29502

ИНДЕКСЫ СОЦИАЛЬНЫХ НАСТРОЕНИЙ В «НОРМЕ» И В КРИЗИСЕ

Научная статья

Социология, социальная работа и статистика

В последнее время большую международную известность приобрел индекс потребительских настроений который в нашей стране разрабатывается группой ИПНРоссия на основе регулярных мониторинговых исследований ВЦИОМ; его результаты широко освещаются в периодической печати в том числе в журнале Мониторинге общественного мнения2. По аналогичным методикам могут быть построены как частные так и сводный индексы социальных настроений и установок. По своей методологической природе любой сконструированный индекс величина искусственно полученная в...

Русский

2013-08-21

164 KB

3 чел.

ИНДЕКСЫ СОЦИАЛЬНЫХ НАСТРОЕНИЙ В «НОРМЕ» И В КРИЗИСЕ

Одним из эффективных средств изучения массивов социальной информации, получаемых в репрезентативных опросах, являются индексы различного типа, конструируемые на основе определенных данных, показателей соотношения между ними, тенденций изменения и т. д. В последнее время большую международную известность приобрел индекс потребительских настроений, который в нашей стране разрабатывается группой ИПН-Россия на основе регулярных мониторинговых исследований ВЦИОМ; его результаты широко освещаются в периодической печати, в том числе в журнале «Мониторинге общественного мнения»2. По аналогичным методикам могут быть построены как частные, так и сводный индексы социальных настроений и установок.

По своей методологической природе любой сконструированный индекс — величина, искусственно полученная в результате определенной обработки ряда эмпирических данных. В принципе, такой индекс может служить показателем состояния или тенденции изменения изучаемого материала («массового сознания») как некоего целостного образования. Что, естественно, стимулирует постановку вопроса о принципиальной возможности подобного подхода. Ведь в рамках строго эмпирического, бихевиористского изучения массового поведения всякое допущение надиндивидуальных «целостностей» запретно; в лучшем случае оно может трактоваться как наследие привычного социального антропоморфизма, который приписывает человеческим множествам способности понимания, оценки, намерения и т. п. (или, в духе социального психоанализа, апеллирует к коллективному бессознательному началу).

Как известно из практики повторяющихся массовых опросов, имеется набор чрезвычайно устойчивых характеристик состояния общественного мнения, которые на протяжении ряда лет выражаются близкими величинами. По преимуществу такие характеристики относятся к сфере обобщенных самооценок или установок респондентов в отношении социальных ценностей.

Устойчивость можно объяснить «инерционным» воздействием действующих стереотипов восприятия, которые укладывают разнообразные внешние воздействия в стандартизованные рамки и минимизируют эффекты дестабилизирующих факторов. (В свою очередь стабилизирующее воздействие стереотипов можно объяснить матрицами культуры, личности и коммуникации.) При этом высокой степенью устойчивости обладают не только характеристики общественного мнения, непосредственно получаемые в опросах, но также и обобщенные индексы, то есть показатели соотношения и тенденций изменения этих характеристик. Некоторые примеры таких индексов представлены в настоящей статье.

В обстановке чрезвычайной нестабильности, созданной в стране финансовым и политическим кризисом с августа 1998 г., особый интерес приобретает сопоставление долгосрочных тенденций и специфически кризисных феноменов общественного мнения. Всякий разлом обнажает, выводит наружу — и тем самым делает более доступными для изучения — те механизмы поддержания и разрушения социальных взаимодействий и социокультурной идентичности, которые структурируют общественные процессы. Такое сопоставление важно также для того, чтобы представить пределы устойчивости социальных структур и, соответственно, возможности обратимости/необратимости происходящих изменений — как долгосрочного, так и «кризисного» порядка.

Способ построения социальных индексов

Очевидно, что на основе опросных массивов для различных исследовательских целей могут строиться индексы настроений, оценок, установок и пр. — в зависимости от набора и способа сопоставления интегрируемых данных.

Как уже отмечалось, в качестве методического образца построения индексов в настоящей статье — в интересах сопоставимости результатов — использованы приемы, опробованные в распространенном индексе потребительских настроений (ИПН). Частные индексы строятся по данным определенных вопросов следующим образом: из числа (процента) позитивных ответов вычитается число негативных ответов, к полученному результату для удобства расчетов (устранения отрицательных величин) добавляется 100. Так создаются индексы настроения, терпения, отношения к реформам и др., которые подробно рассматриваются ниже. Обобщенные индексы (например, оценок положения в стране, собственного положения респондента, ожиданий на будущее) вычисляются аналогичным образом по средним значениям ряда выделенных показателей. Наконец, сводный индекс социальных настроений для каждого момента измерения может быть получен в результате суммирования показателей обобщенных индексов.

В порядке эксперимента для данной статьи были предложены следующие типы социальных индексов: индекс положения семьи (ИС), индекс положения России (ИР), индекс ожиданий (ИО) и индекс настроений (ИН). Каждый из них вычисляется как арифметическая средняя разности положительных и отрицательных ответов по ряду выделенных анкетных вопросов; средние и несодержательные варианты ответов не учитываются. Арифметическая средняя от величин полученных индексов дает сводный индекс социальных настроений (ИСН).

Индексы строятся следующим образом (указаны тематические номера стандартных мониторинговых вопросов):

ИС (индекс положения семьи) = (А+Б) : 2

А) 10. Как бы Вы оценили в настоящее время материальное положение Вашей семьи?

(1+2+3) – (4+5) + 100

Б) 13. Как Вы считаете, какое из приведенных ниже высказываний более соответствует сложившейся ситуации?

(1+2-3) + 100

ИР (индекс положения России) = (В+Г+Д) : 3

В) 12. Как бы Вы оценили экономическое положение России?

(1+2+3) – (3+4) + 100

Г) 14. Как Вы считаете, рыночные реформы сейчас нужно продолжать, или их следует прекратить?

(1–2) + 100

Д) 19. Как бы Вы оценили в целом политическую обстановку в России?

(1+2–4) + 100

ИО (индекс ожиданий) = (Е+Ж+З) : 3

Е) 22. Как Вы считаете, в течение ближайшего года наша жизнь более или менее наладится, или никакого улучшения не произойдет?

(1–2) + 100

Ж) 28. Как Вы думаете, что ожидает Россию в ближайшие месяцы в политической жизни?

(1+2) – (3+4) + 100

З) 29. Как Вы думаете, что ожидает Россию в ближайшие месяцы в области экономики?

(1+2) – (3+4) + 100

ИН (индекс настроений) = (И)

И) 9. Что бы Вы могли сказать о своем настроении в последние дни?

(1+2) – (3+4) + 100

ИСН (сводный индекс социальных настроений) = (ИС+ИР+ИО+ИН) : 4

Очевидно, что при таком способе получения все индексы различного значения и разной степени обобщенности показывают не абсолютные величины (то есть распространенность) соответствующих настроений, а лишь меру их «позитивности» (знака) в хронологических или социально-групповых сопоставлениях. Возможно, в дальнейшем следовало бы учитывать при построении индексов долю содержательных ответов по каждому показателю.

Динамика индексов социальных настроений

Обратимся сначала к динамике сводного индекса социальных настроений за последние годы. Представляет интерес сопоставление изменений этого индекса (ИСН) с соответствующими изменениями индекса потребительских настроений (ИПН).

Таблица 1

Индексы социального настроения 1996–1998 гг.
(в % от числа опрошенных)*

Ин-декс

1996 г.

1997 г.

1998 г.

Месяц проведения исследования

I

III

V

VII

IX

XI

I

III

V

VII

IX

XI

I

III

V

VII

IX

ИС

109

106

109

110

64

86

97

93

96

108

109

109

102

105

98

96

69

ИР

73

75

84

62

81

97

72

70

78

80

85

84

80

79

73

91

53

ИО

71

71

71

81

67

72

61

64

64

70

74

65

69

64

64

59

62

ИН

78

79

79

99

96

61

86

80

88

97

97

97

87

90

85

93

58

ИСН

83

83

92

96

77

79

79

77

82

89

91

89

85

85

80

85

61

ИПН

70

70

68

61

65

63

69

74

78

74

75

71

74

69

49

* Исследования типа «Мониторинг» (N = 2400 человек). В столбце «Индекс» проставлены описанные выше аббревиатуры индексов.

Более наглядно динамику этих индексов можно представить по следующему графику.

Рис. 1. Динамика индексов социального настроения 1996–1998 гг.

Отметим наиболее очевидные особенности динамики рассматриваемых показателей. Во-первых, устойчивость практически всех показателей и относительно небольшие, плавные их изменения вплоть до обвала, обнаруженного в сентябрьском мониторинге 1998 г. (последняя ситуация будет рассмотрена в конце настоящей статьи). Во-вторых, весьма высокая степень согласованности («параллельность») изменений всех социальных индексов — как в «нормальной», так и в «кризисной» ситуациях. И, в-третьих, столь же высокая согласованность динамики социальных индексов и индекса потребительского поведения.

Можно полагать, что устойчивость значений индексов в «нормальных» (привычных, то есть инерционных) условиях объясняется упомянутым выше механизмом действия стереотипов, который в значительной мере гасит резкие колебания. «Привычной» для общества ситуацией является именно та, в которой колебания и перемены (в том числе и перманентно-кризисные в политическом или экономическом плане, — примером служат российские реалии последних лет) воспринимаются обществом, общественным мнением в относительно стабильных и общепринятых рамках. В ситуации же острого, обвального кризиса (новейший пример — переживание общественным мнением потрясений августа—сентября 1998 г.) сами рамки и стереотипы массового восприятия перемен обесцениваются, по крайней мере, на время. (Мы говорим лишь о рамках массового восприятия социальных феноменов, так как имеем дело с «субъективной» реальностью показателей общественных настроений.)

Близость количественных значений и высокую степень согласованности динамики всех представленных социальных индексов можно, видимо, объяснить тем, что они с разных сторон отображают восприятие «массовым», усредненным человеком своего положения в мире актуальных социальных структур и процессов. Исследования постоянно показывают, что респонденты собственное положение оценивают лучше, считают более стабильным, чем положение страны — это, кстати, один из факторов формирования инерционных рамок социального восприятия, о которых шла речь. Но колебания в ситуации, по видимости, действуют одинаково эффективно и однонаправлено на оценки семейного и государственного уровня. Напомним, что при избранном в данном случае способе построения индексов мы получаем данные относительно тенденций изменения оценок, но не об их размерности.

В принципе, сказанное относится и к проблеме соотношения социальных и экономических (потребительских) индексов: в исследовании оценок и намерений общественного мнения — особенно если это обобщенные оценки — мы имеем дело с одним и тем же набором реакций, который может рассматриваться под различными углами зрения — экономическим, политическим, потребительским, социальным, психологическим и пр. Но введения такого сугубо аналитического дифференциатора вряд ли достаточно. Сферы социальной активности дифференцируются не только в аналитических схемах, но и в социально-исторических процессах. Одна из характеристик запаздывающей и противоречивой модернизация России — слабая дифференцированность общественных структур, сохраняющая зависимость экономики от политики, личности от государства, частной жизни от публичной и т. д. Поэтому политические потрясения непосредственно сказываются на социальном самочувствии и потребительских ориентациях населения. Этого нет в развитых современных обществах, где дифференциация сфер и структур человеческой деятельности утвердилась довольно давно, и колебания в одной из них мало сказываются на других и на ее восприятии людьми (примером может служить многолетняя череда политических кризисов в Италии при непрерывном экономическом росте).

Существуют и другие, более «экономические» варианты объяснения рассматриваемого феномена. На конференции по проблемам индекса потребительских настроений в России, проходившей в Санкт-Петербурге в июне 1998 г., Э. Ершов предположил, что за последние годы положение на потребительском рынке объясняется влиянием двух факторов: индексом потребительских цен и реальными доходами населения, а также сезонными спадами в динамике доходов. Отсюда, по его мнению, и все колебания общественных настроений. М. Красильникова отметила, что реакция российских людей на вопросы, которые ставятся в рамках исследования ИПН, весьма неструктурированна, существует как бы общий настрой, разложение которого влияет на политические, экономические, финансовые и прочие компоненты довольно условно. При этом, по приведенным ею данным мониторинга ИПН, положительные оценки в большей мере объясняются умением приспособиться и благоприятными семейными обстоятельствами, а отрицательные в большей мере связаны с такими факторами как неплатежи и рост цен.

Структурные компоненты (частные индексы) индекса социальных настроений

Обратимся теперь к тенденциям движения отдельных (частных) индексов социального поведения.

Таблица 2

Индекс настроения: группы по образованию и типу поселения
(в % от числа опрошенных)*

Группы

1997 г.

1998 г.

Месяц проведения исследования

III

V

VII

IX

XI

I

III

V

VII

IX

Общий индекс

80

88

97

97

97

113

110

115

107

58

По образованию

высшее

81

104

114

100

112

97

104

102

105

64

среднее

90

92

97

106

98

89

92

92

98

62

ниже среднего

67

78

91

96

82

81

82

69

72

51

По месту жительства

Москва, Санкт-Петербург

81

109

100

123

116

94

104

130

91

61

большие города

92

97

96

102

97

86

90

110

89

57

малые города

79

81

89

91

96

78

87

76

86

57

села

69

84

96

92

92

100

92

59

98

60

* Исследования типа «Мониторинг» (N = 2400 человек).

Таблица 3

Индекс терпения: группы по полу и возрасту
(в % от числа опрошенных)*

Группы

1997 г.

1998 г.

Месяц проведения исследования

III

V

VII

IX

XI

I

III

V

VII

IX

Общий индекс

104

111

118

121

116

112

113

109

100

73

По полу

мужчины

102

113

123

124

120

82

85

88

99

77

женщины

105

110

106

120

113

108

113

107

90

69

По возрасту

до 25

129

151

160

156

143

148

146

139

146

106

25–40

101

122

130

127

124

111

124

117

113

78

40–55

99

96

95

97

97

105

93

100

72

72

55 лет и старше

96

91

98

101

103

105

101

92

84

50

* Исследования типа «Мониторинг» (N = 2400 человек).

Таблица 4

Индекс терпения: группы по образованию и типу поселения
(в % от числа опрошенных)*

Группы

1997 г.

1998 г.

Месяц проведения исследования

III

V

VII

IX

XI

I

III

V

VII

IX

Общий индекс

104

111

118

121

116

112

113

109

100

73

По образованию

высшее

115

124

134

141

129

126

132

129

106

72

среднее

105

116

120

121

117

113

115

113

77

ниже среднего

99

101

110

112

102

106

105

98

90

64

По месту жительства

Москва, Санкт-Петербург

131

138

134

161

144

136

140

141

136

95

большие города

125

117

131

116

124

117

116

108

102

83

малые города

91

108

103

108

114

98

108

110

92

67

села

95

98

119

112

100

88

90

97

100

63

* Исследования типа «Мониторинг» (N = 2400 человек).

Рис.2. Динамика частных индексов социального настроения

Практически все показатели, отображенные на рисунке 2, изменяются в «нормальной» ситуации довольно плавно и более или менее взаимно согласованно. (Здесь налицо та же проблема единого «настроя» — или единого фактора? — определяющего динамику всего пучка показателей.)

Нетрудно заметить, что кривая индекса настроений (ИН) обнаруживает сезонные колебания, как будто слабо связанные с другими факторами. Отклонение от «нормальной» синусоидообразной кривой отмечается к концу 1996 г. — послевыборный спад общественных настроений — и, естественно, в момент обвального падения всех индексов с сентября 1998 г.

Социальная анатомия «обвала»: некоторые особенности

Обвальное падение всех индексов социального настроения после кризисного взрыва августа 1998 г. — наглядное выражение шока (такая психологическая аналогия в данном случае представляется наиболее уместной), в котором оказалось российское общество. В этой ситуации, как уже отмечалось, выступили наружу многие слабые узлы всей социально-политической и социально-экономической структуры российского общества 90-х годов. В том числе — слабость постсоветских государственных институтов и того не очень определенного направления перемен, который принято именовать «курсом реформ».

Неоднократно приходилось отмечать, что примерно с 1993–1994 гг. безоговорочная, советская по своему происхождению поддержка населением деятельности правящей верхушки сменилась «критическим терпением» — сочетанием недоверия и негативных оценок с практической адаптацией значительной части населения к новым условиям. Поддержка власти, в частности, выраженная на последних президентских выборах, стимулировалась не столько доверием или надеждами, сколько опасением новых переделов и перетрясок. Наиболее распространенной ценностью оказывалась умеренная стабильность. Именно эта далеко не идиллическая, но все же внешне спокойная ситуация оказалась разрушенной после «взрыва» 17–23 августа 1998 г.

В той или иной мере пострадавшими оказались почти все. Так, по данным опроса типа «Экспресс» за октябрь, 68% респондентов пришлось сократить повседневные расходы, 37% — отказаться от крупных покупок, поездок, 27% — потеряли в зарплате, у 19% — обесценились сбережения, 13% — остались без работы и т. д.; лишь 4% респондентов заявили, что этот кризис их не затронул.

На политическом поле кризисный взрыв выразился прежде всего в том, что президентская вертикаль государственной власти обнаружила свою недееспособность, оказалась объектом обвинений — и притязаний — с разных сторон. Нараставшая многие месяцы волна критики деятельности и личности президента Б. Ельцина превратилась в шквальную после того, как президент оказался в положении «крайнего» обвиняемого. Основными виновниками слома ситуации население, по данным опросов, проводившихся в сентябре, сочло президента и старое правительство (В. Черномырдина).

Тем самым лишилось опоры и то реформаторское направление в российской политике, которое, не имея ни организационной, ни массовой базы, рассчитывало преимущественно на поддержку президентских структур. В одночасье оказался официально дискредитированным весь пучок экономических перемен последних лет вместе с их авторами и проводниками. Соответственно усилились опасения поворота к советскому прошлому или полного экономического коллапса. Создалась ситуация трудного испытания на прочность всех социальных институтов и структур, которые оформились в 90-е годы; это относится и к общественному мнению.

Индексы социального настроения и другие показатели состояния общественного мнения позволяют видеть некоторые существенные моменты кризисной ситуации в ее самой острой — по крайней мере, до сих пор — фазе.

Как видно из приведенных рисунков, обвальное падение социальных индексов в первую очередь наблюдалось у наиболее активных социальных групп — в возрасте 25–55 лет, образованных, жителей крупных городов. У более пожилых, жителей малых городов реакции, естественно, несколько притуплены, поскольку вовлеченность в экономическую жизнь была слабее и ожиданий было меньше.

Интереснее все же другое. Наиболее резко снизились «психологические» индексы (настроение, общие оценки собственной жизни) и значительно менее — «поведенческие», ориентированные вовне (отношение к реформам). В то время как индекс настроения упал на 49 пунктов, индекс реформ — в среднем на 7 пунктов, причем, как уже отмечалось, он несколько вырос у наиболее образованных и столичных групп населения. Это значит, что распространение самых тревожных, вплоть до панических, настроений необязательно означает изменения в установившихся ориентациях, — более того, возможно ситуация стимулирует и какой-то потенциал сопротивления перемене «курса». Как известно, на протяжении последних лет доли сторонников и противников продолжения реформ изменялись незначительно в разных направлениях и были почти равны (грубо говоря, 30% к 30 при 40% воздерживающихся), поэтому кризисное обострение внесло мало нового в эту ситуацию.

Но расхождение между настроениями и намерениями может трактоваться по-разному. Иногда действует фактор «простой» инерции массового сознания, которое предпочитает держаться привычных рамок, отворачиваясь от «низких истин» ради привычного самообмана. Значительная часть населения, действительно, не сознает и пока не воспринимает глубины и долговременного характера финансово-экономического обвала, надеясь, что ситуация в ближайшие месяцы каким-то образом «рассосется». Так, вскоре после кризиса, в сентябре 1998 г. 17% респондентов опроса типа «Экспресс» полагали, что трудности с покупкой товаров, вызванные ростом цен или дефицитом, будут преодолены через один-два месяца, а 31% — что для этого потребуется полгода-год, только 38% — почувствовали, что проблемы окажутся долговременными. С такого рода надеждами (или иллюзиями) связано устойчивое предубеждение большинства против введения карточек и государственного контроля над ценами.

Действуют и другие, более сложные «инерционные» факторы, к их числу относится привычка значительной части населения к новым для нашей страны, способам экономической и социальной активности.

Возьмем такой показатель, как оценка респондентами приспособленности большинства населения к социальным переменам. (Если рассматривавшийся выше индикатор — ответы на вопрос «в какой мере Вас устраивает жизнь...» измеряет преимущественно внутреннюю, психологическую адаптацию, то вопрос о населении в целом относится скорее к адаптации объективированной, экстравертной.)

Таблица 5

«Как Вы думаете, большинство жителей России уже приспособилось к происшедшим в стране переменам?»
(в % от числа опрошенных)*

Варианты ответа

1995 г.

1996 г.

1997 г.

1998 г.

Месяц проведения исследования

X

XI

IV

I

VI

IX

X

Уже приспособились

27

29

19

27

22

18

21

В ближайшем будущем

25

32

28

32

24

28

22

Никогда не смогут

32

28

42

33

45

44

46

Затруднились ответить

16

11

11

9

10

10

12

* Исследования типа «Экспресс» (N = 1600 человек).

Как видим, колебания показателей за самые кризисные месяцы практически не выходят за пределы динамики последних лет. Масштабы сдвигов объективированных (квазиэкспертных) оценок ситуации несопоставимы с масштабами «настроенческих» перемен.

Еще один фактор сопротивления смене «курса» (в смысле массовых ориентаций) — относительная устойчивость социально-политических установок различных социальных групп (в период перед и после кризиса 1998 г.).

Таблица 6

Политические симпатии населения (в % от числа опрошенных)*

Позиции

Месяц проведения исследования

Январь

Август

Сентябрь

Октябрь

Коммунистам

23

27

25

21

«Демократам»

14

10

13

10

«Патриотам»

6

4

3

3

«Партии власти

2

2

2

1

Другим центристам

2

3

4

3

Другим силам

3

3

4

3

Никому из низ

40

41

40

45

* Исследования типа «Экспресс», 1998 г. (N = 1600 человек).

Распределение партийных симпатий населения колеблется примерно в одних и тех же пределах. Никаких обвальных или просто значительных перемен в этой области за август—октябрь не отмечено.

Наконец, сопоставим суждения респондентов о ближней и дальней перспективе политического развития страны. В самый острый момент кризиса, в сентябре только 12% опрошенных (и только четверть из сторонников коммунистов) полагали, что через 10–15 лет в России будет восстановлен социализм; более половины были склонны думать, что общественный строй останется таким же или приблизится к западной демократии.

Понятно, что сохранение или изменение курса развития общества не определяется общественным мнением. Однако в обстановке политической неопределенности и неустойчивости его потенциал может играть существенную роль.


 Мониторинг общественного мнения: экономические и социальные перемены. 1998. № 6.

2 См.: Красильникова М. Результаты измерения индекса потребительских настроений в России, 1993–1996 гг. // Индекс потребительских настроений: технология, мониторинг, результаты. М.: , 1997.

336


 

А также другие работы, которые могут Вас заинтересовать

53066. Показникова функція, її властивості та графік 345.5 KB
  Сойер Мета: розглянути фізичні моделі пов‘язані з процесами органічної зміни величин що дозволяють дати означення показникової функції перелічити її властивості та побудувати її графік; розширювати світогляд учнів; виховувати інтерес до вивчення математики. Означення показникової функції. Властивості показникової функції. Побудова графіка показникової функції.
53067. Применение производной функции 97.5 KB
  Итоговый урок по теме Применение производной функции. Цель урока: систематизировать и обобщить знания учащихся по теме Применение производной функции; развивать логическое мышление культуру математической речи стимулировать познавательную деятельность способствовать формированию знаний; воспитывать интерес к предмету умение работать в коллективе. Оборудование: мультимедийная доска диск с презентацией Применение производной функции раздаточный материал карточки контроля знаний....
53068. Футбольний уікенд 113.5 KB
  Футбольний уік енд сценарій спортивної розважальної програми Мета: популяризація та пропаганда здорового способу життя серед підлітків; забезпечити відповідну рухову активність дітей; оволодіння учасниками програми основними техніками ведення м’яча; розвиток спортивних та творчих здібностей та уміння грати у команді; виховання моральновольових якостей наполегливості працелюбства сміливості; формування позитивного ставлення до занять спортом в особливості до футболу. Обладнання: папір для оформлення м’яча скотч...
53069. МОВА — НАЙВАЖЛИВІШИЙ ЗАСІБ СПІЛКУВАННЯ, ПІЗНАННЯ І ВПЛИВУ 1.08 MB
  У всякому випадку цю думку можна виразити лише з допомогою слів якоїсь людської мови. Про яку функцію мови йдеться в прочитаному тексті Пригадати які основні функції виконує мова. Які із записаних функцій мови є на ваше переконання основними Творче осмислення висловлювання робота в мінігрупах Прочитати мовчки висловлювання.
53070. Особливості композиції, колорит, кольорова гамма. Творчість К. Білокур. Декоративний натюрморт «Весняні квіти» 63 KB
  Декоративний натюрморт Весняні квіти Мета: Навчальна: розширювати знання учнів про натюрморт як один із жанрів образотворчого мистецтва вчити розпізнавати форми реалістичні декоративні їх специфіку порівнювати реалістичне і декоративне стилізоване зображення предметів локальний і зумовлений кольори стилізувати реальні форми в декоративні ознайомити учнів з творчістю видатної української художниці К. Літературний ряд: Ольга Косач Олена Пчілка Весняні квіти. Так квіти фрукти овочі та предмети побуту можна трактувати...
53072. Ігри при вивченні іноземної мови 59.5 KB
  Методичний посібник розрахований на розвиток інтересу школярів до вивчення іноземної мови формування творчих здібностей учнів кращому закріпленню лексичного та граматичного матеріалу. Гра сприяє засвоєнню знань не за примусом а проходить зацікавлено створює атмосферу здорового змагання сприяє мобілізації та розвитку творчих здібностей дає можливість оцінити себе серед інших учнів а також працювати командою. Проводячи такий урок обов'язком вчителя є створити атмосферу дружби довіри на уроці не тільки ставити свої умови гри але й...
53073. Проектна робота «Ходить гарбуз по городу» 72.5 KB
  Мета проекту: вчити учнів працювати з науковопізнавальною літературою; розкрити користь гарбуза для людини його фармакологічні властивості та використання; розвивати творчі та інтелектуальні здібності; виховувати працьовитість взаємодопомогу почуття дружби необхідність ділитися досвідом новими ідеями знахідками. Посередині столу – великий гарбуз з намальованим обличчям. Гарбуз Що ти знаєш про нього Наше завдання – збагатити знання учнів про гарбуз його історію назву види лікувальні властивості страви з нього.