69462

Лирика А. С. Пушкина: особенности мироотношения поэта, жанровая динамика

Доклад

Литература и библиотековедение

Лицейский период 1811-1817 осваивает жанры и стили. Ода, элегия, политические стихи, эпиграммы, пародии. Основной – жанр дружеского послания. – пограничный между прозой и поэзией. «К товарищам». Поэт - ленивец, отказывающийся от социальных обязанностей, свободный, профессиональный литератор.

Русский

2014-10-05

37.12 KB

0 чел.

  1.  Лирика А. С. Пушкина: особенности мироотношения поэта, жанровая динамика.

Для понимания эволюции жанра очень важен учет философско-эстетического контекста эпохи, ибо истинные художники чутко реагируют на идеи времени, эстетически претворяя их в русле жанровой традиции [Зырянов].

Монографии: Благой Д.Д. «Творческий путь Пушкина (1813—1826)»(1950) + (1826-30гг) (1967); Г.А. Гуковский — «Пушкин и русские романтики» (1946), «Пушкин и проблемы реалистического стиля» (1957); Макогоненко Г.П. Творчество A.C. Пушкина в 1830-е годы (1830-33) и (1833-1836); Гаспаров М. Л.. Русские стихи 1890-х — 1925-го годов в комментариях: учебное пособие для вузов.

Лицейский период 1811-1817 осваивает жанры и стили. Ода, элегия, политические стихи, эпиграммы, пародии. Основной – жанр дружеского послания. – пограничный между прозой и поэзией. «К товарищам». Поэт  -ленивец, отказывающийся от социальных обязанностей, свободный, профессиональный литератор.

Петербургский период (июнь 1817 — начало мая 1820). После окончания Лицея, поступив на государственную службу — в Коллегию иностранных дел, Пушкин жил в Петербурге. Он вошел в петербургский “большой свет” и оказался в совершенно незнакомом, пестром мире. Это мир чинов и наград, балов и развлечений, интриг и злословия. Для Пушкина все слилось в порывах вихря “жизни молодой”: светские отношения, любовные интриги, дружеское общение, занятия поэзией. Он наслаждался жизнью, ведь это время его ранней юности (18—20 лет). Петербургские впечатления отразились в лирике тех лет, о них Пушкин постоянно вспоминал в последующие годы.

Под непосредственным влиянием идей участников тайного “Союза благоденствия” написаны стихотворения “Вольность” (1817) и “Деревня” (1819). Яркий политический темперамент Пушкина проявился в злой сатире на Александра I (“Ура! в Россию скачет...”) (1818), в эпиграмме на всесильного временщика Аракчеева. Молодым порывом вольного сердца продиктовано послание “К Чаадаеву” (1818). Все эти стихи распространялись в рукописях, их читали, обсуждали, переписывали. Фактически за три послелицейских года Пушкин создал свою “потаённую” поэзию. Это один из главных итогов петербургского периода творчества.

Как и в лицейский период, художественная система Пушкина далека от равновесия и гармонии. Вольные стихи с их стилевой архаикой и господством отвлеченной образности — вершина петербургской лирики. Но в эти годы были написаны и другие стихи. Пушкин вел стихотворную перебранку с “шишковистами”, порой не стесняясь в выражениях. Из-под летящего пера поэта вышло множество альбомных “мелочей” и дружеских посланий, насыщенных бытовыми, нередко фривольными, подробностями. “Проза” жизни в них еще не возвышена до высокой поэзии. Иные настроения господствуют в элегических стихотворениях. Здесь Пушкин подчеркнуто близок к романтическому мировоззрению и стилю.

Пушкинская поэзия конца 1810-х гг. носит во многом “лабораторный” характер. Ей присущи резкие жанровые и стилевые контрасты. Рядом оказываются архаическая ода и романтическая элегия, высокие гражданские стихи и грубоватые экспромты. Контрасты стиля ощущаются и в вольнолюбивых стихотворениях. Пушкин-лирик в послании “К Чаадаеву” и в “Деревне” пытался сплавить архаизированный поэтический язык, опирающийся на аллегорические образы и метонимические перифразы, с субъективностью и экспрессией романтической поэзии.

Поэзия петербургского периода — решающий этап в формировании оригинального поэтического стиля Пушкина. Взаимодействие трех стилевых стихий — архаической, субъективно-романтической и “прозаически”-сниженной, бытовой — уже не было следствием ученичества. Они сталкивались, боролись, перебивали друг друга. В этом своеобразный итог художественных экспериментов молодого Пушкина. Он не удовлетворен ни одной из существовавших поэтических систем. Его выбор — движение к такому художественному синтезу, который позволил бы выразить богатство жизненных впечатлений, страстей, мыслей и настроений.

Период южной ссылки (май 1820 — июль 1824) — поворотный этап в жизни и творчестве Пушкина. Изменился его жизненный статус: оставаясь чиновником, он превратился в опального дворянина, поэта-изгнанника. Дальнейшая жизнь поэта зависела только от того, куда “подует самовластье”.

В романтической лирике Пушкина 1820—1824 гг. тема свободы занимала центральное место. О чем бы ни писал поэт-романтик — о кинжале, “тайном страже свободы”, грозе несговорчивых тиранов (“Кинжал”), о вожде восставших сербов Георгии Черном (“Дочери Карагеоргия”), о Байроне или Наполеоне (“Наполеон”, “К морю”), о своих думах и повседневных занятиях в посланиях к друзьям, — мотивы свободы пронизывали стихотворения, придавая им неповторимый облик. В послании “Дельвигу” опальный поэт провозгласил: “одна свобода мой кумир”.

Эти ожидания в 1823 г. сменились пессимистическими настроениями. Поэт испытал острый кризис веры в саму возможность скорого достижения общественной свободы. Это стихотворение (свободы сеятель пустынный) — горькое признание крушения просветительских и романтических иллюзий, прощание с ними. Поэт подчеркнул, что его проповедь свободы была несвоевременной, а потому и бесплодной. Люди оказались не готовы к восприятию “живительного семени” свободы, поэтому оно и не дало всходов в их сердцах.

Пушкин в период южной ссылки — яркий поэт-романтик. Ведущее положение в “южной” лирике Пушкина заняли романтические жанры: элегия и дружеское стихотворное послание. Привлекал его и жанр романтической баллады (“Песнь о вещем Олеге”). Внутренний мир опального поэта особенно полно раскрылся в элегиях. Элегии “Погасло дневное светило...”, “Мне вас не жаль, года весны моей...”, “Редеет облаков летучая гряда...” и “Я пережил свои желанья...” — как бы романтические эпиграфы к новой главе творческой биографии Пушкина. В них проведена резкая грань между петербургскими годами, наполненными дружеским общением, пирами, радостями любви, и новой жизнью “под бурями судьбы жестокой”, “в изгнанье скучном”, “вдали друзей вольнолюбивых”. Как всегда, лирика Пушкина автопсихологична. Романтическая образность стала стилевым эквивалентом мироощущения Пушкина.

Многие жанровые особенности элегий (исповедальность, быстрая смена чувств и эмоций, фрагментарность) характерны и для посланий. Для Пушкина они были естественной формой обращения к далеким петербургским друзьям и новым знакомым. В них поэт размышлял о своей жизни в изгнании, вспоминал сладостные минуты общения с друзьями. Послания “К Овидию”, “К моей чернильнице” “Послание цензору” — раздумья о превратностях судьбы, о творчестве и положении дел в литературе.

В романтической лирике запечатлен неповторимый психологический облик самого Пушкина. В поэмах была создана романтическая модель действительности, ставшая актуальной для многих русских поэтов-романтиков. Поэмы “Кавказский пленник” (1821), “Братья разбойники” (1821—1822), “Бахчисарайский фонтан” (1821—1823) и “Цыганы” (закончены в 1824 г. в Михайловском) — главное достижение Пушкина в период южной ссылки.

В лирике Пушкина периода южной ссылки одним из ведущих стал мотив личной свободы. В романтической аллегории “Узник” (1822) свобода — это вольная жизнь за пределами “темницы сырой”, в которой томится “вскормленный в неволе орел молодой”. На воле есть все, что ассоциируется у поэта с личной свободой, — тучи, гора, “морские края”, ветер. К этой жизни зовет узника его “грустный товарищ, махая крылом”. Узник — это поэт-изгнанник, уставший от неволи, но не сломленный, не сдавшийся. В стихотворении содержится намек на задуманный побег из ссылки.

ЛЮБОВНАЯ ЛИРИКА 1823—1830 ГОДОВ. вторая половина 1820-х годов — это особый этап жизни Пушкина и что главная его особенность — переходность. Пушкин-поэт отчаянно боролся за независимость, он искал новых путей, бескомпромиссно судил и проверял все свои прежние взгляды и убеждения, накапливал новые знания и опыт. Это накопление продолжалось несколько лет. Процесс кристаллизации начался осенью 1830 года.

В годы ссылки, проведенные в Михайловском (1824-1826), Пушкин не только преодолел романтизм, его философские и эстетические идеалы, но и, перейдя на позиции реализма, выработал основы нового мировоззрения — историзм и народность (апофеоз и квинтэссенция этих идей – «БГ», и конечно же – «Граф Нулин»!).

Лирика Пушкина второй половины 20-х-1830 гг. духовные искания личности, философия трагизма. каменноостровский цикл.

Вторая половина 1820-х гг. — время создания многих лирических шедевров — отмечена высоким уровнем творческого самосознания Пушкина. Размышления о поэте получили законченный, концептуальный характер в программных стихотворениях “Поэт” (1827), “Поэт и толпа” (1828) и “Поэту” (1830). Усилился интерес Пушкина к философской проблематике: написаны стихотворения “Воспоминание” (“Когда для смертного умолкнет шумный день...”), “Дар напрасный, дар случайный...”, “Предчувствие”, “Утопленник”, “Анчар” (все — 1828 г.), “Брожу ли я вдоль улиц шумных...” (1829 г.). Лирика второй половины 1820-х гг. свободна от жанровых и стилевых ограничений. Лирическому слову “возвращен был его предметный смысл, и тем самым поэту дано невиданно острое орудие для выражения насущной, современной мысли” (Л.Я.Гинзбург).

Стихотворение “Поэт” — квинтэссенция пушкинских размышлений о сущности поэта. Поэт предстает в стихотворении сложным существом, отмеченным Богом, наделенным частью его творящей силы, но в то же время обычным, земным человеком. Перемены начинаются в нем лишь тогда, когда Бог посылает ему вдохновение. Поэт преображается — это уже не один из многих людей, втянутых в повседневную суету, а человек необыкновенный: его слух становится чутким, он способен услышать “божественный глагол”. Прежнюю жизнь он оценивает как “забавы мира”, людская молва его угнетает — он готовится произнести новые слова о мире. Это уже не молва, а слова поэта, в котором нет ничего обыденного, пошлого. Просыпается душа поэта: «Душа поэта встрепенется,/Как пробудившийся орел».

Он становится гордым, “диким и суровым”, то есть погружается в себя, в свои творческие думы. Поэт не может творить, находясь среди обычных людей, в мирской суете. Вдохновение требует одиночества, свободы от повседневности. “19 октября” (1825): «Служенье муз не терпит суеты;/Прекрасное должно быть величаво...»

Знаменитое стихотворение “Пророк”, написанное в 1826 г. В представлении романтиков поэт и пророк сливались в одном человеке. Пушкинская трактовка проблемы существенно иная. Поэт и пророк, образы которых созданы в пушкинской лирике, имеют немало общего (“вещие” зрение и слух) и одинаково важны для людей. Бог — и никто другой — призывает обоих к служению. Они дополняют друг друга. Но все-таки пушкинский пророк и пушкинский поэт не сливаются в одном существе. Поэт живет среди людей, пока не захвачен вдохновением. Только для творчества он оставляет людей. От поэта-пророка, посредника между Богом и людьми, исполнителя воли Бога, люди ждут огненных слов. Бог посылает пророка в мир, чтобы тот “глаголом” жег людские сердца, то есть передавал в слове жар своего сердца (оно — “угль, пылающий огнем”). Пророк “поправляет” мир — поэт отражает. мир. Пророк несет людям слово Божие — поэт создает свои слова. Они оба обращаются к людям, открывая им правду о земле и небе.

Творчество 1830-х гг. (1831—1836). В конце 1833 г. царь пожаловал Пушкину придворное звание камер-юнкера, которое “первый поэт” России счел для себя оскорбительным.

П. был связан оковами царской службы, путами общественного мнения, долгами и материальными заботами.

Неблагоприятной для Пушкина была и литературная атмосфера 1830-х гг. Гражданские стихотворения “Перед гробницею святой...”, “Клеветникам России” и “Бородинская годовщина”, написанные в начале 1830-х гг., вызвали обвинения в политическом ренегатстве. Пушкин добивался разрешения на издание собственного журнала (четыре книжки “Современника” вышли в 1836 г.).

Философская лирика 1834—1836 гг. — стихотворения “Пора, мой друг, пора!..”, “...Вновь я посетил...”, “Когда за городом, задумчив, я брожу...”, “Отцы пустынники и жены непорочны...”, “Из Пиндемонти”, “Была пора: наш праздник молодой...”. Опираясь на личный опыт и мудрость, Пушкин устремился к вечному, общечеловеческому — к поэтическому познанию мира и человека. История в контексте пушкинских раздумий о человеке и природе, жизни и смерти, доме и кладбище предстает как стихийная сила, неподвластная воле и желаниям людей. Водоворот истории увлекает человека, препятствует осуществлению его заветных желаний, заставляя бороться за счастье, за право быть самим собой.

Цикл 36-го года выглядит лирическим конспектом всего его зрелого творчества.Бросается в глаза аскеза формы, все время находящаяся в конфликте с роскошью художнических возможностей. Впрочем, наверное, как раз из подлинной силы и красоты она и родилась; отсюда краткость, простота и ясность. Да, в нем был дух аскета (потому и не любил он весну и брожение крови). Дух аскета и гений художника. Это драма, которую в жизни ему разрешить было не дано.

Чем дальше, тем больше эта коллизия выливается в драму знания и выражения. Его влечет к священному безмолвию. Не хватает человеческих слов и средств, и знание должно выражаться уже не словами, а жизнью, такими формами и жанрами, которых в литературе нет. В этом смысле не оцененное еще значение имеет переложение великопостной молитвы святого Ефрема Сирина («Отцы пустынники и жены непорочны») — может быть, именно потому, что оно вовсе не из самых «совершенных» пушкинских стихотворений и — уступает оригиналу. Он в первый раз в жизни попытался переложить в свои несравненные стихи текст, рожденный совсем другим — не художническим — жизненным опытом,— и он сделал это; но, обладая абсолютным слухом, он не мог не чувствовать, что до уровня оригинала дотянуться художнику нельзя — даже ему: для этого надо прожить совсем другую жизнь, ибо молитва — не искусство. Он переложил ее хорошо, и ему это было необходимо,— но он увидел, прямо по пословице, где бог и где порог. Перешагнуть порог ему было не дано — его дар был дар пророка-художника, со всеми вытекающими отсюда драмами и ограничениями.

Из общего «евангельского» духа последнего цикла резко выпадает «Из Пиндемонти» («Недорого ценю я громкие права») — выпадает по своему чисто «мирскому» характеру. Это не просто противоречие; это свидетельство того, что путь его был не предуказан, навязан, определен головными .убеждениями,— это был путь свободный и органичный, потому и изобилующий противоречиями, отклонениями, падениями и подъемами.

В «Памятнике» он спокоен и внушает Музе равнодушие. В «Напрасно я бегу...» и в «Отцы пустынники...» — и плач, и мольба.

Особенно в «Напрасно я бегу...». Вопль ужаса, закованный в какую-то чуть ли не изуверски лаконичную и совершенную форму, всего в четыре строки,— и оттого еще более мучительный. Ему хочется закричать благим матом, завыть, а получается фантастического совершенства фреска, в которой его личная мука сублимируется в грандиозный общечеловеческий план и — от него словно бы отчуждается, так что и не видно уже, как трудно ему самому. Не мочь выразить себя кроме как через гармоническую форму — да это вроде проклятия царя Мидаса, умиравшего от голода, потому что все под его руками обращалось в золото.

 «Не я ль язык твой одарил Могучей властью над умами?» — говорит аллах в «Подражаниях Корану». Сознание своей могучей власти над умами не прошло для автора «Подражаний Корану» бесследно и безболезненно, соблазн преодолеть не удалось. Со временем это, видимо, становилось все яснее для поэта. И в одном из последних в своей жизни стихотворений он вводит в переложение молитвы, которая «Всех чаще... приходит на уста», усиление в том месте, где именуется грех, всего более страшащий его: «Лю-боначалия, змеи сокрытой сей»...

Не здесь ли, в этой высокой и смиренной молитве, стоящей почти рядом с «Памятником», с его «милостью к падшим», подводится духовный итог многолетнего — на всю жизнь — внутреннего диалога, сложных и столь часто мучительных отношений смертного человека со своим бессмертным даром?

  1.  Роман А. С. Пушкина «Евгений Онегин»: проблема личности, формы художественного освоения мира.

Евгений Онегин. концепция личности, система образов, особенности сюжета и композиции.

Особенности сюжета; Сюжет построен но принципу зеркальной композиции: Татьяна встречается с Онегиным, влюбляется в него, пишет письмо, Онегин встречается с ней и «читает нравоучения»; затем то же самое происходит с Онегиным: он встречает Татьяну, влюбляется в нее, пишет письмо,, Татьяна отказывает ему.

Образы романа в оценке Белинского: Онегин Светская жизнь не убила в Онегине чувства, а только охолодила к бесплодным страстям и мелочным развлечениям... Онегин не любил расплываться в мечтах, больше чувствовал, нежели говорил, и не всякому открывался. Онегин — не демон, не пародия, не модная причуда, не великий человек, а просто — «добрый малый, как вы да я, как целый свет»... Он не годится в гении, не лезет в великие люди, но бездеятельность и пошлость жизни душат его; он даже не знает, чего ему надо, чего ему хочется; но он знает, и очень хорошо знает, что ему не надо, что ему не хочется того, чем так довольна, так счастлива самолюбивая посредственность». Онегин — страдающий эгоист... Его можно назвать эгоистом поневоле; в его эгоизме должно видеть то, что древние называли «fatum» (рок, судьба)».

Ленский, Ольга В Ленском Пушкин изобразил характер, совершенно противоположный характеру Онегина, характер совершенно отвлеченный, совершенно чуждый действительности. Тогда это было совершенно новое явление, и люди такого рода тогда действительно начали появляться в русском обществе». «Ленский был романтик и по натуре и по духу времени. Нет нужды говорить, что это было существо, доступное всему прекрасному, высокому, душа чистая и благородная. Но в то же время «он сердцем милый был невежда», вечно толкуя о жизни, никогда не знал ее. Действительность на него не имела влияния: его радо сти и печали были созданием его фантазии. Он полюбил Ольгу, украсил ее достоинствами и совершенствами, приписал ей чувства и мысли, которых у ней не было и о которых она и не заботилась. Существо доброе, милое, веселое, — Ольга была очаровательна, как все «барышни», пока они еще не сделались «барынями»; а Ленский видел в ней фею, сельфиду, романтическую мечту, нимало не подозревая будущей барыни».

Вечно копаясь в самих себе и становя себя центром мира, они спокойно смотрят на все, что делается в мире, и твердят о том, что счастье внутри нас, что должно стремиться душою в надзвездную сторону мечтаний и не думать о суетах этой земли, где есть и голод, и нужда...

«Татьяна — существо исключительное, натура глубокая, любящая, страстная. Любовь для нее могла быть или величайшим блаженством, или величайшим бедствием жизни, без всякой примирительной середины. Счастливая жена, Татьяна спокойно, но тем не менее страстно и глубоко любила бы своего мужа, вполне пожертвовала бы собою детям, но не по рассудку, а опять по страсти, и в этой жертве, в строгом выполнении своих обязанностей нашла бы свое величайшее наслаждение, свое верховное блаженство. И все без фраз, без рассуждений, с этим спокойствием, с этим внешним бесстрастием, с этою наружною холодностью, которые составляют достоинство и величие глубоких и сильных натур».

Для Татьяны не существовал настоящий Онегин, которого она не могла ни понимать, ни знать; следовательно, ей необходимо было придать ему какое-нибудь значение, напрокат взятое из книги, а не из жизни, потому что жизни Татьяна тоже не могла ни понимать, ни знать. Она и саму себя так же мало понимала и знала, как и Онегина.

После дуэли, отъезда Онегина и посещения Татьяной комнаты Онегина «она поняла наконец, что есть для человека интересы, есть страдания и скорби, кроме интереса страданий и скорби любви... поняла, но только умом, головою. Посещения дома Онегина и чтение его книг приготовили Татьяну к перерождению из деревенской девушки в светскую даму, которое так удивило и поразило Онегина».

«Татьяна не любит света и за счастие почла бы навсегда оставить его для деревни; но пока она в свете — его мнение всегда будет ее идолом, и страх его суда всегда будет ее добродетелью... Но я другому отдана, — именно отдана, а не отдалась! Вечная верность — кому и в чем? Верность таким отношениям, которые составляют профанацию чувства и чистоты женственности, потому что некоторые отношения, не освящаемые любовью, в высшей степени безнравственны... Но у нас как-то все это клеится вместе: поэзия — и жизнь, любовь — и брак по расчету, жизнь сердцем — и строгое исполнение внешних обязанностей, внутренне ежечасно нарушаемых...

 Евгений Онегин. стилистическая многоплановость, образ автора, жанровая новизна.

«Евгений Онегин» считается первым реалистическим- романом в русской литературе. В романе прослеживается принцип историзма: отражение эпохи в се тенденциях и закономерностях, а также изображаются типические характеры в типических обстоятельствах (в образе Онегина подчеркнуты черты, сближающие его со средой, все Ларины также являются типическими характерами). Роман имеет целый ряд самобытных черт, и в первую очередь самобытное жанровое самоопределение — «роман в стихах». Задумывался «Евгений Онегин» как сатира на романтические произведения. В романе сочетаются два компонента: первый — традиции Байрона, это прослеживается в форме произведения, например, в композиции. Второй — новаторство. В том, что Пушкин написал национальный, самобытный роман о России и для России. У Пушкина акцент переносится на объективное изображение окружающей действительности. В романе не один герой-индивидуалист, а два главных героя. Образ автора у Пушкина является самостоятельным и не сливается с образом главного героя. Хотя автор и близок Онегину по духу, во многом его взгляд — это взгляд стороннего наблюдателя, умудренного жизненным опытом.

Белинский о романе Пушкина (статьи 8 и 9)

О романе в целом:

1. Историзм «Прежде всего в «Онегине» мы видим поэтически воспроизведенную картину русского общества, взятого в одном из интереснейших моментов его развития. С этой точки зрения, «Евгений Онегин» есть поэма историческая в полном смысле слова, хотя в числе ее героев нет ни одного исторического лица».

2. Народность «Немногие согласятся с вами, и для многих покажется странным, если вы скажете, что первая истинно национально-русская поэма в стихах была и есть — «Евгений Онегин» Пушкина и что в ней народности больше, нежели в каком угодно другом народном русском сочинении... «Тайна национальности каждого народа заключается не в его одежде и кухне, а в его, так сказать, манере понимать вещи». «Истинная национальность (говорит Гоголь) состоит не в описании сарафана, но в самом духе народа; поэт может быть даже и тогда национален, когда описывает совершенно сторонний мир, но глядит на него глазами своей национальной стихии, глазами всего народа, когда чувствует и говорит так, что соотечественникам его кажется, будто это чувствуют и говорят они сами». «Отступления, делаемые поэтом от рассказа, обращения его к самому себе исполнены необыкновенной грации, задушевности, чувства, ума, остроты; личность поэта в них является такою любящего, такою гуманною. В своей поэме он умел коснуться так многого, намекнуть о столь многом, что принадлежит исключительно к миру русской природы, к миру русского общества! «Онегина» можно назвать энциклопедией русской жизни и в высшей степени народным произведением».

3. Реализм «Он (Пушкин) взял эту жизнь, как она есть, не отвлекая от нее только одних поэтических ее мгновений; взял ее со всем холодом, со всею ее прозою и пошлостию». «Онегин» есть поэтически верная действительности картина русского общества в известную эпоху».

Авторские отступления и образ автора, в романе «Евгений Онегин» В романе «Евгений Онегин» насчитывается множество авторских отступлений. Именно благодаря им действие романа выходит за рамки частной жизни героя и расширяется до масштабов общероссийских. В. Г. Белинский назвал «Евгения Онегина» «энциклопедией русской жизни», поскольку авторские отступления раскрывают противоречия, тенденции и закономерности эпохи, на первый взгляд, не имеющие прямого отношения к сюжетной канве романа, но ярко демонстрирующие отношение к ним Пушкина. Однако, образ автора не исчерпывается только лирическими отступлениями (авторские комментарии и замечания рассеяны по всему тексту романа). По ходу романа автор, как и его герои, претерпевает эволюцию. Так, исследователи, изучая стиль поэта, отмечают разницу между главами, написанными до и после1825 г. Автор не ассоциирует себя с Онегиным, подчеркивая различия в их отношении к жизни, природе, театру, вину, женщинам и т. д. Пушкин идет в своем развитии дальше, чем Ленский, становясь поэтом действительности и подчеркивая, что поэтическое и восторженное отношение к жизни — разные вещи. Сам поэт полагал, что он ближе всех Татьяне. В последних главах Пушкин — человек последекабрьской эпохи, он сформировался как поэт и личность. Таким образом, в романе Пушкин выступает как бы в двух ипостасях — автора и рассказчика, причем очевидно, что образ первого значительно шире, чем образ второго.

Принято выделять следующие группы авторских отступлений в романе:

1) Отступления автобиографического характера: В те дни, когда в садах Лицея Я безмятежно расцветал, '

2) Отступления философского характера (о течении жизни, о природе, о преемственности поколений, о собственном бессмертии): Как грустно мне твое явленье, Весна, весна, пора любви!

3) Авторские отступления о русском языке: Я знаю: дам хотят заставить Читать по-русски. Право, страх!

 4) Авторские отступления о литературе и культуре пушкинского времени, о литературных героях, о поэтических жанрах: Волшебный край! там в стары годы, Сатиры смелый властелин, Блистал Фонвизин, друг свободы, И предприимчивый Княжнин;

5) Авторские отступления о любви и дружбе (часто носят ироничный характер): Чем меньше женщину мы любим, Тем легче нравимся мы ей

6) Авторские отступления о современном обществе, нравах, вкусах, образовании, молодежи; Мы все учились понемногу Чему-нибудь и как-нибудь,

 7) Авторские отступления о Москве: Москва... как много в этом звуке Для сердца русского слилось!

8) Авторские отступления о романе: Я думал уж о форме плана И как героя назову; Покамест моего романа Я кончил первую главу;

9) Авторские отступления о дорогах России и ее будущем: Когда благому просвещенью Отдвинем более границ, Со временем (по расчисленью Философических таблиц Лет чрез пятьсот) дороги, верно, У нас изменятся безмерно:

 10) Авторские отступления о дуэли и убийстве: Приятно дерзкой эпиграммой Взбесить оплошного врага; Приятно зреть, как он, упрямо Склонив бодливые рога,

11) Авторские отступления о балах, о женских ножках, о вине, о кухне, об альбомах.

Эта русская "хандра" была уже во всей своей неприглядности показана в "Евгении Онегине" - и Пушкин недаром старательно отделял себя от своего героя,

/Чтобы насмешливый читатель../

Вспомним у Пушкина: «Прошла любовь, явилась муза / И прояснился темный ум». Акт самоосознания и есть лирический катарсис.


 

А также другие работы, которые могут Вас заинтересовать

72651. Запись операторов в свободном и фиксированном форматах 12.37 KB
  Для записи комментариев ставится символ С в первой позиции строки далее до конца строки любой текст считается комментарием и игнорируется компилятором. Допускается запись нескольких операторов на одной строке разделителем является символ...
72652. Константы. Типы констант 13.61 KB
  Константа — это величина, которая не изменяется в программе в процессе программирования, то есть её значение не изменяется. Типы констант Существуют константы следующих типов: Целые — это простые целые числа любого знака. Например: 3; 157.
72653. Алфавит и имена переменных 13.42 KB
  Все другие ASCII символы могут применяться только в символьных константах. Пробелы используются для удобочитаемости программ. Они игнорируются компилятором, если не находятся внутри символьной константы.
72654. Алгоритм 16.96 KB
  Часто в качестве исполнителя выступает некоторый механизм компьютер токарный станок швейная машина но понятие алгоритма необязательно относится к компьютерным программам так например чётко описанный рецепт приготовления блюда также является алгоритмом в таком случае исполнителем является человек.
72655. Операционная система 22.05 KB
  Программы составляющие ПО можно разделить на три группы: системное ПО системы программирования прикладное ПО. Структуру ОС составляют следующие модули: базовый модуль ядро ОС управляет работой программы и файловой системой обеспечивает доступ к ней и обмен файлами между периферийными устройствами...
72656. Способы описания алгоритмов 14.12 KB
  Алгоритм может быть следующим: задать два числа; если числа равны то взять любое из них в качестве ответа и остановиться в противном случае продолжить выполнение алгоритма; определить большее из чисел; заменить большее из чисел разностью большего и меньшего из чисел...
72659. Разработка путей снижения затрат на производство и реализацию продукции предприятия РУП «Негорельский КХП» 2.06 MB
  Себестоимость широко применяется для экономического обоснования решений о производстве новой или прекращении выпуска устаревшей продукции, для определения эффективности мероприятий научно – технического прогресса, продажных цен, рентабельности изделий, резервов экономии затрат.