47427

Специфика и приоритетные направления развития современных российско-грузинских отношений

Дипломная

Менеджмент, консалтинг и предпринимательство

Проанализировать российско-грузинские отношения в конце XX начале XXI века в трудах современных исследователей и прессе. Выявить специфику становления российско-грузинских взаимосвязей в русле национальной политики. Обозначить территориальные аспекты российско-грузинских взаимоотношений. Изучить вопросы экономического сотрудничества Грузии и России...

Русский

2015-01-17

429 KB

3 чел.

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

ГЛАВА I. ИСТОРИЧЕСКО-ПОЛИТОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ РОССИЙСКО-ГРУЗИНСКИХ ОТНОШЕНИЙ В КОНЦЕ XX НАЧАЛЕ XXI ВЕКА

1.1. Россия и Грузия на международной арене: противоречия и интересы 

1.2. Российско-грузинские отношения в конце XX начале XXI века в трудах исследователей и прессе

1.3. Становление современных российско-грузинских взаимосвязей в русле национальной политики

ГЛАВА II. ПРИОРИТЕТНЫЕ АСПЕКТЫ НОВЕЙШИХ ВЗАИМООТНОШЕНИЙ РОССИИ И ГРУЗИИ

2.1. Территориальные аспекты современных российско-грузинских взаимоотношений

2.2. Вопросы экономического сотрудничества Грузии и России на современном этапе

2.3. Социально-культурные взаимосвязи в современных российско-грузинских отношениях

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ 

ПРИЛОЖЕНИЕ 1

ПРИЛОЖЕНИЕ 2

ПРИЛОЖЕНИЕ 3

ПРИЛОЖЕНИЕ 4

ПРИЛОЖЕНИЕ  5    


ВВЕДЕНИЕ

Актуальность темы исследования. После распада СССР отношения РФ и Грузии представлялись напряженными. Апогей противоречий наступает в 2008 году в связи с развернувшимся грузино-осетинским вооруженным конфликтом. В данный период практически были разрушены уже сложившиеся в результате кропотливого труда дипломатические отношения. Обострение отношений стало также и своеобразной реакцией на международную остановку в целом. Однако, ряд противоречий все же удается преодолеть и к современному этапу своего развития российско-грузинские отношения вышли на новый этап, который в большей степени характеризуется, как взаимовыгодное сотрудничество.

Существующие тенденции отношений между двумя странами связаны не только с ориентированием на выгодное сотрудничество в области экономики и расстановки сил на международной арене. Россия и Грузия имеют достаточно тесные межнациональный и межкультурные связи. Грузинская диаспора в РФ составляет более ста тысяч человек и представлена далеко не только рядовыми жителями, но также деятелями культуры, искусства, политиками. Помимо культурных и экономических связей также тесными остаются связи родственные, что обусловливает стремление со стороны населения Грузии и граждан России грузинского происхождения рассматривать отношения двух стран, как сферу собственных интересов. Сложившееся на протяжении длительного времени экономическое сотрудничество также обусловливает тенденции к необходимости изучать возможности развития конструктивного диалога, поиска данных возможностей, оценки ошибочных действий и разработки перспектив сотрудничества. Все эти приоритеты обусловливают актуальность изучения российско-грузинских отношений на современном этапе.

Степень научной разработанности проблемы. На современном этапе количество исследований, представляющих аспекты развития российско-грузинских отношений,  ограничено. Во многом это связано с тем, что происходит их переориентирование в связи с чем для специалистов остается проблематичным сделать не только точные прогнозы, но также и однозначно оценить значение событий предыдущих лет. Наиболее подробно изучен вопрос, связанный с ухудшением двусторонних отношений периода президентства М.Н. Саакашвили, в частности события августа 2008 года и последовавшая за ними реакция мировой общественности. Развернувшаяся информационная война стала одним из основных предметов научного освещения и, в частности, события и анализ их последствий представлены в трудах таких исследователей, как А.А. Барановский, Ю.Н. Бетеев, А. С. Журавлев, А.А. Киселев и др1.

Исследования, касающиеся развития двусторонних отношений за последнее десятилетие, ориентированы на различные аспекты, в том числе не только политические, но также и экономические.  При этом, не только российские и грузинские специалисты занимались освещением данных вопросов, вниманием им уделяли также западные исследователи и аналитики.

В частности, Л. Кахишвили рассматривал факторы препятствия развития двусторонних отношений между Россией и Грузией, В. Чарая представил в своем исследовании специфику экономических российско-грузинских отношений2.

Анализ событий, предшествующих конфликту августа 2008 года, а также его последствий стал предметом освещения в труде исследователей МГИМО – Н.Ю. Силаева и А.А. Сушенцова3. В основу исследования авторами были положены выборы в парламент Грузии в 2012 году и перспективы изменений, которые связаны с переориентированием внутренней политики страны.

Аспекты развития политических процессов на Кавказе, в том числе в рамках двусторонних и многосторонних отношений стран соседей рассматривались в работах В.В. Дегоева4, который  подробно проанализировал причинно-следственные связи развернувшихся на Кавказе конфликтов и их последствий, а также определил приоритетные тенденции развития дальнейших отношений.  Данному вопросу уделял внимание и С.М. Маркедонов5, уделяющий в своих работах пристальное внимание межэтническим и межконфессиональным отношениям, политическому экстремизму, терроризму, политике России на Кавказе. С.В. Парастатов рассматривал интересы реализации отдельных европейских государств в Кавказском регионе после распада СССР и особенности восприятия данных тенденций в России6. М.А. Сучков анализирует тенденции современной внешней политики США на Южном Кавказе, в частности в ориентировании на развитии двусторонних отношений с Грузией в стремлении последней войти в состав НАТО7. В.Н. Панин занимался изучением внешней политики России на Ближнем Востоке в русле столкновения интересов Москвы и Вашингтона в данном регионе в том числе и в контексте обеспечения безопасности российских южных рубежей8.

Иностранные исследователи приоритетное внимание в контексте рассмотрения взаимоотношений между Грузией и Россией уделяли информационному противостоянию. В частности, Т. Халпин и Р. Бойс исследовали специфику проведения информационной войны в период протекания российско-грузинского конфликта и после него, пытаясь также выявить и факту реальной картины происходящего9. П. Мизалевский в своей работе рассматривал последствия войны Грузии и России для данных стран, региона и всего мирового сообщества10. М. Сессир рассматривал приоритеты развития российско-грузинских отношений и факторы, им препятствующие в контексте современной политической системы, в том числе и на уровне интересов Европы и США11. Д. Коста определил специфику развития отношений между Россий и Грузией в период 2008 года и влияния СМИ на данный процесс, в том числе и освятил вопрос информационной войны данного периода12.

В целом, можно отметить, что существующие исследования ориентированы на анализ отдельных составляющих двусторонних отношений Грузии и России и мало затрагивают их в контексте общемирового развития, в том числе и на современном этапе.

Объект исследования – российско-грузинские отношения на современном этапе.

Предмет исследования – специфика и приоритетные направления развития современных российско-грузинских отношений.

Цель исследования заключается в комплексном анализе специфики и приоритетных направлений развития российско-грузинские отношений на современном этапе.

Задачи исследования:

1.Рассмотреть аспекты противоречий и интересов России и Грузии на международной арене;

2. Проанализировать российско-грузинские отношения в конце XX начале XXI века в трудах современных исследователей и прессе;

3. Выявить специфику становления российско-грузинских взаимосвязей в русле национальной политики;

4. Обозначить территориальные аспекты российско-грузинских взаимоотношений;

5. Изучить вопросы экономического сотрудничества Грузии и России;

6. Рассмотреть социально-культурные взаимосвязи в российско-грузинских отношениях.

Теоретико-методологическая база исследования. Методологической основой дипломной работы является совокупность приемов, средств и процедур, разработанных в русле современной теории геополитики, политологии и истории: аналитических, сравнительных, обобщающих, сопоставления и систематизации.

В процессе исследования автор руководствовался основными положениями научной теории познания, принципами и методами проведения исторического исследования, приоритет среди которых отдается объективности, всесторонности, историзму, конкретности, научности и доказанности выдвигаемых положений и выводов. Широко использовались общенаучные методы, в том числе системный, аналитический, проблемный и логический подходы, абстрагирование и обобщение, проблемно-хронологическое изложение материала.

Теоретическую основу исследования составили труды отечественных и зарубежных теоретиков международных отношений (А.Д. Богатурова, М. Жирар, К. Уолтца)13, истории взаимоотношений Грузии и России (Ю.Д. Анчабадзе, А.Х. Бижев, Я.А. Гордин, В.В. Дегоев)14, аналитиков информационной войны в период региональных конфликтов (П.А. Колесов, А.В. Манойло)15.

Эмпирическую основу исследования составили источники, которые  возможно классифицировать следующим образом:

  •  Законодательные акты, касающиеся двусторонних отношений между Грузией и Россией;
  •  Концепции национальной безопасности Грузии и России;
  •  Законодательные акты и постановления о принципах внешней политики двух стран;
  •  Материалы прессы и статьи аналитиков, в том числе и представленные в сети Интернет;
  •  Монографии российских и зарубежных исследователей, посвященные проблеме взаимоотношений между Грузией и Россией и перспективам их развития.

Научная новизна исследования. В работе были проанализированы составляющие современного этапа российско-грузинских отношений, представлен анализ влияния внешнеполитических тенденций, выявлены экономические, культурные и этнические факторы воздействия на двусторонние политические отношения.

Положения, выносимые на защиту:

1. Взаимоотношения России и Грузии в геополитическом пространстве во много основываются на том, что существующие стратегии развития двусторонних отношений в русле национальной политики ориентированы на сохранение со стороны Грузии интересов грузинской нации, сохранения территориальной целостности и независимости. Для России является важным аспектом учет не только политических, но и межнациональных связей двух стран и сохранение тенденций к взаимовыгодному сотрудничеству и конструктивному диалогу в урегулировании конфликтов.

2. На современном этапе Россия является уязвимой в свете развернувшихся геополитических изменений и изменения позиции Запада с конструктивного и взаимовыгодного сотрудничества к противостоянию и внедрению системы санкций. Грузия же в своем устремлении в НАТО и ЕС напротив – поворачивается в сторону конструктивного нейтралитета взаимоотношений с Россией, что приводит к их значительному потеплению в сравнении с предыдущими годами.

Теоретическая значимость исследования определяется обобщением и систематизацией научных исследований, касающихся разных составляющих отношений России и Грузии с момента обретения Грузией независимости и до настоящего времени.

Практическая значимость исследования определяется новизной решаемых задач, а также возможностями использования результатов исследования учебном процессе в рамках лекций, семинаров, методических публикаций.

Апробация выпускной квалификационной работы прошла на уровне ежегодных научных практических студенческих конференций, в рамках которых были сделаны доклады по темам «Противоречия и интересы России и Грузии на международной арене» и «Социально-культурные российско-грузинские отношения». Результаты выступлений были опубликованы в виде тезисов в журнале «Молодая наука» за 2013 и 2014 год.

Структура дипломной работы отражает логику проведённого исследования и подчинена решению поставленных задач. Работа состоит из введения, двух глав, включающих в себя по три параграфа каждая, заключения и библиографического списка использованной литературы, содержащего 82 источника, в том числе 21 источников на иностранных языках. Общий объём работы составляет 80 страниц машинописного текста.


ГЛАВА I. ИСТОРИЧЕСКИЕ И ПОЛИТОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ РОССИЙСКО-ГРУЗИНСКИХ ОТНОШЕНИЙ В КОНЦЕ XX НАЧАЛЕ XXI ВЕКА

1.1. Россия и Грузия на международной арене: противоречия и интересы 

Российско-грузинские отношения начинают складываться с момента выстраивания двусторонних отношений и тенденций к присоединению Грузии к Российской Империи. В результате Кавказской войны к Российской империи были присоединены государства Кавказа с многочисленными местными жителями различных народностей. Присоединение к России послужило началом нового этапа культурного и экономического развития Кавказа.

После распада СССР в 1991 году население Грузии начинает активные выступления за обретение независимости и в результате всеобщего голосования на пост президента был выбран З. К. Гамсахурдиа, политические взгляды которого характеризовались крайним национализмом.

Период его президентства оказался непродолжительным и после вооруженного восстания З.К. Гамсахурдиа был свергнут представителями оппозиции, согласно инициативе, которой в 1992 году главой государства становится бывший министр иностранных дел СССР Э.А. Шеварнадзе.

Одиннадцатилетний период его управления характеризовался не только бедностью страны и нестабильностью экономики, но также и разгулом коррупции, которая имела рекордные показатели. Внешняя политика государства была ориентирована на сотрудничество с Западом, особенно с США. Однако, сотрудничество с бывшесоюзными государствами не прекратилось и Грузия достаточно длительный период времени находилась в составе СНГ.

Становление внешнеполитических связей Грузии происходило по большей мере исходя из интересов внутриполитических, которые были направлены на реорганизацию политики и экономики.  Распад СССР привел к тому, что на месте бывшей сверхдержавы возникают новые регионы, в частности Кавказ, Центральная Азия, Каспийский регион, которые стали объектом столкновения интересов ведущих мировых держав, среди которых Россия, США, страны ЕС.

Данные факторы сыграли одну из приоритетных ролей в том, что Грузия обращает внимание в качестве стратегического партнера прежде всего на РФ. Однако, наряду с этим происходит выстраивание и развитие дипломатических отношений со странами, имеющими непосредственные границы Грузией.

В период начала выстраивания внешнеполитических концепций происходит и определение политико-правой базы внешней политики Грузии, формируются и утверждаются основополагающие внешнеполитические документы, которые определили курс страны в регионе и на международной арене. Среди них: «Концепция национальной безопасности Грузии», «Концепция внешней политики» и др.

Правительство Грузии в своих основополагающих ориентирах исходит из того, что сотрудничество в интеграционных структурах должно базироваться на взаимовыгодной и равноправной основе без навязывания и давления со стороны более сильных партнеров, во благо национальным интересам стран-участниц, а так же политической и экономической стабильности на пространстве СНГ16.

В 2003 году внутриполитические и внешнеполитические тенденции меняются в связи с тем, что президент был свергнут с поста членами оппозиции, которые объявили результаты очередных выборов недействительными и сфальсифицированными. Начинается переход к построению новой системы внутренней и внешней политики.

С момента обретения Грузией независимости во взаимоотношениях с Россией, как одним из ближайших соседей, наблюдается то потепление, то охлаждение, а порой и открытое противостояние. Причиной тому является тот факт, что достаточно длительный период времени Грузия не могла определиться с внешнеполитическим курсом. С одной стороны происходила нацеленность на развитие отношений со странами Запада, однако, на странах СНГ, в том числе и России, были завязаны экономические мотивы и серьезно сказывался длительный период зависимости от единой экономики СССР. Окончательная ориентированность страны на Запад приводит к изменению и системы отношений с РФ.

Приоритеты продвижения интересов Грузии и России на международной арене во многом становились одним из факторов ухудшения двусторонних отношений. Для Грузии, как это уже было сказано, приоритеты выстраивались на развитии отношений с Западом, в том числе вступлении в ЕС и НАТО. На этом фоне актуальность сохранения членства в СНГ практически сходила на нет.

Приоритетные направления внешнеполитической деятельности Грузии определяются внешнеполитическими ресурсами. Под ресурсами внешней политики принято понимать внутренний потенциал страны, который будет содействовать активному выражению и защите ее внешнеполитических интересов.

Внешнеполитические ресурсы могут быть как материальными (территориальные, экономические, военные), так и нематериальными (морально - психологические, идеологические, информационные), а также включать в себя те элементы государственного устройства, политического режима, территориальной организации власти, которые оказывают непосредственное влияние на формирование и осуществление внешней политики страны.

Особое место во внешнеполитических ресурсах занимают институциональные ресурсы, то есть способы организации и функционирования внешнеполитического сообщества, способы его взаимодействия с подобными же сообществами на международной арене.

Фактически внешнеполитическое планирование происходит по полной «классической» и оправдавшей себя схеме, которая предусматривает выявление и анализ цепочки взаимосвязанных категорий17:

- внешнеполитические потребности

- внешнеполитические ресурсы (для реализации этих потребностей) - пределы реализации ресурсов

- внешнеполитические интересы (формулируемые на базе потребностей с учетом наличествующих ресурсов)

- внешнеполитические цели (оперативный уровень конкретизации интересов)

- внешнеполитические задачи (тактический уровень конкретизации интересов).

В Грузии планирование происходит по урезанной схеме:

- внешнеполитические интересы

-  внешнеполитические цели и задачи.

Выделенные категории планирования достаточно часто сливаются в единую, неделимую.

Специфика политического планирования Грузии подразумевает при постановке целей и задач ориентацию на волюнтаристский характер. В результате часть выделенных целей и задач весьма труднореализуемы вследствие своей неадекватности.

Среди основополагающих внешнеполитических ресурсов Грузии в первую очередь необходимо отметить ресурсы территориально-географические. Если до распада СССР Грузия являлась составной частью мощного, стратегически обеспеченного государства, то с обретением независимости встал вопрос и о необходимости самостоятельного проявления инициативы в данном направлении.

Грузия обладает достаточно ограниченной территорией, особенно в сравнении с Россией и государствами СГН. В сравнении со многими европейскими государствами на фоне существующей тенденции устремления в ЕС Грузия также проигрывает. Также в результате распада СССР Грузия потеряла возможности бесконтрольного перемещения ресурсов, необходимых для развития экономики и торговли. На современном этапе Грузия не имеет морских портов и даже в крупных судоходных реках она весьма ограничена.

Однако, слабые соседи на Кавказе обеспечивают для Грузии широкие возможности для внешнеполитических маневров. Особенно удобно рассматривается данная позиция в связи с тем, что Россия продолжает сохранять тесные внешнеэкономические связи с бывшими союзными республиками.

В качестве основной угрозы геополитическим ресурсам грузинской внешней политики возможно определить внутренние тенденции развития страны. Неравномерное размещение народно- хозяйственного комплекса и населения ослабляет потенциал территориальных ресурсов, прежде всего в долгосрочном плане.

Когда говорят о выгодах географического положения Грузии, всегда подчеркивают возможность использовать это пространство как некий мост, транзитную территорию. Однако более тщательное рассмотрение проблемы вносит в данный тезис изрядную долю скептицизма.

Транзит через территорию Грузии не имеет стратегического значения для мировой экономики. За десятилетия изолированного советского существования транзитные пути сформировались вне пределов Кавказа и фактический интерес, даже с учетом  того, что его проявляют такие развитые страны, как США, весьма нестабилен и сомнителен. Не способствовали развитию Грузии в данном направлении и длительные годы экономической нестабильности. Более того, распад СССР оборвал транспортные потоки на наиболее перспективных направлениях. Транспортные коридоры, ведущие на Запад, на выходе оказались под контролем России, Украины, Белоруссии. Более успешными в развитии оказались транзитные пути на южном направлении, однако и там  помимо Грузии также находятся Азербайджан и Туркмения. В результате Грузия оказалась географически очень сильно ориентирована на Россию, где оставались приоритетные рынки сбыта и сырья. Специфической проблемой являются транспортные инфраструктуры. Однако, все же приоритетным направлением  для Грузии является Запад.

Военно-стратегический потенциал Грузии оценивается неоднозначно. С одной стороны Грузия нацелена на взаимодействие и мирное сотрудничество с ближайшими соседями, с другой активно ориентируется на позицию США, которая  склонная к агрессивным мерам в достижении поставленных во внешней политике целей.

Однако, при всем этом, защита интересов является приоритетным направление Грузии, что было закреплено в новой «Стратегии безопасности» от 20011 года. Среди определенных для республики угроз доктрина определяет внешние угрозы и внутренние. Именно данные направления являются приоритетными к разрешению в общей военной концепции Грузии.

Согласно Концепции внешняя политика Грузии, будет ориентирована  на установление  добрососедских отношений с соседними странами, интеграцию в европейские и евроатлантические структуры, а также активное сотрудничество с международными организациями и странами партнерами. При этом отмечается, что для Грузии особое значение имеют мир и взаимное сотрудничество на Северном Кавказе. 

Главным  приоритетом политики национальной безопасности Грузии, согласно новой Концепции, является европейская и евроатлантическая интеграция. Исходя из этого постулата, в тексте документа отмечено, что главным приоритетом для Грузии является вступление в НАТО и ЕС. «Вступление Грузии в НАТО представляет собой для Грузии важную внешнеполитическую задачу. Грузия рассматривает НАТО, как основу  архитектуры евроатлантической безопасности и главный механизм обеспечения стабильности и безопасности евроатлантического пространства», - отмечается в Концепции18.

Для России процесс сближения Грузии  с НАТО и ориентированность на проамериканские позиции является основополагающей проблемой и фактором противоречивости отношений. На протяжении последних лет Россия вела активную внешнюю политику, которая не всегда сочеталась с приоритетами развитых стран  и особенно стран «Большой Восьмерки», однако была выгодной для развития РФ на мировой арене и повышения мировой значимости страны. Геополитические стратегии, при этом, являлись основой формирования концепций внешнеполитического развития.

Современные геополитические условия для РФ сформировались исходя из процессов, связанных с распадом Советского Союза, положившим конец жесткому разделению мира на два противоположных лагеря.

Логика отношений внутри  нового мирового порядка существенно отличается от принципов организации международных систем прошлого. Соединенные Штаты, достигнув основных своих геополитических (политическая «плюрализация» постсоветского пространства) и военно-политических (радикальное сокращение арсеналов ядерных и обычных вооружений) целей в отношении России на время стали утрачивать к ней интерес, однако с повышением стабильности РФ данный интерес вернулся и на современном этапе наблюдается явный процесс соперничества между РФ и США.

На современном этапе РФ остается важной страной (в силу ее ядерных возможностей, географического положения, ресурсного потенциала и в Совете Безопасности и т. д.), но она не может претендовать на центральное место в сфере американских интересов, все более смещающихся в сторону проблем глобального управления и обеспечения процветания, непрерывного экономического роста. Россия, по словам сотрудника Фонда Карнеги Т. Грэхема, должна бороться за внимание США наряду с другими ведущими странами и регионами - Европой, Китаем, Японией, Индией. Подобная позиция на протяжении ряда лет наблюдалась на уровне взаимоотношений в формате G8. На современном этапе наблюдается процесс смещения интересов и позиций, особенно в свете того, что РФ становится «донором» в системе международных гуманитарных процессов и выстраивает экономические связи, которые являются значимыми не только для стран ЕС и Азии, но также и для самих членов G8, которая не ограничивается исключительно интересами США.

Напряженные отношения РФ и США в системе взаимоотношений G8 до самого момента исключений и нее России складывались во многом противоречий относительно участия РФ в целом ряде международных соглашений и на уроне международных организаций. К числу серьезных раздражающих факторов в двусторонних отношениях можно отнести политику Вашингтона в государствах СНГ, в том числе и политику в отношении Грузии, попытки воспрепятствовать и без того слабым интеграционным тенденциям и поддержать состояние «геополитического плюрализма» на территории бывшего СССР вопреки провозглашению Россией «ближнего зарубежья» сферой собственных жизненных интересов; отстранение РФ в принятии принципиальных для Москвы решений в сфере европейской безопасности; расширение НАТО на Восток; резкую критику Вашингтоном некоторых аспектов российской внутренней политики, особенно в связи с ситуацией на Кавказе, и т д. В свою очередь, бессистемность и непродуманность внутренней политики РФ также не способствовали нормализации двусторонних отношений.

В результате возник повод заговорить о вероятности возникновения «новой холодной войны» в отношениях России с США и Грузия в данном процессе оказывается не на стороне России. США в принципе не склонны к выстраиванию с кем-либо (и тем более с Российской Федерацией в ее нынешнем состоянии) действительно равноправных, партнерских отношений даже в формате G8 или G20. Партнерство американским политическим истеблишментом понимается, прежде всего, как взаимодействие ведущего и ведомого. Причем в роли ведущего, очевидно, позиционируют себя Соединенные Штаты. Еще в 2003 г. обозначилась тенденция к все большему проникновению США в страны СНГ и ужесточению курса на ограничение так называемых «неоимперских амбиций» России (в реальности - на ограничение влияния Российской Федерации в странах СНГ), что  стало одной из причин углубления разногласий между Вашингтоном и Москвой. В этот же период времени начинается и активный процесс охлаждения отношений РФ с Грузией.

В целом, основные геополитические силы и геополитические интересы современности сосредоточены на интересах так называемого «Золотого миллиарда», представляющего наиболее развитую часть всей человеческой Цивилизации, призванную доминировать над остальными народами и цивилизациями.

В условиях глубокой трансформации системы международных отношений поиск собственного места в меняющемся мире является проблемой для многих государств. Российская Федерация обладает значительным инерционным потенциалом безопасности (ядерное оружие, конкурентоспособные военные технологии и т.д.), существенным политическим весом (место постоянного члена и право вето Совете безопасности ООН, особая роль на постсоветском пространстве и т.д.), а ее геополитическое положение предоставляет дополнительные возможности для поисков партнеров в мире, что не ограничивает ее форматом международных организаций и ЕС, тем самым определяя противоречия на уровне взаимоотношений с ведущими политическими игроками.

При этом, благоприятным фактором для России является и то обстоятельство, что нестабильный Юг и не столь монолитный, как ранее Запад также сталкиваются с необходимостью решения принципиально новых задач в области выработки внешнеполитической стратегии — вследствие геополитических сдвигов и появления новых глобальных и транснациональных вызовов и угроз.

В начале нового тысячелетия Российская Федерация с трудом, но смогла укрепить свое положение в группе наиболее влиятельных стран мира. Причем во многом за счет курса на прагматичное и избирательное сближение  с Западом, проводившееся президентом В. Путиным. В новой Концепции внешней политики Российской Федерации, принятой в 2000 г.. было констатировано, что Россия заинтересована в формировании стабильной системы международных отношений, основанной на принципах равноправия, взаимного уважения и взаимовыгодного сотрудничества. Эта система призвана обеспечить надежную безопасность каждого члена мирового сообщества в политической, военной, экономической, гуманитарной и иных областях. При этом главным и единственным легитимным центром регулирования международных отношений в XXI веке должна оставаться Организация Объединенных Наций19.

В ряду региональных приоритетов на первой позиции были обозначены интересы России в странах СНГ. В Концепции внешней политики Российской Федерации 2000 г. был зафиксирован феномен «разноскоростной и разноуровневой интеграции в рамках СНГ», было отмечено, что Россия, исходя из этого, будет определять параметры и характер своего взаимодействия с государствами-участниками СНГ не только в рамках Содружества, но и в формате более узких объединений, в первую очередь Таможенного союза и Договора о коллективной безопасности.

Вместе с тем, взаимодействие России со странами Запада и попытки интеграции страны в западное сообщество сталкиваются с целым рядом препятствий и оказываются и отнюдь не простыми и неоднозначными по последствиям. Например, получение возможности вести переговоры с НАТО в рамках нового формата отношений (так называемой двадцатки, Совет – Россия - НАТО), но при этом никак не влиять на ее стратегию, не может в целом удовлетворить даже прозападную часть российской элиты. Расширение Европейского Союза концентрацию ЕС на своих членов и усилении новых членов. При этом, многие члены ЕС из Восточной Европы не слишком  позитивно настроены в отношении Российской Федерации и Грузия, как претендент на членство в ЕС, также поддерживала данную тенденцию. Явно не  проявляют готовности к развитию подлинно равноправных партнерских отношений и Соединенные Штаты, предпочитающие единолично формировать повестку дня международных отношений.

Таким образом, развитие событий наглядно демонстрирует, что Запад не слишком заинтересован в равноправном сотрудничестве и полномасштабной интеграции России в свои структуры и ориентирован на лишение РФ выгодных союзников, которыми, в первую очередь, являются бывшесоюзные страны, являющиеся ближайшими соседями России. Пребывание же в положении полупериферии развитых стран, резервуара различных видов ресурсов (сырья, финансов, дешевой и достаточно квалифицированной рабочей силы и т. д.) чревато угрозой постепенной деградации страны. Это обстоятельство порождает своеобразную националистическую реакцию, как в рамках российской политической элиты, так и на уровне массового сознания, что в свою очередь настораживает Запад и способствует еще большему отчуждению от России.

В сложившихся обстоятельствах России требуется гибкий политический курс, направленный на установление дружественных отношений с максимально возможным количеством партнеров и создание реальных перспектив привлечения их потенциала для решения стоящих перед страной задач. В сфере внешней политики прагматизм, активное использование многосторонних механизмов, позволяющих участвовать и выработке новых правил игры на международной арене, избирательное сотрудничество с США и странами Запада (решительная поддержка Вашингтона по ряду принципиальных вопросов мировой политики при не менее решительном дистанцировании по другим)  становятся привлекательной и в некотором смысле чуть ли не единственной реальной альтернативой бесплодным попыткам добиться подтверждения статуса «великой державы».

Необходимо иметь виду, что определение места и роли России в меняющемся мире не является вопросом, решаемым одномоментно. Оно не может быть закреплено в неких нормативных документах и даже международных соглашениях. Определение новой роли Российской Федерации - это длительный процесс, который потребует мобилизации имеющихся интеллектуальных ресурсов, тщательного соотнесения на протяжении многих лет имеющихся у страны возможностей с направлением и последовательностью действий Москвы на международной арене.

Таким образом, место и роль России в современной геополитической ситуации основана на гибком политическом курсе, ориентированном на установление как можно большего количества дружественных отношений и одним из приоритетных партнеров также является и Грузия, которая, не смотря на все свои устремления, все еще не является членом ЕС.

В данном аспекте необходимо отметить, что ЕС не проявляет особой заинтересованности в отношении Грузии. Однако ряд государство Союза поддерживают Грузию в ее устремлениях к развитию демократии, особенно в направлении сотрудничества по решению проблемы Абхазии и Южной Осетии. Так же еще в 2003 году был назначен специальный представитель ЕС по Южному Кавказу, в задачи которого входил контроль над демократическими реформами и помощь в урегулировании конфликтов. Год спустя, Грузия вместе с двумя своими соседями по Южному Кавказу  Арменией и Азербайджаном была включена в европейскую Политику Добрососедства, предусматривающую усиление политических и экономических связей с ЕС и увеличение помощи.

В целом, за последнее десятилетие происходит постепенное наращивание присутствия ЕС в Грузии. Однако, процесс оказания помощи происходит дистанционно  и ЕС продолжает признавать Кавказ сферой интересов России. События августа 2008 года фактически не повлияли на эту установку, особенно в свете того, что в период военных действий Россия ссылалась на необходимость защиты своих граждан, проживавших в Южной Осетии. В соответствии со Статьей 61 (2) Российской конституции «Российская Федерация гарантирует своим гражданам защиту и покровительство за ее пределами»20. Однако, по завершении конфликта также было признано, что военные действие вне Южной Осетии проводились с существенным нарушением международного права.

События 2008 года не повлияла на устремленность Грузии в НАТО и более того, Грузия окончательно выходит из состава СНГ. Более того, М. Н. Саакашвили под предлогом опасений вторжения России на территорию Грузии просит усилить процесс интеграции Грузии в Альянс.  В Грузии была создана комиссия  НАТО и начинается процесс осуществления ежегодной национальной программы, в Тбилиси был открыт офис НАТО, который дает импульс нарастанию активности процесса.

Касательно процесса интеграции Грузии в ЕС для самой Грузии данный процесс определялся, как жизненно важный для успешности экономического и политического развития. Однако, активность обсуждения данного вопроса постепенно падает и причиной тому является фактическая неготовность Грузии вступить в ЕС. Для Грузии определяется важным отраслевое сотрудничество с Европой, особенно в направлении энергобезопасности, образования и транспорта. Однако, по факту существует ряд ограничений, которые Грузия не имеет возможности устранить также, как и существует ряд препятствий для вступления в НАТО.

В принципе, План действий по подготовке к членству в НАТО (ПДПЧ) предполагает, что государства-претенденты должны продемонстрировать:

- наличие функционирующей демократической политической системы и рыночной экономики; уважительное отношение к лицам, принадлежащим к национальным меньшинствам, в соответствии с нормами ОБСЕ;

- урегулирование всех неразрешенных споров с соседними государствами и приверженность мирному урегулированию споров вообще;

- способность и готовность вносить свой военный вклад в Североатлантический союз и достигать оперативной совместимости с силами других государств-членов НАТО;

- надлежащее функционирование военно-гражданских отношений в соответствии с демократическими нормами21.

Вопрос об урегулировании взаимоотношений с соседними государствами стал весьма актуальным для Грузии особенно в свете того, что конфликтные территории небыли признаны, как отдельные независимые государства со стороны мирового сообщества..

Таким образом, российско-грузинские отношения проявлялись в приоритете с позиции необходимости взаимодействия ради собственного благополучия с акцентированием внимания на желание и необходимость вступлений в международные организации. Заинтересованность Грузии в перспективном включении в состав ЕС, вступления в НАТО и сотрудничество на уровне данных организаций определило приоритеты установления мирных взаимоотношений между двумя странами, проходивших на уровне восстановления уже имевшегося опыта установления дипломатических связей.

На современном этапе Грузия все еще продолжает тенденции к вступлению в НАТО и по оценкам ряда аналитиков шансы у нее достаточно высокие. Как отмечает британский аналитик в отношении Грузии: «Она продемонстрировала свою верность демократии серией мирных смен власти. Ее войска служат в Афганистане бок о бок с партнерами НАТО, и она предприняла серьезные шаги по превращению своей армии из зависимой от призыва (и побежденной в войне с Россией) в профессиональные силы в западном стиле. Кроме того, Тбилиси сумел смягчить свои отношения с Россией и восстановить ограниченный торговый и культурный обмен, свернутый после конфликта 2008 года. Это значительно улучшило региональную ситуацию в смысле безопасности – а ведь еще пару лет назад там наблюдалась перманентная вражда с влиятельным северным соседом. Как подчеркивает случай с Украиной, Грузия и Россия вряд ли когда-нибудь станут действительно ладить – как минимум пока Россия продолжит оккупировать законные грузинские территории, но Тбилиси, кажется, настроен быть выше постоянных провокаций со стороны России»22.

В результате разлад между Россией и мировым сообществом на современном этапе в связи с событиями в Украине фактически сыграл «на руку» Грузии в возможности демонстрации ее прозападных настроений и успехов в отношении интеграции в НАТО. При этом, также и Концепция безопасности во многих своих положениях определяет показателем успеха именно развитие данного направления. В Концепции приоритетными странами для сотрудничества определяются США, Украина и Турция.

«Для Грузии важна поддержка Соединенных Штатов в вопросах деоккупации оккупированных территорий», - отмечается в Концепции. При этом также делается акцент и на развитии экономических отношений с США, ориентированность на их финансовую поддержку как приоритетного партнера.

Помимо этого Грузия определяла Украину, как важного стратегического партнера, особенно в свете того, что украинское правительство неоднократно заявляло о рассмотрении возможности вступления в НАТО. «Грузия и Украина сотрудничают в сферах внешней политики и сфере национальной безопасности не только в двухстороннем формате, но и в таких многосторонних форматах как ООН, ОБСЕ, Совет Европы, ОЧЭС и ГУАМ», - говорится в Концепции. При этом отмечается, что для Грузии важно сотрудничество с Украиной в процессе евроатлантической интеграции23.

Турция также отмечается в качестве ведущего регионального партнера в сфере безопасности и развития торговли. Помимо этого, в качестве значимых стратегических и экономических партнеров также определяются  страны Балтии, Центральной и Юго-Восточной Европы, а также страны Скандинавии в плане обмена опытом и получения поддержки в процессе интеграции в европейские и евроатлантические структуры. 

Отношения с Азией для Грузии являются значимыми в плане развития экономической. Транспортной и энергетической сферы. И в целом, если отметить, то для Грузии определяются в качестве значимых стратегических партнеров все дружественные с США и ЕС страны.

Важными для Грузии международными организациями остаются ООН, ОБСЕ и Совет Европы. При этом, ориентированность на развитие добрососедских отношений с Россией также определяется одним из привлекательных факторов для стран – членов НАТО, заинтересованных в том, чтобы принять Грузию в свой состав.

В частности, М. Сесир отмечает: «В прошлом вклад Грузии в региональную безопасность омрачался ее едкими отношениями с Россией, но постепенное улучшение отношений в очередной раз обнаруживает потенциальную ценность Грузии как регионального стержня. Она уже стремительно интегрируется в фактически трехсторонний блок прозападных Турции и Азербайджана, поддерживая при этом хорошие отношения с соседней Арменией. Недавно Грузия резко улучшила связи с Израилем за счет былой дружбы с Ираном, однако страна остается честным игроком и доступным местом встречи для почти всех своих соседей»24.

Стремление Грузии к вступлению в НАТО также приводит ее е необходимости и подержания политики США в отношении украинского конфликта, однако, при всем этом в данном вопросе Грузия на современном этапе продолжает сохранять фактический нейтралитет.

В результате, возможно отметить, что Россия представляется более сильным игроком на мировой арене, чем Грузия. Однако, на современном этапе Россия является уязвимой в свете развернувшихся геополитических изменений и изменения позиции Запада с конструктивного и взаимовыгодного сотрудничества к противостоянию и внедрению системы санкций. Грузия же в своем устремлении в НАТО и ЕС напротив - поворачивается в сторону конструктивного нейтралитета взаимоотношений с Россией, что приводит к их значительному потеплению в сравнении с предыдущими годами. Однако, при этом, система геополитических интересов и развитие политических взаимосвязей на мировой арене со стороны Грузии во многом ориентирована на приоритеты и стратегии США.

1.2. Российско-грузинские отношения в конце XX начале XXI века в трудах современных исследователей и прессе 

Как возможно отметить из истории взаимоотношений Грузии и России, достаточно долгий период времени и особенно последние десятилетия они являлись крайне противоречивыми и были связаны не только с политическими противоречиями, но также и вооруженными столкновениями на почве национальной нетерпимости и территориальных противоречий между бывшесоюзными республиками.

Резкое ухудшение отношение наблюдается с 2003 года и политические противоречия нарастают, что закономерно в итоге делает их предметом особого интереса исследователей и журналистов.

Исследования, касающиеся вопроса двусторонних политических отношений, ограничены в своем числе и во многом это обусловлено отсутствием не только четкой выраженной позиции, но также и неравностью событий, которые стали наиболее актуальны для специалистов в области международной политики. Однако, все они так или иначе отмечают, что ни с одной из бывшесоюзных республик у России не складывалось столь сложных отношений, как с Грузией. Как отметил Ф.А. Лукьянов они «практически всегда насыщены сильными эмоциями, наполнены неадекватными ожиданиями, за которыми следуют необоснованные разочарования,  изобилует ошибочными оценками, приводящими  к иррациональным действиям или, напротив, бездействию в решающие моменты, когда что-то можно исправить»25.

В данном аспекте необходимым будет отметить, что причиной изменения тенденций к развитию двусторонних отношений стала «революция роз», произошедшая в 2003 году. Именно настроение лидеров оппозиции существующей власти привели к ориентированию развития Грузии на позиции демократического Запада и принятие проамериканских настроений, как основы реформирования государственной политической и экономической системы. Позиция России по данному вопросу была определена однозначно – в Грузии возник бунт, который привел к свержению  действующего правительства и установлению нелегитимной власти.

Избранный в 2004 году президентом М.Н. Саакашвили окончательно ориентируется на развитие отношений с Западом и сближение с Евроатлантическими структурами. Приоритетом Грузии становится интеграция в Европейский Союз и НАТО. Также М.Н. Саакашвили договаривается о значительном увеличении иностранной помощи, достаточно быстрыми темпами наблюдается переход от военного сотрудничества с Россией к сотрудничеству с США, а также отход от приоритетов развития отношений в рамках СНГ в пользу ЕС. Грузия объявляет себя кандидатом на вступление в ЕС и М. Н. Саакашвили планирует завершить данный процесс не позднее 2009 года.

Помимо этого М.Н. Саакашвили берет курс на восстановление территориальной целостности страны и стратегическим приоритетом становятся Абхазия и Южная Осетия, которые объявили о своей независимости еще при распаде СССР, однако не были признаны Грузией, как самостоятельные республики  и сохранение мира на данных спорных территориях, в большей степени, происходило за счет миротворческих контингентов РФ. Однако, не смотря на все планы и существующую поддержку со стороны США, заменивших РФ в консультировании военных специалистов Грузии вооруженный конфликт происходит только в 2008 году и именно он в большей мере становится предметом интереса специалистов и журналистов, которые окрестили его «пятидневной войной».

Напряжение преимущественно выразилось в борьбу за судьбу двух этнических регионов, Абхазии и Южной Осетии, которые отделились от Грузии в 90-хх годах и которые с тех пор получают поддержку России. Но то, что годами было региональным конфликтом, вызвало опасения у всего мира во время войны в 2008 году, когда Москва односторонне приняла независимость двух регионов, завершая свою быстротечную победу над грузинской армией, которая была подготовлена американскими специалистами26

Со стороны отечественных и иностранных исследователей существуют различные оценки развития двусторонних отношений, в том числе в период и после конфликта. Однако, Однозначной оценки не существует даже на современном этапе и, в частности, Н.Ю. Силаев и А.А. Сушенцов  отмечают: «Трезвый и по-настоящему объективный анализ  событий 2008 года, когда детонировали все накопившиеся проблемы, — удел будущих поколений историков, способных дистанцироваться от страстей, которыми охвачены непосредственные очевидцы и  участники. Задача ученых и политиков сегодня  если и не перевернуть трагическую страницу полностью (раны, нанесенные войнами, так быстро не  затягиваются), то пофантазировать, что в фолианте, который называется российско-грузинские отношения, может быть написано дальше»27.

И во многом интерес к системе двусторонних взаимоотношений Грузии и России в последние годы подстегнул не только факт нашумевшей на весь мир «пятидневной войны», но также и происходящих политических перемен в Грузии  и наметившихся тенденций к сближению ее с Россией. Период середины 2000 – начала 2010 годов российскими специалистами в системе российско-грузинских взаимоотношений именуется «сумрачным». Это было связано с постоянно ухудшающимися отношениями и фактическим отсутствием перспектив к изменению ситуации. Наиболее остро определялся не только вопрос суверенитета, но и существующие геополитические тенденции и стратегии. А также вопрос о международной безопасности и развитии терроризма в свете того, что Грузия – это государство Кавказского региона. Немаловажной в рассмотрении также определилась и проблема межнациональных конфликтов и территориальных претензий со стороны Грузии и противоречия в данной области с Россией, которая в не меньшей степени была заинтересована в сохранении влияния на Абхазию и Северную Осетию, которые грузинскими властями определялись, как незаконно отсоединившиеся территории.

В противовес российским теоретикам со стороны иностранных ведущей проблемой российско-грузинских отношений определилась проблема терроризма. В частности, Л. Кахишвили отмечает: «Возможности сотрудничества Грузии и России на Северном Кавказе часто остаются вне внимания политиков и аналитиков, несмотря на то, что этот регион Российской Федерации является одним из факторов, определяющих стабильность на Южном Кавказе»28.

Сотрудничество Москвы и Тбилиси, по оценке грузинских специалистов, оставалось одним из наиболее серьезных недостатков двусторонних взаимоотношений, не смотря на то, что потребность в таковом была выражена достаточно остро. Как отмечает Л. Кахишвилии «во время второй чеченской войны в конце 90-ых – начале 2000-х годов внутренний конфликт в России переместился на территорию Грузии и Панкисское ущелье стало убежищем для чеченских повстанцев. Это, в свою очередь, имело серьезное воздействие на российско-грузинские отношения и ситуация еще более осложнилась. И, наконец, после войны августа 2008 года разработанная в Тбилиси стратегия по отношениям с Северным Кавказом настолько обострила существующее напряжение в отношениях между двумя странами, что российские эксперты заговорили о вероятности потери Северного Кавказа. Несмотря на то, что перечисленные проблемы все еще достаточно остро стоят на повестке дня как в России, так и в Грузии, сотрудничество между двумя странами в сфере этих общих интересов не состоялось»29.

Фактическое отсутствие сотрудничества между Россией и Грузией также отмечалось в качестве недостатка и со стороны российских исследователей отмечавших, что ее фактически полностью вытесняют вопросы суверенитета и развитие двусторонних экономических отношений и культурных взаимосвязей. Этническая составляющая также играла немаловажную роль в связи с тем, что грузинская диаспора в России не просто многочисленна, но и имеет тесные семейные связи с родственниками, проживающими непосредственно на территории Грузии. Это определяет неактуальным полное разрушение системы двусторонних отношений, которая существовала в рамках СНГ и во многом сохраняется после выхода Грузии из союза. К примеру, наличие безвизового режима для граждан.  

Российскими специалистами также отмечается, что во многом специфика двусторонних отношений между Россией и Грузией является результатом обострения политических отношений в мире. Страны Запада, особенно США, в своем стремлении расширить влияние, изменяют международную атмосферу и происходит смещение идеологических ориентиров, что в свою очередь ведет и к нарушению существующего мирового баланса. Как Россия, так и Грузия пытается выстроить наиболее успешную политику в системе существующих взаимоотношений. Однако, это предполагает необходимость поиска наиболее оптимального выбора и возможно разрушение существующих связей ради выстраивания новых.

Отсутствие подробных и объемных исследований касательно современного этапа российско-грузинских отношений во многом компенсируется активностью работы прессы в данном направлении. При этом далеко не только российская и грузинская пресса проявляет интерес к тенденциями развития двусторонних отношений. Они являются предметом интереса также и западной прессы, которая продемонстрировала свою особую активность в период грузино-абхазского конфликта.

Противоречивость тенденций освещения двусторонних отношений России и Грузии наблюдается с момента обращения последней к активному сотрудничеству с Западом, когда наиболее актуальным для российской прессы становится нежелание Грузии вести переговоры относительно размещения российских военных баз на смежных и дружественных России территориях, а также нежелание грузинских властей принимать российские протесты касательно вхождения в НАТО. В российской периодике  Грузия представляется, как предатель, который сначала использует «Договор о коллективной безопасности» дабы установить мир в Абхазии и Южной Осетии, а затем обвиняет не так давно дружественные российские власти в предвзятости. Для России же проблема заключается в том, что подобное соседство с Альянсом не желательно, особенно в свете отсутствия со стороны грузинских властей помощи в препятствовании распространения терроризма на Кавказе.

Со стороны же грузинской прессы представляется более актуальная для интересов страны позиция, которая определяет необходимость сближения с альянсов в связи с верой в его всесилие. Ослабленная Россия была не в состоянии решить даже собственные проблемы в плане сохранения устойчивости и спокойствия на своих территориях и особенно в направлении борьбы с терроризмом. В Грузии же реальная ситуация складывалась таким образом, что Тбилиси была подконтрольна далеко не вся территория страны, президент фактически не имел власти над Панкисским и Кодорским ущельями, которые стали местом дислокации террористов. Решить данную проблему грузинские власти во многом рассчитывали за счет сил НАТО.

В результате подобные противоречия и категоричность российской прессы в оценках существующей ситуации приводят к обвинению грузинских властей в сделках с чеченскими террористами и боевиками и пр. При этом журналисты, ссылаясь на ненадежные источники вроде представителей боевиков, делали скоропалительные и чрезмерно категоричные выводы, при этом формируя у российского и грузинского населения соответствующие стереотипы.

В данном аспекте необходимо отметить, что СМИ в целом достаточно серьезно влияют на процесс развития двусторонних отношений, представляя его с выгодной позиции, что явно прослеживается и в периоде президентства М. Н. Саакашвили, особенно периода «пятидневной войны» и последовавшей за этим эскалации конфликта не только между двумя странами, но и в мировом сообществе.

Процесс освещения российскими, грузинскими и международными СМИ данных событий оценивался, как информационная война, что характеризовалось как ведущая позиция и в освещении последующих взаимоотношений РФ и Грузии. В оценке событий информационной войны в последующие годы выстроилась более-менее однозначная позиция, в том числе и обозначенная в отчете международной независимой комиссии30.

В отражении же российских СМИ ситуация 2008 года представлялась, как агрессия со стороны Грузии на которую отреагировали  российские войска, защищая мирное население. Серьезное внимание также уделяется аспектам пропаганды западных СМИ и реакции мирового сообщества на происходящие события. Во многом именно реакция Запада становится предметом пристального внимания не только российских СМИ, но также в научной сфере. В частности, внимании данному вопросу уделяет доктор социологических наук Г.И. Козырев, который отмечает, что в западной политике подконтрольные правительству СМИ представляют Грузию не как агрессора, а как жертву российского вмешательства. Однако события конфликта являются только частью сложного процесса международных отношений, в которых СМША и их союзникам было выгодно выставить Россию в негативном свете. «Целенаправленное конструирование из Грузии «жертвы-страны», пишет автор, по сути, началось с приходом к власти президента М. Н. Саакашвили. Периодически инициируемые грузинской стороной провокации в отношении российских миротворцев интерпретировались западными СМИ как посягательство «большой и кровожадной» России на «маленькую, но гордую, демократическую» Грузию. То есть, шла подготовка мирового общественного мнения к тому, что Россия является потенциальным агрессором, а Грузия - «жертвой»31.

При этом, как отмечают исследователи специфики проведения информационной войны в период развития конфликта, процесс полготовки к информационной войне начинается заранее и к моменту вторжения Грузии в Северную Осетию западные СМИ уже были готовы к тому, чтобы провести масштабную PR - кампанию в защиту Грузии и действий М.Н. Саакашвили. В частности, Т.А. Михайленко отмечает, что согласно данным газеты «The Washington Post» еще  в апреле 2008 года Грузией был подписан контракт, оцениваемый в $200 тыс., с американской консалтинговой фирмой «Orion Strategies», принадлежащей Ренди Шенемани (на тот момент он был советником по внешней политике кандидата в президенты США Джона Маккейна)32.

Согласно данным газеты «The Times», Грузинским правительством также был подписан контракт с бельгийским PR-агентством. В период конфликта пиарщиками рассылались в западные СМИ десятки сообщений, которые якобы содержали информацию прямо из зоны военных действий. В ряде сообщений присутствовали явные преувеличения катастрофичности ситуации и искажение фактов. В частности, представлялась информации  об интенсивных бомбардировках Тбилиси российской авиацией или о захвате российскими войсками грузинского города Гори. И многие СМИ публиковали подобные сообщения без проверки действительности фактов. Как писала газета The Times, «если бы грузинская армия была бы столь агрессивной, как пиар-кампания властей страны, то исход войны в Южной Осетии мог бы быть совсем иным»33.

В оценке российских политологов сложившаяся в тот период времени ситуация свидетельствовала об уверенности Грузии в том, что вторжение пройдет успешно так, как имеется поддержка заинтересованных сторон на Западе. В частности, доктор политологических наук И.Н. Панарин отметил, что согласованность и синхронность выступления американских и европейских СМИ во время конфликта свидетельствует о том, что план информационного прикрытия кампании в Грузии разрабатывался не менее года, а информационная агрессия направлялась руководством США34.

При этом, также необходимо отметить, что возможность видеть реальную ситуацию непосредственно в Цхинвали существовала только для российских СМИ так, как западные СМИ не допускались на его территорию и не вели репортажи непосредственно из Цхинвали. Прозападные СМИ базировались в Тбилиси и представляли сообщения о разрушениях грузинских городов Гори и Поти, которые якобы подверглись точечным ударом с воздуха российской авиацией. Более-менее реальная картина происходящего в западных СМИ начинает демонстрироваться только с получением ими доступа в Цхинвал. С этого же момента начинаю всплывать многочисленные факты фальсификации, в которых разрушения в Южной Осетии представлялись, как разрушения в Грузии.

В частности, 27 августа профессор Барселонского университета Франсиско Вейга заявил, что в испанской прессе были опубликованы многочисленные смонтированные фотографии грузин-жертв конфликта. По его словам, «одновременно на страницы испанских СМИ не попала ни одна фотография жертв среди населения столицы Южной Осетии Цхинвали, вызванных варварскими бомбардировками грузинской армии»35.

Всплывают также и многочисленные подлоги канала CNN, который демонстрируя кадры разрушений осетинского Цхинвала, заявлял, что это грузинский город Гори. Один из журналистов сказал по поводу освещения событий западными СМИ: «война Грузии в Южной Осетии нанесла катастрофический удар по их репутации. Впервые они замалчивали события в военном конфликте, а порой, как показал пример с CNN, занимались и фальсификацией»36.

Достаточно быстро вскрывшиеся фальсификации и полученные в результате расследований факты позволяют говорить журналистам не просто о нападении Грузии на Южную Осетию, но также и о факте развернувшегося геноцида против жителей пострадавшей страны, что привлекает внимание международных организаций по правам человека, в том числе и ООН. Кардинальным образом изменяется и мнение западных СМИ, которые начинают представлять возникший конфликт, как результат не просто агрессии Грузии, а личных амбиций М. Н. Саакашвили.

В частности, 31 октября 2008 года журналист Сьюмас Милн в британской газете «Гардиан» писал: В самом начале августовского конфликта сообщения западных СМИ были довольно беспристрастны, однако они быстро переключились на режим вещания в духе полномасштабной «холодной войны», когда Россия изменила ситуацию в свою пользу и начала обвинять полностью зависящий от США грузинский режим и осуждать процесс расширения НАТО в этом регионе. Первоначальные убедительные свидетельства того, кто начал войну, а также доказательства зверств грузинской армии в Цхинвали быстро похоронили и начали даже опровергать, запустив из Тбилиси высокоэффективную PR-кампанию. Уже через неделю бывший специальный советник министерства иностранных дел Дэвид Кларк (David Clark), например, обвинил меня на страницах газеты в «важном искажении фактов», поскольку я написал, что грузинские войска уничтожили в Цхинвали «несколько сотен мирных жителей». В своих заявлениях я основывался на целом ряде сообщений, в том числе, на информации Observer. Кларк утверждал, что «независимого подтверждения такой информации не существует». Однако, как сообщила на этой неделе Би-Би-Си, правозащитная организация Human Rights Watch в настоящее время считает, что даже начальная цифра убитых в Цхинвали мирных жителей составляет примерно 300-400 человек. Несмотря на это, основные средства массовой информации, за исключением опубликовавшей небольшую статью Independent, просто игнорируют новые важные свидетельства Хьюэлла о том, что же в действительности произошло в ходе конфликта, который может иметь далеко идущие стратегические последствия»37.

И в целом С. Милн не ошибся так, как события 2008 года привели к резкому ухудшению и без того шатких взаимоотношений между Россией и Грузией. Шестилетний период после событий 2008 года был ориентирован на поиск оптимального для обеих сторон выхода из сложившейся ситуации. Препятствий к примирению сторон согласно оценке политологов существовало достаточно много. Согласно мнению Н.Ю. Силаева и А.А. Сушенцева для России отсутствие активности в отношении налаживания двусторонних отношений было связано с экономией ресурсов так, как данный процесс требовал очень немалых усилий. Было необходимо осуществлять поиск новых дипломатических формулировок, каналов взаимодействия, договоренностей и пр. Правительство же Грузии использовало контакты с Москвой только в качестве инструмента развития взаимоотношений с США и ЕС. Пресса двух стран продолжала обмениваться враждебной риторикой и взаимными обвинениями и в двухлетний период после конфликта вовсе наблюдались тенденции к исключению доступа конфликтующих сторон к национальным СМИ. Грузией даже блокировался доступ российским СМИ в сети интернет и в принципе ресурсы Рунета.

Через два года после грузино-южноосетинского конфликта происходит потепление в отношениях и во многом запреты на выступления представителей конфликтных стороны в национальных СМИ друг друга снимаются. Однако, на политическом уровне в России к Грузии относились настороженно и в первую очередь исходя из сохранения за М.Н. Саакашвили президентского поста. Для российских политиков представлялось маловероятным, что с президентом Грузии возможен конструктивный диалог, особенно в свете того, что у Грузии возникает целый ряд внутренних проблем, в частности протестные движения против режима М.Н. Саакашвили со стороны оппозиции.

Отсутствие доверия к М. Н. Саакашвили во многом формировалось из противоречивости его заявлений и действий. В частности, в свете необходимости поддержания конструктивных отношений с ЕС президент Грузии делает ряд заявлений, в которых с трибуны Европарламента ориентируется на конструктивный диалог с Россией и обещает не применять силу против Абхазии и Южной Осетии. Однако после этого он же обвиняет Россию в агрессии и стремлении поглотить Грузию, а стратегия расширения контактов с жителями Абхазии и Южной Осетии содержала в себе ограничение деятельности неправительственных организаций данных республик. Достаточно холодно к Грузии относится и в России, не желая лишний раз обращаться к событиям августа 2008 года. Однако, РФ по прежнему демонстрировала сопротивление ориентированности Грузии на вступление в НАТО.

По оценкам политологов потепления отношений России с Грузией начинаются с момента парламентских выборов 2012 года когда к власти приходит оппозиционная М.Н. Саакашвили коалиция «Грузинская мечта». Ее лидер Б. Г. Иванишвили начинает формировать новое правительство и именно ему пророчили пост президента на предстоящих выборах главы государства.

Как отметили в своем исследовании Н.Ю. Силаев и А.А. Сушенцев: «Приход к власти коалиции «Грузинская мечта» создает новую ситуацию, как во внутренней политике Грузии, так и в российско-грузинских отношениях. Учитывая высокую значимость темы отношений с Россией в грузинской публичной политике накануне и во время выборов, две эти сферы тесно взаимосвязаны»38.

Переориентация нового правительства на конструктивный диалог с Россией ставит двусторонние отношения на новый этап и происходит процесс постепенного наращивания взаимовыгодного сотрудничества, которому современные политологи дают положительные оценки и перспективы. Ситуация улучшается и с избранием на пост президента вместо М.Н. Саакашвили Г. Т. Маргвелашвили, который являлся кандидатом от «Грузинской мечты». По оценке СМИ победа Г. Т. Маргвелашвили дает основания говорить об оттепели в отношениях между Россией и Грузией, однако значительных перемен ждать не стоит.

Неоднозначными видятся перспективы и для политологов. В частности, тбилисский политолог Сосо Цискаришвили отмечает, что новая конституция 2014 года определяет Грузию, как парламентскую республику и президент не будет иметь значительной власти. Ни один подписанный им документ не будет иметь силы без визы премьер – министра. В связи с этим личные приоритеты президента в отношении развития связей с Россией являются несущественными.

Значительным препятствием к развитию успешных двусторонних отношений также определяется проблема Абхазии и Южной Осетии. В интервью телеканалу Russia Today, приуроченному к годовщине событий 2008 года, российский премьер Дмитрий Медведев назвал непременным условием восстановления дипотношений признание Грузией независимости отделившихся республик. «Результат выборов не проясняет позицию Грузии по основным направлениям, то есть по территориальной целостности», -  также заявляет председатель комитета по международным делам Совета Федерации М.В. Маргелов39.

При этом сам президент Грузии высказывается неоднозначно в отношении развития двусторонних отношений, определяя для себя только приоритеты сохранения независимости Грузии и стабильность ее развития и положения на мировой арене.

Вице-президент Центра политических технологий и эксперт по проблемам постсоветского пространства С.М. Михеев касательно существующих возможностей и тенденций заявил Русской службе Би-би-си: «Разница в нюансах: Г.Т. Маргвелашвили шел на выборы под лозунгом евроинтеграции, но одновременно среди его официальных тезисов была нормализация отношений с Россией, а в риторике Д.Ш. Бакрадзе эта линия отсутствовала. Будет подтвержден курс на умеренное потепление, который, очевидно, находит некий отклик у избирателей, но радикального изменения грузинской позиции не случится»40.

При этом тбилисский политолог Сосо Цискаришвили полагает, что мяч находится на российской стороне: «Независимо от того, кто будет президентом или премьер-министром Грузии, главное, что мешает восстановлению добрососедства, это ситуация на оккупированных территориях. То, что россияне снова смакуют грузинские вина и фрукты, нельзя считать прорывом в отношениях. Сближение двух государств - подчеркиваю, государств, потому что народы России и Грузии не имеют зла друг на друга - станет возможным, когда сотворители войны уйдут с политической арены. Грузия уже добилась этого, очередь за Россией»41.

Таким образом, существующие оценки развития двусторонних отношений России и Грузии на современном этапе меняются от позиции полной неопределенности к позиции наблюдения положительных тенденций. Процесс изменения в оценках СМИ и исследователей во многом связан с новым сформировавшимся в Грузии правительством и нацеленности грузинских властей на конструктивный диалог.

1.3. Становление российско-грузинских взаимосвязей в русле национальной политики 

Российско-грузинские отношения во многом развиваются не только исходя из приоритетов территориальных, экономических и политических аспектов, но также и исходя из специфики межнациональных отношений. Россия является многонациональным государством и численность проживающих в РФ грузин, в том числе и имеющих российское гражданство, достаточно высока для того, чтобы этот фактор учитывался в системе двусторонних отношений.

Россия является местом притока мигрантов, в приоритете из стран ближнего зарубежья, что обусловливает включение их в социум, ассимиляцию, но и одновременно сохранение семейных и этнокультурных связей. При этом этнических русских, проживающих в Грузии не в пример меньше, что обусловливает меньшую заинтересованность в учете данного фактора в построении системы национальной безопасности.

Процесс переселения этнических грузин из Грузии достаточно активно происходил в период после распада СССР, когда Грузия находилась в глубоком экономическом кризисе, что обусловливало рост безработицы, проблемы социального обслуживания, поддержания необходимого уровня благосостояния  населения. Помимо этого причиной также являлось стремление грузин к воссоединению с семьей так, как переселившиеся родственники могут иметь проблемы с поддержанием родственных связей. Значимой составляющей также оставалась проблема напряженной политической ситуации на Кавказе, что обусловливало поиск более спокойного места проживания.

У грузин в России особое положение. Этому способствует геополитика, история, культура и особенно большая роль грузин в становлении российского государства. Фактически Грузия длительный период времени в российской истории не только являлась дружественным государством и нацией, но и активно поддерживала российскую экономику, богатые грузины занимались благотворительностью и в целом придерживались православия, что определяло их культуру, как близкую России.  

По сути, на современно этапе грузинская диаспора в Москве и по всей России не определена в некий обособленный контингент. Ранее грузины и россияне жили в одной стране, и грузины в любом уголке СССР не воспринимались как инонациональная диаспора. Тогда для грузин понятие диаспора ассоциировалось с США, Францией, Аргентиной и другими зарубежными странами. С распадом Советского Союза началась новая история Грузии, которая, вплоть до начала XXI в., находилась в стадии становления и национальный вопрос являлся значимым в большей мере с сопредельными Грузии территориями Кавказа, чем непосредственно с Россией. Национальный вопрос был актуальным в отношении армян, осетин, абхазов тогда, как Россия оставалась в большей степени в стороне и представители грузинского народа по-прежнему не воспринимались на территории России, как чуждые особенно в свете того, что многие грузинские семьи проживали в ней уже на протяжении второго, а то и третьего поколения.

На современном этапе национальный вопрос, как основа развития двусторонних отношений в большей мере имеет значение для Грузии. Общая численность населения Грузии на современном этапе ее развития (без учета не признанных в своей самостоятельности Южной Осетии и Абхазии) составляет 4 483,8 тысяч человек. При этом 85% населения – это титульная нация, то есть грузины. Русские составляют всего 1,5%, чуть больше 12% в совокупности – азербайджанцы и армяне. Также в Грузии проживает незначительное количество представителей других наций, в том числе украинцев, греков, осетин и пр. Однако, присутствие на территории Грузии иных народностей не ведет к развитию внутренней конфликтности и представители различных национальностей относительно мирно сосуществуют друг с другом.

Происходившие на территории Грузии конфликты невозможно определить, как исключительно национальные. Они развивались между представителями разных наций, однако, по факту, первопричиной их возникновения становился территориальный фактор, то есть стремление Грузии к сохранению своей территориальной целостности. Противостоящими нациями в наиболее выраженной конфликтной форме в разные периоды времени становились абхазцы и осетины.

Также необходимо отметить, что в конфликтах, которые приобретали вооруженный характер, достаточно проблематичным представляется определить в качестве составляющей национальную нетерпимость. Национальная нетерпимость характеризуется, как отрицательное отношение к представителям других наций. Ее острой формой представляется экстремизм, который характеризуется приверженностью к крайним взглядам и мерам, ориентированным на подавление одной социальной группы другой, в том числе исходя и из национальной нетерпимости. Экстремизм отрицает возможность решения проблем мирным путем, то есть при помощи переговоров, взаимных уступок, также как и отрицает принципы толерантности, ориентируясь на силовые методы. В национальной нетерпимости проявления экстремизма характеризуются призывами ограничения прав по национальному признаку, притеснения, физическое истребление.  

Причин возникновения национальной нетерпимости и экстремистских взглядов в современном обществе множество и в основном они связываются с понимание и спецификой взаимоотношений социальных групп исходя из самого понятия этничности и национальности.

Показательным примером прикрытия политических интересов национальными стал грузино-осетинский конфликт.

Конфликтные отношения между двумя народностями возникают еще в период СССР. Основной причиной возникновения конфликтных отношений стало стремление за преобладание и контроль над территорией. В результате с падением СССР конфликт вылился в военные действия и фактически был подавлен искусственно Россией.

Однако, национальные противоречия не исчезли. Тем не менее, фактической причиной начала военных действия в 2008 году послужили не они, а стремление властей Грузии установить контроль над территорией Южной Осетии, которая, по мнению Грузии, принадлежала ей по праву а осетины считались восставшими отщепенцами. Серьезным фактором становятся личные амбиции президента Грузии М.Н. Саакашвили и его стремление получить поддержку у США, решив проблему радикальным путем. Национальная составляющая стала фактическим прикрытием конфликта. При этом также нужно отметить, что грузино-абхазский и грузино-осетинский конфликты изначально развивались как политико-правовые (статусные) споры.

Не смотря на явно политические причины факты уничтожения значительного числа осетин позволили прессе заявлять о геноциде. Тенденция также поддерживалась и обращением к истории грузино-осетинских конфликтов, в период которых, в частности в дореволюционный период наблюдались устремления к полному уничтожению осетин и заселению освобожденной территории грузинами, которые не имели склонности к организации частых восстаний с целью обретения самостоятельности и независимости.

Устремленность к самостоятельности и независимости Абхазии и Южной Осетии вызывает протест со стороны Грузии. В результате территориальный аспект переносится на национальный так, как желающие самостоятельности территории населены в большей степени титульной нацией. Серьезными также являются опасения того, что территории в противовес Грузии могут быть присоединены к России, за чем последует и потеря независимости самой Грузией. Однако, в данном аспекте в стратегиях безопасности России и Грузии наблюдаются явные расхождения.

«Стратегия национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года»42 провозгласила, что при обеспечении национальной безопасности в сфере общественной безопасности следует исходить из целесообразности «совершенствования правоохранительных мер по выявлению, предупреждению, пресечению и раскрытию актов терроризма, экстремизма». Так же, представляется возможным отметить, что современная системы правовой защиты, в том числе на уровне РФ в плане предотвращения развития экстремизма и национальной нетерпимости достаточно обширна, однако, в своем большинстве законодательные нормы созданы в последнее десятилетие, что обусловливает фактические отсутствие обширного опыта работы правоохранительных органов по данному вопросу. При этом, если в случае экстремизма правоохранительная система проявляет активность, то национальная нетерпимость и связанные с ее проявлением ситуации взаимоотношений в социальных слоях во многом остаются вне поля зрения правоохранительных структур и фактически регулируются только на уровне этико-культурных взаимоотношений самого общества. Отсутствует также на уровне законодательства и четко налаженная концепция профилактических мер в молодежной среде. Однако, не смотря на это, в российской практике отсутствует устремленность на расширение своих территорий за счет присоединения бывшесоюзных республик, каковой является Грузия.

Однако, отсутствие проявления со стороны России явных тенденций к нарушению суверенитета Грузии не устраняло проблемы восприятия РФ в качестве враждебного государства достаточно длительный период. В частности, даже на момент 2012 года, когда прошло уже фактически 4 года с момента событий грузино-южноосетинского конфликта, значительная часть грузинского населения определяла Россию, как опасного соседа.

Согласно результатам исследования общественных настроений в Грузии,  проведенного Национальным демократическим институтом США (NDI), 87% респондентов недовольны нынешними отношениями Грузии и России. Лишь 5% участвовавших в опросе – 6 тысяч 299 человек – считают  эти отношения приемлемыми. 44% опрошенных заявили, что Россия представляет реальную угрозу для Грузии, хотя 29% согласны с тем, что Россия хоть и является угрозой для Грузии, но эта угроза преувеличена. В то же время 12% опрошенных полагают, что Россия не представляет угрозы для Грузии, а 13% не смогли дать ответ. Опрос проводился по всей Грузии Кавказским центром исследовательских ресурсов по заказу NDI при финансировании Агентства развития Швеции43.

Концепция национальной безопасности Грузии на современном этапе также определяет тенденции решения национальных вопросов и профилактики развития вооруженных конфликтов. В частности, в документе отмечается: «Несмотря на существующие разногласия, у трех стран Южного Кавказа имеется потенциал сотрудничества в таких вопросах, как совместные усилия против международного терроризма, организованной преступности и наркотрафика, а также в разработке совместных мероприятий для улучшения экологической ситуации в регионе»44.

Таким образом, возможно отметить, что существующие стратегии развития двусторонних отношений в русле национальной политики ориентированы на сохранение со стороны Грузии интересов грузинской нации, сохранения территориальной целостности и независимости. Для России является важным аспектом учет не только политических, но и межнациональных связей двух стран и сохранение тенденций к взаимовыгодному сотрудничеству и конструктивному диалогу в урегулировании конфликтов.


ГЛАВА II. ПРИОРИТЕТНЫЕ АСПЕКТЫ ВЗАИМООТНОШЕНИЙ РОССИИ И ГРУЗИИ НА СОВРЕМЕННОМ ЭТАПЕ 

2.1. Территориальные аспекты российско-грузинских взаимоотношений 

Территориальные аспекты российско-грузинских отношений выстраиваются исходя из необходимости окончательного решения групп проблем, связанных с советским наследием существования единого экономического и политического пространства. Ориентированность Грузии на Запад, в том числе и ЕС, предполагает для страны пересмотр собственной стратегии безопасности и приоритетов  внешней политики, включая и принятие моделей стран, в сотрудничестве с которыми она заинтересована. Однако, для России приоритеты Грузии являются не только не выгодными, но также во многом и опасными. И на первом месте, как это уже было сказано, стоит ориентированность Грузии на вступление в НАТО что фактически приводит к размещению натовских войск непосредственно на границах России, что противоречит уже российской стратегии безопасности.  

На современном этапе Россия является значительной помехой для развития и преобладания на мировой арене ряда государств, одним из которых является США. Экономический рост Китая, частичное восстановление экономики России и наличие в ее регионах значительной части природных ресурсов, в том числе природных нефти и газа, обусловили для России достаточно прочное геополитическое положение. Однако, это стимулировало и стремление стран Евразийской оси к устранению России, как геополитической угрозы. Одной из успешных форм в данном направлении было признанно устремление к установлению экономической зависимости РФ.

При этом, приоритеты в геополитической конфигурации России определяются расстановкой геополитических центров силы и их группировке по геополитическим союзам, уровню развития экономики, духовному и культурному потенциалу. На современном этапе Россия заинтересована в многополюсном геополитическом мире, когда каждая из цивилизаций представлена достаточно самостоятельным и могущественным центром геополитической силы.

В целом, приоритетными направлениями геополитического развития России является сохранение ее, как Евразийского геополитического центра, формировании группы геополитических союзников, которые успешно смогут противостоять геополитическим противникам, а так же стремление к реализации самостоятельной политики на международной арене. Как объект геополитики Россия рассматривается исходя из специфики своего географического положения, которое обусловлено обширной территорией, многонациональным населением, богатыми природными ресурсами, разнообразным климатом и пр. Исходя из географического положения Россия не ограничивается форматом G20 и ЕС выстраивает взаимоотношения с целым рядом соседних государств, различных по экономическому и культурному развитию. При всем этом, политическое положение России на мировой арене обусловливает наличие в ее сторону не только группы поддержки, но так же и группы противодействия, особенно со стороны стран, занимающих ведущие позиции и не желающих их терять в пользу более успешного партнера по международным отношениям.

Современная Россия заинтересована в создании мира, базирующегося на следующих основных принципах45:

1. Единства духовной основы, существо которого состоит в том, что в основе строительства всех отношений между цивилизациями и государствами лежит принцип приоритета интересов развития сообщества в целом, а не отдельных стран; когда учитываются интересы всех стран и народов без ущемления прав и возможностей развития каких-либо из них ради выгоды других, а также сохранение безопасности среды обитания.

2. Неограниченности цивилизационного развития, существо которого состоит в том, что каждая цивилизация и государство не ограничивается в направленности своего совершенствования путем «привязки» к какой-либо функции в рамках мирового разделения труда.

3. Согласованности цивилизационного развития, существо которого состоит в том, что развитие каждой из цивилизаций осуществляется так, чтобы обеспечить всестороннее развитие всего сообщества в целом. Реализация этого принципа позволит избежать неравномерности развития различных цивилизаций, обеспечит гармоничное развитие всех сфер деятельности всего сообщества и каждой из цивилизаций в нем.

4. Цивилизационной взаимоподдержки, сущность которого состоит в том, что основой межцивилизационных отношений вместо конкуренции становится взаимоподдержка и взаимопомощь.

5. Цивилизационного равноправия, существо которого состоит в том, что межцивилизационная взаимоподдержка должна строиться на основе равноправного и равноценного обмена материальными и духовными ценностями, при котором исключается эксплуатация одних стран и цивилизаций другими.

6. Взаимной безопасности цивилизационного развития, существо которого состоит в том, что в своем развитии различные цивилизации и государства не допускают ущемления возможностей развития других цивилизаций (стран) сообщества и исключают создание им каких-либо угроз.

В выстраивании многополярного мира и преодоления геополитической изоляции Россия заинтересована в сосредоточении усилий на узких направлениях, которые обеспечат ей полноценный доступ к мировым коммуникациям.

Данные приоритеты обусловливают ее активное включение в международные гуманитарные процессы и стремлению соблюдения прав человека не только на собственной территории, но и содействия данным приоритетах в других странах, в том числе тех, по отношению к которым РФ является «донором».

В реализации своих интересов Россия обращает внимание на партнеров, в значительной мере отстающих от развитых стран Запада, однако, весьма перспективных в области экономического роста. К таким странам относятся страны Южной Америки, Ближнего Востока, Азиатско-Тихоокеанского региона. Выстраивание отношений со странами в данных направлениях позволит успешно сорвать планы США по выстраиванию однополярного мира.

Наиболее приоритетными для России на современном этапе развития являются восточное и южное направления. В восточном направлении Россия опирается на дружественные отношения с Ираном, на южном – с Индией. Восточное направление - Китай - имеет наивысшие возможности сотрудничества в связи со значительным экономическим ростом Китая. В этом же направлении рассматривается сотрудничество с Японией, так же рассматривающееся как одно из приоритетных на современном этапе развития международных отношений.

Россия так же рассматривает как зону своих приоритетных интересов Балканский полуостров, дружественные отношения со странами которого обеспечат выход в Средиземное море, Африку, Атлантический океан и Южную Америку.

В качестве приоритетного направления, но в отдаленном будущем, рассматриваются дружественные отношения с Германией и Японией. В контексте развития геополитических отношений со стратегически и экономически важными Германией и Японией, в Евразийском регионе не менее важным для российской геополитики является восстановление экономических связей внутри бывших союзных республик в рамках СНГ. В стремлении к интеграции на основе всемирной глобализации России в рамках СНГ предлагается продвигаться в данном направлении более ускоренными темпами. В частности за счет создания новых структурных образований, позволяющих более успешно взаимодействовать в рамках единой экономической системы. Исходя из этого Грузия, как государство вышедшее из состава СНГ выпадает из зоны интересов России.

Однако, для реализации поставленных геополитических целей и выделенных аспектов стратегии предполагается использование Россией всех основных методов деятельности, приемлемых в международных отношениях. К ним принято относить религиозно – идейные, технолого-информационные, военную силу, международное право, экономическое воздействие.

Как было описано ранее, приоритетными направлениями геополитики РФ является юго-восточное направление. Однако, на современном этапе геополитические отношения России весьма специфичны и во многом ограничены. Фактически, у современной России есть только два естественных и успешных геополитических союзника — Армения и Казахстан. Третьим, возможно, является Монголия. Данные государства нельзя отнести к сильным союзникам, однако, при этом необходимо учитывать. Что геополитическими союзниками могут быть не только государства, но и другие политические акторы. Исходя из данного аспекта, возможно отметить, что геополитические связи России вполне успешны и обширны, особенно в свете специфики ее недавнего прошлого, связанного с распадом СССР. Однако, события 2014 года, в том числе и присоединение к России Крыма, приводят к изменению расстановки сил и расширению геополитического пространства России, что вызывает крайнюю обеспокоенность стран НАТО и делает потенциальных союзников стратегически – важными партнерами. В их числе оказывается и Грузия, которая с 2012 года ориентируется на стабилизацию двусторонних отношений, что представляется для нее выгодным в первую очередь в экономическом плане, однако возврат к принципам противостояния также становится  возможным вариантом развития событий.

В данном аспекте в ряде современных прогнозов отмечается, что многие страны, в том числе и геополитические союзники России, могут исчезнуть с карты мира. В частности, на современном этапе как нельзя более актуальна  угроза распада Украины на Западную и Восточную, причем Восточная часть боле тяготеет к включению в Россию. Страны Западной Европы весьма устойчиво и успешно интегрируются в Евросоюзе, стирая государственные границы. Ситуация в Таджикистане так же оценивается, как кризисная в связи с крайне низким уровнем экономического развития, активным оттоком населения в Россию и распространением наркомании среди оставшегося населения. Все эти факторы России необходимо учитывать при выстраивании геополитических отношений и концепций и Грузия в них занимает место далеко не приоритетное. В целом же Грузия для России, как часть геополитического пространства была потеряна еще в момент ее выхода из СНГ.

Грузия перестала быть членом СНГ с 18 августа 2009 года. Однако, на современном этапе Грузия остается участницей нескольких подписанных ей договоров, которые носили долгосрочный характер. Их насчитывается около 70.  Тем не менее, основные обязательства перед Россией для Грузии стали не актуальны и данный факт позволяет ей определять для себя более выгодные модели сотрудничества, в том числе за счет вступления в НАТО и ЕС.

Значительную роль в специфику выстраивания геополитических отношений играет политика противников России, не заинтересованных в ее развитии и усилении, что возможно наблюдать на современном этапе, в том числе и во взаимоотношении с теперь уже G7.

На современном этапе развития значительную роль в установлении Россией геополитических интересов играет экспортируемая ей нефть, а так же вопрос о распространении и нераспространении ядерного вооружения, значительная часть которого находится под контролем России. Именно ядерный потенциал сыграл значительную роль в том, что России, не смотря на всю тяжесть экономического и политического кризиса 90-х годов XX века,  удалось остаться значимым геополитическим актором, с которым были вынуждены считаться высокоразвитые государства Западной Европы и США.

На современном этапе ядерный потенциал остается одним из средств воздействия в геополитических отношениях и является, своего рода, сдерживающим инструментом в первую очередь в отношении США, претендующему на первенство в международных отношениях и установлению однополярного мира. Подобную же роль выполняют поставки нефти и природного газа, но уже в отношении ЕС.

Продвижение в сторону ЕС так же является для России одним из приоритетных направлений и оптимальным плацдармом в данном направлении рассматриваются государства Восточной Европы, как наиболее приоритетные экономические и политические географически выгодные союзники. Среди них в перспективе также может оказаться и Грузия. Что обусловливает необходимость содействия развитию успешных двусторонних отношений.

Территориальные аспекты развития двусторонних отношений во многом связаны с наличием неподконтрольных территорий, фактически обладающими независимость, однако, на международном уровне не признанными, как отдельные государства, а определяемыми, как часть Грузии. Подобная ситуация возникает в момент распада СССР и отделения Грузии. В период перехода к постсоветской независимости первый Президент страны З.К. Гамсахурдиа предпринял очень много националистических действий, провозглашая этноцентристские лозунги, такие как «Грузия для грузин», чем оттолкнул два меньших политико-территориальных образования - Абхазию и Южную Осетию  - от грузинского проекта независимости46.

Развернувшиеся боевые действия начались между грузинскими силами и силами сепаратистов сначала в Южной Осетии в 1991 - 1992 гг., а затем в Абхазии в 1992 - 1994 гг. завершились для Грузии потерей  контроля над большей частью обеих территорий. Со стороны России мятежникам  оказывалась поддержка, хотя, кажется, российская политическая элита и силовые структуры  расходились во мнениях в этом вопросе и  были вовлечены в процесс частично, а Москва в то  же время оставалась в сложных отношениях с Тбилиси. Во время внутренних беспорядков в Грузии, последовавших за неудачной попыткой  военных действий страны в вооруженных конфликтах в Абхазии и Южной Осетии, президент Э.А. Шеварднадзе, вынужден был в октябре 1993 года  попросить у Москвы помощи, чтобы подавить ещё один мятеж, на этот раз поднятый  сторонниками З.К. Гамсахурдиа в западной области Самегрело. Российские войска оказал и  запрошенную помощь. В итоге это привело к пророссийской переориентации внешней  политики Грузии. В октябре 1993 года Э.А. Шеварднадзе подписал вступление Грузии в возглавляемое Россией Содружество Независимых Государств (СНГ), а в следующем году  Тбилиси присоединился к возглавляемой Россией Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ).

Присоединение к договору обусловило наличие четырех военных баз на территории Грузии, а также российские пограничные войска разместились на границе Турции и Грузии. Российские вооруженные силы также принимают обязательства по поддержанию мира на территории Южной Осетии и Абхазии.

По соглашению, заключенному в июне 1992 года в Сочи между двумя лидерами, Э.А. Шеварднадзе и Б.Н. Ельциным, были организованы смешанные силы по поддержанию  мира (ССПМ) в Южной Осетии, которые включали в себя по одному батальону, до 500 военнослужащих каждый, от российской, грузинской и осетинской сторон под командованием российского офицера. Поддержание мира в Абхазии было предметом другого соглашения о прекращении огня, заключенного в Москве в мае 1994 года и позднее  поддержанное Советом Безопасности ООН, утвердившим создание Коллективных сил по  поддержанию мира СНГ (КСПМ СНГ) до 3000 военнослужащих. Однако из всех стран СНГ войска предоставила лишь Россия. В августе 1993 года была организована Миссия ООН по наблюдению в Грузии (МООННГ), в её обязанности входило наблюдение за выполнением соглашения о прекращении огня в Абхазии. Задача поддержания мирного процесса была возложена на Специального представителя Генерального секретаря ООН. В декабре 1993 года, в контексте конфликта в Южной Осетии, была основана Миссия ОБСЕ в Грузии с полномочиями содействия конфликтующим сторонам в достижении мирного политического урегулирования. Данные структуры в значительной степени находились под влиянием России, если не непосредственно, то, по крайней мере, из-за возможности использования права вето47.

В начале XXI века становится очевидным, что существующий неопределенный статус данных территорий не только затягивается, но и фактических выходов из создавшейся ситуации также не наблюдается. Одновременно с этим в мировом пространстве наблюдаются явные геополитические сдвиги и изменения, наиболее весомым среди которых для России является расширение НАТО на восток, а также повышение международного интереса к Кавказу, обладающему значительным запасом энергоресурсов.

Стабилизация внутренней политики и экономики России приводит к и к повышению ее внешнеполитической активности, в том числе и в отношении бывшего зарубежья. Также наблюдаются и изменения в самой Грузии. Президентом М. Н. Саакашвили  решение конфликтной ситуации, связанной с Абхазией и Южной Осетией, объявляется приоритетным направлением внутренней политики.

Серьезность своих намерений президент проявляет в том, что уже в первые годы своего президентства решает внутренние территориальные проблемы и восстанавливает контроль над Аджарией. Однако решение проблемы с Абхазией и Южной Осетией не было найдено, а двусторонние отношения между Россией и Грузией постоянно ухудшались с одновременным наращиванием  военных расходов последней. При М. Н. Саакашвили они увеличиваются от 1% до 8% от ВВП. При этом, Грузия явно изменяет ориентированность на прозападную, что было с неодобрением воспринято Россией, устремленной к гегемонии на постсоветском пространстве.  

Лидером в установлении дружественных отношений со стороны Грузии становятся США, которые поддержали устремления президента М. Н. Саакашвили и оказывали внушительную экономическую помощь. Также США разворачивают внушительную экономическую помощь Грузии в плане обучения и оснащения армии, что само по себе со стороны России воспринималось, как угроза, особенно в свете того, что часть значимых военных гарнизонов располагалась в непосредственной близости с Южной Осетией и Абхазией.

По сообщениям, более ста американских военных советников действовали в грузинских вооруженных силах на начало конфликта в августе 2008 г. и еще большее число американских специалистов и советников, как полагают, было задействовано в различных ветвях силовых структур и администраций Грузии. Значительная военная поддержка в плане оснащения и, в определённой степени, обучения была  предоставлена многими другими странами во главе с Украиной, Чехией и Израилем, причём  вклад последнего был скорее технологического и качественного, а не количественного  характера; все они способствовали увеличению военной силы Грузии, гордо  демонстрировавшейся в подходящих случаях, таких как парады в День Независимости48.

Однако, не смотря на внушительную подготовку военных сил Грузии решить проблему с Абхазией и Южной Осетией не только не удалось, но и сам по себе конфликт был приобрел негативный для Грузии характер. Данные территории окончательно отворачиваются от возможности воссоединения с Грузией и приоритетом их геополитических интересов становится Россия.

Попытки устранении данных территориальных конфликтов на современном этапе по большей части претерпевают неудачи. По мнению аналитиков, значительным шагом стала бы отмена закона Грузии об оккупированных территориях, в значительной части решением проблемы определяется признание независимости Абхазии и Южной Осетии и установление с ними дипломатических отношений. Однако, последняя позиции определяется Грузией, как категорически неприемлемая. Показательным в данном случае является и отказ Грузии налаживать транспортные и экономические взаимосвязи с данными территориями.

В частности, в ноябре 2012 года новый грузинский министр по реинтеграции Паата Закареишвили выступил с инициативой возобновления железнодорожного сообщения между Грузией и Абхазией. Эта инициатива встретила сомнения или возражения как в Грузии, так и в Абхазии, и после этого, по словам министра, была  «снята с повестки дня»49.

При этом, как отмечают аналитики, возобновление транспортного сообщения между территориями могло бы стать началом позитивных отношений. Однако, пока действующий закон об оккупированных территориях существует конструктивный диалог представляется мало вероятным так, как тормозит развитие данных регионов. Положения закона создают препятствия для экономического развития Абхазии и Южной Осетии, а также затрудняют сотрудничество между Грузией и Россией.

Таким образом, на фоне неудач развития взаимоотношений с Россией, ориентированной на приоритет своей роли на постсоветском пространстве происходит ориентирование Грузии в иное геополитическое пространство, в частности вступление в НАТО и ориентированность на вступление в ЕС. Со стороны российских аналитиков такой подход не является оптимальным ни для России, ни для самой Грузии. В частности, Н.Ю. Силаев и А.А. Сушенцов отмечают: «Неадекватная оценка состояния внешней среды и доступных для реализации внешнеполитических целей ресурсов ставила грузинскую дипломатию в тупик. В правление ЕНД Грузия не имела различимых стратегических целей за исключением европейской и евроатлантической интеграции. Заметно, что институционально государственная структура Грузии развернута в сторону Запада: в грузинском МИДе нет департамента по отношениям с Россией, которая «растворена» в департаменте по делам СНГ. При словесной готовности к восстановлению дипотношений с Россией, руководство ЕНД не понимало, как этого добиться. Отталкиваясь от тезиса о том, что «из России поступают противоречивые сигналы», правительство приходило к парадоксальному выводу о том, что «для упорядочения отношений с Россией требуется вступление в НАТО»50.

В целом на современном этапе изменения геополитического пространства делают для России актуальным сотрудничество с Грузией, как с сопредельным государством. Однако, фактически вступление ее в НАТО уже является вопросом решенным исходя из чего для России представляется не менее актуальным не только пересмотр территориальных аспектов интересов, но также и разработка стратегий сотрудничества с Грузией, как членом Трансатлантического Альянса.

2.2. Вопросы экономического сотрудничества Грузии и России 

После распада СССР для каждого нового государства главными задачами стали становление независимой государственности и проведение радикальных рыночных реформ. В этот период на постсоветском пространстве появились государственные границы и, соответственно, таможенные и пограничные службы, национальные валюты. На смену общему для всех стран советскому законодательству пришло новое национальное законодательство. Для всех суверенных государств СНГ в тот период характерным было стремление к интеграции в мировую экономику, сопровождавшееся поиском новых рынков и партнеров и ослаблением связей с соседями.

Значительную роль в данном процессе сыграла экономическая ситуация в некогда объединявшей союзные республики России, правительство которой задерживало переход к рыночной экономике. В результате сырьевые и производственные рынки бывших союзных республик становятся доступны иностранным инвесторам, которые переориентируют их в собственных интересах, тем самым разрушив имевшиеся на территории бывшего союза экономические отношения.

Неблагоприятным образом складывалась ситуация и в самой России. Региональные лидеры были заинтересованы в самостоятельной приватизации общесоюзных предприятий, а также в возможности приватизации республиканских и местных предприятий без оглядки на союзный центр. Итогом данной деятельности становится упадок обрабатывающей промышленности и, как следствие, неактуальной становится и промышленность добывающая, в большинстве своем находившаяся на территории СНГ.

Именно такую возможность и создавало объявление республик независимыми государствами51. При этом общесоюзная собственность распределялась не по вкладу каждой республики в ее создание, а по территориальному принципу.

Важным фактором дезинтеграции экономики постсоветского пространства была также политика ряда ведущих мировых государств. США, Европейский Союз, Япония, предоставляя странам СНГ значительную финансовую помощь, как напрямую, так и через подконтрольные им Международный валютный фонд и Всемирный банк, обусловливали ее антиинтеграционными требованиями.

90-е годы XX века становятся для бывших союзных республик временем упадка. Не являлась исключением и Россия, которая переживала глубочайший экономический кризис в то время как мировая экономика находилась в фазе подъема. В данный период Россия оказалась в весьма серьезной зависимости от кредитов Запада, которые во многом определяли внутренний бюджет страны и позволяли странам Запада диктовать России определенные условия, в частности и в направлении ее взаимоотношений со странами СНГ. В связи с этим Россия не могла содействовать привлекательной для соседей социально-экономической интеграции в СНГ, но при этом смягчала для других стран Содружества потерю сложившегося в СССР единого экономического пространства, предоставляя без каких-либо ограничений свой рынок труда и поставляя вместе Казахстаном, Туркменистаном нефтегазовые ресурсы соседям по ценам ниже мировых. Последнее было обусловлено зависимостью государств СНГ, добывающих природные ресурсы, от участников Содружества, через которые проходил транзит этих ресурсов на Запад.

К началу XXI в. были проведены важные рыночные реформы, которые позволили России выровнять свою внутриэкономическую ситуацию и привести ее в состояние относительной стабильности. Это позволило обратить более пристальное внимание на интеграционные процессы в рамках СНГ. У СНГ появились условия для реальной разноскоростной и многоуровневой экономической интеграции: заработала зона свободной торговли для всех стран Содружества, кроме Туркменистана, было создано Евразийское экономическое сообщество, подписано Соглашение о формировании Единого таможенного союза. В результате в 2001–2008 гг. государства СНГ имели достаточно высокие темпы экономического развития в мире, хотя и не достигли по всем показателям советского уровня.

Первое десятилетие XXI в. стало временем формирования у суверенных государств СНГ прагматических подходов по отношению к экономическому сотрудничеству. Прагматика проявлялась во взаимных запретах на ввоз товаров из государств Содружества на основании их «заграничного» происхождения и санитарно-экологического состояния, в переходе к рыночным тарифам на энергоресурсы, ужесточении миграционной политики.

В отношениях с Грузией экономическое сотрудничество складывалось согласно существующим стандартам  СНГ до того момента, как Грузия не покинула Союз. Россия на протяжении всего первого десятилетия XXI века оставалась одним из приоритетов развития экономических связей также, как во многом Грузия для России поставляла часть необходимых товаров. И, как отмечают аналитики, политические процессы влияли на данный процесс, однако, он не являлся прямопропорциональным.

В частности, В. Чарая приводит данный, согласно которым грузинский экспорт и импорт в Россию варьировался за период последнего десятилетия от спада к росту, но это было мало связано с динамикой отношений двух стран (таблица 1). В частности, в 2008 году импорт имел одни из наиболее высоких показателей за весь десятилетний период. При этом также в сравнении с экспортом и импортом в другие страны Россия играла значительную роль (таблица 2), что дает основание определить Россию для Грузии, как одного из ведущих экономических партнеров.

Таблица 1

Грузинский экспорт и импорт в Россию 2003 - 2012 года52

Год

2003

2004

2005

2006

2007

2008

2009

2010

2011

2012

Экспорт

(млн $)

83.8

104.5

153.7

75.3

45.3

29.7

21.1

34.7

36.6

45.8

импорт

(млн $)

157.8

254.4

381.5

555.3

573.8

423.3

291.6

290.5

389.7

473.7

всего

241.6

358.9

540.2

630.6

619.1

453

312.7

325.2

426.3

529.5

Таблица 2

Грузинский экспорт и импорт 2003 - 2012 года53

Год

2003

2004

2005

2006

2007

2008

2009

2010

2011

2012

Экспорт

(млн $)

461

646

865

936

1.232

1.495

1.133

1.677

2.189

2.377

импорт

(млн $)

1.139

1.844

2.487

3.674

5.212

6.301

4.500

5.257

7.057

7.842

всего

1.600

2.490

3.352

4.610

6.444

7.796

5.633

6.934

9.246

10.219

Наиболее серьезный урон экономике Грузии наносит эмбарго России на ввоз продуктов, которые в приоритете были ориентированы именно на российский рынок. В первую очередь это «Боржоми» и грузинское вино, которые даже после снятия запретов еще долго не могли вернуть себе утраченные позиции, а в период полного запрета производители терпели очень значительные убытки. Однако в целом на экспорте и импорте Российское эмбарго сказалось мало и во многом экспорт даже увеличился так, как производители начинают искать более актуальные рынки сбыта которые, к тому же, оказались также и более выгодными. Грузинские аналитики в области экономики в целом не оценивают российский рынок для Грузии, как панацею. При этом де-факто экономические отношения продолжали существовать даже в период эмбарго и сделки осуществлялись через третьих лиц. В целом же по оценке самих грузинских специалистов роль России в экономическом пространстве не слишком высока, однако, имеет место быть и представляется не актуальным полностью игнорировать актуальность российско-грузинских экономических связей.

Таблица 3

Процентная доля России во внешней торговле Грузии54

Год

2003

2004

2005

2006

2007

2008

2009

2010

2011

2012

Экспорт

В Россию %

18.17

16.15

17.76

8.04

3.68

1.99

1.86

2.07

1.67

1.93

Импорт из России %

13.85

13.79

15.34

15.11

11.01

6.72

6.48

5.53

5.52

6.04

всего

15.10

14.41

16.11

13.68

9.61

5.81

5.55

4.69

4.61

5.18

Также В. Чарая отмечает: «Нельзя упускать из виду тот момент, что после «потепления» отношении между Грузией и Россией за первые три квартала 2013 года оббьем грузинского экспорта в Россию вырос примерно на 80%-ов (или на $ 83 млн). В то же самое время, импорт из России снизился на 15%-ов. Несмотря на хаотичность такого рода  товарооборота, явный рост Грузинского экспорта в Россию налицо и дальнейшее «потепление отношений» (снятие квот на определенные виды грузинских товаров) в этом  плане, может сыграть позитивную роль для ее дальнейшего увеличения»55.

С точки зрения Российских аналитиков ситуация выглядит несколько иначе. В частности, не смотря на то, что темпы экономического роста Грузии отмечались, как достаточно высокие с 2003 года экономика фактически находилась в стагнации. В Грузии сохранялся высокий уровень безработицы. Он был в среднем даже выше, чем у соседей по региону – Армении и Азербайджана. Также Грузия находилась на третьем месте в регионе по душевому ВВП, обгоняя только Армению, экономическое развитие которой характеризуется, как кризисное. В Грузии наблюдаются серьезные проблемы с внутренним производством, инвестиции в которое слабы и ориентированы на интересы импортеров. Также серьезную роль играет и разрыв в уровне жизни населения Грузии так, как разрыв в системе ценностей между элитой, простым населением, а также городским и сельским населением обостряет противостояние.

По последним оценкам в сельском хозяйстве Грузии (основа производства) занято около 55%  населения. Однако они не являются основными обладателями благ экономической политики. Приоритет отдается областям торговли, финансов и сфере услуг. В определенной мере в последние четыре года проявляется оживление на рынке туристических услуг и Грузия активно развивается, как зона туризма.  Однако основной поток туристов идет в Грузию из сравнительно небогатых Азербайджана, Армении и Ирана; маловероятно, что  один лишь туризм обеспечит процветание 4,5 млн.  жителей Грузии. Для этого необходимо привлечение туристов из России, а также стран ЕС. Однако, для этого в Грузии слабо развита не только туристическая инфраструктура, но также и отсутствует действенная система поддержки памятников культуры и природных объектов, которые интересуют туристов в первую очередь.

Как отмечают российские аналитики Н.Ю. Силаев и А.А. Сушенцов серьезную проблему для Грузии также представляют проблемы снижения доступности для граждан социальных услуг, в частности медицинского характера, рост цен на услуги и товары первой необходимости. По их мнению, во многом именно этот факт становится причиной поражения «Единого национального движения» на парламентских выборах 2012 года. И факт продолжения экономической стагнации также создает угрозу пребывания у власти «Грузинской мечты».

Тем не менее, Грузия на современном этапе развивает направления финансового партнерства, в том числе ставит вопрос об оказании финансовой помощи дружественной Украине. Однако наиболее важным вопросом определяется поиск новых рынков сбыта для Грузии и новых источников инвестиции за пределами страны. Российскими аналитиками отмечается, что развитие торговых отношений с Россией могло бы стать для Грузии достаточно выгодным вариантом. Грузинская продукция достаточно востребована на российском рынке и увеличение ее поставок будет являться значительным плюсом для грузинской экономики, особенно в свете того, что России активно ищет новых поставщиков продукции в свете развития ситуации с санкциями и запретами на поставки некоторых видом продукции.

Одновременно с этим на современном этапе для экономического сотрудничества Грузии и России создаются дополнительные препятствия, в частности приостановление действия договора от 1994 года о свободной торговле. В связи с этим специальный представитель премьер-министра Грузии по России Зураб Абашидзе в интервью «Российской Газете» заявил, что, очевидно, возникнут затруднения с экспортом части продукции, также возможно ее подорожание. При этом в Тбилиси утверждают, что были готовы к такому повороту событий после подписания в июне Соглашения об ассоциации с Евросоюзом. С 1 сентября 2014 года вступят в силу порядка 80 процентов его положений, включая компонент зоны свободной торговли. «Россия уже аналогично поступила по отношению к Украине и Молдавии, - отметил Зураб Абашидзе. - Возможно, пострадает часть наших бизнесменов, но в целом трагедии для Грузии не будет. И мы, и Россия - члены ВТО, теперь будем торговать по правилам этой организации. Как экономически взаимодействует с Россией и большинство других государств»56.

При этом, пока Россия не ограничивает поставки из Грузии. Фактически речь идет только том, что грузинские товары будут облагаться пошлиной, однако грузинские аналитики также выражают опасения, что Россия может вновь вернуться к экономическому эмбарго 2006 – 2013 года. В связи с этим в качестве наиболее приоритетного партнера Грузия все же предпочитает рассматривать ЕС. «Пока нет опасности существенных рисков, так как сегодня главный торговый партнер Грузии - это Евросоюз, - заявил советник президента Грузии по экономическим вопросам Г. Абашишвили. - После вступления в силу Соглашения об ассоциации наши обороты с ЕС вырастут еще больше. Бизнесмены должны это учесть и активизироваться на этом направлении. Однако, России не следует опасаться грузинского торгового соглашения с ЕС, так как в этом случае качество грузинской продукции - в том числе поставляемой в Россию – вырастет»57.

При этом, для России может представляться актуальным  инвестирование некоторых отраслей грузинской экономики однако, только в случае если эти инвестиции будут сопровождаться фактическими гарантиями  доступности российских рынков в будущем - в  России возникнут группы интересов, ориентированные на сохранение и развитие достигнутого в  торгово-экономическом сотрудничестве.

Тем самым, возможно отметить, что экономический фактор развития российско-грузинских отношений представляется наиболее актуальным так, как экономическое сотрудничество является выгодным не только для Грузии, но также и России, заинтересованной в поставках российских товаров. Имеющийся опыт дает основания говорить о том, что даже противоречия на политической арене могут не играть значительной роли для того, чтобы развивать экономическое сотрудничество, в том числе и с привлечением к нему третьей стороны. Экономическое сотрудничество также может стать и составляющей решения политических вопросов. И противоречий, актуальных для двусторонних отношений.

2.3. Социально-культурные взаимосвязи в российско-грузинских отношениях 

Социально-культурные взаимосвязи между Грузией и Россией определяются, как наиболее значимый фактор взаимодействия в связи с тем, что длительный период времени русские и грузины проживали фактически на одном пространстве и установившиеся приоритеты сотрудничества распространялись далеко не только на уровне культурного обмена, но также были ориентированы на систему образования и семейные взаимосвязи. Межэтнические браки для русских и грузин рассматривались, как норма и фактически отсутствовало социальное неприятие между двумя нациями, чему во многом также способствовала близость культуры, а на современном этапе также способствует система традиционных ценностей, включая православное вероисповедание.

В результате развернувшиеся между Россией и Грузией конфликты препятствовали, в первую очередь, человеческим связям. Как уже было сказано в предыдущей главе многие проживающие на территории Грузии грузины имеют родственные связи в России, в том числе и за счет межэтнических браков. Молодежь из Грузии стремится обучаться в Российских ВУЗах, постоянно проживать и работать на территории России.

Как отмечают в своем исследовании Н.Ю. Силаев и А.А. Сушенцов: «Около  четверти жителей Грузии имеют родственников в  России. 78% грузин владеют русским языком и 97%  желают, чтобы их дети свободно говорили на нем. Смешанные брак и с русскими одобряют 41% грузин,  что в два раза выше уровня одобрения смешанных  браков с турками или американцами. Согласно  опросам общественного мнения последних лет, около 80% грузин выступают за улучшение отношений  с Россией и сопоставимое количество россиян - за нормализацию связей с Грузией»58.

Ограниченность же контактов приводит к тому, что за основу информации берется существующая информация, которая на современном этапе в отношении со стороны России и в отношении России со стороны Грузии носит неоднозначный характер. Однако, учитывая опыт 2008 года возможно отметить, что сформировать негативное отношение для населения двух стран представляется недолгим процессом. Негативные действия отдельных политиков могут автоматически переносится на граждан страны, что возможно наблюдать и нам современном этапе в существующем противостоянии между россиянами и гражданами Западной Украины. Подобная ситуация присутствовала и в 2008 году и продолжалась фактически до окончания срока президентства М. Н. Саакашвили.

В последние четыре года российская пресса не высказывает активных антигрузинских настроений  и по большей части даже новости несут в себе больше нейтральную, чем позитивную или негативную оценку действий грузинских властей.

Активизация сотрудничества между Россией и Грузией начинается с 2012 года с изменением стратегий внутриполитического развития Грузии и отхода от политики противостояния с Россией. 14 декабря 2012 года состоялась первая встреча президентов Грузии и РФ в Женеве, в том же году 21 ноября произошла встреча в Праге.

Во время декабрьской встречи президент Грузии Г.Т. Маргвелашвили отметил: «Цель Грузии - начать рациональный диалог с Россией, - подчеркнул Г.Т. Маргвелашвили. - Российская сторона однозначно высказалась за проведение подобной встречи, и это указывает на серьезность темы. Тенденция нашего правительства - деэскалация напряженности»59.

На пражской встрече, кроме экономических вопросов и развития транспортного сообщения между Россией и Грузией, также активно обсуждались вопросы культурных взаимосвязей двух стран, которые возобновили свое развитие путем активизации направления культурного обмена, в том числе культурным наследием, которое для двух стран во многом взаимосвязано так, как многие деятели, сделавшие вклад в развитие российской культуры имеют грузинское происхождение. В формате культурных взаимосвязей происходят выставки художников, фестивали, грузинские деятели искусства удостаиваются российских премий и пр.

За период 2012 – 2014 годов в целом ситуация в плане развития социально-культурных связей развивается очень активно.

Не смотря на то, что Грузия фактически вышла из состава СНГ культурные взаимосвязи со странами постсоветского пространства определяются для нее, как наиболее актуальные и Грузия часто получает предложение участвовать в мероприятиях, которые проводятся в рамках СНГ. В частности, новый исполнительный директор Международного фонд государственного сотрудничества стран СНГ, бывший генеральный директор Большого театра А.Г. Иксанов заявил, что «Кавказский регион очень важен для МФГС, и все три страны Южного Кавказа – Азербайджан, Армения и Грузия – наряду с российскими республиками Северного Кавказа, представлены в годовом плане мероприятий организации». А.Г. Иксанов призвал искать новые точки культурного соприкосновения между странами. «Одно из важнейших направлений для МФГС, - подчеркнул он, - это работа с молодежью стран СНГ, Грузии и Балтии»60.

Определенная активность также наблюдается и в системе образования. В частности, в развитии традиции организации национальных школ. Создание русскоязычных школ в зарубежных странах представляется не просто процессом интеграции русской культуры, но стремлением к сохранению за носителями языка права на получение образования именно на родном языке. В свете того. что значительная часть грузинского населения говорит на русском языке актуальность развития данного направления представляется бесспорной.

В частности, 28 января 2013 года на пресс-конференции в Москве министр иностранных дел России Сергей Лавров заявил, что РФ в ближайшее время приступит к реализации проекта по созданию сети русских школ за рубежом. «Мы одобрили на правительственном уровне и в скором времени будем договариваться и со странами Прибалтики, и с другими государствами, где проживают наши соотечественники, о том, чтобы там создавать за наш счет русские школы», - заявил С.В. Лавров. Он уточнил, что в этих школах будет вестись преподавание на основе российских стандартов61.

В свою очередь президент «Ассамблеи народов Грузии» Г.Г. Дзасохов выразил готовность оказать помощь в реализации проекта «Русская школа за рубежом» в Грузии. В обращении на имя С.В. Лаврова Г.Г. Дзасохов отметил, что такого проекта в Грузии ждали давно. «Одной из важнейших проблем образования на территории Грузии стали утвержденные Министерством образования Грузии новые стандарты обучения, запрещающие преподавание в школах на русском языке и по российской программе. Русских школ в Грузии просто нет. Официально в грузинских школах осталось несколько секторов с русским языком обучения», - констатирует Г.Г. Дзасохов и подчеркивает, что «в Грузии, несмотря на восьмилетнюю антироссийскую пропаганду, сильна тяга к русскому языку и культуре»62.

Данный проект ориентирован на то, что восстанавливать культурные и духовные связи между представителями народов двух стран.

При этом, также необходимо отметить, что наиболее серьезные взаимосвязи прослеживаются на уровне именно духовного сотрудничества, чему в немалой степени сопутствует деятельность духовных лидеров России и Грузии.

Патриарх Грузии являлся одним из противников разрыва отношений между Грузией и Россией, а также пытался выступать и в качестве медиатора в период обострения конфликтов. Его роль во внутренней политике во многом оказала и серьезное влияние на внешнюю политику исходя из уверенности патриарха в том, что россияне и грузины являются дружественными народами  в связи с приверженностью к православному вероисповеданию.

Национальная идентичность и ее сохранение – основополагающая ценность для православной Церкви Грузии в связи с чем с ее стороны присутствует достаточно явная нота неодобрения стремления вступления в НАТО, евроинтеграция и прочие процессы, которые являются разрушительными для традиционной грузинской культуры. Во многом данные позиции сходны с ориентированность российского патриарха и Русской Православной Церкви относительно ценности и приоритетности традиций.

В частности, в 2010 году в своей воскресной проповеди патриарх Грузии призвал родителей не отправлять детей на учебу за рубеж, так как это может оказать негативное  влияние на молодежь. При этом, Россия не рассматривается грузинской Церковью как часть Запада и в целом оценивается позитивно, как православная страна.

В период противостояния Грузинская Церковь фактически стала единственной силой, которая была ориентирована на улучшение отношений с Россией, в том числе и после августовских событий. Патриарх Илия лично пытался играть роль посредника между Грузией и Россией. Он был единственным представителем с грузинской стороны, кто официально поздравил В.В. Путина с победой на выборах в 2012 году. А во время  визита в Москву в январе 2013 года патриарх передал привет В.В. Путину от премьер-министра Б.Г. Иванишвили и выразил надежду на урегулирование проблем.

В связи с этим грузинскими аналитиками роль православной церкви Грузии рассматривается, как одна из ведущих в плане формирования успешных социально – культурных связей. В частности, М. Наскидашвили отмечает в своем исследовании: «Поскольку нынешнее правительство пытается наладить отношения с соседним государством, роль Илии Второго в этих вопросах может еще более возрасти. Поскольку церковь пользуется высоким уровнем доверия в обществе, пророссийский дискурс, возможно, будет иметь серьезное влияние и на настроения людей. Стоит учесть и тот факт, что в отличие от «Национального движения», которое агрессивно  пропагандировало западные ценности, нынешнее правительство в этом отношении  действует более осторожно, несмотря на то, что оно формально придерживается прозападного курса. Соответственно, весьма возможно, что общество станет более дружелюбным по отношению к единоверной России, что облегчит, с одной стороны, налаживание отношений с северным соседом через определенные уступки, с другой стороны приведет к замедлению темпов евроинтеграции, или же их полную остановку»63.

Таким образом, возможно отметить, что социально – культурное направление развития двусторонних отношений между Россией и Грузией представляется наиболее успешным в связи с тем, что длительные социально – культурные связи двух стран представляется невозможным разрушить за короткий период противостояния. В целом, использование данного направления может стать актуальным для современной политики возобновления взаимосвязей и достижения наиболее выгодных как для России, так и Грузии договоренностей.


ЗАКЛЮЧЕНИЕ 

Процесс развития двусторонних отношений России и Грузии имеет длительную историю, однако, большая ее часть связана с периодом, когда Грузия являлась частью России и не имела политической самостоятельности, что не позволяло рассматривать ее, как равноправного партнера.  С момента обретения Грузией независимости, в связи с распадом СССР, во взаимоотношениях с Россией, как одним из ближайших соседей, наблюдается то потепление, то охлаждение, а порой и открытое противостояние. Причиной тому является тот факт, что достаточно длительный период времени Грузия не могла определиться с внешнеполитическим курсом и с одной стороны происходила нацеленность на развитие отношений со странами Запада, однако, на странах СНГ, в том числе и России были завязаны экономические мотивы и серьезно сказывался длительный период зависимости от единой экономики СССР. Окончательная ориентированность страны на Запад приводит к изменению и системы отношений с РФ. Период нахождения Грузии в составе СНГ также сыграл свою роль и современные тенденции развития двусторонних отношений во многом связаны и с данным аспектом.  

Существующие оценки развития двусторонних отношений России и Грузии на современном этапе меняются от позиции полной неопределенности к позиции наблюдения положительных тенденций. Процесс изменения в оценках СМИ и исследователей во многом связан с новым сформировавшимся в Грузии правительством и нацеленности грузинских властей на конструктивный диалог.

Взаимоотношения России и Грузии в геополитическом пространстве во много основываются также на том, что существующие стратегии развития двусторонних отношений в русле национальной политики ориентированы на сохранение со стороны Грузии интересов грузинской нации, сохранения территориальной целостности и независимости. Для России является важным аспектом учет не только политических, но и межнациональных связей двух стран и сохранение тенденций к взаимовыгодному сотрудничеству и конструктивному диалогу в урегулировании конфликтов.

Территориальный аспект в системе двусторонних отношений, как было выявлено, играет решающую роль так, как для Грузии остается нерешенной проблема Южной Осетии и Абхазии. Относительно них в Грузии продолжает действовать закон об оккупированных территориях и Россия по сути представляется как основной претендент на данные территории в обход законного права Грузии. Фактически же происходившие на территории Грузии конфликты по сути невозможно определить, как исключительно национальные. Они развивались между представителями разных наций, однако, по факту, первопричиной их возникновения становился территориальный фактор, то есть стремление Грузии к сохранению своей территориальной целостности. Противостоящими нациями в наиболее выраженной конфликтной форме в разные периоды времени становились абхазцы и осетины.

На уровне развития в системе международных отношений Согласно Концепции внешняя политика Грузии ориентирована  на установление  добрососедских отношений с соседними странами, интеграцию в европейские и евроатлантические структуры, а также активное сотрудничество с международными организациями и странами партнерами. При этом отмечается, что для Грузии особое значение имеют мир и взаимное сотрудничество на Северном Кавказе, что в основных чертах совпадает с приоритетами и интересами России. Однако для России стремление Грузии в НАТО является не только проблемой, но и весомым фактором недоверия.

На протяжении последних лет Россия вела активную внешнюю политику, которая не всегда сочеталась с приоритетами развитых стран  и особенно стран «Большой Восьмерки», однако была выгодной для развития РФ на мировой арене и повышения мировой значимости страны. Геополитические стратегии, при этом, являлись основой формирования концепций внешнеполитического развития.

В целом же процесс развития политических отношений на мировой арене демонстрирует, что Запад не слишком заинтересован в равноправном сотрудничестве и полномасштабной интеграции России в свои структуры и ориентирован на лишение РФ выгодных союзников, которыми, в первую очередь, являются бывшесоюзные страны, являющиеся ближайшими соседями России. В сложившихся обстоятельствах России требуется гибкий политический курс, направленный на установление дружественных отношений с максимально возможным количеством партнеров и создание реальных перспектив привлечения их потенциала для решения стоящих перед страной задач. Касательно процесса интеграции Грузии в ЕС для самой Грузии данный процесс определялся, как жизненно важный для успешности экономического и политического развития. Однако, активность обсуждения данного вопроса постепенно падает и причиной тому является фактическая неготовность Грузии вступить в ЕС. Для Грузии определяется важным отраслевое сотрудничество с Европой, особенно в направлении энергобезопасности, образования и транспорта, однако по факту существует ряд ограничений, которые Грузия не имеет возможности устранить также, как и существует ряд препятствий для вступления в НАТО. Стремление Грузии к вступлению в НАТО также приводит ее е необходимости и подержания политики США в отношении украинского конфликта, однако, при всем этом в данном вопросе Грузия на современном этапе продолжает сохранять фактический нейтралитет.

В результате, возможно отметить, что Россия представляется более сильным игроком на мировой арене, чем Грузия. Однако, на современном этапе Россия является уязвимой в свете развернувшихся геополитических изменений и изменения позиции Запада с конструктивного и взаимовыгодного сотрудничества к противостоянию и внедрению системы санкций. Грузия же в своем устремлении в НАТО и ЕС напротив поворачивается в сторону конструктивного нейтралитета взаимоотношений с Россией, что приводит к их значительному потеплению в сравнении с предыдущими годами. Однако, при этом, система геополитических интересов и развитие политических взаимосвязей на мировой арене со стороны Грузии во многом ориентирована на приоритеты и стратегии США.

Экономический фактор развития российско-грузинских отношений представляется наиболее актуальным так, как экономическое сотрудничество является выгодным не только для Грузии, но также и России, заинтересованной в поставках российских товаров. Имеющийся опыт дает основания говорить о том, что даже противоречия на политической арене могут не играть значительной роли для того, чтобы развивать экономическое сотрудничество, в том числе и с привлечением к нему третьей стороны. Экономическое сотрудничество также может стать и составляющей решения политических вопросов. И противоречий, актуальных для двусторонних отношений.

Однако, введение таможенных пошлин и прекращение действия закона 1994 года создает дополнительные проблемы для развития торговых связей России и Грузии. При этом, пока Россия не ограничивает поставки из Грузии. Фактически речь идет только том, что грузинские товары будут облагаться пошлиной, однако грузинские аналитики также выражают опасения, что Россия может вновь вернуться к экономическому эмбарго 2006 – 2013 года. В связи с этим в качестве наиболее приоритетного партнера Грузия все же предпочитает рассматривать ЕС.

В результате анализа ситуации также было выявлено, что социально-культурные взаимосвязи между Грузией и Россией определяются, как наиболее значимый фактор взаимодействия в связи с тем, что длительный период времени русские и грузины проживали фактически на одном пространстве и установившиеся приоритеты сотрудничества распространялись далеко не только на уровне культурного обмена, но также были ориентированы на систему образования и семейные взаимосвязи. Межэтнические браки для русских и грузин рассматривались, как норма и фактически отсутствовало социальное неприятие между двумя нациями, чему во многом также способствовала близость культуры, а на современном этапе также способствует система традиционных ценностей, включая православное вероисповедание. Во многом именно социально – культурные связи могут стать базовой основой для решения политических групп проблем.

В целом, возможно отметить, что российско-грузинские отношения имеют длительный период и развивались они далеко не всегда исходя из принципов взаимовыгодного сотрудничества. На современном этапе наблюдается процесс укрепления двусторонних отношений, чему во многом способствуют экономические. Культурные и этнические взаимосвязи. Однако, оценить существующие стратегии, как исключительно конструктивные еще не представляется возможным и причиной тому во многом определяется нестабильная обстановка на мировой арене, которая активно влияет и на двусторонние отношения. В результате выявление конструктивных тенденций и аспектов, которые обеспечивают данные конструктивные тенденции, становится важной составляющей приоритетов разработки стратегий и тактик дальнейшего сотрудничества, устранения существующих противоречий.

 


БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ 

Нормативно-правовые акты

  1.  Конституция Российской Федерации от 12.12.1993 года. – М.: ЮКЭА, 2014. – 54 с.
  2.  Конституция Грузии с полным списком поправок. – Тбилиси: Агора, 2013. – 156 с.
  3.  Концепция национальной безопасности Грузии [электронный ресурс] – режим доступа - http://www.apsny.ge/2010/mil/1324690107.php (дата обращения: 24.10.2014)
  4.  Концепция внешней политики  РФ от 2008 года [электронный ресурс] – режим доступа - http://www.kremlin.ru/acts/785 (дата обращения: 24.10.2014)
  5.  Концепция внешней политики Российской Федерации. Утверждена Президентом Российской Федерации В.В.Путиным 12 февраля 2013 г. [электронный ресурс] – режим доступа - http://www.mid.ru/brp_4.nsf/0/6D84DDEDEDBF7DA644257B160051BF7F (дата обращения: 24.10.2014)
  6.  Отчет международной независимой комиссии по установлению фактов по конфликту в Грузии. Сентябрь 2009 [электронный ресурс] – режим доступа: http://wiz-aut.narod.ru/sources/L078_IFFMCG_vol_1_RUS.pdf  (дата обращения: 24.10.2014)
  7.  Указ Президента РФ от 12 мая 2009 г. N 537 «О Стратегии национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года» (с изменениями и дополнениями) [электронный ресурс] – режим доступа: http://base.garant.ru/195521/ (дата обращения: 2.12.2014)
  8.  Хартия о стратегическом партнерстве Соединенные Штаты Америки – Грузия (2009 год) [электронный ресурс] – режим доступа: http://www.apsny.ge/2009/pol/1231564379.php (дата обращения: 2.12.2014)

Источники на русском языке

  1.  Агеев Ю.М. Этнопсихология/Ю.М. Агеев. - Спб.: Питер, 2009 – 418 с.
  2.  Арбатов А. Г. Национальная безопасность России в многополярном мире/А.Г. Арбатов//МЭМО-2008-№ 10. – С. 16 – 21.
  3.  Алексеева Т. А. Новый мировой порядок: альтернативы и возможности [электронный ресурс] – режим доступа: http://www.philosophy.ru/iphras/library/reform/03.htm (дата обращения: 24.10.2014)
  4.  Аронсон Э., Пратканис Э.Р. Эпоха пропаганды: Механизмы убеждения, повседневное использование и злоупотребление/ Э. Аронсон, Э.Пратканис. - СПб.: Питер, 2003. – 361 с.
  5.  Баланс сил в мировой политике/ Сб.статей под ред. Э.А.Позднякова.- М.: Прогресс-Традиция, 2009. – 384 с.
  6.  Батышев A.C., Батышев A.A. Российское общество и терроризм: постижение истины/А.С. Батышев, А.А. Батышев. - Эгвес, 2005. -  191 с.
  7.  Бахтуридзе З.З. Формирование внешней политики и фактор общественного мнения в Грузии. – Спб.: Факультет международных отношений СПбГУ, 2011. – 152 с.
  8.  Белоус В. И. На пути к глобальной безопасности/В.И. Белоус//МЭМО-2006-№ 9. – С. 26 – 33.
  9.  Богатуров А. Д. «Стратегия переламывания» и глобальная безопасность/А.Д. Богатуров//МЭМО-2007-№ 4. - С. 19 - 26.
  10.  Богатуров А.Д. Современная мировая политика. Прикладной анализ/А.Д. Богатуров. - М.: Аспект-пресс. 2010. – 216 с.
  11.  Брагимов О.В., Горский Ю.М., Делягин М.Г., Коваленко А.А. Практика глобализации: игры и правила новой эпохи/О.В. Брагимов, Ю.М. Горский, А.А. Коваленко. - М.: ИНФРА-М, 2008. – 432 с.
  12.  Васильев A.M. Исламский экстремизм как проявление кризиса мусульманской цивилизации/А.М. Васильев // ЭКО: Экономика и организация промышленного права. - 2003. - № 7. - С. 74-93.
  13.  Ватейшвили Д.Л. Грузия и европейские страны. - М.: Наука, 2008. – 411 с.
  14.  Вигнарский М. Грузия прогнозирует потери от введения пошлин РФ [электронный ресурс] – режим доступа: http://www.rg.ru/2014/07/31/gruziya-site.html (дата обращения: 24.10.2014)
  15.  Воскресенский А.Д. Мировые стратегии великих держав // Ресурсы модернизации: возможности и пределы международного контекста (Материалы VII Конвента РАМИ 28-29 сентября 2012 г.): Научное издание / Отв. ред. А.В. Мальгин. – Аспект Пресс, 2012. – С. 24 – 26.
  16.  Гавра Д.П., Соколов Н.П. Исследование политических ориентации/Д.П. Гавра, Н.П. Соколов // Социологические исследования - 2009. - № 1. - С. 40 – 46.
  17.  Герасименко Е.В. Экстремизм: понятие, социально- экономические, политические и исторические причины явления, тенденции его развития/Е.В. Герасименко. – М.: ВИПК МВД России, 2008. - 44 с.
  18.  Гриценко Г.Д. К вопросу о понимании экстремизма в современной науке[электронный ресурс] – режим доступа: http://www.teoria-practica.ru/-11-2012/politics/gritsenko-lukyantsev.pdf (дата обращения: 24.10.2014)
  19.  Губарев А. Б. Информационные войны как объект политологического исследования : дис. … канд. полит. наук : 23.00.02 / Губарев Алексей Борисович ; Дальневост. гос. ун-т. — Уссурийск, 2005. — 170 с.
  20.  Джагдиш Бхагвати. В защиту глобализации/Б. Джагдиш. – М.: Ладомир, 2012. – 381 с.
  21.  Дзарасов Р.С.  Пятидневная война на Кавказе: события и размышления / Р. С. Дзарасов. - М.: URSS, 2009. - 141 с.
  22.  Дондурей Д.В. Миф и современность/Д.В. Дондурей. – Спб.: Аста, 2009.  – 412 с.
  23.  Дробот Г.А. Военная сила в мировой политике [электронный ресурс] – режим доступа: http://worldspol.socio.msu.ru/programmi/Voennaq_sila_v_mirovoj_politike.doc (дата обращения: 24.10.2014)
  24.  Дробижева Л.М. Об условиях формирования толерантных установок общественного сознания и поведения групп в российском социуме/Л.М. Дробижева// Век толерантности. Вып. 3-4.- 2007. - С. 26 – 38.
  25.  Жирар М. Индивиды в международной политике/М. Жирар. – М.: Гардарики, 2006. – 317 с.
  26.  Зардалишвили Н. Русско-грузинский культурный диалог [электронный ресурс] – режим доступа: http://www.georgiamonitor.org/detail.php?ID=554 (дата обращения: 24.10.2014)
  27.  Иванов П. М. Россия и НАТО: что дальше?/И.С. Иванов //МЭМО-2009-№ 6 - С. 69 - 75.
  28.  Иванов И. С. Перспективы сотрудничества на современном этапе./И.С. Иванов //Международная жизнь-2006-№ 1. - С.58 - 64.
  29.  Иванов И. С. Верховенство права в МО./И.С. Иванов //Международная жизнь-2008-№12. - С.46 - 51.
  30.  Кахишвили Л. Факторы препятствующие сотрудничеству Грузии и России на Северном Кавказе/Л. Кахишвили//Грузия – Россия: две перспективы по вопросам политики, безопасности, экономики. – 2014. – С. 4 – 8.
  31.  Когатько Д.Г., Тхаков В.Х. Российская идентичность: культурно- цивилизационная специфика и процессы трансформации/Д.Г. Когатько, В.Х. Тхаков. - СПб.: Алетейя, 2010.- 136 с.
  32.  Колбая Г.Н. Сочинская олимпиада в глобальной политике / Г. Н. Колбая. – М.: ИНФРА-М, 2013. - 559 с.
  33.  Колесов П.А. Информационная война Грузии против Южной Осетии и Абхазии/П.А. Колесов // Зарубеж. воен. обозрение. - 2008. - № 10. - С. 18-21.
  34.  Кречетников А.И. Новый президент Грузии: отношения с Москвой не улучшить? [электронный ресурс] – режим доступа: http://www.bbc.co.uk/russian/international/2013/10/131028_georgia_elections_reaction (дата обращения: 24.10.2014)
  35.  Кузьмин А.В. К проблеме противодействия экстремизму на региональном уровне/А.В. Кузьмин // Современное право. - 2011. - № 9. - С. 71-74.
  36.  Кулагин В.М. Современная международная безопасность/В.М. Кулагин. – М.: Кнорус, 2012. – 432 с.
  37.  Ленский И.Л. Свидетели абхазской беды: допросы с пристрастием. - М.: Деловой ритм, 2008. – 315 с.
  38.  Манойло А. В. Информационно-психологическая война в вооруженном конфликте в Южной Осетии/А.В. Манойло // Власть. - 2009. - № 9. - С. 81-85.
  39.  Мельков С. А. Вооруженный конфликт в Южной Осетии глазами политолога/С.А. Мельков // Власть. - 2008. - № 10. - С. 29-35.
  40.  Москалькова Т.С. Южная Осетия: ощущение тревожности и ответственности передалось всему обществу / Т. С. Москалькова, А.М. Хинштейн, Р.Г. Маркарьян // Человек и закон. — 2008. — № 9. - С. 6-9.
  41.  Наскидашвили М. Политическое православие в Грузии/М. Наскидашвили // Грузия – Россия: две перспективы по вопросам политики, безопасности, экономики. Сборник статей. – Тбилиси: Caucasian House, 2014. - С. 36.
  42.  Панин В.Н. Политический процесс на Ближнем Востоке: влияние России и США / В. Н. Панин ; Пятиг. гос. лингвист. ун-т. - Пятигорск : ПГЛУ, 2003. - 255 с. 
  43.  Парастатов С.В. Внешняя политика Греции на Кавказе после распада СССР/ С. В. Парастатов // Вестник Пятигорского государственного лингвистического университета. - 2008. - N 4. - С. 350-353.
  44.  Плиева Ф. А. Политический аспект вооруженных конфликтов в контексте национального самоопределения : на примере Юж. Осетии : дис. … канд. полит. наук : 23.00.02 / Плиева Фатима Ахсарбековна; [место защиты: Кубан. гос. ун-т]. — Владикавказ, 2008. - 229 с.
  45.  Сесир М. Вступление Грузии в НАТО – лучший ответ действиям России в Крыму [электронный ресурс] – режим доступа: http://russian.rt.com/inotv/2014-03-12/Vstuplenie-Gruzii-v-NATO-- (дата обращения: 24.10.2014)
  46.  Силаев Н.Ю., Сушенцов А.А. Грузия после выборов и перспективы российско-грузинских отношений/Н.Ю. Силаев, А.А. Сушенцов. – М.: МГИМО, 2012. – 51 с.
  47.  Сучков М.А. Современная внешняя политика США на Южном Кавказе: дис. ... канд. полит. наук : 23.00.04 / Сучков Максим Александрович ; Пятиг. гос. лингвист. ун-т. - Пятигорск, 2011. - 201 с.  
  48.  Уолц К. Человек, государство и война/К. Уолц – М.: Элита, 2011. – 411 с.
  49.  Цыганок А.Д. Война 08.08.08. Принуждение Грузии к миру. – М.: Вече, 2011. – 285 с.
  50.  Чарквиани Н. Грузия: 87% грузин недовольны российско-грузинскими отношениями [электронный ресурс] – режим доступа - http://www.golos-ameriki.ru/content/russian-georgianrelations/1382646.html (дата обращения: 24.10.2014)
  51.  Чарая В. Грузино-российские торговые отношения/В. Чарая//Грузия – Россия: две перспективы по вопросам политики, безопасности, экономики. Сборник статей. – Тбилиси: Caucasian House, 2014. – С. 20 – 24.
  52.  Шинковский М.Ю. Проблемы национальной безопасности и контроль над вооружением. Хрестоматия/М.Ю. Шинковский – Владивосток: ВГУС, 2010. – 408 .
  53.  Шлягина Е.И. Этническая толерантность личности: опыт эмпирического исследования/Е.И. Шлягина. // Век толерантности. Вып. 3-4. 0 2007. – С.  56 – 67.

Источники на иностранном языке

  1.  A Not-Quite Nation Happy in Russia’s Embrace, but Wanting a Little Wiggle Room//New York Times – 25.08.2011.
  2.  Barry Е. Russian President Sends Obama Warning on European Missile System.//The New York Times – 6.11 2008.
  3.  Bix H. Lessons from the War in Georgia, Asia Times Online, 22 October 2008. [electronic resource] – access mode: http://atimes.com/atimes/Central_Asia/JJ22Ag02.html (date of access: 24.10.2014)
  4.  Byrne R. Georgia-Russia Clash: American Culpability and the Kosovo Connection [electronic resource] – access mode: http://www.thewashingtonnote.com/georgiarussia_c/( date of access: 24.10.2014)
  5.  Cecire М. Georgia and Russia Play Nice [electronic resource] – access mode: http://www.the-american-interest.com/2014/02/07/georgia-and-russia-play-nice/( date of access: 24.10.2014)
  6.  Costa J.-P. Georgia and Russia. – Strasbourg, 2005. – 142 р.
  7.  Gogueliani Т. Russia and Georgia The Ways Out of the Crisis. – Tbilisi, 2010. – 110 р.
  8.  Georgia and Russia: clashing over Abkhazia//Europe Report N193 – 5 June 2008 [electronic resource] – access mode: http://www.crisisgroup.org/~/media/Files/europe/193_georgia_and_russia_clashing_over_abkhazia (date of access: 24.10.2014)
  9.  Georgia’s EU integration agenda and normalization process with Russia [electronic resource] – access mode: http://regional-dialogue.com/wp-content/( date of access: 24.10.2014)
  10.  Gogolashvili К. Russia and Georgia: searching the way out [electronic resource] – access mode: http://gfsis.org/media/download/library/articles/RUSSIA_AND_GEORGIA_SEARCHING_THE_WAY_OUT_English_Publication.pdf (date of access: 24.10.2014)
  11.  Halpin Т., Boyes R. Georgia loses the fight with Russia, but manages to win the PR war// The Times - 13.08. 2008.
  12.  Handbook R. Public Diplomacy. – Routledge, 2009. – 154 р.
  13.  Morski J. In Search of Ways for Russian-Georgian Normalization [electronic resource] – access mode: http://gfsis.org/media/download/library/articles/Russian-Georgian-Normalization_ENG.pdf (date of access: 24.10.2014)
  14.  Kirova I. Russia, Georgia and the EU in Abkhazia and South Ossetia. -  Los Angeles, 2012. – 87 р.
  15.  Khutsishvili G. Challenges to Peace-building: Managing Spoilers During Conflict Resolution, ed. E. Newman and O. Richmond. - New York: United Nations University Press,2006. – 296 р..
  16.  Muzalevsky R. The War in Georgia and Its Aftermath: Russian National Security and Implications for the West // Uluslararası Hukuk ve Politika – 2010 - № 5. – Р. 109-129.
  17.  President of Georgia's Address to European Parliament, 23 November 2010, [electronic resource] – access mode: http://www.president.gov.ge/index.php?lang_id=ENG&sec_id=228&info_id=5857 (date of access: 24.10.2014)
  18.  Sochi Olympics Offer a Lever on Russia and Rights//Washington Post- 25.05. 2010.
  19.  Statement by President Barroso following his meeting with  Mikheil Saakashvili, President of Georgia, available at [electronic resource] – access mode: http://www.europarl.europa.eu/meetdocs/ 2009_2014/documents/afet/dv/02barroso_/02barroso_en (date of access: 24.10.2014)
  20.  Utiashvil Т. Why Is a Small State Like Georgia Important for the USA, the EU and Russia? [electronic resource] – access mode: http://www.e-ir.info/2014/06/04/why-is-a-small-state-like-georgia-important-for-the-usa-the-eu-and-russia/( date of access: 24.10.2014)
  21.  While Aide Advised McCain, His Firm Lobbied for Georgia // The Washington Post - 13.08. 2008

1 Барановский А.А Информационная война вокруг конфликта в Южной Осетии: анализ и выводы/АА.. Барановский// Общественная комиссия по расследованию военных преступлений в Южной Осетии и помощи пострадавшему гражданскому населению. – М., 2008-117 с.; Бетеев Ю.Н. «Южной Осетии нужно подготовиться к новой информационной войне на Кавказе»/Ю. Бетеев // Осинформ : информ. агентство., 2010. – С. 36 - 41; Журавлев А.С. Уроки информационной войны на Кавказе/А. Журавлев// ВВС : [рус. служба]. – 2008. – С. 70-74; Киселев А. А. Южная Осетия-2008: методы информационной войны в Интернете/А.А. Киселев // Фонд «Единство во имя России». – 2008. – С. 91 - 113.

2 Кахишвили Л. Факторы препятствующие сотрудничеству Грузии и России на Северном Кавказе/Л. Кахишвили//Грузия – Россия: две перспективы по вопросам политики, безопасности, экономики. – 2014. – С.4-8; Чарая В. Грузино-российские торговые отношения/В. Чарая//Грузия – Россия: две перспективы по вопросам политики, безопасности, экономики. Сборник статей. – Тбилиси: Caucasian House, 2014. – С. 20-24.

3 Силаев Н.Ю., Сушенцов А.А. Грузия после выборов и перспективы российско-грузинских отношений/Н. Ю.Силаев, А.А. Сушенцов – М.: МГИМО, 2012. – 51 с..

4 Дегоев В.В. Россия, Кавказ и постсоветский мир: прощание с иллюзиями. – М.: МГИМО, 2006. – 311 с.

5 Маркедонов С.М. Власть Северным Кавказом заниматься не хочет//Знак-18.02.2013.

6 Парастатов С.В. Внешняя политика Греции на Кавказе после распада СССР/ С. В. Парастатов // Вестник Пятигорского государственного лингвистического университета. - 2008. - N 4. - С. 350-353.

7 Сучков М.А. Современная внешняя политика США на Южном Кавказе : дис. ... канд. полит. наук : 23.00.04 / Сучков Максим Александрович ; Пятиг. гос. лингвист. ун-т. - Пятигорск, 2011. - 201 с.  

8 Панин В.Н. Политический процесс на Ближнем Востоке: влияние России и США / В. Н. Панин ; Пятиг. гос. лингвист. ун-т. - Пятигорск : ПГЛУ, 2003. - 255 с. 

9 Halpin Т., Boyes R. Georgia loses the fight with Russia, but manages to win the PR war// The Times – 13.08. 2008.

10 Muzalevsky R. The War in Georgia and Its Aftermath: Russian National Security and Implications for the West // Uluslararası Hukuk ve Politika – 2010 - № 5. – Р. 109-129.

11 Cecire М. Georgia and Russia Play Nice [electronic resource] – access mode: http://www.the-american-interest.com/2014/02/07/georgia-and-russia-play-nice/( date of access: 24.10.2014)

12 Costa J.-P. Georgia and Russia. – Strasbourg, 2005. – 142 р.

13 Богатуров А. Д. «Стратегия переламывания» и глобальная безопасность/А.Д. Богатуров//МЭМО-2007-№ 4. – С.19-26; Жирар М. Индивиды в международной политике/М. Жирар. – М.: Гардарики, 2006. -317 с.; Уолц К. Человек, государство и война/К. Уолц – М.: Элита, 2011. -318 с.

14 Анчабадзе Ю.Д. Этническая история Северного Кавказа XVI-XIX века: монография / Ю.Д. Анчабадзе, Н.Г. Волкова. - М.: Наука, 1993.–412 с.; Бижев А.Х. Социально-экономический строй народов Центрального и Северо-Западного Кавказа в годы Кавказской войны: (по материалам рос. разведки) / А. Х. Бижев. - Майкоп : Качество, 2005. – 622 с; Гордин Я.А. Кавказ: земля и кровь. Россия в Кавказской войне XIX века/Я. Гордин. - СПб.: Питер, 2000. -411 с.

15 Колесов П.А. Информационная война Грузии против Южной Осетии и Абхазии/П.А. Колесов // Зарубеж. воен. обозрение. - 2008. - № 10. – С.18-21.; Манойло А.В. Информационно-психологическая война в вооруженном конфликте в Южной Осетии/А.В. Манойло // Власть. - 2009. - № 9. – С.81-85.

16 Ослунд А. Постсоветское пространство: некролог //Россия после кризиса / С. Гуриев, Э. Качинс, А. Ослунд. - М.: Гаудеамус, 2011. - С. 17.

17 Дроздов Ю.И., Илларионов С.И. На рубежу веков: о современных геополитических потрясениях/Ю.И. Дроздов, С.И. Илларионов – М.: Артстиль – Полиграфия, 2009. - С. 98.

18 Концепции национальной безопасности Грузии [электронный ресурс] – режим доступа: http://www.newsgeorgia.ru/politics/20111224/214497331.html (дата обращения: 24.10.2014)

19  Иванов П. М. Россия и НАТО: что дальше? ./И.С. Иванов //МЭМО-2009-№ 6. - С. 70.

20 Москалькова Т.С. Южная Осетия: ощущение тревожности и ответственности передалось всему обществу / Т. С. Москалькова, А.М. Хинштейн, Р.Г. Маркарьян // Человек и закон. — 2008. — № 9. - С. 9.

21 Данные официального сайта НАТО [электронный ресурс] – режим доступа:  http://www.nato.int/cps/en/natolive/index.htm (дата обращения: 24.10.2014)

22 Сесир М. Вступление Грузии в НАТО – лучший ответ действиям России в Крыму [электронный ресурс] – режим доступа: http://russian.rt.com/inotv/2014-03-12/Vstuplenie-Gruzii-v-NATO-- (дата обращения: 24.10.2014)

23 Концепции национальной безопасности Грузии [электронный ресурс] – режим доступа: http://www.newsgeorgia.ru/politics/20111224/214497331.html (дата обращения: 24.10.2014)

24 Сесир М. Вступление Грузии в НАТО – лучший ответ действиям России в Крыму [электронный ресурс] – режим доступа: http://russian.rt.com/inotv/2014-03-12/Vstuplenie-Gruzii-v-NATO-- (дата обращения: 24.10.2014)

25 Силаев Н.Ю., Сушенцов А.А. Грузия после выборов и перспективы российско-грузинских отношений/Н.Ю. Силаев, А А.Сушенцов. – М.: МГИМО, 2012. - С. 3.

26Иванов И. С. Перспективы сотрудничества на современном этапе./И.С. Иванов //Международная жизнь-2006-№ 1. - С. 59.

27 Силаев Н.Ю., Сушенцов А.А. Грузия после выборов и перспективы российско-грузинских отношений/Н.Ю. Силаев, А А. Сушенцов – М.: МГИМО, 2012. - С. 4.

28 Кахишвили Л. Факторы препятствующие сотрудничеству Грузии и России на Северном Кавказе/Л. Кахишвили//Грузия – Россия: две перспективы по вопросам политики, безопасности, экономики. – 2014. - С. 6.

29 Там же

30 Отчет международной независимой комиссии по установлению фактов по конфликту в Грузии. Сентябрь 2009 [электронный ресурс] – режим доступа: http://wiz-aut.narod.ru/sources/L078_IFFMCG_vol_1_RUS.pdf (дата обращения 24.10.2014)

31 Козырев Г.И. Конструирование «жертвы» как способ создания управляемой конфликтной ситуации/Г.И. Козырев//Социологические исследовании – 2009 - № 4 – С. 63-73.

32 While Aide Advised McCain, His Firm Lobbied for Georgia // The Washington Post, 13 августа 2008; Михайленко Т.А. Особенности информационной войны в современном мире на примере грузино-южноосетинского конфликта в августе 2008 года/Т.А. Михайленко// Журнал Факультета государственного управления МГУ «Государственное управление. Электронный вестник» - 2009 - № 19. – С. 17.

33 Georgia loses the fight with Russia, but manages to win the PR war // The Times- 2008 - 13 августа.

34 Михайленко Т.А. Особенности информационной войны в современном мире на примере грузино-южноосетинского конфликта в августе 2008 года/Т.А. Михайленко// Журнал Факультета государственного управления МГУ «Государственное управление. Электронный вестник» - 2009 - № 19. – С. 18.

35 Запад проводит по отношению к РФ необъективную политику — ученый // РИА Новости, 27 августа 2008

36 CNN выдал кадры из Цхинвали за вид разрушенного Гори — российские СМИ // РИА Новости, 8 сентября 2008.

37 The truth about South Ossetia // Guardian - 31 октября – 2008.

38 Силаев Н.Ю, Сушенцов А.А. Грузия после выборов и перспективы российско-грузинских отношений/ Н.Ю, Силаев, А А.Сушенцов – М.: МГИМО, 2012. - С. 8.

39 Кречетников А.И. Новый президент Грузии: отношения с Москвой не улучшить? [электронный ресурс] – режим доступа: http://www.bbc.co.uk/russian/international/2013/10/131028_georgia_elections_reaction (дата обращения: 24.10.2014)

40 Кречетников А.И. Новый президент Грузии: отношения с Москвой не улучшить? [электронный ресурс] – режим доступа: http://www.bbc.co.uk/russian/international/2013/10/131028_georgia_elections_reaction (дата обращения: 24.10.2014)

41 Там же

42 Стратегия Национальной безопасности РФ до 2020 года [электронный ресурс] – режим доступа: http://www.rg.ru/2009/05/19/strategia-dok.html (дата обращения: 24.10.2014)

43 Чарквиани Н. Грузия: 87% грузин недовольны российско-грузинскими отношениями [электронный ресурс] – режим доступа - http://www.golos-ameriki.ru/content/russian-georgian-relations/1382646.html (дата обращения: 24.10.2014)

44 Концепция национальной безопасности Грузии [электронный ресурс] – режим доступа - http://www.apsny.ge/2010/mil/1324690107.php (дата обращения: 24.10.2014)

45 Белоус В. И. На пути к глобальной безопасности/В.И. Белоус//МЭМО-2006-№ 9. - С. 26.

46 Мельков С. А. Вооруженный конфликт в Южной Осетии глазами политолога/С.А. Мельков // Власть. — 2008. — № 10. - С. 31.

47 Манойло А. В. Информационно-психологическая война в вооруженном конфликте в Южной Осетии/А.В. Манойло // Власть. — 2009. — № 9. - С. 81.

48 Баланс сил в мировой политике/ Сб.статей под ред. Э.А.Позднякова.- М.: Прогресс-Традиция, 2009. - С. 202.

49 Силаев Н.Ю., Сушенцов А.А. Грузия после выборов и перспективы российско-грузинских отношений Н.Ю. Силаев, А.А. Сушенцов – М.: МГИМО, 2012. - С. 10.

50 Силаев Н.Ю., Сушенцов А.А. Грузия после выборов и перспективы российско-грузинских отношений/ Н. Ю.Силаев, А.А. Сушенцов. – М.: МГИМО, 2012. -С. 15.

51 Кризисная экономика современной России. Тенденции и перспективы/ Под ред. Е. Т. Гайдара. - М.: Альтея, 2010. - С.51.

52 Чарая В. Грузино-российские торговые отношения/В. Чарая//Грузия – Россия: две перспективы по вопросам политики, безопасности, экономики. Сборник статей. – Тбилиси: Caucasian House, 2014. - С. 22.

53 Чарая В. Грузино-российские торговые отношения/В. Чарая//Грузия – Россия: две перспективы по вопросам политики, безопасности, экономики. Сборник статей. – Тбилиси: Caucasian House, 2014. - С. 23.

54 Чарая В. Грузино-российские торговые отношения/В. Чарая//Грузия – Россия: две перспективы по вопросам политики, безопасности, экономики. Сборник статей. – Тбилиси: Caucasian House, 2014. - С. 23.

55 Чарая В. Грузино-российские торговые отношения/В. Чарая//Грузия – Россия: две перспективы по вопросам политики, безопасности, экономики. Сборник статей. – Тбилиси: Caucasian House, 2014. - С. 24.

56 Вигнарский М. Грузия прогнозирует потери от введения пошлин РФ [электронный ресурс] – режим доступа: http://www.rg.ru/2014/07/31/gruziya-site.html (дата обращения: 24.10.2014)

57 Вигнарский М. Грузия прогнозирует потери от введения пошлин РФ [электронный ресурс] – режим доступа: http://www.rg.ru/2014/07/31/gruziya-site.html (дата обращения: 24.10.2014)

58 Силаев Н.Ю., Сушенцов А.А. Грузия после выборов и перспективы российско-грузинских отношений/Н. Ю.Силаев, А.А. Сушенцов. – М.: МГИМО, 2012. - С. 18.

59 Зардалишвили Н. Русско-грузинский культурный диалог [электронный ресурс] – режим доступа: http://www.georgiamonitor.org/detail.php?ID=554 (дата обращения: 24.10.2024)

60 Зардалишвили Н. Русско-грузинский культурный диалог [электронный ресурс] – режим доступа: http://www.georgiamonitor.org/detail.php?ID=554 (дата обращения: 24.10.2014)

61 Рязанцев А.М. Кто мешает русской школе за рубежом? [электронный ресурс] – режим доступа - http://www.russkiymir.ru/publications/86273/ (дата обращения: 24.10.2014)

62 Там же

63 Наскидашвили М. Политическое православие в Грузии /М. Наскидашвили// Грузия – Россия: две перспективы по вопросам политики, безопасности, экономики. Сборник статей. – Тбилиси: Caucasian House, 2014. - С. 36.


 

А также другие работы, которые могут Вас заинтересовать

78284. Виды правки в методике редактирования 44.5 KB
  При втором углублённом чтении внимание редактора направлено на восприятие каждого слова каждого знака текста. Цель редакторской правкивычитки – чтение текста насквозь. Его обязанность – заметить недостатки текста и указать на них но отнюдь не править его исключая разумеется бесспорные ошибки и буквенные опечатки. Цель правкисокращения – уменьшить объем текста довести его до заданного размера.
78285. Бронхо-легенева система в умовах спокою, тренувальних впливів, екстремальних, граничних та патологічних станів: бронхо-легенева система в умовах патології 45.27 KB
  Важливу роль у виникненні бронхіту відіграє курінняпаління. Фактори ризику розвитку ХОЗЛ тривале паління тютюну індекс паління 10 20 пачкорік промислові та побутові шкідливі викиди повітряні полютанти гази та пари хімічних сполук продукти згоряння біологічного палива інфекції дитячі інфекції з тяжким перебігом респіраторні інфекції ВІЛ складний соціальний статус обмеження харчування скупченість переохолодження шкідливі звички; внутрішні – генетично зумовлені спадковий дефіцит α1антитрипсину...
78286. М’язова система в умовах спокою, тренувальних впливів, екстремальних, граничних та патологічних станів: м’язова система в умовах спокою 67.33 KB
  Скоротлива функція скелетного м’яза та його волокон у звичних умовах М’язове скорочення – це відповідь м’язів на стимул який включає потенціал дії в одному або декількох м’язових волокнах. Час між початком дії стимулу на мотонейрон і початком скорочення називається латентною фазою; період часу протягом якого відбувається скорочення – фазою скорочення а період часу протягом якого відбувається розслаблення – фазою розслаблення. Потенціал дії представляє собою електромеханічне явище тоді як скорочення – механічне. Скорочення виникає протягом...
78287. М’язова система в умовах спокою, тренувальних впливів, екстремальних, граничних та патологічних станів: м’язова система в умовах тренувальних впливів, екстремальних та граничних станів 42.94 KB
  Адаптація акліматизація до виконання фізичних вправа в умовах підвищеної температури довколишнього середовища. М’язова діяльність в умовах зниженого атмосферного тиску а також відносної вагомості. Нездужання зумовлені перебуванням в умовах високогір’я.
78288. М’язова система в умовах спокою, тренувальних впливів, екстремальних, граничних та патологічних станів: м’язова система в умовах патологічних станів 47.4 KB
  Головним симптомом фіброміалгії є больові відчуття в ділянці м’язів. На сьогоднішній день лікарі не знають, як лікувати це захворювання. Больові відчуття виникають в м’язах або в місці з’єднання м’язів з суглобами, але не в суглобах. Біль носить хронічний й прогресуючий характер. Відмінною рисою цього захворювання є наявність особливо болючих точок в м’язах.
78289. Ендокринологія спортивної діяльності 143.5 KB
  Гормональні зміни що виникають під впливом гострого та тривалого фізичного тренування підкреслюють важливу роль ендокринної системи в задоволенні метаболічних потреб які виникають під час занять фізичними вправами і реалізації механізмів задіяних у відновленні й перебудові тканин. Слід нагадати що під час спортивних змагань виникає фізіологічний стрес. Припускається що участь в змаганнях викликає не тільки підвищення тривоги але й збудження внаслідок невизначеності результатів виступу і наступних подій. Попереднє зростання...
78290. Оцінка фізичної працездатності 619.5 KB
  Оцінка результатів проби з фізичним навантаженням у осіб літнього і старечого віку. Загальні принципи оцінки фізичної працездатності Умови проведення тесту з фізичним навантаженням: Дослідження слід проводити в приміщенні при температурі 1822o С відносній вологості 4060. За добу до дослідження необхідно пояснити пацієнтові зміст і завдання велоергометрії також бажано провести з ним тренування на велоергометрі з мінімальним навантаженням. Проводити ці дослідження можуть тільки лікарі які знайомі з методикою тестування показаннями...
78291. Медичний контроль за кардіореспіраторною системою. Методи дослідження серцево-судинної системи 127 KB
  Основним методом дослідження пульсу є пальпація. Під час пальпації пульсу кисть досліджуваного охоплюють у ділянці променевозап‘ясткового суглоба так щоб великий палець розташовувався на тильному боці передпліччя а інші пальці – над артерією. Промацавши артерію її притискують до прилеглої кістки що полегшує визначення властивостей пульсу. Велике значення має дослідження пульсу на перелічених артеріях нижніх кінцівок оскільки його ослаблення а іноді і зникнення спостерігається у хворих на облітеруючий ендартеріїт атеросклероз і цукровий...
78292. Медичний контроль за кардіореспіраторною системою. Тести респіраторної функції 113 KB
  Тести респіраторної функції Сучасна пульмонологія пропонує широкий діапазон проб які допомагають в діагностиці захворювань органів дихання. Найчастіше використовується спірометрія петлі потік – об‘єм фактор переносу і визначення легеневого об’єму. Вимірювання Ро2 і Рсо2 може проводитися під час діагностики і контролю за терапією. І хоч тестування з фізичними навантаженнями використовується або почало використовуватися під час діагностки хворих на бронхіальну астму згодом цей метод розширив свій діапазон використання.