6520

Императрица Мария Федоровна (супруга Павла I)

Реферат

Исторические личности и представители мировой культуры

Императрица Мария Федоровна (супруга Павла I). Введение. Павел I и императрица Мария Федоровна. Император Павел I - в русской истории, на мой взгляд, одна из - до конца не изученных и недооцененных исторических фигур. Относительно объективная о...

Русский

2013-01-05

90 KB

8 чел.

Императрица Мария Федоровна (супруга Павла I).

Введение. Павел I и императрица Мария Фёдоровна.

Император Павел I – в русской истории, на мой взгляд, одна из - до конца не изученных и недооцененных исторических фигур. Относительно объективная оценка его правления и государственной деятельности появилась только в монографиях последнего времени.

Павел I – сын императора Петра 3 и Екатерины 2, родился 1 октября 1754 года в Санкт – Петербурге. Поскольку отношения родителей будущего императора были достаточно напряжёнными, то Павла воспитывала тётка отца, Елизавета Петровна, русская императрица с 1741 по 1761 гг. После смерти Елизаветы, образованием наследника престола занялся один из фаворитов Екатерины – Никита Иванович Панин. Учился Павел легко, проявляя и остроту ума, и неплохие способности; отличался чрезвычайно развитым воображением, отсутствием усидчивости и терпеливости, непостоянством.

Павел первым браком был женат на Вильгельмине Дармштатской, которую сильно любил. Однако Наталья Алексеевна умерла при родах, и наследника женили повторно на Софии Доротее Вюрттенбергской(Марии Фёдоровне).

Мария Фёдоровна, российская императрица, дочь герцога Вюртембергского Фридриха Евгения и принцессы Фредерики Софии, носила имя София Доротея, родилась 14 октября 1759 года в г. Штеттине, который был родиной и Екатерины 2. Получив хорошее образование и обладая спокойным и настойчивым нравом, она оказывала значительное влияние на своего царственного супруга.

По вступлении на престол Павла I, Мария Фёдоровна стала играть видную роль в вопросах благотворительности и женского образования.

Фрейлина Мария Сергеевна Муханова (1803-1882) с теплотой рассказывает об императрице Марии Фёдоровне, её благотворительной деятельности, заботе об учебных заведениях и больницах.

Вдовствующая Императрица, по положению, должна была получать 200.000 р. карманных денег, но Государь просил ее принять миллион; из этого миллиона она тратила на свои прихоти и туалет только 17.000. Все прочее раздавалось бедным, а прежде всего она составляла капитал на свои заведения. Великим Князьям она имела привычку дарить по 10.000 р. на именины; но в 1812 году она приостановила на год свои подарки, представляя на вид, что нужно помогать раненым и сиротам. Она беспрестанно занималась делами своих заведений; ничто не могло отвлечь ее от этих занятий — ни путешествия, во время которых она читала и писала в карете, ни сердечные горести. Когда привезено было тело Александра Павловича в Петербург, она и тут делила свое время между молитвою у тела и своими занятиями; между тем император Александр был главным предметом ее любви в жизни. Детей, воспитанных в ее заведениях, она никогда не покидала впоследствии, а во всю жизнь им помогала, входила во все подробности, до них касавшиеся, и была истинною матерью для всех. Никто из служивших ей не умирал во дворце иначе, как в ее присутствии. Она всех утешала до конца и всегда закрывала глаза умиравшим. Однажды сказали ей врачи, что жившая на Васильевском острове, отставная ее камер-юнгфера страдает сильно от рака в груди, что можно было бы ее спасти, но она не соглашается на операцию иначе, как если во время производства ее будет находиться сама Императрица. — «Ну что же? – сказала она,— если только от этого зависит ее выздоровление, то я исполню ее желание». Она поехала к ней и во все время операции держала ей голову. Она входила в малейшие подробности по своим заведениям и не только следила за воспитанием детей, но и не забывала посылать им лакомств и доставлять всякие удовольствия. Один мальчик принужден был долго лежать в постели по болезни; она доставляла ему рисунки, карандаши и разный вещицы. Со всяким курьером ей доносили о состоянии его здоровья, — она тогда была в Москве. При назначении почетных опекунов выбор был самый строгий; с каждым из них она переписывалась сама еженедельно, осведомлялась о воспитанниках и воспитанницах, о их поведении и здоровье, и всегда давала мудрые и человеколюбивые советы. Директрисы учебных заведений были в большом почете, имели голос в Опекунском Совете и не играли роли старших классных дам и угодниц почетных опекунов. Это происходило оттого, что они имели, кажется,право переписываться с Государынею и представлять ей о нуждах заведений. По крайней мере таким правом пользовалась г-жа Цеймерн. Все воспитанницы института при Воспитательном Доме во всю жизнь пользовались покровительством, дома, их воспитавшего, и могли возвращаться туда, когда были недовольны своими местами в частных домах. Все было придумано нежным сердцем для пользы, радости и покоя всех от нее зависящих. Это было не сухое, безжизненное покровительство, но материнское попечение. Зато приезд ее в институт был настоящим праздником. «Maman, maman! Mütterchen!» слышалось отвсюду. Бывало за большим обедом она приказывала снимать десерт и отсылать его в который-нибудь институт поочередно. А как просила она в своем духовном завещании опекунов помнить, что первым основанием всех действий должно быть благодеяние! Особенным вниманием ее пользовались покинутые своими матерями младенцы. Однажды отец мой, почти всегда ее сопровождавший при посещениях ею заведений выразил удивление, что она так нежно целовала маленькие члены этих несчастных, осматривала белье на кормилицах и проч. «Ах! – отвечала она, — все эти брошенные дети теперь мои и во мне должны находить попечение, которого они лишены». В последние годы ее жизни. Государь, найдя Обуховскую больницу умалишенных в самом жалком виде, просил императрицу Mapию Федоровну принять ее под свое покровительство, что она и исполнила с радостию, и многие из помещенных там больных выздоровели, благодаря кроткому с ними обхождению. Она вступала в их круг, давала целовать им свою руку, что не мало пугало моего отца, — и они называли ее «благодетельная мадам». Она придумала устроить для них загородный дом, где бы каждый имел свой садик. Все это изобретала сама, а мало заимствовала из теорий, хотя со вниманием выслушивала и читала их. Один только упрек можно сделать памяти Марии Федоровны, что она уже слишком много любила все немецкое и много призвала немцев в Россию; но это происходило от ее любящего сердца, не могшего оторваться от ранних привязанностей. Государственных общих взглядов она не имела, да и кто в то время знал Россию?.. И мы все знали ее только из иностранных книг. Благодаря обществу так называемых славянофилов, мы много узнали о своем народе и начали его любить как следует, а потом великое дело освобождения крестьян довершило наше воспитание. С этих пор становится стыдно не любить Россию...


1.Вступление императрицы Марии Фёдоровны и проведённые ею реформы Воспитательного общества.

12 ноября 1796 года, через шесть дней после смерти императрицы, последовал указ императора Павла I. В нём было всего шесть слов: «Императрице начальствовать над обществом благородных девиц».

Мария Фёдоровна была крещена по протестанскому обряду и наречена Софией – Августой – Луизой. Отец ее, принц Фридрих-Евгений, был младшим сыном владетельного герцога Вюртембергского. Он предназначался к духовной карьере и получил неплохое образование. Не чувствуя, однако, призвания к духовному сану, принц Фридрих-Евгений поступил на военную службу к «королю-философу» - Фридриху 2 Прусскому. Принц отличался не только храбростью, чем заслужил особое благоволение Фридриха Великого, но и любовью к изящной словесности. Фридрих 2 женил молодого Вюртмбергского принца на своей племяннице, принцессе Фредерике – Доротее.

Ещё в 1767 году, когда возник вопрос о невесте для цесаревича Павла Петровича, Екатерина 2 обратила внимание на Софию-Доротею, которой было в то время 8 лет. В 1771 году императрица даже выражала желание взять принцессу к своему Двору, чтобы воспитать ее как невесту для цесаревича. Однако тогда планам императрицы не суждено было осуществиться.

В 1775 году принцессе Софии-Доротее исполнилось 16 лет. Она была так хороша собой, что, несмотря на небольшое приданое, претендентов на ее руку было много. София-Доротея была объявлена невестой принца Гессен-Дармштадского. В это время произошло событие, перевернувшее всю ее жизнь. В апреле 1776 года родами скончалась первая супруга цесаревича Павла Петровича. Императрица Екатерина опять обратила внимание на Вюртембергскую принцессу. Через четыре месяца принцесса София-Доротея была уже в Петербурге, вскоре приняла православие и была наречена великой княжной Марией Фёдоровной. 26 сентября 1776 года состоялось ее бракосочетание с цесаревичем Павлом Петровичем. Молодая княгиня оказалась в центре хитросплетений императорского двора.

Во время царствования Екатерины 2 великая княгиня Мария Федоровна, ввиду сложных отношений между императрицей и цесаревичем, не имела возможности проявлять свою деятельность вне семьи. Как признавали современники, она не была создана для политической деятельности.

Восшествие Павла I на престол открыло для Марии Федоровны двери к просветительско – благотворительной деятельности. Начало этой деятельности и положил вышеупомянутый указ. На следующий же день после его подписания императрица сообщила, что «жалует обществу по пятнадцати тысяч рублей ежегодно, а именно по пяти тысяч,каждую треть, для употребления по предписаниям ее величества, да сверх того для раздачи воспитанницам всего общества, которые, при выпуске из одного, будут иметь нужду в таковой помощи».

Императрица Мария Федоровна приступила к исполнению возложенных на нее обязанностей по управлению Воспитательным обществом с заранее выработанным планом деятельности. Она была хорошо знакома как с принципами, положенными Екатериной Великой в основу этого учебного заведения, и с учебной реформой, произведённой в нем Комиссией народных училищ, так и с положением дел во всех сферах его жизни.

С первых же дней Мария Федоровна проявила кипучую деятельность. Начиная с конца 1796 года и весь 1797 год письменные указания императрицы следовали почти каждый день, устные же распоряжения вообще не поддаются учёту.

Императрица Мария Федоровна своей реформой строго разграничала деятельность Воспитательного общества благородных девиц и Мещанского училища, подчеркнув и усилив сословный принцип их организации. Императрица желала, чтобы принимаемые девицы «были из родов дворянских в самом существе, а не по единому токмо чину родителей их». Сословный принцип был нарушен только один раз за время существования Общества, когда по личному распоряжению Павла I три дочери умершего купца Филатьева были переведены из Мещанского училища в Воспитательное общество благородных девиц.

Совет Воспитательного общества приложил немало сил, выполняя волю высочайшей покровительницы. Предполагалось обойтись в основном уже имеющимся в его распоряжении педагогическим персоналом, пригласив только трёх новых преподавателей – Мартынова «для обучения  арифметике и российскому языку в нижних классах», для преподования «истории и географии благородным девицам взять человека надежного из учительской семинарии», а для «верхнего французского языка принять Маскле, обучающего в Горном корпусе, как человека весьма искусного в своем природном языке, так и разумеющего Российский, на собственном его экипаже, с жалованием по 700 руб.». Логику Совет предполагал «препоручить учителю Российского слога Малоземову, как человеку в ней искусному, за 200 руб.». Остальные предметы были также распределены между преподавателями Смольного с прибавкой жалования. Общая сумма дополнительного расхода была определена в 2555 руб. Несколько преподавателей вынуждены были оставить работу в Смольном, одни – потому, что их предметы были исключены из учебного курса, другие – потому, что Совет признал их недостаточно подготовленными. Изменения как в преподавательском персонале, и в распределении учебных предметов, продолжались в течение 1797 и 1798 годов.

Императрицей была сделана попытка внести некоторую индивидуализацию в систему классного обучения. Было установлено разделение воспитанниц каждого возраста на классные отделения, соответственно их способностям и степени успеваемости. Одно отделение в каждом возрасте предназначалось для наиболее способных и успевающих, второе – для «слабых». Между отделениями была значительная разница и в учебных предметах, и в объёме курса. В то время, например, как старшему возрасту в отделениях для наиболее успешных и посредственно успешных преподавались физика, логика и естественная история, в отделении для «слабых» эти науки не преподавались, а предназначавшиеся для них часы отводились на дополнительные занятия основными науками; количество учебных часов было разное в первых двух отделениях и в третьем, где добавлялись дополнительные часы на изучение русского языка за счёт сокращения количества часов, отведенных на историю и географию. Только на рисование, танцы, музыку и рукоделие во всех отделениях отводилось одинаковое количество часов.

Воспитанниц, в случае изменения их успеваемости, должны были переводить в более слабые или более сильные отделения. Однако такой порядок, положительно отражаясь на ходе занятий воспитанниц сильнейших отделений, в то же время оказывался неблагоприятным для тех воспитанниц, которые попадали в отделения для слабых. Слабые по способностям или просто медленно развивающиеся сразу же обрекались на изучение учебного курса в менее благоприятных условиях, на получение образования в значительно сокращенном объеме. Лишенные при классных занятиях воздействия со стороны своих более способных подруг, они только в исключительных случаях могли потом перейти в более сильные отделения. Этим объяснялось то обстоятельство, что случаи перехода из слабых отделений в более сильные всегда были немногочисленными, при чем переходили обычно те воспитанницы, которые обладали хорошими способностями и в слабые отделения попадали случайно.

В 1797 году был произведен обычный прием в Воспитательное общество благородных девиц и в Училище для мещанских девиц. Вскоре после приема выяснилось, что из новопринятых воспитанниц в Общество благородных девиц многие уже довольно хорошо обучены французскому языку учительницами – мещанками, выпущенными ранее. Узнав об этом, императрица велела Совету вновь ввести преподавание французского и немецкого языков в Мещанском училище, чтобы тем самым дать его воспитанницам в будущем средства к существованию. Любопытно, что это не было единственным отступлением от нового плана обучения. В августе план был введен в действие, а уже в начале сентября Совету было объявлено решение императрицы об отмене преподавания естественной истории.

Реформа императрицы Марии Федоровны коренным образом меняла характер Воспитательного общества. Широкие гуманно – общественные задачи, которыми увлекалась Екатерина 2, создавая новый тип закрытых учебно – воспитательных заведений, заменялись более узкими, специальными, чисто женскими.

Задачи воспитания были сведены к подготовке «добрых супруг, хороших матерей и хороших хозяек». Императрица Мария Федоровна признавала женщину «достойным и полезным членом государства» только в качестве «хозяйки». Вся система взглядов Марии Федоровны шла вразрез с мечтой Екатерины 2 о новой «породе людей».

2. Патриотическое воспитание и воспитательное общество благородных девиц.1812-й год.

1812-й год принес императрице Марии Федоровне, как «главноначальствующей» над женскими учебно – воспитательными заведениями, много волнений и тревог.

6 июля императрица, в целях оказания помощи в предпринятых мерах предосторожности в отношении проживающих в России иностранцев, потребовала от Совета Воспитательного общества точный список работающих в Смольном иностранцев, с указанием сведений: с какого года данное лицо находится в России, принимало ли присягу, имеет ли российское подданство и если нет, может ли Совет гарантировать его благонадежность. Иностранцев в Смольном оказалось много: в Воспитательном обществе – две инспектрисы и три классные дамы; в Мещанском училище – одна инспектриса, одна помощница, восемь классных дам; шестнадцать учителей и учительниц; четыре врача, один зубной врач, одна лазаретная дама, одна смотрительница за бельем, две ключницы, восемь мастеров( в том числе каменщик, кузнец, слесарь, портной), один швейцар, один лакей, одна кухарка у доктора, три бывшие инспектрисы и классные дамы, один кучер и один садовник в отставке и т.д. Большинство иностранцев в Смольном были немцы.

28 июля Совет представил Императрице списки иностранных служащих, причем указал на исправное исполнение всеми ими своих обязанностей, но ответственности за их благонадежность в будущем Совет брать не стал. События 1812 года, взволновавшие всю Россию, не могли не найти отражения в жизни Воспитательного общества благородных девиц. В формирующиеся армии были призваны отцы, братья и родственники многих воспитанниц и служащих Смольного. Страх за близких создавал тревожное, беспокойное чувство, такое настроение ещё более усиливалось напряженным ожиданием начала боевых действий.

С момента вторжения Наполеона в пределы России тревога соединилась с патриотическим подъемом, охватившим все слои русского общества. Эти два чувства не ослабевали в Смольном до последнего момента борьбы Александа I с Наполеоном и перешли в настроение национальной гордости и патриотического восторга после славного для России завершения войны.

Все интересы померкли перед ужасами войны и смерти. С неослабным вниманием искали в газетах, письмах, разговорах сведений о передвижении неприятельских войск, ходе боевых действий, судьбе родных и близких

Некоторые служащие Смольного пожелали вступить в народное ополчение, другие же собрали огромную сумму в 1687 руб., причем жертвовали все, в том числе и пепиньерки, а благородные воспитанницы отказались на все время войны в пользу армии от белого хлеба.

  1.  Последние годы жизни Марии Федоровны.

Смерть Александра I, события, сопровождавшие вступление на престол императора Николая Павловича, смерть императрицы Елизаветы Алексеевны подорвали здоровье Марии Федоровны, но она по-прежнему руководила всеми подведомственными ей заведениями, входила во все подробности их жизни. При императоре Николае Павловиче Мария Федоровна сохранила полную самостоятельность в управлении заведениями.

В записках одной из смолянок сохранился рассказ о последнем посещении Марией Федоровной Смольного: «Как сейчас помню последний ее приезд в Смольный. Мы были тогда уже второй год в «кофейном» классе.

На государыне был капот малинового бархата, и она проходила по столовой, держа под руку бабушку Адлерберг. Императрица, как говорили старшие, выражала неудовольствие за то, что нашла дам не по форме – не в синих платьях. Немного ласково пожурила их и, уезжая, посылала нам всем рукой поцелуй, говоря: «Прощайте, дети! Прощайте, ангельчики! Прощайте, капустки!». И кто бы из нас мог тогда подумать, что это была последняя к нам ее ласка?». 24 октября 1828 года императрица Мария Федоровна скончалась.

Чины Воспитательного общества участвовали в печальной процессии погребения. Воспитанницы Смольного присутствовали каждый день на панихидах. Смерть императрицы Марии Федоровны произвела глубокое впечатление в русском обществе.

В.А.Жуковский посвятил памяти императрицы Марии Федоровны такое стихотворение:

В решительный прощанья час

С невыразимым умиленьем,

С любовью, с благодареньем,

Я падаю в последний раз

Перед гробницею твоею!..

О! я дерзаю перед нею

За всю Отчизну говорить,

И в голос мой соединить

Все голоса в сие мнгновенье

В одно слиянное моленье:

Благодарим! Благодарим!

Тебя за жизнь твою меж нами!

За трон твой, царскими делами

И сердцем благостным твоим

Украшенный, превознесенный!

За образец, тобой явленный,

Божественные чистоты!..

За прелесть кроткой простоты

Среди блистанья царской славы!..

За младость дев, за жизнь детей,

За чистые душой твоей

Полвека сохранёны нравы,

За благодать, с какою ты

Спешила в душный мрак больницы,

В приют страдающей вдовицы

И к колыбели сироты!..

Г.Р.Державин называл Марию Федоровну «посланницей и другом небес», И.А.Крылов сравнивал ее с солнцем. В словах поэтов не было большого преувеличения. Люди, непосредственно знакомые с просветительско-благотворительной деятельностью императрицы Марии Федоровны, оставили о ней светлые воспоминания, полные глубокого уважения и благодарного преклонения.

Историк Карамзин писал: «Вот кто мог бы теперь быть из многих лучшим министром финансов, судя по ее умной деятельности для воспитания юношества и управления финансами Опекунского Совета». Плетнев называл императрицу Марию Федоровну «министром благотворительности».

В 1826 году Императорская Академия наук отчеканила в честь императрицы Марии Федоровны медаль в ознаменование пятидесятилетия ее просветительско-благотворительной деятельности в России.

Результаты этой деятельности были действительно весьма значительны. Приняв при вступлении на престол императора Павла под свое «главноначальствование» всего четыре учреждения: Воспитательное общество благородных девиц с Мещанским училищем, санкт-петербургский и московский Воспитательные дома, Мария Федоровна за годы своего управления во много раз увеличила их количество. Уже к 1824 году насчитывалось двадцать шесть заведений, состоявших под покровительством императрицы вне сферы деятельности Министерства народного просвещения, но успешно решавших проблемы воспитания юношества.

Воспитательное общество было обязано императрице Марии Федоровне и своим финансовым благосостоянием, и новым прекрасным зданием, и учреждением пепиньерского класса, обеспечивающего обществу на будущее время хороший воспитательский персонал, и многими хозяйственными улучшениями. Учебный процесс при Марии Федоровне был поставлен несравненно лучше и основательнее, дело воспитания доведено до надлежащей высоты, учебно-воспитательский персонал качественно улучшился, обогатился многими людьми, зарекомендовавшими себя ученой, учебной или воспитательской деятельностью.

Созданный гениальной мыслью Екатерины II, при Марии Федоровне Смольный вырос и окреп. При ней был намечен дальнейший путь его жизни, деятельности и работы.

«Императрица израстила три поколения, - говорилось в первой книжке пушкинского «Современника». – Если хоть одно из чистых начал ее учения не привилось к первому, оно ещё могло подействовать над вторым и несомненно утвердилось в третьем. Теперь половина России благороднейшими своими чувствованиями одолжена единственно ей. Светлая жизнь наша, домашние удовольствия, вкус, господствующий в избранных обществах, лучшие потребности ума и лучшие движения сердца – все это ее создание. И все это сделалось необходимою стихиею нашей жизни… Молодая особа, вышедшая из какого – нибудь института, состоявшего в ведении императрицы Марии Федоровны, в полном смысле снабжена уже всем, чего потребует будущая жизнь ее. Знатная и богатая украсит круг свой; бедная обеспечит себя или принесет помощь семейству родителей; одаренная талантом, смотря по своему состоянию, развила его или для блеска, или для приобретения житейской выгоды; не получившая от природы отличных способностей обучена всем рукоделиям, необходимым для женщины»

Новый тип русской образованной женщины настолько заинтриговал русское общество, настолько стал распространяться, что в русской литературе в начале 19 века появились новые героини романов и повестей – «девушки – монастырки».

Воспитание и образование в Смольном в то время настолько отвечало требованиям и вкусам тогдашнего русского общества, которое хотело видеть образованную женщину «изящной», что казалось современникам идеальным.

Среди окончивших Воспитательное общество благородных девиц при императрице Марии Федоровне было немало смолянок, имена которых сделались достоянием истории. Таковы, например, светлейшая княгиня Дарья Христофоровна Ливен, игравшая значительную дипломатическую роль в Париже и Лондоне, Ю. Н. Зиновьева, занимавшая впоследствии видное место в обществе, Мария Павловна Леонтьева, впоследствии начальница Воспитательного общества, Екатерина Владимировна Родзянко, впоследствии начальница санкт-петербургского Училища ордена Св. Екатерины, Мария Лукинишна Обручева и Слонецкая, обе служившие впоследствии инспектрисами в Смольном и другие. Некоторые смолянки открывали свои пансионы, многие поступили классными дамами или на частные места гувернантками, причем успешно справлялись со своими задачами и заслуживали одобрение и благодарность.

При Марии Федоровне Смольный служил образцом для других институтов. Учреждая новый институт, императрица не составляла для него нового устава, а создавала по образцу Воспитательного общества или Мещанского училища, с некоторыми лишь изменениями, соответствующими характеру и назначению нового заведения. Инструкции должностным лицам новых учреждений также обычно составлялись на основании инструкций и распоряжений, действовавших в Смольном.

В Смольный посылали учиться инспекторов и начальниц других институтов, ставили во главе других заведений лиц, служивших в Смольном, знакомых с его порядками. Так, например, две начальницы санкт-петербургского Училища ордена Св. Екатерины, Брейкопф и Кремпен, ранее работали в Смольном, первая – классной дамой, вторая – инспектрисой.

Воспитательное общество благородных девиц при императрицы Марии Федоровны, Екатерина Павловна, королева Вюртембергская, основала в Штутгарте женский Екатерининский институт «подобный Смольному, только в меньшем объеме». Мария Федоровна лично посетила его и убедилась, что он действительно является копией Смольного. Таким образом нашли реальное осуществление слова И. И. Бецкого, писавшего Екатерине II, что просветительные учреждения в России служат образцом для западноевропейских государств.


Заключение.

Императрица Мария Фёдоровна была необыкновенной женщиной, и её роль в распространении женского образования в России неоценима. Она посвятила всю свою жизнь, весь её уклад работе в своем особом Ведомстве - ведомстве императрицы Марии. Она сама вела обширную переписку, писала тексты уставов, планы и инструкции по устройству отдельных учреждений, следила буквально за всем: за подбором кадров начальства и преподавателей, за приготовлением пищи, качеством белья, порядком приёма и выпуска воспитанниц, и - нередко - за их дальнейшей судьбой 4. Авторитет Марии Фёдоровны привлекал и пожертвования других членов царской семьи, дворянских и купеческих обществ, частные пожертвования.

Сам взгляд на женское образование у Марии Фёдоровны был принципиально иным, чем в екатерининскую эпоху: с одной стороны, был уже накоплен некоторый опыт, с другой - новая эпоха диктовала менее умозрительный и схематичный, но более реалистичный подход к делу.

Императрица, помимо уже существовавшего Смольного института, учредила Воспитательный дом (1797), Мещанское училище (1797), училище ордена св. Екатерины (1798) и др. Она продумала не только сам процесс воспитания девочек: практичная немка хорошо представляла себе, какое именно будущее ждёт взрослую девушку - выпускницу учебного заведения. В инструкциях начальнице Московского Екатерининского училища Мария Фёдоровна, заботившаяся об особом подходе к каждому, писала: "надо стараться, чтобы воспитанницы привыкли к мысли о бедности.., многие из них будут жить в деревне, у некоторых есть родители, не получившие хорошего воспитания, но нужно приучаться жить с людьми всякого рода".

Главнейшей задачей Мария Фёдоровна считала воспитание матери.

Именно так: главной целью образования девочек провозглашалась необходимость воспитания "добрых супруг, хороших матерей и хороших хозяек" - вместо екатерининской книги "О должностях человека и гражданина" девочкам стали читать "Отеческие советы моей дочери" . В это время в общественном сознании утверждается представление о важности воспитания и образования детей, в котором главную роль играет семья, в особенности - мать. Ориентация на семью при получении образования в институте была основной темой воспитания и таковой она сохранялась на всё время существования института.


Список использованных источников литературы:

  1.    Ахметшин Ш.К. «Ум.  Честь.  Красота», Санкт-Петербург, 2008 год
  2.   Большая российская энциклопедия, том III, 2005 год
  3.  Мунчаев Ш.М. «Отечественная история», том 2, Москва, 1997 год
  4.  НекрасоваМ.Б. «История отечества», Москва, 2002 год
  5.  Орлов А.С., Георгиев В.А., Георгиева Н.Г., Сивохина Т.А. «История России», 2-е издание, Москва, 2004 год
  6.  Прохоров А.М «Советский энциклопедичкский словарь», 1985 год
  7.  Сахарова А.Н., Дмитренко В.П., Новосельцева А.П. История с древнейших времен до конца XX века, Москва, 1996 год
  8.  Узнародов И.М. «Отечественная история», Москва, 2002 год
  9.  Федоров В.А. «История России. 1861 – 1917», Москва, 1998 год
  10.  Черкасов П.П., Чернышевский Д.В. История России от Петра Великого до Николая II. Москва, 1994 год


 

А также другие работы, которые могут Вас заинтересовать

69085. Списки. Види списків. Загальні властивості і методи роботи зі списками 100.93 KB
  Списки є похідними класами від абстрактного класу FormatControl. До членів сімейства списків відносяться ListBox (список), ComboBox (випадаючий список), CheckedListBox (список з прапорцями) i ListView (відображає елементи в одному з 5 режимів).
69086. СТВОРЕННЯ МЕНЮ І ПАНЕЛЕЙ ІНСТРУМЕНТІВ 896.3 KB
  Простір імен System.Windows.Forms містить класи для організації спадаючих головних меню (розташованих у верхній частині форми) і контекстних меню, що відкриваються по клацанню правої кнопки миші. Клас ToolStrip є контейнером для створення структур меню, панелей інструментів і рядків станів.
69087. ВИКОРИСТАННЯ СТАНДАРТНИХ КОМПОНЕНТІВ В ПРОЕКТІ 74.2 KB
  В цій лекції ми розглянемо як реалізувати обробку функцій текстового редактора з використанням стандартних компонентів .Net Framework, які називають вікнами діалогу. Вікно діалогу - це модальна форма, її розміри не можна змінювати.
69088. ТЕХНОЛОГІЯ ДОСТУПУ ДО ДАНИХ ADO. NET. ОСНОВИ 934.86 KB
  Доступ до даних, що зберігаються в зовнішніх джерелах, з програмного коду здійснюється за компонентною технологією ADO (ActiveX Data Objects). Ця технологія призначена для спрощення доступу до даних з програм. Вона є розширенням технології зв’язування об’єктів OLE...
69090. ТЕХНОЛОГІЯ ADO .NET. ПРИЄДНАНІ ОБ’ЄКТИ 59.66 KB
  В лекції 8 розглядалася модель об’єктів ADO .NET (ActiveX Data Objects .NET), в якій є дві групи класів, що виконують чітко визначені задачі при роботі з базою даних: класи приєднаних об’єктів забезпечують встановлення з’єднання з базою даних і управління базою даних збоку застосування.