66390

ФИТОНИМИЧЕСКАЯ ЛЕКСИКА В ХУДОЖЕСТВЕННОЙ ПРОЗЕ Е.И. НОСОВА

Диссертация

Иностранные языки, филология и лингвистика

Актуальность диссертации обусловлена возрастающим вниманием лингвистов к изучению языковой личности Е.И. Носова; стремлением к многоаспектному описанию отдельных пластов лексики, в частности названий растений и растительных организмов...

Русский

2014-08-17

178.5 KB

4 чел.

На правах рукописи

Дьяченко Юлия Александровна

ФИТОНИМИЧЕСКАЯ ЛЕКСИКА В ХУДОЖЕСТВЕННОЙ ПРОЗЕ Е.И. НОСОВА

10.02.01 – русский язык

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание учёной степени

кандидата филологических наук

Курск – 2010


Работа выполнена на кафедре русского языка Государственного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Курский государственный университет»

Научный руководитель:

доктор филологических наук, профессор Бобунова Мария Александровна

Официальные оппоненты:

доктор филологических наук, профессор

Алешина Людмила Васильевна

кандидат филологических наук, доцент

Разумова Марина Анатольевна

Ведущая организация:

ГОУ ВПО «Воронежский  государственный университет»

                                                 

Защита состоится 13 октября 2010 г. в 10 часов на заседании объединенного диссертационного совета ДМ 212.104.02 при Курском государственном университете по адресу: 305000, г. Курск, ул. Радищева, 33.

 

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Курского  государственного университета и на сайте www.kursksu.ru

Автореферат разослан «___» сентября 2010 г.

        

Ученый секретарь объединенного диссертационного совета

доктор филологических наук

И.С. Климас

Общая характеристика работы

На рубеже XXXXI вв. возрастает интерес к художественному тексту как сложному комплексному явлению. Ученых интересует словарный состав произведения, его стилистические пласты, тематические составляющие и грамматические особенности. Описанию подвергаются единицы различных языковых уровней, позволяющие говорить о своеобразии индивидуально-авторской манеры повествования.

Язык писателей всегда привлекал внимание лингвистов                  (В.В. Виноградов, Г.О. Винокур, Б.А. Ларин). Эта тенденция сохраняется и в наши дни, о чем свидетельствуют многочисленные публикации           (Л.В. Алешина, А.Л. Голованевский, А.В. Дроботун, Ю.Н. Караулов,     И.И. Ковтунова, И.М. Курносова, Е.А. Некрасова, Н.А. Туранина,          В.К. Харченко и др.). Языковая картина мира писателя является зеркалом авторского мира, поскольку лик писателя проступает в системе словесной организации его творчества, где он стремится изобразить вещи объективного мира такими, какими их видит через призму своего художественного “я”.

Русская земля богата литературными талантами, творчество которых не оставляет равнодушными современных читателей. Одним из таких писателей является Евгений Иванович Носов – автор повестей и многочисленных рассказов, лирико-философских миниатюр и современной российской сказки. Главной темой его произведений, по утверждению самого автора, была жизнь простого деревенского человека, его нравственные истоки, отношение к земле, природе и ко всему современному бытию. Лауреат многих литературных премий, среди которых премия имени Александра Солженицына, Е.И. Носов по праву считается одним из самых талантливых стилистов ХХ века. Это объясняет устойчивый интерес литературоведов, лингвистов и краеведов к его самобытному творчеству.

Особое внимание к языковым особенностям писателя-земляка проявляют курские лингвисты. В рамках проекта «Курское слово» проанализированы диалектные и просторечные лексемы, всесторонне изучены фольклорные наименования в прозе писателя, выявлен фразеологический корпус текстов и разработаны принципы словарного представления художественного наследия писателя. Целый ряд публикаций посвящен описанию морфологических и синтаксических особенностей художественной речи Е.И. Носова. Начато исследование публицистического и эпистолярного наследия писателя.

Тема природы – одна из основных в творчестве Е.И. Носова, поэтому не удивительно, что лексика, номинирующая растения и растительные организмы, частотна в идиолекте писателя. Однако пейзажные зарисовки, по мнению исследователей, не являются для Е.И. Носова самоцелью: за образами и картинами природы, за внешне незначительными событиями затрагиваются морально-этические и эстетические проблемы, а наименования растений получают в произведениях писателя многозначительную смысловую нагрузку, известную иносказательность, помогая глубже выразить авторскую мысль.

Актуальность диссертации обусловлена возрастающим вниманием лингвистов к изучению языковой личности Е.И. Носова; стремлением к многоаспектному описанию отдельных пластов лексики, в частности названий растений и растительных организмов; отсутствием комплексного описания указанной группы слов в художественном тексте.

Объектом нашего исследования выбрана фитонимическая лексика художественной прозы Е.И. Носова.

Предметом изучения являются структурно-семантическая организация данного пласта лексики и её функциональные особенности в художественном дискурсе писателя.

Цель работы состоит в многоаспектном описании фитонимического лексикона прозы Е.И. Носова и в изучении художественно-изобразительных особенностей фитонимической лексики.

Данная цель предполагает решение следующих исследовательских задач:

– определить объём понятий «фитоним» и «фитонимическая лексика» и обосновать использование указанных терминов;

– составить словник, частотный словарь и конкорданс фитонимических наименований художественного дискурса Е.И. Носова;

– описать фитонимический пласт лексики с учётом частотности составляющих его слов, их стилистической маркированности и узуальности;

– выявить тематические группы названий растений и растительных организмов и дать общую характеристику каждой из них;

– определить место диалектных фитонимов в художественном тексте и способы их семантизации;

– исследовать особенности использования фитонимической лексики в составе средств художественной изобразительности писателя.

Базой эмпирического материала послужило собрание сочинений        Е.И. Носова в 5-ти томах (Москва: Русский путь, 2005). Наш выбор обусловлен тем, что это самое полное издание, в котором произведения сгруппированы по тематическому принципу (1 том – рассказы о природе; 2 том – произведения о детстве; 3 том – о деревне; 4 том – о войне; 5 том – творческие портреты, беседы, интервью, выступления и переписка). Всего проанализировано 147 прозаических художественных текстов писателя: 6 повестей, 106 рассказов, 34 миниатюры и одна сказка. Исследование основано на составленном нами алфавитно-частотном словнике фитонимической лексики, содержащем  678 лексем с общим количеством словоупотреблений 4547.

Научная новизна работы определяется тем, что это первое исследование, посвящённое всестороннему изучению фитонимического лексикона художественных произведений Е.И. Носова. В диссертации выявлен фитонимический фонд художественной прозы, предложена тематическая классификация наименований растений, определено место диалектных фитонимов, зафиксированных в художественном тексте, и охарактеризованы функциональные особенности фитонимов в идиостиле писателя.

Методы и методики исследования. В работе используются традиционные лингвистические методы: описательный, таксономический и сопоставительный. В исследовании применялись методики количественного и контекстуального анализа, методика стилистического комментирования и методика функционально-стилистического анализа, позволяющая обнаружить типические приёмы индивидуально-художественного использования изобразительных средств языка. Также использовались новые методики лингвокультурологического анализа, разработанные курскими лингвистами: доминантный анализ и методика сжатия конкорданса.

Теоретическая значимость диссертационной работы состоит в том, что выводы, полученные в результате исследования, углубляют представление о своеобразии художественного языка Е.И. Носова и способствуют решению ряда проблем в области авторского идиолекта; на материале фитонимической лексики выявляются смысловые приоритеты языковой картины мира писателя и определяется функциональная значимость наименований растений в построении художественного текста. Результаты осуществлённого анализа могут быть использованы для исследования других тематических групп лексики и для проведения сопоставительного анализа фитонимов в разных аспектах.

Практическая ценность состоит в том, что полученные результаты могут найти применение в курсах современного русского литературного языка и лингвистического анализа художественного текста, при подготовке спецкурсов и спецсеминаров, посвящённых языку художественной прозы, а также в лексикографической практике.

Положения, выносимые на защиту

1. Одно из важных мест в языковой картине мира Е.И. Носова занимает фрагмент «Флора», о чем свидетельствует словник фитонимических наименований, выбор и частотность которых обусловлены тематикой произведений, воссозданием обстановки, в которой живут герои повестей и рассказов, и авторской установкой, связанной с описанием образов и характеров персонажей.

2. Основу фитонимического словника составляют узуальные стилистически нейтральные лексемы, однако в художественной прозе Е.И. Носова используются разговорные наименования растений, диалектные фитонимы и окказиональные слова, что является яркой особенностью идиолекта курского писателя.

3. Фитонимический лексикон устроен иерархически. Представляющие его языковые единицы объединяются в тематические группы «Общие наименования», «Собственно фитонимы», «Наименования грибов», «Партитивные фитонимы» и «Наименования совокупностей», которые, в свою очередь, делятся на подгруппы. Границы между группами и подгруппами подвижны.

4. Фитонимическая лексика активно употребляется Е.И. Носовым в составе изобразительных средств, прежде всего метафор и сравнений. Писатель использует разнообразные модели переноса наименований и способы выражения сравнительных отношений. Художественные средства изобразительности взаимодействуют друг с другом, в результате чего происходит «наложение» тропов, их обратимость и концентрация в пределах микроконтекста.

5. В произведениях Е.И. Носова мир природы соотносится с миром человека. Люди сравниваются и сопоставляются с растениями, а растительные организмы наделяются свойствами людей: их способностью дышать, видеть, чувствовать, говорить, любить. Все это свидетельствует о стирании границ между «живой» и «неживой» природой и о гармонически устроенном мире произведений Е.И. Носова.

Апробация результатов исследования. Основные положения диссертации излагались в виде докладов на аспирантских семинарах при кафедре русского языка Курского государственного университета (2008–2010 гг.), в ходе работы летней научной школы «Курское слово» (2009 г., 2010 г.), на III Всероссийской научно-практической электронной конференции с международным участием «Язык. Коммуникация. Культура» (г. Курск, 2009 г.), на II Международной научной конференции «Интерпретация текста: лингвистический, литературоведческий и методический аспекты» (г. Чита, 2009 г.), на XII Международной научно-практической конференции молодых учёных «Актуальные проблемы русского языка и методики его преподавания: традиции и инновации» (г. Москва, 2010 г.) и нашли отражение в десяти публикациях.

Структура работы. Диссертационное сочинение состоит из введения, двух глав, заключения, списка источников, использованных словарей, библиографического списка и двух приложений, включающих алфавитно-частотный словник и частотный словарь фитонимической лексики.


ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность избранной темы, определяются цель и задачи, объект и предмет исследования, выявляются научная новизна, теоретическая и практическая значимость работы, описываются материал, методы и методики исследования, излагаются положения, выносимые на защиту.

В первой главе «Место фитонимической лексики в художественной прозе Е.И. Носова» определяется объем понятий «фитоним» и «фитонимическая лексика», даётся общая характеристика фитонимического словника и частотного словаря фитонимов, проводится анализ фитонимического лексикона писателя, предлагается  классификация выявленных наименований растений.

Фитонимический словник и частотный словарь художественных произведений Е.И. Носова были созданы при помощи программы компьютерной обработки текстов Newslov. За единицу наименования принята лексема в совокупности её фитонимических значений.

Ядро словника составили существительные, а периферию – производные прилагательные, наречия и глагольные формы. Наряду с простыми по структуре наименованиями фиксируются сложные прилагательные, в составе которых оба корня имеют фитонимическое значение (викоовсяной, калиново-ольховый, шалфейно-ромашковый), или только один (мелкокленье, мелколистный). В отдельных словарных статьях представлены неразложимые устойчивые сочетания, имеющие терминологический характер (анютины глазки, заячья капуста,  кошачья мята), употребляемые Е.И. Носовым латинские термины (аманита-фаллоидес, онобрихис аданс) и составные наименования разных типов (грибки-ягодки, травка-муравка).

Средняя частотность фитонимов в словнике составила семь словоупотреблений. Группа низкочастотной лексики, представленная 534 лексемами, составляет 78,8% от общего числа фитонимов, а группа высокочастотной лексики, содержащая 144 лексемы, – 21,2%. На долю низкочастотной лексики приходится 1198 (26,3%) словоупотреблений, а на долю высокочастотной лексики – 3349 (73,7%) словоупотреблений.

Самым частотным фитонимом оказалось существительное трава (298 словоупотреблений, далее – цифра), за ним следуют: дерево (202), куст (171), лист (134), ветка (109), цветок (107), камыш (88).

Опираясь на существующие классификации названий растений и растительных организмов, мы распределили выявленные наименования по следующим группам:

   1) общие наименования (дерево, трава, куст);

   2) собственно фитонимы – названия деревьев, кустов, трав, цветов и   плодов (берёза, сирень, вьюнок, астра, яблоко);

   3) наименования грибов (боровик, опёнок);

   4)  партитивные фитонимы (ветка, ствол, корень);    

   5) наименования совокупностей (березняк, черёмушник).

Первую группу – общие наименования – представляют 47 лексем в 1047 словоупотреблениях, что составляет 7% от общего числа лексем и 23% от всего количества словоупотреблений. В эту группу мы включили слова, называющие растения по общим особенностям внешнего вида, характера произрастания и по свойствам, а также имеющие базовое имя: растение, плод (дерево, куст, растение, саженец, самосевка, семенник).

Группа «Собственно фитонимы» – самая многочисленная. Она включает в себя 432 лексемы в 2071 словоупотреблении, что составляет 64% от общего числа лексем и 45,5% от общего количества словоупотреблений. В этой группе выделены следующие подгруппы:

 ● деревья, кустарники, их плоды и сорта (берёза, бересклет, вишня, антоновка);

 ● лианы и их плоды (виноград, плющ);

 ● цветы и травы (астра, душица);

 ● огородные травянистые растения, клубнеплоды и корнеплоды (огурец, картофель, морковь);

 ● водные и болотные растения (водоросль, осока).  

Самым частотным существительным указанной группы оказалось слово камыш (88). Писатель, проведший большую часть детства в деревне у деда, хорошо усвоил его уроки и так писал о значении этого растения в жизни сельского жителя: Этим-то камышом у нас кроют крыши, забирают стенки деревенских надворных построек, смазывая их глиной, топят лежанки и печи, а ребятишки мастерят из него певучие дудочки и свистульки (Кто такие?, II, 163).

В группу высокочастотных наименований также вошли ракита, тополь и береза. Эти слова становятся не только обязательным элементом пейзажных зарисовок, но и приобретают особую смысловую значимость: несломленная ракита напоминает писателю Россию, тополь символизирует силу и мужество, а светлая сень берез ассоциируется со сводами храма.

В группе частотных наименований оказались фитонимы яблоня и яблоко. И это не случайно. Курский край всегда славился изобилием данного фрукта. В произведениях писателя встречаются почти все наименования сортов яблонь, выращиваемых в Курской области: анисовка, антоновка, апорт, белый налив, бельфлёр, свечовка, штрифель: Каждая поклажа сочилась своим собственным ароматом анисовки, свечовки, всяких новых штрифелей и бельфлёров, которые все вместе и создавали этот пряный праздничный настой (Яблочный Спас, IV, 315).

В рассказах Е.И. Носова часто упоминаются сосна, черёмуха, липа, ель, калина, ива, клён, дуб, осина, верба, ветла. Реже используются существительные рябина, вяз, ольха, каштан. Совсем редко – пальма, бересклет, черешня, а фитонимы кизель, пихта, персик, чинара зафиксированы по одному разу. Появление таких слов обусловлено характером повествования, особым местом действия, о чем свидетельствуют названия произведений: «Алим едет на Кавказ», «Конец Избасаровой хижины»,  «Тайна Текелийского ущелья», «Песни гор» и др.

Подгруппа «Цветы и травы» содержит около двухсот наименований растений, которые мы разделили по характеру произрастания на     травянистые дикорастущие растения и травянистые культурные растения. Последнюю микрогруппу мы классифицировали по местам произрастания: комнатные цветы, садовые цветы, огородные растения, злаковые культуры.

Наименования комнатных цветов в прозе Е. Носова не разнообразны. Упоминаются лишь самые распространенные в крестьянском доме растения, обычно неприхотливые и полезные, например: алоэ, герань. Не отличается разнообразием и список названий садовых цветов, причем все они имеют низкую частотность (бархатцы 1, георгин 2, маттиола 2, пион 1, тюльпан 3). Интересно отметить, что Е.И. Носов практически не упоминает розу – один из наиболее поэтических образов в русской литературе. Существительное роза встретилось один раз в рассказе «Петушиное слово» при описании головного убора героини (посадский платок, расшитый красными розами).

Е.И. Носову садовые цветы интересны не в такой степени, как луговые. Красивые ухоженные садовые растения, безусловно, привлекают внимание, но в сознании писателя они предстают как «цветочная аристократия» и используются для воссоздания городского (дачного) колорита или служат фоном для описания «знаковых» цветов, как, например, в рассказе «Живое пламя»:

Пестрели куртинки желто-фиолетовых анютиных глазок, раскачивались на тонких ножках пурпурно-бархатные шляпки парижских красавиц. Было много и других знакомых и незнакомых цветов. А в центре клумбы, над всей этой цветочной пестротой, поднялись мои маки <…> Они слепили своей озорной, обжигающей яркостью, и рядом с ними померкли, потускнели все эти парижские красавицы, львиные зевы и прочая цветочная аристократия (Живое пламя, I, 134).

Наименования огородных растений представлены довольно обширным списком, в который вошли названия корнеплодов и клубнеплодов (картошка, морковь, редис, редька, репа, свекла), листовых, луковичных и других овощных культур (капуста, лук, огурец, петрушка, помидор, укроп, чеснок, щавель), бахчевых культур (арбуз, дыня, тыква), масличных (подсолнечник, подсолнух), бобовых (горох, фасоль, эспарцет). Многочисленны и наименования злаковых культур: кукуруза, овес, просо, пшеница, рожь, ячмень.

Наиболее разнообразен перечень дикорастущих цветов и трав: адонис, аир, василек, донник, дурман, дягиль, зверобой, Иван-чай, кашка, кипрей, клевер, ковыль, колокольчик, крапива, лебеда, лопух, молочай, мятлик, незабудка, овсяница, одуванчик, осот, первоцвет, подснежник, повилика, подорожник, полынь, пустырник, пырей, репей, ромашка, сурепка, татарник, чертополох, шалфей – всего 176 лексем. Самыми упоминаемыми цветами в прозе Е.И. Носова оказались ромашка и клевер, при этом автор обращает внимание не только на красоту этих цветов, но и отмечает их распространенность и даже обыденность в сельской местности, их полезность и важность в быту.

Заядлый рыбак, много времени проводивший около рек и прудов, Е.И. Носов часто упоминает и названия водных и болотных растений, причем большинство из них весьма частотно: кувшинка (13), осока (37), рогоз (4), ряска (7), тростник (8).

В своих рассказах писатель красочно рисует картины цветения трав, подмечая со свойственной ему внимательностью все цветовые оттенки описываемого разнотравья. Е.И. Носов очень разнообразен в языковых способах передачи цветовой гаммы. Он использует как традиционные колоративные прилагательные и глаголы (белые анемоны, желто-фиолетовые анютины глазки, малиновый татарник; зажелтеть одуваном, синеть шалфеем), так и находит новые формы для фиксации цвета: багряно млевшая герань; огненно-желтые факелы ирисов; голубая охапка незабудок; синие островки шалфея; просиять ромашками; репей, вызревший рыжими папахами. Писателю важен не только цвет растений, но и их запахи: мята и чабрец источали густой аптечный запах; пряный иван-чай; нежно-горьковатый аромат, похожий на запах ванили у маттиол; тонкий и сладостный запах первоцвета. Особенно это проявляется во фрагментах, где цветовые и обонятельные ощущения слиты воедино: По обе  стороны топленым  розоватым молоком  пенилась на ветру  зацветшая  гречиха,  и  все  оживились, войдя  в нее,  пахуче-пряную, гудевшую  пчелой,  неожиданно  сменившую  однообразие  хлебов (Усвятские шлемоносцы, IV, 151).

Группа «Наименования грибов» в фитонимическом словнике             Е.И. Носова самая малочисленная. Она содержит десять лексем (1% от общего числа лексем словника) в 23 словоупотреблениях (0,5% от общего количества словоупотреблений). Больше всего упоминаний о грибах находим в рассказах «Аманита фаллоидес» и «Забытая страничка». В этих произведениях автор предстаёт перед читателем большим знатоком по части грибов, подбирая каждому из них индивидуальные определения, согласно их структуре и цветовой гамме:  Тут были весёлые пёстрые сыроежки, оранжевые на длинных белых ножках подосиновики, тугие дородные боровики и ещё какие-то (Аманита фаллоидес, I, 258).

Группа «Партитивные фитонимы» – вторая по количеству включенных в нее лексем. Она содержит 123 слова (18%),  которые встречаются 997 раз (22%). В эту группу вошли слова, обозначающие части растений (ветка, гроздь, зонтик, кора, лист, почка, сук, усик). В произведениях Е.И. Носова нет поверхностного описания пейзажа, он детально вырисовывал всё, что сам видел, желая, чтобы и читатель смог представить, как при первом морозце «празднично вырядилась каждая былинка, всякая травяная трубочка», ощутить душистый запах «яблочной мякоти», почувствовать на вкус «приторно-сладкие лепестки акации».

Группа «Наименования совокупностей» представлена 66 лексемами (10%)  в 409 словоупотреблениях (9%). Данная группа включает в себя названия различных сочетаний однородных дикорастущих или специально посаженных растений, составляющих единое целое и имеющих базовое имя: совокупность. Основными показателями собирательности явились суффиксы -j-, -няк-, -ник-, -ин-, -в- (разнотравье, ивняк, ельник, дичина, листва). В данную группу вошли также слова, передающие значение собирательности лексически (бурьян, зелень).

Самой частотной в данной группе оказалась лексема хлеб (69). И это понятно, ведь хлеб – всему голова. Для деревенских жителей хлеб – основа жизни, одна из тех субстанций, без которых немыслимо существование. Недаром автор ставит слово хлеб в один ряд со словами мать и Россия: И лишь одно название было всем дорого и понятно, как, скажем, мать или хлеб, – Россия (Усвятские шлемоносцы, IV, 32).

Отличительной особенностью идиолекта Е.И. Носова является использование окказионализмов (дурностой, лопушьё, мелкокленье, мертвостой, разновсячина), большинство из которых имеют корень -трав- (дурнотравье, мелкотравье, пестротравье, пустотравье,  чернотравье).

Отдельный параграф первой главы посвящен диалектным фитонимам. Традиционно учёные выделяют следующие типы диалектных слов: фонетические, лексические (собственно лексические и семантические) и грамматические (словообразовательные и морфологические).

В произведениях Е.И. Носова встречаются все выделенные типы диалектизмов, наибольшее число из которых составляют собственно лексические наименования, не известные литературному языку (зобник, курослеп, хмызь). Частотны и словообразовательные диалектизмы, отличающиеся от литературных слов морфемами (например, вишеньё, дернина – ср. в литературном языке вишенник, дерн). Нами зафиксирован лишь один пример семантического диалектного фитонима – дуля ‘груша’. В таком значении слово встречается в южных говорах: Вот диво: дули на ней ещё слаже, чем прежде (Тёмная вода, III, 278). Фонетические диалектизмы в контекстах Е.И. Носова представлены двумя лексемами – квасоль и пошаничка. Первый фитоним демонстрирует отсутствие парного глухого [ф] в славянских языках, а второй – процесс вокалической разрядки гласных (вставной гласный звук).

Морфологические диалектизмы, отличающиеся от литературных лексем особой формой числа, падежа или рода, также не частотны. Существительное полын в диалектной речи мужского рода; в такой форме это наименование употребляется и в художественной прозе Е.И. Носова. В произведениях писателя также встречаются примеры образования форм множественного числа от существительных, употребляющихся в литературном языке только в единственном числе (бурьяны, клевера, кочны, льны, ржи, овсы): Прошли зелёной отавой со стожком, синими льнами, белёсыми ржами (За долами, за лесами, II, 31).

Учёные выделяют разные способы семантизации диалектизмов в художественном тексте, однако в прозе Е.И. Носова мы наблюдаем органичное «вплетение» фитонимических диалектизмов в языковую ткань повествования. В художественных текстах практически отсутствует прямое толкование диалектных наименований растений при помощи пояснительных или уточняющих слов, хотя данный способ является довольно распространённым в русской литературе. Приведем один пример: Помимо морковки да редьки с репою и прочих подобных овощей на царских грядках во множестве произрастали цветы и полезные травы <…> «нохти», то бишь календула(Зелёная охота царя Алексея, V, 16). В данном случае автор использует союз то бишь (= то есть) для уточнения значения диалектного существительного, при написании которого избирает и графический способ маркировки – кавычки.

Иногда значение использованных диалектизмов раскрывается автором при помощи косвенного толкования, с помощью литературных синонимов: Однако же бабушка почтительно величала свёклу египетской варёнкой, и на её лице проступало благостное просветление. Она непременно говаривала, что будто бы этот красный бурак не просто так, а помянут в Священном Писании… (Картошка с малосольными огурцами, II, 135). В узком контексте употреблены три наименования одного и того же растения: наряду с общеупотребительным существительным свёкла используются диалектные названия варёнка ‘красная столовая свёкла’ и бурак ‘свекла’.

В отдельных случаях конкретная семантика фитонима не проясняется, но читатель понимает, что речь идёт о растении. Это достигается разными способами. Во-первых, включением диалектных фитонимов в ряды однородных членов предложения: В летнее время остальные витамины «обормоты» добирали сами: <…> ели свербигу, щавель, корни лопуха, просвирник, обножья первоцвета, дудник, почки и листья липы, пупырь, покосную землянику, шмелиный мёд, чёрную бзюку (Два сольди, II, 301). Наряду с широко известными литературными наименованиями (щавель, лопух, липа) и ботаническими терминами (свербига, дудник), писатель употребляет диалектные фитонимы (бзюка, пупырь). Контекст не раскрывает семантики диалектизмов, но указывает на их растительную природу. Во-вторых, в прозе Е.И. Носова распространены случаи, когда значение диалектных наименований частично объясняется семантикой зависимых или определяющих слов разных частей речи с фитонимическим значением (чащоба, травяной, цвести и др.). Все это демонстрирует мастерство писателя, виртуозно владеющего двумя вариантами языка (литературным и диалектным).

В целом богатство фитонимического словаря писателя определяется следующими факторами:

● большим количеством разнообразных наименований, среди которых значительное число лексем номинирует растения, распространённые в  Черноземье, – малой родине Е.И. Носова (акация, ветла, калина, клён, кукуруза, липа, лопух, одуванчик, полынь, рябина);

● активным использованием слов с субъективно-оценочным значением (грушка, донничек, душичка, ивица, коноплинка, крапивочка, морквушка,  побежек, растеньице, семенцо, щавелиночка; бурьянище, клеверище, пнище);

● значительным числом разговорных фитонимов (картошка, морковка, одуван, подсолнух) и диалектных слов (бзюка, зобник, копытник, поползуха, пупырь), большая часть которых является принадлежностью южных говоров (бурак, дуля, квасоля);

● наличием индивидуально-авторских лексем (капустно, мелкокленье, разновсячина, чернотравье, укропно);

● употреблением разнообразных отфитонимических образований (бескамышный, лещинковый, осочный, отковылившись) и разветвленными рядами производных единиц (травка, травина, травинка, травиночка; травостой, чернотравье; травка-муравка; травный, травяной, травянистый, короткотравый; затравеневший).

Во второй главе «Фитонимическая лексика в составе средств художественной изобразительности» описываются особенности функционирования фитонимической лексики в составе образных средств. Фитонимические средства художественной изобразительности – распространённое явление в идиостиле Е.И. Носова. Они создают мощное ассоциативное поле, формируя особенности языковой картины мира писателя. Для Е.И. Носова совершенно естественно представлять в фитонимических образах человека, объекты живой и неживой природы, абстрактные понятия, эмоциональные и физические состояния людей и животных, а также их действия.

Как показало наше исследование,  художественные произведения                Е.И. Носова изобилуют средствами изобразительности. Фитонимическая лексика в прозе писателя встречается в составе метонимии (каждый куст стрекотал), перифразы (подсолнечник – солнечный круг), эпитета (одуванчиковая головка ребёнка), но самыми частотными изобразительными средствами в идиостиле Е.И. Носова, содержащими наименования растений и растительных организмов, являются метафора и сравнение.

В своём исследовании мы рассматриваем метафору в широком смысле. Метафорическое значение фитонимов реализуется в трёх типах переноса: с неодушевлённого на одушевлённое, с неодушевлённого на неодушевлённое, с одушевлённого на неодушевлённое. В работе анализируются выявленные метафорические конструкции, которые имеют разнообразное структурное строение: одночленная метафора (колосок → локон; просо → звезды; яблоко  жизнь); двучленная метафора (метафора-приложение: ягодка-росинка, грибы-купола; генитивные сочетания: подсолнух волос, мякоть луны, кустики бровей; фитонимическое прилагательное + существительное: арбузная плешь, морковные руки) и многочленная метафора (одуванчиковая россыпь первых гусиных выводков). Предпочитаемая автором грамматическая структура метафоры – двучленная распространённая конструкция.

Природа в творчестве Е.И. Носова наделяется свойствами человека, поэтому самым регулярным в идиостиле писателя оказывается перенос с одушевлённого на неодушевлённое. В произведениях автора структурно-семантическая типология данного явления представлена различными типами синтагм:

– предикативными (глагол, содержащий персонифицирующую информацию, и существительное-фитоним, называющий предмет олицетворения: былинка вырядилась, вьюнок карабкался, дерево поправилось, стволы ахают, хлеба дышали, черемуха насорила, яблони дремали): Спелые хлеба по обе стороны просёлка дышали в лицо печной духотой, и хотелось приподняться на цыпочки, чтобы сглотнуть свежего ветерка (Степное лето, I, 247);

– атрибутивными («прилагательное + существительное-фитоним», «причастие + существительное-фитоним», «существительное-фитоним + причастный оборот», «олицетворения-приложения» и «генитивные сочетания»: голубоглазые незабудки, гостеприимное дерево, застенчивые хохлатки, коварный грибок; ликующая зелень, подобревшая крапива, продрогшая трава, растревоженный рогоз; груша, выбежавшая на полянку; каштан, лопоухий и простодушный верзила; лик подсолнуха, вихры листвы: Не чуя беды, зелёные любимцы продолжали цвести как ни в чём не бывало, особенно доверчивые гераньки, источавшие свой уютный, примиряющий запах (Фагот, IV, 182).

Наряду с контактными синтагмами писатель использует дистантные, в которых  олицетворяющий признак сочетается с персонифицированным денотатом не непосредственно, а через неантропоморфный глагол: В предчувствии близкой осени скудно, устало доцветали оранжевые коготки(Яблочный Спас, IV, 322).

Е.И. Носов часто использует кодифицированные метафоры, однако всякий раз пытается расширить традиционный метафорический образ путём передачи синестезии ощущений (пахучие волны разнотравья, медвяные волны зацветающего подмаренника, шуршащее море камыша). Характерной чертой идиостиля писателя является и активное употребление некодифицированных олицетворяющих и неолицетворяющих метафор (желтоокие в белых чепчиках ромашки, арбузы в полосатых тельняшках). В целом практически любое фитонимическое наименование в прозе Е.И. Носова может персонифицироваться, что свидетельствует об одушевлённости растительного мира в прозе курского писателя.

Важное место среди изобразительных средств в идиостиле Е.И. Носова занимает сравнение. В его художественных произведениях выявлены разнообразные компаративные модели, самыми частотными из которых являются синтаксические сравнительные единицы, в которых показатель сравнения выражен синтаксическими средствами языка:

    –  сравнительными оборотами с союзами как, будто: Из-за края капюшона Сараеву был виден один её нос, розовый, как молодая картофелинка (Храм Афродиты, III, 90); 

    – придаточными сравнительными  предложениями с союзами как, как если, будто: Сотрясло окрест, будто совсем близко надломилось вековое многотонное дерево (Греческий хлеб, II, 264);

    – сверхфразовыми единствами: Отсюда, с земли, сквозь колышимые на ветру былинки, храм походит на кем-то забытый в мураве туесок, доверху наполненный грибами-куполами. Будто кто набрал их полон короб и все клал и клал друг на друга, грибок на грибок, <…> а на вершине грибного ворошка  водрузил самый крепкий чешуйчато-серебристый подберезовик(И уплывают пароходы …, III, 343).

Наиболее частотными в ряду синтаксических конструкций являются сравнительные обороты, которые, как показало исследование, бывают одночленными (состоящими из одного компонента), двучленными (состоящими из двух компонентов) и многочленными (состоящими из трёх и более компонентов). Сравнительные придаточные предложения в произведениях Е.И. Носова могут быть полными и неполными, двусоставными и односоставными, осложнёнными и неосложнёнными.

Далее по употребительности следуют лексические компаративные единицы, средствами выражения которых выступают слова с семантикой сравнения. В произведениях писателя встречаются лексические компаративные конструкции с определительными, обстоятельственными и объектными оборотами, вводимыми:

– прилагательным похожий: Митя огладил мальца по запущенной, давно стриженной голове, похожей на сохлый репей(Греческий хлеб, II, 244);

– глаголами напоминать, походить: Он (кузнечик) был весь зеленый: и брюшко, и крылышки, и спинка — и походил на молодой гороховый стручок, к которому приделали лапки и усики (Музыкальная шкатулка, I,  103);

– предлогом подобно: По-рачьи красное, безусое и сморщенное Яшкино лицо <…> так и состарилось, подобно не набравшему силы, преждевременно обронённому деревом яблоку (Потрава, III, 105). 

Морфологические компаративные конструкции в прозе            Е.И. Носова представлены фитонимами-существительными в форме творительного падежа («творительный сравнения») и предложно-падежной сравнительной формой имени существительного:

– Ну и аполитичная же ты, Марья! – бураком занялся председатель (Синее перо Ватолина, IV, 205); 

Вся-то козява с гречишную кожуру, а какой беды натворила… (Петушиное слово, III, 225).

В группу словообразовательных сравнительных единиц мы  включили наречия (бурачно, дурманно, капустно, лимонно, тыквенно, укропно, хмельно) и сложные прилагательные  (бурачно-красный, вишенно-спелый, свёкольно-фиолетовый, сливово-чёрный), которые вслед за В.М. Огольцевым называем компаративно-производными. Такие языковые единицы обычно имеют окказиональный характер: Было слышно, как под коваными, одеревенелыми сапогами капустно хрустел молодой снег (Синее перо Ватолина, IV, 203).

Представленная структурная типология сравнительных единиц в прозе Е.И. Носова демонстрирует богатство и разнообразие компаративных конструкций и доказывает, что палитра художественных изобразительных средств писателя очень широка. Фитонимические сравнения основаны на глубоком знании автором особенностей внешнего вида растений, их строения, среды обитания. Фитонимы выступают и в качестве субъекта (глаза, как маслины), и в качестве объекта сравнения (серой туманной шубой простирались камыши).

В диссертации подробно анализируется семантика сравнений с фитонимической лексикой, дается типология нефитонимических объектов сравнения в компаративных конструкциях и определяются функции фитонимических сравнений.

Яркой особенностью художественного текста являются развёрнутые метафорические (как частный вид – олицетворяющие) контексты и многочисленные примеры взаимодействия изобразительных средств, когда метафора и сравнение наслаиваются друг на друга, соседствует в миниконтексте или «перетекают» из одной конструкции в другую: А по всему этому радостному разнотравью, будто стёжки дорогого шитья, были рассыпаны серебряные ковыльные росчерки (Земля заповеданная, III, 126).

В приведённом примере соседствуют несколько метафор (радостное разнотравье, ковыльные росчерки) и  сравнение (будто стёжки дорого шитья). Компаративная конструкция детализирует изображаемую картину, а в совокупности все рассматриваемые образные средства выполняют изобразительную функцию.

В художественной прозе Е.И. Носова встречаются примеры обратимости изобразительных средств. Например: В небе висела какая-то странная штуковина. Больше всего она походила на переросший огурец, какие бабушка Варя оставляла на семена (НЛО нашего детства, II, 198). В представленной компаративной конструкции неизвестный предмет в небе (в дальнейшем – дирижабль) ассоциируется у местных жителей с огородным растением – огурцом, и даже уточняется с каким именно (какие бабушка Варя оставляла на семена), то есть «штуковина» походила на большой, пожелтевший огурец-семенник. В следующем предложении сравнение переходит в метафору: И тут обнаружилось, что сей странный овощ  вовсе не висел на одном месте, а едва зримо, так что мы сперва и не заметили этого, смещался на восток (НЛО нашего детства, II, 199).

«Обратимость тропов» может проявляться не только в пределах одного текста, а становится яркой особенностью идиостиля писателя в целом. Например, в рассказе «Хитрюга» стволы деревьев сравниваются с колоннами: Стволы деревьев подпирают небо, будто колонны (Хитрюга, I, 97), – а в рассказе «Лесной хозяин» существительное колонны оказывается приложением: Среди стволов-колонн затаилась гулкая тишина (Лесной хозяин, I, 130).

Сплошная масса камышей в разных произведениях описывается       Е.И. Носовым по-разному: стена камышей (Тропа длиною в лето, I, 34); камышовая стенка (Палтарасыч, I, 152); камыши стеной (Сронилось колечко, II, 287). Генитивная конструкция стена трав (Шумит луговая овсяница, III, 48) соотносится с отрицательным сравнением стена, а не трава (Усвятские шлемоносцы, IV, 7). Взаимодействие образных средств говорит о яркости и гибкости языка писателя, допускающего столь выразительные совмещения.

В Заключении подводятся итоги проведенной работы и намечаются перспективы дальнейшего исследования.

Основные положения работы отражены в следующих публикациях:

1. Дьяченко, Ю.А. Место фитонимической лексики в художественной прозе Е.И. Носова [Текст] / Ю.А. Дьяченко // Вестник Вятского государственного гуманитарного университета. Серия: Филология и искусствоведение. – 2010. – № 1 (2). – С. 38–41. – 0,25 п.л. (из перечня ВАК) (лично автором – 0,25 п.л.).

2. Дьяченко, Ю.А. Диалектные фитонимы и способы их семантизации в художественных произведениях Е.И. Носова [Текст] / Ю.А. Дьяченко // Вестник Пятигорского государственного лингвистического университета. – 2010. – №1. – С. 18–21. – 0,25 п.л. (из перечня ВАК) (лично автором – 0,25 п.л.).

3. Дьяченко, Ю.А. Слова с элементом фито- в русской лексикографической традиции [Текст] / Ю.А. Дьяченко // Incipio : сб. науч. трудов молодых исследователей. – Курск : Изд-во Курск. гос. ун-та, 2008. – Вып. 3. – С. 49–53. – 0,31 п.л. (лично автором – 0,31 п.л.).

4. Дьяченко, Ю.А. Типология фитонимических сравнений в прозе Е.И. Носова [Текст] / Ю.А. Дьяченко // Incipio : сб. науч. трудов молодых исследователей. – Курск : Изд-во Курск. гос. ун-та, 2009. – Вып. 4. – С. 47–53. – 0,44 п.л. (лично автором – 0,44 п.л.).

5. Дьяченко, Ю.А. Диалектные наименования растений в художественной прозе Е.И. Носова [Текст] / Ю.А. Дьяченко // Курское слово : сб. науч. статей. – Курск : Изд-во Курск. гос. ун-та, 2009. – Вып. 6. – С. 12–19. – 0,44 п.л. (лично автором – 0,44 п.л.).

6. Дьяченко, Ю.А. Лексема трава в повести Е.И. Носова «Усвятские шлемоносцы» [Текст] / Ю.А. Дьяченко // Интерпретация текста : лингвистический, литературоведческий и методический аспекты : сб. науч. статей II Международной научной конференции (30–31 октября 2009 г.) – Чита : Изд-во Читинского гос. ун-та, 2009. – С. 50–51. – 0,13 п.л. (лично автором – 0,13 п.л.).

7. Дьяченко, Ю.А. Наименования цветов и трав в художественной прозе Е.И. Носова [Электронный ресурс] / Ю.А. Дьяченко // Сборник материалов Всероссийской научно-практической электронной конференции «Язык. Коммуникация. Культура» (16–21 ноября 2009 г.) – Курск : Изд-во Курск. гос. мед. ун-та, 2009. – С. 20–24. – 0,31 п.л. (лично автором – 0,31 п.л.).

8. Дьяченко, Ю.А. Общая характеристика фитонимического словника художественных произведений Е.И. Носова [Текст] / Ю.А. Дьяченко // Incipio : сб. науч. трудов молодых учёных. – Курск : Изд-во Курск. гос. ун-та, 2010. – Вып. 5. – С. 36–41. – 0,38 п.л. (лично автором – 0,38 п.л.).

9. Дьяченко, Ю.А. Фитонимы в художественной прозе Е.И. Носова [Текст] / Ю.А. Дьяченко // Актуальные проблемы русского языка и методики его преподавания : традиции и инновации : сб. науч. статей XII Международной научно-практической конференции молодых учёных, посвящённой 50-летию образования РУДН. – Москва : Флинта : Наука, 2010. – С. 139–143. – 0,31 п.л. (лично автором – 0,31 п.л.).

10. Дьяченко, Ю.А. Человек в зеркале «растительных» метафор в художественной прозе Е.И. Носова [Текст] / Ю.А. Дьяченко // Курское слово : сб. науч. статей. – Курск : Изд-во Курск. гос. ун-та, 2010. – Вып. 7. – С. 22–26. – 0,31 п.л. (лично автором – 0,31 п.л.).


 

А также другие работы, которые могут Вас заинтересовать

81360. Виконання рішення про заборону діяльності об’єднань громадян 24.42 KB
  Державний виконавець розпочинає виконання рішення про заборону діяльності обєднання громадян за заявою передбаченого законом легалізуючого органу на підставі виконавчого документа про примусовий розпуск даного обєднання громадян. Легалізуючий орган подає цю заяву до державної виконавчої служби після офіційного повідомлення в друкованих засобах масової інформації
81361. Оскарження дій (бездіяльності) державних виконавців та інших посадових осіб Державної виконавчої служби 29.8 KB
  В разі ж порушення прав та інтересів громадян законодавець надав можливість сторонам та іншим учасникам виконавчого провадження два шляхи оскарження дій посадових осіб державної виконавчої служби: адміністративний до вищестоящої посадової особи та судовий до суду. Стаття 40 Конституції України встановлює основоположні засади адміністративного порядку оскарження дій бездіяльності державних виконавців та передбачає що всі мають право направляти індивідуальні та колективні письмові звернення або особисто звертатися до органів державної...
81362. Особливості здійснення виконавчих дій відносно іноземних громадян, осіб без громадянства і іноземних організацій 21.8 KB
  Під час виконання рішень щодо іноземців осіб без громадянства та іноземних юридичних осіб які відповідно проживають перебувають чи зареєстровані на території України або мають на території України власне майно яким володіють самостійно або разом з іншими особами застосовуються положення цього Закону...
81363. Визнання та виконання рішень іноземних судів і арбітражі 23.62 KB
  Закону порядок виконання в Україні рішень іноземних судів і арбітражів встановлюється відповідними міжнародними договорами України цим Законом та іншими законами України. Клопотання про визнання і виконання рішення іноземного суду розглядається компетентним судом і після винесення ухвали про визнання та прийняття до виконання рішення іноземного суду на території України виписується виконавчий лист що і є основою для провадження виконавчих дій. Основою для виконання рішення іноземного арбітражу є наказ господарського суду та ухвала...
81364. Відповідальність за невиконання рішення, що зобов’язує боржника виконати певні дії, та рішення про поновлення на роботі 22.33 KB
  89 Закону у разі невиконання без поважних причин у встановлений державним виконавцем строк рішення що зобовязує боржника виконати певні дії та рішення про поновлення на роботі державний виконавець виносить постанову про накладення штрафу на боржника фізичну особу від десяти до двадцяти неоподатковуваних мінімумів доходів громадян; на посадових осіб від двадцяти до сорока неоподатковуваних мінімумів доходів громадян; на боржника юридичну особу від сорока до шістдесяти неоподатковуваних мінімумів доходів громадян та встановлює новий...
81365. Звільнення майна боржника з-під арешту, зняття арешту 27.57 KB
  Особа яка вважає що майно на яке накладено арешт належить їй а не боржникові може звернутися до суду з позовом про визнання права на майно і про звільнення майна зпід арешту. У разі прийняття судом рішення про звільнення майна зпід арешту або сплати боржником повної суми боргу за виконавчим документом до реалізації арештованого майна боржника майно звільняється зпід арешту за постановою державного виконавця яка затверджується начальником відповідного органу державної виконавчої служби додаток 40 не пізніше наступного дня коли...
81366. Поняття виконавчого провадження та його місце в системі права України 24.12 KB
  Виконавче провадження це врегульовані законодавством України суспільні відносини що виникають і реалізуються в процесі примусового виконання між органами державної виконавчої служби і посадовими особами які здійснюють примусову реалізацію рішень ухвал постанов судових і несудових органів з одного боку та між особами котрі беруть участь у виконавчому провадженні і залучаються до проведення виконавчих дій з другого боку на підставах у спосіб та в межах встановлених законом. Закону України Про виконавче провадження визначає...
81367. Принципи виконавчого провадження : поняття, зміст та значення 30.61 KB
  Принципи виконавчого провадження це закріплені у правових нормах основні засади керівні положення які визначають організацію органів державної виконавчої служби зміст і спрямованість її діяльності правовий статус учасників виконавчого провадження. На підставі теоретичних положень аналізу чинного законодавства та практики його застосування можна виокремити такі принципи виконавчого провадження: принцип гуманізма полягає у тому що заборонено у будьякій формі посягати на права і свободи фізичних осіб які беруть участь у виконавчому...
81368. Поняття, сутність та елементи правовідносин у виконавчому провадженні 28.23 KB
  Правовідносини у виконавчому провадженні виникають між державним виконавцем з одного боку та іншими субєктами виконавчого провадження стягувачем боржником з іншого. До ознак правовідносин що виникають у виконавчому провадженні слід віднести такі: вони виникають при примусовому виконанні рішень судів та інших юрисдикційних органів та регламентовані законодавством про виконавче провадження; без волі стягувана фізичної або юридичної особи державний виконавець не має права відкривати виконавче провадження. У випадку звернення...