65078

Повесть о разгроме монголов дербен ойратами

Научная статья

История и СИД

Здесь ничего необычного нет потому что автор произведения писал так как было принято в его время: название сочинения указывать в заключительных строках где в большинстве случаев подчеркивалось что такое-то сочинение закончилось завершено.

Русский

2014-07-25

45 KB

0 чел.

Бадмаев А. В.

«Повесть о разгроме монголов дербен ойратами»

К числу немногих художественных произведений, относящихся к XVI веку и сохранившихся до наших дней принадлежит калмыцко-ойратская «Повесть о разгроме монголов дэрбэн ойратами» («Дөрвн өөрд монhлыг дарcн тууҗ»), известная исследователям под неправильным названием «История монгольского Убаши хун тайджия» («Монhлын Увш тәәҗин тууҗ»). Это неправильное название возникло вследствие публикации памятника на калмыцком языке в 1858 году известным ученым ламой Г. Гомбоевым,[1] который впервые дал полный перевод памятника на русский язык.

Однако Т. Гомбоев, а вслед за ним и все другие исследователи не обратили внимания на то, что название произведения можно установить по заключительной строке памятника. В колофоне же сказано: «Дөрвн өөрд монhлыг дарcн эн», т. е. «Это — дэрбэн ойраты победили монголов». Здесь ничего необычного нет, потому что автор произведения писал так, как было принято в его время: название сочинения указывать в заключительных строках, где в большинстве случаев подчеркивалось, что такое-то сочинение «закончилось», «завершено». О верности вышеуказанного названия для этой повести говорит и само содержание произведения, заканчивающееся поражением монгольского войска.

«Повесть о разгроме монголов дэрбэн ойратами» представляет собой запись и литературную обработку устного народного сказания, - в основе которого лежит исторический факт времен феодальных войн XVI века. Без сомнения, первоначально повесть бытовала в устном виде, сложившись как «историческая песня», но в конце примерно XVII в. приобревшая форму «воинской повести будучи» записанной неизвестным адтором зая-пандитской письменностью («тодо үзүг»).

Как, устная, так и письменная версии этого произведения возникли в ойратской среде, бережно хранились и были хорошо известны калмыкам, которые знают несколько оригинальных вариантов (особенно интересны устные версии). По существу калмыцкие сказители, использовав устную версию «Повести о разгроме монолов дэрбэн ойратами», создали новое оригинальное произведение, в котором повествуется уже о трех походах монголов против ойратов; кроме похода Убаши хун тайджи, известного и по письменной версии памятника, в фольклоре нашел отражение и поход против ойратов его жены и сына. Краткое содержание обеих версий «Повести о разгроме монголов дэрбэн ойратами» мы уже изложили в своей работе[2] и повторяться здесь нет необходимости. Однако следует подчеркнуть; что устная версия ее хорошо известна современным калмыцким сказителям о чем свидетельствуют фольклорные записи наших дней.

Не так давно стало известно, что «Повесть о разгроме монголов дэрбэн ойратами» была записана и старомонгольской письменностью, рукопись которой хранится в Государственной публичной библиотеке г. Улан-Батора.[3] По-видимому, текст этой рукописи представляет собой перевод на монгольский язык с калмыцкой (ойратской) рукописи, причем дано краткое переложение, текста, как говорит Ц. Дамдинсурэн.

«Повесть о разгроме монголов дэрбэн ойратами», как полагают некоторые исследователи, была создана «во славу ойратского оружия и ойратских воинов» [4] описание боевых действий ойратов, мужественного поведения ойратского мальчика, попавшего в плен к мон¬голам и преданного смерти, описание в эпическом стиле ойратских богатырей Сайн Сэрдэнки, Хаара Хулы, Эсэлбэин Сайн Ка, Байбагас баатара, Тэмэна бaaтара и т. д. Однако все это вряд ли имел в виду неизвестный автор, записавший повесть. Он, повидимому, зафиксировал полюбившееся ему народное творение, которое поразило его своим духом, пленило красочностью языка, было близко лучшим произведениям героического эпоса. В произведении нет и тени противопоставления монголов ойратам и, наоборот, нет ни малейшего высокомерного или же пренебрежительного отношения автора не только к монголам, их войскам, но и к самому предводителю Убаши хун тайджи и его союзнику урянхайскому Сайн Маджику. Напротив, в повести весьма справедливо воздается должное Убаши хун тайджи, Сайн Маджику, воинам их отрядов, которые не дрогнули перед предсказанием ойратского мальчика, окруженные ойратскими войсками, сражались геройски, не обратились в бегство и пали в неравном бою, как подобает настоящим бойцам.

Даже измена Сайн Маджика союзу, заключенному с ним Убаши хунтайджи, не вызывает осуждения в произведении. В то же время автор резко осуждает жадность Убаши хун тайджи, его жестокость и несправедливость (вспомним, например, слова «жадность при разделе добычи между товарищами есть то же, что беречь, кровь черной собаки», бессердечность Убаши хун тайджи по отношению к семилетнему ойратскому мальчику и т. д.).

Событие, о котором рассказывается в «Повести о разгроме монголов дэрбэн ойратами», имело место в истории монгольских народов в конце XVI в., точнее в 1587 году, если верить словам автора («в году огонь-свинья» — «hал haxa җил билә»). Об этом событии, именно о походе (походах) монгольского Убаши хун тайджи и урянхайского Сайн Маджика против, дэрбэн ойратов, прямо не упоминается ни в одном из исторических сочинений монгольских народов, как справедливо заметил в свое время Г. Гомбоев.[5] Приурочить это событие к конкретным фактам истории монгольских народов конца XVI в. трудно, но все же попытки такие уже предпринимались и, надо сказать, не безуспешно.[6] Появление «Повести о разгроме монголов дэрбэн ойратами»: ознаменовало возрождение самой литературы монгольских народов, продолжение ее лучших традиций, устных и письменных.

Конец XVI в. — это период возрождения монгольской литературы, как считает академик Б. Я. Владимирцов, [7] по словам С. А. Козина, возрождение ее (в том, числе и ойратско-калмыцкой литературы) началось «значительно раньше, открываясь недатированным и незафиксированным в письме замечательным памятником ойратского эпического творчества, каким является «Джангариада». (примерно середина XV столетия) и «Историческая песнь о монгольском Убаши-хунтайджи».[8] Есть поэтому все основания полагать, что и в период XV—XVI вв. литература монгольских народов продолжала развиваться, хотя памятников ее почти не сохранилось.

Феодальная раздробленность и междоусобицы оказали свое пагубное влияние на литературное творчество монгольских народов. Однако устная и письменная традиции художественного творчества продолжали жить и развиваться, хотя и не так интенсивно, как прежде. Замечателен этот период тем, что наряду с формированием монгольских народностей, начинается процесс отпочкования от единой монгольской литературы, литературы отдельных народностей. Дальнейшая дифференциация этой литературы привела, как известно, впоследствии к развитию в XVII в. ойратско-калмыцкой, в XVIII в. — бурятской литератур, история которых с этого времени должна рассматриваться уже отдельно.

Зарождение собственных литератур у отдельных монгольских народов оказало сильное влияние на весь последующий ход развития некогда «единой» монгольской литературы. Именно в эту эпоху ойраты переживали период большого национального подъема и, как полагают исследователи, уже стремились к организации сильного кочевого государства в Центральной Азии.[9]

XVII век — особая веха в истории монголъских народов, в особенности для калмыцкого народа, это век с которого можно вести отчет истории собственной калмыцкой литературы и собственной истории калмыцкого народа. Все существовавшее до этого периода относятся к предыстории калмыцкой культуры. В первой половине XVII в., именно в 1648 г., ойраты — предки современного калмыцкого народа — получили национальную письменность, после чего стала развиваться ойратско-калмыцкая литература.

Деятельность Зая-Пандиты, создателя письменности «тодо үзүг» была направлена на благо своего народа она была подготовлена всем ходом исторического развития монгольских народов. Подвиг этого ученого монаха, колоссальный труд его учеников и сподвижников сыграли положительную роль в возникновении собственно калмыцкой литературы. Жизнь и деятельность Зая-Пандиты заслуживают особого исследования. Наша попытка осветить одну сторону деятельности этой выдающейся и многогранной личности носила предварительный характер. Рождение самобытной ойратско-калмыцкой литературы не было внезапным, оно было подготовлено значительным художественным опытом всей предшествующей письменной литературы монгольских народов. Переводческая деятельность Зая-Пандиты и его учеников сыграла в этом немаловажную роль и способствовала быстрому развитию собственно ойратско-калмыцкой литературы.

Примечания

1. Впервые в монголоведении памятник стал известен благодаря А. В. Попову, опубликовавшему небольшой отрывок текста в своей «Грамматике калмыцкого языка». (Казань. 1847, стр. 366—374) под названием «Отрывок из сказания о походе Убаши Хун-Тайчжия против ойратов» — текст, перевод примечания и разночтения.

Перевод и весь текст издал по трем имеющимся рукописям Г. Гомбоев: «Алтан-тобчи». Монгольская летопись, в подлинном тексте и переводе, с приложением калмыцкого текста «Истории Убаши Хунтайджия и его войны с ойратами» — См. «Труды Восточного отделения императорского археологического общества». Часть VI, Спб. 1858. стр. 198—224; идентичный перевод издавался также в сборнике «Записки императорского археологического общества», т. XIV, СПб., 1858, стр. 82—93, в газете «Донские областные ведомости». 1876, №34.

К. Ф. Голстунский издал текст в сборнике «Убаши Хун-тайджин туджи. Народная калмыцкая поэма Джангара и Сиддиту Кюрэйн тули на кадмьцком языке» (Литографированное издание), СПб., 1864, стр. 3 — 9.

2. А. Б. Бадмаев. Две версии одного памятника ойратско-калмыцкой литературы. — «Вестник института № 2. Часть вторая. Серия филологии, философии, экономики и культуры». Элиста, 1967, стр. 105—112.

3. См. Ц. Дамдинсурэн. «Сто образцов», стр. 188; его же: «Убаши Хун Тайжийн тууж», Улаанбаатар, 1956, стр. 3.

4. См. Г. И. Михайлов. Литер. наследство монголов, стр. 67; С. А. Козин. «Джангариада», стр. 58.

5. См. сб. «Труды Восточного отделения императорского археологического общества», стр. 224.

6. См. С. А. Козин. Ойратская историческая песнь о поражении халхаского Шолой-Убаши — хунтайджи в 1587 г. войсками Ойратского Четырехцарствия. — «Научный бюллетень Ленинградского государственного университета», № 6, Л., 1946. стр. 10—12; его же: Ойратская историческая песнь о разгроме халхаского Шолой-Убаши-хунтайджи в 1587 году. — «Советское востоковедение», т. IV, М.-Л., 1947, стр. 91 — 104; Н. П. Шастина. Алтын-ханы Западной Монголии в XVII в. — «Советское востоковедение», т. VI. М.-Л., 1949, стр. 383—385; Ц. Дамдинсурэн. Монголын Убаши Хун Тайжийн тууж. Улаанбаатар, 1956, стр. 3—6.

7. Б. Я. Владимирцов. Монгольская литература стр. 99.

8. С. А. Козин. Джангариада, стр. 57.

9. Ср. Б. Я. Владимирцов. Монгольская литература» стр. 112—113; С. А. Козин. Джангариада, стр, 5.

Бадмаев А.В.

Калмыцкая дореволюционная проза

Калмыцкое книжное издательство 1975 г.

 

 


 

А также другие работы, которые могут Вас заинтересовать

75413. Глагол как часть речи. Принципиальное отличие глагола от имени. Особенности глагольной основы. Классы глаголов 46 KB
  Глагольные спрягаемые формы чаще всего в предложении выполняют предикативную функцию. По образованию глагольные формы распадаются на две группы в зависимости от образующей основы которая может выступать в двух вариантах: как основа неопределенной формы и как основа настоящего времени. Основа неопределенной формы определяется путем устранения аффиксов ть ти: собирать.
75415. Способы глагольного действия. Их соотношение с видом 17.09 KB
  С категорией вида тесно связаны лексико-грамматические разряды глаголов называемые способами глагольного действия. Иначе говоря способы глагольного действия это такие семантико-словообразовательные группировки глаголов в основе которых лежат модификации изменения значений беспрефиксных глаголов с точки зрения временных количественных специально результативных характеристик значение начала действия может быть выражено различными префиксами: за по вз воз: заговорить пойти вскричать одноактность мигнуть Мы характеризуем какой...
75416. Оптичні давачі. Давачі дифузного типу 2.47 MB
  Давачі дифузного типу Давач дифузного типу створений за принципом давача з відбиттям від рефлектора. Давачі дифузного типу Давач дифузного типу з придушенням заднього фону Давачі дифузного типу з придушенням заднього фону були розроблені для того щоб досягти визначеного діапазону сканування для будьяких обєктів незалежно від їх яскравості кольору та інших властивостей а також від яскравості заднього фону. Такі давачі ігнорують всі обєкти які знаходяться до давача ближче ніж попередньо налаштований діапазон виявлення.
75417. Безконтактний магніточутливий давач 262 KB
  Давач що виявляє зміну напруженості постійного магнітного поля має напівпровідниковий комутуючий елемент і що не містить рухомих частин в чутливому елементі рис. Спрацювання давача відбувається при зміні напруженості магнітного поля викликаного наприклад переміщенням постійного магніту розташованого на рухомої частини механізму. Крім того магніточутливих давачи можуть відрізнятися по реакції на зміну магнітного поля: При збільшенні напруженості зовнішнього магнітного поля наприклад при наближенні постійного магніту...
75418. Блоки живлення, лічильники імпульсів, реле часу, сигналізатори рівня, розєми і зєднувачі, вибухобезпечне устаткування 753.5 KB
  Блок живлення — це вторинне джерело живлення, призначене для забезпечення живлення електроприладу електричною енергією, при відповідності вимогам її параметрів: напруги, струму, і т. д. шляхом перетворення енергії інших джерел живлення.
75419. Сенсори. Аналогові сенсори. Сенсори положення, кута, віддалі та товщини 575 KB
  Сенсори положення кута віддалі та товщини. Аналогові сенсори За допомогою аналогових сенсорів перетворюють механічні величини наприклад зміну положення або електричні величини наприклад зміну потужності на електричні сигнали напруги або струму. Сигнали з вимірювального перетворювача можуть бути представлені у фізичних величинах наприклад у випадку перетворювача положення в мм. Сенсори положення кута віддалі та товщини Потенціометричні контактні сенсори При пересуванні ковзного контакту в поступальному потенціометрі або повороту...
75420. Індуктивні безконтактні кінцеві сигналізатори 568 KB
  Котушка з відкритим, чашковим феромагнітним осердям створює високочастотне електромагнітне поле. Котушка є індуктивною частиною коливного контуру, який збуджується за допомогою частотного генератора з частотою близько
75421. Сенсори розтягу, сили, обертового моменту i тиску 585 KB
  Види виконання вимірювальних сіток фольгових тензометрів Для одночасного вимірювання в кількох напрямках служать спеціальні тензометри в яких вимірювальні сітки розміщені одна відносно іншої під кутом 120 або під кутом 45 до напрямку видовження рис.