24365

Наука и религия в современной культуре

Доклад

Логика и философия

Научное и религиозное познание Для целей нашего исследования представляет определенный интерес и сопоставление научного и религиозного познания. В общественном сознании россиян под влиянием атеистической критики религии сложилось представление о противоположности и даже несовместимости науки и религии религиозного и научного познания. В рамках данного раздела мы не имеем возможности исследовать все эти грани а сконцентрируем преимущественное внимание на сопоставлении специфики научного и религиозного познания. И именно эта специфичность...

Русский

2013-08-09

62 KB

27 чел.

ВОПРОС №11

Наука и религия в современной культуре.

По Тарасову

История свидетельствует, что наука и религия, возникнув при разных обстоятельствах и для исполнения разных задач (наука удовлетворяет природную потребность людей в истине, религия - потребность в чувственно - эмоциональной гармонизации с миром), продолжили дальнейшее совместное существование то в форме сотрудничества, то в форме смертельной борьбы.

На первых порах существования религии в форме мифов зачатки научного были растворены в них.

В период Средневековья религия подчиняет науку себе, делая ее своей служанкой. Данный период характеризуется нетерпимо жесткой позицией, которую заняла религия по отношению к науке в плане приоритетности знания. Научные истины («истины разума») имели более низкий общественный и гносеологический статус, чем «истины веры» (религиозные истины).

Начиная с эпохи Нового времени, наука и религия ведут самостоятельное копание, по-разному объясняя природные и социальные явления. При этом религия, в частности, католицизм, пытались и пытаются подключить для доказательства мудрости Бога достижения науки.

Кроме того, можно констатировать сближение позиций по вопросам морали религиозных и научных воззрений. Тем не менее, научное и религиозное знания имеют принципиально отличный характер. Это проявляется, прежде всего, в том, что реальность, к которой обращены верующие люди в отличие от людей науки, не дана непосредственно, это сверхъестественная реальность: образ бесконечно распростертого в пространстве христианского Бога-отца, является полностью фантастической, мыслимой конструкцией.

Необходимо также отметить, что, имея в самом начале два знаниевых пласта - мистический связанный, в частности, с персонификацией богов, и рациональный (описание конкретных исторических ситуаций, людей, природы), - религия к настоящему времени, "отодвинув" первый пласт на периферию, в большей степени делает акцент на рациональной составляющей, стыкуясь по отдельным вопросам (в частности по проблематики сущности человека) с научным и художественным знанием. Тем не менее, все официально существующие конфессии остаются погруженными в прошлое и с трудом видят и соглашаются с тем, что изменился и мир, и человек.

Мало того,  как отмечает известный историк науки Дж. Холтон (81), противоречия между наукой и антинаукой (в частности, религией), в настоящее время обострились. Антинаука существует вовсе не в добродушной и ненавязчивой форме: религиозные настроения, будучи подключенными к политической механике, в потенции несут в себе злокачественные, разрушительные силы.

Он, в частности, отмечает, что Американской академией наук и искусств
издана работа Дж. Мура "Креационистский космос протестантского фундаментализма», в которой дается развернутая характеристика антиэволюционного движения в США, переживающего в последние годы значительный подъем и консолидацию с политической властью.

Людей, верующих в то, что мир возник не в результате закономерного усложнения хаотически движущейся материи (научный взгляд на эту проблему), а в результате чуда из ничего за шесть дней, насчитывается по мнению Мура, в США около 25 % от общего их числа. Причем среди этих 25 сплошь и рядом встречаются специалисты с научно-техническим образован ем. По мнению Холтона, нельзя исключать возможности в будущем отчаяной и ожесточенной схватки за утверждение своей правоты между научной ненаучной точками зрения по этому и другим вопросам.

По Радугину (стр. 41-44)

4. Научное и религиозное познание

Для целей нашего исследования представляет определенный интерес и сопоставление научного и религиозного познания. В общественном сознании россиян под влиянием атеистической критики религии сложилось представление о противоположности и даже несовместимости науки и религии, религиозного и научного познания. Исторические основания для такого представления есть, хотя оно не совсем верно и не учитывает разные грани взаимодействия науки и религии. В рамках данного раздела мы не имеем возможности исследовать все эти грани, а сконцентрируем преимущественное внимание на сопоставлении  специфики научного и религиозного познания.

Прежде всего, следует отметить, что также как и наука, религия – это сложная социальная система. И религиозное сознание, а значит, и религиозное познание, существует на двух уровнях: обыденном и теоретическом. На теоретическом уровне религиозное сознание представлено теологией или богословием. Теология (учение о Боге) – это высший уровень религиозного сознания, ставящий перед собой цель рационального обоснования религиозного вероучения в той форме, как оно сформулировано церковью, а также приспособления этого вероучения к особенностям общественного сознания на том или ином этапе его развития. Теология – это специфическая разновидность рациональности. И рационалистический аспект теологии сближает ее с научным познанием. Теологические системы по форме близки научным теориям. Они, как правило, состоят из аксиоматической и теоремной части. Аксиоматическую часть составляют догматы – основные положения вероучения, принятые церковью на Вселенских соборах. Догматы принимаются на веру в силу авторитета принявшего их органа. А обоснование этих догматов, их сопряжение друг с другом в теологии ведется с широким использованием логического инструментария и достижений науки.

Теологические концепции, как правило, носят системный характер, в них соблюдаются все правила формальной логики, обоснования и доказательства. Однако рациональность теологии, как отмечалось выше, носит специфический характер. И именно эта специфичность коренным образом отличает теологический путь познания от научного. Аксиоматические основания научных теорий базируются на изучении реальной действительности. Теологические концепции – на авторитете Священного Писания и церкви. Авторитаризм – самая характерная черта религиозного стиля мышления. Теологический рационализм, подходя к мыслительному материалу с позиций авторитаризма, приносит содержание в жертву форме. Его представители подменяют изучение реальной действительности процедурой определений, они приводят бесконечные дефиниции и дистинкции. Это особенно ярко проявляется на высшей стадии развития теологии, в великих схоластических системах. Известный исследователь средневековой схоластики В.Виндельбанд дает такую характеристику схоластическому методу: «Схоласты только обсуждают, систематически доказывают, выводят до бесконечности следствия, не проверяя оснований. Вся их логика сведена к силлогизму. Злоупотребление силлогизмом влечет за собой мелочность, страсть к делениям и подразделениям, низводит логическое рассуждение к словесной механике, способствует чрезмерной заботливости о внешнем выражении мысли в ущерб самой мысли»

Авторитаризм религиозного стиля познания является следствием теоцентрических установок религиозного сознания. Определяющим началом всего мироздания с точки зрения современных развитых религий и, прежде всего, христианства – является сверхъестественное существо  – Бог. В зависимости от этого существа находятся и природа, и общество, и человек. Смысл человеческого существования, с точки зрения христиан, состоит в «спасении души», которое осуществляется через познание Бога, и обретение с ним единства в «царстве Божием». И эта установка религии коренным образом противостоит научному пониманию объекта и целей познания. Наука ориентируется на познание естественного мира: природы, общества, человека. Цель познания - овладение силами природы, знание общественных законов для того, чтобы улучшить жизнь людей, создать материальные и духовные продукты, необходимые для потребления. Объект религиозного познания – сверхъестественное начало – Бог, а цель познания Бога задается не материальными потребностями людей, а потребностью «спасения души», которая возникла вследствие грехопадения человека. «Спасение души» осуществляется через процесс богопознания           и трактуется в религиозных системах как обретение человеком своего первоначального, «догреховного облика» - «образа и подобия Бога». Поэтому конечной целью познавательных усилий человека признается не знание объективного мира – природы и общества, а обретение человеком через процесс познания своего первоначального облика – «образа и подобия Бога». А сам процесс познания при таком подходе трактуется как процесс богоуподобления.

И поскольку сущность грехопадения, с точки зрения христианских теологов, состоит в том, что человек отделился от Бога, захотел жить по своим принципам и нормам, пожелал стать равным Богу, иначе говоря, свободным субъектом деятельности и познания, то уподобление Богу, обретение человеком вновь божественного образа и подобия истолковывается ими как отказ человека от всех своих претензий, от своей субъективности, от своего «я». Богоуподобление есть ничто иное, как самоотречение человека, полный переход в подчинение человека Богу.

Формой же такого перехода, по мнению христианских мыслителей, является вера. При этом они прибегают к довольно расширенной трактовке феномена веры. Вера истолковывается ими как универсальное измерение человеческого сознания, субъективности, духовности, в которой выражается рационально непрозрачное отношение к действительности. Вера трактуется и как психологическая установка, уверенность, приверженность к чему-либо, и как вера в сверхъестественное, как религиозная вера. Используя первое значение термина «вера», христианские теологи рассматривают веру как особую, сверхъестественную, познавательно - мировоззренческую позицию субъекта. Согласно их учению, вера имеет глубинные эмоционально-волевые основания и является психологически первичной по отношению к дискурсивному мышлению. «Если не уверуете, то не уразумеете... Познание, посредствуемое верой, - наидостовернейшее», - утверждает Климент Александрийский. Всякий, ищущий истину, считает он, должен исходить из каких-то первоначальных положений, определяющих пути развития его поиска, занимать определенную познавательно-мировоззренческую позицию, верить во что-то. Вера, как установка сознания, отождествляется христианскими мыслителями с религиозной верой. Она трактуется как форма единения человека с Богом, как канал, через который Бог воздействует на познавательные способности человека, оздоравливает, оплодотворяет и совершенствует их.

Таким образом, коренное различие между религиозным и научным познанием состоит в трактовке основной формы существования продукта этого познания и формы его движения. Для науки такой формой является знание. Научное знание – это высказывания,  истинность которых обоснована эмпирически и/или логическими процедурами доказательств.

Для религии основной познавательной формой является вера. Вера в содержание Божественного откровения, которое зафиксировано в Священном Писании (Библии) и Священном Предании (соборы и вероучительные документы руководства церкви).

Следует отметить, что ученые не отрицают участие в научном познании веры как психологического феномена. В процессе научного познания ученый непременно ставится перед выбором между более убедительными и менее убедительными объяснениями процессов действительности. Особенно часто такая возможность возникает при возникновении аномалий, кризисе парадигм. И ученый в таком случае для принятия решения в пользу той или иной интерпретации фактов прибегает к вере. Вера как психологический феномен необходима ученому для мобилизации его духовных и физических сил при недостатке информации или отсутствии достаточных доказательств. Она играет компенсаторную функцию - в качестве положительной установки позволяет ученому двигаться дальше в сфере неизвестного.

Но вера играет конструктивную роль не только при недостаточных основаниях выводов. Феномен веры, по мнению, Л.Витгенштейна, имеет социально-коммуникативную природу. Вера в научном познании есть необходимое следствие «нашего бытия среди людей». В отличие от знаний, верования не являются плодом наших размышлений, мыслями или суждениями. Они наш мир и бытие. Это наиболее глубинный пласт нашей жизни, все то, что мы безоговорочно принимаем в расчет, хотя и не размышляем об этом. В силу нашей уверенности мы ведем себя автоматически в соответствующей ситуации, руководствуясь огромным количеством верований. Как писал Витгенштейн, «нельзя экспериментировать, если нет чего-то несомненного, и, экспериментируя, я не сомневаюсь в существовании прибора, что находится перед моими глазами – на каком основании я доверяю учебникам по экспериментальной физике? У меня нет оснований не доверять им – я располагаю какими-то сведениями, правда, недостаточно обширными и фрагментарными. Я кое-что слышал, видел и читал – эмпирические высказывания, которые мы принимаем как несомненные, сопутствуют нам всю жизнь и предстают как личностное знание, как «картина мира», усвоенная в детстве». Но сторонники религиозного познания неоправданно расширяют область применения веры, придавая вере значение особой познавательно-мировоззренческой позиции субъекта познания.

Следует отметить, что трактовка религиозного познания в различных христианских конфессиях не одинакова. Наиболее сильно рационалистический элемент развит в католической теологии, которая базируется на основных установках Фомы Аквинского. Католическая теология – наиболее развитая система рациональности. В ней разум рассматривается как относительно самостоятельный путь к Богу, автономная познавательная способность, присущая человеку наряду с другой познавательной способностью. Фома Аквинский создал теорию гармонии веры и разума, которая позволила признать относительную автономию научного познания. С точки зрения этой теории,  разум и вера – это две различных способности человека. То, что человек знает при помощи разума, и то, во что он верит, никогда не совпадает полностью в одном и том же отношении. Есть высказывания, истинность которых человеку очевидна на основе логических умозаключений и логической проверки, а есть такие положения, истинность которых он не может проверить и должен принять их на веру. Принятие истин с помощью разума или с помощью веры происходит по разным основаниям. Истины разума – светские знания -  принимаются человеком на основе их внутренней убедительности. Истина веры – религиозное знание – на основе доверия к выдвигаемому их авторитету. Согласие с истинами разума есть акт логической необходимости, принятие же истин веры – акт свободного выбора, волевого решения.

Концепция гармонии веры и разума в Средние века создала возможность для развития научного познания. Однако заявленный в этой концепции принцип приоритета истин веры над истинами разума ставил под контроль религии и церкви истолкование результатов научного познания и направление развития науки. Все это способствовало конфликтам между наукой и религией, учеными и церковью. Ярким проявлением этого конфликта было «дело Галилея». Церковь осудила учение Галилея и заставила его отречься от гелиоцентрических выводов из учения Коперника, Только спустя  четыреста лет католическая церковь пересмотрела свои позиции и устами Папы Иоанна Павла II в 70-х годах ХХ в. признала «дело Галилея» ошибкой церкви.

По нашему мнению, столкновение религиозного и научного познания не заложено в имманентных особенностях этих познавательных установок, а возникает при условии, когда особенности этого познания приобретают характер идеологических установок и провоцируется борьба религиозной и научной идеологии. Наиболее сильное противостояние науки и религии происходило в XVIII-XX вв., когда религия и церковь утратили свои доминирующие позиции в обществе, а развивающаяся наука на основе формирования научной картины мира начала играть активную роль в формировании мировоззрения. В том же случае, когда религия и наука снимают идеологическое противостояние, между ними возможно плодотворное сотрудничество. Наиболее полезно такое сотрудничество в сфере научного этоса. Религия, с ее нравственной доминантой, способна помочь науке избежать таких направлений исследований и разработок технологий, которые были бы направлены против интересов человека. Иными словами, религия способна привнести гуманистический элемент в научный этос и эта главная сфера сотрудничества науки и религии. Конкретным объектом такого сотрудничества может служить биоэтика, генная инженерия и т.д.

4

PAGE  4


 

А также другие работы, которые могут Вас заинтересовать

37145. Радикальное направление освободительной борьбы. Революционные демократы и революционные народники 41.5 KB
  Они резко выступали против теории официальной народности против взглядов славянофилов доказывали общность исторического развития Западной Европы и России высказывались за развитие экономических и культурных связей с Западом призывали использовать в России новейшие достижения науки техники культуры. В это время он пришел к мысли что русская деревенская община и артель содержат зачатки социализма который найдет свое осуществление в России скорее чем в какойлибо другой стране. Герцен был первым кто в общественном движении России...
37146. Развитие экономики и культуры России во второй половине XIX века 50.5 KB
  Огромные выкупные платежи тяжким бременем лежали на миллионах крестьян. К тому же взамен помещичьей власти в деревне укреплялся гнет общины которая могла наложить штраф на трудолюбивых крестьян за работу а в праздничные дни приговорить крестьян к ссылке в Сибирь за колдовство и т. Многие крестьяне испытывали большие тяготы изза того что не могли свободно распоряжаться своим наделом а также вести свое хозяйство так как считали нужным. Во многих общинах проводились переделы земли что исключало заинтересованность крестьян в повышении...
37147. Социал-демократия: большевизм и меньшевизм в революционном движении России 39.5 KB
  Идейное размежевание с меньшевиками сопровождалось не прекращавшимися попытками восстановить единство РСДРП но предложение Ленина разрешить партийный кризис созывом съезда не нашло поддержки у меньшевиков а также у большевиков – членов ЦК партии считавших что съезд лишь закрепит раскол. Отказавшись от предложенного Лениным переименования партии в коммунистическую делегаты конференции решили добавить к традиционному ее названию Российская социалдемократическая рабочая партия слово большевиков и поручили ЦК партии подготовить проект...