29662

Априорное знание, метафизика и объективность

Шпаргалка

Логика и философия

Когда психолог обнаруживает статистически значимую связь между креативностью и рефлективностью как параметром когнитивного стиля {Дорфман Ковалева 2000а это не значит что чем выше креативность тем выше рефлективность у каждого человека в отдельности. некие общие представления об устройстве мира и человека. В свою очередь это предполагает что методы естественных наук которые изучают мироздание используются также при изучении психики и поведения человека. Культурно–историческая парадигма напротив подчеркивает своеобразие человека...

Русский

2013-08-21

49.5 KB

0 чел.

Билет 13.

1. априорное знание, метафизика и объективность

Идеи (теории, концепции), факты, методы могут быть как объективными, так и необъективными. Задача науки состоит в том, чтобы отделять одни от других.

Главным критерием объективности эмпирической психологии является опора на чувственный опыт и, следовательно, на эмпирические данные. Развитие эмпирической психологии — вопреки заблуждениям многих — это движение идей (теорий, концепций), но только тех из них, которые получают эмпирическую поддержку, то есть приобретают статус объективных. Какими бы безупречными ни были исходные основания для выдвижения идеи, сами по себе они не могут быть достаточными для утверждения объективности следующей из них идеи, ее соответствия реальности.

Ученые могут выдвигать новые идеи, которые первоначально не обоснованы эмпирически, то есть гипотезы. Гипотеза — это предположение, а всякое предположение нуждается в эмпирической проверке. Одни гипотезы получают эмпирическую поддержку, другие — не получают ее. Гипотеза не обладает статусом объективной идеи.

Никакая идея не может быть эмпирически обоснована полностью. Но чем в большей степени (и с разных сторон) идея получает эмпирическую поддержку, тем в большей степени она считается обоснованной и объективной.

Допустим, вы хотите сравнить две альтернативные концепции, каждая из которых включает шесть утверждений. В одной концепции четыре утверждения имеют эмпирическую поддержку, в другой эмпирическую поддержку имеют два утверждения. Следовательно, первая концепция является объективной в большей степени, чем вторая (но это не значит, что первая концепция «лучше» второй).

Для достижения объективности принято выполнять определенные требования при получении фактов. Например, (1) наблюдение явления должно быть надежным; (2) следует изучать явление в условиях контроля; (3) изучаемое явление должно быть доступным для наблюдения многим людям, а не одному человеку.

Хотя в научных исследованиях принимают участие, как правило, отдельные люди, результаты количественных исследований описывают скорее популяцию (генеральную совокупность), чем ее отдельных членов. Иначе говоря, результаты, справедливые (объективные) для популяции в целом, нельзя считать справедливыми (объективными) для каждого члена данной популяции в отдельности. Объективность в науке — понятие, имеющее вероятностную природу. Эмпирическая наука применяет статистические методы для того, чтобы определить степень вероятности какого-либо явления или события и отделить неслучайные (высоковероятные) результаты от случайных.

Когда психолог обнаруживает статистически значимую связь между креативностью и рефлективностью как параметром когнитивного стиля {Дорфман, Ковалева, 2000а), это не значит, что чем выше креативность, тем выше рефлективность у каждого человека в отдельности. Но это значит, во-первых, что на уровне популяции в целом вероятность такой связи достаточно высока и превышает критические пороги значимости. Во-вторых, этот результат следует понимать так, что на уровне популяции в целом вероятность такой связи неслучайна и значимо превышает порог случайности. В-третьих, статистика позволяет ученому формулировать выводы для популяции (генеральной совокупности) в целом, но не для ее отдельных членов.

Таким образом, критерий объективности в эмпирической науке следует относить скорее к популяции (генеральной совокупности) в целом, чем к ее отдельным членам. Объективные явления или сообытия характеризуются высокой вероятностностью их наступления (неслучайностью).

3.3.1. Объективность знания и чувственный опыт

Как уже неоднократно отмечалось, эмпирическая психология исходит из того, что источники объективного знания об особенностях психики и о поведении находятся в них самих. Исследователь в состоянии изучать их лишь постольку, поскольку они даны ему в его ощущениях и восприятии, т.е. представлены в его чувственном опыте. Об этих же особенностях могут судить другие люди (например, участники исследования), но опять-таки — постольку, поскольку они даны им в их ощущениях и восприятии, т.е. представлены в их чувственном опыте. Проблема заключается в том, какие соотношения складываются между чувственным опытом и разумом исследователя особенностей психики и поведения.

В пределе исследователь может рассуждать об особенностях психики и поведении, и его рассуждения могут отрываться от эмпирических данных, с одной стороны, и не ориентировать на новое эмпирическое познание, с другой. Это путь в метафизику, в априорную психологию, которой противостоит эмпирическая психология. Другая крайность может состоять в том, что эмпирические данные получают ради самих эмпирических данных. Это путь в «дурную» бесконечность, которая не может быть предметом понимания.

Эмпирическая психология избегает этих крайностей. Она опирается на данные, доступные чувственному опыту, но не отвергает разум (мышление) исследователя. Наиболее важную роль играют эмпирические данные — источники действительных особенностей психики и поведения. Эмпирические данные прежде всего — «поставщик» объективных знаний, но большое значение имеет мышление исследователя, хотя и ставится в зависимое положение от эмпирических источников.

Рассуждения, имеющие эмпирическую поддержку, получают статус объективных. Рассуждения, не получившие эмпирической поддержки, напротив, не могут считаться объективными, как бы безукоризненно ни выстраивал их в логическом плане исследователь. С этой точки зрения нельзя постичь истину, отталкиваясь от априорных суждений и следуя затем путем только дедуктивных рассуждений, поскольку источник эмпирического знания — объективная реальность, а не мышление исследователя. Никакие исходные теоретические посылки не могут быть источниками объективного знания. Напротив, любые теоретические посылки должны подвергаться эмпирической проверке на их объективность, т.е. на соответствие реальности.

Такая строгость по отношению к мышлению объясняется тем, что разум может производить истину, но разум может ошибаться (Кант). Опираясь только на разум, трудно отделить истинные идеи от ошибочных. Одна из фундаментальных задач эмпирической психологии заключается как раз в том, чтобы эмпирически тестировать идеи и отделять истинные от ложных.

2. Понятие и разновидности знания.

Наука есть особая сфера, форма и способ человеческой деятельности. Люди, занятые в науке, добывают знания о мире: природе, обществе, культуре, человеке. Наука есть одна из форм познания мира, и новое знание есть  результат этого познания.

Научное знание опирается на множество источников и ресурсов. Важнейшие из них — парадигмы, т.е. некие общие представления об устройстве мира и человека. Парадигма (от греч. — пример, образец) — это теория, принятая научным сообществом за общий образец решения исследовательских задач. В философию науки понятие парадигмы ввел Бергман для характеристики нормативности методологии. Однако это понятие широкое распространение приобрело благодаря прежде всего Т. Куну (Огурцов, 1989).

Кун (1975) обозначил термином «парадигма» общие концептуальные взгляды на мир. Имеются в виду не любые теории, — только те из них, которые подтверждаются результатами классических экспериментов и получены заслужившими доверие методами, — общие теории, получившие признание и служащие образцом для исследований по разнообразной конкретной проблематике. Парадигмы определяют содержание конкретных научных идей, область и предмет научных исследований. Парадигма есть общая модель (образец), ориентируясь на которую возникают и развиваются конкретные (частные) научные теории.

Примерами общих парадигм для психологической науки могут служить естественнонаучная и культурно-историческая парадигмы. В рамках естественнонаучной парадигмы человек рассматривается неотъемлемой частью мироздания. В свою очередь это предполагает, что методы естественных наук (которые изучают мироздание) используются также при изучении психики и поведения человека. Культурно–историческая парадигма, напротив, подчеркивает своеобразие человека как социального существа, человеческого общества и мира искусственных предметов, созданных человеком (человеческой культуры). В свою очередь это означает существенные отличия методов исследования психики и поведения человека от методов естественных наук (подробнее см.: Дорфман, 1997б).

Познавательное отношение человека к миру одно из основных.
От того, как решаются проблемы познания, зависит формирование образа мира, истинность и достоверность получаемых знаний, действительное положение человека в мире и его способности осуществлять сам процесс познания. Знания позволяют предвидеть, а на этой основе действовать - изменять природу, общество и самого человека.

1.3.3. Новое знание (???)

Новое знание — приращенное знание, и оно имеет двойственный статус. С одной стороны, новое знание — это результат встречи с неизвестным, незнаемым, с другой, вызов известному, знаемому. Вне науки неизвестное довольно редко воспринимается как незнаемое. Часто неизвестному приписываются признаки известного, как в феноменах каузальной атрибуции.

В науке, наоборот, для того, чтобы получить новое знание, нужно отчетливо различать неизвестное, незнаемое и известное, знаемое. Вопреки распространенным представлениям, у тех ученых выше шанс открыть новое (неизвестное, незнаемое), которые больше осведомлены об известном. Ученые различают знаемое как объективный факт и знаемое как субъективное представление (мнение, оценка), как гипотезу. Знаемое как представление (мнение, оценка или гипотеза) — это область возможного. Может быть такого рода «знаемое» соответствует реальности, а может и не соответствует. Поэтому научными средствами необходимо проверять «знаемое» на его действительное соответствие реальности. А пока такая проверка не произведена, «знаемое», по сути, остается неизвестным и объективно незнаемым.

Неизвестное находится не где-то «там», а «здесь», среди иллюзорно известного. Способность ставить научную проблему — это способность находить неизвестное в явлении, срывая с него покров субъективных представлений, мнений или оценок людей. Открытию нового способствует применение декартовского метода сомнения: отвергать как ошибочное все, в чем можно усмотреть сомнение, а затем заново ставить проблему на основе того, что осталось и не подлежит сомнению.  

Обычно новое знание, особенно если оно носит существенный характер, приводит к необходимости пересмотра традиционного, уже сложившегося знания. В этом суть вызова нового традиционному; это вызов, но не полный разрыв. Наука — это поле борьбы взглядов, идей, фактов, в том числе нового со старым.

Возникновение когнитивной психологии в начале 1960-х гг. впоследствии назвали когнитивной революцией. Это действительно была научная революция в мировой психологии, потому что когнитивный взгляд на психику поколебал и расшатал фундаментальные основания поведенческой психологии, которая господствовала до конца 1950-х гг. Поведенческие психологи, ведомые Уотсоном, критиковали исследования сознания и метод интроспекции за их субъективизм. Бихевиористы утверждали, что объективно можно изучать внешне наблюдаемое поведение, но невозможно изучать ментальные события, поскольку они ненаблюдаемы и недосягаемы для внешнего наблюдателя. Внешнее поведение можно изучать также потому, что оно имеет публичный характер, а ментальные события нельзя изучать, поскольку они носят приватный характер. Когнитивная психология отвергла эти постулаты поведенческой психологии и заявила, что психику можно изучать объективно и что ее предметом является скорее психическое (когнитивная сфера), чем собственно поведение. Когнитивные психологи, однако, не отвергли поведение, но наблюдая за ним, стали делать заключения об особенностях когнитивных процессов, а не поведения.

Понятие нового не следует рассматривать как нечто абсолютное. Новое обнаруживается при его сопоставлении с уже сложившимся, традиционным. Наступление когнитивной психологии было научной революцией для западной, но не для отечественной психологии, разрабатывавшей категорию сознания в оппозиции и к структурализму Вундта и Титченера, и к бихевиоризму Уотсона и его последователей. «Революционные» идеи когнитивной психологии в части возможности изучения психики (а не только поведения) были банальностью для отечественных психологов.

В отечественной психологии также появлялось новое, и оно пробивало себе дорогу в борьбе со старым, хотя не всякому со стороны это было понятно.

В общепсихологической теории деятельности Леонтьева образ человека (не смешивать с психическим образом!) фактически явился оппозицией к представлениям о человеке в рамках теории психического отражения (противоположную оценку общепсихологической теории деятельности А. Н. Леонтьева см.: А.А. Леонтьев, 2001). В субъектно-деятельностной теории Рубинштейна образ человека («внешнее через внутреннее») противостоял представлениям о человеке в общепсихологической теории деятельности Леонтьева («внутреннее через внешнее»). Категории субъекта и активности, которые разрабатываются в русле традиций Рубинштейна (Брушлинский, Абульханова-Славская, Джидарьян) — это нечто иное, чем категории сознания и деятельности в русле традиций Леонтьева. Представления о человеке как самостоятельной системе (Мерлин) — это принципиально другой взгляд на человека, чем прежние представления о человеке как элементе общества. Все эти «парадигмальные новообразования» несли в себе существенные признаки новизны и имели важное значение для отечественной (но не для западной) психологии. Новые идеи развивались в борьбе с традиционными; нередко дискуссии принимали ожесточенный характер; на них оказывала сильное давление официальная идеология и философия, как, впрочем, и «внутренние цензоры» самих психологов.