16661

ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ВЕКСЕЛЯ ПРИ СОВЕРШЕНИИ ПРЕСТУПЛЕНИЙ

Научная статья

Государство и право, юриспруденция и процессуальное право

ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ВЕКСЕЛЯ ПРИ СОВЕРШЕНИИ ПРЕСТУПЛЕНИЙ Материал подготовлен с использованием правовых актов по состоянию на 21 октября 1997 года В.А. БЕЛОВ Белов Вадим Анатольевич доцент кафедры гражданского права юридического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова к

Русский

2013-06-25

100.01 KB

0 чел.

ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ВЕКСЕЛЯ ПРИ СОВЕРШЕНИИ ПРЕСТУПЛЕНИЙ

Материал подготовлен с использованием правовых актов

по состоянию на 21 октября 1997 года

В.А. БЕЛОВ

Белов Вадим Анатольевич - доцент кафедры гражданского права юридического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова, кандидат юридических наук, зав. кафедрой гражданско-правовых дисциплин Института актуального образования "Юринфор-МГУ".

Развитие вексельного обращения в современной России вызвало к жизни целый ряд явлений, неизвестных доселе даже по книгам. В их числе - огромное количество юридических проблем. Работой по разрешению таковых в настоящее время занимаются юристы, представители всех без исключения отраслей права. Ведущая роль, конечно же, принадлежит цивилистам, что ни в коей мере не умаляет сложностей с проблемами иных отраслей права. В настоящей статье мы попытаемся разобраться с некоторыми уголовно-правовыми аспектами применения векселя в гражданском обороте.

Вексель представляет собой инструмент, составляющий благодатную почву для различного рода злоупотреблений, в том числе и уголовно наказуемых (преступлений). Причина этого явления кроется в самой природе векселя, предполагающей участие в вексельных правоотношениях лиц, в той или иной степени доверяющих друг другу. Наивысшая форма такого доверия и составила предпосылку возникновения такого института, как переводный вексель - облеченное в особую форму предложение уплатить деньги, адресованное третьему лицу. Приобретатель такого документа должен, во-первых, безусловно доверять его составителю и быть уверенным в том, что сделанное им предложение уплатить имеет под собой реальное основание. Приобретатель, во-вторых, должен безусловно доверять лицу, назначенному плательщиком; не сомневаться в том, что тот примет основательно сделанное ему предложение (акцептует вексель), а затем, по наступлении срока платежа - оплатит. До такой степени кредит в России не развивался никогда, а потому и переводный вексель в России никогда не имел широкого распространения.

Для возникновения простого векселя не нужно столь высокого развития кредита - достаточно доверять слову и платежеспособности составителя векселя. Простой вексель - явление, на Руси столь распространенное, что некоторыми исследователями он стал называться даже "русским векселем" (хотя возник вовсе не в России). Простой вексель - это облеченное в особую "вексельную" форму обещание, честное слово уплатить деньги, данное составителем документа его приобретателю. В силу своей природы обязательство векселедателя простого векселя сложно чем-либо обеспечивать: общегражданские способы обеспечения громоздки, да и не все считают их пригодными, а требовать вексельного поручительства (аваля) за векселедателя несколько странно - зачем тогда нужен такой вексель? Не проще ли получить вексель от лица, которое предполагалось сделать авалистом? Этими обстоятельствами объясняется то, что простой вексель исконно воспринимался на Руси не более как обещание уплатить деньги и применялся, естественно, как документ, оформляющий заемные отношения. Поскольку займы даются только лицам, пользующимся некоторым доверием (а необеспеченные займы еще меньшему кругу лиц), постольку и простой вексель на Руси имел применение в основном только между его первыми двумя участниками - лицами, безусловно доверяющими друг другу. Если вексель и получал впоследствии подписи еще каких-нибудь лиц, то это были прежде всего лица, безусловно доверяющие первому приобретателю, каковых никогда не было много из-за невысокого уровня кредитоспособности подавляющего большинства участников вексельного обращения.

За годы господства планового хозяйства и централизованного банковского кредитования эти элементарные основы использования векселя оказались накрепко забыты. Нередко спрашивают: мы приобретаем вексель, как нам проверить подлинность самого векселя и подлинность подписей на нем? Ответ элементарный - никак! Никак этого нельзя проверить. Но если существуют сомнения относительно подлинности подписей на векселе или тем более самого векселя, то есть присутствует некоторая хотя бы малейшая степень недоверия к бумаге или ее отчуждателю - зачем же приобретать такой вексель?! Неужели кто-нибудь согласится дать заем первому встречному? Конечно, нет. А в случае с приобретением векселя этот вопрос даже не обсуждается, хотя по сути своей речь идет о том же самом займе: я - деньги, мне - обещание их вернуть.

К сожалению, практика показывает, что нормы вексельного права гораздо быстрее осваиваются лицами, использующими вексель как инструмент для достижения собственной выгоды не всегда достойными уважения, а порою и прямо запрещенными законом, в том числе уголовным, способами. Добросовестные участники гражданского оборота "раскачиваются" гораздо медленнее. Убедить их даже в применении какого-либо положения, объясняемого исключительно соображениями здравого смысла, и то непросто. Что уж говорить об их достойных сожаления попытках осмыслить и применить весьма непростые нормы вексельного законодательства! Работать же на стыке вексельного права - права специального - с правом, например, гражданским или тем более уголовным - такое не всегда решаются позволить себе даже опытные юристы - ученые и практики.

Между тем многие проблемы, которые кажутся "проблемами века", в действительности оказываются вопросами или, самое большее, задачами, для успешного решения которых должно опираться на знание и умение применить основные принципы вексельного, гражданского и, применительно к нашей статье, уголовного права. По причинам, указанным выше, мы остановимся на использовании в преступных целях именно простого векселя.

Использование простого векселя для совершения преступлений может иметь место со стороны различных участников векселя. Наибольшее количество деяний, слагающих преступные составы, приходится, пожалуй, на долю первого приобретателя и составителя простого векселя. Меньше возможностей для преступных манипуляций с векселем у последующих его приобретателей и авалистов.

Кроме того, нужно отметить, что вексель может быть предметом преступных деяний со стороны третьих лиц, лиц, не участвующих в данном векселе, в частности - предметом подделки (подлог) и (или) сбыта, предметом хищения (обычно такая участь постигает векселя с бланковыми индоссаментами). Наконец, близко к преступлениям с использованием векселя подходят преступления с квазивексельными документами - вексельным бланком и копией векселя. Два последних типа преступных деяний не составляют предмета настоящей статьи, ибо первый из них не несет в себе ничего специфически вексельного, а второй связан с векселем только через иной институт, требующий особого изучения.

§ 1. Преступления, совершаемые

первым приобретателем векселя

1. Одним из наиболее распространенных и элементарных по технике совершения является получение векселя от его составителя против воли последнего и без надлежащего экономического (правового) основания.

С точки зрения уголовного права следует отличать ситуацию, когда вексель был составлен по воле векселедателя, но оказался в обороте против воли, от случая, когда само составление векселя произошло против воли векселедателя.

Пример первого случая мы имеем, когда работник проникает в кабинет руководителя в отсутствие последнего и завладевает векселем, составленным от имени предприятия на его, работника, имя, причем не предоставляет за вексель ожидаемого эквивалента. Данный эквивалент (основание выдачи векселя) может быть различным: руководитель мог составить вексель в расчете на премирование работника по результатам выполнения определенной работы, в оформление задолженности по зарплате и пр.

Возможна и иная ситуация: случай, когда лицо составляет вексель, будучи принужденным к этому незаконными действиями первого приобретателя. Здесь мы имеем два деяния - незаконное требование о предоставлении права в вексельной форме и незаконное завладение документом, удостоверяющим данное право.

Уголовно-правовая квалификация данных деяний зависит от того, с какого момента нужно считать возникшим вексельное обязательство и, следовательно, имеющимся сам вексель как вещь.

Если таким моментом признавать момент составления векселя, то первый из описанных случаев - неправомерное завладение векселем, составленным по воле векселедателя, - следует квалифицировать как хищение (неправомерное завладение чужим имуществом) <*>. В зависимости от способа завладения хищение может иметь форму кражи (тайное хищение), грабежа (открытое хищение), разбоя (грабеж с насилием), мошенничества (хищение путем обмана) или вымогательства (грабеж с угрозами).

--------------------------------

<*> То обстоятельство, что векселем завладевает тот, кто указан в нем в качестве приобретателя, не должно быть причиной к заключению о том, что лицо завладевает своим имуществом. Ценная бумага принадлежит лицу только тогда, когда оно приобрело вещное право на сам документ. Одна лишь легитимация формального характера - наименование лица в ценной бумаге - рождает только предположение о том, что это его бумага. Естественно, это предположение может быть опровергнуто. Один из случаев такого опровержения - приобретение бумаги ее хищением, которое, как известно, не является способом приобретения права собственности на вещь.

Если же вексель следует признавать существующим только лишь с момента его сознательной выдачи (получения добросовестным приобретателем), то квалификация существенно усложнится. Ведь если до момента попадания в оборот вексель не является векселем, не имеет силы, а само попадание его в оборот происходит помимо воли его составителя, следовало бы признать, что знающий об этом первый приобретатель не получает по данному векселю никаких прав. В его (первого приобретателя) отношении данный документ не только не является векселем, но и вообще не представляет какой-либо ценности, ибо такому приобретателю должник по векселю всегда может противопоставить возражения, основанные на отсутствии основания возникновения вексельного обязательства - волевой выдачи векселя. Противопоставление таких возражений означает неприменение в отношениях между векселедателем и первым приобретателем векселя принципа публичной достоверности, что вполне возможно при доказанности недобросовестности приобретателя. Поэтому одно только получение документа, названного векселем (при условии, что он признается имеющим силу с момента его сознательного волевого выпуска в оборот), по общему правилу не должно квалифицироваться как уголовно наказуемое деяние, ибо оно само по себе не причиняет имущественного ущерба векселедателю. Имущественный ущерб будет причинен тогда, когда такой приобретатель векселя передаст его по индоссаменту добросовестному приобретателю, которому векселедатель не сможет противопоставить возражения, основанные на отсутствии основания вексельного обязательства. Поскольку безосновательное получение векселя есть, в этом случае, предпосылка для причинения имущественного ущерба, при доказанности умысла на такое последующее причинение, данное деяние может квалифицироваться как приготовление к преступлению - хищению имущества векселедателя путем мошенничества - обмана третьего лица (нового добросовестного приобретателя векселя). По действующему УК уголовная ответственность наступает только за приготовление к тяжкому или особо тяжкому преступлению (статья 30). Мошенничество, в соответствии с п. 4 статьи 15 и п. 3 статьи 159, УК может относиться к категории тяжких преступлений, если оно совершено с одним из квалифицирующих признаков - только за него и может наступить уголовная ответственность.

Сказанное можно обобщить в следующей таблице:

Деяние:   
безоснова-
тельное   
завладение
документом

Вексель имеет силу:                  

с момента составления     

с момента       
сознательной выдачи

Тайное    

Кража (статья 158 УК)         

Приготовление к   со-
вершению  тяжкого мо-
шенничества   (ч.   3
статьи 159 УК,  через
30 и 15 УК) при дока-
занности   умысла  на
передачу векселя доб-
росовестному приобре-
тателю                

Открытое  

Грабеж (статья 161 УК)        

С насилием

Разбой (статья 162 УК)        

С обманом

Мошенничество (статья 159 УК)

С угрозами

Вымогательство (статья 163    
УК)                           

Второй случай - принуждение к составлению векселя незаконными действиями и завладение составленным вследствие этого векселем, также будет квалифицироваться по-разному. Если мы признаем вексель имеющим силу с момента его составления, то принуждение к его составлению незаконными действиями - при соответствии характера незаконных действий, предусмотренных статьей 163 Уголовного кодекса Российской Федерации, - будет рассматриваться как хищение, но только в форме вымогательства. Если же признать, что вексель имеет силу с момента его сознательной выдачи векселедателем, то принуждение к его составлению должно рассматриваться, при наличии квалифицирующих признаков, как принуждение к участию в приготовлении преступления. Ни само принуждение, ни участие в приготовлении преступления по принуждению не составляют уголовно - наказуемых деяний, поэтому квалификации подлежит только завладение таким векселем с целью совершения мошенничества с признаками части 3 статьи 159 УК.

Действующее вексельное законодательство не требует для вступления простого векселя в силу ни сознательной его выдачи, ни добросовестного его приобретения. Поэтому мы полагаем, что правильной должна быть квалификация деяний, исходящая именно из этой точки зрения. Однако отметим, что делать отсюда вывод о том, что российское вексельное законодательство придерживается принципов креационной теории векселя, будет неправильно - Положение о векселях содержит ряд норм, отступающих от нее.

2. Передача векселя, в отношении которого передающему известно, что вексель является безосновательным, - также весьма распространенный случай в современной российской вексельной практике.

Под безосновательным, в собственном смысле этого слова, векселем, понимается вексель, оказавшийся в обороте без достаточного правового основания. Так, в рассмотренных выше случаях мы имеем дело с безосновательными векселями - векселями, оказавшимися в обороте против воли их составителя. Чаще такие векселя называют безденежными.

Вексель может называться безосновательным и по другой причине: из-за утраты в процессе обращения своей основательности. Такое явление может стать, например, следствием неисполнения первым приобретателем векселя обязанности, в расчете на которую вексель был выдан. Если покупатель в оформление своего обязательства оплатить товар выдал продавцу вексель, который продавец получил, однако впоследствии не исполнил своей обязанности по поставке товара <*>, обязанность покупателя оплачивать вексель (платить покупную цену), естественно, отпадает за отсутствием основания. В таких случаях говорят, что основание возникновения вексельного обязательства отпало после возникновения самого обязательства. Из-за того, что данный случай отпадения основания вексельного обязательства - невыполнение обязанности товарной поставки - является на практике самым распространенным, векселя, основание которых отпало впоследствии, называют бестоварными. Может случиться и так, что лицо, уже получившее по векселю платеж, откажется передавать его плательщику и индоссирует его добросовестному приобретателю - это тоже будет безосновательный вексель. Векселя, утратившие основательность в процессе обращения, можно называть также векселями, не изъятыми из обращения против воли их составителя.

--------------------------------

<*> По мнению авторов комментария к новому УК РФ, такое бездействие лица также представляет собой состав мошенничества. См.: Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Отв. ред. А.В. Наумов. М., 1996. С. 409 (автор комментария Г.А. Кригер).

Разумеется, об образовавшейся неосновательности векселя знают, как правило, только непосредственные участники правоотношения, из которого был выдан вексель, а потому и возражениями из безосновательности можно мотивировать отказ в платеже только тогда, когда требование о нем заявляется непосредственным участником этого правоотношения (первым приобретателем векселя, лицом, получившим платеж).

Наконец, можно встретить и третье значение характеристики векселя как "безосновательного" - для описания векселей, выданных без надлежащей экономической подоплеки. Так, например, два безусловно доверяющих друг другу лица могут договориться о том, что одно из них выдает другому вексель, а это другое (приобретатель) - продает вексель, получая за него деньги, использует их в собственной предпринимательской деятельности и к сроку платежа за счет полученной им прибыли выкупает (оплачивает) вексель. Естественно, лицо, выдающее такой вексель, должно, во-первых, доверять деловой репутации векселеприобретателя - быть уверенным, что полученные от его продажи деньги оно использует в производительных целях и окажется способным оплатить вексель, а во-вторых - доверять его честному слову, не сомневаться в том, что полученные им деньги не будут похищены. Кроме того, выдать такой вексель может согласиться только лицо, желающее оказать безвозмездную помощь благосостоянию того, кого оно предполагает снабдить этим векселем. Из-за того, что подобные векселя могут иметь применение только между лицами, пользующимися не только безусловным доверием друг друга, но и стремящимися к бескорыстному сотрудничеству и взаимопомощи, такие векселя называются дружескими или приятельскими.

В тех случаях, когда лица не желают выходить за рамки деловых отношений, дружеские векселя могут перерасти в векселя встречные. При совершении операции обмена векселями каждый вексель является основанием выдачи другого векселя; оплата каждого из них осуществляется из средств, полученных от учета встречных им векселей.

Наконец, бывает так, что стороны каких-либо сделок договариваются о том, что должник выдает кредитору вексель, каковой тот имеет право предъявить ко взысканию только в случае неисполнения должником какого-либо обязательства. Такие векселя называются гарантийными.

Юридическая сила и дружеских, и встречных, и гарантийных векселей не может быть подвергнута никакому сомнению, чего нельзя сказать об их экономическом обеспечении. Если классический вексель выдается для оформления факта получения кредита под конкретную сделку, обычно товарную, то есть сделку, оформляющую коммерчески выгодную (прибыльную) операцию, то рассмотренные виды векселей не имеют такого обеспечения. В случае предъявления их к платежу добросовестными приобретателями последние сталкиваются с честным словом и благими намерениями, векселем аналогичного содержания и фактически уже нарушенным обязательством - "обеспечением" соответственно дружеского, встречного и гарантийного векселей.

Вопрос о распределении убытков, возникших у держателей таких векселей, должен обсуждаться по нормам гражданского права. Однако ни в одном из случаев эти нормы не позволяют полностью переложить эти убытки только лишь на векселедержателя, даже при грубой неосторожности с его стороны. Следовательно, налицо будет причинение ущерба имуществу векселедержателя со стороны лица, намеренно продавшего ему заведомо неосновательный вексель. Чаще всего жертвами таких деяний становятся банки, ибо именно они профессионально занимаются скупкой векселей с целью получения прибыли (учетом векселей). Как бы банки ни старались проверять все принимаемые к учету векселя на предмет их основательности, нередко бывает, что среди нормальных товарных векселей в их портфель попадают встречные, гарантийные и дружеские векселя - по одному меткому выражению, "паршивые овцы вексельного хозяйства" - а еще чаще векселя безденежные и бестоварные. Можно ли привлечь к уголовной ответственности лицо, которое для собственного обогащения "осчастливило" какой-нибудь банк такими векселями?

По нашему мнению, лицо, которое не знало и не могло знать о его безосновательности, а будучи осведомленным об этом - не приобрело бы вексель или приобрело бы за меньшую цену или на иных, более льготных для него условиях, должно, при неполучении по этому векселю платежа, признаваться понесшим имущественный ущерб, причиной которого явился обман, выразившийся в недобросовестном поведении стороны, не сообщившей при совершении сделки о существенном недостатке ее предмета <*>. Следовательно, отчуждение безосновательного (в широком смысле слова) векселя, которое повлекло обогащение отчуждателя за счет средств, которые мог бы сохранить приобретатель векселя, зная о его недостатках, представляет собой частный случай состава преступления, предусмотренного статьей 159 УК РФ, - мошенничества. Соответственно одно лишь предложение приобрести безосновательный вексель (предъявление его к учету) составляет покушение на мошенничество <**>.

--------------------------------

<*> "Обман при мошенничестве может выразиться в ложном утверждении о том, что заведомо не соответствует действительности, либо в умышленном умолчании о фактах, сообщение которых было обязательно." См.: комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации... С. 408 (автор комментария Г.А. Кригер). По-видимому, сообщение не должно быть "обязательным"; достаточно, чтобы сообщение о таких фактах составляло необходимый элемент добросовестного поведения. Кстати, на следующей странице комментария дается более удачное определение обмана при мошенничестве: "...виновный путем уверений или умолчаний создает у потерпевшего неверное представление о каких-либо обстоятельствах и приводит его к убеждению об обязанности либо выгодности для него передачи имущества или имущественных прав".

<**> Такое же положение вещей существовало и по уголовному законодательству периода НЭПа. См.: Полянский Н.Н. Вексельные злоупотребления // Право и жизнь. 1926. N 1. С. 84.

Кроме того, учет гарантийного, безденежного и бестоварного векселей без права их обратного выкупа может причинить ущерб также и лицу, выдавшему соответствующий вексель. Этот случай будет иметь место тогда, когда лицо, выдавшее, например, гарантийный вексель, исполнит обязательство, обеспечиваемое этим векселем. Такое исполнение позволит ему требовать возврата этого векселя от его приобретателя, чего последний, естественно, сделать не сможет из-за отчуждения им векселя третьему лицу. В том случае, когда гарантийный вексель будет предъявлен его добросовестным приобретателем ко взысканию и векселедатель его оплатит, он понесет имущественный ущерб, причиной которого стало индоссирование гарантийного векселя. Поскольку это же индоссирование стало причиной обогащения индоссанта, также можно говорить о совершенном мошенничестве, в данном случае - хищении, совершенном путем злоупотребления доверием <*>.

--------------------------------

<*> "Злоупотребление доверием тесно примыкает к обману. Виновный использует особые доверительные отношения между ним и собственником или иным законным владельцем, чтобы обман был более убедительным... В качестве самостоятельного мошеннического способа злоупотребление доверием встречается редко." См.: комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации... С. 409. В случае передачи гарантийного векселя злоупотребление доверием состоит в нарушении соглашения о невозможности передачи векселя, которое хотя и не может иметь гражданско-правовой силы в части запрета передачи, но является основанием для взыскания ущерба, причиненного состоявшейся передачей; это не соглашение об ограничении правоспособности (в этой части оно ничтожно), а соглашение о распределении бремени ответственности по векселю.

Обращаем внимание, что под признаки мошенничества подпадает передача векселя, оформленная индоссаментом любого типа. Важно лишь, чтобы такой индоссамент освобождал приобретателя векселя от возражений его правопредшественника. Такими индоссаментами являются индоссамент классический (передаточный) и залоговый.

3. Получение кредита под залог безосновательных векселей.

Напрашивающаяся сама собой квалификация этого деяния в соответствии со статьей 176 нового УК РФ ("Незаконное получение кредита") будет ошибочной. Диспозиция данной статьи предусматривает, что незаконность получения кредита должна заключаться в предоставлении кредитору заведомо ложных сведений о хозяйственном положении или финансовом состоянии заемщика "с целью сокрытия обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что предоставленная заемщику сумма не будет возвращена в срок" <*>. Сокрытие фактов безосновательности векселей, предлагаемых для залога, не составляет сообщения ложных сведений о хозяйственном положении и финансовом состоянии заемщика и не способствует само по себе созданию в глазах кредитора неправильного представления о платежеспособности заемщика. Наличность у заемщика безосновательных векселей не может расцениваться и как свидетельство того, что сумма кредита не может быть возвращена заемщиком в срок. Залог - это всего лишь способ обеспечения исполнения обязательств, используемый "на крайний случай". Нормальной является ситуация, когда кредит возвращается заемщиком самостоятельно, а не из выручки от реализации предмета залога.

--------------------------------

<*> Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации... С. 449 (автор комментария А.М. Яковлев).

По указанным причинам один лишь факт получения кредита под залог необеспеченных векселей не может квалифицироваться не только по статье 176, но и даже по статье 159 УК РФ, то есть не составляет даже мошенничества, ибо получение кредита (займа) не есть хищение денег - последнее представляет собой неправомерное завладение чужими деньгами, в то время как и кредит и заем - результат совершения правомерных сделок. Вопрос о покушении на хищение имущества путем мошенничества может быть поставлен только при доказанности того, что залогодатель сознательно предоставил в залог безосновательные векселя, а также доказанности умысла на неисполнение обязательства, обеспеченного залогом безосновательных векселей. С нарушением обязательства, обеспеченного залогом безосновательных векселей, необходимо доказать увеличение имущества залогодателя (должника) и уменьшение имущества кредитора. Последнее может быть доказано в том случае, если заложенные ему векселя не были оплачены <*>. Именно факт неоплаты векселей по мотивам их безосновательности должен считаться моментом совершения хищения в форме мошенничества. Если же оплата безосновательных векселей, предъявленных добросовестным приобретателем, все-таки последует, то следует помнить, что такая оплата причиняет ущерб векселедателям. Естественно, они могут обвинить своего контрагента - первого приобретателя векселей - в хищении имущества у них путем передачи безосновательного векселя (см. выше).

--------------------------------

<*> Право залогодержателя требовать оплаты заложенных ему векселей предусмотрено статьей 19 Положения о векселях.

Если векселя были заложены без совершения на них залогового индоссамента, то момент причинения ущерба и соответственно совершения преступления должен определяться в зависимости от результатов действий, которые предпримет кредитор для охраны своих прав. Если кредитор докажет, что залогодатель умышленно, пользуясь неосведомленностью кредитора в вопросе об оформлении залога векселя, не совершил на векселях залогового индоссамента, ущерб должен считаться причиненным, а преступление - совершенным с момента нарушения обеспеченного обязательства. Если же кредитор попытается обратить взыскание на заложенные векселя в общем порядке, путем их продажи с публичных торгов, то он может считать себя потерпевшим только с того момента, когда станет очевидной невозможность получения удовлетворения по векселям (например, после объявления несостоявшимися повторных торгов по реализации этих векселей).

4. Предъявление ко взысканию безосновательного векселя его первым приобретателем - также нередко встречается в сегодняшней России. С теоретической точки зрения такое предъявление не может закончиться результативно, ибо векселедатель имеет право заявлять первому приобретателю возражения из отсутствия или недействительности основания вексельного обязательства. Законодательство и теория ценных бумаг не только допускают, но и считают вполне естественным тот принцип, что публичная достоверность - начало ограничения возражений из безосновательности векселя - не работает в отношениях векселедателя и первого приобретателя.

К сожалению, практика показывает, что российские суды очень часто смешивают публичную достоверность векселя и его абстрактность, а кроме того, не очень четко представляют себе, что же такое абстрактность векселя. Это и приводит к тому, что суды удовлетворяют требования о взысканиях по неосновательным векселям с тем, чтобы в последующем рассматривать встречный иск векселедателя к первому приобретателю из факта отсутствия, отпадения или недействительности основания векселя.

Различие между абстрактностью и публичной достоверностью векселя состоит в том, что данные характеристики относятся к двум различным сторонам векселя, характеризуют его различные качества. Абстрактность - это характеристика обязательства, конституированного векселем, являющаяся следствием различного отношения права к роли и значению основания сделок различных типов. Публичная достоверность - это характеристика самого документа, являющаяся следствием различного отношения права к различным способам легитимации - узаконения лица в качестве кредитора по обязательствам.

Действительно, различие между абстрактными и каузальными бумагами (как, впрочем, сделками, обязательствами и договорами), заключается в тех функциях, которые выполняет это основание (кауза) в соответствующих правоотношениях. Безосновательных, в прямом смысле этого слова, действий не бывает. Никто не обязывается только затем, чтобы обязываться; никто не выдает ценной бумаги просто из стремления выдать бумагу <*>. Функции же основания сделок могут быть различными как в материально-правовом, так и в процессуальном аспектах. Различие между абстрактными и каузальными сделками основано прежде всего на том факте, который право предполагает действительным. Если законодатель предполагает, что основание наличествует, действительно и не отпало - тогда перед нами сделка абстрактная; если же в роли предмета предположения выступает факт отсутствия основания - сделка каузальная <**>.

--------------------------------

<*> См.: Кривцов А.С. Абстрактные и материальные обязательства в римском и современном гражданском праве. Б.м., 1898. С. 1, 5, 14.

<**> См.: Кривцов А.С. Указ. соч. С. 7, 14. См. также: Новицкий И.Б. Очерки по гражданскому праву. Т. II. Обязательственное право. Общие положения. М., 1921. С. 100 - 101.

Особо подчеркиваем, что различие между абстрактными и каузальными бумагами не в том, что при абстрактной бумаге должник лишен права заявлять кредитору возражения, основанные на каких-либо иных обстоятельствах, кроме текста самой бумаги. Это не так. Даже должник по векселю - абстрактной бумаге - может противопоставить кредитору возражения, основанные на их личных, хотя бы и вневексельных, правоотношениях. Основное требование к таким возражениям - их известность как должнику, так и кредитору.

Как на следствие вышеназванного материально-правового различия нужно указать и на различие процессуально-правового характера, а именно на различное распределение бремени доказывания наличности основания обязательства по ценной бумаге. Если кредитор желает реализовать права, приобретенные им по договору или каузальной бумаге, он должен доказать, что должник, принимая на себя корреспондирующие его правам обязанности, имел на это соответствующее основание <*>. Если же кредитор требует реализации своих прав, вытекающих из легитимирующей его абстрактной ценной бумаги (или иной абстрактной сделки, например цессии, делегации), то он не обязан доказывать существование и действительность своих прав, они предполагаются существующими и действительными.

--------------------------------

<*> В англо-американском праве существует понятие "considaration" - встречное удовлетворение. Мало заключить договор (достигнуть соглашения о правах и обязанностях). Необходимо, чтобы каждая сторона получила от другой встречное удовлетворение. В сущности, вопрос об основании сделки лежит за пределами собственно права или выводит последнее в иную область - область справедливости.

Наоборот, должник по каузальной сделке может не производить исполнения до тех пор, пока лицо - кредитор не докажет наличие и действительность основания возникновения своих прав. Должник же по абстрактной сделке, желающий снять с себя бремя исполнения обязательства, должен сам доказать, что права кредитора безосновательны, а потому не подлежат осуществлению и защите. Абстрактность (каузальность) - свойство всяких сделок и, только как следствие, - документов, удостоверяющих таковые.

Публичная достоверность - качество, приложимое не к сделкам и не обязательствам, а только непосредственно к документу. Поэтому характеристика этого свойства через качество правоотношений, удостоверенных публично достоверным документом, может быть названа противоестественной, ибо ей характеризуется косвенное проявление свойства публичной достоверности. Попытка охарактеризовать его через непосредственное проявление, то есть через свойства самого публично достоверного документа, также предпринималась, но привела к смешению начала ограничения возражений с таким качеством ценной бумаги, как ее формализм. Вот одно из таких, на наш взгляд, наиболее удачных определений: публичная достоверность означает, что "добросовестный владелец бумаги может довериться тем ФОРМАЛЬНЫМ ПРИЗНАКАМ (бумаги, - В.Б.), которые легитимируют его в качестве субъекта выраженного в бумаге права" <*>.

--------------------------------

<*> Ю.И. Свядосц. Ценные бумаги и оборотные документы // Гражданское и торговое право капиталистических государств: Учебник. Изд. 3-е / Под ред. Е.А. Васильева. М., 1993. С. 207. Выделено мной. - В.Б.

Формализм - качество, отражающее необходимость помещения в ценную бумагу всех реквизитов (формальных признаков); без реквизитов нет самой ценной бумаги, нет ее формы <*>. Публичная достоверность говорит о достаточности реквизитов для реализации прав из бумаги. Во всяком случае - о презумпции достаточности, поводом к опровержению которой в отношении конкретного субъекта может стать только недобросовестность этого лица как участника правоотношения.

--------------------------------

<*> Следует указать на ошибочность понимания термина "реквизиты векселя", отраженного в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28 сентября 1994 г. N 36 // Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 1995. N 2. Им вексельные реквизиты названы "элементами содержания" векселя.

Без четкого разграничения абстрактности и публичной достоверности, а также публичной достоверности и формализма правильное понимание оснований вексельной ответственности векселедателя перед первым приобретателем и перед всеми последующими векселедержателями невозможно.

Кроме того, очень часто случается, что векселедатель не имеет в своем распоряжении доказательств того, что первый приобретатель векселя является недобросовестным (например, похитившим вексель). Вот здесь и вступает в действие принцип абстрактности векселя: векселедержатель не обязан доказывать основательности векселя; пусть должник доказывает обратное. Векселедержатель может прекрасно знать, что он вор, но в суде делать оскорбленное лицо и требовать доказательств от векселедателя. А векселедатель, как правило, таких доказательств предоставить не может. Это приводит к ситуациям, когда после процесса представитель истца - векселедержателя утешает ответчика: "Конечно, мы-то с Вами знаем, что я - вор, но суду-то это не доказано! Вот суд и взыскал в мою пользу... Все правильно."

Поэтому на практике предъявление ко взысканию даже безосновательного векселя, даже произведенное его первым приобретателем, может стать причиной противоправного завладения имуществом векселедателя. Подлежит ли уголовному наказанию такое завладение, а также попытка завладения, не состоявшаяся по причинам, не зависящим от воли векселедержателя?

Лицо, знающее о том, что имеющийся у него вексель является безосновательным (обычно, как мы уже отмечали, таким лицом является первый приобретатель векселя), и тем не менее предъявляющее его ко взысканию, не может не осознавать неправомерности собственных требований. Следовательно, его действия по предъявлению безосновательного векселя ко взысканию имеют своей целью неосновательное приобретение имущества за счет уменьшения имущества векселедателя. Векселедатель может согласиться с требованиями лица и уплатить требуемую с него сумму в силу недостаточной юридической грамотности или будучи введенным в заблуждение ложными заверениями векселедержателя о правах и обязанностях из векселя. Может случиться и так, что поводом к удовлетворению требований векселедержателя окажутся угрозы.

В первом случае неправомерное завладение чужим имуществом происходит путем обмана и отчасти - злоупотребления доверием должника (последний, доверяя векселедержателю, не предпринимает попыток выяснить у третьих лиц вопрос о действительном состоянии правового регулирования вопроса). Во втором случае способом неправомерного завладения служат угрозы. Следовательно, первый случай должен квалифицироваться как мошенничество (статья 159 УК РФ), второй - как вымогательство (статья 163 УК РФ). Подчеркиваем, данные преступления будут считаться совершенными (оконченными) тогда, когда векселедатель фактически оплатит вексель. До этого момента - одно лишь предъявление безосновательного векселя с требованием его оплаты - составляет покушение на совершение одного из названных преступлений.

Можно ли говорить о совершении преступления в случае, когда взыскание по безосновательному векселю происходит на основании исполнительного документа - исполнительного листа или судебного приказа? На этот вопрос чаще всего можно услышать отрицательный ответ: дескать, названные исполнительные документы выдаются судами, действующими именем Российской Федерации, а поскольку государство (по определению) не может быть преступником, значит и все действия, основанные на этих документах, законны. Следовательно, и на первый вопрос также нужно давать отрицательный ответ.

Мы не считаем возможным согласиться с этой точкой зрения. Странная получается ситуация: если лицо само безосновательно "ставит" векселедателя "на деньги" - это мошенничество. А вот если ему помогает в этом государство - нет! Может быть, с позиции чистой буквы закона и можно сделать подобный вывод, но вряд ли он будет соответствовать смыслу и назначению законов и вряд ли окажется правомерным. Безусловно, вмешательство государства существенно усложняет ситуацию, делает необходимым для пострадавшего векселедателя совершение целого ряда действий, которые ему не пришлось бы совершать, оплати он вексель только лишь на основании внесудебных требований.

Прежде всего векселедатель должен установить факт неправосудности судебного акта, для чего необходимо данный акт обжаловать. После вступления в законную силу решения об отмене неправосудного акта векселедатель должен подать заявление о возбуждении уголовного дела по признакам статьи 305 УК РФ ("Вынесение заведомо неправосудных приговора, решения или иного судебного акта"). Субъектом данного преступления является судья (судьи), принявший и подписавший неправосудный акт. Для привлечения их к ответственности по названной статье необходимо доказать заведомость неправосудности, то есть то обстоятельство, что судья осознавал при вынесении и подписании акта, что таковой незаконен и (или) необоснован. Недоказанность заведомости позволяет считать неправосудный судебный акт следствием судебной ошибки и переквалифицировать деяние по статье 293 УК РФ ("Халатность") <*>. Вынесение неправосудного судебного акта за взятку квалифицируется по совокупности статей <**>.

--------------------------------

<*> См.: комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации... С. 723 (автор комментария В.Н. Кудрявцев).

<**> См. там же. С. 723.

Только после вступления в законную силу приговора о привлечении к ответственности судьи (судей) по статье 305 УК РФ может быть поставлен вопрос о привлечении к уголовной ответственности взыскателя. Для этого важно доказать, что необоснованность его требований по безосновательному векселю была ему известна в момент заявления этих требований, например, в форме искового заявления. При привлечении к ответственности судьи по совокупности статей 305 и 290 УК РФ (вынесение неправосудного акта за взятку) сам факт дачи взятки векселедержателем судье должен, на наш взгляд, расцениваться как прямое доказательство осведомленности взыскателя о незаконности своих требований по безосновательному векселю. Привлечение судьи к ответственности за ошибку (халатность) не должно считаться обстоятельством, свидетельствующим также и о добросовестности взыскателя: вполне может случиться так, что взыскатель сознательно введет судью в заблуждение относительно предписаний вексельного права по вопросу о возможности взыскания с векселедателя безосновательного векселя. Это обстоятельство и должно быть предметом доказывания по данному уголовному делу.

Отказ в удовлетворении иска (выдаче судебного приказа) о взыскании по безосновательному векселю не может расцениваться как основание освобождения от уголовной ответственности векселедержателя. Если будет доказано, что истец заведомо знал о неосновательности своих требований, то всякая попытка их осуществления путем обмана, в том числе и через суд, должна признаваться покушением на мошенничество.

* * *

Читателям следует помнить, что все описанные выше деяния могут быть совершены не только первым, но и любым из последующих приобретателей векселя. Различия приобретателей в их уголовно-правовом положении состоят в том, что если данные деяния совершены первым приобретателем векселя, то избежать ему уголовной ответственности практически невозможно, ибо сам факт совершения им деяния, нарушающего права векселедателя, свидетельствует о его умышленном недобросовестном поведении. А вот в случае, когда безосновательный вексель предъявляется ко взысканию, например, третьим держателем векселя, его привлечение к уголовной ответственности весьма проблематично. Нужно доказать его недобросовестность (например, заведомость предъявления безосновательного векселя ко взысканию), что уже непросто, а кроме того, прямой умысел на хищение имущества векселедателя. Дела, которые позволяют собрать доказательства двух названных обстоятельств, сложно себе даже представить, почему мы и отнесли перечисленные деяния в особую группу. Подчеркиваем, несмотря на то, что теоретически все они могут быть совершены любым держателем векселя.

§ 2. Преступления, совершаемые векселедателем

простого векселя

1. Выдача простого векселя без намерения его оплатить.

Отказ в платеже по векселю - явление, ставшее едва ли не правилом в российском вексельном обращении. Однако почти никто не пытался рассматривать вопрос о привлечении векселедателей таких векселей к уголовной ответственности. Вероятно, причиной этого являются проблемы процессуального характера.

В самом деле, получение денежных средств (отсрочки уплаты денежных средств), в частности оформленных векселем, должно, при наличии умысла не оплачивать вексель, квалифицироваться как покушение на совершение мошенничества. Обман - способ совершения мошенничества - здесь выражается во введении в заблуждение относительно действительных намерений векселедателя. Написанное в векселе ("обязуюсь уплатить") не соответствует действительным намерениям векселедателя (не производить этой уплаты) <*>. Неоплата векселя, предъявленного его держателем по наступлении срока платежа, составляет оконченное преступление - мошенничество. Как видим, особых проблем с квалификацией данного деяния нет.

--------------------------------

<*> Об обмане в намерениях как о способе мошенничества см.: комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации... С. 408.

Сложности начинаются при попытке доказать требуемую субъективную сторону преступления - прямой умысел. Если в деяниях, рассмотренных в параграфе первом, о наличии прямого умысла чаще всего свидетельствует сам статус преступника - статус первого приобретателя векселя, то с векселедателем все не так просто. Одно дело - доказать факт неплатежа по векселю и другое - доказать, что еще в момент выдачи векселя векселедатель не имел намерения производить платеж.

Мы полагаем, что доказательствами этого обстоятельства могут быть:

- документы, исходящие от векселедателя и содержащие прямое указание на его действительные намерения (например, приватная переписка, записи в агенде, переписка с внутренними службами и работниками, подчиненными должностному лицу, выдавшему вексель и пр.);

- показания свидетелей о признании векселедателя в своих действительных намерениях;

- результаты судебно-бухгалтерских экспертиз, свидетельствующие о том, что финансовое положение векселедателя в момент выдачи векселей было таким, что не позволяло оплатить эти векселя к сроку платежа при обычном разумном ведении хозяйственной деятельности.

Например, при обыске у контрагента одного юридического лица следователем были изъяты письма, подписанные должностным лицом, принимавшим решение о выпуске векселей от имени этого юридического лица. В первом из писем содержалась просьба наладить отношения с одним крупным банком для того, чтобы тот согласился бы авалировать векселя данного юридического лица. В другом, отправленном в ответ на запрос контрагента о цели такого авалирования, автор указывал, что предприятию нужны деньги, которые ему никто не даст без гарантии известного банка. Кроме того, в письме было указано, что векселя, скорее всего, будут оплачиваться именно банком, а не им (векселедателем), поскольку средства, полученные от реализации этих векселей, предполагается использовать не на производительные цели, а на погашение уже существующих долгов.

В другом случае суд принял во внимание показания свидетелей - двух официантов ресторана, которые слышали, как выпивший руководитель одного банка в кругу друзей кричал, что "вот мы напечатаем векселей и с "бабками" смоемся".

Наконец, директор еще одного из векселедателей оказался наказанным за мошенничество по результатам назначенной судом бухгалтерской экспертизы. Лица, проводившие ее, на вопрос о том, при каких условиях векселедатель мог оплатить выданные им векселя, в заключении ответили, что для оплаты выданных векселей на мобилизованные предприятием денежные средства необходимо было бы получить прибыль в размере 114% от их суммы за три месяца. Сопоставление этого вывода с показателем обычной рентабельности данного предприятия позволило суду утверждать, что профессиональный руководитель предприятия не мог не знать об объективной невозможности исполнения принимаемых предприятием на себя вексельных обязательств и тем не менее все-таки пошел на выдачу этих векселей.

2. Выпуск векселей для привлечения денежных средств от неопределенного круга лиц.

Проверить уголовную наказуемость этого деяния, видимо, просто ни у кого не было времени, поскольку возможность привлечения за это к уголовной ответственности появилась только с 1 января 1997 г. - с вступлением в силу нового УК РФ. Может быть, не было и желания, поскольку многие лица были бы заинтересованы в сохранении и даже распространении данного явления. Кроме того, привлечь к ответственности за то деяние руководителей банков - наиболее рьяных эмитентов векселей - непросто по одному чисто фактическому соображению (см. далее).

Вексель является индивидуально-определенной вещью. Выпуск векселей, как вещей, определенных родовыми признаками, - нонсенс. Документы, выпущенные в массовом порядке для возмездного распространения среди неопределенного круга лиц, ни при каких условиях не могут быть признаны векселями, даже несмотря на то, что в них самих может содержаться наименование "вексель". Цель массового выпуска векселей только одна - обойти нормы о порядке выпуска эмиссионных ценных бумаг (облигаций) в части, касающейся необходимости соблюдения определенных нормативов и процедур, а также уплаты налога на операции с ценными бумагами (0,8% от номинальной суммы выпуска) <*>.

--------------------------------

<*> См.: Закон РФ от 12 декабря 1991 г. N 2023-1 "О налоге на операции с ценными бумагами" (в редакции Федерального закона от 18 октября 1995 г. N 158-ФЗ) // Собрание законодательства РФ. 1995. N 43 Ст. 4011.

Сказанное выше позволяет квалифицировать массовый выпуск векселей как частный случай деяния, предусмотренный статьей 199 УК РФ - "Уклонение от уплаты налогов с организаций". Согласно статье первой Закона о налоге на операции с ценными бумагами, "плательщиками налога на операции с ценными бумагами являются юридические лица - эмитенты ценных бумаг". Следовательно, налог на операции с ценными бумагами относится к числу налогов с организаций, т.е. уклонение от его уплаты подпадает под действие статьи 199 УК РФ.

Принятие руководителем юридического лица, в том числе и банка, решения о массовом выпуске векселей следует рассматривать как подготовку к совершению преступления, предусмотренного статьей 199 УК РФ. Поскольку данное преступление не относится к категории тяжких или особо тяжких (см. статью 15 УК РФ), уголовной ответственности за приготовление к совершению данного преступления не наступает (см. статью 30 УК РФ).

Массовый выпуск векселей среди неопределенного круга лиц с отражением данного обстоятельства в документах бухгалтерского учета представляет собой выпуск эмиссионных бумаг с нарушением законодательства, в частности налогового, поскольку внешняя форма выпускаемых бумаг - вексельная - позволяет сокрыть факт выпуска бумаг именно эмиссионного характера, скрыв тем самым объект налогообложения (сумму фактически состоявшейся эмиссии облигаций).

Подчеркиваем, что векселя состоявшегося выпуска должны по существу (не по форме!) отвечать признакам облигации, каковые установлены 816 статьей ГК РФ, то есть:

- предусматривать определенный срок платежа;

- содержать указание о праве получить доход по определенной процентной ставке.

Практика показывает, что 99% векселей, эмитируемых в массовом порядке, отвечают двум этим критериям.

Преступление следует считать законченным, когда документы бухгалтерского учета и отчетности, содержащие искаженные сведения о налогооблагаемой базе, будут представлены в налоговый орган <*>. За совершение данного преступления лицо привлекается к уголовной ответственности, если сумма неуплаченного налога составляет крупный размер - превышает одну тысячу минимальных размеров оплаты труда (по состоянию на 1 апреля 1997 г. - 83490000 рублей). Такова сумма налога с эмиссии в сумме около 10 с половиной миллиардов рублей; очень немного организаций выпустило векселя на такую сумму. Это и есть та чисто фактическая сложность, препятствующая привлечению к ответственности руководителей банков.

--------------------------------

<*> Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации... С. 481 (автор комментария А.М. Яковлев).

Кстати, из рассмотренной ситуации напрашивается интересный вывод: размер неуплаченного налога должен квалифицироваться как крупный не только в зависимости от абсолютной величины суммы неуплаченного налога, но также и в зависимости от размера ставки, по которой должен взиматься соответствующий налог. Одно дело 20% НДС или 43% - налог на прибыль, и совсем другое - 0,8% - налог на операции с ценными бумагами. За неуплату первых двух налогов можно "сесть", даже если общая сумма операции составляет 5000 и 2500-кратный минимум оплаты труда. А вот чтобы быть наказанным за неуплату последнего налога, надо совершить операцию на сумму в миллион минимумов оплаты труда. Справедливо ли это?

Случай, когда массовая эмиссия векселей осуществляется юридическим лицом, не имеющим лицензии на осуществление деятельности кредитной организации, руководитель этого лица привлекается к уголовной ответственности по статье 172 УК РФ ("Незаконная банковская деятельность"). Здесь эмиссия векселей преследует целью не только прикрытие фактов выпуска облигаций, но и позволяет небанковской организации осуществлять профессиональную деятельность, подлежащую лицензированию Банком России. Подчеркиваем, что речь не идет о наказании за выпуск нормальных векселей - документов о кредите под конкретные сделки. Речь идет о наказании за выпуск квазивекселей, целью которого является не получение кредита под товарную сделку, а привлечение денежных средств от неопределенного круга лиц.

Преступление должно считаться оконченным с момента заключения хотя бы одной сделки по принятию денежных средств под векселя массовой эмиссии. Предложения векселей к приобретению, сделанные таким образом, что неопределенный круг лиц получает возможность ознакомиться с содержанием этого предложения, составляет только покушение на преступление. С момента же принятия решения о массовом выпуске векселей и до оглашения предложения об их приобретении имеет место приготовление к совершению преступления. Наказание за приготовление будет наступать, но только в том случае, если готовящееся преступление будет подпадать под квалифицирующие признаки части 2 статьи 172 УК РФ.

3. Заведомо неправильное составление векселя.

Современная практика применения векселя показывает, что большинство векселей, обращающихся на российском рынке, составлены с теми или иными нарушениями требований законодательства. С течением времени количество таких "векселей" сокращается, но на сегодняшний день по-прежнему остается большим. Подозреваем, что по крайней мере половина из них сознательно составлены с нарушениями или их составители могли, по крайней мере, предполагать, что такие нарушения существуют, но тем не менее пойти на таковые. Для чего?

Вексель, как и всякая ценная бумага, характеризуется, в частности, таким свойством, как формализм, что означает непризнание документа векселем при несоответствии его требованиям, предъявляемым законодательством к его форме. Не подлежит сомнению, что существовали, существуют, а с принятием закона о переводном и простом векселе - будут существовать в еще большем количестве "векселедатели", которые были бы не против лишить выданные ими документы вексельной силы. Пользуясь неграмотностью многих потенциальных векселеприобретателей, такие недобросовестные "векселедавцы" намеренно оставляют себе "позиции для отступления" в виде дефектов формы векселя. Такое поведение обычно не наносит им никакого ущерба, ибо даже при судебном разбирательстве эти дефекты могут не всплыть, остаться без внимания суда, если на них специально не указать.

Практика показывает, что большинство участников вексельного рынка "прохлопывает" даже такие обозначения реквизитов, как "во столько-то времени от поступления денег на расчетный счет" (срок платежа) или "местом платежа является место нахождения векселедателя". Что уж говорить о более тонких моментах! Вот только несколько примеров (опять из сферы обозначений срока и места платежа).

"В пять дней от составления", "по предъявлении, не ранее 25 августа 1996 г.", "в течение 10 дней от предъявления" - все это способы обозначения сроков платежа, взятые нами из конкретных векселей. Всякий ли судья или приобретатель векселя с таким обозначением сможет указать дефектность в нем?

А вот как порою обозначается в российских векселях место платежа: "вексель может быть предъявлен к платежу по адресу (такому-то)"; "местом платежа является (такое-то) отделение (такого-то) банка"; "по месту жительства", "в любом месте, где бы я ни находился". В чем дефектность таких обозначений? Не все сразу сумеют это объяснить, а между тем эта дефектность есть.

Наряду с внесением дефектности в вексельную форму руководители многих векселедателей идут и на подлог подписи. Сделать это не сложно - нужно только уполномочить на подписание векселей кого-либо из своих заместителей "по доверенности". При предъявлении векселей с такими подписями к платежу векселедержатели узнают, что векселя были подписаны неуполномоченным лицом (доверенность к тому времени отбирается и уничтожается). Нередко векселя подписывают председатель совета директоров организации, директор по экономике и финансам, первый заместитель и иные лица, ссылаясь при этом на нормы устава юридического лица. Всем потенциальным приобретателям следует иметь в виду, что в уставах далеко не всегда оговариваются даже права руководителя; что уж говорить о его заместителях или членах Совета директоров!

Подпись же, выполненная неуполномоченным лицом, как известно, не обязывает лицо, от имени которого подпись поставлена (статья 7 Положения о векселях). Иными словами, векселедатель такого векселя - вовсе не организация, а лицо, поставившее под векселем свою подпись (гражданин, уполномоченный доверенностью на подписание векселя). Излишне говорить, что розыск этого гражданина почти никогда не приводит к успеху.

Данные деяния опять-таки нужно рассматривать с точки зрения 159-й статьи УК РФ (мошенничество). Обман приобретателей векселей заключается в данном случае в том, что у приобретателей создается неправильное представление о характере обязательства, а в случае подлога подписи - также и о самом факте существования обязательства и его субъекте. Сложности начинаются тогда, когда возникает вопрос о доказывании умысла на хищение имущества приобретателя векселя путем ссылки в дальнейшем на его дефект как обстоятельство, позволяющее сложить с себя ответственность по этому документу. Доказательствами в подобных делах чаще всего становятся неофициальные записи руководящих работников организации - векселедателя, а также - рабочие записи сотрудников ее юридической службы.

Например, следователем была обнаружена служебная записка, направленная начальником юридического отдела одного банка его президенту. В записке было сказано, что для того, чтобы обеспечить возможность правомерного отказа банка от оплаты выданных им векселей, векселя должны подписываться лицами, не наделенными для этого полномочиями. С целью введения в заблуждение приобретателей векселей предлагалось показывать им доверенность на подписание векселей, выданная на некое лицо, с тем, чтобы подпись на векселях ставилась не им, а иным работником банка ("например, уборщицей или охранником"). Все бы ничего, но на записке была наложена собственноручная резолюция Президента банка: "Согласен. Подобрать лиц для подписания. На контроль такому-то."

Поскольку такие документы попадают в руки следствия нечасто, привлечение к ответственности за такого рода махинации также встречается редко. Хотя, на наш взгляд, в тех случаях, когда речь идет о векселе, выданном коммерческой организацией или индивидуальным предпринимателем, прямой умысел на хищение путем мошенничества должен предполагаться, а ссылки на незнание норм вексельного права приниматься во внимание не должны. Профессиональный коммерсант обязан знать и правильно применять все правовые нормы; иное его поведение является недобросовестным.

4. Неоплата векселя.

Можно ли привлечь к уголовной ответственности лицо, которое просто не платит по векселю, если нет ни доказательств намеренной выдачи векселя без цели оплаты, ни нарушения формы векселя? Да, можно, но только в случаях, прямо определенных в статье 177 УК РФ ("Злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности").

Субъектом данного преступления является руководитель организации - векселедателя или гражданин, выдавший вексель от собственного имени. Привлечь такового к уголовной ответственности возможно только тогда, когда его уклонение от погашения долга носит злостный характер, выражающийся, во-первых, в крупном размере задолженности, и, во-вторых, в ее непогашении даже после вступления в силу соответствующего судебного акта. Крупным, согласно примечанию к статье 177 УК РФ, признается размер задолженности гражданина в сумме, превышающей 500 минимальных размеров оплаты труда, а организации - в сумме, превышающей 2500 минимальных размеров оплаты труда.

5. Подделка документов об оплате векселя.

С такими действиями нам сталкиваться пока не приходилось, но это не значит, что их не бывает и не может быть. Представим себе следующую ситуацию. К векселедателю обращается держатель векселя с требованием о его оплате, а последний отказывает в платеже со ссылкой на то, что платеж уже был им произведен третьему лицу (одному из предшествующих держателей векселя) или даже самому заявителю требования о платеже. Причем отказ сопровождается предъявлением документов, свидетельствующих о состоявшейся оплате (расходного ордера с подписью получателя, копии платежного поручения с отметкой о состоявшемся исполнении, сепаратную расписку и т.п.).

Если лицо, заявляющее требование о платеже, действует добросовестно и твердо знает, что платеж по векселю оно не получало, то представленные векселедателем документы о произведенном ему платеже не могут быть никакими иными, кроме как фальшивыми. Его задача, следовательно, состоит в том, чтобы доказать данное обстоятельство. Для этого векселедержателю необходимо обратиться к нотариусу с требованием о совершении протеста векселя. Нотариус, обратившись для совершения протеста к векселедателю, столкнется с поддельным документом. Далее нотариус может поступить двояким образом - совершить протест, несмотря на наличие документа об оплате, или отказать в совершении протеста. Если нотариус совершает протест, то векселедержателю не нужно ничего большего - основываясь на опротестованном векселе, он получит судебный приказ в народном суде или почти наверняка выиграет дело в арбитражном суде. Если же нотариус решит отказать в совершении протеста, то ему нужно будет получить копию документа о произведенной оплате, чтобы ему было, чем мотивировать свой отказ. В этом случае у векселедержателя окажется копия поддельного документа, которую он вполне может приложить к своему заявлению о возбуждении уголовного дела. Какого?

Напрашивается ответ по статье 187 УК РФ - "Изготовление или сбыт поддельных кредитных либо расчетных карт и иных платежных документов". Но это неправильный ответ, поскольку целью совершения данного преступления является получение денег или имущества для личного обогащения, в то время, как целью подделки документов об оплате векселей является удержание имущества или денег, полученных законным способом. Неправильно говорить в этом случае и о мошенничестве, поскольку способом совершения мошенничества является обман потерпевшего, чего в нашем случае не достигается: потерпевший отлично знает, что никакого платежа он по векселю не получал. Подделка и рассчитана-то в данном случае на то, чтобы ввести в заблуждение не векселедержателя, а третьих лиц, в первую очередь нотариуса и судей.

В связи с этим приходится признать, что сама по себе подделка документов об оплате векселя не подпадает под признаки какого-либо из составов, предусмотренных в действующем УК РФ. Уголовно наказуемой такая подделка может стать в случае использования подделанных документов в ходе слушания гражданского дела (статья 303 УК РФ "Фальсификация доказательств") с целью введения в заблуждение суда для вынесения неправосудного решения. Обычно факт подделки доказывается в ходе проведения экспертизы подписи и печати, которыми заверен соответствующий документ.

Если же в оплате отказывается по мотивам оплаты векселя, которая произведена одному из предшествующих векселедержателей, то такой отказ является незаконным и его можно воспринимать как приготовление к совершению преступления, предусмотренного статьей 177 или 159 УК РФ (в зависимости от того, можно ли доказать выдачу заведомо не оплачиваемого векселя). Привлекать к делу лицо, которое якобы получило платеж, нет необходимости.

6. Сознательная порча векселя.

Нужно различать два типа этого деяния - порча, производимая так, что она известна векселедержателю (разрывание векселя, перечеркивание надписей на векселе и т.п.), и производимая скрыто от него (например, помещение в вексель надписей, нарушающих права и интересы векселедержателя, при условии, что последний не знает об этом нарушении).

Первый случай должен рассматриваться как случай умышленного уничтожения или повреждения имущества, т.е. с точки зрения статьи 167 УК РФ. Парадокс квалификации деяния по данной статье заключается в том, что в отличие от статей о хищениях в различных формах квалифицирующими признаками данной статьи не является сумма причиненного ущерба. Так, мошенничество, причинившее значительный ущерб гражданину, наказывается, в частности, лишением свободы на срок от двух до шести лет, а в крупном размере - от пяти до десяти. А вот за уничтожение или повреждение векселя более двух лет лишения свободы получить в принципе невозможно, будь этот вексель на один рубль или на триллион рублей.

Второй случай (опять парадокс) должен квалифицироваться как мошенничество, ибо средством совершения данного деяния является обман векселедержателя. Ложными заверениями векселедатель может добиться разрешения векселедержателя о внесении изменений в содержание векселя, что вполне допускается вексельным законодательством (статья 69 Положения о векселях), внушив ему, что эти изменения - изменения самого безобидного содержания. Более того, в некоторых случаях векселедержатель может быть уверен в том, что эти изменения вносятся для его же блага. Иногда к внесению таких изменений принуждается сам держатель векселя, не ведающий о том, к чему эти изменения приведут.

Сказанное может стать поводом для выведения несколько странной морали: лучше (безопаснее, с точки зрения Уголовного кодекса) вырвать вексель из рук держателя и разорвать его, нежели ложными заверениями способствовать подписанию последним отметки на векселе о получении платежа. В первом случае более чем на два года "сесть" нельзя, а вот во втором - можно "загреметь" на срок до десяти лет.

§ 3. Преступления, которые могут быть совершены любым

держателем векселя (не только первым его приобретателем)

1. Приобретение заведомо неосновательного векселя.

"Странно! - скажет читатель. - Выше говорилось о нецелесообразности приобретения безосновательных векселей; о том, что "впаривание" таковых суть преступления. Зачем же кому-то может понадобиться приобретать такие векселя?"

Действительно, в подавляющем большинстве случаев безосновательные векселя оказываются неоплаченными именно из-за отсутствия их обеспечения в виде конкретной сделки (основания). Но может случиться и так, что векселедатель сочтет более выгодным для себя оплатить вексель, в том числе и безосновательный, обеспечив оплату реализацией какого-то имущества, чистой прибылью и т.п. Причины здесь могут быть различными, главная - доброе имя векселедателя. Расчет на эти "причины" и составляет тот побудительный мотив, который заставляет не слишком чистых на руку лиц приобретать безосновательные векселя. Цель - последующее осуществление прав по векселю со ссылкой на собственную добросовестность.

Такое деяние следует квалифицировать по статье 174 УК РФ - "Легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных незаконным путем". Особенностью квалификации деяния по данной статье является то обстоятельство, что наказываться здесь должно не то лицо, которое является собственником легализуемых денежных средств, а то, с помощью которого происходит легализация. Лицо, незаконно завладевшее легализуемыми средствами, может вообще не подлежать уголовному наказанию, если его действия не образуют никакого состава преступления. Не наказывается оно и за открытое предложение средств для легализации. А вот лицо, принявшее такое "предложение" и легализовавшее данные средства (в нашем случае, например, должностное лицо банка, принявшее к учету безосновательный вексель), именно оно и привлекается к ответственности по данной статье.

Отметим, что употребленный здесь термин "безосновательный вексель" не совсем точен. Скорее правильно говорить о "векселе, приобретенном без основания (по недействительному основанию или основанию, отпавшему впоследствии)". Таким образом, не исключается квалификации по данной статье приобретения основательного векселя, но неосновательно приобретенного предъявителем его для финансовой операции с целью легализации. Например, товарный вексель - вексель вполне основательный - может быть приобретен без основания кем-либо, отличным от первого приобретателя (например, украден у его держателя).

2. Неправильное оформление индоссамента.

К данному деянию относится все, сказанное выше о заведомо неправильном составлении векселя. Может случиться и так, что некто из держателей, отчуждая вексель, с некоторой задней мыслью учинит на нем такой индоссамент, который может в дальнейшем либо освободить его от ответственности, либо вообще поможет истребовать вексель обратно.

Поскольку индоссамент - вещь, достаточно краткая по своей форме (для индоссамента может быть достаточно одной только подписи передающего), возможностей злоупотребления с точки зрения снабжения индоссамента дефектом формы значительно меньше, чем при составлении самого векселя. Можно даже сказать, что всякого приобретателя должен настораживать сам факт многословия индоссамента. Поэтому чаще всего имеют место злоупотребления с содержательной стороны индоссамента: безупречная по форме передаточная надпись впоследствии оказывается ничего не значащей фразой.

Наиболее часто индоссанты идут на подлог подписи и даты совершения индоссамента (см. выше, о злоупотреблениях при составлении векселя). Вторую по распространенности группу случаев составляют ситуации, когда индоссанты, пользуясь юридической неграмотностью приобретателей, включают в индоссамент невыгодные для последних формулы. Наибольшей популярностью пользуются условный и частичный индоссаменты (недействительны вообще), а также индоссаменты с безоборотной и ректа-оговорками. Ничего самого по себе противозаконного во включении этих оговорок в индоссаменты нет; противозаконным является снабжение этими оговорками индоссаментов в ситуации, когда приобретатель не осведомлен или неправильно осведомлен о юридическом значении данных оговорок.

Обычно имеет место ситуация неосведомленности: приобретателя ставят перед фактом - мы пишем только такие индоссаменты, и более никаких. Поэтому, что бы наша оговорка не означала, Вам все равно придется этот вексель взять, иначе Вы не получите вообще ничего. Но бывают и случаи сознательного введения в заблуждение. Так, один "ответственный работник" банка "разъяснил" гражданину, что фраза "без оборота на меня", которая будет помещена в индоссамент, учиняемый банком на имя данного гражданина, означает, что гражданин не может принудить банк к обратному выкупу (обороту) векселя, однако нисколько не мешает предъявлению к нему - индоссанту - регрессного иска в случае неплатежа. О значении ректа-оговорки есть множество самых разнообразных "разъяснений". Например, руководитель предприятия индоссанта разъяснял своему коллеге, что если его ЗАО приобретет вексель с ректа-индоссаментом, то оно вполне сможет потом предъявить регрессный иск к индоссанту (это действительно так); а ее смысл и назначение - в том, чтобы учинившего ее индоссанта уведомляли о всех последующих передачах векселя. Об истинном значении ректа-оговорки руководитель умолчал, что вполне сойдет за одну из форм мошеннического обмана.

Очередная форма мошенничества - вот квалификация данного деяния. Сюда же можно отнести сознательно неправильное выполнение иных надписей на векселе - акцепта, аваля, надписи о посредничестве - соответствующими субъектами.

3. Заведомо неосновательное восстановление прав по якобы утраченному векселю.

С данным деянием мы пока еще не сталкивались, может быть оттого, что сама процедура восстановления прав по утраченным ценным бумагам у нас работает плохо, а ее применение к векселям сегодня вообще сомнительно. Однако ничто не мешает прибегнуть к следующему способу обогащения - сделать в суд ложное заявление об утрате векселя и восстановлении прав по нему. При этом заявитель отлично знает, что его заявление является ложным; вексель не утрачен, а, например, индоссирован им или передан кому-то на хранение. Особый цинизм в таком заявлении можно усмотреть в случае, когда впоследствии выяснится, что вексель в действительности находился у самого заявителя.

Несомненно, если успешно завершенное восстановление прав по векселю, который на самом деле не был утрачен, привело к обогащению заявителя за счет либо лица, которому он индоссировал якобы утраченный вексель, либо за счет векселедателя, можно квалифицировать такое деяние как хищение имущества путем мошенничества. Разоблачение обмана в ходе процесса о восстановлении прав (например, лицо, получившее вексель от заявителя по индоссаменту, прочло публикацию об утрате и заявило о своих правах на вексель) или после его завершения (например, заявитель, осуществив права, восстановленные ему судом, предъявил также ко взысканию и сохраненный им вексель), не позволившее получить двойное удовлетворение, должно квалифицироваться как обстоятельство, воспрепятствовавшее совершению преступления. Само деяние в этом случае должно квалифицироваться как покушение на мошенничество.

4. Неосновательная порча или уничтожение индоссамента.

Случаи и способы совершения, мотивация и квалификация - аналогичны тем, что изложены в последнем пункте предшествующего параграфа (сознательная порча векселя).

5. Злоупотребления со стороны представителя.

Лицо, являющееся собственником векселя и его держателем, может уполномочить кого-либо на осуществление прав по данному векселю. Такое уполномочие может оформляться и обычной доверенностью, но может производиться также и специальным "вексельным" способом - совершением препоручительного индоссамента.

Препоручительный индоссамент предоставляет право легитимированному им лицу предъявить вексель к платежу, получить платеж (для чего уполномочивает передать вексель с отметкой о получении платежа и (или) сепаратной распиской), при неплатеже - совершить протест, а также налагает на него обязанность передать все, полученное в ходе попытки осуществления прав по векселю, индоссанту (препоручителю). Основанием совершения препоручительного индоссамента является, естественно, предварительная договоренность потенциальных индоссанта и его представителя об оказании последним первому услуг по предъявлению векселя к платежу и исполнению всех связанных с этим процессом действий. Обычно такой договор заключается в письменной форме путем составления отдельного документа, носит возмездный характер, а его предмет именуется "услугами по инкассированию векселя".

Однако ни договор ни индоссамент не ограждают препоручителя от злоупотреблений со стороны представителя. Может случиться так, что "представитель" не отдаст препоручителю вексель или, что случается чаще, полученные по данному векселю деньги. Составляет ли это уголовно наказуемое деяние, и если составляет, то какое?

Если следствие докажет, что умысел на совершение такого деяния присутствовал уже в момент заключения договора об оказании услуг по инкассированию, естественно, оно должно квалифицироваться по статье 159 УК РФ - мошенничество. Лицо ложными заверениями векселедержателя о том, что оно поможет ему реализовать права, вытекающие из векселя, сделало возможным передачу ему данного векселя и, завладев им, тем самым создало предпосылки для собственного обогащения (покушение на мошенничество). Получив же исполнение (платеж) по векселю, лицо обогатилось за счет препоручителя (с момента получения платежа мы имеем оконченное мошенничество).

Но если предварительного умысла на хищение доказать не удастся, возможна и квалификация деяния по статье 160 УК РФ - "Присвоение или растрата". В состав данного преступления не нужно включать умысел на хищение, сформировавшийся до получения виновным имущества от потерпевшего; достаточно, чтобы умысел появился уже после получения имущества. Объективная сторона данного преступления выражается в невозвращении векселя, переданного препоручителем, или непередаче полученного по векселю платежа. Вексель или деньги должны неправомерно удерживаться представителем с целью обращения их в свою пользу (собственность) <*> - вот то, чего достаточно для квалификации деяния как присвоения, при этом под неправомерным удержанием понимается удержание, производить которого представитель не имеет права по нормам законодательства или договора.

--------------------------------

<*> О составе присвоения см. комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации... С. 411 (автор комментария Г.А. Кригер).

§ 4. Преступления, совершаемые по предварительному

сговору векселедателя и одного из векселедержателей

1. Выдача дружеского или встречного векселя.

Выше (§ 1 пункт 2) мы рассматривали вопрос об уголовно-правовой квалификации факта передачи заведомо безосновательных, в том числе дружеского и встречного, векселей. Как квалифицировать факт самой выдачи дружеского или встречного векселя?

Обращает на себя внимание, что данное деяние происходит по предварительному сговору двух лиц - векселедателя и первого приобретателя. В случае с нормальным дружеским или встречным векселем стороны не преследуют цели хищения чьего-либо имущества. Их цель - получить необеспеченный кредит, естественно, с последующим его возвратом. Умысел на хищение средств появляется обычно позднее - после их получения, после того как стало очевидной невозможность выполнения обязательств по возврату кредита и оплате векселя. Поэтому даже теоретически случаи, когда договоренность о выдаче дружеского или встречных векселей преследует уголовно-наказуемое стремление к хищению, не часты.

Как квалифицировать деяние в том случае, когда умысел доказан? Несмотря на наличие умысла на хищение следует помнить, что одна только выдача дружеского или встречных векселей не может иметь своим результатом хищения чьего бы то ни было имущества. Чтобы это произошло, дружеский или встречный вексель нужно кому-то продать (учесть) или заложить, чего может и не произойти. Предварительная договоренность с банком об учете таких векселей не меняет ситуацию. Поэтому одну только выдачу дружеского или встречных векселей нельзя квалифицировать не только как оконченное преступление, но и даже как покушение на хищение. Максимум, что можно было бы предложить, - это квалификацию данного деяния как приготовления к хищению имущества третьего лица (того, которому эти векселя удастся продать) путем мошенничества.

Как выше уже отмечалось, ответственность за приготовление к мошенничеству наступает только тогда, когда речь идет о приготовлении к деянию с квалифицирующими признаками - составу, предусмотренному частью 3 статьи 159 УК РФ.

2. Датирование векселя "задним числом".

В случае если данное деяние преследует целью отнести составление векселя на период, по тем или иным причинам "удобный" векселедателю (например, на период собственной недееспособности или отсутствия у него полномочий), такое деяние совершается без ведома первого приобретателя. Оно подпадает под уже рассмотренную группу деяний - заведомо неправильное составление векселя с целью хищения имущества приобретателя и квалифицируется как мошенничество.

Предметом же рассмотрения в настоящем пункте будет датирование векселя задним числом, производимое с ведома и, более того, по инициативе векселеприобретателя. Для чего? Обычно такие действия совершаются в ситуации, когда учредители неудачливого предприятия пытаются спасти его имущество от требований кредиторов, а также для искусственного увеличения суммы долгов данного предприятия и (или) суммы долгов, сосредоточенных в руках определенных кредиторов.

В зависимости от направленности действий будет меняться их квалификация.

Так, выдача (получение) векселей с целью создания новых оснований для платежей векселедателя в пользу определенных лиц приведет к тому, что векселедатель будет вынужден отдавать им имеющиеся у него денежные средства или обращать на погашение вексельных обязательств иное имеющееся у него имущество. Если на таких векселях ставить истинную дату их составления - время, когда необходимость "перевода" имущества на имена заинтересованных лиц стала очевидной, есть риск последующего оспаривания сделок по выдаче таких векселей, как сделок, совершенных в преддверии банкротства. Поэтому и возникает необходимость датирования этих векселей задними числами - создается иллюзия того, что векселя эти были выданы относительно давно в период благополучной работы предприятия.

Поскольку такие действия прямо направлены на "раздевание" предприятия, естественно в выгоду одним лицам и в ущерб другим, они должны квалифицироваться по статье 195 УК РФ - "Неправомерные действия при банкротстве". Обращаем внимание, что наказывается по данной статье только руководитель или собственник организации-банкрота (векселедатель), но не его контрагент.

Датирование векселей "задним числом" может преследовать целью также и увеличение долгов предприятия с целью спровоцировать его объявление банкротом. Это может быть выгодно, например, руководителю данного предприятия, который имеет возможность выдать векселя на подставных лиц, принять решение об их оплате, произвести такую оплату любыми способами и скрыться, с расчетом впоследствии завладеть суммами, выплаченными по таким векселям. Если производить такие действия, ставя на векселях "нормальные" даты - даты реального составления, опять-таки все участники аферы несут риск того, что эти векселя будут признаны недействительными, как выданные в преддверии банкротства. Если же руководитель отнесет дату составления векселей более чем на шесть месяцев назад от реальной даты составления, то такой риск устраняется.

Данные действия опять-таки направлены на неправомерное завладение имуществом предприятия или его кредиторов со стороны руководителя или собственника предприятия либо индивидуального предпринимателя и наказываются в соответствии со статьей 196 УК РФ ("Преднамеренное банкротство").

Датирование "задним числом" может производиться и для создания ситуации фиктивного, т.е. ложного, банкротства (статья 197 УК РФ), уклонения от уплаты налогов с организаций (статья 199 УК РФ), а также для достижения многих других целей. Таким образом, датирование векселей "задним числом" является скорее симптомом совершения нескольких различных преступлений, но само по себе преступления не представляет.

3. Оставление векселя в обращении после его оплаты.

Векселедержатель, получивший платеж, может договориться с векселедателем, который этот платеж произвел, о том, чтобы последний не забирал у него векселя, а оставил ему, векселедержателю. Для векселедателя эта ситуация представляет ту опасность, что векселедержатель может индоссировать вексель добросовестному приобретателю и тем самым создать предпосылки для обязания векселедателя к повторной оплате. Поэтому сознательное сохранение векселедателем векселя в руках у векселедержателя возможно только тогда, когда векселедатель твердо уверен в том, что векселедержатель изберет другой вариант поведения. Какой? Он предъявит регрессный иск из факта неплатежа по векселю к индоссантам и авалистам.

Действительно, нет ничего проще, чем организовать такой процесс. Для этого необходимо лишь совершение протеста векселя, каковой последует немедленно после отказа векселедателя производить платеж нотариусу. Имея на руках опротестованный вексель и акт о протесте, векселедержатель получит возможность взыскать сумму векселя еще раз с одного или нескольких должников, обязанных в порядке регресса. Полученное от такого взыскания делится между участниками "дела" - векселедателем и взыскателем.

Такое "взыскание", будучи совершенным, представляет собой мошенничество; обращение в суд с иском о взыскании, закончившееся неудачей, - покушение на мошенничество; сам факт оставления векселя после оплаты в руках получателя платежа для совершения в будущем хищения - приготовление к совершению мошенничества.

ССЫЛКИ НА ПРАВОВЫЕ АКТЫ

(Перечень ссылок подготовлен специалистами

КонсультантПлюс)

ЗАКОН РФ от 12.12.1991 N 2023-1

"О НАЛОГЕ НА ОПЕРАЦИИ С ЦЕННЫМИ БУМАГАМИ"

"ГРАЖДАНСКИЙ КОДЕКС РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ (ЧАСТЬ ВТОРАЯ)"

от 26.01.1996 N 14-ФЗ

(принят ГД ФС РФ 22.12.1995)

"УГОЛОВНЫЙ КОДЕКС РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ" от 13.06.1996 N 63-ФЗ

(принят ГД ФС РФ 24.05.1996)

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ЦИК СССР и СНК СССР от 07.08.1937 N 104/1341

"О ВВЕДЕНИИ В ДЕЙСТВИЕ ПОЛОЖЕНИЯ О ПЕРЕВОДНОМ И ПРОСТОМ ВЕКСЕЛЕ"

ПОСТАНОВЛЕНИЕ Пленума ВАС РФ от 28.09.1994 N 36

<О ПРОВЕРКЕ  В ПОРЯДКЕ НАДЗОРА ЗАКОННОСТИ И ОБОСНОВАННОСТИ РЕШЕНИЙ

АРБИТРАЖНЫХ  СУДОВ,  ВСТУПИВШИХ В ЗАКОННУЮ СИЛУ,  ОТ 25.01.1994 ПО

ДЕЛУ N 45-150К МОСКОВСКОГО ГОРОДСКОГО АРБИТРАЖНОГО СУДА>


 

А также другие работы, которые могут Вас заинтересовать

17447. Циклы со счетчиком 90.54 KB
  Лабораторная работа № 8 Циклы со счетчиком 8.1. Циклы For ...Next Циклы используются для многократного выполнения одних и тех же операторов кода. Иногда программе нужно повторять какието действия раз за разом пока она не выполнит их нужное количество раз. Поэтому во всех я
17448. Циклы с условием 129.61 KB
  Лабораторная работа № 9 Циклы с условием 9.1. Циклы Do While...Loop Есть множество операций которые нужно повторять пока чтото не произойдет. Это чтото представляет собой условие прекращения процесса. Код в цикле с неопределенным количеством повторений выполняется неиз...
17449. Подпрограммы и функции 59.85 KB
  Лабораторная работа № 10 Подпрограммы и функции Это интересно: В 2003 году была создана система объектноориентированного программирования Visual Basic .NET 2003 а в 2005 году система объектноориентированного программирования Visual Basic 2005 Express Edition затем Visual Basic 2008 потом Visual Basi...
17450. Предмет и метод курса Проектирование информационных систем. Понятие экономической информационной системы 122 KB
  Лекция 1. Предмет и метод курса Проектирование информационных систем. Понятие экономической информационной системы. Классы ИС. Структура однопользовательской и многопользовательской малой и корпоративной ИС локальной и распределенной ИС состав и назначение подсисте...
17451. Понятие жизненного цикла ПО ИС. Процессы жизненного цикла: основные, вспомогательные, организационные 121.5 KB
  Понятие жизненного цикла ПО ИС. Процессы жизненного цикла: основные вспомогательные организационные. Содержание и взаимосвязь процессов жизненного цикла ПО ИС. Модели жизненного цикла: каскадная модель с промежуточным контролем спиральная. Стадии жизненного цикла ПО ...
17452. ОРГАНИЗАЦИЯ РАЗРАБОТКИ ИНФОРМАЦИОННЫХ СИСТЕМ 147.5 KB
  ЛЕКЦИЯ №3. ОРГАНИЗАЦИЯ РАЗРАБОТКИ ИНФОРМАЦИОННЫХ СИСТЕМ Каноническое проектирование ИС. Стадии и этапы процесса канонического проектирования ИС. Цели и задачи предпроектной стадии создания ИС. Модели деятельности организации как есть и как должно быть. Состав ра
17453. АНАЛИЗ И МОДЕЛИРОВАНИЕ ФУНКЦИОНАЛЬНОЙ ОБЛАСТИ ВНЕДРЕНИЯ ИС: ВЕРСИЯ ДЛЯ ПЕЧАТИ И PDA 250 KB
  ЛЕКЦИЯ№4. АНАЛИЗ И МОДЕЛИРОВАНИЕ ФУНКЦИОНАЛЬНОЙ ОБЛАСТИ ВНЕДРЕНИЯ ИС: ВЕРСИЯ ДЛЯ ПЕЧАТИ И PDA. Основные понятия организационного бизнесмоделирования. Миссия компании дерево целей и стратегии их достижения. Статическое описание компании: бизнеспотенциал компании фун
17454. Спецификация функциональных требований к ИС 226 KB
  Лекция№5. Спецификация функциональных требований к ИС. Процессные потоковые модели. Процессный подход к организации деятельности организации. Связь концепции процессного подхода с концепцией матричной организации. Основные элементы процессного подхода: границы процес...
17455. МЕТОДОЛОГИИ МОДЕЛИРОВАНИЯ ПРЕДМЕТНОЙ ОБЛАСТИ 157 KB
  ЛЕКЦИЯ №6. МЕТОДОЛОГИИ МОДЕЛИРОВАНИЯ ПРЕДМЕТНОЙ ОБЛАСТИ Методологии моделирования предметной области. Структурная модель предметной области. Объектная структура. Функциональная структура. Структура управления. Организационная структура. Функциональноориентирован