5338

Квалификация и наказание за убийство

Дипломная

Государство и право, юриспруденция и процессуальное право

Квалификация и наказание за убийство Введение В настоящее время наше общество переживает глубокие организационные преобразования, охватившие все сферы общественной и государственной жизни. Проблема человека постепенно возвращает объективно принадлеж...

Русский

2012-12-07

460 KB

62 чел.

Квалификация и наказание за убийство

Введение

В настоящее время наше общество переживает глубокие организационные преобразования, охватившие все сферы общественной и государственной жизни. Проблема человека постепенно возвращает объективно принадлежащее ей место в социальной доктрине и практике организации и функционирования государственной власти. Согласно ст. 2 Конституции РФ «Человек, его права и свободы является высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства». Тем самым прочная гарантия прав человека выступает в качестве фундаментального принципа конституционного строя, который должен определять и правотворческую деятельность государства и юридическую охрану, и защиту прав человека в процессе их осуществления.

Среди всех прав и свобод человека и гражданина, Конституция РФ ставит на первое место право на самое дорогое, что есть у человека, - право на жизнь. Именно поэтому преступления, с посягательством на жизнь человека отнесены законом к категории наиболее опасных уголовно наказуемых деяний, за совершение которых предусмотрена возможность назначения самых суровых видов наказаний из перечисленных в ст. 44 УК РФ.

Самое распространенное преступление против жизни – убийство.

Убийство является одним из наиболее тяжких преступлений, его особая общественная опасность как уже было сказано ранее, состоит в том, что оно посягает на одно из самых ценных благ человека – его жизнь. При совершении убийства наступившие последствия не поддаются возмещению, так как причиненный вред не имеет равного эквивалента. При убийстве большому кругу людей, как правило, причиняется значительный моральный, а иногда и материальный вред. Смерть близкого человека вызывает огромное горе и чувство невозместимой утраты, наносит тяжелую моральную травму, надолго оставляющую след в сознании человека. Кроме того, потеря кормильца иногда влечет за собой определенные материальные трудности для его семьи. Большую общественную опасность представляет и личность убийцы. Последний обнаруживает особый эгоизм, жестокость, явное пренебрежение к человеческой личности и обществу. Это свидетельствует о глубине его нравственного падения , о попирании элементарных требовании морали.

В нашей стране, по данным МВД РФ количество зарегистрированных убийств и покушений на убийство за последние шесть-семь лет увеличилось почти вдвое и составило в 1998 г. 29, 5 тысячи.

По данным прокуратуры Хабаровского края на территории края в 1998 г. зафиксировано 570 убийств, что на 4, 8 % превышает показатель 1997 г. Среди названного количества убийств 445 убийств совершено по ч. 1 ст. 105 УК РФ, то есть без отягчающих и смягчающих обстоятельств, а 75 убийств – с отягчающими обстоятельствами, предусмотренные ч. 2 ст. 105 УК РФ.

В соответствии с прогнозом  о состоянии преступности в России, составленным В. В. Ляпуновым, в предстоящие годы количество совершенных убийств будет увеличиваться в среднем на 5 – 10 % в год.

В связи с этим задачи уголовной политики в сфере борьбы с посягательством на жизнь человека требует повышения эффективности правоприменительной деятельности, точного применения закона, что непосредственно связано с правильной квалификацией.

Правильная квалификация имеет место тогда, когда убийство получило оценку в соответствии с точным смыслом уголовно-правовой нормы, и установленными фактическими обстоятельствами его совершения.

Правильная квалификация – это прежде всего залог справедливого наказания виновного, достижения целей наказания, предусмотренных ст. 43. Имеющиеся в Верховном Суде РФ материалы свидетельствуют о том, что суды в основном правильно разрешают дела об убийствах. Вместе с тем при рассмотрении дел этой категории все еще допускаются ошибки в квалификации действий виновных, что в определенной мере обусловлено вступлением в действие с 1. 01. 97 г. Уголовного кодекса РФ, содержащего по сравнению с действовавшим ранее УК новые квалифицирующие признаки убийства.

Настоящая работа представляет собой попытку рассмотреть вопросы связанные с квалификацией и наказанием за убийство, предусмотренное ст. 105 УК РФ.

В работе уделяется внимание теоретическим вопросам о понятии и об общих признаках убийства. Решение которых основано на анализе работ таких авторов, как Н. И. Загородников, Э. Ф. Побегайло, С. В. Бородин, А. Н. Красавчиков и других.

Большое внимание в работе акцентируется также на вопросы, связанные с применением уголовно-правовых норм при квалификации отдельных видов убийств, предусмотренных ст. 105 УК РФ и наказание за данное преступление. Решение этих вопросов основано на рассмотрении судебной практики Верховного Суда РФ и Суда Железнодорожного района г. Хабаровска.

1 Понятие и общие признаки убийства

Общие признаки убийства

Понятию убийства всегда уделялось большое внимание. До принятия Уголовного кодекса РФ в 1996 г., в котором впервые было дано легальное определение понятия убийство, каждая научная работа, посвященная этой теме, начиналась с дискуссии о его понятии. Высказывались различные определения понятия убийства, но среди них наиболее часто встречалось следующее.

Убийство – это направленное, умышленное или неосторожное лишение жизни другого лица, когда причинение смерти является основанием уголовной ответственности

В настоящее время в ч. 1 ст. 105 УК РФ дано законодательное определение убийства. Убийство – это умышленное причинение смерти другому лицу. Данное определение. Как мы видим, в основных чертах соответствует понятию убийства, выработанному теорией уголовного права. Имеется лишь одно, но весьма существенное различие. Согласно принятому ранее взгляду убийством считалось как умышленное, так и неосторожное лишение жизни другого человека. Теперь же в определении данного преступления совершенно четко говориться только об умышленном причинении смерти. Норма о неосторожном убийстве носит название «причинение смерти по неосторожности» (ст. 109 УК РФ).

Справедливо следует отметить, что такое же мнение существовало в теории уголовного права задолго до принятия УК РФ 1996 г.

Так, например, М. Д. Шаргородский в своей монографии, изданной в 1948 г., относил к убийству только умышленное причинение кому-либо смерти, неосторожное причинение смерти он оставлял за пределами этого понятия

Легальное определение понятия убийства, данное в ч. 1 ст. 105 УК РФ, не поставило точку в названном споре ученых. Многие из них не отрицают законное определение убийства, а предлагают лишь дополнить его. Предлагаемое дополнение связано с тем, что убийство другого человека  в отдельных, установленных законом случаях составляют необходимый признак, объективной стороны другого преступления (например, посягательство на жизнь государственного и общественного деятеля – ст. 277 УК РФ). Поэтому, определяя убийство, по их мнению необходимо указать, что жизнь человека является непосредственным объектом посягательства. Данное пополнение, на мой взгляд, справедливо.

Исходя из сказанного, убийство следует определить как умышленное, противоправное лишение жизни другого человека, когда человеческая жизнь является непосредственным объектом преступления

2 Общие признаки убийства и их значение для квалификации

2. 1 Объект убийства

Объект, как известно, является, является необходимым элементом состава любого преступления, которое предусмотрено в уголовном законе, поскольку безобъектных преступлений просто не бывает. 

Объектом преступления по уголовному праву являются только охраняемые уголовным законом общественные отношения, которым общественно опасное деяние причиняет вред либо ставит под угрозу причинения такого вреда

Указывая на то, что объектом преступления являются общественные отношения, необходимо учитывать, что уголовный закон охраняет все составные его элементы, а именно: субъектов и их социальные связи, интересы субъектов, которые охраняются законом, а так же предмет, если он совпадает с предметом преступления На основании этого можно сделать вывод о том, что объектом преступления является так же и человек – участник общественных отношений.

Совершая убийство, виновный непосредственно посягает на жизнь другого человека. Жизнь другого человека и является непосредственным объектом убийства. При этом, как правильно, на мой взгляд, подмечает Б.С. Никифоров, жизнь человека нельзя сводить только к биологическому процессу, так как это понятие еще и социальное

Уголовно-правовой охране по уголовному законодательству РФ в равной мере подлежит жизнь любого человека независимо от его возраста, состояния здоровья или его социальной значимости. Уголовное российское законодательство не допускает лишения жизни и безнадежно больного человека, даже при наличии его согласия или просьбы (эвтоназия).

Равная защита всех людей от преступных посягательств на их жизнь – важнейший принцип уголовного права.

Именно равноценностью объекта объясняется, почему причинение смерти человеку, ошибочно принятому за другого, не рассматривается как «ошибка в объекте» и не влияет на квалификацию содеянного как оконченного убийства.

Усиление ответственности за убийство отдельных категорий лиц в социальных нормах не связанно с повышенной ценностью жизни потерпевших, а связано с наличием одновременно другого объекта или дополнительных последствий, отягчающих вину.

Как мы уже выяснили, при убийстве определяющим является причинение смерти потерпевшему. Вследствие  этого возникает необходимость выяснения таких специальных вопросов, связанных с характеристикой потерпевшего, как понятие жизни, ее начала и конца.

Человек – это специфически живое существо. Его жизнь как биосоциального существа охватывает период самопроизвольного психофизического существования, имеющий начальные и конечные моменты.

Вопрос определения начального момента жизни относится к числу наиболее сложных.

В советские годы в теории уголовного права моментом начала жизни почти единодушно признавалось начало процесса физиологических родов. А.А Жижленко аргументировал это следующим образом: «Пока роды не начались будет на лицо умерщвление плода, а не убийство, но как только роды начались, а в особенности если часть младенца появилась наружу, можно говорить о рождении человека, убийство которого должно быть наказуемо Ему вторил Б.С. Успенский: «С  момента начала родов действия, направленные на то, чтобы уничтожить плод, появившийся из утробы матери, признается во всех случаях убийством» Несколько иной взгляд по этому вопросу содержится в высказывании  М.Д. Шаргородского, согласно которому, началом жизни человека является начало дыхания или момент отделения пуповины

Утверждение о том, что жизнь человека начинается с момента начала физиологических родов, сохраняется у нас и по настоящее время Однако ясно, что оставлять определение начала человека таким запутанным, спорным, разумеется, нельзя. Это следует из того, что констатация начала жизни человека, которая была крайне необходима всегда, сейчас еще более актуальна в связи с введением УК РФ специальной нормы, предусматривающей ответственность за детоубийство (ст. 106).

Прежние споры о теории уголовного права о том, какой момент является началом жизни, в настоящее время позволяет разрешить Приказ Минздрава и Постановление Государственного комитета по статистике от 4 декабря 1992 г. «О переходе на рекомендованные Всемирной организацией здравоохранения критерии живорождения и мертворождения» и разработанная на их основе Инструкция «Об определении критериев живорождения и мертворождения, перинатального периода», где, в частности, указывается: «Живорождением является полное изгнание или извлечения продукта зачатия из организма матери вне зависимости от продолжительности беременности, причем плод после такого отделения дышит и проявляет другие признаки жизни, такие как сердцебиение, пульсация пуповины или произвольное движение мускулов, независимо от того, перевязана ли пуповина и отделилась ли плацента»

Из положений названной инструкции следует, что начальным моментом жизни человека считается момент, когда констатируется полное изгнание или извлечение продукта зачатия из организма беременной, то есть когда плод отделился от утробы роженицы, за исключением пуповины, которая не перевязана, и у плода имеется дыхание, сердцебиение, пульсация пуповины или произвольное движение мускулатуры.

При наличии указанных признаков младенец признается живорожденным. Умышленное лишение его жизни должно рассматриваться как посягательство на жизнь человека.

Несмотря на то, названный документ позволяет определить момент начала жизни и он уже вступил в действие, в научной литературе, тем не менее, сохраняются старые представления.

До принятия Закона РФ «О трансплантации органов и (или) тканей человека» от 1 апреля 1993 г. вопрос определения момента смерти человека также был спорным. Медики, юристы нередко заходили в тупик перед такой проблемой: считать ли живым или мертвым человека с погибшим мозгом, но при наличии восстановленной и искусственно поддерживаемой деятельности дыхания и кровообращения.

Для одних состояние тотальной смерти мозга равносильно концу жизни, другие считали, что жизнь еще не обрывается после этого момента. При этом приводился такой аргумент: а что если в скором будущем медицинской наукой будет открыт способ оживления мозга. Тем более, что практическая медицина не имела законных оснований прекращать искусственное поддерживание сердцебиения и дыхания, и такие больные содержались в медицинских учреждениях.

Только с принятием Закона РФ «О трансплантации органов и (или) тканей человека» момент смерти человека в нашей стране, согласно ст. 9 стал увязываться с констатацией необратимой гибели всего головного мозга, что и осуществляется в соответствии с процедурой, утвержденной Министерством здравоохранения РФ. Установление факта смерти требует скрупулезного медицинского исследования для отграничения ее от пограничных состояний человека, например, комы, клинической смерти.

Кроме вопросов, связанных с характеристикой потерпевшего, таких как понятие жизни, ее начала и конца, очень важное значение при квалификации отдельных видов убийств имеет характер поведения потерпевшего в момент совершения преступления или перед его совершением. На данный момент обратил внимание и Пленум Верховного Суда РФ в постановлении № 1 от 27 января 1999 г.  В нем говорится, что при назначении наказания за убийство, наравне с другими обстоятельствами, должны исследоваться данные, относящиеся к личности потерпевшего, его взаимоотношения с подсудимым, а так же поведение, предшествовавшее убийству (п. 20).

Характер поведения потерпевшего в известных случаях может не только рассматриваться как смягчающее или отягчающее обстоятельство, но даже влиять на квалификацию действий лица, причинившего смерть. Так, например, если зачинщиком ссоры или драки явился потерпевший, а равно с случае, когда поводом к конфликту послужило его противоправное поведение, виновный не может нести ответственность за убийство из хулиганских побуждений (п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ), его деяние при отсутствии других признаков, отягчающих или смягчающих ответственность, квалифицируется по ч. 1 ст. 105 УК РФ как «простое» убийство.

Данные о личности потерпевшего должны быть обязательно выяснены и в случаях, когда они указываются в законе в качестве обстоятельств, имеющих значение для квалификации (например, убийство лица или его близких в связи с осуществлением данным лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга (п. «б» ч. 2 ст. 105 УК РФ), убийства лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии (п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ), убийство женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности (п. «г» ч. 2 ст. 105 УК РФ), убийства матери новорожденного ребенка (ст. 106 УК РФ).

2. 2 Объективная сторона убийства 

Объективная сторона – это внешняя сторона общественно опасного посягательства.

По мнению В.Н. Кудрявцева, объективная сторона есть процесс общественно опасного и противоправного посягательства на охраняемые законом интересы, рассматриваемые с его внешней стороны с точки зрения последовательного развития тех событий и явлений, которые начинаются с преступного действия (бездействия) субъекта и заканчиваются наступлением преступного результата

Объективная сторона преступления включает в себя:

общественно опасное деяние субъекта (действия или бездействия);

преступные последствия (результат);

причинную связь между деянием и преступными последствиями;

место, время способ, орудия, средства и обстановку совершения преступления.

Убийство с объективной стороны представляет собой общественно опасное деяние (действие или бездействие), причиняющее смерть другому человеку.

1. Общественно опасное деяние.

Непременным признаком всякого преступления является общественно опасное действие или бездействие. Убийство может быть совершено как путем активных действий, так и путем бездействия.

Преступное действие – это общественно опасный акт внешнего поведения лица, находившегося под контролем сознания и осуществленный во вне собственными телодвижения данного человека

При преступлениях против жизни действия человека могут быть разделены на несколько видов, отличающихся по форме воздействия на жизнь потерпевшего, но объединенных общим преступным результатом: наступлением смерти потерпевшего.

Преступления против жизни могут совершаться такими действиями, когда преступник, не прибегая к использованию каких либо средств или орудий, причиняет смерть потерпевшему, используя только мускульную силу своего тела (например, преступник нападает на жертву, берет ее за горло, душит и таким путем лишает человека жизни). Подобные действия, как свидетельствует практика, имеют место чаще всего без заранее обдуманного плана, по внезапно возникшему намерению совершить убийство.

Действия виновного могут осуществляться путем применения своей мускульной силы, но с использованием тех или иных орудий для усиления этой силы и облегчения убийства (например, преступник ударяет ножом потерпевшего или на шею потерпевшего набрасывается петля и т. п.). Однако и в этом случае убийство совершается путем непосредственного приложения мускульной силы человека для лишения жизни потерпевшего.

Далее, действия при преступлениях против жизни могут также выражаться в направлении на потерпевшего каких-то иных сил. Мускульная сила виновного может быть ничтожной, но она может направлять другую мощную силу, которая причиняет смерть (например, виновный дает потерпевшему вместе  с  чаем яд, производит выстрел из пистолета и т. п.). В подобных случаях мускульная сила человека, его телодвижения только приводят в действие, направляют, дают толчок другой силе, которая и причиняет смерть потерпевшему.

Наконец. Действия при преступлении против жизни могут иметь форму психической деятельности и быть весьма разнообразными.

Прежде всего, это непосредственно психическое воздействие на потерпевшего, психическое действие направляется на другое лицо для лишения его жизни. Так, например, автор «Курса судебной медицины» М.И. Авдеев говорит: «Сильное психическое воздействие, психическая травма, глубокие психические переживания у человека – могут вызвать болезненные расстройства и смерть. Прежде всего, это относится к таким психическим воздействиям, которые вызывают у человека сильный испуг... Психическая травма может вызвать болезненные расстройства и смертельный исход, главным образом, у лица с заболеванием сердца и сосудистой системы. Сильный испуг может вызвать внезапную остановку сердца и смерть... Понятно, что никакие объективные на вскрытии не дают возможности установить смерть от психического воздействия и такое заключение может быть дано лишь на основании всех материалов дела, в частности, сопоставлении клинической карты и имеющегося болезненного расстройства. В ряде случаев такое заключение может быть лишь предположительным»

Представим себе, что Иванов, зная, что Сидоров страдает тяжелым заболеванием сердца, сообщает ему неприятные вести в расчете на то, что они приведут Сидорова в состояние сильного возбуждения и повлекут за собой смерть. Так в действительности и происходит. Иванов в этом случае должен нести ответственность за убийство.

К рассмотренному способу действия относится и приговор к самоубийству несовершеннолетнего или лица, заведомо неспособного понимать свойства или значения совершенных им действий или руководить своими поступками. В подобных случаях, хотя потерпевший и сам причиняет себе смерть, но он делает это в результате психического воздействия со стороны виновного.

Сила психики человека может быть использована для подговора малолетнего или душевнобольного причинить смерть другому лицу. Если малолетний или душевнобольной в результате подговора лишит кого-либо жизни, виновным будет лицо, подговорившее его. Здесь не может быть речи о соучастии (подстрекательстве), ибо исполнитель является лишь орудием в руках преступника. Подобного рода случаи носят название посредственного причинения. Лицо, осуществившее подобным путем преступление, является его исполнителем.

К этой форме деятельности можно отнести также подстрекательство и интеллектуальное пособничество, когда деятельность преступника ограничивается только психической сферой. Однако такие действия в конечном итоге приводят к лишению жизни потерпевшего исполнителем преступления. Лицо, осуществляющее такую психическую деятельность, отвечает как соучастник.

Таким образом, психические действия при убийстве выражаются или в непосредственном воздействии на потерпевшего, в результате чего наступает его смерть, или только в приведении в действие других сил, также вызывающих смерть потерпевшего.

Убийство может быть совершено не только путем действия, но и путем бездействия.

Преступное бездействие – это общественно опасный акт внешнего пассивного поведения лица, находящегося под контролем сознания и состоящий в несовершении лицом того действия, которое оно должно было и могло выполнить

Бездействие как признак объективной стороны состава преступления также конкретно, как и общественно опасное действие. Оно выражается в невыполнении или ненадлежащем выполнении лицом возложенных на него строго определенных обязанностей.

То обстоятельство, что бездействие лишено свойств конкретного акта поведения или телодвижения, вовсе не означает, что оно представляет собой «некую двигательную пустоту». В социальном плане бездействие является таким же актом поведения, как и действие, поскольку оно особым образом в силу взаимосвязанности и взаимообусловленности явлений проявляет себя в окружающем мире как опосредованная причина происходящих в нем изменений. Бездействие порождает обстановку, при которой неизбежно создаются условия для беспрепятственного действия иных разрушительных сил (стихийных сил, болезненных физиологических процессов в организме человека, общественно опасного поведения других лиц, неконтролируемой работы машин и механизмов и т. д.). Именно эти силы пресечь разрушительное воздействие которых обязан был субъект преступления, в условиях его бездействия причиняют преступный результат.

Примером убийства, совершенного путем бездействия, может служить следующее дело. Жительница г. Кисловодска Н. в ночь на 1 января 1963 г. у себя дома родила ребенка с целью избавления от него не оказала ему никакой помощи (не обрезала и не перевязала пуповину, не обмыла тельце и не одела его и т. п.). В результате ребенок вскоре умер. Н. была привлечена к уголовной ответственности за детоубийство и была осуждена к 4 годам лишения свободы.

Ответственность за смерть, наступившую в результате бездействия, может быть признана лишь в тех случаях, когда лицо должно было и могло сделать то, в невыполнении чего его обвиняют.

Правовая обязанность виновного действовать определенным образом вытекать из различных оснований:

А) из предписаний закона;

Б) из служебных либо профессиональных функций. Например, хирург, вскрывший брюшную полость пациента и заинтересованный в смертельном исходе, отказывается завершить начатую операцию;

В) из личных взаимоотношений людьми. Например, няня, приставленная к ребенку, с целью лишения его жизни не дает ему пищи;

Г) из договора. Например, поводырь, делая гибели слепого, не предупреждает его о приближении  к обрыву. Слепой полагает, что путь свободен, делает шаг в сторону обрыва и погибает;

Д) из предыдущей деятельности виновного – так называемых конклюдивных фактов (когда лицо, поставившее кого-либо в опасность, обязано принять меры для его спасения). Например, виновный, зная, что потерпевший плохо плавает, уговаривает его плыть на дальнее расстояние, обещая в случае необходимости помощь. Однако в нужную минуту он такой помощи не оказал, желая, чтобы потерпевший утонул.

Для привлечения лица к уголовной ответственности за бездействие недостаточно констатировать наличие правовой обязанности. Необходимо также установить, что в данной обстановке лицо имело реальную возможность совершить требуемые от него действия.

В основе оценки возможностей обвиняемого действовать определенным образом лежит субъективный критерий: мог ли данный человек, учитывая его знания, квалификацию, опыт, состояние здоровья, в данной конкретной обстановке совершить то действие, которое от него требовалось, если бы он проявил максимум доступной ему активности.

2. Преступные последствия.

Объективным последствием любого преступления является причинение вреда правоохраняемым интересам. Именно способность деяния фактически причинить вред объекту посягательства, главным образом, и определяет отнесение определенных действий (бездействия) к категории преступных

Преступление последствия – это тот или иной вред, причиненным преступным действием или бездействия объекту посягательства – охраняемым уголовным законом общественным отношениям и их участникам

Следует сказать, что при законодательном конструировании отдельных составов преступления отводится не одно и тоже место. В одних случаях последствия включаются в число необходимых элементов состава того или иного преступления, а в других  - остаются за его пределами.

Убийство относится к таким преступлениям, при которых для наличия оконченного состава требуется наступление вредных последствий – смерти потерпевшего. Наступление ее как последствие преступных действий (бездействия) является обязательным признаком объективной стороны убийства.

Помимо наступления смерти потерпевшего убийство может нередко причинить значительный моральный, а иногда и материальный вред его близким. Однако указанные последствия лежат за пределами состава убийства.

Важно отметить, что наступление указанных в ч. 1 ст. 105 УК РФ общественно опасных последствий, в виде смерти потерпевшего, исключает признания убийства оконченным и при наличии подготовления к убийству или покушению на него влечет квалификацию с применением ст. 15 УК РФ.

На оценку общественной опасности последствий убийства оказывает влияние причинения смерти не одному, а нескольким лицам (п. «а» ст. 105 УК РФ). Общественная опасность последствий убийства увеличивается, если в результате действий виновного был лишен жизни не только потерпевший, но и плод человека. Поэтому убийство женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности, является также квалифицированным видом убийства (п. «г» ч. 2 ст. 105 УК РФ).

3. Причинная связь.

Причинная связь в уголовном праве как элемент объективной стороны преступления представляет собой связь между общественно опасным деянием (действием или бездействием) и наступившими общественно опасными последствиями.

Причинная связь устанавливает чисто объективный предел уголовной ответственности: нельзя ставить вопрос об общественной опасности деяния и виновности лица, его совершившего, если по делу не установлена причинная связь. На обязательность ее установления как признак объективной стороны состава преступления неоднократно указывал Верховный Суд РФ.

Причинная связь имеет важнейшее значение при анализе состава убийства. Установление причинной связи между действием и бездействием лица и наступившей смертью потерпевшего является необходимым условием уголовной ответственности за эту смерть. Отсутствие причинной связи исключает состав убийства.

Изучение судебной практике свидетельствует о том, что немало ошибок при рассмотрении дел об убийствах связано с неправильным  разрешением вопроса о причинной связи.

В связи с этим, я считаю, необходимо уделить вопросу о проблемах причинности в уголовном праве особое внимание и рассмотреть его более подробно.

Общее учение о причинности дано материалистической философией, согласно которой, причинная связь – это такое отношение между явлениями, при котором одно явление (причина) закономерно, с внутренней необходимостью порождает, вызывает другое явление (следствие)

Согласно общему учению о причинности, если мы желаем установить, является ли данное, отдельно взятое явление причиной другого, то необходимо отвлечься от его связей с массой других явлений и событий. Исследуя связи только с тем, которое мы предположительно рассматриваем как следствие.

Приведем пример. Некий З. на почве ревности выстрелом из пистолета «ТТ» убил гражданку Б. Помимо действий самого З. с фактом наступления смерти  Б. связано поведение родителей З. и членов коллектива, где он работал, не сумевших воспитать в нем необходимые моральные качества, исключавшие возможность совершения им преступления, познакомивших З. с Б.; слабая оперативно-розыскная деятельность органов милиции по выявлению лиц, незаконно хранивших огнестрельное оружие; действия лиц, изготовивших данный пистолет и данную пулю; изобретение пистолета «ТТ» и пороха и т. д.

Из данного примера можно сделать вывод, что при установлении причинной связи в каждом конкретном уголовном деле об убийстве задача органов правосудия состоит в том, чтобы, отвлекаясь от множества сопутствующих преступлению фактов, искусственно изолировать общественно опасное поведение человека и наступивший преступный результат и рассматривать их в качестве возможных причины и следствия.

Следует сказать, что для разрешения вопроса о существовании или отсутствии причинной связи при убийстве необходимо наличие предпосылок, условий, которые относятся к характеристике действия, последствия и обстановки совершения преступления. Так, при обнаружении трупа необходимо прежде всего установить признаки о причинной связи в уголовно-правовом плане. Т.к. уголовное право исследует не вообще причинной связи, а только причинную связь между противоположными действиями (бездействием) и общественно опасными последствиями.

Решение вопросов причинной связи при убийстве предлагает также установление и доказывание того, что преступные действия имели место и были совершены определенным лицом.

Необходимой предпосылкой правильного решения вопроса о причинной связи является известная последовательность действий человека и наступления общественно опасных последствий. С наступившими преступными последствиями (смертью потерпевшего) в причинной связи могут находиться только действия (бездействие), которые предшествовали во времени наступлению вредного результата. Естественно, что деяние, совершенное после наступления того иного факта, событие не может обусловить или быть причиной таких последствий.

В некоторых случаях может иметь место такая ситуация, когда лицу вменяются в вину те последствия. Которые уже наступили до совершения им того или иного деяния, то есть когда определенные действия принимаются в целях достижения тех последствий, которые уже наступили в силу иных причин. В этом отношении характерен следующий пример. В. родила ребенка, которого она не хотела воспитывать. В. уговорила своего сожителя Т. убить новорожденного. Во время родов Т. взял тело младенца, опустил в воду, чтобы он задохнулся, подержал в воде около 30 минут, и, убедившись, что ребенок мертв, отнес его в траншею и засыпал снегом. Как затем было установлено судебно-медицинской экспертизой, ребенок вследствие внутриутробной асфиксии родился мертвым. В данном случае предпринятые в целях убийства действия были совершены уже после наступления смерти. В этом случае отсутствует причинная связь между действиями Т. и смертью ребенка, потому что смерть наступила до совершения Т. преступных действий. Суд вполне обоснованно пришел к тому выводу, что действия Т. не находятся в причинной связи со смертью новорожденного, он не признал в действиях Т. оконченного состава убийства и квалифицировал их как покушение на убийство

Промежуток времени между причиной и следствием может быть различным, однако он не влияет на решение вопроса о наличии или отсутствии состава преступления. Существует ошибочная точка зрения, что большой промежуток времени между нанесенным ранением и наступлением смерти якобы исключает ответственность за убийство.

Рассмотрение совокупности причин, вызвавший преступный результат, что значение этих причин неравноценно. Одни из причин являются определяющими, главными, другие -  вспомогательными, второстепенными.

Различие между главными и второстепенными причинами имеет существенное значение для уголовного права. Так, Верховный Суд РФ отмечал, что при исследовании вопроса о причинной связи между действиями подсудимого и наступившими последствиями, суды допускают ошибки, особенно в тех случаях, когда действия подсудимого лишь косвенно обусловили наступление обстоятельств, послуживших непосредственной причиной смерти.

К примеру, приговором областного суда П. Был признан виновным в том, что он из хулиганских побуждений убил своего тестя Г. По делу установлено, что П. Находился в нетрезвом состоянии, учинил дебош. Чтобы унять его, родственники, в том числе и Г. , свалили его на пол и держали за руки и ноги. У Г., В возрасте 70 лет, страдавшего атеросклерозом и поражением суставов сердца и головного мозга, от сильного напряжения произошел паралич сердца, повлекший его смерть. Суд неправильно признал наличие причинной связи между хулиганскими действиями П. И наступившей смертью Г. и вопреки материалом дела признал П. Виновным в убийстве. Верховный Суд РФ правильно отверг это обвинение и квалифицировал действия П. как злостное хулиганство

На основании данного примера можно сделать вывод о том, что, для того чтобы действия (бездействие) субъекта были причиной смерти, нужно, чтобы они являлись необходимым условием лишения потерпевшего жизни. То есть таким условием, не будь которого, смерть не наступила бы. При этом важно отметить. Что действие (бездействие) лица лишь в том случае является необходимым условием, когда оно по своему характеру уже в момент его совершения заключает в себе реальную возможность наступления смерти потерпевшего.

4. Факультативные признаки объективной стороны.

При исследовании вопроса по объективной стороне убийства необходимо уделять тщательное внимание изучение места и времени, способов и орудий, а также всей обстановки совершения этого преступления.

ИЗ перечисленных признаков особое место занимает способ убийства, так как  он является квалифицирующим признаком несколько видов убийств (например, убийство, совершенное общеопасным способом). Также важное значение при определенных обстоятельствах для квалификации убийства имеет обстановка совершения убийства (например, для квалификации убийства при превышении пределов необходимой обороны).

2.3. Субъективная сторона убийства

Субъективная сторона преступления – это внутренняя сторона состава преступления, которая определяет психическую деятельность лица в момент совершения преступления

Основным признаком  субъективной стороны любого преступления является вина.

Вина – это психическое отношение лица к совершенному им общественно опасному деянию, предусмотренную уголовным законом и его общественно опасным последствиям в форме умысла или неосторожности.

Как уже было сказано в начале работы убийство независимо от его вида может быть совершенно умышленной формой вины, УК РФ (1996 г.) в отличии от УК РФ ( 1960 г.) не содержит понятия неосторожного убийства. В связи с этим при квалификации убийства должно быть обязательно выявлено, что оно совершено умышленно, причем также необходимо определить и вид умысла.

Только установление прямого или косвенного умысла дает основание для вывода о том, что убийство действительно было совершено.

Рассмотрим виды умысла при убийстве.

А) прямой умысел. При прямом умысле убийца сознает общественно опасный характер своего действия или бездействия, предвидит возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий (смерти потерпевшего) и желает наступления таких последствий (ч. 1 ст. 25 УК РФ).

Н., желая из мести убить К., наносит ему удар ножом в область живота. Н. сознает общественно опасный характер своих действий. Предвидит, что в результате его действий может наступить смерть К., и желает ее наступления. Отношение психики Н. к причиненному им результату (смерти К.) выражается в форме прямого умысла

Интеллектуальные моменты при прямом умысле образуют сознание субъектом общественно опасного характера своего действия или бездействия и приведение его общественно опасного последствия.

Сознание общественно опасного характера действия или бездействия предполагает, в первую очередь. Сознание всех фактических обстоятельств совершаемого деяния (действия или бездействия), которое соответствует признакам состава убийства. Лицо должно осознавать, что оно лишает жизни другого человека.

Поскольку в объективную сторону убийства входит и причинная связь между действиями (бездействием) лица и наступившими преступными последствиями (смертью потерпевшего), сознание виновного должно при умысле охватывать и эту связь.

В приведенном выше примере Н., нанося удар ножом в область живота К., сознает, что в результате такого удара может наступить смерть К., то есть осознает развитие причинной связи между своим действием и наступлением последствий – смерти К.

Причинная связь только тогда может явиться обстоятельством, обуславливающим ответственность за убийство. Когда она сочетается с отношением ее к развитию и форме умысла. Если смерть потерпевшего была причинена действиями (бездействием) лица, выпадающими из причинной связи, объемлемой его умыслом, ответственность за убийство исключается. Для наличия умысла вовсе не требуется, чтобы лицо во всех деталях предвидело развитие причинной связи, достаточно предвидения ее в общих чертах.

Сознанием лица должны охватываться и квалифицирующие убийство обстоятельства. Только в таком случае эти обстоятельства могут быть вменены ему в вину. Отсутствие сознание отягчающих  убийство обстоятельств исключает ответственность за квалифицирующие виды этого преступления.

Процесс, происходящий в психике виновного при умысле, не ограничивается сознанием совершенного. Его мысль, естественно, обращается к тем последствиям, которые должны наступить  в результате его поведения.

При прямом умысле убийца предвидит, что в результате его действий (бездействия) может наступить смерть потерпевшего. При этом прямой умысел может быть в том случае, когда наступление смерти мыслится как неизбежное последствие его действий (бездействия), так и в том случае, когда оно представляет как вероятное или возможное последствие.

Волевой момент прямого умысла при убийстве состоит в том, что виновный желает наступления смерти потерпевшего.

Б) Косвенный (эвентуальный) умысел. Косвенный умысел при убийстве заключается в том, что лицо осознает общественно опасный характер своего действия или бездействия, предвидит возможность наступления общественно опасных последствий (смерти потерпевшего), не желает, но сознательно допускает эти последствия либо относится к ним безразлично (ч. 2 ст. 25 УК РФ).

Вечером шофер Таганрогского автохозяйства Г., следуя в нетрезвом состоянии на автомашине ЗИЛ, грубо нарушил правила движения. Поехал на закрытый железнодорожный переезд и повредил опущенный шлагбаум. Дежурившая по переезду М., пытаясь задержать Г., встала на подножку автомашины. В это время Г. неожиданно на большой скорости повел машину в сторону переезда, увозя на подножке М. Последняя стала кричать, просила остановить машину. Взывала о помощи, но Г. продолжал гнать машину. Стремясь скрыться и освободиться от М.., Г по ходу машины резко открыл дверцу с левой стороны, где стояла М.. от чего она упала и, ударившись головой с большой силой о мерзлый, кочковатый грунт, получила смертельные повреждения, от которых тут же скончалась. Г. сознавал общественно опасный характер своих действий, предвидел возможность наступления от таких действий смерти М., не желал наступления этой смерти, но, стремясь скрыться, относился к такому результату с преступным безразличием, сознательно его допуская. Отношение его психики к содеянному выражается в форме косвенного умысла. К такому выводу пришел и Ростовский областной суд, который признал Г. виновным в умышленном убийстве

Интеллектуальный момент косвенного умысла по существу  ничем не отличается от интеллектуального  момента умысла прямого. Различие состоит только в том, что при прямом умысле субъект предвидит как неизбежность наступление смерти потерпевшего, так и вероятность или возможность ее наступления, при косвенном умысле лицо предвидит лишь возможность или вероятность наступления смерти потерпевшего. В тех случаях, когда лицо предвидит неизбежность наступления смерти, оно действует с прямым умыслом. Если, например, потерпевшего сбрасывают из хулиганских побуждений в глубокую пропасть, то говорить о косвенном умысле на убийство нельзя; в таких случаях умысел может быть только прямым. Сознание неизбежности наступления преступных последствий несовместимо с их нежеланием и лишь сознательным допущением, что является необходимой предпосылкой косвенного умысла.

Волевой момент косвенного умысла заключается в нежелании наступления смерти потерпевшего, но при этом тем ни менее предполагается ее сознательное допущение либо безразличное к ней отношение. При косвенном умысле лицо не желает наступления преступных последствий, ибо преследует совершенно другую цель. Ради достижения этой цели лицо сознательно допускает возможность наступления смерти  потерпевшего либо безразлично к ней относится. Преступные последствия при косвенном умысле мыслятся виновным как возможный побочный результат его деятельности, направленной на осуществление преступных и непреступных целей.

Как уже было сказано, выявление вида умысла является обязательным по делам об убийствах. Большое значение имеет разграничение прямого и косвенного умысла при решении вопроса об ответственности за покушение на убийство. Если убийство может быть совершено как с прямым, так и с косвенным умыслом, то покушение на убийство возможно лишь с прямым умыслом, то есть когда содеянное свидетельствовало о том, что виновный осознавал общественную опасность своих действий (бездействия), предвидел возможность или неизбежность наступления смерти другого человека и желал ее наступления, но смертельный исход не наступил по независящим от него обстоятельствам (ввиду активного сопротивления жертвы, вмешательства других лиц, своевременного оказания потерпевшему медицинской помощи и др.).

Неправильное понимание содержания умысла виновного приводит в ряде случаев к тому, что органы предварительного расследования и суды не разграничивают убийство и умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшего за собой смерть потерпевшего (ч. 4 ст. 111 УК РФ). Трудность такого ограничения объясняется тем, что по признакам объективной стороны эти преступления совершенно одинаковы. Это приводит иногда к тому, что действия виновного, причинившего тяжкий вред здоровью, повлекший смерть , расценивается как убийство и наоборот.

Разграничение убийства от тяжкого вреда здоровью, повлекшего смерть потерпевшего должно проводиться по субъективной стороне деления. В соответствии с п. 3 постановления №1 Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. при убийстве умысел виновного направлен на лишение потерпевшего жизни, а при совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, отношение виновного к наступлению смерти потерпевшего в неосторожности. При решении вопроса о направленности умысла виновного следует исходить из совокупности всех обстоятельств содеянного и учитывать, в частности, способ и орудие преступления, количество, характер и локализацию телесных повреждений (например, ранение жизненно важных органов человека), а также предшествующее  поведение виновного и потерпевшего, их взаимоотношения.

Иллюстрацией сказанному может послужить следующее уголовное дело. Пермский областной суд, квалифицировал действия М. По ч. 4 ст. 111 УК РФ, сослался на то. Что умысел на убийство потерпевшей не доказан: смерть ее наступила спустя 40 дней после причинения тяжкого вреда здоровью (удар ножом в область груди), а в течении дня и ночи потерпевшая находилась в одном доме с М., и он, хотя и видел, что она жива, не делал попыток ей еще удары, считая, что рана неглубокая и все обойдется.

Отменяя приговор, коллегия указала. Что суд не дал оценку характеру ранения. Его локализации (в области левой половины грудной клетки), поведению М.. угрожавшего внуку и препятствовавшего ему принять меры по оказанию помощи матери. М. Забил двери дома гвоздями, а после того, как внуку удалось выбраться из дома, М., вооружившись топором, угрожая ему и подъехавшим работникам милиции, не подпуская их к дому.

Эти обстоятельства, имеющие существенное значение для определения умысла виновного и правильной квалификации, судом учтены не были, что привело к отмене приговора.

При новом разбирательстве действия М. Были квалифицированы по ч. 1 ст. 105 УК РФ

В числе обстоятельств, имеющих значение для квалификации убийства, которые характеризуют субъективную сторону преступления, необходимо назвать цель. Мотив, а также эмоциональное состояние лица в момент совершения убийства.

Мотив преступления – осознанное внутреннее побуждение, обусловленное определенными потребностями и интересами человека, которые вызывают у него решимость действовать.

При решении вопроса о квалификации убийства мотив не может не учитываться. Закон, правда, не во всех случаях прямо упоминает мотив как квалифицирующий признак. В ст. 108 УК РФ (убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны либо при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление) например, ничего не говорится о мотиве преступления. Однако если не будет установлен мотив необходимости защиты при убийстве, то оно не может быть признано совершенным с превышением пределов необходимой обороны ст. 108 УК РФ. В части 2 ст. 105 УК РФ прямо называются мотивы: корысть, хулиганские побуждения, национальная, расовая, религиозная ненависть или вражда либо кровная месть. При иных мотивах убийство может быть квалифицировано по ч. 2 ст. 105 УК РФ только при наличии других обстоятельств, указанной в этой статье. При отсутствии указанных выше мотивов и других обстоятельств, отягчающих убийство, применяется ч. 1 ст. 105 УК РФ. Для квалификации убийства по этой статье мотив его совершения по существу безразличен. Это вместе с тем не означает, что устанавливать его не следует.

От мотива убийства необходимо отличать цель как признак субъективной стороны преступления.

Цель преступления – это психологическое представление лица о желаемом результате, к достижению которого оно стремится, совершая конкретное преступление.

Мотив и цель, как правило, разграничиваются в законе и имеют самостоятельное значение для квалификации некоторых видов убийства. Установление цели сокрытия другого преступления или облегчения его совершения, а также цели использования органов или тканей потерпевшего влечет признание убийства совершенных при отягчающих (соответственно, п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ и п. «м» ч. 2 ст. 105 УК РФ). Мотив и цель при убийстве могут совпадать. Например, лицо, совершая убийство по корыстному мотиву, стремиться к достижению корыстной цели.

Эмоциональное состояние также является признаком субъективной стороны преступления, влияющим на квалификацию убийства. В ст. 107 УК РФ говориться о внезапно возникшем сильном душевном волнении – таком эмоциональном состоянии, которое характеризует субъективную сторону этого вида убийств. Установление его исключает квалификацию убийства при отягчающих обстоятельствах п. «а», «г», «д», «е»,»н» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

В завершении общего анализа субъективной стороны убийства следует еще раз подчеркнуть обязательность установления формы, вины, мотивов, целей, эмоционального состояния виновного по каждому уголовному делу об убийстве.

2. 4. Субъект убийства

В законодательной интерпретации субъект преступления – «лицо, подлежащее уголовной ответственности» (из названия главы 4 УК РФ) или «лицо, совершившее преступление» (ст. 23 УК РФ).

В теории уголовного права субъект преступления – это достигшее возраста, установленного законом, вменяемое физическое лицо, совершившее противоправное общественно опасное деяние. Как следует из определения, субъектом преступления может быть лишь физическое, вменяемое лицо, достигшее определенного возраста.

Однако возраст и вменяемость не относится к числу признаков состава преступления, а является лишь условием наступления уголовной ответственности. Как правило, подчеркивают некоторые ученые (А.Н. Трайнин, С.  В. Бородин), возраст и вменяемость являются лишь субъективными условиями уголовной ответственности: уголовный закон называет преступника не за то, что он достиг определенного возраста и вменяем, а за совершение им преступления при условии, что он достиг определенного возраста и является вменяемым Такая трактовка возраста и вменяемости объясняется тем, что любое деяние, в том числе и убийство, совершенное малолетним или невменяемым, не исключает его общественную опасность, а устраняет лишь уголовную ответственность этих лиц. Если же возраст и вменяемость отнести к признакам состава преступления, то логически неизбежно признавать лишение жизни другого человека, совершенное малолетним или невменяемым, не представляющим опасности для общества за отсутствием состава преступления. Между тем производство по уголовному делу в отношении малолетнего исключается не за отсутствием состава преступления (п.2 ст.5 УПК РСФСР), а в связи с не достижением им возраста уголовной ответственности (п. 5 ст. УПК РСФСР). В отношении невменяемого такое решение вопроса противоречило бы ст. 403 УПК РСФСР, в которой деяние, совершенное таким лицом, признается общественно опасным. Оно привело бы к тому, что лица, использующие малолетнего или невменяемого как орудие убийства, подлежали бы освобождению от уголовной ответственности. Вместе с тем вышеизложенное вовсе не означает, что субъект находится за рамками состава преступления. Наличие лица, в следствие виновных действий которого причинена смерть другому человеку, является необходимым условием признания данного причинения смерти – убийством.

Рассмотрим названные выше субъективные условия уголовной ответственности:

А) в древности, а также в средние века уголовной ответственности за убийство подлежали не только люди, но и животные и даже неодушевленные предметы. В современном уголовном праве субъектом убийства, как и любого другого преступления, может быть только физическое лицо – человек.

Б) будучи этапом биологического созревания организма, возраст вместе с тем есть конкретная стадия социально- психологического развития личности, определяемая условиями жизни, обучением и воспитанием. Очевидно, при определенном возрасте, с достижением которого лицо может быть привлечено к уголовной ответственности, за основу берется уровень сознания человека, его способность понимать характер совершаемых им действий, их общественную опасность и значение, а также возможность руководить ими.

В соответствии с п. 2 ст. 20 УК РФ уголовная ответственность за убийство, предусмотренная ст. 105, наступает с 14 лет, а за убийства, предусмотренные ст. 106, 107, 108, - с 16 лет.

Установление пониженной ответственности за убийство (ст. 105 УК РФ) вполне оправдано, т. к. это преступление представляет собой деяние, общественная опасность которого ясна, понятна каждому подростку.

Органы предварительного следствия и суды обязаны точно устанавливать число, месяц и год рождения несовершеннолетнего, привлекаемого к уголовной ответственности за убийство. Лицо считается достигшим уголовного возраста в ноль часов следующих за днем рождения суток. Лицо, совершившее убийство (ст. 105 УК РФ) около 24 часов в день своего рождения (14 лет), не может нести уголовную ответственность

При установлении возраста судебно-медицинской экспертизой днем рождения привлекаемого к уголовной ответственности подлежит считать последний день того года, который назван экспертами, а при определении возраста минимальным и максимальным  количеством лет суду следует исходить из предлагаемого экспертизой минимального возраста такого лица

Говоря о возрасте, с которого начинается уголовная ответственность за убийство, необходимо помнить, что переход от детства к отрочеству, от отрочества к юности, как свидетельствует жизненный опыт и экспериментальные данные психологии и криминологии, имеет чисто индивидуальный характер, обусловленный как организмом подростка, так и условиями его жизни, в связи с этим органы предварительного следствия и правосудия по обстоятельствам конкретного случая обязаны учитывать явно выраженные отставания интеллектуального и волевого развития несовершеннолетнего, не связанного с психическим расстройством, для применения ч. 3 ст. 20 УК РФ. Согласно ей, если несовершеннолетний достиг  уголовной ответственности (в нашем случае 14 или 16 лет), но в следствие отставания в психическом развитии, не связанное с психическим расстройством, во время совершения убийства не мог в полной мере осознать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействий) либо руководить ими, он не подлежит уголовной ответственности.

Определение указанных выше свойств личности несовершеннолетнего – прерогатива судебной комплексной психолого-психиатрической экспертизы.

В) последним рассматриваемым условием является вменяемость лица.

Вменяемость – это нормальное состояние психически здорового человека, которое выражается в возможности с способности в момент совершения убийства осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) и руководить ими.

Антиподом вменяемости является невменяемость (ст. 21 УК РФ). Лицо, находящееся в состоянии невменяемости, не является субъектом преступления и не подлежит уголовной ответственности. В случае совершения этим лицом убийства к нему по назначению суда могут быть применены лишь принудительные меры медицинского характера.

Сомнение во вменяемости обвиняемого в убийстве может возникнуть у следователя и суда по целому ряду причин. Нередко на эту мысль наталкивает странное, неправильное, нелепое поведение обвиняемого как в момент совершения преступления, так и после него – во время задержания, в ходе следствия и тому подобное. Иногда подозрение на психическое расстройство может возникнуть из-за кажущейся непонятности или неясности мотива убийства, из-за необычной жестокости, проявленной убийцей. Следует, однако, иметь в виду, что особая жестокость совершения убийства далеко не всегда свидетельствует о психическом заболевании преступника.

Для определения вменяемости подозреваемого или обвиняемого проводится судебно-психиатрическая экспертиза. Как свидетельствует практика, почти по каждому делу об убийстве проводится амбулаторная, а в некоторых сложных случаях стационарная судебно-психиатрическая экспертиза.

Следует отметить, что при совершении убийства лицом в состоянии, так называемой, ограниченной (уменьшенной) вменяемости, это лицо подлежит уголовной ответственности, однако психическое расстройство, не исключающее вменяемости, учитывается судом при назначении наказания и может служить основанием для назначения принудительных мер медицинского характера (ст. 22 УК РФ).

В отношении субъекта закон не выдвигает никаких условий, кроме тех, на которые указано выше. В законе лишь названы отдельные признаки субъекта убийства, влияющие на квалификацию этого преступления. Так, убийство, совершенное лицом неоднократно, влечет квалификацию по п. «н» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Субъектом убийства новорожденного ребенка при смягчающих обстоятельствах (ст. 106 УК РФ) может быть только мать, родившая этого ребенка.

II Квалификация отдельных видов убийств, предусмотренных ст. 105 УК РФ 

2. 1 Убийство без отягчающих и без смягчающих обстоятельств (ч. 1 ст. 105 УК  РФ)

2. 1. 1 Место «простого» убийства среди других видов убийств

Убийство предусмотренное ч. 1 ст. 105 УК РФ, или «простое» убийство, является, так называемым, основным составом данного вида преступлений. Поэтому именно с него целесообразно начать рассмотрение вопросов, возникающих при квалификации убийств.

По ч. 1 ст. 105 УК РФ подлежит квалификации убийство, совершенное без квалифицирующих признаков, указанных в ч. 2 ст. 105 УК РФ, без смягчающих обстоятельств, предусмотренных ст. ст. 106, 107, 108 УК РФ (п.4 постановление №1 Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г.).

Изучение практики показывает, что наиболее типичным для данного вида убийств являются убийства, совершенные из ревности, по мотивам мести, зависти, ненависти, возникшим на почве личных отношений. К простому убийству относятся и убийства в ссоре или драке при отсутствии хулиганских побуждений. В ранее действующем УК РСФСР (1960 г.) к простому убийству относилось и «детоубийство», в настоящее время убийство матерью новорожденного ребенка выделено в самостоятельный состав убийства, при смягчающих обстоятельствах (ст. 106 УК РФ). Необходимо отметить, что квалификации по ч. 1 ст. 105 УК РФ подлежат и некоторые другие убийства, мотивы и обстоятельства которых позволяют  установить изучение следственной и судебной практики.

Пленум Верховного Суда РФ указал судам: «При принятии к своему производству и при рассмотрении в судебных заседаниях дел об убийствах, совершенных от ревности или мести на почве личных отношений, а также по другим мотивам, необходимо тщательно выяснять все обстоятельства совершенного убийства  с тем, чтобы ни один из перечисленных в ч. 2 ст. 105 УК РФ отягчающих признаках не оставался невыявленным и не получившим соответствующей оценки»

При исследовании мотивов и обстоятельств убийства, дающих основание для применения ч. 1 ст. 105 УК РФ, необходимо учитывать, что они не имеют самостоятельного значения для квалификации. Например, установление мотива ревности при совершении убийства вовсе не исключает его квалификации по ч. 2 ст. 105 УК РФ или по ст. ст. 106, 107, и 108 УК РФ в зависимости от наличия обстоятельств (отягчающих  либо смягчающих), влияющих на квалификацию. Военная коллегия Верховного Суда СССР по делу А. обоснованно указала, что убийство из ревности, но общеопасным способом, подлежит квалификации по п. «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ

Вместе с тем это не означает, что мотивы и обстоятельства, при которых применяется ч. 1 ст. 105 УК РФ, не должны выясняться и исследоваться по каждому уголовному делу. Они могут служить определенным ориентиром при решении вопроса о квалификации убийства. Их анализ может помочь более глубоко и полно уяснить конкретную обстановку убийства, что важно для назначения наказания и для установления и устранения причин убийств и условий, способствующих их совершению.

1. 2  Убийство из ревности 

По определению толкового словаря русского языка, ревность – это «страстная недоверчивость, мучительное сомнение в чьей-нибудь верности, в любви, в полной преданности»

Ревность как мотив убийства получила в юридической литературе различную оценку. Так, Э.Ф. Побегайло считает, что «ревность сама по себе не является низменным побуждением» По мнению А.В. Наумова, ревность – отвратительный пережиток прошлого и, и независимо от того, по какой причине она у лица возникла, убийства на этой почве должны строго наказываться На мой взгляд, ревность как мотив убийства уже в силу данного обстоятельства заслуживает отрицательной оценки. Однако это не исключает дифференцированного подхода. Степень общественной опасности убийства из ревности, как и любого убийства, должно определяться в связи с конкретными обстоятельствами совершенного преступления. Поэтому причину возникновения ревности нельзя оставлять без внимания. Как раз при совершении убийства по мотиву ревности было бы ошибочно не учитывать роль и поведение потерпевшего до или во время его совершения. Причина возникновения ревности может влиять не только на меру наказания, но и на квалификацию его действий.

Чаще всего убийства, связанные между мужчиной и женщиной, совершаются на почве эротической ревности. Она представляет собой комплекс переживаний при действительной или подозреваемой измене любимого человека и характеризуется сложной психологической структурой, эмоциональными реакциями и состояниями (зависть, ненависть, тревога, гнев, отчаяние, жажда мести, страсть и др.), мучительными сомнениями, сложными проявлениями в интеллектуальной и волевой сферах, многообразия форм поведения, зачастую социально опасного, включая убийства. Но было бы не правильно и ограничивать сферу, порождающую ревность. Известен ряд убийств, совершенных подростками на почве ревности в связи с тем, что родители или другие родственники относились к убитому (брату или сестре) «лучше», чем к совершившему это преступление.

Психиатры различают нормальную ревность, сверхценные идеи ревности и бред ревности При расследовании и рассмотрении дел об убийствах необходимо выяснять характер ревности. В последних двух случаях может оказаться, что смерть причинена лицом в состоянии невменяемости.

Для состава убийства из ревности безразлично, на кого обрушилась ревность убийцы. Потерпевшим при убийстве из ревности может быть как лицо, которое подозревается или уличается виновным в неверности, так и другие лица, поведение которых вызывает у виновного чувство ревности.

 В первом случае потерпевшим может быть один из супругов или сожителей, проявивший неверность, либо заподозренный в этом. Убийство здесь непосредственно связано с семейным бытом. Так, например, Железнодорожным судом г. Хабаровска (далее ЖД районным судом) А. был осужден за убийство своей сожительницы Б., которая призналась ему в том, что встречалась также с Ш

Однако подобное убийство может совершаться и вне семейного быта, когда потерпевшими от преступления являются лишь знакомые убийце люди.

Во втором случае потерпевшим от убийства из ревности является действительный или мнимый соперник или соперница убийцы. Так, например, по приговору ЖД районного суда был осужден Д., который, подозревал сожительницу Л. в близких отношениях со своим товарищем, убил его на почве ревности

Для состава убийства из ревности является безразличным, была ли ревность обоснованной или мнимой, дала ли жертва какие-либо действительные основания для ревности или же ревность возникла в результате мнительности лица или ложной информации.

Во всех указанных выше случаях ревность выступает как низменное эгоистическое чувство, не смягчающее убийство, независимо от наличия или отсутствия оснований для ревности. Вместе с тем, в ревности как  в мотиве человеческого поведения много личных моментов. Иногда для ревности есть повод, иногда она плод фантазии и необоснованных подозрений, но в любом случае мотива ревности самого по себе недостаточно, чтобы убийство считать совершенным при отягчающих обстоятельствах, как это вытекало из УК РСФСР 1926 г.

Для применения ч. 2 ст. 105 УК  РФ и при наличии мотива ревности необходимы обстоятельства, предусмотренные данной статьей.

Убийство из ревности в некоторых случаях может быть признано совершенным в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта). Такое убийство чаще всего сопряжено с тяжким оскорблением со стороны потерпевшего. Так Судебная коллегия Верховного Суда РФ изменила приговор нижестоящей инстанции, переквалифицировав действия Б. с ч. 1 ст. 105 УК РФ на ст. 107 УК РФ, признав ее виновной в убийстве из ревности, совершенном в состоянии аффекта, при следующих обстоятельствах. Б., узнав от мужа о его интимной близости с П., а также и о венерическом заболевании у него, привела П. домой, где в присутствии мужа просила оставить мужа и семью в покое. В ответ на это П. заявила, что если захочет, то разрушит семью, стала нецензурно выражаться, оскорблять ее честь и достоинство, схватив за волосы, применила физическое насилие. Такое поведение П. вызвало у Б. сильное душевное волнение, в состоянии которого Б. ударила П. ножом, причинив последней смерть. Как в дальнейшем пояснила Б., она не помнит обстоятельств, связанных с появлением у нее ножа и нанесением ею ножевого ранения П. После случившегося у нее было сонное состояние, вялость, закрывались глаза. Данные обстоятельства подтверждаются показаниями мужа, свидетеля. По заключению экспертов, проводивших комплексную судебно-медицинскую экспертизу, Б. проявляет  признаки невротической субдепрессии, в момент совершения преступления находилась в состоянии эмоционального напряжения, которое оказывало существенное влияние на ее поведение.

Все эти данные в совокупности, характеризующие причины и условия, вызвавшие психотравмирующую ситуацию, не были учтены судом первой инстанции, который изолированно от этих обстоятельств дал юридическую оценку лишь тем действиям Б., которые были связаны с обоюдной ссорой с П., квалифицировав убийство по ч. 1 ст. 105 УК РФ

В литературе иногда встречаются утверждения о том, что убийство из ревности якобы «совершается большей частью в состоянии физического аффекта Однако изучение практики свидетельствует о том, что убийства из ревности признаются совершенными в состоянии аффекта в самых редких случаях, так как чувство ревности чаще всего развивается постепенно и возникновение умысла, по общему правилу, лишено внезапности, необходимой для применения ст. 107 УК  РФ.

2. 1. 3 Убийство из мести, возникшей на почве личных отношений

При наличии мотива мести убийство подлежит квалификации по ст. 105 УК РФ во всех тех случаях, когда исключается месть на почве выполнения потерпевшим служебного или общественного долга и кровная месть.

«Месть – намеренное причинение зла за причиненное зло, обиду и т.п.» Здесь следует уточнить, что речь идет о» причиненном зле, обиде и т. п., которые так оцениваются субъектом, совершающим месть. Объективно действия лица, которому мстят, могут быть нейтральными, в них может не быть ни зла, ни обиды. Поэтому в данном случае речь идет о мотиве мести, возникшим у лица, совершившего убийство, на почве личных отношений. Месть возникает на почве межличностного конфликта, когда лицо отвергает возможности его разрешения путем переговоров или обращения к «арбитражу» для разрешения противоречий, а предпочитает «решение» путем насильственного преступления.

Изучение практики показывает, что поводом для мести могут быть самые различные поступки потерпевшего, которые подразделяются на правомерные и неправомерные.

Неправомерными и неэтичными действиями являются нанесение потерпевшим оскорбления виновному, избиение виновного, издевательства над ним, причинение ему какой-либо обиды и т. п. Иллюстрацией сказанному выше могут послужить следующие уголовные дела:

А) Железнодорожный районный суд г. Хабаровска осудил Б. за убийство из мести своего соседа по квартире С., который оскорбил его жену нецензурными словами, пообещав «навести в квартире порядок»

Б) ЖД районный суд осудил Г. за убийство Ю., с которым он накануне дрался, причем Ю. Ударил его доской по голове. Суд признал убийство совершенным из мести

В) Московским городским судом по ч. 1 ст. 105 УК РФ за убийство из мести был осужден Б., 16-ти лет. Явившись домой в состоянии опьянения (водку пить его научил отец), Б. взял топор и, чтобы, «отомстить за мать», которую отец, будучи пьяным, систематически избивал, убил его

Убийство из мести за неправомерные либо аморальные действия потерпевшего не свидетельствуют о повышенной общественной опасности совершенного преступления и личности преступника. Поэтому квалификация по ч. 1 ст. 105 УК РФ не вызывает сомнений.

Не вызывает трудности и разграничение такого убийства от убийства от хулиганских побуждений (п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ или от убийства в связи с осуществлением потерпевшим служебной деятельности или выполнения общественного долга (п. «б» ч. 2 ст. 105 УК РФ), поскольку поводом для совершения указанных убийств неправомерные действия быть не могут.

Однако следует отметить, что в тех случаях, когда месть на почве личных отношений возникла в результате неправомерных действий потерпевшего, совершенный непосредственно перед убийством, появляется необходимость в тщательном выяснении, не было ли оно совершено в состоянии аффекта (ст. 107 УК РФ) или при превышении пределов необходимой обороны (ст. 108 УК РФ).

На практике случаются случаи, когда убийство квалифицируется по ч. 1 ст. 105 УК РФ как совершенное из мести на почве личных отношений, хотя по всем обстоятельствам дела оно явилось непосредственной реакцией на неправомерные действия потерпевшего, дающей основания рассматривать убийство, не исключая мотива мести, совершенным в состоянии сильного душевного волнения либо с превышением пределов необходимой обороны. Так, народным судом был осужден К. за убийство А. из мести на почве личных отношений. Судом установлено, что А. и З. , находясь в состоянии опьянения, напали на К., камнями и лопатами избили его, а когда К. потерял сознание, они полагая, что он мертв, бросили его в ручей. Через несколько часов К. пришел в себя и, добравшись до общежития, обнаружил, что его вещи и документы похищены. Рабочие сообщили, что вещи и документы взяли А.. и З., в связи с чем К. подошел к А., лежавшему на кровати, и потребовал вернуть похищенное. А., не вставая с места, ответил ему нецензурной бранью и ударил К. ногой в живот. К., схватил со стола нож, нанес А. несколько ударов, повлекших смерть последнего. Вышестоящий суд обоснованно признал, что А. совершил убийство в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения15.

Ошибки. Допускаемые в таких случаях, объясняются тем, что органы следствия и суды не всегда глубоко анализируют действия потерпевшего, который дает повод для совершения преступления, расценивая деятельность виновного лишь как месть, возникшую на почве личных отношений. Однако мотив мести в подобных ситуациях не имеет никакого значения для квалификации совершенного убийства.

Как уже говорилось, поводом для совершения убийства из мести на почве личных отношений могут служить и неправомерные действия потерпевшего. Так, например, Верховным судом РФ было рассмотрено дело по обвинению Т., который после освобождения из тюрьмы истязал жену, обвиняя в супружеской неверности, а затем убил ее, узнав, что она пожаловалась на него участковому инспектору милиции

При убийстве из мести, поводом которой послужили правомерные действия, возникает вопрос о разграничении «простого» убийства (ч.1 ст. 105 УК РФ) от убийства в связи с осуществлением потерпевшим служебной деятельности или выполнением общественного долга (п. «б» ч. 2 ст. 105 УК РФ) и от убийства из хулиганских побуждений (п. «и»  ч. 2  ст. 105 УК РФ).

Неточным является утверждение М.И. Ковалева о том, что убийство из мести потерпевшего за какие-либо правомерные действия следует квалифицировать по п. «б» ч. 2 ст. 105 УК РФ Действительно, всякое убийство по мотивам мести за правомерное  осуществление лицом своей служебной деятельности или общественного долга следует квалифицировать по п. «б» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Однако убийство из мести за правомерные действия потерпевшего может быть и не связано с выполнением своей служебной деятельности или общественного долга (например, убийство за отказ сожительствовать с виновным, за отказ дать деньги в долг и т. п.). Подобные случаи убийства из мести, не осложненные квалифицирующими обстоятельствами, необходимо квалифицировать по ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Убийство из мести за правомерные действия потерпевшего следует отличать от случаев убийства из хулиганских побуждений, связанных со стремлением отомстить потерпевшему по незначительному, пустячному поводу (за отказ дать покурить, за сделанное замечание, шутку и т. п.). В каждом таком случае необходимо выяснить, действительно ли был повод для мести или виновный ссылается на данное обстоятельство лишь для того, чтобы добиться более благоприятной для себя квалификации преступления.

2. 1. 4 Убийство в драке или ссоре 

Изучение практики показывает, что значительную часть убийств, совершают в драке или ссоре, квалифицируется по ч. 1 ст. 105 УК РФ. Иногда практические работники даже высказывают мнение о том, что убийство в драке или ссоре во всех случаях влечет применение этой статьи. На мой взгляд, оно неверно, т.к. очевидно, что убийство в драке или ссоре «прямо» не предусмотрено ч. 1 ст. 105 УК РФ, и, кроме того, совершение убийства при этих обстоятельствах допускает и иную квалификацию. Только при отсутствии отягчающих обстоятельств такие убийства подлежат квалификации по ч. 1 ст. 105 УК РФ. Также необходимо отметить, что убийство в ссоре или драке само по себе не исключает и наличие обстоятельств, дающих основание расценивать такие убийства как совершенные в состоянии аффекта или с превышением пределов необходимой обороны. При наличии этих признаков убийство в драке или ссоре должно квалифицироваться соответственно по ст. ст. 107, 108, УК РФ. В тех случаях, когда умышленное лишение жизни в драке совершено в состоянии необходимой обороны без превышения его пределов, оно не содержит состава преступления.

При решении вопроса о квалификации убийств, совершенных в драке или ссоре, прежде всего, необходимо исходить из того, каковы мотивы убийства, т.к. ссора или драка не исключает наличие мотивов, влекущих признание убийства совершенным при отягчающих обстоятельствах. «Драка» или «ссора» – всего лишь обстоятельства убийства, бесспорно совершенного по какому-то мотиву. Анализ мотива убийств в «драке» и «ссоре» показывает, что они оказываются самыми различными. Так, это могут быть хулиганские побуждения, корысть, ревность и т. п. Драки или ссора нередко оказываются лишь поводом для того, чтобы обострить отношения с потерпевшим, а затем совершить убийство.

Чаще всего при рассмотрении дел об убийствах в драке или ссоре возникает вопрос об отграничении их от убийств из хулиганских побуждений. В соответствии с п. 12 постановления №1 Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. для правильного отграничения убийства от хулиганских побуждений от убийства в ссоре или драке следует выяснить, кто явился их инициатором, не был ли конфликт спровоцирован виновным для использования его в качестве повода к убийству. Если зачинщиком  ссоры или драки явился потерпевший, а равно в случаях, когда поводом к конфликту послужило его противоправное поведение, виновный не может нести ответственность за убийство из хулиганских побуждений.

Так, Президиум Верховного Суда РФ при рассмотрении дела по обвинению С., осужденного за убийство из хулиганских побуждений, при изменении квалификации преступления ссылался на то, что убийство было совершено С. в драке, зачинщиком которой он не являлся.

В другом случае Судебная коллегия по уголовным делам Верховного совета РФ при изменении приговора в отношении Л., осужденного за убийство из хулиганских побуждений, признала квалификацию преступления неправильной, так как убийства Л., совершено во время ссоры, инициатором которой был потерпевший

Более подробно вопрос разграничения рассматриваемых убийств проанализирован в работе Н.Ф. Кузнецова.

По мнению Н.Ф. Кузнецова. Для отграничения убийств из хулиганских побуждений, совершенного в ссоре или драке, от « простого» убийства в ссоре или драке важное значение приобретает установление следующих обязательств:

кто – потерпевший или убийца – был зачинщиком (инициатором) ссоры или драки; 

что представляет собой личность потерпевшего и обвиняемого, каковы между ними были взаимоотношения; 

что послужило поводом и причиной для возникновения ссоры или драки;

каков был характер действий убийцы и потерпевшего во время ссоры и драки, кто из них являлся активной стороной;

наконец, каковы конкретно мотивы убийства, совершенного в ссоре или драке 

Подводя итог сказанному о квалификации убийств во время драки и ссоры, необходимо подчеркнуть, что важно не механически констатировать наличие драки или ссоры, обращающих прежде всего на себя внимание по делу об убийстве, а выяснять мотивы и действительные обстоятельства совершенного преступления. Драка или ссора при убийстве сами по себе без учета конкретных обстоятельств дела не являются решающими признаками для квалификации преступления. Очевидно, поэтому закон не называет драку или ссору в числе обстоятельств, влияющих на квалификацию убийства.

2. 1. 5 Другие виды убийств без отягчающих и смягчающих обстоятельств

К убийству, предусмотренному ч. 1 ст. 105 УК РФ относятся и некоторые другие виды убийств, которые в следственной и судебной практике встречаются значительно редко. Так, по ч. 1 ст. 105 УК РФ следует квалифицировать:

А) убийство из трусости человека, ошибочно принятого за нападающего преступника. Например, двое мужчин возвращались поздно ночью из одной деревни в другую. Дорога, по которой они шли, проходила оврагом. Среди местных жителей ходили слухи, что в этом месте часто нападают грабители. Неожиданно идущие увидели на дороге силуэт человека и им показалось, что на них нападают. Один из этих мужчин, имевший при себе охотничье ружье, выстрелил во встретившегося им человека и убил его. Этим человеком оказался житель соседней деревни, возвращавшийся к себе домой

В приведенном случае действия виновных хотя и были обусловлены стремлением к обороне, но не могут рассматриваться как убийство при превышении пределов необходимой обороны и образуют «простое»  убийство (ч. 1 ст. 105 УК РФ).

Б) Убийство, совершенное виновным в связи с неправомерными действиями потерпевшего, которые однако исключают применение ст. ст. 107, 108 УК РФ.

Президиум Верховного суда СССР, например, признал неправомерно квалифицированными действия М., осужденного за убийство из хулиганских побуждений. Было установлено, что М. Ударил  П. палкой по голове, в результате чего наступила его смерть. Действия М. Были вызваны тем, что П. и трое его приятелей ночью, не имея каких-либо законных оснований, силой проникли в квартиру М., произвели обыск и угрожали ему арестом. Отвергнув утверждение суда о том, что М. Действовал из хулиганских побуждений, Президиум расценил совершенное преступление как умышленное убийство без отягчающих обстоятельств

К данному виду убийства могут относится также убийства, совершенные в результате неправомерного применения оружия представителем власти либо лицом, охраняющее государственное имущество, при неисполнении потерпевшим их законных требований.

В) Убийство при проведении научного эксперимента, при испытании изобретений, к которым, на  мой взгляд, должны относится убийства, связанные с изъятием органов или тканей для трансплантации у человека, обреченную на близкую смерть, но когда она еще не наступила и не зафиксирована в порядке, установленным законом «О трансплантации  органов и тканей человека», введенном в действие с 1 апреля 1993 г.

Для таких ситуаций важно подчеркнуть необходимость тщательного анализа субъективной стороны преступления. Разумеется, во всяком случае должны быть установлены косвенный смысл на совершение убийства, а также отсутствие отягчающих и смягчающих обстоятельств.

Г) С. В. Бородин в своей работе выделяет, так называемые, безмотивные убийства, которые также следует квалифицировать по ч. 1 ст. 105 УК РФ. Такие убийства иногда необоснованно признаются совершенными из хулиганских побуждений только в связи с тем, что мотив убийства не установлен. С.В. Бородин приводит следующий пример такого случая.

По приговору Верховного суда Республики Саха (Якутия) С. был осужден за убийство Д. Из хулиганских побуждений. Суд установил, что приятели Д. И З. – работники геолого-разведочной партии –целый день пили в палатке спирт. К вечеру из палатки вышел З. и заявил проходившему повару, что он выстрелил в Д. Из мелкокалиберной винтовки, и попросил посмотреть, что с ним. Д. Через некоторое время умер от полученной раны живота. Допрошенный по поводу убийства З. не отрицал совершения преступления. Он утверждал, что в связи с сильным опьянения не помнит, что послужило поводом для убийства. Ни в стадии расследования, ни в судебном заседании мотивы убийства установлены не были. Исходя из этого, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда РФ признала, что отягчающие обстоятельства не установлены, и изменили приговор

Из приведенного примера можно сделать следующий вывод, во всех случаях, когда мотивы убийства остались невыясненными и нет возможности восполнить пробел, действия виновного  при отсутствии отягчающих обстоятельств, влекущих применение ч. 2 ст. 105 УК РФ, убийство подлежит квалификации по ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Д) убийство по «договору», когда два лица соглашаются вместе уйти из жизни, а затем один из них отказывается это делать. Так, К, и М. Договорились покончить жизнь самоубийством, поскольку были «непреодолимые» препятствия для рождения и воспитания ребенка у беременной М. В сарае К. изготовил две веревочные петли. Первой повесилась М. При помощи К. Он убрал из под ее ног ящик. Затем же «раздумал» приводить договоренность в исполнение. Его действия Курганским областным судом были квалифицированы по ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Е) Убийство из сострадания, когда виновный выполняет просьбу тяжело неизлечимо больного человека о лишении его жизни. Данный вид убийств в настоящее время квалифицируется по ч. 1 ст. 105 УК РФ, При назначении наказания учитывается п. «д» ч. 1 ст. 161 УК РФ, в котором в качестве обстоятельства. Смягчающего наказание, названо: «совершение преступления по мотиву сострадания».

По УК РСФСР 1922 г., в первоначально утвержденной редакции (ст. 143), предусматривалось освобождение от уголовной ответственности за причинение смерти из сострадания. Однако через шесть месяцев после утверждения УК эта статья была из него изъята.

В настоящее время в ряде стран, к примеру в США (12 штатах), лишение жизни безнадежно больного по его просьбе (эвтаназия) легализована. Эвтаназия (с греческого) означает: легкая безболезненная смерть. В США для осуществления пассивной эвтаназии (прекращения лечения) необходимо оформить специальный документ, который отражает последнюю волю больного. Он составляется и подписывается человеком в то время, когда тот еще в здравом рассудке: «Если мне суждено заболеть неизлечимой болезнью, при которой, по мнению двух врачей, отсутствуют разумные основания ожидать выздоровления, я хочу, чтобы мне позволили умереть, а не поддерживали жизнь с помощью искусственных средств или ценой героических усилий» Такие документы считаются юридически обязательными, т.к. они защищают врачей от обвинений, которые могут возникнуть в тех случаях, когда не проводятся экстраординарные мероприятия по поддерживанию жизни.

В России все виды медицинской и немедицинской эвтаназии запрещены. На мой взгляд, это справедливо, т.к. наше общество еще не готово для решения этого вопроса, однако, я думаю, что убийство из сострадания не должно квалифицироваться как «простое» убийство (ч. 1 ст. 105 УК РФ), в Уголовный кодекс необходимо включить статью, предусматривающую ответственность за убийство, т.е. совершенное при смягчающих обстоятельствах, тем более, что при обсуждении проекта ныне действующего УК РФ (1996 г.) было предложено два варианта составов лишения жизни из сострадания, с максимальным наказанием до 3-х лет лишения свободы.

2. 1 Убийство при отягчающих обстоятельствах (ч. 2 ст. 105 УК РФ)

2. 2. 1 Общая характеристика обстоятельств, отягчающих убийство

В истории российского законодательства наиболее тяжкими в разное время признавались различные виды убийств. Например, «убийство в разбое» по Русской правде; убийство путем  отравления по Уложению Алексея Михайловича;  родственное убийство, особенно отца или матери, по Своду законов Российской Империи (1832 г.); предумышленное убийство с заранее обдуманным умыслом по Уложению о наказаниях уголовных и исправительных (1845 г.).

Выявление отягчающих обстоятельств убийств по действующему УК имеет важное значение для правильной квалификации, а затем и для наказания виновного.

Российскому уголовному законодательству в настоящее время известны два вида обстоятельств, отягчающих ответственность. Один из них имеет значение для определенного наказания лицу, совершившему преступление (юбдлщш98ст. 63 УК РФ), другие – выступают как признаки конкретного состава преступления, влияющие на его квалификацию. Сопоставление отягчающих ответственность обстоятельств, названых в ст. 63 УК, с обстоятельствами, влияющую на квалификацию отдельных преступлений, показывает, что первые служат как бы юридической базой, определяющей направленность вторых. Иными словами, отягчающие обстоятельства, названные в Общей части Уголовного кодекса, конкретизируется в отдельных составах Особенной части. Это относится в полной мере и к обстоятельствам, отягчающим ответственность за убийство. Например, такие обстоятельства из числа названных в ст. 63 УК РФ, как совершение преступления неоднократно, совершение преступления в составе группы лиц, группы лиц по предварительному сговору, организованной группы, совершение преступления с особой жестокостью, садизмом, издевательством, а также мучениями для потерпевшего и др., сформулированы в ч. 2 ст. 105 УК РФ с необходимой детализацией применительно к убийствам, с учетом специфики этих преступлений.

Вместе с тем было бы неправильно считать, что, обстоятельства, влияющие на квалификацию, по своему характеру имеют подчиненное значение по отношению к обстоятельствам, названным в Общей части УК РФ. По своей правовой природе они, несомненно, самостоятельны. Более того, обстоятельства, влияющие на квалификацию, по правильному, на мой взгляд, мнению С. В. Бородина, включают при их наличии применение по конкретному делу при назначении наказания аналогичных обстоятельств, упомянутых в ст. 63 УК РФ Это объясняется тем, что квалифицирующие обстоятельства являются признаками состава преступления и тем самым позволяют дифференцировать общественную опасность по сравнению с той, которая выражена признаками основного состава преступления. Имеется в виду ч. 1 ст. УК РФ.

По сравнению с другими видами убийств, убийства при отягчающих обстоятельствах представляют особую опасность для общества. Положение усугубляется еще и тем, что вместе с ростом числа убийств в целом за последние годы отмечается рост убийств, предусмотренных ч. 2 ст. 105 УК РФ, в частности, совершенных группой лиц, сопряженных с разбоем, совершенных общественно-опасным способом (с применением оружия или взрывчатых веществ), по найму. Складывающаяся ситуация заставила следователей и судей с вниманием относиться к выявлению обстоятельств, отягчающих убийство.

Признание тех или иных обстоятельств, при которых совершается умышленное убийство, отягчающими и оказывающими влияние на его квалификацию определяет направленность борьбы с этими преступлениями. Действующее законодательство определяет обстоятельства, отягчающие умышленное убийство, исходя из необходимости обеспечения наиболее эффективной охраной жизни любого гражданина.

Каждое из обстоятельств, указанных в ч. ст. 105 УК РФ, имеет самостоятельное значение. Поэтому недопустимо, когда следователи и судьи при квалификации действий лица, виновного в совершении убийства при отягчающий обстоятельствах, признают достаточным применение одного из пунктов ч. 2 ст. 105 УК РФ, хотя устанавливают не одно, а несколько отягчающих обстоятельств, указанных в этой статье.

Иногда такие ошибки пытаются оправдать тем, что применение одного или двух-трех пунктов ч. 2 ст. 105 УК РФ якобы не влияет на исход дела, ибо эта статья имеет единую санкцию. Последняя, конечно, верно, но с утверждением о том, что неправильная квалификация и при этом условии не влияет на исход дела, согласиться нельзя. В действительности подобная постановка вопроса неизбежно ведет к упрощенчеству. Поэтому Пленум Верховного суда п. 17 постановления №1 от 27. 01. 99 г. обоснованно указал, что умышленное убийство, совершенное при отягчающих обстоятельствах, предусмотренных двумя и более пунктами ч. 2 ст. 105 УК РФ должно квалифицироваться по всем этим пунктам. При ином подходе суд при вынесении приговора будет лишен возможности оценить все существенные обстоятельства дела и прежде всего квалифицирующие признаки совершенного преступления. Это в свою очередь повлечет назначение более мягкого наказания виновному по сравнению с тем, которого он заслуживает. Только квалификация всех действий виновного позволяет всесторонне оценить общественную опасность совершенного убийства и с учетом данных о его личности назначить справедливое наказание.

При квалификации убийства не по одному, а по нескольким пунктам ч. 2 ст. 105 УК РФ, о чем говорилось выше, необходимо помнить о том, что возможно не любая совокупность обстоятельств, отягчающих убийство. Например, убийство из корыстных побуждений нельзя одновременно признать совершенным из хулиганских побуждений, так как лицо, совершая преступления, всегда подчиняет свое поведение какому-либо одному мотиву, который и определяет смысл и содержание как цели, так и совершенных действий.

Для общей характеристики обстоятельств, отягчающих убийство, а также для уяснения их сущности определенное значение имеет их классификация. Большинство авторов классифицируют отягчающие обстоятельства по элементам состава преступления Этим делается попытка дать систематическое изложение отягчающих обстоятельств и подчеркнуть, что они тесно связаны с составом преступления.

Н. И. Загородников предложил другую классификацию отягчающих обстоятельств убийства, подразделив их на обстоятельства, характеризующие:

Мотивы и цели, квалифицирующие убийства, 

Индивидуальные черты личности преступника как квалифицирующие признаки особо опасного умышленного убийства, 

Способ действия и последствия как признак квалифицированного убийства 

Он отступил от принятой большинством авторов классификации обстоятельств, отягчающих убийство, исключив как признак классификации объект преступления. На мой взгляд, с ним можно согласиться, так как не одно из обстоятельств, отягчающих убийство, не может быть отнесено к объекту преступления. такое отягчающее обстоятельство, как например, убийства «женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности», относится к характеристике потерпевшего, но вовсе не к характеристике объекта преступления. Объект преступления при совершении любого убийства остается без изменения и сам по себе не может отягчать (как и смягчать) данное преступление.

На мой взгляд, все отягчающие убийство обстоятельства необходимо объединить в три группы:

Отягчающие обстоятельства, относящиеся к объективным свойствам убийства, то есть обстоятельства, характеризующие потерпевшего, способ действия субъекта преступления, а также последствия преступления.

Отягчающие обстоятельства, относящиеся к субъективной стороне преступления, то есть обстоятельства характеризующие содержание мотивов и целей, побудивших виновного совершить преступление.

Отягчающие обстоятельства, относящиеся к субъекту преступления.

В дальнейшем в своей работе я буду придерживаться данной классификации отягчающих обстоятельств при рассмотрении отдельных видов убийств, предусмотренных ч. 2 ст. 105 УК РФ.

2. 2. 2 Отягчающиеся обстоятельства, относящиеся к объективным свойствам убийства

2. 2. 2. 1 Убийства двух и более лиц (п. «а» ч. 2 ст. 102 УК РФ)

Квалифицированным видом убийства по обстоятельствам, относящимся к преступным последствиям, является убийство двух и более лиц (п. «а» ч. 2 ст. 102 УК РФ).

Повышенная общественная опасность убийства двух или более лиц характеризуется особой тяжестью преступных последствий (смерть нескольких человек) и особой опасностью личности убийцы, который ради удовлетворения своих низменных интересов не останавливается перед лишением жизни нескольких человек.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ в п. 5 постановления №1 от 27. 01. 99 г., при квалификации преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 2 ст. 102 УК РФ, необходимо исходить из того, что действия виновного при убийстве охватывались единством умысла и совершены, как правило одновременно.

Посягательство на жизнь нескольких человек может следовать через определенный промежуток времени и даже не совпадать по месту совершения убийства. Однако убийство нескольких лиц не совпадает по месту и времени их совершения, то необходимо, чтобы каждый факт убийства являл собой эпизод единого преступного намерения лишить жизни нескольких человек.

О единстве преступного намерения свидетельствует умысел на убийство двух или более лиц и один и тот же мотив лишения жизни этих лиц.

Умысел на убийство двух или более лиц – обязательный признак, указывающий на единство преступного намерения виновного. При признании равновременного убийства двух или более лиц, объединенного единством преступного намерения, должен быть установлен только прямой умысел, а при одновременном убийстве – возможен не только прямой, но и косвенный умысел.

Убийством с косвенным умыслом в судебной практике признается лишение жизни нескольких человек при срабатывании автоматического взрывного устройства, установленного в целях защиты садового участка от вторжения посторонних лиц

Один и тот же мотив лишения жизни каждого из потерпевших также может свидетельствовать о единстве намерений. Его значение для правильного применения п. «а» ч. 2 ст. 102 УК РФ видно на следующем примере. М., будучи в пьяном виде, из хулиганских побуждений убил сожительницу А. Затем на велосипеде поехал в соседнюю деревню, где по тому же мотиву убил сестру А. и покушался на убийства других лиц. Верховный Суд РФ признал правильной квалификацию действий М. по п. п. «и» и «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ На мой взгляд, о единстве преступного намерения М. на убийство двух и более лиц свидетельствует не только умысел, но и один и тот же мотив совершения преступления. Однако мотив не может считаться во всех случаях обязательным признаком единства преступного намерения виновного. Вполне возможна квалификация по п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ, когда два лица убиты один за другим по разным мотивам, например, смерть одному потерпевшему причинена из хулиганских побуждений, а другому – в связи с выполнением им общественного долга.

Подводя итог сказанному, можно сделать следующий вывод: в тех случаях, когда убийство двух и более лиц совершается не одновременно и не охватывается единством преступного намерения, п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ не применяется. Такое убийство при отсутствии других отягчающих обстоятельств подлежит квалификации по п. «н» ч. 2 ст. 105 УК РФ, то есть как убийство, совершенное неоднократно.

В судебной практике часто возникает вопрос о том, как квалифицировать одновременное совершение убийства одного лица и покушение на убийство другого при наличии единого умысла на убийство двух лиц. В соответствии с п. 5 постановления №1 Пленума Верховного Суда РФ от 27. 01. 99 г. убийство одного человека и покушение на жизнь другого не может оцениваться как оконченное преступление - убийство двух и более лиц. Если преступное намерение убить двух лиц не было осуществлено по причинам, независящим от воли виновного, то содеянное квалифицируется по ч. 1 или ч. 2 ст. 105 и по ч. 3 ст. 30 и по п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ. При этом необходимо учитывать, что последовательность действий виновного при одновременном убийстве одного лица и покушении на жизнь  другого не имеет значения для квалификации по названным статьям. Примером этому может служить следующее уголовное дело. В помещении гаража во время распития спиртных напитков между П. и Ш. В присутствии К. возникла ссора, во время которой они оскорбляли друг друга. Затем Ш. Ударил П. кулаком. После этого П. с целью убийства нанес Ш. Металлической болванкой весом 7 кг. по голове удар, который пришелся вскользь, но потерпевший упал на пол без сознания. Со скамейки пытался подняться К., которого П. дважды ударил этой же болванкой по голове, от чего тот скончался на месте. Действия П. судом были квалифицированы по п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ и по ч. 3 ст. 30 и по п. «а» ст. 105 УК РФ

На практике часто возникает вопрос об отграничении убийства двух и более лиц от убийства, совершенного общеопасным способом (п. «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ). суды часто не учитывают различий и условий квалификации этих убийств. Так, Т. был осужден по ч. 3 ст. 30 и п. п. «е» и «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ за то, что он произвел три выстрела из ружья, покушаясь на убийство братьев А., В., К. Судебная коллегия по уголовным дела Верховного суда РСФСР признало неправильной квалификацию по ч. 3 ст. 30 и п. «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ и указало: «в обоснование такой квалификации суд в приговоре сослался на то, что Т. стрелял в группу людей, причинив братьям А. и В. телесные повреждения, при этом жизни К. угрожала опасность. Однако суд не учел, что группа состояла из тех трех лиц, на жизнь которых он и покушался. Если же виновный подвергал опасности жизнь тех лиц, на убийство которых был направлен умысел, квалификация по п. «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ не требуется»

Вопрос о квалификации убийства по совокупности этих признаков по нашему мнению, должен разрешаться следующим образом, в тех случаях, когда лицо, совершая преступления, ставит перед собой конкретную цель – убийство двух или более лиц и осуществляет его способом, при котором создается опасность для жизни других лиц, применению подлежит как п. «а», так и п. «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Здесь способ убийства двух или более лиц одновременно свидетельствует о его опасности для жизни многих людей. Преступление будет квалифицироваться по совокупности п. п. «а» и «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ и в том случае, если виновный совершит убийство двух или более лиц, независимо от характера умысла, способом, опасным для жизни многих людей, в отношении которых он действовал с косвенным умыслом.

Убийство двух или более лиц в состоянии аффекта или при превышении пределов необходимой обороны квалифицируется соответственно по ст. ст. 107, 108 УК РФ.

2. 2. 2. 2 Убийство лица или его близких в связи с осуществлением данным лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга (п. «б» ч. 2 ст.105 УК РФ)

Данное отягчающее обстоятельство характеризует личность потерпевшего. Законодатель подчеркивает необходимость усиления охраны жизни лиц или их близких в связи с выполнением ими своего служебного или общественного долга.

Убийство, подлежащее квалификации по п. «б» ч. 2 ст. 105 УК РФ, как правило, совершается с целью воспрепятствования правомерной деятельности потерпевшего либо его близкого по выполнению служебного или общественного долга, а также по мотивам мести за такого рода деятельность.

Рассматриваемое обладает следующими необходимыми признаками. Во-первых, убийство должно быть совершено в связи с правомерной деятельностью потерпевшего или его близкого, которая является выполнением его служебной деятельности или осуществлением  общественного долга. Во-вторых, между убийством и служебной или общественной деятельностью потерпевшего должна существовать причинная связь, то есть эта деятельность должна быть поводом убийству. В-третьих, виновный должен сознавать, что совершает убийство в связи с выполнением потерпевшим своей служебной деятельности или осуществлением общественного долга (отсутствие такого сознания исключает данный состав убийства).

Под осуществлением служебной деятельности следует понимать действие лица, входящие в круг его обязанностей, вытекающих из трудового договора (контракта) с государственными, муниципальными, частными и иными зарегистрированными в установленном порядке предприятиями и организациями независимо от форм собственности, с предпринимателями, деятельность которых не противоречит действующему законодательству.

Указанное в законе об осуществлении потерпевшим своей служебной деятельности относится не только к должностным лицам. Потерпевшим по такому делу об убийстве может оказаться как руководитель какого-либо учреждения, предприятия или организации, так и любой рабочий, сторож и т. п.

В судебной практике не встречалось ни одного убийства из мести в связи со служебной деятельностью потерпевшего, которое не было бы вызвано добросовестным исполнением им служебных обязанностей. Это объясняется тем, что по п. «б» ч. 2 ст. 105 УК РФ следует квалифицировать убийство лишь такого лица, которое действует на законном основании. Если же потерпевший действовал незаконно (злоупотреблял служебным положением и допускал превышение власти) в отношении лица, совершившего убийство, последнее не может быть квалифицированно по п. «б» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Потерпевшим по делам об убийстве с выполнением служебного долга чаще всего оказываются должностные лица, предъявляющие к подчиненным требования, связанные с работой последних, либо осуществляющие иные служебные функции.

Так, Е. был осужден по п. «б» ч. 2 ст. 105 УК РФ за убийство Ст. в связи с осуществлением ею своей служебной деятельности. Старший инженер кинотеатра Е. систематически употреблял спиртные напитки, появлялся на работе в нетрезвом виде, совершал прогулы. Старший бухгалтер киносети Ст. , выполнявшая свою служебную деятельность, сообщила об этом директору киносети и не начислила заработную плату за дни прогулов. С целью воспрепятствованию служебной деятельности Ст. Е. решил ее убить. Придя на работу с охотничьем ружьем, он с расстояния трех метров выстрелил в лицо Ст. и убил ее. Суд в приговоре указал, что Ст. должна была осуществлять контроль за правильностью и законностью проводимых в учреждении расходов, в частности, и за начислением заработной платы Е

Под выполнением общественного долга следует понимать осуществление гражданином как специально возложенных на него обязанностей в интересах общества или законных интересов отдельных лиц, так и совершение других общественно полезных действий (пресечение правонарушений, сообщение органам власти о совершенном или готовившимся преступлений либо местонахождение лица, разыскиваемого в связи с совершения им правонарушений, дача свидетелем или потерпевшим показаний, изобличающих либо в совершении преступления, и др.).

В отличие от прежнего УК новая норма предусматривает ответственность за убийство не только самого лица, осуществляющую служебную деятельность и выполняющего общественный долг, но и его близких.

Пункт 6 постановления №1 Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. к близким к потерпевшему лицам, наряду с близкими родственниками, относит иных лиц, состоящих с ним в родстве, свойстве (родственники супруга), а также лиц, жизнь, здоровье и благополучие которых заведомо для виновного дороги потерпевшему в силу сложившихся личных отношений.

В судебной практике возник вопрос о том, имеет ли значение время, истекающее с момента выполнения лицом служебного долга до момента посягательства на жизнь этого лица. П. был осужден за кражу и совершил побег из места заключения. Работавший стрелком охраны Т. задержал его и П. возвращен для отбывания наказания. При этом П. угрожал Т. отомстить убийством. Спустя 20 лет П. встретил Т. в гостях у К., схватил нож и со словами6»Вот теперь ты мне попался, я тебя убью!» бросился на него и нанес несколько ударов, но был обезоружен. Т. были причинены легкие телесные повреждения. Суд квалифицировал действия П. по ч. 3 ст. 30 и п. «б» ч. 2 ст. 105 УК РФ. В протесте прокуратуры ставился вопрос о переквалификации действий П. потому, что с момента столкновения П. с Т. как должностным лицом прошло почти 20 лет, на ч. 3 ст. 30 и ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Пленум Верховного Суда СССР отклонил протест и указал, что ответственность за убийство в связи с выполнением потерпевшим своего служебного долга наступает независимо от того, когда были совершены потерпевшим те или иные действия по службе. Важно лишь то, что убийство совершено из мести потерпевшему за выполнение им указанных действий, что и было установлено по данному делу.

Такое решение вполне обосновано. Осужденный в данном случае пытался реализовать высказанную им раннее угрозу убийством. Мотив мести на почве служебной деятельности как побудительная причина преступления с течением времени не изменился, остался прежним. Это положение относится и к убийству в связи с выполнением потерпевшим своего общественного долга.

2. 2. 2. 3 Убийство женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности (п. «г» ч. 2 ст. 105 УК РФ)

Отнесение такого убийства к числу квалифицированных вполне целесообразно и обосновано. Состояние беременности, особенно в последние месяцы, делают женщину менее подвижной, менее сильной, в ее организме превалирующими являются процессы торможения. Такое положение беременной женщины сближает ее с положением лица, находящегося в беспомощном состоянии. В состоянии беременности женщина менее способна к тому, чтобы уклониться от нападения, чтобы оказать сопротивление нападающему. Это помогает убийце осуществить свое намерение и делает квалифицированным убийство, совершенное при таких обстоятельствах.

При убийстве беременной женщины лишается жизни не только будущая мать, но и происходит уничтожение другой жизни, жизни плода человека. Лишение жизни потерпевшей в этом случае соединяется с наступлением и другого тяжкого последствия – уничтожения плода.

Убийство заведомо беременной женщины крайне отрицательно характеризует личность убийцы, свидетельствует об особой жестокости виновного, о попирании им элементарных требований морали, о его повышенной опасности.

Устанавливая повышенную ответственность за убийство беременной женщины, закон выдвигает в качестве обязательного условия, необходимого для квалификации действий виновного по п. «г» ч. 2 ст. 105 УК РФ, его заведомую осведомленность о беременности потерпевшей.

Заведомость предполагает осведомленность виновного о том, что он посягает на жизнь беременной женщины. В связи с этим представляется спорным указание Судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда РФ по делу Б., осужденного Тюменским областным судом по п. «г» ч. 2 ст. 205 УК РФ о том, что для такой квалификации убийства необходимо, чтобы виновный достоверно знал о беременности потерпевшей. В судебном заседании Б. показал, что жена сообщила ему о своей беременности предположительно. «Следовательно, - указала коллегия, - Б. заведомо не знал о том, что жена находилась в состоянии беременности»

Важно отметить, что при заведомости несомненность знания субъекта об отягчающем обстоятельстве следует отнести не к тому, имеется ли оно в действительности, а к тому, что он знает о нем. При этом несомненность знания об отягчающем обстоятельстве не изменится от того, что у субъекта нет полной уверенности в его физическом наличии. В таких случаях отношение виновного к отягчающему обстоятельству характеризуется косвенным умыслом (он безразлично относится к его наличию) и, следовательно, квалификация убийства по п. «г» ч. 2 ст. 105 УК РФ не исключается.

Чаще всего такие затруднения в применении п. «г» ч. 2 ст. 105 УК РФ возникают в тех случаях, когда потерпевшая оказывается убитой в первые месяцы беременности.

В судебной практике возник вопрос о том, подлежит ли применению п. «г» ч. 2 ст. 105 УК РФ, когда виновный, совершая убийство, ошибочно полагает, что потерпевшая находится в состоянии беременности.

Верховным судом РФ в кассационном порядке было рассмотрено дело по обвинению Л., совершившего убийство Ш., с которой он состоял в интимной связи. Ш., желая, чтобы Л. ушел от жены, однажды заявила ему, что она беременна. Л., опасаясь «неприятностей» дома и на работе, решил совершить убийство. С этой целью он пригласил Ш. В лес за ягодами и убил. Вскрытие показало, что беременной потерпевшая не была. Суд квалифицировал действия виновного по п. «г» ч. 2 ст. 105 УК РФ. С таким решением вопроса можно согласиться, но при этом необходимо иметь ввиду следующее. Судя по обстоятельствам убийства, Л. допустил физическую ошибку, которая состояла в предположении наличия обстоятельства, квалифицирующего убийство. Он заблуждался, полагая, что личность потерпевшей обладает теми качествами, которые влекут для него повышенную ответственность за убийство. По мнению А.А. Пионтковского, «совершение преступления при ошибочном предположении лица о наличии квалифицирующих преступление обстоятельств следует рассматривать как покушение на совершение квалифицированного преступления» Исходя из этого, действия Л. следовало бы квалифицировать как покушение на убийство при отягчающих обстоятельствах по ч. 3 ст. 30 и п. «г» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Но в данном случае с таким предложением согласиться нельзя, поскольку потерпевшей причинена смерть и налицо оконченное преступление.

Б.Б. Здравомыслов полагал, что в подобных случаях действия виновного должны квалифицироваться как оконченное преступление без отягчающих обстоятельств и как покушение на аналогичное преступление при отягчающих обстоятельствах. Поскольку такая квалификация позволяет непосредственно установить физически совершенное привлекаемым к ответственности лицом. Свое предложение он мотивирует тем, что «совершая покушение на квалифицированное преступление, лицо может и не достигнуть стадии, на которой простое преступление считается законченным»

Для некоторых преступлений такое решение вопроса и аргументация приемлемы.

При убийстве же подлежащем квалификации по п. «г» ч. 2 ст. 105 УК РФ, не может быть стадий в указанном смысле. Покушение на такое убийство при отягчающих обстоятельствах. Оно ни в коей стадии не может быть квалифицировано по ч. 1 ст. 105 УК РФ. Кроме того, квалификация убийства по ч. 3 ст. 30, по п. «г» ч. 2 ст. 105 и по ч. 1 ст. 105 УК РФ дает основание для утверждения, что виновный совершил два преступления, хотя в действительности он совершил одно. При таком положении, на мой взгляд, меньшей неточностью будет признание убийства при указанных обстоятельствах оконченным и применение п. «г» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Убийство женщины, заведомо для виновного находившейся в состоянии беременности, совершенное при повышении пределов необходимой обороны или в состоянии аффекта исключает применение п. «г» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Такое убийство, как разъясняет Пленум Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г., должно квалифицироваться по ст. ст.  107, 108 УК РФ.

2. 2. 2. 4 Убийство лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, а равно сопряженное с похищением человека либо захватом заложника (п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ)

В данном квалифицирующем признаке убийства объединены два отягчающих обстоятельства, первое из которых характеризует личность потерпевшего (беспомощное состояние), а второе – особенность способа действия (сопряженное с похищением человека либо захватом заложника).

Повышенная общественная опасность убийства лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, проявляется в том, что в подобных случаях виновный пользуется тем. Что потерпевший не может обороняться, не может избежать нападения, не может принять мер для обеспечения личной безопасности и не может уйти, отвести удар убийцы. Виновный заведомо рассчитывает на это и использует беспомощное состояние для облегчения осуществления своих преступных планов.

Согласно п. 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. под беспомощным состоянием человека следует понимать такое состояние, когда потерпевший не способен в силу физического или психического состояния защитить себя, оказать активное сопротивлению виновному. К лицам, находящимся в беспомощном состоянии, могут быть отнесены, в частности, тяжелобольные и престарелые, малолетние дети, лица, страдающие психическими расстройствами, лишающими их способности правильно воспринимать происходящее.

Примером убийства лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, может послужить следующее уголовное дело.

Верховным Судом Республики Татарстан 22 апреля 1997 г. Х. Осужден по п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ к лишению свободы сроком на 13 лет. Он признан виновным в убийстве Р., заведомо для него находившегося в беспомощном состоянии.

Х. 15 января 1997 г. в ходе возникшей ссоры ударил Р. в грудь, отчего тот упал. Затем Х. Стал избивать его ногами, обутые в зимние сапоги, нанося удары по различным частям тела: голове, шее, грудной клетке, животу. В завершении всего Х. Обеими ногами прыгнул на грудь лежавшему потерпевшему. От получения телесных повреждений Х. Скончался на месте происшествия.

Исходя из характера действий Х., причинившего Р. указанные в заключении судебно-медицинского эксперта телесные повреждения ногами, суд пришел к правильному выводу: виновный действовал с прямым умыслом на лишение жизни потерпевшего.

Помимо этого, согласно заключению судебно-медицинского эксперта, показаниям представителя Р. и свидетеля Г., потерпевший Р. находился в сильной степени опьянения, а Х. по своим физическим данным имел явное превосходство над ним.

При таких обстоятельствах суд обосновано признал, что потерпевший Р. заведомо для Х. Находился в беспомощном состоянии

По другому уголовному делу убийства спящего потерпевшего путем нанесения ему трех ударов топором по голове также обоснованно квалифицированно судом по п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ как и убийство лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии

Устанавливая повышенную ответственность за убийство лица в беспомощном состоянии, закон выдвигает в качестве обязательного условия, необходимого для квалификации действий виновного по п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ, его заведомую осведомленность о беременности потерпевшей. Заведомость предполагает осведомленность виновного в том, что он посягает на жизнь лица, находящегося в беспомощном положении. Как уже было ранее отмечено при заведомости несомненность знания субъекта об отягчающем обстоятельстве следует отнести не к тому. Имеется ли оно в действительности, а к тому, что он знает о нем. При этом несомненность знание об отягчающем обстоятельстве не изменится от того, что у субъекта нет полной уверенности в его физическом наличии. В таких случаях отношение виновного к отягчающему обстоятельству характеризуется косвенным умыслом и, следовательно, квалификация убийства по п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ не исключается.

Если виновный не сознает беспомощности потерпевшего, а следовательно, и не использует этого, то при отсутствии других отягчающих обстоятельств убийства лица, находящегося в беспомощном состоянии, нельзя признать квалифицированным.

Иначе должен решаться вопрос о том, подлежит ли применению п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ, когда виновный, совершая убийство, ошибочно полагает, что потерпевший находится в беспомощном состоянии. Например, при появлении неизвестного в квартире, хозяин квартиры из-за трусости притворился спящим и был убит в таком состоянии. В данной ситуации виновный, считая, что потерпевший действительно спит, используя такое беспомощное состояние для убийства, в связи с этим, на мой взгляд, его действия надлежит квалифицировать по п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Второе отягчающее обстоятельство убийства по п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ связано с особенностью способа действия. Так, убийство лица, сопряженное с похищением человека либо захватом заложника, надлежит квалифицировать по п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Рассмотрим понятия «похищение человека» и «захват заложника».

Под похищением человека следует понимать противоправные умышленные действия, сопряженные с тайным или открытым либо с помощью обмана завладением (захватом) живым человеком, естественной микросоциальной среды, изъятием с места его постоянного или временного пребывания с последующим удержанием помимо его воли в другом месте.

Под захватом заложника понимается такое неправомерное физическое ограничение свободы человека, при котором его последующее возвращение к свободе становится в зависимость от выполнения требований субъекта, обращенных к государству, организации, физическим и юридическим лицам.

Если в процессе указанных выше действий, связанных с похищением и удержанием человека либо с захватом и удержанием заложника либо других лиц (например, препятствующих похищению либо пытающихся освободить заложников), содеянное квалифицируется по п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ по совокупности с преступлениями, предусмотренными ст. 126 (похищение заложника) или ст. 206 (захват заложника) УК РФ.

2. 2. 2. 5 Убийство, совершенное с особой жестокостью 

Совершение преступления с особой жестокостью, садизмом, издевательством, а также мучениями для потерпевшего признается обстоятельством, отягчающим совершения любого преступления п. «и» ч. ст. 63 УК РФ Пункт «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ является конкретным проявлением этого общего положения при совершении убийства.

Указание на особую жестокость совершенного убийства дает яркую характеристику повышенной общественной опасности как способа действий в виде предсмертных страданий и мучений потерпевшего, так и личность преступника, его исключительное бессердечие, безжалостность и беспощадность, проявленные при совершении преступления. Правильное применение п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ находится в зависимости от того, что понимается под «особой жестокостью» при совершении убийства. Относя особую жестокость к обстоятельствам, отягчающим убийство, закон вместе с тем не называет критерии, по которым убийство должно быть признано, совершенным с особой жестокостью. Некоторые следователи и судьи пытаются найти ответ на этот вопрос в заключении судебно-медицинского эксперта.

Так судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ отменила приговор нижестоящего суда по делу Б., осужденного по п «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ за убийство своей сожительницы В. Судебная коллегия согласилась на то, что в суде не был допрошен судебно-медицинский эксперт и в связи с этим осталось не установленным, было ли совершено убийство с особой жестокостью. Президиум Верховного Суда РФ отметил определение Коллегии по этому делу  как противоречие закону. В самом деле, в п. 1 ст. 79 УПК РСФСР говориться, что судебно-медицинский эксперт устанавливает причины смерти и характер телесных повреждений. Установление «особой жестокости» закон не относит к компетенции судебно-медицинского эксперта.

Разумеется, нельзя впадать в другую крайность и вообще игнорировать заключение эксперта при определении особой жестокости убийства. Так как в ряде случаев выводы эксперта о характере телесных повреждений и причине смерти потерпевшего в совокупности с другими  доказательствами позволяют сделать обоснованный вывод о квалификации убийства по п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ. При этом во всяком случае необходимо иметь ввиду, что особая жестокость – не медицинское, а юридическое понятие.

Отдельные авторы рекомендуют применять п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ исходя из разъяснения в толковом словаре русского языка термина «жестокость», не ограничивая это понятие от «особой жестокости».

На практике подобные рекомендации могут привести к необоснованному расширению пределов применения п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Именно это обстоятельство подчеркнул Президиум Верховного Суда РФ по делу А., признав необоснованной квалификацию действий А. по п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ, Президиум указал, что всякое убийство является тяжким и в той или иной мере жестоким преступлением, а при квалификации убийства по п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ необходима особая жестокость.

Для решения вопроса о привлечении к уголовной ответственности по п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ, как это следует из анализа п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №1 от 27 .01. 99 г. обязательно наличие двух признаков:

А) объективного, выражающегося в том, что способ убийства и другие обстоятельства объективно свидетельствуют о причинении действиями виновного потерпевшему или его близким мучений и страданий.

Объективный признак особой жестокости наличествует, в частности, в случаях, когда перед лишением жизни или в процессе совершения убийства к потерпевшему применялись пытки, истязания или  совершалось глумление над жертвой, либо когда убийство совершенно способом, который заведомо для виновного связан с применением потерпевшему особых страданий (нанесения большего количества телесных повреждений, использование мучительно действующего яда, сожжение заживо, длительное лишение воды и т. п.) Проиллюстрировать особо жестокий способ убийства можно на следующем примере.

4 августа 1995 г. Э. В состоянии опьянения во время ссоры с К., с которой проживал в одной семье, нанес ей не менее пяти ударов шваброй по голове, а затем ее живую погреб, облил бензином и поджег. Согласно заключению эксперта, смерть К. последовала от обширного термического ожога 3-й  степени площадью 20-25 % поверхности тела и отравления бензином. Президиум Верховного Суда РФ действия Э. По лишению жизни К. были квалифицированны как убийство, совершенное с особой жестокостью (п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ)

Анализ практики показывает, что суды не всегда учитывают, что действия, свидетельствующие об особой жестокости, должны быть совершены непосредственно перед убийством или в процессе его совершения, как это предусмотрено в п. 8 указанного выше Постановления Пленума Верховного Суда РФ.

Ростовский областной суд, например, рассматривая дело по обвинению М. в покушении на убийство, признал его совершенным с особой жестокостью. При этом в приговоре подчеркнуто, что М. перед убийством более года пьянствовал и избивал потерпевшую. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ, указав, что М. при покушении на убийство не проявлял особой жестокости, переквалифицировав его действия на ст. 30 и ч. 1 ст. 105 УК РФ, признав таким образом, что истязание, хотя и предшествовало убийству, но непосредственно не были связаны с ним

Объективный признак, необходимый для квалификации по п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ, имеет место в тех случаях, когда убийство совершается в присутствии близких потерпевшему лиц, когда виновный сознавал, что своими действиями причиняет особые страдания. Так, например, Хабаровский краевой суд признал К. виновным в совершении убийства Д. С особой жестокостью, при следующих обстоятельствах: Д. и К., находясь в сильном алкогольном опьянении, затеяли ссору, которая перешла в драку, во время которой Д. Избил К., причинив ему телесные повреждения. Пришедший в себя после побоев К. взял на кухне нож, вошел в комнату и в присутствии Н. (сожительницы Д. и К. Л. жены К. и дочери Н.) умышленно, сознавая, что причиняет своими действиями близким Д. Людям страдания, с целью убийства дважды ударил ножом  Д. в грудь, причинив ему телесные повреждения, повлекшие смерть. Н. и К.Л., пытались помешать действия К. остановить его, при этом Н. топором ударил его в спину, не получив телесных повреждений К.Л. после нанесения К. ударов Д. Сумела выхватить нож у мужа и убежала. В момент совершения убийства Н. и КЛ. находились в стрессовом состоянии: плакали, были напуганы, пытались пресечь преступные действия К.

Рассматриваемое дело интересно также и тем, что Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ приговор отменила, переквалифицировав действия К. с п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ на ч.1 ст. 105 УК РФ, сославшись на то. Что убийство Д. Было совершено К. в присутствии сожительницы потерпевшего – Н. и ее дочери К., Л, которые в соответствии с законом не относятся к близким родственникам, вследствие  чего это убийство не может быть расценено как совершенное с особой жестокостью. Президиум Верховного Суда РФ отменил кассационное определение, указав, что круг близких потерпевшему лиц, убийство в присутствии которых признается особо жестоким, не ограничен перечнем близких родственников, предусмотренных ст. 34 УПК РСФСР.

Как видно из материалов дела, Н. и ее дочь К.Л. совместно с Д. Проживали 7 лет, Н. считала и называла Д. своим мужем, а К.Л. – отцом, Д. И Н. имели общего ребенка. О характере таких взаимоотношений был осведомлен и осужденный К. – муж К.Л., называвший Д. своим тестем.

Эти данные позволяют сделать вывод о том, что Н. и К.Л. с учетом сложившихся взаимоотношений с Д.  И конкретных обстоятельств дела были близкими потерпевшему людьми

В рассматриваемом случае об особой жестокости свидетельствует характер действия виновного, выражающийся в надругательстве над чувствами близких потерпевшему лиц, в присутствии которых совершается убийство.

Б) субъективного признака; В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда РФ №1 от 27 января 1999 г. для признания убийства с особой жестокостью необходимо установить, что умыслом виновного охватывалось совершение убийства с особой жестокостью (п.8). В связи с этим положением в каждом конкретном случае должно быть выяснено отношение виновного не только к последствию, но и к особой жестокости как к обстоятельству, отягчающему убийство. Квалификация убийства по п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ может оказаться неправильной, если не выяснены и соответствующим образом не оценены эти обстоятельства. Так, С. была осуждена Кемеровским областным судом по п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Президиум Верховного Суда РФ переквалифицировал действия осужденной на ч. 1 ст. 105 УК РФ, сославшись на то, что нанесение потерпевшему несколько ударов топором было вызвано не сознанием с ее стороны особой жестокостью, а опасением, что В. расправиться с ней, если останется в живых, так как он угрожал убить С. и ее мать

Очевидно, что в данном случае виновная действовала без цели совершить убийство с особой жестокостью и не сознавала, что ее действия могут объективно свидетельствовать об особой жестокости. При таких обстоятельствах признание убийства совершенным с особой жестокостью было бы объективным вменением.

Субъективное отношение виновного может быть установлено из его показаний, показаний свидетелей и других доказательств, позволяющих сделать вывод об особой жестокости. Но чаще всего вывод приходится делать в зависимости от действий виновного во время убийства, обстановки его совершения, личности потерпевшего и некоторых обстоятельств, в которых может проявляться особая жестокость.

В завершении анализа убийства, совершенного с особой жестокостью, необходимо отметить следующее: во-первых, уничтожение или расчленение трупа с целью сокрытия преступления не может быть основанием для квалификации убийства как совершенного с особой жестокостью; во-вторых, глумление над трупом само по себе также не может расцениваться в качестве обстоятельства, свидетельствующего о совершении убийства с особой жестокостью. Содеянное в таких случаях, если не имеет других данных о проявлении виновным особой жестокости перед лишением потерпевшего жизни или в процессе совершения убийства, следует квалифицировать по соответствующей части ст. 105 УК РФ, предусматривающей ответственность за надругательство над телами умерших.

2. 2. 2. 6 Убийство, совершенное общеопасным способом (п. «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ)

К числу обстоятельств, квалифицирующих состав убийства, действующее уголовное законодательство относит и общеопасный способ (п. «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ).

Повышенная опасность такого преступления состоит прежде всего в том, что при этом способе убийства лишен жизни может быть не один человек, а несколько. Кроме того, названный способ действия достаточно ярко характеризует и повышенную опасность личности преступника. В подобных случаях преступник идет на совершение убийства, не считаясь с той опасностью, которую он создает своими действиями для окружающих, проявляет преступное равнодушие к жизненно важным благам других лиц и обнаруживает тем самым свой предельный эгоизм и нежелание считаться с интересами людей. Для правильной квалификации убийства по п. «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ имеет значение выяснение способа совершения убийства. Зачастую общеопасность способа убийства не вызывает сомнения.

Это относится, например, к тем случаям, когда убийство совершается путем взрыва, поджога, обвала, разрушения строений и сооружений в местах, где, помимо потерпевшего, находятся другие лица, путем производства выстрелов в местах скопления людей, отравления воды, пищи, которыми, помимо потерпевшего пользуются другие люди и т. п..

Так, Н. с целью убийства жены во время поездки на автобусе подложил ей в хозяйственную сумку сконструированное им взрывное устройство. От взрыва в автобусе погибло три человека и шесть были ранены Правильность применения п. «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ в этих случаях сомнений не вызывает.

Однако опасность способа должна оцениваться не абстрактно, а в конкретной обстановке совершения преступления. То же применение взрывного устройства, например, в безлюдном месте, где находится один потерпевший, нельзя квалифицировать по п. «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Президиум Верховного Суда РФ признал неправильной квалификацию по п. «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ действий К., который тремя выстрелами из пистолета на одной из улиц г. Калуги убил Ш. Суд мотивировал указанную квалификацию тем, что в направлении выстрелов, произведенных К., как правило, происходит большое движений пешеходов и транспорта. Этот довод Президиум признал не убедительным и указал, основанием для признания убийства совершенным общеопасным способом, в данном случае мог бы быть лишь факт пребывания других людей в том месте, в направлении которого велась стрельба

В судебной практике возникает вопрос о том, как следует понимать указание закона об общеопасности способа, т.е. для какого числа лиц способ убийства создает опасность и влечет применение п. «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Убедительные соображения по этому вопросу содержатся в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №1 от 27 января 1999 г., где говорится, что под общеопасным способом убийства следует понимать такой способ умышленного причинения смерти, который заведомо для виновного представляет опасность для жизни не только потерпевшего, но хотя бы еще одного лица.

Правильная квалификация убийства по п. «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ зависит также от выяснения признаков субъективной стороны этого преступления. Установлению подлежит характер умысла виновного как в отношении потерпевшего, так и в отношении лиц, для жизни которых способ опасен. Чаще всего виновный при таком убийстве преследует цель лишения жизни какого-то определенного лица  и безразлично относится к тому, что он ставит в опасность жизни других людей, т.е. в отношении потерпевшего действует с прямым умыслом, а в отношении других лиц – с косвенным умыслом.

Однако встречаются и такие убийства, когда виновный действует с косвенным умыслом без цели убийства какого либо лица. В этом отношении характерно дело по обвинению Д., рассмотренное Верховным Судом РФ. Д., имея при себе мелкокалиберную винтовку, будучи в нетрезвом состоянии, в полевом стане открыл беспорядочную стрельбу, в результате которой был убит С., а жизнь людей, находившимся вместе с потерпевшим, подвергалась опасности. Как в отношении С., так и в отношении других лиц Д. действовал с косвенным умыслом

В судебной практике долгое время возникал вопрос о том, как должны квалифицироваться последствия убийства, совершенного общеопасным

способом, если такие последствия заключаются в причинении того или иного вреда жизни и здоровью других лиц?

Ряд авторов (например, Н. И. Загородников, С. В. Бородин) считают, что когда убийство, совершенное общеопасным способом, сопровождается причинением другим лицам телесных повреждений, то такие последствия представляют собой реальное воплощение той опасности, которая создается для окружающих людей.

По мнению С. В. Бородина, признавая указанный способ действий виновного отягчающим обстоятельством  и устанавливая за такое преступление повышенное наказание, закон, тем самым, допускает возможность причинения вреда здоровью третьих лиц. Реальное причинение такого вреда, хотя и является преступлением, однако в данном случае представляет собой один из возможных элементов объективной стороны состава другого, более тяжкого преступления, в связи с чем утрачивает значение самостоятельного преступления и, следовательно, не требует самостоятельной квалификации

Совершенно противоположную, на мой взгляд, правильную позицию по данному вопросу занял М. Д. Шаргородский, он писал, что при квалификации по п. «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ убийство, которое сопровождалось причинением телесных повреждений другим лицам, телесные повреждения требуют дополнительной квалификации По тому же пути пошел Пленум Верховного Суда РФ, который в п. 9 постановления №1 от 27 января 1999 г. разъяснил, что в случаях причинения телесных повреждений другим лицам действия виновного надлежит квалифицировать помимо п. «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ, также по статье, предусматривающей ответственность за умышленное причинение телесных повреждений.

Общеопасным способом может быть убито несколько лиц. Какова же в таких случаях должна быть квалификация? По мнению Н. И. Загородникова, если в результате действий, опасных для жизни многих лиц, будет лишен жизни не один человек, а двое или более лиц, то такие действия квалифицируются только по статье, предусматривающей квалифицированное убийство (п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ – убийство двух и более лиц) Эта точка зрения представляется мне неправильной, т. к. в случае предложенной Н. И. Загородниковым квалификации общеопасный способ убийства остается без должной юридической оценки. Я думаю, верно решен данный вопрос в работе Э. Ф. Побегайло Он говорит, что, если у виновного, применяющего общеопасный способ, был прямой или косвенный умысел на убийство нескольких лиц, его действия следует квалифицировать, помимо п. «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ, по п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ (убийство двух и более лиц). Такое же мнение по данному вопросу высказано в п. 9 постановления №1 Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г.

Необходимо также отметить, что, если убийство, совершенное общеопасным способом, причиняет вред, помимо личности еще и другим охраняемым уголовным законом интересам и эти последствия подпадают под признаки того или иного состава преступления, такого рода действия следует квалифицировать по совокупности преступлений  (п. 9 указанного постановления). Например, в тех случаях, когда убийство путем взрыва, поджога или иным общеопасным способом сопряжено с уничтожением или повреждением чужого имущества либо с уничтожением или повреждением лесов, а равно и насаждений, не входящих в лесной фонд, содеянное, наряду с п. «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ, следует квалифицировать также по ч. 2 ст. 167 или по ч. 2 ст. 161 УК РФ.

2. 2. 2. 7 Убийство, совершенное группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой (п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ)

Данный вид убийства всегда представляет повышенную общественную опасность уже потому, что осуществляется в условиях, парализующих возможности потерпевшего защитить свою жизнь и облегчающих доведение преступного замысла до конца.

Рассмотрим каждую из форм соучастия, квалифицирующих убийство, предусмотренное п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Убийство признается совершенным группой людей, когда два или более лица, действуя совместно, с умыслом, направленным на совершение убийства, непосредственно участвовали в процессе лишения жизни потерпевшего, причиняя к нему насилие. Причем, как групповое убийство должны квалифицироваться не только действия лиц, непосредственно причинивших смерть потерпевшему, но и действия тех, кто содействовал этому путем применения к потерпевшему физического насилия (например, один держал жертву за руки, лишая ее возможности защищаться, в то время как другой наносил ей ножевые ранения).

Так, Судебной коллегией Верховного Суда РФ приговор Оренбургского областного суда в отношении Д., К., Ю. Отменил и дело направлено на новое судебное рассмотрение в связи с тем, что выводы суда о квалификации действий Ю. по ст. 33 и ч. 1 ст. 105 УК РФ противоречивы. С одной стороны, суд указал, что Ю. Непосредственного участия в убийстве не принимал, в то же время установил, что он держал потерпевшего в момент, когда К. его душил.

Таким образом, Судебная коллегия пришла к выводу, что Ю. Является исполнителем преступления, поскольку непосредственно принимал участие в процессе лишения жизни потерпевшего, держа его за руки и парализуя его сопротивление. Действия Ю. Должны быть квалифицированны как убийство, совершенное группой лиц по предварительному сговору (п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ)

Убийство следует признавать совершенным группой лиц и в том случае, когда в процессе совершения одним лицом действий, направленных на умышленное причинение смерти, к нему с той же целью присоединилось другое лицо (другие лица).

Второй формой соучастия, квалифицирующий убийство, является группа лиц по предварительному сговору. Предварительный сговор на убийство предполагает выраженную в любой форме договоренность двух или более лиц, состоявшую до начала совершения действий, непосредственно направленных на лишение жизни потерпевшего. Убийство квалифицируется как совершенное группой лиц по предварительному сговору лишь в том случае, если в нем участвовало два и более исполнителей, заранее договорившихся о совместном его совершении, и каждый из них выполнял действия, составляющие часть объективной стороны преступления.

Из сказанного следует два вывода:

необходимо участие как минимум двух исполнителей. Так, одного исполнителя и пособника (организатора, подстрекателя) не образуют группу, следовательно, их действия не могут быть квалифицированы как убийство, совершенное группой лиц по предварительному сговору (п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ)

необходимо, чтобы каждый из исполнителей выполнял объективную сторону преступления. Так, например, Московским городским судом осуждены М., К., и Б. по ч. 3 ст. 30 и п. п. «ж», «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ за покушение на убийство Н. по предварительному сговору группой лиц из корыстных побуждений.

Суд признал установленным, что М., Б. и К. договорились убить Н. и в присутствии Б. и К. М. выстрелил из пистолета и причинил ему сквозное огнестрельное ранение, после чего все трое с места происшествия скрылись.

Б. и К. никаких действий, непосредственно направленных на лишение жизни потерпевшего, не совершили и не пытались их совершить. Поэтому признание их соисполнителями преступления ошибочно

Следует отметить, что наряду с соисполнителями преступления (отвечающим названным выше критериям), другие участники преступной группы могут выступать в роли организаторов, подстрекателей или пособников убийства, и их действия надлежит квалифицировать по соответствующей части ст. 33 и п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Третьей формой соучастия, квалифицирующей убийство, является организованная группа.

Организованная группа – это устойчивая группа из двух и более лиц, объединенных умыслом на совершение одного или нескольких убийств. Как правило, такая группа тщательно планирует преступление, заранее подготавливает орудие убийства, распределяет роли между участниками группы. В связи с этим, согласно п. 10 постановления №1 Пленума Верховного Суда РФ от 27. 01. 99 г. при признании убийства совершенным организованной группой действия всех участников независимо от их роли в преступлении следует квалифицировать как соисполнительство без ссылки на ст. 33 УК РФ.

 

2. 2. 3 Отягчающие обстоятельства, относящиеся к субъективной стороне преступлений

2. 2. 3. 1 Убийство из корыстных побуждений или по найму, а равно сопряженное с разбоем, вымогательством или бандитизмом (п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ)

В УК РФ (1960 г.) речь шла только об убийстве из корыстных побуждений (п. «а» ст. 102). Дополнения ныне действующего кодекса в основном носят  уточняющий характер, ибо и при убийстве по найму, и при убийстве, сопряженном с разбоем, вымогательством или бандитизмом, доминируют корыстные мотивы. Правда бандитизм иногда может совершаться и при отсутствии корыстного мотива (то же касается и «наемных» убийств).

Корыстный мотив свидетельствует о повышенной общественной опасности, о большой степени эгоизма и нравственной испорченности преступника. Все преступления против личности причиняют определенный вред, лишают человека каких-то благ. Убийство же лишает самого ценного – жизни. Деньги, имущество и другие материальные блага убийца в рассматриваемом случае ставит выше человеческой жизни. В этом заключается особая общественная опасность убийства из корыстных мотивов. К тому же общественная опасность убийства из корыстных побуждений повышена еще и потому, что корыстный мотив является наиболее устойчивым по сравнению с другими мотивами и легче приводит к рецидиву.

Для правильной квалификации убийства из корыстных побуждений важное значение имеет раскрытие содержания этих побуждений.

Пленум Верховного Суда РФ в п. 11 постановления №1 от 27 января 1999 г. разъяснил, что по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ следует квалифицировать убийство, совершенное в целях получения материальной выгоды для виновного или для других лиц (денег, имущества или прав на его имущество, прав на жилплощадь и т. п.) или избавления от материальных затрат (возврата имущества, долга, оплаты услуг, выполнение имущественных обязательств, уплаты алиментов и др.).

Для признания убийства корыстным необходимо установить, что корыстный мотив возник у виновного до осуществления преступного деяния и обусловил его; при этом не требуется, чтобы цель убийства была непременно достигнута. Главное, чтобы, совершая данное преступление, виновный руководствовался корыстным  мотивом.

Примером убийства из корыстных побуждений может послужить следующее уголовное дело.

Так, приговором областного суда К. был признан виновным в убийстве из корыстных побуждений и осужден по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Преступление, как указано в приговоре, совершено при следующих обстоятельствах.

В октябре 1993 г. К. взял в долг у своего знакомого 1 600 долларов США, 400 из которых отдал, а остальные 1 200 не вернул, несмотря на неоднократные требования.

13 декабря 1993 г., когда потерпевший вновь потребовал долг, К. взял мелкокалиберный пистолет и бельевую веревку и вместе с С. на автомашине обманным путем вывезли потерпевшего на проселочную дорогу, где К. в салоне автомашины с целью убийства из корыстных побуждений (невозвращение 1 200 долларов США) набросил ему на шею веревку и стал душить. Когда веревка оборвалась, К. из мелкокалиберного револьвера выстрелил потерпевшему в голову, отчего последний скончался

На практике встречаются случаи, когда убийство кажется, на первый взгляд, совершенным из корыстных побуждений, но на самом деле оно обусловлено другими низменными побуждениями. Следует поддержать тех авторов, которые отмечают, что « в указанных случаях частнособственнические интересы, несомненно, играют важную роль в возникновении конфликтной ситуации, но они не могут рассматриваться в качестве мотивов общественно опасного поведения, квалифицирующих убийство по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ, поскольку не обусловились стремлением получить какую-то материальную выгоду, пользу и всецело проистекали из-за неприязненных отношений, мести, ссор, обид»

Так, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда СССР не обнаружила корыстных мотивов в действиях М., который во время игры в карты заподозрил партнера в обмане – тот не поставил в банк проигранный им рубль. В результате возникла ссора, перешедшая в драку, в ходе которой потерпевший был убит. Судебная коллегия пришла к выводу, что убийство было совершено не вследствие того, что М. желал получить материальную выгоду, а по мотиву мести за то, что потерпевший, нарушивший «правила игры», обманул своего партнера. Обоснованность такого вывода не вызывает сомнений.

На практике возник вопрос о квалификации действий лиц, совершивших убийство, чтобы удержать или сохранить имущество, уже принадлежавшее виновному. Действия Н., который из ружья убил И., проникшего к нему в сад за клубникой, предлагалось квалифицировать по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Президиум Верховного Суда РФ признал это неправильным, указав, что корыстные мотивы совершения убийства предполагают стремление к противоправному завладению имуществом или иными ценностями, находящимися во владении потерпевшего, либо желание лица получить материальную выгоду от совершения преступления иным путем. В данном же случае, совершая убийство, Н. никакой материальной выгоды от этого не получил и не мог получить. Следовательно, в его действиях не было корыстных мотивов. Правильность выводов Президиума по этому делу оспаривает Э. Ф. Побегайло, по мнению которого то, что Н. материальной «выгоды не получил и не мог получить», ни в коей мере не меняет корыстной сущности его побуждений. Было бы несправедливо считать проявление таких частнособственнических пережитков «простым убийством» Это утверждение представляется неубедительным. Действия Н. следовало бы считать корыстными только в том случае, если бы имущество у него изымалось на законном основании. Удержание имущества при этом условии свидетельствует о корыстных побуждениях. В сложившейся обстановке Н., совершая убийство И., мстил ему за похищаемое имущество и при отсутствии других отягчающих обстоятельств должен отвечать по ч. 1 ст. 105 УК РФ. Что же касается ссылки Э. Ф. Побегайло на «несправедливость» такой квалификации, которая и сама по себе отнюдь не бесспорна, то она для уяснения содержания корысти при убийстве не имеет значения.

Убийство также подлежит квалификации по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ, когда оно совершено по найму. Как убийство по найму надлежит квалифицировать убийство, обусловленное получением исполнителем материального или иного вознаграждения.

Лица, организовавшие убийство за вознаграждение, подстрекавшие к его совершению или оказавшие пособничество в совершении такого убийства, в соответствии с п. 2 постановления № 1 Пленума Верховного Суда РФ, несут ответственность по соответствующей части ст. 33 и п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Примером убийства по найму может служить следующее уголовное дело.

Пермским областным судом 17 ноября 1997 г. В., И. и К. осуждены соответственно по ч. 3 ст. 33 и п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ (за организацию убийства по найму); по ч. 5 ст. 33 и п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ (за пособничество в убийстве по найму); п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ (за убийство по найму) к лишению свободы при следующих обстоятельствах.

В. попросил И. найти человека, способного совершить убийство, и И. познакомил его с К.. После этого В. предложил К. убить Б., обещая «оплатить» услугу. После получения «задатка» К. совершил убийство Б

Как я уже упоминал, убийства по найму могут совершаться не только по корыстным мотивам. В отдельных случаях такие убийства и без ориентации на получение материальной выгоды (например, служащий частной охранной структуры выполняет «приказ» шефа об устранении несговорчивого конкурента, не получая за это материального вознаграждения, а руководствуясь только своеобразным пониманием «служебного долга» или мотивами солидарности). Вышесказанное подтверждается последними данными исследований психологии «наемных убийц».

Убийство будет также квалифицироваться по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ, если оно совершено в процессе:

А. нападение на потерпевшего в целях хищения чужого имущества, совершенного с применением насилия, опасного для жизни или здоровья, либо с угрозой применения такого насилия, то есть разбоя;

Б. требования передачи чужого имущества или права на имущество или совершения других действий имущественного характера под угрозой применения насилия либо уничтожения или повреждения чужого имущества, а равно под угрозой распространения сведений, позорящих потерпевшего или его близких, либо иных сведений, которые могут причинить существенный вред правам или законным интересам потерпевшего или его близких, то есть вымогательства;

В. создание устойчивой вооруженной группы (банды) в целях нападения на граждан или организаций ее деятельности, то есть бандитизма.

Содеянное в таких случаях квалифицируется по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ в совокупности со статьями УК, предусматривающими ответственность за разбой, вымогательство или бандитизм.

«Корыстное» убийство необходимо ограничивать от убийства с целью скрыть совершенное преступление (п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ).

При совершении убийства во время разбойного нападения, во всяком случае до его окончания, убийство должно расцениваться как корыстное, разумеется, когда оно совершено с прямым умыслом. В этом случае квалификация по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ и ст. 162 УК РФ вполне обоснованна. Если же убийство совершено после разбойного нападения, то правильно было бы считать это убийство совершенным с целью сокрытия разбойного нападения. Для таких случаев характерна ситуация, когда после разбойного нападения потерпевший заявляет, что он «так это дело не оставит» или требует возвратить отобранные вещи. В связи с этим заявлением потерпевшего виновный совершает убийство. Такие действия следует квалифицировать по п. «к» ч. 2 ст. 105 и ст. 162 УК РФ. Равным образом грабеж или кража не становятся разбойным нападением, если после их совершения виновный совершает убийство потерпевшего. В этих случаях применению подлежит п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ и соответственно ст. ст. 158 или 161 УК РФ.

2. 2. 3. 2 Убийство из хулиганских побуждений (п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ)

Изучение практики показывает, что данное обстоятельство при убийстве встречается чаще других отягчающих обстоятельств, предусмотренных ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Пленум Верховного Суда РФ в п. 12 постановления №1 от 27 января 1999 г. разъяснил, что по п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ следует квалифицировать убийство, совершенного на почве явного неуважения к обществу и общепринятым нормам, когда поведение виновного является открытым вызовом общественному порядку и обусловлено желанием противопоставить себя окружающим, продемонстрировать пренебрежительное к ним отношение (например, умышленное причинение смерти без видимого повода или с использованием незначительного повода как предлога для убийства).

Примером убийства из хулиганских побуждений может послужить следующее уголовное дело.

Оренбургским областным судом С. обоснованно признан виновным в убийстве из хулиганских побуждений по п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ при следующих обстоятельствах.

Вечером С. у себя дома распивал спиртные напитки. В связи с этим его сын сделал ему замечание. В ответ С. ударил сына несколько раз, а затем руками задушил его, после чего выбросил труп на лестничную площадку

Обязательным признаком, необходимым для квалификации убийства как совершенного из хулиганских побуждений, является мотив. Изучение практики показывает, что значительная часть ошибок при квалификации убийств из хулиганских побуждений объясняется поверхностным анализом обстоятельств преступлений, характеризующих субъективную сторону и, главным образом, мотив его совершения.

Наиболее полно специфика хулиганских мотивов проанализирована в ранее названой работе С. В. Бородина.

Он отмечает следующее: «Хулиганские побуждения лишены какой-либо необходимости, они целиком проистекают из разнузданного эгоизма, связанного с неуважением к личности и человеческому достоинству, безразличным отношением к общественным интересам, пренебрежением к законам и правилам поведения. Нередко в основе такого отношения и личным интересам лежит безотчетная злоба, чувство неудовлетворенной потребности. Которые порождают тупое отчаяние и связанное с ним стремление к озорству, удали, разрушению, желанию проявить и показать себя. Часто хулиганские побуждения обусловлены уродливым пониманием свободы своих действий, смысл которого очень четко выражает формула «мне все дозволено». Хулиганские побуждения означают, что субъекту доставляет удовлетворение само преступное деяние, само нарушение общественного порядка, что он получает удовлетворение от своего антиобщественного поведения».

Подводя итог сказанному можно сделать вывод, что, совершая убийство из хулиганских побуждений, виновный получает удовлетворение от самого факта лишения жизни человека либо от таких действий (направленных на грубое нарушение общественного порядка и проявление явного неуважения к обществу), которыми человек может быть лишен жизни при безразличном отношении к этому со стороны виновного.

Для квалификации убийства из хулиганских побуждений необходимо, чтобы хулиганские побуждения проявлялись достаточно четко до убийства, или во время его совершения, или после него.

При этом следует отметить, что если виновным, помимо убийства из хулиганских побуждений, совершил иные умышленные действия, грубо нарушавшие общественный порядок, выражавшие явное неуважение к обществу и сопровождавшиеся применением насилия к гражданам либо угрозой его применения, а равно уничтожением или повреждением чужого имущества, то содеянное им надлежит квалифицировать по п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ и соответствующей части ст. 213 УК РФ.

Примером сказанному может послужить следующее уголовное дело.

Верховным Судом РСФСР рассмотрено по жалобе дело в отношении М., осужденного областным судом по п. «и» ч. 2 ст. 105 и ч. 1 ст. 213 УК РФ за убийство Л. Явившись ночью в общежитие рабочих в пьяном виде, М. совершил хулиганские действия: заходил в комнаты, включал свет, кричал, выражался нецензурными словами. В одной из комнат он ударил ножом в живот лежавшего на кровати Л,, который сразу же умер. Наличие хулиганских побуждений в этом случае очевидно, они обусловлены предшествующим поведением виновного, убийство по существу совершено вообще без какого-либо повода. Приговор областного суда признан правильным

Убийство из хулиганских побуждений (п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ) надлежит отграничивать от «простого» убийства по мотивам ревности или мести (ч. 1 ст. 105 УК РФ).

При ограничении хулиганских побуждений от ревности и мести должна учитываться различная природа этих мотивов. Если хулиганские побуждения своим острием направлены против общественного порядка и характеризуются циничным отношением виновного к потерпевшему, то ревность и месть являются мотивами, при которых отношения между обвиняемым и потерпевшим, предшествующие убийству носят личный характер. Так, во время распития спиртных напитков З. и М. поспорили, последний ударил З. по лицу и причинил ему телесные повреждения. Обиженный З. вышел из комнаты, где происходила ссора, вооружился колом и, дождавшись появления М., ударом кола убил его. Ростовский областной суд квалифицировал действия З. как убийство из хулиганских побуждений. Однако Президиум Верховного Суда РСФСР переквалифицировал действия З. на ч. 1 ст. 105 УК РФ (как убийство, совершенное из мести) указав, что в данном случае потерпевший совершил в отношении виновного незаконный поступок. И это, в свою очередь, вызвало у виновного убить ответчика

Большую сложность на практике, как уже было отмечено, представляет также отграничение убийства из хулиганских побуждений от убийства в драке или ссоре. Вопросы отграничения названных видов убийств подробно рассмотрены в главе «Убийство без отягчающих и смягчающих обстоятельств».

2. 2. 3. 3 Убийство с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение, а равно с изнасилованием или насильственными действиями сексуального характера (п. «к» ч. 2 ст 105 УК РФ)

Данное преступление является квалифицированным видом убийства по обстоятельствам, относящимся к субъективной стороне. Повышенная общественная опасность такого вида убийства состоит в том, что виновный совершает фактически два и более преступлений, преследуя при этом низменную цель облегчения другого преступления  или освобождения от ответственности за предыдущее преступление, не останавливаясь перед лишением жизни другого человека.

П. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ предусматривает два основных квалифицирующих убийство признака, в значительной мере взаимопересекающихся. Однако мне представляется целесообразным рассмотреть каждый из них в отдельности

А) убийство с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение.

Цель скрыть другое преступление при убийстве может охватывать как уже совершенное преступление или покушение на него, так и преступление, еще только намеченное к исполнению.

Примером убийства, совершенное с целью скрытия другого преступления, является следующее уголовное дело.

И., Е. и П. вместе распивали спиртные напитки. Во время пьянства между И. и Е. возник конфликт, в процессе которого Е. оскорбил И. и угрожал ему и его семье. В ответ на эти действия И. сходил домой, взял нож и дважды ударил Е. в сердце, отчего потерпевший тут же скончался. В целях устранения П. как очевидца убийства И. нанес ножевое ранение в сердце П., который также скончался. Суд Ханты-Мансийского автономного округа обоснованно признал И. виновным , квалифицировав его действия по п. п. «к», «а» ч. ст. 105 УК РФ

Убийство с целью облегчения совершения другого преступления имеет место в тех случаях, когда преступник с целью облегчить совершение задуманного преступления убивает какое-либо лицо, чтобы затем уже совершить намеченное преступление, либо когда преступник совершает убийство уже в процессе осуществления другого преступления с целью облегчить его совершение.

Необходимо подчеркнуть, что в рассматриваемых случаях речь идет об убийстве с целью скрытия или облегчения совершения любого преступления независимо от того, является ли оно особо тяжким или не представляет большой общественной опасности. Не имеет также значения, была ли достигнута данная цель.

При квалификации данного вида убийства следует также учитывать, что оно может быть совершено только с прямым умыслом т. к. в законе указывается на специальную цель совершения преступления.

На практике часто возникает вопрос о разграничении квалификации п. п. «к» и «б» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Анализ указанных видов квалифицированных убийств позволяет сделать следующий вывод. По п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ действия виновного могут быть квалифицированы только при условии, если еще не заявлено правоохранительным органам о совершении или готовящемся преступлении либо когда виновному неизвестно об осведомленности правоохранительных органов в отношении его деяний. Если же заявление сделано потерпевшим и виновный, совершая убийство, знает об этом, его действия подлежат квалификации по п. «б» ч. 2 ст. 105 УК РФ как убийство из мести в связи с исполнением потерпевшим своего общественного долга.

В тех случаях, когда после убийства с целью облегчения другого преступления виновный не успевает совершить другое преступление, ответственность за убийство при отягчающих обстоятельствах он несет по п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ и за неоконченное преступление по ч. 1 или 3 ст. 30 и по соответствующей статье Особенной части УК РФ.

Б) убийство, сопряженное с изнасилованием или насильственными действиями сексуального характера.

К рассматриваемому виду убийств относится, во-первых, убийство в процессе изнасилования или насильственных действий сексуального характера.

Такое преступление совершил Т. Он с целью изнасилования напал в подъезде дома на шестнадцатилетнюю Ж. Встретив с ее стороны сопротивление, Т. сдавил руками шею Ж. И изнасиловал умирающую девушку, смерть которой наступила от асфиксии

Подобное преступление совершил некий К. Вечером он изнасиловал десятилетнюю Ч. и с целью сокрытия преступления задушил девочку. А труп ее бросил в колодец

В-третьих, убийство по мотивам мести за оказание сопротивления при изнасиловании или насильственных действиях сексуального характера

На практике и в литературе возникает вопрос о том, следует ли убийство, сопряженное с изнасилованием или насильственными действиями сексуального характера, квалифицировать только по п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ или необходимо применять наряду с этим ст. 131 и 132 УК РФ.

Ответ на этот вопрос содержится в п. 13 постановления №1 от 27 января 1997 г.. в котором Пленум Верховного Суда РФ пояснил следующее. Учитывая, что при рассматриваемом виде убийства совершаются два самостоятельных преступления, содеянное следует квалифицировать по п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ и, в зависимости от обстоятельств дела, по соответствующим частя ст. 131 или 132 УК РФ.

2. 2. 3. 4 Убийство по мотиву национальной, расовой, религиозной ненависти или вражды либо кровной мести (п. «л» ч. 2 ст. 105 УК РФ)

В данном квалифицирующем признаке, характеризующим субъективную сторону убийства, объединены два отягчающих обстоятельства. Рассмотрим каждое из них по отдельности.

А) убийство по мотиву национальной, расовой, религиозной ненависти или вражды.

Повышенная общественная опасность этого вида убийства обусловлена тем, что оно посягает не только на жизнь человека, но и на гарантированное ст.19 Конституции РФ равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от его национальной, расовой или религиозной принадлежности.

Мотив национальной, расовой, религиозной ненависти или вражды может быть обусловлен ненавистью к потерпевшему как представителю определенной национальности, расы или религии. Так и шовинистическим мировоззрением, ксенофобией или религиозной нетерпимостью, когда ненависть и вражда распространяется на лиц всех иных национальностей или всех иноверцев.

Установление при убийстве названного мотива является обязательным условием для применения п. «л» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

По мнению С. В. Бородина данный мотив может сочетаться с мотивом мести. Не исключено применение одновременно п. п. «л», «з» или «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ, когда установлены и корыстные побуждения при убийстве  либо последнее сопряжено с изнасилованием или  насильственными действиями сексуального характера или сокрытия другого преступления. Однако национальная, расовая или религиозная ненависть или вражда должна быть во всех случаях установлен как самостоятельный, доминирующий мотив.

Как правило, убийство, попадающее под п. «л» ч. 2 ст. 105 УК РФ, совершается с прямым умыслом, поскольку мотив в данном случае характеризует и цель совершения преступления. Возможны такие убийства и с косвенным умыслом, но данный мотив должен быть установлен по отношению к другому преступлению. Например поджог дома лица другой национальности (по рассматриваемому мотиву), когда в доме находятся люди и виновный к их судьбе относится безразлично,  не исключая наступления смерти.

Б) убийство по мотиву кровной мести.

Кровная месть является пережитком обычаев, имевших большое распространение в древности при первобытнообщинном строе. Этот обычай состоял в том, что в случае убийства, ранения, причинения увечий или нанесения тяжкой обиды какому-нибудь лицу, потерпевший или члены его рода мстили смертью виновному или его сородичам.

У некоторых народов, проживающих на территории Российской Федерации, обычай кровной мести сохранился до настоящего времени. Изучение судебной практики Верховного Суда РФ позволяет сделать вывод о том, что убийства на почве кровной мести встречаются еще в Дагестане, Кабардино-Балкарии, Чечне и Северной Осетии.

Повышенная общественная опасность данного преступления объясняется тем, что убийство, совершенное по мотивам кровной мести, как правило, побуждает родственников второго потерпевшего к месте за его смерть, а это может привести к «цепи» таких убийств.

Для квалификации убийства по п. «л» ч. 2 ст. 105 УК РФ необходимо установить, что лицо, его совершившее, признает такой обычай и вданном случае руководствовалось мотивом кровной мести. Вот это обстоятельство не всегда учитывается судами.

По приговору Тюменского областного суда по п. «л» ч. 2 ст. 105 УК РЫ был осужден А. (по национальности цыган) за убийство на почве кровной мести цыганки С., дядя которой за несколько месяцев перед этим за несколько месяцев убил отчима осужденного. Признавая убийство совершенным на почве кровной мести, суд сослался на то, что осужденный и его брат решили мстить семье С. за убийство их отчима. Однако в приговоре не было приведено никаких доказательств того, что осужденный принадлежит к группе населения, признающей обычай кровной мести, в связи с этим Президиум Верховного Суда РСФСР переквалифицировал действия А. на ч. 1 ст. 105 УК РФ

В то же время необходимо подчеркнуть, что не имеет значения, относится к группе населения, придерживающейся обычая кровной мести, потерпевший. Кровная месть может возникнуть в отношении потерпевшего как мужского, так и женского пола.

Установление принадлежности лица, совершенного убийство, к группе населения, которая придерживается обычая кровной мести, еще не решает вопроса о квалификации этого преступления по п. «л» ч. 2 ст. 105 УК РФ, для этого необходимо установить мотив кровной мести, т. е. побудительную причину убийства, порожденную данным обычаем. Судебная практика показывает, что в некоторых случаях допускается квалификация действий виновного по п. «л» ч. 2 ст. 105 УК РФ, когда убийство совершено не по мотиву кровной мести, а в связи с грозящей кровной местью. Рассматривая дело по обвинению А. в убийстве М., Верховный суд Дагестана установил, что родственник А. совершил убийство родственника М. опасаясь кровной мести со стороны М., А. стал ходить с охотничьем ружьем. Работая в поле по снегозадержанию и имея с собой ружье А. увидел подходившего к нему М., возвращавшегося с охоты. Опасаясь мести, А. убил М. Суд, сославшись на то. Что между А. и М. существовали неприязненные отношения в связи с убийством родственником А. родственника М., признал, что убийство подпадает под признаки п. «л» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Президиум Верховного Суда РСФСР отменил приговор и предложил выяснить ряд обстоятельств, указав при этом, что убийством на почве кровной мести может быть признано убийство по мотиву мести, если эта месть является пережитком местных обычаев. Следует добавить, что, как видно из обстоятельств, предшествующих убийству, наоборот А. опасался кровной мести со стороны М. Следовательно, это убийство было совершено в связи с кровной местью, а не по мотивам кровной мести. При новом рассмотрении дела действия А. были квалифицированы по ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Необходимо отметить, что место совершения убийства по мотиву кровной мести на квалификацию не влияет. Убийство может быть совершено как в местности, где среди коренного населения сохранились обычаи кровной мести, так и на любой другой территории РФ.

2. 2. 3. 5 Убийство в целях использования органов и тканей потерпевшего (п. «м» ч. 2 ст. 105  УК РФ)

Это новое отягчающее убийство обстоятельство, неизвестное УК РСФСР (1960 г.). Его появление многие справедливо связывают с расширением возможностей медицины по пересадке органов и тканей от одного человека к другому (в настоящее время производятся операции по пересадке сердца, почек, печени, селезенки, роговицы глаз и проч.), что обуславливает потребность в соответствующем материале. Это может привести к совершению убийства с целью использования органов и тканей потерпевшего для трансплантации.

Субъектами такого убийства могут быть любые лица, включая медицинских работников. Цель данного убийства свидетельствует о возможности его совершения только с прямым умыслом. Мотивы совершения данного преступления преимущественно носят корыстный характер. В связи с чем содеянное  в таких случаях следует квалифицировать по п. «з» и «м» ч. 2 ст. 105 УК РФ (убийство в целях использования органов и тканей потерпевшего, из корыстных побуждений). Однако возможны и другие мотивы данного вида убийства (например, стремление спасти жизнь близкого человека за счет жизни постороннего лица).  

Следует иметь в виду, что рассматриваемое преступление может совершаться в целях использования органов и тканей потерпевшего не только для трансплантации. Возможны и иные цели (например, при каннибализме, садизме, половом фетишизме и проч.). Возможно также использование человеческих органов и тканей в промышленных целях. Главное в этих случаях состоит в том, что убийство совершается  в целях использования органов и тканей потерпевшего, характер же использования может быть различным.

2. 2. 4. Отягчающие обстоятельства, относящиеся к субъекту преступления

2. 2. 4. 1. Убийство, совершенное неоднократно (п. «н» ч. 2 ст. 105 УК РФ)

Устанавливая повышенную ответственность за совершение убийства неоднократно, закон исходит из того, что совершение убийства лицом, ранее уже совершившим убийство, представляет особую опасность для общества как по тяжести наступивших последствий, так и по опасности личности виновного.

Особенность данного вида убийства состоит в том, что квалифицирующим обстоятельством оказываются не признаки, характеризующие данное убийство, а признак, характеризующий субъекта, факт совершения им такого же преступления в прошлом. Иными словами, данное отягчающее обстоятельство не является конститутивным признаком состава преступления, оно находится за его пределами и влияет на квалификацию в силу предшествующей деятельности субъекта. Уточняя ранее высказанное мнение. Необходимо подчеркнуть, что неоднократность совершения убийства является обстоятельством личным, квалифицирующим действия только виновного. Это означает, что данное отягчающее обстоятельство не может вменяться в вину соучастникам.

В соответствии со ст. 16 УК РФ, определяющей понятие неоднократности преступлений, убийство признается  совершенным неоднократно, если ему предшествовало совершение преступлений, предусмотренных ст. 105 УК РФ и (или) ст. ст. 102, 103 УК РСФСР.

В случаях, когда виновный сначала совершил убийство при смягчающих обстоятельствах (ст. ст. 106, 107, 108, УК РФ), а затем убийство при отягчающих обстоятельствах ( ч. 2 ст. 105 УК РФ или ст. 102 УК РФ) или «простое» убийство (ч. 1 ст. 105 УК РФ) содеянное не может быть квалифицировано по п. «н» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

По смыслу закона основанием для квалификации действий виновного по п. «н» ч. 2 ст. 105 УК РФ является также совершение им ранее преступлений, сопряженных с умышленным причинением смерти другому человеку, предусмотренных ст. ст. 277 (посягательство на жизнь государственного или общественного деятеля), 295 (посягательство на жизнь лица, осуществляющего правосудие или предварительное расследование), 317 (посягательство на жизнь сотрудников правоохранительных органов), 357 (геноцид) УК РФ и (или) ст. ст. 66 (террористический акт), 67 (террористический акт против представителя иностранного государства, 191 (посягательство на жизнь работника милиции или народного дружинника), п. «в» ст. 240 ( насильственные действия в отношении начальника) УК РСФСР.

В судебной практике возник вопрос о том, является ли убийство неоднократным, если оно совершено лицом, ранее покушавшимся на убийство. При рассмотрении денного вопроса необходимо исходить из ст. 30 УК РФ, устанавливающей единые требования ответственности и за неоконченное преступление. Следовательно, при квалификации содеянного как убийства, совершенного неоднократно, не имеет значения совершил ли виновный окончательное преступление либо покушение на убийство.

Также при квалификации данного вида убийства не имеет значение, был ли виновный осужден за первое преступление, являлся ли он исполнителем или иным соучастником.

Следует отметить, что содеянное не может квалифицироваться по п. «н» ч. 2 ст. 105 УК РФ, если судимость за ранее совершенное умышленное причинение смерти другому человеку была погашена или снята, а также в случае освобождения судом лица от уголовной ответственности за ранее совершенное убийство в связи с истечением сроков давности.

Так, например, Верховный Суд Республики 15 апреля 1997 г. осудил К. по п. «н» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Он признал виновным в убийстве М. как лицо, ранее совершившее умышленное убийство.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда отменил приговор, указало следующее: как видно из материалов, дела, третьего декабра 1982 г. К. осужден за покушение на умышленное убийство к шести годам лишения свободы, судимость за данное преступление, в соответствии с п. 6 ст. 57УК РСФСР должна быть погашена в 1993 г. Убийство М. К. совершил 7 августа 1997 г., то есть уже после погашения судимости. Согласно закона, убийство не может быть квалифицировано по п. «н» ч. 2 ст. 105 УК РФ, если судимость за ранее совершенное умышленное убийство погашена. В связи с этим действия К. переквалифицированы на ч. 1 ст. 105 УК РФ

В теории и на практике остается спорным вопрос о том,  как следует квалифицировать деяние виновного, если он в разное время совершил два убийства, за первое из которых он не был судим.

По мнению Пленума Верховного Суда РФ, содеянное в целом должно квалифицироваться по п. «н» ч. 2 ст. 105 УК РФ, а при наличие других квалифицирующих признаков – также по соответствующим пунктам ч. 2 ст. 105 УК РФ. аналогично должен решаться вопрос при совершении виновным двух покушений на убийство, за первое из которых он не был судим. Все действия надлежит квалифицировать по ч. 3 ст. 30 и п. «н» ч. 2 ст. 105 УК РФ и, кроме того, по соответствующим пунктам ч. 2 ст. 105 УК РФ, предусматривающим квалифицирующие признаки обоих покушений на убийство.

Некоторые авторы (С. В. Бородин, М. И. Блум) не согласны с этим, они утверждают, что если согласиться с изложенным выше, это приведет к тому, что первому преступлению не будет дана соответствующая квалификация и не будет определена мера наказания за это преступление.

Рассматриваемый вид убийства (п. «н» ч. 2 ст. 105 УК РФ) необходимо отграничивать от убийства двух и более лиц (п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ). Убийство, совершенное неоднократно имеет место, когда виновный совершает два и более убийства при отсутствии единого умысла на их совершение и, как правило, в разное время. В тех случаях, когда убийство двух или более лиц охватывается единством умысла и совершается, как правило, одновременно, содеянное квалифицируется п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ как убийство двух и более лиц.

III Наказание за убийство

В современных условиях наказание продолжает оставаться важным правовым средством борьбы с убийствами.

При назначении наказания суд руководствуется ст. 60 УК РФ, которое устанавливает общие начала назначения наказания. Лицу, признанному виновным в совершении преступления, назначается справедливое наказание в пределах, предусмотренных соответствующей статьей Особенной части УК РФ, и с учетом положений Общей части УК РФ. Более строгий вид наказания, из числа предусмотренных за совершенное преступление назначается только в случае, если менее строгий вид наказания не может обеспечить достижения целей наказания.

При назначении наказания учитывается характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Эти требования закона сформулированы обобщенно и относятся к назначению виновному наказания по любому уголовному делу. Они достаточно полно обсуждены в литературе и комментариях к УК РФ, поэтому останавливаться на них в данном случае нет необходимости. В настоящей работе интерес представляет специфика назначения наказания лицам, совершившим убийство.

По моему мнению, ее удачно отразил Пленум Верховного Суда РФ в п. 20 постановления от 27. 01. 99 г. При назначении наказания за умышленное убийство судам предписывается учитывать все обстоятельства, при которых оно совершено: вид умысла, мотивы и цель, способ, обстановку и стадию совершения преступления, а также личность виновного, его отношение к содеянному, обстоятельства, смягчающие или отягчающие наказание. Равным образом должны быть исследованы данные, относящиеся к личности потерпевшего, его взаимоотношения с подсудимым, а также поведение, предшествовавшее убийству.

Реализация рекомендаций Пленума Верховного Суда РФ на практике должна способствовать назначению лицам, виновным в убийстве, справедливого наказания.

Взгляды на справедливость наказания, с одной стороны, родственников потерпевшего, а при покушении  и самого потерпевшего, чаще всего прямо противоположны. Задача суда как раз состоит в том, чтобы наказание было назначено по справедливости, с учетом обстоятельств, о которых говорилось выше.

У судов достаточно возможностей для индивидуализации и назначения справедливого наказания, поскольку все санкции, предусматривающие ответственность за убийство, не являются абсолютно определенными.

Суд ограничен только вышестоящим пределом санкции, а при наличии достаточных оснований вправе определить наказание более мягкое, чем предусмотрено законом.

В последнем случае суд должен в приговоре указать, в силу каких исключительных обстоятельств он пришел к выводу о возможности назначения наказания ниже низшего предела санкции ст. 105 УК РФ.

Наказание данных обстоятельств влечет отмену приговора. Именно по таким основаниям в 1998 г. был отменен приговор Железнодорожного районного суда г. Хабаровска в отношении К., осужденного по ст. 105 УК РФ к пяти годам лишения свободы

В то же время в 1998 г. в следствие мягкости наказания был отменен приговор  Железнодорожного районного суда, в котором Г. был осужден по ст. 105 ч. 2 УК РФ к семи годам лишения свободы

Судебная коллегия по уголовным делам Хабаровского краевого суда указало в своем определении, что суд при назначении наказания не учел личность подсудимого, мотивы и способ совершения убийства. И хотя наказание назначено в пределах санкции ч. 2 ст. 105 УК РФ, но является несправедливым в следствие его мягкости.

Вместе с тем, справедливое наказание должно отвечать определенным требованиям:

должно соответствовать тяжести совершенного преступления и имеющим уголовно-правовое значение данным об общественной опасности личности виновного, в первую очередь тем, которые прямо предусмотрены законом в качестве смягчающих и отягчающих обстоятельств (требование индивидуализации ответственности); 

наказания, назначаемые за равные по тяжести преступления и при разной общественной опасности личности виновных должны быть разными (требование дифференциации ответственности); 

наказания, назначаемые за равные по тяжести преступления лицам, равным по степени общественной опасности, должны быть равными (требование равенства ответственности). 

К этому добавлю, что справедливость наказания, как этическая оценка, должна выступать критерием правильности решения по каждому уголовному делу, мерилом соотношения разнообразных, подчас противоречивых требований и интересов сторон, участвующих в судебном разбирательстве.

Судебная практика показывает, что суды при определении наказания за убийство также учитывают: обстоятельства убийства, повлиявшие на его квалификацию; другие обстоятельства, относящиеся к преступлению; данные, характеризующие обвиняемого и потерпевшего, учтенные при квалификации преступления; другие данные об обвиняемом и потерпевшем, а также иные обстоятельства, имеющие отношение к делу.

Остановлюсь здесь лишь на тех вопросах, которые возникают в судебной практике по делам об убийствах или являются спорными в литературе.

Важное значение для назначения наказания за убийство имеют обстоятельства, смягчающие и отягчающие ответственность (ст. ст. 61, 63 УК РФ). Однако, развивая ранее высказанную мысль, подчеркнем, что в тех случаях, когда эти обстоятельства при совершении убийства признаются квалифицирующими, суд не должен принимать их во внимание при определении наказания. Эти обстоятельства уже учтены в диспозиции статьи УК, относящейся к соответствующему виду убийства. Необходимо также сказать, что некоторые из смягчающих обстоятельств прямо ограничивают применение наиболее строгих мер наказания. Например, для несовершеннолетнего (в возрасте до 18 лет) срок лишения свободы не может превышать 10 лет.

Судебная практика показывает, что суды по делам об убийстве учитывают характеристики личности виновного по работе, в быту, участие в Великой Отечественной войне, наличие наград и другие данные, могущие свидетельствовать о личности виновного. В литературе высказывалось мнение о том, что эти данные не следует учитывать при назначении наказания за убийство, совершенное при отягчающих обстоятельствах. Считаю, нельзя заранее утверждать, что указанные обстоятельства не имеют значения при назначении наказания во всех случаях убийства при отягчающих обстоятельствах. Это противоречит ст. 60 УК РФ и судебной практике, да и здравому смыслу, особенно по групповым делам, когда роли участников преступления даже при соисполнительстве нередко различны. С другой стороны, суды должны учитывать и отрицательные стороны жизни и деятельности подсудимого: прежняя судимость, неоднократные привлечения к административной ответственности, совершение других аморальных действий, свидетельствующих о деградации личности подсудимого и его опасности для окружающих.

Анализ дел об убийствах в Верховном Суде РФ показывает: суды не всегда учитывают, что п. «а» ст. 61 УК РФ признает совершение преступления впервые смягчающим обстоятельством при назначении наказания только в случаях, когда преступление не представляет большой общественной опасности. Умышленное убийство, предусмотренное ст. 105 УК РФ, к числу таких преступлений не относится. Поэтому ссылки некоторых судов при назначении наказания за указанные убийства на то, что преступление совершено впервые, нельзя признать обоснованным.

Назначая наказание виновному в убийстве, суд принимает во внимание данные о личности потерпевшего и его поведение до совершения преступления. Отдельные случаи неправильного поведения потерпевшего закон специально учитывает и предусматривает привилегированные виды убийства. Но встречаются и другие ситуации, чаще всего по делам о бытовых убийствах, когда они совершаются из ревности в «ответ» на аморальное поведение потерпевшего. Из дел, рассмотренных Верховным Судом РФ видно, что наказание за убийство, предусмотренное ч. 1 ст. 105 УК РФ, смягчается тем лицам, которые совершили его в связи с противоправными действиями потерпевшего (кражей, хулиганством, изнасилованием и т. п.). В иных случаях, когда месть является реакцией на правомерные действия потерпевшего, преступление приобретает уже другой характер. Ни о каком смягчении наказания в связи с мотивом убийства не может быть и речи.

Верховный Суд РФ рекомендует при назначении наказания учитывать «вид умысла» является ли (при прочих равных условиях) убийство с прямым умыслом более опасным, чем с косвенным умыслом?

Думаю, первое более опасно, поскольку виновный специально, с целью убийства. Следовательно, лицо, его совершившее. Заслуживает более строгого наказания, чем лицо, которое безразлично относилось к смерти потерпевшего. Представляется, сто Пленум Верховного Суда РФ, рекомендовавший судам выяснять и учитывать при назначении наказания лицам, виновным в убийстве, вид умысла, имея в виду и различия в опасности прямого и косвенного умысла.

Имеются некоторые особенности при назначении наказания за убийство, совершенное в виде приготовления или покушения.

Общественная опасность приготовления к убийству или покушения на него прежде всего зависит от вида убийства, которое намеревался совершить виновный. Кроме того, определяя опасность приготовления или покушения, суд исходит из конкретных действий виновного, который он совершил в направлении осуществления умысла на убийство. Но этого в ряде случаев недостаточно. Для справедливого наказания за покушение на убийство имеет значение завершенности покушения, то есть установление того, что оно является оконченным или неоконченным. При неоконченном покушении виновный не выполняет всех действий, которые он считал необходимыми для наступления преступного результата. При оконченном покушении виновный выполняет все намеченные для убийства действия, но результат не уступает. Надо учитывать, что и в первом и во втором случаях результат не наступает по независящим от него обстоятельствам. С позиции доктрины уголовного права большую опасность представляет оконченное покушение, при котором виновный, хоты и безрезультативно, все сделал для того, чтобы совершить убийство. При этом необходимо учитывать, что возможны два варианта окончательного покушения:

когда потерпевшему не причинено физического вреда (А.  с целью убийства Б. нажимает курок пистолета, но происходит осечка);

когда потерпевшему применяется физический вред (А.  с целью убийства Б. производит в него выстрел и причиняет ему тяжкое телесное повреждение, но смерть потерпевшего не наступает в связи с оказанием квалифицированной медицинской помощи).

При оконченном покушении для определения назначения важно установить причины не доведения преступления до конца, а также установить, почему виновный не повторил неудачного покушения. Здесь нет добровольного отказа от преступления, поскольку покушение уже совершено, но может быть отказ от повторения покушения, которые нельзя не учитывать при назначении наказания за покушение на убийство.

Изучение практики в Верховном Суде РФ показывает, что при покушении на убийство суды по сравнению с полностью выполненным преступлением назначают, как правило, более мягкое наказание, учитывая, что смерть потерпевшего не наступила.

Назначая наказание за убийство, совершенное в соучастии (группой лиц) необходимо учитывать, что повышенную опасность по сравнению с аналогичным преступлением, совершенным одним лицом.

Совместная деятельность  соучастников при совершении убийства не означает для них одинаковой ответственности, а предполагает максимальную индивидуализацию наказания. Поэтому при назначении наказания каждому из соучастников убийства необходимо учитывать степень и характер участия в преступлении каждого из соучастников.

Изучение судебной практики по делам об убийствах показывает, что на размер наказания, назначенного виновному, оказывает влияние форма соучастия, роль данного соучастника в группе (сообществе) и его конкретные действия при совершении убийства. Исходя из этого, чаще всего к более строгому наказанию приговариваются исполнители и организаторы убийства, а иногда и подстрекатели к совершению убийства, причем нередко организатор наказывается строже, чем исполнитель. Это имеет место, как правило, в тех случаях, когда исполнитель отказывается под влиянием более опытных, часто ранее судимых преступников.

Пособники в совершении убийства по сравнению с другими соучастниками осуждаются по общему правилу к менее строгому наказанию, чем исполнители, организаторы и подстрекатели. Роль пособников в преступлении практически всегда менее значительна, чем роль других соучастников.

Санкция ч. 2 ст. 105 УК РФ предусматривает, кроме лишения свободы на срок до 20 лет, смертную казнь и пожизненное лишение свободы.

В указанном выше постановлении Пленума Верховного Суда РФ сказано, что смертная казнь как исключительная мера наказания может применяться за совершение особо тяжкого преступления посягающего на жизнь, лишь тогда, когда необходимость ее назначения обуславливается особыми обстоятельствами, свидетельствующими о высокой степени общественной опасности содеянного, и, наряду с этим, крайне отрицательными данными, характеризующими виновного, как лицо, представляющее исключительную опасность для общества.

При назначении пожизненного лишения свободы в приговоре в силу ст. 57 УК РФ должны быть указаны мотивы назначения этого наказания как альтернативы смертной казни, которую суд счел возможным не применять.

Однако эти положения постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27. 01. 99 г. нельзя изучать в отрыве от положений постановления Конституционного Суда РФ от 2. 02. 99 г. «По делу о проверке конституционности положений ст. 41 и ч. 3 ст. 42 УПК РСФСР, пунктов 1 и 2 постановления Верховного Совета РФ от 16. 07. 93 г. о порядке введения в действие закона РФ о внесении изменений и дополнений в Закон о государстве РСФСР», Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР, УК РСФСР и Кодекс об административных правонарушениях в связи с запросом Московского городского суда и жалобами ряда граждан.

Исходя из ст. 20 (ч. 2) в ее взаимосвязи с положениями ст. 15 (ч. 1) о высей юридической силе и прямом действии Конституции РФ, а также с учетом п. 6 мотивировочно части настоящего постановления, наказания в виде смертной казни на всей территории Российской Федерации далее может назначаться лишь при предоставлении обвиняемым права на рассмотрение их дел судом с участием присяжных заседателей. Невозможность обеспечить каждому обвиняемому в преступлении, за совершение которого Федеральным законом установлено наказание в виде смертной казни, реализацию данного права непосредственно закрепленного Конституцией РФ, влечет за собой невозможность в таком случае назначения этой меры наказания иным составом суда.

Отсутствие в настоящее время закона, обеспечивающего на всей территории Российской Федерации реализацию гарантированного статьей 20 (часть 2) Конституции РФ права обвиняемого на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей, не может служить препятствием к рассмотрению дел указанной категории иным составом суда. Однако при этом на территории девяти субъектов РФ, где созданы суды присяжных обвиняемые в преступлениях, за совершение которых установлена смертная казнь при определении меры наказания не должны ставиться в неравноправное положение по сравнению с обвиняемыми в таких же преступлениях на территориях, где суд присяжных не функционирует. В такой ситуации впредь применения исключительной меры наказания судом с участием присяжных заседателей исказило бы предназначение и существо права, гарантированного статьей 20 (часть 2) Конституции РФ и, кроме того, явилось бы существенным нарушением принципа равенства, закрепленного ее статьей 19.

В этой связи по смыслу статьи 20 (часть 2) ее взаимосвязи со статьями 19, 46 и 120 Конституции РФ с момента вступления в силу настоящего Постановления Конституционного Суда РФ и до введения в действие Федерального закона, реально обеспечивающего на всей территории РФ в любой из возможных форм организации судопроизводства каждому обвиняемому в преступлении, за совершение которого Федеральным законом установлено наказание в виде смертной казни, право на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей эта исключительная мера наказания назначаться не может, независимо от того, каким составом суда рассматривается дело – судом с  участием присяжных заседателей, коллегией в составе трех профессиональных судей или судом  в составе судьи и двух народных заседателей.

Таким образом, данным постановлением Конституционного Суда РФ введен мораторий на применение смертной казни до введения в действие соответствующего Федерального закона, обеспечивающего на всей территории РФ каждому обвиняемому в преступлении, за совершение которого Федеральным законом в качестве исключительной меры наказания установлена смертная казнь, право на рассмотрение его дела с  участием присяжных заседателей.

Заключение

Исследуя доктрину уголовного права и анализируя судебную практику, в своей работе я стремился показать, как следовало бы применять уголовно-правовые нормы при квалификации убийств, предусмотренных ст. 105 УК РФ, а также при назначении наказания за эти преступления. Также своей целью я ставил всесторонне проанализировать ошибки, допускаемые при применении уголовно-правовых норм по делам этой категории.

Как показал анализ, в силу названных в работе причин избежать ошибок в применении уголовного закона, особенно по делам об убийствах очень трудно. Ошибки, в том числе и роковые, встречаются в следственной и судебной практике не только в настоящее время, они были и в дореволюционной России, есть они и в других странах. Дело, разумеется, не в фатальности – любое отдельно взятое уголовное дело об убийстве, как и о другом преступлении, имеет шансы на законное и обоснованное разрешение. Задача очевидно, состоит в поиске путей к правильному применению уголовного закона на практике. Одним из таких путей как мне представляется является использование накопленного интегрированного человеческого опыта на базе применения ЭВМ.

Изучение показывает, что в ряде стран, например в США и Японии, в последние годы на базе ЭВМ создаются экспертные системы, используемые при раскрытии и квалификации преступлений (в том числе и убийств). В нашей стране в НИИ Генеральной прокуратуры также разработан ряд экспертных систем

Под экспертной системой понимается компьютерная программа, использующая знание высококвалифицированных специалистов для обеспечения эффективного решения задач в узкой предметной области (например, квалификации убийств).

Главными достоинствами этих систем является то, что они:

используют большой объем знаний теории уголовного права, материалов следственно-прокурорской и судебной практики, а также высококачественный опыт экспертов, превышающий возможности и память одного специалиста; 

обеспечивает высокую скорость мышления, формулируя выводы на основе объективных законов логики и других наук; 

представляют возможность использовать знание экспертов прочим менее сведущим в данной области лицам; 

не зависят, в отличие от людей, от физических, механических и других неблагоприятных факторов (утомляемости, отрицательных эмоций и тому подобное); 

могут «наращиваться» в зависимости от накопления новых данных. 

Однако экспертные системы имеют и определенные недостатки. Указанные системы могут ошибаться, не обладают самостоятельной интуицией, здравым смыслом, значительно уступают людям в способности к творчеству, их знание носят узконаправленный характер.

Поэтому необходимо правильное понимание места и роли экспертных программ квалификации преступлений (в том числе и убийств) в судебно-следственной деятельности – использование их только в качестве консультантов.

На мой взгляд, применение на практике экспертных программ на базе ЭВМ позволят существенно повысить качество квалификации отдельных видов убийств и тем самым обеспечить назначение виновному  справедливого наказания и достижения целей наказания, указанных в ст. 43 УК РФ. Помимо этого названные экспертные программы облегчат труд следователей, прокуроров и тех, кому приходится в той или иной мере знакомиться с изложенной в ней проблемой правоприменительной деятельности.

Библиографический список

Конституция Российской Федерации. М., 1993. 

Уголовный кодекс РФ, принят Государственной Думой 24.05.96 г. Изд-во «РИОТИП», 1996. 

Уголовный кодекс РСФСР. М.: Юридическая литература, 1997. 

Закон. О трансплантации органов и (или) тканей человека.// Ведомости СНД и ВС РФ. 1993, № 8, стр. 1124. 

Постановление Конституционного Суда РФ от 2. 02. 99 г. «По делу о проверке конституционности положений ст. 41 и 23 ст. 42 УПК РСФСР, пп. 1 и 2 постановления Верховного Суда РФ 16. 07. 99 г. «О порядке введения в действие Закона РФ «О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР «О судоустройстве РСФСР», УПК РСФСР, УК РСФСР, и КоАП РСФСР в связи с запросом Московского городского суда и жалобами ряда граждан». // Собрание Законодательства РФ. 1999, № 6, стр. 867. 

Постановление пленума Верховного Суда РФ от 27. 01. 99 г. «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105)». // Бюллетень Верховного Суда РФ. 1999. № 3. 

Постановление Пленума Верховного Суда РФ СССР от 31. 12. 76 г. «О практике применения судами законодательства о преступлениях несовершеннолетних и о вовлечении их в преступную и иную антиобщественную деятельность». //  Бюллетень Верховного Суда РФ. 1998. № 11. 

Обзор судебной практики Верховного Суда РФ за второй квартал 1998 г. //

Определение Судебной Коллегии Верховного Суда РФ  по делу З.// Бюллетень Верховного Суда РФ – 1992 - №12 – С.4. Бюллетень Верховного Суда СССР. 1982, № 5; 1984, № 4; 1986, № 1 и 13; 1987, № 1. 

Сборник постановлений и определений судебной коллегией по уголовным делам Верховного Суда РСФСР 1961-1963 гг. М.: Юрид. литература, 1964. 

Сборник Постановлений Президиума и определений Судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда РСФСР. 1964 – 1972. М.: Юрид. литература, 1979. 

Сборник постановлений Президиума и определений судебной коллегией по уголовным делам Верховного Суда РСФСР 1974 – 1979. М.: Юрид. Литература, 1981. 

Уголовный кодекс РФ. Постатейные комментарии. - М.: Зерцало, 1997. 

Уголовное право. Особенная часть / Под ред. А. И. Гарога. – М.: Триада ЛТД, 1996. 

Научный комментарий к Уголовному кодексу РФ. Особенная часть / Под ред. М. И. Ковалева. Свердловск, 1962. 

Комментарий к Уголовному кодексу РФ./ под ред. Ю.И. Скуратова, В.М.Лебедева. М.: Инфра-М-Норма., 1998. 

Уголовно-процессуальный кодекс. Комментарий. М.: Спарк., 1997. 

Уголовное право России. Особенная часть. / Под ред. Б. Б. Здравомыслова. – М.: Юрист, 1996. 

Уголовное право. Общая часть / Под ред. Н. И, Ветрова, Ю. И. Ляпунова – М.: Новый юрист, 1997. 

Российское уголовное право. Общая часть / Под ред. А. В. Наумова. – М.: Спарк, 1997. 

Российское уголовное право. Особенная часть. / Под ред. Н. П. Журавлева, С. И. Никулина – М.: Спарк, 1998. 

Алексеев А.И., Ястребов В.В. Профессия – прокурор – М.: Юрист, с.1998–144

Андреев Б., Бушуев Г. Компьютерная программа квалификации преступлений. Законность, 1994. 

Бабаева Э.У., Полецкая С.М., Селиванов Н.А и др. Информационно-методическое письмо «О раскрытии и расследовании умышленных убийств, совершаемых наемными лицами. М., 1990. 

Березовская С.Г. Охрана прав граждан советской прокуратурой. – М.: Наука, 1964 – 262 с. 

Блинов Б.Н. и др. Вооруженные конфликты и заказные убийства как средства разрешения противоречий между организованными преступными группами. // Проблемы борьбы с организованной преступностью. М., 1995., С. 77-88.

Борецкий А. Совершенствование федерального законодательства о прокуратуре // Законность, 1994, № 10, стр.32-37. 

Бородин С. В. Ответственность за убийство: квалификация и наказание по российскому праву. М.: Юрист, 1994. 

Брайнин Я. М. Уголовная  ответственность и ее основания в советском уголовном праве. М.: Госюриздат, 1963. 

Бурданова В.С., Гуняев В.А, Пелецкая С.М. Расследование убийств, совершенных по найму: Учебное пособие / Под общей ред. Проф. В.С. Бурдановой. СПб., 1997., 40 с. 

Гаухман Л. Д. Квалификация преступлений (понятие, значение и правила). – М.: Юрид. литература, 1991. 

Глазырин Ф.В., Глазырин В.Ф. «Заказные убийства» как современные криминальные явления.//Вестник Волгоградского университета – Серия 3, Экономика, Право – 1996 – Выпуск 1 – С.125-128. 

Глызин Ф.В. Некоторые проблемы борьбы с «заказными убийствами».// Материалы научной конференции профессорско-преподавательского состава. Волгоград, 1994, С.328. 

Густов Г.А. Программно-целевой метод организации раскрытия убийств. СПб., 1993. 

Дворкин А., Толпекин К., Касьяненко. Возбуждение уголовных дел об убийствах, связанных с отчуждением жилья.//Законность– 1997- №1– С.27-29. 

Житленко А. А, Преступления против личности. М. Госиздат, 1927. 

Загородников Н. И. Преступления против жизни по советскому уголовному праву. М.: Госюриздат, 1961. 

Зайковский В.Н., Голубов В.В. Методика использования в расследовании результатов определенной деятельности.// Следователь – 1997 - №2 (5). 

Золотов Ю. Какой быть прокуратуре? // Законность, 1998, № 4,  стр.2-4. 

Капишников В. Прокуроры за укрепление независимости суда // Российская юстиция, 1996, № 2, стр.25-26. 

Козусев А.Ф. Организованная преступность и заказные убийства // Международное сотрудничество в борьбе с организованной преступностью: Материалы международной научно-практической конференции 27-29 мая 1997 г. СПб., 1997., С.96-99. 

Корецкий Д.А. Понятие и признаки вооруженных преступлений.// Северо-кавказский юридический вестник – 1997 - №4 – С.84-93. 

Коробков Г.Д. К вопросу о понятии совокупности как вида множественности преступлений в российском Уголовном кодексе.// Вестник Волгоградского университета – Серия 3.: Экономика и право – 1997 – Выпуск 2 – С.95-97. 

Красиков А. Н, Уголовно-правовая охрана прав и свобод человека в России, Саратов: Полиграфист, 1996. 

Криминалистическое обеспечение деятельности криминальной милиции и органов предварительного расследования. М., 1997., С. 210-245. 

Кудрявцев В. Н. Объективная сторона преступлений по советскому уголовному праву. – М.: Госюриздат, 1960. 

Курс Судебной медицины. / Под ред. М. И. Авдеева – М.: Юрид. литература, 1959. 

Лепский Ю.М. Почему не раскрываются заказные убийства?// Открытая политика – 1996 - №11-12 – С.37-42. 

Лончаков А.П. Теория юриспруденции Российской Федерации: Учебное пособие. -Хабаровск: Изд-во ХГТУ, 1996. 

Лончаков А.П. Типология личности преступника. Сб. научных трудов. Хабаровск.: Изд-во ХГТУ, 1996. 

Лунеев В. В. Преступность ХХ века: Мировые региональные тенденции: Мировой криминалогический анализ. М.: Норма, 1997. 

Мендельсон Г. А. Уголовная ответственность за убийство и телесные повреждения. М.: Госюриздат, 1967. 

Методические рекомендации по расследованию уголовных дел, возбуждаемых по фактам безвестного исчезновения граждан, при отсутствии трупа. Отдел криминалистики прокуратуры Иркутской области. 

Нафиев С. Им было все равно кого убивать, лишь бы платили. Следственный очерк прокурора Республики Татарстан.// Прокурорская и следственная практика – 1997 - №3 – С.120. 

Наумов А. В. Мотивы убийств. Волгоград, 1964. 

Никоифоров Б. С, Объект преступлений по советскому уголовному праву. – М.: Госюриздат, 1960. 

Оперативно-справочные. Оперативно-розыскные, криминалистические и некоторые иные учеты, используемые при раскрытии и расследовании преступлений. Справочник для следователей и оперуполномоченных уголовного розыска. М., 1985. 

Побегайло Э. Ф. Умышленные убийства и борьба с ними. Воронеж, 1965. 

Пособие для следователя. Расследование преступлений повышенной общественной опасности./под ред. Н.А.Селиванова, А.Н.Дворкина. М.:«Лига Разум»., 1998.  

Потапов А. Понятие наемника по уголовному праву. // Юридическая газета – 1998 - №33 – С.4. 

Практика Верховного Суда РФ по гражданским делам за 1992- 1994 гг. – М., Де-юре, 1996 – 464 с. 

Практика Верховного суда РФ по уголовным делам за 1992 – 94 гг. М.: «Де-юре»., 1995.

Разгильдяев Б. Убийство по заказу.// Российская юстиция– 1995-№10–С.41-42. 

Расследование по делам, возбужденным в связи с исчезновением потерпевшего. М., 1967. 

Редин М.П. Разграничения приготовления к преступлению и покушения на него.//Следователь – 1999 - №1 (18) – С.19. 

Руководство по расследованию убийств. М., 1997. 

Руководство по расследованию убийств/ Под ред. С.И.Гусева. М., 1977. 

Сарыев Б. С. Ответственность за преступления против жизни и здоровья. Ашхабад, 1973. 

Селиванов Н.А. Некоторые особенности расследования преступлений, совершаемых преступными группами. //Прокурорская и следственная практика – 1997 – №1 – С.99-110. 

Селиванов Н.А., Соя-Серко Л.А. Убийство. Как его раскрыть? М., 1994. 

Скуратов Ю.И. Роль прокуратуры в укреплении законности и   правопорядка // Законность, 1996, № 12, стр.2-7. 

Слинько М.И. Заказные убийства: опыт комплексного исследования/ Изучение организованной преступности. М., 1997., С.78-105. 

Состояние и перспективы раскрытия и расследования убийств, совершенных наемными лицами. (По материалам Российской Федерации и Республики Казахстан)// Актуальные проблемы теории и практики применения права в свете Государственной программы первоочередных мер по борьбе с преступностью и закреплению правопорядка в Республике Казахстан на 1993-95 гг.: Сборник материалов межвузовской научно-практической конференции молодых ученых, адъюнктов и соискателей. – Караганда, КВШ МВД, 1995. 

Сотов А.М. Криминалистическая характеристика убийств, совершенных организованной преступной группой.// Следователь – 1998 - №4. 

Стуканов А. Убийство по найму: только факты// Законность–1997- №5 – С.43-44. 

Тельцов А.П., Китаев Н.Н. Проблемы расследований убийств, связанных с уничтожением трупа. Иркутск, 1992. 

Теоретические  проблемы и практика применения методики расследования отдельных видов преступлений. Томск, 1985. 

Тимошенко Б.Ф. Новые возможности раскрытия заказных убийств, других тяжких преступлений.// Прокурорская и следственная практика – 1997 - №3 – С.95. 

Тройкин В.И. значение установления конкуренции мотивов при расследовании корыстных убийств.// Сборник научных трудов Воронежской высшей школы МВД России - 1997 – Выпуск 5 – С.11, 48-53.

Туйков В. Проблемы совершенствования прокурорского надзора// Законность, 1998, № 5, стр.2-6. 

Уголовная ответственность за посягательство на жизнь граждан / Под ред. Н. И. Ветрова, Ю. И. Ляпунова. М.: МЮИ, 1995. 

Уолкер А. Э. Смерть мозга. М.: Высшая школа, 1988.

Шаргородский М. Д. Ответственность за преступление против личности. Ленинград. ЛГУ, 1953. 


 

А также другие работы, которые могут Вас заинтересовать

8497. Исследование P-N перехода 2.3 MB
  Исследование p-n перехода Методические указания содержат три основных раздела: теорию, описание экспериментальной установки и порядок выполнения работы. В теоретической части изложены: зонная теория электропроводности твердого тела, выпрямляющее дей...
8498. Тепловой и динамический расчет бензинового двигателя внутреннего сгорания ВАЗ-2103 458.22 KB
  Тепловой и динамический расчет бензинового двигателя внутреннего сгорания ВАЗ-2103 Введение Тепловой расчет двигателя служит для определения параметров рабочего тела в цилиндре двигателя, а также оценочных показателей рабочего процесса, для оценки м...
8499. Древнеиндийская философия 134 KB
  Древнеиндийская философия Индийская культура является одной из самых древних на Земле. Древнейшие письменные источники датируются III тысячелетием до н.э. Чаще всего тексты высекались на камне, металлических пластинах, дереве, а также на керамике. ...
8500. Китайская хохлатая собака 1.28 MB
  Китайская хохлатая собака. С тех пор как в 1965 году китайская хохлатая собака была вновь завезена в Великобританию, интерес к этой породе значительно вырос. Тщательное выведение породы и расширение знаний в области генетики...
8501. Жизнь и творчество Ду Фу 68 KB
  Восточные философские и религиозные взгляды существенно отличаются от западноевропейских. Их объединяют целостное восприятие мира, отсутствие сосредоточенности на человеке. Мерой всего, объектом поклонения выступает природа, в которой человек полн...
8502. Китайская мечта населения Северо-Востока КНР 109.5 KB
  Китайская мечта населения Северо-Востока КНР В настоящее время, понятие мечта занимает одно из первых мест в рейтинге модных мировых тенденций. И эта тенденция обязана столь стремительному успеху тому, что современное общество дает индивиду зн...
8503. Китайская медицина. Философские основы китайской медицины 88.5 KB
  Китайская медицина. Философские основы китайской медицины. Здоровье - одно из главных достояний человека. Между тем, по мере развития цивилизации растет и число факторов, повреждающих здоровье. Количество болезней, известных современной медицин...
8504. Философские основы китайской медицины. Китайская медицина 273.5 KB
  Китайская медицина. Философские основы китайской медицины. Основной подход: Западная медицина Использование фармакологических препаратов - чужеродных для организма химических веществ. Каждое их применение порождает новые проблемы, т.к. безвредн...
8505. Китайская медицина и зубоврачевание в Тебете, Японии, в арабских государствах 86.5 KB
  Китайская медицина и зубоврачевание в Тебете, Японии, в арабских государствах Вопросы по китайской стоматологии: Великий китайский шёлковый путь (общение с соседними государствами, обмен медицинским опытом) Марко Поло его путешествие Ки...