17192

Отношение к философии и богословию в святоотеческой традиции

Научная статья

Религиоведение и мифология

Отношение к философии и богословию в святоотеческой традиции. Вопрос об отношении между философией и богословием между верой и разумом достаточно старый и решался он в зависимости от культурной и исторической ситуации поразному. Для нас важно что в полемике по этом

Русский

2013-06-30

42.51 KB

2 чел.

Отношение к философии и богословию в святоотеческой традиции.

Вопрос об отношении между философией и богословием, между верой и разумом достаточно старый и решался он в зависимости от культурной и исторической ситуации по-разному. Для нас важно, что в полемике по этому вопросу сторонники диаметрально противоположных взглядов периодически прибегают к авторитету Священного Писания и к святоотеческому наследию. По этой причине представляется полезным внимательно рассмотреть, безусловно, авторитетные для каждого православного христианина мнения святых отцов и учителей Церкви относительно философии, а также причины побуждавшие их  ее критиковать. Тем более это актуально, что в связи с реформированием духовного образования в Русской Церкви и повышением внимания к философским дисциплинам в семинариях и академиях, мы постоянно сталкиваемся не в теории, а на практике с предрассудками не церковного и атеистического сознания, которые привились и православным. Пример такого предрассудка – ставшее расхожим противопоставление Афин и Иерусалима, под которым понимается противопоставление философии и богословия, научного знания и веры.

Известно, что в основе этого противопоставления – знаменитый вопрос Тертуллиана в сочинении “О прескрипции [против] еретиков”: “Итак: что Афины – Иерусалиму? Что Академия – Церкви? Что еретики – христианам? Наше установление – с портика Соломонова, а он и сам передавал, что Господа должно искать в простоте сердца (Прем. 1,1). Да запомнят это все, кто хотел сделать христианство и стоическим, и платоническим, и диалектическим. В любознательности нам нет нужды после Иисуса Христа, а в поисках истины – после Евангелия”. Для Тертуллиана языческая философия – мать всех ересей, а философы – патриархи еретиков.

Подобную непримиримую позицию по отношению к античной философии занимал Татиан, который считал всю греческую культуру порочной по своей сути.

Действительно, христианство с самого начала своего бытия противопоставило себя “мудрости мира сего”. Об этом говорил уже апостол Павел: “И слово мое и проповедь моя не в убедительных словах человеческой мудрости, но в явлении духа и силы, чтобы вера ваша утверждалась не на мудрости человеческой, но на силе Божией” (1 Кор. 2, 4 — 5). Под человеческой мудростью в данном случае подразумевается многообразное наследие античной учености, которой противопоставляется учение и искупительный подвиг Христа: “Ибо и Иудеи требуют чудес, и Еллины ищут мудрости; а мы проповедуем Христа распятого, для Иудеев соблазн, а для Еллинов безумие …” (1 Кор. 1, 20 – 21).

Однако было бы неверно считать, что отношение христианства к наследию античной учености сводилось к полному ее отрицанию. Уже во II веке христианские апологеты, желая представить христианство в форме, приемлемой для греко-римского мира, использовали понятие Логоса из пролога Евангелия от Иоанна, для того, чтобы представить христианство как собственно философию. Так, по мнению Иустина мученика, греческие философы обладали только частицей Логоса, тогда как христиане владеют Логосом – совершенным Разумом, воплощенном в Сыне Божием. Если философ живет согласно Разуму, то христианство можно назвать подлинной философией, ибо христиане живут согласно с божественным Логосом. Еще сильнее тенденция представить христианство как философию и усвоить достижения античности проявилась в III веке в трудах Климента Александрийского и Оригена. Оба они в разное время возглавляли александрийское огласительное училище, в котором наряду со Священным Писанием и собственно христианским богословием преподавалась античная философия, риторика, диалектика, а также точные науки.

Но если в адрес Оригена и Климента порой адресуют вполне обоснованные упреки в неортодоксальности их взглядов, то жизнь великих Каппадокийцев вполне может являтся примером христианского отношения к наследию античной культуры.

Любовь Григория к учености, в особенности – к словесным наукам и философии, была не менее горячей, чем его преданность христианской вере. Такое отношение, впрочем, характерно для того круга, в котором он всю жизнь вращался. Его ближайшие друзья – Василий Великий и Григорий Нисский – оба внесли значительный вклад в пропаганду античной учености на христианской почве. Первый, в частности, написал пространные “Советы юношам” о пользе чтения языческой литературы: основная мысль этого сочинения заключается в том, что “внешние науки не бесполезны” для христианина, но, напротив, он должен заимствовать из них все, служащее нравственному совершенствованию и интеллектуальному росту.

Великие Каппадокийцы подчеркивая превосходство христианства над эллинизмом, тем не менее, считали необходимым полностью усвоить все лучшее, что было накоплено человеческой цивилизацией вне христианства. Язычество и идолопоклонство должны быть отвергнуты. Однако все то, что может послужить нравственному совершенствованию человека, должно быть с благодарностью воспринято христианством из языческой учености: “Я думаю, -- говорит святитель Григорий Богослов, --  что всякий имеющий ум, признает ученость первым для нас благом. И не только эту благороднейшую и нашу (ученость), которая, ставя ни во что изысканность и пышность в слове, имеет (своим предметом) одно спасение и красоту умосозерцаемого, но и ученость внешнюю, которой многие христиане, по невежеству, гнушаются как ненадежной, опасной и удаляющей от Бога… (В науках) мы восприняли исследовательскую и умозрительную (сторону), но отвергли все то, что ведет к демонам, к заблуждению и в бездну погибели; мы извлекли из них полезное для благочестия, через худшее научившись лучшему, и переделав их немощь в твердость нашего учения. Поэтому не должно уничижать ученость, как некоторые делают, но нужно признать глупыми и необразованными тех, кто, придерживаясь такого (мнения), желал бы, чтобы все были подобны им, чтобы в общей массе была незаметна их собственная (глупость) и чтобы избежать обличения в невежестве”. В соответствии с этими представлениями Григорий выдвигал идею о том, что языческая культура и эллинская мудрость не принадлежат язычникам: будучи языческими по происхождению, они теперь принадлежат христианству, так как оно оказалось способным творчески воспринять и усвоить их. Григорий гневно обличал Юлиана Отступника за то, что тот хотел лишить христиан возможности получать хорошее светское образование, отсутствие которого и должно было, по мысли Юлиана, превратить христианство в маргинальную секту, состоящую из малограмотных и малокультурных людей. К сожалению, сейчас некоторые порой готовы сами лишить себя полноценного образования, считая его ненужным для христианской жизни.

Наряду с благожелательным в целом отношении к наследию античной культуры у многих святых отцов, и у тех же каппадокийцев, можно встретить отрицательные суждения о философии, которые, как правило, были вызваны полемикой с еретиками.

Если обратиться к истории Церкви мы увидим, что многие византийские отцы говорили о том, что источником ереси является философия. Действительно, ереси “большого стиля”, как правило, создавались людьми, весьма искушенными в философии, прежде всего платонической. Достаточно вспомнить Ария вобравшего принципы раннего Оригена. Но это дерзновение всегда порождало ответную реакцию святых отцов, ибо запрещением иной раз, и чаще всего, просто не справиться. Уже Великие Каппадокийцы начинают философствовать как бы “поневоле”, ибо их богословский импульс рождался из живой угрозы для Церкви. Часто в писаниях святых отцов можно встретить слова сожаления о том, что из-за бесчинства еретиков им приходится оставлять уединение пустынной жизни и обращаться к полемике. Ярким примером этого являются святоотеческие творения периода Вселенских Соборов, а также творения поздневизантийских отцов, например, “Триады в защиту священно-безмолствующих” святителя Григория Паламы. Если появление “Сумм теологии” в эпоху Средневековья, порой содержащих псевдо-систематические построения, часто продиктовано попыткой “служения славе Божией”, то для византийских отцов догматика есть, прежде всего, жизнь и исповедание. Именно поэтому в Византии достаточно продолжительное время не появлялось привычных для нас ныне курсов “Догматического богословия”, ибо из любопытства никто в церковной ограде богословием не занимался. Святые отцы не ставили перед собой задачи построить законченную богословскую систему, но стремились только отвести угрозу от Церкви.

Конечно, трудно не согласиться с утверждением, что с приходом христианства философия потеряла прежнее свое значение, ибо философский дискурс заменило христианское богословие. Но если часть христиан стала представлять христианство как философию в подлинном смысле слова, то это стало возможным не потому, что практикуемая христианством экзегеза и созданное им богословие аналогичны языческим экзегезе и теологии, а потому, что, как и античная философия, оно есть определенный стиль жизни и образ бытия”. Это обстоятельство особенно важно помнить сейчас, когда некоторые пытаются представить философию как сугубо рационалистическую область человеческого познания забывая, что современные “Догматики” отнюдь не являются плодом молитвенных созерцаний.

Вообще, ставшее традиционным сейчас утверждение о том, что вера и разум начала трудно сочетаемые, вряд ли найдет сколько-нибудь обстоятельное подтверждение в святоотеческой литературе. Основание, предпосылка веры – Священное Писание, а также тварный мир являются двумя этапами единого Божия Откровения и поэтому не могут противоречить друг другу. Отношение к тварному миру как к символическому тексту Творца и необходимость понимать его в духовном смысле ставит перед богословом задачу правильного понимания и истолкования Откровения. Конечно, при интерпретации Священного Писания разум должен подчинить себя вере, иначе на каждом шагу он будет встречать противоречия, но когда мы резко разводим диалектику и богословие, последнее, как правило, оказывается жертвой неосознанной философии. Характерно, что великие ненавистники разума Тертуллиан и Татиан так и не смогли удержать “царского пути” между верой и разумом.

“Непобежденный скептицизм”, по его мнению, неизбежно ведет к раздвоению мыслей, к возведению сомнения в принцип и норму, и в конечном счете к богословской прелести. “Для современного религиозного декаденства, отстаивающего свободу аффекта против мысли, - писал Е. Н. Трубецкой, - подчинение религиозного чувства твердым логическим определениям абсолютно не приемлимо” [44. С. 124].


 

А также другие работы, которые могут Вас заинтересовать

68818. Привод общего назначения 1016 KB
  Расчет зубчатой передачи и передачи винтгайка. Расчет ременной передачи. Литература Введение Редуктором называют механизм состоящий из зубчатых или червячных передач выполненный в виде отдельного агрегата и служащий для передачи вращения от вала двигателя к валу рабочей машины.
68819. ПРИВОД КОНВЕЙЕРА 551.5 KB
  Привод – устройство для приведения в действие двигателем различных рабочих машин. Энергия, необходимая для приведения в действие машины или механизма, может быть передана от вала двигателя непосредственно или с помощью дополнительных устройств (зубчатых, червячных, цепных, ременных и др. передач).
68820. КОРОБКА СКОРОСТЕЙ 1.85 MB
  Коробкой скоростей называется механизм, состоящий из зубчатых передач, выполненный в виде отдельного органа и служащий для передачи вращения от вала двигателя к валу рабочей машины. Назначение коробки скоростей - понижение угловой скорости и повышение вращающего момента ведомого вала по сравнению с ведущим.
68821. Проект привода конвейера 841.5 KB
  Выбираем цилиндрический редуктор с горизонтальным положением колёс. Корпус редуктора выполнен разъемным, литым из чугуна марки СЧ15 ГОСТ 1412-79. Сборка и разборка редуктора производится при снятой крышке. Контроль зацепления колёс производится через смотровой люк.
68823. Привод (Электродвигатель: АИР 100L6) 866 KB
  Наиболее распространены горизонтальные редукторы. Как горизонтальные, так и вертикальные редукторы могут иметь колеса с прямыми, косыми и круговыми зубьями. Корпус чаще всего выполняют литым чугуном, реже сварным стальным. Валы монтируются на подшипниках качения или скольжения.
68824. Перетворення вхідної граматики у LL(1)-граматику 93 KB
  Аналогічне ствердження має місце відносно ліворекурсивного циклу приклад якого дають правила 1. У наведеному прикладі правила 2 3 4 6 утворюють ліворекурсивний цикл який завжди можна вилучити перетворив одне з правил наприклад 6 у ліву рекурсію. Для С існують два правила 4 та 5.
68825. Застосування ДМП-автомату для реалізації висхідного аналізу 179 KB
  Для реалізації висхідного аналізу використовується ДМП-автомат, який працює за таким принципом. Якщо вхідний рядок приймається, то у кожному такті конкатенація символів, що знаходяться у магазині, і символів, що належать до ще непрочитаної частини вхідного рядка, утворює...
68826. Порівняння LL- та LR-методів розбору 180 KB
  Генерація коду проміжний код транслююча граматика Кінцевою ціллю компіляції є отримання програми у машинному коді. Часто генерація коду здійснюється паралельно з побудовою дерева. У разі коли для отримання машинного коду виконуються декілька проходів треба передавати уявлення дерева з одного проходу у інший.