67924

ПРЕЗУМПЦИЯ ВИНОВНОСТИ КАК ПРИНЦИП ГРАЖДАНСКОГО ПРАВА

Научная статья

Государство и право, юриспруденция и процессуальное право

Это очевидно связано с тем что правовые презумпции в том числе в гражданском праве традиционно рассматриваются как некий юридико-технический феномен состоящий в предположении какого-либо факта существующим. Различия во взглядах состоят пожалуй лишь в оценке степени вероятности заключенного в правовой презумпции предположения.

Русский

2014-09-16

74 KB

2 чел.

Т. БАКТЕМИРОВА

ПРЕЗУМПЦИЯ ВИНОВНОСТИ КАК ПРИНЦИП

ГРАЖДАНСКОГО ПРАВА

Принципам гражданского права в цивилистической литературе уделяется большое внимание. Однако ее анализ позволяет констатировать, что презумпция виновности не находит в них должного отражения1. Это, очевидно, связано с тем, что правовые презумпции, в том числе в гражданском праве, традиционно рассматриваются как некий юридико-технический феномен, состоящий в предположении какого-либо факта существующим. В 1854 г. впервые в России появилось монографическое исследование Д.И. Мейера «О юридических вымыслах и предположениях, о скрытых и притворных действиях», в котором рассматриваются понятие и роль правовых презумпций. Отмечается, что презумпция – это предположение факта существующим. Закон, основанный на известных предположениях, издается неограниченно, по соображению, что раскрытие отдельных случаев, не оправдывающих предположения, весьма затруднительно и что ограничение закона по поводу возможного их наступления составляет относительно большее зло, нежели неограниченное действие. Власть допускает неограниченность действия только в отношении к таким законам, предположениями которых редко и безвредно перечит действительность, в противном же случае дает средства устранить, где нужно, применение своих правил. В применении законов к случаям действительности предположениям принадлежит обширное значение, особенно практическое, поскольку при их посредстве закон вводится в жизнь, которой бы без них оставался чуждым в большей части случаев. Предположения основываются на том, что все, что случается, естественно и обыкновенно предполагается истинным, напротив, необыкновенное, не будучи доказано, не считается истинным.

Практическое значение предположения главным образом заключается в том, что факт предполагаемый не нуждается в доказательстве того, кем должно быть доказано несуществование факта, чтобы устранить юридические последствия, связанные с предполагаемым фактом. В устранении доказательства и заключается интерес, сопряженный с обращением предположения о содержании закона. Так, предполагается неосторожным несостоятельный, пока он не докажет упадка, не докажут верители злостного банкротства. Законные предположения находят соответствие в доказательствах, подлежащих опровержению.

Предположения, выставляя известные факты вероятными, разнятся между собой по степени, но, тем не менее, нельзя признать, что это различие имело прочное юридическое значение. Законные предположения, конечно, принадлежат к числу весьма вероятных, но не в этом заключается причина, почему они отмечены законодательством. Причину составляет стремление устранить по возможности споры, завершить разбирательство. Она же вызвала различение между законными и безусловными предположениями. Вероятность фактов может и должна быть принята в соображение законодательством, лишенным во множестве случаев средств, чтобы добиться несомненности и чтобы на ней основывать свои определения, но точное и надежное сравнение вероятностей по степеням для каких-либо практических целей невозможно в отвлеченном определении случаев, неизбежном для закона, а требует установления их в самой действительности2.

С тех пор, как были написаны приведенные строки, подход к рассмотрению правовых презумпций не претерпел принципиальных изменений. И сегодня наиболее распространено определение их понятия как закрепленного в нормах права предположения о наличии или отсутствии юридических фактов, основанного на связи между ними и фактами наличными и подтверждаемыми предшествующим опытом. Различия во взглядах состоят, пожалуй, лишь в оценке степени вероятности заключенного в правовой презумпции предположения3. Естественно, что понимаемые лишь как юридико-технические средства обеспечения нормативно-правового регулирования, правовые презумпции почти не исследуются в контексте принципов права даже в работах авторов, анализирующих их соотношение со сходными (близкими) «положениями и явлениями»4.

Между тем значение правовых презумпций, в том числе и в сфере гражданско-правового регулирования, не всегда определяется только заложенными в них предположениями существования того или иного юридического факта, а уж тем более степенью вероятности такого предположения. Анализируя под этим углом зрения принцип презумпции невиновности в уголовном праве, В.К. Бабаев приходит к выводу о том, что она с точки зрения логической природы собственно презумпцией не является, поскольку не является подлинным обобщением жизненного опыта, обычным порядком вещей. Предполагаемая невиновность обвиняемых не носит повторяющегося, постоянного характера, а является исключительной. Не подавляющая масса привлеченных к уголовной ответственности и презюмируемых невиновными лиц оказывается действительно невиновной, а наоборот, число их составляет единицы. Таким образом, презумпция невиновности – это не презумпция в общепринятом смысле, а принцип уголовного и уголовно-процессуального права5. Аналогичную позицию занимает и В.И. Каминская, полагающая, что презумпция невиновности является квазипрезумпцией, а не подлинным обобщением опыта, поскольку не подтверждается судебной практикой по уголовным делам6. Не случайно, поэтому презумпция невиновности закрепляется в качестве одного из принципов уголовного судопроизводства (ст. 14 УПК РФ).

Вывод о том, что далеко не все правовые презумпции обладают высокой степенью вероятности и подтверждаются практикой, справедлив и для сферы гражданско-правового регулирования. Как обоснованно отмечается в литературе, например, презумпция добросовестности и разумности поведения участников гражданских правоотношений также не во все времена и не во всяком обществе обладала высокой степенью вероятности. Об этом, в частности, наглядно свидетельствует период первоначального накопления капитала и обман миллионов вкладчиков в 90-х гг. в России7. Думается, однако, что главным фактором, позволяющим рассматривать презумпцию виновности в качестве принципа гражданского права, являются вытекающие из этой презумпции требования, составляющие ее содержание.

Многие авторы, в том числе именующие презумпцию виновности принципом гражданского права, связывают ее только с процессуальной, доказательственной сферой. «Бремя доказывания своей вины в случаях, когда наличие вины является необходимым основанием ответственности, – пишет В.В. Витрянский, – возлагается на лицо, допустившее нарушение обязательства. Данное положение раскрывает суть принципа презумпции вины должника в гражданско-правовом обязательстве»8.

По существу, ту же позицию занимают и авторы, которые связывают необходимость презумпции виновности в гражданском праве с оптимизацией процесса доказывания. Потерпевший, подчеркивают они, не знает о том, какую степень заботливости и осмотрительности проявил правонарушитель, какие меры он принял для надлежащего исполнения обязательства и какие психические процессы при этом происходили в его сознании. Правонарушителю же все эти обстоятельства хорошо известны. Располагая этими данными, легче доказать свою невиновность9.

Такая характеристика презумпции виновности в гражданском праве представляется односторонней, поскольку отражает лишь ее процессуальный аспект. Что же касается материально-правовой сущности презумпции виновности, то она состоит в том, что причинитель вреда, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство, считаются виновными уже после нарушения субъективного права другого лица. Именно этот материально-правовой аспект сущности принципа презумпции виновности закрепляется в нормах Гражданского кодекса Российской Федерации. В соответствии с этими нормами «лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность. Если не докажет, что ненадлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы…» (п. 3 ст. 401 ГК РФ). «За вред, причиненный несовершеннолетним, не достигшим четырнадцати лет (малолетним), отвечают его родители (усыновители) или опекуны, если не докажут, что вред возник не по их вине.» (п. 1 ст. 1073 ГК РФ) «Исполнитель несет ответственность перед заказчиком за нарушение договоров на выполнение научно-исследовательских работ, опытно-конструкторских и технологических работ, если не докажет, что такое нарушение произошло не по вине исполнителя.» (ст. 777 ГК РФ)

Предположение лица, причинившего вред, не исполнившего или ненадлежащим образом исполнившего обязательство, виновным и, следовательно, обязанным возместить этот вред, т.е. нести гражданско-правовую ответственность, имеет принципиальное значение для защиты нарушенных субъектом прав, а в конечном счете, защиты и реализации основных начал (принципов) гражданского законодательства (п. 1 ст. 1 ГК РФ). В связи с этим представляется односторонним мнение о том, что использование правовых презумпций связано со стремлением законодателя предоставить преимущественную защиту некоторым субъективным правам10.

В действительности презумпция виновности играет роль основного начала (принципа) всего механизма защиты субъективных гражданских прав, за исключением случаев безвиновной гражданско-правовой ответственности. В этом своем качестве презумпция виновности находится в тесном взаимодействии с другими основными началами (принципами) гражданского законодательства. Очевидно, что реализация и защита, например, принципов неприкосновенности собственности, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, беспрепятственного осуществления гражданских прав (п. 1 ст. 1 ГК РФ) оказались бы весьма затруднительными и призрачными, если бы для возникновения гражданско-правовой ответственности за посягательство на эти принципы было недостаточно объективно противоправного поведения лица, чья вина презюмируется.

Принцип презумпции виновности взаимодействует и с другими принципами-презумпциями. В том числе и с теми, которые на первый взгляд вступают с ним в известное противоречие. К числу таких принципов относится презумпция добросовестности действий участников гражданских правоотношений, нашедшая нормативно-правовое закрепление в ряде статей Гражданского кодекса Российской Федерации (ст. 6, 10, 302, 602, 662, 1101 ГК РФ). Разумность и добросовестность участников гражданских правоотношений трактуется как «требование», используемое в процессе применения права (ст. 6, 1101 ГК РФ), предположение (презумпция) правомерности их поведения (ст. 10 ГК РФ), а также как принцип, которым должны руководствоваться суд (ст. 602 ГК РФ) и участники договорных отношений (ст. 662 ГК РФ).

В цивилистической литературе отмечается, что в осуществлении субъективных гражданских прав и исполнении обязанностей важнейшее значение имеет принцип добросовестности, который близок принципу недопустимости злоупотребления правом. Принцип добросовестности – некий социальный идеал, позволяющий в каждом конкретном случае определить, что является правильным11. Как идеальная (должная) модель поведения субъектов гражданского права, добросовестность выступает в качестве принципиального критерия при решении вопроса об упречности психического отношения к противоправному деянию наряду с такими критериями, как степень заботливости и осмотрительности, требуемые от субъекта по характеру обязательства и условиям экономического оборота (п. 1 ч. 2 ст. 401 ГК РФ). Именно таким образом понимается механизм взаимодействия принципов презумпции виновности и добросовестности цивилистами, исследующими ответственность за нарушение обязательств. Они, в частности, отмечают, что для оценки вины должника используется абстрактная модель ожидаемого поведения в той или иной ситуации разумного и добросовестного участника имущественного оборота12.

Конечно, объем статьи не позволяет проанализировать все характеристики презумпции виновности, однако и рассмотренные выше дают основание отнести ее к принципам гражданского права, понимаемым как обусловленные объективными потребностями развития экономического оборота и закрепленные в законодательстве основные начала (идеи), определяющие сущность и содержание гражданско-правового регулирования13.

1 См.: Гражданское право. Том 1 / Под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. – М., 2000. – С. 22–27; Комисарова Е.Г. Принципы в праве и основные начала гражданского законодательства: Автореф. дис. … докт. юрид. наук. – Екатеринбург, 2002; Щенникова А.В. Принципы гражданского права: достижения цивилистики и законодательный эффект. Цивилистические записки. Межвуз. сб. науч. тр. – М., 2002. – С. 41–59; Бородянский В.И. Гражданское право. Принципы и нормы. – М., 2004; Иванова С.И. Принцип социальной справедливости в гражданском праве России. – М., 2005, и др.

2 См.: Мейер Д.И. Избранные произведения по гражданскому праву. – М., 2003. – С. 98, 99, 101, 102, 104, 105, 113–115, 121.

3 См.: Бабаев В.К. Презумпции в советском праве. – Горький, 1974. – С. 14; Ойгензихт В.А. Презумпции в советском гражданском праве. – Душанбе, 1976. – С. 30 и др.; Щекин Д.М. Юридические презумпции в налоговом праве. – М., 2002. – С. 16, 24, 29.

4 См.: Щекин Д.М. Указ. соч. – С. 29–60.

5 См.: Бабаев В.К. Презумпции в российском праве и юридической практике. Проблемы юридической техники. Сб. ст. / Под ред. В.М. Баранова. – Н. Новгород, 2000. – С. 327.

6 См.: Каминская В.И. Учение о правовых презумпциях в уголовном процессе. – М., Л., 1948. – С. 96.

7 Щекин Д.М. Юридические презумпции в налоговом праве. – М., 2002. – С. 17.

8 См.: Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право: Общие положения. – М., 1997. - С. 608.

9 См.: Гражданское право. Том 1. / Под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. – М., 2000. – С. 563.

10 См.: Тарбагаева Е.Б. Юридические предположения в гражданском процессе (исковое производство): Дис. … канд. юрид. наук. – Л., 1983. – С. 30.

11 См.: Щенникова Л.В. Принцип гражданского права: достижения цивилистики и законодательный эффект. Цивилистические записки. Межвуз. сб. науч. ст. – М., 2002. – С. 58.

12 См.: Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право: Общие положения. – М., 1997. – С. 613.

13 См.: Бородянский В.И. Механизм взаимодействия принципов и норм гражданского права современной России: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. – М., 2002. – С. 6.


 

А также другие работы, которые могут Вас заинтересовать

29784. Назначение и ТТХ линейного телеграфного коммутатора П-190(192) 63.5 KB
  Назначение и ТТХ линейного телеграфного коммутатора П190192. Назначение состав и основные тактикотехнические характеристики коммутатора П190. НАЗНАЧЕНИЕ Комплект линейнотелеграфного коммутатора П190 предназначен для оборудования линейнотелеграфных кроссов и аппаратных а также для каблирования вводов узлов связи. Комплект коммутатора предназначен для работы в диапазоне температур окружающего воздуха от 0 до f50C также при относительной влажности воздуха не выше 95 о и температуре 25С.
29785. Классификация полевых кабелей связи. Конструкция и маркировка кабелей 63.5 KB
  Полевые кабели связи. Современные кабели связи классифицируются по ряду признаков в зависимости от назначения и области применения условий прокладки и эксплуатации спектра передаваемых частот конструкции материала и формы изоляции системы скрутки рода защитных покровов. В первую очередь кабели связи подразделяются на две основные группы: полевые и стационарные. Стационарные кабели предназначены для продолжительной службы; они обладают высокими и стабильными электрическими характеристиками и большой дальностью связи.
29786. Назначение, конструкция и ТТХ легкого полевого кабеля П-274М (внутриузлового кабеля ПТРК-5х2, кабеля дальней связи П-296М) 647 KB
  Назначение конструкция и ТТХ легкого полевого кабеля П274М внутриузлового кабеля ПТРК5х2 кабеля дальней связи П296М. Стальные проволоки выполняют роль грузонесущего элемента и обеспечивают необходимую прочность кабеля на разрыве. № п п Характеристика Кабель П274М П2 П268 П4 1 Емкость кабеля число пар 1 1 1 2 2 Наружный диаметр изолированной ТПЖ не более мм 23 17 34 22 3 Наружный диаметр оболочки кабеля мм 40 1 73 4 Прочность на разрыв кг 80 80 130 150 5 Строительная длина м на ТК2 П280М1 барабане типа Б...
29787. Принцип формирования линейного спектра сигналов аппаратуры П-327-2 по структурной схеме 72 KB
  Эксплуатационные измерения основных параметров кабелей. Измерение параметров полевых линий связи по постоянному и переменному току Эксплуатационные измерения линий связи проводятся с целью установления соответствия их параметров нормам а так же определения характера и места повреждения в случае аварии на линии. Эксплуатационные измерения производятся при:...
29788. Назначение и ТТХ основных средств механизации прокладки полевых кабелей связи 250.5 KB
  К ним относятся катушки кабельные барабаны станки комплект П280 для намотки кабеля шесты для подвески кабеля шанцевый инструмент.8 предназначены для прокладки кабелей дальней связи П296 и П270 а также кабеля П272 по поверхности земли и в грунт с барабанов; заглубления в грунт кабеля предварительно проложенного по поверхности земли; извлечения кабеля из грунта или снятия кабеля проложенного по поверхности земли. Глубина прокладки кабеля до 50 см от поверхности земли.; скорость прокладки кабеля 4 6 км ч; скорость снятия...
29789. Назначение и ТТХ измерительного прибора П-321М 103.5 KB
  Сигнал с передающего телеграфного аппарата ПЕР. В передатчике имеются генератор средняя несущая частота которого выбрана равной 3150 Гц и модулятор изменяющий частоту этого генератора на 55 гц или минус 55 Гц в зависимости от полярности сигнала на входе передатчика. Модулированный по частоте сигнал с уровнем 0 Нп подается на разделительные гнезда ТГФ блока фильтров. сигнал подается на полосовой фильтр передачи ПФ ПЕР.
29790. Классификация систем передачи информации (СПИ) по среде распространения сигналов. Структурная схема многоканальной системы передачи информации 61.5 KB
  Классификация систем передачи информации СПИ по среде распространения сигналов. Структурная схема многоканальной системы передачи информации. Классификация систем передачи информации по среде распространения сигналов. Многоканальная система передачи представляет собой сложный комплекс включающий линейные и станционные устройства предназначенные для получения определенного числа каналов на заданную дальность.
29791. Линейные методы разделения каналов. Принцип формирования линейного спектра в аппаратуре с частотным разделением каналов (ЧРК). Структурная схема 8.31 MB
  Отличительными признаками канальных сигналов в этой системе передачи являются разные неперекрывающиеся полосы частот которые занимают эти сигналы. Такое различие позволяет разделить канальные сигналы в приемной части аппаратуры с помощью электрических фильтров. Первичные информационные сигналы Cit могут быть различного вида. Другие сигналы характеризуются более широким спектром.
29792. Основные характеристики телефонного канала (канала тональной частоты) 446 KB
  Основные характеристики телефонного канала канала тональной частоты.1718 Остаточное затухание канала ТЧ r разность между уровнем сигнала измерительного генератора p0 с Rr = 600 Ом в согласованной нагрузке и уровнем и уровнем сигнала на выходе канала p2 нагруженного на сопротивление Rн = 600 Ом. Частотная характеристика остаточного затухания канала ТЧ измеряется или встроенными приборами или с помощью комплектов П321 П322 и П326.2 Амплитудная характеристика канала ТЧ называется зависимость его остаточного затухания от уровня...