26339

Американское Просвещение

Доклад

История и СИД

Крупнейшие представители американского Просвещения: Франклин Джефферсон Пэйн и другие являются вместе с тем активными революционными деятелями руководящими фигурами в современной им политической борьбе. Представителями радикального якобинского крыла в американском деизме были Томас Пэйн и Этан Аллен. Близкий к взглядам Аллена круг идей но в более развернутом виде содержит вышедшая десять лет спустя книга Пэйна Age of reason Век разума. Томас Пэйн 1737 1809 гг.

Русский

2013-08-18

40.96 KB

13 чел.

67.Американское Просвещение.

Американское Просвещение XVIII века представляло собой общественное течение, цели которого заключались в замене традиции рациональным подходом, абсолютных религиозных догм - научным поиском и монархии - представительной властью. Мыслители и писатели Просвещения отстаивали идеалы справедливости, свободы и равенства, считая их неотъемлемыми правами человека.

Причины и предпосылки

Сочинения американских просветителей продолжают то дело, за которое на европейском континенте боролись английские и французские материалисты и просветители той же эпохи. Преследование пуритан при Якове I способствовало началу массовой колонизации англичанами «Вест-Индии». В 1620 г. В Америку переселились бежавшие первоначально в Голландию «отцы-пилигримы». В 30-х годах XVIII века, вслед за усилением преследований, эмиграция англичан в Америку возрастает все больше. В середине века федерация «Новой Англии» насчитывает около 25 тысяч колонистов. Вместе с горечью эмиграции они привезли с собой в Америку суровый, пуританский фатализм и жестокую энергию колонизаторов. Сто лет спустя население английских колоний в Америке достигает свыше полутора миллиона человек. Английская колонизация в Америке является одним из проявлений процесса первоначального накопления. Английские поселения влекли за собой вытеснение, разграбление и истребление туземного индейского населения. Английская колонизация Америки сопровождается непрестанными восстаниями индейских племен и последующими их жестокими подавлениями. Карательная экспедиция в Виргинии в 1622 году, расправа с племенем пикотов в 1637 г. Подавление восстания племени вампаноа в 1676 г. и так далее знаменуют поступательные шаги английской колонизации. К истреблению краснокожих колонисты присоединили рабство чернокожих. К 1763 г. одну пятую населения английских колоний в Америке составляли рабы-негры, вывезенные преимущественно из Африки. Подавляющее большинство рабов было сосредоточено в южных колониях с их огромными латифундиями-плантациями. Землевладения доходили здесь до 20 и даже до70 тысяч гектаров. В южных колониях рабы составляли больше одной трети населения. В фермерских северных и центральных колониях рабы были немногочисленны, но работорговля - поставка «живого товара» - была одним из важнейших промыслов. Таковы были «идиллические процессы» формирования буржуазного общества в Америке.

Влияние церкви. Деятельность Джонсона и Эдвардса

Протестанты-колонисты, которых вынудила к эмиграции из Англии религиозная нетерпимость епископальной церкви, сами отличались отнюдь не меньшей религиозной нетерпимостью и фанатизмом. В «Новой Англии» царил фанатичный, суеверный кальвинизм пуритан, наложивший суровую руку на всю колониальную идеологическую жизнь. В 1692 г. в Салеме были сожжены 19 «колдунов» и «ведьм». Католицизм жестоко преследовался. В Нью-Йорке, например, по закону 1700 года, каждый обнаруженный священнослужитель подлежал немедленному заключению и изгнанию. Школа находилась безраздельно в руках церкви. Цель школьного образования массачусетский закон 1647 г. видел в предотвращении того, чтобы «старый искуситель, Сатана, не отвлекал людей от священного писания». Яркими иллюстрациями господствовавшей в колониальной Америке духовной атмосферы могут служить такие факты, как запрещение первой, основанной в Виргинии типографии в 1683 году или прекращение первой, изданной в Пенсильвании газеты в 1690 году, после выхода в свет одного номера. Там, где допускалась издательская деятельность, она велась под строжайшей цензурой церковников. Первые Американские Колледжи, организованные во второй половине XVII века и в начале XVIII века, имели своим единственным назначением подготовку духовенства. Любопытно, что в этих колледжах логика обычно преподавалась по сочинениям французского философа-номиналиста Рамуса. Это обуславливалось не теоретическими, а клерикальными мотивами - враждой американцев к католицизму, жертвой которого стал Рамус, сочувствовавший гугенотам, в кровавую Варфоломеевскую ночь (1572 год). Первая книга деятелей просвещения, философская к слову, изданная в Америке была пособием для преподавания в колледжах. Это был составленный Уильямом Брэттлем (1662-1716 гг.) картезианский учебник логики «Compendium logicae secundum principia D. Renati Cartesii». Книга эта вышла посмертным изданием в 1735 году. «Философия в колониальной Америке была «служанкой религии». Ее первыми представителями были теологи. В их работах всецело господствуют теолого-этические интересы. В идеалистической философии они черпают аргументы против атеизма. Логические элементы рассматриваются как подчиненные, служебные по отношению к «божественному откровению». Важнейшими из американских богословов первой половины XVIII века были Джонсон и Эдвардс. Пастор Сэмюель Джонсон (1696-1772 гг.) был ревностным последователем Беркли. С Беркли он был связан не только перепиской, но и личным общением во время пребывания Беркли в Америке (Род-Айленд) в 1729-1731 годах. Основная работа Джонсона «Elementa philosophica» (1752 год) посвящена английскому идеалисту. Следуя Беркли, Джонсон отрицал объективную реальность материи. Для него, как и для шотландского епископа, «бытие вещей - не что иное, как их восприятие», а материя - «чистое ничто» (a meer non Entity). Подобно Беркли, Джонсон исходя из субъективного идеализма, приходит к пантеистической концепции Бога как единственной истинной реальности и источника наших дней. Непреодолимую для субъективного идеализма проблему существования мира до человека Джонсон пытается обойти с помощью платоновского учения об идеях - прообразах вещей. «… Хотя, - пишет он в том же письме к Беркли, - до Адама и не было разумных созданий, которые могли бы созерцать его (мир), но мир реально существовал шесть дней как архетип…». Вслед за материей Джонсон отвергает и физическую, материальную причинность. «Для вас, - пишет он Колдену, - материя есть самодеятельное, активное начало, в то время как я называю духом то, что является началом активности, объемлющим все вещи и приводящим их в движение». Подобно Мальбраншу и кембриджским платоникам Джонсон приходит науке окказионалистской концепции. «Мы говорим, - заявляет он, - что солнце греет, оживляет, выращивает плоды; однако при более точном расследовании мы находим, что оно отнюдь не является настоящей причиной; солнце и другие так называемые естественные причины сами по себе лишь пассивны, инертны… они не могут, в сущности говоря, быть причинами обычно приписываемых им действий; они могут быть названы лишь знаками, поводами, средствами или орудиями, за которыми мы должны искать другие существа…». В орбите идеализма Беркли, Мальбранша и кембриджских платоников находится и учение Джонатана Эдвардса (1703-1758 гг.), который, исходя из идеалистически трактуемого сенсуализма, также приходит к «реальности всех вещей в Боге». Ничто, согласно Эдвардсу, не имеет настоящего существования, кроме духов; тела для него - лишь тени духов. Связь между физическими и психическими актами он сводит к связи души с ее собственными модусами. «Истинной субстанцией всех вещей, - говорит Эдвардс, - является идея». «Одни духи являются, в сущности говоря, субстанцией». Сами же духи для него - не что иное, как проявление «великого изначального Духа». «Вселенная, - заключает Эдвардс, - существует лишь в мыслях Бога». В конечном итоге всякое познание Эдвардс превращает в Богопознание. Через феноменализм он приходит к фидеизму. В своих поздних работах Эдвардс придает большое значение мистической интуиции. В середине XVIII века учение Эдвардса получило большое распространение в американских колледжах. Оно сделалось господствующей, официальной философией американского пуританизма.

Деятели Просвещения эпохи борьбы за независимость

Вторая треть XVIII столетия была эпохой крутого перелома во всей социально-политической, а вслед за ней и идеологической жизни американских колоний. Истребители индейских аборигенов и рабовладельцы, сами до того находившиеся в экономической и политической зависимости от Англии, восстали против английской монархии, подняли знамя борьбы за американскую независимость. В 1740 году плантаторы Южной Каролины подавляли восстание чернокожих рабов; несколько десятилетий спустя потомки благочестивых отцов-пилигримов стали, в свою очередь, бунтовщиками. Борьба американцев за экономическую независимость, развернувшаяся вокруг введенного Англией в Американских колониях гербового сбора (1765 год) и последующих актов Тауншенда о пошлинах (1767-1770 гг.), быстро переросла в борьбу за политическую независимость. В 1772-1773 гг. возникают будущие центры восстания в виде провинциальных «комитетов сношений». Нелегальный Континентальный конгресс, состоявшийся в сентябре 1774 года в Филадельфии, ограничился еще чисто экономическими мероприятиями: решением «не ввозить и не потреблять английских товаров и не вывозить своих продуктов в Англию». Но революционно-освободительная война была уже не за горами: несколько месяцев спустя американская народная милиция осаждала Бостон, где сосредоточились военные силы англичан. Собравшийся в мае 1775 года Второй Континентальный конгресс принял «Декларацию о причинах вооруженного восстания» и назначил Вашингтона главнокомандующим повстанческой армии. В результате восьмилетней вооруженной борьбы Америка завоевала свою политическую независимость. Версальский миренный договор 1783 года был юридическим признанием Англией фактически сложившегося в итоге борьбы положения вещей. В 1787 году, за два года до разрушения Бастилии французским народом, американский Национальный конвент утвердил конституцию Соединенных штатов Америки. Революционно-освободительная война американского народа сопровождалась революционными сдвигами в области идеологии, она вызвала к жизни мощное буржуазно-революционное просветительное движение. Американская просветительная философия является идеологией американской буржуазно-демократической революции 70-х годов. Крупнейшие представители американского Просвещения: Франклин, Джефферсон, Пэйн и другие - являются вместе с тем активными революционными деятелями, руководящими фигурами в современной им политической борьбе. Мыслителям американского Просвещении в высокой степени присущи характерные для идеологов революционных эпох единство теоретических и практических интересов, социальная насыщенность воззрений и энциклопедическая многосторонность. Воин и дипломат, философ и партийный лидер, политический памфлетист и естествоиспытатель были различными сторонами их революционной деятельности, различными гранями их цельных и разносторонних индивидуальностей. В противоположность философствующим церковникам колониальной Америки просветители - светские люди, всецело поглощенные земными, мирскими посюсторонними вопросами и, прежде всего проблемами общественной жизни. Пуританскому пессимизму и фатализму они противопоставляют действенный оптимизм. И в политической, и в естественнонаучной, и в философской теории они если и не отвергают Бога окончательно, то оттесняют его на периферию, устраняют его от вмешательств в ход вещей. Теологические политические теории заменяются учениями, основанными на понятии «естественного права». Появляются этические учения, исходящие не из божественных заповедей, а из «природы человека». В натурфилософии божественное провидение оттесняется понятием законов природы, а теология уступает место причинной зависимости. В теории познания «божественное откровение» отступает перед «светом разума», сами догматы христианской религии предстают перед «трибуналом разума», то есть перед судом революционной буржуазии. Все эти идеи развиваются в длительной жестокой борьбе с церковниками, при их постоянном яростном сопротивлении. Теоретическими источниками американского Просвещения служили, во-первых, учения Локка и английских материалистов XVIII века: Мандевиля, Хартли, Коллинза, Пристли, - во-вторых, воззрения французских просветителей и, в-третьих, работы французской школы врачей-материалистов, шедшей от Ламеттри. Влияние английских и французских просветителей на идеологов американской буржуазно-демократической революции очень велико и разносторонне. Английское влияние, хотя и было более ранним и распространенным - в силу общности языка и английского происхождения ряда американских просветителей, - впоследствии настолько тесно переплетается с влиянием французских буржуазно-революционных идей, что расчленение тех и других представляется невозможным. Опередившие французскую революционную буржуазию в своих политических завоеваниях американцы широко заимствовали свое идеологическое вооружение из арсеналов французских философов и социологов. Разрыв с Англией и заключение в 1778 году союза с Францией способствовали усилению французских влияний. Французская революция еще более укрепила, углубила этот идейно-политический контакт. Вольтер, Монтескье, Руссо, Кондорсе, Вольней становятся основными источниками американских просветительных идей наряду с англичанами. Томас Джефферсон (1743-1826 гг.) - делегат Виргинии в Континентальном конгрессе, основатель «Республиканской» партии, дважды президент США (1801-1809 гг.). Социально-политические воззрения Джефферсона, находившиеся под определяющим влиянием Локка, запечатлены в важнейших исторических документах эпохи: в виргинской «Декларации прав» и в филадельфийской «Декларации независимости», автором которых был Джефферсон. «Все люди от природы одинаково свободны и независимы и имеют известные прирожденные права, каковых они, вступая между собой в какое-либо соглашение для образования общества, не могут никоим образом лишить своего потомства. Таково право на жизнь и свободу обеспечением возможности приобретать и владеть собственностью, домогаться и обладать счастьем и безопасностью», - гласит первый параграф Виргинской декларации. Буржуазно-демократические принципы выражены Джефферсоном полной ясностью: формальные свобода и равенство, договорная теория общества, святость частной собственности. Декларация отвергает наследственные, сословные привилегии и утверждает политическое равноправие и разделение властей. Революционное существо этих документов с наибольшей яркостью выражено в формулировке социальной природы и функций государства в признании права на революцию. «Народ есть верховный носитель всякой власти, следовательно, всякая власть имеет источником волю народа», - гласит параграф 2 Виргинской декларации. - …Большинство народа имеет несомненное, неотъемлемое и бесспорное право реформировать, изменить или даже уничтожить правительство…». Объявление владения частной собственностью «естественным правом» и признание первичности индивида по отношению к обществу в договорной теории не оставляют сомнения в буржуазном характере революционных идей Джефферсона. Отношение Джефферсона к религии достаточно ясно обнаруживается в рассматриваемых документах. Прежде всего, Джефферсон является решительным противником религиозного фанатизма и горячим сторонником веротерпимости, свободы вероисповедания. «Религия - сказано в параграфе 16 Виргинской декларации, - …есть дело разума и убеждения, а не силы или насилия, а по сему все люди имеют одинаковое право исполнять свои религиозные обязанности согласно указаниям своей совести». Джефферсон не ограничивался признанием равноправия религиозных верований: в своей просветительной деятельности он был пионером независимого от религии, научного, рационального знания. Джефферсону принадлежит заслуга основания первого в США светского, свободного от теологического засилья университета. По своим убеждениям Джефферсон был умеренным деистом. Его деистическая концепция нашла отражение и в Декларации 1776 года в ссылках на «природу и ее творца». Джефферсон отвергает «позитивные религии», но сохраняет «естественную религию», религию «в границах разума». Отказываясь от христианских догматов и библейских чудес, стараясь свести вмешательство Бога в ход природы и истории к минимуму, он все же признает существование «верховного существа» - первопричины и законодателя вселенной. Христианству Джефферсон приписывал, однако, высокую этическую ценность. В этике, занимающей большое место в философских интересах Джефферсона, он придерживается половинчатой позиции, характерной для ряда английских деистов. Джефферсон отвергает религиозную основу и санкцию морали. «Если добродетельные поступки мы совершаем только лишь из любви к Богу и веруя, что это угодно Ему, то, как возможна мораль атеиста?.. Но известно, что Дидро, Гольбах, Кондорсе принадлежат к числу наиболее добродетельных людей. Их добродетель, стало быть, должна иметь некоторое иное основание, отличное от любви к Богу». Но в то же время Джефферсон выступает и против натуралистической, основанной на личном интересе этики французских материалистов противопоставляя их сенсуалистическому учению этику, основанную на врожденном инстинкте. Французская революция 1789года застала Джефферсона в Париже, где он представлял молодую заокеанскую державу. Джефферсон был близко знаком с учениями французских материалистов. Он слушал лекции Кабаниса и встречался с ним в салоне вдовы Гельвеция, был также близок с другом Дидро - Гримом. В некоторых частных письмах Джефферсон называл себя эпикурейцем и материалистом. Но полемика его против атеизма французских материалистов показывает, что он остановился на полпути: остался деистом-просветителем. Огромным влиянием и славой - притом в Европе не меньше чем в Америке - пользовался старший современник Джефферсона, крупнейший деятель американского Просвещения Бенджамен Франклин (1706-1790 годы). Начав трудовую жизнь в мыловаренной и свечной мастерской своего отца в Англии, затем обучившись ремеслу печатника, даровитый самоучка жадно поглощает научные знания. «Ко мне в руки попали, - вспоминает об этом времени Франклин, - кое-какие книжки против деизма… Случилось так, что они оказали на меня влияние, противоположное тому, какое от них ожидалось: приводимые в них с целью опровержения аргументы деистов показались мне гораздо более убедительными, чем их опровержения. Словом, вскоре я сделался деистом. Работы Коллинза и лекции Мандевиля закрепили взгляды Франклина. Переселившись в Филадельфию, молодой Франклин основывает здесь типографию и издает газету. Активно участвуя в местной общественной жизни и энергично содействуя городскому благоустройству, Франклин не оставляет своих научных занятий. В 1728 году двадцатилетний юноша организует «Философский клуб», 55 лет спустя выросший в «Американское философское общество». Целью этой организации было изучение естественных наук, поощрение философских исследований, «которые могли бы осветить познание природы вещей и способствовать увеличению власти человека над природой и умножить его жизненные удобства». Достаточно сопоставить эту бэконианскую формулу с клерикальным уставом Гарвардского колледжа, чтобы революционное значение деятельности Франклина выяснилось со всей отчетливостью. Гарвардский устав 1642 года провозглашает, что «каждый должен считать главной целью своей жизни и своих занятий познание Бога и Иисуса Христа, который есть жизнь вечная». Разработка Франклином в 1646 - 1647 годах теории положительного и отрицательного электричества и изобретение громоотвода вписали его имя в историю физики и дали достаточное основание Пристли назвать в своей «Истории электричества» Франклина «превосходным философом-натуралистом».  С 1764 года начинается долголетняя дипломатическая деятельность Франклина сначала в Англии, а затем во Франции. Вместе с тем Франклин не прекращает своей многообразной литературной деятельности. Он был выдающимся писателем, с равным мастерством подвизавшемся в самых различных литературных жанрах: сократических диалогах, афоризмах, письмах и сатирах. В кругах идеологов революционной французской буржуазии Франклин был своим человеком. Слава его в этой среде была очень велика. Его называли «преемником Вольтера». Конституанта объявила траур по случаю его смерти. Мирабо, Кондорсе, Ларошфуко произнесли речи о заслугах умершего. Бюст Франклина был выставлен в зале заседаний клуба якобинцев. Слава Франклина зиждется не столько на глубине и оригинальности его мышления, сколько на его энциклопедичности и блестящем литературном даровании. По своим взглядам он был умеренным деистом типа Вольтера, Шефтсбери, Юма, с характерным для них религиозным лицемерием: неверием как привилегией просвещенных буржуа и признанием «утилитарного» значения религии для народных масс. В отличие Джефферсона, для которого в первую очередь имела значение политическая сторона деизма - связанная с ним веротерпимость, - для Франклина, прежде всего, существенна оппозиция деизма супранатурализму - его роль в обеспечении автономного развития естественных наук и в обосновании натуралистической этики. Деизм Франклина заключался в отказе от церковных догматов и ограничении веры религиозным минимумом, сводившимся к признанию непознаваемого «высшего существа» и сотворения мира, бессмертия души и загробного возмездия. Божественность Христа и евангельские чудеса он отвергал, но признавал высокое моральное значение христианской религии. Индивидуальная особенность Франклина в ряду других умеренных деистов - его гипотеза о множестве сотворенных Богов. В своих «Первоначалах» Франклин, после того как он изложил гипотезу о существовании множества миров, пишет: «Я полагаю, что Бесконечный создал множество существ или Богов, далеко превосходящих человека… Возможно, что эти сотворенные Боги бессмертны; или, быть может, по прошествии многих веков они сменяются и другие заступают на их место». Этот политеистический мотив, по-видимому, имеет целью отдалить Бога от нашего мира с помощью учения о множестве миров и промежуточных между Богом и людьми существ. В своих этических произведениях Франклин не всегда отказывался от религиозной санкции морали, однако учение о естественной и рациональной основе нравственности звучит в них достаточно явственно, и встречи с Мандевилем - автором «Басни о пчелах» - дают себя чувствовать. «Откровение само по себе, - пишет Франклин, - не имело для меня никакого значения, я придерживался того мнения, что хотя те или иные действия не являются дурными потому, что они запрещены откровением, или хорошими - потому, что они предписаны им, однако вполне вероятно, что эти действия были запрещены потому, что они дурны, или предписаны потому, что они благодетельны для нас по своей природе, если учесть всю совокупность обстоятельств». Трезвые афоризмы «житейской мудрости», составляющие содержание знаменитого франклинского «Poor Richard Almanac», свободны от традиционного религиозного ханжества. При всей своей буржуазной ограниченности они проникнуты гуманизмом и здоровым оптимизмом. Представителями радикального, «якобинского» крыла в американском деизме были Томас Пэйн и Этан Аллен. Свободные от недомолвок и религиозного лицемерия, их антирелигиозные произведения отличаются воинственностью и непримиримостью, и вся их общественная и литературная деятельность характеризуется большой народностью. «Разум - единственный оракул человека» - первый антирелигиозный памфлет, изданный в Америке. Книга была напечатана в 1784 году. Автор ее Этан Аллен (1737 - 1789 гг.) - очень колоритная фигура: организатор фермерского партизанского отряда в Вермонте (Коннектикут) - «ребят с зеленой горы», - герой освободительной войны, за поимку которого англичане сулили 100 фунтов, Аллен свыше двух лет провел в английском плену и после обмена пленных получил, по постановлению Континентального конгресса, звание полковника. Книга Аллена - боевой антирелигиозный памфлет. Большая часть тиража этой «безбожной» книги была по напечатании сожжена издателем до выхода в свет. Аллен предвидел, что «попы и ханжи» объявят его философии войну и направят против него «оружие веры, меч духа и артиллерию геенны огненной». В этой книге, пишет, например, Бернар Фаи, «предназначенной для вермонтских фермеров, изложены все наиболее циничные теории деистов. Он (Аллен) отрицает божественность Христа, подлинность священного писания, отвергая чудеса и откровение… Его простой и бесхитростный стиль, его прямолинейные аргументы делали книгу еще более действенной и оскорбительной». Аллен отстраняет христианскую религию не мягко и вежливо, как это делали Франклин и Джефферсон, а без обиняков изобличает всю ее вздорность и вредность. Откровению он противопоставляет рациональное познание, библейским чудесам и сверхъестественному вмешательству в естественный ход вещей - законы природы. Познания природы - вот, по его словам, откровение Бога. «Разум - библия деиста», и «никакие десять заповедей не обязательны для разумного существа, если они не соответствуют законам природы». Аллен не свободен еще от теологического привеска, но, по существу, его воззрения ближе к атеизму спинозистского типа, чем к деизму. Аллен отрицает сотворение природы и признает материю вечной. Вместе с сотворением материи он отвергает понятие первопричины и признает изначальную, несотворенную изменчивость материи. Природы совечна Богу. Бог - вечная и бесконечная действующая причина, природа - вечное и бесконечное действие. Это учение Аллена стихийно возрождает спинозистское учение о творящей и сотворенной природе. Материя, согласно Аллену, не только не сотворена, но и не уничтожаема. Природа есть бесконечная смена форм материи, и только единичные предметы имеют свое естественное начало и конец. Близкий к взглядам Аллена круг идей, но в более развернутом виде содержит вышедшая десять лет спустя книга Пэйна «Age of reason» («Век разума»). Томас Пэйн (1737 - 1809 гг.) - популярнейший американский публицист революционного периода. Его политические памфлеты имели огромное распространение и оказали исключительное влияние на формирование буржуазно-революционной идеологии в Америке конца XVIII века. Его «Здравый смысл» впервые - до Вашингтона и Джефферсона - провозгласил лозунг американской независимости. Успех памфлета был колоссальный. За три месяца он разошелся в 120 тысячах экземплярах - тираж к тому времени неслыханный. Первое издание вышло (анонимно) 9 января 1776 года, 20 января памфлет вышел вторым, а 25 января - третьим изданием. В «Здравом смысле» Пэйн дает уничтожающую критику королевской власти вообще и английской монархии в частности. Критика эта такова, что в царской России более ста лет спустя невозможно было ее опубликование. Открыто призывая к национальному освобождению, Пэйн заканчивает памфлет словами: «Свободу травят на всем земном шаре. Азия и Африка давно уже изгнали ее. Европа смотрит на нее, как на чужестранку, а Англия предложила ей покинуть страну. Примите изгнанницу! Пришла пора создать убежище для человечества!» В 1774 году Пэйн прибыл в Америку из Англии с рекомендательным письмом Франклина и начал работу в филадельфийском журнале «Pennsylvania Magazine». Выпущенный им два года спустя «Здравый смысл» сразу поставил его в первые ряды борцов за американскую независимость. По окончании войны Пэйн возвращается в Англию. «Моя страна там - где свобода», - сказал однажды Франклин Пэйну. «А моя страна там - где нет свободы», - ответил Пэйн, имея ввиду, что его место там, где свободу надо завоевать. В 1791 году выходит его памфлет «Права человека» - апология французской революции, - направленной против известного антиреволюционного памфлета Бэрка. Оставаться в Англии после опубликования памфлета было невозможно. Пэйн переехал в революционную Францию. В Англии он был заочно осужден. Его книга сжигалась. Книгопродавцы, распространявшие ее, подвергались преследованиям.  Памфлеты, излагающие социально-политические воззрения Пэйна, всецело находятся в фарватере революционных идей буржуазной демократии и, в частности, обнаруживают большое влияние Руссо. «Человеческое правительство, как и человеческая одежда, - пишет Пэйн, - есть знак утраты невинного состояния, дворцы королей воздвигнуты на развалинах райских беседок». Пэйн защищает идею равенства людей от природы (он высказывается, в частности, за избирательные права женщин) и идею народоправия. Пэйн различает естественные и гражданские права - последние основаны на общественном договоре. Согласно Пэйну, общество и государство, или правительство, различны по сущности своей и по своему происхождению. Общество есть благо, общественный интерес совпадает с интересами образующих общество индивидов, государство же, для Пэйна, - неизбежное зло, продукт узурпации и завоевания. В революции он видит путь от основанного на насилии государства к основанной на естественной гармонии интересов общественной жизни. Пэйн не является поборником анархизма: он не противник правительства вообще, а лишь правительства, «не соответствующего принципам общества». Его цель - идеализированная буржуазно-демократическая республика. Революционная Франция встретила англо-американского революционера с триумфом. В четырех департаментах Пэйн был избран депутатом Конвента. Вместе с Дантоном и Кондорсе автор «Прав человека» был выделен в комиссию по выработке конституции французской республики.  По своим взглядам и политическим связям во Франции Пэйн примыкал к жирондистам. Он голосовал против казни Людовика XVI. Дальнейшее развитие революции и разгром бриссотинцев повлекли за собой арест Пэйна и десятимесячное заключение его в Люксембургскую тюрьму, откуда он был освобожден по ходатайству Джефферсона, переданного американским послом во Франции Монро.  Вторая часть книги «Век разума» была написана Пэйном в тюрьме, первая - закончена накануне ареста. Пэйн прямо называет себя деистом и с открытым забралом выступает против религии и церкви. «Я не верю, - пишет Пэйн в предисловии к первой части, - в догматы, исповедуемые иудейской церковью, католической церковью, греческой церковью, магометанской церковью, протестантской церковью, или какой бы то ни было другой. Мой собственный разум - вот моя церковь. Все национальные церковные организации… я считаю не чем иным, как человеческими изобретениями, цель которых - устрашать и порабощать человеческий род и монополизировать власть и доходы… Я считаю весьма вероятным, что революционное преобразование правительственной системы повлечет за собой революцию в религиозной системе…» Это уже не «удобная и мягкая форма избавления от религии» английских деистов-эзотериков, - здесь звучит боевой, насыщенный политической борьбой язык французских атеистических памфлетов. Достаточно сравнить оценку, данную Пэйном христианской религии и религиозной морали, с осторожной оценкой Франклина, чтобы увидеть различие двух линий в деизме. В то время как Франклин, отстраняя христианскую мифологию, превозносит моральную возвышенность христианства и его превосходство над другими религиями, Пэйн, направляя удар по главному, реальному врагу, пишет: «Из всех, когда-либо измышленных религиозных систем, нет более оскорбительной для божества, менее назидательной для людей, более противной разуму и противоречащей себе самой, чем христианство.… Как орудие власти оно служит интересам деспотизма; как средство к богатству оно служит жадности духовенства…». Пэйн отрицает божественность Христа, вознесение и воскрешение; учение о воздаянии он считает позднейшим изобретением, предназначенным для извлечения доходов от верующих; он выступает против мистерий, чудес, пророчеств, отвергает откровение и не признает священности «священного писания» - для него это книга, написанная смертными и подлежащая такой же исторической критике, как и всякая другая древняя книга.  Книгу за книгой Пэйн рассматривает библейские писания, доказывая их недостоверность. Он утверждает, что Библия моложе Гомера и является современницей басен Эзопа. Самое это сопоставление показывает, какую цену придавал Пэйн библейским свидетельствам. Ставя достоверность библейских сообщений в один ряд с баснями Эзопа, Пэйн противопоставляет их другой древней книге, служащей для него образцом истинности, - «Элементам» Эвклида. Книга, излагающая истину, подобно книге Эвклида, не нуждается в ссылках на откровение и божественный источник, она говорит сама за себя, ее истинность самоочевидна. Определив ложность фактических данных «священного писания», представляющих АО мнению Пэйна, помесь римских языческих мифов с иудейскими религиозными измышлениями, Пэйн переходит к критике этической стороны Библии. Он приходит к выводу, что описанные в ней подвиги являют «историю злостных преступлений и собрание самых низменных и гнусных россказней». В этой связи следует отметить характерную для революционного деятеля гневную тираду Пэйна против христианской заповеди: «любите врагов ваших».  Впечатление, которое производит антирелигиозный памфлет Пэйна, очень хорошо определяет сам автор: «Я прошел по Библии, как человек проходит по лесу, с топором за плечами, срубая деревья на своем пути. Вот лежат они…»  Век разума Пэйн противопоставляет веку невежества, отождествляемому им с периодом господства христианской религиозной идеологии. Пэйн убежден, что разум - несокрушимое оружие, что всеми своими знаниями человек обязан науке. Он мечтает о культурной революции, которая заставит проповедников сделаться учеными и превратит все храмы в научные школы. Отношение между познанием и его объектом, между мышлением и бытием Пэйн понимает материалистически. Он ратует за реальное, объективное познание вещей. «Познание не должно заключаться… в знании языков, а в знании вещей, которым язык дает имена». Науки - не человеческие измышления. Они предполагают объективное существование законов природы, познаваемых ими. Эти законы природы Пэйн считает вечными и неизменными. «Человек не творит принципов, он может только открывать их», - формулирует Пэйн свое материалистическое понимание познания. Он доказывает, что объективны не только открываемые астрономией законы движения небесных тел, объективно и математическое познание. Треугольники, говорит Пэйн, - не порождение человеческого разума, а образы объективных принципов. Треугольник математика «так же не создает своего принципа, как свеча, внесенная в комнату, не создает невидимых без нее столов и стульев. Все свойства треугольника существуют независимо от начертанной нами фигуры, и они существовали до того, как люди начертали или помыслили какой-либо треугольник. Таковы четкие основы метафизического материализма Пэйна. Неизменные объективные законы природы Пэйн понимал механистически. «Человек, который прилаживает друг к другу различные части мельницы, - по мнению Пэйна, - применяет те самые научные принципы, которые он применял бы, будь в его власти построить вселенную».  Но Пэйн не был последовательным материалистом даже в понимании природы. Деистический привесок кладет границу его материализму: Пэйн допускает божественную первопричину всех вещей. Однако деистическая пленка, обволакивающая его материализм, очень тонка и непрочна. «Трудно понять, - говорит Пэйн, оправдывая свой деизм, - что такое первопричина, но еще труднее понять беспричинность; трудно понять бесконечность пространства и времени, но столь же трудно понять их конечность, и невозможно предположить время, когда не было времени». Проблема конечного и бесконечного и понятие самопричины служат камнями преткновения для его метафизического материализма. Таковы взгляды этого представителя радикального, материалистического крыла американского деизма. Томасу Куперу (1759 - 1839 гг.) так же, как и другим деятелям революционного периода, свойственна разносторонность интересов и энциклопедичность образования. Он активный участник революционного движения, страстный публицист, философ, химик, юрист, экономист, геолог, медик. Хотя, в отличие от ведущих умов американского Просвещения, Купер был профессиональным ученым, вся его жизнь и деятельность неразрывными узами связаны с буржуазно-демократической революцией в Америке. Родом из Вестминстера Купер обучался на юриспруденции в Оксфордском университете, а затем медицине и химии в Лондоне и Манчестере. Его материалистические взгляды сложились под непосредственным влиянием Пристли. Политическая деятельность Купера началась в Манчестере выступлениями в защиту буржуазно-демократических идей. Купер высказывался за политическое равенство, за женское равноправие, за право народа на революцию. В 1787 году он выступил с «Письмами» против работорговли. Французскую революцию Купер и его манчестерские единомышленники встретили с энтузиазмом. Они целиком разделяли взгляды, высказанные в памфлете Пэйна, которого Купер назвал «замечательным другом человечества и превосходным писателем». В 1792 году Купер вместе с Уаттом уезжает в Париж, где они оглашают приветственный адрес французским якобинцам от манчестерских друзей. Последовавшее за этим обвинение их Берком в деятельности, направленной против интересов Англии, получило достойную отповедь в памфлете Купера, вышедшем в 1792 году. Таким образом, мировоззрение Купера сформировалось под влиянием материализма Пристли и политических идей якобинцев. В 1793 году Купер вместе с семьей Пристли эмигрирует в США и включается в активную политическую борьбу в рядах партии Джефферсона. Купера федералисты прозвали «якобинским эмиссаром». При президентстве Джефферсона он работал судьей. В 1811 году Купер начинает свою преподавательскую деятельность в качестве профессора химии. Более чем двадцатилетняя научно-педагогическая работа Купера в США наполнена острой борьбой против церковников, яростно противодействовавших всем его просветительным начинаниям и неотступно его травивших. Когда в 1819 году Купер был, по рекомендации Джефферсона, приглашен профессором Виргинского университета, клерикалы решительно воспротивились этому назначению, и, несмотря на все старания Джефферсона, Куперу не удалось приступить к работе. В 1820 году Купер принимает приглашение Колумбийского колледжа (Южная Каролина) и начинает там чтение курсов лекций по химии, геологии и минералогии, а в следующем году становится во главе колледжа. Снова начались интриги и преследования со стороны церковников, приведшие к удалению Купера из колледжа. На этой яркой страничке из истории идеологической борьбы стоит остановиться подробнее. Еще будучи в Англии, Купер опубликовал материалистическую работу, озаглавленную «Этический, теологический и политический трактат» (1789 год). Защищая в этой работе материалистическое учение, Купер отрицает в ней существование души как особой субстанции, свободу воли, загробное возмездие, догматы Троицы. В своих воспоминаниях о Пристли, напечатанных в США в 1806 году, Купер снова выступает против перечисленных религиозных основоположений. В целой серии антирелигиозных памфлетов, выпускавшихся Купером анонимно, начиная с 1829 года, он подвергает сокрушительной критике кальвинистское учение, отрицает Божественное происхождение Библии, опровергает учение о сотворении мира, основываясь на геологии.  Каролинским клирикам не было известно содержание писем Купера. Им неизвестно было письмо Купера Дикерсону, в котором говорится о «холере, гремучих змеях, москитах, факирах всех и всяких родов - азиатских и европейских, папистских и протестантских». Но и того, что было известно церковникам, было достаточно для звериной ненависти к нему. Темным пятном в политической биографии Купера являются его выступления против северян, в защиту рабовладения. Купер открыто называл свое учение материализмом и считал «истину доктрины материализма столь же непреложной, как то, что золото тяжело, чернила черны, вода жидка. В центре философских интересов Купера проблема души и тела, обоснование материалистического тезиса «материя мыслит». В своей полемике против Мальбранша, Лейбница, кембриджских платоников, метафизики Декарта и шотландской школы он подвергает критике идеалистическое учение о нематериальной субстанции и доказывает зависимость психических актов от физических процессов, в частности от деятельности мозга. В соответствии с материалистическим решением психофизической проблемы Купер отвергал врожденные идеи и отрицал бессмертие души.


 

А также другие работы, которые могут Вас заинтересовать

38033. Форматирование текста 44.5 KB
  Форматирование текста Цель работы: используя теги разбивки текста логического и физического форматирования текста создать страницу по данному образцу. Теги разбивки текста h1 т h1 h2 т h2 h3 т h3 h4 т h4 h5 т h5 h6 т h6 заголовки стилей 1 2 3 4 5 6. Атрибут: lign= задает положение текста абзаца на строке. Значения: left выровнять текст по левому краю center выровнять текст по центру right выровнять текст по правому краю.
38034. Работа с цветом фона страницы и цветом шрифта. Задание бегущей строки 159.5 KB
  Работа с цветом фона страницы и цветом шрифта. Контейнер описания шрифта может быть помещен в любой другой контейнер. задает имя шрифта или несколько возможных шрифтов. Броузер берет последующий шрифт если у него нет предыдущего; size= задает размер шрифта.
38035. Нумерованные и маркированные списки 60.5 KB
  Сдвиг один Сдвиг другой Сдвиг сякой Хочу обратить ваше внимание что это прописано без параметра type но при помощи тэга ul : ul li Сдвиг один li ul ul ul li Сдвиг другой li ul ul ul ul ul li Сдвиг сякой li ul ul ul Списки могут быть и вложенными: как это выглядит: Код: тема 1 подтема 1 подтема 2 подподтема подтема 3 тема 2 UL LI тема 1 OL LI подтема 1 LI подтема 2 OL strt= 10 LI подподтема OL LI подтема 3 OL LI тема 2 UL Оформление списков может нумероваться...
38036. Вставка изображений на WEB-страницу 274.5 KB
  Если картинка лежит в поддиректории то ссылка на неё будет выглядеть так img src= путь к картинке название картинки.расширение картинки Для вашего удобства кладите картинку в ту же директорию что и документ тогда путаницы будет меньше и записывать короче img src= название картинки.расширение картинки Если картинка лежит на уровень выше а документ находится в поддиректории то ссылка на неё будет такой: img src= . название картинки.
38037. Гиперссылки 138.5 KB
  href= т ссылка. Атрибуты: href= задает URL адрес. Чтобы по ссылке в левом кадре открылся файл в правом кадре конструкция ссылки в файле загруженном в левый кадр должна быть такой: href= имя файлаимя метки trget= правый указатель ссылки где: имя файла имя файла загружаемого в правый кадр имя метки имя метки в этом файле. Принципы прописывания пути здесь такие же как в случае с картинками: 1 href= prf.
38038. Интегрирование мультимедиа на WEB-страницу 260.5 KB
  Если на странице обнаружен элемент embed или object то производится попытка использовать один из имеющихся плагинов для вывода мультимедиафайла в окне браузера. Применяется созданный компанией Netscpe и получивший широкое распространение элемент embed . Например: embed nme= Moviel src= moviel.com quicktime downlod embed ПРИМЕЧАНИЕ Internet Explorer 5.