44467

Способы выражения достоверности модальности в современном английском языке

Дипломная

Иностранные языки, филология и лингвистика

Вместе с тем по вопросу о категории модальности в современной лингвистике существуют разнообразные мнения. Категория модальности была объектом изучения в трудах таких лингвистов как В. Определение лингвистического статуса категории модальности – одна из сложнейших задач современного языкознания.

Русский

2013-11-12

520 KB

29 чел.

ДИПЛОМНАЯ РАБОТА

На тему «Способы выражения достоверности модальности в современном английском языке»


СОДЕРЖАНИЕ


ВВЕДЕНИЕ

Категория модальности – одна из важнейших и актуальных проблем современной лингвистики. Ей посвящено довольно много работ, как в отечественном, так и в зарубежном языкознании. Вместе с тем по вопросу о категории модальности в современной лингвистике существуют разнообразные мнения. Объясняется это сложностью и многоплановостью данной категории, пронизывающей все уровни языка.

Категория модальности была объектом изучения в трудах таких лингвистов, как В.В.Виноградов, Ш.Балли, В.Г.Адмони, Г.А.Золотова, В.Г.Гак, Г.В.Колшанский, В.Н.Ярцева, В.Г.Бондаренко, Н.Е.Петров, П.А.Лекант, Т.И.Дешериева, Л.С.Ермолаева, В.З.Панфилов, Е.И.Беляева, С.С.Ваулина, Г.П.Немец, А.В.Зеленщиков, Н.К.Агазаде, М.В.Зайнуллин и многих других, разработавших основные понятия, связанные с определением семантического объема, грамматического статуса, функционального аспекта данной категории и определивших основные средства ее выражения в языке.

Определение лингвистического статуса категории модальности – одна из сложнейших задач современного языкознания.

На протяжении многих лет изучения этой категории в отечественном и зарубежном языкознании исследователями накоплен богатый научный материал. Однако с появлением все новых и новых исследований в этой области проблема приобретает более сложный и дискуссионный характер. Видимо, сама природа модальности настолько противоречива и оригинальна, что еще долго эта проблема, по справедливому замечанию И.П.Распопова, будет «… в значительной мере оставаться … книгой за семью печатями» [4, C 3].

 Целью настоящей дипломной работы является выявление способов выражения достоверности модальности в современном английском языке (на материале художественной литературы). Сформулированная цель предполагает решение следующих задач:

1. рассмотреть модальность как функционально-семантическую категорию;

2. выявить сущность объективной и субъективной модальности;

3. обозначить достоверность как одно из значений модальности;

4. рассмотреть грамматические, лексические и лексико-грамматические способы выражения модальности в современном английском языке;

5. перевести с английского на русский язык отрывка из художественного произведения;

6. выполнить переводческий комментарий с указанием примененных при переводе художественного текста переводческих трансформаций и причин их использования;

7. выявить в переводимом тексте способы выражения достоверности модальности.

Для осуществления исследования в соответствии с намеченными задачами используется комплексная методика, основу которой составляют ряд методов и приемов анализа: метод сопоставления словарных дефиниций, метод сравнительно-сопоставительного анализа, метод проблемно-логического анализа, метод лингвостилистического анализа, метод лингвистических объяснений, метод обобщения фактов, трансформационный метод, метод текстового анализа, метод обобщения фактов, трансформационный, дискурсивный анализ.

Теоретической базой исследования данной дипломной работы послужили труды отечественных и зарубежных ученых, посвященные вопросам общего языкознания, теоретической грамматики английского языка, переводоведения таких ученых как О.С. Ахманова, И.П.Распопов, Г.В. Колшанский, В.Н. Бондаренко, В.В. Виноградов, А.В. Бондарко, Л.Г. Паранук, Л.В.Антонова, Е.И. Беляева Л.С. Бархударов, Д.А. Штелинг и др.Исследования этих авторов способствуют пониманию целостности и комплексности проблем межкультурного общения и взаимосвязи языковых и социокультурных явлений.

Данная дипломная работа выполнена в русле лингвистических исследований, посвященных изучению категории модальности.

Объектом исследования выступает категория модальности в общем и в частности модальность достоверности. В связи с этим следует отметить, что под эпистемической модальностью, или модальностью достоверности понимается не характер субъективных связей, а степень достоверности с точки зрения говорящего.

Предметом исследования являются способы выражения достоверности модальности в современном английском языке.

Актуальность настоящей работы определяется недостаточной изученностью и систематизацией данных о модальности достоверности на современном этапе в отечественной и зарубежной литературе.

Теоретическая и практическая значимость дипломной работы определяется возможностью использования материалов данного исследования как базы для дальнейшей научной работы в области общего и сравнительного языкознания, теории языка, лексикологии, переводоведения, и т.д.

Структура дипломной работы определяется целями и задачами сформулированными выше. Работа состоит из введения, пяти глав, заключения, списка использованных источников и приложения..


1 КАТЕГОРИЯ МОДАЛЬНОСТИ В СОВРЕМЕННОЙ ЛИНГВИСТИКЕ

1.1 Модальность как функционально-семантическая категория

В современной лингвистике не существует однозначного мнения относительно природы и содержания категории модальности. Причиной тому может быть тот факт, что понятием «модальность» оперируют различные науки – философия, логика, языкознание. (Само же понятие «модальность» (лат. modus – ‘мера, способ’)  восходит к формальной классической логике).

Разные лингвисты подразумевают под модальностью широкий круг явлений, далеко не однозначных как в смысловом отношении, так и по средствам выражения. Вопрос о границах и содержании модальности разные исследователи решают по-разному. На это уже обращалось внимание в специальной литературе: «Трактовка модальности в современной лингвистике необычайно широка, к тому же трудно найти двух авторов, которые понимали бы модальность одинаково. Различия в понимании модальности сказываются, в частности, в том, что объем этого понятия, и охват ими языковых явлений не совпадают в концепциях разных авторов» [28, С. 206].

Традиционное определение модальности как категории, выражающей отношение содержания высказывания к действительности с точки зрения реальности-нереальности, носит довольно расплывчатый и неопределенный характер.

В частности такое определение модальности можно найти в «Словаре лингвистических терминов» О.С. Ахмановой (1969), где модальность рассматривается как понятийная категория со значением отношения говорящего к содержанию высказывания и отношения содержания высказывания к действительности (отношения сообщаемого к его реальному осуществлению), выражающуюся различными лексическими и грамматическими средствами, такими как форма и наклонение, модальные глаголы и т.д. Модальность может иметь значение утверждения, приказания, пожелания, допущения, достоверности, ирреальности и др. [6, С. 245].

Такое же определение модальности находим в «Толковом словаре» Ушакова Д.Н. (1996): «Модальность – (англ. modality) понятийная категория со значением отношения говорящего к содержанию высказывания и отношения содержания высказывания к действительности (отношение сообщаемого к его реальному осуществлению), выражаемая разными грамматическими и лексическими средствами, такими как формы наклонения, модальные глаголы, интонация и т.д.» [37, С. 277] 

Различные точки зрения относительно семантического объема данной категории можно свести к двум, различающимся по степени широты подхода к трактовке модальности.

Согласно первому, узкому подходу, языковая модальность понимается как прямая аналогия модальности суждения. (Модальность суждения – характеристика суждения в зависимости от характера устанавливаемой им достоверности, т.е. от того, утверждается ли в нем возможность, действительность или необходимость чего-либо [24]). Будучи семантической категорией, она «реализуется во всем составе предложения и не накладывает каких-либо особых признаков на структуру предложения» [20, С. 96]. Данная точка зрения не имеет широкого распространения, поскольку она сводит языковую модальность к логической модальности суждения, ограничивая ее выделяемыми формальной логике значениями возможности, необходимости и действительности.

Теоретической базой для широкого толкования категории модальности принято считать исследования В.В. Виноградова, представившего довольно основательное определение этой категории. Так, В.В. Виноградов считал модальность субъективно-объективной категорией и называл ее неотъемлемой частью предложения, его конструктивным признаком. «Любое целостное выражение мысли, чувства, побуждения, отражая действительность в той или иной форме высказывания, облекается в одну из существующих в данной системе языка интонационных схем предложения и выражает одно из тех синтаксических значений, которые в свой совокупности образуют категорию модальности» [15, С.55].

Согласно широкому подходу в содержательный объем модальности включаются значения реальности / нереальности, утверждения / отрицания, достоверности, вероятности, необходимости, возможности, желательности, а также значения побуждения, волеизъявления и эмотивности.

Рассматривая модальность как семантическую категорию, имеющую смешанный лексико-грамматический характер, В.В. Виноградов включает в эту категорию:

1. все значения, выражаемые синтетическими и аналитическими формами наклонений глагола;

2. значения, выражаемые интонацией в односоставных подлежащных предложениях без сказуемого /в восклицательных, описательных и выражающих пожелание и приказание, а также вопрос;

3. значения, выражаемые типизованными словосочетаниями, которые состоят из формы глагола с лексическим значением, близким к модальному, и формы инфинитива от другого глагола;

4. значения, выражаемые сочетанием инфинитива с отымёнными словами;

5. значения, выражаемые модальными словами и частицами [15].

В рамках данной дипломной работы мы придерживаемся мнения тех исследователей, которые рассматривают категорию модальности как функционально-семантическую категорию, выражающую разные виды отношений высказывания к действительности, а также разные виды субъективной квалификации сообщаемого.

Функционально-семантическими категориями А.В. Бондарко называет категории, «у которых план содержания образует понятия, аналогичные понятиям, выражаемым категориями грамматическими, а план выражения представлен языковыми средствами, относящимися к разным уровням языка; имеются в виду средства морфологические, синтаксические, словообразовательные, лексические и различные комбинации средств контекста» [12, С. 208].
Функционально-семантическая категория модальности в таком понимании представляет собой единство конкретно-языкового и понятийно-языкового аспекта, т.е. различных (морфологических, лексических, лексико-синтаксических, и др.) средств выражения модальности объединенных общностью семантической функции и содержания этой категории.

Функционально-семантическая категория организована по принципу поля с характерной для него структурой «центр-периферия». Её можно трактовать как функционально-семантическое поле. По определению А.В. Бондарко, «ФСП – это двустороннее (содержательно-формальное) единство, формируемое грамматическими (морфологическими и синтаксическими) средствами данного языка вместе с взаимодействующими с ними лексическими, лексико-грамматическими и словообразовательными элементами, относящимися к той же семантической зоне» [13, С. 62]. Основными характеристиками ФСП являются общность семантической функции и разноуровневость средств выражения. Семантическая функция – это интегрирующий стержень, который объединяет в систему разнородные языковые элементы – морфологические, синтаксические, лексические и интонационные.

Основная функция категории модальности заключается в организации предложения с его семантико-смысловой стороны, заложенной говорящим лицом сообразно коммуникативной ситуации речи в момент производства данного конкретного предложения. Значения, вкладываемые в предложение, могут быть по своим оттенкам самыми различными: от простой констатации фактов (примерами таких значений могут служить предложения Земля вертится; Вода состоит из водорода и кислорода) до эмоционально-волевых высказываний.

Категория модальности включает в себя процесс выражения и отнесения к реальной действительности замысла говорящего лица, вложенного в единицу речи – высказывание. Реализовывая эту функцию, категория модальности тесно взаимодействует, прежде всего, с категорией предикативности. Это взаимодействие происходит на независимой равноправной основе, т.е. категория модальности осуществляет свою функциональную обязанность не как средство выражения предикативности, а самостоятельно, как независимый от других грамматических категорий признак предложения [28, C.209].

Категория модальности принадлежит к числу основных категорий естественных языков и признаётся языковой универсалией. Универсальность категории модальности обусловливает её применимость при изучении любого языка. Это взято на вооружение представителями современного отечественного и зарубежного языкознания, занимающихся изучением проявлений модальности в различных языках.

Трактовка модальности как универсального семантического признака, присущего любому предложению, наряду с признанием тесной связи модальности с предикацией, является, если не общепризнанной, то явно доминирующей установкой отечественных авторов, изучающих эту категорию.

В современной лингвистике не существует однозначного мнения относительно природы и содержания категории модальности. В данной работе мы придерживаемся мнения тех исследователей, которые рассматривают категорию модальности как функционально-семантическую категорию, выражающую разные виды отношений высказывания к действительности, а также разные виды субъективной квалификации сообщаемого. Категория модальности – это та языковая категория, для которой функционально-семантическая модель является наиболее адекватным способом описания, отражающим сущность ее онтологического устройства. Категория модальности принадлежит к числу основных категорий естественных языков и  признаётся языковой универсалией. Основная функция категории модальности заключается в организации предложения с его семантико-смысловой стороны, заложенной говорящим лицом сообразно коммуникативной ситуации речи в момент производства данного конкретного предложения.


1.2 Сущность объективной и субъективной модальности

Традиционно высказывались три точки зрения по проблеме толкования категории модальности в лингвистике. Согласно первой точке зрения категория модальности предложения – это основная языковая категория, которая передается формами наклонений глаголов и ярче всего выражается интонационным способом (В. Адамец, Ш. Балли, Э. Бенвенист,  Т.П. Ломтев и др.).

Вторая точка зрения дробит модальные полюса «объективная – субъективная», пересматривая их объем. Объективную модальность характеризуют в перспективе говорящего субъекта, который выражает в высказывании объективное положение дел, не проявляя своего субъективного отношения к предмету речи. Если же говорящий, обозначая действительность, привносит в свое высказывание элементы собственного мнения относительно «объективного устройства мира», то такое высказывание считается субъективно-модальным. Объективная модальность специфицируется как реальная, гипотетическая, волюнтативная. Субъективная модальность специфицируется как вероятность, предположение, категоричность. Кроме того, выделяют субъективную модальность возможности, необходимости, желательности.

Третья точка зрения отвергает разделение модальности на объективную и субъективную и унифицирует модальность до объективно-относительной категории.

Коммуникативная модальность всегда предполагает наличие субъекта, производящего оценочное высказывание, и высказывание, содержащее препозитивный компонент. Термин «пропозиция» пришел в лингвистику из логики. Б. Рассел понимал пропозицию как «содержание веры», т.е. то, о чем мы думаем, когда думаем истинно или ложно. При этом он выделил в предложении субъективный компонент и объективное содержание, которое он поставил в прямой связи с действительностью.

Академик В.В.Виноградов, исходя из того факта, что говорящий это и субъект и объект, выделил из общей категории модальности объективную (ОМ) и субъективную (СМ). По мнению В.В.Виноградова, объективная модальность (ОМ) содержит в себе указания на отношение к действительности и выражает отношение высказывания к действительности. Вместе с тем конкретное предложение может нести в себе добавочное, субъективно-модальное значение (СМ), образующее в предложении второй модальный слой, выражающий специфическое качество отношения действительности со стороны говорящего лица [15, С.56].

Авторы Грамматики современного русского литературного языка под редакцией Н.Ю.Шведовой вслед за В.В.Виноградовым также говорят о двух видах модальности: «Помимо обязательного для каждого предложения объективно-модального значения, относящего сообщение к тому или иному плану действия, конкретное предложение может таким образом нести в себе то или иное субъективное модальное значение, то есть выражение отношения говорящего к тому, о чём он сообщает ко всему сообщению в целом или к какому-то его отрезку» [16, С. 389].

В более поздних работах высказывается мнение, что выделение объективно-модальной оценки в противовес субъективно-модальной неправомерно, так как лингвистической модальности всегда сопутствует модальный объект, и, что разделение модальности на объективную и субъективную отражает привнесение в изучение коммуникативной модальности понятий из арсенала логики.

Нам представляется правомерной концепция дифференциации модальности на объективную и субъективную.

 Объективная модальность является обязательным признаком любого высказывания, представляет собой одну из категорий, формирующих предикативную единицу – предложение. Она выражает отношение сообщаемого к действительности в плане реальности и ирреальности. Такая модальность получает свое выражение на уровне синтаксического членения предложения и выражается такими грамматическими и лексическими средствами как формы наклонений, модальные слова и частицы, интонация.

Поскольку объективно-модальные значения выявляются в грамматической парадигме предложения и «встроены» в форму сказуемого, то некоторые ученые называют объективную модальность первичной модальностью. Объективная модальность органически связана с категорией времени и дифференцирована по признаку временной определенности – неопределенности. Значение времени и реальности – ирреальности слиты воедино; комплекс этих значений называется объективно-модальными значениями.

 Субъективная модальность, то есть отношение говорящего к сообщаемому, не является обязательным признаком высказывания, а выступает как формально-грамматическое значение. Смысловой основой субъективной модальности является оценка говорящим описываемых фактов (уверенность или неуверенность, согласие или несогласие, положительная или отрицательная оценка). Такая модальность выражается лексическими и грамматическими средствами (оценочная лексика, лексические повторы, модальные слова и частицы, вводные конструкции, междометия, порядок слов, интонация), а также композиционными приемами.

Сравнивая семантический объем объективной и субъективной модальности, следует отметить, что объем последней значительно шире.

Традиционно СМ трактуется как категория, которая рассматривает отношение говорящего к содержанию пропозиции, и это отношение, в целом, подразделяется на две части. С одной стороны, это оценка содержания пропозитивного высказывания с точки зрения его адекватности действительности, его истинности, условия реализуемости и т.д. Все эти аспекты покрываются общим термином – эпистемическая модальность (ЭМ). ЭМ включает не только знание, но и прогнозирование событий, явлений в терминах важности, либо необходимости их реализации в настоящем, будущем или прошлом. Это модальность эпистемической достоверности/недостоверности, уверенности/неуверенности, убеждённости/неубеждённости, определённости/неопределённости.

С другой стороны, СМ включает акциональное отношение коммуниканта к действительности, реализуемое посредством директивных, комиссивных и других речевых актов. Объединение ЭМ и акциональной модальности образует основание для широкого понимания СМ. ЭМ достоверности противопоставляется семантике знания. Первая – образует область предположения различной степени достоверности, а вторая – область эмпирически проверенного знания [4, С. 6-9].

Среди видов субъективной модальности разными языковедами выделяются оценочная, эмотивно-оценочная, аффективная, нейтральная, релятивная, модальность желания, отвращения, разрешенности, запрета, свободы, отказа и согласия, удивления, модальность странного, неожиданного и др.

Оценка в широком смысле слова (как рациональная, так и эмоциональная), рассматриваемая некоторыми лингвистами как отдельная языковая категория, является смысловой основой субъективной модальности. В современной лингвистике на первый план выходит человеческая личность, говорящий, пишущий. Именно говорящий, пишущий, сообщая собеседнику определенную информацию и выражая свое отношение к ней, отбирает необходимые языковые средства, рассчитывая на коммуникативный эффект. Категория модальности и тесно связанная с ней оценочность отображают чрезвычайно сложную картину человеческого мира, которая очень изменчива и непостоянна.

Субъективная модальность образует в предложении второй модальный слой, и иногда называется вторичной модальностью.

Между значениями субъективной и объективной модальности и способами их языкового выражения не существует резкой грани. Для выражения того и другого вида модальности нередко могут использоваться одни и те же языковые средства. Например, модальное слово «может» в зависимости от контекста может выражать объективную модальность возможности (может = в состоянии, имеет возможность) и субъективную модальность проблематичности (может = может быть).

Необходимо отметить, что невнимательное отношение к языковым и композиционным средствам, которые выражают субъективную модальность, могут привести к тому, что в тексте независимо от воли автора появится произвольная оценка описываемых фактов.

 Таким образом, модальность подразделяется на объективную и субъективную. Объективная модальность является обязательным признаком любого высказывания, представляет собой одну из категорий, формирующих предикативную единицу – предложение. Она выражает отношение сообщаемого к действительности в плане реальности и ирреальности. Субъективная модальность, то есть выражение отношения говорящего к сообщаемому, в отличие от объективной модальности, является факультативным признаком высказывания. Она образует в предложении второй модальный слой, и иногда называется вторичной модальностью.


1.3 Достоверность как одно из значений модальности

 

В предложении говорящий или пишущий оформляет мысль, которую хочет сообщить слушающему или читающему. Предложения отличаются друг от друга по цели высказывания, по эмоциональной окраске, а также по степени истинности или ложности заключенной в них информации, то есть по степени достоверности.

По вопросам эпистемической модальности, составной частью которой является проблематика недостоверности, сомнения, неопределенности, неуверенности, в отечественной лингвистике написан ряд монографий, статей, защищен ряд диссертаций, в которых исследуются лексические, грамматические и прагматические свойства и средства выражения эпистемической модальности.

Наряду с термином эпистемическая модальность в лингвистике используются и другие термины: модальность достоверности (Феер, 1980; Яковлева, 1983), персуазивная модальность (Панфилов, 1977; Шмелева, 1984), модальность истинности (Грейпл, 1978), модализация (Halliday, 1970).

Наибольшую популярность в лингвистике получил термин эпистемическая модальность, так как этот термин охватывает большую сферу модальных средств выражения, где решающее значение приобретает план выражения.

В.З. Панфилов (1969) считает, что под эпистемической модальностью понимается не характер субъективных связей, а степень достоверности с точки зрения говорящего.

К. Аймер (Aijmer, 1980) полагает, что эпистемическая модальность, будучи универсальной, понятийной категорией, становится, таким образом, языковой категорией. И если исследовать, как модальные выражения используются в языке, то можно считать эпистемическую модальность категорией, посредством которой говорящий передает свое отношение к достоверности сообщаемого.

Сходное понимание эпистемической модальности находим у А.А. Леонтьева (1979), трактующего эпистемическую модальность как модальное отношение субъекта ситуации темы к ее денотативному содержанию; это степень уверенности субъекта ситуации в реальности события, в действительности ситуации. Всякое высказывание употребляется не просто как отражение действительности, а прежде всего как форма реализации коммуникативной деятельности говорящего. Эпистемическая же форма деятельности говорящих заключается в том, что коммуниканты выражают свое мнение о действительности и свою уверенность/неуверенность в достоверности сообщаемого.

Функционально-семантическому описанию категории модальности в английском и русском языках посвящена монография Е.И. Беляевой «Функционально-семантические поля модальности в английском и русском языках» [10]. Основное внимание в данной работе уделяется систематизации на коммуникативной основе разноуровневых средств выражения трех типов модальных отношений: предметной модальности (возможность и вынужденность), модальности волеизъявления (оптатив и императив) и эпистемической модальности (значения вероятности, логической необходимости, уверенности и неуверенности).

По мнению Е.И. Беляевой семантическую сущность категории модальности составляет выражение оценки говорящим способа существования связи между объектом действительности и его признаком, а также степени познанности или желательности этой связи говорящим. Сложность семантики, полагает автор, определяет сложность строения функционально-семантической категории модальности, которая в английском и русском языках состоит из двух макрополей: действительности и недействительности. В состав последнего входит три поля: предметной (или потенциальной) модальности, состоящее из микрополей возможности и вынужденности; модальности волеизъявления с микрополями директивной и оптативной модальности и эпистемической модальности или модальности достоверности, включающее микрополя логической возможности, логической необходимости, уверенности и сомнения.

«Советский энциклопедический словарь» трактует достоверность, как форму существования истины, обоснованную каким-либо способом (экспериментом, логическим доказательством), для познающего субъекта. Основа и критерий – общественно-историческая практика [34, С. 413].

В «Социологическом энциклопедическом словаре» под редакцией Осипова Г.В. (1998) достоверность рассматривалась, как обоснованность, доказательность, бесспорность, истинность знания; надежность, объективность инструмента исследования, не допускающая двусмысленности, гарантирующая возможность получения таких же результатов при повторном исследовании [39, С. 355 ].

Количество степеней достоверности в разных языках различается. Во всех языках находят свое выражение как минимум три степени достоверности содержания предложения: простая, категорическая и проблематическая [11, С. 58]. Но во многих языках различается несколько степеней достоверности в пределах проблематической и категорической достоверности. Исключением является простая достоверность, не имеющая степеней.

Если сравнить степени уверенности говорящего в своем высказывании, то можно представить значения, выражающие меру достоверности высказывания, в виде шкалы, активно применяемой многими лингвистами. Но, однако, понимание данной шкалы у разных лингвистов разное, а именно: некоторые помещают в центр шкалы простую достоверность, характеризующуюся отсутствием всякого показателя достоверности, слева от которой находятся показатели проблематической достоверности типа «возможно», «вероятно», а справа – показатели категорической достоверности типа «конечно», «действительно». При таком представлении шкалы достоверности складывается представление о том, что высказывания с показателями категорической достоверности типа «конечно» выражают большую степень уверенности, чем высказывания с нулевым показателем.

Но есть лингвисты, не разделяющие такой подход. Так, скажем, Дж. Лайонз (Lyons, 1979) пишет, что «хотя и может показаться, что использование эпистемического показателя усиливает достоверность высказывания, однако, это не так с точки зрения повседневного употребления языка... Сам факт введения в высказывание любого эпистемического показателя (must, necessary, certainly) делает его менее достоверным. Нет более эпистемически сильного высказывания, чем категорическое утверждение факта».

С точки зрения говорящего суждения делятся на те, которые он считает истинными ("Знаю, что" ср. Дважды два – четыре), те, которые он считает ложными ("Знаю, что не" ср. Дважды два – пять).

 Истинные с точки зрения знаний говорящего суждения могут оформляться при помощи модальных слов, таких как, действительно, конечно, разумеется, естественно:

 Ну, он, разумеется, предложил мне сесть, ну а я, естественно, отказался.

 Ложные – при помощи сочетания казалось бы:

 Такая, казалось бы, простая задача... А решить ее невозможно.

Кроме того, в системе знаний говорящего имеются суждения, относительно которых он не знает, истинны они или ложны: которые могут оформляться при помощи таких модальных слов как, «наверное», «скорее всего», «наверняка», «может быть»:

В космосе, быть может, существуют разумные существа, населяющие другие планеты,

Е. Разлогова в своей работе «Модальные слова и оценка степени достоверности высказывания» говорит о том, что неопределенные с точки зрения знаний суждения распадаются на три класса:

– те, которые, как мы уверены (но не знаем) истинны, в высказываниях они могут оформляться, например, словом наверняка:

 Они наверняка здесь были;

– те, которые, как мы уверены (но не знаем) ложны:

 Не может быть, чтобы он им всё рассказал;

– те, в отношении которых у нас нет уверенности ни в том, ни в другом.

Среди неопределенных суждений мы можем выделить также три типа:

1. «квазиистинные», то есть те, по поводу которых у нас есть уверенность, что они соответствуют действительности (только мы этого не знаем);

2. «квазиложные» – те, которые, как мы уверены, не соответствуют действительности (но мы опять же этого не знаем);

3. аналог неопределенных суждений, но только уже тех, о которых мы, мало того, что не знаем, истинны они или ложны, но и к тому же ничего не можем сказать с уверенностью. Они выражают категорию неуверенности.

Среди суждений, которые выражают категорию неуверенности, мы снова можем выделить три класса:

  1.  суждения, о которых мы предполагаем, но не уверены, что они соответствуют действительности: «скорее истинные суждения»:

 Наверное, завтра будет дождь;

 Кажется, я заболеваю;

  1.   суждения, принадлежность к действительности которых вызывает у нас сомнения: «скорее ложные суждения»:

 Вряд ли им удалось это сделать;

Они едва ли смогут доплыть до берегов Антарктиды;

  1.  суждения, о которых мы и предположить ничего не можем, т.е. не можем даже сказать, на что они больше похожи – на истинные или на ложные: «полностью неопределенные суждения».

Такие суждения, выражающие идею возможности, оформляются, например, при помощи:

может быть:

 А он здесь был? - Может быть... Откуда я знаю;

авось:

 Шагая по дороге, Петька увидел ржавый гвоздь, поднял его и сунул в карман. Авось пригодится!;

а вдруг:

 Хорошо, если все будет так, как ты говоришь, и они приедут вовремя.- А вдруг поезд опоздает... Что тогда?; чего доброго: А они, чего доброго, еще расскажут ему обо всем, и тогда спектакль точно не состоится.

Таким образом, категории достоверности/уверенности являются основными инструментальными средствами исследования эпистемической модальности, эпистемической семантики. Оценка степени достоверности мысли с точки зрения субъекта мысли получает свое формально грамматическое выражение. Во всех языках находят свое выражение как минимум три степени достоверности содержания предложения: простая, категорическая и проблематическая. На одном полюсе семантической шкалы уверенности-неуверенности располагаются средства выражения модальности проблематической достоверности с наибольшей степенью сомнения, на другом – средства выражения модальности категорической достоверности с наибольшей уверенностью говорящего в сообщаемом. Таким образом, мы имеем три однотипных структуры, три уровня, в каждом из которых имеется своя истина, своя ложь и своя неопределенность. Уровень категоричности высказывания снижается по мере продвижения от знаний к уверенности, а затем к области неуверенности.

 


2 СПОСОБЫ ВЫРАЖЕНИЯ ДОСТОВЕРНОСТИ МОДАЛЬНОСТИ В СОВРЕМЕННОМ АНГЛИЙСКОМ ЯЗЫКЕ

2.1 Грамматические способы выражения достоверности модальности

Объективная модальность является обязательным признаком любого высказывания, представляет собой одну из категорий, формирующих предикативную единицу – предложение. Она выражает отношение сообщаемого к действительности в плане реальности и ирреальности. Такая модальность получает свое выражение на уровне синтаксического членения, одним из способов реализации которой выступают формы наклонений.

 Наклонением называется глагольная категория, выражающая определённую модальность высказывания, т. e. устанавливаемое говорящим отношение высказывания к действительности.

Отношение действия к действительности может быть различным: если действие мыслится как реальное, то мы имеем модальность действительности; если же действие мыслится как нереальное, возможное или невозможное, как желательное или вероятное, то мы имеем модальность недействительности.

Основным грамматическим средством выражения модальности действительности служит изъявительное наклонение, или индикатив. Он обозначает действие, которое мыслится говорящим как соответствующее реальной действительности. Отсюда наличие во всех формах модальности действительности семы «реальность». Изъявительное наклонение обозначает реальное действие, происходящее в плане настоящего времени, происходившее в прошлом или имеющее произойти в будущем, вследствие чего это наклонение получает свое выражение в соответствующих формах времени и лица.

Так, например, в русском языке модальность действительности, относящаяся к настоящему времени, выражается формой настоящего времени, в английском же  языке она может быть выражена не только формой Present Indefinite, но также формой Present Perfect Continuous.

 It was a wonderful opportunity, and when he had finished his explanations, Isabel was once more all smiles. «You foolish boy, why have you been trying to make me miserable, » His face lit up at her words and his eyes flashed (W. Maugham. The Fall of Edward Barnard).

Для выражения модальности недействительности в русском языке используется сослагательное наклонение, которое иногда называют условным или предположительным. Оно обозначает действие, которое мыслится говорящим как нереальное и лишь только как возможное или желательное. Сослагательное наклонение образуется аналитическим путем – сочетанием глагола в форме прошедшего времени с частицей бы и сочетает в себе ряд сем: нереальность, желание, условие, гипотетичность, намерение, пожелание и т.д.

В английском языке модальность недействительности выражается четырьмя так называемыми косвенными наклонениями: сослагательным I, сослагательным II, предположительным и условным.

Сослагательное наклонение представляет собой весьма пестрый набор форм и вызывает поэтому серьёзные разногласия в трактовке.

Набор форм включает, во-первых, сохранившиеся из прежней парадигмы синтетические формы: be, в настоящем стилистически весьма ограниченную, в значительной степени архаичную (If it be true...), форму were, функционирующую без стилистических ограничений (If I were you, I should do it), и форму, совпадающую с парадигмой настоящего времени основного разряда, но не имеющую -s в третьем лице (I suggest that he go). Во-вторых, набор включает формы, омонимичные претериту и перфекту прошедшего времени, но отличающиеся по соотнесению во времени и по отсутствию временного значения как такового. В-третьих, набор включает аналитические формы с вспомогательными глаголами should и would.

А. И. Смирницкий различает:

а) сослагательное I (if he be; I suggest that he go), включающее высказывания, не противоречащие реальности;

б) сослагательное II, наоборот, подразумевает высказывания, противоречащие действительности (if it were, if he had known);

в) предположительное, образуемое сочетанием should с инфинитивом при любом подлежащем (shouldshould you meet him);

г) условное наклонение – аналитические формы с should и would, функционирующие в главной части условного предложения (What would you answer if you were asked..'.). Классификация эта, учитывающая форму, в основе своей семантическая.

Сослагательное наклонение I, как и русское сослагательное наклонение, имеет вневременной характер. Оно не выражает ни категории лица, ни категории числа. В качестве основной семы сослагательное I имеет сему «гипотетичность», «неуверенность в реальности данного явления»; но в то же время оно не выражает никакой противоположности тому, что имеет место в реальной действительности.

Mrs Erlynne... As for me, if suffering be an expiation, then at this moment I have expiated all my faults, whatever they have been; for to-night you have made a heart in one who had it not, made it and broken it (O. Wilde. Lady Windermere's Fan).

Сослагательное наклонение II имеет в качестве основной семы «нереальность», в чем оно занимает полярное положение с формами индикатива, в котором наличествует сема «реальность». В отличие от сослагательного I, к основной семе «нереальность» прибавляется сема «настоящее», или «будущее», или же сема «прошедшее», вследствие чего в сослагательном II различаются формы настоящего времени (ср.: If I came, If I were) и формы прошедшего времени (ср.: If I had come. If I had been).

And so it would have been strange and unaccountable, if it had been a stuffed trout, but it was not. That trout was plaster-of-Paris (J.K. Jerome. Three Men in a Boat).

Предположительное наклонение, как показывает само название, имеет в качестве основной сему «предположение». Его морфологическая структура складывается из глагола should + Inf. Таким образом, это наклонение не имеет никаких грамматических категорий.

Не was a South Sea merchant, and he had agencies in many of the islands of the Pacific. He had suggested that Edward should go to Tahiti for a year or two... (W.S. Maugham. The Fall of Edward Barnard).

Категория модальности находит свое выражение также в формах повелительного наклонения. Это наклонение может выражать волю, просьбу, приказание говорящего или побуждение собеседника к действию. В связи с этим основной семой форм этого наклонения является сема «побудительность». Если же формы этого наклонения соединены с отрицанием не, то сема «побудительность» погашается и вместо нее возникает сема «запрещение» [5, С.218-234].

В отличие от повествовательных и вопросительных предложений, которые дифференцируются по субъективной модальности, побудительные предложения с глаголом-сказуемым в повелительном наклонении не различаются по степени достоверности передаваемого содержания. В предложении «Пожалуй, сделаем это вместе» модальное слово выражает не степень достоверности, а интенсивность побуждения:

В. В. Гуревич не принимает классификацию А.И. Смирницкого. Говоря о количестве наклонений в английском языке, он выделяет – помимо повелительного наклонения – лишь две противопоставленные формы: изъявительное наклонение, выражающее реальность события, и сослагательное (= условное), выражающее (в сложном предложении с придаточным условия) нереальность события; при этом в главной и придаточной частях используются два формально разных синтаксически обусловленных варианта одного наклонения. «Семантически опустошенные глагольные структуры, использующиеся в придаточном предложении при наличии модального слова в главной части (сочетания с should, may, might или Subjunctive I) трудно признать каким-либо отдельным наклонением именно из-за отсутствия у них собственного модального значения» [17, С.45].

Рассмотрим точку зрения В.В. Гуревича подробнее.

Значение изъявительного наклонения в повествовательном предложении неотделимо от семантики самой синтаксической конструкции, т.е. от коммуникативной модальности «утвердительности/отрицательности». Таким образом, «реальность» события создается значением «уверенность говорящего в существовании/несуществовании события» (Peter has come back = «несомненно, что Петр вернулся»). Употребление сослагательного и условного наклонений (форм Subjunctive, Conditional), как известно, всегда связано с условно-следственной конструкцией If... then, поэтому вначале следует рассмотреть значение союза If

Если сравнить значения союзов в предложениях If he arrives in Moscow, he will call me и When he arrives, he will call me, нетрудно увидеть, что «если» выражает неуверенность говорящего в том, что событие произойдет («возможно, что приедет»). Главная часть условно-следственной конструкции при изъявительном наклонении глагола содержит модальность «уверенности», т.е. сообщает, что названное в ней событие (позвонит), несомненно, будет иметь место тогда, когда произойдет первое событие (приедет).

В предложениях нереального условия типа If he were in Moscow, he would call me условный союз If выражает то же значение «неуверенного предположения» («возможно, что событие имеет место»), однако при этом форма наклонения дополнительно (в виде пресуппозиции) указывает, что на самом деле данное событие не имело места, т.е. вносит модальность отрицания («невозможно, что событие имеет место»). Особенность такого скрытого отрицания лишь в том, что оно выражается не лексически (частицей not), а морфологически (формой глагола); по существу же в содержании «нереальности» (сослагательности) нет ничего иного, кроме все тех же значений «возможно» и «невозможно», которые составляют содержание коммуникативной модальности.

В предложениях нереального условия одновременно присутствуют две модальности: одна из них – неуверенное предположение о событии – выражается союзом «если», другая – уверенность в несуществовании того же события – выражается формой глагола. Такая двойная модальность позволяет представить несуществующее событие так, будто оно существует, т.е. реализовать в языковой форме игру воображения («воображать» значит представлять как существующее то, что на самом деле не существует). Обозначение отрицания необычным способом (формой наклонения) позволяет сочетать его как с утвердительной модальностью предложения (If he were...), так и с отрицательной (If he were not...). При этом благодаря использованию разных способов выражения два этих модальных значения (предположение о существовании события и пресуппозиция его несуществования) не складываются в какую-либо «результирующую» модальность, не уничтожают друг друга.

«Формы Subjunctive II (were, came, had been, had come) и Conditional (сочетания с should / would) по своему содержанию не различаются (они обе содержат скрытое отрицание), в связи счем нет оснований рассматривать их как два отдельных наклонения» [5, С.43-44]. Выбор одной из этих форм, по мнению В.В. Гуревича, обусловлен лишь формально-синтаксическими факторами: Conditional употребляется в главном предложении, Subjunctive II — в придаточном. В тех случаях, когда глагол не допускает аналитической формы с would/should, исчезают и эти формальные отличия; ср. If you could talk to my boss about me, it might help, где в обеих частях предложения используется одна и та же форма Subjunctive II.

В сложных предложениях с модальным словом в главной части – типа // is impossible / desirable / necessary that ... – придаточная часть не имеет собственной модальности: в ней лишь называется событие, отношение к которому уже выражено (лексически) в главной части. Иначе говоря, форма наклонения в таком придаточном не представляет событие ни как реальное, ни как нереальное или проблематическое и т.д. В связи с отсутствием у них какого-либо модального значения формы наклонения в таких конструкциях нередко могут варьироваться; ср. Не может быть (сомневаюсь), что он прав / чтобы он был прав; It is impossible that he is right/ that he should be right/ that he be right; I wish that he should be happy / he may be happy /he be happy. Это свидетельствует о том, что модальные глаголы should, may, как и архаическая форма сослагательного (Subjunctive I), в подобных конструкциях полностью десемантизированы, а следовательно, «нет оснований приписывать этим единицам статус какого-либо отдельного наклонения (в частности «предположительного»): скорее можно говорить об отсутствии какого-либо наклонения у глагола-сказуемого в такого рода придаточных предложениях» [5, С.44].

Варьирование невозможно там, где глагольная форма выражает какие-то добавочные пресуппозиции (смысловые наращения). Так, в предложении I wish he were happy выражено нереальное желание, т.е. дополнительно подразумевается «на самом деле он несчастлив»; значение сослагательного наклонения (were) здесь то же, что и в придаточных нереального условия (if he were happy...). Этот добавочный смысл (скрытое отрицание события) отличает данный пример от предложений типа / wish he should be (may be, be) happy, в которых просто выражено желание и в которых форма наклонения в придаточном ничего не говорит о реальности или нереальности желаемого события [5, С.42-44].

Таким образом, наклонением называется глагольная категория, выражающая определённую модальность высказывания, т. e. устанавливаемое говорящим отношение высказывания к действительности.

По традиции, восходящей к А.И. Смирницкому, в английском языке выделяются следующие типы наклонений глагола: изъявительное (Indicative mood); повелительное (Imperative); сослагательное II (Subjunctive II), т.е. формы типа were, came – для настоящего времени и типа had been, had come – для прошедшего; условное (Conditional mood) – аналитическая форма, т.е. сочетания инфинитива с should/would; сослагательное I (Subjunctive I) – архаическая форма сослагательного наклонения, совпадающая с инфинитивом (it be; he come и т.п.); предположительное наклонение (Suppositional mood) – сочетания глагола should с инфинитивом.

Изъявительное наклонение передает действие, рассматриваемое говорящим как реальный факт, отсюда вытекает необходимость соотнесения его с той или иной временной сферой, так как ни одно действие не может происходить вне времени.Повелительное наклонение выражает побуждение к действию и имплицитно тем самым подразумевает ещё не совершившееся действие, действие, долженствующее произойти в будущем; но именно потому, что выражается только желание, побуждение к совершению действия, эта форма не является формой будущего времени.

Сослагательное наклонение рассматривает действие как предположительное, возможное, которое, следовательно, также не может быть соотнесено с временной сферой. Очень сложным является вопрос о количестве наклонений и составе форм. Существование изъявительного наклонения не вызывает сомнений ни у кого из лингвистов; остальные трактуются по-разному.


2.2 Лексический способ выражения достоверности модальности

К лексическому способу выражения достоверности модальности относят модальные слова и словосочетания.

Модальное слово в Словаре лингвистических терминов О.С. Ахмановой трактуется как «слово, утратившее свое конкретное лексическое значение и функционирующее как средство описательного выражения модальности» [6, С. 238].

Он может еще прийти. – He may come.    

Грамматика английского языка М.А. Беляевой дает следующее определение: «Модальные слова – это слова, выражающие субъективное отношение говорящего к высказываемой в предложении мысли. Модальные слова имеют значение предположения, сомнения, вероятности, уверенности говорящего в мысли выраженной в предложении. Модальные слова выполняют функцию вводного члена предложения и обычно относятся ко всему предложению в целом. Некоторые модальные слова (например, of course, certainly, no doubt, perhaps и т.д.) могут выполнять функцию слова-предложения» [9, С. 201].

Прежде всего, необходимо отметить, что модальные слова не входят в систему частей речи, как английского, так и  русского языка, поскольку их функцией является передача отношения говорящего к высказыванию. В связи с этим максимальная реализация семантики отношений модальных слов возможна лишь в рамках предложения и контекста.

В английской лингвистической литературе вопрос о модальных словах разработан довольно слабо. Специальные работы по этому вопросу практически отсутствуют.  В научных же грамматиках модальные слова рассматриваются обычно в составе наречия неполно и недостаточно глубоко.

Модальные слова выступают в научных и школьных грамматиках под термином «наречие к предложению» (sentence adverb), в противопоставлении словоопределяющему наречию (verb adverb). Иногда грамматисты пользуются термином «модальное наречие» (modal adverb), или же «союзное наречие» (conjunctive adverb). В грамматиках последних лет при обозначении модальных слов терминами: «absolute element», «independent element» особенно подчеркивается их синтаксическая изоляция. Однако все эти разрозненные сведения, разбросанные по отдельным грамматикам, никак не обобщены; модальные слова причисляются к категории наречия, хотя уже несут, по признанию английских грамматистов, иную функцию в языке. Если эти слова иногда и называются «модальными наречиями», то у зарубежных ученых это никак не связано с системой модальных форм английского языка. [18, С.32]

В отношении формы у модальных слов не выработалось какого-либо единого внешнего признака. Однако два другие признака – семантический и синтаксический – представлены достаточно чётко, что и заставляет многих лингвистов говорить о модальных словах, как о самостоятельной части речи. Семантическим признаком модальных слов является их значение субъективного отношения к высказыванию с точки зрения его достоверности, предположительности или желательности. В отношении значения модальные слова значительно отличаются от других знаменательных частей речи, выполняющих номинативную функцию; однако по самостоятельности значения они, несомненно, принадлежат к знаменательным, а не к служебным частям речи.

Л.С. Бархударов и Д.А. Штелинг [8] утверждают, что в предложении модальные слова всегда играют роль вводных членов предложения. Л.С. Бархударов также даёт определение модальным словам, как словам, имеющим значение характеристики всего сообщаемого факта с точки зрения его вероятности, возможности, связи с другими фактами, событиями и т.д.

Итак, модальные слова выражают субъективное отношение говорящего к высказываемой в предложении мысли. Модальные слова имеют значение предположения, сомнения, вероятности, уверенности говорящего в мысли, выраженной в предложении, и  выполняют функцию вводного члена предложения, поэтому в лингвистической литературе их еще называют «вводными». Общепринятым в лингвистической литературе является тот факт, что вводные (модальные) слова и словосочетания соотносятся со всем предложением или с одним из его членов, придавая определенное субъективное модальное значение соответственно всему предложению или его члену.

 К модальным относят следующие слова:

perhaps – может быть, возможно, наверно

ргobably – вероятно, наверное

may be  – может быть

possibly – возможно; может быть

naturally – конечно, как и следовало ожидать, естественно

evidently, – очевидно; несомненно; явно

obviously – явно

of course – конечно, непременно; несомненно

certainly – конечно, естественно, непременно, несомненно, безусловно

surely – конечно, непременно, наверняка, несомненно

no doubt – несомненно, вне сомнения ; конечно, непременно

Выполняя функцию вводного члена предложения, модальное слово может занимать место в начале предложения, в середине и иногда в конце предложения

The airplane will evidently be late due to bad weather forecast – Самолет, очевидно, опоздает из-за плохого прогноза погоды.

Evidently when there are no forces acting on a body, that body is in equilibrium – Очевидно, когда нет сил, действующих на тело, это тело находится в равновесии.

Место вводного члена, выраженного модальным словом, в предложении отражается на степени его связанности с содержанием предложения и на яркости выражения модального оттенка.

Probably, they were right to keep him.

They were probably right to keep him.

They were right to keep him, probably.

Эти примеры показывают, во-первых, что модальное слово теснее всего связано с содержанием высказывания, когда оно стоит между членами предложения, и, наоборот, менее всего связано с ним при постановке в конце предложения, и, во-вторых, что оттенок, передаваемый модальным словом, оказывается выраженным наиболее ярко при употреблении такого вводного члена в начале предложения.

Показателем большей или меньшей связанности модального слова с характеризуемым предложением или членом предложения может также служить выделение модального слова запятыми или отсутствие такого выделения.

 Известно, что в английском, как и в русском языке, модальные слова выражают отношение автора к своему высказыванию, обозначая уверенность, сомнение, предположение, положительную или отрицательную оценку того, что сказано в предложении. Модальные слова могут быть простыми (sure, perhaps), производными (surely, naturally, really) и составными (maybe, to be sure).

К наиболее употребительным модальным словам в современном английском языке относятся:

  •  модальные слова, выражающие сомнение и предположение, неуверенность в достоверности сообщаемого: maybe, perhaps, probably;
  •  модальные слова, выражающие одобрение или неодобрение: fortunately, unfortunately, luckily, unluckily, happily, unhappily;
  •  модальные слова, выражающие усиление: really;
  •   модальные слова, выражающие уверенность, достоверность сообщаемого: course, sure, surely, to be sure, sure enough, evidently, obviously, no doubt, naturally, really.
  •  Рассмотрим примеры:
  •  Perhaps, youre right. – Возможно, вы правы.
  •  Unfortunately, the weather was bad. – К сожалению, погода была плохая.
  •  I really dont know whats to be done. – Я действительно не знаю, что предстоит сделать.
  •  Maybe Mary is ill. – Может быть, Мери заболела.
  •  No doubt he will come later. – Он, без сомнения, придет позже.
  •  Of course I understand it. – Конечно, я понимаю это.

 Большинство модальных слов произошло из наречий и совпадают по форме с наречиями образа действия, имеющими суффикс -lу. Модальные слова отличается от наречия по значению и синтаксической функции. Значение и синтаксическая функция наречия состоит в том, что оно дает объективную характеристику действия, свойства, признака или указывает на обстоятельства, при которых совершается действие, и: относится к одному члену предложения. Модальное же слове обычно относится ко всему предложению в целом и выражает субъективное отношение говорящего к высказываемой мысли. Модальные слова отличаются от знаменательных, с которыми они связаны по происхождению, отсутствием номинативной функции. Модальные слова не являются названиями предметов, признаков или процессов, обозначаемых знаменательными словами; они лишены грамматической связи со словами, составляющими предложение, и не являются членами предложения [25, С. 49-51].

Например:

 Certainly, you cannot interfere – Конечно, вам нельзя вмешиваться.  Certainly – модальное слово, так как содержит субъективную оценку говорящим высказанной мысли, следовательно, относится ко всему предложению и выполняет функцию вводного члена предложения.

 The penetrating of slow neutrons into the nucleus is easily effectedПроникновение медленных нейтронов в ядро легко осуществляется.

 Easily – наречие, относится к сказуемому is effected выполняя при нем функцию обстоятельства образа действия.

 The second day was exactly like the first – Второй день был в точности похож да первый

 Exactly – наречие, относится к сказуемому и выполняет функцию обстоятельства образа действия.

Некоторые модальные слова (например, of course, certainly, no doubt, perhaps и т. п.) могут выполнять, функцию слова-предложения:

–May I visit him? – Yes, certainly.

 –Можно его навестить? – Да, конечно.

 Модальные слова и словосочетания выражают модальные значения, которые могут быть выражены при помощи других средств: наклонения глагола, модальных глаголов и конструкций с ними, просодии и лексических средств. Однако в реальных речевых произведениях постоянно наблюдаются случаи перекрещивания модальных значений, выражаемых различными языковыми средствами.

Выбор тех или иных средств выражения модальных значений определяется в каждом конкретном случае содержанием – намерением речевого произведения, стремлением говорящего (пишущего) к оптимальному выражению своей мысли и зависит от закономерностей построения текста.

Использование вводных слов позволяет говорящему разнообразить ритм своего высказывания и изменять функциональную перспективу частей речевого произведения в зависимости от функциональной перспективы всего текста и его содержания – намерения. Кроме того, «синтаксическая подвижность» вводных слов и словосочетаний (т.е. их способность занимать практически любое место в высказывании, вторгаться даже в самые тесные виды синтаксической связи и таким образом модифицировать в плане модальности любую часть этого высказывания) способствует оптимальной организации текста с точки зрения передачи его содержания – намерения. Кроме того, вводные слова и словосочетания, формально относящиеся к одному предложению в составе текста и выделяющие его из общего модального фона текста, фактически могут принимать участие в развитии функциональной перспективы всего текста, т.е. играют важную роль в его построении и передаче содержания – намерения.

Таким образом, модальные слова не входят в систему частей речи как английского. Поскольку их функцией является передача отношения говорящего к высказыванию, максимальная реализация семантики отношений модальных слов и словосочетаний возможна лишь в рамках предложения и контекста. Вводные (модальные) слова и словосочетания соотносятся со всем предложением или с одним из его членов, придавая определенное субъективное модальное значение соответственно всему предложению или его члену. Модальные слова современного английского языка можно подразделить на две группы: 1) модальные слова с утвердительным значением, выражающие реальность сообщаемого, его достоверность (course, sure, surely, to be sure, sure enough, evidently, obviously, no doubt, naturally, really); 2) модальные слова с предположительным значением, выражающие возможность, вероятность сообщаемого, сомнение в его достоверности (maybe, perhaps, probably).

Многообразие модальных значений и их оттенков, выражаемых вводными словами и словосочетаниями, наряду с их синтаксической подвижностью и их способностью вносить разнообразие в ритмическую организацию текста и воздействовать на функциональную перспективу, является важным фактором, влияющим на широкое употребление вводных модальных элементов в речи для оптимальной реализации намерения высказывания.


2.3 Лексико-грамматические способы выражения достоверности модальности

К лексико-грамматическим средствам выражения достоверности модальности относят модальные глаголы и конструкции, которые мы рассмотрим в рамках данного раздела второй главы.

Прежде всего, необходимо отметить, что модальные глаголы – это такие глаголы, которые выражают не действие или состояние, а отношение лица, обозначенного местоимением или существительным, несущим в предложении функцию подлежащего, к действию или состоянию, выраженному инфинитивом. Модальный глагол в сочетании с инфинитивом образует в предложении составное глагольное сказуемое. Модальные глаголы выражают значение возможности, необходимости, вероятности, желательности и т. п.

Опираясь на исследования Е.И. Беляевой, которая выделяет в рамках макрополя модальности достоверности микрополя логической возможности, логической необходимости, уверенности и сомнения, рассмотрим модальные глаголы, несущие данную семантику.

 I. Модальный глагол can в значениях

1) мочь, быть в состоянии, иметь возможность; уметь (говорится о физических или умственных способностях или возможностях, естественных или приобретенных)

 What weight can you carry?  Какой вес ты можешь поднять?

 Who can run farthest? – Кто может бежать дальше всех?

 He can speak English but he can't write it very well. – Он по-английски хорошо говорит, но не очень хорошо пишет.

 I can play football well, but I'm unable to play now, I don't feel well. – Я умею хорошо играть в футбол, но сейчас я не могу играть, так как плохо себя чувствую.

 I can not but say it. — Я не могу не сказать этого.

2) мочь, иметь возможность, иметь право

а) выражает возможность, обусловленную обстоятельствами

 Anybody can make mistakes. — Любой может ошибиться.

б) выражает предоставленную возможность или разрешение

 No one can play the organ during service time without the consent of the Vicar. — Никто не может играть на органе во время службы без согласия викария.

 You can go now if you like. — Если хотите, можете идти.

3) может быть, возможно, неужели выражает предположение, сомнение, удивление в вопросительных предложениях; не может быть (выражает невероятность в отрицательных предложениях )

 Can it be true?Неужели это правда?

 Do you think my mother can be living? — Ты думаешь моя мать может быть жива?

 She can't feel hurt, we've explained everything to her. — Не может быть, чтобы она обиделась, мы же ей все объяснили.

 She can't be telling lies. — Не может быть, чтобы она лгала.

 В предложении «He can still be at work» процент уверенности говорящего составляет 90%.

II. Could 

1) выражает неосуществленную возможность в прошлом

 He could have spent his holidays at the Carribeans, but he fell ill. — Он мог бы поехать в отпуск на Карибские острова, но заболел.

 3) выражает большую степень сомнения

He could not have done it. — Вряд ли он сделал это.

 В предложении «She could be angry» –  менее 50% уверенности

 We could have had an accident–менее 50% уверенности плюс дополнительное значение «к счастью, что мы не попали в аварию».

4) выражает невозможность

 It couldn’t be true

It couldn’t have been true

III. May

 Выражает менее 50% уверенности (возможность или неуверенность)

 Where is John? – He may be at the library

  – He may have been at the library

Sally my be teaching менее 50 % уверенности; возможно, что она преподает

IV. Might

 Выражает менее 50% уверенности (возможность или неуверенность)

 Where is John? – He might be at the library

  – He might have been at the library

You might need to come tomorrow40% уверенности; возможно тебе понадобится (придется) придти завтра

V. Should

 Выражает 90% уверенности (возможности) 

 She should do well on the test (относится только к будущему, а не к настоящему)

 She should have done well on the test

VI. Ought to

 Выражает 90% уверенности (возможности)

She ought to do well on the test (относится только к будущему, а не к настоящему)

 She ought to have done well on the test


VII
. Be to 

 1) be to (в том случае, если глагол be употреблен в настоящем времени) используется при обозначении события, которое, согласно плану или договоренности, с необходимостью должно произойти в настоящем или будущем. Be to часто употребляется в приказах, инструкциях и программах.  The train is to arrive on time — Поезд должен прийти вовремя.

The next dance is to be mine — Следующий танец должен быть моим

You are not to leave school without my permission — Вы не должны покидать школу без моего разрешения

The medicine is to be taken after mealsЛекарство нужно принимать после еды 

 2) Если глагол be употреблен в прошедшем времени ( was/were), be to используется для обозначения действия, которое должно было происходить в прошлом.

 I was to send him a letter — Я должен был послать ему письмо.

 3) Конструкция be to + Perfect infinitive and Perfect infinitive passive используется при обозначении события, которое должно было произойти в прошлом, но не прозошло.

 They were to have met us — Они должны были встретить нас (но не встретили).

VIII. Must

 В утвердительных предложениях выражает предположение с большей степенью уверенности в совершении действия, чем глагол "may" :

 He must be home by now, he left an hour ago. — К этому времени он наверняка должен быть дома, он ушел час назад.

 You must know her. — Ты должен ее знать.

 They must be waiting for us already. — Должно быть, они уже ждут нас.

 I must have seen you somewhere, your face is very familiar to me. — Должно быть, я вас видел где-то, ваше лицо мне очень знакомо.

I must have been reading for four hours. — Должно быть, я читаю уже четыре часа.

IX. Have to

1) имеет значение необходимости

 I have to go to the library today

 2) в отрицательных предложениях имеет значение отсутствия необходимости

 I don’t have to go to the library today

X. Have got to

1) имеет значение необходимости

 I have got to go to the library today

 2) в отрицательных предложениях имеет значение отсутствия необходимости

 I  haven’t got to go to the library today

XI. Need

 1) имеет значение необходимости в вопросительных предложениях

 Need I show you my pass now?

 2) в отрицательных предложениях имеет значение отсутствия необходимости

 You needn’t show your my pass

You needn’t have shown your my pass

XII. Will

выражает стопроцентную уверенность

 He will be here at 6.00 (относится только к действию , которое произойдет в будущем).


Модальные конструкции представлены конструкциями с глаголами:

а) seem –казаться

It seems (to me/him) + that-clause

There seems (to be)

It seems as if / as though…

б) appear – представляться

It appears (to me / him) + that-clause

Модальные фразы со значением вероятности, предположения представляют собой многочисленный разряд эпистемической модальности, в который в английском языке входят двусоставные конструкции типа I suppose, глагольно-именные словосочетания типа to be possible, сочетаниями типа in my opinion, а также целый ряд сочетаний с герундием и существительным: it looks like + Gerund; supposing that...

Модальные фразы:

I doubt if…

I am not certain + that-clause

It is doubtful + that-clause

It looks (to me / him) as if / as though…


3 ПЕРЕВОД C АНГЛИЙСКОГО НА РУССКИЙ ЯЗЫК ОТРЫВКА РОМАНА ДЖОЗЕФИНЫ КОКС «THE BEACHCOMBER»

Какого черта! Что он делает!?

Машину шатало из стороны в сторону, и Том изо всех сил пытался удержать контроль над машиной. Он сильно удивился, когда машина, следовавшая за ним, казалось, преднамеренно врезалась в его бампер.

- Папа, он опять едет на нас! Двоих детей, сидящих на заднем сидении, сильно тряхнуло во время первого столкновения. Дети закричали, предупреждая отца о том, что другая машина снова ринулась прямо на них. На какое-то время воцарился хаос, прежде чем от удара их машина на скорости понеслась к обрыву. «Господи!». Он не мог остановить ее! Они сейчас опрокинуться… боже мой, они опрокидываются. Он ничего не мог сделать!

В то мгновение, когда Том изо всех сил старался развернуть машину, он вновь взглянул в зеркало заднего вида, пытаясь узнать, кто их атаковал и почему. Голубая машина, по видимому, была марки Хилман Минкс. Гамбургская шляпа, низко опущенная на лоб, и темные очки, скрывали его глаза. Поэтому было совершенно невозможно понять, как он выглядел.

- Сумасшедший ублюдок, пойди прочь! Прочь! В ответ, на что Том почувствовал сильный удар, еще один и еще. Выскочив из рук, руль, казалось, вращался бесконтрольно.

- Господи, помоги нам! Испуганный голос жены пронзил его затуманенный разум. – Дети, пригнитесь! – испуганно приказала она. Он слышал жалостливое хныканье двоих своих детей, прижимающихся друг к другу. Он видел свою жену, она была необычно безмолвна сейчас, на ее лице появилось выражение неверия, когда она оглянулась посмотреть на атакующего их человека. «Боже мой!». Вдруг она неистово потянулась к детям, но было слишком поздно.

От следующего удара их машина сдвинулась вперед, лобовое стекло, разбившись вдребезги, посыпалось на них. Водитель второй машины также не проявлял милосердия. Он не отставал, ускорялся, стремительно и жестоко подталкивал машину к обрыву.

Все произошло быстро – всего за несколько секунд, не более. У них не было времени спастись. Машину сильно помяло. Двери заблокировало. Том пытался сделать все, что в его силах, но этого было не достаточно. Волна неверия и беспомощности захлестнула его, а когда автомобиль оказался в воздухе, его охватил дикий ужас.

На какое-то время воцарился мрак, кода машина, казалось, остановилась в воздухе, прежде чем передняя часть автомобиля накренилась, и не полетела вниз обрыва. Он крикнул детям: «Пригнитесь! Прижмитесь друг к другу!». Он слышал их рыдания, слышал, как его жена молилась, мягким, дрожащим голосом. Они были на волоске от смерти.

Он не помнил, как его машина, ударившись о скалы, переворачиваясь, раз за разом, разламываясь на куски, рухнула с грохотом на пляж. Не помнил он и того, как с криками люди на пляже разбегались в разные стороны при виде автомобиля двигающегося на них сломя голову. Пронзящий звук сирен полицейских и машин скорой помощи, спешащих на помощь – этого он тоже не помнил. Он, его жена и дети …– никто из них не слышал и не помнил этого.

Он помнил, как очнулся в больнице, весь поврежденный и разбитый. Обе ноги были сломаны, а на шею была наложена шина. Он пришел в себя с криком «Дети, пригнитесь! Держитесь!» В этот невероятный момент его разум отчетливо осознавал и помнил о том, что случилось.

-Все хорошо. Тихо, тихо.

Медсестра осторожно помогла ему лечь. Ее сердце болело оттого, что он должен был вскоре узнать. Позже ему сообщили, что ничего нельзя было сделать, чтобы спасти Шейлу и его детей.

-Мы делали все, что могли, но, к сожалению, безуспешно, – сказал ему хирург, разводя руками, а его доброе лицо выражало безнадежность. – Мне очень жаль.

Их невозможно было вытащить живыми из-под машины – их придавило. Тома выбросило из машины и, к счастью, он остался жив. Так ему сказали в больнице. Но он не был счастлив! Он был зол и одержим жаждой мщения. Он рыдал, травмированный полным одиночеством.

Всю эту ужасную ночь его терзали вопросы: кто был этот сумасшедший, который сбросил их с дороги и почему. Почему?

Ответов на них не было. Не смотря на то, что в течение последующих месяцев полиция пыталась найти хоть малейшую зацепку, водителя той злосчастной машины так и не нашли, как и не нашли саму машину. Том, на сколько это было возможно, старался дать их самое подробное описание, но, казалось, что они исчезли с лица земли. Полиция опрашивала местных жителей, чьи машины были угнаны в то время, когда произошла эта ужасная авария, но пока не было найдено само транспортное средство, это не имело большой ценности.

Когда, наконец, Тома выписали из больницы, он также прилагал все усилия, чтобы найти того человека, который отнял у него семью и разрушил его жизнь. Вновь и вновь он возвращался на место аварии, разговаривая с людьми, которые могли что-то помнить, видеть, знать. Все тщетно. Казалось, что зло, ворвавшееся в его жизнь и жизнь его семьи, исчезло также быстро, как и пришло.

Однако последствия этого трагического дня никогда не покинут его, так же как и чувство ненависти к убийце его семьи.

Теперь, уже практически год спустя, все, что осталось у Тома от его семьи, были ужасные кошмары, когда он в глубоком тяжелом сне вновь и вновь переживал тот страшный день аварии: слышал, как кричат его дети, видел Шейлу, сперва странно молчаливой, затем неистово пытающейся дотянуться до детей, чтобы защитить их, видел их всех беспомощными.

Его сны были такими настоящими и отчетливыми, что он просыпался, размахивая руками с криками «Дети, на пол! Ради Бога держитесь друг друга!»

***

-Вы в порядке? – кто-то спросил нежным голосом.

Том открыл глаза и почувствовал изумление и смущение, когда осознал, где находится.

-У Вас был дурной сон.

Пожилая женщина, сидевшая рядом с ним видела испарину на его лице и боль в глазах.

-Может Вам что-нибудь подать?

Он покачал головой.

-Спасибо. Я в порядке. Я и не думал уснуть, – извинился он. – В поезде меня всегда клонит на сон, – сказал он, улыбнувшись, чтобы разрядить напряженную обстановку.

Женщина кивнула.

- Я просто беспокоилась.

И понизив голос, добавила:

-Вы стонали, ….жалобно.

Он состроил гримасу и сказал:

- Это был всего лишь плохой сон.

Когда она улыбнувшись отвернулась, он нашел спасение в газете.

Но в его сердце не было спасения.

Женщина нахмурилась. Многие молодые ребята вернулись с войны в ужасном состоянии. Он должно быть один из них.

Поезд с пыхтением двигался в перед. Волна пара затмила его вид из окна. В его память врезались воспоминания. Он вспомнил женщину, которую любил, стройную девушку с большими светлыми глазами и лучезарной улыбкой. Он вспомнил детей: Элли, тихую, спокойную девочку с кротким характером; и Питера, младшенького, буйного и своевольного со свободолюбивым и авантюрным характером. Они были такие разные и в тоже время так схожи, схожи в своей доброте и великодушие.

Он вытащил из кармана бумажник и вынул фотографию, на которой была запечатлена вся его семья. Борнмут Сэндс, 1951 год. Его сердце защемило от боли. Невозможно было думать о том, что эти чудесные каникулы были лишь год назад, а теперь, Господи помоги ему, больше уже не будет.

-Это Ваша семья? – поинтересовалась добрая пожилая женщина, когда Том прятал фотографию в карман. – Мне всегда хотелось иметь дочь, но Бог не послал мне еще одного ребенка.

Указывая на его карман, женщина добавила:

- Красивые дети.

Подмигивая, она прошептала:

- Заметьте, я могу представить, какими привлекательными они могут быть при таком привлекательном отце, как Вы.

Том улыбнулся, и будучи слегка смущенным, не знал, что ответить, поэтому отвернул взгляд к окну и притворился заинтересованным пейзажем, проплывающем мимо.

Женщина поняла его смущение. Она посчитала, что он слишком хорош для лишних слов. Ненавязчиво вглядываясь в его темно-голубые глаза и густые русые волосы, она вспомнила молодость, когда она могла «охмурить» любого парня. К сожалению, ее молодость уже не вернуть, и ей пожилой седовласой женщине есть много о чем сожалеть.

- Я совершенно не хотела стеснять Вас, – извинилась она. – Но когда я взволнована, я всегда много болтаю.

Нахмурившись, она добавила:

- Я должна заметить, что ненавижу эти шумные, грязные поезда. И я думаю…, думаю, что Вы не совсем в порядке.

- Мы все и всегда «немного не в порядке», задумчиво ответил он. Кому как не ему об этом знать. Он прекрасно знал, что в какой-то момент у тебя может быть все хорошо, ты влюблен и счастлив, и, прежде, чем ты это осознаешь, мир перевернется и все станет с точностью до наоборот.

Пронзительный свист паровоза раздался, когда они въезжали в тоннель.

-Ух! – вздрогнула от испуга женщина. – Скорее бы мы уже доехали до Лондона. Я знаю, что не перестану волноваться , пока мы не приедем, – дрожа от страха произнесла она.

Том кивнул.

- Вы отлично справляетесь, - ответил он и отвернул взгляд, пытаясь сосредоточится.

Подумав, что надоедает ему, она воскликнула:

-Извините, что я без умолку болтаю. Надеюсь, Вас это … Вы не возражаете?

- Нет. Говорите, если Вам это помогает справиться со страхом, – ответил он улыбнувшись.

-Вы были так молчаливы до тех пор, как я подсела к Вам. Я подумала, Вы один из тех, кто предпочитает оставаться в одиночестве, – хихикнула она как школьница. – Мой сын предупреждал меня, чтобы я не надоедала людям. Он то знает, как некоторые люди не любят, когда их тревожат. Но Вы ведь мне скажете, когда я Вам надоем, правда?

- Я Вас уверяю, Вы мне не надоели, – ответил он, качая головой. – Просто мне трудно начинать разговор первому.

После чего с воодушевлением она начала говорить о королеве и когда, спустя какое-то время она задремала, Том почувствовал облегчение. А когда он расслаблен, он невольно вспоминает лица его жены и детей на фотографии. Он любил их так сильно, что сила этой любви пугала его самого. Но сейчас их нет, и все что ему осталось – это память о них. Память о том, как они гуляли в парке, смеясь над нелепыми выходками и кривляньями детей, а потом обедали в уютном кафе на берегу реки и кормили уток остатками еды.

Воспоминания крутились в его голове подобно кинопленке. В какой-то особый момент, заставляя его улыбаться, хоть и сквозь боль в сердце.

-Как Вы думаете, до Лондона еще далеко?

Пожилая женщина проснулась так же неожиданно, как и уснула.

- Я раньше никогда не была в Лондоне. Я бы сейчас туда и не ехала, если бы мой единственный сын не переехал в Лондон, Сказала она и задумчиво: - У меня четверо прекрасных внуков. Я по ним скучаю.

Пытаясь успокоить ее, Том с уверенностью ответил: - Нет, до Лондона уже не далеко. Лондон – прекрасный город. К нему быстро привыкаешь. Я там работаю в крупной строительной корпорации, – признался он.

Она сделала кислую мину.

- Я бы с ними поехала, – заметила она. – Сын хотел, чтобы мы с мужем тоже переехали, но мой муж – старый ворчун. Самое дальнее, куда он может сходить, так это в конец сада и обратно.

Том печально улыбнулся и сказал: - Я ему завидую.

- Это еще почему? – спросила она, искренне удивившись его словам.

-Почему? Потому что он кажется, доволен жизнью. Ему ничего не надо, он и так всем доволен.

Она грустно улыбнулась.

- В отличие от меня. Я всегда бала недовольна жизнью. Вы знаете, за все годы как мы женаты, мне одной нравилось ходить на танцы и выходить в свет, особенно во время войны, А мой муж этого не любил. Он был надзирателем в тюрьме. Полагаю, этого «развлечения» ему было достаточно. Если предоставлялась возможность, он был счастлив, сидеть зимним вечером у костра или лениво работать летом в саду. Я всегда списывала это на лень или нехватку энтузиазма, но сейчас, думая об этом, полагаю, Вы правы.

Его высказывание удивило ее: - Что если он был доволен всю свою жизнь.

Она глубоко утомленно вздохнула и сказала:

- Это очень печально. Наши желания всегда расходились. Понимаете, он так ко мне привязан.

Когда на ее глаза накатились слезы, и она резко отвела взгляд и сосредоточила внимание на книге, Тому стало ее искренне жаль. Он представлял, как эта милая пожилая женщина и ее супруг не походили друг другу. Он представил как много таких пар как эта. Прожив столько лет вместе, каждому из них было слишком поздно что-то менять и начинать новую жизнь.

Выглянув в окно, он вглядывался в проплывающий мимо пейзаж, напоминающий гигантское пуховое одеяло, сшитое из разноцветных лоскутков: коричневых, желтых, и нежных оттенков зеленого. Вдали, сквозь белые клубы пара дымоходной трубы паровоза, виднелось мерцающее на солнце озеро. В прежние времена этот пейзаж порадовал бы его душу, но только не сейчас.

Его собственные мысли нарушили тишину. Он старался продолжать жить, но это было невозможно. Последнее его путешествие было сущим адом. Он осознал, что уже не может вести дела так напористо и решительно, как прежде. Слишком много мыслей вертелось сейчас в его голове. Господи! Обретет ли он когда-либо покой?

Сейчас он даже не хотел думать об этом. Он хотел проснуться и обнаружить, что все это было лишь ночным кошмаром, что все в порядке и его семья, как всегда, ждет его дома. Он мягко рассмеялся. Тяжелые, циничные мысли пронзили его сердце словно нож. Но это был не ночной кошмар, а реальность, оправится, от которой он не сможет еще долго, а может уже никогда. Злость переполняла его. Чувство полной беспомощности завладело им. Жизнь – жестокая штука!

***

Последний раз пожилую женщину Том видел на вокзале. У нее был грустный вид, когда она шла вслед за носильщиком, несшим ее крошечный чемодан.

- Надеюсь, у Вас все будет хорошо, – прошептал Том, и она, будто бы услышав его, повернулась в его сторону и улыбнулась. Он помахал ей вслед рукой, она улыбнулась и через мгновение ее и след простыл.

Он поспешил на стоянку такси и сел в первую же машину.

- Куда едем, сэр?

Таксист был грубым бесцеремонным парнем, седеющим и медлительным. Том не мог не заметить длинный шрам на его лице.

- Это потому, что я бежал как сумасшедший, – объяснил он, предвкушая любопытство Тома. - У меня оригинальная татуировка змеи, – он искренне рассмеялся, – но Вам будет неинтересно.

Он открыл дверь машины, нахально подмигнув.

-Я был пьян и с тех пор сожалею об этом.

У Тома разыгралось воображение, но он не осмелился спросить, и по-дружески улыбнувшись, сказал:

- Мы все совершаем ошибки, о которых потом сожалеем.

- Но не Вы! Человек вроде Вас! Да весь мир должно быть у Ваших ног!

Том не ответил. Таксист закрыл за ним дверь и сел на свое место.

- Было бы здорово узнать, куда мы направляемся, – сострил он добродушно.

Сказав ему адрес своей квартиры в Хаммерсмит, Том откинулся на спинку сиденья. Вдруг он почувствовал себя уставшим…, уставшим от работы, от попыток собрать по кускам свою жизнь, от полного одиночества…

Таксист осторожно наблюдал за ним в зеркало.

-С вашего позволения, у Вас такой вид! Вам определенно нужно выспаться.

Резко свернув, чтобы объехать велосипед мальчика на посылках таксист обрушился с потоком брани на велосипедиста.

- Смотри, куда едешь!

Высунувшись из окна, он крикнул испуганному парню, который был ни в чем не виноват:

- Если жить надоело, сбросься с железнодорожного моста!

Том выпрямился и сел ровно после того, как его сильно шатнуло в сторону.

Совершенно не осознавая, какую суматоху он устроил, таксист поинтересовался:

- Возвращаетесь из командировки, не так ли?

- Верно, – подтвердил Том.

- Думаю, Вы рады возвращению домой, правда ведь?

- Верно, – снова ответил Том.

Но к чему он возвращался. У него не было ни семьи, ни настоящего дома; и что хорошего могло быть у него в будущем. В его жизни была только работа и еще раз работа. В течение этих последних недель он всерьез задумывался о том, чтобы бросить работу. Сейчас мысль об этом, казалось, отодвигало все остальное на второй план.

- А чем Вы занимаетесь? – спросил таксист.

- Я один из трех архитекторов в крупной строительной организации. Мы занимаемся строительством офисных, производственных и жилых помещений. Никогда не бывает двух одинаковых заказов, – ответил Том и удивился тому, с какой легкостью он рассказывал таксисту о своей работе. Возможной причиной этого была мысль о том, что он видит этого таксиста в первый и последний раз.

Свернув за угол, таксист посмотрел в зеркало и усмехнулся:

- У Вас должно быть потрясающая жизнь! Страна вновь встала на ноги и много строит.

Том промолчал, позволив таксисту продолжить.

- Я всегда хотел путешествовать, но у меня на это не было ни времени, ни денег. У меня шестеро детей и жена – транжира. Я работаю шесть дней в неделю с семи утра и до позднего вечера. Откуда у меня может быть возможность посмотреть этот чертов мир!

Он громко рассмеялся и добавил:

- Между прочим, я никогда не понимал, как я смог найти время, чтобы обзавестись всеми этими детьми! Размышляя об этом, я даже и не помню, был ли я счастлив!

Посмотрев в зеркало на Тома, он добавил:

- Знаешь что, приятель, мне всегда было интересно, скольким из этих детей папашей приходится этот чертов развратник молочник!

- И, тем не менее, я думаю, что ты счастливчик, – ответил Том, искренне завидуя таксисту.

- О! Вы и впрямь так думаете? – изумленно спросил таксист. Он снова взглянул на своего пассажира и добавил: - Я бедный старый таксист. Я работаю с утра до ночи, в то время как эти двое развлекаются у меня за спиной. И Вы говорите, что я счастливчик?! – сказал он и громко рассмеялся. – Возможно Вы правы. Что если он уведет у меня жену и детей и оставит меня в одиночестве наслаждаться жизнью.

Том отстаивал свое мнение.

- Я имел в виду то, что любой мужчина, у которого есть любящие жена и дети, должен быть счастлив.

- Но откуда мне знать, мои ли это дети?! – воскликнул он и добавил уже серьезным тоном: - Ни один мужчина не любит быть обманутым.

Заметив внезапную перемену настроения таксиста, Том мудро предпочел закрыть эту тему.

-Смотрите, там образуется пробка!

Он указал рукой вперед, где собралось много транспортных средств. С тех пор, как отменили карточную систему продажи бензина, машин на улицах стало больше.

Опережая тянущийся впереди троллейбус, таксист выругался:

-Чертовы водители!

Обогнав троллейбус, он с любопытством посмотрел на Тома.

- Вы тут живете и должны прекрасно знать, что в такое время всегда много машин.

Таксист впал в задумчивое состояние незадолго до того, как они достигли района Хаммерсмит.

- Вот мы и приехали!

Подъезжая к тротуару у большого красивого здания, таксист оценивающе присвистнул и заметил:

- Красивые квартирки здесь! И не удивлюсь – стоят дорого, – сказал он, прищёлкнув от восхищения языком. – Я бы не отказался жить в таком шикарном месте, как это… один, где бы эти надоедливые дети и женушка не достали бы меня.

Выйдя из машины, Том протянул таксисту с поклоном благодарности, заранее подготовленные деньги за проезд и по-дружески советуя, сказал:

- Нет, Вам здесь не понравится. Здесь Вы будете так одиноки, что даже представить себе не можете.

Казалось, его слова задели душу таксиста, так как тот вдруг сильно призадумался и ответил:

- Возможно Вы правы. А что касается этого проклятого молочника, так только Богу известно, что бы он сотворил с моей женушкой, если бы я не наблюдал за ним.

Его громкий хриплый смех эхом пронесся по улице.

- Клянусь! Он бы хотел приносить не только молоко…, если он уже этого не сделал.

Качая головой и ухмыляясь, Том наблюдал, как уезжал таксист.

Войдя в лифт, он все еще улыбался, но когда лифт остановился на шестом этаже, где была его квартира, улыбка исчезла с его лица и мысль, не дававшая ему покоя на протяжении последних недель, вновь завладела им.

- Пора, – прошептал он. Теперь у него больше не было сомнений. – Пора оставить все это позади.

Войдя в роскошную квартиру, бездушное место, которое он теперь называл домом, он почувствовал облегчение оттого, что решение было принято.

- Мне нужно уехать из Лондона… и оставить здесь все плохие воспоминания.

Он знал, что если вскоре не уедет из города, то сойдет с ума.

Приняв ванну и смыв с себя пыль путешествия, он натянул пижаму и халат, налил себе виски с содовой и подошел к окну.

Очертания Лондона на фоне серого неба, затягивающего сумерками, завораживали взгляд.

Когда усталость овладела им, он сбросил халат, забрался в кровать и погрузился в глубокий судорожный сон.

И даже сейчас ужасающие воспоминания не покидали его. Они терзали его душу и днем и ночью, во сне и наяву.

***

Проснувшись ранним утром от преследовавших его кошмаров, Том поднялся и стал прогуливаться по комнате, не замечая, что за ним наблюдают.

Из окна дома напротив выглядывала Кэти Уилсон. Она была слишком встревожена, чтобы уснуть. Ее взгляд блуждал по фасаду роскошного здания напротив. На какое-то мгновение ее взор остановился на одном из окон. Она увидела, как по комнате залитой нежным светом взад и вперед прохаживался мужчина, наклоняя голову то вверх, то вниз и изредка пропуская пальцы сквозь волосы. Он остановился на какой-то миг, но потом продолжил с еще большим волнением, он ходил взад и вперед, его душу терзали мучения.

Осознавая его душевные страдания, она эксцентрично улыбнулась и мягким голосом сказала:

- Похоже, я не единственная, кто не может обрести душевный покой.

Когда в полумраке рука опустилась на ее плечо, ее сердце едва не ушло в пятки.

- Геоф, ради Бога, не подходи ко мне так! – воскликнула она и, обернувшись к нему, удивленно взглянула на него и сказала: - Я думала, ты еще спишь.

Мужчина, улыбнувшись кривой улыбкой, обнял ее за плечи и сказал:

- Мне не хватает твоего тепла.

Он поцеловал ее в шею, не заметив, как она вздрогнула от его прикосновений.

- Ты особенно прелестна сегодня ночью. Давай, возвращайся в постель, – настаивал он.

Его руки проскользнули под пеньюар и начали ласкать ее упругую грудь.

Его пальцы медленно скользили вниз по ее телу. Его намерения стали ясны.

- Нет! – воскликнула она, с силой отталкивая его от себя. – Это была ошибка… . Вся сегодняшняя ночь – ошибка… . Я … .

Но когда он сжал ей губы поцелуем, она почувствовала, как дрожь желания прокатилась по ее телу.

- Возвращайся в постель, Кэти, – сказал он, чувствуя ее колебание, а затем подхватил на руки, унося от окна, и с особой нежностью опустил на кровать. Одним движением он сбросил с нее пеньюар, и она предстала перед ним обнаженная. Взглядом полным желания он разглядывал ее изящное стройное тело с совершенной округлой формой груди и осиной талией.

Но ее светло карие глаза с длинными подкрученными ресницами и бровями безупречной формы были красивее всего.

- Я люблю тебя, – прошептал он, протягивая руки к изголовью кровати. Затем склонился, чтобы поцеловать ее в губы и опустил свое обнаженное тело на неё.

Не прошло и пяти минут как все закончилось, и она первая отстранилась от него. Он был так удовлетворен и воодушевлен, что даже не заметил этого.

Она сидела на краю кровати и долго смотрела на него. Он рассмеялся мягким тихим голосом и сказал:

- Прости, что так быстро, но тебе не следовало заставлять меня ждать!

Вдруг он приподнялся, посмотрел на нее и спросил:

-Дорогая, тебе было хорошо?

Казалось, это было для него вопросом первостепенной важности.

-Да, Геоф, – солгала она, выдавив из себя улыбку, которая успокоила его. До этого самого момента она не осознавала, как мало привлекательного в нем было. Он ей даже и не особо нравился.

Он взглянул на часы.

- Вот черт! Еще только шесть утра. Зачем ты разбудила меня в такую рань?! Давай, ложись, поспим еще часок.

Она кивнула.

- Но сначала мне нужно попить.

-Что? Ты хочешь сказать, что занятие любовью со мной вызвало в тебе жажду?

- Что-то вроде того.

-Что ж, иди, если хочешь, а мне нужно поспать, – сказал он, натянув на себя одеяло и растянувшись на кровати, вскоре уснул.

Глядя на него спящим и вспоминая как они занимались любовью, Кэти почувствовала себя грязной и униженной. Это было ошибкой.

- Не думаю, что мне было бы там место, даже если бы я вернулась в кровать.

Сегодня ночью она задумалась о том, что вообще она в нем нашла.

В полутьме она направилась к окну, с шумом споткнулась о подушку, которую он сбросил с кровати.

- Кто здесь? – спросил он раздражительным тоном без намека на нежность, выглядывая из-под одеяла. – Ты идешь спать или что?

-Нет, я уже сказала, мне нужно попить.

- Не буди меня, когда будешь ложиться!

Остановившись у окна, она вновь взглянула на здание напротив. Свет в том окне по-прежнему горел, но мужчины не было видно.

- Бедный парень, – прошептала она. – Интересно, почему ему не спится? Может развелся и не может привыкнуть к одиночеству, – сказала она и вздохнула. – Я знаю, каково это!

Почувствовав внезапную грусть и усталость, она поставила чайник, и пока он кипятился, пошла в ванную комнату, где, глядя в зеркало, самобичующим тоном произнесла:

- Кэти Уилсон, ты дрянь!

Снова взглянув на свое отражение в маленьком овальном зеркале, она заметила, каким безжизненным стало ее лицо; ее светло-карие глаза не излучали того блеска, как прежде, прилизанные каштановые волосы спадали на плечи.

- Последний год ты совсем о себе не заботилась. Не удивительно, что мужчины стали относиться к тебе как к грязи под ногами. Ладно! Ты была замужем, но он тебя бросил, потому что нашел себе другую.

Они с Дэном жили счастливо на протяжении нескольких лет, но война наложила свой отпечаток на нем, как и на многих других молодых людях. Она задержала взгляд на своем отражении и воскликнула:

- Мужчины! Да кому они нужны?!

Она улыбнулась.

- У тебя ведь были хорошие времена, не так ли? И когда он оставил тебя, ты почувствовала себя никчемной. И что! Уже год прошел, а ты так и не смирилась с этим. Ты отчаянная, вздорная девчонка. Ты чуть не лишилась работы из-за того, что отсутствовала так часто, что там подумали, будто ты переехала. А сейчас… сейчас ты совершаешь ошибку, встречаясь с первым попавшимся парнем, который был любезен с тобой.

Бросив разочарованный взгляд в сторону спальни, она покачала в смятении головой.

- Нет. Геоф не для меня! Да, он привлекателен и красноречив, но если вглядеться глубже, он высокомерен и думает только о себе. Я позволила ему увлечь себя этими свиданиями и лестью.

Она погрозила пальцем своему отражению в зеркале.

- Может твоя мать и худшая мать на свете и ей иногда не стоит вмешиваться в твои дела, но она права! – простонала она. – Пора собраться с мыслями. Ты не первая и не последняя женщина, которую бросил муж.

Это были слова ее матери и никогда еще не звучали так правдиво, как сейчас.

Она направилась в кухню и налила себе стакан воды. Попивая воду маленькими глотками и погрузившись в размышления, она пришла к выводу.

- Все! Довольно! Я устала от того, что он повелевает мной как рабыней. «Сделай то… . Принеси это..», – заявила она, совершенно точно сымитировав его слова. – Он больше никогда меня не поцелует! Все, пора действовать!

Ей понадобилось две минуты, чтобы прокрасться в спальню, собрать все свои вещи и проскользнуть обратно. Уже через пять минут она была готова уйти. Бросив последний взгляд на Геофа, спящего на ее половине кровати, она на цыпочках под его громкий храп пробралась к выходу.

- Приятных сновидений, приятель!

Уходя, она намеренно хлопнула дверью.

***

Том проснулся рано, побрился, оделся и уже был готов выйти, как заметил в окне молодую женщину. На ней не было шляпы, и ее каштановые волосы длиной до плеч разлетались на ветру. Он видел, как она торопливой энергичной походкой выбежала на проезжую часть, чтобы поймать такси, а машины объезжали ее. Когда, наконец, с визгом тормозов возле нее остановилась черная машина такси, она невозмутимо села в него и махнула водителю, чтобы тот тронулся с места.

- Вот, что значит бесстрашная женщина, сказал Том, громко рассмеявшись.

Зазвонил телефон. Это был его брат – Доджи.

- Вот решил позвонить тебе и удостовериться, что ты вернулся в целости и сохранности – сказал он.

- Да вернулся, принял ванну, рано лег спать и вот спешу выйти.

К чему он спешил, так это к тому, чтобы устроить свою жизнь, в конце-то концов.

- Поездка прошла нормально?

- Нормально.

- Ладно! Увидимся в офисе. Я задержусь. Джо Найтингейл должен позвонить…., у него там какие-то трудности с проектированием или что-то в этом роде. Ох уж эти чертовы неприятности! Не думаю, что там что-то серьезное, с чем мы не справимся.

- Доджи, погоди! – Теперь, когда он принял решение, он должен был об этом рассказать. – Во сколько ты будешь в офисе?

- Не могу сказать точно. Ты же знаешь, как это бывает. Когда Джо не может добиться своего, он выходит из себя. И мне придется пригласить его в паб и за пинтой пива обсудить возникшие трудности. Не думаю, что вернусь раньше трех, четырех. А что случилось?

- Но ты ведь приедешь сегодня в офис, не так ли?

-Да, конечно. А что случилось?

- Ничего не случилось. Мне просто нужно с тобой поговорить.

-А это нельзя отложить на завтра?

- Нет.

- Хорошо. Я постараюсь приехать к двум часам. Подойдет?

- Да, подойдет. Тогда увидимся. Передай Джо привет от меня.

-Ха! – Доджи рассмеялся. – Зная, как трудно будет уйти, когда у человека заскок, мне, скорее всего, придется тащить его на себе.

- Понятно. Ты справишься с этим. До встречи в два!

- Жду не дождусь!

Минуту спустя, бросив взгляд на пустые шкафы, Том накинул пиджак и вышел из дому. Он быстро поймал такси, хотя и не таким бесцеремонным способом, как та молодая особа.

- Отвезите меня в самую лучшую закусочную, которую Вы знаете.

Таксист воспринял его просьбу с усмешкой и сказал:

- Я как раз знаю такое место. Сосиски, грибочки, большой ломать жареного хлеба… Вы такой вкуснотищи еще не пробовали! Два кусочка хлеба с маслом и чашка чая в придачу. – Он подмигнул, глядя в зеркало. – Ну? Как Вам это?

- Звучит отлично! – впечатлено ответил Том. Он удобно устроился на своем сидении, закрыл глаза и, не видя и не слыша шума машин, думал о еде.

Даже в столь раннее время Лондон представлял собой шумное собрание троллейбусов, велосипедов и автомобилей. Водитель также хорошо вел машину, как и говорил.

Закусочная Бейкерс, – объявил он, паркуя машину у тротуара, – которой владеет и управляет моя любимая «маман». Ее зовут Лола. Знаешь на что это похоже? На то, что дьявол готовит, как ангел!

В этот момент появилась полная женщина, вероятно итальянского происхождения, с темными глазами и волосами, аккуратно собранными на макушке в пучок

Проходите! Проходите! – приглашала она, улыбаясь во весь рот, так что были видны ее белые зубы.

Она сжала его в невероятно крепкие объятия.

- Добро пожаловать, красавчик. Хочешь позавтракать? – спросила она кивая и широко улыбаясь.

Таксист рассмеялся.

- Конечно же он хочет позавтракать! Зачем, по-твоему, я его сюда привез? – И озорно подмигивая Тому, сказал: - Между прочим, я уже тоже проголодался.

- Нет, нет, нет! – сказала она, погрозив ему пальцем. – Тебе сегодня больше не положено! Давай, отправляйся и приведи мне еще клиентов.

Смеясь, он оставил Тома во владение свой матери и уехал.

***

Завтрак, приготовленный Лолой, был достаточно хорош, не смотря на то, что здесь все еще имела место продажа продуктов по карточкам. Завтрак состоял из двух огромных сосисок, уймы грибов, четырех обжаренных помидоров и даже жареного яйца, и все это блюдо утопало в жирном соусе, в который Том энергично макал кусочками свежего хлеба. После чего последовала чашка обжигающе горячего чая, чтобы все это запить.

Унося его тарелку, Лола поинтересовалась:

- Может добавки?

- О, нет! – ответил Том, с трудом вставая из-за стола. – Этого было достаточно, чтобы продержаться целый день. Большое спасибо! Я еще никогда не ел так вкусно!

Значит, Вы к нам еще зайдете, ведь так? – радостно спросила она.

Он кивнул.

- Я обязательно еще зайду сюда, – пообещал он. – И только попробуйте меня не пустить!

Спустя какое-то время, он, накинув шерстяной пиджак и шляпу, вышел из закусочной, обернувшись помахать на прощание Лоле рукой, и в легком замешательстве заметил, как ее лицо покрылось румянцем.

Его офис находился неподалеку от закусочной. Какой-то миг он колебался: подъехать на троллейбусе или пройтись пешком. Прождав минуту на остановке, он все-таки решил пойти пешком.

- Все-таки я лучше пройдусь, – сказал он и, поглаживая набитый живот, добавил: - Это пойдет мне на пользу.

***

Как обычно в офисе было шумно и полно людей. Когда он проходил мимо машинисток и клерков, они его приветствовали с глубокой радостью:

- С возвращением!

Зайдя в свой кабинет, он не удивился, увидев букет цветов в вазе на подоконнике. Это был своеобразный ритуал по его возвращению из командировки.

- Добро пожаловать домой, – поприветствовала его Лилиэн, неоценимая помощница и секретарь двух архитекторов, девушка приятной внешности с красивыми темными глазами. Как и всегда на работе ее темно-рыжие кудри были собраны в пучок. Она всегда была для него хорошим другом, подумал Том.

Войдя в кабинет, она поставила поднос на его стол.

- Нравятся цветы? – спросила она. Сегодня утром она никак не могла выбрать, какие цветы купить.

- Они великолепны, как и всегда.

Он еще раз взглянул на вазу с желтыми гвоздиками.

- Спасибо за заботу, Лилиэн.

Положив руки ей на плечи, он улыбнулся и сказал:

- Что бы я без тебя делал?!

Он рассматривал свой кабинет, залитый солнцем, шкафы для хранения документов, длинные отполированные столы, и подумал с тяжелым сердцем, правильное ли решение он принял.

- Как и всегда везде порядок, но разве я мог ожидать от тебя чего-то другого.

Они работали вместе на протяжении последних восьми лет и никогда не ругались.

- Ты всегда поддерживала мой кабинет в порядке, сказал он, взглянув на стол, заполненный грудой бумаг и рулонами чертежей.

- Ты ведь не позволишь, чтобы тут все покрылось грязью, не так ли?

Она уверенно улыбнулась.

- У на столе Вы найдете распечатанные графики всех Ваших текущих проектов, «срочные» послания и список дел на предстоящую неделю, – сказала она, и широко улыбнувшись, добавила: - В общем, уйма всего, что не позволит Вам соскучится. О! И я принесла Вам чашку чая, чтобы взбодриться.

Она направилась к двери, где остановилась и сказала:

- Позвоните мне, когда будете готовы отдать распоряжения. Может быть нужно что-то еще, пока я не ушла?

- Не сейчас, Лилиэн, – ответил Том, покачав головой.

Он подумал, что она должна одной из первых узнать о его решении.

- Послушай, я думаю нам надо поговорить, – сказал он, и взглянув на стол,  с вздохом добавил:  -…После того, как я разберусь с этим.

Казалось, она была приятно удивлена.

- Поговорить? О чем?

- Не сейчас, Лилиэн. Поговорим позже, когда я разберусь с этими делами, что будет не сложно, но нужно.

-Хорошо, – ответила она и развернулась, чтобы уйти, как вдруг вспомнила: - Да, и босс просил, чтобы ты к нему зашел, как только появишься.

- Скажи ему, что я уже иду.

Когда дверь за ней закрылась, он налил себе чаю. Сделав глоток, он окинул взглядом, лежащие на столе бумаги, еще глоток, и вот он уже поднимался вверх по лестнице в личный кабинет Джона Мартина.

Постучав в дверь, он сразу вошел, но слегка замедлил шаг, когда увидел, что босс говорит по телефону. Большой человек с большим сердцем, Джон Мартин лет десять назад начал это дело и никогда об этом не сожалел.

Увидев Тома, он быстро закончил разговор.

- Да, конечно, мы хотим заключить этот контракт, но еще многое нужно обсудить прежде, чем я полностью соглашусь. Ты меня знаешь, Артур, я не соглашусь ни с чем, пока не удостоверюсь, что все в порядке, и тебе еще предстоит поработать, чтобы я подписал этот контракт. Да. Верно. Сообщи мне об этом. Спасибо. Конечно же. Не волнуйся. И тебя.

Положив трубку, он поднялся и пожал Тому руку.

- Ты проделал отличную работу, сынок. Я знал, это будет не легко. Именно поэтому я и отправил тебя, моего лучшего сотрудника, – сказал он и подмигнул. - Но это между нами, ты ведь понимаешь о чем я? – Осознав необходимость пояснить сказанное, он быстро добавил: - О! Они все хорошие ребята, знающие свое дело… и твой Доджи особенно. Но только ты умеешь так убеждать людей. – Он вздохнул и продолжил: - Как я понял, у тебя там произошло несчастье?

Том кивнул и произнес:

- Сейчас я немного успокоился. Прошлого не вернуть.

- Именно это я и имел в виду. Послушай, присядь, я уверен, у тебя есть минутка.

Обогнув стол, он схватил кипу бумаг и швырнул их вверх.

- Есть другое сложное дело, важный проект сразу с несколькими заинтересованными сторонами, сулящий большие деньги, … миллионы. Мне нужно, чтобы ты отправился в Глазго на следующей неделе, ну или …, в общем, на месяц. Там у тебя будет предостаточно времени, чтобы собраться с мыслями.

Том покачал головой.

- Я не могу, Джон. Есть что-то, что я должен…

- Я понимаю! Одна командировка за другой. Я планировал дать тебе передышку, но ты на самом деле самый лучший, кого можно туда отправить. Я обещаю тебе, что после этого никуда тебя не отправлю, по крайней мере, в течение года.

Том не знал, как ему сказать, но он должен был сказать и немедля.

- Джон, я прошу об увольнении.

- ЧТО!

 


4 ПЕРЕВОДЧЕСКИЙ КОММЕНТАРИЙ

Данный отрывок взят из романа-бестселлера популярной британской писательницы Джозефины Кокс «The Beachcomber», изданного в 2003 году и еще не опубликованного в переводе на русский язык.

Джозефина Кокс обладательница премии «Супер женщина Великобритании», на которую ее в тайнее от нее самой выдвинули ее близкие, после публикации ее первого романа.

В настоящее время Джозефина Кокс не занимается преподаванием, и все свое время посвящает писательской деятельности. Вот что она сама говорит по этому поводу: «Я люблю писать романы, воссоздавая в них картины и образы своего прошлого, образуя новые сюжетные линии, так, что старое и новое переплетается естественным образом. Не могу представить себя и дня без писательства».

Переводимый текст принадлежит к стилю художественной прозы. Основная цель любого произведения художественной литературы заключается в достижении определенного эстетического воздействия, создании художественного образа. В текстах художественной прозы язык не только является средством передачи информации, но и служит средством художественного воплощения, носителем эстетической значимости произведения. Перевод художественного текста – это не только точное изложение содержания мыслей, сообщенных на языке оригинала, но и воссоздание средствами языка перевода всех особенностей стиля и формы сообщения.

Прежде всего, необходимо отметить, что перевод отрывка из романа Джозефины Кокс был выполнен коммуникативно-прагматическим способом перевода. Главным объектом при таком способе перевода оказывается не столько языковой состав исходного текста, сколько его содержательное и эмоционально-эстетическое значение. Этот способ является оптимальным для большей части художественной литературы.

При переводе применялись различные виды переводческих трансформаций. Под переводческими трансформациями понимают изменение формальных (лексические или грамматические трансформации) или семантических (семантические трансформации) компонентов исходного текста при сохранении информации, предназначенной для передачи.

Морфологические трансформации – замена одной части речи другой или несколькими частями речи. Морфологические трансформации практически ничего в плане содержания не меняют. Приведем примеры.

They screamed a warning as the other car surged towards them a second time. – Дети закричали, предупреждая отца о том, что другая машина снова ринулась прямо на них.

В данном примере английское существительное warning на русский язык передается деепричастием «предупреждая»

In that split second as he tried desperately to swing the car round, Tom glanced again through his rear-view mirror, needing to know who his attacker was, why he would want to hurt them. – В то мгновение, когда Том изо всех сил старался развернуть машину, он вновь взглянул в зеркало заднего вида, пытаясь узнать, кто их атаковал и почему.

В данном случае английское существительное attacker переводится на русский язык глаголом в прошедшем времени «атаковал».

Tom opened his eyes, shocked and ashamed when he realised where he was. – Том открыл глаза и почувствовал изумление и смущение, когда осознал, где находится.

Английские прилагательные , shocked и ashamed на русский язык переданы существительными изумление и смущение.

Грамматические трансформации заключаются в преобразовании структуры предложения в процессе перевода в соответствии с нормами языка перевода. К наиболее распространённым грамматическим трансформациям принадлежат: членение предложения (расщепление), объединение предложений (стяжение), грамматические замены.

From the apartment block opposite, having been too restless to sleep, Kathy Wilson was looking out of the window, her gaze roving the front of the splendid building across the streetИз окна дома напротив выглядывала Кэти Уилсон. Она была слишком встревожена, чтобы уснуть. Ее взгляд блуждал по фасаду роскошного здания напротив.

Английское предложение при передаче на русский язык подверглось такому синтаксическому преобразованию на уровне предложения как расщепление, когда одно длинное или сложное по составу предложение разбивается на два или более, в нашем случае на три.

By now the car was badly dented; the doors were jammed tight. – Машину сильно помяло. Двери заблокировало.

Одно сложное английское предложение при переводе на русский язык расщепляется на два простых.

The next thing he knew he had awoken in hospital. Bruised and battered, both his legs were broken and his neck was in a brace. – Он помнил, как очнулся в больнице, весь поврежденный и разбитый. Обе ноги были сломаны, а на шею была наложена шина.

При переводе этих двух сложных предложений использован прием объединения предложений. Первая часть второго предложения объединяется с первым предложением, а вторя часть выносится в отдельное второе предложение. Вот еще один пример:

But the consequences of that fateful day would never leave him. Neither would the hatred he felt. – Однако последствия этого трагического дня никогда не покинут его, так же как и чувство ненависти к убийце его семьи.

Два английских предложения при переводе на русский язык объединяются в одно сложное.

При переводе отрывка романа широко применялись такие лексико-семантические трансформации как сужение и расширение исходного значения, нейтрализация и усиление эмфазы.

Сужение (конкретизация) значения применяется в тех случаях, когда исходная единица обладает высокой степенью информационной неопределенности и в значительной мере зависит от контекста. При этом практически переводится не столько само слово, сколько конкретный вариант его значения в определенном контексте. Приведем примеры:

His mind came alive with thoughts of how it used to be. – В его память врезались воспоминания.

Английское слово mind имеет широкое предметно-логическое значение, а при переводе было использовано значение память.

'I don't mean to embarrass you,' she apologised, 'but when I'm anxious, I tend to talk a lot' –- Я совершенно не хотела стеснять Вас, – извинилась она. – Но когда я взволнована, я всегда много болтаю.

Tom had tried everything in his power and it wasn't enough.– Том пытался сделать все, что в его силах, но этого было не достаточно.

Расширение (генерализация) исходного значения допускается в тех случаях, когда переводящее слово отличается большей степенью информационной неопределенностью, которая в достаточной мере упорядочивается данным контекстом.

'Are you all right?' a gentle voice enquired. – Вы в порядке? – спросил кто-то нежным голосом.

При переводе на русский язык глагола enquired с более узким предметно-логическим значением передаем на русский язык глаголом «спросил», которое имеет широкое предметно-логическое значение. Т.Е. в данном случае был использован прием генерализации или расширения исходного значения слова.

Эмфатизация или нейтрализация исходного значения определяются, главным образом, такими социолингвистическими факторами, как расхождение в традициях эмоционально-оценочной информации и требуемое переводящей культурой выделение или, наоборот, приглушение данного слова в данном контексте.

The evil that had visited him and his family seemed to have gone as swiftly as it came. – Казалось, что зло, ворвавшееся в его жизнь и жизнь его семьи, исчезло также быстро, как и пришло.

 Данное предложение несет в себе сильную эмоциональную нагрузку. Автор романа даже выделил его курсивом, что является одним из приемов привлечения внимания читателя. При переводе на русский язык выделенных слов был применен прием эмфатизации. Так глаголы нейтральной эмоциональной окраски visit в Past Indefinite Active и go в Present Perfect Active на русский язык передаются глаголами несущими сильную эмоциональную оценку.

При переводе следующего предложения был применен противоположный предыдущему прием – нейтрализация.

'Crazy bastard  .. back off. BACK OFF!'Сумасшедший, пойди прочь! Прочь!

В данном случае прием нейтрализации заключался в опущении при переводе существительного bastard, которое в данном случае является ругательством. Атрибутивное словосочетание crazy bastard  на русский язык передаем вполне литературным словом «сумасшедший».

Наиболее сложной процедурой в процессе решения лексико-семантических проблем является функциональная замена. Необходимость в этом приеме возникает, когда ни одно из соответствий, предлагаемых словарем, не подходит к данному контексту.

'You were moaning ... upset.' – -Вы стонали, ….жалобно.

Прилагательное upset переводится на русский язык как «расстроенный, огорченный», однако ни одно из этих значений, на наш взгляд, не подходит к данному контексту. Вместо этого мы употребили русское функциональное соответствие «жалобно»

'Ooh!' The old woman shivered. 'I'll be glad to reach London. I know I shan't relax till then.'– -Ух! – вздрогнула от испуга женщина. – Скорее бы мы уже доехали до Лондона. Я знаю, что не перестану волноваться, пока мы не приедем, – дрожа от страха произнесла она.

Английское слово relax имеет широкое предметно-логическое значение, однако в данной ситуации имелось в виду именно то, что женщина не перестанет волноваться до тех пор, пока поезд не прибудет в Лондон, т.е. в данном случае мы прибегли к функциональной замене.

Также при переводе широко применялись такие приемы преобразования предложений как добавление и опущение.

Опущение используется при наличии в исходном тексте избыточных элементов, которые должны быть имплицированы в соответствии с требованиями переводящего языка или речевой традиции.

He nodded. 'You're doing fine,' he answered; then turned away to concentrate his thoughts.– - Вы отлично справляетесь, - ответил он и отвернул взгляд, пытаясь сосредоточится.

In that split second as he tried desperately to swing die car round, Tom glanced again through his rear-view mirror, needing to know who his attacker was, why he would want to hurt them.– В то мгновение, когда Том изо всех сил старался развернуть машину, он вновь взглянул в зеркало заднего вида, пытаясь узнать, кто их атаковал и почему.

Добавление применяется при наличии подтекста или имплицированных компонентов значения в исходном тексте, если переводящий язык или речевая традиция требуют их экспликации.

Time and again in die following months, he returned to the scene, speaking with anyone who would listen. – Вновь и вновь он возвращался на место аварии, разговаривая с людьми, которые могли что-то помнить, видеть, знать.

Now, almost a year later, all that was left for Tom was the awful nightmares when, in his deepest sleep, he would re-enact the terrifying scene, hearing his children screaming, and Sheila, at first strangely silent, then frantically reaching out to protect her children ... and all of them, helpless. – Теперь, уже практически год спустя, все, что осталось у Тома от его семьи, были ужасные кошмары, когда он в глубоком тяжелом сне вновь и вновь переживал тот страшный день аварии: слышал, как кричат его дети, видел Шейлу, сперва странно молчаливой, затем неистово пытающейся дотянуться до детей, чтобы защитить их, видел их всех беспомощными.

При переводе данного отрывка транскрипции подлежали встречающиеся в тексте имена собственные и географические названия:

 Tom – Том

 Geoff – Геоф

 Katy Wilson – Кэти Уилсон

 John Martin – Джон Мартин

London – Лондон

Hammersmith – Хаммерсмит

Glasgow – Глазго

Традиционно в английском тексте эксплицируется принадлежность как определитель существительного, в то время как для русского сообщения эта экспликация избыточна и создает элемент информационного шума. Зачастую таких случаях нами был применен нулевой перевод:

glanced through his rear-view mirrorвзглянул в зеркало заднего вида

hat pulled low over his foreheadшляпа, низко опущенная на лоб

wrenched out of his hands, the steering whel…выскочив из рук, руль

both his legs were broken and his neck was in a brace – обе ноги были сломаны, а на шею была наложена шина

in his deepest sleep – в глубоком тяжелом сне

Перевод возвратных местоимений осуществлялся при помощи полного или частичного перевода:

Having been flung clear across the seat, Tom righted himself and sat tight –

Том выпрямился и сел ровно после того, как его сильно шатнуло в сторону (частичный перевод).

spreading himself right across the bed – растянувшись на кровати (частичный перевод)

he poured himself a tea – налил себе чая (полный перевод)

The woman frowned to herself – Женщина нахмурилась (частичный перевод).

Автор широко использует различные стилистические приемы для создания образности как, например, эпитеты, метафоры, фразеологические единицы и т.д.

Встречающиеся в тексте фразеологизмы переводились посредством полного фразеологического эквивалента, частичного фразеологического эквивалента (аналога), калькирования, описательного перевода. Приведем примеры:

Death was only a heartbeat awayОни были на волосок от смерти (частичный фразеологический эквивалент).

The clanging bells of the ambulances and police cars as they rushed to help fell on deaf earsПронзящий звук сирен полицейских и машин скорой помощи, спешащих на помощь – этого он тоже не помнил (описательный перевод).

When, in that moment, in the semi-darkness, a hand fell on her shoulder, she almost leapt out of her skin – Когда в полумраке рука опустилась на ее плечо, у нее сердце едва не ушло в пятки (частичный фразеологический эквивалент).

Well, of course we want the contract, but there's more talking to be done before I sign on the dotted line – Да, конечно, мы хотим заключить этот контракт, но еще многое нужно обсудить прежде, чем я полностью соглашусь (описательный перевод).

Tom had described both as accurately as he could, but it was as though they had vanished off the face of the earth – Том, на сколько это было возможно, старался дать их самое подробное описание, но, казалось, что они исчезли с лица земли (полный фразеологический эквивалент).

Как правило, трансформации разного рода осуществляются одновременно, то есть сочетаются друг с другом – перестановка сопровождается заменой, грамматическое преобразование сопровождается лексическим. Рассмотрим примеры:

I. From the apartment block opposite, having been too restless to sleep, Kathy Wilson was looking out of the window, her gaze roving the front of the splendid building across the streetИз окна дома напротив выглядывала Кэти Уилсон. Она была слишком встревожена, чтобы уснуть. Ее взгляд блуждал по фасаду роскошного здания напротив.

1. Английское предложение при передаче на русский язык подверглось такому синтаксическому преобразованию на уровне предложения как расщепление, когда одно длинное или сложное по составу предложение разбивается на два или более, в нашем случае на три.

2. При переводе придаточного предложения обстоятельства места from the apartment block opposite был применен прием опущения с целью избежания буквализма. В частности при переводе мы опустили слово apartment; слово block в данном контексте имеет значение «многоквартирный дом», тем не менее, мы опускаем эту деталь и переводим как «дом». Если бы мы перевели буквально, то получили бы семантически перегруженное «Из окна комнаты многоквартирного дома напротив выглядывала Кэти Уилсон».

3 при переводе словосочетания building across the street был использован прием функциональной замены, в результате чего получили не «дом через дорогу», а «дом напротив».

II. There were no answers, because in the months that followed, in spite of the police relentlessly pursuing even the minutest clue, the driver of that car was never found, nor was the car itselfОтветов на них не было. Не смотря на то, что в течение последующих месяцев полиция пыталась найти хоть малейшую зацепку, водителя той злосчастной машины так и не нашли, как и не нашли саму машину.

1. При переводе данного предложения вновь был применен прием расщепления.

2. Здесь видим пример лексико-семантической трансформации, а именно нейтрализации – словосочетание the police relentlessly pursuing в языке оригинала несет в себе сильную эмоциональную окрашенность, а на русский язык передаем нейтральным глаголом «пытались»

3. При переводе словосочетания the driver of that car был использован прием добавления, в частности мы добавили прилагательное «злосчастной», которое в данном контексте, на наш взгляд, оказалось уместным.

4. прием добавления был применен также при переводе «There were no answers…» (букв. Ответов не было). Мы добавили «на них», т.е. на вопросы, речь о которых велась выше.

III. But the consequences of that fateful day would never leave him. Neither would the hatred he felt – Однако последствия этого трагического дня никогда не покинут его, так же как и чувство ненависти к убийце его семьи.

1. При переводе данного предложения был применен прием противоположный расщеплению – стяжение, т.е. объединение нескольких простых предложений в одно более сложное. В нашем случае два английских предложения при переводе на русский язык были объединены в одно.

2. При переводе словосочетания the hatred he felt был применен прием функциональной замены с использованием морфологической трансформации, так английский глагол felt на русский язык передается существительным чувство.

3. При переводе данного предложения мы снова прибегнули к такому приему синтаксических преобразований на уровне предложения как добавление. Вследствие аналитических действий был выведен подтекст подразумеваемого компонента высказывания, который был имплицирован в английском языке, и определили его словесно в условиях русского языка. Отсюда в русском предложении появилось «к убийце его семьи».

IV. When eventually Tom was released from hospital, he too made every effort to trace the man who had taken his family and ruined his life – Когда, наконец, Тома выписали из больницы, он также прилагал все усилия, чтобы найти того человека, который отнял у него семью и разрушил его жизнь.

1. При переводе словосочетания made every effort был применен прием грамматической замены: существительное effort в английском предложении единственного числа, а в русском языке – множественного (усилия)

2. В данном случае при передаче определенного артикля the перед существительным man был использован прием функциональной замены. Артикль the относится к безэквивалентной форме, но играет определенную смысловую роль, помимо грамматической функции, и поэтому требует компенсации при переводе. В данном случае особая смысловая роль английского артикля компенсируется при переводе за счет указательного местоимения того.

3. в данном предложении при переводе английского глагола to take употребленного в Past Perfect Active мы прибегнули к лексико-семантической замене, а именно конкретизации. Английский многозначный глагол to take имеет широкое предметно-логическое значение, а на русский язык в рамках данного контекста был переведен как «отнять».

Как видно из примеров, переводческие трансформации в «чистом» виде встречаются редко. Именно такой сложный комплексный характер переводческих трансформаций и делает перевод (равно как и его редакционную коррекцию) столь сложным и ответственным делом. Таким образом, переводческие трансформации представляют собой суть процесса перевода

Здесь следует отметить, что в художественном переводе свои особые законы эквивалентности оригиналу. Перевод может лишь бесконечно сближаться с подлинником. И не более. Потому что у художественного перевода есть свой творец, свой языковой материал и своя жизнь в языковой, литературной и социальной среде, отличающейся от среды подлинника. Художественный перевод порождается подлинником, зависит от него, но в то же время обладает относительной самостоятельностью, так как становится фактом переводящего языка. При переводе художественного произведения проявляется своеобразие восприятия оригинала переводчиком, разносистемностью языков, различиями социокультурной среды. Проявляется и индивидуальность переводчика, определяемая его художественным восприятием, талантом, своеобразием отбора языковых средств.

 Из всего сказанного явствует, что, несмотря на стремление переводчика воссоздать (воспроизвести) как можно полнее содержательную, эмоционально-экспрессивную и эстетическую ценность оригинала и добиться равноценного с оригиналом воздействия на читателя, переводчику можно рассчитывать лишь на относительную эквивалентность художественного перевода тексту оригинала. Эквивалентность воздействия оригинала и перевода на читателя будут относительными в еще большей степени.


5 ВЫЯВЛЕНИЕ СПОСОБОВ ВЫРАЖЕНИЯ ДОСТОВЕРНОСТИ МОДАЛЬНОСТИ В ХУДОЖЕСТВЕННОМ ТЕКСТЕ

 Данное исследование мы провели на материале переведенного отрывка романа Джозефины Кокс «The Beachcomber». Прежде всего следует отметь, что упор в данном исследовании делался на выявление лексических и лексико-грамматических способов выражения достоверности модальности. Сразу следует подчеркнуть, что в данном тексте преобладают лексико-грамматические средства выражения достоверности модальности, к которым относятся модальные глаголы и конструкции. Модальные слова и словосочетания встречаются в тексте, но не так часто.

I. Модальные глаголы

1. Модальный глагол would 

Данный модальный глагол по частое использования для выражения достоверности модальности превосходит все остальные модальные глаголы в указанном художественном тексте. В выявленных примерах данный модальный глагол употребляется для выражения:

а) уверенности в совершении какого-либо действия

 In that split second as he tried desperately to swing die car round, Tom glanced again through his rear-view mirror, needing to know who his attacker was, why he would want to hurt them – В то мгновение, когда Том изо всех сил старался развернуть машину, он вновь взглянул в зеркало заднего вида, пытаясь узнать, кто их атаковал и почему.

В данном примере модальный глагол would выражает уверенность в намеренности совершаемого действия.

But the consequences of that fateful day would never leave him. Neither would the hatred he felt. – Однако последствия этого трагического дня никогда не покинут его, так же как и чувство ненависти к убийце его семьи.

At other times that beautiful sight would have gladdened his heart, but not now. – В прежние времена этот пейзаж порадовал бы его душу, но только не сейчас.

Модальный глагол would выражает уверенность в совершении действия в прошлом.

You wouldn’t like it,' he said. 'You'd be lonelier than you can ever imagine. – Вам здесь не понравится. Здесь Вы будете так одиноки, что даже представить себе не можете.

В данном примере модальный глагол would выражает уверенность говорящего относительно нереального действия, относящегося к будущему.

 He would have given anything at that moment to be 'contented'. – Ему ничего не надо, он и так всем доволен. (уверенность говорящего относительно действия/состояния относящегося к настоящему времени).

б) вероятности, возможности совершении какого-либо действия

Time and again in die following months, he returned to the scene, speaking with anyone who would listen. – Вновь и вновь он возвращался на место аварии, разговаривая с людьми, которые могли что-то помнить, видеть, знать.  'I would have gone with them,' she admitted. –  - Я бы с ними поехала, – заметила она.

 Модальный глагол would в данном примере указывает на возможность, вероятность совершения действия в прошлом, но так и не произошедшего.

 'I've an interesting tattoo of a snake an' all -' he gave a hearty laugh - 'but you wouldnt want to know about that.' – У меня оригинальная татуировка змеи, – он искренне рассмеялся, – но Вам наверняка будет неинтересно.

В данном примере модальный глагол would выражает вероятность.

2. Модальный глагол must

Модальный глагол must в выявленных случаях используется для выражения уверенного предположения.

 A lot of young men had come back from the war in a terrible state. Poor chap; it must be that. – Многие молодые ребята вернулись с войны в ужасном состоянии. Он должно быть один из них.

 You must lead an exciting life?У Вас должно быть потрясающая жизнь!

 'It's a busy time of the day, as you must well know, guy ... you living here an' all that. – - Вы тут живете и должны прекрасно знать, что в такое время всегда много машин.

3. Модальный глагол might

 Модальный глагол might выражает неуверенное предположение (50% уверенности).

'Mind you, I can see how they might be handsome, with a father as attractive as you.' – - Заметьте, я могу представить, какими привлекательными они могут быть при таком привлекательном отце, как Вы.

'Only, you've been so quiet since I sat beside you, I thought you might be one of those people who like to be left alone?'Вы были так молчаливы до тех пор, как я подсела к Вам. Я подумала, Вы один из тех, кто предпочитает оставаться в одиночестве

 He could imagine how this dear old woman and her husband might be mismatched; he assumed there were many couples like that: having stayed too long together, it was now too late for any chance of a new life for either of them.Он представлял, как эта милая пожилая женщина и ее супруг не подходили друг другу. Он подумал, как много таких пар как эта. Прожив столько лет вместе, каждому из них было слишком поздно что-то менять и начинать новую жизнь.

If he didn't leave soon, he suspected he might go crazy. – Он знал, что если вскоре не уедет из города, то сойдет с ума.

 She might be the worst mother on God's earth, but there are times when you'd be better off with her interfering, but she's right!' – - Может твоя мать и худшая мать на свете и ей иногда не стоит вмешиваться в твои дела, но она права!

' Look, I think it might be a good idea for us to talk -' he glanced at the desk and groaned - 'after I've waded through this little lot' – - Послушай, я думаю нам стоит поговорить, – сказал он, и взглянув на стол,  со вздохом добавил:  -…после того, как я разберусь с этим.

'It might help if I knew where I were going,' he quipped good-naturedly. – - Было бы здорово узнать, куда мы направляемся, – сострил он добродушно.

4. Модальный глагол should

В выявленных примерах модальный глагол should выражает 90% уверенности говорящего.

 I know I shan't relax till then.'– Я знаю, что не перестану волноваться , пока мы не приедем.

 I should think you've got the world at your feet'Да весь мир должно быть у Ваших ног!

 That should give you time to catch your breath – Там у тебя будет предостаточно времени, чтобы собраться с мыслями.

5. Модальный глагол could 

В выявленных примерах данный модальный глагол употребляется для выражения:

а) возможности совершения действия в силу определенных обстоятельств

Discreetly observing the dark blue eyes, and the thick shock of golden-brown hair, she was sent back to her youth, when she could have had the pick of any young man. – Ненавязчиво вглядываясь в его темно-голубые глаза и густые русые волосы, она вспомнила молодость, когда она смогла бы «охмурить» любого парня.

б) менее 50% уверенности

 You could be right,' he answered. –  Возможно Вы правы, – ответил он.

 I always put it down to laziness or lack of enthusiasm, but now I think about it, you could be right.' – Я всегда списывала это на лень или нехватку энтузиазма, но сейчас, думая об этом, полагаю, Вы правы.

6. Модальный глагол may

 He may be handsome and well spoken, but deep down he's a bully, and he really fancies only himself. – Да, он привлекателен и красноречив, но если вглядеться глубже, он высокомерен и думает только о себе.

Модальный глагол may в данном примере выражает менее 50% уверенности говорящего относительно сообщаемого.

II. Модальные конструкции

Наиболее распространенной модальной конструкцией в данном тексте выступают конструкции с глаголом seem.

He had been taken by surprise when the car following seemed to deliberately crash into his bumper.Он сильно удивился, когда машина, следовавшая за ним, казалось, преднамеренно врезалась в его бампер.

 Wrenched out of his hands, the steering wheel seemed to spin out of control. – Выскочив из рук, руль, казалось, вращался бесконтрольно.

The evil that had visited him and his family seemed to have gone as swiftly as it came. – Казалось, что зло, ворвавшееся в его жизнь и жизнь его семьи, исчезло также быстро, как и пришло.

 It seemed incredible to think that that wonderful holiday was just a year ago, and now, God help him, there would be no more. – Невозможно было думать о том, что эти чудесные каникулы были лишь год назад, а теперь, Господи помоги ему, больше уже не будет.

Now, as the idea loomed large in his thoughts, it seemed to overwhelm everything else.Сейчас мысль об этом, казалось, отодвигала все остальное на второй план.

 It seems I'm not the only one who can't find any peace.' – - Похоже, я не единственная, кто не может обрести душевный покой.

 It seemed to be of paramount importance to him.Казалось, это было для него вопросом первостепенной важности.

 She seemed pleasantly surprised Казалось, она была приятно удивлена.

Конструкции it is impossible/ inevitable

 It was impossible to get any idea of what he looked like.Поэтому было совершенно невозможно понять, как он выглядел.

 He had tried to go on, but it was impossible. – Он старался продолжать жить, но это было невозможно.

 When he relaxed, however, it was inevitable that he should be overwhelmed by the faces of the woman and children in that photograph.А когда он расслаблен, он невольно вспоминает лица его жены и детей на фотографии.

Конструкции с глаголом appear

 There was a moment of eeriness when the car appeared to pause in mid-air before the nose dipped and they fell into a downward plunge towards the rocks below. – На какое-то время воцарился мрак, кода машина, казалось, зависла в воздухе, прежде чем передняя часть автомобиля накренилась, и не полетела вниз обрыва.

 His words appeared to hit home, because suddenly the cabbie was deeply thoughtful.  – Казалось, его слова задели душу таксиста, так как тот вдруг сильно призадумался

 Конструкции с look like

 'If you don't mind me saying, guy, you look like you could do with a good night's sleep. –-С вашего позволения, у Вас такой вид! Вам определенно нужно выспаться.

 'It doesn't look like there'd be any room for me even if I did come back to bad!' – - Не думаю, что мне было бы там место, даже если бы я вернулась в кровать.

III. Модальные слова и словосочетания

Модальные (вводные) словосочетания

 I must admit I hate these trains - noisy, dirty things. – - Я должна заметить, что ненавижу эти шумные, грязные поезда.

 He was an ARP warden. I expect that was enough excitement for him. – Он был надзирателем в тюрьме. Полагаю, этого «развлечения» ему было достаточно.

 'I hope things turn out all right for you,' he whispered and, almost as though she had heard, she suddenly turned to smile at him. – - Надеюсь, у Вас все будет хорошо, – прошептал Том, и она, будто бы услышав его, повернулась в его сторону и улыбнулась.

I think you're a lucky ' man.' In truth, Tom envied him. – - И, тем не менее, я думаю, что ты счастливчик, – ответил Том, искренне завидуя таксисту.

 'Nice flats these ... cost pretty penny too,  I shouldn't wonder.'  – - Красивые квартирки здесь! И не удивлюсь – стоят дорого

 I don't suppose I'll get away much before what.. three ... four? – Не думаю, что вернусь раньше трех, четырех.

  Модальные слова

 It was not a nightmare, and he would not wake up from it; not for a long time; maybe never. – Но это был не ночной кошмар, а реальность, оправится, от которой он не сможет еще долго, а может уже никогда.

Probably it was because you never expected to see him again. – Возможной причиной этого была мысль о том, что он видит этого таксиста в первый и последний раз.

 'Well, of course we want the contract, but there's more talking to be done before I sign on the dotted line. – - Да, конечно, мы хотим заключить этот контракт, но еще многое нужно обсудить прежде, чем я полностью соглашусь.

 At that minute a woman emerged. All smiles and white teeth, she was ample in every way; obviously of Italian origin with her black eyes, and her dark hair tied in an elaborate knot at the top of her head.В этот момент появилась полная женщина, вероятно итальянского происхождения, с темными глазами и волосами, аккуратно собранными на макушке в пучок 

 Divorced maybe ... can't get used to it.' – Может развелся и не может привыкнуть к одиночеству.

На основании проведенного исследования можно сделать следующие выводы:

– в рассмотренном нами отрывке художественного произведения были выявлены лексические и лексико-грамматические способы выражения достоверности модальности (грамматические способы выражения достоверности модальности специально не рассматривались);

– наиболее распространенным способом выражения достоверности модальности в указанном тексте выступают лексико-грамматические способы;

– на долю модальных глаголов приходится около 49% всех случаев, причем, модальные конструкции составляют около 29% и модальные слова – около 22%;

– наиболее часто употребляющимся модальными глаголами для выражения достоверности выступают глаголы would и might – 32% и 28% соответственно. Глаголы must, should и could выявлены в 12% случаев каждый. Остальные 4% принадлежат глаголу may.

 – самой распространенной модальной конструкцией в рассмотренном тексте выступает конструкция с глаголом seem – около 53% от общего количества выявленных модальных конструкций.

– что касается модальных слов, то следует отметить, что автор употребляет разные модальные слова для выражения различных оттенков отношения к действительности, тем не менее, в выявленных случаях употребления автором модальных слов, вводному (модальному) слову  maybe принадлежит 40%.


ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Цель настоящей дипломной работы заключалась в выявление способов выражения достоверности модальности в современном английском языке (на материале художественной литературы). Прежде всего, был проведен анализ трудов ведущих отечественных и зарубежных исследователей посвященных данной проблеме. С учетом существующего в современной науке расхождения мнений по данной проблеме, в настоящей работе дан обзор наиболее распространенных точек зрения принадлежащих наиболее значимым ученым. Изучив в полной мере теоретическую базу исследования и применив указанные методы исследования, мы решили ряд задач, сформулированных во введении. По результатам исследования можно сделать следующие выводы.

В современной лингвистике не существует однозначного мнения относительно природы и содержания категории модальности. В данной работе мы придерживаемся мнения тех исследователей, которые рассматривают категорию модальности как функционально-семантическую категорию, выражающую разные виды отношений высказывания к действительности, а также разные виды субъективной квалификации сообщаемого. Категория модальности – это та языковая категория, для которой функционально-семантическая модель является наиболее адекватным способом описания, отражающим сущность ее онтологического устройства. Категория модальности принадлежит к числу основных категорий естественных языков и  признаётся языковой универсалией. Основная функция категории модальности заключается в организации предложения с его семантико-смысловой стороны, заложенной говорящим лицом сообразно коммуникативной ситуации речи в момент производства данного конкретного предложения.

Модальность подразделяется на объективную и субъективную. Объективная модальность является обязательным признаком любого высказывания, представляет собой одну из категорий, формирующих предикативную единицу – предложение. Она выражает отношение сообщаемого к действительности в плане реальности и ирреальности. Субъективная модальность, то есть выражение отношения говорящего к сообщаемому, в отличие от объективной модальности, является факультативным признаком высказывания. Она образует в предложении второй модальный слой, и иногда называется вторичной модальностью.

Категории достоверности/уверенности являются основными инструментальными средствами исследования эпистемической модальности, или модальности достоверности, эпистемической семантики. Оценка степени достоверности мысли с точки зрения субъекта мысли получает свое формально грамматическое выражение. Во всех языках находят свое выражение как минимум три степени достоверности содержания предложения: простая, категорическая и проблематическая. На одном полюсе семантической шкалы уверенности-неуверенности располагаются средства выражения модальности проблематической достоверности с наибольшей степенью сомнения, на другом – средства выражения модальности категорической достоверности с наибольшей уверенностью говорящего в сообщаемом. Таким образом, мы имеем три однотипных структуры, три уровня, в каждом из которых имеется своя истина, своя ложь и своя неопределенность. Уровень категоричности высказывания снижается по мере продвижения от знаний к уверенности, а затем к области неуверенности.

В рамках второй главы данной дипломной работы мы рассмотрели грамматические (формы наклонений), лексические (модальные слова и словосочетания) и лексико-грамматические (модальные глаголы и конструкции) способы выражения достоверности модальности в современном английском языке.

Согласно одной из сформулированных во введении задач мы выполнили перевод с английского на русский язык отрывка из романа-бестселлера популярной британской писательницы Джозефины Кокс «The Beachcomber», изданного в 2003 году и еще не опубликованного в переводе на русский язык. В переводческом комментарии мы отразили трудности, с которыми столкнулись при переводе художественного произведения, переводческие трансформации, к которым прибегали и сделали вывод о том, что, переводческие трансформации представляют собой суть процесса перевода.

Переводимый текст принадлежит к стилю художественной прозы. Основная цель любого произведения художественной литературы заключается в достижении определенного эстетического воздействия, создании художественного образа. В текстах художественной прозы язык не только является средством передачи информации, но и служит средством художественного воплощения, носителем эстетической значимости произведения. Перевод художественного текста – это не только точное изложение содержания мыслей, сообщенных на языке оригинала, но и воссоздание средствами языка перевода всех особенностей стиля и формы сообщения.

Перевод отрывка из романа Джозефины Кокс был выполнен коммуникативно-прагматическим способом перевода. Главным объектом при таком способе перевода оказывается не столько языковой состав исходного текста, сколько его содержательное и эмоционально-эстетическое значение. Этот способ является оптимальным для большей части художественной литературы.

При переводе применялись различные виды переводческих трансформаций. Под переводческими трансформациями понимают изменение формальных (лексические или грамматические трансформации) или семантических (семантические трансформации) компонентов исходного текста при сохранении информации, предназначенной для передачи. Переводческие трансформации в «чистом» виде встречаются редко. Сложный комплексный характер переводческих трансформаций делает перевод  сложным и ответственным делом.

На материале переведенного отрывка из романа Джозефины Кокс «The Beachcomber» мы провели исследование по выявлению способов выражения достоверности модальности. Следует подчеркнуть, что упор в данном исследовании делался на выявление лексических и лексико-грамматических способов выражения достоверности модальности. На основании проведенного исследования мы сделали следующие выводы:

– в рассмотренном нами отрывке художественного произведения были выявлены лексические и лексико-грамматические способы выражения достоверности модальности (грамматические способы выражения достоверности модальности специально не рассматривались);

– наиболее распространенным способом выражения достоверности модальности в указанном тексте выступают лексико-грамматические способы;

– на долю модальных глаголов приходится около 49% всех случаев, причем, модальные конструкции составляют около 29% и модальные слова – около 22%;

– наиболее часто употребляющимся модальными глаголами для выражения достоверности выступают глаголы would и might – 32% и 28% соответственно. Глаголы must, should и could выявлены в 12% случаев каждый. Остальные 4% принадлежат глаголу may.

– самой распространенной модальной конструкцией в рассмотренном тексте выступает конструкция с глаголом seem – около 53% от общего количества выявленных модальных конструкций.

– что касается модальных слов, то следует отметить, что автор употребляет разные модальные слова для выражения различных оттенков отношения к действительности, тем не менее, в выявленных случаях употребления автором модальных слов, вводному (модальному) слову maybe принадлежит 40%.


СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ

1.Английские фразовые глаголы. Р. Кортни. Англо-русский словарь свыше 12000 глаголов и 30000 значений. – М. : Русский язык, Лонгман, 1997.

 2. Англо-русский синонимический словарь / А.И. Розенман, Ю.Д. Апресян. – 3-е изд. – М. : Русский язык, 1998.

 3. Англо-русский словарь / Л.В. Минаева, И.В. Нечаев. Около 25000 слов и 70000 значений. – 2-е изд., стер. – М. : Русский язык, 1997.

4. Антонова Л.В. Основные типы модальных значений // Лингвометодические проблемы обучения иностранным языкам в полилингвальном пространстве: Сб. материалов межвуз. научно-практической конференции. – Уфа: РИО БашГУ, 2005.

5. Аракин В.Д. Сравнительная типология английского и русского языков. – Л., 1989.

6. Ахманова О.С. Словарь лингвистических терминов.- М.: Советская энциклопедия, 1969. - 608 с.

7. Бархударов Л.С. Язык и перевод: Вопросы общей и частной теории перевода. М.: Междунар. отношения, 1975, - 240с.

8. Бархударов Л.С., Штелинг Д.А. Грамматика английского языка. М.1973

9. Беляева М.А. Грамматика английского языка. М.: "Высшая школа", 1984.

10. Беляева Е.И. Функционально-семантическое поле модальности в английском и русском языках. – Воронеж: Изд-во Воронежск. ун-та, 1985. – 180 с;

11. Бондаренко В.Н. Виды модальных значений и их выражение в языке // Филологические науки. – 1979. – №2. – С. 54-61.

12.  Бондарко А.В. Функциональная грамматика. Л., 1984.

13. Бондарко А.В. Функционально-семантическое поле // Лингвистический энциклопедический словарь / Гл. ред. В. Н. Ярцева. М.: “Советская энциклопедия”, 1990. С. 566–567.

 14. Виноградов В.С. Введение в переводоведение (общие и лексические вопросы). – М.: Издательство института общего среднего образования РАО, 2001, — 224 с.

15. Виноградов В.В. О категории модальности и модальных словах в русском языке/ В.В.Виноградов. Избранные труды. Исследование по русской грамматике. – М.: Наука, 1975.  С. 38-89.

16. Грамматика современного русского литературного языка АН СССР / Под ред. Н.Ю. Шведовой. М., 1970.

17. Гуревич В.В. Теоретическая грамматика английского языка; Сравнительная типология английского и русского языков/В.В. Гуревич. – 3-ее изд., исправленное. – М.: Флинта: Наука, 2004. – 168с.

18. Игнатьева Н. В. Модальные средства в языке романа Э.Войнич «Овод»: текстообразующий и переводческий аспекты: Дис. ... канд. филол. наук. Краснодар, 2007.

 19. Казакова Т.А. Практические основы перевода. English-Russian. – Серия: Изучаем иностранные языки. – СПб.:»Издательство Союз», - 2000, - 320с.

20. Колшанский Г.В. К вопросу о содержании языковой категории модальности // Вопросы языкознания. – 1961. – №1. – С. 94-98.

 21. Комиссаров, В.Н. Лингвистика перевода. Изд. 2-ое, доп. – М.: Издательство ЛКИ, 2007. – 176 с.

22. Комиссаров, В.Н. Общая теория перевода: учебное пособие / В.Н. Комиссаров. – М. : Че Ро, 1999. – 136 с.

23. Комиссаров, В.Н. Современное переводоведение: курс лекций / В. Н.Комиссаров; Ред. Б. А.  - М. : ЭТС, 1999. – 192

 24. Модальность суждения. Логический словарь http://slovarchik.ru/672/ 25. Модальные слова и их семантическая классификация в английском языке // Современные направления в обучении иностранным языкам в неязыковом ВУЗе: Материалы региональной научно-практической конференции. Краснодар, 2005.  

 26. Новый англо-русский словарь около 160000 слов / проф. В.К. Мюллер. – М. : Русский язык, 1998.

27. Панфилов В.З. Взаимоотношение языка и мышления. – М., 1971. – С. 174-183.

28. Паранук Л.Г. Модальность как языковая универсалия // Вестн. Адыг. гос. ун-та. Серия: пед. и филол. науки. – Майкоп, 2001. - № 1(5).

29. Распопов И.П. Заметка о синтаксической модальности и модальной квалификации предложения // Ситаксис и интонация. – Уфа: Изд-во Башк. ун-та, 1973. Вып. 2. – С.3.

 30.Русско-английский словарь 160000 слов / А.И. Смирницкий. – М. : Русский язык, 1998.

31. Сабанеева М.К. Логическая и лингвистическая сущность модальности высказываний // Проблемы комплексного анализа языка и речи. – Л., 1982. – С. 71-75.

 32. Сдобников В.В., Петрова А.В. Теория перевода. – М.: Восток-Запад, 2006. – 444с.

 33. Слепович В. С. Учебное пособие для студентов ВУЗов. – Минск: Тетра Системс.- 2003, - 318 с.

34. Советский энциклопедический словарь: Издание 4-ое под. ред. Прохорова, А.М. Издательство: М.: Советская Энциклопедия; 1990. – 1632с.

 35. Современный словарь иностранных слов. Около 20000 слов. – 2-е изд. – М. : Русский язык, 1999.

 36. Тер-Минасова С.Г. Язык и межкультурная коммуникация. – Издательство Московского университета, 2004. – 352с.

37. Ушаков Д.Н. Толковый словарь. 1996

 38. Федоров А.В. Основы общей теории перевода (лингвистические проблемы). – М.: Издательский дом «Филология ТРИ», 2002. – 415с.

39. Энциклопедический социологический словарь / общ. ред. Осипова Г. В. М.: Издательство: ИСПИ РАН, 1995. - 940 стр.

 40. Modern English-Russian Dictionary. V. K. Muller. -  М., 2002.

41. Quirk .R. A grammar of contemporary English. London, 1972. - 248 с.


ПРИЛОЖЕНИЕ

96


 

А также другие работы, которые могут Вас заинтересовать

39737. Возникновение и сущность маркетинга, сбытовой и маркетинговой подходы к деятельности фирмы, цели маркетинга 167.5 KB
  Возникновение и сущность маркетинга сбытовой и маркетинговой подходы к деятельности фирмы цели маркетинга. Становление маркетинга как основы экономического поведения фирмы следует отнести к периоду последующему за великой депрессией охватившей Запад в 19291933 годах . Основными понятиями сферы маркетинга являются следующие: нужды потребности запросы товар обмен сделка и рынок. Введение в практику предпринимательства концепции маркетинга позволяют решить целый комплекс вопросов: 1.
39738. Маркетинг. Общие понятия маркетинга 872 KB
  Спрос – это совокупный запрос группы потребителей. Предвидеть прогнозировать спрос можно только постоянно изучая потребителей так чтобы разрабатывать и предлагать именно то что они хотят и в чем нуждаются. Стимулировать значит вызывать у потребителей стремление к тому что предлагает фирма привлекательно оформляя продукт интенсивно его рекламируя и так далее. Маркетинговая деятельность может быть направлена как на потребителей так и на население в целом.
39739. Воплощение черт неомифологизма в произведении Дюрренматта «Минотавр» 30.39 KB
  Вступление Сегодня мы с вами познакомимся с необыкновенным произведением Дюрренматта драматической балладой Минотавр об одиночестве главного героя а именно Минотавра и попробуем найти черты неомифологизма в этом произведении. Наша тема Воплощение черт неомифологизма в произведении Дюрренматта Минотавр . Дюрренматта.
39740. Воплощение черт неомифологизма в произведении Дюрренматта 25.53 KB
  Дюрренматт классик швейцарской литературы.Идейнохудожественный анализ произведения Дюрренматта Минотавр: жанровые особенности; образ дюрренматтовского Минотавра в сопоставлении с древнегреческим Минотавром; черты неомифологического сознания в произведении. Работа по теме урока Сегодня мы с вами проанализируем замечательное произведение швейцарского классика Дюрренматта Минотавр и попробуем проследить неомифологические черты в данном произведении.
39741. Метод (метод исследования) 35.5 KB
  В общей психологии – это один из основных эмпирических методов психологического исследования состоящий в преднамеренном целенаправленном систематическом восприятии психических явлений с целью изучения их специфических изменений в определенных условиях. Метод занимает промежуточное положение между методом простого объективного наблюдения и методом лабораторного эксперимента. Создан Лазурским с целью избежать недостатков методов наблюдения и эксперимента и соединить их достоинства; формирующий эксперимент ход которого направлен на...
39743. Общее понятие об ощущении 78 KB
  Физиологической основой ощущений является деятельность сложных комплексов анатомических структур названных И. Рассмотрим систематическую классификацию ощущений. Рассматривая наиболее крупные и существенные группы ощущений он разделил их на три основных типа: интероцептивные проприоцептивпые и экстероцептивные ощущения. Рассмотрим основные типы ощущений по отдельности.
39744. Отрасли психологии 27 KB
  Социальная психология исследует психологические явления и процессы обусловленные принадлежностью человека к конкретным общностям. Зоопсихология раскрывает особенности и закономерности психики животных на разных этапах развития животного мира. Педагогическая психология занимается исследованием психологических особенностей и закономерностей процессов обучения и воспитания подрастающего поколения.
39745. ПАМЯТЬ 469.02 KB
  Общее понятие о памяти. Исторический экскурс в проблему изучения памяти. Классификации видов памяти. Характеристика процессов памяти и факторы определяющие их эффективность.