65168

К вопросу о переходе власти в государствах Чингизидов. Золотая Орда в 1358-1362 гг.: династический кризис и феномен самозванства

Научная статья

История и СИД

Также мы попытаемся разобраться с проблемой самозванства ряда претендентов на трон в этот период – кажется единственный беспрецедентный период в истории Золотой Орды когда к власти приходили правители с сомнительным происхождением.

Русский

2014-07-26

153 KB

1 чел.

Р. Ю. Почекаев (Санкт-Петербург)

К вопросу о переходе власти в государствах Чингизидов (4).

Золотая Орда в 1358-1362 гг.: династический кризис и феномен самозванства

            Постановка проблемы. Начало сильнейшего политического кризиса в Золотой Орде второй половины XIV в., известный по русским летописям как «Замятня великая», традиционно принято относить к 1359 г.: в этом году был убит (или умер) Бердибек, последний законный хан из дома Бату, после чего началась борьба за власть между различными ветвями разветвленного семейства Джучидов. Полагаем, что начало смуты следует относить все же к 1358 г.: именно в этом году, при живом и легитимном хане Бердибеке предъявил права на трон Кульна, начавший чекан собственной монеты и, в конце концов, сменивший Бердибека на троне.

            В рамках настоящей статьи мы намерены рассмотреть события 1358-1362 гг., которые можно условно считать первым этапом великой ордынской смуты. В качестве хронологических границ этого этапа мы берем рубеж 1358-1359 гг. (узурпация Кульны) и сентябрь 1362 г. (воцарение хана Абдаллаха, в лице которого темник Мамай сумел вернуть под власть дома Бату хотя бы часть Золотой Орды). Нас интересует, прежде всего, вопрос легитимности претензий на власть представителей различных ветвей рода Джучидов, их основания для занятия престола. Также мы попытаемся разобраться с проблемой «самозванства» ряда претендентов на трон в этот период – кажется, единственный, беспрецедентный период в истории Золотой Орды, когда к власти приходили правители с сомнительным происхождением.

            Согласно распространенному в историографии мнению, с Бердибеком пресеклась прямая линия потомков Бату. Однако стоит обратить внимание, что первыми эту мысль высказали историки ханов-Джучидов из других ветвей, заинтересованных в легитимации претензий своих патронов на власть и трон – в частности, Шибанидов (Утемиш-хаджи, Абу-л-Гази-хан). У авторов, не ставивших перед собой такой задачи (русские летописцы, тимуридские историки), подобная версия отсутствует. Так, персидский автор начала XVII в. Хайдар Рази сообщает, что «никто из этого поколения не достиг царства», не утверждая при этом, что весь род был истреблен Бердибеком. В более поздней же восточной историографической традиции прямо указывалось, что после смерти Бердибека не осталось в живых лишь достойных власти потомков ханского рода, а не членов рода Узбека вообще!

            Возможно, именно в этом и следует видеть ответ на вопрос о причинах династического кризиса в Золотой Орде? По-видимому, правящая ветвь Бату в силу отрицательных личных качеств и недостойных деяний ее последних представителей перестала считаться достойной трона. Подобные прецеденты в истории чингизидских государств бывали и ранее: так, на курултае в Монголии в 1251 г. было принято решение от отстранении от трона потомков Угедэя и его старшего сына Гуюка за их преступления против рода и о возведении на

40

трон Мунке – сына Тулуя, четвертого сына Чингис-хана.

Подобно тому, как деяния потомков Угедэя-Гуюка дали повод признать их недостойными трона (несмотря на то, что Чингис-хан официально завещал трон Монгольской империи своему третьему сыну Угедэю и его семейству), поступки членов рода Бату также не позволили им сохранить трон Золотой Орды, несмотря на харизму и авторитет их родоначальника.

Впрочем, поначалу речь шла, вероятно, лишь об отстранении от власти потомков хана Узбека: его радикальные преобразования в различных сферах и злодеяния его самого и его преемников Джанибека и Бердибека, пришедших к власти через многократные братоубийства, восстановили ордынскую знать против этого семейства. По-видимому, именно в связи с этим и был выдвинут на трон Кульна – довольно таинственный персонаж, начавший борьбу за власть с Бердибеком и носивший ханский титул в 1358-1359/1360 гг.

Кульна. Отсутствие сведений о Кульне в восточных источниках, краткие упоминания о нем в русских летописях, да сохранившиеся монеты с его именем вызывают противоречивые мнения исследователей об этом хане.

Одни полагают, что это был первый самозванец на троне Золотой Орды, выдавший себя за одного из сыновей Джанибека, убитых Бердибеком. Другие видят в нем представителя другой ветви Джучидов, не потомка Бату. Особняком стоят версии двух историков: Ш. Марджани называет Кульну малолетним сыном Бердибека, а  А. П. Григорьев считает его братом и законным наследником Джанибека, т. е. дядей Бердибека. Все эти версии представляются недостаточно аргументированными.

Прежде всего, вряд ли Кульна мог быть самозванцем – авантюристом без роду и племени: смута в это время еще только начиналась, живы были многие аристократы, лично знавшие всех представителей ханского рода, да и сам факт выдвижения на престол не-Чингизида под видом Чингизида представляется слишком уж радикальным. В истории Чингизидов нам известны примеры, когда потомков Золотого рода подменяли на троне самозванцами, но их очень быстро разоблачали, что приводило к печальному концу и их самих, и тех, кто их возводил на трон. В частности, очень быстро был раскрыт заговор матери хивинского хана Эренга, которая в 1694 г. скрыла скоропостижную смерть сына и возвела на трон Хивы своего племянника-туркмена, очень похожего на Эренга: вскоре и ханша, и ее ставленник были разоблачены и преданы казни. Аналогичным образом был разоблачен Абд ал-Амин-султан, самозваный сын Ибадаллах-султана Шайбанида, ставший правителем Балха: вскоре, в 1600 г. он был казнен сторонниками законных султанов-Шайбанидов. Еще один пример – лже-Абд ал-Гаффар-хан, называвший себя сыном Баба-султана Шайбанида (на самом деле убитого много лет назад) и провозглашенный в 1603 г. ханом каракалпаков: в 1605 г. он был убит казахским ханом Ишимом. Обратим внимание, что в исторических источниках прямо зафиксировано, что все вышеперечисленные узурпаторы были разоблачены и казнены именно как самозванцы, незаконно претендовавшие на трон. Что же касается Кульны, то версия о его самозванстве принадлежит современным исследователям и не отражена ни в одном средневековом источнике – ни в русском, ни в восточном. Нам представляется, что вышеприведенные аргу-

41

менты опровергают версию о самозванстве Кульны.

Версия Ш. Марджани о том, что Кульна был сыном Бердибека, отпадает по одной простой причине: по версии татарского историка, Кульне при вступлении на трон было 6 лет, тогда как в русских летописях сообщается, что он был убит годом позже вместе с двумя собственными сыновьями. 

Версия А. П. Григорьева о том, что Кульна был братом и наследником Джанибека, не может быть принята сразу по нескольким причинам. Во-первых, ни в одном источнике такая степень их родства не упоминается. Исследователь, высказав в одном своем произведении осторожное предположение о нем, в другой своей работе преподносит эту гипотезу как установленный факт, ссылаясь на свою же предыдущую работу. Во-вторых, мы отрицаем такое родство еще и на основании вышеприведенного описания политической ситуации в Золотой Орде к 1358-1359 гг.: аристократия, недовольная деятельностью рода Узбека вряд ли была готова сместить Бердибека и заменить его таким же представителем рода Узбека!

Наиболее вероятной, таким образом, остается версия о происхождении Кульны от одного из младших сыновей Джучи, однако, по некотором размышлении, мыс клоны пересмотреть и ее. Потомки Бату правили Золотой Ордой без перерыва почти целый век (с воцарения Менгу-Тимура в 1266 г.), еще были живы многие представители этого рода, так что возведение на трон представителя боковой ветви Джучидов было бы слишком большим вызовом установившейся традиции. Для этого должны были сложиться соответствующие обстоятельства, которые в дальнейшем и привели к смуте – об этом мы поговорим несколько ниже. В 1358-1359 гг. же такой претендент не был бы принят сарайской аристократией, тогда как Кульна после смерти Бердибека (предположительно в августе 1359 г.) немедленно был признан ханом в столице.

Итак, кем же все-таки был Кульна и кто способствовал его приходу к власти?

Мы полагаем, что Кульна, скорее всего, принадлежал к дому Бату, но не к той ветви, из которой происходили Узбек и его потомки. Выдвигая такого претендента на трон, его сторонники, с одной стороны, следовали прежней традиции возведения на трон потомка Бату, опирающегося на харизму своего предка, с другой – отодвигали от власти род Узбека, провозглашая ханом не менее легитимного монарха. Что же касается этих самых сторонников, то предположение о том, кто они были, дает сделать информация о сыновьях Кульны (вскоре убитых вместе с отцом): ханских детей, согласно русским летописям, звали… Иван и Михаил!

По-видимому, Кульна был ставленником ордынских аристократов-реваншистов, которых не устраивала ни военная, ни религиозная политика Узбека. Вполне возможно, что Кульну поддержали ордынские христиане несторианского толка, «недорезанные» Узбеком, а может быть, даже и русские князья. Демонстрируя возврат к прежней религиозной толерантности, Кульна дал своим сыновьям христианские имена, а возможно, и сам заменил свое мусульманское имя на прежнее тюркское – не исключено, что именно по этой причине Кульна отсутствует в родословных Джучидов: весьма вероятно, что там он фигурирует под мусульманским именем, которое был вынужден принять в результате реформ Узбека. Подобная его политика, скорее всего и предопределила его «забвение» в последующей ордынской и пост-ордынской восточной историографии: ханы-мусульмане и их «правоверные» историки постарались вычеркнуть память о хане-«еретике». 

Несмотря на отход от политики Узбека и его семейства, Кульна оказался, как видно, не меньшим «радикалом», чем его предшественники, а его сторонники ждали от него отнюдь не этого. Золотой Орде, измученной масштабной преобразовательной деятельностью Узбека, его и Джанибека нескончаемыми войнами, требовался отдых. В результате  Кульна не встретил поддержки и одобрения со стороны большинства ордынской аристократии и населения и очень скоро (на рубеже 1359-1360 гг.) был свергнут и убит очередным претендентом на трон – Наурусом. 

42

Но кто же такой был, в свою очередь, этот Наурус?

Наурус. Убийца и преемник Кульны, Наурус (или Мухаммад Наурузбек), также весьма туманно представлен в историографии с точки зрения генеалогии. Одни исследователи считают его родным братом Бердибека и Кульны, т. е. сыном Джанибека. Другие называют его самозванцем – авантюристом, опять же подобно Кульне. Наконец, имеется и третья версия, согласно которой он является потомком одного из младших сыновей Джучи. Эта версия представляется нам наиболее убедительной. Однако как же получилось, что на этот раз к власти все-таки пришел не потомок Бату, а «побочный» Джучид? Ответ прост: благодаря династическому браку.

Наурус являлся ставленником известной ордынской ханши Тайдулы (Тай-Туглы-бегим). Эта властная супруга Узбека, мать Джанибека и бабка Бердибека в течение десятилетий находилась у кормила ордынской политики. Воцарение Кульны лишало ее всяческих надежд на сохранение власти: новый хан имел все легитимные права на трон и не нуждался в поддержке властной старухи, являвшейся олицетворением политики Узбека и его семейства. Сама же Тайдула к ханскому роду не принадлежала и поэтому не имела причин надеяться сохранить даже влияние в семейном совете при новом хане.

Для престарелой ханши оставался лишь один способ сохранить власть – возвести на трон послушную марионетку и править от имени такого подставного хана. Новый хан должен был быть прямым потомственным Джучидом, но при этом происходить не из дома Бату: последние, как отмечалось выше, и так имели наиболее законные права на трон и в поддержке Тайдулы не нуждались (именно поэтому Наурус не мог происходить из рода Бату). И ханша обратила взор на представителей младших ветвей семейства Джучи.

Таким образом, Тайдула ради удовлетворения своих личных амбиций фактически «выпустила джинна из бутылки»: благодаря браку с ней, ханшей, представитель младшей ветви Джучидов приобретал легитимные права на трон. Но, создавая такой прецедент, ханша не учла, что другие «младшие» Джучиды, до сих пор мирившиеся с гегемонией всего лишь одной ветви – дома Бату – вовсе не станут равнодушно смотреть, как к власти приходят представители других младших семейств Джучидов, и сами поспешат вмешаться в борьбу за трон. Не будет преувеличением сказать, что эта роковая оплошность Тайдулы и стала причиной дальнейшей многолетней смуты, борьбы за власть сразу нескольких семейств Джучидов. Однако вернемся к ее матримониальным планам.

Выбор Тайдулы изначально пал на Махмуда Хызра – потомка Шибана, пятого сына Джучи. Однако, согласно Утемишу-хаджи, этот царевич не пожелал становиться марионеткой властной старухи, и ей пришлось срочно менять матримониальные планы: ее новым женихом стал Базарджи, принадлежавший к потомкам следующего по старшинству сына Джучи – Тангута. Почему не другой Шибанид? Возможно, потому что Хызр-оглан в это время был старейшиной своего рода, и вряд ли кто-то из членов его семейства решился бы действовать в обход своего патриарха (повторимся, что речь идет еще лишь о первоначальном периоде золотоордынской смуты, когда еще сохранялись некие иллюзии относительно прав наследования и старшинства, которые были полностью забыты уже несколько лет спустя).

Базарджи при помощи Тайдулы и ее сторонников уже на рубеже 1359-1360 гг. покончил с Кульной, которому так и не помогли русские князья, на поддержку которых он надеялся: после смерти великого князя Ивана Ивановича Московского на Руси началась борьба за великокняжеский престол, и претенденты были готовы поддерживать не наиболее легитимного хана, а того, кто выдаст ярлык всеми поддержанному великому князю. Этого-то Базарджи-хана ряда восточных летописей современные исследователи и отождествляют с Наурусом – Мухаммадом Наурузбеком, известным по восточным и русским летописям и

43

монетам. Возможно, Наурус – тронное (или просто мусульманское) имя Базарджи. Под влиянием Тайдулы он начал частичное возвращение к политике рода Узбека: уже тронное имя нового хана указывает на возврат к мусульманской политике, а своим бекляри-беком он назначил Могул-Бугу, который неоднократно занимал этот пост при Узбеке и его потомках.

Однако позиции Науруса были не слишком устойчивы. Во-первых, он принадлежал к не очень-то влиятельной ветви Джучидов. Во-вторых, ни для кого не было тайной, что он являлся марионеткой ханши Тайдулы. В-третьих, возвращение к власти и ханши, и Могул-Буги, олицетворявших собой правление Узбека, с последствиями которого и боролась-то ордынская аристократия. Как видим, поводов для свержения Науруса у знати хватало. Ей был необходим только предводитель, который осмелился бы бросить вызов всесильной ханше и ее приверженцам. Ситуацией тут же воспользовался вышеупомянутый Махмуд Хызр, «несостоявшийся жених» Тайдулы.

Хызр-хан и его семейство. Отказавшись от брака с престарелой ханшей, Хызр, тем не менее, не собирался отказываться и от трона, который она ему посулила в свое время. Поскольку именно на него первого пал выбор могущественной вдовы Узбека, Хызр решил, что он имеет прав на власть не меньше, чем потомки Бату и, уж конечно, в любом случае больше, чем Наурус, потомок Тангута (младшего брата Шибана) – особенно после устранения Кульны, законного потомка Бату. Возможно, уже при Хызре начинает формироваться нашедшая отражение в более поздних шибанидских исторических сочинениях политическая концепция о том, что потомки Шибана еще со времен ханов из дома Бату (или, как минимум, Узбека) признавались в своем улусе в ханском достоинстве. 

Все эти факторы позволили Хызру вскоре провозгласить себя ханом и начать чеканку собственной монеты. А вскоре во главе своих войск двинулся на Сарай, захватил Науруса, преданного сарайскими эмирамии занял трон. Незадачливый Наурус был убит, равно как и ханша Тайдула. Кроме того, погибли многие родственники и подчиненные бекляри-бека Могул-Буги, известные в русских источниках как «моалбузина чадь». 

Приход Хызра к власти означал подлинный переворот в династической истории Золотой Орды. Прежде всего, впервые к власти пришел хан, ничем не связанный с домом Бату, кроме отдаленного родства по линии общего предка – Джучи. Кроме того, Хызр не был даже ставленником сарайской аристократии (хотя, согласно сообщениям русских летописцев, ее представители и вошли в сговор с ним, чтобы свергнуть Науруса): он опирался на пришедших вместе с ним шибанидских эмиров и их войска.

Наспех сформированные «признаки легитимности», которые, по мнению Хызра, должны были способствовать его признанию столичной знатью, особого успеха не имели: сарайские эмиры заняли выжидательную позицию, не рискуя выступить против многочисленных шибанидских войск нового хана. Его приход к власти знаменовал собой начало «вседозволенности» в борьбе за власть, и теперь многочисленные потомки Джучи, не сдерживаемые уже прежним пиететом к харизме Бату и его рода, ринулись в схватку за ордынский трон.

Уже на рубеже 1360-1361 гг. в Синей Орде произошел переворот, в результате которого там возникло самостоятельное ханство. Как известно, еще около 1329 г. хан Узбек подавил мятеж местного династа Мубарак-ходжи, потомка Орду-Ичена и заменил синеордынских правителей-Ордуидов назначаемыми наместниками из рода Кийат. В 1330-1350-е гг. Синяя Орда находилась под властью эмиров Исатая, его сына Чир-Кутлуга, от которого перешла к

44

его сыну Тенгиз-Буге. Последний, узнав о смерти хана Бердибека, естественно, забеспокоился по поводу сохранения своей власти (новый хан мог и не подтвердить его полномочий правителя) и принял решение возвести на трон собственного подставного хана, при котором он мог бы по-прежнему управлять Синей Ордой. Его выбор пал на Кара-Ногая, потомка Туга-Тимура, тринадцатого сына Джучи: этот царевич был прямым Чингизидом и, следовательно, имел права на трон, но при этом из недостаточно знатной ветви, чтобы уверенно чувствовать себя на троне. Однако Кара-Ногай оказался весьма амбициозным и властолюбивым монархом: он стал во главе заговора восточных Джучидов, в результате которого Тенгиз-Буга был лишен власти и убит. Синяя Орда полностью вышла из-под контроля Сарая, превратившись на двадцать лет в самостоятельное государство. Вполне вероятно, что амбиции Кара-Ногая также подогрел пример захвата Сарая Хызром, формально имевшим не больше прав на трон, чем потомки Туга-Тимура.

Если даже у Хызра и были планы по свержению Кара-Ногая и возвращению Синей Орды под власть Сарая, реализовать он их не успел, поскольку в конце 1361 г. ему пришлось противостоять новому претенденту на трон – Орду-Мелику, также потомку Туга-Тимура. Последний был авантюристом чистой воды: он не принадлежал даже к старшей ветви Туга-Тимуридов и намеревался захватить столицу и ханский трон исключительно силой оружия, рассчитывая на внезапность своего нападения. И в самом деле, ему это удалось: во время его нападения на Сарай Хызр-хан погиб. Его родичам вместе с сарайской знатью удалось отстоять столицу, но после этого родственники Хызра схлестнулись между собой, поскольку не могли решить вопрос, кому быть его преемником – сыну Тимур-ходже или брату Мюриду. Проблема престолонаследия, также послужившая одной из причин долговременности «Великой замятни», в свою очередь являлась следствием отказа от наследия Узбека, установившего порядок перехода власти от отца к сыну. Отказавшись от этого революционного в семействе Чингизидов, но простого и логичного порядка наследования, Чингизиды сами создали для себя дополнительные проблемы. 

В конечном счете временную победу одержал Тимур-ходжа, которому удалось установить контроль над Сараем ранее дяди и изгнать последнего. Тем не менее, победа его была далеко неполной: Мюрид не пожелал отказываться от претензий на трон и в то же самое время провозгласил себя ханом в Укеке и Гюлистане.

В это-то время, наконец, подняли головы сарайские эмиры, ранее опасавшиеся могущественного Хызра. Возмущенные «династическим беспределом», происходящим в столице, многие эмиры со своими войсками покинули столицу и двинулись в стороны Крыма, тем самым существенно ослабив силы Тимур-ходжи, чьи позиции и без того были довольно шаткими. Согласно русским летописям, спустя всего несколько дней после своего воцарения,

45

Тимур-ходжа бежал из столицы за Волгу. Город тут же попал в руки Орду-Мелика.

На этот раз к власти пришел монарх, даже не потрудившийся найти хотя бы признаки легитимности своего правления! Естественно, такой монарх не мог продержаться на троне длительный срок. Однако ему необходимо было противопоставить законного претендента на трон, и поиски такового позволили Орду-Мелику владеть Сараем еще около месяца.

«Исход» столичной знати из Сарая, согласно русским летописям, возглавил эмир Мамай. Зять и, вероятно, бекляри-бек хана Бердибека, он безусловно, относился к влиятельной сарайской знати, а в силу своих родственных связей – еще и к ближайшим сторонникам дома Узбека. Соответственно, в период правления Кульны, Науруса и Хызра он не являлся приверженцем этих монархов, но вместе с тем и не подвергался преследованию с их стороны – возможно потому, что за ним стояли его могущественные родичи-кийаты в Крыму и в Синей Орде.

Есть все основания полагать, что решительные действия Мамая были связаны с тем, что на рубеже 1360-1361 гг. в результате переворота в Синей Орде он лишился поддержки своих могущественных восточных родичей, свергнутых ханом Кара-Ногаем, и потому не мог уже чувствовать себя уверенно и в Сарае. Поэтому нет ничего удивительного в том, что он поспешил покинуть столицу вместе со своими приверженцами и вместе с уцелевшими членами дома Бату (Узбека?) направился во владения крымских кийатов.

Происхождение Мамая и его близость к дому Узбека не позволили ему сразу занять главенствующее положение в оппозиции новым сарайским ханам. Поддержавшие его «исход» из столицы эмиры некоторое время спустя предпочли ему Яглыбая, сына Тоглубая из племени бахрин, отец которого, впрочем, тоже был тесно связан с Бердибеком: по некоторым источникам именно он, якобы, подготовил       заговор Бердибека против его отца Джанибека и родичей, а затем и погиб вместе с ним. Однако, в отличие от Мамая, Тоглубай не занимал важных постов при Бердибеке и сумел стать лишь даругой (или даже начальником таможни) в Азаке – по-видимому, хан не слишком-то доверял своему сообщнику.

Яглыбай, по-видимому, унаследовавший от отца главенство над племенем бахрин, и сам лично не замешанный в преступлениях последних ханов из дома Бату, представлялся сарайским эмирам, вероятно, более подходящим лидером, чем Мамай и больше подходил на роль бекляри-бека. Но бекляри-беком его мог назначить только хан. А ханом в глазах сарайских эмиров мог стать только потомок Бату.  В связи с этим на сцену выходит новый таинственный персонаж – хан Кильдибек.

Кильдибек. Происхождение Кильдибека, как и Кульны или Науруса, вызывает противоречивые версии исследователей, несмотря на то, что, в отличие от двух упомянутых ханов, лицо с таким именем фигурирует в генеалогиях Джучидов вполне однозначно: Кильдибек сын Иринбека сына Узбека. Т. е., Кильдибек определенно должен был бы быть отождествлен с племянником Джанибека и двоюродным братом Бердибека. В качестве их ближайшего родича он представляется вполне легитимным претендентом на трон, что и привлекло к нему сарайскую знать во главе с Яглыбаем.

Между тем, в отличие от все тех же Кульны или Науруса, Кильдибека считают самозванцем не только исследователи, но даже и средневековые авторы. Муин ад-Дин Натанзи прямо пишет, что эмиры под видом Кильдибека провозгласили ханом «неизвестного человека». Утемиш-хаджи приводит недоуменные высказывания ордынцев в связи с воцарением этого хана: «Все говорили: “Кельдибека убил Бердибек. Как же он воскрес?!”».

Несмотря на то, что ряд исследователей склоняются к мысли, что Кильдибека все же следует считать законным представителем династии Бату, а его «самозванство» заключалось лишь в том, что он, будучи племянником

46

Джанибека, выдавал себя за его сына, мы склоняемся к мысли, что Кильдибека следует считать все же «лже-Кильдибеком». Такую версию подтверждают сообщения о последующих действиях этого хана.

Как бы то ни было, на какое-то время кандидатура Кильдибека устроила сарайскую знать, видимо, надеявшихся, что самозванец, целиком обязанный им властью, не выйдет из их воли. В результате в том же богатом событиями 1361 г. Кильдибек был провозглашен ханом в Азаке. Он начал чеканку монеты, назначил бекляри-беком Яглыбая, и к нему начали стягиваться приверженцы дома Бату и Узбека, среди которых поначалу оказался и Мамай. 

При поддержке этой могущественной группировки Кильдибеку вскоре удалось овладеть Сараем, разгромив и выбив оттуда  Орду-Мелика, очевидно погибшего в этом бою. Кильдибеку повезло, что Тимур-ходжа и Мюрид в это время боролись между собой и поэтому не участвовали в схватке за обладание столицей. Сын Хызр-хана вскоре погиб за Волгой при невыясненных обстоятельствах. По сообщениям русских летописей он был убит Мамаем – можно предположить, что последнего против Тимур-ходжи отправил Кильдибек.

За время отсутствия Мамая в столице, легенда о Кильдибеке, созданная сторонниками самозванца, едва не была разрушена. Поначалу она оказалась настолько убедительной, что в нее поверили и другие представители столичной аристократии, изначально не примкнувшие к самозванцу. Поверив, что власть в стране вновь вернулась в руки представителя дома Бату, они начали стягиваться в Сарай, чтобы изъявить верность новому монарху. Среди них были и такие влиятельные представители «старой» знати, как бывший бекляри-бек Могул-Буга, хорезмский правитель (улус-бек) Нангудай, бывший везир Сарай-Тимур и др. В результате самозванец и его единомышленники столкнулись с опасностью разоблачения: непосвященные в их замыслы аристократы без труда могли разоблачить обман самозваного внука Узбека. Оставалось единственное средство избежать этого: хан принял решение устранить всю новоприбывшую знать. Заходившие в ханский шатер сановники немедленно арестовывались, и с ними вскоре расправлялись ханские палачи.

Средство оказалось эффективным и позволило Кильдибеку еще около года сохранять власть. Впрочем, сам факт упоминания его «самозванства» в восточных и русских летописных источниках весьма показателен: вероятно, кому-то из столичных аристократов удалось уцелеть и разоблачить лже-Кильдибека. Вместе с тем его жестокость по отношению к знати вызвала обеспокоенность и среди его же собственных приверженцев. Есть все основания полагать, что именно в этот период Мамай покинул лже-Кильдибека, испугавшись за собственную судьбу – все-таки, он тоже близко знал семейство Узбека, включая и настоящего (покойного к этому времени) Кильдибека, а потому мог быть опасным свидетелем в глазах самозванца.

Именно поэтому летом 1362 г. он оказался в Крыму, где к сентябрю организовал церемонию провозглашения ханом Абдаллаха – «отрока из детей Узбека», в законности происхождения которого не сомневались ни современники, ни исследователи. 

47

По-видимому, с Мамаем снова ушла часть сарайских эмиров, и Кильдибек, в свою очередь, лишился значительных сил. Вероятно, именно это побудило Мюрида, все еще находившегося в Гюлистане, начать борьбу с ним, в которой Кильдибек потерпел поражение и вскоре был убит. Мамай тут же отомстил венецианцам Азака за поддержку самозванца: он взял город и перебил наиболее явных приверженцев Кильдибека во главе с Якопо Корнаро, консулом Таны – венецианской фактории в Азаке. 

А. П. Григорьев, ссылаясь на нумизматический материал, предположил, что Кильдибеку удалось избежать гибели в бою с Мюридом и бежать к венецианцам, а затем он продолжал чеканку монеты в Азаке, якобы, до 1366 г. Эта гипотеза вызвала критику других исследователей, но если даже и допустить существование таких монет, то, скорее всего, они были отчеканены очередным самозванцем, выдававшим себя уже за первого лже-Кильдибека – подобно тому, как после гибели Лжедмитрия I в течение нескольких лет разные авантюристы выдавали себя за него.

Выводы. Приход к власти Кильдибека, пожалуй, следует считать кульминацией династического кризиса: беспрецедентное воцарение на троне Золотой Орды самозванца свидетельствует о полном недоверии знати и населения к законным представителям ханского рода и необходимости некоторого «инкубационного периода». Нет сомнения, что при таком «переходном» хане ордынская знать намеревалась избрать тот или иной путь дальнейшего развития государства, после чего самозванец, скорее всего, был бы устранен, и на смену ему пришел бы законный Джучид, олицетворявший собой соответствующее политическое движение.

Аналогичные процессы можно наблюдать и в других странах в разные времена – так, в древней Персии после гибели царя Кира II появилось сразу несколько его самозваных братьев; в Англии конца XV в. на трон, занятый Тюдорами, претендовали многочисленные лже-Ричарды и лже-Эдуарды; в Московском царстве в Смутное время появилось не только несколько царей Лжедмитриев, но и многочисленные самозваные «царевичи». Все эти примеры объединяет одно: за каждым самозванцем стояли законные претенденты на трон. Вступление на трон самозванца представляло собой своеобразное «доведение ситуации до абсурда»: доведя политическую ситуацию в стране до критической точки, сторонники легитимных претендентов публично разоблачали самозванцев и тут же предлагали альтернативу в лице законных монархов, которые вступали на трон, приветствуемые и поддерживаемые большинством населения. Естественно, наиболее подходящим для той или иной группировки являлся такой представитель правящего рода, который разделял бы их видение дальнейшего развития страны.

Трудно сказать, кто мог бы явиться легитимным ставленником Яглыбая, если бы его «проект» с Кильдибеком был доведен до логического конца. Откочевка Мамая и провозглашение им хана Абдаллаха не позволили сыну Тоглубая реализовать свой замысел. Более того, по-видимому, сам Яглыбай после гибели Кильдибека даже и не участвовал в «замятне»: следующее упоминание о нем относится уже к эпохе правления Токтамыша, чьим военачальником он стал в 1380-е гг. и в конце концов погиб в битве с Тимуром на р. Терек.

Провозглашение же ханом Абдаллаха, на наш взгляд, знаменует собой окончание первого этапа ордынской смуты – «Великой замятни»: кризис власти и междоусобная борьба стали для ордынской знати и населения большим злом, нежели реставрация на троне семейства Узбека. Сильный и энергичный правитель, Мамай, сумел вернуть лояльность к роду Узбека не только в столице (которую он впоследствии неоднократно вынужден был уступать другим претендентам на трон), но и в ряде стратегически важных регионов. На протяжении 1360-1370-х гг. его ханов из дома Узбека

48

постоянно поддерживал Крым, Северное Причерноморье, ряд областей Поволжья.

Политический курс Мамая – сохранение под властью легитимных ханов из дома Узбека хотя бы части Золотой Орды – оказался весьма эффективным. На протяжении почти двух десятилетий «Мамаева Орда» в Северном Причерноморье и южнорусских степях являла собой резкий контраст по сравнению с Поволжьем и Восточным Дешт-и Кипчаком, где ханы сменялись едва ли не ежегодно, а иногда и по несколько раз в год. Как ни парадоксально, но эти смены также объяснялись причинами легитимного характера: однажды признав власть представителя одной из ветвей Джучидов, население Золотой Орды тем самым открыло путь к власти всем представителям указанных семейств. Вот почему на протяжении 1362-1380 гг. за власть боролось столько потомков Бату (законные ханы), Шибана (преемники Хызра) и Туга-Тимура (преемники Кара-Ногая и Орду-Мелика). Попеременно занимая сарайский трон, все они номинально считались одинаково легитимными – и в глазах собственных подданных, и в глазах вассалов (в частности, русских князей, которые чаще признавали власть сарайских ханов, даже если они были менее могущественны, чем, например, ханы «Мамаевой Орды», которые в соответствующий период Сараем не владели).

Примеры же самозванства после Кильдибека в Золотой Орде нам неизвестны. Полагаем, что после его гибели окончательно сложилось несколько политических течений среди знати, каждое из которых олицетворяла одна из ветвей дома Джучи. Так, Мамай и его ханы выступали, как уже отмечалось, за сильную централизованную власть – пусть даже на части бывшей территории Орды. Шибаниды стремились распространить власть на все Поволжье и Урал, но готовы были мириться с широкой автономией областных правителей – при условии формального признания их верховной власти. Туга-Тимуриды стремились объединить под своей властью всю территорию Улуса Джучи, опираясь при этом не на сарайскую знать, а на верных им выходцев из восточных степей. Поскольку политические приоритеты каждой из группировок были достаточно четко определены, необходимости в «переходных» ханах более не было.

Список литературы и источников

Абд ал-Кадир ибн Мухаммад-Амин. Маджма ал-ансаб ва-л-ашджар (История Казахстана в персидских источниках. Т. II). Алматы, 2005.

Абуль-Гази-Бахадур-хан. Родословное древо тюрков / Пер. и предисл. Г. С. Саблукова  // Абуль-Гази-Бахадур-хан. Родословное древо тюрков. Иоакинф. История первых четырех ханов дома Чингисова. Лэн-Пуль Стэнли. Мусульманские династии. М.; Т.; Б., 1996. С. 3-186.

Ахмедов Б. А. История Балха (XVI – первая половина XVIII в.). Ташкент, 1982.

Варваровский Ю. Е. Улус Джучи в 60-70-е годы XIV века. Казань, 2008.

Гаев А. Г. Генеалогия и хронология  Джучидов. К выяснению родословия нумизматически зафиксированных правителей Улуса Джучи // Древности Поволжья и других регионов. Вып. IV. Нумизматический сборник. Том 3. Н. Новгород, 2002. С. 9-55.

Греков Б. Д., Якубовский А. Ю. Золотая Орда и ее падение. М., 1998.

Григорьев А. П. Золотоордынские ханы 60-70-х годов XIV в.: Хронология правлений // Историография и источниковедение истории стран Азии и Африки. Вып. VII. 1983. С. 9-54.

Григорьев А. П. Золотоордынский город Янгишехр // Вестник Санкт-Петербургского университета. 1994. Сер. 2. Вып. 2. С. 28-36.

Григорьев А. П. Сборник ханских ярлыков русским митрополитам: Источниковедческий анализ золотоордынских документов. СПб., 2004.

Григорьев А. П., Григорьев В. П. Коллекция золотоордынских документов XIV века из Венеции: Источниковедческое исследование. СПб., 2002.

История монголов. От древнейших времен до Тамерлана / Пер. с перс. В. Григорьева. СПб., 1834.

Грумм-Гржимайло Г. Е. Джучиды. Золотая Орда // Мир Льва Гумилева. «Арабески» истории. Кн. I: Русский взгляд. М., 1994. С.100-148.

Гумилев Л. Н. От Руси до России. М., 1995.

Марков А. К. Монеты Джучидов: Золотая Орда, татарские ханства. Казань, 2008.

Маслюженко Д. Н. Шибаниды в золотоордынских делах во второй половине XIV – начале XV веков: истоки сибирской государственности // Северный регион: наука, образование, культура. 2007. № 2 (16) С. 82-90.

Миргалеев И. М. Политическая история Золотой Орды периода правления Токтамыш-хана. Казань, 2003.

Миргалеев И. М. К вопросу о единстве Золотой Орды в 1359-1380 годах // Культурные традиции Евразии (Серия «Восток – Запад: Диалог культур Евразии».   Вып. 4) Казань, 2004. С. 96-99.

Московский летописный свод конца XV в. Рязань, 2000.

Мунис и Агехи. Райский сад счастья / Пер. П. П. Иванова // Материалы по истории туркмен и Туркмении. Т. 2. М., 1938. С. 323-426.

Почекаев Р. Ю. Батый. Хан, который не был ханом. М., 2006.

Почекаев Р. Ю. Образ Мамая в русском летописании как средство делегитимизации власти ордынского хана // Герои и антигерои в исторической судьбе России: Материалы 35-й всероссийской заочной научной конференции. СПб., 2004. С. 29-34

49

Приселков М. Д. Троицкая летопись. СПб., 2002.

Полное собрание русских летописей. Т. X. Летописный сборник, именуемый Патриаршей или Никоновской летописью. М., 2000.

Сабитов Ж. М. Аноним Искендера как генеалогический источник // Золотоордынская цивилизация. Сб. статей. Вып. 1 / Гл. ред. И. М. Миргалеев. Казань, 2008. С. 117-121.

Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды. Т. II: Извлечения из персидских сочинений, собранные В. Г. Тизенгаузеном и обработанные А. А. Ромаскевичем и С. Л. Волиным. М.; Л. 1941.

Сидоренко В. А. Хронология правлений золотоордынских ханов 1357-1380 гг. // Материалы по археологии, истории и этнографии Таврии. Вып. VII. Симферополь, 2000. С. 267-288.

Сорогин Е. И. Причины «Великой Замятни» как общего кризиса высокоразвитого кочевого общества // Северный регион: наука, образование, культура. 2007. № 2 (16) С. 91-100.

Таварих-и гузида-йи нусрат-наме («Избранные летописи из книги побед») // Материалы по истории казахских ханств XV-XVIII вв. (Извлечения из персидских и тюркских сочинений) / Сост.: С. К. Ибрагимов, Н. Н. Мингулов, К. А. Пищулина, В. П. Юдин. А.-А., 1969. С. 9-43.

Тизенгаузен В. Г. Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды. Т. I: Извлечения из сочинений арабских. СПб., 1884.

Утемиш-хаджи. Чингиз-наме / Факсимиле, пер., транскрипция, текстол. примеч., исследование В. П. Юдина. Алма-Ата, 1992.

Фахретдин Р. Ханы Золотой Орды / Пер. с тат. С. Шамси. Казань, 1996.

Чхао Чху-Ченг. Распад Монгольской империи. Казань, 2008.

Шихабуддин Марджани. Извлечение вестей о состоянии Казани и Булгара (Мусиафад ал-ахбар фи ахвали Казан ва Булгар). Ч. 1 / Пер. со старо-тат. Р. К. Адыгамова. Казань, 2005.

Юдин В. П. О строительстве мавзолея Кыйата Джир-Кутлу на Сырдарье в XIV в. в связи с историей Дашт-и Кыпчака // Утемиш-хаджи. Чингиз-наме. Алма-Ата, 1992. С. 83-86.

Юдин В. П. «Тарих-и Шайбани» как источник по истории казахского и каракалпакского народов // Вопросы историографии и источниковедения Казахстана. Алма-Ата, 1988. С. 201-221.

Hammer-Purgstall J. Geschihter der Golden Horde, das ist: der Mongolen in Russland. Pescht, 1840.

 

Abstract

Roman Pochekaev .

On transition of the power in the Genghis Khanids’ states (4).

The Golden Horde in 1358-1362:

dynastic crisis and phenomenon of  imposture

The subject of article is the first stage of the Golden Horde’s civil war (known in Russian chronicles as “Velikaya zamyatnya”, i. e. “The Great Distemper”, 1358-1381). Author examines the beginning of civil war, 1358-1362, when the ruling family of Batu (Batiy) descendents was discharged  and other descendants of Juchi, the founder of Golden Horde began fight for the throne. The cause of Batuids’ discharging was real or supposed crimes of last khans of the House of Batu (direct descendants of Uzbek Khan), but the real reason was their state reforms which resulted in the substantial limitation of rights of other Juchids and Golden Horde aristocracy. Thus, descendants of another sons of Juchi – Tangut (Naurus), Shiban (Hizr, Timur-Khoja, Murid), Tuga-Timur (Ordu-Melik) – began pretend for power. The culmination of this stage of civil was became accession to the throne of imposter – faulse-Kildibek, who pretended to be a grandson pf Uzbek Khan. Author uncovers the arguments of another Juchid lines to pretend for throne, examines the role of aristocracy in accession of certain khans. Author considers that the first stage of civil war finished with the killing of faulse-Kildibek and accession of Abdallah – direct descendant of Uzbek Khan and protégé of emir Mamai. Nevertheless, the fact of ruling of representatives of another Juchid families became a reason for their relatives to continue fight  for throne during almost 20 years more.

// Золотоордынская цивилизация: Сб. статей. Вып. 2 / Ред. к. и. н. И. М. Миргалеев. Казань: Фэн, 2009. С. 39-48.

Традиция вести отсчет золотоордынской смуты с 1359 г. начинается с Й. Хаммер-Пургшталя (Hammer-Purgstall J. Geschihter der Golden Horde, das ist: der Mongolen in Russland. Pescht, 1840. S. 315) и поддерживается большинством современных исследователей. Однако И. М. Миргалеев достаточно аргументировано предлагает датировать начало смуты 1361 г., когда после смерти хана Хызра в Орде появилось сразу несколько претендентов на власть (Миргалеев И. М. К вопросу о единстве Золотой Орды в 1359-1380 годах // Культурные традиции Евразии. Казань, 2004. С. 97; см. также: Маслюженко Д. Н. Шибаниды в золотоордынских делах во второй половине XIV – начале XV веков: истоки сибирской государственности // Северный регион: наука, образование, культура. 2007. № 2. С.. 82). Однако, на наш взгляд, это – уже следующая стадия смуты в рамках рассматриваемого нами первого этапа «Великой замятни».

1358 г. датирует выступление Кульны против Бердибека, в частности, А.П. Григорьев (Григорьев А. П. Золотоордынские ханы 60-70-х годов XIV в.: Хронология правлений // Историография и источниковедение истории стран Азии и Африки. Вып. VII. 1983. С. 26).

См.: Утемиш-хаджи. Чингиз-наме. Алма-Ата, 1992. С. 109; Абуль-Гази-Бахадур-хан. Родословное древо тюрков. М.; Т.; Б., 1996. С. 101-102.;

Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды. Т. II. Извлечения из персидских сочинений. М.; Л., 1941. С. 214.

См., напр.: Фахретдин Р. Ханы Золотой Орды. Казань, 1996. С. 100.

См. подробнее: Почекаев Р. Ю. Батый. Хан, который не был ханом. М., 2006. С. 231-241.

Анализ последствий политики Узбека и его преемников для последующей ситуации в Золотой Орде см., напр.: Сорогин Е. И. Причины «Великой Замятни» как общего кризиса высокоразвитого кочевого общества // Северный регион: наука, образование, культура. 2007. № 2. С. 96.

Грумм-Гржимайло Г. Е. Джучиды. Золотая Орда // Мир Льва Гумилева. «Арабески» истории. Кн. I: Русский взгляд. М., 1994. С.  118; Гумилев Л. Н. От Руси до России. М., 1995. С. 167. А. Ю. Якубовский допускает, что Кульна мог быть, и в самом деле, братом Бердибека (Греков Б. Д., Якубовский А. Ю. Золотая Орда и ее падение. М., 1998. С. 206).

См., напр.: Гаев А. Г. Генеалогия и хронология  Джучидов. К выяснению родословия нумизматически зафиксированных правителей Улуса Джучи // Древности Поволжья и других регионов. Вып. IV. Нумизматический сборник. Том 3. Н. Новгород, 2002. С. 18.

Шихабуддин Марджани. Извлечение вестей о состоянии Казани и Булгара (Мусиафад ал-ахбар фи ахвали Казан ва Булгар). Ч. 1. Казань, 2005. С. 95.

Григорьев А. П., Григорьев В. П. Коллекция золотоордынских документов XIV века из Венеции: Источниковедческое исследование. СПб., 2002. С. 126.

См.: Мунис и Агехи. Райский сад счастья // Материалы по истории туркмен и Туркмении. Т. 2. М., 1938. С. 330-332.

См.: Ахмедов Б. А. История Балха (XVI – первая половина XVIII в.). Ташкент, 1982. С. 97-98.

Юдин В. П. «Тарих-и Шайбани» как источник по истории казахского и каракалпакского народов // Вопросы историографии и источниковедения Казахстана. Алма-Ата, 1988. С. 213-214.

«Кулпа седе на царствiи; царствова 5 месяцъ и убиен бысть от Навруса с двема сынома своима, с Михаиломъ и Иваномъ» (Приселков М. Д. Троицкая летопись. СПб., 2002. С. 376).

См.: Григорьев А. П. Сборник ханских ярлыков русским митрополитам: Источниковедческий анализ золотоордынских документов. СПб., 2004. С. 75.

См. прим. 15.

Такое предположение также высказал А. П. Григорьев (Григорьев А. П. Сборник ханских ярлыков русским митрополитам. С. 134 и след.).

Предположение о намеренном «забвении» Кульны в историографии также высказывает А. П. Григорьев (Григорьев А. П. Золотоордынские ханы 60-70-х годов XIV в. С. 25).

Нумизматический анализ позволяет утверждать, что Кульна правил в Сарае в июле/августе – декабре 1359 г., см.: Сидоренко В. А. Хронология правлений золотоордынских ханов 1357-1380 гг. // Материалы по археологии, истории и этнографии Таврии. Вып. VII. Симферополь, 2000. С. 282.

Греков Б. Д., Якубовский А. Ю. Золотая Орда и ее падение. С. 206; Шихабуддин Марджани. Извлечение вестей о состоянии Казани и Булгара. С. 95; Абд ал-Кадир ибн Мухаммад-Амин. Маджма ал-ансаб ва-л-ашджар. Алматы, 2005. С. 270.

История монголов. От древнейших времен до Тамерлана / Пер. с перс. В. Григорьева. СПб., 1834. С. 41; Грумм-Гржимайло Г. Е. Джучиды. Золотая Орда. С.  118; Гумилев Л. Н. От Руси до России. С. 167.

То, что Тайдула не происходила из Чингизидов, несомненно подтверждается ее грамотами: не будучи ханшей по рождению, она выдавала не ярлыки, а именно грамоты («указы») (см.: Григорьев А. П. Сборник ханских ярлыков русским митрополитам. С. 47-48).

См.: Утемиш-хаджи. Чингиз-наме. С. 112-113. Утемиш-хаджи называет Базарчи потомком Боавула (т. е. Бувала, седьмого сына Джучи и предка Ногая), однако, согласно ряду генеалогических сочинений, он происходил из потомков именно Тангута, см., напр.: Таварих-и гузида-йи нусрат-наме («Избранные летописи из книги побед») // Материалы по истории казахских ханств XV-XVIII вв. А.-А., 1969. С. 38.

Гаев А. Г. Генеалогия и хронология  Джучидов. С. 18-19. Правда, стоит отметить, что у ряда восточных авторов (Шами, Йазди, анонимный автор «Родословия тюрков») в перечне ханов Золотой Орды присутствуют имена и Науруса, и Базарджи (см.: Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды. Т. II. С. 106, 146, 209), однако эти источники – позднего и иностранного происхождения, поэтому такие ошибки в них вполне понятны и извинительны.

А. П. Григорьев приводит небезосновательные доводы в пользу близкого родства Тайдулы и Могул-Буги, см.: Григорьев А. П., Григорьев В. П. Коллекция золотоордынских документов XIV века из Венеции. С. 209.

См.: Таварих-и гузида-йи нусрат-наме. С. 34; Абуль-Гази-Бахадур-хан. Родословное древо тюрков. С. 104. Ср.: Сабитов Ж. М. Аноним Искендера как генеалогический источник // Золотоордынская цивилизация. Сб. статей. Вып. 1. Казань, 2008. С. 118.

Известны монеты, чеканенные от имени Хызра в Азаке еще в 760 г. х. (1359 г.), см.: Марков А. К. Монеты Джучидов: Золотая Орда, татарские ханства. Казань, 2008. С. 36.

См.: Рогожский летописец // Тверская летопись. Рязань, 2000. С. 69. Самому Могул-Буге каким-то образом спастись но, забегая вперед, можно отметить, что, возможно, для него было бы лучше погибнуть с почетом в качестве бекляри-бека, чем довольно глупо умереть, как это случилось пару лет спустя.

См., напр.: Московский летописный свод конца XV в. Рязань, 2000. С. 246; Приселков М. Д. Троицкая летопись. С. 377.

Утемиш-хаджи. Чингиз-наме. С. 110-112; Юдин В. П. О строительстве мавзолея Кыйата Джир-Кутлу на Сырдарье в XIV в. в связи с историей Дашт-и Кыпчака // Утемиш-хаджи. Чингиз-наме. Алма-Ата, 1992. С. 86.

А. П. Григорьев, опираясь на сведения Муин ад-Дина Натанзи («Анонима Искандера»), считает Орду-Мелика (Орду-Шейха) потомком Орду-Ичена (Григорьев А. П. Сборник ханских ярлыков русским митрополитам. С. 143). Однако, принимая во внимание сомнительность сведений этого источника, следует отдать предпочтение родословной Орду-Мелика от Туга-Тимура, выводимой А. Г. Гаевым на основании генеалогических чингизидских сочинений (Гаев А. Г. Генеалогия и хронология  Джучидов. С. 19, 53)

Такую версию развития событий 1361 г. предлагает А. П. Григорьев (Григорьев А. П. Сборник ханских ярлыков русским митрополитам. С. 143), и она представляется нам наиболее убедительной. Изложенная в русских летописях версия убийства Хызра либо его сыном Тимур-ходжой (Московский летописный свод конца XV в. С. 247), либо братом Мюридом (Приселков М. Д. Троицкая летопись. С. 377) выглядит не слишком убедительной: русские летописцы XV-XVI вв. вообще склонны были нередко приписывать смену ханов отцеубийствам или братоубийствам с единственной целью – показать упадок Орды, недостойность ее правителей и тем самым обосновать законность стремления русских государей освободиться от власти ордынских «царей» (ср.: Почекаев Р. Ю. Образ Мамая в русском летописании как средство делегитимизации власти ордынского хана // Герои и антигерои в исторической судьбе России: Материалы 35-й всероссийской заочной научной конференции. СПб., 2004. С. 29-34). Кроме того, убийство хана ближайшим родственником существенно упрощала изложение событий русским летописцам, для которых сложная и запутанная борьба различных ветвей ханского рода была далека и непонятна.

Отметим, что отсутствие четкого порядка престолонаследия послужило причиной смуты не только в Золотой Орде, но и других государствах Чингизидов, начиная с междоусобиц в Монгольской империи после смерти ханов Угедэя, Гуюка и Мунке. Об этом в свое время подробно писали В. В. Бартольд и П. Джексон (см. подробнее: Чхао Чху-Ченг. Распад Монгольской империи. Казань, 2008. С. 90).

См., напр.: Московский летописный свод конца XV в. С. 247.

Мы склоняемся к версии о смерти Джанибек-хана от болезни.

Согласно Никоновской летописи «Въ лето 6867 (1359 г.)… убiен бысть царь Бердибекъ, сынъ Чянибековъ, внукъ Азбяковъ, и з доброхотомъ своим окааннымъ Товлубiемъ» (Полное собрание русских летописей. Т. X. М., 2000. С. 230).  Отметим, впрочем, что восточные источники (как и ряд русских летописей) сообщают о смерти Бердибека от естественных причин, и это вызывает сомнение в сообщении и об участи Тоглубая. Вполне возможно, он, будучи уже пожилым (в русских летописях он упоминается в качестве сановника еще в правление Узбека), он скончался в правление Бердибека или вскоре после того, либо же был убит в первые годы смуты. 

Согласно А. П. Григорьеву (Григорьев А. П., Григорьев В. П. Коллекция золотоордынских документов XIV века из Венеции. С. 152-153). В. В. Трепавлов считает Тоглубая беклярибеком Бердибека, однако в сохранившихся ярлыках Бердибека Тоглубай в качестве такового не фигурирует.

Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды. Т. II. С. 129.

Утемиш-хаджи. Чингиз-наме. С. 113.

См., напр.: Сидоренко В. А. Хронология правлений золотоордынских ханов 1357-1380 гг. С. 284.

По мнению некоторых авторов, Мамай противостоял Кильдибеку и даже в конце концов разгромил его, см.: Греков Б. Д., Якубовский А. Ю. Золотая Орда и ее падение. С. 213; Григорьев А. П. Золотоордынский город Янгишехр // Вестник Санкт-Петербургского университета. 1994. Сер. 2. Вып. 2. С. 31. Мы разделяем точку зрения авторов, полагающих, что Мамай изначально поддерживал Кильдибека, см.: Варваровский Ю. Е. Улус Джучи в 60-70-е годы XIV века. Казань, 2008. С. 80; Миргалеев И. М. Политическая история Золотой Орды периода правления Токтамыш-хана. Казань, 2003. С. 32; Сидоренко В. А. Хронология правлений золотоордынских ханов 1357-1380 гг. С. 284.

См.: Московский летописный свод конца XV в. С. 247; Приселков М. Д. Троицкая летопись. С. 377.; Варваровский Ю. Е. Улус Джучи в 60-70-е годы XIV века. С. 79. А. П. Григорьев полагает, что после бегства из Сарая Тимур-ходжа попытался найти поддержку у Мюрида и был им убит (Григорьев А. П. Сборник ханских ярлыков русским митрополитам. С. 144). Однако представляется сомнительным, чтобы свергнутый хан решился прибегнуть к покровительству своего главного соперника.

Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды. Т. II. С. 129. См. также: Григорьев А. П. Сборник ханских ярлыков русским митрополитам. С. 144-145.

За исключением А. Г. Гаева, предположившего, что Абдаллах происходил их рода крымских Туга-Тимуридов (Гаев А. Г. Генеалогия и хронология  Джучидов. С. 23-24). Однако указание Ибн Халдуна на то, что Абдаллах был «из детей Узбека» (Тизенгаузен В. Г. Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды. Т. I. Извлечения из сочинений арабских. СПб., 1884. С. 390) в большей мере вызывает доверие и больше соотносится с политикой Мамая по поддержке потомков Бату. То же касается и Мухаммада: в своем ярлыке русскому митрополиту Михаилу он ссылается на ярлык Бердибека – последнего законного (именно в глазах потомков Бату) хана, а не на череду представителей других ветвей рода Джучи, пребывавших на троне в 1360-е гг. и также, вероятно, жаловавших ярлыки русской  православной церкви.

См.: Григорьев А. П. Золотоордынский город Янгишехр. С. 33.

Григорьев А. П. Золотоордынский город Янгишехр. С. 34.

См., напр.: Сидоренко В. А. Хронология правлений золотоордынских ханов 1357-1380 гг. С. 271, 277.

Возникает вполне закономерный вопрос: зачем сарайским эмирам во главе с Яглыбаем понадобилось устраивать авантюру с самозванцем Кильдибеком, если были живы реальные потомки Узбека – Абдаллах, мухаммад(-Булак) и др.? Как мне кажется, ответ заключается в том, что эти царевичи находились под контролем Мамая, которому, как мы отметили ранее, сарайские эмиры поначалу не были готовы доверить главенство. Лишь оказавшись в безвыходной ситуации после гибели Кильдибека, они были вынуждены смириться с тем, что фактическая власть в Золотой Орде перейдет к Мамаю.

Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды. Т. II. С. 151, 168, 173, 177, 207-208. См. также: Григорьев А. П. Золотоордынский город Янгишехр. С. 31.


 

А также другие работы, которые могут Вас заинтересовать

758. Микропроцессоры. Статический анализ системы управления ДПТ 135.5 KB
  Статический анализ системы управления ДПТ. Использование микропроцессоров (МП) и микроЭВМ в составе промышленного оборудования. Динамический анализ системы управления ДПТ. Универсальность и гибкость МП, как устройств с программным обеспечением, наряду с высокой надежностью и дешевизной.
759. Экономический анализ хозяйственной деятельности ЧАО Крымская фруктовая компания, Красногвардейского района АР Крым 143.73 KB
  Организационно-экономическая характеристика и анализ ресурсного потенциала ЧАО Крымская фруктовая компания красногвардейского района ар Крым. Анализ затрат на производство и себестоимости продукции на предприятии. Анализ производства продукции на ЧАО крымская фруктовая компания Красногвардейского района АР Крым.
760. Система исполнительной власти. Пoнятиe и признaки иcпoлнитeльнoй влacти Рoccийcкoй Фeдeрaции 313.5 KB
  Пoнятиe и признaки иcпoлнитeльнoй влacти Рoccийcкoй Фeдeрaции. Оргaны гocудaрcтвeннoгo упрaвлeния в цeнтрe и нa мecтaх являлиcь ocнoвными cубъeктaми aдминиcтрaтивнoгo прaвa или жe нocитeлями aдминиcтрaтивнoй прaвocубъeктнocти. Мeхaнизм иcпoлнитeльнoй влacти. Cиcтeмa и cтруктурa иcпoлнитeльнoй влacти Рoccийcкoй Фeдeрaции.
761. Развитие волевых качеств личности в онтогенезе 132.5 KB
  Общее понятие воли в психологической науке. Волевые качества личности: характеристика, развитие в онтогенезе. Условия эффективного развития волевых качеств личности. Дать характеристику понятию воля, рассмотреть теории воли. Преобразование непроизвольных психических процессов в произвольные.
762. Исследование типовых комбинационных устройств дешифратор-демультиплексор 125.5 KB
  Изучение принципов функционирования классического дешифратора со входом стробирования и возможности обращения его функции для реализации мультиплексора.
763. Разработка серверной части информационной системы для сопровождения процесса видеопроката 116 KB
  Построение концептуальной модели 0-уровня. Логическая и физическая реализация Базы данных. Список клиентов пункта видеопроката. Колличество фильмов, просмотренных клиентом Х. Жанр фильма, который имеет наименьший спрос.
764. Элементы структуры контроллинга 64.5 KB
  В сферу задач контроллинга входит постановка целей предприятия, сбор и обработка информации для принятия управленческих решений. Синтез элементов учета, анализа, контроля, планирования, реализация которых обеспечивает выработку альтернативных подходов при осуществлении оперативного и стратегического управления процессом достижения конечных целей.
765. Формування педагогічної культури батьків з питань дипломатичного спілкування з дітьми 53.5 KB
  Виявити найоптимальніші умови становлення батьківського авторитету для малюка. Довести вплив родини та устрою сімейного життя на формування у дітей поваги та любові до батьків. Удосконалити досвід партнерського спілкування батьків з дитиною.
766. История развития представлений о времени и расстоянии 51 KB
  Представления о пространстве. Эволюция базовых понятий пространства. Теория пространства. Представления о времени. История развития представлений о времени. Физическая теория времени.