38500

Правовая аномия в Украинском обществе

Дипломная

Политология и государственное регулирование

В условиях провозглашенной политическим руководством Украины курса на модернизацию вырисовываются контуры радикальной перестройки сфер общественной жизни которые требуют немалых усилий по преодолению правовой аномии в украинском обществе как массовых неправовых практик населения и маргинализации ценности права. Специфика правовой аномии в украинском обществе не может быть списана только за счет издержек социальной транзиции или концепции культурной самобытности выражающейся в архетипах социальной анархии или имманентного бесправия....

Русский

2013-09-28

210 KB

3 чел.

PAGE  50

                                               Введение

Актуальность темы исследования. В условиях провозглашенной политическим руководством Украины курса на модернизацию, вырисовываются контуры радикальной перестройки сфер общественной жизни, которые требуют немалых усилий по преодолению правовой аномии в украинском обществе, как массовых неправовых практик населения и маргинализации ценности права. На состояние экономики, социальной и политической жизни в стране влияет рассогласованность правовых норм и базисных социальных установок россиян, как ориентация определенной части населения реализовать жизненные цели, выходящие за рамки правового регулирования.

Специфика правовой аномии в украинском обществе не может быть «списана» только за счет издержек социальной транзиции или концепции культурной самобытности, выражающейся в архетипах социальной анархии или имманентного бесправия.

Социологический анализ правовой аномии требует выявления ее объективных и субъективных факторов, описания правовой аномии как по объективным критериям, основанным на дисфункции института права, так и по динамике настроений украинцев и реализации жизненных стратегий в рамках права или отклонения права.

Правовая аномия в обществе, имеет свои специфические проявления. Ее характер определяется, во-первых, достаточно сложным процессом преодоления социальной травмы, несоответствия состоявшихся жизненных стандартов и социального опыта новым требованиям социальной среды и официально одобряемых целей; во-вторых, сохраняющимся социальным неравенством, которое не предоставляет минимальные социальные возможности представителям групп, находящимся за чертой бедности, и воспроизводит социальные диспропорции. В-третьих, правовая аномия не является уделом только маргинальных слоев населения, 3 сфокусирована в различных социальных группах, что дает основание говорить о ее системном характере. И, наконец, в-четвертых, с правовой аномией связывается рост криминализации, в обществе, поражающей государственные и правоохранительные структуры.

Вот почему нельзя правовую аномию сводить только к неэффективности права и культивированию правового нигилизма в настроениях украинцев. Ее последствия гораздо шире и ощущаются в повседневной жизни россиян.

Говоря о правовой аномии, также необходимо отметить, что ограничение или нейтрализация влияний правовой аномии является неотложной задачей на пути успешной модернизации: общество, находящееся в состоянии правовой аномии с правовыми институтами, не может мобилизоваться на решении задач модернизации. В той же степени остаются неясными и перспективы поворота общественного сознания к легальной социальной интеграции в общественную жизнь, налаживанию системы взаимоотношений доверия и ответственности с государством и обществом и включению правовых регуляторов на межличностном уровне.

Итак, проблема правовой аномии имеет теоретическое и социально-практическое значения, так как описываемые в социологическом дискурсе эффекты маргинализации и деформации права сводятся к институциональным искажениям и в целом не ориентируют исследовательский интерес на выявление корреляции между правовой аномией, носящей системный характер, и неправовыми социальными практиками. Актуальность данной проблематики определяется возникшим несоответствием между общественным запросом на модернизацию, на интеграцию общества в глобальную систему и осуществлением идеи права как основного социального регулятора, которая находится в зависимости от воздействия неправовых практик и испытывает последствия маргинализации права, избирательности применения или неприменения правовых норм в контексте неравенствам доступе к ресурсам права.

Правовая аномия также порождает цепь деструктивных изменений, связанных и направленных на расширение сферы неправовой свободы, неэффективности государства за исполнением законов и норм, криминального перерождения базовых институтов, нарастания деликвентного и девиантного поведения, которое, хотя и поражает в большей степени молодое поколение, свойственно и в поведенческих практиках старших поколений российского населения.

Анализ причин и форм проявления правовой аномии в обществе имеет непосредственно социально-практическое значение и решает ряд теоретических проблем, определяемых неразработанностью, понятийной непроясненностью концепта правовой аномии, отсутствием системы эмпирических верификаторов, что требует тематизации проблемы правовой аномии в отечественной социологической мысли.

Степень научной разработанности темы. Определение аномии в классической социологической мысли дано Э. Дюркгеймом, который установил, что в условиях перехода от традиционного к современному обществу органическое разделение труда и порожденные им анонимные функциональные отношения ослабляют воздействие коллективных представлений на личность, создают трудности в процессе социальной интеграции. Индивид вынужден, сталкиваясь с неясностью коллективных представлений и неэффективностью традиционных образцов, находиться в состоянии социальной неопределенности, недоверия и фрустрации.

В работах М. Вебера" теоретические поиски правовой аномии сосредоточены на «формуле» поведенческого отклонения в условиях рационализации общественной жизни. По мнению Вебера, правовая аномия имеет основания в бюрократизации правовой системы, в безличностном характере правового воздействия, которое выступает объективирующей «силой» по отношению к интересам людей.

Осмысление аномии в условиях сформировавшегося индустриального о современного общества предложено Р. Мертоном , который, применяя положения структурно-функционального подхода, осмысливает аномию как несоответствие между целями и стандартами жизни, навязываемыми современным обществом, и ограниченность способов легального удовлетворения официально одобряемых целей.

Таким образом, наибольшее внимание классической социологии привлечено к поиску объективных факторов правовой аномии, связанных либо с ослаблением общественных связей (Э. Дюркгейм), либо с нонфункциональностью и дисфункциональностью института права .

Неклассическая социологическая мысль переводит проблемы аномии на социальный микроуровень, подтверждением чему служит концепция социального габитус, социальной неопределенности (Э. Гидденс), социокультурной травмы (П. Штомпка). Неклассическая социология делает упор на выявление мультипликационного эффекта аномии, определяемого социально-диспозиционными установками личности, прежде всего, социально фиксированными и базисными.

В работах российских исследователей М.А. Шабановой и Т.И. Заславской принимается во внимание то, что население России «испытало шок» от реформ, т.е. даже насильственное изменение ценностных ориентиров не ведет к успешной жизненной карьере и подразумевает неспособность индивида справиться с накопившимися проблемами на 4 индивидуальном уровне .

В условиях, когда отсутствует система гарантированных социальных прав, личность вынуждена ориентироваться на умение «делать деньги» в независимости от реального уровня жизненной обеспеченности, что приводит к дискредитации правовых норм, и утрате ценности права, как способа достижения жизненных целей. На нестабильность правил социальной «игры» и неэффективность правовых регуляторов социальной интеграции как фактор роста правовой аномии указывают в своих исследованиях В.В. Кривошеев, М.А. Ядова, Ю.А. Зубок.

В.М. Артемов, М.К. Горшков, Ф.Э. Шереги, подчеркивают, что правовая аномия может быть осмыслена через понимание места права в системе ценностных ориентации населения и характере установок на соблюдение закона в российском обществе, что определяет характеристику правовой аномии как следствия принятия схемы «неправового» государства и недостаточности права в качестве регулятора во взаимоотношениях между гражданами и государством и гарантии прав и свобод граждан6.

В целом в разработанности правовой аномии необходимо выделить следующие характеристики: классическая социология концентрирует внимание на определении объективных, связанных со структурными и институциональными параметрами, факторов правовой аномии как нестабильности и дисфункциональности правовой системы, неудовлетворения общественного запроса на значимость функций права.

Неклассическая социология направляет исследовательские усилия на выявление структурно-деятельностных и субъектно-деятельностных подходов к проблеме правовой аномии, рассматривая ее как влияние социальных диспозиций личности и объективации права в поведенческих стратегиях.

Исследовательский выбор определяет формулирование основной цели исследования - рассмотрение правовой аномии как фактора, обусловленного маргинализацией права и неправовыми социальными практиками в украинском обществе.

Для достижения поставленной цели необходимо решить следующие исследовательские задачи:

- определить валентность и содержание категории «правовая аномия» в контексте социологической мысли;

- сформировать теоретико-методологический конструкт, исходя из особенностей правовой аномии в российском обществе;

- выявить, социально-структурные изменения, способствующие нарастанию правовой аномии в российском обществе;

- исследовать институциональные параметры аномии в украинском обществе;

- проанализировать основные формы аномии в правовом поведении российского населения;

- определить пути, методы и способы реализации и ограничения правовой аномии в общественной жизни украинского общества.

Объектом исследования выступает правовая сфера украинского общества, связанная с ролью правовых регуляторов общественных отношений.

Предметом исследования является правовая аномия как состояние правовой сферы, характеризуемое рассогласованностью массовых социальных практик и содержания правовых норм, приоритетности не правовых форм регуляции во взаимодействиях на уровнях взаимодействия с обществом и государством и в сфере межличностных отношений.

Гипотеза исследования заключается в том, что правовая аномия, как состояние рассогласованности правовых норм и социальных практик населения, имеет основания в расхождении между доминирующей в российском обществе «идеологией» приоритетности права и ограниченными легальными средствами и способами удовлетворения жизненных целей.

Правовая аномия выражается в массовизации иллегального, отклоняющегося от правовых норм, поведения практически во всех группах российского общества, специфически преломляясь через социально-статусные и идентификационные параметры, и возможности доступа к правовым ресурсам. Нейтрализация и ограничение правовой аномии определяются переориентацией общества на референтность правомерного поведения в соответствии с официально одобряемыми целями, повышением эффективности правовых норм, а также включением правовых норм не только в публичной сфере, но и в приватной жизни на социальном микроуровне.

Теоретико-методологической основой исследования является теория правовой аномии, сформулированная в трудах классической социологии

(Э. Дюркгейм, М. Вебер, Р. Мертон), содержащая трактовку правовой аномии как ослабления и замещения норм права в достижении социально одобряемых целей; в неклассической социологии (П. Бурдье, Э. Гидденс,

П. Штомпка) о субъектном измерении правовой аномии в обществе как способе адаптации индивида к растущей социальной неопределенности и ослаблению интеграционной-силы права.

Структура работы. Дипломная работа состоит из введения, трех глав, заключения и списка литературы.


Глава 1. ТЕОРЕТИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВАНИЯ ИССЛЕДОВАНИЯ ПРАВОВОЙ АНОМИИ.

1.1. Правовая аномия в системе социологического знания

Управление социальными процессами обусловлено множеством факторов, среди которых особое место занимает аномия. Латентное влияние социальной аномии на управляемость в обществе привело к тому, что эта проблема часто остается в тени. Между тем социальная аномия снижает эффективность управления, действенность социальных институтов и организаций. Особенно ярко это проявилось в условиях политического и социально-экономического кризиса, в котором оказалось российское общество в 90-е годы. Экономические реформы в некоторых регионах вызвали рост безработицы и резкое снижение уровня жизни, привели к социально-политической нестабильности и высокой социальной напряженности. Разрушение привычного образа жизни, ухудшение социальной инфраструктуры, ослабление роли социальных институтов отрицательно повлияли на все стороны жизни населения. Политические и социально-экономические реформы сопровождались сменой ценностных ориентаций и радикальным изменением законодательства. Сосуществование прошлой нормативно-ценностной системы и нарождающейся новой нравственной и правовой системы норм сопровождалось конфликтами, моральными коллизиями, дезорганизованностью в обществе. Здесь можно обнаружить все признаки глубокой социальной аномии.

Понятие «аномия» возникло более двадцати веков назад. Древнегреческое понятие «anomos» означает «беззаконный», «неуправляемый». Оно встречается еще у Еврипида и Платона. В Новое время понятие аномии мы находим в работах английского историка XIX века Уильяма Мэбейрда, французского философа и социолога XIX века Ж.М. Гюйо. В социологию этот термин ввел выдающийся французский социолог Эмиль Дюркгейм, а позднее существенно развил американский социолог Роберт Мертон.

Аномия (от фр. anomie – буквально «беззаконие, безнормность»; от греч. a – отрицательная частица и nomos – закон) – такое состояние общества, в котором заметная часть его членов, зная о существовании обязующих норм, относится к ним негативно или равнодушно.

Впервые явление социальной аномии описал французский социолог Эмиль Дюркгейм. Аномия – отсутствие закона, организации, норм поведения, их недостаточность. Э. Дюркгейм отмечал, что аномичные состояния в обществе возникают особенно часто в условиях экономических кризисов и динамичных реформ. «В момент общественной дезорганизации, – считает он, – будет ли она происходить в силу болезненного кризиса или, наоборот, в период благоприятных, но слишком внезапных социальных преобразований – общество оказывается временно неспособным проявлять нужное воздействие на человека» ( 13 , с. 122).

Понятие аномии характеризует состояние общества, при котором наступают дезинтеграция и распад системы норм, которые гарантируют общественный порядок (Э. Дюркгейм). Социальная аномия свидетельствует о том, что нормы поведения серьезно нарушены и ослаблены. Аномия вызывает такое психологическое состояние личности, которое характеризуется чувством потери ориентации в жизни, возникающее, когда человек оказывается перед необходимостью выполнения противоречащих друг другу норм. «Прежняя иерархия нарушена, а новая не может сразу установиться. Пока социальные силы, предоставленные самим себе, не придут в состояние равновесия, относительная ценность их не поддается учету и, следовательно, на некоторое время всякая регламентация оказывается несостоятельной».

Позднее аномия понимается также как состояние в обществе, вызванное избыточностью норм, причем противоречивых (Р. Мертон). В этих условиях личность теряется, не зная, каким нормам следовать. Разрушается единство нормативной системы, системы регулирования общественных отношений. Люди социально дезориентированы, переживают чувство тревоги, изолированности от общества. Это закономерно ведет к девиантному поведению, маргинальности, преступности и другим асоциальным явлениям .

Э. Дюркгейм рассматривает аномию как часть своей историко-эволюционной концепции, опирающейся на противопоставление «традиционного» и современного промышленного общества. Проблема аномии порождена переходным характером эпохи, временным упадком моральной регуляции новых капиталистических экономических отношений. Аномия – продукт неполного перехода от механической к органической солидарности, поскольку объективная база последней – общественное разделение труда – прогрессирует быстрее, чем находит моральную опору в коллективном сознании.

Необходимым условием возникновения аномии является противоречие между двумя рядами социально порождаемых явлений (первый – потребности и интересы, второй – возможности их удовлетворения). Предпосылкой целостной личности служит, по Дюркгейму, устойчивое и сплоченное общество. При традиционных общественных порядках человеческие способности и потребности обеспечивались относительно просто, так как соответствующее коллективное сознание удерживало их на низком уровне, препятствуя развитию индивидуализма, освобождению личности и устанавливая строгие принципы (границы) тому, что законно мог добиваться индивид в данном общественном положении. Иерархическое традиционное общество (феодальное) было устойчивым, так как ставило разные цели разным социальным слоям и позволяло каждому ощущать свою жизнь осмысленной внутри узкого замкнутого слоя. Ход общественного процесса увеличивает «индивидуализацию» и одновременно подрывает силу коллективного надзора, твердые моральные границы, характерные для старого времени. В новых условиях резко расширяется степень свободы личности от традиций, коллективных нравов и предрассудков, возможности личного выбора знаний и способов действия. Но относительно свободная структура промышленного общества больше не определяет жизнедеятельность людей и словно с естественной необходимостью и постоянно воспроизводит аномию в смысле отсутствия твердых жизненных целей, норм и образов поведения. Это ставит многих в неопределенное положение, лишает коллективной солидарности, чувства связи с конкретной группой и со всем обществом, что ведет к росту в нем отклоняющего и саморазрушающего поведения ( 6, с. 57).

Аномия—это состояние беззакония, отсутствие правовых норм. Фундамент для теории аномии, используемой при объяснении причин преступности, заложил Эмиль Дюркгейм. Он считал, что социально отклоняющееся поведение и преступность — это вполне нормальные явления. Если в обществе нет такого поведения, значит, оно до болезненности законтролировано. Когда ликвидируется преступность, прекращается прогресс. Преступность—это плата за социальные изменения. В той же мере, в какой гений должен иметь возможность к самосовершенствованию, преступник должен иметь шанс на преступление. Общество без преступности немыслимо. Если бы перестало совершаться все то, что сейчас зовется преступным, в категорию преступности пришлось, бы зачислить какие-то новые виды поведения. Ибо преступность неизбежна, неистребима. И причина этого не в том, что люди слабы и злы, а в том, что в обществе существует бесконечное множество самых различных видов поведения. Солидарность же в человеческом обществе достигается только тогда, когда против этого разнообразия в поведении используют конформистский прессинг. Этот прессинг обеспечивают наказания. Преступность—это фактор общественного здоровья, в обществе без преступности давление коллективного сознания было бы настолько сильным и жестким, что никто не смог бы ему противостоять. В этом случае преступность была бы, конечно, уничтожена. Но вместе с ней исчезла бы и всякая возможность прогрессивного социального развития. И если оригинальность идеалиста, чьи мечты опережают свой век, самовыражается, то должна найти свое выражение и «оригинальность» преступника, который изрядно отстает от своего века. Преступник — это не какое-то неспособное к социализации существо, не паразит, не чуждый элемент, не приспособившийся к обществу, а фактор, играющий в жизни общества определенную роль.

По Дюркгейму, преступность бывает незначительной в обществе, где человеческой солидарности и социальной сплоченности достаточно. В результате социальных изменений, которые могут идти как в сторону экономического краха, так и в направлении расцвета, создаются благоприятные условия для разделения труда и большего разнообразия жизни, а интегрирующие, силы ослабляются. Общество распадается и раскалывается. Отдельные его осколки изолируются. Когда единство социума разрушается, а изолированность его элементов увеличивается, социально отклоняющееся поведение и преступность возрастают. Общество оказывается в состоянии аномии. Данное положение Дюркгейм аргументирует следующим образом. Французское общество в последние 100 лет умышленно искореняло факторы самоуправления человеческими инстинктами и страстями. Религия почти полностью потеряла свое влияние на людей. Традиционные профессиональные объединения типа ремесленных гильдий (цехи и корпорации) были ликвидированы. Правительство твердо проводило политику свободы предпринимательства, невмешательства в экономику. А результатом этой политики оказалось то, что мечты и стремления уже ничем не сдерживаются. Эта свобода устремлений стала движущей силой французской промышленной революции; но она же породила хроническое состояние аномии с сопровождающим ее высоким уровнем самоубийств ( 10, с. 31).

В деле поддержания общественной солидарности большую роль играет, по Дюркгейму, наказание преступников. Изначальный и важнейший источник солидарности общества — это правильное понимание честности и порядочности. Наказание преступника необходимо, чтобы сохранить приверженность рядового гражданина к данной социальной структуре. Без угрозы наказания средний гражданин может потерять свою глубокую привязанность к данному обществу и свою готовность принести необходимую жертву ради сохранения этой привязанности. Кроме того, наказание преступника служит видимым общественным подтверждением его неполноценности и оправданности порицания любой преступной группы. Это порицание и умаление достоинства преступников усиливает среди основной массы населения чувство превосходства и собственной правоты, что в свою очередь укрепляет и солидарность всего общества. Оно группирует преступников по категориям, делая уголовные наказания сильнейшим из всех имеющихся средств оправдания и сохранения социальной солидарности ( 19, с. 78).

Развитие теории Дюркгейма продолжил Роберт Мертон (1938). Если для Дюркгейма аномия означает неспособность общества регулировать естественные импульсы и желания индивидов, то, по Мертону, многие желания индивидов необязательно оказываются «естественными», а чаще бывают обусловлены цивилизаторской деятельностью самого общества. Социальная структура ограничивает способность определенных общественных групп удовлетворять свои желания. Она оказывает давление на определенные личности в обществе, заставляя их вести себя не конформистски, а противоправно.

Высшей целью западной цивилизации является достижение материального благополучия, благосостояния. Это накапливающееся благополучие в принципе приравнивается к личным ценностям и заслугам и связывается с высоким престижем и социальным статусом. Люди без денег деградируют. Цивилизация в западном индустриальном обществе толкает всех индивидуумов к тому, чтобы стремиться к возможно большему благополучию. В то же время существует эгалитарная, уравнительная идеология, заставляющая людей думать, что каждый член общества имеет одинаковые шансы добиваться благополучия. Однако никто не ожидает, что все люди достигнут этой цели, хотя каждый надеется хотя бы приблизиться к ней, в противном случае его будут считать лентяем и лишенным честолюбия.

Западная цивилизация предоставляет человеку для достижения этой цели институциональные средства, одобренные обществом, и проверенные опытом нормы поведения. Общество требует соблюдения этих норм всеми его членами, желающими в соответствии с цивилизаторскими целями «выйти наверх». Институциональными средствами в западном обществе являются ценности среднего слоя, основанные на протестантской этике труда. Достижение цивилизаторской цели (материальное благополучие) должно обеспечиваться упорным трудом, честностью, хорошим воспитанием людей и предвосхищающим удовлетворением своих нужд. Насилие и обман как методы достижения благополучия запрещаются. Личность, применяющая дозволенные методы, получает меньшее признание в обществе, если она не добивается, по крайней мере, уровня благополучия среднего слоя. Личность же, добивающаяся достаточно высокого уровня благополучия, обретает признание, престиж и высокий социальный статус даже в том случае, если она пользовалась не институциональными средствами, не социально структурированными путями. Этот циничный подход вызывает повышенный спрос на институциональные средства, оказывает особое влияние на ценностные представления людей, которые не могут добиться благополучия на путях, разрешенных обществом. Это, прежде всего представители низших слоев. В этих случаях способность достичь благополучия ограничивается не только нехваткой таланта или нужных качеств индивида, но и самой социальной структурой. С помощью институциональных средств и методов лишь те лица из низших слоев общества могут добиться благополучия, которые очень талантливы и работают исключительно упорно. Для большинства же представителей низших слоев такая возможность просто нереальна, и потому особенно сильным оказывается влияние социально отклоняющегося поведения, делинквентности и преступности, к которым их толкают условия. Таким образом, в основе того сильного давления, которому подвергаются ценностные ориентации низших слоев населения, лежат два следующих момента:

— Первый состоит в том, что западная цивилизация делает больший упор на достижение материального благополучия, декларируя при этом, что достичь эту цель может каждый.

— Второй сводится к тому, что сама социальная структура существенно ограничивает низшим слоям возможности достижения этой цели общественно признанными путями.

Отсюда аномия, по Мертону,— это крушение системы регулирования индивидуальных желаний, в результате чего личность начинает хотеть больше, чем она может добиться в рамках данной социальной структуры. Аномия — это полнейшее расхождение между декларируемыми цивилизаторскими целями и социально структурированными путями их достижения. Применительно к отдельной личности аномия есть искоренение ее моральных устоев. Личность при этом лишается всякого чувства преемственности, традиционности, лишается всех обязательств. Ее связь с обществом разрушена. Аномия—это отсутствие психической и социальной интеграции, целостности личности и общества в целом. Когда же ценностные и социальные структуры плохо интегрированы, когда сама структура ценностей требует определенного поведения и взглядов, а социальная структура мешает этому, тогда из этого вытекает тенденция к аномии, к коллапсу всех норм, к отсутствию всех правовых норм. Мертон различает пять видов индивидуального приспособления:

1.  Конформизм

2.  Мятеж

3.  Инновация

4.  Ритуализм

5.  Уход от мира

Под конформизмом он понимает гармоничное соединение провозглашенных цивилизаторских целей и структурных путей их достижения. Конформизм—символ социальной стабильности ( 21, с. 79).

При всем цивилизаторском уповании на свой успех в достижении цели те, кто выбрал в качестве основного вида приспособления инновацию, понимают, что добиться этого социально признанными путями они могут не всегда. И тогда они обращаются к институционально не дозволенным, новым и зачастую весьма действенным средствам. Так, коммерсанты пытаются достичь желаемого путем разных хозяйственных правонарушений. Служащие совершают кражи у своих работодателей.

Ритуализм предполагает сильное принижение цивилизаторских целей или даже полный отказ от них до тех пор, пока не удовлетворены запросы каждого в отдельности. Ритуализм означает принудительное, судорожное цепляние за институциональные нормы ( 9, с. 143).

Когда личность в течение долгого времени не может достичь цивилизаторской цели легитимными и даже нелегитимными средствами, она начинает реагировать на это отказом, апатией, уходом от мира, что также является видом приспособления (адаптации). Эти «сошедшие с поезда» люди живут в данном обществе чисто номинально, не будучи включенными, в него. К ним относятся душевнобольные, алкоголики, наркоманы, отвергнутые обществом, бродяги, бездомные. Они не чувствуют себя принадлежащими к своей цивилизации. Они не видят реальной возможности достижения успеха. И общество нередко криминализирует уход от мира, издает законы против бродяжничества, пьянства в общественных местах, злоупотребления наркотиками.

При мятеже старые цели и методы отвергаются. Они заменяются новыми целями и методами. Примерами мятежа как вида приспособления служат революции, альтернативные формы существования. Мятеж вызывает к жизни такие преступные действия, как покушения на убийство, взрывы бомб или беспорядки с применением насилия.

Эти виды приспособления (адаптации) не являются характеристиками личности. Они лишь дают наглядное представление о том, какой вид поведения выбирает индивидуум в качестве ответной реакции на усиливающуюся аномию. Была сделана попытка объяснить формы приспособления на примере спорта (Void, Bernard 1979). Если выигрыш в спорте преувеличить, то те, кто не способен выиграть по правилам, получат значительную мотивацию к обману (инновации). Однако они могут продолжать заниматься спортом и без надежды на успех (ритуализм). Они могут также и прекратить занятия спортом (уход от мира). Они могут начать заниматься другим видом спорта (мятеж) ( 25, с. 67).

Новый аспект теории аномии был придан Ричардом Клоуардом, который показал, как структуры, возникшие случайно или в процессе приобретения криминального поведения, предлагают низшим слоям такие средства, как отклоняющееся поведение, делинквентность и преступность. У низших слоев не только ограниченный доступ к легальным путям, но и широкие возможности для нелегального достижения цели в своем ближайшем окружении.

Теория аномии, предложенная Мертоном и делающая особый упор на специфику поведения низших слоев, подвергалась критике в двух аспектах:

По теории Мертона, отклоняющееся поведение, противоправность и преступность рассматриваются как резкое, внезапное и крутое изменение взглядов (приспособление) под влиянием аномии. Это неверный подход, так как он не отражает действительность. Отклоняющееся поведение, правонарушение и преступление возникают не в результате сознательного выбора, как механическая реакция на действие какого-то фактора или на сочетание факторов в определенной ситуации, а в процессе взаимодействия в ходе продолжительного приспособления субъекта и его реакции на действия других.

По данным современных исследований скрытой преступности, девиантность, противоправность и преступность не являются включительно или даже преимущественно проблемой низших слоев населения. Но даже если бы это и было так, мертоновская теория аномии не объясняет, почему основная масса представители низших слоев ведет себя в обществе конформистский. Между тем, по Мертону, аномия распространяется на все низшие слои ( 18, с. 144).

1.2. Специфика правовой аномии в обществе

Дисфункциональность основных социальных институтов, патология социальных связей и взаимодействий в современном российском обществе, которые выражаются, в частности, в несокращающемся числе случаев девиантного и делинквентного поведения, то есть все то, что со времен Э. Дюркгейма определяется как аномия, постоянно анализируется представителями разных отраслей обществознания . При этом подходы к выявлению причин современной аномии, а также к рассмотрению условий протекания негативных процессов, их содержания, перспектив социального оздоровления российского социума существенно отличаются. Одна группа социологов, политологов, криминологов полагает, что современное аномийное состояние общества не более чем издержки переходного периода, свойственные всем трансформирующимся обществам, в частности, восточноевропейским, в которых уже более десяти лет кардинально изменяются социально-экономический уклад, политический строй . Другие рассматривают происходящее с позиций катастрофизма, выделяют определенные социальные параметры, свидетельствующие, по их мнению, именно о необратимости негативных процессов в обществе, его неотвратимой деградации .

Подобные "разногласия" свидетельствуют об определенной теоретической растерянности перед лицом крайне непростых и, безусловно, не встречавшихся прежде проблем. Представляется, что аномийное состояние нашего общества имеет немало специфичных черт. Но прежде чем обсудить их, хотелось бы осуществить небольшой экскурс в историю социологической мысли ( 15, с. 43).

Как уже отмечалось, впервые социологически выразил идею рассогласования моральной и правовой регуляции в обществе Э. Дюркгейм. Для него, подчеркнем, аномия свойственна трансформирующемуся типу общества, осуществляющему переход от традиционного к индустриальному состоянию, когда резко изменяются структура, иные свойства и характеристики социума. Сегментарная модель традиционного общества с немногочисленным набором ясных, однозначно трактуемых норм, предписаний уступает место целостному социуму, в котором индивиду не так просто среди совокупности подчас противоречащих и многочисленных образцов и стандартов поведения выбирать достойные повторения. "Функциональное разнообразие влечет за собой моральное, - отмечает французский социолог, - которое ничто не может предупредить; одно неизбежно возрастает вместе с другим. Коллективные чувства все более бессильны сдерживать центробежные тенденции, которые, как думают, порождаются разделением труда, эти тенденции увеличиваются по мере усиления разделения труда, а с другой стороны - сами коллективные чувства в то же время ослабевают" ( 11, с. 49) .

Именно упадок в новых условиях этих коллективных представлений, действующих как объективные социальные факты, ослабление индивидуального осознания приобщенности к тем нормам, которые были свойственны замкнутой корпорации, и вызываются самим переходом к обществу промышленного типа. Это означает наступление аномии. В условиях уже сложившегося индустриального общества и применительно к его американскому варианту развивает концепцию аномии Р. Мертон. Выстраивая рассуждения в координатах "цель действия - средства ее достижения", он отмечает явную недостаточность одобряемых социумом способов реализации даже тех образцов, стандартов поведения, которые официально поддерживаются обществом и его институтами. Раскрывая потребительские ориентиры, присущие американскому социуму, Мертон отмечает, что навязывание индивидам определенного стиля поведения наталкивается на ограниченность легальных способов его поддержания. В результате инновационная модель действия может привести к прямому нарушению норм-запретов, свойственных в данный момент обществу, вести к нарастанию преступных проявлений. Индивид может попасть и реально попадает в положение, когда действуют несовместимые требования доминирующей культуры. С одной стороны, от него требуют, чтобы он ориентировал свое поведение "в направлении накопления богатства, а с другой - ему почти не дают возможности сделать это институциональным способом" ( 24, с. 45) .

Интерес представляет наблюдение Мертона относительно механизма поведения индивида, вызываемого рассогласованием требований к нему. Речь идет, во-первых, о символической, безличной природе денег, обладание которыми не несет отпечатка их законного или незаконного получения. Во-вторых, культура индустриального общества, особенно больших городов, носит анонимный характер, что означает, ко всему прочему, весьма слабую доступность контролю большинства поведенческих актов людей со стороны группы . Надо подчеркнуть, что указанная концепция в целом может быть применена к анализу и других социокультурных систем. Вместе с тем, как представляется, она в большей степени раскрывает своеобразие установок, норм и ценностей, характерных именно для американского общества.

Таким образом, в классических теоретических построениях аномия, мыслимая и как нарушение моральной регуляции в силу изобилия противоречивых социальных норм, и как расплывчатость, условность, относительность оценок асоциальных актов, и как несоответствие провозглашаемых социумом целей поведенческим установкам людей, предстает в качестве такого феномена, который сопутствует обществу на различных стадиях его развития.

Применительно к современному состоянию дисфункциональные, дезинтеграционные процессы, находясь в центре внимания исследователей, получают отражение на основе сравнительно нового категориального аппарата. Речь, в частности, идет о развитии концепции социальной травмы, позволяющей рассмотреть и описать многие негативные процессы в социуме, находящемся на этапе рыночной трансформации при углублении демократических преобразований . Во всех своих проявлениях аномия все чаще оценивается как неизбежное следствие усложнения социальной структуры, всей совокупности отношений и взаимодействий в ходе самодвижения социума к неким новым состояниям в условиях небывалых прежде коммуникационных возможностей, утилитарного подхода к моральным и правовым ценностям, сложившегося в XX в.

Современная критическая социология все в большей мере фиксирует ущербность массового индустриального общества, растворяющего индивида в аморфном стандартизированном социуме , в котором почти невозможно различение негативной реальности и ее виртуальной, компьютерно-игровой или видео версии.

Что касается современного общества, то оно, пребывая уже достаточно длительное время в условиях глубочайшей трансформации, так же как и другие в подобных ситуациях, не может не испытывать, как уже отмечалось, дисфункциональные напряжения. И российский социум в настоящем своем качестве, разумеется, также ориентирован на некие общие потребительские стандарты, которые свойственны любому другому обществу, основанному на рыночных механизмах. Это делает возможным в определенной мере применение к анализу всего происходящего в нашем социуме мертоновской аналитической схемы.

И все же сравнительно поздний переход к рынку, своеобразие исторических, ментальных характеристик российского социума, многие другие аспекты его реального функционирования предопределяют специфические черты проявления аномии ( 24 , с. 57).

Глава 2.  ПРАВОВАЯ АНОМИЯ В ИНСТИТУЦИОНАЛЬНОЙ СРЕДЕ ОБЩЕСТВА.

В определениях понятия аномии у Э.Дюркгейма и Р.Мертона существует несколько расхождений, что затруднит наше дальнейшее исследование. Во избежание затруднений следует вывести общую дефиницию аномии. Рассмотрением аномии как конфликтной ситуации я не собираюсь выводить своей теории, а лишь систематизировать доводы двух социологов, приблизив их к проблеме преступности.

Нельзя сказать, что одна из этих теорий несостоявшаяся либо для нас не подходит.

То или иное положение каждой имеют значение при рассмотрении аномии как социальной причины преступности.

Проблему конфликта норм рассматривал еще Торстен Селлин. Но его работа была несколько иного характера: Селлин рассматривал столкновение норм различных культур. Однако, он не исключал возможности продолжения исследования в этом направлении другими отраслями науки. «Криминолог будет стремиться сосредоточить свое внимание на конфликтах между правовыми и неправовыми нормами поведения, - считал Селлин. – Концепция конфликта может подсказать ему всего лишь общее направление исследования».  На самом деле, как пишет Е.И. Степанов, «уже Э. Дюркгейм (а вслед за ним и Р. Мертон), по существу, в неявном виде использует его (понятие конфликта — прим. автора) при анализе процесса дезинтеграции как разрыва социальных связей, утраты ценностных ориентиров, нарастания социальной аномии». Один из основателей конфликтологии Ральф Дарендорф определяет конфликт как «любое отношение между элементами, которое можно охарактеризовать через объективные

(латентные) или субъективные (явные) противоположности». (18, с. 206).

Что касается социального конфликта, то А. Здравомыслов рассматривает его как «столкновение интересов различных социальных групп, объединений и отдельных индивидов в процессе социальных отношений».

Итак, аномия — это конфликт, сведенный к противоречиям двух (или более) элементов. При этом, если следовать дефиниции Дарендорфа, аномия состоит из трех этапов.

Первый этап связан с возникновением причинного фона латентных (скрытых), но реально противоположных между собой, и потому конфликтных интересов. На данном этапе конфликт происходит между развивающейся действительностью и отстающими от нее социальными нормами. Некоторые виды норм быстро реагируют на социальные изменения, чего нельзя сказать о правовых нормах. Как правило, развитие общества на шаг опережает поспевающую за ним правовую регуляцию. В

конфликте оказываются также отставшие правовые нормы и другие прогрессивные социальные нормы. Кроме того, возможна ситуация, когда законодатель пытается опередить развитие общества, навязать правила, к жизни по которым общество еще пока не готово. Вероятны и другие возможности возникновения конфликта норм на данном этапе, например, конфликт частных и общих, устаревших и новаторских норм и т.д. Латентная стадия аномии есть социальная аномия, когда в обществе отсутствует социальная солидарность, когда для некоторых слоев и групп населения представляется невозможным достижение целей с помощью институционализированных средств, когда авторитет норм низок вследствие их неэффективности. Здравомыслов считает, что аномия происходит от «разрыва междунормами морали и права». (20, с. 237). Его утверждение  верно, но неполно. Помимо этого аномия может быть обусловлена рядом факторов: отсутствие или ослабленность норм, как морали, так и права, а также других социальных норм, недостаточность социального контроля и т.д.

Второй этап заключается в осознании латентных интересов, происходит так

называемая субъективизация аномной ситуации. На данном этапе возникает конфликт на психологическом уровне, конфликт в выборе норм, средств поведения. Индивид начинает осознавать, что, следуя нормам, ему поставленных целей не достичь. Либо, наоборот, перестает понимать, какими из норм ему руководствоваться в сложившейся обстановке социальной аномии. В качестве элементов аномии конфликта на этом этапе выступают осознанные интересы различных слоев, групп населения. Наступает осознание людьми факта, что социальные институты, компетентные за те или иные нормы, не учли интересов определенного индивида, круга, группы людей, либо отношения, нуждающиеся в регуляции нормами в целях обеспечения интересов, просто не отрегулированы. Противоположность интересов наиболее общим образом Дарендорф находит в распределении власти и авторитета, а не капитала, как это было у Маркса и Дюркгейма. Следует с ним согласиться, поскольку интересы находящихся у руля власти, а также приближенных к власти и могущих повлиять на решения властей, отражены в законе, и всегда найдутся те, интересы которых законом ущемленылибо не полностью отражены. Третий этап — это внешнее проявление аномии. На этой стадии индивид активно реагирует на сложившуюся аномную ситуацию так, что результат его проявлений оставляет след во внешней среде. В жизни общества это отражается в виде различных забастовок, митингов, стачек, голодовок и других проявлений социальной напряженности. Также наблюдается рост девиантного поведения среди населения: наркомании, пьянства, аморальности и т.д. Одним из таких показателей является преступное поведение индивидов, из суммы которых складывается преступность. В данной работе рассмотрим преступность не просто как внешнее проявление аномии, а как ее закономерное следствие. Ниже будет предложен вариант более безболезненной и полезной для общества борьбы с аномией, а при умелом толковании социальной информации, возможно, даже предупреждения аномной ситуации. Речь пойдет об учете реальных нужд населения при регулировании отношений правовыми нормами, а также о направлении активности населения не в сторону социальных отклонений, а в непосредственное участие в нормотворческом процессе.В настоящее время общество развивается сравнительно быстро, и социальные отношения приобретают сложный, порой противоречивый, характер. «Чем сложнее система, тем более разнообразные формыприобретает человеческое поведение, и тем больше возможностей для возникновения конфликтов между индивидом и обществом, устанавливающим социальные (в т.ч. правовые) нормы».Конфликтность, аномность, царящие в обществе, сказываются на преступности. «Антиобщественное поведение, в особенности преступность, является индикатором, показывающим внутреннюю конфликтность общества» ( 14, с.44).Третьего этапа может и не быть; большинство людей переживает волну аномии в бездействии, смирившись с настоящим и надеясь на будущее. Хотя многие исследователи считают Мертона дюркгеймским последователем, хотя сам Мертон пытался создать непрерывность классической концепции, Р.Марра приводит ряд доводов, свидетельствующих о несоответствии некоторых положений в теориях Дюркгейма и Мертона :1) начальным пунктом теории Дюркгейма являются неограниченные человеческие потребности, у Мертона же цели устанавливает господствующая культура. На наш взгляд, при рассмотрении аномии как источника преступности нет существенной разницы, от каких социальных фактов отталкиваютсяиисследователи для построения своих теорий, важно то, что их теории утверждают связь аномии с преступностью;2) с другой стороны, Мертон предполагает, что аномия возникает в ситуации, когда субъект не пользуется существующими нормами. У Дюркгейма же аномия означает отсутствие либо несоответствие норм в какой-либо отрасли или в обществе в целом. Другой американский социолог Уитмер видит возникновение аномии в ослаблении контроля социальных норм над поведением индивидуума, что возможно либо вследствие того, что сами эти нормы ясно не сформулированы, не применяются четко и регулярно, либо вследствие конфликта между различными, противоречащими друг другу нормами. Такое состояние оставляет людей без четких границ поведения, они не представляют ясно, как следует себя вести, а зачастую и не интересуются этим. Понятно, что в обществе возможно состояние аномии разного рода, обусловленного как отсутствием норм, их нечеткими границами, так и конфликтами между действующими нормами и потребностями населения. Любой из перечисленных случаев незамедлительно отразится на состоянии преступности;3) согласно Дюркгейму, бедность — гарантия от присутствия аномии в обществе; чем вольготнее живется человеку, тем легче он расстается с жизнью. В 1957 году Мертон внес некоторые изменения в главу «Социальная структура и аномия». Согласно новой версии, социальная аномия возникает в контрасте культурной и социальной структур: члены высших слоев общества в состоянии действовать в соответствии с запросами культуры, применяя только институционализированные средства; остальным это невозможно. Следовательно, бедняки — группа риска, наиболее подверженная отклоненческому поведению в аномной ситуации, а статус и достаток вырабатывают иммунитет. Здесь правы оба ученых, ведь они писали о различных обществах. Именно соотношение богатых и бедных в обществе выражает степень распространения аномии. Мертон рассматривал американское общество, в котором распределение материальных ценностей настолько неровно, что вряд ли США сравнятся с каким-либо другим государством. Дюркгейм сравнивал современную ему бедную Испанию с процветающей Францией. Мы же из недавней истории можем привести в пример советский Таджикистан, где ни капитала у населения, ни аномии, а как следствие и преступности, особо не наблюдалось, в то время как в более богатой Украины уровень преступности был высокий  кроме того, к замечаниям Марра следует добавить пункт о моменте возникновения аномии. Если у Дюркгейма состояние аномии, возникнув вследствие каких-либо социальных процессов, является предпосылкой девиантного поведения, то в понимании Мертона аномия, главным образом, выступает как следствие противонормного поведения. Безусловно, рост преступности через наплевательское отношение массы людей к закону напрямую влияет на усугубление аномии, явления аномии и преступности очень тесно взаимосвязаны, и не только аномия является причиной преступности, но инаоборот, преступность, в некоторой мере, причина аномии. Но цель даннойработы — выявить влияние аномии на преступность, тем самым доказать, что преступность — индикатор присутствующей в обществе аномии ( 8, с. 70). Несмотря на то, что Р. Марра дает аномии определение как антигуманному явлению, в котором «негативным главным действующим лицом является человек» , сложно придать ей абсолютно негативное значение. Как Дюркгейм считает преступность нормальным феноменом, «так как общество, лишенное его, было бы совершенно невозможно» (35, с. 87), и ненормальным, если уровень преступности вдруг резко упадет или резко возрастет, можно с уверенностью утверждать, что аномия является нормальным, а иногда даже полезным для общества явлением. Во-первых, аномия, как лакмусовая бумажка, характеризует состояние общества. Законодатель, исходя из происходящих в общественной жизни тенденций, нужд, запросов, должен вовремя заметить назревающее состояние аномии и отреагировать внедрением необходимых юридических норм. Во-вторых, аномия в определенных пределах, особенно в сфере коммерции и промышленности, способствует прогрессу. «Для реального мира, - писал Дарендорф, - необходимо пересечение различных взглядов, конфликтов, изменений. Именно конфликт и изменения дают людям свободу; без них свобода невозможна». Но это совсем не значит, что мы снисходительно должны относиться к преступникам и преступлениям, ведь далеко не каждый конфликт и отнюдь не всякое социальное отклонение ведут к общественному прогрессу. Авторитет юридических (а особенно уголовно-правовых) норм должен поддерживаться на всех уровнях социального управления. Устаревшие и неэффективные нормы должны быть аннулированы и заменены ( 4, с. 30).

Раздел 3. ПРАВОВАЯ АНОМИЯ: СУБЬЕКТНОЕ ИЗМЕРЕНИЕ

3.1. Формы аномийного поведения в обществе

По самой упрощенной формулировке определения, преступность — сумма одиночных преступных актов. Одиночный преступный акт, или преступление — это поведение индивидов, посягающее на охраняемые законом ценности и расцениваемое уголовным законом как наказуемое. Ни одно деяние не является преступным без указания на то в законе. В зависимости от запросов общества, деяние, ранее расцениваемое как преступление, может быть декриминализировано, и наоборот. Поскольку изменчив состав криминализированных деяний, постольку качественно изменяется во времени и преступность. Социологи рассматривают преступление с несколько иной точки зрения. Так, согласно взглядам господствующей в настоящее время в западной социологии школы функционализма, преступное поведение — один (и самый опасный) из видов девиантного поведения ( 12, с. 33). Девиантное поведение определяется функционалистами как «отклонение от нормативных стандартов, ролей» (Т.

Парсонс), как «отклонение от норм, установленных для людей, имеющих различный социальный статус» (Р.К. Мертон), или как «нарушение каких бы то ни было существующих норм» (А. Коэн).

При определении понятия преступности дефиниции социологов и юристов также немного расходятся. Юристы определяют преступность как «совокупность совершенных на определенной территории за определенный период уголовно наказуемых деяний и лиц, их совершивших, в отношении которых вступили в силу обвинительные приговоры суда». Социологи же рассматривают ее как «целостное социально-правовое массовидное явление» или как «наиболееопасное отклонение от социальных норм». Так или иначе, но утверждение, что преступность — явление социальное и сложное, многоплановое, не вызывает возражений ни у тех, ни у других.

           Причины преступности;

Если в определении сущности преступности обнаруживается некое единодушие, то споры о причинах преступности как существовали два столетия назад, так актуальны и в настоящее время. Попытка выявления общей причины преступности не имела строгих эмпирических подтверждений, ее описание носило противоречивый характер. Но основатели и последователи теории множественности факторов (А.

Кетле, А. Гере и др.) правы, что преступность обусловлена как социальными, так и климатическими, географическими, космическими явлениями, биоритмами и т.д. Спиридонов указывает на «связь активности солнца не только с уровнем общей смертности, но и с числом убийств и самоубийств, зависимость количества автодорожных происшествий от циклических биоритмов жизнедеятельности организма водителя», а также отмечает, что «каждому работнику правоохранительных органов известны сезонные колебания уровня преступности». Мы бы назвали их климатические, географические и т.п. факторы условиями, но не причиной преступности, ибо они не порождают, а всего лишь способствуют или препятствуют порождению преступности ( 21, с. 39).

Преступность — явление социальное, причины ее порождения скрыты в самом социуме, именно в обществе необходимо искать причины преступности. Еще в 1931 году А. Кетле заявил: «Мы можем рассчитать заранее, сколько индивидуумов обагрят руки в крови своих сограждан, сколько станут отравителями, почти так же, как мызаранее можем подсчитать, сколько человек родится и сколько умрет…» . Это говорит о выявлении зависимости преступного поведения членов общества от состояния общества, от социальных изменений, происходящих в нем, от

степени подверженности общества аномии. «Общество, - считал Кетле, - заключает в себе зародыши всех имеющих свершиться преступлений, потому, что в нем заключаются условия, способствующие их развитию; оно, так сказать, подготовляет преступление, а преступник есть только орудие».

В пользу причин преступности, кроющихся в самом обществе, также пишут В. Кудрявцев и С. Бородин: «Структура и динамика преступности с большой полнотой характеризуют социально-политическое и моральное состояние общества, свойственные ему противоречия и конфликты». (41, с. 244). Причины преступности следует рассматривать через призму проистекающих в обществе социальных, политических, экономических, демографических и др. процессов. Одними из важнейших причин преступности являются такие социальные факты как:

1) политическая и производная от нее правовая нестабильность;

2) экономическая нестабильность, отсутствие гарантий материальной

обеспеченности, процветание безработицы;

3) уменьшение роли при влиянии на выбор поведения таких агентов

социализации как семья, род, рабочий коллектив, соседи;

4) резкая дифференциация на богатых (преуспевающих) и бедных, низкий

уровеньжизни населения;

5) передвижение населения, как в значении миграции, так и урбанизации;

6) пьянство и алкоголизм, наркомания, аморальность и иные социальные

отклонения, широко распространенные среди населения.

Все вышеперечисленные причины преступности имеют отношение к аномии,

являются ее проявлениями в различных сферах жизни. Причем первое (политическая и правовая нестабильность) выступает в качестве первопричины для последующих ( 23, с. 55).

Аномия может в той или иной степени присутствовать в какой-либо отрасли (экономике, политике, праве и т.д.), но, как правило, бурное процветание аномии в одной отрасли ведет к появлению аномии в других отраслях, от этого общество терпит различные негативные последствия, в том числе, рост преступности.

Аномия, как нормальное общественное явление, существует всегда. Поэтому существует и преступность. Цель общественных институтов (в т.ч. законодателя и правоохранительных органов) — свести состояние аномии и преступности к уровню, чтобы они не мешали общественному прогрессу. Избавиться от этих двух социальных явлений представляется утопией. Но даже если было бы возможным искоренить их из общества, последовал бы общественный застой, регресс. Борьба с преступностью, при этом ничего не предпринимая для уменьшения аномии в обществе, также не приведет к положительным результатам. Наблюдения исследователей выявляют обратную пропорциональную зависимость между экстравертивным и интравертивным девиантным поведением (т.е. направленным на внешнюю среду и самого себя). Так, например, Гилинский указывает, что «регионы с максимальным индексом преступности характеризуются в то же время минимальными коэффициентами алкоголизма и самоубийств» и

наоборот. Это объясняется, по-видимому, изменением направленности активности. Если начать жестко бороться с преступностью, принимать сверхрепрессивные меры к преступникам, а условия жизни людей оставить прежними, то возрастет уровень видов девиантного поведения, ориентированных на себя. Следовательно, в первую очередь необходимо бороться с аномией как подоплекой преступности, а затем решать проблему преступности будет намного эфффективнее и проще.

Проблема употребления населением дурманящих веществ соотносима с аномией только по причине начала людьми употреблять алкоголь и наркотики. Во-первых, очень слаб социальный контроль. Ни один праздник, ни одна вечеринка не проходит в народе без тоста и спиртного. И только в случае, если человек напивается, окружающие порицают его. Отношение общественности к потреблению наркотиков если не безразличное, то бездейственное. Во-вторых, расслоение населения на богатых и бедных, потеря значительной частью населения социального статуса, а как следствие, потеря нравственных и духовных ориентиров, приводят к тому, что процессом социализации занимаются не семья, школа, рабочий коллектив, а такие негативные агенты социализации как улица, сомнительные знакомые, различные группировки и т.д. В-третьих, отсутствует хорошо отлаженная нормативная регуляция разрешения проблемы на государственном уровне. Именно поэтому количество людей, употребляющих дурманящие вещества, растет из года в год.

Совершение преступлений в алкогольном опьянении или наркотическом дурмане прямой связи с аномией не имеет. В состоянии аномии индивид имеет возможность выбора. А наркоманы и алкоголики, «как вампиры или зомби» , уже не считаются с какими бы то ни было нормами, «в поисках денег для ежедневной дозы  занимаются воровством или грабежами и в итоге попадают в полицию». Среди населения распространен стереотип о наркоманах как о потенциальных преступниках. Если не каждый человек, то его знакомый, их квартира или автомобиль, пострадали от наркоманов-преступников. Анти Лийв считает, что со временем наркотики все больше и больше начнут заменять функции употребления алкоголя. Хотя в настоящее время проблема пьянства и алкоголизма остается еще насущной. Проблему в связи с наркоманией и преступностью он видит следующим образом:

1) нужда средств для приобретения наркотиков растет постоянно, и потому

учащаются кражи из автомобилей, магазинов, квартир, дач, нападения на улицах и, на первый взгляд немотивированные, жестокие убийства. Преступность плохо сказывается на чувстве защищенности законопослушных граждан, растет неудовлетворенность деятельностью полиции;

2) в руках организованной преступности оказывается все больше денег, легальных предприятий и недвижимости, отчего они начинают самоуверенно направлять жизнь государства в интересующую их сторону, и через несколько лет смогут напрямую влиять на решения государственных чиновников и служащих местных самоуправлений;

3) если Украина не сможет приостановить организованную наркопреступность, то пострадает международный престиж государства. Употребление дурманящих веществ порождает их предложение наркодилерами ( 2, с. 45).

И чем больше спрос, тем выше предложение. А производство и распространение наркотиков и нелегального алкоголя являются преступлениями. Криминализированы указанные деяния не только с целью контролирования рынка сбыта для поступления средств в государственный бюджет. Преступность порождается не отдельными (криминогенными) факторами, а именно их социально нежелательным сочетанием, причем само это сочетание может проявляться в самых разнообразных комбинациях». Более того, при создании определенных условий эти условия могут играть в жизни общества даже положительную роль. Например, безработица порождала бы в людях желание самосовершенствоваться, если создать условия для приобретения (повышения) квалификации, при этом на время учебы снабдить безработных достаточными средствами к существованию. Миграция из других стран вела бы к пополнению общества квалифицированными, трудоспособными людьми, если бы законодательство не позволяло проникать на территорию страны лицам, ищущим легкой жизни и нелегальной наживы. Плюсы можно найти и в урбанизации, и в неравном уровне жизни. Однако, в современных условиях результатом этих социальных явлений является усугубление криминогенной обстановки. Именно поэтому в данной работе они определяются как негативные, нежелательные, антисоциальные. В третьих, негативные социальные явления выражают аномность в обществе. Их статистические показатели должны информировать социальные институты, и в первую очередь законодателя, в какой отрасли требуется нормативный ремонт, в какой сфере жизни необходимо принять определенные меры для уменьшения аномии, и как следствие, преступности ( 23, с. 95).

3.2. Сегментированность права в системе воспроизводства социальной поляризованности общества
             
Поскольку аномия подразумевает безнормативность, неурегулированность, конфликт между нормами, постольку именно социальная норма, ее роль в обществе, должны выступать в качестве первичной единицы при рассмотрении аномии. Социальные нормы являются регуляторами общественной жизни, они диктуют варианты поведения, которым должны следовать люди в той или иной ситуации. Роль правовых норм в комплексе социальных норм особенная. «Если задача каждого института (экономика, образование, власть-управление, религия и т.д.) заключается в регуляции специфических сфер человеческой жизнедеятельности, в организации людей в определенные роли и статусы, то задачей права как социального института является, кроме указанного, регулирование поведения членов всех институтов с помощью правовых норм, созданных законодателем».Отсюда следует, что, исходя из  своей природы, правовые нормы, во-первых, затрагивают в той или иной мере все сферы общества, пытаясь регулировать поведение индивидов в различных ситуациях; во-вторых, они — результат волеизъявления законодателя. Кроме того, принятие правовых норм проходит определенную процедуру, а также исполнение норм гарантируется государственными принудительными средствами. Все эти черты, присущие правовым нормам, несомненно, положительны. Но в то же время они могут быть (и являются в настоящее время) причинами порождения аномии в обществе ( 25, с. 67).

То обстоятельство, что право обременено необходимостью регуляции массы общественных отношений, порождает пробелы в системе права. Пробелы — это нерегулированные правом отношения. Законодатель вследствие огромного объема отношений, недостатка времени или быстро

изменяющихся запросов общества либо не успевает заполнить пробелы, либо он пытается избежать пробелов, но формулирует норму недостаточно четко (например, в форме генеральной кляузы), в результате сложно понять, каким признакам должна соответствовать жизненная ситуация для того, чтобы данная норма действовала ( 3, с. 37).

Кроме того, существуют так называемые кажущиеся пробелы, когда законодатель даже не пытался отрегулировать определенные отношения с помощью правовых норм. Нежелание законодателя отрегулировать какое-либо отношениемтакже может послужить причиной аномии.

Коллизии, конфликты правовых норм — еще одно явление, обусловленное большим объемом регуляции, наложенным на право, и влияющее на процветание аномии. Как правило, коллизии исходят от существования огромного количества правовых норм.

Но для молодой украинской правовой системы пока характерно скорее наличие пробелов нежели большая численность правовых актов.

Прохождение ряда процедур до вступления норм в силу соотносимо с аномией в том смысле, что процедуры требуют времени. Развивающиеся в обществе отношения не терпят задержек. Другие виды норм более гибки к изменяющимся запросам общества, нежели правовые нормы, которые зачастую отстают от социальных требований. Исходя из принципов стабильности и авторитетности норм, было бы неэффективно каждый раз на любое изменение мгновенно реагировать изменением в законе. Какова же сила нормы, если норма зависит от обстоятельств, а не наоборот.

Да и частые изменения в законе путают население, что опять-таки ведет к аномии ( 16, с. 45).

Наличие законодателя как отличительная черта созидания правовых норм от других социальных норм также может явиться благоприятной почвой для процветания аномии. Необходимость правотворчества (нормирования жизни общества) вытекает из изменений, происходящих в отношениях. То есть, сами эти зависящие от правовых норм отношения влияют на нормы. Но законодательный процесс не происходит сам по себе, его осуществляют определенные лица, следуя определенным процедурам. При этом законодательному процессу свойственны несколько моментов, благоприятствующих аномии в обществе:

1) учитываются интересы лишь небольших, но влиятельных групп населения;

2) отсутствуют возможности использования социальной информации;45

3) не отрегулирована процедура влияния на законодательный процесс так

называемого третьего сектора.

Рассмотрим более подробно данные предпосылки аномии. Во-первых, «по сегодняшний день существует скрытая диктатура организованного меньшинства». Лишь это меньшинство, имеющее капитал, высокий статус в обществе и приближенность к власти, способно проявить свои интересы через законодателя. Большинство же не организовано и неспособно существенным образом повлиять на принятие отражающих их интересы норм. «Кроме способности организоваться» необходима также конфликтоспособность носителей интересов, которая зачастую отсутствует у социально слабых групп (например, безработных, пенсионеров, домохозяек и т.д.), поскольку в их распоряжении отсутствуют возможности выражения санкций в случае, если их интересы не будут учтены».  А людей, принадлежащих к слабым социальным группам, в Украине еще довольно-таки много. Как мы уже упоминали, более половины населения живет на грани прожиточного минимума. Естественно, в таких условиях преобладающее большинство не в силах повлиять на законодателя, выразить свои интересы. В особенности, при возникновении конфликта интересов с представителями высших слоев. Поэтому многие видят выход только в преследовании своих целей и интересов вразрез существующим нормам, нормам, не защищающим их нужд. Хенн Кяарик вводит понятия А-легитимности и Б-легитимности для обозначения обязательной, нормативной легитимности (А), с одной стороны, и с другой — легитимности, основанной на действительном признании норм людьми (Б). В первом случае власти

требуют и предполагают признание существующих норм, во втором — речь идет о легитимности, которую граждане фактически признают .

Разрешение вышеописанной проблемы возможно через использование социальной информации и привлечение третьего сектора в законодательный процесс.

Социальная информация заключает в себе:

1) социально-статистические данные;

2) экономическую информацию;

3) результаты социологических исследований.

Использование этих данных представило бы законодателю картину социальной действительности для претворения в жизнь необходимых правовых норм. Однако, как показали исследования, социальная информация пока не используется в современном эстонском законодательстве в необходимой мере. Обстоятельства неприменения социальной информации законодателем, в основном, следующие:

1) отсутствие возможностей заказа исследований по необходимым темам;

2) отсутствие оперативной доставки информации в нужный момент;

3) отсутствие времени для переработки социальной информации при разработке законов;

4) отсутствие либо недостоверность информации в определенной отрасли и т.д.

Как видно, в Украине пока отсутствует традиция, учета социальной информации в процессе нормотворчества. Поэтому законодателю сложно учесть запросы и нужды масс, власти продолжают считаться только с желанием способного влиять на законодательство меньшинства либо преследуют политические интересы и цели.

Привлечение третьего сектора — еще один вариант попытки учета интересов различных групп в процессе нормотворчества. Эта тема довольно-таки актуальна в настоящее время.  Но пока играющими значимую роль при определении судьбы того или иного законопроекта, при решении вопроса о действии определенных правовых норм являются только политические партии. Третий сектор в широком смысле должен означать не только объединенное по группам, но все население, которое должно привлекаться к участию при создании (изменении, дополнении) правовых норм. Сотрудничество с гражданами в процессе правотворчества возможно через создание определенных условий для совместной работы. Начало нормотворческого процесса по инициативе граждан, совместная разработка проектов, выставление законопроектов на обсуждение, информирование населения о целях будущего закона с последующим учетом общественного мнения, проведение референдумов — залог эффективного действия правовых норм. Ведь «участие населения в подготовке, обсуждении, принятии и исполнении решений гарантирует заинтересованность в содержании принимаемых актов, а следовательно, благоприятным образом отражается на оптимизации всего процесса создания решений».

Безусловно, создание гражданского общества по принципу участнической демократии — необходимое и положительное явление для общества. Тем не менее, даже в таких благоприятных для возможного участия в законотворчестве условиях будут существовать социальные группы, далекие от политики и потому политически пассивные. Что, с другой стороны, отнюдь не является барьером для их криминальной активности вследствие несоответствия норм их потребностям (1, с. 87).

В связи с учетом законодателем интересов небольшого контингента населения, становлением норм несоответствующими изменившимся запросам общества, неавторитетностью норм из-за их несоблюдения либо нечеткой регуляцией отношений возникает проблема неэффективности правовых норм. «Обеспечение действия норм имеет существенное значение для всей правовой системы. Если население не следует установленным нормам, т.к. они не соответствуют реальным жизненным условиям индивидов и социальных групп, падает авторитет правительственных органов, а население живет по другим правилам поведения» ( 5, с. 77).

Возникает явление так называемого теневого нормотворчества, когда

население руководствуется своими локальными нормами. В этом случае возникает конфликт между правовыми и другими социальными нормами, причем поведение, согласованное с иным видом социальных норм зачастую расценивается правовыми нормами как преступное. Резюмируя вышесказанное, отметим, что несовершенная система законотворчества

порождает аномию, социальные противоречия в обществе. «Социальные

противоречия, а вслед за ними и дезорганизующие экономическую и социальную жизнь социума дисфункции берут начало на уровне институциональной структуры (т.е. на организационно-управленческом уровне) общества». Эти социальные противоречия являются предпосылкой для возникновения ряда негативных социальных явлений: безработицы, алкоголизации, наркомании, самоубийств и т.д. Они, в свою очередь, незамедлительно сказываются на состоянии преступности. Таким образом, можно сказать, что «преступность — это не столько проблема правоведов и органов охраны правопорядка, сколько политиков, определяющих основные направления экономического и социального развития общества». Поскольку жизнь общества меняется динамично, и политики принимают в этом непосредственное участие, постольку их функцией является содержание правовых норм в соответствии с жизненными условиями, запросами населения. Проблема преступности должна решаться не только на уровне уголовной (наказательной) политики, исходя из общей и частной превенции, и уж отнюдь не наказывать преступника, опираясь на принципы абсолютизма, только за то, что он уже совершил преступление. Преступность — это показатель существующей в обществе аномии, показатель такого состояния, в допущении которого виновны социальные институты общества. Из всех социальных институтов власть наделена наибольшей компетенцией по уменьшению аномии в обществе с помощью правовых норм. Поэтому она должна нести ответственность. Роль судебной и исполнительной ветвей власти состоит в поддержании авторитета позитивных норм. Законодательная власть должна внедрять нормы, соответствующие жизненным условиям адресатов, создавать возможности преследования населением своих жизненных целей, не нарушая правовых норм. Для того, чтобы нормы соответствовали действительности, а также чтобы население относилось с уважением к принимаемым нормам, необходимо принять ряд мер, среди которых: использование социальной информации, привлечение населения к правотворческому процессу, учет общественного мнения и т.д. — которые в настоящее время еще не являются доброй традицией украинского законодательства ( 17, с.54).


                                           Заключение

Правовая аномия в обществе представляет, собой результат травматогенных изменений в сфере социального поведения, который имеет деструктивные социальные последствия. Правовая аномия трактуется в классической социологии как отклонение от существующих коллективных норм, а исследовательский акцент делается на выявление объективных условий, особенно, в контексте быстрых социальных изменений. В.правовую аномию вкладывается субъективный смысл, связанный с содержательным противоречием между прежней и новой правовыми культурами (коллективизм, индивидуализм). Иначе говоря, индивиды вынуждены ориентироваться на противоположные, а часто и полярно различные правовые образцы.

Постклассическая социология рассматривает правовую аномию в контексте возросшей социальной неопределенности и вынужденного индивидуализма. В условиях, когда общество не обеспечивает базовые социальные потребности; от индивида требуются, немалые усилия по конструированию собственного микромира, в котором правовые нормы могут выполнять только адаптивную или защитную роль.

Учитывая, что анализ правовой аномии не может интерпретироваться только в рамках патологии, отклонения от социальных норм, и содержит потенциал инновационности, изменения правовых норм адекватно сложившимся социальным приоритетам, наиболее адекватной представляется модель анализа правовой аномии, базирующейся на критериях доверия/недоверия к институту права, оценки деятельности работников правоохранительных структур, а также нарушении законности и частоте употребления правовых норм в различных жизненных ситуациях.

Особенности правовой аномии в украинском обществе, определяемые социальной поляризацией, интерпретацией права на основе достижения личных или групповых интересов и. утратой общезначимости, а также доминирование и деформализация правовых отношений в контексте социального взаимодействия, приводят к мысли о выявлении правовой аномии на уровне «наследственных» и приобретенных условий в процессе совершенствования правовой системы.

На наш взгляд, в понимании правовой аномии в обществе необходимо определить позицию, не преувеличивать значение институциональных (объективных) обстоятельств, связанных с ограниченностью средств социальной адаптации. Хотя на рост правовой аномии, несомненно, повлияли период социальной анархии, который выражался в дисфункциональности института права в 90-е годы, фактическое выключение, использование права как инструмента перераспределения собственности и власти, а также формирование приватной сферы, непроницаемой для социального и правового контроля.

Социальная структура украинского общества не включает группы, ориентированные на образцы правового поведения. Правовая аномия выражается и в позициях успешно адаптированных слоев населения, ориентированных на право исключительно как на инструмент защиты достигнутых социальных завоеваний, и неадаптированного большинства, для которого право является орудием социального реванша, перераспределения социальной собственности или репрессии к тем, кто нажил нечестным путем богатство.

Сегментированность права вносит элементы аномийности в правоприменительные практики. В ходе исследования мы выявили, что состояние кризисности коснулось правоохранительных структур, в которых приоритеты личного меркантилизма доминируют над профессиональными установками. Корпоративность же принимает форму круговой поруки.

Ослабление контроля над приемом кадров, потеря общественной значимости деятельности в условиях, когда правоохранительные структуры находятся под влиянием взаимоисключающих групповых интересов, привели к тому, что в обществе сформировалась негативная оценка деятельности работников правоохранительных структур, которая основывается как на оценке СМИ, так и на мнении представителей круга близких.

Отмечая, что население демонстрирует высокую степень неудовлетворенности, связанную со сложившимся непомерным уровнем преступности в обществе, незащищенностью личных прав и свобод, следует сказать, что для россиян характерны позиция перекладывания правовой ответственности, разделение личной сферы, которая должна быть надежно защищена от вмешательства государства и быть непрозрачной для внешнего социального влияния, и сферы публичной жизни, в которой бы государство и соответствующие правоохранительные структуры обеспечивали устойчивый правовой порядок.

Противоречия между установками на зависимую от влияния права приватную жизнь и публичное пространство, характеризуемое тотальным контролем, приводят к замещению правового воздействия административным, обладающим большей степенью принуждения и связанным с использованием властных ресурсов.

Право предполагает доступность индивида к ресурсам защиты и реализации собственных интересов. Административный ресурс избирателен, исходит от обладателя должностной ренты. В условиях, когда большинство респондентов находятся на позиции правового исключения, готовности нарушить правовые нормы для реализации жизненных целей, трудно ожидать создания и повышения степени взаимного доверия к институтам права.

Господствующее амбивалентное или негативное направление развития правового сознания и поведения граждан, которое характеризуется, с одной стороны, запросом на актуализацию правовых норм, с другой - узким видением права, сведением к преимущественно репрессивному воздействию, ограничивает как возможности правового строительства, так и развитие правовой культуры.

Преодоление правовой аномии видится в сочетании правового движения сверху, усиления правового характера взаимоотношений населения и государства, и введение социальных и экономических ограничителей неправового поведения, восстановление действующей, конструкции равенства перед законом, обеспечивает медленный, но неуклонный путь преодоления правовой аномии.

В условиях расставания с советским прошлым важно выявлять не только фактор примирения населения с новым сложившимся правовым порядком, большее значение имеет безальтернативность движения общества на пути формирования правовой модели социального взаимодействия.

В дипломной работе исследовании сформулировано положение о том, что при отсутствии базисных ценностей правовая аномия периферизируется в контексте усиления прагматического использования права, традиционализации правовых установок и придания, накопления капитала социального престижа группами, профессиональная и социальная карьера которых зависит от состояния правовой системы российского общества и правовой культуры населения.

                                 Список литературы

1. Аерутин Ю.Е. Государство и право. Теория и практики. М., 2009.

2. Артемов В.М. Социально-культурная ориентация работников правоохранительных органов // Социологические исследования. 2000. № 7.

3.  Артемов В.М. Социокультурные ориентации правоохранительных органов // Социологические исследования. 2000. № 1.

4. Аспекты социальной теории современного общества. М., 2000

5. Бойков В.Э. Десять лет реформаторства // Социологические исследования. 2001. № 7.

6.  Бурдъе П. Социология политики. М., 1993.

7. Бурдъе П. Социальное пространство: поля и практики. СПб, 2005.

8. Бурдъе П. Социология социального пространства. СПб, 2005.

9. ВеберА.Б. Устойчивое развитие как социальная проблема. М., 1999.

10. Вебер М. Избранные произведения. М., 1990.

11. Волков В. Силовое предпринимательство. СПб., 2002.

12. Волков Ю.Г. Идентичность и идеология: взгляд в будущее. М., 2006.

13. Волков Ю.Г. Социология. М., 2010.

14. Гидденс Э. Социология. М., 2006.

15. Гидденс Э. Устроение общества: Очерк теории структурности. М., 2003

16. Данилова E.H., Ядов В.А. Нестабильная социальная идентичность, как норма современных обществ // Социологические, исследования. 2004. № 10.

17. Дроздов А.Ю. Агрессивное поведение молодежи в контексте социальной ситуации // Социологические исследования. 2003. № 4.

18.  Дарендорф Р. К критике социологии и ее истории // Дарендорф Р. Тропы из утопии.М., 2002. С. 85-173.

19. Дюркгейм Э. О разделении общественного труда. М., 1996. С. 370

20. Здравомыслов А.Г. Социология,конфликта. М., 1996.

21. Кудрявцев В.Н. Генезис преступления: Опыт криминологического моделирования. М., 1998;

22. Локосов В.В. Стабильность общества и система предельно-критических показателей его развития // Там же. 1998. № 4.

23.   Лунеев В.В. Преступность XX века: Мировые, региональные и российские тенденции. М.,1997;

24.   Мертон Р. Социальная структура и аномия // Социология преступности: Современные буржуазные теории. М, 1966. С. 309.

25.   Цапф В. Теории модернизации иразличие путей общественного развития // Социол. исслед. 1998. № 8.

26.   Штомпка П. Культурная травма в посткоммунистическом обществе // Социол. исслед.2001. №2.

27.   Штомпка П. Социальное изменение как травма // Социол. исслед. 2001. № 1;


 

А также другие работы, которые могут Вас заинтересовать

14675. АВТОМОБИЛИ Лабораторные работы 804.5 KB
  АВТОМОБИЛИ Лабораторные работы Отчет Содержание 1. Лабораторная работа №8 Система питания двигателей от ГБУ 2. Лабораторная работа №9 Источник тока8 3. Лабораторная работа №10 Батарейное зажигание...13 ...
14676. Метод скорейшего спуска 32.5 KB
  Лабораторная работа №6 Метод скорейшего спуска Цель: найти экстремум функции методом скорейшего спуска. Задачи Изучить и реализовать метод скорейшего спуска. Найти с помощью данного метода экстремум функций с точностью  =103: Квадратичная форма ...
14677. УСТОЙЧИВОСТЬ СИСТЕМ АВТОМАТИЧЕСКОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ 199.5 KB
  УСТОЙЧИВОСТЬ СИСТЕМ АВТОМАТИЧЕСКОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ Цель работы: приобретение навыков исследования устойчивости замкнутых систем автоматического регулирования АСР и изучение влияния корректирующих устройств на устойчивость системы. 1. ОСНОВНЫЕ ПОЛОЖЕНИЯ И ОПР
14678. ЗНЯТТЯ РЕГУЛЯТОРНОЇ І ШВІДКИСНОЇ ХАРАКТЕРИСТИКИ ДИЗЕЛЬНОГО ДВИГУНА 226 KB
  Лабораторна робота №5 ЗНЯТТЯ РЕГУЛЯТОРНОЇ І ШВІДКИСНОЇ ХАРАКТЕРИСТИКИ ДИЗЕЛЬНОГО ДВИГУНА Мета роботи. Виявити залежності ефективної потужності годинної і питомої витрат палива обертального моменту та інших показників що характеризують робочий процес. На п...
14679. ЗНЯТТЯ РЕГУЛЮВАЛЬНОЇ ХАРАКТЕРИСТИКИ КАРБЮРАТОРНОГО ДВИГУНА ПО КУТУ ВИПЕРЕДЖЕННЯ ЗАПАЛЮВАННЯ 128.5 KB
  Лабораторна робота № 4 ЗНЯТТЯ РЕГУЛЮВАЛЬНОЇ ХАРАКТЕРИСТИКИ КАРБЮРАТОРНОГО ДВИГУНА ПО КУТУ ВИПЕРЕДЖЕННЯ ЗАПАЛЮВАННЯ Мета роботи. Виявлення залежності потужності часової та питомої витрат палива від кута випередження запалювання і на підставі аналізу визначенн...
14680. ЗНЯТТЯ РЕГУЛЮВАЛЬНОЇ ХАРАКТЕРИСТИКИ ДИЗЕЛЬНОГО ДВИГУНА ПО УСТАНОВОЧНОМУ КУТУ ВИПЕРЕДЖЕННЯ ПОЧАТКУ ВПРИСКУВАННЯ ПАЛИВА 135 KB
  Лабораторна робота № 3 ЗНЯТТЯ РЕГУЛЮВАЛЬНОЇ ХАРАКТЕРИСТИКИ ДИЗЕЛЬНОГО ДВИГУНА ПО УСТАНОВОЧНОМУ КУТУ ВИПЕРЕДЖЕННЯ ПОЧАТКУ ВПРИСКУВАННЯ ПАЛИВА Мета роботи. На підставі аналізу регулювальних характеристик побудованих за результатами вимірів визначити оптимальне...
14681. ЗНЯТТЯ РЕГУЛЮВАЛЬНОЇ ХАРАКТЕРИСТИКИ КАРБЮРАТОРНОГО ДВИГУНА ПО СКЛАДУ СУМІШІ 244 KB
  Лабораторна робота № 2 ЗНЯТТЯ РЕГУЛЮВАЛЬНОЇ ХАРАКТЕРИСТИКИ КАРБЮРАТОРНОГО ДВИГУНА ПО СКЛАДУ СУМІШІ Мета роботи. На підставі аналізу регулювальних характеристик побудованих за результатами оброблених досвідчених даних визначити оптимальні значення витрати палива...
14682. Измерение спектров поглощения 364.98 KB
  Работу выполнила: Юрова Наталия 04.03.13 Лабораторная работа №1 Измерение спектров поглощения Цель работы: Провести измерения спектров поглощения выданного образца По полученным данным провести анализ сделать соответствующие выводы. Схема опыта: ...
14683. ЗНЯТТЯ РЕГУЛЮВАЛЬНИХ ХСАРАКТЕРИСТИК ДИЗЕЛЬНОГО ДВИГУНА ПО СКЛАДУ СУМІШІ (ВИТРАТІ ПАЛИВА) 261.5 KB
  Лабораторна робота № 1 ЗНЯТТЯ РЕГУЛЮВАЛЬНИХ ХСАРАКТЕРИСТИК ДИЗЕЛЬНОГО ДВИГУНА ПО СКЛАДУ СУМІШІ ВИТРАТІ ПАЛИВА Мета роботи: Встановити оптимальну часову витрату палива і циклову подачу на яку слід регулювати насоси паливного насоса високого тиску. Послідовність ...