичу, отмечает, что

ст. 9 Основ содержит перечень не общих, а наиболее существен-

ных, по мнению законодателя, субъективных гражданских

прав. (*1).  <В  содержание  правоспособности,-пишет далее

Б. В. Пхаладзе,-входят не основные (общие) права, а те кон-

кретные права и обязанности, которые может иметь гражданин

на основе закона в различных правоотношениях. Причем эти

права входят в содержание правоспособности не в качестве от-

дельных элементов, а в обобщенном, абстрактном виде. Соотно-

шение правоспособности и конкретных субъективных прав нами

строится по модели соотношения общего и частного>. (*2).

(**1)Б. В. Пхаладзе. Юридические формы положения личности в со-

ветском обществе. Тбилиси, 1969, стр. 40.

(**2) Там же, стр. 41.

-16-

В первой своей части рассуждение Б. В. Пхаладзе представ-

ляется правильным. Затем, как нам кажется, он становится на

точку зрения, против которой только что возражал. Конкретные

субъективные права в обобщенном, абстрактном виде есть те

же <общие> права, о которых говорит А. В. Мицкевич. Только в

этом смысле они могут относиться к правоспособности как част-

ное к общему. Если же говорить о конкретных субъективных

правах, возникающих на основе общего права - правоспособ-

ности, то модель, предложенная Б. В. Пхаладзе, не может быть

признана правильной потому, что субъективное право и право-

способность - явления разного порядка, даже если последнюю

считать субъективным правом особого рода. Разнопорядковость

их обусловлена различными основаниями возникновения, раз-

личными способами осуществления и защиты и т. д. Конкретное

субъективное право будет частным по отношению ко всей сово-

купности субъективных прав, носителем которых является лицо

в каждый данный момент. Что же касается соотношения с пра-

воспособностью, то правильнее строить его по модели соотно-

шения действительного с возможным, уже существующего с тем,

что может быть лицом осуществлено.

Таким же представляется соотношение понятий правоспособ-

ности и субъективного права. По мнению С. Н. Братуся, право-

субъектность и правоспособность - понятия равнозначные, ибо

и то и другое означает способность или право быть субъектом

гражданских прав и обязанностей. (*1). То же толкование находим

у А. В. Мицкевича, считающего, что признание правосубъект-

ности нельзя связывать с наличием или отсутствием конкретного

субъективного права и обязанности. В содержание правосубъ-

ектности входят не сами конкретные субъективные права и обя-

занности, а юридическая возможность (способность) иметь эти

права и нести обязанности, возникающие у данного субъекта

права тогда, когда он вступает в конкретные правоотношения. (*2).

Отождествление понятий правоспособности и правосубъект-

ности основано на понимании последней только как возмож-

ности или способности иметь права и нести обязанности. Против

такого понимания правосубъектности в литературе высказаны

довольно решительные  возражения. Так, О. С. Иоффе и

М. Д. Шаргородский считают, что правосубъектность включает

в себя не только способность быть носителем прав и обязанно-

стей, но также способность к их самостоятельному осуществле-

нию. На этом основании О. С. Иоффе и М. Д. Шаргородский, а

также некоторые другие исследователи распространяют понятие

правосубъектности как на правоспособность, так и на дееспо-

собность. (*3).

(**1) С. Н. Братусь. Указанная работа, стр. 6.

(**2) А. В. Мицкевич. Указанная работа, стр. 14-15.

(**3) I. С. Иоффе, М Д. Шаргородский. Вопросы теории права.

М., <Юридическая литература>, 1961, стр. 211.

-17-

А. В. Мицкевич также рассматривает дееспособность как

особое качество правосубъектности, служащее условием осуще-

ствления прав и обязанностей. Однако это может быть правиль-

ным для других отраслей права. В области же гражданского

права и процесса гражданин признается субъектом права и при

отсутствии дееспособности. (*1).

Ограниченное понимание гражданской правосубъектности,

на наш взгляд, противоречит общему понятию правосубъект-

ности в советском праве. Преобладающее большинство ученых

теоретиков, административистов и представителей других отра-

слевых наук считает, что субъект - это не только носитель прав

и обязанностей, но и лицо, самостоятельно осуществляющее

права и само исполняющее обязанности. Другими словами,

общее понятие правосубъектности включает в себя оба каче-

ства: право- и дееспособность. Это понятие должно быть рас-

пространено и на область гражданских правоотношений. Но в

связи с этим неизбежен вопрос о правосубъектности недееспо-

собных. Известно, что малолетний или душевнобольной может

быть собственником имущества, обладать авторским правом.

правом на жилую площадь и т. п. Таких граждан, обладающих

правами и обязанностями, но не способных к их осуществлению,

следовало бы именовать неполными или частичными субъектами

в отличие от полных, обладающих правоспособностью п полной

дееспособностью. Совершенно очевидно, что понятие неполного

(частичного) субъекта не совпадает с понятием частично дее-

способного лица, ибо неполными субъектами будут не только

частично дееспособные, но и полностью недееспособные. Их

частичная правосубъектность состоит в возможности правооб-

ладания, а может быть, также в возможности правоосуществле-

ния. С другой стороны, в случаях, предусмотренных законом, и

до достижения совершеннолетия гражданин может быть пол-

ным субъектом правоотношений, например авторских правоот-

ношений. Предусмотренная ст. 13 ГК РСФСР и соответствующи-

ми статьями ГК Других союзных республик возможность лица,

достигшего 15-летнего возраста, самостоятельно осуществлять

авторские права на созданное им произведение, делает его пол-

ным участником самых разнообразных отношений, возникаю-

щих в связи с реализацией авторского права. Однако подросток

осуществляет лишь авторское право на произведение, созданное

трудом его самого. Если же авторское право унаследовано им,

io других лиц, осуществление его возможно лишь с участием

законных представителей. Иными словами, полным субъектом

авторского права, полученного по наследству, лицо может стать

только с достижением восемнадцатилетнего возраста.

Необходимо заметить, что лица, восполняющие частичную

дееспособность подростков от 15 до 18 лет, а также действующие

(**1) А. В. Мицкевич. Указанная работа, стр. 61.

-18-

от имени недееспособных, (представители) не становятся субъ-

ектами тех прав, которые они осуществляют от имени и в инте-

ресах недееспособных (частично дееспособных), ибо необходи-

мым качеством субъекта является правообладание, а таковое у

них отсутствует.

Оригинальное решение вопроса о соотношении право- и дее-

способности предложено Б. В. Пхаладзе. Он рассматривает дее-

способность не как одно из качеств правосубъектности наряду с

правоспособностью, а как юридический факт, порождающий

правоспособность, как условие ее возникновения. (*1). Если пра-

вильность этого взгляда можно как-то обосновать применитель-

но к другим отраслям права, то ошибочность его в области

гражданского права совершенно очевидна. Возникновение граж-

данской правоспособности не только не зависит от дееспособ-

ности, но и намного предшествует ей во времени.

В теории гражданского права принято различать субъектов

первоначального и производного авторского права. К субъек-

там первоначального авторского права относятся лица, твор-

ческой деятельностью которых произведения создаются. Ко

второй категории субъектов права принято относить лиц, непо-

средственно не создававших произведение, но в силу закона

или договора получивших отдельные авторские правомочия.

такие как право воспроизводить произведение и распростра-

нять его, перерабатывать произведение одного вида в другой,

извлекать имущественную выгоду из использования произведе-

ния и некоторые другие. Никто, кроме автора, не может ни на

основании закона, ни в силу договора приобрести авторское

право в целом, поскольку оно включает правомочия, неотдели-

мые от личности творца произведения.

Деление авторского права на первоначальное и производ-

ное не является надуманным. Оно имеет не только теоретиче-

ский интерес, но и определенное практическое значение. В зави-

симости от отнесения лица к той или иной категории определя-

ется объем его правомочий, срок действия их, а для лиц

в возрасте от 15 до 18 лет и возможность самостоятельного их

осуществления.

Но деление это признается не всеми. Так, И. А. Грингольц,

подвергая критике дискуссию о признании за организациями

первоначального или только производного авторского права,

объявил ее оторванной от жизни, носящий схоластический ха-

рактер. (*2). По мнению В. И. Корецкого, спор о первоначальных

и производных правомочиях уводит в сторону от другого во-

проса-об объеме авторских правомочий и обязанностей у раз-

(**1) Б. В. Пхаладзе. Юридические формы положения личности в со-

ветском обществе, стр. 22.

(**2) И. А. Грингольц.  Права автора сценического произведения

в СССР. Автореферат кандидатской диссертации, 1953, стр. 11.

-19-

личных категорий физических и юридических лиц. (*1). Поэтому,

игнорируя это деление, В. И. Корецкий предлагает следующую

классификацию субъектов авторских правоотношений:

а) авторы либо соавторы произведений науки, литературы,

искусства;

б) социалистические организации, учреждения, предприятия;

в) наследники авторов;

г) Советское государство.

Детализируя свою классификацию, В. И. Корецкий относит

к авторам, наряду с создателями произведений и переводчика-

ми, также лиц, использовавших в соответствии с законом или

договором произведения других авторов для создания новых.

произведений, существенно отличающихся от первых. (*2).

С подобной классификацией нельзя согласиться, особенно

в ее общей форме. Известно, что авторами произведений могут

быть не только граждане, но и социалистические организации,

учреждения, предприятия; наследниками авторов также могут

быть и организации, и граждане. Выделяя из прочих участни-

ков авторских правоотношений авторов и соавторов, В. И. Ко-

рецкий невольно проводит им самим отвергнутое деление автор-

ского права на первоначальное и производное. На этом же де-

лении основывается противопоставление лиц, самостоятельно

создавших произведение, лицам, использовавшим на основе

договора с автором чужое произведение для создания нового.

Вторые от первых отличаются тем, что еще до создания нового

произведения они становятся носителями отдельных авторских

правомочий (на чужое произведение), полученных по договору

с автором.

Б. С. Антимонов и Е. А. Флейшиц, признавая деление автор-

ского права на первоначальное и производное, считают, что

производное - это право, перешедшее от одного лица к друго-

му. А так как в советском гражданском праве авторское пра-

во, да и то-не в полном составе, переходит только по наследст-

ву, а также к государству в случае его выкупа, существование

производного авторского права в лице кого бы то ни было, кро-

ме наследников автора, невозможно. (*3).

В. Г. Камышев также считает, что к советским издательст-

вам авторские права не переходят. (*4). В. Л. Чертков не признает

качество субъектов авторского права и за наследниками. Субъ-

ектами, по его мнению, могут быть только создатели произве-

(**1) В. И. Корецкий. Авторские правоотношения в СССР, стр. 241.

(**2) Там же.

(**3) Б. С. Антимонов, Е. А. Флейшиц. Авторское право, стр. 77.

(**4) В. Г. Камышев. Личные и имущественные права авторов при из-

дании их литературных произведений в СССР. Автореферат кандидатской

диссертации. М., 1970, стр. 7.

-20-

дений. (*1). Такое ограничение круга субъектов производного ав-

торского права нельзя признать обоснованным.

Более правильным представляется мнение, согласно ко-

торому субъектами производного авторского права могут быть

и такие юридические лица, как издательства, театры, кино, те-

левизионные студии, промышленные предприятия и другие со-

циалистические организации. Это мнение разделено М. В. Гор-

доном, который писал: <Производное авторское право может

возникнуть у юридического лица в силу ... издательского, поста-

новочного или сценарного договора. Возможны и иные сделки,

по которым юридическое лицо приобретает авторское право

у создателя произведения>. (*2).

В. И. Серебровский также полагает, что возможность юри-

дического лица быть субъектом производного авторского пра-

ва не вызывает сомнений и что это право юридическое лицо

приобретает по договору с автором. (*3). В работах последнего

времени мнение это поддержано А. П. Вилейта, признавшего

субъектами любых юридических лиц: издательства, театры,.

предприятия и другие организации - в соответствии с их спе-

циальной правоспособностью. (*4).

Возражая М. В. Гордону, Б. С. Антимонов и Е. А. Флейшиц

отмечают, что в результате перехода к издательству авторского

права на произведение стало бы невозможным издание его в

периодической печати, в полном собрании сочинений, от автора

не требовалось бы согласия на переиздание и т. д. (*5).

Но эти доводы могут быть легко опровергнуты. Автор, за-

ключив договор, сохраняет за собой все предоставленные зако-

ном правомочия. Почему же он в силу ст. 509 ГК РСФСР не

вправе без письменного согласия другой стороны передавать

произведения другим организациям для использования его тем

же, а иногда и иным способом? Очевидно потому, что в течение

срока действия договора право на использование произведения

принадлежит издательству, театру и другим юридическим ли-

цам. Хотя в ст. 503 ГК, определяющей понятие авторского до-

говора, говорится о передаче произведения для использования,

а не права на использование, однако последнее предполагается,

в противном случае использование было бы неправомерным.

Конечно, юридическое лицо приобретает по договору не ав-

торское право в целом, а лишь отдельные правомочия. Поэтому

(**1) В. Л. Чертков. Наследование авторских прав.- <Советское госу-

дарство и право>, 1970, № 11, стр. 120.

(**2) М. В. Гордон. Советское авторское право. М., Госюриздат, 1955,

стр. 48.

(**3) В. И. Серебровский. Вопросы советского авторского права. М.,

Изд-во АН СССР, 1956, стр. 89.

(**4) А. П. Вилейта. Личные неимущественные правоотношения по со-

ветскому гражданскому праву. Автореферат кандидатской диссертации. М"

1967, стр. 8.

(**5) Б. С. Антимонов, Е. А. Флейшиц. Авторское право, стр. 77-78.

-21-

можно было бы согласиться с В. А. Кабатовым, что следует

говорить не об авторском праве юридического лица, а об от-

дельных его правомочиях в связи с созданием и использовани-

ем произведения. (*1). Но в таком случае в поправке нуждается и

терминология применительно к наследникам, которые также

наследуют лишь отдельные правомочия, однако в законе речь

идет об авторском праве наследников. Совершенно прав

В. И. Серебровский, считая, что именно потому, что к право-

преемникам автора переходят не все правомочия и не по всем

способам их использования, имеет смысл пользоваться поня-

тиями первоначального и производного авторского права. (*2).

Объем передаваемых правомочий определяется соглашением

автора с лицом, намеревающимся использовать произведение.

При наследовании авторского права их объем определяется за-

коном, причем объем правомочий у наследников обычно шире,

чем у лиц, получивших их по договору с автором. Производное

авторское право наследников в свою очередь может быть пере-

дано по договору другому лицу.

Для производного авторского права характерна срочность

действия. Наследники осуществляют его в пределах срока, ука-

занного в законе, а другие субъекты-в течение срока, уста-

новленного законом и договором. Действующее законодатель-

ство признает первоначальное авторское право за гражданами

и социалистическими организациями.

Творцом произведения, а значит, и автором, может быть лю-

бой гражданин СССР независимо от пола, возраста, националь-

ности и расы. Советскому обществу известны случаи, когда

совсем юные граждане создают высокохудожественные произ-

ведения музыки, слагают стихи, пишут картины. Их произведе-

ния используются обществом наряду с произведениями взрос-

лых граждан и на них распространяются все нормы, регули-

рующие авторские правоотношения.

Основы и гражданские кодексы союзных республик при-

знают авторское право за гражданами СССР независимо от

того, выпущено произведение в свет, а также находится в ка-

кой-либо объективной форме на территории СССР или на тер-

ритории иностранного государства. Субъектами авторского пра-

ва признаются также граждане иностранных государств и лица

без гражданства. Согласно ст. 477 ГК РСФСР авторское право

на произведение, впервые выпущенное в свет на территории

СССР, либо не выпущенное в свет, но находящееся на терри-

тории СССР в какой-либо объективной форме, признается за

автором и его наследниками независимо от их гражданства.

(**1) В. А. Кабатов. Советское авторское право на произведения изоб-

разительного искусства. Автореферат кандидатской диссертации, М., 1954,

стр. 7.

(**2) В. И. Серебровский. Указанная работа, стр. 89.

-22-

Признание за иностранными гражданами авторского права

на произведение, впервые выпущенное в свет или находящееся

в какой-либо объективной форме на территории иностранного

государства, возможно лишь в соответствии со специальными

международными соглашениями, заключенными Советским

Союзом. Примером могут служить Советско-Венгерское и Со-

ветско-Болгарское соглашения о взаимной охране авторских

прав. Первое заключено в Будапеште 17 ноября 1967 г., вто-

рое- в Софии 8 октября 1971 г. В соответствии с ними, охране

подлежат авторские права на произведения науки, литературы

и искусства граждан одной страны при условии, что произведе-

ние было впервые выпущено в свет (издано или публично ис-

полнено) на территории другой страны, а автор или его наслед-

ники постоянно проживают в СССР либо соответственно в

Венгрии или Болгарии. Соглашения исключают охрану автор-

ских прав на произведения, впервые опубликованные в третьих

странах, а также на произведения тех лиц, которые постоянно

проживают за пределами стран-участниц соглашений, незави-

симо от того, в чьем гражданстве они состоят.

Советско-Венгерское и Советско-Болгарское соглашения ос-

новываются на принципе национального режима, т. е. гражда-

нам каждой из этих стран обеспечивается охрана авторских

прав в другой стране на тех же условиях, какие установлены

ее законодательством в отношении собственных граждан. Эти

соглашения являются первыми международными актами в об-

ласти охраны авторских прав с участием Советского Союза.

Генеральный директор Венгерского управления по охране ав-

торских прав И. Тимар отметил, что заключение с Венгерской

Народной Республикой такого соглашения воспринято венгер-

ской общественностью с большим удовлетворением как прояв-

ление глубокого уважения к их национальной культуре. (*1).

Заслуживает внимания вопрос о принадлежности первона-

чального авторского права юридическим лицам.

Целый ряд исследователей ранее действовавшего законода-

тельства отрицательно относились к такой возможности.

И. Я. Хейфец утверждал, что юридическое лицо может при-

обрести авторское право только в виде <производного права,

так как первично оно возникает у индивидуальных авторов или

коллективных соавторов. (*2).  Позже этот взгляд разделил В. И. Се-

ребровский в упомянутой работе и некоторые другие ученые.

Отрицательное отношение к признанию авторского права за

юридическими лицами можно встретить и в работах, написан-

ных на основе ныне действующего законодательства. Так,

А.М. Гарибян считает, что термин <авторское право> примени-

(**1) И. Тимар. Советско-Венгерское соглашение о взаимной охране ав-

торских прав.-<Советское государство и право>, 1968, №8, стр. 93.

(**2) И. Я. Хейфец. Авторское право. М., 1931, стр. 70.

-23-

тельно к праву юридического лица может использоваться лишь

условно.. Признание за юридическими лицами авторского пра-

ва оправдано потребностями международного оборота. Это от-

носится к кино- и телестудиям, которые, опираясь на предо-

ставляемое им авторское право, заключают авторские соглаше-

ния с иностранными организациями. Во всех остальных случаях

признание авторского права за юридическим лицом не вызы-

вается необходимостью. (*1).

Иначе относятся к вопросу о принадлежности авторского

права юридическим лицам Б. С. Антимонов и Е. А. Флейшиц.

По их мнению, нет необходимости обсуждать этот вопрос в от-

ношении юридических лиц, за которыми сам закон признает

авторское право. В качестве таковых Основы авторского трава

называют издательства, выпускающие повременные издания

и словари, киностудии и фотографические предприятия. Что же

касается юридических лиц, не названных в законе, они, по мне-

нию Б. С. Антимонова и Е. А. Флейшиц, субъектами авторского

права быть не могут. (*2).

Оригинально разрешает вопрос о принадлежности перво-

начального авторского права юридическому лицу Н. А. Райго-

родский. Признавая за научными учреждениями, киностудиями

и издательствами первоначальное авторское право, он вместе

с тем утверждает, что в комплексе авторских правомочий юри-

дического лица никогда не может быть права авторства, по-

скольку оно может принадлежать исключительно определенному

лицу или группе лиц, как бы велика эта группа ни была. (*3). Да-

лее Н. А. Райгородский пишет, что по мысли закона авторское

право может возникать у юридического лица одновременно

с возникновением права авторства у действительного автора,

причем возникать первоначально, а не в порядке преемства от

автора. (*4). Такое суждение нельзя признать правильным. Оно не

соответствует ни прежнему, ни ныне действующему законода-

тельству. В том случае, когда создается лишь один объект

авторского права, у юридического лица никаких авторских пра-

вомочий в отношении его не возникает. Так, научное учрежде-

ние не приобретает авторского права на произведения, созда-

ваемые в порядке выполнения служебного задания. Авторское

право на них, хотя я в несколько ограниченном объеме, при-

надлежит только научному работнику.

По-иному складываются отношения, когда в результате

деятельности юридического лица наряду с произведениями,

создаваемыми трудом отдельных авторов, возникает особый

(**1) А. М. Гарибян. Авторское право на произведения науки в СССР.

Автореферат кандидатской диссертации. М., 1966, стр. 9.

(**2) Б. С. Антимонов, Е. А. Флейшиц. Авторское право, стр. 75.

(**3) Н. А. Райгородский. Юридическое лицо как субъект авторского

права. <Очерки по гражданскому праву>, Изд-во ЛГУ, 1957, стр. 203.

(**4) Там же, стр. 206.

-24-

объект права (кинофильм, журнал, сборник научных трудов). (*1).

В этом случае действительно одновременно с правом авторов

отдельных частей произведения возникает авторское право юри-

дического лица. Но как всякое первоначальное право оно вклю-

чает в себя право авторства. Именно право авторства обуслав-

ливает принадлежность юридическому лицу других авторских

правомочий.

Закон признает в качестве объектов авторского права науч-

ные сборники, энциклопедические словари, журналы и другие

периодические издания, а также кино- и телевизионные филь-

мы, радио и телевизионные передачи, с одной стороны, и вклю-

ченные в них произведения - с другой. Те и другие являются

результатом творческого труда различных лиц. Создание пер-

вых было бы невозможно без организующей деятельности юри-

дических лиц. А организующая деятельность-это не только

организационно-техническая работа, но и работа, несущая чер-

ты творчества. Для каждой организации характерен свой стиль;

свои методы творчества, а это накладывает отпечаток индиви-

дуальности на результат работы, благодаря чему, например,

кинофильм, созданный одной студией, можно отличить от про-

изведений других студий.

Без организующей роли юридических лиц создание таких

сложных произведений, как научные сборники, журналы, энци-

клопедические словари, кинофильмы было бы невозможным.

Кроме того, не следует забывать, что распространение произве-

дений в обществе налагает ответственность за их качество.

А вопрос об ответственности неразрывно связан с вопросом об

авторстве произведения. Изложенное и обусловливает призна-

ние за юридическими лицами первоначального авторского пра-

ва, включающего такой важный элемент, как -право авторства.

Некоторые ученые иначе объясняют наделение юридических

лиц первоначальным авторским правом. М. В. Гордон, проводя

аналогию между соответствующими нормами авторского права

и нормами, определяющими право на заводское изобретение,

считал, что авторское право юридических лиц возникает лишь

в случаях, когда конкретные авторы произведения не могут

быть определены. (*1). Аналогия действительно в какой-то мере су-

ществует, но она не полная. Изобретение признается заводским,

когда невозможно точно определить круг лиц, работавших над

ним. Создатели же кинофильма, журнала, словаря не только

известны в основном, но и обозначены на самом произведении.

Но это лишь авторы отдельных частей произведения. Для соз-

дания на их основе единого произведения нужна организующая

и направляющая деятельность коллектива сотрудников редак-

ции, киностудии и др. Будь эта деятельность творческая или

техническая, отделить ее от самого юридического лица невоз-

(**1) М. В. Гордон. Советское авторское право, стр. 50.

-25-

можно. Характер деятельности коллектива и неотделимость ее

от самого юридического лица и лежит в основе наделения пос-

леднего авторским правом.

А. Ваксберг и И. Грингольц объясняют наделение киносту-

дии авторским правом на кинофильм двойственной природой

последнего. Они утверждают, что в кинематографии, в отличие

от других видов искусства, нематериальное и материальное

производство слиты в едином процессе, в результате чего кино-

фильм является не только продуктом художественной деятель-

ности, но одновременно и вещным продуктом материального

производства; хотя творческий коллектив, создавший картину,

персонально определен в силу сложившихся в СССР экономи-

ческих отношений, он не может выступать как самостоятельный

производитель материального продукта. Таким производителем

выступает лишь предприятие. Поэтому законодатель и присвоил

киностудии авторское право на кинокартину. (*1). Этим объясне-

нием можно было бы удовлетвориться, если бы киностудия бы-

ла единственным юридическим лицом, наделенным по закону

авторским правом. Но субъектами признаются и такие орга-

низации, которые в материальном производстве не участвуют

(научные учреждения, выпускающие научные сборники). Зна-

чит, дело не в отношении субъекта к материальному производ-

ству, а в характере его деятельности, в неразрывной связи ее

с людским субстратом юридического лица.

Согласно ст. 498 ГК РСФСР авторское право организации

действует бессрочно. В случае ее реорганизации авторское пра-

во переходит к ее правопреемнику, а в случае ликвидации -

к государству.

Мысль Б. С. Антимонова и Е. А. Флейшиц о том, что не

всякое юридическое лицо может быть субъектом авторского

права, верна и в настоящее время. Однако круг организаций,

способных приобрести это право, действующее законодательство

значительно расширило. По смыслу ст. 485 ГК таковыми мо-

гут быть, кроме издательств повременных изданий и словарей.,

также организации, самостоятельно или при посредстве какого-

либо издательства выпускающие научные сборники. А круг та-

ких организаций довольно широк. Достаточно сказать, что

научные сборники выпускает большинство высших учебных за-

ведений, научно-исследовательские и другие учреждения. Ст. 486

ГК признает субъектами авторского права киностудии, радио-

и телевизионные организации.

Субъектами авторского права следует признать также науч-

ные учреждения, проектные и конструкторские организации, раз-

рабатывающие технические и строительные проекты. В. А. Рас-

судовский отрицает правосубъектность этих организаций на том

(**1) А. Ваксберг, И. Грингольц. Автор в кино. М., Изд-во

<Искусство>, 1961, стр. 63.

-26-

основании, что советское гражданское законодательство при-

знает авторские права только за фактическими создателями

произведений науки, а не за научными учреждениями как тако-

выми. (*1). Выше уже отмечалось, что такой вывод в отношении всех

научных учреждений не вытекает из закона. Что касается учреж-

дений, разрабатывающих технические и строительные проекты,

планы, чертежи и рисунки, то они действительно не названы

в законе в качестве субъектов авторского права. Однако при-

знание их субъектами первоначального авторского права с необ-

ходимостью вытекает хотя бы из того, что сам В. А. Рассудов-

ский различает в качестве объектов авторского права отдельные

разделы проектов, те или иные творческие идеи, оригинальные

частные решения и проект в целом. (*2).

Таким образом, действующее законодательство признает пер-

воначальное авторское право за довольно широким кругом юри-

дических лиц, однако и в настоящее время нет оснований утвер-

ждать, что субъектом авторского права может быть в СССР лю-

бое юридическое лицо, как правильно отметили в свое время

Б. С. Антимонов и Е. А. Флейшиц.

В определенных случаях субъектом авторского права явля-

ется государство. Основанием возникновения у государства ав-

торских правомочий являются: выкуп авторского права, объяв-

ление произведения достоянием государства и ликвидация орга-

низации, обладавшей авторским правом.

Принудительный выкуп произведения допускался Основами

авторского права на случай, если произведение представляло

значительную ценность для общества, а автор или его наследни-

ки не желали его публиковать. Но так как автор обычно сам за-

интересован в наиболее широком использовании произведения,

государству не приходилось за многие годы действия Основ

прибегать к этой исключительной мере.

Однако действующее гражданское законодательство сохра-

нило правило о принудительном выкупе авторского права госу-

дарством (ст. 501 ГК РСФСР). Более того, наряду с принуди-

тельным выкупом закон допускает объявление произведения до-

стоянием государства (ст. 502 ГК). Как видно из содержания

ст. 501 ГК, принудительному выкупу подлежит не авторское

право в целом, а лишь право на издание, публичное исполнение

и иное использование произведения. Оно может быть выкуплено

у самого автора и у наследников. В выкупе нет необходимости,

если срок авторского права для наследников истек. Наоборот,

достоянием государства могут быть объявлены произведения,

в отношении которых истек срок авторского права. Объявление

произведения достоянием государства имеет целью ограничить

(**1) В. А. Рассудовский. Правовая охрана результатов научного

творчества.-<Советское государство и право>, 1968, ? 6, стр. 48.

(**2) Там же.

-27-

использование произведения любой организацией, поставить его

под контроль государства. Порядок и условия использования та-

ких произведений устанавливаются советами министров союзных

республик.

В силу ст. 498 ГК РСФСР государство становится обладате-

лем авторского права в результате ликвидации юридических

лиц. Как в первых двух случаях, так и в последнем право госу-

дарства является производным.

До принятия нового гражданского законодательства государ-

ство могло приобретать авторские правомочия также в порядке

наследования. Действующее законодательство такую возмож-

ность исключило (ст. 552 ГК РСФСР).

Произведения науки, литературы и искусства часто создают-

ся творческим трудом не одного, а двух или более лиц, каждое

из которых приобретает авторское право на произведение. Пра-

воотношения, возникающие в результате коллективного творче-

ства, принято называть соавторством.

По установившейся в науке гражданского права точке зре-

ния соавторство возникает в результате совместного труда двух

или более лиц. Совсем не обязательно, чтобы будущие авторы

трудились одновременно и вместе. Каждый из них может рабо-

тать независимо от других, важно лишь, чтобы результат его

труда в идейном, художественном, научном отношении составил

часть единого произведения.

Совместная творческая деятельность может сложиться в лю-

бой стадии создания произведения: будущие авторы могут сов-

местно начать работу и довести ее до конца; один может помочь

другому завершить работу; некоторые из соавторов могут тру-

диться над усовершенствованием созданного другими; одни

могут продолжить работу, начатую другими и т.д. Таких вариан-

тов может быть множество, но как бы то ни было, для призна-

ния соавторства в любом случае необходимо соглашение о сов-

местной работе.

Соглашение для признания соавторства считают обязатель-

ным большинство ученых. Исключение составляет В. И. Серебров-

ский, допускающий отношения соавторства и при отсутствии

соглашения. Отношения соавторства возможны, по мнению

В. И. Серебровского, при наличии уже законченного произведе-

ния, когда на его основе создается другое произведение. (*1). В об-

основание своего мнения В. И. Серебровский ссылался на ст. 5

Основ авторского права, из смысла которой не следовало, что

закон вообще не допускает отношений соавторства без соглаше-

ния. (*2). Это тем более не следует из ст. 99 Основ гражданского

законодательства, где сказано, что отношения между соавторами

могут быть определены их соглашением, но при отсутствии та-

(**1) В. И. Серебровский. Указанная работа, стр. 67.

(**2) Там же, стр. 67.

-28-

кого соглашения авторское право на коллективное произведение

осуществляется всеми соавторами совместно, а вознаграждение

распределяется между ними в порядке, предусмотренном зако-

нодательством Союза ССР и постановлениями СМ РСФСР,

Как видно, ст. 99 Основ не считает обязательным соглашение

между соавторами. Несмотря на это положение, мысль о том,

что при отсутствии соглашения не может быть соавторства, ос-

тается в силе и сегодня. Дело в том, что ст. 5 Основ авторского

права и ст. 99 Основ гражданского законодательства имеют

в виду не соглашение о факте возникновения соавторства, а сог-

лашение, регулирующее внутренние отношения между соавто-

рами. Такое соглашение не является обязательным, ибо в слу-

чае его отсутствия отношения регулируются нормативными ак-

тами. Что же касается согласия о совместном создании произве-

дения, то оно было и остается обязательным. Каждый из участ-

ников совместной деятельности должен иметь цель создать еди-

ное произведение. Такое соглашение не обязательно должно быть

письменным, нет необходимости в детализации его условий, но

намерение о совместном труде должно быть. Соглашение может

предшествовать выполнению работы, но может возникнуть и

после.

Участники соглашения не всегда предвидят правовой резуль-

тат совместной деятельности. Привлекая к работе других лиц,

автор иногда не знает, что его помощники приобретут личные

неимущественные и имущественные права, что с ними придется

делиться гонораром. Таксе непонимание порождает споры о соав-

торстве. При разрешении их суды в первую очередь выявляют

характер труда, вложенного каждым из участников в создание

произведения, ибо только творческий труд порождает отношения

соавторства. Оказание технической помощи путем подбора мате-

риала, редактирования, вычерчивания схем, чертежей и т. п. не

порождает авторского права. Однако определить характер труда

не всегда просто, поэтому суды иногда вынуждены назначать

экспертизу.

В 1967 году группа граждан объединилась в коллектив для

разработки справочника норм на строительно-монтажные рабо-

ты. Справочник был написан и издан, однако фамилий Д. и Ю.

в списке соавторов не оказалось, не был им выплачен и гонорар.

При рассмотрении спора в суде, куда Д. и Ю. обратились, ответ-

чики сослались на то, что истцы приняли незначительное участие

в создании книги и что труд их, выразившийся преимуществен-

но в хронометражных измерениях, был техническим, а не твор-

ческим. Дзержинский районный народный суд г. Москвы уста-

новил, что истцы выполнили по соглашению с ответчиками часть

общей творческой работы, а потому в силу ст. 99 Основ признал

их соавторами справочника, указав, что величина творческого

вклада влияет лишь на размер вознаграждения, но не служит

основанием к отказу в признании соавторства.

-29-

Не будет соавторства в случае, когда одно лицо в нарушение

прав другого использует его произведение без согласия. Именно

такое нарушение имело место в примере, приведенном В. И. Се-

ребровским в доказательство того, что соавторство возможно и

без соглашения участников совместного труда. Молдавская госу-

дарственная филармония, использовавшая текст неизданной пес-

ни Стрельцова без его согласия, обязана была судом выплатить

Стрельцову гонорар не потому, что суд признал наличие соав-

торства поэта и композитора, написавшего музыку к неиздан-

ному тексту, а потому, что было нарушено авторское право

Стрельцова. (*1). Признание соавторства в данном случае противо-

речило бы закону, да и мнению. самого В. И. Серебровского,

справедливо заметившего, что соавторство предполагает добро-

вольное совместное участие нескольких лиц в создании произве-

дения. (*2). Более того, если бы даже текст песни был опубликован

либо использовался с согласия автора, соавторство все равно не

возникло бы. Предусмотренное п. 3 ст. 495 ГК РСФСР использо-

вание композитором изданных литературных произведений для

создания музыкальных произведений с текстом не порождает

соавторства. Здесь имеет место совместное использование произ-

ведений различного вида, созданных авторами независимо друг

от друга. В. Г. Камышев не без оснований считает одним из

обязательных условий соавторства действительно коллективный

характер произведения, а не соединение различных произведе-

ний, в котором отсутствует цельность. (*3).

Соавторство не возникает также в случае использования ли-

цом чужого опубликованного произведения для создания нового,

творчески самостоятельного произведения. Но в практике встреча-

ются случаи, когда авторы использованных произведений претен-

дуют на соавторство. Примером необоснованной претензии та-

кого рода может служить требование наследников поэта Р. к Г.

и А., авторам текста музыкальной комедии <Севастопольский

вальс>. При рассмотрении дела в суде выяснилось, что до напи-

сания текста комедии существовала песня под тем же назва-

нием, автором текста которой был Р. Ссылаясь на то, что в му-

зыкальной комедии несколько раз повторяются слова припева

этой песни, частично измененного ответчиками, истцы просили

признать наследодателя Р. соавтором текста музыкальной коме-

дии. Свердловский районный народный суд г. Москвы 9 апреля

1964 года, руководствуясь п. 1 ст. 103 Основ гражданского зако-

нодательства, в иске отказал. (*4).

(**1) В. И. Серебровский. Указанная работа, стр. 68.

(**2) Там же, стр. 69.

(**3) В. Г. Камышев. Соавторство в издательском договоре.- <Совет-

ское государство и право>, 1969, № 8, стр. 102.

(**4) Судебная практика по авторским делам. Обзор судебной коллегии по

гражданским делам Верховного Суда СССР, 1971, стр. 4.

-30-

Закон запрещает так называемое принудительное соавтор-

ство, которое навязывается обычно автору руководящими работ-

никами кино, театра, цирка, эстрады, от которых зависит выпуск

произведения в свет. Соавторство, навязанное автору, следует

рассматривать как противозаконную сделку со всеми вытекаю-

щими отсюда последствиями.

В советском праве различается два вида соавторства: нераз-

дельное и раздельное. Это деление установлено ст. 99 Основ

(ст. 482 ГК) -единственной статьей в действующем законода-

тельстве, посвященной регулированию соавторства. В ней ска-

зано, что авторское право на произведение, созданное совмест-

ным трудом двух или более лиц (коллективное произведение),

принадлежит соавторам совместно, независимо от того, образует

ли такое произведение одно неразрывное целое или состоит из

частей, каждая из которых имеет также и самостоятельное зна-

чение. Это единственное названное законом условие следует до-

полнить двумя другими, указанными в статье В. Г. Камышева,

а именно: соавторство будет нераздельным, если произведение

состоит из частей, не имеющих самостоятельного значения, а

также если оно включает части, имеющие самостоятельное зна-

чение, но каждая часть создавалась всеми соавторами сообща. (*1).

Соавторство будет раздельным, когда коллективное произве-

дение состоит из частей, имеющих самостоятельное значение, и

при этом известно, кем из соавторов каждая часть создана.

В силу ч. III ст. 482 ГК часть произведения признается имеющей

самостоятельное значение, если она может быть использована

независимо от других частей. Таким образом, отличительным

признаком раздельного соавторства закон признает:

1) возможность самостоятельного использования частей

произведения:

2) возможность определить, кто из участников совместного

труда создал каждую из этих частей.

Нераздельное соавторство встречается в литературе, в живо-

писи, в музыке, в науке. В таком соавторстве созданы широко

известные произведения И. Ильфа и Е. Петрова, пьесы братьев

Тур, хорошо знакомая юристам работа И. Б. Новицкого и

Л. А. Лунца <Общее учение об обязательстве> и др.

Раздельное соавторство чаще встречается в научной литера-

туре. Так, в последнее время большинство учебников создается

коллективами ученых. Обычно в самом учебнике указывается,

кем из ученых написана та или иная глава. Раздельным являет-

ся соавторство лиц, создающих музыкально-драматические про-

изведения (оперы, оперетты) и др.

Раздельное соавторство следует отличать от совместного ис-

пользования различных произведений. Писатель и художник не

будут соавторами, когда произведение первого издается с ил-

(**1) В. Г. Камышев. Соавторство в издательском договоре, стр. 102.

-31-

люстрациями, выполненными художником. Авторы музыки e

слов песни также не образуют авторского коллектива, так как в

песне соединяются два самостоятельных и различных произведе-

ния, могущих существовать одно без другого. Не случайно по-

этому говорят не о песне Соловьева-Седова и Матусовского, а о

музыке Соловьева-Седова на слова Матусовского.

Н. Зильберштейн считает, что соавторство в песне отсутст-

вует лишь в случае, когда композитор пишет музыку к издан-

ному стихотворению. Если же поэт и композитор работали сов-

местно, они становятся соавторами. (*1). Думается, что для этого

вывода законодательство и практика не дают оснований. И при

совместной работе авторов текста и музыки произведения оста-

ются самостоятельными. Именно поэтому при издании песни

с поэтом и композитором заключаются различные договоры, по

которым отдельно начисляется гонорар за музыку и за слова.

При этом поэт не имеет никакого отношения к изданию музыки,

а композитор к изданию текста, хотя издаются они одновре-

менно.

Не образуют единого коллектива, а значит, не являются соав-

торами лица, произведения которых напечатаны в повременных

изданиях, энциклопедических словарях, лица, участвовавшие в

создании кинофильма. В процессе творческого труда они изоли-

рованы друг от друга, как правило, друг друга не знают, произ-

ведения их являются самостоятельными объектами авторского

права в отличие от произведения в целом, право на которое при-

надлежит организации. Таких .лиц в литературе принято назы-

вать сотрудниками. Но и это название представляется не совсем

удачным. Сотрудничество предполагает наличие трудовых отно-

шений, основанных на постоянном или временном договоре. Здесь

же таких отношений нет ни между отдельными авторами, ни

между автором и организацией, кроме, может быть, киностудии,

с которой создатели фильма часто состоят в трудовых отноше-

ниях.

Отношения между отдельными авторами и организацией сле-

дует квалифицировать как отношения, основанные на использо-

вании авторских произведений.

В ст. 99 Основ сказано, что авторское право на коллективное

произведение принадлежит соавторам совместно. Термин <сов-

местно> употребляется в ст. 99 не впервые. В ст. 26 говорится об

общей совместной собственности, т. е. такой, в которой доли

сособственников не определены. Конечно, нельзя проводить пол-

ную аналогию между авторским правом и правом собственности.

Однако смысл слова <совместно> в ст. 99 и в ст. 26 одинаков.

Подобно тому, как право собственности на вещь в целом при-

надлежит нескольким сособственникам, авторское право на

(**1) Н. Л. Зильберштейн. Авторское право на музыкальные произве-

дения.-<Советский композитор>, М., I960, стр. 35.

-32-

произведение в целом принадлежит всем соавторам. Ст. 99

Основ, употребляя слово <совместно>, отразила установившийся

ранее в науке гражданского права взгляд на авторское право

соавторов как неделимое право. (*1). Неделимость его означает, что

никаких долей ни в личных, ни в имущественных правомочиях

определить нельзя, даже если известно, какой объем работы по

созданию произведения выполнен каждым из соавторов, и про-

изведение состоит из частей, имеющих самостоятельное значение.

Тем более не может быть речи о делимости авторского права,

когда произведение образует одно неразрывное целое.

В этой связи обращает внимание несколько странный подход

М. В. Гордона к праву соавторов. Охарактеризовав положение

соавторов неделимого произведения, он утверждает, что <в этом

случае каждый из соавторов имеет право не на особый объект,

а только на долю 5 имущественных и личных правах на произ-

ведение>. (*2).  Этот вывод ошибочен. Он не вытекал из ст. 5 Основ

авторского права, действовавшей в то время, к которому отно-

сятся слова М. В. Гордона, и тем более не вытекает из смысла

ст. 99 Основ и ст. 482 ГК РСФСР. И при первом, и при втором

виде соавторства каждому из соавторов принадлежит авторское

право на произведение в целом. При раздельном соавторстве,

кроме того, каждый из соавторов сохраняет авторское право на

созданную им часть. Поэтому вопрос об использовании коллек-

тивного произведения в целом решается всеми соавторами вме-

сте. Одни исследователи считают, что при решении вопроса об

использовании произведения авторы должны достигнуть едино-

гласия, другие допускают решение по большинству голосов. При

издании, постановке либо при ином использовании произведения

со всем коллективом авторов заключается, как правило, один

договор. Все они несут ответственность за его надлежащее ис-

полнение.

Внутренние отношения между соавторами могут быть урегу-

лированы их соглашением. Закон не предъявляет обязательных

требований ни к самому факту заключения соглашения, ни

к форме, ни к содержанию его. Все эти вопросы разрешаются

по усмотрению авторов. Желательно, однако, чтобы такие сог-

лашения заключались, причем в форме, имеющей наибольшую

доказательственную силу (хотя бы в простой письменной). Для

организации, использующей произведение, соглашение обяза-

тельно и может быть включено в качестве составной части в со-

держание договора.

Чаще всего соглашением решается вопрос о расположении

фамилии соавторов на издаваемом произведении и о распреде-

лении вознаграждения. Этими вопросами содержание его, разу-

(**1) См. В. И. Серебровский. Указанная работа, стр. 71; Б. С. Ан-

тимонов. Е. А. Флейшиц. Авторское право, стр. 68.

(**2) I. В. Гордон. Советское авторское право, стр. 43.

-33-

меется, не исчерпывается. В нем может быть определен порядок

использования произведения, распределены обязанности между

соавторами и др.

При отсутствии соглашения авторское право на коллективное

произведение осуществляется всеми соавторами совместно, а воз-

награждение распределяется в порядке, предусмотренном зако-

нодательством СССР и постановлениями СМ РСФСР. Практи-

чески совместное использование выглядит так: фамилии со-

авторов располагаются в алфавитном порядке, а гонорар

выплачивается в равных долях. При раздельном соавторстве

размер гонорара зависит от объема части, выполненной каждым

автором.

Вопросы, по которым авторы не могут достигнуть соглаше-

ния, разрешаются в судебном порядке.

-34-

ГЛАВА III

ОБЪЕКТ АВТОРСКОГО ПРАВА

Вопрос об объекте авторского права тесно связан с общетео-

ретической проблемой объекта права. В теории права, а также

в гражданском праве проблеме объекта уделено настолько боль-

шое внимание, что в настоящее время каждый исследователь

этой проблемы рискует быть неоригинальным. Тем не менее

изучение некоторых вопросов невозможно без четкого представ-

ления о том, что следует понимать под объектами права и что

относить к ним. Именно таким нам представляется вопрос, ис-

следуемый в настоящей главе.

В литературе неоднократно справедливо отмечалось, что тео-

рия права не создала какого-то особого учения об объекте.

Объект - категория философская, и выработанное философами

понятие объекта в равной мере применимо к отраслевым нау-

кам.

Объект-это внешний по отношению к субъекту предмет,

на который распространяется сознание и деятельность субъекта.

Объект всегда противопоставляется субъекту как существу, ода-

ренному сознанием и волей. Там, где отсутствуют воля и созна-

ние, нельзя говорить об объекте, хотя воздействие неодушевлен-

ных предметов друг на друга неоспоримо. Подчеркивая нераз-

рывную связь объекта и субъекта, мы совершенно далеки от

мысли, что объективная реальность, внешний мир не существуют

вне сознания человека и независимо от него. Объект и объектив-

но существующая материя не одно и то же.

В правовой науке, по общепризнанному мнению, объектом

правоотношения считается то, на что направлены права и обя-

занности участников правоотношения. На первый взгляд может

показаться, что здесь нет той тесной связи между объектом и

субъектом, которую выражает философское понятие объекта,

поскольку речь идет о направленности самого правоотношения,

а не воли и сознания его участников. Но всякое субъективное

право, даже если оно возникает не по воле участников, реали-

зуется только по их воле. Прежде чем осуществить свое право,

управомоченное лицо должно осознать, какие цели и интересы

будут удовлетворены в результате его реализации и при помощи

-35-

каких внешних предметов или действий обязанного лица воз-

можно их удовлетворение. Такая осознанность обусловливает

направленность субъективных прав и обязанностей. Поэтому то,

на что направлены права и обязанности, вместе с тем представ-

ляет собой предмет сознания и воли субъектов правоотношения,

другими словами, объектом правоотношения является то, на что

направлены сознание и воля субъектов через посредство субъек-

тивных прав и обязанностей.

Направленность сознания субъекта на определенный предмет,

на объект, не означает, на наш взгляд, непременного активного

воздействия на него. Предмет может представлять интерес для

лица, цель, к которой оно стремится. Однако такое осознание не

обязательно предполагает деятельность субъекта, направленную

непосредственно на этот предмет, и не требует определенной

реакции со стороны предмета. Вследствие этого можно выска-

зать несогласие с определением понятия объекта, данным в ра-

ботах некоторых советских ученых, и указать на несоответствие

его общефилософскому понятию объекта. Например, вызывают

возражение следующие рассуждения М. Я. Магазинера. Право-

отношение есть отношение общественное, следовательно, отноше-

ние только между людьми. Правоотношение не может существо-

вать между человеком и вещью, а значит о <праве на вещь>,

о господстве над вещью можно говорить лишь образно. Право-

вое воздействие, вытекающее из господства, возможно только

по отношению к человеку, ибо только у человека имеется созна-

тельная воля, только он способен сознательно реагировать на

социальное воздействие. Поэтому объектом, по мнению М. Я. Ма-

газинера, являются не материальные объекты, так называемые

вещи, а лишь действия в отношении вещей. (*1).

О. С. Иоффе называет объектом всякого явления то, на что

данное явление оказывает или может оказать воздействие. (*2).  В со-

ответствии с этим объектом гражданского правоотношения яв-

ляется то, на что направлены (или точнее, на что воздействуют)

гражданское субъективное право и гражданскоправовая обязан-

ность. (*3). Права и обязанности могут воздействовать только на

поведение людей. Ни вещи, ни какие-либо иные явления объек-

тивной действительности не способны реагировать на воздействие

со стороны прав и обязанностей. Такою способностью обладает

только человеческое поведение. (*4).

Как видно, названные авторы, во-первых, отождествляют на-

правленность сознания субъекта на определенный предмет с воз-

(**1) М. Я. Магазинер. Объект права. Очерки по гражданскому праву.

Изд-во ЛГУ, 1957, стр. 66.

(**2) О. С. Иоффе. Советское гражданское право. Изд-во ЛГУ, 1958,

стр. 168.

(**3) О. С. Иоффе. Правоотношение по советскому гражданскому праву.

Изд-во ЛГУ, 1949, стр. 82.

(**4) О. С. Иоффе. Советское гражданское право, стр. 168.

-36-

действием на него; во-вторых, они наделяют объект права каче-

ством, которое отсутствует а общефилософском понятии объек-

та: способностью реагировать на воздействие прав и обязанно-

стей.

Выше уже отмечалось, что направленность сознания и волн

субъекта на определенный предмет не означает еще воздействия

на него. Но если даже допустить отождествление этих понятий,

вызывает возражение утверждение, что права и обязанности мо-

гут воздействовать только на поведение людей. И. Б. Новицкий

справедливо заметил, что воздействие может быть не только

правовым, но и фактическим отношением, поэтому воздействовать

можно и на вещь (например, посредством использования, унич-

тожения вещи и т. д.). (*1). Но реагировать на воздействие со сто-

роны прав и обязанностей ни вещи, ни другие предметы мате-

риального мира не могут. К такому реагированию способны

лишь существа, обладающие сознанием и волей, т. е. люди

и юридические лица. Причем реагировать может только сам че-

ловек, а не его поведение, ибо последнее есть выражение реак-

ции. Так, должник может по-разному реагировать на субъектив-

ное право кредитора: признать или не признать его, исполнить

или отказаться от исполнения требования кредитора. Поэтому

если считать объектом то, что способно реагировать на воздей-

ствие со стороны прав и обязанностей, то таковым неизбежно

придется признать обязанное лицо. А это в условиях социали-

стического общества невозможно.

Такого рода упрек в адрес сторонников теории объекта -

действия был высказан в свое время рядом ученых. (*2). Возражая

им, О. С. Иоффе отметил три момента. Во-первых, человече-

ское поведение и человеческая личность не одно и то же; во-

вторых, объектом гражданского правоотношения является не

поведение лица в целом, а только определенные единичные дейст-

вия; в-третьих, если признание поведения лица объектом неиз-

бежно ведет к признанию объектом самого человека, то дейст-

вие ни в одном случае нельзя считать объектом правоотношения,

а между тем в общепринятой классификации правовых объектов

одним из них всегда признаются человеческие действия. (*3).

Конечно, человеческая личность и человеческое поведение -

различные понятия, но связь между ними неразрывна. Лич-

ность-явление многостороннее, проявляющее себя через пове-

дение. Поведение - это способ или средство проявления лично-

сти. Лицо, взятое вне связи с его поведением, может быть оце-

(**1) И. Б. Новицкий, Л. А. Лунц. Общее учение об обязательстве.

М., Госюриздат, 1950, стр. 44.

(**2) И. Л. Брауде. К вопросу об объекте правоотношения по советско-

му гражданскому праву.-Советское государство и право, 1951, № 3, стр. 57:

И. Б. Павлов. Некоторые вопросы науки колхозного права. - Советское

государство н право, 1953, № 1, стр. 22-35.

(**3) О. С. Иоффе. Правоотношение по советскому гражданскому праву,

изд-во ЛГУ, 1949, стр. 86-87.

-37-

нено лишь как существо биологическое, а не общественное. По-

ведение в отрыве от личности немыслимо. <Лишь постольку, по-

скольку я проявляю себя, - писал К. Маркс, - поскольку я всту-

паю в область действительности, - я вступаю в сферу, под-

властную законодателю. Помимо своих действий я совершенно

не существую для закона, совершенно не являюсь его объектом>. (*1).

Что же касается общепринятой классификации объектов,

включающей наряду с вещами и предметами духовного творче-

ства также и человеческие действия, то она давно признана

нуждающейся в уточнении. Еще в 1951 году И. Л. Брауде под-

черкнул, что объектом гражданского правоотношения являются

не действия, а результаты действий. (*2). В последние годы эта по-

правка получила  основательную  аргументацию в трудах

С. С. Алексеева. По словам С. С. Алексеева, <поведение-это

деятельность, это процесс, это то, что проявляется в форме дви-

жения человека. Субъективное право на деятельность, на движе-

ние человека иметь нельзя, немыслимо. Субъективное право

можно иметь лишь на результат деятельности, когда движение

как процесс перешло в форму предметности>. (*3).

В гражданском праве нам часто приходится встречаться с

обязательственными правоотношениями, в которых результат

деятельности обязанного лица неотделим от самой деятельно-

сти. Такое отделение невозможно, например, в отношениях по

перевозкам, по хранению, в некоторых подрядных и иных отно-

шениях. К. Маркс, характеризуя экономические отношения в об-

ласти транспорта, указывал: <Транспортная промышленность

продает самое перемещение. Доставляемый ею полезный эффект

нераздельно связан с процессом транспорта, ...этот эффект не

существует как отличная от этого процесса потребительная

вещь, которая лишь после того, как она произведена, функцио-

нирует в виде предмета торговли, обращается как товар>. (*4).

Интересы кредитора могут удовлетворяться не только при

помощи материальных предметов, но и посредством полезного

эффекта, который заключен в деятельности обязанного лица: в

перемещении груза, чистоте выстиранного белья, наслаждении,

полученном от исполнения музыканта и т. п. <Этот полезный эф-

фект не обязательно должен быть выражен в обособленной ве-

щи, он может быть нераздельно связан с процессом деятельно-

сти, ii он всегда отличен от самого действия, как следствие от-

лично от причины>. (*5).

(**1) К. Маркс и Ф. Энгельс. Собр. соч., т. 1, стр. 14.

(**2) И. Л. Брауде. К вопросу об объекте правоотношения по советско-

му гражданскому праву.-<Советское государство и право>, 1951, № 3,

стр. 57.

(**3) С.С. Алексеев. Об объекте права и правоотношение.-Сб. <Во-

просы общей теории советского права>. Госюриздат, 1960, стр. 297.

(**4) К. Маркс. Капитал, т. II. Госполитиздат, 1955, стр. 51.

(**5) С. С. Алексеев. Об объекте права..., стр. 297.

-38-

Права и обязанности субъектов в правоотношении и направ-

лены на результат, на полезный эффект действий, а не на сами

действия обязанного лица. Поэтому результат действия и сле-

дует считать объектом правоотношения. (*1).

Но как быть с теми обязательственными правоотношениями,

в которых результат поведения должника отделим от самого

поведения? Например, в отношениях купли-продажи продавец

передает уже созданную и самостоятельно существующую вещь,

подрядчик выполняет работу, результат которой облекается в

форму предмета и передается заказчику, автор воплощает свой

творческий труд в форме рукописи, картины, скульптуры и пере-

дает их другим лицам. Что здесь является объектом: продавае-

мая и передаваемая вещь, рукопись, произведение живописи и

скульптуры или результат поведения должника?

По мнению С. С. Алексеева, существенная особенность объ-

ектов в правоотношениях активного типа, т. е. в обязательствен-

ных правоотношениях, состоит в том, что они всегда выступают в

виде результата действия обязанного лица. (*2). Однако, перечисляя

основные группы объектов, он указывает, наряду с вещами, про-

дуктами духовного творчества и личными неимущественными

благами, также результаты действий двух видов: а) результаты

действий, отделимые от поведения обязанного лица (например,

результат работы по подрядным обязательственным отноше-

ниям), б) результаты действий, реально не отделимые от пове-

дения обязанного лица, в том числе разнообразные услуги. Не-

трудно понять, что говоря о результатах действий, отделимых

от поведения обязанного лица, С. С. Алексеев имеет в виду не

что иное, как вещи, созданные действиями обязанного лица.

Признание вещей и предметов духовного творчества объек-

тами обязательственных отношений является еще более неиз-

бежным, когда должник обязан передать вещь, реально сущест-

вующую уже в момент возникновения правовых отношений и

созданную не самим должником (при купле-продаже, найме, зай-

ме, издательском договоре на готовое произведение и подобных

правоотношениях). Связь предмета договора с действиями обя-

занного лица здесь настолько незначительна, что договор может

быть реально исполнен вопреки желанию обязанного лица, т. е.

в принудительном порядке. Такое исполнение, как известно, не-

возможно там, где результаты действий должника неотделимы

от самих действий.

Таким образом, с высказыванием С. С. Алексеева о том, что

объекты в правоотношениях активного типа всегда выступают

в виде результата действий обязанного лица, можно согласиться

(**1) С. И. Вильнянский относит к объектам правоотношения услуги, разу-

мея под ними результаты действий. См. <Курс лекций по советскому граж-

данскому праву>. Харьков, 1958, стр. 282.

(**2) С. С. Алексеев. Общая теория социалистического права, вып. 2.

Свердловск, 1964, стр. 143.                                            

-39-

лишь в том смысле, что без совершения обязанным лицом опре-

деленных действий правоотношение не может быть реализовано.

Этим и определяется его активный характер. Объектами же обя-

зательственных отношений в одних случаях являются результаты

действий, в других - вещи и продукты духовного творчества

Абсолютные правоотношения в отличие от относительных

реализуются без посредства обязанных лиц, которые лишь воз-

держиваются от нарушения права другой стороны. Поэтому они

характеризуются как отношения пассивного типа. Сторонники

теории объекта-действия рассматривают пассивное поведение-

обязанного лица в качестве объекта права собственности, объек-

та авторского права, права на личные нематериальные блага

(имя, честь, достоинство). <Даже вещное право есть право не на

вещь>, - отмечает М. Я. Магазинер, - а <на действия каждо-

го ...в отношении данной вещи, например на действия отрица-

тельные (не посягать на вещь); поэтому всякий, у кого находит-

ся чужая вещь, обязан отдать ее собственнику... Это значит, что

только чужое действие и составляет объект права и объект обя-

занности, т. е. объект всякого правоотношения в целом>. (*1).

Если согласиться с изложенным взглядом, то непременно-

возникнет необходимость ответить на вопрос, каково же значе-

ние вещей в правоотношениях собственности, каково значение

облеченного в объективную форму произведения в авторских

правоотношениях.

Отрицая научное значение понятия <право на вещь>, М. Я. Ма-

газинер признает его практически годным для обозначения вещ-

ного предела права собственности, его вещных границ, (*2) и вероят-

но такую же роль в авторских правоотношениях играет произ-

ведение, созданное трудом автора. Но если право собственности

не право на вещь, а право на чужие действия, то о каких вещ-

ных пределах этого права может идти речь? Пределы действий

обязанных лиц в правоотношениях собственности неизменны:

обязанные лица должны воздерживаться от нарушения право-

мочий собственника, а в случае нарушения - либо возвратить

собственнику вещь, либо прекратить чинить ему помехи в поль-

зовании вещью. Рассуждая таким образом, мы невольно прихо-

дим, по выражению Н. Г. Александрова, к нелепому выводу,

что все собственники обладают одним и тем же объектом права

собственности. (*3).  Такой вывод является результатом отрыва юри-

дической формы общественных отношений от их материального

содержания. Вещи, по поводу которых устанавливаются право-

отношения собственности, оказываются за пределами этих отно-

шений, в связи с чем последние утрачивают свою целенаправ-


(**1) М. Я. Магазинер. Указанная работа, стр. 66-67.

(**2) Там же, стр. 69.

(**3) Н. Г. Александров. Правовые отношения, в социалистическом

обществе. М., Госюриздат, 1959, стр. 39.

-40-

ценность. Так, вряд ли будет понятна огромная роль права госу-

дарственной социалистической собственности, если оно будет

характеризоваться только как обязанность всех и каждого воз-

держаться от нарушения права собственника. Значение права

собственности вообще, права государственной собственности в

особенности, может быть раскрыто только посредством характе-

ристики средств и предметов производства, на которые право соб-

ственности направлено. Значение субъективного авторского пра-

ва может быть понято также только в связи с тем произведе-

нием, на которое оно направлено.

Весьма оригинальным способом определяет место вещей в

правоотношениях О. С. Иоффе. По его мнению, всякое правоот-

ношение имеет материальное, идеологическое и юридическое со-

держание. Так как всякое явление воздействует на определен-

ный объект своим содержанием, то у правоотношения должен

быть не только юридический объект (каким является поведение

обязанного лица), но и идеологический и материальный объек-

ты. Идеологическим объектом является воля участников право-

отношения, а материальным объектом-вещи. (*1).

Точка зрения О. С. Иоффе не нашла большого сочувствия у

исследователей проблемы объекта. Наоборот, в большинстве

случаев она встречает заслуженную критику. Выделение в пра-

воотношениях юридического, материального и идеологического

содержания с соответствующими им объектами противоречит

взгляду самого О. С. Иоффе на правоотношение как на единство

экономического содержания и юридической формы.

В литературе справедливо отмечалось, что объект и цель в

правоотношении не одно и то же, что одна и та же цель может

быть достигнута при помощи разных объектов, а один и тот же

объект может служить разным целям. (*2). Однако цель в правоот-

ношении достигается именно при помощи объекта. Поэтому су-

ществование безобъектных отношений так же невозможно, как

и бесцелевых. Между тем О. С. Иоффе, не допуская существо-

вания правоотношений без юридического объекта (действий обя-

занного лица), считает, что не все общественные отношения,

регулируемые нормами права, имеют свой материальный объект

и в этом последнем смысле могут быть безобъектными. (*3). Но

тогда на что же направлено действие обязанного лица, с чем

связано его поведение? Какими средствами может быть достиг-

нута цель, на которую общественное отношение направлено?

На все эти вопросы трудно ответить, если не включить в число

объектов правоотношений наряду с вещами, результатами дей-

ствий и продуктами духовного творчества также личные неиму-

(**1) О. С. Иоффе. Спорные вопросы учения о правоотношении. Очерки

по гражданскому праву. Изд-во ЛГУ, 1957, стр. 25.

(**2) И. Л. Брауде. Указанная работа, стр. 57.

(**3) О. С. Иоффе. Советское гражданское право. Изд-во ЛГУ, 1956,

стр. 170.

-41-

щественные блага (имя, честь, достоинство, отцовство и мате-

ринство и др.).

Итак, объектами гражданских правоотношений являются ве-

щи, результаты действий, предметы духовного творчества и лич-

ные неимущественные блага. Этот вывод и будет определять

дальнейшее изложение вопроса об объекте авторского права,

Однако прежде чем перейти к его анализу, необходимо остано-

виться на своеобразном, но не внушающем доверия взгляде

В. И. Корецкого. Намереваясь развить положение, выдвинутое

О. С. Иоффе, В. И. Корецкий утверждает, что <объектом граж-

данских правоотношений являются конкретные цели последних,

направленные на вещи, продукты интеллектуального творче-

ства, действия и блага, для достижения каковых целей субъекты

правоотношений связываются комплексом правомочий и юриди-

ческих обязанностей>. (*1). Стремясь предупредить неправильное

истолкование своего взгляда, В. И. Корецкий подчеркивает, что

объекты не сводятся к вещам, действиям, материальным и нема-

териальным благам, хотя цели правоотношений и связаны с

ними. Объектами правоотношений, по его мнению, являются: пе-

редача данной вещи, совершение действия, пользо-

вание определенным благом и т. д. (разрядка В. И. Корец-

кого). (*2). Например, в издательском договоре на издание повести

объектом будет не сама повесть, а ее издание, т. е. совершение

действий, связанных с данным произведением. (*3). Нетрудно заме-

тить, что, отождествив объект и цель в правоотношении, В. И. Ко-

рецкий оказался сторонником теории объекта - действия.

Точка зрения В. И. Корецкого выглядит особенно неубеди-

тельно в применении к авторским правоотношениям. Прежде

всего вызывает возражение решение вопроса о соотношении ав-

торских Правоотношений с правовыми нормами. <Авторские пра-

воотношения, - пишет он, - являются способом осуществления

в жизни правовых норм>. (*4).  Нормы права, рожденные волей гос-

подствующего класса или всего народа, призваны регулировать

общественные отношения и придавать им характер правовых.

Независимо от частоты возникновения в жизни отношений, <ре-

гулируемых данной нормой, последняя живет и не нуждается в

том, чтобы ее осуществляли. Если же она перестает удовлетво-

рять требованиям жизни, она отменяется или просто не приме-

няется. Но вряд ли можно сказать, что она не осуществляется.

Может остаться неосуществленным то, что нормой предписано,

но не сама норма.

Объектами авторских правоотношений В. И, Корецкий на-

зывает преследуемые ими цели, направленные на использование

(**1) В. И. Корецкий. Авторские правоотношения в СССР. Сталинабад,

1959, стр. 177.

(**2) Там же.

(**3) Там же.

(**4) Там же, стр. 190.

-42-

произведений. Однако в специальном параграфе его работы, по-

священном объектам гражданских авторских отношений, речь

идет не об использования произведений, а о самих произведе-

ниях. Замена одного другим произошла в результате сокраще-

ния развернутой формулировки. Таким путем, произведение прев-

ратилось в объект относительных авторских правоотношений.

Что касается абсолютного правоотношения, то его цель, его

объект - обеспечение автору возможности использования произ-

ведения e недопущения посягательств со стороны третьих лиц.

Поскольку эта цель неразрывно связана с каждым произведе-

нием, создаваемым автором, постольку естественно, что и самое

произведение можно назвать объектом абсолютного авторского

правоотношения. (*1). Как видно, автор оказался недостаточно

последовательным, но непоследовательность его извинительна,

поскольку в конечном итоге сделан правильный вывод.

Ныне действующее законодательство признает объектами ав-

торского права лишь произведения науки, литературы и искус-

ства. Другие продукты творческой деятельности выступают как

объекты иных институтов гражданского права, в первую очередь

изобретательского. Если ранее спорным являлся вопрос о науч-

ных открытиях, поскольку одни относили их к объектам автор-

ского права, (*2), другие не относили, (*3), то в настоящее время в него

внесена предельная ясность. И Основы, и кодексы включают спе-

циальные разделы о праве на открытие, что означает самостоя-

тельность этого института как по отношению к авторскому, так и

по отношению к изобретательскому праву.

Закон не определяет понятия произведения, а ограничивается

лишь указанием признаков, которыми оно должно обладать для

того, чтобы пользоваться правовой охраной. Но такое определе-

ние неоднократно давалось учеными. Так, Б. М. Ган определял

произведение как <любое объединенное общей целью сочетание

идей, образов или тех и других вместе, хотя бы оно было выра-

жено только устно или состояло, из соединения, переработки или

пояснения чужих произведений>. (*4).

По мнению М. В. Гордона, произведение есть комплекс идей

п образов, получивших свое объективное выражение в готовом

труде. (*5). Такое же по существу, но более полное определение

дается В. И. Серебровским: <Произведение есть совокупность

идей, мыслей и образов, получивших в результате творческой

(**1) В. И. Корецкий. Указанная работа, стр. 247.

(**2) В. И. Серебровский. Вопросы советского авторского права.

стр. 43,44: Н. А. Райгородский. Открытие к его охрана в советском

гражданском праве.-Ученые записки ЛГУ, 1955, вып. 7, стр. 128.

(**3) М. В. Гордон. Советское авторское право, стр. 59.

(**4) Б. М. Ган. Авторское право в редакционно-издательском деле. М.,

1932, стр. 12.

(**5) М. В. Гордон. Указанная работа, стр. 59.

-43-

деятельности автора свое выражение в доступной для восприя-

тия человеческими чувствами конкретной форме, допускающей

возможность воспроизведения>. (*1). Данное определение отражает

все признаки, которым должно отвечать произведение с точки

зрения ныне действующего законодательства.

Основы гражданского законодательства и кодексы указы-

вают на три признака произведения - это творческий характер

труда автора, объективная форма выражения и возможность

воспроизведения.

Требование о творческом характере труда в Основах выдви-

нуто впервые. Но задолго до этого оно твердо укрепилось в нау-

ке гражданского права и судебной практике. Суды всегда в ос-

нову решения о признании произведения объектом aвтopcкoгo

права клали творческий характер труда истца или ответчика.

Стремясь оказать практическую помощь судам, ученые пытались

в своих исследованиях не только указать этот признак, но и

дать определение творчества. Наиболее существенной и весьма

удачной в этом отношении является работа В. Я. Ионаса, (*2),  в ко-

торой подробно охарактеризованы признаки отдельных видов

произведений искусства, литературы, науки, дан квалифициро-

ванный анализ отдельных компонентов произведения и показано

правовое значение этого анализа для судебной практики.

Некоторые исследователи в области авторского права наряду

с творческим характером труда непременным признаком счи-

тают новизну произведения. Ссылаясь на ст. 9 Основ авторского

права, И. Я. Хейфец подчеркнул, что кроме творческого харак-.

тера произведение для своего ограждения должно обладать но-

визной, т, е. оно должно существенно отличаться от уже извест-

ных произведений. (*3).  Среди признаков произведений изобрази-

тельного искусства, перечисляемых В. А. Кабатовым, также

упоминается новизна. (*4). Новизну считает признаком литератур-

ного произведения С. А. Чернышева. (*5).

Признак новизны отрицать нельзя, но вместе с тем вряд ли

есть необходимость говорить о нем особо, ибо творчество всегда

предполагает новизну. Творить - значит создавать новое, хотя

создание нового не всегда результат творчества. Нельзя требо-

вать, чтобы каждое произведение литературы, искусства и осо-

бенно науки было абсолютно новым, чтобы никакие его элемен-

ты до сих пор не были известны. В настоящее время, время бур-

(**1) В. И. Серебровский. Указанная работа, стр. 32.

(**2) В. Я. Ионас. Критерий творчества в авторском праве и судебной

практике.-<Юридическая литература>, М., 1963.

(**3) И. Я. Хейфец. Авторское право. М., 1931, стр. 58.

(**4) В. А. Кабатов. Советское авторское право на произведения изоб-

разительного искусства. Автореферат кандидатской диссертации. М., 1954,

стр. 7.

(**5) С. А. Чернышева. Правовое регулирование отношений авторов

литературных произведений с издательствами в СССР. Автореферат канди-

датской диссертации. М., 1970, стр. 6.

-44-

ного развития науки и культуры, ни один автор не обходится

в своей творческой деятельности без глубокого изучения и ос-

мысливания уже существующих произведений; изученное им

в большей или меньшей степени оказывает влияние на творче-

ство автора. Вместе с тем в каждом произведении отражается

индивидуальность автора, воплощается то, что исходит от него

самого и отличает произведение от ему подобных.

Мысль о том, что творческий процесс есть процесс создания

нового, нашла четкое выражение в работах ряда ученых. Так, по

мнению Б. С. Мартынова, в самом выражении <авторское про-

изведение> содержится указание на то, что деятельность по его

созданию имеет творческий характер, т. е. направлена на созда-

ние нового. (*1). В. Я. Ионас в упомянутой выше работе пишет:

<Правовым критерием для отграничения авторской деятельности

в литературе, науке, искусстве и технике от смежных видов ин-

теллектуальной работы является аналитико-синтетический ха-

рактер умственной деятельности, имеющей своим результатом

создание новых идей, образов, понятий, суждений, силлогизмов

или новой комбинации известных идей, образов, понятий>. (*2). Та-

ким образом, понятия авторская деятельность, творческая дея-

тельность и деятельность по созданию нового в науке, литера-

туре, искусстве и технике идентичны.

В науке высказано мнение, что защите со стороны авторского

права должны подлежать лишь общественно полезные произве-

дения. (*3). Однако ни прежний, ни ныне действующий закон такого

требования не содержал и не содержит. Больше того, в законе

подчеркивается, что авторское право распространяется на произ-

ведения науки, литературы и искусства независимо от формы,

назначения и достоинства произведения, а также от способа его

воспроизведения. Непредъявление каких-либо требований к до-

стоинству произведения свидетельствует и об отсутствии тако-

вых в отношении полезности. Значит, защита субъективного ав-

торского права осуществляется независимо от общественной по-

лезности произведения.

Произведения, враждебные идеологии марксизма-ленинизма

н интересам трудящихся, проповедующие грабительские войны,

расизм, человеконенавистничество, разврат, никогда не распро-

странялись в нашем обществе, и авторы их фактически не мо-

гут осуществить свои авторские правомочия. Но это не значит.

что таковые у них и не возникают. Ведь объектами авторского

права признаются как произведения опубликованные, так и на-

ходящиеся в рукописи или в иной форме и не ставшие еще до-

(**1) Б. С. Мартынов. Право авторства в СССР.-Ученые труды

ВИЮН, вып. IX, 1947, стр. 136.

(**2) В. Я. Ионас. Указанная работа, стр. 20.

(**3) В. И. Корецкий. Указанная работа, стр. 250: В. А. Кабатов.

Автореферат кандидатской диссертации, стр. 7.

-45-

стоянием широкого круга людей. Кто же может судить об об-

щественной полезности созданного, но еще не опубликованного

произведения? А между тем авторское право может быть нару-

шено и на этом этапе существования произведения. Можно со-

гласиться с тем, что никто не захочет выдавать перечисленные

выше произведения за свои, но могут иметь место недозволен-

ные заимствования, ибо далеко не всегда произведение порочно

с начала до конца. Не обладая высокими художественными ка-

чествами, оно может содержать ценный фактический материал

и ценные мысли. Поэтому интересы автора такого произведения

нельзя оставить вне защиты со стороны закона.

Распространяя свою защиту на всякие произведения, совет-

ское законодательство ни в какой мере не жертвует интересами

воспитания и просвещения советского народа, ибо использова-

нию в обществе подлежат лишь такие произведения литературы,

искусства, науки, которые служат высоким целям воспитания

людей в духе передовой марксистско-ленинской идеологии, в ду-

хе преданности своей родине, своему народу, Коммунистической

партии. Не отвечающие этим требованиям произведения не

должны распространяться в обществе, как бесполезные и даже,

может быть, могущие принести вред делу коммунистического

воспитания.       

Вопрос о полезности произведений первыми призваны решать

социалистические организации, занимающиеся использованием

их (театры, издательства, киностудии и др.). Но и их оценка не

является абсолютно безошибочной. Далеко не все выпускаемые

в свет произведения отвечают требованиям, предъявляемым к со-

временной литературе и искусству, а потому не все произведения

встречают одобрение со стороны общественности. Некоторые

произведения получают различные, иногда прямо противополож-

ные отзывы и оценки, ибо всякая оценка, кем бы она ни дава-

лась, в. большей или меньшей мере является субъективной. По

этой причине вопрос об использовании произведения и о преде-

лах его использования в обществе не всегда можно решить на

основании оценки отдельных членов общества. Тем более нельзя

ставить в зависимость от этого возникновение субъективного

авторского права.

Таким образом, не всякое произведение, охраняемое законом,

может быть использовано, но всякое обладающее определенны-

ми признаками произведение пользуется правовой охраной, неза-

висимо от использования его в обществе. Вместе с тем нельзя

признать правильным утверждение, что принципом советского

права является охрана всякого произведения литературы, науки

и искусства в полном объеме, независимо от достоинства и на-

значения. (*1). Независимо от достоинства и назначения охраняются

(**1) А. Н. Ваксберг. Некоторые вопросы советского авторского пра-

ва.- <Советское государство и право>, 1954, № 8, стр. 40.

-46-

лишь абсолютные правомочия автора, возникающие в силу са-

мого факта создания произведения. Охрана же остальных прав

автора зависит от использования произведения, а значит, и от

его качества и достоинства, от его общественной полезности.

Согласно действующему законодательству, произведение

должно быть выражено в какой-либо объективной форме, вос-

производящей результат творческой деятельности автора. Осно-

вы авторского права такого требования не содержали. Но еще

до принятия Основ гражданского законодательства некоторые

ученые считали воспроизводимость обязательным признаком

произведения. (*1).  Другие не видели достаточных оснований для

признания воспроизводимости самостоятельным признаком, ут-

верждая, что объективная форма-это форма, которая делает

произведение не только доступным для восприятия другими

людьми, но и воспроизводимым. (*2). И, наконец, третьи считали,

что этот признак имел самостоятельное значение в прошлом,

когда не существовало киносъемки и современных форм звуко-

записи. Тогда не было способов воспроизведения исполнитель-

ской деятельности, театральных постановок и т. п. В настоящее

время эти ограничения отпали, и следует согласиться с Б. С. Ан-

тимоновым и Е. А. Флейшиц, что воспроизводимость включает-

ся в признак объективной формы. (*3).

Действительно, развитие фотография и киносъемочной техни-

ки, развитие и совершенствование звукозаписи привело к тому,

что все видимое и слышимое может быть зафиксировано, но фик-

сирование не есть еще воспроизведение. Воспроизвести произведе-

ние- значит дать возможность воспринимать его широкому кругу

лиц в течение длительного времени вне связи с самим автором.

Съемка театральной постановки, запись речи на магнитофонную

пленку есть лишь воплощение произведения в объективную фор-

му, а не воспроизведение, так как одного экземпляра зафикси-

рованного произведения еще недостаточно для восприятия его

большим количеством лиц. Для этой цели необходимо еще вос-

произведение, т. е., как правило, размножение.

Было бы неверный признать, что театральная постановка,

публично произнесенная речь, публично исполненная песня, если

они нигде и никак не зафиксированы, не имеют объективно вы-

раженной формы. Такой взгляд противоречил бы ст. 96 Основ.

Но эта форма не дает возможности воспроизводить произведе-

ние, не изменяя его. Устная форма воплощения идей и мыслей

автора настолько неустойчива, что воспроизведение их другими

лицами возможно лишь в той мере, в какой способна зафикси-

ровать идеи, образы и мысли человеческая память. Например

лицо, обладающее музыкальным слухом, способно воспроиз-

(**1) В. И. Серебровский. Указанная работа, стр. 41.

(**2) В. И. Корецкий. Указанная работа, стр. 249.

(**3) Б. С. Антимонов, Е. А. Флейшиц. Авторское право, стр. 80, 81.

-47-

вести мелодию прослушанной песни, но не музыку в целом. Ни-

какой слушатель не способен запомнить произнесенную речь или

прочитанную лекцию полностью. Поэтому публично произнесен-

ные или исполненные произведения могут быть воспроизведены

лишь при условии фиксации их в момент исполнения или произ-

несения одним из технических способов (записью на магнито-

фонную ленту, стенографированием и др.). Но тогда оно при-

обретает другую внешнюю форму выражения и существования.

Некоторые исследователи в области авторского права выска-

зали иной взгляд. Так, Б. С. Антимонов и Е. А. Флейшиц счи-

тают охрану авторским правом устных произведений вполне

обоснованной потому, что основное общественное значение речей,

лекций, докладов и т. п. заключается не в особенностях манеры

произнесения каждого из этих произведений автором, а в их со-

держании, а также в форме, которые могут быть воспроизве-

дены и независимо от манеры их изложения автором (даже по

памяти слушателя). (*1). По мнению Н. Зильберштейна, музыку

можно воспроизвести с того момента, как она прозвучала, хотя

бы автор не прибегнул к записи. Точно так же можно воспроиз-

вести новую научную мысль, если она выражена устно. В под-

тверждение сказанного Н. Л. Зильберштейн приводит пример

с увертюрой к опере <Князь Игорь>, которую А. П. Бородин

проиграл в кругу друзей, но не успел записать и скончался.

А. К. Глазунов восстановил по памяти увертюру в том виде, в

каком она исполнялась автором. (*2). Пример интересный, но делать

на его основе вывод о воспроизводимости устных произведении

нельзя. Ведь тот факт, что в кругу друзей А. П. Бородина ока-

зался композитор с такой музыкальной памятью, как А. К. Гла-

зунов, является чистой случайностью.

М. В. Гордон в подтверждение возможности воспроизведения

устных произведений приводит <Устные рассказы> И. Андрони-

кова, при исполнении которых автор не руководствуется опубли-

кованным текстом. (*3).

Действительно, устные рассказы И. Андроникова живут, но

живут, пока живет их автор. Кроме самого автора, их никто не

может воспроизвести, тогда как для признания произведения

объектом авторского права требуется способность к воспроиз-

ведению без участия в этом процессе самого автора.

Все сказанное дает основание поставить под сомнение воз-

можность юридической защиты устных произведений, посколь-

ку форма их объективного воплощения не позволяет их воспро-

извести. Устная форма-это не форма существования произ-

ведения, а лишь форма его опубликования. Конечно, всякое

(**1) Б. С. Антимонов, Е. А. Флейшиц. Авторское право, стр. 82.

(**2) Н. Л. 3ильберштейн. Авторское право на музыкальные произ-

ведения. М., 1960, стр. 12.

(**3) М.В.Гордон. Указанная работа, стр. 61.

-48-

устно произнесенное произведение может быть записано как

самим автором, так и другими лицами, но с момента записи оно

существует уже как произведение письменное.

Правовая охрана произведений литературы, науки и искус-

ства не связана с признанием определенными государственными

органами результатов их творческими, как при изобретении или

открытии. В законе специально не решен вопрос о том, кто мо-

жет констатировать наличие признаков <произведения в случае,

если таковые оспариваются. Но так как отрицание за произве-

дением качеств объекта есть вместе с тем и отрицание автор-

ского права на него, а последнее может быть признано судом,

логически неизбежен вывод о подведомственности споров о при-

знании произведения объектом авторского права судебным ор-

ганам. Пленум Верховного Суда СССР указал на необходи-

мость назначения экспертизы в случаях, когда суду предстоит

установить жанр, вид или характер произведения, величину

творческого вклада в него и т. п. (*1). Однако А. К. Юрченко счи-

тает, что суд- не самый лучший орган для рассмотрения подоб-

ного рода споров, так как суду зачастую трудно оценить проти-

воречивые мнения экспертов. Все споры, связанные с установ-

лением в созданной работе признаков объекта авторского права,

а также с определением вида произведения, по мнению А. К. Юр-

ченко, целесообразно передать на рассмотрение творческих орга-

низаций. Их нужно также наделить правом удостоверять нали-

чие объекта авторского права и определять его вид (жанр) и

при отсутствии о том спора. (*2).  Если первое предложение заслу-

живает внимания, то второе вряд ли практически осуществимо.

Основы гражданского законодательства ограничиваются оп-

ределением признаков объекта авторского права. В отличие от

Основ авторского права они не содержат перечня произведений,

защищаемых законом. Но такой перечень имеется в граждан-

ских кодексах союзных республик. В одних кодексах виды ав-

торских произведений перечислены в той статье, где дается оп-

ределение произведения (ст. 475 ГК РСФСР, ст. 472 ГК Украины),

в других им посвящена особая статья (ст. 489 ГК Грузинской

ССР, ст. 519 ГК Узбекской ССР).

Ни Основы, ни кодексы не употребляют термина <объект ав-

торского права>. Многие кодексы говорят о предмете авторского

права, разумея под этим отдельные виды произведений. Кодекс

Узбекистана не употребляет и этого термина. В нем идет речь

лишь о видах произведений, на которые возникает авторское

право (ст. 519). Несмотря на различие терминологии и другие

самые незначительные отличия, содержание соответствующих

(**1) Бюллетень Верховного Суда СССР. 1968, № 1, стр. 15.

(**2) А. К. Юрченко. Охрана интересов граждан в правоотношениях,

связанных с творческой деятельностью.- <Гражданскоправовая охрана инте-

ресов личности>. М., <Юридическая литература>, 1969, стр. 206.

-49-

статей гражданских кодексов одинаково. Причем оно мало отли-

чается от ст. 4 Основ авторского права. Кодексы классифици-

руют произведения науки, литературы и искусства, применяя

к ним различные критерии и повторяя тем самым ошибку Основ

авторского права.

Сначала кодексы перечисляют устные и письменные произве-

дения. К первым относятся речи, лекции, доклады, ко вторым

литературные, научные и другие произведения. Казалось бы, к

письменным следует отнести .любое произведение, могущее быть

изложенным на бумаге, независимо от способа выражения мыс-

лей автора. С этой точки зрения драматические и музыкально-

драматические, а также музыкальные с текстом или без текста,

хореографические произведения, переводы, сценарии должны

быть отнесены к письменным. Однако кодексы перечисляют все

эти виды устных и письменных произведений, не делая разли-

чий между способом выражения мысли автора и формой, в кото-

рой они объективируются. Смешение этих двух понятий приво-

дит к логической непоследовательности ст. 475 ГК РСФСР и со-

ответствующих статей других кодексов. В целях устранения та-

кой непоследовательности было бы целесообразно отказаться от

деления произведений на устные и письменные.

Выше уже указывалось, что устная форма-это не форма

существования произведения, а лишь способ его опубликования;

будет или не будет такое произведение существовать в дальней-

шем, зависит от того, будет ли оно воплощено в более устойчи-

вую форму, допускающую воспроизведение вне связи с автором.

Только будучи облеченным в иную форму, устно опубликован-

ное произведение может стать предметом правовой охраны.

В противном случае практическое значение охраны со стороны

закона равно нулю. Лицо, претендующее на охрану своего нару-

шенного права, всегда должно доказать факт нарушения. Этого

не может сделать автор, устно опубликовавший свое произведе-

ние и не имеющий никаких записей, в случае, если обнаружит,

что кто-то выдает его произведение за свое. Не случайно поэтому

судебной практике неизвестны споры по поводу нарушения ав-

торского права на устные произведения.

Отрицание существования устных произведений не означает

отрицания за публичным исполнением и произнесением значения

юридического факта, порождающего определенные правовые

последствия. Публичное исполнение и произнесение есть способ

опубликования, а значит, и способ воспроизведения произведе-

ний, облеченных в какую-то объективную форму, чаще всего из-

ложенных письменно. Но тогда нет оснований называть такие

произведения устными.

Если даже принять, что кодексы положили в основу деления

произведений на устные и письменные способ воспроизведения

их, то и в этом случае непоследовательность ст. 475 ГК не будет

устранена. Ведь драматические произведения и переводы также

-50-

воспроизводятся путем издания, существуют в письменной фор-

ме и являются-одни литературными, другие литературными и

научными.

На основе изложенного более правильным представляется

вместо деления произведений на устные и письменные делить их

на научные и литературные. К литературным следует отнести

драматические произведения, сценарии и сценарные планы. При

этом нет никакой необходимости указывать на способ опублико-

вания, ибо из предыдущих статей закона видно, что правовой

защите подлежат как выпущенные, так и не выпущенные в свет

произведения, т. е. как опубликованные, так и неопубликован-

ные. Все республиканские кодексы включают статьи, поясняю-

щие, какие произведения считаются выпущенными в свет. При-

чём в них не упоминается о публичном произнесении как спо-

собе опубликования, хотя оно является именно таковым.

Не считается выпуском произведения в свет информация о

произведении с изложением его содержания, а в случаях, пре-

дусмотренных законом, также размножение произведения на

правах рукописи. Но разумеется, и произведение, о котором ин-

формировала печать, и размноженное на правах рукописи

остаются объектами авторского права. Сама информация каче-

ствами объекта не обладает.

Нет необходимости также указывать в законе, как это делала

ст. 4 Основ авторского права, в каком виде будет выступать

опубликованное произведение. Она называла письменными про-

изведениями книги, статьи, сборники и т. л. В литературе уже

отмечалось, что книга и произведение - понятия не равнознач-

ные. (*1). Книга может включать в себя одновременно несколько

произведений, например, книга содержит литературное произве-

дение, иллюстрированное художником. Иллюстрации представ-

ляют самостоятельный объект авторского права, но вместе с ли-

тературным произведением опубликованы в одной книге. Сбор-

ник тем более может включать в себя большое количество

произведений одного или разных литературных жанров, разных

научных произведений.

Самостоятельным объектом авторского права являются пере-

воды литературных и научных произведений на другой язык.

Ст. 490 ГК РСФСР подчеркивает, что переводчику принадлежит

авторское право на выполненный им перевод.

Ученые единодушны в том, что перевод является объектом

авторского права, если он представляет полностью законченное

произведение. Это мнение отражается в действующем законода-

тельстве. Но степень творческого характера труда переводчика

может быть различной. Для перевода одних произведений доста-

точно хорошего знания языка оригинала, перевод других требует

(**1) У. К. Ихсанов. Права авторов произведений изобразительного

искусства. М., <Юридическая литература>, 1966, стр. 83.

-51-

от автора серьезной подготовки в данной отрасли знаний, боль-

шой эрудиции, глубокого знания языка и литературы, чтобы пе-

редать не только основное содержание, но и научные и художе-

ственные тонкости оригинального произведения. Независимо от

степени творческого вклада переводчика, переведенное произве-

дение пользуется охраной закона, а переводчик наделяется со-

ответствующими авторскими правомочиями. Если же труд пере-

водчика не является творческим и сводится лишь к дословному

переводу без надлежащей научной или литературной обработки,

такой перевод объектом авторского права может быть и не при-

знан. Так иногда решается вопрос о подстрочных переводах.

Именно подстрочные переводы явились предметом спора в

гражданскоправовой науке. По мнению одних они не должны

пользоваться правовой охраной, по мнению других - это объект

авторского права. Наиболее убедительной и соответствующей

действующему законодательству является точка зрения В. И. Се-

ребровского, который предложил дифференцированный подход

к подстрочному переводу. Если перевод является дословным и

служит подготовительным материалом к литературному пере-

воду, он не является объектом авторского права. Если же под-

строчный перевод имеет не только технический, но и творческий

характер, он может охраняться авторским правом. (*1). Таково же

мнение И. А. Грингольца. (*2).

В. И. Корецкий предлагает отказаться от термина <под-

строчный перевод>, что якобы будет способствовать улучшению

качества переводов. (*3). Но, во-первых, отказ от данного термина

не может что-либо изменить, как и отказ от любого другого

термина, ибо терминология, как правило, не затрагивает суще-

ства понятия. Во-вторых, вряд ли можно добиться повышения

качества переводов, если отказ от термина <подстрочный пере-

вод> рассматривать как запрещение таких переводов. Конечно,

всегда желательно, чтобы переводчик не только был способным

к литературной обработке, но и в совершенстве владел языка-

ми оригинала и перевода. Но если переводчик не владеет язы-

ком оригинала (хотя это звучит несколько парадоксально), од-

нако литературные способности позволили ему передать в пере-

воде не только содержание переводимого произведения, но и

его образность, особенности языка и другие художественные до-

стоинства, перевод становится фактом творчества и в силу зако-

на порождает определенные правовые последствия: он призна-

ется объектом авторского права.

Другими словами, запретить подстрочный перевод нельзя,

(**1) В. И. Серебровский. Вопросы советского авторского права,

стр. 49.

(**2) Научно-практический комментарий к Основам гражданского законода-

тельства Союза ССР и союзных республик. М., 1962, стр. 357.

(**3) В. И. Корецкий. Указанная работа, стр. 255.

-52-

так как на перевод с подстрочника не требуется чье-либо разре-

шение. Правовой мерой, не дающей переводчику возможности;

присвоить труд лица, осуществляющего подстрочный перевод,

является признание последнего объектом авторского права, если

он заключает в себе элементы творчества.

К объектам авторского нрава закон относит музыкально-дра-

матические и музыкальные произведения с текстом и без текста.

Это лаконичное определение охватывает все многообразие про-

изведений, представляющих музыкальное искусство.

Содержание понятия <музыкальное произведение> раскрыто

лишь в науке гражданского права, но не в законе. Музыкаль-

ным признается произведение, в котором мысли автора, идеи вы-

ражаются в особом сочетании звуков. Если нет необходимости

отражать все многообразие музыкальных произведений в осно-

вах и кодексах, то нормативные акты, устанавливающие вознаг-

раждение за их создание и использование в обществе, не могут

обойти этого вопроса. В Постановлении СМ РСФСР от 27 июля

1966 года <Об авторском вознаграждении за драматические и

музыкальные произведения> и в Инструкции по применению

этого постановления перечисляются виды произведений, являю-

щихся музыкальными: оперы, балеты, оперетты, оратории, сим-

фонии, кантаты, концерты, марши, сюиты, романсы, песни и мно-

гие другие. Все они создаются в процессе творческого труда либо

композитора, либо композитора и писателя, драматурга, поэта.

Поэтому не вызывает сомнений принадлежность к объектам ав-

торского права оригинальных музыкальных произведений. На-

ряду с оригинальными защите подлежат обработки чужих про-

изведений, а по заключению экспертизы о наличии творческих

элементов к объектам авторского права могут быть отнесены

также музыкальные переложения и оркестровки. По мнению

Н. Л. Зильберштейна, в определенных случаях защите со сторо-

ны авторского права могут подлежать исполнительские и педа-

гогические редакции чужих музыкальных произведений и их

интерпретация, если она закреплена на пластинке, пленке, маг-

нитной ленте и т. п. (*1).

Различными оказались, мнения ученых-юристов о мелодии.

Одни считают ее самостоятельным объектом авторского права,

другие это отрицают. Так, Н. Л. Зильберштейн расценивает мело-

дию как основной элемент музыкального произведения. Будучи

исполненной, мелодия обретает объективную форму и возмож-

ность воспроизведения. (*2). В. Я. Ионас, проанализировав струк-

туру мелодии, обнаружил в ней и идейно-эмоциональное содер-

жание, и образный строй, и художественную форму, на основе

чего сделал вывод, что по своей структуре мелодия - музы-

кальное произведение и поэтому эвентуальный объект авторско-

(**1) Н. Л. Зильберштейн. Указанная работа, стр. 16, 17, 26.

(**2) Там же, стр. 19.

-53-

го права. (*1). В противоположность этому, по мнению Б. С. Анти-

монова и Е. А. Флейшиц, а также В. И. Корецкого, мелодия не

является объектом авторского права, ибо она неотрывна от дру-

гих элементов музыкального произведения: гармонии и ритма,-

и выделить мелодию как произведение, существующее вне связи

с этими элементами, невозможно. (*2).  Последняя точка зрения

представляется более убедительной. Нельзя не признать творче-

ского характера труда, порождающего мелодию, невозможно

также отрицать и воспроизводимости исполненной мелодии, но

при всем том она остается лишь одним из элементов произведе-

ния, хотя и важнейшим. Она подлежит правовой защите, но вме-

сте с другими элементами музыкального произведения. Поэто-

му у нее отрицаются не качества объекта авторского права во-

обще, а лишь качества самостоятельного объекта.

Наряду с музыкальными и музыкально-драматическими

произведениями закон распространяет свою защиту на хореогра-

фические произведения и пантомимы, в которых мысль автора

выражается в танцах и мимике, сопровождаемых, как правило,

музыкой. В отличие от музыкальных, хореографические произ-

ведения и пантомимы являются объектами авторского права при

условии, что для их постановки на сцене автор сделал указания,

изложенные письменно или иным способом. Только публичного

исполнения танца, балета, пантомимы недостаточно, чтобы счи-

тать его облеченным в объективную форму. Такой вывод вполне

разумен, ибо даже самый большой мастер не сможет воспроиз-

вести по памяти просмотренный танец, пантомиму или другое

хореографическое произведение. Только этим обусловлено

предъявляемое законом требование, а отнюдь не тем, что зако-

нодатель. имел намерение направить защиту на письменные или

иные указания, зарисовки и т. п., как думают некоторые ав-

торы. (*3).

Важное место среди объектов авторского права занимают

произведения изобразительного искусства. Хотя ст. 475 ГК не

употребляет этого термина, в дальнейшем гражданский кодекс

пользуется им (ст. 513). В литературе можно встретить и иное

обобщающее название, например, художественные (произведе-

ния. Понятия произведения изобразительного искусства закон

не раскрывает. По мнению В. И. Серебровского, это не пред-

ставляется возможным в виду крайнего многообразия форм и

технических способов выражения творческой мысли в произве-

дениях изобразительного искусства. (*4). Действующие гражданские

кодексы, так же как раньше Основы авторского права, пере-

числяют отдельные виды произведений этой категории. К ним

(**1) В. Я. Ионас. Указанная работа, стр. 40-41.

(**2) Б. С. Антимонов, Е. А, Флейшиц. Авторское право, стр. 88.

(**3) М. В. Гордон. Указанная работа, стр. 65.

(**4) В. И. Серебровский. Указанная работа, стр. 54.

-54-

относятся: произведения живописи, скульптуры, архитектуры,

графического и декоративно-прикладного искусства, иллюстра-

ции, рисунки, чертежи.

Произведения изобразительного искусства характеризуются

двумя моментами: во-первых, они создаются при помощи раз-

личных материалов; одной бумаги и пера недостаточно, чтобы

художник или скульптор мог воплотить свои творческие мысли

в определенную объективную форму (это не относится к архи-

тектурным произведениям и чертежам). Материал может быть

различным, различными будут и приемы выражения мыслей

творца (рисование, лепка, резьба и т. п.). Эта особенность обу-

славливает и вторую: созданное произведение представляет со-

бой вещь, имеющую большую или меньшую ценность. Ценность

ее определяется стоимостью затраченного творческого труда и

стоимостью использованного материала. В связи с тем, что из-

под кисти художника и из-под резца скульптора картина, скульп-

тура выходят в единственном экземпляре, особую ценность пред-

ставляет именно этот экземпляр. Они допускают воспроизведе-

ние, но, будучи воспроизведенными, обретают жизнь в иной фор-

ме. Картина и скульптура как результат труда художника на-

столько тесно связаны с формой, в которую они облечены, что

составляют с ней одно нераздельное целое. Е. Вакман и

И. Грингольц совершенно правильно заметили, что их спаян-

ность настолько велика, что -не существует даже двух разных

понятий для обозначения картины как продукта духовного твор-

чества художника и как покрытого красками холста. (*1). Но не-

смотря на это единство, картина и скульптура выступают одно-

временно как объекты авторского права и как объекты права

собственности. Последнее может принадлежать не только авто-

ру, но и другому лицу. Ранее действовавший закон не разрешал

вопроса о праве собственности на скульптуру или картину, в ре-

зультате чего сложилось мнение, что право собственности при-

надлежит художнику или скульптору до тех пор, пока он по до-

говору не уступит его другому лицу. (*2). Новое законодательство

внесло ясность в этот вопрос, причем разрешило его несколько

иначе, чем мыслил В. И. Серебровский. Согласно ст. 513 ГК

РСФСР произведение изобразительного искусства, созданное по

заказу, переходит в собственность заказчика, поскольку иное не

предусмотрено договором.

Интересен вопрос о том, какое влияние на объем авторских

правомочий оказывает переход права собственности на произве-

дение изобразительного искусства к другому лицу. Приобрета-

ет ли это лицо вместе с правом собственности и авторское право

или оно в полном объеме сохраняется за автором? Отсутствие

(**1) Е. Вакман, И. Грингольц. Авторское право художников. М.,

Изд-во <Советский художник>, 1962, стр. 18-19.

(**2) В. И. Серебровский. Указанная работа, стр. 56, 217.

-55-

ответа на этот вопрос в прежнем законодательстве приводило к

судебным опорам, а суды занимали различные позиции.

У. К. Ихсанов приводит в своей работе два судебных решения по

спорам о взыскании в пользу автора гонорара за репродукцию

произведения собственником. В одном случае суд признал за

художником право на гонорар, в другом отказал в гонораре

Новые кодексы, четко разграничивай объект авторского пра-

ва и объект права собственности, признают авторское право на

произведение изобразительного искусства за автором и тогда,

когда оно стало собственностью другого лица. Правда, послед-

нему, в силу ст. 513 ГК РСФСР, принадлежит право помещать

произведение на публичных выставках без выплаты автору до-

полнительного вознаграждения. Думается, что ст. 513 внесла

предельную ясность в отношения, связанные с использованием

произведений изобразительного искусства.

Объективной формой архитектурных произведений являются

чертежи и эскизы, но не здания, созданные по ним. В отличие

от произведений изобразительного искусства архитектурные

произведения, выполненные по заказам социалистических орга-

низаций, не только становятся их собственностью (принадлежат

на праве оперативного управления), но порождают у них неко-

торые авторские правомочия. Согласно ст. 515 ГК заказчики ар-

хитектурных, инженерных и иных технических планов, чертежей

и рисунков могут использовать их для своих нужд, передавать

для использования третьим лицам или воспроизводить в печати

без выплаты авторам дополнительного вознаграждения.

Среди объектов авторского права закон называет сценарии

и сценарные планы. Правда, планы упоминаются не во всех рес-

публиканских кодексах. Так, в ст. 519 ГК Казахской ССР и в

ст. 472 ГК РСФСР говорится только о сценариях. И сценарии и

сценарные планы - произведения литературные, имеющие зна-

чение объекта авторского права независимо от постановки по

iei кинофильма.

В зависимости от затраты творческого труда на создание

сценария, можно указать два вида сценариев. К первому отно-

сятся сценарии, написанные автором самостоятельно, вне связи

с каким-либо существующим литературным произведением.

В таком сценарии и сюжет, и тема, и действующие лица-все

ново. Это так называемые оригинальные сценарии.

Второй вид-заимствованные сценарии, т. е. созданные в ре-

зультате переработки чужого повествовательного или драматиче-

ского произведения. Таким является, например, сценарий кино-

фильма <Бег>, написанный А. Аловым и В.Наумовым по моти-

вам одноименной пьесы М. Булгакова.

Совершенно очевидно, что степень творчества в сценариях

первого вида значительно выше. Однако самостоятельного ха-

(**1) У. К. Ихсанов. Указанная работа, стр. 44.

-56-

рактера не лишены и заимствованные сценарии. В любом слу-

чае переработка произведения в сценарий требует от оценариста

глубокого осмысливания всех элементов перерабатываемого и

вновь создаваемого произведений, творческого перевоплощения

первого во второе. А. Ваксберг и И. Грингольц правильно заме-

тили, что <поиски средств, позволяющих языком кинонокусства

передать всю глубину и силу литературного первоисточника.

подчас отнимают у кинодраматурга немногим меньше времени и

сил, чем создание сценария по собственной теме и сюжету>. (*1).

Именно поэтому совершенно справедливо закон относит caei-

ствованные сценарии к объектам авторского права наряду с

оригинальными.

Взгляд на заимствованный сценарий как на творчески само-

стоятельное произведение не разделяется С. Н. Ландкофом. По-

его мнению, хотя заимствованные сценарии признаются объек-

том авторского права, закон не рассматривает их как творчески

самостоятельные произведения. Об этом свидетельствует якобы

правило ст. 103 Основ, согласно которому переработка повество-

вательного и драматического произведения в сценарий допуска-

ется лишь при согласии автора с выплатой ему вознагражде-

ния. <Если бы,-пишет С. Н. Ландкоф,-закон стал на ту точ-

ку зрения, что использование чужого повествовательного и

драматического произведения для написания сценария является

таким творческим процессом, в результате которого создается

новое творчески самостоятельное произведение, тогда закон не

обязывал бы испрашивать согласия автора оригинального про-

изведения на переработку его в сценарий>. (*2). Признание заим-

ствованного сценария объектом авторского права С. Н. Ландкоф

объясняет не наличием творческого элемента, а согласием aaoi-

ра оригинального произведения на его переработку, без чего

якобы сценарий не порождает для сценариста авторских прав.

При этом он не упускает И13 виду и то обстоятельство, что по ис-

течении определенных сроков после смерти автора согласия ia

переработку литературного произведения не требуется. В этом

случае авторские правомочия сценариста возникают на основе

указания источника заимствования. (*3).

С таким толкованием ст. 103 Основ и соответствующих ста-

той гражданских кодексов согласиться нельзя. Требование о

согласии автора па переработку и о выплате ему вознагражде-

ния обусловлено тем, что в заимствованном сценарии всегда в

большей или меньшей степени сохраняется творчество автора.

переработанного произведения, а не тем, что отсутствует твор-

чество сценариста. Здесь легко заметить аналогию с произведе-

ниями, переведенными на другом язык, в признании которых

(**1)  А. Ваксберг, И. Грингольц. Автор в кино. М., 1961, стр. 154-155

(**2) С. Н. Ландкоф. Киноавторское право. Киев, 1963, стр. 14.

(**3) Там же, стр. 15.

-57-

творчески самостоятельными ни у кого не возникает сомнений,

хотя перевод всегда является как бы светом, отраженным от

оригинала. И законодатель не требует согласия автора на пере-

вод его произведения на другой язык только в силу солидарно-

сти интересов автора и общества в нашем многонациональном

государстве.

Если согласиться с толкованием п. 1 ст. 103 Основ С. Н.Ланд-

кофом, то мы будем вынуждены констатировать противоречие

в нормах закона, которые, с одной стороны, требуют, чтобы

объект авторского права был результатом творческой деятель-

ности автора, с другой - признают объектами сценарии, в кото-

рых этот признак отсутствует.

До написания сценария киностудия, согласно типовым сце-

нарным договорам, утверждает либретто или творческую заяв-

ку, а для документальных и видовых кинокартин-расширен-

ную аннотацию; Выполняются либретто, заявки и аннотации ли-

бо сценаристом, либо другим лицом. Независимо от исполнителя

объектами авторского права они не являются, поскольку пред-

ставляют собой не законченное произведение, а являются лишь

основой для создания такового. Впрочем, это мнение не являет-

ся общепризнанным. В. И. Серебровский считает, что в случае

выполнения их не сценаристом, а другими лицами они приобре-

тают характер самостоятельных объектов авторского права. (*1).

В наш век самой широкой популярностью из всех видов ис-

кусства пользуется кино. Ни в зарубежном, ни в нашем внутрен-

нем законодательстве не оставлено места для сомнений насчет

отнесения кинопроизведений к особым объектам авторского

права.

Основы авторского права 1928 года называли в качестве объ-

екта киноленту. Исследователи в области авторского права еди-

нодушно отмечали неудачность этого термина и считали кино-

ленту лишь объективной формой кинопроизведения. Как всякий

материальный предмет, кинолента может рассматриваться как

объект права собственности (права оперативного-управления),

а не авторского права. Поэтому Основы гражданского законода-

тельства, а вслед за ними и гражданские кодексы называют

объектом авторского права кинофильмы и телевизионные филь-

мы. И тот и другой представляют собой комплексное произведе-

ние, объединяющее ряд самостоятельных произведений литера-

туры и искусства: литературный сценарий, дикторский текст,

написанную композитором музыку, эскизы декораций и костюмов,

произведенные кинооператором съемки. Некоторые ученые при-

знают самостоятельным объектом режиссерокий сценарий и

другие элементы фильма. Все эти произведения, входя в кино-

фильм в качестве его элементов, сохраняют вместе с тем для их

авторов значение самостоятельных объектов авторского права,

(**1) В. E. Серебровский. Указанная работа, стр. 59.

-58-

могущих быть использованными ими независимо от процесса

создания и использования кинофильма. (*1).

В связи с развитием телевидения возник вопрос о правовой

защите не только телевизионных фильмов, но и других телеви-

зионных передач. Так же, как в фильме, в подготовке передачи

нередко участвуют представители различных видов искусств и

литературы, каждый из них вносит свою часть в создание пере-

дачи. И передача в целом, и отдельные составные элементы ее

являются объектами авторского права.

В числе объектов авторского права закон называет фотогра-

фические произведения и произведения, полученные способами,

аналогичными фотографии. Эти произведения включались в

примерный перечень объектов и Основами авторского права.

Фотографин больше, чем другие произведения, вызывают сом-

нение в творческом характере труда фотографа. Некоторые ав-

торы рассматривают этот труд как техническую деятельность,

воспроизводящую уже существующие предметы и образы и не

способную создать что-либо новое. Это справедливо для боль-

шинства фотографий, но не для всех. Некоторые фотографиче-

ские произведения бесспорно содержат творческий элемент. Но

так как какого-либо объективного критерия, при помощи кото-

рого можно определить наличие этого элемента, не существу-

ет, закон для признания фотографии авторским произведением:

устанавливает формальные требования: авторское право на них

признается, если на каждом экземпляре произведения указаны

имя автора, место и год выпуска произведения в свет.

К особой группе объектов ст. 475 ГК РСФСР и соответствую-

щие статьи других кодексов относят планы, эскизы и пластиче-

ские произведения, относящиеся к пауке, технике или к поста-

новке на сцене драматического или музыкально-драматического

произведения, географические, геологические и тому подобные

карты, граммофонные пластинки и прочие виды технической за-

писи. Отнесение к объектам последних двух вызывает замеча-

ние. На наш взгляд, ни граммофонные пластинки, ни прочие

виды технической записи объектами авторского права не являют-

ся, так как не являются произведениями. Пластинки и техниче-

ская запись-это форма фиксации и выражения произведения,

причем не всякого, а лишь воспринимаемого на слух: литератур-

ного, музыкального либо того и другого одновременно. На одной

и той же пластинке часто фиксируется ia одно, а несколько про-

изведений. Пластинка-это вещь, а объектом авторского права

является <продукт нематериального производства-произве-

дение, не воплощенное в вещи материальной: в рукописи, эскизе.

грампластинке и т. п. (*2). Не случайно поэтому во II части ст. 475

ГК, где говорится об объективной форме, позволяющей воспро-

(**1) В. И. Серебровский. Указанная работа, стр. 61.

(**2) Б. С. Антимонов, Е.  А. Флейшиц. Авторское право, стр. 82.

-59-

изводить результат творческой деятельности автора, наряду с

рукописью, чертежами упоминается механическая или магнит-

ная запись.

Против признания граммофонной пластинки объектом автор-

ского права можно привести те же доводы, при помощи которых

отрицается качество объекта за кинолентой. Так же, как кино-

лента, пластинка выступает объектом права собственности.

Нельзя не заметить, что как форма воплощения авторского

произведения граммофонная запись имеет исключительное зна-

чение для некоторых видов творчества, в частности, для испол-

нительской деятельности. Вопрос о правовой охране исполни-

тельского искусства возник именно в связи с возможностью фик-

сации и воспроизведения его при помощи грамзаписи. Конечно,

исполнительская деятельность и раньше носила творческий ха-

рактер. Однако нарушение и защита прав исполнителя практи-

чески были невозможными, ибо невозможно было отделить ре-

зультат исполнения от самого акта исполнения. Без участия

самого артиста-исполнителя никто не мог наблюдать его мане-

ру исполнения, слышать и видеть его. Имущественные интересы

исполнителя обеспечивались без предоставления ему защиты со

стороны авторского права. С изобретением граммофонной за-

писи положение изменилось. Теперь уже голос артиста, в особен-

ности певца, мог быть записан па пластинку, а пластинка рас-

пространена среди широкого круга людей и без участия испол-

нителя. Возможной стала выдача исполнения за свое другими

лицами, нарушение неприкосновенности произведения и другие

нарушения.

Хотя грамзапись изобретена и начала развиваться давно. Ос-

новы авторского права 1928 года не устанавливали специальной

защиты произведений, записанных на граммофонную пластинку.

Однако это не значит, что такого рода произведения не подле-

жали охране вообще. Поскольку правовая охрана распространя-

лась на всякое произведение литературы, науки и искусства,

независимо от способа и формы его воспроизведеиия, постольку

это касалось и произведений, воспроизведенных путем граммо-

фонной записи. Впервые указание о них и, как уже было отме-

чено, весьма неудачное, мы встречаем в новых гражданских

кодексах. На наш взгляд, включение в перечень объектов ав-

торского права граммофонных пластинок, а равно произведе-

ний, записанных на пластинку или воспроизведенных при помо-

щи иных видов технической записи, не вызывалось необходи-

мостью.

Перечень объектов авторского права, содержащийся в соот-

ветствующих статьях гражданских кодексов, является пример-

ным, о чем свидетельствует указание и на другие произведения.

Под другими подразумеваются произведения, хотя и не упомя-

нутые в законе, но отвечающие требованиям ст. 96 Основ граж-

данского законодательства. Такими являются, например, различ-

-60-

ного рода сборники, хрестоматии, антологии и т. п. Каждое из

них может включать произведения, являющиеся объектом автор-

ского права других лиц. Так, антология татарской поэзии вклю-

чает большое количество произведений татарских поэтов. Соста-

вителю принадлежит лишь право на систему расположения

произведений, включенных в антологию. Но произведения, по-

мещенные в сборнике, могут и не быть предметом правовой

охраны. Тогда объектом права признается сборник в целом, ибо

творчество проявилось лишь в обработке материалов, располо-

жении их по определенной системе, снабжении их примечаниями

и комментариями. Такими являются, например, сборники нор-

мативных материалов по отдельным отраслям права.

-61-

ГЛАВА IV

СОДЕРЖАНИЕ СУБЪЕКТИВНОГО АВТОРСКОГО ПРАВА

В связи с созданием и использованием в обществе произведе-

ния автор приобретает ряд различных по своему характеру пра-

вомочий, которые в совокупности образуют авторское право.

Единое aaoi?neia право включает в себя такие элементы, как

право авторства и право на авторское имя, право на опублико-

вание произведения, на его неприкосновенность, право на воз-

награждение и некоторые другие. Своей сложностью оно напо-

минает другие субъективные права, например, право собствен-

ности, также включающее в себя несколько различных i?aai-

мочий.

Прежде чем перейти к характеристике отдельных правомочий

автора, необходимо выяснить их природу и определить соотно-

шение понятий <правомочие> и <субъективное право>. Это необ-

ходимо, так как в литературе встречаются высказывания о том,

что субъективное право и правомочие-понятия не тождествен-

ные. Так, М. Ф. Орзих считает, что правомочие есть уже реали-

зованное субъективное право, что последнее, являясь содержа-

нием правосубъектности, правового статуса субъекта права,

вполне мыслимо вне правоотношения, правомочие же существует

только в правоотношении. Например, в силу ст. 10 Конституции

СССР гражданин правоспособен иметь дом. Но субъективное

право (возможность действовать определенным способом и тре-

бовать определенных действий от других лиц) возникает у граж-

данина после того, как он становится собственником дома.

Однако это еще не означает появления правомочия, связанного,

например, с продажей дома. Это правомочие возникает в резуль-

тате реализации субъективного права, следствием чего являют-

ся правоотношения по поводу продажи дома.

На основе приведенного рассуждения М. Ф. Орзих определя-

ет правомочие как гарантированное законом e возможностью

требований определенных действий (бездействий)  от других

лиц поведение управомоченного лица. (*1). Другими словами, субъ-

(**1) М. Ф. Орзих. Формы реализации норм социалистического права.-

<Советское государство и право>, 1968, № 2. стр. 103.

-62-

ективное право-это возможность поведения управомоченного

лица, а правомочие-само поведение. Однако и рассуждение

М. Ф. Орзих в целом, и вытекающие из него выводы представля-

ются надуманными, не основанными на действующем законода-

тельстве.

Во-первых, непонятно, почему автор считает поведением соб-

ственника дома только акты, связанные с продажей, т. е. с рас-

поряжением домом. Ведь владение домом и его использование в

целях удовлетворения потребностей в жилье - тоже поведение

собственника, т. е. уже реализованная возможность. Представля-

ется, что М. Ф. Орзих смешивает два момента: существование

субъективного права и его реализацию. Не всякое субъективное

право реализуется, осуществляется. Иногда управомоченное

лицо не желает его осуществления, а в отдельных случаях пра-

во оказывается неосуществимым. В тех же случаях, когда

субъективное право реализуется, следствием реализации явля-

ется не возникновение правоотношений и правомочий, а, как

правило, их прекращение или изменение.

Во-вторых, противопоставление понятий <субъективное пра-

во> и <правомочие> не только не основано на законе, но и про-

тиворечит ему. Вообще, слово <правомочие> в законе употребля-

ется редко. В Основах гражданского законодательства о пра-

вомочиях собственника говорит единственная статья 19. В ГК

РСФСР слово <правомочие> употреблено дважды-в ст. 92, со-

ответствующей по содержанию ст. 19 Основ, и в ст. 97, причем

только в заглавии статей. В содержании их говорится не о пра-

вомочиях собственника, а о правах. Это свидетельствует о том,

что никаких различий в понятия <право> и <правомочие> за-

конодатель не вкладывал, оба эти выражения имеют одинако-

вый смысл. И если слово <правомочие> все-таки употреблено,

то только с целью подчеркнуть, что субъективное право собст-

венности-сложное право, включающее ряд  прав или i?aai-

мочий. Такой же смысл в слово <правомочие> вкладывается и в

настоящей работе, ибо авторское право, как и право собствен-

ности, включает в себя целый ряд отдельных прав, перечислен-

ных в ст. 479 ГК РСФСР (ст. 98 Основ). Правда, в заглавиях

названных статей говорится не о правомочиях автора, а о пра-

вах. Но наряду с этими отдельными правами или правомочиями,

целый ряд статей Основ и гражданских кодексов считают ав-

торское право в целом совокупностью отдельных прав (ст.ст. 477,

478, 483, 484, 496 ГК РСФСР).

Принадлежащие автору права различны по своему содер-

жанию и характеру, возникают не одновременно и на основе раз-

личных юридических фактов. Одни из них являются личными

неимущественными, другие имеют определенное экономическое

содержание, т. е. являются имущественными. Первые носят аб-

солютный характер, вторые-относительный.                 

-63-

Абсолютным является право авторства, т. е. право считать

себя творцом данного произведения и право требовать такого

признания от других лиц.

Статья 479 ГК РСФСР, в которой перечислены авторские

права, не упоминает специально о праве авторства, не делают

этого и другие статьи IV раздела ГК. Об авторстве как особом

правомочии автора упоминается лишь в связи с правом на откры-

тие. Co. 517 ГК дает автору открытия право требовать призна-

ния его авторства и приоритета в открытии, удостоверяемых дип-

ломом. Хотя автору литературного, научного произведения и

произведения искусства не выдаются какие-либо документы,

удостоверяющие его авторство, тем не менее закон это право

признает и защищает. Возложение на всех лиц, осуществляющих

опубликование, воспроизведение и распространение произведе-

ний, обязанности указывать имя автора (за немногими исклю-

чениями) есть не что иное, как признание и защита этого основ-

ного авторского правомочия. Обязанность эта предусмотрена

статьями 479, 492, 495 ГК РСФСР и соответствующими статьями

ГК союзных республик.

Право авторства является личным неимущественным пра-

вом, не имеющим экономического содержания и тесно свя-

занным с личностью автора. Возникает оно в момент создания

произведения и существует независимо от его использования в

обществе.

Право авторства, в отличие от других правомочий, неотде-

лимо от личности автора. Оно не может перейти к другому лицу

ни по договору, ни на основании закона и не является

объектом наследования. Право авторства сохраняется за

автором и тогда, когда никакого права распоряжаться произ-

ведением он не имеет, что может быть, например, в случае при-

нудительного выкупа произведения государством и объявления

его достоянием государства. Это право не ограничено сроком.

При жизни сам автор защищает свое авторство на произве-

дение, после его смерти социалистическое общество строго сле-

дит за тем, чтобы произведение носило имя действительно-

го автора.

Будучи абсолютным, право авторства выступает как элемент

гражданского правоотношения, которому корреспондирует обя-

занность каждого воздержаться от нарушения этого правомочия

автора. Правда, такой взгляд на абсолютные права вообще и на

авторское право в частности не является в настоящее время об-

щепризнанным. Ему противопоставляется мнение о том, что

субъекты абсолютных гражданских прав и абсолютных обязан-

ностей не состоят между собой в гражданских правоотношениях,

что абсолютные права и обязанности в их чистом виде адресова-

ны не каким-либо определенным лицам, а обществу в целом. Они

определяют правовой статус граждан и находятся за пределами

-64-

гражданских правоотношений. (*1). Так, Д. М. Генкин писал, что

нормы права воздействуют на поведение людей не всегда через

правоотношения, а в ряде случаев непосредственно. Последнее

имеет место, когда абсолютные субъективные права возникают

непосредственно из объективного права в большинстве случа-

ев в силу юридического факта, но могут вытекать непосред-

ственно из нормы и без наличия юридического факта. К таким

Д. М. Генкин относит вытекающие из Конституции СССР права

неприкосновенности личности, свободы слова, собраний и неко-

торые другие. (*2).

В значительной степени этот взгляд представляется верным.

Действительно, целый ряд основных прав советских граждан и

их обязанностей вытекает непосредственно из закона, независи-

мо от участия в конкретных правоотношениях. Всe эти права и

обязанности составляют содержание правосубъектности или

правовой статус данного лица. (*3). Но возможно ли отождествле-

ние этих прав с субъективными гражданскими правами, возни-

кающими в связи с определенными юридическими фактами-

покупкой вещи, созданием произведения и т. п.? Думается, что

такое отождествление недопустимо.

Гражданину как носителю основных конституционных прав

не противостоит ни конкретное обязанное лицо, ни неопределенно

широкий круг обязанных лиц. Государство же, наделившее

гражданина правами, сосредоточивает свое внимание не на за-

щите нарушенных основных прав, а на создании условий, обеспе-

чивающих их реальность, гарантирующих их осуществление. По-

этому практически нарушение конституционных прав в условиях

социалистического государства-явление исключительное, но

если оно все-таки происходит, то гражданин, права которого

нарушены, обращает свое требование не к нарушителю непо-

средственно, а к государству в лице соответствующих органов.

Нарушитель также несет ответственность перед государством, а

не перед гражданином. Поэтому не только исковой, но и вооб-

ще судебный порядок защиты таких прав недопустим.

Иначе обстоит дело с восстановлением нарушенных субъек-

тивных прав, возникших в связи с юридическими фактами. Со-

циалистическое общество создает благоприятные условия соблю-

дения и этих прав, однако они нарушаются чаще, чем основные

права граждан. Нарушителем права собственности, права ав-

(**1) См.: Д. М. Генкин. Право собственности как абсолютное субъек-

тивное право.-<Советское государство и право>, 1958, № 6, стр. 93, 94:

С. Н. Братусь. Предмет и система советского гражданского права. М.,

1963, стр. 189; Гражданское право. Учебник под ред. П. Е. Орлов-

ского и С. М. Корнеева, т. 1, 1969, стр. 80; М. Ф. Орзих. Формы реали-

зации норм советского права.-<Советское государство и право>, 1968, № 2,

стр. 103.

(**2) Д. М. Генкин. Указанная статья, стр. 94.

(**3) А. В. Мицкевич. Субъекты советского права. М., 1962, стр. 12.

-65-

торства может быть любое лицо, а потому и ответственным пе-

ред управомоченным становится любое лицо, нарушившее его

право. Именно к нему потерпевший вправе обратить свое требо-

вание, а он отвечает непосредственно перед потерпевшим. Вряд

ли это было бы возможным, если бы право собственности либо

авторское право были адресованы не каждому члену общества,

а обществу в целом. Нарушитель не мог бы выступать в качестве

ответчика перед управомоченным, если бы он нарушил обязан-

iinou перед обществом.-

Попытка Д. М. Генкина ioa?aie?eou ioa?aie?eou noauaeoea-

ные права как элементы правосубъектности от относительных

прав по основаниям возникновения мало эффективна, ибо отно-

сительные правоотношения возникают также на основе закона

в силу юридических фактов. Например, право автора на возна-

граждение и обязанности издательства выплатить его возникает

на основе закона (ст. 98 Основ) в силу факта издания произве-

дения.

Абсолютные субъективные i?aaa, возникающие в связи, с

юридическими фактами, нельзя рассматривать как элементы

правового статуса и по той причине, что это приведет к призна-

нию различий правового статуса отдельных граждан, что проти-

воречит положению личности в социалистическом обществе.

В содержание правового статуса гражданина следует включить

предусмотренную ст. 9 Основ гражданского законодательства

возможность иметь имущество a личной собственности и права

автора произведения науки, литературы, искусства, а не право

собственности <на конкретную вещь, не право авторства на кон-

кретное произведение. Последние-есть элементы абсолютных

гражданских правоотношений.

С правом авторства тесно связано право на имя. Связь их в

том, что автор вправе именовать себя творцом произведения, а

произведение именовать своим именем. Право на авторское имя

включает в себя и способ его обозначения, выбор которого при-

надлежит только автору. Согласно ст. 98 Oniia автору принад-

лежит право на опубликование, воспроизведение и распростране-

ние произведения всеми дозволенными законом способами под

своим именем, под условным именем (псевдонимом) или без

обозначения имени (анонимно).

В большинстве случаев aвторы обозначают произведения сво-

им действительным именем, но прибегают и к псевдонимам, чаще

всего авторы литературных произведений, реже - произведений

искусства. Использование псевдонимов авторами научных произ-

ведений в практике почти не встречается.

В свое время в печати высказывалось сомнение в необходи-

мости в наших условиях сохранять право на псевдоним. Отмеча-

лось, что после социалистической революции отпали причины,

побуждающие авторов скрываться за псевдонимом, что эта ли-

тературная традиция, как и многие другие, отжила свой век.

-66-

Указывалось также, что борьба с псевдонимами имеет важное

значение a повышении личной ответственности каждого, кто ра-

ботает на литературном поприще. (*1). Однако приведенные доводы

не были признаны заслуживающими внимания, и совершенно

справедливо. Конечно, советские писатели, поэты, композиторы ис-

пользуют псевдонимы не с той целью, с какой, например, извест-

ный украинский писатель Афанасий Рудченко пользовался псев-

донимом Панаса Мирного. Вымышленное имя помогло А. Я. Руд-

ченко оставаться неизвестным полиции более десяти лет. хотя

урядник, разыскивающий его, работал с ним в одной комнате и

постоянно делился с Рудченко своими неудачами в поисках Па-

наса Мирного.

У советских писателей нет нужды скрываться за псевдонима-

ми от какой бы то ни было ответственности, тем не менее могут

быть мотивы, побуждающие не столько скрывать действительное

имя, сколько пользоваться другим, может быть, более благозвуч-

ным, более известным именем. Учитывая это, новое законода-

тельство по авторскому праву, как и прежнее, сохранило право

на псевдоним. Под вымышленным именем автор выступает перед

публикой, перед читателями, зрителями, слушателями. Перед ор-

ганизациями же, использующими его произведение, автор высту-

пает под действительным именем. Издательству, театру, кино-

студии имя автора необходимо знать потому, что между ними и

автором возникает целый комплекс правовых отношений значи-

тельно более сложных, чем отношения автора с членами обще-

ства. Для реализации этих сложных отношений организация

должна знать, с кем имеет дело.

Автор вправе выпустить свое произведение a свет анонимно,

без указания имени. Это правило знает некоторые исключения.

Так, редакция газет и журналов вправе отказаться от опублико-

вания анонимной статьи, ибо статья рассматривается исходящей

от редакции, если те указано имя автора. А мнение редакции не

всегда совпадает с мнением автора. С другой стороны, передовые

статьи: в газетах и журналах, как правило, публикуются ано-

нимно, и автор не вправе настаивать на указании имени. Он

может лишь отказаться от публикации статьи. Во всех случаях

анонимного издания произведения авторство может быть удосто-

верено справкой редакции или издательства о том, что оно при-

надлежит определенному лицу.

Организации, использующие произведения, не вправе раскры-

вать имени автора, когда он желает выступить анонимно или под

псевдонимом. Нарушение этого права влечет, по мнению

О. С. Иоффе, только дисциплинарную ответственность работника

соответствующей организации. (*2). В практике такие нарушения

(**1) За отмену права на псевдоним высказались писатели М. Бубеннов,

М. Шолохов e некоторые другие.

(**2)  О. С. Иоффе. Советское гражданское право, ч. III, Изд-во ЛГУ,

1965. стр. 39.

-67-

дожнику, но оно ограничивается в интересах изображаемого.

Право последнего в литературе иногда называют правом на

собственное изображение, являющееся личным неимущественным

правом, не связанным с имущественными. Эта категория субъек-

oeaiuo гражданских прав по мнению одних ученых только охра-

няется нормами гражданского права, (*1), по мнению других не

только охраняется, но и регулируется. (*2).

Гражданин может быть изображен не только в произведении

изобразительного искусства, но и на фотографии, в кинофильмах

и телевизионных передачах. Возникает вопрос, подлежат ли ох-

ране его интересы в этих случаях. И. А. Грингольц, комментируя

ст. 514 ГК РСФСР, отрицательно отвечает на этот вопрос. Он

считает, что <право на изображение> применяется к произведе-

ниям изобразительного искусства. Действие его на остальные

произведения не распространяется. (*3). Такое решение вопроса

вряд ли соответствует интересам личности и интересам общества

в целом в период, когда так широко развиты фотография.

кинематография и телевидение. Конечно, не всякое изобра-

жение, каким бы оно ни выглядело, отрицательно скажется на

интересах гражданина. Показ гражданина в массовых сценах в

кино и по телевидению без фиксации на нем внимания зрителей

не может быть поставлен в зависимость от желания или нежела-

ния изображаемого, да, пожалуй, это и невозможно. Если же

изображение демонстрируется отдельно, крупным планом, с

упоминанием имени изображенного, интересы его должны учиты-

ваться. То же следует сказать о выставлении в витринах фото-

ателье с целью рекламы портретов заказчиков.

Возражая И. А. Грингольцу, Ю. К. Толстой привел два до-

вольно веских аргумента в пользу распространения правила

ст. 514 на фотографические и другие произведения.

Во-первых, в настоящее время изобразительное искусство

включает и фотографические произведения, разумеется, при со-

блюдении основного требования, предъявляемого к объекту

авторского права,-наличия творчества; во-вторых, право на

собственное изображение распространяется на всякое изображе-

ние, хотя бы оно и не было объектом авторского права. (*4).

Защита права на собственное изображение должна осущест-

(**1) О. С.Иоффе. Личные неимущественные права и их место в систе-

ме гражданского права.-<Советское государство и право>, 1966, № 7,

стр. 53.

(**2) Е. А. Флейшиц, A. Jl. Маковский. Теоретические вопросы

кодификации гражданского законодательства.- <Советское государство и пра-

во>, 1963, № 1, стр. 89; Н. А. Придворов. Правовые и философские

вопросы субъективного права на честь и достоинство.- <Советское государ-

ство и право>, 1968, № 3, стр. 99.

(**3) Научно-практический комментарий к ГК РСФСР, М., 1966, стр. 586.

(**4) Ю. К. Толстой. Охрана личных прав граждан, не связанных с иму-

щественными правами.- Сб. <Гражданскоправовая охрана интересов лич-

ности>. М., 1969, стр. 69.

-70-

злиться в порядке, установленном для защиты личных неиму-

щественных прав.

После смерти изображенного опубликование, воспроизведение

и распространение изображения может иметь место только с

согласия его детей и пережившего супруга. Причем, как правильно

заметил И. А. Грингольц, требуется единодушное согласие всех

этих родных покойного, вне зависимости от их права на наслед-

ство. Если изображенное лицо дало художнику неограниченное

право на публикацию своего (портрета, то такое разрешение не

может быть отозвано близкими этого лица после его смерти. (*1).

Ст. 514 ГК разрешает опубликование изображения без согла-

сия изображенного в двух случаях: если это делается в государ-

ственных или общественных интересах и если изображенное

лицо позировало автору за плату.

Правила, аналогичные изложенному, имеются в гражданских

кодексах всех союзных республик (ст. 524 ГК Грузии, ст. 561 ГК

Узбекской ССР, ст. 511 ГК Украины и др.). Наряду с этими пра-

вилами в кодексе Казахской ССР содержится правило, требую-

щее для опубликования дневников, записей, заметок и писем

согласия автора, а для публикации писем также и согласия адре-

сата. После смерти их требуется согласие детей и пережившего

супруга (ст. 491 ГК Каз. ССР).

Право авторов писем, дневников, заметок, а также право

адресата по своей природе сходно с правом на изображение.

Защиту этого права следовало бы ввести и в ГК Других союз-

ных республик.

Право автора на опубликование может быть ограничено в

связи с выкупом неопубликованного произведения государством.

После смерти автора произведение может быть опубликовано

его наследниками, а при отсутствии наследников - соответст-

вующими государственными органами. Это говорит о том, что

право на опубликование нельзя считать неотделимым от лич-

ности автора в той же мере, в какой это характерно для права

авторства.

Тесно связаны с правом на опубликование и между собой

права автора на воспроизведение и распространение произведе-

ния.

( Под воспризведением понимается размножение произведе-

ния, когда на основе экземпляра, непосредственно созданного

автором, при помощи каких-либо технических средств создается

большое количество экземпляров книг, нот, копий картин, кино-

лент и т. п. И. А. Грингольц считает одним из видов воспроиз-

ведения исполнение произведения. (*2). Такой взгляд основывается,

вероятно, на содержании п. 4 ст. 103 Основ и п. 4 ст. 492 ГК

РСФСР, в которых транслирование по радио и телевидению

(**1) Научно-практический комментарий к ГК РСФСР, стр. 585.

(**2) Там же, стр. 550.

-71-

именуется воспроизведением. В действительности же в резуль-

тате исполнения произведения по радио, телевидению либо иным

способом оно может продолжать существовать в одном экзем-

пляре, написанном рукой автора. Ст. 476 ГК называет исполне-

ние одним из способов опубликования. Вместе с тем, это и рас-

пространение произведения, т. е. доведение его до сведения дру-

гих лиц, но не воспроизведение.

Таким образом, произведение, не будучи воспроизведенным,

может быть опубликовано и распространено. А можно ли опуб-

ликовать произведение, не распространив его? У. К. Ихсанов

отвечает на этот вопрос положительно, считая, что произведение

изобразительного искусства, выставленное в музее на выставке,

публикуется, но не воспроизводится и не распространяется. (*1).

В противоположность ему О. С. Иоффе утверждает, что выстав-

ленная картина или скульптура не воспроизводится, но распро-

страняется среди посетителей выставки. (*2). Вторая точка зрения

представляется наиболее правильной.

Распространение отделимо от воспроизведения и может осу-

ществляться самостоятельно. Оно может иметь место после вос-

произведения, одновременно с ним или вообще без него. (*3). Вос-

произведение и распространение произведения не всегда влечет

за собой выпуск его в свет. Этого не происходит, например, при

издании произведения на правах рукописи.

Сказанное свидетельствует о том, что, несмотря на тесную

связь между собой, каждое из авторских правомочий сохраняет

самостоятельное значение.

В условиях социалистического государства, сосредоточив-

шего в своих руках основные средства производства, автор не

может сам воспроизводить и выпускать в свет произведение.

Свои правомочия он реализует при помощи социалистических

организаций.

Ст. 98 Основ закрепляет за автором наряду с другими не-

имущественными правами право на неприкосновенность произ-

ведения, содержание которого раскрыто в ст. 480 ГК РСФСР и

соответствующих статьях кодексов других союзных республик.

Право на неприкосновенность означает, что при создании, пуб-

личном исполнении или ином использовании произведения вос-

прещается без согласия автора вносить какие бы то ни было

изменения как в само произведение, так и в его название и в

обозначение имени автора, воспрещается также без согласия

автора снабжать произведение при его издании иллюстрациями,

предисловиями, послесловиями, комментариями и какими бы то

ни было пояснениями. Все перечисленные в ст. 480 ГК действия

(**1) У. К. Ихсанов. Указанное сочинение, стр. 4.

(**2) О. С. Иоффе. Основы авторского права. М., 1969, стр. 32.

(**3) С. А. Чернышова. Права и обязанности автора по издательскому

договору.-<Советское государство и право>, 1970, №5, стр. 118.

-72-

могут совершаться только с согласия автора. Издательства,

театры, киностудии и другие лица обязаны согласовать с авто-

ром любые изменении, относящиеся как к содержанию, так и к

названию произведения. Причем изменения содержания могут

сводиться лишь к некоторым сокращениям и уточнениям, редак-

ционной правке. Изменять существо содержания, его смысл

вообще никто, кроме автора, не может, ибо такие изменения при-

ведут к созданию нового произведения. В этом смысле непри-

косновенность распространяется как на произведения, охраняе-

мые советским авторским правом, так и на неохраняемые, на-

пример, на произведения, на которые истекли сроки авторского

права, а также произведения иностранных авторов, вышедшие

в свет за пределами СССР.

Нельзя не отметить, что не все государства так бережно отно-

сятся к тому, что создано за рубежом и не подпадает под непо-

средственную охрану национального законодательства. Так, вен-

ская газета <Курир> сообщала о неожиданных превращениях

с иностранными фильмами при дублировании их на немецкий

язык западногерманскими киностудиями. Около 350 зарубежных

лент ежегодно, пишет газета, ссылаясь на данные западногер-

манского социолога доктора Отто Хесса-Квака, <искажаются,

кромсаются, фальсифицируются на студиях Западного Берлина,

Мюнхена, Гамбурга. Социальная картина в них начисто уби-

рается. Негативные намеки на недавнее нацистское прошлое

Германии удаляются. Немцы, которые в оригинале фильма

выглядят несимпатично, при дублировании получают другую

национальность>. Например, в фильме <Меморандум Квиллера>

есть сцена, показывающая, как в Западном Берлине под руко-

водством английской секретной службы работает неонацистская

подпольная организация. При дублировании его нацисты были

превращены в... коммунистов.

Один из режиссеров дубляжа доктор Мюллер цинично за-

явил, что <из жестокого убийцы можно сделать пацифиста. Из

босса американской банды гангстеров - русского шпиона, из

немецкого уголовника - эмигранта, говорящего с польским

акцентом>. (*1). К сожалению, подобного рода нечистоплотные ком-

мерческие манипуляции производятся не только при дублирова-

нии фильмов, но и при использовании в буржуазных государ-

ствах других произведений зарубежных авторов.

Согласно ч. 1 ст. 103 Основ (ч. 1 ст. 492 ГК РСФСР) не счи-

тается нарушением права на неприкосновенность использование

изданного произведения без согласия автора для создания но-

вого творчески самостоятельного произведения, кроме перера-

ботки повествовательного произведения в драматическое или в

сценарий и наоборот, а также переработки драматического про-

изведения в сценарий и наоборот. Право на неприкосновенность

(**1) Газета <Правда>, 3 ноября 1969 г.

-73-

не нарушается переводом произведения на другой язык при усло-

вии сохранения целостности и смысла оригинального произведе-

ния (ст. 489 ГК). В противном случае автор вправе запретить

издание произведения в переводе. Издание переведенного произ-

ведения не исключает возможности перевода его другими ли-

цами. Если, однако, перевод осуществлен автором оригиналь-

ного произведения, никто другой уже не вправе прибегнуть к но-

вому переводу этого произведения на тот же язык. (*1). Такой пере-

вод неизбежно привел бы к изменению произведения, запрещен-

ному ст. 480 ГК РСФСР.

Право автора на неприкосновенность распространяется не

только на само произведение, но и на тексты эпиграфов, аннота-

ций, написанные автором. (*2).

В отличие от Основ авторского права ныне действующее

законодательство содержит правила об охране неприкосновен-

ности произведений не только при жизни автора, но и после его

смерти.

Ст. 481 ГК РСФСР дает автору право еще при жизни назна-

чить лицо для охраны неприкосновенности произведений после

своей смерти. Таким лицом может быть кто-либо из родных и

близких автора, им может быть и постороннее лицо, для кото-

рого духовные интересы автора понятны и дороги. Оно назна-

чается в том же порядке, в каком назначается исполнитель заве-

щания, т. е. указывается в завещании автора (ст. 544 ГК). Одно-

временно это лицо может быть названо и в качестве наследника

имущественных прав автора и наличного имущества, но/может

и не быть таковым. И в том и в другом случае требуется его

согласие на охрану творческого наследия автора. Согласие

может быть выражено в надписи на самом завещании либо в

заявлении, приложенном к завещанию. Выразив свое согласие,

назначенное лицо осуществляет свои правомочия по охране

неприкосновенности пожизненно.

Если специальное лицо не назначено, неприкосновенность

произведения охраняется наследниками, а также организация-

ми, на которые возложена охрана авторских прав.Организации

охраняют неприкосновенность произведений также при отсут-

ствии наследников и в случае прекращения их авторского права.

Значит, наследники, в отличие от специально назначенных лиц,

охраняют неприкосновенность произведеиий лишь в пределах

срока действия авторского права (15 лет считая n 1 января года

смерти автора). Организации же осуществляют свои полномо-

чия по защите права на неприкосновенность бессрочно.

Все рассмотренные выше правомочия являются личными

неимущественными, в силу их неэкономического содержания и

(**1) О. С. Иоффе. Советское гражданское право, ч. III, стр. 44.

(**2) В. Г. Камыше в. Издательский договор на литературные произве-

дения. М., <Юридическая литература>, 1969, стр. 11.

-74-

тесной связи с личностью носителя. Вместе с тем совершенно

очевидно, что степень связи их с автором различна. Одни ни при

каких условиях не отделимы от личности автора (право автор-

ства, право на имя) связь других (право на опубликование, вос-

произведение и распространение, право на неприкосновенность)

менее устойчива, поскольку и при жизни, а особенно после

смерти автора они могут осуществляться другими лицами. Учи-

тывая эти различия, В. А. Кабатов называет правомочия пер-

вой группы личными неимущественными, а пpaвoмoчия второй

группы просто неимущественными. (*1). Хотя употребленные В. А. Ка-

батовым термины нельзя признать удачными с точки зрения

действующего законодательства (ст. 1 Основ не называет в ка-

честве предмета регулирования неимущественные отношения в

отличие от личных неимущественных), тем не менее различия

двух групп правомочий по их связи с автором игнорировать не

следует.

No. 98  Основ гражданского законодательства предоставляет

aaoi?o i?aai  ia вознаграждение за использование произведе-

ния другими лицами, кроме случаев, указанных в законе. Полу-

чить вознаграждение за ислользование произведения-важней-

шее имущественное право автора, обусловленное тем, что про-

изведение является результатом творческого труда автора, а

всякий общественно полезный труд в социалистическом обще-

стве подлежит оплате.

Формы вознаграждения за авторский труд различны. Наи-

более распространенной формой, с большей очевидностью обус-

ловленной характером творческого труда, является вознаграж-

дение в виде авторского гонорара. Оно выплачивается при изда-

нии произведений, при их публичном исполнении, записи на

пленку, при использовании произведений декоративно-приклад-

ного искусства в промышленности, при использовании произве-

дений изобразительного искусства в театральных постановках,

за репродуцирование и копирование их и т.д.

Творческий труд авторов научных произведений часто опла-

чивается не в форме гонорара, хотя нередко и они получают

гонорар. Известно, что за издание научных произведений (кро-

ме учебников и учебных пособий), созданных в порядке выпол-

нения плана научных исследований, работникам высших учеб-

ных заведений и научно-исследовательских учреждений <гонорар

не выплачивается, ибо за проведение исследований и воплоще-

ние их результатов в форму научных произведений автор полу-

чает заработную плату в заранее установленном размере. Та-

ким же способом оплачивается труд художников, режиссеров и

других авторов, являющихся штатными работниками государ-

ственных организаций и создающих произведения в силу <вы-

(**1)  В. А. Кабатов. Автореферат кандидатской диссертации, стр. 4.

-75-

полнения <служебного задания. Формой вознаграждения за ав-

торский труд в названных neo?ayo являeтся заработная плата.

И, наконец, вознаграждение за труд автора может быть вы-

плачено в форме покупной цены a результате продажи произ-

ведения изобразительного искусства  (картины, скульптуры).

Произведение может быть выполнено по заказу организации или

гражданина, а потом уступлено за вознаграждение другому ли-

цу a собственность. Основанием возникновения права собствен-

ности у приобретателя в первом случае является договор, сое-

диняющий в себе черты авторского договора и договора купли-

продажи, a ai втором-договор купли-продажи.  Поэтому и

вознаграждение имеет форму покупной цены.

Закон определяет размер, порядок и сроки выплаты вознаг-

раждения за большую часть произведений, используемых в об-

ществе. Из ст. 98 Основ следует, что установление размера воз-

награждения относится к компетенции Союза ССР и союзных

республик. Причем четкого разграничения компетенции союзных

и союзнореспубликанских органов в законе не дано. Преобла-

дающее большинство нормативных актов, ныне регулирующих

размер авторского вознаграждения, издано советами министров

союзных республик. До недавнего времени республики не имели

никаких указаний со стороны союзных органов, которыми им

следовало бы руководствоваться при решении вопросов о раз-

мере авторского гонорара. Лишь 25 апреля 1968 года Советом

Министров СССР было принято постановление <О внесении

изменений в ставки авторского гонорара за литературные про-

изведения>. (*1). Постановление поручило советам министров союз-

ных республик установить не позднее 1 января 1969 года единые

дифференцированные ставки авторского гонорара ca издание и

переиздание произведений художественной прозы и поэзии. Опре-

деляя минимальные ставки, постановление отметило, что в рес-

публиках могут быть сохранены более высокие ставки автор-

ского гонорара, установленные ранее.

Союзным республикам предложено также установить поря-

док, согласно которому:

а) опубликование литературно-художественных произведе-

ний в альманахах не учитывается при подсчете количества из-

даний данного произведения;

б) драматургам, чьи произведения оставались в репертуаре

театров свыше пяти лет, вознаграждение за публичное исполне-

ние этих произведений выплачивается по истечении пяти лет

полностью.

Постановлением от 25 апреля 1968 года был изменен также

порядок оплаты собраний литературно-художественных сочи-

нений, выходящих при жизни автора.

(**1) СП СССР. 1969, №9, ст. 52.                          

-76-

На основании данного постановления и в соответствии с ним

союзные республики внесли изменения a нормативные акты об

авторском гонораре за литературно-художественные произведе-

ния. В РСФСР таким актом являлось и сейчас является Поста-

новление СМ РСФСР от 7 апреля 1960 года № 530 <Об автор-

ском гонораре за литературно-художественные произведения>. (*1).

Оно изменено частично Постановлениями СМ РСФСР от 9 сен-

тября 1968 года № 620 (*2) и от 16 июля 1970 года № 436 (*3). Соглас-

но последнему, при выплате гонорара не считается отдельными

изданиями опубликование литературно-художественных произ-

ведений не только в альманахах, но и в газетах, журналах и в

<Роман-газете>. Опубликование же в литературных приложе-

ниях к газетам и журналах учитывается как одно обычное изда-

ние, независимо от тиража. При определении порядкового

номера издания произведения опубликование его на каждом

языке учитывается отдельно.

В союзном масштабе осуществлено нормирование гонорара

за музыкальные и литературные произведения, выпускаемые для

распространения среди населения в записи на граммофонных

пластинках и магнитофильмах организациями, учреждениями

и предприятиями, расположенными на территории СССР. (*4).

Разработка и утверждение ставок авторского гонорара и

расценок на художественно-графические работы для печати

были возложены Советом Министров СССР на Министерство

культуры СССР, которое, согласовав их с Государственным

Комитетом СМ СССР по вопросам труда и заработной платы,

приказом от 20 июля 1963 года № 314 эти ставки и расценки

утвердило, а с 1 октября 1963 года они вступили в действие. (*5).

Предусмотренные приказом ставки авторского гонорара и рас-

ценки на художественно-графические работы для печати явля-

ются обязательными для всех издательств и других организа-

ций, занимающихся выпуском печатной продукции, независимо

от ведомственной подчиненности.

Для acex остальных произведений ставки авторского гоно-

рара установлены советами министров союзных республик. Так,

на территории Российской Федерации кроме вышеназванных

действуют следующие нормативные акты:

1. Постановление СМ РСФСР от 20 марта 1962 года <Об

авторском гонораре за произведения политической, научной,

производственно-технической, учебной н другой литературы>, (*6),

(**1) СП РСФСР, 1960, № 16, ст. 64.

(**2) СП РСФСР, 1968, № 17, ст. 90.

(**3) СП РСФСР, 1970, № 17, ст. 105.

(**4) Постановление СМ СССР от 16 апреля 1966 г., СП СССР, 1966, № 17,

ст. 78.

(**5) Ci. <Coaaee авторского гонорара e расценки на художественно-графи-

ческие работы>. М.. изд-во <Искусство>, 1963.

(**6) СП РСФСР, 1962, № 3, ст. 19.

-77-

частично измененное Постановлением СМ РСФСР от 31 марта

1967 года. (*1).

2. Постановление СМ РСФСР от 27 июля 1966 года <Об ав-

торском вознаграждении за драматические и музыкальные про-

изведения> (*2) с изменениями и дополнениями, внесенными в него

Постановлением СМ РСФСР от 5 марта 1969 года. (*3). В связи с

большим разнообразием видов драматических e музыкальных.

произведений и форм их использования Советом Министров

утверждена специальная Инструкция по применению Постанов-

ления от 27 июля 1966 года. Наряду с нормами вознаграждения

за издание и публичное исполнение произведений, инструкция

определяет порядок начисления и взимания вознаграждения с

организаций, осуществляющих публичное исполнение, а также

порядок выплаты его авторам.

3. Постановление СМ РСФСР от 2 нюня 1970 года <Об ав-

торском вознаграждении за использование в промышленности

произведений декоративно-прикладного искусства>, (*4), которое

предусматривает различный порядок оплаты произведений, соз-

данных лицами, несостоящими на постоянной работе на пред-

приятиях и в организациях, осуществляющих выпуск произве-

дений, и лицами, состоящими a штате этих предприятий.

Аналогичные постановления по вопросам aaoi?neoao гонора-

ра действуют и в других союзных республиках.

При отсутствия уттвержденных ставок размер вознагражде-

ния автору за использование его произведения определяется

соглашением сторон.

Анализ законодательства, регламентирующего отношения в

связи с авторским вознаграждением, показьгвает, что оно осно-

вывается на едином для всех категорий трудящихся в социа-

листическом обществе принципе - оплаты труда в соответствии с

его количеством и качеством. Правда, осуществление этого

принципа в исследуемой области намного сложнее, чем при

оплате труда рабочих и служащих. Творческий труд не подда-

ется обычному нормированию при помощи количественных и

временных показателей. Результаты труда автора зависят не

только от затрат времени, но и от множества других моментов:

от прирожденных способностей и таланта, от профессиональной

подготовки и общей эрудиции, от морального состояния автора.

его вдохновения и пр. Поэтому количество затраченного автором

труда определяется по наличным результатам, а именно-по

характеру и объему произведения. Совершенно ясно, что такой

способ определения весьма относителен, ибо лишь приблизи-

(**1) СП РСФСР, 1967, № 5, ст. 41.

(**2) СП РСФСР, 1966, № 23-24, ст. 116.

(**3) СП РСФСР, 1969, № 7, ст. 33.

(**4) СП РСФСР, 1960, № 23, ст. 104.

-78-

тельно можно предположить количество труда, необходимого

для создания данного вида произведения. Но все-таки такое при-

близительное суждение возможно.

Количество авторского труда определяется при помощи еди-

ниц, предусмотренных в законе. Они одновременно являются

единицами оплаты труда. Единицей измерения и оплаты труда

авторов литературных и научных произведений является автор-

ский (печатный) лист, включающий 40 000 печатных знаков.

При издании музыкального текста к авторскому листу прирав-

нивается 3000 кв. см площади, занятой иллюстрациями и нот-

ными примерами.

За единицу измерения труда художника часто принимается

бумажный лист, включающий живописное поле площадью от

2800 кв. см и более.

Единицей измерения i?e оплате поэтических произведений

является строка, а при небольшом объеме произведения ставки

гонорара установлены в целом за произведение. В целом за (про-

изведение установлены ставки оплаты многих музыкальных и

музыкально-литературных произведений, произведений изобра-

зительного искусства, а также некоторых литературно-художе-

ственных произведений.

Оплата труда автора в соответствии с его качеством осуще-

ствляется путем установления дифференцированных ставок го-

норара за единицу (лист, строку, произведение в делом).

Дифференциация состоит либо в установлении не одной, а не-

скольких ставок за единицу, как это сделано, например, в отно-

шении произведений художественной прозы (150, 175, 200, 225,

300 или 400 рублей за один авторский лист), либо в определении

минимального и максимального размера платы за один лист,

например, от 150 до 300 рублей за лист литературы по научно-

теоретическим вопросам. При заключении договора об исполь-

зовании произведения стороны определяют размер гонорара a

пределах, установленных законом.

Каких-либо качественных критериев определения размера

гонорара за конкретное произведение закон не устанавливает,

хотя в свое время такая попытка предпринималась. Постанов-

ление СМ РСФСР от 15 июля 1947 года различало три катего-

рии литературно-художественных произведений в зависимости

от их качества. К первой категории относились выдающиеся

произведения, ко второй-хорошие, удовлетворяющие высоким

идейно-художественным требованиям, к третьей - удовлетвори-

тельные произведения, а также произведения начинающих aaoi-

ров. Соответственно этому определялись и ставки авторского

гонорара. Дифференциация произведений по категориям мотиви-

ровалась необходимостью упорядочения ставок гонорара, лик-

видации обезлички в оплате литературного труда и поощрения

писателей, создающих произведения высокой художественной

-79-

ценности. Но достижение этих целей не обеспечивалось теми

средствами, которые постановление 1947 года предлагало. В нем

не был решен вопрос о том, кто и каким путем должен опреде-

лять принадлежность произведений к категории выдающихся,

хороших e удовлетворительных. С большей степенью определен-

ности был разрешен вопрос о произведениях начинающих aaoi-

ров, но решение это, eae неоднократно отмечалось в литерату-

ре, являлось неудачным, ибо жизнь часто являет примеры, ког-

да начинающий автор создает высокохудожественное произведе-

ние, получающее самую высокую оценку общества. Поэтому

заранее относить их к категории наиболее низко оплачиваемых

было бы несправедливо.

Ныне действующее законодательство разумно отказалось от

разграничения произведений по категориям, но, к сожалению,

объективного критерия оплаты их также не определило. Да это

и невозможно в силу специфики труда автора и его результа-

тов. Действительная, объективная оценка произведения может

быть дана лишь тогда, когда оно станет достоянием общества.

когда оно дойдет непосредственно до тех лиц, которым адресо-

вано. Пока произведение не вышло в свет, пока с ним не позна-

комился широкий круг читателей, слушателей, зрителей, специа-

листов, оценка его всегда носит элементы субъективизма. А не

оценивать произведение до его опубликования нельзя, ибо раз-

мер гонорара определяется в момент заключения договора.

Показателем оценки произведения является опрос, которым

оно пользуется в обществе, тот интерес, который общество про-

являет к данному произведению. Литературные, художественные

и научные произведения, пользующиеся большим спросом, пе-

реиздаются. Чем больше спрос, тем большее число переизданий

они выдерживают. Свидетельством оценки драматических, музы-

кально-драматических, хореографических и т. п. произведений

является время, в течение которого они находятся a репертуаре

зрелищных предприятий.

Так как за исключением случаев, указанных в законе, всякое

использование произведения дает автору право на вознагражде-

ние, то чем шире оно используется, тем большее вознаграждение

получает автор. За каждое переиздание произведения автор по-

лучает определенный процент того, что причиталось ему за пер-

вое издание. Например, за второе и третье издание литературно-

художественного произведения автор  получает 60% суммы,

которую он получил за первое, за четвертое-40%, за пятое-

35%, за шестое и последующие-30%.

Число изданий некоторых произведений устанавливается по

размеру тиража одного издания. Tae, для произведений худо-

жественной прозы тираж равен 15 тыс. экземпляров, для поэ-

зии - 10 тыс.. для оперы и оперетты - 500 партитурам. Издание

сверх этих норм рассматривается как переиздание. Согласно

-80-

Постановлению СМ РСФСР от 16 июля 1970 года не учитыва-

ется как отдельное издание опубликование литературно-худо-

жественных произведений в альманахах, в газетах, журналах,

<Роман-газете>. Если нормы тиража в законе не установлены,

и пределах срока действия договора издательство вправе изда-

вать произведение любым тиражом.

За постановку на сцене и за публичное исполнение произве-

дений авторы получают вознаграждение в процентах с валового

сбора от продажи билетов.

Для некоторых произведений: оригинальных пьес, пьес-инсце-

нировок, оперетт-установлены предельные нормы вознаграж-

дения за публичное исполнение, а именно: первые 10 тыс. руб-

лей, начисленных автору, выплачиваются полностью; из вторых

10 тысяч выплачивается 60%, из третьих-50%, из четвертых

и пятых-по 40%, из шестых и последующих-по 30%. (*1). Сум-

мы, начисленные автору, но не выплаченные ему, передаются в

доход союзного бюджета. Если пьеса, инсценировка, оперетты

сохраняется в репертуаре театра более пяти лет, автор получает

вознаграждение подлостью.

Тот факт, что автор получает гонорар не только за изда-

ние, но за переиздание и публичное исполнение, не требующие

обычно дополнительной затраты труда автора, отличает автор-

ский гонорар от заработной платы рабочих и служащих, но не

исключает того, что гонорар, как и заработная плата, является

вознаграждением за труд. Гонорар за переиздание и публичное

исполнение Является доплатой за качество работы, зависящей от

общественной оценки произведения. (*2).

Кроме права на вознаграждение у автора могут возникнуть

другие имущественные права. Так, согласно ст. 500 ГК РСФСР

автор вправе требовать возмещения убытков, причинённых на-

рушением его правомочий. Исчисление убытков должно осу-

ществляться в соответствии с общим правилом, содержащимся

в ст. 219 ГК, т. е. автор вправе требовать возмещения произве-

денных расходов, стоимости утраченного или поврежденного

имущества, а также неполученного вознаграждения, которое

автор получил бы, если бы право его не было нарушено. Наибо-

лее вероятной формой убытков автора является именно неполу-

ченное вознаграждение, которое взыскивается в соответствии с

установленными ставками при наличии вины нарушителя автор-

ского права.

Имущественным является также право автора, получить оп-

ределенное количество экземпляров изданного произведения

без уплаты их цены (авторские экземпляры).

(**1) СП РСФСР, 1966, № 23-24, ст. 116.

(**2) И. А. Грингольц.  Права  автора  сценического произведения

Б СССР. Автореферат кандидатской диссертации, 1953, стр. 7.

-81-

Некоторые исследователи в области авторского права склон-

ны рассматривать как имущественные также правомочия автора

на воспроизведение и распространение произведения. (*1). Основа-

нием такого взгляда явилась тесная связь названных i?aaiii-

чий с правом на вознаграждение. Однако связь их нельзя

считать неразрывной. Воспроизведение и распространение произ-

ведения не во всех случаях порождают право автора на вознаг-

раждение. Поэтому, будучи сами по себе лишенными экономи-

ческого содержания и сохраняя самостоятельное значение, эти

правомочия образуют, наряду с другими, сферу личных неиму-

щественных ipaa автора.

(**1) В. А. Кабатов. Автореферат кандидатской диссертации, стр. 4.

-82-

ГЛАВА V

СОЛИДАРНОСТЬ ИНТЕРЕСОВ АВТОРА И ОБЩЕСТВА

В юридической литературе последних лет значительное вни-

мание уделяется роли интереса в формировании объективного

права и влиянию его на возникновение конкретных субъективных

прав. Taeoe внимание вполне оправданно, ибо установление за-

кономерностей взаимодействия таких социальных явлений, как

право и интерес, облегчает законодателю осуществлять право-

творческие функции с наибольшей эффективностью и повышает

действенность правовых норм, их социальную полезность. (*1).

Исследование всякого социального явления требует прежде

всего определения его сущности, определения этого понятия.

В отношении интереса такая попытка предпринималась неодно-

кратно представителями цивилистических iaye. Так, И. Л. Брау-

де писал, что термин <интерес> употребляется в науке совет-

ского права в смысле выгоды, блага. Говоря о защите интере-

сов, мы имеем в виду защиту какого-либо блага. Иногда под

словом <интерес> понимают мотив поведения. (*2). М. А. Гурвич

также рассматривает интерес как выгоду, обеспеченную не нор-

мой материального права, а охранительной, прежде всего про-

цессуальной нормой. (*3).

Наиболее правильным и наиболее аргументированным пред-

ставлястся определение, данное В. П. Грибаловым. По его мне-

нию, содержание интереса составляют потребности общества в

целом, класса, отдельного индивида, обусловленные материаль-

ными условиями жизни общества. Но интерес и потребность не

одно и то же. Интерес-это отраженная потребность, необходи-

мость, прошедшая через сознание людей и принявшая форму

сознательного побуждения. (*4).

(**1) Ю. С. Завьялов. Выражение интересов в социалистическом пра-

ве.- <Советское государство и право>, 1970, № 6. стр. 101.

(**2) И. Л. Браудс. К вопросу об объекте правоотношения по советско-

му гражданскому праву.-<Советское государство и право>, 1951. № 3.

стр. 57.

(**3) М. А. Гурвич. Гражданские процессуальные правоотношения и про-

цессуальные действия-Труды ВЮЗИ, т. 3, М., 1965. стр. 86.

(**4) В. П. Грибанов. Интерес в гражданском праве.-<Советское го-

сударство и право>, 1967, № 1, стр. 51.

-83-

Нельзя не согласиться с В. П. Грибановым, характеризую-

щим интерес как явление, сочетающее объективные и субъек-

тивные моменты, в отличие от других авторов, рассматривающих

интерес только как категорию объективную. <Интерес,-пишет

С. Сабикенов,- непосредственно выражает материальное и со-

циальное положение классов, групп, индивидов в обществе, а

потому выступает как объективно связующий фактор между

волей субъектов и материальными условиями>. (*1). Рассматривая

интерес как непосредственное отражение материальных усло-

вии, С. Сабикенов отождествляет его с потребностями, которые

в действительности выступают в качестве материальной основы

формирования интереса. Поэтому материальные условия, выра-

женные в потребности, это не единственный фактор, на основе

которого формируются интересы. На характер интересов оказы-

вают влияние национальные особенности, состояние культуры.

идеология и политика, право, мораль, правила общежития, обы-

чаи и даже пережитки прошлого в сознании людей, а на инди-

видуальные интересы влияют индивидуальные, профессиональ-

ные, возрастные, семейные и многие другие обстоятельства.

Хотя многие из перечисленных факторов сами определяются

экономикой, но они оказывают и известное самостоятельное

воздействие на характер интересов. (*2). Материальные условия

жизни и все иные обстоятельства становятся интересами лишь

a результате того, что они проходят через сознание людей и

принимают вид <сознательных побуждений>. А это свидетель-

ствует о наличии субъективных моментов в интересе.

Интерес, в свою очередь, как осознанная потребность, высту-

пает в качестве опосредствующей категории между материаль-

ными условиями жизни людей и их сознанием, волей. А это

определяет роль интереса в жизни общества в целом, отдельных

коллективов людей и в жизни каждого гражданина. Интересы,

io выражению В. И. Ленина, двигают жизнью народов. (*3). Всякая

деятельность людей, идет ли речь об обществе в целом или об

отдельных его членах, обусловлена определенными интересами.

Это в полной мере распространяется и на правотворческую дея-

тельность.

Задача исследователей в настоящее время состоит в том,

чтобы определить роль интереса в формировании норм объек-

тивного права и в их реализации, а также установить соотно-

шение интереса с субъективными правами и обязанностями.

Значительные успехи в разрешении задачи уже достигнуты.

По мнению С. Сабикенова, роль интересов в правовой над-

стройке состоит в том, что определенные интересы класса явля-

(**1) С. Сабикенов. Изучение категории интереса в праве.-<Советское

государство и право>, 1968, № 5, стр. 112.

(**2) В. П. Грибанов. Указанная статья, стр. 51.

(**3) См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 29, стр. 83.

-84-

ются объектом защиты права вообще и осуществления субъек-

тивного права в частности. Вместе с тем они обусловливают

классовую, общественную, государственную волю, в том числе

право. (*1). Будучи по существу правильной, эта мысль нуждается

в дальнейшем развитии.

Более детально роль интереса в социалистическом праве про-

слежена в работах Ю. С. Завьялова. Он обнаруживает двусто-

роннюю связь права и интересов. С одной стороны, интересы -

это предпосылка, фактор, воздействующий на волю законодате-

ля, а значит, и влияющий на нормотворческую деятельность, с

другой - это цель, к достижению которой стремятся субъекты,

поэтому изданные нормы права становятся, средством достиже-

ния различных интересов. (*2). Такое объяснение роли интереса яв-

ляется результатом научного подхода к изучению процессов.

происходящих в различных сферах социальной жизни, вскры-

вает мотивы, которыми руководствуется законодатель, прини-

мая ту или иную норму права. Однако в своем рассуждении

автор допустил некоторую непоследовательность. Говоря о вы-

ражении интереса в объективном .праве, он упоминает цель, к

достижению которой стремятся субъекты. Но ведь известно, что

цели конкретных субъектов достигаются не с помощью право-

вой нормы, а посредством субъективного права, возникающего

на основе норм объективного права. Поэтому точнее было бы

сказать, что соотношение права с интересом состоит в том, что

интерес - это цель, на достижение которой рассчитано приме-

нение нормы права.

Примерно такой же представляется и связь интереса с субъ-

ективным правом. С. Н. Братусь, выступая против попытки

включить интерес в содержание субъективного права, давно

заметил, что интерес сам по себе является не субъективным

правом, а его предпосылкой и целью. (*3). Развивая эту мысль,

В. П. Грибанов приходит к выводу, что интерес - это не толь-

ко предпосылка приобретения субъективного права, но и пред-

посылка осуществления и защиты гражданских прав. Вместе с

тем удовлетворение интереса является целью всякого субъектив-

ного права, которое выступает как правовое средство удовлетво-

рения интересов. (*4). Субъективное право появляется в том слу-

чае, если оно необходимо для обеспечения какого-либо уже су-

ществующего интереса, в противном случае это i?aai будет

бессодержательным и ненужным. (*5).

В зависимости от того, кто является субъектом права, по-

(**1) С. Сабикенов. Указанная статья, стр. 112.

(**2) Ю. С. Завьялов. Указанная статья, стр. 101-102.

(**3)  С. Н. Братусь. Субъекты гражданского права, стр. 20.

(**4) В. П. Грибанов. Указанная статья, стр. 55.

(**5) Г. В. Мальцев. Соотношение субъективных прав, обязанностей и

интересов советских граждан.- <Советское государство и право>, 1965,

№ 10, стр. 23.

-85-

следнее направлено на удовлетворение либо индивидуальных

интересов гражданина, либо интересов социалистических орга-

низаций, но и в том и в другом случае оно призвано удовлет-

ворять какую-то общественную потребность. Поэтому не всякие

индивидуальные интересы удовлетворяются посредством права,

а лишь те, которые, во-первых, согласуются с общественными

и государственными интересами, во-вторых, с точки зрения за-

конодателя являются жизненно важными и наиболее общими

для той или иной категории социальных субъектов.

Характерная особенность социалистического права состоит в

том, что оно выражает волю всего общества или преобладаю-

щего большинства его членом. При выработке и применении

норм права в одинаковой степени учитываются интересы всего

общества, отдельных коллективов, индивидов. Общенародный

характер права исключает возможность противоречий интере-

сов, выраженных в норме права, с интересами большинства

трудящихся, хотя отдельные члены общества и даже отдельные

коллективы не всегда своевременно осознают общественный

интерес как преломление личного, что ведет к нарушению норм

права.

Сам факт возникновения и реализации объективных прав

и обязанностей в соответствии с нормами права свидетельствует

о солидарности интересов гражданина или организации с выра-

женными в законе общественными интересами. Причем и осу-

ществление субъективных прав и исполнение обязанностей на-

правлено на удовлетворение не только индивидуальных интере-

сов, но и общественных. Взгляд, согласно которому государство

наделяет гражданина правами для осуществления его личных

интересов, а возложенные па него обязанности выражают инте-

рес общества, (*1), представляется неверным, так как противопо-

ставляет индивидуальные, личные интересы общественным.

Интерес является предпосылкой и целью правовых норм,

регулирующих отношения как в сфере производства, так  и в

сфере духовной жизни. Среди последних важнейшим следует

признать нормы авторского права.

Содержание норм авторского права определяется интереса-

ми ряда социальных субъектов - авторов  (их наследников),

организаций, осуществляющих воспроизведение и распростра-

нение произведений, общества в целом.

В основе интересов лежат духовные и материальные потреб-

ности субъектов. Нормы авторского права выступают как дей-

ственное средство удовлетворения интересов, выражающих эти

потребности. Так, создавая благоприятные условия для свобод-

ного творчества и закрепляя за автором личные неимуществен-

ные правомочия, право обеспечивает его духовные интересы,

a i?e помощи права на вознаграждение удовлетворяет матери-

(**1) С. Сабикенов. Указанная статья, стр. 115.

-86-

альные потребности. Так же обстоит дело с личными неимуще-

ственными и имущественными интересами организаций, исполь-

зующих произведения. Обеспечивая широкое распространение

высококачественных произведений литературы и искусства сре-

ди членов общества, нормы авторского права преследуют цель

коммунистического воспитания трудящихся, удовлетворения их

постоянно возрастающих и обогащающихся духовных потребно-

стей. Произведения же науки служат не только марксистско-

ленинскому воспитанию граждан, но и развитию производства,

а значит, в этой части нормы права служат средством удовлет-

ворения материальных потребностей общества.

Характер духовных потребностей членов социалистического

общества определяется условиями экономической жизни, вместе

с тем значительное влияние на них оказывают и нормы автор-

ского права. Выпуск в свет не всех создаваемых авторами про-

изведений, а лишь высокохудожественных, высокоидейных не

только способствует удовлетворению уже сложившихся запро-

сов советских людей, но и изменяет эти запросы, формирует их

в духе коммунистической морали и нравственности, учит пони-

манию прекрасного. Поэтому в отличие от норм, регулирующих

отношения в сфере материального производства, нормы автор-

ского права выступают не только как средство удовлетворения

общественных интересов, но и как средство развития их в нуж-

ном направлении.

В авторском праве больше чем в других правовых институ-

тах выражается солидарность интересов автора с интересами

государства и общества в целом и с интересами отдельных госу-

дарственных органов. На это обстоятельство обратил внимание

в свое время И. Б. Новицкий, заметивший, что <в авторском

праве нельзя говорить о правах и интересах автора обособленно

от интересов советского общества и государства, только при та-

ком сочетании интересов авторское право может исполнить свою

служебную роль - поднимать культурный и хозяйственный

уровень жизни>. (*1).

Наиболее согласованными, солидарными являются два инте-

реса, к достижению которых стремятся н автор, и организации,

и общество:

1) создание и выпуск в свет произведений высокого ка-

чества;

2) наиболее широкое распространение их в обществе.

Все названные субъекты заинтересованы в том, чтобы произ-

ведение имело высокое .воспитательное и познавательное значе-

ние, а для автора и организации, использующей произведение, это

важно еще и потому, что оно связано с их именем, с их честью.

другими словари, индивидуальные интересы автора и организа-

(**1) И. Б. Новицкий. Солидарность интересов в советском граждан-

ском праве. Госюриздат, М., 1951, стр. 107.

-87-

ции едины с интересами общества. В такой же мере проявляет-

ся их заинтересованность в наиболее широком использовании

произведения в обществе.

Солидарность интересов автора, общества и отдельных госу-

дарственных организаций обусловила придание единой направ-

ленности всем нормам, регулирующим авторские отношения.

Заинтересованность общества и автора в выпуске в свет

только доброкачественных произведений, которые могут служить

целям воспитания и просвещения трудящихся, oбecпeчивaeтcя,

например, правилом ст. 98 Основ гражданского законодатель-

ства, закрепившей за автором право на опубликование, воспро-

изведение и распространение произведений и их неприкосновен-

ность. При жизни автора произведение не может быть издано

без его согласия, в i?ioeaiii случае на автора нельзя было бы

возложить ответственность за его доброкачественность. Этим

же обусловлена и недопустимость внесения каких-либо измене-

ний в произведение никем, кроме автора.

Если, однако, произведение опубликовано, получило положи-

тельную оценку соответствующих государственных организаций

и общества, ставить его дальнейшее использование во всех

случаях в зависимость от усмотрения автора было бы нецеле-

сообразно, так как это ограничило бы использование произве-

дения, а значит, отрицательно оказалось бы на интересах тру-

дящихся. Поэтому теперь уже на первое место выступает госу-

дарственный и общественный интерес, удовлетворение которого

не ставится в зависимость от осознания его автором. Удовлетво-

рение общественного интереса достигается путем разрешения

свободного использования опубликованных произведений в слу-

чаях и с соблюдением условий, указанных в законе. Причем воз-

можность свободно использовать только опубликованные произ-

ведения обусловлена двумя обстоятельствами, а именно: стрем-

лением защитить интересы автора и не допустить распростра-

нения среди членов общества произведений, качество которых

никаких государственным органом не проверено, т. е. стремле-

нием обеспечить интересы общества.

Идея солидарности интересов автора с общественными четко

выражена в ст. 102 Основ (ст.ст. 489-491 ГК РСФСР), разре-

шающей перевод изданных произведений на другой язык без

согласия, но с уведомлением автора при условии сохранения

целостности и смысла произведения.

Грамматическое толкование правила ст. 102 может навести

на мысль, что автор оригинального произведения должен быть

уведомлен переводчиком о намерении осуществить перевод или

о выполнении перевода. Однако гражданские кодексы возло-

жили обязанность уведомления автора не на переводчика, а на

организацию, намеревающуюся использовать произведение в

переводе. О самом же факте перевода закон не обязывает

ставить в известность автора. Поэтому ст. 102 Основ точнее вы-

-88-

pa?aea бы смысл заключенного a ней правила, если бы гово-

рила не о переводе произведения на другой язык без согласия

автора, а об использовании переведенного произведения без

согласия, но с уведомлением автора. Именно в этом смысле

нужно понимать замечание В. Г. Камышева о том, что если

произведение выпущено в свет не путем издания, а каким-либо

другим способом (например, путем публичного пополнения),

то перевод этого произведения без согласия автора не допуска-

ется. (*1). На другой язык может быть переведено любое произве-

дение, по использоваться оно должно с соблюдением требований

ст. 489 ГК.

Организация обязана уведомить автора немедленно после

признания его перевода пригодным к использованию. По требо-

ванию автора ему должен быть предоставлен для просмотра

экземпляр перевода. При обнаружении в переводе нарушений

целостности или искажений смысла произведения автор, а после

его смерти специально назначенное лицо либо наследники впра-

ве воспользоваться средствами защиты, установленными на слу-

чай нарушения неприкосновенности произведения (ст. 499 ГК).

Как видно, организация обязана уведомлять о готовящемся

использовании переведенного произведения не только автора,

но и специально назначенных лиц и наследников. Причем обя-

занность в отношении первых сохраняется долее срока действия

авторского права (по истечении 15 лет с момента смерти авто-

ра), а в отношении наследников прекращается по истечении

этого срока. Издательство не обязано уведомлять автора о пе-

реиздании переведенных произведений, на это требуется лишь

согласие переводчика. Издательства национальных республик

иногда заказывают перевод произведения еще не изданного, но

готовящегося к изданию, с тем чтобы оно было издано сразу

на двух языках, например, на русском и татарском. Хотя пере-

вод может вестись и без согласия автора, произведение в пере-

воде но может выйти в свет ранее оригинального.

Переводчику принадлежит самостоятельное право на переве-

денное произведение. Но это право не лишает других лиц воз-

можности переводить то же произведение на тот же или другой

язык. Спорным является вопрос, допустим ли перевод произве-

дения на язык, на который оно уже переведено автором ориги-

нального произведения. По мнению О. С. Иоффе, такой перевод

недопустим, поскольку автор оригинала приобретает авторское

право на произведение и перевод в целом. (*2).

И. А. Грингольц же считает, что новый самостоятельный пе-

ревод допустим и при наличии так называемого <авторского

перевода>, сделанного самим автором произведения. (*3). Выше уже

(**1) В. Г. Камышев. Издательский договор на литературные произве-

дения, 1969, стр. 60-61.

(**2) О. С. Иоффе. Советское гражданское право, ч. III, стр. 44.

(**3) Научно-практический комментарий к ГК РСФСР, стр. 562.

-89-

высказывалось наше положительное отношение к мнению

О. С. Иоффе. Изложение произведения на том же языке, на ка-

ком оно уже изложено самим автором, является либо бессмыс-

ленным, либо ведет к нарушению неприкосновенности произве-

дения. Мы считаем, что такой перевод недопустим даже с согла-

сия автора, ибо, если переводчик сделает более качественный

перевод, чем сам автор, его скорее можно считать соавтором,

чем переводчиком.

Свобода перевода служит могучим средством взаимного

обогащения русской литературы и литературы других народов,

населяющих Советский Союз. Благодаря переводам, лучшие

творения литературы становятся достоянием всего многонацио-

нального советского народа. Вместе с тем в переводах произве-

дений на другие языки заинтересованы и сами авторы, ибо рас-

пространение произведения в переводе осуществляется с соблю-

дением их личных неимущественных и имущественных право-

мочий.

До 1947 года автор оригинального произведения не получал

гонорара при издании произведения в переводе. В связи с тем,

что большая часть литературных произведений издавалась ав-

торами, принадлежащими к различным нерусским националь-

ностям и произведения их гораздо более широкое распростра-

нение находили на русском языке и на языках других братских

национальностей, складывалось такое положение, что автор

перевода получал за издание переведенного произведения го-

раздо больше, чем автор оригинала. В литературе неоднократно

высказывались предложения выплачивать авторский гонорар не

только переводчикам, но и авторам. (*1). Впервые правило о вып-

лате гонорара авторам переведенных литературных произведе-

ний было введено в РСФСР Постановлением СМ от 15 июля

1947 года. Оно предусматривало выплату гонорара в размере

60% ставок за соответствующий род произведений нерусским

авторам, произведения которых издаются в переводе на русский

язык или на язык другой национальности. Авторы, издавшие

произведения впервые на русском языке, за издание их в пере-

воде гонорар не получали. В других союзных республиках во-

прос о гонораре за перевод с одного национального языка на

другой решался по-разному, но во всех республиках авторы до

1969 года не имели права на гонорар за издание в переводе

произведений, написанных на русском языке.

В большинстве союзных республик с 1969 года положение

изменилось. В настоящее время авторам оригинальных произ-

(**1) М. В. Гордон. Право перевода.-Ученые записки Харьковского

юридического института, вып. II, 1940: М. Рейхель. Вопросы авторского

и изобретательского права и проект ГК СССР.-<Социалистическая закон-

ность>, 1939. № 12.

-90-

ведений гонорар выплачивается за использование их в переводе

на любой язык. (*1).


Что же касается произведений научных, политических, учеб-

ных и других, то в подавляющем большинстве союзных респуб-

лик издание их в переводе на любой язык не дает автору права

на получение вознаграждения. Лишь в Грузинской, Туркменской

и Киргизской республиках допускается выплата гонорара авторам

указанных произведений при издании их в переводе на русский

язык и на языки других национальностей. Но за произведения,

впервые изданные па русском языке, и в этих республиках авто-

рам оригинала гонорар не выплачивается. (*2).

Солидарность интересов общества и авторов ярко выраже-

на в no. 103 и 104 Основ гражданского законодательства.

Согласно ст. 102 допускается без согласия автора и без уп-

латы авторского вознаграждения, но с обязательным указанием

фамилии автора, произведение которого использовано, и источ-

ника заимствования:

1. Использование чужого изданного произведения для соз-

дания нового, творчески самостоятельного произведения, кроме

переработки повествовательного произведения в драматичеокое

либо в сценарий и наоборот, а также переработки драматиче-

ского произведения в сценарий и наоборот.

Развивая это положение, гражданские кодексы подчерки-

вают, что лицу, использовавшему чужое произведение для соз-

дания нового, принадлежит аюторское право на созданное им

произведение. Это право не препятствует другим лицам исполь-

зовать то же произведение для создания нового.

Хотя п. 1 ст. 103 говорит лишь об изданных произведениях,

смысл изложенного в нем правила шире. Kae правильно отме-

тил У. К. Ихсанов, норма п. 1 ст. 103 Основ является общей, и

потому она может быть применена ко всем случаям использо-

вания чужого опубликованного произведения для создания но-

вого, творчески самостоятельного. Например, передача произве-

дения живописи в гравюре или литография, техника исполнения

которых существенно отличается от живописи, должна быть

признана не нарушающей авторского права живописца. (*3).

2. Воспроизведение в научных и критичесикх работах, учеб-

ных e политико-просветительных изданиях отдельных набранных

произведений науки, литературы и искусства и отрывков из них

в пределах, установленных законодательством союзной респуб-

лики.

B РСФСР пределы заимствования из чужих произведений

были установлены ст. 5 Постановления ВЦИК и СНК РСФСР

(**1) Подробнее об этом в книге В. Г. Камышева <Издательский договор на

литературные произведения>, стр. 63.

(**2) См. там же, стр. 61-62.

(**3) У. E. Ихсанов. Указанная работа, стр. 29-30.

-91-

от 8 октября 1928 года <Об авторском праве>, которая сохра-

нила свое значение и до настоящего времени. Разрешается пе-

репечатка из произведений прозы не более 10000 типографских

знаков, а из капитальных научных трудов (объемом 30 и более

авторских листов) не более 40000 знаков. Максимальный раз-

мер заимствования из стихотворных произведений - 40 строк.

Примерно такие же нормы установлены законодательством дру-

гих союзных республик. Превышение пределов допустимой

перепечатки дает автору заимствованного произведения право

на получение вознаграждения.

Если произведение или часть его перепечатываются не в про-

изведсниях, указанных в п. 11 ст. 103, а в других видах литера-

туры, то автор приобретает право на гонорар независимо от

размера перепечатки. Кроме того, такая перепечатка допуска-

ется только с согласия автора. (*1).

3. Информация в периодической печати, кино, по радио и

телевидению о выпущенных в свет произведениях литературы,

науки и искусства.

И государство и автор заинтересованы в том, чтобы о выхо-

де в свет каждого значительного произведения науки, литерату-

ры и искусства было известно наиболее широкому кругу лиц.

Это способствует и выявлению спроса на произведение, и удов-

летворению его.

4. Воспроизведение в газетах, кино, по радио и телевидению

публично произнесенных речей, докладов, а также выпущенных

в свет произведений литературы, науки и искусства.

5. Воспроизведение каким-либо способом, кроме механи-

чески-контактного копирования, произведении изобразительного

искусства, находящихся в местах, открытых для свободного по-

сещения, за исключением выставок и музеев.

В результате воспроизведения произведений, в соответствии

с пунктами 4 и 5 ст. 103, нового объекта авторского права не

создается, а потому лица, осуществляющие воспроизведение,

авторских правомочий не приобретают.

Свободное использование произведений литературы e ис-

кусства допускается также в случаях, предусмотренных ст. 104

Основ, которая требует не только указания фамилии автора

используемого произведения, но и выплаты ему гонорара. К та-

кому использованию относятся:

1) публичное исполнение выпущенных в свет произведений;

однако если плата с посетителей не взимается, автор имеет

право на вознаграждение лишь в случаях, установленных зако-

нодательством союзных республик;

2) запись в целях публичного воспроизведения или распро-

странения выпущенных в свет произведений на пленку, пластин-

(**1) В. Г. Камышев. Издательский договор на литературные произве-

дения, стр. 59.

-93-

ку, магнитную ленту или иное устройство, за исключением

использования произведений в кино, по радио или телевидению;

3) <использование композитором изданных литературных

произведений для создания музыкальных произведении с тек-

стом;

4) использование произведений изобразительного искусства,

а также фотографических произведений в промышленных изде-

лиях; в этих случаях указание фамилии автора не обязательно.

Правила ст.ст. 103 и 104 Основ воспроизведены полностью в

гражданских кодексах. Наряду с этим кодексы дополнили пере-

чень случаев свободного использования произведений.  Так,

согласно ст. 493 ГК РСФСР допускается без согласия автора и

без уплаты вознаграждения воспроизведение или иное исполь-

зование чужого выпущенного в свет произведения для удовлет-

ворения личных потребностей.

Ст. 515 ГК разрешает без согласия автора и без выплаты

ему дополнительного вознаграждения использовать и воспроиз-

водить в печати архитектурные, инженерные и технические пла-

ны, чертежи и рисунки, выполненные по заказам организаций.

-93-

ГЛАВА VI

РЕАЛИЗАЦИЯ СУБЪЕКТИВНОГО АВТОРСКОГО ПРАВА

В социалистическом государстве, где средства производства

принадлежат всему народу, обществу в целом, автор не может

непосредственно сам воспроизводить произведения и выпускать

их в свет. Это дело социалистических организаций, осуществляю-

щих использование произведений литературы, науки и искусства

и делающих их достоянием широких масс.

Кроме случаев, указанных в законе, использование произве-

дения автора другими лицами допускается не иначе, как на ос-

новании договора с автором или его наследниками (ст. 101 Ос-

нов). Договор об использовании произведений именуется в дей-

ствующих гражданских кодексах авторским и определяется как

договор, по которому автор передает или обязуется создать и

передать свое произведение организации для использования

обусловленным по договору способом, а организация обязуется

осуществить или начать это использование в установленный

договором срок, а также уплатить автору вознаграждение.

Признание и определение понятия единого авторского до-

говора помогает вскрыть сущность и содержание отдельных ви-

дов договоров, опосредствующих реализацию авторских право-

мочий.

Это определение существенно отличается от определений

отдельных видов договоров, содержащихся в ранее действовав-

ших законодательных актах. В paaioax последних лет одобря-

ется отказ от формулировок <об отчуждении авторского права>

и <об уступке автором своего исключительного права>, (*1), которые

подвергались справедливой критике многих советских ученых. (*2).

Вместо отчуждения и уступки авторского i?aaa гражданские

кодексы говорят о передаче автором своего произведения для

использования определенным способом (ст. 503 ГК РСФСР).

Данная формулировка представляется значительно удачнее

прежних, полнее раскрывает суть отношений между сторонами.

(**1) См. В. Г. Камышев. Издательский договор на литературные произ-

ведения, 1969, стр. 38.

(**2) См. Б. С. Антимонов, Е. А. Флейшиц. Авторское право,

стр. 163; М. В. Гордон. Советское авторское право, стр. 133.

-94-

Называя предметом авторского договора не право на использо-

вание произведения, а само произведение как результат творче-

ской деятельности автора, закон исходит из общепризнанной в

советской цивилистической литературе теории множественности

объектов гражданских правоотношений.

Социалистическая организация, получив на основе договора

произведение, вместе с тем приобретает право на его использо-

вание и в течение срока действия договора является носителем

отдельных авторских правомочий-права на опубликование,

воспроизведение и распространение произведения.

Не все ученые признают определение авторского договора

в ст. 503 ГК РСФСР полностью отвечающим потребностям

практики. По мнению В. Г. Камышева, оно не определяет с до-

статочной полнотой авторский договор как единый тип для всех

видов договоров, поскольку в нем не отражена существенная

для договора обязанность организации, установленная в ст.ст.

508 и 509 ГК РСФСР,-дать в течение определенного срока

оценку произведения. (*1).

Действительно, в определении авторского договора отсутст-

вует указание на обязанность организации оценить произведение

и на обязанность автора не передавать произведение другом

организациям в течение срока действия договора, но вряд ли

есть необходимость в таком указании, поскольку этим обязан-

ностям посвящены специальные статьи закона, а также потому,

что упоминание или неупоминание о них не изменяет сущности

договора. Конечно, в определении можно перечислить все выте-

кающие из договора взаимные права и обязанности сторон, как

это делает В. Г. Kaiuoaa применительно к издательскому до-

говору, (*2), но тогда определение лишается своего важнейшего

качества-краткости, что особенно необходимо в определениях

официального характера.

Ст. 504 ГК РСФСР и соответствующие статьи ГК других

союзных республик перечисляют отдельные виды авторских до-

говоров в зависимости от способа использования произведения.

К таким относятся издательские договоры, направленные на

издание и переиздание произведений. Путем издания могут

использоваться все произведения, выполненные на бумаге пись-

менно или графически, а именно: научные произведения; все

литературные произведения -прозаические, поэтические, дра-

матические, noaia?ee: музыкальные, музыкально-драматиче-

ские; пантомимы и хореографические; произведения живописи,

иллюстрации, рисунки, чертежи, географические, геологические

и другие карты и пр. Так как все они могут быть предметом

(**1) В. Г. Камышев. Издательский договор на литературные произве-

дения. стр. 37.                     

(**2) Там же. стр. 40-41.

-95-

издательского договора, последний является наиболее распро-

страненным видом авторских договоров. Вместе с тем большин-

ство перечисленных произведений может использоваться иными

способами, а значит, выступать в виде предмета других автор-

ских договоров. Так, для использования литературных, музы-

кальных и музыкально-драматических произведений заключа-

ются постановочные договоры.

В ст. 504 ГК подчеркивается, что постановочный договор на

одно и то же произведение, предусматривающий выплату едино-

временного вознаграждения, может быть заключен aaoi?ii

лишь с одной организацией.

Для использования неопубликованного сценария в кино-

фильме или телевизионном фильме авторы заключают сценар-

ные договоры.

Кроме издательского, постановочного и сценарного догово-

ров, закон допускает заключение договоров об использовании

неопубликованных произведений в радио- или телевизионной пе-

редаче, о создании произведения изобразительного искусства в

целях его публичного выставления (договор художественного

заказа), об использовании в промышленности неопубликован-

ного произведения Декоративно-прикладного искусства, а также

другие договоры об иопользовании произведений литературы,

науки или искусства каким-либо иным способом. К иным спо-

собам использования можно отнести переработку пoвeствoвa-

тельного произведения в драматическое или сценарий и наобо-

рот, а также переработку драматического произведения в сце-

нарий и наоборот. Обычно лицо, осуществляющее переработку,

в заключении договора не участвует. Договор заключает орга-

низация, намеревающаяся использовать переработанное произ-

ведение. Договором оформляются также отношения автора с

переводчиком еще не изданного литературного произведения.

Все названные и не названные в ст. 504 ГК договоры наряду

с общими чертами, позволяющими объединить их понятием ав-

торского договора, имеют свои особенности, отражающие спе-

цифику самого произведения и характер его использования.

Ст. 503 ГК РСФСР дает основание различать два вида ав-

торских договоров в зависимости от готовности произведения

для использования. К моменту заключения договора произведе-

ние может быть уже создано и одобрено использующей орга-

низацией (издательством, киностудией, театром). В этом случае

принято говорить об авторском договоре на готовое произведе-

ние. Часто же в момент заключения договора автор либо еще не

приступил к созданию произведения, либо оно представлено в

готовом, с точки зрения автора, виде, однако использующая

организация с ним не ознакомилась и не оценила его. В этих

случаях заключается авторский договор заказа.

Воспроизведение и распространение произведений духовного

творчества социалистическими организациями носит плановый

-96-

характер. Перспективные и текущие планы разрабатываются не

только с учетом предложений авторов, в значительной мере они

формируются по инициативе руководящих работников, отвечаю-

щих за тематику деятельности н качество ее исполнения: Сред-

ством, обеспечивающим формирование плана, является договор

заказа.

Любое произведение может быть создано по заказу соответ-

ствующей организации, а потому каждый из перечисленных

в ст. 504 ГК договоров может быть и договором на готовое

произведение, и договором заказа. Второй вид договора в отли-

чие от первого предусматривает более широкий круг обязанно-

стей автора, ибо не только передача, но и создание произведе-

ния составляют его договорную обязанность. Лицо, обязываю-

щееся создать произведение, еще не является автором, хотя та-

ковым и именуется. Нельзя согласиться с тем, что с подписани-

ем договора заказа, будь то литературный, музыкальный или

художественный заказ, писатель или художник приобретает по

закону все права, возникающие из законодательства об автор-

ском праве. (*1). Авторское право возникает только с момента обле-

чения замысла автора в определенную объективную форму,

т. е. в результате выполнения договора заказа, а не подписания

его. Произведение станет объектом авторского нрава, а лицо,

создавшее его,- автором независимо от того, будет ли одобре-

но данное произведение и будет ли оно распространено.

В гражданскоправовой литературе встречались попытки рас-

сматривать договор заказа как предварительный. Предваритель-

ным соглашением именовало договор литературного заказа По-

становление Совета Министров РСФСР от 15 июля 1947 года

<Об авторском гонораре за литературно-художественные произ-

ведения>. В действительности же договор заказа не носит ха-

рактера предварительного. Предварительным является договор,

по которому обе стороны или одна из них принимает на себя

обязательство заключить в будущем определенный договор. (*2).

Слово <предварительный> показывает, что за состоявшимся

договором должен последовать другой, окончательный, который

приведет к достижению хозяйственной цели, ради которой

завязываются юридические отношения. Заключая же авторский

договор заказа, стороны не имеют в виду какой-то другой до-

говор, ибо он сам порождает, определяет и регулирует широкий

комплекс взаимных прав и обязанностей сторон, полностью обес-

печивающих цель авторского договора.

В. Г. Камышев наряду с издательским договором на готовое

произведение и договором литературного заказа предлагает

(**1) Г. М. Танин. Договор художественного заказа.- <Советское госу-

дарство и право>, 1948, № 2. стр. 69.

(**2) И. Б. Новицкий, Л. А. Лунц. Общее учение об обязательстве.

<Госюриздат>, 1950, стр. 143.

-97-

выделять третий вид - договор на готовое, но еще не одобренное

произведение. (*1). Необходимость в заключении такого рода до-

говоров он объясняет тем, что издательства, получив от автора

работу на злободневную тему, стремятся как можно скорее

вступить с ним в договорные отношения н тем самым предотвра-

тить возможность передачи рукописи в другое издательство. (*2).

Если мотивы, требующие заключения третьего вида издатель-

ского договора, признать заслуживающими внимания, предложе-

ние В. Г. Камышева должно быть распространено и на другие

авторские договоры. Однако это предложение не встретило

одобрения. (*3). Думается, что из описанного автором положения

издательство, а равно и другие социалистические организации,

могут выйти путем заключения договора заказа, как обычно

и бывает в практике. Последний заключается всегда, когда про-

изведение нельзя считать готовым. А в данном случае, как пра-

вильно заметил А. И. Ваксберг, готового произведения по су-

ществу нет, есть лишь первоначальный, хотя и законченный ва-

риант произведения, который издательство может направить

автору на доработку. (*4). Следует полагать, что ст. 503 ГК, говоря

о создаийи произведения, имеет в виду не только написание пер-

вого варианта, но и, включая доработку, доведение произве-

дения до состояния, отвечающего условиям договора. Поэтому

договор не утрачивает характера договора заказа, если к мо-

менту его заключения первый вариант произведения уже готов.

<Практическое отличие договора на готовое, но не одобрен-

ное произведение от договора заказа В. Г. Kaiuoaa видит в

том, что по первому из них не должен выплачиваться аванс,

поскольку произведение уже создано, а аванс выдается автору

для того, чтобы он имел материальную возможность работать

над созданием произведения. (*5). Конечно, раз произведение уже

создано, нет необходимости платить аванс. Но ведь заказ на

произведение не всегда и не обязательно предполагает выплату

аванса. С другой стороны, издательства и другие организации

вправе выплатить аванс, если найдут, что для доработки про-

изведения в соответствии с договором автору потребуется и вре-

мя, и материальные средства.

Конкретные авторские договоры заключаются в соответствии

с типовыми, утверждаемыми по согласованию с заинтересован-

ными ведомствами и творческими союзами в порядке, установ-

(**1) В. Г. Камышев. Издательский договор на литературные произве-

дения, стр. 43.

(**2) Там же.

(**3) См. С. А. Чернышова. Правовое регулирование отношении авто

ров литературных произведений с издательствами в СССР. Автореферат кан-

дидатской диссертации, М., 1970. стр. 6.

(**4) А. П. Ваксберг. Издательство и автор. М., <Госюриздат>, 1957,

стр. 12.

(**5) В. Г. Камышев. Издательский договор на литературные произве-

дения, стр. 43, 44.

-98-

ленном законодательством Союза ССР и союзных республик.

Все ныне действующие типовые авторские договоры являются

общесоюзными. Так, 10 апреля 1967 года приказом Комитета

по печати при СМ СССР № 169 утверждены Типовые издатель-

ские договоры отдельно для издания литературно-художествен-

ных произведений и произведений политической, научной, произ-

водственно-технической и другой литературы. Оба эти акта всту-

пили в действие с 1 июля 1967 года на территории всех союзных

республик. Таково же пространственное действие Типового по-

становочного договора и Типовых сценарных договоров. Первый

утвержден приказом министра культуры СССР от 24 марта

1956 года, № 178. Сценарные договоры утверждались в разное

время различными органами. Типовой сценарный договор для

художественных фильмов утвержден приказом министра куль-

туры СССР 14 апреля 1971 года, а для художественных телеви-

зионных фильмов-21 декабря 1963 года. Договоры для науч-

но-популярных и учебных фильмов и для документальных и

видовых фильмов утверждены соответственно 20 марта 1962 го-

да и 30 августа 1950 года приказами министра кинематографии

СССР. Этим же министерством утвержден Типовой договор с

композитором на написание оригинальной музыки к кинокар-

тине.

На основе авторских договоров создаются и используются

произведения изобразительного искусства. Наибольшее распро-

странение в практике имеют договоры о создании произведений

изобразительного искусства для экспонирования и личного поль-

зования, договоры об использовании в промышленности неопуб-

ликованных произведений декоративно-прикладного искусства

и договоры об издании произведений изобразительного искус-

ства. Для первых двух случаев нет утвержденных в надлежа-

щем порядке типовых договоров. Однако Художественный фонд

СССР разработал специальную форму договора, полностью

соответствующего нормам авторского права. Образцы-бланки

договора имеются во всех <организациях Художественного фон-

да. (*1). Издание же произведений изобразительного искусства

осуществляется на основе договоров, соответствующих Типовому

издательскому договору на произведения изобразительного

искусства, утвержденному приказом министра культуры СССР

20 июля 1963 года, № 314.

Отсутствует типовой договор на переделку произведения

одного вида в другой. Основные условия этого договора опре-

делены ст. 516 ГК РСФСР и соответствующими статьями кодек-

сов других союзных республик.

Типовые авторские договоры имеют нормативный характер.

Правила их обязательны для всех лиц и организаций, исполь-

зующих произведения любым способом. Они обязательны для

(**1) У. К. Ихсанов. Указанная работа, стр. 37.

-99-

авторов и их наследников. Условия заключенного с автором

договора, ухудшающие его положение по сравнению с положе-

нием, установленным в законе или типовом договоре, в силу

ст. 101 Основ становятся недействительными и заменяются усло-

виями, установленными законом или типовым договором. Исхо-

дя из этого Пленум Верховного Суда СССР в Постановлении от

19 декабря 1967 года указал судам, рассматривающим опоры

по авторским делам, на необходимость проверять соответствие

авторских договоров закону и типовым договорам.

Практика показывает, что закон и нормы типовых договоров

чаще всего нарушаются при определении размера гонорара и

сроков его выплаты. Иногда издательства, киностудии выплачи-

вают гонорар но заниженным ставкам и в более поздние сро-

ки, чем предусмотрено законом. Например, договор Ялтинской

киностудии со сценаристом Безугловым предусматривал выпла-

ту аванса не в момент заключения договора, как того требует

Типовой сценарный договор, а после одобрения первого вариан-

та сценария. Издательство <Высшая школа> заключило с кол-

лективом авторов договор на составление сборника норматив-

ных актов по финансам СССР, согласно которому вознаграж-

дение в размере 60% подлежало выплате по сдаче рукописи в

производство, а остальная сумма - по подписании сигнального

экземпляра. Этот договор значительно ухудшал положение ав-

торов, ибо по типовому издательскому договору 60% гонорара

выплачиваются после одобрения рукописи, а вся остальная

сумма-после подписания автором последнего листа корректу-

ры. Подобные нарушения закона устраняются либо в админи-

стративном, либо в судебном порядке.

Ухудшающими положение авторов следует признать догово-

ры, в которых отсутствует четкая характеристика произведений,

составляющих их предмет. Хотя в зависимости от рода и вида

произведения определяется размер гонорара и нормативный

тираж издания, тем не менее некоторые издательства не услов-

ливаются достаточно точно в договоре об индивидуальных приз-

наках произведения, его жанре, назначении. Из-за этого возни-

кает много споров между авторами и издательствами

Требование ст. 101 Основ не означает, что условия типовых

договоров вообще не могут изменяться при заключении конкрет-

ного договора. Наоборот, ст. 101 подчеркивает допустимость та-

ких изменений, но они не должны выходить из рамок закона.

Полемизируя с Ю. К. Толстым, утверждающим, что условия до-

говора, улучшающие положение автора по сравнению с положе-

нием, закрепленным в законе или типовом договоре, имеют

юридическую силу, (*2), В. Г. Камышев справедливо замечает, что

(**1) Е. Ефимов. Нарушение авторских прав, по издательскому догово-

ру.--<Социалистическая законность>, 1971, № 4, стр. 42.

(**2) О. С. Иоффе, Ю. К. Толстой. Новый гражданский кодекс

РСФСР. Изд-во ЛГУ, 1965, стр. 411.

-100-

ухудшение и улучшение положения автора и издательства име-

ют место в тех .случаях, когда налицо нарушение условий, уста-

новленных законом или типовым договором. (*1).

Согласно ст. 505 ГК РСФСР авторский договор должен быть

заключен в письменной форме под страхом последствий, преду-

смотренных ст. 46 ГК.

Ст. 46 ГК РСФСР устанавливает два вида последствий не-

соблюдения простой письменной формы: по общему правилу

несоблюдение письменной формы лишает стороны права ссы-

латься в подтверждение сделки на свидетельские показания, а в

случаях, прямо предусмотренных в законе, влечет за собой не-

действительность сделки.

Так как нормы авторского i?aaa не указывают прямо на не-

действительность авторских договоров из-за несоблюдения фор-

мы, значит, к ним применимы последствия в виде недопустимо-

сти свидетельских показаний. Хотя ст. 46 в отличие от ст. 136 ГК

РСФСР 1922 года не говорит о возможности подтверждать за-

ключение договора другими письменными доказательствами,

однако такую возможность закон не исключает. Доказатель-

ством факта заключения договора может явиться переписка

автора с руководством организации, намеревающейся исполь-

зовать произведение, документы, свидетельствующие о получе-

нии автором части причитающегося гонорара и др.

Ст. 505 ГК допускает также заключение авторских догово-

ров в устной форме. Письменная форма не обязательна для

договоров об опубликовании произведения в периодических из-

даниях и энциклопедических словарях, но, разумеется, и в этих

случаях намерение сторон заключить договор должно быть чет-

ко выражено. Практически взаимоотношения автора с редакци-

ей повременного издания (газеты, журнала) складываются либо

на основе предложения редакции написать определенную

статью, за которым следует представление статьи, либо в ре-

зультате направления автором статьи в редакцию по своей ини-

циативе, за чем следует сообщение о принятии ее к опублико-

ванию в определенном номере газеты, журнала, альманаха. До-

казательством факта заключения договора на опубликование

произведения в повременных изданиях в случае отсутствия пись-

менной формы могут быть как письменные документы, так и

показания свидетелей.

Закон не требует нотариального удостоверения авторских

договоров, однако стороны вправе это сделать, если сочтут нуж-

ным.

Особенностью всех авторских договоров является участие

в них авторов произведений литературы, науки и искусства в

качестве стороны, обязанной передать произведение либо соз-

(**1) В. Г. Камышев. Издательский договор на литературные произве-

дения, стр. 50.

-101-

дать и к установленному сроку передать его для использования

другой стороне. На произведение, созданное коллективным тру-

дом нескольких лиц, договор заключается всеми соавторами,

имена которых перечисляются в графе <Автор>. Все они под-

писывают договор. Соавторы могут специальной доверенностью

уполномочить на заключение и подписание договора одного или

нескольких из своей среды.

Возможны случаи, когда договоры заключаются не авто-

рами, а их наследниками, которых также может быть несколь-

ко. Для заключения договора обязательно согласие всех наслед-

ников. Оно выражается либо в подписании самого договора,

либо в выдаче доверенности на заключение его другими сона-

следниками. Если наследник несовершеннолетний, требуется

согласие его законного представителя.

В силу ст. 534 ГК наследовать авторское право на основе

завещания могут государственные, кооперативные и обществен-

ные организации и выступать стороной в авторском договоре.

Но на практике такие случаи почти не встречаются.

Стороной, обязанной использовать произведение и уплатить

автору вознаграждение, выступают, как правило, специализиро-

ванные социалистические организации: издательства (централь-

ные, местные, ведомственные), зрелищные предприятия (теат-

ры, филармонии, цирки, эстрадные объединения), кино- и теле-

визионные студии, музеи, а также промышленные предприятия,

использующие при производстве продукции произведения деко-

ративно-прикладного искусства.

Большинство типовых договоров допускает возможность пе-

редачи прав и обязанностей по конкретному договору другой

организации независимо от согласия автора. Такое право за-

креплено за издательствами п. 23 Типового издательского до-

говора, за киностудиями-пунктами 14, 17. 14 Типовых сценар-

ных договоров соответственно на художественные, научно-попу-

лярные и учебные фильмы и документальные фильмы. Лишь

первый из них обязывает киностудию уведомить автора о пере-

даче прав и обязанностей другой студии. Передача прав и обя-

занностей, вытекающих из постановочного договора, допуска-

ется только с согласия автора (п. 16 Типового постановочного

договора).

Передачу прав и обязанностей одной организацией другой

нельзя рассматривать как заключение авторского договора

между организациями, (*1), поскольку организация, заключившая

договор с автором, освобождается от всех обязанностей и по

отношению к автору, и по отношению к новой организации, а

равно не сохраняет и не приобретает никаких прав из договора.

(**1) А. М. Винавер. Авторское право РСФСР на литературные произ-

ведения. М.. 1937, стр. 78.

-102-

Здесь имеет место не что иное, как перемена лиц в обязатель-

стве с сохранением самого обязательства.

Составление проекта авторского договора -обязанность

организации. Обычно театры, издательства, студии имеют зара-

нее заготовленные бланки договоров, отпечатанные типограф-

ским способом и воспроизводящие полностью условия типовых

договоров. Иногда в бланках договор именуется не просто изда-

тельским, а типовым издательским договором, что свидетель-

ствует о недостаточной юридической грамотности лиц, разрабо-

тавших их. Такие бланки можно встретить, например, в Татар-

ском книжном издательстве. Договор с конкретным автором на

создание определенного произведения заключается на основе

типового, но сам типовым не является.

От имени издательства, студии, театра, предприятия договор

подписывает директор. На основании приказа директора или

доверенности подписать его может другое лицо. Отсутствие у

лица, подписавшего договор, специальных на то полномочий, де-

лает его недействительным.

Содержание авторских договоров определено законом и типо-

выми договорами. Во всяком договоре должны быть четко оп-

ределены характер, вид, жанр и размер произведения, которое

автор обязуется создать и передать для использования, срок

выполнения работы, сроки и условия одобрения ее организаци-

ей, размер и порядок выплаты вознаграждения автору, ответ-

ственность сторон за неисполнение или ненадлежащее исполне-

ние договора.

Как всякий двусторонний договор, авторский договор по-

рождает взаимные права и обязанности сторон. В связи с тем,

что создание, а затем воспроизведение и распространение про-

изведения в обществе требует более или менее продолжитель-

ного времени, отношения сторон носят длительный характер.

Комплекс прав и обязанностей участников возникает не сразу,

а по мере выполнения предписанных договором действий.

Отношения участников авторских договоров следует охарак-

теризовать как отношения социалистической взаимопомощи и

творческого сотрудничества. В силу единства интересов и це-

лей, к достижению которых стремятся стороны, принцип взаим-

ной помощи и сотрудничества пронизывает их отношения как

в стадии создания произведения, так и в стадии его использо-

вания.

Важнейшей обязанностью автора, от выполнения которой

зависит дальнейшее развитие правовых отношений, является

создание произведения, отвечающего требованиям договора, и

в установленный договором срок. Стороны сами в момент за-

ключения договора определяют назначение произведения, его

жанр, вид и профиль. Например, в издательском договоре ука-

зывается вид литературного произведения (художественная,

общественно-политическая, учебная и т. п. литература), жанр

-103-

(прозаическое, стихотворное, драматическое и др.). В сценар-

ном договоре указывается, для какого фильма предназначен

сценарий, его условное название, а для научно-популярных и

документальных фильмов - тема. Постановочный договор мо-

жет предусматривать написание пьесы или либретто для музы-

кально-драматических произведений. Объем заказываемого

произведения определяется авторскими листами, машинопис-

ными страницами или частями (для сценариев), актами (для

пьес, либретто). В издательском договоре на произведения

изобразительного искусства кроме вида, размера и формы про-

изведения указывается также техника выполнения работы.

В любом случае определяется название будущего произведения.

Очень часто заключению договора с автором предшествует

утверждение представленной им творческой заявки, либретто,

аннотации или эскиза, заключающих в себе идейный замысел,

краткое изложение содержания и характеристику материала,

который будет положен в основу произведения. Утвержденные

заявка, либретто, эскиз и аннотация обязательны для автора,

отступление от них может явиться основанием к расторжению

договора, так же как отступление от других перечисленных вы-

ше условий. Вместе с тем при нарушении любого из условий,

касающихся характера произведения, социалистическая орга-

низация вправе принять его в том виде, в каком представил

автор, ибо эти условия устанавливаются соглашением сторон.

Издательской практике известны случаи, когда издательства

одобряют и выпускают в свет произведения, относящиеся к

иному виду литературы, нежели предусмотрено договором. (*1).

Иногда авторы представляют произведения в объеме, пре-

вышающем договорный. Чаще всего издательства и другие ор-

ганизации требуют сокращения объема до обусловленного,

а авторы, под страхом расторжения договора, вынуждены под-

чиниться этому требованию. Однако закон допускает исключе-

ние из этого правила. Так, ст. 10 Типового издательского дого-

вора дает издательству право расторгнуть договор при измене-

нии жанра и несоблюдении объема произведения, если измене-

ние объема и жанра идейно и художественно не оправдано.

Таким образом, заслуживающие внимания соображения идей-

ного и художественного порядка могут явиться основанием для

увеличения объема авторского труда, против которого изда-

тельство не вправе возражать. По мнению В. Г. Камышева, от-

ступление от обусловленного объема допускается, если оно не

только идейно, научно и художественно оправдано, но и не яв-

ляется значительным (существенным). Значительность в каж-

дом конкретном случае определяется с учетом вида произведе-

(**1) Один из таких примеров описан в статье Е. Ефимова <Нарушение

авторских прав по издательскому договору> в журнале <Социалистическая

законность>, 1971, № 4.

-104-

ния, обстоятельств, побудивших автора увеличить объем, а так-

же фактического и договорного объема рукописи. (*1).

Существенным условием авторского договора является срок

представления произведения автором. Он определяется согла-

шением сторон в зависимости от характера произведения и его

объема. Типовым издательским договором предусмотрен допол-

нительный, сверх установленного договором, срок для сдачи

рукописи в издательство. Продолжительность его равняется

одному месяцу (при договорном объеме произведения до 10 ав-

торских листов) или двум месяцам (если объем произведения

превышает 10 авторских листов).

Рукопись сдается организации в готовом для использования

виде, т. е. перепечатанной на пишущей машинке, в определен-

ном количестве экземпляров, комплектно. Вручается она не-

посредственно уполномоченным организацией лицам под рас-

писку либо пересылается по почте.

Работая над созданием произведения, автор вправе рассчи-

тывать на помощь организация-заказчика как лица, заинтере-

сованного вместе с автором в создании высокоидейного и высо-

кохудожественного произведения. Типовые сценарные договоры

обязывают студию обеспечить автору консультации по вопро-

сам кинопроизводства, а при написании сценариев для научно-

популярных и документальных фильмов назначить научного

консультанта, обеспечить просмотр фильмотечного материала,

необходимую автору литературу из библиотеки студии. Театр

в порядке творческой помощи знакомит драматурга с составом

труппы и технической частью театра, консультирует по теме

произведения, проводит обсуждение предварительных вариан-

тов произведения. Значительную творческую помощь авторам

оказывают и издательства, хотя типовые договоры специальных

обязанностей на издательство не возлагают.

Юридическим фактом, обусловливающим дальнейшее раз-

витие отношений между автором и организацией-заказчиком,

является одобрение произведения последней.

Одобрить произведение-значит констатировать его соот-

ветствие условиям договора, признать, что автор выполнил

свою договорную обязанность по созданию произведения. В ра-

ботах по авторскому праву неоднократно отмечалось, что при-

нятие издательством или другой организацией рукописи от

автора не означает еще ее одобрения. (*2). Чтобы решить вопрос

о готовности произведения для использования, организация

должна иметь время основательно ознакомиться с ним, прове-

(**1) В. Г. Камышев. Издательский договор на литературные произве-

дения, стр. 76.

(**2) См. Б. С. Антимонов, Е. А. Флейшиц. Авторское право.

стр. 177; Б. Н. Городецкий. Правовое положение писателей и компо-

зиторов по законодательству Союза ССР и РСФСР. М., 1946, стр. 47.    '

-105-

рить его идейно-художественные качества, соблюдение условий

договора и т. д. В отдельных случаях произведение направля-

ется на просмотр в соответствующие органы, прежде чем ре-

шится вопрос о его одобрении.                            

Сроки для рассмотрения и оценки произведения установле-

ны в типовых договорах. Согласно ст. 508 ГК организация обя-

зана не позднее этих сроков письменно известить автора либо

об одобрении переданного ей произведения, либо о его отклоне-

нии по основаниям, предусмотренным договором, либо о необ-

ходимости внести в него поправки, точно указав существо тре-

буемых исправлений в пределах условий договора. Если пись-

менное извещение не направлено автору в установленный срок,

произведение считается одобренным организацией независимо

от причины просрочки. Неправильным представляется решение

Куйбышевского районного народного суда г. Москвы по иску

П. к издательству <Машиностроение> о взыскании 60% гоно-

рара за написание произведения. Издательство направило ав-

тору извещение об отклонении рукописи с опозданием на семь

месяцев, в результате чего автор считал рукопись одобренной

и потребовал выплаты гонорара. Народный суд отказал П. в

иске, а Московский городской суд согласился с этим решением,

считая, что причина увеличения издательством срока рассмот-

рения рукописи уважительна, ибо рукопись подвергалась мно-

гочисленным рецензиям. (*1). Вывод судов не основан на законе

и не способствует укреплению производственной дисциплины

организаций, использующих авторские произведения.

Правило об одобрении произведения нашло отражение во

всех типовых договорах. В отличие от других Типовой издатель-

ский договор не обязывает издательство письменно сообщать

автору о факте одобрения. Пункт 8 его дает автору право счи-

тать рукопись одобренной, если от издательства не последует

мотивированного письменного отказа в принятии рукописи ли-

бо письменного предложения о необходимости ее доработки. Да-

лее в п. 8 сказано, что когда договор заключается после одоб-

рения рукописи, в тексте договора указывается, что произведение

автором представлено и одобрено издательством.

Как правило, отклонение произведения допускается только

по соображениям, связанным с достоинствами самого произве-

дения: недостаточно высокий идейно-художественный уровень,

несоответствие творческой заявке, либретто, аннотации, эскизу.

Наряду с этим Типовой сценарный договор для художественных

фильмов допускает отклонение сценария по причине исключе-

ния его из тематического плана по решению Министерства

культуры СССР или Министерства культуры союзной респуб-

лики. Само собой разумеется, что последствия отклонения по

(**1) Судебная практика по авторским делам. Обзор Судебной коллегии по

гражданским делам Верховного Суда СССР, 1971, стр. 11.

-106-

этому мотиву иные, чем по мотивам, относящимся к достоинст-

вам произведения.

Предложение доработать произведение, внести в него исправ-

ления обязательно для автора при условии, что точно указано

существо доработки и исправлений в пределах договора. Не-

определенность требований организации ведет к усложнению

отношений и порождает опоры. Так, по издательскому договору

с автором А. Татарское книжное издательство обязалось вы-

пустить в свет литературное произведение объемом в 10 автор-

ских листов. Представленная автором рукопись неоднократно

возвращалась для доработки в соответствии с рецензиями раз-

личных лиц, но из них автору невозможно было уловить суть

требуемой от него доработки. Исправления, которые автор вно-

сил, не удовлетворяли издательство, в результате чего оно вы-

нуждено было принять и издать произведение объемом не в 10,

а в 5 авторских листов. В прежнем объеме издательство не на-

мерено было одобрять работу А., но письменного отказа об этом

не последовало.

Народный суд Бауманского района г. Казани, куда автор

обратился с иском о взыскании гонорара за весь договорный

объем работы, сослался в своем решении лишь на пропуск из-

дательством срока для отклонения части произведения, тогда

как в ходе судебного разбирательства было установлено, что

требования издательства об исправлениях рукописи носили об-

щий, неконкретный характер, не указывали на существо до-

работки.

Рукопись может направляться на доработку неоднократно,

пока организация-заказчик не сочтет, что произведение доведе-

но до необходимого уровня. Однако киностудия вправе предъ-

явить требования о внесении исправлений и переделок в сцена-

рий не более двух раз.

Отказ автора внести исправления влечет те же последствия,

какие наступают в связи с непредставлением рукописи.

Одобренное произведение организация обязана использо-

вать или начать его использование в установленный договором

срок и указанным в договоре способом (ст. 510 ГК). Эта обя-

занность не распространяется на организации, заключающие

сценарные договоры и договоры художественного заказа. Выпол-

ненный по заказу сценарий киностудия может использовать для

постановки по нему фильма, а может и не использовать, а при

использовании не связана установленными в законе сроками.

Так же обстоит дело с публичным выставлением произведений

изобразительного искусства. Вместе с тем ни сценарии, ни про-

изведения живописи и ваяния не могут использоваться иным.

чем предусмотрено в договоре, способом: либо организация-за-

казчик их вообще не использует, либо использует только путем

создания фильма и публичного выставления.

-107-

Срок, в течение которого организация обязана начать ис-

пользование, согласно ст. 510 ГК РСФСР не может превышать

двух лет со дня одобрения произведения. Но типовыми догово-

рами с учетом объема произведения и характера их использо-

вания могут быть предусмотрены меньшие предельные сроки.

Основываясь на данном предписании, типовые издательские

договоры устанавливают для выпуска в свет произведений объе-

мом до 10 авторских листов максимальный срок, равный од-

ному году, а для произведений объемом свыше 10 листов -

двум годам. Некоторые произведения подлежат изданию не поз-

же полутора лет. Пленум Верховного Суда СССР в Постанов-

лении от 19 декабря 1967 года указал, что началом использо-

вания произведения следует считать время выпуска его в свет

(опубликование). Сдача рукописи литературного произведения

в набор, репетиция спектакля и другие действия по подготовке

к выпуску произведения в свет не могут рассматриваться как

использование его.

Сроки использования произведения следует отличать от сро-

ков действия договора, когда он носит срочный характер.

Практическое значение срока договора в настоящее время

состоит в том, что согласно ст. 509 ГК РСФСР и соответствую-

щих статей ГК других союзных республик автор не вправе в те-

чение срока его действия без письменного согласия другой сто-

роны передавать произведение для использования другим ли-

цам. Срок такого ограничения устанавливается типовыми дого-

ворами, но не может превышать трех лет со дня одобрения

произведения организацией.

Ныне срочностью действия характеризуются лишь издатель-

ские договоры на все литературные произведения, которые за-

ключаются cpoeii на три года. Согласно Типовому издатель-

скому договору на произведения изобразительного искусства,

утвержденному в 1963 году, договор на издание этих произве-

дений действует четыре года.

Отмечая несоответствие сроков, предусмотренных Типовым

договором и ст.- 509 ГК, У. К. Ихсанов приходит к обоснован-

ному решению: при коллизии между законом и ведомственным

актом действует закон. Следовательно, срок действия издатель-

ского договора не может превышать трех лет. (*1).

В течение трех лет издательство вправе издавать и переиз-

давать произведение. Согласно п. 3 Постановления СМ РСФСР

от 20 марта 1962 г. <Об авторском гонораре за произведения

политической, научной, производственно-технической, учебной

и другой литературы> переизданием признается каждое новое

издание данного произведения, выпущенное в свет по истечении

установленного договором или законом срока выпуска преды-

дущего издания либо выпущенное в пределах этого срока, но

(**1) У. К Ихсанов. Указанная работа, стр. 68.

-108-

с переработкой или добавлением нового текста в виде отдель-

ных глав, частей, разделов, параграфов или абзацев. В изда-

тельской практике встречаются случаи, когда издательство вы-

пускает тираж не сразу, а частями. Если ставки гонорара уста-

новлены для определенной нормы тиража, то все, что превыша-

ют эти нормы, рассматривается как второе и последующие из-

дания независимо от сроков выпуска в свет последующих

частей тиража. Допечатка тиража издания в пределах уста-

новленных норм не будет считаться переизданием, если она

осуществлена в срок, установленный для выпуска произведения

в свет. Пропуск этого срока во всех случаях дает основание

рассматривать выпуск произведения как переиздание.

Сроки, в течение которых организация обязана использо-

вать произведение, исчисляются со дня одобрения или со дня

истечения срока, установленного для одобрения, а в случаях

заключения договора на одобренное произведение - со дня

заключения договора. В нарушение этого правила отдельные

издательства иногда отказывают в выплате гонорара за про-

изведение, считая, что с момента выпуска в свет первого изда-

ния прошло менее одного или двух лет (в зависимости от объе-

ма произведения). Рассматривая дело по иску группы авторов

к издательству <Советская энциклопедия> о взыскании гонора-

ра, за переиздание немецко-русского словаря объемом в 87 ав-

торских листов, Судебная коллегия по гражданским делам

Верховного Суда РСФСР установила, что истцы дали согласие

на издание словаря в 1960 году. 25 октября 1961 года словари

был сдан в набор, но вышел в свет в сентябре 1963 года. В июле

1965 года издательство повторило издание, но, ошибочно счи-

тая, что с момента выхода в свет первого издания двух лет не

прошло, в выплате гонорара авторам отказало. Судебная кол-

легия в определении отметила, что исчисление двухлетнего

срока с момента выпуска в свет предыдущего издания является

неправильным. Срок должен исчисляться с момента одобрения

произведения или с момента сдачи произведения в производст-

во. Поэтому издательство не вправе было выпускать в свет по-

следующее издание словаря без заключения с истцами изда-

тельского договора, а тем более без выплаты авторского воз-

награждения. (*1).

В целях выпуска в свет высококачественных произведений

литературы, науки и искусства нормативные акты обязывают

стороны продолжать творческое сотрудничество и в стадии ис-

пользования произведения. Автор по издательскому договору

не только имеет право, но и обязан читать авторскую коррек-

туру своего произведения без особого на то вознаграждения.

Время на чтение корректуры устанавливается соглашением сто-

(**1) Бюллетень Верховного Суда РСФСР, 1968, № 10, стр. 4, 5.

-109-

рон. Задержка или отказ от возврата корректуры автором дает

издательству право напечатать произведение без корректуры

или отодвинуть выпуск его в свет на срок задержки. Сценарный

договор для художественных фильмов дает автору право при

производстве по его сценарию фильма участвовать в обсужде-

нии сценария, принимать участие в работе съемочной группы,

знакомиться с режиссерским сценарием, пробами актеров, эс-

кизами декораций, костюмов и т. п. Аналогичное право предо-

ставлено драматургу, который может присутствовать на всех

репетициях, просмотрах и обсуждениях спектакля.

По общему правилу авторские договоры порождают право

автора на получение вознаграждения. Исключение составляют

издательские договоры на научные произведения, созданные в

порядке выполнения плана научно-исследовательской работы,

и постановочные договоры на произведения, за первую поста-

новку которых автор уже получил гонорар.

Обусловленное a договоре вознаграждение выплачивается

частями, по мере выявления реальности создания и использова-

ния произведение. Одни типовые договоры устанавливают два

срока выплаты гонорара, другие - три и более..

В большинстве случаев автор имеет право получить часть.

предусмотренного договором вознаграждения в виде аванса а

момент заключения договора, по которому автор обязуется

создать нужное организации произведение.

Аванс является формой оказания автору материальной по-