56449

Синтаксические трансформации в художественном тексте при переводе с русского языка на украинский язык

Курсовая

Иностранные языки, филология и лингвистика

Теория непереводимости. По этой теории полноценный перевод с одного языка на другой вообще невозможен вследствие значительного расхождения выразительных средств разных языков; перевод является лишь слабым и несовершенным отражением оригинала, дающим о нем весьма отдалённое представление.

Русский

2014-05-10

245.5 KB

8 чел.

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ           3

РАЗДЕЛ 1.

Переводческие трансформации       6

Переводческая эквивалентность      6

Трансформации как переводческая категория   13

Грамматические трансформации      15

Причины использования переводческих трансформаций 17

РАЗДЕЛ 2

Классификация грамматических трансформаций    22

РАЗДЕЛ 3

Синтаксические трансформации в художественном тексте при переводе с русского языка на украинский язык    27

  1.  Синтаксическое уподобление       27
    1.  Замена простого предложения сложным предложением  28
    2.  Замена сложного предложения простым     29
    3.  Членение предложения        30
    4.  Объединение предложений       32
    5.  Трансформация причастных оборотов в придаточные определительные предложения       34
    6.  Замена типа синтаксической связи      38

ЗАКЛЮЧЕНИЕ           42

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ    47


ВВЕДЕНИЕ

Тема нашей дипломной работы «Синтаксические трансформации в художественном тексте при переводе с русского языка на украинский язык».

Проблематика перевода, и собственно художественного перевода, не нова. Обозримые истоки ее восходят к Древнему Риму; еще Цицерон формулировал, что слова при переводе следует не подсчитывать, а взвешивать, и, стало быть, уже тогда решалась проблема верности подлиннику один из краеугольных вопросов переводческой практики на протяжении последующих двух тысяч лет. И хотя взгляды на перевод сложились в стройную систему лишь в последние десятилетия, история европейской культуры все же насчитывает множество попыток изложить эти взгляды по мере их накопления. Что же должна изучать наука о переводе? Большинство исследователей считает, что наука о переводе изучает и должна изучать процесс перевода. При этом под процессом перевода они обычно понимают межъязыковые преобразования, трансформацию текста на одном языке в текст на другом языке.

Такие преобразования обязательно ограничены рамками двух конкретных языков (любая книга о переводе содержит большое количество примеров перевода с одного конкретного языка на другой). Тем самым задачи науки о переводе сводятся к сравнительному изучению двух языковых систем, к некоторому комплексу проблем частной теории перевода. Между тем процесс перевода не есть простая замена единиц одного языка единицами другого языка. Процесс перевода как специфический компонент коммуникации с использованием двух языков есть всегда деятельность человека, в нем аккумулируются проблемы философии, психологии, физиологии, социологии и других наук, не говоря уже о лингвистике, зависимость перевода от которой нет необходимости доказывать. Основной вопрос переводоведения можно сформулировать следующим образом: возможно ли совершенно точно и полно передать на одном языке мысли, выраженные средствами другого языка? По этому вопросу в научной среде традиционной сложились две противоположные точки зрения, которые упоминались в работах А. В. Федорова [46], Л. С. Бархударова [1-2], В. Н. Комиссарова [17-20] (в дальнейшем мы в основном будем опираться на теоретическую базу, разработанную именно этими учеными) и других ученых.

"Теория непереводимости". По этой теории полноценный перевод с одного языка на другой вообще невозможен вследствие значительного расхождения выразительных средств разных языков; перевод является лишь слабым и несовершенным отражением оригинала, дающим о нем весьма отдалённое представление. «Теория непереводимости» не оказала, разумеется, какого-либо влияния на переводческую практику, поскольку переводчики продолжали выполнять «невыполнимую» задачу [14,15].

Другая точка зрения, которой придерживается большинство исследователей, легшая в основу деятельности многих профессиональных переводчиков, заключается в том, что любой развитый национальный язык является вполне достаточным средством общения для полноценной передачи мыслей, выраженных на другом языке.

Актуальность исследования определяется востребованностью в разработке эквивалентного русско-украинского перевода, в связи с широкими вековыми культурными контактами русского и украинского народов. Так же интерес представляет выбор исследуемого материала, так как творчество Н.В. Гоголя считается достоянием обеих литератур.

Объектом исследования являются синтаксические структуры в сборнике повестей Гоголя Н.В. «Вечера на хуторе близ Диканьки» [53] и их переводе А. Хуторяна, И. Сенченка, М. Рыльского, С. Васильченка, Остапа Вышни [54].

Предмет исследования – способы перевода синтаксических конструкций с русского языка на украинский.

Цель – исследование типов трансформаций синтаксических структур на материале повестей Н.В. Гоголя «Вечера на хуторе близ Диканьки» и их переводах. Для достижения поставленной цели, следует решить ряд задач:

  1.  Расспотреть типы и виды переводческих трансформаций;
  2.  определить типы синтаксических трансформаций;
  3.  выявить закономерности переводческих трансформаций на материале исследуемого художественного текста.

Для решения поставленных задач были использованы следующие методы: описательный, сопоставительный и статистический.

Методологической базой являлись работы Л.С. Бархударова, В.Н. Комисарова, А.В. Федорова, А.Д. Швейцера, Л.Т. Латышева и др.

Данная работа состоит из введения, в котором говорится об изученности и актуальности данной темы; двух глав, в первой рассматриваются теоретические аспекты, во второй представлены результаты практического исследования; заключения и списка использованной литературы. В конце дипломного в качестве иллюстративного материала дается приложение.


РАЗДЕЛ 1.ПЕРЕВОДЧЕСКИЕ ТРАНСФОРМАЦИИ

  1.  Переводческая эквивалентность

Основным понятием перевода и главной его целью является переводческая эквивалентность. От того, как представляет себе эквивалентность перевода переводчик, зависят результаты его практической работы, качество перевода. История переводческой мысли засвидетельствовала различные взгляды на проблему эквивалентности перевода. Хронологически первой является концепция формального соответствия. Кредо представителей этого направления можно сформулировать так: передается все, что поддается передаче, в том числе по возможности и структура исходного текста.

Языковой материал непременно влияет на характер передаваемого сообщения. Он вмешивается в его дефинитивные формы пассивно - тем, что сопротивляется или способствует наиболее естественному для данного материала выражению - и активно - тем, что с помощью языковых и иных ассоциаций привлекает в текст новые элементы содержания, которых не было в составе идейной концепции подлинника и которые не могли бы из нее самостоятельно вырасти. [31] Иными словами, процесс перевода подразумевает осмысление исходного текста с дальнейшим его расчленением на составные части с целью анализа, так как преобразование грамматических структур и лексических единиц на этапе анализа позволяют осуществить «переключение», то есть переход к ядерным структурам и семантическим компонентам языка перевода [14,15].

Стремясь к наименьшей затрате сил, господствующие методы перевода приучают сосредотачивать все внимание на простейших элементах речи. Следует сразу же и недвусмысленно сказать, что эти элементы не соответствуют единицам мысли, а если и соответствуют, то только случайно, - что очень важно отметить. Обычно же оперируют элементами, произвольно выхваченными из речевой ткани на основании внешних формальных признаков, чуждых механизму мышления [3].

Перевод произведение не монолитное, это взаимопроникновение, конгломерат двух структур: с одной стороны, есть содержание и формальные особенности оригинала, с другой целый комплекс художественных черт, связанных с языком переводчика. В произведении оба эти пласта, или, скорее, взаимодействующих качества, находятся в постоянном напряжении, которое может вылиться в противоречие. Многообразие процесса перевода порождает не только различные теории перевода, но и не совпадающие по своим характеристикам виды перевода, выделение которых необходимо научно обосновать.

Всякая научная классификация имеет свою основу деления. Такой основой деления является, например, категория деятеля в переводе, что позволяет различать машинный перевод и перевод, осуществляемый человеком. Для классификации перевода, осуществляемого человеком, используются различные основы деления. [14,15]

Во-первых, считают необходимым учитывать соотношения во времени двух основных операций перевода: восприятие исходного текста и оформление перевода.

Во-вторых, за основу классификации перевода принимают условия восприятия сообщения и оформления перевода. Воспринимать сообщение можно либо зрительно, либо на слух, что уже дает возможность различать зрительный перевод и перевод на слух.

Оформлять перевод можно письменно или устно, предусматривая письменный и устный перевод. Но так как каждый процесс перевода включает и восприятие сообщения, и оформление перевода, то появляется возможность говорить уже о четырех видах перевода: зрительно-письменном переводе, зрительно-устном переводе, письменном переводе на слух и устном переводе на слух. Эту же классификацию позже предложил Л.С. Бархударов [2], но уже не на психологической, а на лингвистической основе. Он предлагает различать те же четыре основных вида перевода в зависимости от формы речи, в которой употребляются исходный и переводной языки, называя их соответственно письменно-письменный, устно-устный, письменно-устный и устно-письменный перевод. Исходя из специфики данной работы, далее мы будем рассматривать случай письменно-письменного перевода.

Принято различать три вида письменного перевода:

1. Пословный перевод (буквальный или подстрочный). Это механический перевод слов иностранного текста в том порядке, в каком они встречаются в тексте, без учета их синтаксических и логических связей. Используется в основном как база для дальнейшей переводческой работы.

2. Дословный перевод. Дословный перевод, при правильной передаче мысли переводимого текста, стремится к максимально близкому воспроизведению синтаксической конструкции и лексического состава подлинника. Несмотря на то, что дословный перевод часто нарушает синтаксические нормы русского языка, он также может применяться при первом, черновом этапе работы над текстом, так как он помогает понять структуру и трудные места подлинника. Затем, при наличии конструкций, чуждых русскому языку, дословный перевод должен быть обязательно обработан и заменен литературным вариантом.

3. Художественный (литературный) перевод. Этот вид перевода передает мысли подлинника в форме правильной литературной русской речи, и вызывает наибольшее количество разногласий в научной среде - многие исследователи считают, что лучшие переводы должны выполняться не столько посредством лексических и синтаксических соответствий, сколько творческими изысканиями художественных соотношений, по отношению к которым языковые соответствия играют подчиненную роль, эта проблема будет вкратце рассмотрена нами ниже.

Согласно определению В.Н. Комисарова, художественным переводом называется перевод произведений художественной литературы. Произведения художественной литературы противопоставляются всем прочим речевым произведениям благодаря тому, что для всех них доминантной является одна из коммуникативных функций, а именно художественно-эстетическая или поэтическая [17].

Основная цель любого произведения этого типа заключается в достижении определенного эстетического воздействия, создании художественного образа. Такая эстетическая направленность отличает художественную речь от остальных актов речевой коммуникации, информативное содержание которых является первичным, самостоятельным. Поскольку речь идет о переводе отрезков художественной речи, основным отличием художественного перевода от иных видов перевода следует признать принадлежность текста перевода к произведениям ПЯ, обладающим художественными достоинствами. Иными словами, художественным переводом именуется вид переводческой деятельности, основная задача которого заключается в порождении на ПЯ речевого произведения, способного оказывать художественно-эстетическое воздействие на ПР.[17,15] Анализ переводов литературных произведений показывает, что в связи с указанной задачей для них типичны отклонения от максимально возможной смысловой точности с целью обеспечить художественность перевода.

В. Федоров в работе «Основы общей теории перевода / Лингвистический очерк» приводит слова А. А. Фета: «главная задача… в возможной буквальности перевода: как бы последний ни казался тяжеловат и шероховат на новой почве чужого языка, читатель с чутьем всегда угадает в таком переводе силу оригинала» [46;69].

Формально-буквалистскому направлению еще в древние времена противостояла «концепция нормативно-содержательного соответствия» [17;6]. Переводчики этого направления стремились выполнить два требования: 1) передать все существенные элементы содержания исходного текста; 2) соблюсти нормы переводящего языка. Эквивалентность в этом случае, по мнению  теоретиков перевода, предстает как «сбалансированное соотношение двух наиболее важных характеристик переводного текста: полноты передачи содержания и нормативности» [17;6].

А. В. Федорову принадлежит концепция полноценного (адекватного) перевода. Стремясь отграничить перевод от точного пересказа, автор концепции выделяет отличительные качества полноценного перевода, каковыми, на его взгляд, являются:

  •  исчерпывающая передача (смыслового) содержания исходного текста (тождество информации, сообщаемой на разных языках);
  •  передача содержания равноценными средствами. Под равноценностью средств подразумевается не их сходство на формально-структурной основе, а их функциональная эквивалентность [46; 151].

Теория адекватного перевода не лишена недостатков. Обусловлено это в первую очередь тем, что содержание и форма при переводе вступают в конфликт,  который разрешается с помощью «жертв»,  замен,  модификаций.

А это, в свою очередь, «требует введения в теоретическую концепцию эквивалентности перевода положений о ранговой иерархии элементов текста» [17;19]. Американским ученым Юджином Найдой введено понятие динамической (функциональной) эквивалентности [21,114]. Обычно эквивалентность перевода устанавливается путем сравнения исходного текста с текстом перевода. Найда предлагает сравнивать реакции получателя переводного текста и реакции  получателя текста на исходном языке. Если эти реакции в своих существенных чертах (как в интеллектуальном, так и в эмоциональном плане) эквивалентны друг другу, то текст перевода признается эквивалентным исходному тексту. Под эквивалентностью реакций подразумевается их сходство, но не тождество, которое является недостижимым в силу различий этнолингвистического, национально-культурного плана».  Концепция  динамической эквивалентности также не лишена недостатков. Во-первых, не существует методики измерения и сравнения двух реакций. Лингвоэтническая реакция  представляет собой абстракцию. Ее можно рассматривать лишь как прогноз, который опирается на знание переводчиком особенностей национальной психологии, реалий и т.д.

Понятие динамической эквивалентности в принципе соответствует понятию функциональной эквивалентности А.Д. Швейцера. Важное место в концепции ученого занимает понятие коммуникативной целеустановки и функции речевого произведения. А.Д. Швейцер использует классификацию функций речи, разработанную  Р. Якобсоном, который выделяет референтную или денотативную функцию, экспрессивную функцию, поэтическую функцию, а также металингвистическую функцию и фатическую функцию речи, связанную с установлением и поддержанием контакта между коммуникантами [50;147]. Поэтическая функция акцентирует внимание участников речевого акта на форме речевого высказывания, то есть обращает внимание  на те случаи, когда языковая форма высказывания становится коммуникативно существенной. Металингвистическая функция текста реализуется, когда ранг смысловых элементов приобретают те или иные свойства данного языкового кода, например, когда мы имеем дело с каламбурами и т. п.

Учитывая, что при переводе мы имеем дело со смыслом, т.е. одним из семантических компонентов языковой единицы, можно сказать, что семантическая эквивалентность достигается благодаря наличию в тексте ИЯ и тексте ПЯ одних и тех же сем. В этом случае тексты находятся в отношении компонентной семантической эквивалентности. Второй вид семантической эквивалентности, именуемый денотативным, связан с явлением языковой избирательности. Суть ее состоит в том, что один и тот же предмет и предметная ситуация могут быть описаны с разных сторон посредством разных признаков: например, «Картина весить на стене» (предикат состояния), «Картину повесили на стену» (предикат действия) и «Я вижу картину на стене» (предикат восприятия). Разные семантические предикаты перекрещиваются и являются взаимозаменяемыми благодаря тому, что описывают одну и ту же ситуацию. В отличие от компонентного уровня семантической эквивалентности, на уровне денотативной эквивалентности наблюдается семантическое расхождение между исходным текстом и текстом перевода. Отношение эквивалентности тут основано на приравнивании разных, но соотнесенных с одной и той предметной ситуацией семантических компонентов [6, 10].

Таким образом, для достижения семантической эквивалентности требуются разнообразные переводческие преобразования (трансформации или замены). На уровне компонентной эквивалентности в основном используются трансформации, затрагивающие грамматическую структуру высказывания. Уровень денотативной эквивалентности требует более сложных лексико-грамматических трансформаций, влекущих за собой изменения в семантической структуре высказывания [6, 10]

  1.  Трансформации как переводческая категория

Необходимо определить, что же такое переводческие трансформации вообще и для чего они нужны.

Первое основное качество, которым должен владеть переводчик, заключается в умении «видеть» переводческие проблемы, способности не поддаваться соблазну подмены слов подлинника словами переводящего языка. Неизбежным следствием последнего является переводческий брак, именуемый буквализмом.

В толковом словаре переводческих терминов В.Г. Комисарова можно найти определение этому явлению: Грамматический буквализм – сохранение грамматических структур или форм подлинника в переводном тексте [18, 156]

Конечно, если мысль можно выразить таким же образом, как она выражена в оригинале, это надо и сделать.

Наиболее часто это происходит при переводе художественного текста с русского языка на украинский, так как они являются близкородственными языками.

Сопоставительный анализ переводов обнаруживает, наряду с языковыми единицами ИЯ, имеющими единичные или множественные соответствия в ПЯ, И такие лексические и грамматические единицы, для которых в ПЯ нет прямых соответствий. Единицы ИЯ, которые не имеют регулярных соответствий, в языке перевода называются безэквивалентными [17, 38]. Безэквивалентными грамматическими единицами могут быть как отдельные морфологические формы и части речи, так и синтаксические структуры (абсолютные конструкции). При переводе существование безэквивалентных грамматических единиц не вызывает особых трудностей. Выбор грамматической формы при переводе зависит не только и не столько от грамматической формы оригинала, сколько от ее лексического наполнения, т.е. от характера и значения лексических единиц, получающих в высказывании определенное грамматическое оформление [17, 39]. Различия в таком оформлении, как правило, не являются препятствием для установления отношений эквивалентности между высказываниями в оригинале и в переводе. Именно в таких случаях очень часто прибегают к трансформационному переводу. Трансформационный перевод заключается в передаче значения безэквивалентной единицы с помощью одной из грамматических трансформаций.

Ученые по-разному определяли переводческие трансформации. Так, например, Р.К. Миньяр-Белоручев дал следующее определение: «Трансформация – основа большинства приемов перевода. Заключается в изменении формальных (лексические или грамматические трансформации) или семантические (семантические трансформации) компонентов исходного текста при сохранении информации, предназначенной для передачи» [33, 201].

Я.И. Рецклер же определяет трансформации как «приемы логического мышления, с помощью которых мы раскрываем значение слова ИЯ в контексте и находим ему соответствие в ПЯ, не совпадающее со словарным» [43, 216].

А.Д. Швейцер: «Переводческие трансформации – это межъязыковые операции перевыражения смысла» [50, 118].

Л.Т. Латышев, принимая во внимание два критерия адекватного перевода – равноценность регулятивного воздействия исходного и переводного текстов и их семантико-структурное подобие, - именует переводческие трансформации как «отступление от структурного и семантического параллелизма между исходным и переводным текстом в пользу их равноценности в плане воздействия» [23, 27].

В переводоведении существует множество классификаций видов переводческих трансформаций, но все они делятся на три основные группы: лексические, грамматические и лексико-грамматические.

  1.  Грамматические трансформации

По словам В.Г. Комисарова, грамматические трансформации (грамматические замены) – это способ перевода, при котором грамматическая единица в оригинале преобразуется в единицу ПЯ с иным грамматическим значением. Замене может подвергаться грамматическая единица ИЯ любого уровня: словоформа, часть речи, член предложения, предложение определенного типа. Понятно, что при переводе всегда происходит замена форм ИЯ на формы ПЯ. Грамматическая замена как особый способ перевода подразумевает не просто употребление в переводе форм ПЯ, а отказ от использования форм ПЯ, аналогичных исходным, замену таких форм на иные, отличается от них по выражаемому содержанию (грамматическому значению) [17, 54].

А.Д. Швейцер определял грамматические трансформации как «трансформации, при которых преобразуется формальная структура высказывания и остается неизменным констатирующий его смысл набор сем» [50, 118].

Грамматические трансформации заключаются в преобразовании структуры предложения в процессе перевода в соответствии с нормами переводного языка. Трансформация может быть полной или частичной в зависимости от того, изменяется ли структура предложения полностью или частично. Обычно, когда заменяются главные члены предложения, происходит полная трансформация, если же заменяются лишь второстепенные – частичная. Кроме замен членов предложения могут заменяться и части речи. Чаще всего это происходит одновременно.

Таким образом, переводческие, а в частности грамматические, трансформации – это способы перевода, которые переводчик может использовать в тех случаях, когда эквивалентная форма высказывания в языке перевода отсутствует или не подходит по контексту.

  1.  Причины использования переводческих трансформаций

Несмотря на то, что при переводе, осуществляя те или иные трансформации, переводчик не отдает себе отчет в том, с какой целью он это сделал, т.е. трансформирует текст на интуитивном уровне, каждая переводческая трансформация мотивирована, т.е. вызвана той или иной причиной.

Мотивы и причины использования переводческих трансформаций каждый лингвист видит по-своему. Г.М. Стрелковский объясняет использование переводческих преобразований следующим образом: «Переводчик воспринимает исходящую от отправителя информацию в виде конкретных произведений речи. Именно в этих речевых произведениях и реализуется коммуникативное намерение. Следовательно, переводчику необходимо так преобразовать речевое произведение одного языка в речевое произведение другого, чтобы передать коммуникативное намерение отправителя. Важным требованием является точность в переводе, которая должна определяться не точным соответствием между единицами двух языков, а функциональной тождестве6нностью. Точным может считаться лишь такой перевод, который обеспечивает тождественность функции речевого произведения при эквивалентности смыслового оригинала и его транслята» [44, 88]. Таким образом, трансформации используются переводчиком для того, чтобы текст перевода был также функционально тождественен исходному тексту. С этой точкой зрения перекликается мнение Л.К. Латышева. Он высказывает эту мысль в более развернутом виде: прежде всего он предлагает термин коммуникативная компетенция. Под коммуникативной компетенцией им понимается комплекс предпосылок, без которого невозможна языковая коммуникация: «Реакция человека на текст определяется не только свойствами самого текста (его семантикой и структурой), но и наличием определенных предпосылок, которыми человек должен обладать, чтобы адекватно воспринимать и интерпретировать текст, наличие привычек к определенным языковым стандартам и стереотипам и определенных предварительных знаний, без которых нельзя толком понять, о чем идет речь» [24, 29]. При этом Латышев делит коммуникативную компетенцию на составляющие, каждая из которых играет свою роль в процессе восприятия и интерпретации текста. Отсутствие у получателя текста необходимой предварительной информации приводит к ситуации, когда «слова понятны», но непонятна суть сказанного. Что касается несоответствия текста привычным речевым стандартам, Латышев считает, что оно может вызвать как положительный, так и отрицательный эффект: «Если непривычность способа выражения – результат неумения, недостаточной коммуникативной компетенции, то она становится фактором, препятствующим успешной коммуникации. Происходящая от некомпетенции «необычность» речи затрудняет ее восприятие, отвлекает внимание от содержания» [24, 30].

Таким образом, воздействие, оказываемое текстом на адресата, определяется соотношением свойств текста с коммуникативной компетенцией адресата. А для того, чтобы в переводе произвести регулятивное воздействие текста, необходимо, чтобы соотношение свойств переводного текста с коммуникативной компетенцией носителя переводящего языка было бы аналогично (приблизительно равно) соотношению свойств исходного текста с языка коммуникативной компетенцией носителя исходного языка. Следовательно, переводной текст должен быть неравен исходному тексту в той степени, в какой коммуникативная компетенция носителей переводящего языка не равна коммуникативной компетенции носителей исходного языка. Это целенаправленно создаваемое переводчиком неравенство двух текстов компенсирует неравенство двух коммуникативных компетенций таким образом, чтобы возникло относительное равенство двух соотношений, которое обеспечивает эквивалентность регулятивного воздействия двух текстов [Латышев, 30]. Итак, причинами переводческих трансформаций являются существенные расхождения коммуникативных компетенций носителей исходного языка и носителей переводящего языка и необходимость «сгладить» их ради достижения равноценности регулятивного воздействия исходного и переводного текста.

Таким образом, Латышев связывает необходимость использования переводческих трансформаций с коммуникативной компетенцией. В его более ранней работе можно найти следующее высказывание о мотивировании переводческих трансформаций: «Мотивированность переводческих трансформаций заключается в сочетании творческого подхода к переводу со строгим отношением к передаче содержательной стороны исходного текста, его существующих особенностей, исключающих переводческий произвол» [24, 198]. В целом, Латышев называет 3 основные причины переводческих трансформаций:

  1.  Расхождение в системах исходного и переводящего языков, которые могут быть следующими:

а) в одном из языков отсутствует категория, свойственная другому языку;

б) внутри одной и той же категории членения различны;

в) сопоставимые лингвистические категории не вполне совпадают по объему значения.

  1.  Расхождения норм исходного и переводящего языков. С нарушением нормы мы сталкиваемся в тех случаях, когда смысл фразы понятен, однако вызывает представление о неправильности речи (нормативных отклонений).
  2.  Несовпадение узуса, действующего в среде носителей исходного и переводящего языков. (Узус – правила ситуативного использования языка. Он отражает речевые привычки и традиции данного языкового коллектива.) [24, 189].

А.Ф. Архипов выделяет восемь мотивов применения трансформаций, с целью добиться более высокой степени эквивалентности:

  1.  Стремление избежать нарушения норм сочетаемости единиц в языке перевода, так называемых буквализмов.
  2.  Стремление идиоматизировать перевод, т.е. использовать выражения и конструкции, наиболее употребительные в переводящем языке.
  3.  Необходимость преодоления межъязыковых различий в оформлении однородных членов предложения.
  4.  Стремление избегать чуждых переводящему языку словообразовательных моделей.
  5.  Стремление избегать неестественности, неэстетичности некоторых повторов, громоздкости, неясности и нелогичности выражения.
  6.  Стремление к более компактному варианту перевода.
  7.  Стремление донести до рецептора важную фоновую информацию или снять избыточную.
  8.  Стремление воссоздать трудно передаваемую игру слов, образность [1, 86].

Е.В. Бреус мотивирует переводческие трансформации следующим образом: «Смысл оригинала передается при помощи переводческих соответствий, имеющих не только иное языковое выражение, но и отличный от оригинала набор сем, а это и порождает необходимость во всевозможных переводческих трансформациях» [6, 14].

Необходимо отметить, что все причины использования грамматических трансформаций, в частности синтаксические сводятся к двум основным: объективные и субъективные. По объективным причинам происходят трансформации, связанные с культурными различиями носителей двух языков, с различиями грамматических структур языков, и т.п. К субъективным причинам относятся: собственный стиль переводчика, является ли переводчик носителем исходного языка или переводного, и т.п.

При этом необходимо уточнить, что существует два основных вида грамматических замен: устойчивые межъязыковые соответствия, образованные с помощью грамматических трансформаций и контекстуальные, образующиеся в процессе перевода в зависимости от контекста. Все эти замены происходят по причине различий в структурах двух языков – языка оригинала и языка перевода.

  1.  


РАЗДЕЛ 2 

КЛАССИФИКАЦИЯ ТРАНСФОРМАЦИЙ

Масштаб и глубина переводческих трансформаций бывают весьма различными – от трансформаций, влекущих за собой относительно небольшое несходство переводного высказывания с исходным, до случаев так называемого парадоксального перевода, когда внешняя непохожесть исходного и переводного высказываний такова, что в продукте, предложенном языковым посредником, трудно сразу же признать перевод, и лишь по «зрелому размыщлению» становится ясно, что решение оптимально, что перевести ближе к тексту было просто невозможно, что перед нами перевод. Как заметил Л.К. Латышев, «одной лишь констатации факта наличия столь широкого диапазона переводческих трансформаций мало. Очевидно, что переводчику полезно еще и знать основные, наиболее часто применяемые типы переводческих трансформаций и уметь пользоваться ими. «Владение этим инструментарием столь же ценно для языкового посредника, как для шахматиста владение репертуаром стандартных решений в типичных ситуациях» [24, 253].

В настоящее время существует множество подходов к разделению переводческих трансформаций на виды, типы и множество классификаций. Предложенных различными авторами. Рассмотрим некоторые из них.

По словам Л.С. Бахударова [2]., все виды преобразований или трансформаций, осуществляемых в процессе перевода, можно свести к четырем элементарным типам, а именно:

  1.  Перестановки – это изменение расположения языковых элементов в тексте перевода по сравнению с текстом подлинника. Элементами, магущеми подвергаться перестановке, являются обычно слова, словосочетания, части сложного предложения и самостоятельные предложения в строе текста
  2.  Замены – наиболее распространенный и многообразный вид переводческих трансформаций в процессе перевода замене могут подвергаться как грамматические единицы, так и лексические, в связи с чем можно говорить о грамматических и лексических заменах.
  3.  Добавления. Этот тип переводческой трансформации основан на восстановлении при переводе опущенных в ИЯ «уместных слов».
  4.  Опущения – явление прямо противоположное добавлению. Под опущением имеется в виду опущения тех или иных «избыточных» слов при переводе.

А.Д. Швейцер классифицировал грамматические трансформации следующим образом:

1) объединение предложений – способ перевода, при котором синтаксическая структура предложения в оригинале преобразуется путем соединения двух простых предложений в одно сложное.

2) членение предложения – способ перевода. При котором синтаксическая структура предложения в оригинале преобразуется в две или более предикативные структуры переводящего языка.

3) добавления грамматикализированных единиц, например, союзов, местоимений и т.п.

4) опущение грамматикализированных элементов [51, 180].

Разделение переводческих трансформаций на типы, как и любая другая классификация, может осуществляться на разных основаниях. Л.К. Латышев взял за основание уровень языка. По его словам, это позволяет не только классифицировать переводческие трансформации, но и провести границу между ними и другим большим классом переводческих приёмов подстановками [23, 253].

К грамматическим относятся следующие типы:

а) замена форм слова;

б) замена частей речи;

в) замена членов предложения (перестройка синтаксической структуры предложения);

г) синтаксические замены в сложном предложении:

- замена простого предложения сложным;

- замена сложного предложения простым;

- замена придаточного предложения главным;

- замена главного предложения придаточным;

- замена сочинения подчинением;

- замена союзного типа связи бессоюзным;

- замена бессоюзного типа связи союзным.

Языковые уровни- это подсистемы общей системы языка, каждая из которых характеризуется совокупностью относительно однородных единиц и категорий языка, а так же правил, регулирующих их использование. Выделяются следующие уровни языка: фонетический, морфологический, синтаксический и лексический.

Минимальной мерой переводческих преобразований является переход от фонетики ИЯ к фонетики ПЯ. Без замены «звуковых оболочек» значений перевод вообще не мыслим. Если других изменений, кроме такой замены, не происходит, то перевод выполнен (исключительно) с помощью подстановочных.

Фонетическое преобразование исходного высказывания не может считаться трансформацией поскольку оно – обязательный, константный элемент процесса перевода. О трансформации првомерно говорить только в тех случаях, когда трансъязыковые перефразирование затрагивает еще и другие уровни языка: морфологический, лексический, синтаксический или же еще более глубокие структуры порождения речи.

Если в результате подстановок возникает переводное высказывание симметричное исходному на всех уровнях, за исключением фонетического, то использование уровневых трансформаций ведет к их ассмметрии на том или ином уровне – в зависимости от  того, какакя трансформация имела место.

Преобразование на уровне частей речи именуется категориально-морфологическими трансформациями

Кроме того Л.К. Латышев выделяет лексические трансформации в процессе перевода некоторые лексемы исходного высказывания заменяются не системными (словарными) лексическими эквивалентами ПЯ, а некоторыми контекстуальными только на данный конкретный случай, которые при наложении друг на друга лексических систем ИЯ и ПЯ не пересекаются.

Достаточно нейтральны в отношении передаваемого содержания и синтаксические трансформации. Синтаксическая трансформация может заключаться в замене одного типа синтаксической конструкции другим [24, 254].

Анализируя высказывания лингвистов, можно зделать общий вывод, что синтаксические трансформации, которые мы и будем рассматривать в дипломной работе, заключаются в преобразовании структуры предложения в процессе перевода в соответствии с нормами переводящего языка. Они могут происходить на синтаксическом уровне.

Таким образом, мы выделяем типы синтаксических трансформаций как составную часть грамматических трансформаций, а именно:

  •  синтаксическое уподобление;
  •  перестановки;
  •  замена членов предложения;
  •  смена предикатов при переводе;
  •  преобразование активных конструкций в пассивные и наоборот;
  •  членение предложения;
  •  объединения предложений;
  •  замена типа синтаксической связи;
  •  опущение;
  •  дополнение.


РАЗДЕЛ 2Синтаксические трансформации в художественном тексте при переводе с русского языка на украинский язык

  1.  Синтаксическое уподобление

Синтаксическое уподобление или дословный перевод – такой перевод, при котором синтаксическая структура оригинала преобразуется в абсолютно аналогичную структуру переводного языка. Например:

№/№

Русский

Украинский

1

Как упоителен, как роскошен летний день в Малороссии! [53, 13].

Який чарівний, який розкішний літній день у Малоросії! [54, 68].

2

Последний день перед Рождеством прошел [53, 93].

Останній день перед різдвом минув [54, 154].

3

Звонкая песня лилась по улицам села [53, 52].

Дзвынка пысня лилася по вулицям села [54, 112].

4

Тут он отворотился, насунул набекрень свою шапку и гордо отошел от окошка, тихо перебирая струны бандуры [53, 53].

Тут він одвернувся, зсунув набакір свою шапку і гордо відійшов од вікна, тихо перебираючи струни на бандурі [54, 112].

Как мы видим, здесь происходит максимально близкое воспризведение синтаксической конструкции и лексического состава подлинника.

Такой перевод возможен, потому что русский и украинский языки близкородственные. Но тем не менее, по словам А.В. Федорова «всякого рода попытки перевести дословно тот или иной текст или отрезок текста приводят, если не к полной непонятности этого текста, то во всяком случае к тяжеловесности и неясности» [46, 131].

  1.  Замена простого предложения сложным предложением

Число случаев подобных изменений вызвано причинами, обусловленными системно. Обычно трансформации применяются при переводе простых русских предложений осложненных причастиями, причастными и деепричастными оборотами.

Простое предложение в русском тексте, преобразовывается в сложные структуры при переводе на украинский язык и превращается в сложноподчиненное предложение, реже в сложносочиненное предложение. Например:

Свежесть утра веяла над пробудившимися Сорочинцами. [53, 31].

Ранковий холодок віяв над Сорочинцями, що прокинулися від сну [54, 87].

В данном варианте простое предложение заменено сложноподчиненным определительным.

Черевик от радости стал неподвижен, глядя вслед уходящему Грицьку [53, 35].

Черевик з радості остовпів, дивлячись услід Грицькові, що пішов собі [54, 91].

Оба сложноподчиненных предложения образовались с помощью союза що, который часто употребляется в украинском языке.

Какое-то движение тоски выразилось на лице ее при последних словах [53, 40].

Туга якось перебігла по обличчю її, коли вона це вимовила [54, 101].

Здесь исходное предложение подвергается следующим трансформациям в процессе перевода:

  1.  простое предложение заменяется сложным;
  2.  подлежащее "движение " опускается.
  3.  дополнение "тоски " становится подлежащим;
  4.  словосочетание "при последних словах" заменяется "це вимовила", где "це" - указательное местоимение, а "вимовила " - сказуемое (глагол).

Попытка сохранить исходную конструкцию привела бы к грамматически допустимой, но стилистически мало приемлемой фразы:

Якийсь рух туги виразився на обличчі її при останніх словах.

Рассмотренные синтаксические трансформации в руссом и украинском предложениях довольно часто встречаются в переводческой практике.

Сокращение и упращение сложной синтаксической структуры ведет и к устранению ее многозначности, установлению однозначных отношений между компонентами: «Переводчик анализирует исходное сообщение, преобразует в более простые и четкие формы, трансформирует их на этом уровне в систему исходного языка и затем реконструирует сообщения на этом уровне в систему исходного языка и затем реконструирует сообщения на переводной язык» [49, 11].

  1.  Замена сложного предложения простым

При художественном переводе тип синтаксической трансформации вызван, в основном, нормативно-стилистическими причинами.

Учитывая, что русский и украинский близкородственные языки, поэтому в тексте редко встречались замены сложного предложения простым.

№/№

Русский

Украинский

1

Вот вам и другая книжка, а лучше сказать, последняя! [53, 11].

Ось вам і друга книжка, остання [54, 71].

2

Много казаков обкосилось, обжалось; много казаков, поразгульнее других, и в поход потянулось [53, 44].

Багато казаків обкосилися, завзятіші за інших і в похід подалися [54, 102].

В данных вариантах два сложносочиненных предложения заменены простыми.

  1.  Членение предложения

Членение предлоджения, при котором одно исходное предложение (чаще сложное и реже простое) преобразуется в два (и более), также актуально для художественного перевода и обуславливается нормативными причинами.

Русские предложения, особенно что касается текста произведений Н.В. Гоголя, могут быть перегружены информацией, объединяющей несколько относительно независимых мыслей.

Процесс членения сложного предложения на несколько самостоятельных является наиболее ярко выраженным случаем автонимизации исходных структур. Например:

№/№

Русский

Украинский

1

Нахватают, напросят, накрадут всякой всячины, да и выпускают книжички не толще букваря каждый месяц или неделю, - один из этих господ и выманил у Фомы Григорьевича эту самую историю, а он вовсе не позабыл о ней. [53, 45].

Нахапають, напросять, накрадуть усякой всячини, та й випускають книжкечки, не товщі за буквар, кожного місяця або тижня. Один з цих панків і вимагав у Хоми Григоровича цю саму історію, а він зовсім і забув про неї [54,106].

2

Мне один конец: та недостойная жена, которая живет после своего мужа; Днепр, холоденый днепр будет мне могилою... [53, 47].

Мені один кінець: негідна та дружина, котра живе після свого чоловіка.

Дніпро, холодний Дніпро буде мені могилою [54,108].

Данные сложноподчиненные предложения трансформируются в сложноподчиненные и простые предложения «с расщепленной в самом звене их связи, - перед точкой с запятой, указывающей на относительную независимость двух блоков» [18,134]. Членение приводит к уменьшению длины предложения при переводе. Разбивки «громоздких конструкций на самостоятельные элементы ведет и к упрощению структуры предложения. Например:

То, разметавшись в обворожидельной наготе, которую ночной мрак скрывал даже от нее самой, она почти вслух бранила себя; то, приутихнув, решалось ни о чем не думать – и всё думала [53,60].

То, розкидавшись у чарівній ічна пітьма ховала навіть від неї самої, вона майже вголос картала себе. То,притихнувши, вирішувала ні про що не думати – і все думала [54, 121].

И в этом предложении, как мы видим, переводчик разделил сложные предложение с подчинениями и сочинениями перед точкой с запятой, уменьшив их длину. Если длина предложения на русском языке равна 29 словам, то длина первого предложения на украинском языке равна 18 словам, а второго – 11.Как мы убедились, здесь происходит ни опущения, ни добавления, т.е. осуществляется адекватный перевод.

Объединение предложений является образной трансформацией по сравнению с пленением, о чем речь пойдет дальше.

  1.  Объединение предложений

Объединение предложений заключается в преобразовании двух (или более) самостоятельных предложенийв в одно предложение. Например:

№/№

Русский

Украинский

1

Я нарочно и не помещал их сюда. Еще напугаешь добрых людей так, что пасичника, прости Господи, как черта, все станут бояться [53, 54]

Я навмисно і не вміщував їх сюди: ще налякаєшдобрих людей так, що пасічника, пости Господи, як черта всі почнуть боятися [54,115]

2

Да что вы думаете?

Право скучно: рассказывай да рассказывай, и отказаться нельзя! [53,194].

Бо що ви думаєте? справді скучно: кажи та й кажи, і відчепитися не можна [54, 255].

3

Эге! да ты, как я вижу, слова не дашь мне выговорить! А что это значит? Когда это бывало с тобою? Верно успел уже хлебнуть, не продавши ничего [53,21].

Еге! та ти, я бачу, й слова не даси мені сказати! а що це воно таке? коли це бувало з тобою? мабуть, встиг уже сьорбнути, не продавши нічого... [54, 77].

Примеры свидетельствуют о том, что компоненты акруального членения высказывания, несмотря на объединение внутренней структуры, остались неизменными, смысл передан без отклонений.

Еще примеры объединения предложений при переводе.

№/№

Русский

Украинский

1

Знаете ли вы украинскую ночь? О, вы не знаете украинской ночи! [53, 74].

Чи знаєте ви українську ніч? о, ви не знаєте української ночі! [54, 135].

2

Лови! лови же! – послышался крик на другом конце улицы. – Вот он, вот беглец! [53, 47].

Лови, лови його! – почувся крик з другого кінця вулиці: ось де він, ось утікач! [54, 108].

И в первом, и во втором примерах происходит объединение двух простых предложений в одно сложное.

Да, гопак не так танцуется! То-то я гляжу, не клеится все [53, 58].

Та гопак же не так танцюється! отож-то я дивлюсь, усе воно щось не теє [54, 118].

В данном примере исходное предложение подвергается таким трансформациям:

1) два предложения объединяются в одно сложное безсоюзное;

2) в ПТ добавляется слово "воно";

3) слово "не клеится" ИТ заменяется словосочетанием "щось не теє".

Исходя из изложенного, можно говорить о том, что перевода без потерь не бывает. Информационная теория перевода подтверждает это положение, так как «в коммуникации как и в любой другой коммуникации неизбежны потери» [33,215].

  1.  Трансформация причастных оборотов в придаточные определительные предложения

В ходе исследования мы обнаружили, что трансформация причастных оборотов в сложные предложения с подчинительным типом связи при переводе с русского языка на украинский язык наиболее часто встречающаяся, поэтому на данном аспекте следует остановится отдельно. Приведем ряд примеров:

№/№

Русский

Украинский

1

Рассеянно глядел парубок в белой свитке, сидя у своего воза, на глухо шумевший вокруг него народ [53,22].

Неуважно дивився парубок у білій свитці, сидячи коло свого воза, на народ, що глухо гомонів навколо нього [54, 77].

2

Так грозная сожительница Черевика ласково ободряла трусливо лепившегося около забора поповича, который поднялся скоро на плетень и долго стоял в недоумении на нем, будто длинное страшное привидение, измеривая оком, куда бы лучше спрыгнуть, и, наконец, с шумом обрушился в бурьян [53,24].

Так грізна жінка Черевика ласкаво підбадьорювала поповича, що боязко тулився коло тину; той виліз хутко на тин та довго стояв, вагаючись, на ньому, ніби висока страшна примара, націлюючись оком, кудиб краще стрибнути, і, нарешті, з шумом кинувся в бур'ян [54, 79].

3

И глазам нашего Черевика представился кум, в самом жалком положении, с заложенными назад руками, ведомый несколькими хлопцами [53, 33].

І перед очима нашого Черевика з'явився кум в найжалюгіднішому стані, із зв'язаними назад руками, що його вели кілька хлопців [54, 89].

4

- Что, Грицько, худо мы сделали своё дело? – сказал высокий цыган спешившему парубку [53, 35].

«Що, Грицько, погано ми зробили своє діло?» - спитав високий циган парубка, що поспішав [54, 91].

5

Родная тетка моего деда, содержавшая в то время шинок по нынешней опошнянской дороге, говорила, что ни за какие благополучия в свете не согласилась бы принять от него подарок [53, 40].

Рідна тітка мого діда, що тримала у той час шинок на теперешній опішнянській дорозі.., говорила, що ні за що на світі не погодилася б узяти від нього подарунків [54, 98].

Приведенные примеры демонстрируют самый расспространенный вид трансформации причастного оборота в придаточное определитьное с помощью союза "що" и исходного глагола.

Следующие примеры демонстрируют иной вариант трансформации:

№/№

Русский

Украинский

1

На конце стола курил люльку один из сельских десятских, составлявших команду головы, сидевший из почтения к хозяину в свитке [53, 63].

В кінці стола палив люльку один із сільских десяцьких, які складали каманду голови, що сидів задля пошани до господаря у свитці [54, 123]. 

2

Тут брякнул он с бесовскою усмешкою кожаным, висевшим у него возле пояса, кошельком [53, 43].

Тут брякнул він з бісівською посмішкою шкіряним гаманом, який висів у нього біля пояса [54, 101].

В данных парах предложений причастные обороты заменяются при переводе на украинский язык придаточными определительными с союзом "які" или "який".

Такая вариативность позволяет трансформировать два причастных оборота в придаточные в рамках одного предложения без повтора союза, что мы наблюдаем в следующих примерах:

№/№

Русский

Украинский

1

Это магическое слово заставило его в ту же минуту присоединиться к двум громко разговаривающим негоциантам, и приковавшегося к ним внимания уже ничто не в состоянии было развлечь [53, 18]. 

Це магічне слово змусило його в ту же хвилину приєднатися до двох негоціантів, які голосно розмовляли, й уваги, що прикувалася до них, уже ніщо неспроможне було відвернути [54, 73].

2

С сердцем, только что не хотевшим выскочит из груди, собрался он в дорогу и бережно спустился густым лесом в глубокий яр, называемый Медвежьим оврагом [53,44].

Серце, яке мало не вискакивало з грудей, збирався він у дорогу, і обережно спустився густим лісом у глибокий яр, що називався Ведмежим [54, 102].

3

…но у него был в это время гость, винокур, присланный строить винокурню помещиком, имевшим небольшой участок земли между вольными казаками [53, 63].

... та внього саме гість, винокур, що його прислав будувати винокурню поміщик, який мав невеликий шматок землі між вольними козаками [54, 122-123].

В некоторых случаях трансформация происходит с опущением исходного глагола, как во втором примере приведенной выше таблице.

Гараздо реже встречаются трансформации причастного оборота в придаточное определительное предложения с помощью союза "котрий" и исходного глагола. Например:

.., что седь пробирается по всему старому лесу, покрывающему мою макушку, и под боком моя старуха, как бельмо в глазу [53, 42].

.., що сивина пробирається повсьому старому лісі, котрий вкриває всю мою маківку, і під боком моя стара, як більмо в оці [54, 99].

Однако, это еще один пример вариативности данной трансформации.

  1.  Замена типа синтаксической связи

Как в русском, так и в украинском языке предложения могут соединяться друг с другом как при помощи сочинительной, так и при помощи подчинительной связи. «Однако в целом для русского языка более характерно преобладание сочинительных конструкций…» [2, 207].

Нам необходимо рассмотреть какие же типы синтаксических связей характерны при переводе художественного текста с русского языка на украинский.

Мы знаем, что русский язык и украинский – близкородственные языки и им характерен адекватный перевод, т.е. полный, когда сохраняется структура предложения и смысловое значение. Например:

- Нет, хдопцы, нет, не хочу! Что за разгулье такое! [53, 60].

«Ні, хлопці, ні, не хочу! Що за розгулля таке?» [54, 120].

Как мы убедились, в данных предложениях полностью сохранилась их структура. Но это не всегда. Сравним несколько предложений:

№/№

Русский

Украинский

1

Огонек, казалось несся навстречу, и перед казаками показался шинок, повалившийся на одну сторону, словно баба на пути с веселых крестин [53, 81].

Вогник, здавалось, біг назустріч, незаюаром перед казаками показався шинок, що похилився на один бік, мов тая баба, що вертається з веселих хрестин [54, 143].

2

Разбудивши приставшего к ним третьего казака, дед напомнил ему про данное товарищу обещание [53, 82].

Розбудивши третього козака, що пристав до них, дід нагадав йому, що вони обіцяли, що ніч не спати[54, 143].

Как мы видим, в них происходят трансформации (преобразования): причастный оборот в русских предложениях при переводе на украинский язык переходит в придаточное определительное в сложном предложении. И это мы наблюдаем почти на каждой стронице художественного текста, который исследуем.

Обращаем внимание, что замена подчинения сочинением в большинстве случаев сочетается с заменой союзной связи бессоюзной.

- Это проворная, видно, птица! – сказал винокур, которого щеки в продолжение всего этого разговора беспрерывно заряжались дымом, как осадная пушка, и губы , оставив коротенькую люльку, выбросили целый облачный фотан [53, 69].

«Це справжній, видно, птах!» - сказав винокур, щоки в нього за всю розмову безперестанно заряджались димом, як тяжка гармата, на цім же слові губи, звільнивши люльку, викинули цілий хмаровий фонтан [54,129].

В следующем примере происходит замена сочинительной связи подчинительной.

Только зарание прошу вас, господа, не сбивайте с толку: а то такой кисель выйдет, что совестно будет и в рот взять [53, 79].

Тільки заздалегіть прошу вас, панове, - не перебаранчать, бо щоб не вийшло такого киселю, що соромно буде і в рот його взяти [54, 139].

В данном примере, кроме замены синтаксической связи (союза "а" /противительного/ на союз "бо" /причины/) в украинском предложении происходит замена целой фразы «не сбивайте с толку» на речевую единицу «не перебаранчать». В этом же предложении произошел антонимический перевод: «а то такой кисель выйдет» на «бо, щоб не вийшло такого киселю»

Переводчик не только заменил сочинительный тип связи подчинительным, но и заменил утвердительную форму отрицательной.

- Скажи, будь ласка, кум! вот прощусь, да и не допрошусь истории, про эту проклятую свитку [53, 36].

«Скажи, будь ласка, куме! от питаю, та ніяк не допитаюсь, що то за історія з тією проклятою свиткою» [54, 82].

В этом примере бессоюзная связь заменена подчинительной (придаточным дополнительным с союзом "що".

Таким образом, мы пришли к выводу, что в украинском языке больше подчинительной связи, чем сочинительной, за счет именно трансформаций причастных оборотов в придаточные определительные в сложном предложении. И они при подсчете составили около 30%.


ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Перевод произведение не монолитное, это взаимопроникновение, конгломерат двух структур: с одной стороны, есть содержание и формальные особенности оригинала, с другой целый комплекс художественных черт, связанных с языком переводчика. В произведении оба эти пласта, или, скорее, взаимодействующих качества, находятся в постоянном напряжении, которое может вылиться в противоречие. Многообразие процесса перевода порождает не только различные теории перевода, но и не совпадающие по своим характеристикам виды перевода, выделение которых необходимо научно обосновать.

Согласно определению В.Н. Комисарова, художественным переводом называется перевод произведений художественной литературы. Произведения художественной литературы противопоставляются всем прочим речевым произведениям благодаря тому, что для всех них доминантной является одна из коммуникативных функций, а именно художественно-эстетическая или поэтическаяФормально-буквалистскому направлению еще в древние времена противостояла «концепция нормативно-содержательного соответствия» [17;6]. Переводчики этого направления стремились выполнить два требования: 1) передать все существенные элементы содержания исходного текста; 2) соблюсти нормы переводящего языка. Эквивалентность в этом случае, по мнению  теоретиков перевода, предстает как «сбалансированное соотношение двух наиболее важных характеристик переводного текста: полноты передачи содержания и нормативности» Конечно, если мысль можно выразить таким же образом, как она выражена в оригинале, это надо и сделать.

Наиболее часто это происходит при переводе художественного текста с русского языка на украинский, так как они являются близкородственными языками.

Сопоставительный анализ переводов обнаруживает, наряду с языковыми единицами ИЯ, имеющими единичные или множественные соответствия в ПЯ, И такие лексические и грамматические единицы, для которых в ПЯ нет прямых соответствий. Именно в таких случаях очень часто прибегают к трансформационному переводу. Трансформационный перевод заключается в передаче значения безэквивалентной единицы с помощью одной из грамматических трансформаций. причинами переводческих трансформаций являются существенные расхождения коммуникативных компетенций носителей исходного языка и носителей переводящего языка и необходимость «сгладить» их ради достижения равноценности регулятивного воздействия исходного и переводного текста.

По словам Л.С. Бахударова, все виды преобразований или трансформаций, осуществляемых в процессе перевода, можно свести к четырем элементарным типам, а именно:

Перестановки

Замены

Добавления.

Опущения

А.Д. Швейцер классифицировал грамматические трансформации следующим образом:

1) объединение предложений

2) членение предложения

3) добавления грамматикализированных единиц, например, союзов, местоимений и т.п.

4) опущение грамматикализированных элементов

Основываясь на классификации Латышева, мы определили синтаксические типы трансформации, которые рассатриваем в данной работе, а именно:

синтаксическое уподобление;

перестановки;

замена членов предложения;

смена предикатов при переводе;

преобразование активных конструкций в пассивные и наоборот;

членение предложения;

объединения предложений;

замена типа синтаксической связи;

опущение;

дополнение.

Синтаксическое уподобление или дословный перевод – такой перевод, при котором синтаксическая структура оригинала преобразуется в абсолютно аналогичную структуру переводного языка. Например:

Как упоителен, как роскошен летний день в Малороссии! 

Який чарівний, який розкішний літній день у Малоросії! 

Такой перевод возможен, потому что русский и украинский языки близкородственные. Простое предложение в русском тексте, преобразовывается в сложные структуры при переводе на украинский язык и превращается в сложноподчиненное предложение, реже в сложносочиненное предложение. Например:

Свежесть утра веяла над пробудившимися Сорочинцами. [53, 31].

Ранковий холодок віяв над Сорочинцями, що прокинулися від сну [54, 87].

Здесь исходное предложение подвергается следующим трансформациям в процессе перевода:

простое предложение заменяется сложным;

подлежащее "движение " опускается.

дополнение "тоски " становится подлежащим;

словосочетание "при последних словах" заменяется "це вимовила", где "це" - указательное местоимение, а "вимовила " - сказуемое (глагол).

Попытка сохранить исходную конструкцию привела бы к грамматически допустимой, но стилистически мало приемлемой фразы:

Якийсь рух туги виразився на обличчі її при останніх словах.

Рассмотренные синтаксические трансформации в руссом и украинском предложениях довольно часто встречаются в переводческой практике.

Сокращение и упращение сложной синтаксической структуры ведет и к устранению ее многозначности, установлению однозначных отношений между компонентами: «Переводчик анализирует исходное сообщение, преобразует в более простые и четкие формы, трансформирует их на этом уровне в систему исходного языка и затем реконструирует сообщения на этом уровне в систему исходного языка и затем реконструирует сообщения на переводной язык» [49, 11].

Учитывая, что русский и украинский близкородственные языки, поэтому в тексте редко встречались замены сложного предложения простым.

Членение предлоджения, при котором одно исходное предложение (чаще сложное и реже простое) преобразуется в два (и более), также актуально для художественного перевода и обуславливается нормативными причинами.

Русские предложения, особенно что касается текста произведений Н.В. Гоголя, могут быть перегружены информацией, объединяющей несколько относительно независимых мыслей.

Процесс членения сложного предложения на несколько самостоятельных является наиболее ярко выраженным случаем автонимизации исходных структур. Например:

Нахватают, напросят, накрадут всякой всячины, да и выпускают книжички не толще букваря каждый месяц или неделю, - один из этих господ и выманил у Фомы Григорьевича эту самую историю, а он вовсе не позабыл о ней. [53, 45]. 

Нахапають, напросять, накрадуть усякой всячини, та й випускають книжкечки, не товщі за буквар, кожного місяця або тижня. Один з цих панків і вимагав у Хоми Григоровича цю саму історію, а він зовсім і забув про неї [54,106].

Как в русском, так и в украинском языке предложения могут соединяться друг с другом как при помощи сочинительной, так и при помощи подчинительной связи. «Однако в целом для русского языка более характерно преобладание сочинительных конструкций…» Обращаем внимание, что замена подчинения сочинением в большинстве случаев сочетается с заменой союзной связи бессоюзной.

Мы пришли к выводу, что в украинском языке больше подчинительной связи, чем сочинительной, за счет именно трансформаций причастных оборотов в придаточные определительные в сложном предложении. И они при подсчете составили около 30%.


СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

  1.  Бархударов Л.С. Язык и перевод. – М.: Международные отношения, 1975.
  2.  Бархударов Л.С. О поверхностной и глубинной структуре предложения // Вопросы языкознания. – 1973. – № 3 . – с. 50-61.
  3.  Белошапкова В.А. Современный русский язык. – М.: Высшая школа, 1990.
  4.  Беладед И.К. Взаимодействие русского и украинского языков в процессе обучения // РЯЗР. – 1975. – № 2. – с. 67-71
  5.  Беладед И.К. Значение русско-украинского взаимодействия в выработке норм нового украинского литературного языка. // Вопросы языкознания. – 1980. – № 5. – с. 3-9.
  6.  Бреус Е.В. Основы теории перевода с русского языка на английский. – М.: УРАС, 1998.
  7.  Вихованець І.Р. Нариси з функціонального синтаксису української мови. – К., 1988.
  8.  Вихованець І.Р. Частини мови в семантико-граматичному аспекті. – К., 1988
  9.  Гак В.Г. Сопоставительная лексикология. – М.: Международные отношения, 1980.
  10.  Гак В.Г., Левин Ю.И. Курс перевода. – М.: Международные отношения, 1980.
  11.  Городенська К.Г., Кравченко М.В. словотвірна структура слова. – К.,1981.
  12.  Денисова С.П. Типологія категорій лексичної семантики. – К.,1996.
  13.  Іванишин В., Радевич-Винницький Я. Мова і нація. – Дрогобич, 1994.
  14.  Жуков Д.А. Мы переводчики. – М.: Прогресс, 1975.
  15.  Зінченко І.В. Способи і засоби лексичної намінації. – Чернівці: Рута, 1999.
  16.  Казакова Т.А. Практические основы перевода. – СПб: Союз, 2002.
  17.  Комиссаров В.Н. Слово о переводе. – М.: Международные отношения, 1973.
  18.  Комиссаров В.Н. Текст и перевод. – М.: Наука, 1988.
  19.  Комиссаров В.Н. Теория перевода. – М.: Высшая школа, 1999.
  20.  Комиссаров В.Н. Лингвистика перевода. – М.: Международные отношения, 1980.
  21.  Корунець І.В. Лекції зі вступу до перекладознавства. Рукопис. – К.: КДЛУ, 1999.
  22.  Корунець І.В. Теорія і практика перекладу. – Вінниця: Нова книга, 2000.
  23.  Латышев Л.К. Курс перевода: Эквивалентность перевода и способы ее достижения. – М.: Международные отношения, 1981.
  24.  Латышев Л.К., Семенов А.Л. Перевод: Теория, практика и методика преподавания. – М.: Academia, 2003.
  25.  Левицкая Т.Р., Фитерман А.Н. Проблемы перевода. – М.: Международные отношения, 1976
  26.   Левый И. Искусство перевода. – М.: Наука, 1980.
  27.  Мастерство перевода. – М.: СП, 1972.
  28.  Масенко Л.Т. мова і політика. – К.,1999.
  29.  Мельничук А.С. О всеобщем родстве языков мира// Вопросы языкознания. – 1991. – № 2.
  30.  Мельничук О.С. Мова як суспільне явище і як предмет сучасного мовознавства. // Мовознавство. – 1997. – № 2-3.
  31.  Мезецкая В.Я. Некоторые особенности перевода англоязычного драматургического текста на русский язык. // Контрастное исследование оригинала и перевода художественного текста. – Одесса, 1986.
  32.  Миньяр-Белоручев Р.К. Как стать переводчиком? – М.: Стела, 1994.
  33.  Миньяр-Белоручев Р.К. Теория и методы перевода. – М.: Московский лицей, 1996.
  34.  Мирам Г. Профессия переводчик. – К.: Наука-Центр. Эльга, 1999.
  35.   Нешумаев И.В. Синтаксические трансформации при переводе английского текста на русский язык. – М.,1991.
  36.  Пап Ф. Количественный анализ словарной структуры некоторых русских текстов. // Вопросы языкознания. – 1961. – № 6.
  37.  Пилинскій М.М. Мовна норма і стиль. – К., 1976.
  38.  Плющ М.Я. Сучасна українська літературна мова. – К.: Вища школа, 2000.
  39.  Прокопович С.С. Адекватный перевод или интерпретация текста // Тетради переводчика. – 1980. – № 15.
  40.  Прокопович С.С. Адекватный перевод художественной прозы: возможен ли он // Тетради переводчика. – 1978. – № 15.
  41.  Реформатский А.А. О сопоставительном методе // Русский язык в национальной школе. – 1962. – № 5.
  42.  Радчук В. Радість порівняння / теорія перекладу на українську мову. – К.: Рідна школа, 1997.
  43.  Рецкер Я.И. Теория перевода и переводческая практика. – М., 1974.
  44.  Семенец О.Е., Панасьев А.Н. История перевода. – К.: Лыбидь, 1991.
  45.  Теорія і практика перекладу. / Збірка статей. – К.: Вища школа, 1994.
  46.  Федоров А.В. Основы общей теории перевода: лингвистические проблемы. – М.: Высшая школа. 1983.
  47.  Художественный передвод: Вопросы теории и практики. – Ереван, 1982.
  48.  Черота И.А. Проблемы перевода в условиях билингвизма: Теорія і практика перекладу / Збірка статей. – К.: Вища школа, 1994.
  49.  Швачко С.О. Підготовка перекладача на сучасному етапі // Методологічні проблеми перекладу на сучасному етапі. Збірка наукових прарь. – Суми: СумДУ, 1999.
  50.  Швейцер Л.Д. Теория перевода: статус. Проблемы, аспекты. – М.,1998.
  51.  Швейцер Л.Д. Перевод и лингвистика. – М.: Наука, 1973.
  52.  Ющук І.П. Українська мова: Посібнік. – К.: Либідь, 2003.
  53.  Гоголь Н.В. Вечера на хуторе близ Диканьки. Собр. соч. В 2-х т. – К. Дніпро, 1979. Т. 1
  54.  Гоголь М.В. Вечери на хуторі біля Диканьки. Твори в 3-х т. – К.: ДВХЛ, 1952. Т. 1.
  55.  Російсько- український словник. – К.: А.С.К., 1997.
  56.  Українсько-російський словник / Ільїн В.С., Дорошенко К.П., Левченко С.П. та ін.; За ред. УРЗ. – К., 1976.

PAGE  1


 

А также другие работы, которые могут Вас заинтересовать

71776. ЭКСКУРС В ИСТОРИЮ РАЗВИТИЯ ИПОТЕЧНЫХ ОТНОШЕНИЙ В РОССИИ 99.5 KB
  Ипотека в Древнем мире. Слово «ипотека» греческое, оно вошло в обиход еще в VI в. до н. э. Афинский реформатор Солон в 594 г. до н. э. осуществил свои знаменитые реформы, в результате которых была введена свобода завещания и отменены поземельные долги.
71777. НЕКОТОРЫЕ ОСОБЕННОСТИ ПРОВЕДЕНИЯ ПРОВЕРОК КРЕДИТНЫХ ОРГАНИЗАЦИЙ БАНКОМ РОССИИ 88.5 KB
  Как известно в 2003 г. в сфере банковского надзора осуществляемого Банком России произошли существенные изменения вызванные тем что нормативная база Центрального банка уже не отвечала изменившимся реалиям современной банковской системы и надзора за ней.
71778. РЕАЛИЗАЦИЯ КОНСТИТУЦИОННЫХ ГАРАНТИЙ ПРАВ ЧЕЛОВЕКА В ПРАВОВОМ СТАТУСЕ АКЦИОНЕРА В АКЦИОНЕРНОМ ОБЩЕСТВЕ 134 KB
  Гражданский кодекс в части 1 статьи 96 дает такое определение: Акционерным обществом признается общество уставный капитал которого разделен на определенное число акций; участники акционерного общества акционеры не отвечают по его обязательствам и несут риск...
71779. ОТДЕЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ ОБЕСПЕЧЕНИЯ НОТАРИАТОМ ГАРАНТИЙ ПРАВА НАСЛЕДОВАНИЯ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 110 KB
  Право наследования представляет собой одну из гарантий права собственности обеспечивая его стабильность и преемственность и гарантируется нормами различных законов и подзаконных актов системы отечественного законодательства раскрывающими и конкретизирующими конституционные нормы.
71780. ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ ИНФОРМАЦИОННОГО ОБЕСПЕЧЕНИЯ ПРОИЗВОДСТВА ПО ДЕЛАМ ОБ АДМИНИСТРАТИВНЫХ ПРАВОНАРУШЕНИЯХ 96 KB
  В Конституции предусмотрено что сбор хранение использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются. Об информации информатизации и защите информации. В соответствии с Положением о Главном информационном центре Министерства...
71781. ОСОБЕННОСТИ УЧАСТИЯ ИНОСТРАННОГО ГРАЖДАНИНА В ПРОЦЕДУРЕ УСЫНОВЛЕНИЯ РОССИЙСКИХ ДЕТЕЙ ИНОСТРАННЫМИ ГРАЖДАНАМИ 130 KB
  Помимо законодательства указанных выше государств с учетом положений международного договора Российской Федерации о межгосударственном сотрудничестве в области усыновления детей должны соблюдаться правила российского законодательства а именно: правила о детях передаваемых на усыновление...
71782. ВОПРОСЫ РАЗВИТИЯ И ФИНАНСОВОГО ОБЕСПЕЧЕНИЯ ЭКОЛОГИЧЕСКОГО ТУРИЗМА В РОССИИ С УЧЕТОМ ОПЫТА США 237 KB
  Охрана окружающей природной среды это одна из функций государства требующая больших затрат со стороны и самого государства и его субъектов муниципальных образований юридических и физических лиц. Экологический туризм это любые виды туризма и рекреации в природе которые не наносят ущерба...
71783. БАНК РОССИИ И КОММЕРЧЕСКИЕ БАНКИ КАК ОСНОВА ИНФРАСТРУКТУРЫ ФИНАНСОВОГО ОБСЛУЖИВАНИЯ 89.5 KB
  Банк России и коммерческие банки значимая составная часть финансовой системы государства поскольку денежные средства аккумулируются в основном на счетах в банках. Банком России то это приведет к злоупотреблениям коммерческих банков.
71784. АДМИНИСТРАТИВНЫЕ ПРАВОНАРУШЕНИЯ В ОБЛАСТИ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ: ПОНЯТИЕ И ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА 78 KB
  Понятие административного правонарушения сформулировано в Кодексе об административных правонарушениях: таковым признается противоправное виновное действие бездействие физического или юридического лица за которое Кодексом или законами субъектов Федерации об административных...