65162

Статус ханов Золотой Орды и их преемников во взаимоотношениях с государствами Европы (по официальным актам и свидетельствам современников)

Научная статья

История и СИД

Статус Золотой Орды Улуса Джучи и ее правителей на международной арене неоднократно менялся в зависимости от того или иного этапа развития этого государства.; 4 распад Золотой Орды и выделение из ее состава самостоятельных государств правители которых...

Русский

2014-07-26

112.5 KB

2 чел.

Р. Ю. Почекаев

Статус ханов Золотой Орды и их преемников

во взаимоотношениях с государствами Европы

(по официальным актам и свидетельствам современников)*

Статус Золотой Орды (Улуса Джучи) и ее правителей на международной арене неоднократно менялся в зависимости от того или иного этапа развития этого государства. В истории Улуса Джучи довольно четко выделяются следующие четыре этапа: 1) улус в составе Монгольской империи (1222-1269); 2) период независимости (1269 – конец XIV / начало XV вв.); 3) многовластие (XV в.); 4) распад Золотой Орды и выделение из ее состава самостоятельных государств, правители которых претендовали на правопреемство от золотоордынских монархов.

На каждом из этих этапов ханы Золотой Орды и государств – ее преемников в Европе воспринимались по-разному, что находит подтверждение в различных источниках. В рамках проработки этого вопроса считаем целесообразным провести анализ официальных актов – дипломатических и нормативных материалов, а также свидетельств современников – но только тех из них, которые, как доподлинно известно, имели объективные сведения о Золотой Орде и ее преемниках, т. е. получали информацию из первых рук (как правило, это были дипломаты, непосредственно общавшиеся с представителями джучидских властей или авторы трудов, опиравшиеся на информацию дипломатов). Использовать исторические хроники и сочинения (тем более, гораздо более позднего времени) представляется не вполне корректным, поскольку их авторы нередко писали о событиях прошлого, проецируя на них современные им политические реалии, а потому объективность таких источников под большим вопросом.

Большую часть первого из выделенных нами этапов занимает правление Бату, сына Джучи и внука Чингис-хана (1227-1256), который фактически явился основателем Золотой Орды, хотя сам ханского титула не носил. Этот факт прекрасно знали в Западной Европе, что подтверждается рядом современников этого правителя. Первые упоминания о Бату в западных источниках относятся к 1246-1247 гг., когда Папа римский Иннокентий IV отправил несколько своих посольств к монголам. Эти послы и оставили первые сообщения о Бату как о правителе, причем вполне объективно отразили его статус.

Так, например, Иоанн де Плано Карпини, посол Папы римского к великому хану Гуюку, упоминает Бату без титула, но при этом сообщает, что он – «наиболее могуществен по сравнению со всеми князьями татар, за исключением императора, которому он обязан повиноваться». Бенедикт Поляк, спутник Иоанна де Плано Карпини, также отмечает, что Бату («Бати») – самый могущественный после императора; любопытно отметить, что он прекрасно осознает, что Бату вовсе не был самым старшим в роду по возрасту, поскольку дальше упоминается его брат Орду, который характеризуется как самый старший из вождей и наиболее уважаемый. Аналогичным образом, Симон де Сент-Квентин, участник другого папского посольства к монголам, побывавший в ставке Байджу, монгольского наместника Ирана, также различает их положение: Байджу титулуется просто «нойон» (noy), а Бату – «великий татарский князь» (princeps Tartarorum maximus) . Эти авторы, будучи послами, лично общались с монголами и, соответственно, могли получать из первых рук информацию о настоящих титулах и настоящем статусе того или иного правителя.

30

Ошибки в их сведениях  практически исключались.

Стоит упомянуть еще двух европейских авторов, которые лично не общались с Бату, но пережили монгольское нашествие и оставили свои записи о нем, упоминая и Бату. Первый из них – венгерский каноник Рогерий, побывавший в плену у монголов: он называет Бату «главный господин». Другой – историк Фома Сплитский, писавший преимущественно со слов очевидцев; он также упоминает Бату как ханского сына и татарского предводителя. Как и посланцы Папы римского к монголам, эти авторы черпали информацию из первых рук и потому также объективно отражали статус правителя Золотой Орды.

Таким образом, западные современники, упоминающие о Бату, однозначно свидетельствуют об отсутствии у него ханского титула и говорят о нем, как об одном из улусных правителей Монгольской империи, хотя и обладающем более высоким положением, чем другие Чингизиды.

Существенное изменение статуса Бату после того, как он помог придти к власти великому хану Мунке в 1251 г., отмечает еще один европейский современник – Вильгельм де Рубрук, посланец французского короля Людовика IX, посетивший Бату и Мунке в 1252-1253 гг. Он также не титулует Бату ханом, но неоднократно говорит о его первенствующем положении в Монгольской империи. Так, например, он сообщает о том, что великий хан Мунке переселил пленных немцев на другие территории с позволения Бату. Далее он сообщает, что когда встречаются посланцы Мунке и Бату, последние стоят выше и оказывают посланцам великого хана меньше почестей.

Сообщение Вильгельма де Рубрука, таким образом, отражает статус Бату как «ака» рода Борджигин, обладающего большим авторитетом, чем сам великий хан и являющегося фактическим соправителем Монгольской империи. Его сведения также можно считать вполне объективными: часть информации он получил от монгольских информаторов, часть основана на его собственных наблюдениях.

Официальных документов от правления Бату не сохранилось, но в ряде источников второй пол. XIII в. сохранились сообщения о выдаваемых им грамотах, т. е. ярлыках. Несомненно, право выдачи ярлыков (которым обладали исключительно носители ханского титула) появилось у Бату отнюдь не в результате обретения Улусом Джучи независимости, а в связи с его статусом «ака».

Ближайшие преемники Бату – Сартак (1256), Улагчи (1256-1257) и Берке (1257-1266) не упоминаются в современных им сочинениях западных авторов, не сохранилось от них и официальных документов. Последнее, впрочем, тоже в определенной степени свидетельствует о том, что ханским титулом ни один из них не обладал.

Зато от Менгу-Тимура (1267-1280), первого золотоордынского правителя, официально объявившего Улус Джучи независимым, а себя – его ханом, сохранилось два ярлыка, однозначно свидетельствовавших о его ханском достоинстве: один был выдан великому князю Ярославу Ярославичу в связи с пожалованием привилегий рижским купцам («немецким гостям», которые, вероятно, также получили от него ярлык), другой – киевскому митрополиту Кириллу с пожалованием льгот русской церкви.

Преемники Менгу-Тимура на протяжении практически целого столетия носили ханский титул, что подтверждают сохранившиеся до нашего времени золотоордынские документы – ярлыки ханов Узбека (1313-1341), Джанибека (1342-1357), Бердибека (1357-1359), Мухаммада Бюлека (1370-1380), а также ряд других документов, упоминающих о ярлыках, выданных ханами Токтой (1291-1312), Азизом

31

(1364-1367), Пулад-Тимуром (между 1361 и 1367 гг.). Сохранились также две пайцзы – металлические дощечки, обычно прилагавшиеся к ханским ярлыкам: они содержат имена ханов Кильдибека (1361-1362) и Абдаллаха (1362-1369). От более позднего времени до нас дошли ярлыки ханов Токтамыша (1379/1381-1395), Тимур-Кутлуга (1397-1399), Улуг-Мухаммада (1419-1437, с перерывами), Ахмата (1465-1481), Муртазы (1494 – ок. 1498). Таким образом, со времени Менгу-Тимура и вплоть до самого падения Золотой Орды в 1502 г. ханский титул ее правителей подкрепляется официальной документацией – ханскими ярлыками, издававшимися ханами на протяжении всего «ханского периода» Золотой Орды (1269-1502).

В западной традиции титул «хан» традиционно переводился как «император». Именно императором именовали ордынского хана западные правители.  В частности, сохранились несколько посланий венецианского дожа Андреа Дандоло к хану Джанибеку и его сановникам, в которых Джанибек именуется «Превосходный и славнейший государь Джанибек, царь царей, благоденствующий император татар и всевозможных стран восточных, государь дивный, превыше всех почитаемый, высоко возвеличенный»!

Конечно, можно предположить, что дож, заинтересованный в подтверждении торговых привилегий своим подданным – венецианским купцам в Азове – мог из лести назвать золотоордынского хана таким цветистым титулом. Однако, как выясняется, императорский титул ордынского монарха признавался европейцами и вне переговоров непосредственно с Золотой Ордой! Весьма интересным подтверждением этого служит итальянский перевод ярлыка Джанибека венецианским купцам Азова, в котором хан именуется magnificus imperator generalis («великий всеобщий император»): в тюркском или персидском оригинале ярлыка хан именовался просто Джанибек, без всякого титула, а итальянский перевод был сделан уже в Венеции «для внутреннего пользования»! Аналогичным образом, хан Золотой Орды именовался императором даже в переговорных документах правителей Венеции и Генуи, в которых ордынские представители также никоим образом не участвовали.

Титул «император» по отношению к хану Золотой Орды (равно как и в самой Западной Европе) означал независимого верховного правителя, не признающего сюзеренитет какого-либо монарха. В качестве такового признавали и хана Золотой Орды, однако в некоторых случаях не обходилось и без курьезов. Так, например, в анонимном французском сочинении «Книга о великом хане», составленном в первой четверти XIV в., содержится следующий пассаж: «Великий хан Китая (cathay) – самый могущественный среди всех королей в мире. Ему подчинены и приносят присягу все великие сеньоры той страны, особенно три великих императора – император Альмалыка (lempereur de cambalech), императора Буссая (lempereur de bussay) и император Узбек (lempereur usbech). Эти три императора посылают ежегодно указанному хану леопардов, быстрых

32

верблюдов, кречетов и огромное количество драгоценных камней, поскольку они признают его своим сеньором и сюзереном… Каково же должно быть могущество великого хана, которому служат столь могущественные сеньоры?». Этот отрывок весьма интересен тем, что, являясь противоречивым по смыслу (император не мог быть подчинен другому монарху!), вместе с тем, отражает вполне реальные события. Дело в том, что в начале XIV в. (около 1304-1305 гг.) правители трех улусов Монгольской империи, прежде выделившихся из ее состава в 1269 г., номинально признали главенство императора Юань, сохранив при этом свои ханские титулы. Согласно документам, включенным в китайскую династийную хронику «Юань-ши» (составлена в 1369 г.), еще в 1350-е гг. хан Джанибек считался князем империи Юань третьей степени и в качестве такового получал даже от ее императора жалование. Впрочем, с середины XIV в. связи европейцев с Китаем были потеряны, и хан Золотой Орды примерно на полтора столетия остался единственным «татарским императором», с которым они взаимодействовали.

И в качестве «императоров» ханы Золотой Орды сумели заполучить в качестве вассалов даже некоторых европейских государей! Так, в частности, когда литовские князья захватили часть земель Южной Руси, вытеснив оттуда чиновников Золотой Орды, они предпочли продолжать признавать эти земли собственностью хана Золотой Орды, а сами за владение ими платили ему дань: впервые это обязательство было закреплено в ярлыке Токтамыша литовскому великому князю Ягайло в 1392/1393 г.. Четкая дифференциация статуса хана Золотой Орды и западных монархов отражается и в соглашении между Токтамышем и великим князем литовским Витовтом 1397/1398 г., согласно которому Витовт, находившийся в зените своего могущества, соглашался оказать поддержку лишившемуся трона Токтамышу, которого обязался посадить, тем не менее, на «царство», а себя – лишь на «великое княжение». Результатом этого соглашения стала битва на Ворскле, после которой побежденный Витовт вынужден был признать себя вассалом уже нового хана Золотой Орды, Тимур-Кутлуга и принять в подчиненном ему Киеве ханского наместника.

Также весьма интересным представляется отметить, что западноевропейские современники не заблуждались и относительно титулов всесильных ордынских временщиков, которые фактически управляли Золотой Ордой, меняя на троне ханов-марионеток. Например, могущественный ордынский темник Мамай, даже в русских летописях нередко именуемый царем (правда, в более позднее время и по политическим причинам), в западных источниках фигурирует как titanus, т. е. «тудун» – так в европейской традиции именовали правителя Крыма, каковым Мамай являлся – или «сеньор». Не обманывались западноевропейские современники и относительно статуса другого могущественного временщика – Едигея, также управлявшего Золотой Ордой около 20 лет. Например, Руи Гонсалес де Клавихо, посол кастильского короля к Аксак Тимуру, именует Едигея «кавалером», четко отличая от «императора Тотамиха» (т. е. Токтамыша). Даже полу-

33

грамотный немецкий солдат-наемник Иоганн Шильтбергер прекрасно ориентировался в иерархии Золотой Орды, у правителей которой ему довелось служить некоторое время: Едигей назван им «вельможей», а всецело подвластные ему ханы Шадибек и Пулад – «королями».

Наиболее интересным в рамках нашего исследования представляются два последних этапа: период многовластия в Золотой Орде, имевший место практически на протяжении всего XV столетия, и период существования независимых ханств – наследников Золотой Орды.

Во время длительной междоусобицы в Золотой Орде, вошедшей в русские летописи под названием «Замятни великой» (1359-1381), одновременно появлялось несколько ханов, каждый из них предъявлял претензии на трон всего Улуса Джучи и, соответственно, имел право на признание в качестве «царя» на Руси и «императора» в Западной Европе. В следующем же столетии Золотая Орда фактически распалась на ряд независимых владений – Тахт-эли («Престольное владение») со столицей в Сарае, Большую Орду в южнорусских землях, Хаджи-Тархан и др. О претензиях правителя каждого из них на общеордынский трон уже речи не шло, но, тем не менее, все они по-прежнему признавались ханами-императорами, что находит подтверждение как в официальных документах, так и в свидетельствах современников.

Так, например, венецианец Иосафат Барбаро сообщает об одновременном существовании двух «императоров» – Улуг-Мухаммада, изгнанного в Казань и Кичи-Мухаммада, правившего в Сарае. Приблизительно в то же время литовский великий князь Свидригайло принимает ярлык от того же Улуг-Мухаммада, признавая себя его вассалом в отношении южнорусских земель. О последних правителях Золотой Орды, сыновьях Ахмад-хана, упомянутый И. Барбаро также приводит весьма интересную информацию, четко различая их статус: старшего, Шейх-Ахмада, он называет gran can («великий хан»), а остальных двоих (Муртазу и Сайид-Ахмада) – «другими татарскими правителями», т. е. его соправителями. Весьма характерно, что при этом он отмечает, что «люди… не представляют себе разницы между великим ханом и Мордасса-ханом», объясняя это тем, что сведения о Золотой Орде европейцы обычно получают в искаженной форме из Стамбула.

Наконец, после падения Золотой Орды в 1502 г. на ее территории возникает ряд самостоятельных государств, каждое из которых возглавляет хан. Однако расстановка сил в них принципиально иная, чем была в Улусе Джучи в период многовластия. Если все ханы распадающейся Золотой Орды считались равными и претендовали в отношениях с Европой на статус «императоров», то теперь между правителями различных татарских ханств устанавливаются отношения как между старшими и младшими, что немедленно отражается и в официальных документах, и в свидетельствах современников.

Фактическим правопреемником ханов Золотой Орды стал крымский хан. Именно крымский правитель Менгли-Гирей в 1502 г. окончательно разгромил хана Шейх-Ахмада, что ознаменовало падение Золотой Орды. Тем не менее, формально прекращение существования Улуса Джучи или Улуг Улуса (именно так называлась Золотая Орда в официальной документации) не было зафиксировано. Напротив, еще в 1657 г. крымский хан Мухаммад-Гирей IV именовал себя в послании к польскому королю Яну-Казимиру «Великой Орды и Великого царства, и Дешт-кипчака, и престольного Крыма, и всех татар, и многих ногаев, и татов с тавгачами, и живущих в горах черкесов великий падишах я, великий хан Мухаммед-Гирей» . Включение в титул хана элементов «Великой Орды» и «Дешт-кипчака» однозначно свидетельствует о претензиях крымских ханов на полноправное преемство от ханов Золотой Орды.

И западные монархи воспринимали их в качестве таковых. В частности, польские короли продолжали признавать свой вассалитет от крымских ханов на южнорусские

34

земли, получать от них ярлыки и выплачивать за них дань Крыму – несмотря на то, что московские государи еще на рубеже XV-XVI вв. отвоевали эти территории и не собирались уступать их ни крымским ханам, ни польским королям. Польский историк начала XVI в. Матвей Меховский называет крымского хана Мухаммад-Гирея «государем Перекопским» и «Крымским императором»; другой польско-литовский историк середины XVI в. Михалон Литвин также называет крымского хана caesar (цезарь, т. е. опять же – император).

Несомненно, и у крымских монархов, и у их западноевропейских дипломатических партнеров были основания считать именно крымского хана основным правопреемником ханов Золотой Орды: в первой половине XVI в. крымские ханы стали проводить активную политику по «собиранию земель» Улуса Джучи под своей властью: еще в первой половине 1520-х гг. Мухаммад-Гирей I захватил Астрахань и посадил там ханом (правда, на очень короткий срок) своего сына Бахадур-Гирея, а в Казани – своего брата Сафа-Гирея. Таким образом, практически все владения Золотой Орды от Поволжья до Черноморья оказались в руках одного семейства Джучидов. Впрочем, с гибелью Мухаммад-Гирея (1523 г.) его амбициозные планы рухнули, и объединение Улуса Джучи в одних руках так и не состоялось. Тем не менее, Крым, как мы имели возможность убедиться, еще на протяжении столетий сохранял право преемства от золотоордынских ханов, признаваемое и в Европе.

Каков же был статус других ханств, образовавшихся после распада Золотой Орды, в глазах монархов Европы? Такие государства, как Астраханское или Сибирское ханство, похоже, вообще не имели контактов с европейскими государями, и потому их статус в глазах европейских монархов определить достаточно сложно. Впрочем, на основании сохранившегося послания сибирского хана Кучума московскому царю Ивану IV можно сделать вывод, что амбиции сибирского Шибанида были отнюдь не велики: он именует себя «вольным (свободным) человеком», т. е., всего лишь  отмечает, что никому не подчиняется; отсутствие у него каких-либо титулов, связанных с прежним наследием Золотой Орды, несомненно, свидетельствует о весьма скромных его притязаниях на былой Тюменский юрт Улуса Джучи. По мнению некоторых исследователей, сибирские ханы в разное время признавали сюзеренитет бухарских или даже казанских ханов.

Несколько больше информации имеется о статусе казанских ханов. Сохранилось несколько ярлыков казанских ханов, в которых (в отличие от их крымских родичей) отсутствуют пышные титулы, свидетельствующие о претензиях на власть над обширными владениями Улуса Джучи: ярлыки ханов Ибрагима (1467-1478) и Сахиб-Гирея (1521-1524) начинаются просто именами ханов.

Постоянный натиск московских государей на Казань периодически заставлял Казанское ханство принимать московский протекторат, что нашло отражение и в свидетельстве современника – Матвея Меховского: «Об их государях, деяниях и генеалогии не пишут, так как они – данники князя Московии и зависят от воли его и в мирной жизни, и на войне, и в деле избрания себе вождей». Однако, когда к власти в Казани приходит враждебная Москве крымская династия Гиреев, новые ханы перестают признавать вассалитет от московских государей и начинают активно налаживать контакты с Европой. Сохранился ряд посланий хана Сафа-Гирея к польскому королю Сигизмунду I, которого он именует «отцом». Таким образом, он признает свой более низкий статус по отношению к польскому королю, а следовательно – и к крымскому хану, который польского короля в своих посланиях называет «братом», т. е.

35

равным по статусу. В этом различии нет ничего удивительного, поскольку казанский хан приходился племянником крымскому хану и, следовательно, признавал себя подчиненным ему правителем – несмотря на то, что оба правителя носили ханский титул и издавали ярлыки, а следовательно, являлись формально независимыми правителями!

Мы не остановились бы на этом моменте, если бы наше внимание не привлек еще один официальный документ, а именно – ярлык крымского хана Сахиб-Гирея I московскому великому князю Ивану IV 1537 г. Крымский хан, в частности, отмечает: «Казаньская земля мой юрт, а Сафа Гиреи царь брат мне». Как известно, казанский Сафа-Гирей приходился крымскому Сахиб-Гирею родным племянником в семейном отношении и вассалом в политическом. Тем не менее, в послании к иностранному государю он именует его «братом», т. е. равным себе. Чем можно объяснить подобный эпитет по отношению к казанскому хану, в подчиненном отношении которого к Крыму у соседних монархов вряд ли были какие-то сомнения?

Полагаем, дело в том, что представители рода Джучидов (тем более, такие близкие родственники, как члены одного семейства Гиреев) старались сохранять в глазах иностранных государей впечатление единства рода и блюсти престиж не только свой, но и своих родичей, вполне логично полагая, что повышение престижа рода влечет и повышение их собственной репутации на международной арене. Называя казанского правителя – своего вассала ханом и своим «братом», крымский хан намекал на собственное могущество: каким же он должен быть великим правителем, если в подчинении у него другие монархи с равным титулом!

Вообще же, тема отношений постордынских ханств, их зависимости друг от друга и соподчиненности, на сегодняшний день представляется очень мало проработанной. Несомненно, во многом на выстраивание взаимоотношений Крыма и Казани, Бухары и Сибири, Астрахани и Большой Орды и пр., на формирование отношений «сюзерен – вассал» большое влияние оказывали самые различные факторы: семейные отношения (представители младшей ветви, правившей в одном юрте, могли признавать главенство старшей ветви, правившей в другом), исторические традиции подчинения одних юртов другим (Тюменский юрт входил в состав Ак-Орды, что давало наследникам последней претендовать на главенство над тюменскими и сибирскими правителями) и пр. Все эти вопросы, безусловно, нуждаются в дополнительном изучении и не входят в задачи настоящей статьи.

Логическим же завершением настоящего исследования будет анализ сообщения, которое содержит намеренное принижение статуса татарских правителей европейским современником (прекрасно отдававшим себе отчет, каков их истинный статус!) в политических целях. Речь идет о сочинении Даниила Принца из Бухова «Начало и возвышение Московии», написанном около 1575 г. по заданию австрийского императора Максимилиана II. В нем, в частности, золотоордынские ханы именуются dux, т. е. «герцог», а правители сравнительно недавно покоренных Казани и Астрахани – неопределенно «князьями или царями».

Несомненно, подобное принижение статуса татарских правителей связано исключительно с нежеланием европейских монархов признавать царский титул московского государя – да и еще в условиях обострения отношений Москвы с Западной Европой в результате Ливонской войны. Притязания московских царей на преемство от правителей Улуса Джучи не были секретом для западных государей, а потому принижение статуса правителей татарских ханств в историко-идеологических сочинениях давало Европе определенные основания отвергать и царский статус московских монархов. Именно этими причинами следует объяснять столь пренебрежительное отношение европейского автора к титулатуре ордынских, казанских и астраханских ханов, а не его незнанием их истинного статуса по отношению к Руси и Европе: как мы неоднократно имели случай убедиться, истинный статус джучидских монархов европейские правители прекрасно знали и выстраивали с ними отношения соответственно.

36

Алишев С. Казан ханлыгы чорындагы татарча чыганаклар. Казань, 2002.

Базилевич К. В. Ярлык Ахмед-хана Ивану III // Вестник Московского университета. 1948. № 1. С. 29-46.

Банзаров Д. Пайзе, или металлические дощечки с повелениями монгольских ханов // Записки Санкт-Петербургского археологического научного общества. Вып. II. 1850. С. 72-97.

Барбаро И. Путешествие в Тану // Барбаро и Контарини о России / Пер., коммент. Е. Ч. Скржинской. М., 1971.

Волков М. О соперничестве Венеции с Генуей // Записки Одесского общества истории и древностей. Т. 4. Отд. 4-5. 1860.

Гильом де Рубрук. Путешествие в восточные страны / Пер. А. И. Малеина, вступит, ст., коммент. М. Б. Горнунга // Путешествия в восточные страны. М., 1997.

Горский А. А. Москва и Орда. М., 2000.

Грамоты Великого Новгорода и Пскова. М.; Л.,. 1949.

Григорьев А. П. Загадка крепостных стен Старого Крыма // Вестник Санкт-Петербургского университета. 2003. Сер. 2. Вып. 4 (№ 26). С. 22-29.

Григорьев А. П. Золотоордынские ярлыки: поиск и интерпретация // Тюркологический сборник. 2005: Тюркские народы России и Великой степи. М., 2006. С. 74-142.

Григорьев А. П. Обращение в золотоордынских ярлыках XIIIXIV вв. // Востоковедение. Вып. 7. 1980. С. 155-180.

Григорьев А. П. Обращение к ордынскому хану и его сановникам в посланиях венецианского дожа // Вестник Санкт-Петербургского университета. 1992. Сер. 2. Вып. 4. С. 6-12.

Григорьев А. П. Сборник ханских ярлыков русским митрополитам: Источниковедческий анализ золотоордынских документов. СПб., 2004.

Григорьев А. П., Григорьев В. П. Коллекция золотоордынских документов XIV века из Венеции: Источниковедческое исследование. СПб., 2002.

Григорьев В. В., Ярцов Я. О. Ярлыки Тохтамыша и Сеадет-Гирея // Записки Одесского общества истории и древностей. 1844. № 1. С. 1-16.

Даниил Принц из Бухова. Начало и возвышение Московии / Пер. И. А. Тихомирова. М., 1877.

Зайцев И. В. Письмо хана Большой Орды Ахмада турецкому султану Мехмеду II Фатиху (881 г. хиджры) // Восточный архив. 1999. № 2-3. С. 4-15.

Иоанн де Плано Карпини. История монгалов / Пер. А. И. Малеина, вступит, ст., коммент. М. Б. Горнунга // Путешествия в восточные страны. М., 1997.

Иоганн Шильтбергер. Путешествие по Европе, Азии и Африке /  Пер. Ф. К. Бруна. Баку. 1984.

Ипатьевская летопись // Полное собрание русских летописей. Т. II. СПб., 1908.

История Казахстана в русских источниках. Т. I: Посольские материалы русского государства (XV-XVII вв.). Алматы: Дайк-Пресс, 2005.

«История Татар» Ц. де Бридиа / Пер. с латыни С. В. Аксенова и А. Г. Юрченко // Христианский мир и «Великая монгольская империя». СПб., 2002.

Киракос Гандзакеци. История Армении / Пер. с древнеарм., предисл. и коммент. Л. А. Ханларян. М., 1976.

Кычанов Е. И. «История династии Юань» («Юань ши») о Золотой Орде // Историография и источниковедение истории стан Азии и Африки. Вып. 19. 2000. С. 146-157.

Матвей Меховский. Трактат о двух Сарматиях / Введ., пер. и коммент. С. А. Аннинского. М.; Л., 1936.

Миргалеев И. М. Политическая история Золотой Орды периода правления Токтамыш-хана. Казань, 2003.

Михалон Литвин. О нравах татар, литовцев и московитян / Пер. В. И. Матузовой. Отв. ред. А. Л. Хорошкевич. М., 1994.

Мустафина Д. Послание царя казанского // Гасырлар авазы – Эхо веков. 1997. № 1-2. С. 26-38.

Мухамедьяров Ш. Ф. Тарханный ярлык казанского хана Сахиб-Гирея 1523 г. // Новое о прошлом нашей страны. Памяти академика М.Н.Тихомирова. М., 1967. С. 104-109.

Памятники русского права. Выпуск третий: Памятники права периода образования русского централизованного государства. XIV-XV вв. М., 1955.

Почекаев Р. Ю. Батый. Хан, который не был ханом. М., 2006. С. 20-27.

Почекаев Р. Ю. Образ Мамая в русском летописании как средство делегитимизации власти ордынского хана // Герои и антигерои в исторической судьбе России: Материалы 35-й

37

всероссийской заочной научной конференции. СПб., 2004. С. 29-34.

Почекаев Р. Ю. Русские земли в татарско-литовских отношениях  и Москва (по данным ханских ярлыков конца XIV – начала XVI в.) // Труды кафедры истории России с древнейших времен до ХХ века. Т. I: Материалы международной научной конференции «Иван III и проблемы российской государственности: к 500-летию со дня смерти Ивана III (1505-2005). СПб.: СПбГУ, 2006. С. 213-229.

Почекаев Р. Ю. Сведения о Золотой Орде в «Книге о великом хане» // Тюркологический сборник. 2006. М., 2007. С. 260-273.

Радлов В. Ярлыки Тохтамыша и Темир-Кутлуга // Записки Восточного отдела Русского археологического общества. Т. III. 1889. С. 1-40.

Руи Гонсалес де Клавихо. Дневник путешествия в Самарканд ко двору Тимура (1403-1406) / Пер. И. С. Мироковой. М.: Наука, 1990.

Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды. Т. II: Извлечения из персидских сочинений, собранные В. Г. Тизенгаузеном и обработанные А. А. Ромаскевичем и С. Л. Волиным. М.; Л., 1941.

Фаизов С. Ф. Письма ханов Ислам-Гирея III и Мухаммед-Гирея IV к царю Алексею Михайловичу  и королю Яну Казимиру. 1654-1658. Москва, 2003.

Флоря Б. Н. Две грамоты хана Сахиб-Гирея // Славяне и их соседи. Славяне и кочевой мир. Вып. 10. М., 2001. С. 236-240.

Флоря Б. Н. Орда и государства Восточной Европы в середине XV века (1430-1460)  // Славяне и их соседи. Славяне и кочевой мир. Вып. 10. М., 2001. С. 172-196.

Фома Сплитский. История архиепископов Салоны и Сплита / Вступ. ст., пер. и коммент. О. А. Акимовой. М., 1997.

Хади Атласи. История Сибири / Пер. с татар. яз. А. И. Бадюгиной. Казань, 2005.

Хрестоматия по истории Средних веков. Т. И. Х-ХУ века. М., 1963.

Simon de Saint-Quentin. Histoire des Tartares / Publiee par J. Richard. Paris, 1965.

// Золотоордынская цивилизация. Сборник статей. Выпуск 1 / Гл. ред. И. М. Миргалеев. Казань: Институт истории им. Ш. Марджани АН РТ, 2008. С. 29-37.

* К вопросу о переходе власти в государствах Чингизидов (2).

См.: Почекаев Р. Ю. Батый. Хан, который не был ханом. М., 2006. С. 20-27.

Иоанн де Плано Карпини. История монгалов / Пер. А. И. Малеина, вступит, ст., коммент. М. Б. Горнунга // Путешествия в восточные страны. М., 1997. С. 71.

«История Татар» Ц. де Бридиа / Пер. с латыни С. В. Аксенова и А. Г. Юрченко // Христианский мир и «Великая монгольская империя». СПб., 2002. С. 110.

Simon de Saint-Quentin. Histoire des Tartares / Publiee par J. Richard. Paris, 1965. XXXII, 34, 40.

Хрестоматия по истории Средних веков. Т. И. Х-ХУ века. М., 1963. С. 714.

Фома Сплитский. История архиепископов Салоны и Сплита / Вступ. ст., пер. и коммент. О. А. Акимовой. М., 1997. С. 114, 120.

Гильом де Рубрук. Путешествие в восточные страны / Пер. А. И. Малеина, вступит, ст., коммент. М. Б. Горнунга // Путешествия в восточные страны. М., 1997. С. 123.

Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды. Т. II: Извлечения из персидских сочинений, собранные В. Г. Тизенгаузеном и обработанные А. А. Ромаскевичем и С. Л. Волиным. М.; Л., 1941. С. 15; Киракос Гандзакеци. История Армении / Пер. с древнеарм., предисл. и коммент. Л. А. Ханларян. М., 1976. С. 218; Ипатьевская летопись // Полное собрание русских летописей. Т. II. СПб., 1908. С. 829.

Грамоты Великого Новгорода и Пскова. М.; Л.,. 1949. С. 57; Памятники русского права. Выпуск третий: Памятники права периода образования русского централизованного государства. XIV-XV вв. М., 1955. С. 467-468. См. также: Григорьев А. П. Сборник ханских ярлыков русским митрополитам: Источниковедческий анализ золотоордынских документов. СПб., 2004. С. 7-44.

См.: Григорьев В. В., Ярцов Я. О. Ярлыки Тохтамыша и Сеадет-Гирея // Записки Одесского общества истории и древностей. 1844. № 1. С. 1-16; Григорьев А. П., Григорьев В. П. Коллекция золотоордынских документов XIV века из Венеции: Источниковедческое исследование. СПб., 2002; Григорьев А. П. Сборник ханских ярлыков русским митрополитам: Источниковедческий анализ золотоордынских документов.

См.: Банзаров Д. Пайзе, или металлические дощечки с повелениями монгольских ханов // Записки Санкт-Петербургского археологического научного общества. Вып. II. 1850. С. 72-97.

Радлов В. Ярлыки Тохтамыша и Темир-Кутлуга // Записки Восточного отдела Русского археологического общества. Т. III. 1889. С. 1-40; Базилевич К. В. Ярлык Ахмед-хана Ивану III // Вестник Московского университета. 1948. № 1. С. 29-46; Зайцев И. В. Письмо хана Большой Орды Ахмада турецкому султану Мехмеду II Фатиху (881 г. хиджры) // Восточный архив. 1999. № 2-3. С. 4-15; Горский А. А. Москва и Орда. М., 2000. С. 199-200; Григорьев А. П. Золотоордынские ярлыки: поиск и интерпретация // Тюркологический сборник. 2005: Тюркские народы России и Великой степи. М., 2006. С. 74-142.

Григорьев А. П. Обращение к ордынскому хану и его сановникам в посланиях венецианского дожа // Вестник Санкт-Петербургского университета. 1992. Сер. 2. Вып. 4. С. 7.

См.: ; Григорьев А. П., Григорьев В. П. Коллекция золотоордынских документов XIV века из Венеции. С. 45, 74.

Волков М. О соперничестве Венеции с Генуей // Записки Одесского общества истории и древностей. Т. 4. Отд. 4-5. 1860. С. 186.

Перевод наш, цит. по.: Почекаев Р. Ю. Сведения о Золотой Орде в «Книге о великом хане» // Тюркологический сборник. 2006. М., 2007. С. 261-262.

Кычанов Е. И. «История династии Юань» («Юань ши») о Золотой Орде // Историография и источниковедение истории стан Азии и Африки. Вып. 19. 2000. С. 157.

См.: Миргалеев И. М. Политическая история Золотой Орды периода правления Токтамыш-хана. Казань, 2003. С. 96-97; Почекаев Р. Ю. Русские земли в татарско-литовских отношениях  и Москва (по данным ханских ярлыков конца XIV – начала XVI в.) // Труды кафедры истории России с древнейших времен до ХХ века. Т. I: Материалы международной научной конференции «Иван III и проблемы российской государственности: к 500-летию со дня смерти Ивана III (1505-2005). СПб.: СПбГУ, 2006. С. 215.

Миргалеев И. М. Политическая история Золотой Орды периода правления Токтамыш-хана. С. 145-146.

См. подробнее: Почекаев Р. Ю. Образ Мамая в русском летописании как средство делегитимизации власти ордынского хана // Герои и антигерои в исторической судьбе России: Материалы 35-й всероссийской заочной научной конференции. СПб., 2004. С. 29-34.

Григорьев А. П. Обращение в золотоордынских ярлыках XIIIXIV вв. // Востоковедение. Вып. 7. 1980. С. 172-173; Он же. Загадка крепостных стен Старого Крыма // Вестник Санкт-Петербургского университета. 2003. Сер. 2. Вып. 4 (№ 26). С. 28.

Руи Гонсалес де Клавихо. Дневник путешествия в Самарканд ко двору Тимура (1403-1406) / Пер. И. С. Мироковой. М.: Наука, 1990. С. 142.

Иоганн Шильтбергер. Путешествие по Европе, Азии и Африке /  Пер. Ф. К. Бруна. Баку. 1984. С. 35.

Барбаро И. Путешествие в Тану // Барбаро и Контарини о России / Пер., коммент. Е. Ч. Скржинской. М., 1971. С. 140-141.

Флоря Б. Н. Орда и государства Восточной Европы в середине XV века (1430-1460)  // Славяне и их соседи. Славяне и кочевой мир. Вып. 10. М., 2001. С. 181.

Барбаро И. Путешествие в Тану. С. 156;, см. также прим. 125.

Фаизов С. Ф. Письма ханов Ислам-Гирея III и Мухаммед-Гирея IV к царю Алексею Михайловичу  и королю Яну Казимиру. 1654-1658. Москва, 2003. С. 115.

См. подробнее: Почекаев Р. Ю. Русские земли в татарско-литовских отношениях и Москва (по данным ханских ярлыков конца XIV – начала XVI в.). С. 226-228.

Матвей Меховский. Трактат о двух Сарматиях / Введ., пер. и коммент. С. А. Аннинского. М.; Л., 1936. С. 90; Михалон Литвин. О нравах татар, литовцев и московитян / Пер. В. И. Матузовой. Отв. ред. А. Л. Хорошкевич. М., 1994. С. 64-65.

См., напр.: Хади Атласи. История Сибири / Пер. с татар. яз. А. И.Бадюгиной. Казань, 2005. С. 48-49.

См.: Алишев С. Казан ханлыгы чорындагы татарча чыганаклар. Казань, 2002. с. 4, 9; Мухамедьяров Ш. Ф. Тарханный ярлык казанского хана Сахиб-Гирея 1523 г. // Новое о прошлом нашей страны. Памяти академика М. Н.Тихомирова. М., 1967. С. 104-109.

Матвей Меховский. Трактат о двух Сарматиях. С. 92.

Мустафина Д. Послание царя казанского // Гасырлар авазы – Эхо веков. 1997. № 1-2. С. 26-38.

См.: История Казахстана в русских источниках. Т. I: Посольские материалы русского государства (XV-XVII вв.). Алматы: Дайк-Пресс, 2005. С. 33.

Флоря Б. Н. Две грамоты хана Сахиб-Гирея // Славяне и их соседи. Славяне и кочевой мир. Вып. 10. М., 2001. С. 237.

Даниил Принц из Бухова. Начало и возвышение Московии / Пер. И. А. Тихомирова. М., 1877. С. 14, 16.


 

А также другие работы, которые могут Вас заинтересовать

34151. Понятие «рынок» и «рыночная экономика» 14.23 KB
  Рынок возникает и развивается вместе с разделением труда в обществе задолго до формирования рыночной экономики. В современной экономической литературе понятия рынок и рыночная экономика употребляются в одном и том же значении: для характеристики рыночной экономики одновременно понимаемой и как рынок. Рынок это одна из важнейших категорий товарного хозяйства выражающая его наиболее существенные связи и отношения связанные с обменом.
34152. Спрос 17.46 KB
  Объем спроса это количество товара которое покупатели желают приобрести за некоторый период например день или год. Объем спроса зависит от цены данного товара цены других товаров товаровзаменителей доходов покупателей и их вкусов. Графическое выражение между ценой товара и величиной спроса предъявляемого покупателями на этот товар называется кривой спроса. Кривая спроса обычно является убывающей.
34153. Объем предложения товара 16.06 KB
  Объем предложения товара это количество товара которое продавцы желают продать за некоторый период например день или год. Объем предложения зависит от цены товаров от цены используемых в производстве ресурсов имеющихся в распоряжении товаропроизводителей и других факторов. Важно отличать объем предложения от объема производства: не все что создано производителем предлагается к продаже и не все что продается обязательно покупается. Объем предложения определяется только поведением продавцов тогда как объем продаж определяется и...
34154. Равновесная цена 14.49 KB
  Взаимодействие предложения и спроса приведет к установлению рыночной цены или равновесной цены. Равновесная цена это цена при которой объем спроса равен объему предложения и этот объем является соответственно равновесным. Возможны четыре варианта взаимодействия спроса и предложения: 1 возрастание спроса на товар кривая его двигается вправо; 2 уменьшение спроса на товар кривая его двигается влево; 3 возрастание предложения на товар кривая его двигается вправо; 4 уменьшение предложения на товар кривая его двигается влево.
34155. Главный фактор потребности выбора 16.57 KB
  Потребляя те или иные блага люди тем самым как бы оценивают их полезность для себя. Главный фактор потребности выбора полезность того или иного товара это категория применяемая для характеристики результатов эффективности экономических решений или деятельности. В более ограниченном смысле полезность определяется как субъективная польза извлекаемая индивидом из потребления товара или услуги. Полезность означает способность экономического блага товара услуги удовлетворять определенные потребности людей.
34156. ПОТРЕБИТЕЛЬСКИЙ ВЫБОР 22.98 KB
  Изменение цены какоголибо товара влияет на объем спроса через эффект дохода и эффект замещения. Эффект дохода возникает поскольку изменение цены данного товара увеличивает при снижении цены или уменьшает при повышении цены реальный доход или покупательную способность потребителя. Эффект замещения замены возникает в результате относительного изменения цен. Эффект замещения способствует росту потребления относительно подешевевшего товара тогда как эффект дохода может стимулировать и увеличение и сокращение потребления товара или быть...
34157. Инфраструктура рынка 15.91 KB
  Основные элементы инфраструктуры рынка. Условно рыночную инфраструктуру можно подразделить по видам объединений баз субъектов инфраструктуры главная задача которых обеспечение функционирования рынка. Среди таких объединений выделяют: 1 организационные объединения рыночной инфраструктуры биржи оптовые брокерские дилерские и другие посреднические организации коммерческие структуры крупных промышленных объединений комбинатов концернов предприятия мелкооптовой и розничной торговли; 2 материальную базу рыночной инфраструктуры...
34158. Фирма 14.37 KB
  Фирма может быть огромной и небольшой но в любом объеме обладает определенными преимуществами: а сокращение трансакционных издержек; б сокращение средних издержек производства; в эффект организованного процесса. В процессе производства товаров и услуг затрачивается живой и прошлый труд. издержки производства. Влиять на ход и результативность производства она может лишь путем изменения интенсивности использования своих мощностей.
34159. Издержки производства в долгосрочном периоде 21.87 KB
  Особенность изменения затрат и издержек производства в долгосрочном периоде рождает необходимость анализа этих затрат и издержек на основе долгосрочных средних и предельных издержек. Закономерностью изменения долгосрочных средних издержек является их первоначальное снижение с расширением производственных мощностей и ростом объема производства. Однако в итоге ввод все больших и больших мощностей приведет к увеличению долгосрочных средних издержек. Графическим выражением связи между издержками производства единицы продукции и объемом выпуска в...