64931

Источниковедение Кыргызстана (с древности до конца XIX в.)

Научная статья

История и СИД

После установления военно-политического господства монголов в Центральной Азии империя Чингизхана была разделена между его сыновьями. Главная орда Угедея третьего сына Чингизхана находилась в Тарбагатае на берегах Эмиля и Кабука. Следует отметить что в Средней Азии дольше чем в других завоеванных монголами странах сохранилась система государственного...

Русский

2014-07-22

132.5 KB

2 чел.

Источниковедение Кыргызстана ( с древности до конца XIX В. ) Б., 2004. С290- 300

Джуманалиев Т.Д. Нарративные источники о государстве Чагатаидов.

После установления военно-политического господства монголов в Центральной Азии империя Чингиз-хана была разделена между его сыновьями. Старший сын Джучи получил от своего отца так называемые "лесные народы", которые обитали в низовьях Селенги до Иртыша, юрт Чагатая - его второго сына - простирался от Уйгурии (Восточный Туркестан) до Самарканда и Бухары и от южного Алтая до Аму-Дарьи. Главная орда Угедея -третьего сына Чингиз-хана - находилась в Тарбагатае, на берегах Эмиля и Кабука. Младший сын Тулуй, согласно степному обычаю, должен был наследовать войско и коренной юрт отца[1].
Территория Кыргызстана и населявшие его тюркоязычные племена и народы вошли в состав Чагатайского улуса. Вскоре, после завоевания Средней Азии и Ирана, в среде монгольских ханов и аристократии четко наметились две тенденции по отношению к оседлому населению завоеванных территорий, между которыми постоянно шла борьба, иногда доходившая до кровавых столкновений. Выразителями первой тенденции была большая часть военно-кочевой знати, как монгольской, так и тюркской, которые были противниками оседлой жизни, не заинтересованными в возрождении городской жизни и развитии земледелия. Более того, сторонники первой тенденции не хотели видеть ханскую власть сильной, так как это ущемляло их власть на местах, и поэтому они всегда выступали в качестве центробежных сил по отношению к центральной власти.
Выразителями второй тенденции были некоторые ханы и небольшая часть военно-кочевой знати, а также большинство местной знати - чиновничество, духовенство и купечество. Их всех объединяло стремление к возрождению хозяйственной жизни государства, укреплению центральной власти; они считали необходимыми прекращение грабежей, защиту местного населения от произвола властей и т. д. Борьба двух тенденций закончилась фактическим разделением Чагатайского улуса на Западную и Восточную части (1348 г.)
[2].
Внутренняя политика Чагатая и его преемников по отношению к покоренным народам оставалась неизменной, поскольку они являлись сторонниками первой тенденции и не предпринимали никаких мер по возрождению городской жизни, торговли, а также укреплению связи оседлого и кочевого населения с целью избежать междоусобных войн. От этих смут больше всего страдало местное население, благосостояние которого зависело от караванной торговли
[3]. Следует отметить, что в Средней Азии дольше, чем в других завоеванных монголами странах, сохранилась система государственного устройства со времен империи Чингиз-хана, где доля кочевнических элементов являлась основным компонентом. Если в улусах Джучидов или Хулагуидов, где быстро установилось некоторое единство государственного управления, создавшее предпосылку возрождения хозяйственной жизни, оживленной торговли и вместе с ней товарно-денежных отношений, то в Средней Азии монгольский хан долгое время оставался главой кочевников, который не вмешивался непосредственно в управление земледельческими областями. Хан назначал на местах в областях и городах откупщиков из числа мусульман и наследственных правителей, так называемых "мели-ков". Последние как независимые правители чеканили свои монеты. В дальнейшем такая удельная система порождала в улусе междоусобные войны, приводившие к разорению и упадку хозяйства. Однако в числе чагатаидских ханов были правители, которые предпринимали меры по укреплению центральной власти, восстановлению разрушенного хозяйства в результате монгольского нашествия, междоусобных войн. В частности, Дува-хан, Кебек-хан, Тармаширин провели административную и денежную реформы, которые способствовали оживлению городской жизни, торговли и сближению оседлого и кочевого населения. К сожалению, эти меры оказались недостаточными, возможно, они были непоследовательными, кроме того, не были поддержаны тюрко-монгольской кочевой знатью, поскольку военная сила была на ее стороне. Чагатайские ханы не обладали ни возможностями, ни достаточной силой и для достижения целей реформы не проявили железную волю, как это сделал Чингиз-хан при создании единого монгольского государства.
Ко времени завоевания Средней Азии монголами государственная структура власти Караханидов, Хорезмшахов уже не функционировала, так как внутридинастийная борьба, междоусобные войны привели к окончательному упадку государств, их ханы даже не смогли организовать сопротивления завоевателям. Монгольские правители направляли в Среднюю Азию монголов и китайцев для обслуживания государственного аппарата этих стран. Необходимо отметить, что в системе управления Чагатайского улуса в основном были представители военно-кочевой знати, которые составляли ядро центробежных сил в государстве и, как упоминалось выше, являлись выразителями первой тенденции в среде тюрко-монгольской аристократии. В силу вышеуказанных причин ханы Чагатайского улуса так и не сумели установить ни твердой власти, ни законности, ни прочного мира, хотя монголы в Китае и Иране опирались на их центральный аппарат,' оставив его без изменений при эксплуатации местного населения
[4].
В Чагатайский улус были переселены многие кочевники из числа монголов и тюрков, что вызвало сокращение площади земледелия и усиление кочевого скотоводческого сектора экономики за счет оседлого земледелия
[5]. В результате положение городов Семиречья, в отличие от городов Мавераннахра, оказалось катастрофическим, так как они пришли в запустение и практически после монгольского нашествия не возродились. Ханская власть и улусная система управления в Чагатайском государстве в принципе противоречили друг другу, поскольку, во-первых, хан не обладал реальной властью для осуществления своих целей на местах, т.е. не мог защитить интересы государства - отсюда бесконечные вмешательства во внутренние дела Чагатаидов со стороны Джучидов, Хулагуидов и Великих Каанов Монголии; во-вторых, чагатайские ханы не получали никакой поддержки ни со стороны тюрко-монгольской знати, ни от представителей местного чиновничества; в-третьих, удельные владетели улуса не проявляли заинтересованности в укреплении центральной власти, в том числе ханской. Однако восстановить ханскую власть усмирением непокорных феодалов было невозможно, так как политические и экономические интересы ханов и кочевых феодалов были слишком противоречивыми[6].
Идея о кагане (хане) и каганской (ханской) власти возникла у кочевников давно и прошла в своем развитии длительный путь до того, как была унаследована тюрками и монголами в VI—XIII вв. Каган - это основа основ существования "вечного государства" (эля - у тюрков, улуса - у монголов). На рубеже ХП-ХШ веков в Монголии завершается процесс перехода от родового строя на основе кровнородственных объединений к государству, основанному на территориальном делении. Происходит постепенный процесс превращения должности военачальника из выборной в наследственную, причем особое значение приобретает факт сакрализации власти лидера (хана)
[7] . Как свидетельствует "Сокровенное сказание", ханом может быть тот, кто обладает "силой", дарованной Вечным Небом[8]. Именно сакральная "сила" Вечного Неба умножает "силу" монарха[9] .

Чингиз-хан стал государем по милости божьей, поскольку он угоден Небу, его власть от Неба, и потому для утверждения в своих правах на верховное руководство народами и странами он не нуждается в человеческих санкциях и одобрении людей, более того, Чингиз-хан, как государь по велению Вечного Неба, - сам источник права на власть[10]. Таким образом, согласно древнемонгольской традиции, верховная власть в государстве сосредоточена в лице хана и является наследственной в роду Чингиз-хана. Исключительное право на царствование признавалось только за четырьмя сыновьями Чингиз-хана от его старшей жены Борте: Джучи, Чагатаем, Угедеем, Тулуем и их прямыми потомками, которые и составляли алтан уруг ("золотой род") - правящую монгольскую династию. Единственным источником права на верховную власть была воля "золотого рода", а высшим непосредственным выражением власти "золотого рода" являлся курултай - собрание царевичей и знати. Ханом может быть любой член алтан уруга, если он будет признан большинством "золотого рода" достойнейшим по своим качествам и утвержден на курултае царевичей и высшей аристократии[11]. Хан, права которого не признаны большинством "золотого рода" и не утвержденный на курултае, считался узурпатором и подлежал наказанию. Об этом гласило постановление Чингиз-хана, в котором говорилось следующее: "Всякого, кто, превозносясь в гордости, пожелает быть императором собственной властью, без избрания князей, должно убивать без малейшего сожаления"[12].
Церемония провозглашения хана происходила в специально возведенном по такому случаю шатре, который монголы называли "Золотой Ордой". После обсуждения кандидата на престол назначался день торжественного восшествия избранника на престол и принятия торжественной присяги. Все присутствовавшие, по обычаю, обнажали головы, развязывали пояса и перекидывали их через плечо. Двое самых старших по возрасту членов ханского рода брали за руки избранника и усаживали на престол верховной власти и подушку царствования
[13]. После обращения к присутствующим и клятвенных заверений избранника сажали на войлок вместе с супругой и поднимали вверх несколько раз и громогласно провозглашали: "Император и императрица всех татар". Все собравшиеся на коронацию вместе с царевичами девять раз преклоняли колени и вновь громогласно выкрикивали имя нового хана. Затем царевичи и высшая знать давали письменную присягу в верности новому суверену[14]. Власть хана определялась некоторыми правами и выполнением ряда функций, которые сводились к следующему:
>     хан как глава царствующего рода и верховный сюзерен всех подданных государства имел верховное право распоряжаться всей территорией страны, всеми землями, принадлежавшими улусам, право основной функции и главной обязанности - вооруженная охрана страны от внешних врагов;
>     хану принадлежало право объявления войны и заключения мира, функции верховного руководителя войск;
>     хану принадлежало верховное право переговоров с иностранными государствами, что являлось следствием его функции определять внешнеполитический курс государства;
>     хану принадлежало право быть верховным судьей;
>     наконец, хану принадлежало право издавать законы и приказы, обязательные для всех членов общества, следствие этой функции - сохранять существующее общественное устройство и порядок
[15] .
>     Великий каан выдавал инвеституру улусным ханам и наместникам на управление улусом или уделом, чиновникам высшего ранга, темникам, тысячникам и сотникам выдавали пайцзы - верительные бирки, изготовленные из металла, золота или серебра, которые являлись символами, знаками власти. Надпись на пайцзе определяла права ее держателя
[16]. В административной и политической жизни Монгольской империи издавалось множество правительственных повелений - указов общегосударственного и частного характера. Указы эти именовались на территории всех монгольских государств ярлыками. Ярлыки были разные: одни выдавались на управление "знатным султанам, эмирам и мели-кам и по делам владений" - для них установлена была большая тамга из яшмы. С ярлыками "по делам средней важности" вручалась большая тамга из золота, но размером меньше тех, которые были из яшмы. Ярлыкам по военным делам соответствовала тамга также из золота, но с тем отличием, что на ней по окружности были изображены "лук, булава и сабля"[17]. Хан должен был иметь личные летовки и зимние стойбища, т.е. пастбища, полагавшиеся ханскими или государственными. Таким образом, Великий каан имел широкие прерогативы, сочетая в одном лице военную, законодательную и административно-судебную власть. Однако это не означало, что власть хана достигала вышеописанной полноты. В большей степени эти функции, права и обязанности относились к великим каанам. По важнейшим вопросам великий каан созывал курултай. Первоначально курултай носил племенной характер[18] . Но при Чингиз-хане он превратился в своего рода королевский совет, состоявший из представителей "Алтан уруг", влиятельных нойонов, приближенных каана, которые съезжались на курултай для обсуждения важных государственных дел, в частности вопросов об избрании великих ханов (1206, 1229, 1246, 1251, 1260), о войне и мире[19]. В некоторых случаях на курултае рассматривались вопросы установления норм податей и учреждению государственной почты (3235), а также раздела территории Чагатайского улуса между царевичами Чингизидами (1269). Со временем всемонгольский курултай перестал играть ту роль, которую он играл при великих каанах, так как к началу 60-х годов ХШ в. улусы Джучидов, Чагатаидов, Хула-гуидов были уже самостоятельными и мало зависели от великого каана Хубилая (1260).
Хан - правитель улуса - создавал аппарат управления, который именовался ордой или ханской ставкой и служил местом размещения высших органов власти. Ханская ставка была своеобразным мозговым центром, правительством улуса. Она ведала важнейшими для любого средневекового центральноазиатского государства вопросами - ханским имуществом и армией хана. Следует отметить, что различия между ханским, государевым, и государственным имуществом в Центральной Азии часто не существовало
[20].
Орда как военно-организационное понятие - это, прежде всего ханы или нойоны и их нукеры-дружинники, оторванные от своих родов. Строй "орды", с характерным для него членением на правое и левое крыло, переносится на организацию всего государства. В этом заключается ее двойственность. С одной стороны, это - кочевая ставка, форма существования хана с его дружиной и вассального от него разноплеменного населения. С другой стороны, это - государство в целом: к примеру, Ак-Орда, Кок-Орда или Золотая Орда. Термин "орда" употреблялся и для обозначения резиденции хана, его ставки, и для обозначения всей земли государства
[21] . Орда Чагатая была на южной стороне Или, там же находилась орда преемников, которую Джувейни называет Улуг-Иф (Великий Дом). Для управления ханским имуществом Чингиз-хан назначал определенных людей, на которых были возложены хозяйственные обязанности, например, ведать стадами овец, табунами коней, ханским столом и т.д.

 

В ханской кочевой ставке-орде находились войско и войсковые начальники, а также чиновники, занимавшие ряд дворцовых и административных должностей. Охрана орды, командование вооруженными силами, нукерами-дружинниками поручались шести лицам: трем, именовавшимся "лучниками", и трем, именовавшимся "мечниками". Мечники исполняли еще и полицейские функции[22]. Очевидно, в ханской ставке сложился государственный аппарат с довольно разветвленным управлением как придворных, так и административных должностей. При хане была его дружина-нукеры, дети и братья нойонов, сами нойоны. Хана охраняла гвардейская стража, состоявшая из кешик-тенов и кебтеулов, которые несли службу поочередно, ими управляли четыре верных нукера хана. Именно из гвардии кешиктенов формировалась администрация улуса, ведавшая ханской ставкой и армией хана. Высокое положение гвардии было зафиксировано Ясой. Монгольская империя, несмотря на существование верховной власти, реально состояла из ряда самостоятельных и полузависимых владений, или улусов (уделов). Еще при жизни Чингиз-хана его сыновьям были отведены особые уделы. По понятием кочевников, империя являлась собственностью всего ханского рода, и каждый член последнего имел право на пользование частью этой собственности. Каждый из трех старших сыновей получил по 4 тыс. монгольского регулярного войска, кроме того, в их распоряжении находились значительные отряды из покоренных народов[23]. В период существования монгольского государства, а затем империи понятие "улус" претерпело ряд изменений. Первоначально улус представлял собой "народ", который имел свою территорию (нунтук). Смена территории не вела к гибели улуса, а с уходом людей улус распадался. В конце XII в. улус превратился в государственное объединение первоначального типа с управленческой военно-административной единицей в виде куреня, равнозначной будущей тысяче в государстве Чингиз-хана, т.е. стал улусом-государством[24]. Позже термин "улус" встречается как обозначение государства-державы. Таким образом, улус как объединение родов, поколений, племен (включая немонгольского происхождения), во главе которых стоял хан с нойонами (князьями) и дружиной. Все владения Чингизидов назывались "Великий улус"; последний, в свою очередь, распадался на четыре улуса, во главе которых стояли потомки Чингиз-хана.
Удел состоял из улуса - "людей, народа", т.е. определенного количества монголов-кочевников, и юрта (нутуг), т.е. территории, на которой эти "люди" могли кочевать. Улус-  удел определялся, с одной стороны, количеством аилов, т.е. кочевых дворов, с другой -количеством воинов (черик), которых мог он выставить
[25]. Чагатаю, второму сыну Чингиз-хана, было выделено 8 тыс. юрт. Ко всем царевичам были приставлены нойоны (князья), возможно, в качестве советника либо наблюдателя Великого каана. Выдача удела сопровождалась вручением документа (ярлыка) на право удела и символа власти - гереге. Тот, кто не только имел с удела доход, но и осуществлял управление, контроль, получал печать-  тамгу[26]. Удел - хуби состоял из двух частей: из определенного количества кочевых семейств (улус) и из достаточного для их содержания пространства пастбищных и охотничьих угодий (нутуг)"[27].
Культурные области с оседлым населением, входившие в уделы царевичей, были первоначально подчинены хану-императору, который правил через особо назначенных губернаторов (даругачи); царевичи же пользовались только доходами с этих земель, причем не имели права сами производить сбор податей. Следовательно, царевичи являлись в своих уделах военными феодалами, и власть их распространялась только на юрт (нутуг), на котором кочевали подчиненные им люди, а с земель с оседлым населением они могли получать только часть доходов, которыми непосредственно распоряжались даругачи, назначенные великими ханами. Однако вскоре удельные владетели присоединили эти земли в качестве собственного юрта и таким образом стали независимыми государями
[28]. В ходе монгольских завоеваний система "тысячи" была перенесена и на покоренные страны. Военно-административными правителями на местах являлись темник, тысячник, сотник и десятник. В основу деления на темничества, тысячи, сотни была положена способность населения данной военно-административной территориальной единицы выделить соответствующее число воинов. Такая система деления населения предполагала расколоть сохранившиеся к тому времени родоплеменные связи и заменить их административными[29] . Кроме того, она обусловливала закрепление всего населения улуса за сотнями и тысячами. Каждая тысяча имела свои пастбища и источники воды. Таким образом, тысячники исполняли функции административные (управление вверенным населением), хозяйственные (управление пастбищами и перекочевками), фискальные (сбор налогов) и военные (набор в гвардию, армию и командование воинским отрядом). Очевидно, они же являлись судьями на местах. По монгольской системе десятки, сотни, тысячи и тьмы являлись не только воинскими единицами, но и гражданскими административными подразделениями, т.е. десятник не только командовал десятью солдатами, но и одновременно был администратором, ведавшим их семьями[30].
Темники, тысячники и сотники были подразделены на три категории - высшую, среднюю и низшую. Темник имел золотую пайцзу в форме тигра с жемчужинами, а сотник - серебряную. Десятник, который не сумел построить во время боя свою десятку, лишался должности, а из его десятка выбирался другой десятник, таким же образом поступали с сотниками, тысячниками и эмирами-темниками
[31] . Все вышеуказанные должности передавались по наследству, от отца к сыну. Строжайше запрещалось менять свои сотни или тумены, как и покидать свои улусы, т.е. своих сюзеренов - эмиров, темников,тысячников и т.д. Великий хан указывал улусным владетелям, где им пребывать, а те, в свою очередь, указывали темникам, тысячникам.
Управление завоеванными территориями поручали чиновникам даругачи (буквально "тот, кто ставит печать") и танмачи (баскаки). Даругачи назначались монгольским двором правителями завоеванных городов и областей для сбора налогов и поддержания порядка. Позднее даругачи ставились над местными органами управления и управлениями центрального правительства, осуществляя прежде всего функции надзора и контроля
[32]. В отдельных случаях гражданское управление в государстве Чагатаидов осуществлялось с помощью старых династов, носивших титулы "малик" или "садр". Такие правители имелись в ряде крупных областей и городов Мавереннахра[33]. Чагатай и его преемники назначали вазиров управления администрацией хана из числа местных знатных людей. Самыми влиятельными из них были Махмуд Ялавач, Беха аддин Маргинани, Масуд-бек. Монголами были организованы и поддерживались системы почтово-конной (ямы) и курьерской служб. Нормальная организация почтово-конной службы была необходима для обеспечения быстрой связи курьеров между центральным правительством и его местными представительствами, а также для координации действий армейских соединений. Иностранным послам и купцам разрешалось использовать ямскую службу. Каждые два туменя должны были содержать один ям, т.е. одну станцию. Почтово-конные станции строились на главных дорогах с интервалом 40 км[34].         Границы улусов в XIII в. подлежали периодическому пересмотру на курултаях, а каждый новый каан или хан должен был снова подтвердить инвеституру. В этом заключалась неустойчивость владений кочевых феодалов, их временный, условный характер. В XIII в. состав рядовых улусов не был постоянен, и верховная власть могла легко изменить его, передав часть войска или часть кочевников, входивших в один улус, другому представителю аристократии [35]. Улусная система - это известная норма родовых отношений. Поскольку государство кочевников рассматривалось в качестве собственности всей царствующей династии, то каждый царевич получал определенное количество кочевых юрт, обязанных поставлять военные отряды, а также достаточное для их кочевания пространство земли. Наряду с этим каждый взрослый царевич претендовал на получение инджу - определенного количества ремесленников и определенного земледельческого района из общей территории государства, доходы с которого служили для удовлетворения нужд его двора и войска[36] .

Таким образом, улусная система управления представляла собой военно-административную структуру с жесткой регламентацией и хозяйственными функциями, ставшую высшей формой социальной организации и трансформировавшуюся в форму государственности раннего типа с признаками социальной дифференциации, аппаратом управления, территорией и системой принуждения. Специфика улусной системы заключалась, прежде всего, в ее милитаризованности, с сохранением при этом родоплеменных институтов и хищнической эксплуатацией покоренных народов, на чем базировалась хозяйственная жизнь номадов, а также в тенденции усиления центробежных сил как в рамках империи, так и в самом улусе.
Образование единого Монгольского государства в начале XIII в. вызвало необходимость выработки общих, закрепленных письменно правовых норм и законодательных уложений для управления государством. Для этой цели было приспособлено обычное право кочевников, подвергшееся кодификации и изменениям, отвечавшим новым условиям и потребностям феодализирующегося монгольского общества. Свод законов и установлений получил название "Великая Яса" или просто Яса Чингиз-хана.
Яса (более полная форма ясак) означает "постановление", "закон". Яса Чингиз-хана -санкционированный Чингиз-ханом монгольский свод законов и установлений. Яса, как полагают, была принята на общемонгольском курултае в 1206 г., пересмотрена в 1218 г. и утверждена в окончательной редакции в 1225 г
[37]. Яса не сохранилась в подлиннике и до нас дошли лишь ее отдельные фрагменты в сокращенных изложениях у Джувейни, Рашид ад-Дина, Ибн Батутты, Макризи, Плано Карпини и др.
Еще при жизни Чингиз-хана его второй сын Чагатай был назначен хранителем Ясы. Каждый новый властитель империи или собственного улуса начинал свое правление с подтверждения правильности Ясы
[38], Яса представляла собой свод степного права, который регламентировал в основном нормы кочевой жизни, и предназначалась для кочевников. В иных условиях она оказалась крайне неудобной. В большинстве покоренных монголами стран, в частности в Средней Азии и Иране, где издревле существовала своя правовая традиция, подчинить население новому праву было чрезвычайно сложно. Так, Чагатай запрещал мусульманам входить в текущую воду, что затрудняло омовение, и перерезывать горло жертвенного животного, как требовал шариат[39], вследствие чего возникали столкновения между блюстителями Ясы и местным населением.
Основные положения Ясы изложены в форме предписаний, направленных на укрепление государства, армии, призывов к незыблемости императорской власти рода Чингизидов. Ясу нельзя рассматривать в качестве законодательства, поскольку в ней отражен имперский закон, сформулированный Чингиз-ханом. Яса предназначалась в основном должностным лицам, которые должны строго выполнять и соблюдать этот закон, поддерживать порядок в государстве и обществе, в случае его нарушения, виновный жестоко карался. В качестве преступлений, подлежащих наказанию, Яса признавала следующие группы правонарушений: против религии, морали и установленных обычаев; против хана и государства; против жизни и интересов отдельной личности. Причем на все виды преступлений предписывалась смертная казнь
[40]. Очевидно, нойоны в пределах своих тысяч и сотен творили суд и расправу над своими подданными, руководствуясь Ясаком (Яса) и обычным правом вообще. При ставках ханов были учреждены особые суды, состоявшие из нойонов-тысячников[41].
Чингиз-хан поручил своему приемному сыну Шики-Хутуку-нойону вести судебные дела и решенные дела записывать в синюю тетрадь, чтобы никто не мог после их изменить
[42]. Монголы записывали изречения ханов и после их смерти издавали. Некоторые из изречений Чингиз-хана, которые называются в источниках тюркским словом "билик" (знание), приведены Рашид ад-Дином в "Джами ат-Таварих".
Разница между содержанием Ясы и биликами Чингиз-хана состояла в том, что в Ясе перечислялись и описывались разные проступки и преступления и указывались наказания, которым должно было подвергать виновных, а в биликах определялся порядок следствия и делопроизводства в монгольском суде. Таким образом, Яса Чингиз-хана представляла собой узаконенное предписание, которому должны были следовать Чингизиды, а следовательно, и их подданные, а билики являлись своего рода процессуальным кодексом, согласно которому совершался суд над нарушителями Ясы - действующего закона
[43]. Следует отметить, что Яса дольше всего сохранила свое действие в восточных областях Чагатайского улуса.
Вопрос об организации власти и эксплуатации покоренных земель вызвал в среде Чингизидов острую борьбу. Наметились две линии. Одна группа монгольской кочевой знати в 1230 г., по сути выступила против своего хана Угедея, предложив истребить все население и превратить все земли в пастбища для скота монгольских нойонов. Представители другой группы монгольской знати считали необходимым ограничить произвол завоевателей, дать возможность крестьянам и жителям городов восстановить хозяйство с тем, чтобы затем стать предметом постоянного, систематического налогообложения.
Управление оседлыми оазисами общеимперской администрацией позволило провести ряд общих мероприятий по переписи населения, организации связи, по упорядочению денежного дела. Вначале оседлые земли Средней Азии и Ирана (до Хулагу) управлялись правителями, подчиненными непосредственно великому каану Каракоруму
[44] . Проведение всех этих общегосударственных мероприятий было возложено на даругачи, в обязанности которых вошли: 1) перепись жителей; 2) набор войска из туземцев; 3) устройство почтовых сообщений; 4) собирание податей; 5) доставление ко двору дани. Таким образом, даругачи был военным начальником и сборщиком податей; он же доставлял сведения центральному правительству[45]. Земли, отведенные членам ханского рода, должны были служить для них только источником дохода и доставались подчиненным власти главы империи. При покорении культурных областей доходы с них не отдавались в собственность (инджу) одному царевичу, но распределялись между всеми; таким же источником дохода считались ремесленники в покоренных городах; их отдавали в распоряжение царевичей, которые по своему усмотрению поселяли их в том или другом городе и поручали им определенные работы. Вмешиваться в дело сбора податей царевичам было запрещено; для этого назначались особые наместники от главы империи[46]; в частности, от имени великого каана земледельческой областью Мавераннахра управлял Махмуд Ялавач, живший в Ходженте, и доходы с этих земель поступали в казну великого каана. Позже Чагатай присвоил эту область в качестве инджу. При Угедей-хане были установлены нормы подати с земледельческого и кочевого населения: для податных крестьян - 10% урожая, а с кочевников - купчур (1% со стада)[47]. Кроме этого, население облагалось разного рода повинностями по обеспечению монгольских властей подводами, кормом, лошадьми и воинами. С торговцев взимали пошлины, а ремесленники поставляли конное снаряжение, многочисленные пленные ремесленники изготавливали оружие для монгольских войск[48]. Кроме того, население снабжало почтовые станции необходимыми припасами, лошадьми, телегами и т.д. Каждый покоренный народ должен был платить ежегодную дань, регулярные налоги трех видов, согласно трем основным социально-экономическим делениям: городские жители (торговцы и ремесленники) - известный как тамга, скотоводы - налог на скот (купчур), а земледельцы - поземельный налог (калан). В дополнение к основным имелись специальные налоги, а также были введены службы, которые надлежало выполнять завоеванным народом. Освобождение от налогов и других повинностей в пользу хана давали тарханство и тарханный ярлык. Тархан, по сообщению Ибн-Батутты, это место, "изъятое" от податей[49]. В земледельческих областях Чагатайского улуса была широко распространена откупная система, согласно которой доверенные лица хана получали право на взимание налогов с податного населения, за это откупщики своевременно доставляли хану необходимый провиант для императорского двора и его войска. При удельной системе, при отсутствии контроля за наместниками и сборщиками, избежать с их стороны произвола, грабежа и насилия было невозможно. В этих условиях монгольский двор получал мало доходов из окуппированных областей, ибо все награбленные ценности или продукты оседали в уделах или хозяйствах монгольских военачальников[50]. Монгольская армия первоначально состояла из татаро-монголов, представителей населения объединенных улусов Монголии. Когда монгольские завоевания вышли за пределы Монголии, Чингиз-хан стал привлекать на службу в армию немонголов.

Военная система Чингиз-хана была основана на императорской гвардии и десятичной системе организации армии. Ядро императорской гвардии составляли к'эшиктены (букв. "смена" - охранная стража) числом десять тысяч. В состав этой гвардии входили стрельцы, дверники, стольники и конюшие; хозяйственной частью заведовали чэрби. Кроме того, была образована, в качестве личной дружины хана, "тысяча храбрых" (багатуров). Для службы в гвардии были выбраны лучшие офицеры и солдаты из каждого армейского подразделения. Сыновья командиров сотенных и тысячных подразделений автоматически причислялись к гвардии, других же принимали путем отбора. Гвардейцы стали опорой всей армейской организации и административной системы империи Чингиз-хана. В качестве подразделения они имели множество привилегий. Согласно повелению Чингиз-хана, рядовой гвардии был выше по положению, нежели любой командир армейского соединения, включая тысячника[51] .Гвардейцы находились на постоянной службе даже в мирное время. В военные годы они составляли главную дивизию под личным командованием императора.
В войсках обычной армии меньше единицы (десяти и сотни) обычно соответствовали родам или группам родов. Тысячное подразделение могло представлять собой комбинацию родов или маленькое племя. Десятитысячное соединение (тумен) состояло из различных родов и племен. Тысячники и темники назначались лично императором и принципом Чингиз-хана было выдвижение каждой талантливой личности вне зависимости от социального происхождения
[52]. Монгольские вооруженные силы делились на три группы -центра, правой и левой руки. Монгольская армия была сплочена сверху донизу железной дисциплиной, которой подчинялись как офицеры, так и простые воины. Начальник каждого подразделения нес ответственность за всех своих подчиненных, а если он сам совершал ошибку, то его наказание было еще более жестоким.
                                     
Структура ханской власти и улусная система управления чагатаидов

                                                                                        Перед началом большой военной кампании стратегия и тактика обсуждались на курултае. На нем присутствовали начальники всех крупных армейских соединений, они получали необходимые инструкции от императора[53].

Войско входило на вражескую территорию несколькими колоннами, осуществлявшими операции на некотором расстоянии друг от друга. Каждая колонна состояла из пяти частей: центра, правой и левой рук, арьергарда и авангарда.
Основной целью стратегии было окружение и уничтожение главного войска противника. Войско состояло из легкой и тяжелой кавалерии. В бой первой вступала легкая кавалерия, которая изматывала врага постоянными атаками и отступлениями, а ее лучники поражали ряды противника с расстояния. Когда враг был в достаточной степени ослаблен и деморализован, в бой против центра и фланга бросалась тяжелая кавалерия
[54] . Таким образом, дисциплина и тренировка войска и линейная система организации держали монгольскую армию в постоянной готовности к мобилизации в случае войны. Избранная военная стратегия и тактика обеспечивали точность координации действий войск, армейских соединений и подразделений и нанесения противнику сокрушительного поражения.
Итак, ханская власть была неограниченной. При хане существовало собрание нойонов (князей), царевичей и военачальников, на котором обсуждали вопросы войны и мира, передел улусов, утверждение удельных владетелей, размеры податей и т.д.
Улусная система управления была основана на военно-административных единицах. В этой системе всегда присутствовали элементы центробежных сил, которые и привели к распаду Чагатайского улуса в середине XIV в.

[1] Бартолъд В.В. Очерк истории Семиречья // Соч. Т. II. Ч. I. - М., 1963. - С. 59.
[2] Строева Л.В. Борьба кочевой и оседлой знати в Чагатайском государстве в первой половине XIV в. // Памяти академика И.Ю. Крачковского: Сб. ст.- ЛГУ, 1958. - С. 206-207.
[3] Рашид ад-Дин. Сборник летописей. T.I. Кн.1. - М.; Л., 1952. - С. 12.
[4] Бартольд В.В. Туркестан в эпоху монгольского нашествия // Соч. T.I. - М, 1963. - С. 543; Думан Л. И. Некоторые проблемы социально-экономи-ческой политики монгольских ханов в Китае в XIII - XIV вв. // Татаро-монголы в Азии и Европе. - М., 1977. - С. 335.
[5] Петрушевский И. П. Поход монгольских войск в Среднюю Азию в 1219-1224 гг. и его последствия. - Татаро-монголы в Азии и Европе. - М., 1977. - С. 132.
[6] Вира Ш. Монгольская историография XIII—XVII вв. - М., 1978. - С. 67.
[7] Скрынникова Т.Д. Сакральность правителя в представлениях монголов XIII в. // Народы Азии и Африки. - 1989. - №1. - С. 68.
[8] Козин С.А. Сокровенное сказание. Монгольская хроника 1240 г. Т.1. - М.; Л., 1941. - С. 132, 141,153, 186, 187, 190,252.
[9] Скрынникова Т.Д. Сакральность правителя в представлениях монголов XIII в. // Народы Азии и Африки. - 1989. - №1. - С. 67.
[10] Кляшторный СТ., Султанов Т.И. Государства и народы евразийских степей. Древность и средневековье. - СПб., 2000. - С. 177.
[11] Там же.-С. 178.
[12] Плано Карпини. История монголов. - М.,1957. - С. 43.
[13] Кляшторный С.Г., Султанов Т.И. Указ. работа. - С. 180.
[14] Там же.-С. 181.
[15] Там же.-С. 182.
[16] Кычанов ЕЛ. Жизнь Темучжина, думавшего покорить мир. - М, 1995. - С. 141-142.
[17] Греков Б.Д., Якубовский А.Ю. Золотая Орда и ее падение. - М; Л., 1950. - С. 137.
[18] Владимирцов Б.Я. Общественный строй монголов. -М; Л., 1934. - С. 79.
[19] Сандаг Ш. Образование единого монгольского государства и Чингиз-хан // Татаро-монголы в Азии и Европе. - М., 1977. - С. 39.
[20] Кычанов К И. Кочевые государства от гуннов до маньчжуров. - М., 1997. - С. 190.
[21] Федоров-Давыдов Г.А. Общественный строй Золотой Орды. - МГУ, 1973. - С. 64.
[22]   Кычанов ЕМ. Кочевые государства... -С. 190-191
[23] БартольдВ.В. Очерк... - С. 58-59.
[24] Кычанов Е.И. О татаро-монгольском улусе XII в. // Восточная Азия и соседние территории в середине века. - Новосибирск, 1986. - С. 94-97.
[25] Владимирцов Б.Я. Указ. работа. - С. 101
[26] Кычанов Е.И. Жизнь Темучжина ... - С. 138.
[27] Владимирцов Б.Я. Указ. работа. - С. 111.
[28] Там же. - С. 100.
[29] Кычанов Е.И. Кочевые государства... - С. 198.
[30] Там же.-С. 199.
[31] Рашид ад-Дин. Указ. работа. T.I. 4.2. - С. 260.
[32] КычаиовЕ.П. Кочевые государства... - С. 204-205.
[33] История Востока. Восток в средние века. Т. II. - М., 2000. - С. 410.
[34] Вернадский Г. В. Монголы и Русь. - М., 1997. - С. 132-133.
[35] Федоров-Давыдов Г.А. Указ. работа. - С. 54. Кляшторный СТ., Султанов Т.П. Указ. работа. - С. 196.
[36]
[37] Кляшторный СТ., Султанов Т.П. Указ. работа. - С. 169-170.
[38] Вернадский Г. В. Указ. работа. - С. 115
[39] Бартольд В.В. Очерк... - С. 61.
[40] Вернадский Г.В. Указ. работа. - С. 112-113.
[41] Владимирцов Б.Я. Указ. работа. - С. 117.
[42] Бартольд В.В. Туркестан... - С. 457.
[43] Кляшторный СТ., Султанов Т.П. Указ работа. - С. 173.
[44] Федоров-Давыдов Г.А. Указ. работа. - С. 29.
[45] Бартольд ВВ. Туркестан... - С. 468-469.
[46] Бартольд В.В. Очерк... - С. 59.
[47] Бартольд В.В. Туркестан ... - С. 535.
[48] История Узбекской ССР. T.I. - Ташкент, 1967. - С. 426-427.
[49] Федоров-Давыдов Г.А. Указ. работа. - С. 52.
[50] Мункуев Н.Ц. Китайский источник о первых монгольских ханах. - М., 1965. - С. 27.
[51] Вернадский Г.В. Указ. работа. - С. 37.
[52] Там же.-С. 121.
[53] Вернадский Г.В. Указ. Работа - С. 122
[54]  Там же.- С. 123,134-135.


 

А также другие работы, которые могут Вас заинтересовать

25633. Желудок 56 KB
  Пепсин вырабатывается в неактивной форме в виде пепсиногена который в содержимом желудка в присутствии соляной кислоты превращается в активную форму пепсин. Слизь покрывая поверхность слизистой оболочки желудка предохраняет ее от действия хлористоводородной кислоты и от повреждения грубыми комками пищи. Механическая функция желудка состоит в перемешивании пищи с желудочным соком и проталкивания переработанной пищи в двенадцатиперстную кишку. В осуществлении функции принимает участие мускулатура желудка.
25634. Желчь 31 KB
  К ним относятся внутрипеченочные и внепеченочные желчные протоки. К внутрипеченочным принадлежат междольковые желчные протоки а к внепеченочным правый и левый печеночные протоки общий печеночный пузырный и общий желчный протоки. Междольковые желчные протоки вместе с разветвлениями воротной вены и печеночной артерии образуют в печени триады. На этом основании предполагают что междольковые желчные протоки выполняют секреторную функцию.
25635. ИММУННАЯ СИСТЕМА И КЛЕТОЧНЫЕ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ В ИММУННЫХ РЕАКЦИЯХ 37 KB
  Иммунная система объединяет органы и ткани в которых происходит образование и взаимодействие клеток иммуноцитов выполняющих функцию распознавания генетически чужеродных субстанций антигенов и осуществляющих специфическую реакцию. Иммунитет это защита организма от всего генетически чужеродного микробов вирусов от чужих клеток или генетически измененных собственных клеток. В организме взрослого человека она представлена красным костным мозгом источником стволовых клеток для иммуноцитов центральным органом лимфоцитопоэза...
25636. Иммунокомпетентные клетки 51 KB
  Лимфоциты Популяция лимфоцитов функционально неоднородна. Различают три основных вида лимфоцитов: Тлимфоциты Влимфоциты и так называемые нулевые лимфоциты 0клетки. Олимфоциты нулевые лишены поверхностных маркеров и рассматриваются как резервная популяция недифференцированных лимфоцитов. Тлимфоциты самая многочисленная популяция лимфоцитов составляющая 70 90 лимфоцитов крови.
25637. Волокнистые соединительные ткани 45 KB
  Клетки. Основными клетками соединительной ткани являются фибробласты макрофаги тучные клетки адвентициальные клетки плазматические клетки перициты жировые клетки а также лейкоциты мигрирующие из крови; иногда пигментные клетки. Фибробласты фибробластоциты клетки синтезирующие компоненты межклеточного вещества: белки коллаген эластин протеогликаны гликопротеины. Среди мезенхимных клеток имеются стволовые клетки дающие начало дифферону фибробластов: стволовые клетки полустволовые клеткипредшественники...
25638. КОЖА И ЕЕ ПРОИЗВОДНЫЕ 95 KB
  Толщина кожи вирьирует от 05 до 5 мм. У взрослого человека в сосудах кожи может задерживаться до 1 л крови. В некоторых участках кожи например на голове и кистях на 1 см2 ее поверхности насчитывается до 300 чувствительных точек. В первые недели развития зародыша эпителий кожи состоит всего из одного слоя плоских клеток.
25639. Кора большого мозга 56 KB
  Наиболее поверхностного и глубокого слоев коры. Для коры характерно расположение клеток и волокон слоями. Цитоархитектоника коры большого мозга.
25640. Костные ткани 38 KB
  В костной ткани обнаружено более 30 микроэлементов медь стронций цинк барий магний и др. Органическое вещество матрикс костной ткани представлено белками коллагенового типа и липидами. Морфофункциональные свойства костной ткани меняются в зависимости от возраста мышечной деятельности условий питания а также под влиянием деятельности желез внутренней секреции иннервации и др.
25641. Костный мозг 45.5 KB
  В данный период костный мозг накапливает стволовые клетки а клетки стромы с остеогенными потенциями создают микросреду необходимую для дифференцировки стволовых кроветворных клеток. У зародыша 36 нед развития в костном мозге диафиза трубчатых костей обнаруживаются жировые клетки. Он содержит стволовые кроветворные клетки СКК и диффероны гемопоэтических клеток эритроидного гранулоцитарного и мегакариоцитарного ряда а также предшественники В и Тлимфоцитов.