26367

Семилетняя война 1756-1763 г. и европейская дипломатия вт.пол. XVIII в

Доклад

История и СИД

Первая 1740 1742 и вторая 1744 1748 Силезские войны являются составной частью Войны за австрийское наследство. Североамериканский театр войны называют франкоиндейской войной. Причины войны Первые выстрелы Семилетней войны раздались задолго до её официального объявления и не в Европе а за океаном. Фридрих считая войну с Австрией неизбежной и сознавая ограниченность своих ресурсов сделал ставку на английское золото а также на традиционное влияние Англии на Россию рассчитывая удержать Россию от участия в предстоящей войне и избежать...

Русский

2013-08-18

62.81 KB

6 чел.

56.Семилетняя война 1756-1763 г. и европейская дипломатия вт.пол. XVIII в.

Семиле́тняя война́ (1756—1763) — крупный военный конфликт XVIII века, один из самых масштабных конфликтов Нового времени. Семилетняя война шла как в Европе, так и за океаном: в Северной Америке, в странах Карибского бассейна, Индии, на Филиппинах. В войне приняли участие все европейские великие державы того времени, а также большинство средних и мелких государств Европы, некоторые индейские племена. Уинстоном Черчиллем война даже была названа «первой мировой войной»[3]. Войну считают колониальной, так как в ней столкнулись колониальные интересы Великобритании, Франции и Испании, а также первой окопной — из-за применения в войне большого количества редутов и других быстровозводимых укреплений — и первой артиллерийской войной: число пушек в ней с 1756 года — 2 на 1000 штыков, с 1759 года — 3—4 пушки на 1000 штыков и 5—6 пушек в 1761 году. Основное противостояние в Европе происходило между Австрией и Пруссией из-за Силезии, потерянной Австрией в предыдущих Силезских войнах. Поэтому Семилетнюю войну называют также третьей Силезской войной. Первая (1740—1742) и вторая (1744—1748) Силезские войны являются составной частью Войны за австрийское наследство. В шведской историографии война известна как Померанская война (швед. Pommerska kriget), в Канаде — как «Завоевательная война» (англ. The War of the Conquest) и в Индии как «Третья Карнатская война» (англ. The Third Carnatic War). Североамериканский театр войны называют франко-индейской войной. Обозначение «семилетняя» война получила в 80-х годах XVIII века, до того о ней говорили как о «недавней войне».

Причины войны

Первые выстрелы Семилетней войны раздались задолго до её официального объявления, и не в Европе, а за океаном. В 1754—1755 гг. англо-французское колониальное соперничество в Северной Америке привело к пограничным стычкам между английскими и французскими колонистами. К лету 1755 года столкновения вылились в открытый вооруженный конфликт, в котором начали участвовать и индейцы-союзники, и регулярные воинские части (см. Франко-индейская война). В 1756 году Великобритания официально объявила войну Франции.

«Переворачивание альянсов»

Этот конфликт нарушил сложившуюся в Европе систему военно-политических союзов и вызвал внешнеполитическую переориентацию ряда европейских держав, известную как «переворачивание альянсов». Традиционное соперничество между Австрией и Францией за гегемонию на континенте было ослаблено появлением третьей силы: Пруссия, после прихода к власти в 1740 году Фридриха II, начала претендовать на ведущую роль в европейской политике. Победив в Силезских войнах, Фридрих отнял у Австрии Силезию, одну из богатейших австрийских провинций, в результате увеличив территорию Пруссии с 118,9 тыс. до 194,8 тыс. квадратных километров, а население — с 2 240 000 до 5 430 000 человек. Понятно, что Австрия не могла так просто смириться с потерей Силезии. Начав войну с Францией, Великобритания в январе 1756 года заключила союзный договор с Пруссией, желая тем самым обезопасить себя от угрозы французского нападения на Ганновер, наследственное владение английского короля на континенте. Фридрих, считая войну с Австрией неизбежной и сознавая ограниченность своих ресурсов, сделал ставку на «английское золото», а также на традиционное влияние Англии на Россию, рассчитывая удержать Россию от участия в предстоящей войне и избежать, тем самым, войны на два фронта. Переоценив влияние Англии на Россию, он, в то же время, явно недооценил возмущение, вызванное его договором с англичанами во Франции. В итоге Фридриху придётся воевать с коалицией из трёх сильнейших континентальных держав и их союзников, окрещённой им «союзом трёх баб» (Мария-Терезия, Елизавета и мадам Помпадур). Однако за шутками прусского короля в отношении его противниц скрывается неуверенность в своих силах: слишком неравны силы в войне на континенте, Англия, не имеющая сильной сухопутной армии, кроме субсидий, мало чем сможет ему помочь. Заключение англо-прусского союза подтолкнуло Австрию, жаждущую реванша, пойти на сближение со своим старым врагом — Францией, для которой Пруссия отныне также стала врагом (Франция, поддерживавшая Фридриха в первых Силезских войнах и видевшая в Пруссии всего лишь послушное ей орудие сокрушения австрийской мощи, смогла убедиться в том, что Фридрих и не думает считаться с предназначенной ему ролью). Автором нового внешнеполитического курса стал знаменитый австрийский дипломат того времени граф Кауниц. Между Францией и Австрией был подписан в Версале оборонительный союз, к которому в конце 1756 года присоединилась Россия. В России усиление Пруссии воспринималось как реальная угроза её западным границам и интересам в Прибалтике и на севере Европы. Тесные связи с Австрией, союзный договор с которой был подписан ещё в 1746 году, также повлияли на определение позиции России в назревающем европейском конфликте. Традиционно тесные связи существовали и с Англией. Любопытно, что, разорвав дипломатические отношения с Пруссией задолго до начала войны, Россия, тем не менее, в течение всей войны не порывает дипломатических отношений с Англией. Ни одна из стран-участниц коалиции не была заинтересована в полном уничтожении Пруссии, рассчитывая использовать её в будущем в своих интересах, однако все были заинтересованы в ослаблении Пруссии, в возвращении её к границам, существовавшим до Силезских войн. Таким образом, участниками коалиции война велась за реставрацию старой системы политических отношений на континенте, нарушенной результатами Войны за австрийское наследство. Объединившись против общего врага, участники антипрусской коалиции и не думали забывать о своих традиционных разногласиях. Несогласие в стане противника, вызванное противоречивыми интересами и пагубно сказавшееся на ведении войны, явилось в итоге одной из основных причин, позволивших Пруссии устоять в противоборстве. Вплоть до конца 1757 года, когда успехи новоявленного Давида в борьбе с «Голиафом» антипрусской коалиции создали королю клуб поклонников в Германии и за её пределами, никому в Европе не приходило в голову всерьёз считать Фридриха «Великим»: в то время большинство европейцев видело в нём нахального выскочку, которого давно пора поставить на место. Для осуществления этой цели союзники выставили против Пруссии огромную армию в количестве 419 000 солдат. В распоряжении Фридриха II было лишь 200 000 солдат плюс 50 000 защитников Ганновера, нанятых за английские деньги.

Европейский театр войны

1756 год: нападение на Саксонию

Не дожидаясь, пока противники Пруссии развернут свои силы, Фридрих II 29 августа 1756 года первым начал военные действия, внезапно вторгшись в союзную с Австрией Саксонию и оккупировав её. 1 (11) сентября 1756 года Елизавета Петровна объявила Пруссии войну. 9 сентября пруссаки окружили саксонскую армию, стоявшую лагерем под Пирной. 1 октября шедшая на выручку саксонцам 33,5 тысячная армия австрийского фельдмаршала Броуна была разбита при Лобозице. Оказавшись в безвыходном положении, восемнадцатитысячная армия Саксонии капитулировала 16 октября. Попавшие в плен, саксонские солдаты были силой загнаны в прусскую армию. Позднее они «отблагодарят» Фридриха, перебегая к противнику целыми полками. Саксония, располагавшая вооружёнными силами размером в средний армейский корпус и к тому же связанная вечными неурядицами в Польше (саксонский курфюрст являлся по совместительству польским королём), не представляла, разумеется, никакой военной угрозы для Пруссии. Агрессия против Саксонии была вызвана намерениями Фридриха:

использовать Саксонию как удобную операционную базу для вторжения в австрийские Богемию и Моравию, снабжение прусских войск здесь могло быть организовано по водным путям, по Эльбе и Одеру, в то время, как австрийцам пришлось бы использовать неудобные горные дороги;

перенести войну на территорию противника, заставив его, таким образом, платить за неё и, наконец,

использовать людские и материальные ресурсы зажиточной Саксонии для собственного усиления. Впоследствии он осуществил свой план ограбления этой страны настолько удачно, что некоторые саксонцы и поныне недолюбливают жителей Берлина и Бранденбурга.

Несмотря на это, в германской (не австрийской!) историографии до сих пор принято считать войну со стороны Пруссии оборонительной войной. Аргументация при этом такова, что война всё равно была бы начата Австрией и её союзниками, независимо от того, напал бы Фридрих на Саксонию или нет. Противники такой точки зрения возражают: война началась не в последнюю очередь из-за прусских завоеваний и первым её актом стала агрессия против слабозащищённого соседа.

1757 год: Битвы при Колине, Росбахе и Лейтене, Россия начинает военные действия

Богемия, Силезия

 

Усилив себя поглощением Саксонии, Фридрих в то же время добился и противоположного эффекта, подстегнув своих противников к активным наступательным действиям. Теперь ему ничего не оставалось, кроме, пользуясь немецким выражением, «бегство вперёд» (нем. Flucht nach vorne). Рассчитывая на то, что Франция и Россия не смогут вступить в войну раньше лета, Фридрих намеревается до этого времени разбить Австрию. В начале 1757 года прусская армия, двигаясь четырьмя колоннами, вступила на территорию Австрии в Богемии. Австрийская армия под началом принца Лотарингского насчитывала 60 000 солдат. 6 мая пруссаки нанесли поражение австрийцам и блокировали их в Праге. Взяв Прагу, Фридрих собирается, не откладывая, идти на Вену. Однако планам блицкрига был нанесён удар: на помощь осажденным пришла 54-тысячная австрийская армия под командованием фельдмаршала Л. Дауна. 18 июня 1757 года в окрестностях города Колин 34-тысячная армия пруссаков вступила в бой с австрийцами. Фридрих II проиграл этот бой, потеряв 14 000 человек и 45 орудий. Тяжёлое поражение не только разрушило миф о непобедимости прусского полководца, но и, что важнее, заставило Фридриха II снять блокаду Праги и поспешно отступить в Саксонию. Вскоре возникшая в Тюрингии со стороны французов и Имперской армии («цесарцев») угроза вынуждает его отбыть туда с основными силами. Имея с этого момента значительное численное превосходство, австрийцы одерживают ряд побед над генералами Фридриха (при Мойсе 7 сентября, при Бреслау 22 ноября), в их руках оказываются ключевые силезские крепости Швейдниц (ныне Свидница, Польша) и Бреслау (ныне Вроцлав, Польша). В октябре 1757 года австрийскому генералу Хадику удается внезапным налётом летучего отряда на короткое время захватить столицу Пруссии, город Берлин. Отведя угрозу со стороны французов и «цесарцев», Фридрих II перебросил сорокатысячную армию в Силезию и 5 декабря одержал решительную победу над австрийской армией при Лейтене. В результате этой победы было восстановлено существовавшее в начале года положение. Таким образом, итогом кампании стала «боевая ничья».

Средняя Германия

Весной 1757 года в войну вступила Франция, армия которой считалась одной из сильнейших в Европе, уступая только русской (в ходе Семилетней войны слава французов сильно померкнет). В апреле 70 000 французов под командованием маршала Луи д’Эстре заняли Гессен-Кассель и затем Ганновер, нанеся поражение тридцатитысячному ганноверскому войску. Вторая, сорокатрёхтысячная армия французов и имперцев под командованием принца Шарля де Субиза в августе 1757 года подошла к Эйзенаху, угрожая вторжением в Пруссию. Фридрих II выдвинул против неё свои главные силы. 5 ноября в окрестностях села Росбах прусская армия численностью 22 000 человек внезапным ударом наголову разгромила французов.

Восточная Пруссия

Летом 1757 года боевые действия начала Россия. Её армия под командованием 54-летнего фельдмаршала С. Ф. Апраксина в составе 65 000 солдат, включая большое количество казаков и калмыков, прибыла в Курляндию, не получив от руководства конкретных указаний. Поскольку и сам Апраксин всячески старался не предпринимать никаких резких шагов, то армия находилась в подвешенном состоянии. Наконец, фельдмаршал получил приказ действовать в Восточной Пруссии. Поход был начат в мае 1757 года, но перейти прусскую границу Апраксин решился только в середине июля. Военные действия развивались для России успешно: корпус генерала Виллима Фермора при помощи Балтийского Флота взял г.Мемель, а первое серьёзное столкновение основной русской армии с пруссаками при Гросс-Егерсдорфе завершилось решительной победой русского оружия (несмотря на то, что пруссаки неожиданно напали на русскую армию на марше, они были вскоре опрокинуты). Однако 27 августа на военном совете армии было решено отступить из Восточной Пруссии, по слухам, Апраксин боялся, что тяжело больную в то время Елизавету со дня на день может сменить на престоле Петр III, известный своей любовью к Пруссии и её порядкам. Русская армия отошла из Восточной Пруссии обратно в Курляндию. Однако Елизавета Петровна вскоре выздоровела, а 16 октября 1757 года генерал-фельдмаршал Апраксин был снят с должности главнокомандующего, отозван в Петербург и арестован (6 августа 1758 г. умер в тюрьме).

Побережье Балтийского моря

Швеция, также воюющая против Пруссии, занимает в 1757 году ряд небольших, слабо защищённых городов в Померании. Переброшенный сюда после ухода русских из Восточной Пруссии фельдмаршал Левальд, командовавший прусскими войсками в битве при Гросс-Егерсдорфе, быстро восстанавливает положение, шведы осаждены в Штральзунде.

1758 год: Битвы при Цорндорфе и Хохкирхе не приносят решающего успеха ни одной из сторон

Новым главнокомандующим русских стал генерал-фельдмаршал Виллим Виллимович Фермор. В начале 1758 года он занял, не встречая сопротивления, всю Восточную Пруссию, включая её столицу, город Кенигсберг, направившись затем в сторону Бранденбурга. В августе он осадил Кюстрин — ключевую крепость на пути к Берлину. Фридрих незамедлительно двинулся к нему навстречу. Сражение произошло 14 августа у деревни Цорндорф и отличалось потрясающим кровопролитием. У русских насчитывалось в армии 42 000 солдат при 240 орудиях, а у Фридриха 33 000 солдат при 116 орудиях. Битва выявила несколько больших проблем в русской армии — недостаточное взаимодействие отдельных частей, слабую моральную подготовку обсервационного корпуса (т. н. «шуваловцев»), наконец, поставило под сомнение компетентность самого главнокомандующего. В критический момент боя Фермор оставил армию, некоторое время не руководил ходом боя и появился лишь к развязке. Клаузевиц назвал позже Цорндорфское сражение самым странным сражением Семилетней войны, имея в виду его хаотичный, непредсказуемый ход. Начавшись «по правилам», оно вылилось в итоге в большую резню, распавшись на множество отдельных схваток, в которых русские солдаты показали непревзойдённое упорство, по словам Фридриха, их мало было убить, нужно было ещё и повалить. Обе стороны дрались до полного изнеможения и понесли огромные потери. Русская армия потеряла 16 000 человек, пруссаки 11 000. Противники ночевали на поле боя, на следующий день Фридрих опасаясь приближения дивизии Румянцева развернул свою армию и увёл её в Саксонию. Русские войска отошли к Висле. Генерал Пальмбах, посланный Фермором осаждать Кольберг, долго простоял под стенами крепости, так ничего и не совершив. 14 октября австрийцам, действовавшим в Южной Саксонии, удалось нанести поражение Фридриху при Хохкирхе, впрочем, без особых последствий. Победив в сражении, австрийский командующий Даун увёл свои войска обратно в Богемию. Успешней складывалась для пруссаков война с французами, тех они за год побили трижды: при Рейнберге, при Крефельде и при Мере. В целом, хотя кампания 1758 года и завершилась для пруссаков более или менее удачно, она дополнительно ослабила прусские войска, понёсшие за три года войны значительные, для Фридриха невосполнимые, потери: с 1756 по 1758 год он потерял, не считая попавших в плен, 43 генерала убитыми или умершими от полученных в сражениях ран, среди них лучших своих военачальников, таких, как Кейт, Винтерфельд, Шверин, Мориц фон Дессау и других.

1759 год: Разгром пруссаков при Кунерсдорфе, «чудо Бранденбургского дома»

Полный разгром прусской армии. В результате одержанной победы дорога для наступления союзников на Берлин была открыта. Пруссия оказалась на грани катастрофы. «Всё потеряно, спасайте двор и архивы!» — панически писал Фридрих II. Однако преследование не было организовано. Это дало возможность Фридриху собрать войско и приготовиться к обороне Берлина. От окончательного поражения Пруссию спасло лишь так называемое «чудо Бранденбургского дома». 8 (19) мая 1759 года главнокомандующим российской армией, сосредоточенной на тот момент в Познани, вместо В. В. Фермора был неожиданно назначен генерал-аншеф П. С. Салтыков. (Причины отставки Фермора не до конца ясны, известно, однако, что Санкт-Петербургская конференция неоднократно выражала неудовольствие отчётами Фермора, их нерегулярностью и запутанностью, Фермор не мог отчитаться в расходовании значительных сумм на содержание войска. Возможно, на решение об отставке повлияли и нерешительный исход сражения при Цорндорфе и неудачные осады Кюстрина и Кольберга). 7 июля 1759 года сорокатысячная русская армия выступила на запад к реке Одер, в направлении города Кросен, намериваясь там соединиться с австрийскими войсками. Дебют нового главнокомандующего был удачен: 23 июля в сражении при Пальциге (Кае) он наголову разбил двадцативосьмитысячный корпус прусского генерала Веделя. 3 августа 1759 г союзники встретились в городе Франкфурт-на-Одере, за три дня перед этим занятом российскими войсками. В это время прусский король с армией 48 000 человек, располагавшей 200 орудиями, двигался навстречу с противником с юга. 10 августа он переправился на правый берег реки Одер и занял позицию восточнее селения Кунерсдорф. 12 августа 1759 года произошло прославленное сражение Семилетней войны — Кунерсдорфское сражение. Фридрих был наголову разбит, из 48-тысячной армии у него, по собственному признанию, не осталось и 3 тысяч солдат. «По правде говоря, — писал он своему министру после битвы, — я верю в то, что всё потеряно. Гибели моего Отечества я не переживу. Прощайте навсегда». После победы при Кунерсдорфе союзникам оставалось лишь нанести последний удар, взять Берлин, дорога на который была свободна, и тем принудить Пруссию к капитуляции, однако разногласия в их стане не позволили им использовать победу и закончить войну. Вместо наступления на Берлин они увели свои войска прочь, обвиняя друг друга в нарушении союзнических обязательств. Сам Фридрих назвал своё неожиданное спасение «чудом Бранденбургского дома». Фридрих спасся, но неудачи продолжали преследовать его до конца года: 20 ноября австрийцам, совместно с имперскими войсками, удалось окружить и принудить к позорной, без боя, сдаче 15-тысячный корпус прусского генерала Финка при Максене. Тяжёлые поражения 1759 года побудили Фридриха обратиться к Англии с инициативой созыва мирного конгресса. Англичане поддержали её тем охотней, что они, со своей стороны, считали основные цели в этой войне достигнутыми. 25 ноября 1759 года, через 5 дней после Максена, представителям России, Австрии и Франции было передано в Рысвике приглашение на мирный конгресс. Франция сигнализировала своё участие, однако дело кончилось ничем из-за непримиримой позиции, занятой Россией и Австрией, рассчитывавшими использовать победы 1759 года для нанесения Пруссии завершающего удара в кампании следующего года. Между тем Англия на море победила французский флот в Киберонском заливе.

1760 год: Пиррова победа Фридриха при Торгау

Потери обеих сторон огромны: более 16 000 у пруссаков, около 16 000 (по другим данным, более 17 000) у австрийцев. От австрийской императрицы Марии Терезии их действительная величина скрывалась, но и Фридрих запретил публикацию списков погибших. Для него понесённые потери невосполнимы: в последние годы войны основным источником пополнения прусской армии являются военнопленные. Загнанные силой в прусскую службу, они при любом удобном случае перебегают к противнику целыми батальонами. Прусская армия не только сокращается, но и утрачивает свои качества. Её сохранение, будучи вопросом жизни и смерти, становится отныне основной заботой Фридриха и вынуждает его отказаться от активных наступательных действий. Последние годы Семилетней войны заполнены маршами и маневрами, крупных сражений, подобных сражениям начального этапа войны, не происходит. Победа при Торгау достигнута, значительная часть Саксонии (но не вся Саксония) возвращена Фридрихом, но это не та окончательная победа, ради которой он был готов «рискнуть всем». Война продлится ещё три долгих года. Война, таким образом, продолжалась. В 1760 году Фридрих с трудом довел численность своей армии до 200 000 солдат. Франко-австро-российские войска к этому времени насчитывали до 375 000 солдат. Однако, как и в прежние годы, численное превосходство союзников было сведено на нет отсутствием единого плана и несогласованности в действиях. Прусский король, пытаясь воспрепятствовать действиям австрийцев в Силезии, 1 августа 1760 года переправил свою тридцатитысячную армию через Эльбу и, при пассивном преследовании австрийцев, к 7 августа прибыл в район Лигница. Вводя в заблуждение более сильного противника (у фельдмаршала Дауна к этому времени было около 90 000 солдат), Фридрих II вначале активно маневрировал, а затем решил прорваться к Бреслау. Пока Фридрих и Даун взаимно изматывали войска своими маршами и контрмаршами, австрийский корпус генерала Лаудона 15 августа в районе Лигница внезапно столкнулся с прусскими войсками. Фридрих II неожиданно атаковал и разбил корпус Лаудона. Австрийцы потеряли до 10 000 убитыми и 6 000 плененными. Фридрих, потерявший в этом сражении около 2 000 человек убитыми и ранеными, сумел вырваться из окружения. Едва избежав окружения, прусский король чуть не потерял собственную столицу. 3 октября (22 сентября) 1760 г деташемент генерал-майора Тотлебена штурмует Берлин. Штурм отбит, и Тотлебену приходится отойти к Кёпенику, где дожидаться назначенных в подкрепление корпусов генерал-поручика З. Г. Чернышёва (усилен 8-тысячным корпусом Панина) и австрийского корпуса генерала Ласси. Вечером 8 октября на военном совете в Берлине ввиду подавляющего численного превосходства противника было принято решение об отступлении, и той же ночью прусские войска, защищавшие город, уходят к Шпандау, оставив в городе гарнизон в качестве «объекта» капитуляции. Гарнизон приносит капитуляцию Тотлебену, как генералу, первым осадившему Берлин. Незаконное, по меркам военной чести, преследование противника, отдавшего врагу крепость, перенимают корпус Панина и казаки Краснощёкова, им удается разбить прусский арьергард и захватить более тысячи пленных. Утром 9 октября 1760 года русский отряд Тотлебена и австрийцы (последние в нарушение условий капитуляции) вступают в Берлин. В городе были захвачены орудия и ружья, взорваны пороховые и оружейные склады. На население была наложена контрибуция. При известии о приближении Фридриха с основными силами пруссаков, союзники в панике оставляют столицу Пруссии. Получив в пути известие об оставлении русскими Берлина, Фридрих поворачивает в Саксонию. В то время, как он вёл военные действия в Силезии, Имперской армии удалось вытеснить оставленные в Саксонии для заслона слабые силы пруссаков, Саксония потеряна для Фридриха. Этого он допустить никак не может: людские и материальные ресурсы Саксонии необходимы ему для продолжения войны. 3 ноября 1760 у Торгау состоится последнее крупное сражение Семилетней войны. Его отличает невероятная ожесточённость, победа клонится то на одну, то на другую сторону несколько раз в течение дня. Австрийский командующий Даун успевает отправить гонца в Вену с вестью о разгроме пруссаков и лишь к 9 вечера становится ясно, что он поторопился. Фридрих выходит победителем, однако это Пиррова победа: за один день он теряет 40 % своей армии. Восполнить подобные потери он более не в состоянии, в последний период войны он вынужден отказаться от наступательных действий и предоставить инициативу своим противникам в надежде, что они по своей нерешительности и неповоротливости не смогут ей как следует воспользоваться. На второстепенных театрах войны противникам Фридриха сопутствуют некоторые успехи: шведам удаётся утвердиться в Померании, французам — в Гессене.

1761—1763 годы: второе «чудо Бранденбургского дома»

В 1761 году сколько-нибудь значительных столкновений не происходит: война ведётся в основном маневрированием. Австрийцам удаётся овладеть вновь Швейдницем, русские войска под командованием генерала Румянцева берут Кольберг (ныне Колобжег). Взятие Кольберга явится единственным крупным событием кампании 1761 года в Европе. Никто в Европе, не исключая самого Фридриха, в это время не верил, что Пруссии удастся избежать поражения: ресурсы маленькой страны были несоизмеримы с мощью её противников, и чем дальше война продолжалась, тем большее значение приобретал этот фактор. И вот тогда, когда Фридрих уже активно зондировал через посредников возможность начала мирных переговоров, умирает его непримиримая противница, императрица Елизавета Петровна, заявившая однажды о своей решимости продолжать войну до победного конца, даже если бы ей пришлось для этого продать половину своих платьев. 5 января 1762 года на российский престол взошёл Пётр III, который спас от поражения Пруссию, заключив Петербургский мир с Фридрихом, своим давним кумиром. В результате Россия добровольно отказалась от всех своих приобретений в этой войне (Восточная Пруссия с Кёнигсбергом, жители которой, в том числе Иммануил Кант, уже присягнули на верность русской короне) и предоставила Фридриху корпус под началом графа З. Г. Чернышёва для войны против австрийцев, своих недавних союзников. Политика Петра III вызвала возмущение в русском обществе, способствовала падению его популярности и, в конечном итоге, его свержению. Дело было не в преклонении Петра перед Фридрихом, Фридрихом восхищались тогда и потом многие: Наполеон, классики марксизма и т. д., но в том, что в жертву своему личному чувству он принёс интересы страны, которой был призван управлять. Не мир с Пруссией как таковой, но мир на заключённых Петром условиях выглядел как оскорбление понесённых в войне жертв. Пётр был отстранен от власти и вскоре умер при «невыясненных» обстоятельствах. Свергнувшая его Екатерина II расторгла союзный договор с Пруссией и отозвала корпус Чернышёва, но войну вновь не объявила, подтвердив мир, заключённый её супругом. С её стороны это было мудрым решением: не укрепив как следует своего положения в Санкт Петербурге, она не желала подвергать его дополнительному риску, неизбежно связанному с участием в большой войне. Фридриху это также было нá руку. В то время, как его противники заметно выдыхались, он обрёл, благодаря событиям в России, второе дыхание, и ему вновь сопутствовал успех. В последний период войны произошли две битвы, значительные по числу участников, но многократно уступающие битвам начального периода войны по ожесточению и потерям: при Буркерсдорфе 21 июля 1762 года и при Фрайберге 29 октября того же года. В обеих победу торжествовали пруссаки. В первой из этих битв пассивное участие принимал корпус Чернышёва, получившего к тому времени приказ Екатерины об отходе, но задержавшего, по просьбе Фридриха, отход на три дня. Не зная, что противник в действительности малочисленней, так как русские войска не могут вступить в сражение и находятся в составе прусской армии на положении наблюдателей, австрийцы отступили. При Фрайберге победу одержал брат Фридриха, также талантливый полководец, принц Генрих Прусский. И, наконец, летом того же года в Гессене французы дважды, при Вильгельмстале и Лутерберге, потерпели поражения.

Итоги войны

Вслед за Россией 22 мая 1762 года был подписан предварительный мирный договор между Пруссией и Францией, а 24 ноября — перемирие между Пруссией и Австрией. В начале 1763 года Семилетняя война завершилась в результате полного истощения воюющих сторон. 10 февраля между Великобританией и Францией был заключён Парижский мирный договор. Франция уступала Англии Канаду, Восточную Луизиану, некоторые острова Карибского моря, а также основную часть своих колоний в Индии. Война покончила с могуществом Франции в Америке, Франция потеряла почти все свои колониальные владения, а Великобритания приобрела статус доминирующей колониальной державы. Франция уступила Испании Западную Луизиану (возвращена в 1800 году), Испания уступила Англии Флориду (потеряна в результате войны за независимость США). 15 февраля 1763 года Пруссия подписала с Австрией и Саксонией Губертусбургский мирный договор, подтвердивший права Пруссии на Силезию и графство Глац (ныне город Клодзко в Нижнесилезском воеводстве Польши). Война окончилась победой англо-прусской коалиции. В итоге войны Пруссия окончательно входит в круг ведущих европейских держав. Начинается процесс, завершившийся в конце XIX века объединением немецких земель во главе с Пруссией. Силезские войны определили внешнюю политику Пруссии на целое столетие. Начиная с Первой Силезской войны и за исключением короткого периода наполеоновских войн она, вплоть до 1866 года, является враждебной Австрии, в то же время прусские короли ищут поддержки России. Курс на сближение с Россией был проложен Фридрихом II вскоре после окончания Семилетней войны (1764 год). В обычной своей циничной манере он обосновал его так:«Для нас выгодно дружить с этими варварами». И он, по-видимому, был прав, так как пока Пруссия являлась союзницей России, она неизменно оказывалась во внутриевропейских конфликтах на стороне победителей. Россия, благодаря Петербургскому миру, заключённому Петром III, не приобрела в этой войне ничего, кроме бесценного опыта. Школу Семилетней войны прошли почти все военачальники Екатерининского времени, она, тем самым, подготовила блестящее в военном отношении царствование Екатерины. Вторым результатом войны явилось упрочение влияния России на европейские дела, ибо тогда, как и до сих пор, в международных отношениях решающий вес имела позиция государства, располагающего наибольшей военной силой. В качествах российской армии, единственной армии антипрусской коалиции, имевшей, по результатам сражений с пруссаками, позитивный баланс, Европа за это время смогла убедиться.

Европейская дипломатия вт.пол. XVIII в:

Дипломатия европейских государств в XVIII веке

Франция:

Французская дипломатия при ЛюдовикеXV. Царствование преемника Людовика xiv является началом полного разложения французского абсолютизма и неудач его внешней политики. Три войны, в которых Людовик XV принимал участие, — война за польское наследство (1733–1735 гг.), война за австрийское наследство (1740–1748 гг.), Семилетняя война (1756–1763 гг.), не были в такой мере необходимы для Франции, чтобы нельзя было их избежать: они получили поэтому название «войн роскоши». С точки зрения интересов усиливающейся буржуазии, эти войны были явно вредны. Вместо того чтобы сосредоточить свое внимание на защите французских колоний в Америке, Людовик XV дал втянуть себя в ряд континентальных войн, ослаблявших Францию. Результатом этого были потери американских колоний (Канады и Луизианы), которые перешли к англичанам и испанцам, и полный провал французской политики в Индии, которая итоге деятельности знаменитого французского предпринимателя и организатора Жана Дюпле чуть было не стала французской. У Франции этого времени не было недостатка в способных министрах и дипломатах (Вершен, Шуазель, д'Аржансон), но и самый талантливый дипломат не мог сделать хорошей дурную политику своего правительства.

«Секрет короля». Личное влияние короля Людовика XV стало сказываться после 1743 г., когда он самвзялся за дела. Результатом этого была прежде всего резкая перемена курса политики по отношению к Германии. Вместо традиционной борьбы с Габсбургами и поддержки протестантских князей, к середине 50-х годов XVIII века, т. е. к началу Семилетней войны, Людовик XV круто повернул в сторону Австрии, против Пруссии и ее короля Фридриха П. Сам по себе этот поворот не был вреден для Франции. Наоборот, он освобождал Францию от традиционной угрозы со стороны ее исконного врага Габсбурга и мог бы развязать ей руки для борьбы с Англией за господство на море и в колониях, но Людовик XV был возмущен «коварной» политикой Фридриха II. В январе 1756 г. прусский король внезапно заключил договор с Англией о защите ганноверских владений. Точнее сказать, Фридрих был взят на работу английским королем Георгом II для защиты фамильных владений английской династии (английские короли по происхождению были ганноверскими курфюрстами). Людовик XV ввязался в абсолютно ненужную войну на континенте с той целью, чтобы помочь императрице Марии-Терезии отвоевать у Фридриха II Силезию, захваченную им во время войны за австрийское наследство (1740–1748 гг.). Результаты для Франции были самые плачевные. Силезия осталась за Фридрихом II, а Франция была разбита на море и в колониях. Французская Америка и Индия попали в руки англичан (1763 г.). Все это было результатом личной политики Людовика XV. Король в такой мере не доверял окружающим, боясь их воздействия на свою волю, и до такой степени презирал своих министров, что создал особый тайный кабинет, во главе которого с 1743 г. стоял принц Конти. Это был своего рода заговор короля против своих собственных министров. Король, помимо официальных послов, имел в других государствах собственных тайных агентов, с которыми переписывался через голову своих министров. В числе этих тайных агентов были такие выдающиеся дипломаты, как граф Бройли, Бретейль и Вержен. Часто по приказу короля они вели политику, прямо противоположную той, которую проводил официальный представитель французского правительства, и, несмотря на все свое искусство, в конце концов принуждены бывали делать глупости. Королю нравилось водить за нос своих министров, не посвящая их в «секрет короля», а то, что от такой дважды тайной политики страдает Франция, Людовика XV тревожило мало.

Англия:

Питт Старший. Властный, суровый и решительный политик, который ставил превыше всего могущество Англии и ее власть над морями, Питт воспользовался тем, что Франция нелепой политикой своего короля была втянута в так называемую Семилетнюю войну (1756–1763 гг.) на стороне Австрии, России, Швеции и Саксонии против Фридриха II Прусского. Как истый представитель английских моряков, торговцев и колонизаторов, Питт решил сокрушитьколониальную и морскую мощь Франции. Он энергично поддержал Фридриха II, предоставив ему очень большую субсидию. Одновременно он блокировал французские берега, бомбардировал порты и разрушал доки. Главное же внимание Питт обратил на колонии. Он вооружил английских колонистов в Северной Америке, и скоро при их помощи была завоевана вся страна, занятая до сих пор французами, т. е. Канада. При заключении мира в Париже в 1763 г. Англия закрепила за собой Канаду и все земли к востоку от Миссисипи (Луизиану). Испания уступила ей Флориду. Незадолго до этого было покончено и с ост-индскими владениями Франции.

Германия:

Семилетняя война и дипломатия ФридрихаII.

Семилетняя война была последним общеевропейским конфликтом, который имел место перед Великой буржуазной революцией во Франции. В этом конфликте наметились те противоречия и та расстановка международных сил которые определились вполне во время революции; после этого они существовали в течение значительной части XIX века. Во-первых, в новую фазу вступила англо-французская борьба за колонии и за мировое господство. Во-вторых, соперничество Австрии и Пруссии из-за гегемонии в Германии приобрело особую остроту. Эти два главных противоречия и лежали в основе всего конфликта. Одновременно исчез вековой антагонизм между Францией и Австрией — между Бурбонами и Габсбургами. Он превратился в свою противоположность — франко-австрийский союз. Наконец, в европейский конфликт энергично вмешалась Российская империя. Это явилось характернейшим новым моментом, который свидетельствовал о неуклонно возраставшем удельном весе России и о росте ее международного влияния. Французы недаром называют период со второй половины XVII века до наполеоновских войн включительно «второй Столетней войной». Как и в первой Столетней войне (1338–1453 гг.), Англия и Франция боролись за первенство в мире. Но в XVII веке мир был гораздо более широк, чем в XIV, когда фактически он еще ограничивался одной Европой. Быстро развивающаяся капиталистически Англия ревниво наблюдала за успехами французского агента Дюпле в Индии и захватами Франции в Америке. Торговый флаг Англии в это время стал развеваться во всем мире; ее колонисты в Северной Америке исчислялись сотнями тысяч, тогда как французов там было не более 30 тысяч. Со времени войны за испанское наследство Англия вела скрытую войну с Францией. В 50-х годах ее корабли стали открыто охотиться за французскими торговыми судами: в 1755 г. в течение одного месяца они захватили 300 судов с 8 тысячами человек экипажа. Когда Людовик XV заявил протест и довольно нерешительно потребовал наказания виновных, англичане в ответ захватили два французских фрегата. Людовику XV пришлось начать войну. Напряженные отношения между Австрией и Пруссией не прекращались со времени войны за австрийское наследство. Мария-Терезия деятельно готовилась к новой войне. Австрия, Пруссия, Франция, Англия — все вели энергичную дипломатическую работу, запасаясь союзниками. В результате в конфликт была вовлечена почти вся Европа. Неожиданный для всей Европы союз двух старых соперников — Франции и Австрии — и выступление Франции против своего старого союзника — Пруссии — осуществились следующим образом. Англия со времени «второй Столетней войны» поддерживала в Европе монархию Габсбургов как соперницу Франции. С XVIII века эта политика стала вдвойне необходимой, так как Англии приходилось защищать от французов на континенте Ганновер — фамильное владение новой английской династии. Но со времени войны за австрийское наследство англичанам стало ясно, что на континенте появилась новая военная держава: это была Пруссия, которая наряду с Россией и Австрией непрочь была получать английские субсидии. Так как Мария-Терезия требовала слишком большую сумму за защиту Ганновера и было мало надежды, что, занятая войной за Силезию, она сможет эту защиту осуществить, англичане отказались ей платить (1755 г.) и попробовали «нанять» Фридриха II. Тот согласился с тем большей охотой, что это спасало его от возможной диверсии со стороны России. Кроме этого, Фридрих надеялся, что его дипломатического искусства хватит на то, чтобы договор, фактически направленный против Франции, не поссорил его с французами. В России были не на шутку встревожены успехами Фридриха II. Канцлер Бестужев занял решительную позицию против Пруссии, находя ее опасной для России «по причине ее соседства и увеличения ее могущества». Так как протестантская Германия, а в частности Пруссия, находилась в дружественных отношениях с Францией, врагом Англии и Австрии, то Бестужев в 1755 г. заключил с английским послом Вильямсом договор. По нему Россия, нанявшись к Англии, обязывалась за 500 тысяч фунтов единовременно и 100 тысяч ежегодной субсидии выставить против врагов Англии на континенте 80-тысячную армию. В качестве врага, естественно, подразумевалась Пруссия. Нанимая Фридриха II, англичане считали, что Австрия и так будет воевать против Франции: таким образом, Англии удастся по дешевой цене получить коалицию из России, Австрии и Пруссии, которая сокрушит Людовика XV на континенте. В то же время она сама будет захватывать французские колонии. Фридрих, заключая договор с англичанами, думал, что, войдя в компанию с англичанами и русскими, он обезопасит себя от нападения со стороны России. Что же касается своего «друга» Франции, то он рассчитывал выступить посредником в англо-французском споре и заработать таким путем благоволение Франции, не порывая с Англией. К тому же он тяготился презрительно-высокомерным покровительством Людовика XV и считал, что самому ему пора проявить «самостоятельность». Можно представить себе негодование русских и французов, когда они узнали, что между Фридрихом и Англией подписан в Уайтхолле договор (16 января 1756 г.), согласно которому та и другая сторона обязывались поддерживать мир в Германии и выступать с оружием в руках «против всякой державы, которая посягнет на целость германской территории». И Австрия и Россия увидели в этом договоре предательство со стороны Англии. Последняя, убедившись, что результаты ее дипломатической стряпни прямо противоположны ее ожиданиям, спокойно укрылась на своем острове. Все шишки достались на долю Фридриха II. Франция в пылу негодования на неблагодарность прусского короля бросилась в объятия Австрии. Мария-Терезия после войны за австрийское наследство считала возможным привлечь Францию на свою сторону. Во Францию был отправлен едва ли не самый крупный дипломат в Европе XVIII века Кауниц: он еще в 1748 г. доказывал любовнице Людовика XV мадам де Помпадур, что Австрия готова отказаться от части бельгийских провинций (Фландрии и Брабанта), если только Франция поможет Австрии возвратить Силезию. В 1751 г. Кауниц был назначен австрийским послом в Париж. Здесь он внушал французам, что только благодаря попустительству таких великих держав, как Франция и Австрия, выросли Пруссия и Сардиния, задача которых — сеять раздор между великими державами и пользоваться этим, чтобы округлять свои владения. Таким образом, почва для сближения Австрии и Франции была подготовлена. Последним толчком к союзу между ними была в данном случае излишняя «тонкость» дипломатии Фридриха. Тотчас же после разбойного нападения англичан на французские суда в 1755 г. Фридрих II предложил Людовику XV смелый план. Пусть Людовик XV захватывает немедленно Бельгию; он, Фридрих, вторгнется в Богемию и, разгромив австрийцев, завладеет всей Германией. Таким образом, прусский соблазнитель еще в XVIII веке замышлял план, напоминавший идеи Бисмарка в 1866 г. В Вене I это время уже стало известно, что Фридрих одновременно ведет переговоры с Англией. Мария-Терезия немедленно довела об атом до сведения Людовика XV. Известие о заключении Уайтхоллского договора между Фридрихом и Англией шло подтверждением венских предупреждений. Людовик XV решился. 1 мая 1756 г. был заключен первый Версальски договор между Австрией и Францией о взаимной гарантии: каждая из сторон обещала в помощь другой армию в 24 тысячи человек против всякого агрессора. Незадолго до этого императрица Елизавета отказалась ратифицировать англо-русский договор и заключила оборонительно-наступательный союз с Австрией (25 марта 1756 г.). Для нападения на Фридриха II Россия обязывалась дать в помощь Австрии армию в 80 тысяч. В случае победы над Фридрихом Австрия должна была получить Силезию, Россия — Восточную Пруссию. Французские дипломаты добились вовлечения в эту коалицию Августа III, курфюрста саксонского и короля польского. В 1757 г. к коалиции примкнула и Швеция, соблазненная субсидиями и надеждами на Померанию. Окончательно коалиция была сформирована двумя союзными договорами: русско-австрийским (2 февраля 1757 г.), который повторял условия предыдущего договора, но давал России субсидию в 1 миллион рублей ежегодно, и вторым, Версальским (1 мая 1757 г.), по которому вместо 24 тысяч Франция обязывалась выставить 105 тысяч человек и давать Марии-Терезии ежегодно субсидию в 12 миллионов флоринов. Началась война. Положение Фридриха скоро стало катастрофическим, хотя он и обнаружил в этой войне блестящие дарования полководца. Фридрих действовал быстро и решительно, поспевая ко всем границам, бил врагов поодиночке и из десяти битв проиграл только три. Фридриху помогали исключительная бездарность французских генералов, военные достоинства которых определяла мадам де Помпадур, непростительная медлительность австрийских полководцев и обилие притекавших к нему английских субсидий. Самые тяжелые поражения нанесли Фридриху русские при Гроссегерсдорфе в 1757 г. и при Кунерсдорфе в 1759 г. В 1760 г. русские войска на некоторое время заняли даже Берлин. К началу 1762 г. положение Фридриха стало настолько тяжелым, что в письме к своему брату, принцу Генриху, он писал: «Если, вопреки нашим надеждам, никто не придет нам на помощь — прямо говорю вам, что я не вижу никакой возможности отсрочить или предотвратить нашу гибель». Фридриха спасла смерть императрицы Елизаветы Петровны (5 января 1762 г. нов. ст.). На русский престол вступил горячий поклонник Фридриха Петр III. Новый император не только отказался от всех завоеваний в Пруссии, но и изъявил желание оказать Фридриху помощь. Корпусу Чернышева было предписано соединиться с Фридрихом для совместных наступательных действий против Австрии. Таковы были события на восточном театре европейской войны. Чем больше Франция увязала в ненужной для нее антипрусской авантюре, тем большее удовольствие испытывала Англия: для нее европейские державы усердно таскали каштаны из огня. Занятая на востоке, Франция оказалась бессильной на западе. Англичане захватили к 1759 г. Канаду и в 1761 г. завладели Пондишери в Индии. Французский флот был почти полностью уничтожен. Война была закончена двумя мирными трактатами: Парижским — на западе (10 февраля 1763 г.) и Губертсбургским — на востоке (15 февраля 1763 г.). Франция потеряла Канаду со всеми относящимися к ней областями, т. е. долину реки Огайо и весь левый берег реки Миссисипи, за исключением Нового Орлеана. Вдобавок она должна была отдать Испании правый берег той же реки и уплатить вознаграждение за уступленную Англии испанцами Флориду. Франция принуждена была отказаться и от Индостана, сохранив за собой лишь пять городов. Австрия навсегда потеряла Силезию. Таким образом, Семилетняя война на западе покончила с заморскими владениями Франции, обеспечила полную гегемонию Англии на морях, а на востоке положила начало гегемонии Пруссии в Германии. Этим было предрешено будущее объединение Германии под эгидой Пруссии.

Россия:

Семилетняя война. В 1756 г. политическая конъюнктура в Западной Европе неожиданно и резко изменилась. Начавшаяся воина между Англией и Францией побудила английское правительство заключить соглашение с Пруссией, чтобы гарантировать нейтралитет Германии в этой войне (Уайтхоллский договор). Ввиду того что Россия была связана «субсидной конвенцией», можно было рассчитывать, что и она будет вынуждена примкнуть к этому соглашению. Уайтхоллский договор 1756 г. выявил новую перегруппировку политических сил в Европе. Франция пошла на сближение и союз с Австрией. В Петербурге проявлялись колебания и боролись английское и французское влияния. Наконец, русское правительство заняло совершенно определенную позицию и ввиду опасности, которую представляло для России чрезмерное усиление Пруссии, примкнуло к австро-французскому союзу, «чтобы, ослабя короля прусского, сделать его для здешней стороны нестрашным и незаботным». Намечался раздел Пруссии, в результате которого должны были получить разрешение насущные вопросы внешней политики России — турецкий и польский. В конце концов Россия официально присоединилась к австро-французскому оборонительному союзу. С Англией дипломатические отношения не были порваны, так как обе стороны дорожили выгодами, которые давала им взаимная торговля. Это открывало широкий простор для интриг Англии в Петербурге. Успехи русского оружия в Пруссии приближали Фридриха II к «краю гибели». Он готов был уже отречься от престола, когда смерть Елизаветы в 1762 г. освободила его от самого опасногоиз врагов. Петр III, большой поклонник Фридриха II, снова резко повернул направление русской внешней политики, не только заключив мир с Пруссией, но и поспешив вступить с ней в союз.

Дипломатия Екатерины II. 

С первых же шагов большое и активное участие во внешней политике своего государства принимала сама Екатерина. Ни один серьезный вопрос в этой области не проходил мимо нее, ни одно ответственное решение не принималось без непосредственного ее вмешательства. «Я хочу управлять сама, и пусть знает это Европа!» — говорила она Потемкину. С молодых лет вовлеченная придворными интригами в большую политику, Екатерина имела уже значительный опыт в деле дипломатии и свои недюжинные дипломатические способности развила в дальнейшем до совершенства. Она обладала большим искусством притворства, которое в XVIII веке, как и часто позже, считалось основным качеством дипломата. «Весьма ошибутся, — говорила она сама про себя, — кто по персональным приемам будет судить о делах». Не менее искусно использовала Екатерина II «просветительную» фразеологию, которой она умело прикрывала свои честолюбивые замыслы. Нарушая права Польши как независимой державы, подготовляя ее расчленение, она облекала свои действия в форму защиты «свободы» польского народа. ««Просвещение» — это был в восемнадцатом веке лозунг царизма в Европе…», — говорит Энгельс. Сила Екатерины как дипломата заключалась, однако, не в этом. Как умная женщина, она понимала, что достоинство страны, которой она управляет, есть и ее собственное достоинство. В своих дипломатических выступлениях она выставляла себя поборницей национальной политики, не отделяя себя от России. «Я императрица России, — писала она по поводу задевшего ее лично притязания датского двора участвовать в опеке над великим князем Павлом Петровичем, — и худо оправдала бы надежды народа, если бы имела низость вручить опеку над моим сыном, наследником русского престола, иностранному государству, которое оскорбило меня и Россию своим необыкновенным поведением». Она так часто повторяла подобные суждения, что, наконец, сама убедила себя в их истине, и это давало всем ее действиям большую уверенность и силу. В течение почти 20 лет Екатерина работала рука об руку с Паниным, хотя лично ему не доверяла и не любила его, считая его сторонником ограниченной формы правления. В ноябре 1780 г. Панина сменил «полномочный для всех негоциации» князь А. А. Безбородко. Даровитый и работоспособный, исполнительный чиновник, владевший отлично даром составлять доклады, он был в сущности только прекрасным исполнителем воли императрицы. Официально Безбородко занимал должность ее секретаря. Занявший место Панина вице-канцлер, сын знаменитого отца, сам полная бездарность — граф Иван Андреевич Остерман, «автомат» и «соломенное чучело, ничего не делающее и не имеющее веса», был «первоприсутствующим» в иностранной коллегии только по имени. Зато непосредственное участие во всех «политических тайнах» принимал в это время Потемкин. Екатерина любила называть Потемкина своим «учеником» в политике, но сама поддавалась увлекательности и блеску его внешнеполитических проектов. В момент вступления на престол Екатерины II русской дипломатии предстояло в первую очередь принять меры к восстановлению международного престижа России, расшатанного за время правления Петра III выходом из Семилетней войны и резким переходом от союза с Австрией к союзу с Пруссией. Правительство Екатерины II под давлением общественногомнения порвало военный союз с Фридрихом II. Однако оно не нарушило мирного договора. Эта осторожная политика не удовлетворила ни одной из воюющих сторон; тогда Екатерина предложила свое посредничество; оно было отклонено, и Губертсбургский мир был заключен без всякого участия России. В позиции, которую заняла Екатерина в отношении участников Семилетней войны, сказалось новое направление международной политики России. Новый внешнеполитический курс заключался в том, чтобы Россия могла «следовать своей собственной системе, согласной с ее истинными интересами, не находясь постоянно в зависимости от желаний иностранного двора». Правительство отлично понимало, какой ущерб для интересов и достоинства России происходил «от сопряжения дел политической системы нашей империи с другими посторонними державами», которые только искали «пользоваться нами». «Мы систему зависимости нашей от них note 25 переменим, — заявлял Панин, — и вместо того установим другую беспрепятственного нашего собою в делах действования». «Время всем покажет, — писала Екатерина в начале своего царствования, — что мы ни за кем хвостом не тащимся». Поэтому Екатерина все свои усилия направляла к тому, чтобы заставить западноевропейские державы служить интересам Российской империи и помогать ей осуществить планы, которые со времени царя Алексея и Петра I не сходили с очереди: воссоединить украинские и белорусские земли, все еще находившиеся под властью Речи Посполитой, укрепить положение России в Прибалтике и продвинуться к Черному морю. На пути осуществления этой программы стояла в первую очередь Франция, которую поддерживала Австрия. Вся политическая система Франции в Восточной Европе строилась издавна на Польше, Швеции и Турции, которые должны были служить оплотом против возраставшего влияния России. С другой стороны, Франция была заинтересована в том, чтобы не допускать проникновения русского торгового капитала на Ближний Восток в ущерб французской торговле. Первым по времени в связи со смертью короля Августа III стал на очереди польский вопрос. Екатерина в инструкции своим агентам выдвинула задачу избрания короля, «интересам империи полезного, который бы, кроме нас, ни откуда никакой надежды в достижении сего достоинства иметь не мог». Уже раньше намечалось сближение с Пруссией, имевшее целью «вырвать» Фридриха II «из рук Франции», т. е. предотвратить объединение его государства с основным врагом России. Пруссия являлась естественным противником германского императора. Однако, по словам Энгельса, «этот противник был еще слишком слаб, чтобы обходиться без помощи Франции или России — особенно России, — так что чем больше он освобождался от вассального отношения к Германской империи, тем вернее он попадал в вассальное отношение к России». Сближение между Россией и Пруссией вылилось в оборонительный союз, заключенный в апреле 1764 г. в Петербурге. Секретными статьями договора были предусмотрены: денежная субсидия России от Пруссии в случае войны с Турцией, единство действий в Швеции и, наконец, недопущение каких-либо изменений в конституции Польши, так как обе договаривавшиеся державы были заинтересованы в поддержании политической слабости Речи Посполитой. Союз с Пруссией позволял, таким образом, России влиять на польские дела, сдерживать Турцию, «первенствовать на севере» и «играть первую роль в Европе… без больших затрат со стороны России». Этот крупный успех русской дипломатии был первым результатом внешнеполитической программы Панина, ориентировавшегося на дружбу с Пруссией; назначение его в конце 1764 г. «первоприсутствующим в Коллегии иностранных дел» знаменовало официальное признание этой программы. В 1766 г. был заключен торговый договор с Англией. И в данном случае согласие русского правительства было куплено ценой полного единодушия с ним в польском вопросе, проявленного со стороны Англии. Англию связывали с Россией и более широкие политические соображения, поскольку у них был один общий противник — Франция. Отсюда единство действий русской и английской дипломатии и в Швеции, находившейся в союзе с Францией. В отношении Швеции русская дипломатия совместно с английской держалась приблизительно тех же методов, что в Польше. Она и тут стремилась искусственно сохранить архаическую форму шведского государственного устройства и поддерживала на сейме англо-руссофильскую партию: на создание такой партии оба правительства, русское и английское, тратили попрежнему очень значительные средства. Большие субсидии выплачивались и шведскому правительству. Этим путем надеялись не допустить возобновления франко-шведского союза. В 1765 г. к этим расходам была привлечена и Дания, ценой уступки ей голштинских владений великого князя Павла Петровича; в договор Панин включил и пункт о помощи в случае войны России с Турцией. Сепаратные соглашения с отдельными государствами по вопросам североевропейской политики Панин пытался объединить в общую «северную систему». Мысль о такой системе подал еще в 1764 г. русский посол в Дании барон Корф. Проект его заключался в том, чтобы «на севере составить знатный и сильный союз держав» против Франции и ее союзницы Австрии с участием Англии. В состав «северного аккорда» должны были войти Россия, Пруссия и Дания, «в качестве держав активных», и Польша и Швеция — «в качестве держав пассивных»; от последних требовалось только сохранение мира. «Северный аккорд» должен был «вывести Россию из постоянной зависимости» от других держав и предоставить ей «в общих делах знатную часть руководства», особенно на севере. Идея «аккорда» не встретила, однако, сочувствия в Берлине. Фридрих II был уже вполне удовлетворен результатами, достигнутыми благодаря союзу с Россией, и вовсе не хотел брать на себя какие-либо новые обязательства, клонившиеся к усилению международного могущества своей союзницы. Несмотря на неудачу проекта Корфа — Панина, Россия в достаточной степени развязала себе руки в отношении Польши. Как повод для вмешательства в дела Речи Посполитой и подчинения ее воле российского самодержавия был использован дипломатией прием защиты интересов некатолического населения Польши (диссидентов). Уже в 1764 г. Россия и Пруссия, поддержанные Англией и Данией, выдвинули перед польским сеймом требование равноправия диссидентов. С другой стороны, последовательно опротестовывались все мероприятия, имевшие целью укрепить государственный строй республики. В 1766 г. Россия и Пруссия потребовали сохранения во что бы то ни стало права «либерум вето», являвшегося наиболее вредным архаизмом в сеймовой конституции. Широко использованы были подкупы, но прибегали и к более решительным мерам: отряды русских войск не покидали польской территории. Русскому послу Репнину удалось в 1767 г. объединить диссидентов и часть католиков, недовольных правительством, и образовать конфедерацию (союз шляхты). Под предлогом помощи этой конфедерации в Варшаву были введены русские войска; это заставило сейм принять закон об уравнении диссидентов в правах с католиками. Одновременно Россия взяла на себя гарантию сохранения старой польской конституции, без отмены которой невозможно было и думать о выходе Речи Посполитой из состояния непрерывной анархии, выгодного для ее соседей. Чтобы остановить дальнейшие успехи русской политики, Австрия и Франция прибегли к содействию Турции. Под непосредственным воздействием австрийского и французского послов Турция в конце 1768 г. объявила войну России. В связи с турецкой войной и был выдвинут вопрос о разделе Польши. Эта идея обсуждалась в русских и прусских дипломатических кругах едва ли не с 1763 г. Екатерина неоднократно зондировала почву в Берлине. Едва началась турецкая война, как Фридрих II уже выступил открыто с проектом раздела. Он даже намекал, что Россия могла бы за счет польских земель не только вознаградить себя за военные издержки, но и получить помощь со стороны Пруссии и Австрии против турок. С величайшим мастерством Екатерина и Панин оттягивали прямой ответ, несмотря на чрезвычайную настойчивость прусского короля; они желали точнее узнать намерения своего союзника и, по возможности, снизить его требования. Только заключение летом 1771 г. Австрией оборонительного союза с Турцией заставило русское правительство поторопиться с разделом. Вначале 1772 г. уже было достигнуто предварительное соглашение между заинтересованными державами. Окончательно «но было скреплено в августе. Россия получила польскую часть» Ливонии и часть Восточной Белоруссии. За это ей пришлось понизить свои требования в отношении Турции. По Кучук-Кашарджийскому договору 1774 г. Россия получила Кинбурн. Керчь, Еникале и Азов и добилась признания независимости Крыма. Последний пункт Кучук-Кайнарджийского договора открыл, однако, русской дипломатии возможность вмешательства в крымские дела: это завершилось в 1783 г. присоединением Крымского полуострова к владениям Российской империи. С конца 70-х годов Екатерина, получив от союза с Фридрихом II все, что могла, начинает отклоняться от панинской ориентации на Пруссию и искать новых путей в своей европейской политике. Чувствуя силу государства, во главе которого она стояла, русская императрица хочет играть решающую роль в судьбах Центральной Европы и осуществить мечту, не погадавшую ее с первых лет ее царствования, — «быть вершительницей судеб Европы». Разразившаяся в Европе война за баварское наследство между Пруссией и Австрией дала Екатерине удобный повод для этого. Фридрих в качестве союзника ожидал военной помощи от России; но Екатерина предпочла выступить властным посредником и обратилась в Вену с грозной декларацией, предлагая Марии-Терезии «вполне удовлетворить справедливые требования немецких князей». С другой стороны, представитель Екатерины в прусском лагере «вел себя как полномочный министр, прибывший предписывать законы Германии именем своего двора». Таким обрезом, сразу стало очевидно, что «знаки дружбы России к Пруссии служили лишь желанию Екатерины вмешаться под этим предлогом в дела Германии для распространения своего влияния на всю Европу». Тешенский мир 1779 г., закончивший войну, был триумфом русской императрицы. Она выступала в качестве не только посредника, но и гаранта закрепленного договором порядка. С этого момента Россия становилась, говоря словами современников, как бы «сочленом империи» и «по своему усмотрению» могла участвовать в делах Германии. Немецкие князья осаждали своими просьбами императрицу, обращаясь к ней за разрешением своих споров и недоразумений, славословя ее «за дарованный Германии мир, прославляя ее, яко спасительницу ее, и прося, чтобы, продолжая таковые излиянные благодеяния в качестве ручательницы германской конституции, ни на час ее от милостивейшего воззрения не отлучала». В Петербурге при Коллегии иностранных дел даже возникло особое немецкое отделение служившее проводником русской «инфлюенции» (т. е. русского влияния в Германии). Сам престарелый Фридрих II заискивал перед «северной Семирамидой», в надежде при ее содействии создать под своим главенством союз князей в Германии и образовать грозную антианглийскую коалицию. Германией не ограничивались перспективы екатерининской внешней политики. Англия стремилась использовать русские силы для войны с Америкой и даже предлагала за это уступить России остров Минорку. Однако Екатерина и тут предпочла предписывать международные законы, а не сражаться за других. В связи с англо-американской войной Россия выступила 28 февраля 1780 г. со знаменитой декларацией о морском вооруженном нейтралитете. Этот акт устанавливал права нейтральных судов на море защищать себя оружием. К декларации присоединилась большая часть государств, кроме Англии, против которой она и была направлена. Тешенский мир и декларация о «вооруженном нейтралитете» наглядно показали, насколько далеко шли теперь притязания русской дипломатии, и какого значения достигла Россия в области международных отношений. Но они же свидетельствовали и об отходе от «северной системы» Панина. С 1780 г. начинается сближение России с Австрией; встреча Екатерины II с императором Иосифом в Могилеве в этом году нанесла «ужасный удар влиянию прусского короля». На этом свидании установлено было «одинаковое положение» России и Австрии в отношении Турции и Польши, и путем обмена собственноручными письмами заключен оборонительный союз. В следующем году Панин был уволен в заграничный отпуск. Все внимание русской дипломатии, руководимой непосредственно самой Екатериной и всесильным Потемкиным, отныне направлено было на разрешение турецкой проблемы и осуществление так называемого «греческого проекта». Дело шло уже не о территориальных приобретениях за счет Турции» а о полном изгнании турок из Европы и о восстановлении Греческой империи, корона которой предназначалась внуку императрицы Константину Павловичу; из Молдавии и Валахии предполагалось образовать буферное государство Дакию; Австрия со своей стороны должна была получить западную часть Балканского полуострова. «Царьград в качестве третьей Российской столицы, — говорит Энгельс, — наряду с Москвой и Петербургом, — это означало бы, однако, не только моральное господство над восточно-христианским миром, это было бы также решительным шагом к господству над Европой». К этому «решительному шагу» русская дипломатия готовилась исподволь. Приняты были меры к тому, чтобы ослабить сопротивление Франции. Торговый договор, заключенный с этой страной в конце 1786 г., способствовал значительному улучшению отношений между обеими странами и в частности отказу Франции от антирусской агитации в Константинополе. Наконец знаменитое путешествие Екатерины в «Тавриду» имело целью демонстрировать подготовленность России к войне за Черное море, а участие в нем австрийского императора Иосифа скрепляло антитурецкий союз с Империей. Порта не стала ожидать нападения. Она сама объявила в 1787 г. войну России, побуждаемая к тому Англией. Согласно Могилевскому соглашению 1780 г., в союзе с Россией выступила Австрия. Неожиданно в войну вступила и Швеция, которая попыталась использовать удобный случай для возврата части потерянных при Петре прибалтийских земель, Англия и Пруссия, теперь стоявшие на враждебной к России позиции, не допустили, чтобы Дания, союзница России, вмешалась в шведско-русскую войну. Был момент, когда, казалось, Петербургу грозила опасность. Однако, в конечном итоге, по миру в Вереле, 1790 г., Швеция должна была отказаться от какого-либо изменения границ. Шведская война и заключение сепаратного мира Австрией расстроили планы Екатерины в отношении Турции; поход на Константинополь не мог состояться, и Ясский мир 1791 г. только продвинул границы России до Днестра и утвердил односторонний акт о присоединении Крыма. В итоге — русская дипломатия эпохи Екатерины в основном разрешила задачи, унаследованные ею от XVII века; закреплены были достижения Петра Великого в Прибалтике; воссоединены земли, населенные родственными русскому народу белоруссами и украинцами. Россия стала твердой ногой на Черном море. Наконец, Российская империя завоевала решающий голос в делах общеевропейских. Во внешней политике Екатерины, по выражению Энгельса, «уже отчетливо намечены все существенные черты» политики царизма в XIX веке, — устремление на Балканский полуостров, «ослабление морского превосходства Англии посредством ограничительных международных правил», вмешательство в дела германских государств. Возросшее в течение XVIII века международное значение России сказалось и в том, что постепенно за ее правителями был признан присвоенный им императорский титул (Германской империей — в 1744 г., Францией — в 1762 г. и Речью Посполитой — в 1764 г.). В то время как Западная Европа раздиралась внутренними противоречиями, отсталая, но «единая, однородная, молодая, быстро растущая Россия, почти неуязвимая и совершенно недоступная завоеванию», сумела занять выдающееся положение среди прочих европейских держав. Деятельность русской дипломатии второй половины XVIII века не ограничивалась внешнеполитическими успехами. Ей принадлежит видное место в разработке принципов международного права. Акт о вооруженном нейтралитете лег в основу общепризнанного международного морского права. Конвенция с Турцией 1783 г. устанавливала принципы консульского права, также получившие международное признание.


 

А также другие работы, которые могут Вас заинтересовать

27082. Архитектура MRP-систем 132.39 KB
  Архитектура MRPсистем. Объяснить что такое MRP. В 60е годы был разработан метод MRP Material Requirements Planning – Планирование потребностей в материалах позволяющий устранить недостатки простейших систем управления запасами. MRP базируется на данных основного производственного плана при составлении которого за исходную точку принимается ожидаемый спрос на готовую продукцию либо иные возникающие потребности в материалах.
27083. MRP II (Manufacturing Resources Planning) 34.44 KB
  В общем случае можно выделить следующие направления:  планирование бизнеса  планирование производства  формирование основного производственного планаграфика  MRP  CRP Системы MRP II предполагают вовлечение в информационную интеграцию финансовой составляющей планирование бизнеса. В системах MRP II предполагается специальный инструментарий формирования финансового плана и составления бюджетных смет прогнозирования и управления движением денежных средств на основании которых определяется возможность реализации производственного...
27084. MRP (Material Requirements Planning) 17.84 KB
  MRP Material Requirements Planning MRP системы интенсивная разработка теории которых осуществлялась с начала 60 годов в настоящее время присутствуют практически во всех интегрированных информационных системах управления предприятием. В настоящее время использование современных интегрированных систем на Российских предприятиях пока не нашло широкого распространения тем более функциональности планирования материальных ресурсов MRP В каких случаях использование MRP систем является целесообразным Прежде всего необходимо заметить что MRP...
27085. SCM 95.29 KB
  supply chain management SCM организационная стратегия и прикладное программное обеспечение предназначенные для автоматизации и управления всеми этапами снабжения предприятия и для контроля всего товародвижения. SCMсистемы охватывает весь товарный цикл: закупку сырья производство распространение товара. Выделяется шесть основных областей на которых сосредоточено управление цепями поставок: производство поставки месторасположение запасы транспортировка и информация В составе SCMсистемы можно условно выделить две подсистемы: SCP ...
27086. Информация в бизнесе. Информационная поддержка бизнеса 15.71 KB
  Информация сведения об объектах и явлениях окружающей среды их параметрах свойствах и состоянии которые воспринимают информационные системы живые организмы управляющие машины и др. Финансовоуправленческие системы включают подкласс малых интегрированных систем. Такие системы предназначены для ведения учета по одному или нескольким направлениям бухгалтерия сбыт склад кадры и т. Системы этого класса обычно универсальны цикл их внедрения невелик иногда можно воспользоваться коробочным вариантом купив программу и самостоятельно...
27087. Документооборот 14.98 KB
  Следует отметить что в этом определении упор делается на словах движение документов то есть их пути из одного подразделения или от одного сотрудника к другому. Автоматизация позволяет сократить время на обработку документов а также снижает риски случайной потери данных кроме того СЭД позволяет руководству контролировать выполнение управленческих решений. Возможность параллельного выполнения операций позволяющая сократить время движения документов и повышения оперативности их исполнения Непрерывность движения документа позволяющая...
27088. Корпоративная информационная система(КИС) 12.02 KB
  Основными блоками корпоративных информационных систем являются: система хранения база данных хранилище; система сбора и концентрации информации; системы поддержки принятия решений – бизнеслогика базируется на обработке; специальные взаимодействия.
27089. ОСНОВНІ ВІДОМОСТІ ПРО ВАГОНИ. ТИПИ, ЗАГАЛЬНА БУДОВА, ТЕХНІКО-ЕКОНОМІЧНІ ПОКАЗНИКИ ВАГОНІВ. ПОЗНАЧКИ ТА НАДПИСИ НА ВАГОНАХ 337.5 KB
  Типи та конструкції сучасних вантажних, пасажирських та рефрижераторних вагонів являють собою доволі складну інженерну побудову. Тому інженери, що працюють в системі вагонного господарства залізничного транспорту та в вагонній промисловості, повинні добре знати конструкцію вагонів
27090. Архитектура CRM систем 91.83 KB
  архитектура CRM систем CRMсистема Customer Relationship Management System система управления взаимодействием с клиентами корпоративная информационная система предназначенная для улучшения обслуживания клиентов путём сохранения информации о клиентах и истории взаимоотношений с клиентами установления и улучшения бизнеспроцедур на основе сохранённой информации и последующей оценки их эффективности. Её основные принципы таковы: наличие единого хранилища информации откуда в любой момент доступны все сведения обо всех случаях...