65117

Из истории изучения формирования тюркоязычного населения Пермского края

Научная статья

История и СИД

Тюркоязычное население Пермского края татары и башкиры длительное время поддерживали интенсивные этнические контакты. Именно поэтому история изучения формирования пермских татар и башкир рассматривается вместе.

Русский

2014-07-25

63.5 KB

0 чел.

Из истории изучения формирования тюркоязычного населения Пермского края

ИСХАКОВ Д.М.

Тюркоязычное население Пермского края - татары и башкиры, длительное время поддерживали интенсивные этнические контакты. В результате, зачастую стало трудно, а то и вовсе невозможно определить этническую границу между этими близкородственными группами. Именно поэтому история изучения формирования пермских татар и башкир рассматривается вместе.
Тюркоязычное население Пермского края изучается уже почти два столетия. За этот период о формировании интересующего нас населения высказывались разные точки зрения. Ниже предлагается обзор основных мнений в решении проблемы формирования пермских татар и башкир.
В 1784 г. с целью выяснения вопроса "о начале и происхождении разных племен иноверцев" администрацией Пермской губернии был проведен опрос местного населения (I). Башкиры и татары Пермского и Осинского уездов при этом заявили, что происхождение их предков было "... от поколения Тарханова ...заселились в сих местах с давних лет, по собственным их преданиям - издревле, потом под Российскую державу ... покорены они по взятии царем Иваном Васильевичем Казани, а до покорения находились в управлении или подданстве у державца своего Нагайского хана" (2, л. 41-68).
В 1801 г. было опубликовано специальное описание Пермской губернии (3), в этнографической части которого, наряду с материалами, собранными в 1784 г., содержались и некоторые новые данные о тюркском населении губернии. О татарах в "Описании" говорилось: "... живущие по сю сторону Уральских гор (к западу от них - Д.И.) происходят от казанских татар и поселились сюда, как и башкиры, по покорении Казани" (3, с. 112). Составители этого труда от собственно татар отличали тептярей, про которых писали, что они "смесь из вотяков и татар", но мусульмане и живут в Осинском и Красноуфимском уездах (3, с. 6). башкиры в "Описании" четко отличались от татар и тептярей. Однако, коснувшись вопроса о формировании пермских башкир, авторы этого труда допустили серьезную ошибку: они механически объединили предания тюркоязычного населения Пермского и Осинского уездов (основная часть этих преданий цитировалась выше) с сообщениями башкир Екатеринбургского уезда, в которых говорилось о поселении предков" в Урале в III9 г. (из) области булгарской и города, называемого Шатер Булгар" (2, л. 26). В результате возникло "новое" предание, объясняющее раннюю историю всех пермских башкир.
Интересные соображения о формировании тюркоязычного населения Пермского края - преимущественно татар - высказывались в работе Н.С.Попова, изданной в начале XIX в. (6). Н.С.Попов, подразделив татар Пермской губернии на приуральских и зауральских, последних отнес к сибирским татарам (б, ч.2, с.199). О татарском населении приуральских уездов Пермской губернии он сначала повторил известную точку зрения о происхождении их от казанских татар, но затем сделал оговорку, что это положение не относится к тем татарам, "кои жили по реке Сылве... и назывались прежде остяками" (6, ч.2, с.199). Так впервые в литературе было сформулировано положение об участии в формировании пермских татар разных компонентов.
В исследовании Н.С.Попова были существенно дополнены и сведения о тептярско-бобыльской группе. Там указывается, что эта группа сформировалась после покорения Казани из "сошедших в Уральские горы черемис, вотяков, чуваш, мордвы и татар" (6, с.2, с.203). Оценивая этническую ситуацию среди них, он сообщает, что "тептяри подражают в образе жизни своей более тем народам, от которых они произошли" (6, ч. 2, с.203).
В статье П.И.Мельникова, появившейся в 1841 г., отмечено, что пермские татары являются "особой отраслью татарского народа", отличающейся от казанских татар как языком, так и обычаями (7, с. 264). Однако его мнение о выходе пермских татар из Средней Азии (7, с. 264) осталось, за полным отсутствием каких-либо аргументов на этот счет, совершенно недоказанным. Определенный интерес представляют частные наблюдения П.И.Мельникова. Например, он называет жителей д. Кояновой Пермского уезда татарами (7, с.264), хотя они считались башкирами.
В связи с последним обстоятельством заслуживают пристального внимания и наблюдения других авторов. Так, известный краевед Н.К.Чупин в 70-х гг. XIX в. указал на то, что жители деревень Кояновой и Култаевой - башкиры, которые "совершенно отатарились" и "давно уже нисколько не отличаются от ближних татар ни наречием, ни образом жизни и русские называют их этим последним именем" (8, т.1, с.524; 8, т.2, с.112).
Новые и весьма важные сведения были получены в середине XIX в. от башкир Осинского уезда Пермской губернии (они относились к племени гайна). П.Небольсин, беседовавший с башкирами-гайнинцами, отметил, что они "считают себя переселенцами из древнего Болгара" (9, с. 18).
В 60-80-х гг. XIX в. во многих работах формирование пермских татар связывалось с пришлыми казанскими татарами (10; 11, с.12; 12, с.4; 13, с.329, 339; 14, с.54-55; 15, с. 33). Однако не забылось и мнение Н.С.Попова об участий в сложении пермских татар "остяцкого" компонента (14, с.53; 15, с.33).
В конце XIX в. в литературе появились сведения о том, что население трех татарских деревень Красноуфимского уезда Пермской губернии - Кантауганова, Уразаева и Среднего Бугалыша связывало своих предков о "вогулами" (18, с. 69, 113, 138). От татар этих селений местной администрации удалось узнать, что одни из них (жители д. Ср.Бугалыша) считали своих предков выходцами из "Кантаугановской волости", а другие (население д.Уразаево) из "Верхотурского уезда" (16, с. 69, 113). Однако эти татары были "вогулами" не в этническом, а в сословном отношении. Это выяснилось при изучении местной администрацией вопроса о "вогулах" села Кленовское Красноуфимского уезда. Предки "вогул" из с.Кленовское происходили от татарина, переселившегося из д. Кантуганово. Оказалось, что он ушел от своих односельчан после крещения в начале XVIII в. и записался в особый оклад. Позже потомки этого татарина и его припущенники (из русских), наряду с татарами и марийцами Бисертской волости, до 1834 г. в документах именовались "вогулами". В 1834 г. татары и марийцы были причислены (под своими настоящими этнонимами) к государственным крестьянам. Но жители с. Кленовское (обрусевшее потомство татарина из д. Кантугановой и его припущенники) остались в особом окладе и продолжали именоваться "вогулами" вплоть до конца XIX в. (16, с. 138-139). Известны и другие случаи, когда в Пермской губернии немансийское население, платившее одинаковый с манси ясак, в официальных документах именовалось "вогулами" и помнило об этом до конца XIX в. (17, с. 520-522; 18, с. 440-459; 19, с. 143-144).
В 1881 г. А.Безсонов обратил внимание на "наречие" тюрко-язычного населения Пермской губернии. Оно, по его мнению, сформировалось в результате смешения башкирского и татарского наречий" и несколько отличалось от разговорного языка татар Казанской губернии (20, с. 232-233).
К концу XIX в. усилиями краеведов был накоплен значительный материал по истории Пермского края. Это позволило перейти к выдвижению более широких и более обоснованных гипотез о формировании тюркоязычного населения края. В конце XIX в. точку зрения о разных этнических корнях пермских татар развивал А.А.Дмитриев. Его концепция в развернутом виде выглядела следующим образом: "после покорения Казанского царства, а может быть и раньше" на территории Сылвенско-Иренского междуречья из бывшего Казанского ханства переселились татары, которые на новом месте смешались с древними жителями тех мест "вогулами" и "остяками" (21, в.8, с. 56, 123). Аборигенов края А.А.Дмитриев считал уграми и чаще именовал "остяками" (21, в.2, с.60; 21, в.8, с.56, 123). Согласно мнению этого автора, этнические процессы между пришлыми татарами и "остяками" завершились ассимиляцией угров татарами уже в XVI в. Поэтому он указывал, что "... по письменным источникам XVI в. часто очень трудно и даже невозможно различать эти две народности" (22, с. 25). Близкую точку зрения высказывали и другие исследователи (см., например, 23, с. 25).
Значительно продвинулось в конце ХIХ-начале XX вв. и изучение формирования пермских башкир. Н.Блинов, опираясь на переписную книгу конца XVI в., пришел к выводу, что в районе реки Тулвы башкиры-гайнинцы жили уже во время Казанского ханства (24, с.З). Вместе с тем А Д.Дмитриевым была высказана мысль о том, что в бассейне Тулвы, еще до прихода башкир жили татары и остяки (21, в.8, с. 57). Им же была предпринята попытка связать башкир Пермского уезда с "татарско-остяцким" населением Сылвенско-Иренского междуречья, известным со второй половины XVI в. (22, с.28). На смешанность населения этих территорий указывали и антропологи (25, с.31, 54; 26, с.272, 274).
В целом в дореволюционный период был не только накоплен значительный фактический материал о тюркоязычном населении Пермского края, но были выдвинуты и ряд точек зрения об особенностях формирования групп пермских татар и башкир.
Изучение тюркоязычного населения Пермского края продолжалось и в советский период. Так, в 1924 г. А.Б.Теплоухов обратил внимание на то, что пермские башкиры себя не всегда отделяли от татар, и на сильную "отатаренность" сылвенских "остяков" уже к началу XVII в. (27, с. 85, 94). В двух работах (28; 29) видного тюрколога А.Н.Самойловича были проанализированы традиционные названия дней недели, бытовавшие у целого ряда тюркских народов и групп, в том числе и у пермских "башкир". Автор, очевидно, взял названия дней недели, бытовавшие, по его мнению, у пермских "башкир", из работы А.Безсонова. Он был знаком с этой работой (28, с. 104). Однако, А.Безсонов ясно указывал, что речь идет о "древних тюркских названиях дней недели, сохранившихся у пермских татар и башкир" (20, с. 233). Следовательно, выводы А.Н.Самойловича могут быть отнесены в равной мере и к пермским татарам. А.Н.Самойлович выяснил, что среди народов Поволжско-Приуральского региона можно выделить два исторических "слоя": первый, связанный с чувашами, мишарями, пермскими "башкирами", с некоторыми финно-угорскими народами, а за пределами региона - с карачаевцами, балкарами, кумыками (частично), караимами и крымчаками, относящийся к периоду "Хазарского царства", и второй, более поздний, названный ''татарским", связанный с "обитателями оседло-туркестанского района" (28, с. 114; 29, с. 211).
В трудах С.В.Бахрушина был вновь поднят вопрос об этническом облике населения Сылвенско-Иренского междуречья и прилегающих территорий в XVI-начале XVII вв. Вслед за дореволюционными исследователями он высказал мнение (30, с. 87), что под "остяками" письменных источников XVI-начала XVII вв. надо понимать угров (манси). Но будучи крупным источниковедом С.В.Бахрушин указал на невозможность однозначного решения этого вопроса. Он писал, что "остяки" Пермского края могли быть татарами, а то и двигавшимися с "юго-востока" башкирами (31, с. 95, 98). Тем не менее в 50-60-х гг. среди историков (и не только) наметилась тенденция считать "остяков" Сылвенско-Иренского междуречья сплошь уграми. Так, А.А.Преображенский предложил рассматривать это население для начала XVII в. как мансийское (32, с. 12). К нему присоединился и Б.О.Долгих, считавший, что "под остяками имелись в виду, очевидно, те же угроязычные обитатели Урала, только названные не русско-зырянским термином "вогул", а татарским термином "остяк" (33, с. 22). Однако Б.О. Долгих был вынужден признать, что в источниках в некоторых случаях под "остяками" или "татарами" могли скрываться башкиры или тюркизированные ("отатарившиеся") угры (33, с. 22-23). Близкую точку зрения высказывал и Б.Н.Вишневский (34).
В 50-70-х гг. XX в. к спору об этнической принадлежности населения района бассейнов рек Тулвы, Сылвы и Ирени и прилегающих территорий в средневековье подключились и археологи. Среди них выявились две основные точки зрения. О.Н.Бадер и В.А.Оборин "остяков" Пермского края считали потомками представителей сылвенской археологической культуры - угорской, по их мнению (35, с. 261; 36, с. 49). Они исходили из того, что носители сылвенской культуры стали предками башкир и хантов, в XVI-XVIII вв. ассимилированных в Пермском крае пришлыми татарами и русскими (35, с. 217). Позиция В.А.Оборина, продолжавшего заниматься этой проблемой и позже, в уточненном виде выглядела следующим образом. Он писал: стяков, живших в ХVI-ХVII вв. в Кунгурском районе, вряд ли можно связывать с современными хантами ... остяки жили в бассейне рек Сылвы, Бабки, Муллянки, Тулвы, Сарса, Таныпа, т.е. в районах, ранее занятых племенами сылвенской культуры и какой-то близкой к ней культуры в Среднем Прикамье. Происхождение этих культур связано с проникновением угорских (протомадьярских) племен о территории Башкирии ...". Очевидно, остяки русских источников - это потомки древнеугорского населения, ассимилированного затем тюркоязычными башкирами, продвигавшимися с юга на север и русскими (37, с. 135). Иной позиции придерживается по этому вопросу А.Х.Халиков. Он выступил с точкой зрения о том, что уже в VI-VII вв. тюркские племена проникли вплоть до р.Сылвы (38, с. 33; 39). Поэтому, формирование пермских татар он связывание о том, что "пермские татары" (к ним были отнесены и татаро-язычные башкиры Бардымского района) говорят на едином говоре, относящемся к среднему диалекту татарского языка (50, с. 35). Близость этого говора к другим говорам среднего диалекта была ею объяснена тем, что "формирование пермских татар шло при непосредственном участии поволжских татар в качестве основного этнического компонента" (51, с. 95). В то же время она отметила и существование в говоре пермских татар ряда черт, сближающих его с говорами мишарского и сибирско-татарского (восточного) диалектов татарского языка (50, с. 35). Д.Б.Рамазанова высказала мнение о существовании в прошлом в этнической истории пермских и сибирских татар некоторых общих моментов (52, с. 107). При более широком анализе обнаружилось и определенное сходство между говором пермских татар с рядом восточнотюркских языков, таких как алтайский, шорский, хакасский и уйгурский, что позволило Д.Б.Рамазановой выдвинуть положение о древних связях предков пермских татар с восточнотюркскими племенами (52; 51, с. 95-96).
Ф.Ю.Юсупов изучал языковые особенности татарского населения Свердловской области (территория области включает значительную часть бывшего Красноуфимского уезда). Здесь он выделил свердловский говор среднего диалекта (53, с. 84). Ф.Ю.Юсупов пришел к выводу, что татарское население этого района сформировалось из поволжских и сибирских татар (53, с. 69). По его мнению, миграция татар сюда шла со стороны Казани и из Кунгурокого уезда - в основном, с конца ХVI до начала ХVIII вв. Кроме того, в формировании татарского населения Свердловской области участвовали и башкиры, которых Ф.Ю.Юсупов считает более древними обитателями области, чем татары (53, с. 70).
Точка зрения о наличии в составе пермских татар сибирско-татарского компонента высказана недавно и Н.А. Томиловым. Он полагает, что Сылвенско-Иренское междуречье являлось в прошлом зоной контактов поволжских и сибирских татар (54, с. 33). Н.А.Томилов пишет о том, что среди населения Сылвенско-Иренского междуречья в ХVI-начале ХVII вв. кроме угров (манси) были и тюрки-сибирские татары, продвинувшиеся в Приуралье еще в период Сибирского ханства (54, с. 30-33).
Таким образом, в настоящее время основная роль в формировании пермских татар отводится пришлым поволжским татарам, а у башкир - древним тюркам и тюркизированным в различные периоды финно-уграм. Но вместе с тем признается и участие представителей башкирского этноса, а также угорских и сибирско-татарских групп.

ИСПОЛЬЗОВАННАЯ ЛИТЕРАТУРА
1. Богословский П.С. История правительственного обследования в ХVIII в. Пермского края в этнографическом отношении (с архивными материалами о вогулах, татарах, башкирах и мещеряках).-ИОАИЭ, т.34, в.3-4. Казань, 1929, с. 27-54.
2. ПОА, ф. 316, оп.1, д.78.
3. Историко-географическое описание Пермской губернии, сочиненное для атласа 1800 г. Пермь, I80I.
4. ПОА, ф. 65, оп.4, д.215.
5. Кузеев Р.Г. Происхождение башкирского народа. М.: Наука, 1974.
6. Попов С. Хозяйственное описание Пермской губернии сообразно начертанию Санкт-Петербургского Вольного экономического общества, сочиненное в 1802-1803 гг. в г. Перми. ч.1-2. Пермь, 1804.
7. Мельников П.И. Поездка в Кунгур - Московитянин, 1841, ч.3, № 5-6, с. 261-275.
8. Чупин Н. Географический и статистический словарь Пермской губернии. T.I, в.З, Пермь, 1876; т.2, в.4, Пермь, 1877.
9. Небольсин П. Отчет о путешествии в Оренбургский и Астраханский край. - Вестник РГО, ч.1, кн.1, СПб., 1852, с.1-34.
10. Городский Гр. Устройство быта тептярей. - Санкт-Петербургские губернские ведомости, 1869, № 39.
11. Красноперов Е.И. Енапаевская волость. Экономическое исследование. - В кн.: Сборник Пермского земства, № I, Пермь, 1883, с. I-I89.
12. Крупенин Ал. Краткий исторический очерк заселения и цивилизации Пермского края. - В кн.: Пермский сборник, кн.1, М., 1859, с. 1-32.
13. Мозель X. Материалы для географии и статистики России, собранные офицерами Генерального штаба. Пермская губерния. 4.1-2, СПб., 1864.
14. Список населенных мест Пермской губернии по сведениям 1869 г. Т. 31, СПБ., 1875.
15. Г.Статистико-этнографический очерк Пермской губернии на 1880 г. Пермь, 1880, с. 29-45.
16. Материалы для статистики Красноуфимского уезда Пермской губернии, в. 4, Казань, 1893.
17. Чупин Н. Географический и статистический словарь Пермской губернии, т.1, в.1, Пермь, 1873.
18. Орлов А.П. Сведения о вогулах, обитающих в Пермской губернии. - В кн.: Сборник Пермского земства, кн. 2 (май-июнь). Пермь, 1873, с. 440-459.
19. Булычев Н. О так называемых ясашских вогулах. - Записки УОЛЕ, т.1. Екатеринбург, 1874, с. 142-144.
20. Безсонов А. О говорах казанского татарского наречия и об отношении его к ближайшим к нему наречиям. - МНП, 1881, ч.216, № 8, с. 200-242.
21. Дмитриев АЛ. Пермская старина. В.2. Пермь, 1890; в.8, Пермь, 1900.
22. Дмитриев АД. Житие св. Трифона Вятского как источник сведений о Перми Великой. - Труды ПУАК, в.6, Пермь, 1904,
с. 20-41.
23. Осокин И.М. К вопросу о миссионерской деятельности преподобного Трифона. - Труды ПУАК, в.7. Пермь, 1904, с. 17-48.
24. Блинов Н. Исторический очерк заселения Осинского уезда. - В кн.: Сборник Пермского земства, № 3-4, Пермь, 1898. с. I-2I.
25. Абрамов А.Н. Башкиры. - Русский антропологический журнал, 1907, № 3-4, с. 1-55.
26. Руденко С.И. Башкиры. Опыт этнологической монографии. ч.1. Физический тип башкир. Петроград, 1916.
27. Теплоухов А.Ф. Следы бывшего пребывания угорского народа в смежных частях Пермской и Вятской губерний и последующая смена его пермским и русским народами. - Записки УОЛЕ, т.39. Свердловск, 1924, с. 81-113.
28. Самоилович А.Н. Названия дней недели у турецких народов. -Яфетический сборник, т.2. Петроград, 1923, с. 98-119.
29. Самоилович А.Н. К истории культурных и этнических отношений в волжско-уральском крае. - Новый Восток, 1927, № 18, с. 210-217.
30. Бахрушин С.В. Остяцкие и вогульские княжества в ХVI-ХVII вв. - В кн.: Научные труды, т.З, ч.2, М., 1955, с. 86-152.
31. Бахрушин С.В. Пути в Сибирь в ХVI-ХVII вв.- В кн.: Научные труды, т.З, 4.1, М., 1955, с. 93-95.
32. Преображенский АЛ. Очерки колонизации Западного Урала в ХVII-начале ХVIII вв. М.: Изд-во АН СССР, 1956.
33. Долгих Б.О. Родовой и племенной состав народов Сибири в ХVII в. М.: Изд-во АН СССР, I960.
34. Вишневский Б.Н. Следы угров на Западном Урале. Уч. зап. Пермского гос. ун-та им. А/ M.Горького, т.12, в.1. Пермь, I960, с. 255-269.
35. Бадер О.Н., Оборин ВЛ. На заре истории Прикамья. Пермь, 1958.
36. Оборин В.А. К истории населения Среднего Прикамья в эпоху железа,- В кн.: Из истории Урала. Свердловск, I960, с. 28-38.
37. Оборин ВЛ. О связях племен Верхнего и Среднего Прикамья с племенами Башкирии в эпоху железа.- В кн.: Археология и этнография Башкирии, т.2, Уфа, 1964, с. 130-135.
38. Халиков А.Х. Общие процессы в этногенезе башкир и татар Поволжья и Приуралья. - В кн.: Археология и этнография Башкирии, т.4, Уфа, 1971, с. 30-38.
39. Халиков А.Х, Истоки формирования тюркоязычных народов Среднего Поволжья. ВЛ, Казань, 1971, с. 7-36.
40. Халиков А.Х. Происхождение татар Поволжья и Приуралья. Казань: Таткнигоиздат, 1978.
41. Татары Среднего Поволжья и Приуралья. М.: Наука, 1967.
42. Кузеев Р.Г., Шитова С.Н. Башкиры. Историко-этнографический очерк. Уфа, 1963.
43. Мажитов Н.А. Южный Урал в VII-ХIV вв. М.: Наука, 1977.
44. Кузеев Р.Г., Юлдашбаев Б.Х. 400 лет вместе с русским народом. Уфа, 1957.
45. Кузеев Р.Г. Новые источники о присоединении Башкирии к Русскому государству. - В кн.: Материалы научной сессии, посвященной 400-летию присоединения Башкирии к Русскому государству. Уфа, 1958, с. 3-23.
46. Киреев А.Н. Этногенетические легенды и предания башкирского народа. - В кн.: Археология и этнография Башкирии. Т.4, Уфа, 1971, с. 60-63.
47. Кузеев Р.Г. Роль исторической стратификации родоплеменных названий в изучении этногенеза тюркских народов Восточной Европы, Казахстана и Средней Азии. (Доклад, представленный на IХ МКАЭН). М., 1973.
48. Сарманаева Д.М. Диалектальные особенности языка средне-уральских татар: Автореф. дисс. канд. филол. наук. Казань, 1950.
49. Махмутова Л.Т. О татарских говорах северо-западных районов Башкирской АССР (по материалам экспедиций 1954-1957 гг.). -В кн.: Материалы по татарской диалектологии, т.2. Казань: Таткнигоиздат, 1962, с. 57-86.
50. Рамазанова Д.Б. Говоры среднего Прикамья. - Автореф. дисс. канд. филол. наук. Казань, 1970.
51. Рамазанова Д.Б. Грамматические особенности говора пермских татар.- В кн.: Материалы по татарской диалектологии, т.З, Казань: Таткнигоиздат, 1974, с. 92-113.
52. Рамазанова Д.Б. Общие моменты лексики говора пермских татар с восточно-тюркскими языками, - В кн.: Источниковедение и история тюркских языков. Казань: Таткнигоиздат, 1978, с. I07-II5.
53. Юсупов Ф.Ю. Фонетические особенности говора татар Свердловской области.- В кн.: Исследования по диалектологии и истории татарского языка. Казань: ИЯЛИ КФ АН СССР, 1982, с. 43-50.
54. Томилов Н.А. Тюркоязычное население Западно-Сибирской равнины в конце ХVI--первой четверти XIX вв. Томск: Изд-во Томского ун-та, 1981.

Список сокращений
ИОАИЭ - Известия общества археологии, истории и этнографии,
ПОА - Пермский областной архив.
РГО - Русское географическое общество.
УОЛЕ - Уральское общество любителей естествознания.
ЖМНП - Журнал Министерства народного просвещения. ПУАК - Пермская ученая архивная комиссия. МКАЭН - Международный конгресс антропологических и этнологических наук


 

А также другие работы, которые могут Вас заинтересовать

79779. Анализ формирования портфеля ценных бумаг в коммерческом банке 876 KB
  Теоретические основы формирования портфеля ценных бумаг. Анализ политики формирования портфеля ценных бумаг в ЗАО АБ Газпромбанк. Состав портфеля ценных бумаг банка и принципы его формирования. Оценка эффективности портфеля ценных бумаг банка.
79781. Разработка проекта по совершенствованию управления финансовой устойчивостью на предприятии «Вятка» 1.68 MB
  Теоретические аспекты управления финансовой устойчивостью предприятия. Краткая экономическая характеристика предприятия. Мероприятия по укреплению финансовой устойчивости предприятия. Разработка модели оптимизации финансовой устойчивости предприятия.
79782. Особенности исчисления налога на добавленную стоимость на предприятии сферы услуг (на примере ООО «НетСервис.ру») 567 KB
  Несмотря на то что НДС является относительно новым налогом он используется в качестве основной формы косвенного налогообложения в большинстве государств в разных частях света и находящихся на различных этапах экономического развития. Из стран с наиболее развитыми...
79785. Diploma in Civil Engineering Surveying 525 KB
  This programme was started in 2006, and was initially meant to be a Degree programme, but advice was given to start it as a Diploma programme to close the gap between the Civil Engineer and the Surveyor in the market, and thus reduce the risks of basing design and construction on faulty field data. Thus, it is market driven to lift the quality of service to the Civil Engineer from only measurements needed by the Civil Engineer to the collection and supply