30578

Розанов о тв-ве, таланте, литературе («Уединенное», «Опавшие листья»)

Доклад

Культурология и искусствоведение

Розанов о твве таланте литературе Уединенное Опавшие листья Василий Васильевич Розанов – целое явление в русской философии отдельное от всех не принадлежащее ни к какому течению. Розанов выработал собственный стиль а стиль это душа вещей как он писал сам. Розанов интересен еще тем что он не был устоявшимся раз и навсегда мыслителем который всю свою научную карьеру отстаивает какието свои убеждения и мысли или развивает их свои идеи он постоянно обновлял или подвергал критике. Среди работ важных для понимания...

Русский

2013-08-24

77.5 KB

2 чел.

38. Розанов о тв-ве, таланте, литературе («Уединенное», «Опавшие листья»)

Василий Васильевич Розанов – целое явление в русской философии, отдельное от всех, не принадлежащее ни к какому течению. Не принадлежа ни к одному течению, он впитал основные для себя идеи и из религиозной философии, и из почвенничества, и из противоборства властям. Розанов выработал собственный стиль, а «стиль — это душа вещей», как он писал сам. Розанов интересен еще тем, что он не был устоявшимся раз и навсегда мыслителем, который всю свою научную карьеру отстаивает какие-то свои убеждения и мысли, или развивает их - свои идеи он постоянно обновлял или подвергал критике. На один и тот же предмет в его творчестве можно найти несколько точек зрения, порой диаметрально противоположных.

Среди работ, важных для понимания философских воззрений Розанова, следует выделить следующие: “Темный лик. Метафизика христианства” (1911 г.), “Люди лунного света. Метафизика христианства” (1911 г.), “Уединенное.” Почти на правах рукописи” (1912 г.), “Опавшие листья” (1913 г.), “Опавшие листья. Короб второй и последний” (1915 г.).

Видение творчества на примере «Опавших листьев»


Яркая черта в работах Розанова - это подчеркнутая субъективность повествования.

- Все мы выражаем в сочинениях субъективную уверенность. Но - обобщая и повелительно. Чтó же делать, если Дарвин "субъективно чувствовал" происхождение свое от шимпанзе: он так и писал.

Своим письмом, своим стилем он постоянно выделяет самостоятельность, независимость своих идей. Дело в том, что его творчество, впрочем, как творчество любого писателя, всегда является откликом на какое-либо событие, воплощением конкретного замысла, такого как, например рефлексия на тему пола или церкви. Во втором «коробе» «Опавших листьев» есть место, где он специально говорит, «если бы», об издании своих статей, появлявшихся ранее в газетах и журналах, в отдельные книги. Таких «тематических» книг он выделил 16 штук.
Но истинное творчество для Розанова — «непричесанная мысль». То есть та мысль, которая рождается не в связи с чем-то, не в рамках какой-то концептуальной конструкции, а приходит сама собой. Сам он описывал процесс появления таких мыслей таким образом: «…Конку трясет, меня трясет, мозг трясется, и из мозга вытрясаются мысли». Мысли эти - суть творческого начала Розанова: «С выпученными глазами и постоянно облизывающийся — вот я… Не нравится?» Вот это — та самая свобода и оригинальность. Не секрет, что у Розанова, как и у всякого мыслителя или писателя, творчество зависело от жизни, от случившихся с ним событий. В его публицистической биографии было всякое: и злые разгромные статьи, и ненужный фанатизм в превознесении некоторых идей. Розанов в разные периоды своей биографии был «и юдаистом и черносотенником», по его выражению:

 - Благородный ли я писатель? Конечно, я не написал бы ни одной статьи (для денег - да), т. е. не написал бы "от души", если бы не был в этом уверен. Правда, я писал однодневно "черные" статьи с эс-эрными. И в обеих был убежден. Разве нет 1/100 истины в революции? и 1/100 истины в черносотенстве?

«Опавшие листья» представляют собой тот сборник мыслей, где автор не таит от себя ничего и становится самим собой. Это не тот род литературы, где надо постоянно показывать свою принадлежность к каким-то политическим движениям. Высказывание мысли здесь не носит никакого специального, умышленного характера. Мысль здесь – сам автор, его субъектность, перенесенная на бумагу.
«Опавшие листья» – произведение позднего Розанова. То есть того Розанова, который и называется «Василием Васильевичем Розановым, русским философом», уже сформировавшим свой неповторимый стиль построения философских работ. Того Розанова, которого принято называть «классическим». Ему было 57 лет, когда он написал этот на первый взгляд сборник мыслей, оказывающийся после прочтения целостным произведением. Он уже сформировал нужные (ему), представления, «переболел, перестрадал» многим; всем, что помогло ему прийти к своему пониманию вещей.

«Сформированность» Розанова заключается в том, что мысли его представляют собой внутреннее содержание, свободное от страсти к отстаиванию. «Классический» Розанов — мыслитель, плетущий «узор мысли» в уединении своей души. Он не преследует целей воспитания читающей публики или укрепления в обществе собственных идей. Опять же точнее, чем сам мыслитель на эту тему не выскажешься:

«Какого бы влияния я хотел писательством? Унежить душу… — А «убеждения»? Ровно наплевать».

Розанов во многих местах противоречит себе самому. Это можно назвать одной из отличительных черт его творчества. Он много раз противоречил себе статьями, отстаивая противоположные идеи через достаточно короткое время между публикациями. Даже в самих произведениях встречаются у него диаметрально противоположные мысли. По видимому, это надо воспринимать исключительно как следствие авторского стиля. А стиль его стоит на фундаменте движений души, на которые влияют в том числе и эмоции. Мысли, приходящие к Розанову, безусловно, разные, вплоть до противоречия, но это его мысли, это часть движений души, от которых он не хотел и не мог отказываться.

- Не "мы мысли меняем как перчатки", но, увы, мысли наши изнашиваются, как и перчатки. Широко. Не облегает руку. Не облегает душу. И мы не сбрасываем, а просто перестаем носить. Перестаем думать думами годичной старости

Продолжая разговор о «розановском» стиле, необходимо сказать о главной его составляющей. Если в своих статьях Розанов обращается к большинству или некоему множеству читателей, то есть он изначально говорит вещи, предназначенные для многих, то в произведениях типа «Опавших листьев» он всегда обращается только к одному читателю, к собеседнику. И это очень понятно: меняется тема разговора, стиль подачи идей и вместе с этим меняется и воспринимающий субъект.

Ведь те же «Опавшие листья» это пример того творчества, когда принято говорить, что автор делится с читателем своими мыслями и, самое главное, чувствами. Это произведение может быть правильно понято именно так, как хотел этого Розанов, только в одном виде – исключительно индивидуально. Речь идет не об основных философских воззрениях Розанова, а об их восприятии читателем. В конце концов любой «интимный» (по определению самого Розанова) текст можно «разложить по полочкам», выделив основные и второстепенные мысли. Но «Опавшие листья» — это, прежде всего, очень личное обращение к читателю-собеседнику, и уже потом собрание центральных мыслей философа. Иногда кажется, что Розанов действительно религиозный философ, а не светский. Если в более ранних работах он мог вполне спокойно критиковать церковь и ее атрибуты, то в «Опавших листьях» Церковь и Вера — непоколебимые и даже единственные главные категории его творчества. Подспудно он и сам объясняет такой переход: «Чем старее дерево, тем больше падает с него листьев». Розанов еще сам признается, что в юношеские годы у него было чувство некоторого пренебрежения к «церковникам», как он их называет, и тогда он «даже не протягивал им руки». Розанов изначально был связан с церковью некой сакральной связью. Как бы он не сторонился ее в молодые годы, по большому счету, его отношение к ней не менялось. Насколько это видно из текста «Опавших листьев», Розанов был истинным «сыном церкви» и ее служителем, гораздо глубже чувствовавшим суть ее, нежели иные священники. В те времена было много споров, особенно о церкви; и было много защитников церкви и церковных философов, но истинных служителей среди них было мало. О Розанове в таком качестве речи и не было: это была противоречивая фигура, от которой можно было ждать разных слов, причем не всегда лицеприятных. «…Окончательно утвердилась мысль в печати, что я – Передонов или – Смердяков. Merci» . Когда «все человечество отступилось от церкви. И нарекло ее дурным именем. И прокляло ее» – появился В.В. Розанов и «поцеловал церкви руку, как целуют руку матери, несмотря ни на что, п.ч. она все-таки мать».

- Церковь научила всех людей молиться. Какое же другое к ней отношение может быть у человека, как целовать руку.

При ближайшем рассмотрении оказывается, что Розанов не просто критик или безоговорочный почитатель церкви. Как у истинного «сына церкви» сакральная связь Розанова с ней была искренней или сердечной. Идя путем сердца, Розанов не мог принимать всего в церкви. Например, Розанов упрекает современную ему церковь в том, что она избрала противоестественные способы ведения полемики в светском обществе. Как известно, Василий Васильевич скептически относился к религиозным или церковным газетам и листкам. Церковь, по его мнению, уже имеет все необходимое, нужное слово, т.е Евангелие, для воздействия на человеческие души. Газеты – исключительно мирская вещь, они от человека, а не от Бога:

- Мне кажется, церковь и преданные ей люди ужасно ошибаются, избирая для защиты церкви способы и орудия враждебной стороны - печать. Церковь - безмолвна. Церковь не печатна или "старопечатна". Зачем слово церкви? Слово ее - в литургии, в молитвах. Эти великие сокровища, сокровища церковного слова, уже созданы (еще до книгопечатания) и есть и всегда к пользованию. "Проповеди" едва ли нужны. Разве два-три слова и никогда больше пяти минут речи. Церковь должна быть безмолвна и деятельна.

Зачем слово церкви? Слово ее в литургии, в молитвах.

По Розанову, церковь базируется на человеческой потребности: «Церковь основывается на «нужно». Это совсем не культурное воздействие. Не просвещение народа». Все эти категории пройдут. «Просвещение» можно взять у нигилистов, «культурное воздействие» дадут и жиды».
Признавая неотделимость Церкви и Христа, он жестко критикует духовенство. «Попы — медное войско около Христа. Его слезы и страдания — ни капли в них. Отроду я не видел ни одного заплакавшего попа. Даже «некогда»; все «должность» и «служба». Как «воины» они и защищают Христа, но в каком-то отношении и погубляют его тайну и главное». «Но, однако, при всех порицаниях как страшно остаться без попов. Они содержат вечную возможность слез.

Розанов очень часто, практически всегда оставлял в тексте «Опавших листьев» после мыслей маленькие сноски-комментарии, говорящие о самой мысли иногда больше, чем она могла бы сама сказать о себе.

Это его стиль: сначала в красках высказывается мнение о предмете, а затем в не менее ярких тонах он сообщает другую свою точку зрения о нем. И этот стиль не зависит от жанра его публицистики, присутствуя везде.

У Розанова в «Опавших листьях» (и не только) присутствует много размышлений о Библии. Чтение Евангелия без потребности, а еще хуже без осознания написанного – для Розанова крайне вредное занятие. Роль Церкви для Розанова состоит в том, что она хранит Евангелие, всю свою историю обучая людей читать Великую Книгу.

При таком трепетном отношении к церкви, Розанов, между тем, связывал один из самых страшных для него изъянов человечества – пошлость – с именем церкви. У него есть одно очень интересное размышление на эту тему. Он очень точно подметил такую вещь: в мире всегда присутствует определенная «доза» пошлости. Пошлость сопровождает человечество и принимает лишь разные формы. Под пошлостью Розанов понимает скорее лицемерие, которое, по сути, есть лишь частный случай пошлости. Лицемерие у него бывает разных видов. Прагматизм, который есть сам целиком лицемерие перед Святым Духом, для Розанова страшная вещь. Это настоящий враг, с которым Розанов боролся всегда. На самом деле, нет ничего страшнее зла, прикидывающегося добром. И нет страшнее лицемерия церковного. Лицемерие, облачающееся в церковные одежды, жутко само по себе, так как использует церковные средства, созданные для привнесения божественного в человеческие души, на благо лишь человеческих страстей.

Важный вопрос в размышлениях Розанова о церкви и религии – «естественное христианство». По Розанову не существует «абсолютных» христиан, или «абсолютных» язычников – эти понятия неадекватны человеческой природе. Человек существо достаточно сложное и невозможно «засунуть» его в рамки только христианской морали или только чистого прагматизма. Человеческая природа такова, что христианство или язычество природно присутствуют в каждом индивиде. Здесь следует сделать некоторое отступление и сказать следующую вещь: Розанов – философ не Разума, а Чувств. Для него всегда важнее то, что чувствует человек, нежели то, что он думает. При чем даже чувства не совсем центральное понятие для него, главными для него являются дела человека. Человек, грубо говоря, может чувствовать что угодно, а его поступки будут определять его духовный облик. «Не язык наш – убеждения наши, а сапоги наши – убеждения наши» . И все же чувственное начало доминирует в человеке у Розанова над рациональным. Розанов всегда прежде всего отслеживает чувственные, эмоциональные мотивации поведения человека, он скептически относится к ratio.

В принципе, формула для понимания меры христианства и язычества в человеке такова: «В грусти человек – естественный христианин. В счастье человек – естественный язычник». Естественно, для Розанова главнее христианское «состояние». Языческая составляющая предполагает самостоятельную силу человека, его оторванность от Бога, ненадобность его помощи. Человек в таком состоянии не хочет быть зависимым от кого бы то ни было. Собственно, отсутствие чувства зависимости от Бога – и есть язычество для Розанова.

Розанов целиком погружен в исследование людей плачущих. Такое исследование подспудно подразумевает вопрос: «Кто из людей страдает больше всего?». Ответ на такой вопрос у Розанова находится: «Женская душа вся на слезах стоит». Женщина для Розанова (во всех его рассуждениях и работах) всегда является образом особого мученичества и чистоты. Особенно ярко это видно в его размышлениях о поле и семье. Розанов мыслит женщину минимум в двух измерениях: духовном и телесном. И в обоих измерениях женщина предстает как центральный элемент. Мысли о природе страдания естественным образом выдвигают женщину на первый план как «идеального» страдающего субъекта.

«Трилогия» Розанова»: «Уединённое» (1913) и два короба «Опавших Листьев» (1913 и 1915)) – построены произведения в форме афоризмом, обрывочных воспоминаний (по типу Шмелева «Солнце мертвых»). Поражает магия слова. Пересказать невозможно. Изменить нельзя. Можно только слушать. Восприятие литературы для него всегда чувственно. Вкус, осязание, слух – это то, с чего всё начинается. И через слух рождается ощущение, понимание…

Менее всего писатель стремился к созданию последовательной философской религиозной или литературно-критической концепции. Принцип «бесформенности» превалирует в «случайных» записях, набросках «для себя», составляющих трилогию и отражающих сам процесс мышления, что для Розанова существеннее законченной системы или догмы.

Розанов в письме Э. Голлербаху, своему другу: «Вы знаете, что моё «Уединённое» и «Опавшие листья» в значительной степени сформированы под намерением начать литературу с другого конца вот с конца этого уединённого, уединения сердца, «своей думки», без всякой социально-демократической сволочи. Жажда освободиться от неё, духовно из неё выйти – доходила до судороги и сумасшествия».

Розанов: «На самом деле человеку и до всего есть дело - и ни до чего нет дела. В сущности он занят только собою, - и занят вместе целым миром. Я это хорошо помню, и с детства, что мне ни до чего не было дела. И это как-то таинственно и вполне сливалось с тем, что до всего есть дело. Вот по этому-то слиянию эгоизма и без эгоизма «Опавшие Листья» наиболее удачны».

Розанов (в ответ на рецензию З. Гиппиус): «Все книги должны быть такими, т.е. «не причесываясь» и «не надевая кальсон»

Если в предыдущих статьях и книгах Розанов нередко прибегал к своим излюбленным «антиномиям» (противоречиям), подчас ставившим в тупик его читателей, то в трилогии от «двуликости» он обратился к многоголосию, чем-то напоминающему полифоничность поздних романов Достоевского. Действительно, если читать подряд даже одну из частей «трилогии», то создаётся впечатление разнобойного «шума голосов».

Трилогия не рассчитана на непрерывное чтение, как читаются повесть и романы. Перед нами весьма своеобразная смесь талантливости , глубины прозрений и наблюдений художника с «беззаветным» монархизмом, попыткой соединить христианство с «религией пола» – крепкое зелье, которое ещё никогда не изготавливалось в русской литературе в такой концентрации.

Любопытны пометы о времени и месте, когда и где были сделаны записи, вошедшие в трилогию: « когда болел живот», «на конверте «приглашение на выставку», «в купальне», «за истреблением комаров», «в кабинете уединения» и пр. Иные из них могут показаться даже «нереальными» (например «на подошве туфли»), но как пояснял сам Розанов, ничего необычного не было: просто при купании не было бумаги и записал «на подошве».

Для придания разговорности своему стилю Розанов особенно часто пользуется в трилогии кавычками, курсивами, шрифтовым выделением и прочими приёмами, чтобы подчеркнуть личностный характер письма. Он старается нарушить привычные формы, придать им случайность. Даже сокращения, сделанная в кратких записях «для себя», остаются неизменными в печатном тексте, чтобы лучше выразить «рукописность души».

Разработанный в трилогии особый жанр – «мысли» - свидетельствовал не столько о том, что в творчестве Розанова, как полагал он сам, происходило «разложение литературы», самого существа её». Великого окончания литературы, конечно же, не произошло, и Розанов не стал «последним писателем». Скорее напротив, он создал вершину жанра, за которой десятилетия спустя последовали «камешки на ладони», «затеси», «бухтины вологодские», «мгновения» и т.д».

Афоризмы из книги «Опавшие листья»

- Тó знание ценно, которое острой иголкой прочертило по душе. Вялые знания - бесценны.

- Я ввел в литературу самое мелочное, мимолетное, невидимые движения души, паутинки быта. Но вообразить, что это было возможно потому, что "я захотел", никак нельзя. Сущность гораздо глубже, гораздо лучше, но и гораздо страшнее (для меня): безгранично страшно и грустно.

- Суть литературы не в вымысле же, а в потребности сказать сердце

- "Не ладно" рожденный человек всегда чувствует себя "не в своем месте": вот, именно, как я всегда чувствовал себя.

- Работа и страдание - вот вся моя жизнь. И утешением - что я видел заботу "друга" около себя.

- У писателей таких великодушных и готовых "умереть за человека" (человечество), вы попробуйте задеть их авторство, сказав: "Плохо пишете, господа, и скучно вас читать", - и они с вас кожу сдерут.

- Литература, собственно, есть естественная школа народа, и она может быть единственною и достаточною школою... Но, конечно, при условии, что весь народ читает "Войну и мир", а "Мальву" и "Трое" Горького читают только специалисты-любители.

- Не всякую мысль можно записать, а только если она музыкальна.

- В каждом органе ощущения, кроме его "я знаю" (вижу, слышу, обоняю, осязаю), есть еще - "я хочу". Органы суть не только органы чувств, но еще и - хотения, жажды аппетитов. В каждом органе есть жадность к миру, алкание мира; органами не связывается только с миром человек, но органами он входит (врезается) в мир, уродняется ему. Органами он "съедает мир", как через органы - "мир съедает человека". Съедает - ибо властно входит в него...

Человек входит в мир. Но и мир входит в человека. Эти "двери" - зрение, вкус, обоняние, осязание, слух.

- Пресса толчет души. Как душа будет жить, когда ее постоянно что-то раздробляет со стороны.  А читатель… как он уныло берется за дело, отдав утреннюю свежую душу на запыление, на загрязнение, на измучивание ("чтение газет за чаем"), утомив глаза, внимание. Да: все теперь мы принимаемся без внимания за дело. Одно это не подобно ли алкоголизму? Печатная водка. Проклятая водка. Пришло сто гадов и нагадили у меня в мозгу. Вся та энергиишка, которую - тоже издробленную уже - суют авторы в газеты, в ненужные передовицы, в увядшие фельетоны, в шуточку, гримаску, "да хронику-то не забудь", у кого раздавило собаку (уже Алькивиад, отрубивший хвост у дорогой собаки, был первым газетчиком, пустившим "бум" в Афинах)...

Типа, если бы не было газет Все эти люди, такие несчастные сейчас, вернулись бы к покою, счастью и достоинству. Число книг сразу удесятерилось бы... Все отрасли знания возросли бы...Стали бы лучше писать. Появился бы стиль. Число научных экспедиций, вообще духовной энергии, удесятерилось бы. И словари. И энциклопедии. И великолепная библиография, "бабушка литературы".

 - Вообще заглавия - всегда органическая часть статьи. Это - тема, которую себе написывает автор, садясь за статью; и если читателю кажется, что это заглавие неудачно или неточно, то опять характерно, как он эту тему теряет в течение статьи. Все это - несовершенства, но которые не должны исчезнуть.

- Теперь, эти "сочинения"... Да, мне многое пришло на ум, чего раньше никому не приходило, в том числе и Ницше, и Леонтьеву. По сложности и количеству мыслей (точек зрения, узора мысленной ткани) я считаю себя первым. Мне иногда кажется, что я понял всю историю так, как бы "держу ее в руке", как бы историю я сам сотворил, - с таким же чувством уроднения и полного постижения. Но сюда я выведен был своим "положением" ("друг" и история с ним), да и пришли лишь именно мысли, а это - не я сам. Я - добрый и малый (parvus): a если "мысли" действительно великие, то разве мальчик не "открывает солнца", и "звезд", всю "поднебесную", и что "яблоко падает" (открытие Ньютона), и даже труднейшее и глубочайшее - первую молитву. Вот я такой "мальчик с неутертым носом", - "все открывший". Это - мое положение, но не - я. От этого я считаю себя, что "в Боге"... У меня есть серьезная уверенность: - Бог для того-то и подвел меня (точно взяв за руку) встретиться с другом, чтобы я безмерно наивным и добрым взглядом увидел "море зла и гибели", вообще - сокрытое "от премудрых земли", о чем не догадывались никогда деревянные попы, да и "святые" их категории, - не догадывался никто, считая все за "эмпирию", "случай" и "бывающее", тогда как это суть, душа и от самого источника. 

- Слушайте, человеки: чтó для нас самое убедительное? Нечто, чтó мы сами увидели, узнали, ущупали, унюхали. Ну словом: знаю - и баста. Так для жулика - самое ясное, что он может отпереть всякий замок отверткою; для финансиста - что не ошибется в бирже; для Маркса - что рабочим нужно дать могущество; и прочее. Всякий человек живет немногими знаниями, которые суть плод его жизни, именно его; опыта, страдания, нюха и зрения.

- "Слава" и "знаменитость" какое-то бламанже на жизнь; когда сыт всем - "давай и этого". Но едва занозил палец, как кричишь: "Никакой славы не хочу". Во всяком случае, это-то уже справедливо, что к славе могут стремиться только пустые люди. И итог: насколько я желаю славы - я ничто.

- Боже Вечный, стой около меня. Никогда от меня не отходи.

- Какого бы влияния я хотел писательством? - Унежить душу.

- Люди, которые никуда не торопятся, - это и есть Божьи люди. Люди, которые не задаются никакою целью, - тоже Божьи люди.

- Все писатели - рабы. Рабы своего читателя. Но уж кого бы там ни было, а все-таки в нем существо раба.

- Человек искренен в пороке и неискренен в добродетели. Смотрите, злодеяния льются, как свободная песнь; а добродетельная жизнь тянется, как панихида.

- Не учитесь, господа. Ну их к черту. Шалите, играйте. Собирайте цветы, влюбляйтесь. Только любите своих родителей и уважайте попов (ходите потихоньку в церковь). На экзаменах "списывайте", - в удовлетворение министерской ненасытности. – ЕДИНСТВЕННАЯ ЗДРАВАЯ МЫСЛЬ ЗДЕСЬ!!! В 20 лет, когда уже будете, конечно, женаты, начинайте полегоньку читать, и читайте все больше и больше, до самой смерти. Тогда она настанет поздно, и старость ваша будет мудрая.

- Бог послал меня с даром слова и ничего другого еще не дал. Вот отчего я так несчастен.

- Чтó такое "писатель"? Брошенные дети, забытая жена, и тщеславие, тщеславие...Интересная фигура.

- Вся жизнь моя была тяжела. Свнутри грехи. Извне несчастия. Одно утешение было в писательстве. Вот отчего я постоянно писал.

- Революции происходят не тогда, когда народу тяжело. Тогда он молится. А когда он переходит "в облегчение"... В "облегчении" он преобразуется из человека в свинью, и тогда "бьет посуду", "гадит хлев", "зажигает дом". Это революция.

- Без веры в себя нельзя быть сильным. Но вера в себя разливается в человеке нескромностью. Уладить это противоречие - одна из труднейших задач жизни и личности.

- Главный лозунг печати: проклинай, ненавидь и клевещи.

- Стиль есть тó, куда поцеловал Бог вещь. Стильные вещи суть оконченные вещи. И посему они уже мертвы. И посему они уже вечны. Потому что они не станут изменяться. Но всегда останутся. С тем вместе стиль есть нечто внешнее. Это наружность вещей. Кожа вещей. Но ведь у человека мы целуем же священные уста и никто не вздумает поцеловать столь важное и нужное ему сердце.

- Благодари каждый миг бытия и каждый миг бытия увековечивай. Смысл - не в Вечном; смысл в Мгновениях.


 

А также другие работы, которые могут Вас заинтересовать

84994. Здоровый образ жизни и профилактика вредных привычек 27.76 KB
  Сформировать убеждение в том что привычка курить и употреблять алкоголь зачастую начинается с первой пробы выработать у них твердую привычку говорить Нет любому кто предложит закурить или попробовать спиртное. Разобрать с учащимися ситуационные задачи: Если вам в кругу сверстников предложат закурить как вы поступите Если у вас в доме гости и вас пригласили к столу и предложили выпить спиртного как вы поступите В заключение предложить четыре правила Нет для профилактики курения и употребления спиртных напитков. Постоянно...
84995. Первая медицинская помощь при различных видах повреждений 28.12 KB
  Познакомить учащихся с назначением и содержанием первой медицинской помощи. Разобрать последовательность в оказании первой медицинской помощи: довести но них рекомендации службы скорой медицинской помощи в каких ситуациях необходимо вызывать скорую медицинскую помощь. Общие правила в последовательности оказания первой медицинской помощи. Подчеркнуть что от своевременности и качества оказания первой медицинской помощи в значительной степени зависит дальнейшее состояние здоровья пострадавшего и даже его жизнь.
84996. Оказание первой медицинской помощи при ушибах, ссадинах, носовом кровотечении 27.31 KB
  Оказание первой медицинской помощи при ушибах ссадинах носовом кровотечении Цель урока. Познакомить учащихся с правилами оказания первой медицинской помощи при ушибах сформировать умение оказания первой медицинской помощи при ушибах ссадинах. Разъяснить учащимся что такое носовое кровотечение и отработать практически последовательность оказания первой медицинской помощи. Познакомить учащихся с первой помощью при носовом кровотечении.
84997. Первая медицинская помощь при отравлениях 29.5 KB
  Первая медицинская помощь при отравлениях Цель урока. Вызвать скорую медицинскую помощь. Если яд попал через кожу то ее промыть большим количеством воды физиологическим раствором слабым раствором питьевой соды или раствором лимонной кислоты в зависимости от ядовитого вещества; из желудка яд удалить промыванием или с помощью рвотных средств. Первая медицинская помощь: вывести пострадавшего на свежий воздух; дать обильное питье.
84998. Город как среда обитания человека 31.04 KB
  Изучаемые вопросы Основные признаки современного города. Привлекательность города для жизнедеятельности человека. Наиболее характерные опасные ситуации для современного города. в городах мира проживало 3 населения Земли в начале XX в.
84999. Жилище человека и особенности его жизнеобеспечения 28.05 KB
  Напомнить бытовые приборы используемые в повседневной жизни заострить внимание учащихся на необходимости соблюдения правил эксплуатации систем жизнеобеспечения и бытовых приборов для обеспечения личной безопасности и безопасности окружающих. Необходимость соблюдения правил эксплуатации систем жизнеобеспечения дома квартиры и бытовых приборов для гарантии личной безопасности и безопасности окружающих. Обратить внимание учащихся что появление в жилище все новых различных приборов потребует от человека другого отношения к своему дому и иных...
85000. Особенности природных условий в городе 28.48 KB
  Особенности природных условий в городе Цель урока. Сформировать целостное представление учащихся о природных условиях в городе проживания уточнить факторы влияющие на особенности природных условий в вашем городе; отметить факторы положительно влияющие на микроклимат города и факторы отрицательно влияющие на экологическую обстановку в городе. Обсудить правила безопасности поведения в повседневной жизни с учетом экологической обстановки в городе. Меры по обеспечению личной безопасности которые необходимо соблюдать в повседневной жизни в...
85001. Взаимоотношения людей, проживающих в городе, и безопасность 28.74 KB
  Обратить внимание на необходимость соблюдать определенные правила взаимоотношений с окружающими людьми вырабатывать умение жить с ними в согласии и обеспечивать личную безопасность. Взаимоотношения с окружающими людьми в городе. Правила безопасного общения с незнакомыми людьми в городе. Но для приобретения жизненного опыта и обеспечения собственной безопасности большое значение имеет правильное выстраивание своих взаимоотношений с окружающими людьми.
85002. Основы безопасности жизнедеятельности человека 29.76 KB
  Изучаемые вопросы Опасные и чрезвычайные ситуации и их классификация но месту возникновения. При стечении определенных обстоятельств любая опасность может стать причиной возникновения опасной или чрезвычайной ситуации. Дать определения опасной и чрезвычайной ситуаций и обратить внимание на существенное различие опасной ситуации от чрезвычайной. Подчеркнуть что в большинстве случаев опасные ситуации создает сам человек нарушая общепринятые нормы и правила поведения человеческий фактор.