69809

НАРОДЫ СИБИРИ НАКАНУНЕ ПРИСОЕДИНЕНИЯ К РУССКОМУ ГОСУДАРСТВУ. XIII - XVI вв

Конспект

История и СИД

Так пророчески вдохновенно писал о Сибири во второй половине XVIII в. На юге Западной Сибири жили тюркские племена: енисейские киргизы томские чулымские кузнецкие татары предки шорцев алтайцев хакасов.Социальнохозяйственное развитие народов Сибири определялось прежде всего природными условиями.

Русский

2014-10-10

454.5 KB

16 чел.

НАРОДЫ СИБИРИ НАКАНУНЕ ПРИСОЕДИНЕНИЯ
К РУССКОМУ ГОСУДАРСТВУ. XIII - XVI вв 


Западная Сибирь:

  •  расселение народов;
  •  социально-экономическое развитие;
  •  наши предки на территории современной Новосибирской области;
  •  Сибирское ханство.


Восточная Сибирь:

  •  расселение народов;
  •  социально-экономическое развитие.

"Второй новый мир для Европы, безлюдный и хладный, но привольный для жизни человеческой... ждет трудолюбивых обитателей, чтобы в течение веков представить новые успехи гражданской деятельности..."

Так пророчески, вдохновенно писал о Сибири во второй половине XVIII в. патриарх русской истории Н.М. Карамзин.

В начале XIII в. в Центральной Азии на территории от Байкала и верховьев Енисея и Иртыша на севере до южных районов пустыни Гоби и Великой Китайской стены образовалось Монгольское государство. После разгрома Средней Азии монголы завоевали Северо-восточную и Южную Русь.

Монгольское нашествие и золотоордынское иго стало одной из причин отставания русских земель от развитых стран Западной Европы. На рубеже XIII - XIV вв. завершается распад Древнерусского государства на удельные княжества. В результате героического ратного труда русского народа на протяжении XIV и первой половины XV вв. создаются условия для создания единого государства и свержения золотоордынского ига.


Западная Сибирь - территория от Уральских гор до Енисея. Население здесь, в рассматриваемый период, было пестрым. На Крайнем Севере, в прибрежной полосе полуострова Ямал жили группы древнейших поселенцев - арктических охотников за морским зверем (моржом, тюленем), в землянках, вдоль берега, небольшими группами. Ближайшими их соседями были предки ненцев.

Северные склоны Уральских гор и полуостров Ямал населяли самодийские племена ("самоядь", звали их русские). Южнее, на склонах Уральских гор и в лесном Приобье жили предки хантов и манси, угроязычные племена. В бассейнах рек Туры, Камы, в Зауралье находились вогулы (вогул - "дикий") - предки коми; по Оби и ее притокам - ханты; восточнее и южнее жителей Приобья - селькупы. Восточными соседями селькупов по верхнему и среднему Енисею были кеты. На юге Западной Сибири жили тюркские племена: енисейские киргизы, томские, чулымские, кузнецкие татары - предки шорцев, алтайцев, хакасов.

Социально-хозяйственное развитие народов Сибири определялось, прежде всего, природными условиями. У народов тундры и тайги существовал первобытнообщинный строй (патриархальная семья - род - племя). У хантов, манси имелись "глава города", народные собрания, совершались жертвоприношения, пиршества, обычай многоженства, покупка жены (калым оленями, оружием, рабами, котлами).

Важнейшим источником обогащения были войны, в том числе, между племенами. Появилось имущественное неравенство, патриархальное рабство. Существовал культ деревьев, у манси - священная лиственница (ей молились, приносили жертвоприношения). Особые обряды проводились при убийстве медведя ("клятва на шкуре медведя"). В юрте имелись деревянные домашние боги, (дерево, повитое кожей, холстом, держалось и в зыбках).

Главными занятиями хантов и манси были охота, а живших по Оби и ее притокам - рыболовство. Рыбу ловили при помощи "морд", сделанных из прутьев, сетями из крапивной пряжи и запорами из жердей. Рыбу употребляли в сыром, вяленом и вареном виде. Из нее вываривали и "рыбий клей". Из кожи рыб осетровых пород делали одежду и обувь. По рекам передвигались на долбленых лодках, украшенных изображениями зверей и птиц. Некоторые из них были с крышей из бересты. Имелись и берестяные челноки.

Нашими предками на территории современной Новосибирской области были сибирские татары. В начале XIII в. монголо-татары покорили племена в бассейнах Енисея, средней Оби, Иртыша. Западная Сибирь оказалась в составе Золотой Орды. Население территории Новосибирского Приобья было обложено данью, в том числе особым налогом - "налог кровью". Это - обязанность поставлять молодых мужчин в монголо-татарское войско. В таких условиях сформировались новые племена - сибирские татары: тобольские, ишимские, барабинские, чатские ("чаты") - на территории современного Колыванского района). Отсюда название реки Чик.

В конце XVI - начале XVII вв. известны объединения общин у чатов (по среднему течению Оби) и в низовьях ее притока р. Чик под руководством князцов Куземенкея, Токкаша и мурзы Кожбахтыя.

Военные столкновения томских татар были постоянными между отдельными союзами из-за промысловых угодий и пастбищ. Военная организация и опыт чатов и томских татар были использованы в начале XVII в. царским правительством, которое включало часть их в состав служилых людей.

Был более высоким у сибирских татар, нежели у соседей (угров, тюрко-язычных групп Среднего Приобья), и уровень экономического развития.

В хозяйственной деятельности преобладала охота, рыбный промысел. Охотились с помощью лука, стрелы были с костяными и железными наконечниками. Имелись ножи, капканы. Железо выменивали на пушнину у алтайцев. Рыбу ловили
 железными крюками, сетями (изготовлялись из волокна крапивы), ловушками из ивовых прутьев, перегораживали протоки плетнями. Употребляли в пищу ягоды, грибы, орехи кедра.

Занимались и земледелием (выращивали ячмень). Скотоводство имело подсобный характер, более важное значение оно имело в Барабе; занимались обработкой шкур животных. Археологами обнаружены украшения из меди, серебра, железа. Имеются свидетельства прядения, ткачества, гончарного дела (село Ордынское).

Жилища барабинских татар были двух типов: зимние (полуземлянка с печной трубой) и летние (временные поселки - шалаши из жердей). Господствующей религией был шаманизм (вера в духов). Археологами обнаружены места - городища татар на территории Новосибирской области: на месте детского парка им. Кирова (Новосибирск), Бердское (ныне под Обским морем), село Малышево (Сузунский район), село Вознесенское (Венгеровский район). Здесь, по мнению археологов, на Кузнецовой горе находилась ставка наместника сибирского хана, обнесенная рвами, валами, куда по широкой дороге на самый верх укрепления приносилась дань от барабинских татар.

Сибирское ханство

В XIV - XV вв. произошел распад Золотой орды (феодальная раздробленность), дробление татаро-монгольского государства. В Зауралье образовались новые государства-ханства: Ишимское, Тюменское, Сибирское. Первым ханом Сибирского ханства был Мамет из рода Тайбугинов (почетное звание). Со временем территория Сибирского ханства значительно увеличилась. К середине XVI в. в него были включены улусы барабинских татар. На западе ханство граничило с Пермской землей, Казанским ханством, на востоке - "Пегой ордой" (племенами нарымских селькупов), на севере оно достигало низовьев Оби, а на юге - казахстанских степей.

Основу экономики в Сибирском ханстве составляло кочевое скотоводство в сочетании с земледелием и ремеслами (гончарное, скорняжное, ткачество, обработка металла). Религией был ислам.

Аппарат государственной власти состоял из хана, есаулов, направляемых ханом в улусы, вельмож-советников и визиря (визирь - высший сановник, министр). Имелся небольшой штат сборщиков "даров" и ясака. Владельцы улусов по отношению к правителям ханства были в служебно-вассальном положении, участвовали со своими отрядами во всех военных походах хана, получая за это часть добычи, обязаны были поставлять хану "дары" с "черных людей" улуса. В пределах подвластной территории мурзы и беки сохраняли почти полную независимость в эксплуатации улусных людей. Центральная власть, как правило, не вмешивалась во внутреннюю жизнь улусов.

Кроме центральной ставки Сибирского ханства, укрепленного городка, называвшегося Сибирь (или Кашлык), расположенного при впадении в Иртыш речки Сибирки, имелись и другие укрепленные пункты - у границ ханства (на одном из островов оз. Чаны) и др.

Война была одним из средств обогащения.
 Сибирское ханство силой подчинило местные племена хантов и манси на Урале, в низовьях Иртыша, и на Оби. С них в пользу хана взимался ясак, сбор которого нередко превращался в обыкновенный грабеж.

Восточная Сибирь

От Енисея до Охотского моря, от Тундры до Монголии и Амура находились Тунгусские племена - предки эвенков, эвенов. Тунгусы были пешие (по берегу Охотского моря), конные (Забайкалье), оленьи (в тайге). Прибайкалье и Забайкалье населяли кочевые племена, составившие этническую основу бурят.

По верхнему и среднему Амуру были дауры, тунгусы, нижнему Амуру и в Приморье - предки нанайцев, удэге; на Лене, Вилюе - якуты тюркоязычные. Северо-восток Сибири населяли юкагиры; северную Камчатку, побережье Берингова и Охотского морей - коряки, ительмены; Чукотку и низовья Колымы - чукчи; побережье Чукотки - эскимосы.

Эскимосы и ительмены считаются самыми древними народами Сибири, вытесненными "на край света" пришельцами с Юга.
У юкагиров, коряков, чукчей, эскимосов и ительменов русские застали еще каменный век.

Тува

Буряты

Якуты

Тунгусы

Юкагиры

Чукчи

Коряки

Эскимосы

Камчадалы 


Тува

В 1207 г. старший сын Чингис-хана Джучи прошел через территорию Тувы во главе многочисленного войска на завоевание "лесных народов" - жителей таежных и степных районов верхнего Енисея и Прибайкалья. Туматы - жители юго-восточной Тувы - дважды поднимали восстание против завоевателей, но были почти поголовно перебиты. Память о туматах поныне хранит название одного из хребтов в Туве - Тумат-тайга. Чтобы закрепиться, завоеватели уничтожали и высылали непокорных местных жителей, с XIII в. стали насильственно колонизировать захваченные территории. С этой целью создавались военно-пахотные поселения, в которых поселяли захваченных в плен и угнанных на север земледельцев. Ряд таких поселений был создан на территории современной Тувы.

В Туве уже в начале XIII в., по имеющимся сведениям, добывалось хорошее железо, сеялась пшеница, было много ремесленников, изготовлявших шелковые материи, цветные ткани. О высоком уровне развития народа до монгольского завоевания свидетельствуют и города. Они на территории военно-пахотных поселений не имели крепостных стен - монголы на завоеванных территориях не возводили стены.

Жилищем рядового поселенца служил прямоугольный дом с деревянными стенами, обмазанными с обеих сторон глиной и оштукатуренный алебастром. По трем стенам располагалась обогреваемая лежанка - кан, внутри которой проходили дымоходы из плит. Пол - глинобитный, потолок - перекрыт крышей из тростника и соломы или из желобчатой черепицы. Богатые здания имели 3 - 5 смежных комнат. В них имелись спальни и приемные залы. Кухни размещались в пристройках. В раскопанных жилищах обнаружен каменный уголь для отопления.


Административные здания состояли из парадного зала с колоннадой из деревянных столбов, опиравшихся на каменные квадратные базы. Как буддийские храмы, они имели входные портики с южной стороны и крыши из богато украшенной черепицы. Коньки и углы крыш украшались скульптурными группами из обоженной глины в виде больших драконов с разверстыми пастями, фениксов - "птиц счастья", изображений разнообразных животных. Стены таких зданий покрывались облицовочными плитами с изображениями драконов. Посреди центральных площадей стояли четырехгранные каменные стелы на изваянных из песчаника черепахах. На стелах вырезались тексты указов.

Почти во всех городах имелись буддийские храмы, часовни и пагоды, в которых жили буддийские монахи. Буддизм впервые проник в Туву в XIII - XIV вв. с поселенцами. Храмы имели квадратные залы (с колоннадами) для богослужений. На городище Оймак найдены остатки статуи Будды, изваянной из серого гранита.

В городах располагались металлические, кузнечные, гончарные и другие мастерские. Развито было земледелие. Сеяли пшеницу, горох, просо. Пахали плугами с железными и бронзовыми лемехами и чугунными отвалами. Население городов и поселений занималось также животноводством, охотой и рыбной ловлей.

Всем этим пользовались монгольские завоеватели. В результате их нашествия утратились многие достижения культуры тувинцев домонгольского времени.

В конце XVI в. тувинцы оказались в зависимости от небольшого монгольского государства Алтын-ханов, возникшего в процессе феодального дробления монголов. Тувинские племена вынуждены были кочевать. Некоторые из них появились в степях на территории неподалеку от современных Томска, Ленинск-Кузнецка, в правобережье Оби, на Алтае. Положение тувинцев в составе нового государства еще более ухудшилось.

Тунгусы

Едва перебравшись через Енисей, русские встретились с широко распространенными племенами горной тайги и лесотундры - тунгусами. Им принадлежала особо важная роль в истории Сибири и соседних с ней стран Азии. Они создали свою собственную оригинальную культуру.

Тунгусы - название в XVII в. предков современных эвенков, эвенов, негидальцев. Они являются ядром всех народов тунгусо - маньчжурской лингвистической группы. К моменту первоначального соприкосновения с русскими тунгусы освоили почти всю сибирскую горную тайгу от Енисея до Охотского моря, часть лесотундры и тундры к западу от Лены. Пережитки древнего дооленеводческого уклада их предков сохранились в XVII - XVIII вв.

Не имевшие тогда оленей - "пешие" тунгусы - занимались охотой и рыболовством. Охотились, в основном, в одиночку, а на крупного зверя группой в два-три человека. Гнали его до стрелка. Мясной зверь нужен был для питания, пушной - для обмена. Охотились с помощью лука, рогатины, самострелов, петлей. Для выслеживания зверя накидывали на себя шкуру с головы оленя или целую.

Рыбу они добывали с помощью лука и остроги. Охотники жили в конусообразных жилищах, остов которых был покрыт корой лиственницы и полотнищами из бересты. В местах, где они жили по соседству с враждебными племенами, рядом с таким жилищем ставились свайные жилища (на сваях), члены семьи во время отсутствия охотника втаскивали лестницу наверх ( враги выкрадывали жен и детей).

Бродячий образ жизни и охота обусловили любовь к новым местам, легкость передвижения и расселения, наблюдательность, выносливость, смелость и силу, отсутствие необходимости накапливать предметы домашнего быта, одежду и пр.

У тунгусов не было захватнических войн. Жена, направляясь в места мужа, по сказаниям, не брала одежды: муж добывал зверя для одежды. Одежда была легкой, из небольших частей, которые легко можно просушить у костра.

В общественной организации господствовали парные объединения семей, дожившие у алданских и среднеамурских эвенков до ХХ в. Брак был обменным. Были случаи женитьбы на женщинах противника, взятых после столкновения. Расселение по тайге отдельными семьями заставляло молодых людей пускаться в далекие путешествия в поисках друга, жены из чужого рода, племени. Законом была взаимопомощь между членами одного рода и семьями, находящимися в отношениях свойства. Человек, взявший себе жену, обязан был защищать брата и отца жены.

При естественной смерти считалось, что кто-то убил человека, шаман определял его и отряд мужчин шел требовать убийства этого человека.

Частые военные стычки выработали особые и любопытные для современного человека нравственные правила: поединок двух воинов; не убивать женщин, детей и стариков, победители брали на свое попечение женщин и детей, если все мужчины противника убиты; уходя, оставляли на своем пути метки на деревьях, чтобы мститель мог найти их; воины, участвовавшие в поединке, состарившись, искали способы, чтобы быть убитыми своими противниками; перед поединком или столкновением необходимо было предупредить противника и разозлить его, чтобы вызвать злобу; перед началом сражения пускали специальную стрелу, объявляющую войну; некоторые тунгусы перед поединком менялись стрелами и договаривались о расстоянии для стрельбы друг в друга.

Женщины, уведенные победителями, зная, что оставшиеся мужчины придут на выручку, ночью перерезали тетивы луков у врагов, дырявили их лодки, "убегали под снегом", прятались в дуплах, на сучьях деревьев.

Женившись на девице из оленного племени, пеший охотник становится оленным, так как жена всегда вела к мужу караван оленей. Он часто ставил два чума: для себя и для жены - яранговый (с конической крышей).

Западноевропейцы тунгусам уделяют особое внимание. Упоминавшийся Белл отмечает, что они весьма вежливы и сговорчивы, любят курить табак и пить водку. Мужчины высокого роста и крепкие, храбрые и очень честные. Женщины среднего роста и очень добродетельны. Белл обратил внимание и на это: "Я видел, - отмечает он, - много мужчин с овальными знаками вроде колец на лбу и щеках и иногда знаки, напоминающие ветви деревьев... Они наносят их в детстве, прокалывая эти части иглой и натирают их древесным углем, после чего знаки остаются пока жив человек" [
9].

Особое внимание уделяет Белл тунгусам-охотникам: кроме стрел и лука, который они всегда носят в левой руке, у них имеется короткое копье и маленький топорик. Снаряженные таким образом, они не боятся напасть на самых свирепых лесных обитателей, "не исключая самых больших медведей, ибо они отважные люди и ловкие стрелки".

Белл описывает особенности охоты тунгусов. Они не берут с собою провизии, а рассчитывают только на то, что в пути удастся добыть. Едят мясо любых животных, не исключая медведя, лисицы или волка. Белки считаются деликатесной пищей. Когда тунгус убивает лося или оленя, он никогда не уйдет с этого места, пока не съест их; если он находится недалеко от семьи - часть добычи доставляет домой. Тунгусы никогда не бывают без огня, имея всегда с собой трутнищу. Если же по какой-то причине ее не окажется, зажигают огонь трением двух кусков дерева. Сырым они ничего не едят, кроме как в крайней нужде.

Интересные особенности отмечает Белл в охоте тунгусов на соболя. Мех его так нежен, что малейшее нарушение ворса снижает стоимость шкурки. Охотники берут с собой только маленькую собачку и сеть. Охотник идет по следу соболя порой два или три дня, пока зверек, совсем утомившись, не найдет убежища на высоком дереве, ибо умеет лазить как кошка. Охотник раскладывает вокруг дерева сеть и разводит огонь; соболь не выносит дым, немедленно спускается и попадает в сеть.

И далее Белл рассказывает совсем труднообъяснимое: он слышал от такого охотника, что тунгусы, мучимые голодом во время такого продолжительного преследования, берут две тонкие дощечки, одну из которых прикладывают к подложечной ямке, а другую к противоположной стороне. Концы этих дощечек связывают веревкой, которую постепенно стягивают потуже, и это не дает им чувства голода.

Белл рассказывает и о беде тунгусов - оспе, которой они, по его мнению, не знали до прихода русских. Они так боялись этой болезни, что когда кто-нибудь ею поражался, остальные немедленно строили для больного маленький шалаш, оставляли там немного воды и пищи, а затем уходили по наветренной стороне, каждый с глиняным горшком и горящими угольями. Они никогда снова не посещали больных, пока по их предположению опасность не миновала. Если кто-нибудь умирал, то его крепкими прутьями привязывали к ветвям дерева, чтобы предохранить от падения.

В изданной в Берлине в 1789 г. своей книге о Сибири Иоганн Людвич Вагнер (был в Сибири в качестве ссыльного) при описании тунгусов отмечает: "Они все стройного роста и очень пропорционального сложения. Я среди них не видел ни одного полного человека".

И о женской одежде: она отличалась от мужской коротким фартуком из меха оленьих ног и обшитым бусами, шнурками, бубенцами. К фартуку также прикреплялся металлический колокольчик, по звуку которого женщину можно было узнать издали.

Вагнер обращает внимание и на такую деталь в характере мужчин, как ревность, которая доходит до того, что они "впадают в ярость, лишь только кто-либо дружелюбно взглянул на их женщин" [
9].

Ох, этот Вагнер!.. Полагаю, что
 он мог сделать такое обобщение и на основе собственных "прегрешений" (то он интересовался, как женщины-тунгуски ходят в баню; то отмечает особую склонность их к иностранцам).

К моменту первоначального соприкосновения с русскими тунгусы, рассеянные на огромных пространствах Сибири, сохраняли исходную общность языка и культуры, но отличались особенностями хозяйства и быта. Все тунгусы не выходили за пределы патриархально-родовых отношений.

Буряты

Монголо-язычные предки бурят появились в Прибайкалье и Забайкалье задолго до образования монгольской империи. Значительную прослойку в составе бурятского народа составляют собственно монголы. Бурятские племена делились на родовые группы, во главе с родоплеменной знатью, занимали обширную территорию по обе стороны Байкала, по долинам рек Ангары, Лены, Баргузина, Селенги. К моменту первоначального соприкосновения с русскими буряты представляли собой самую многочисленную и сильную в экономическом и военном отношении народность Восточной Сибири.

В 1625 г. атаманы Поздей Фирсов и Василий Тюменец доставили в Енисейск известие о том, что у бурят более 20 тысяч человек "на конь садитца", и что "люди пашенные".

Основой хозяйства у бурят было скотоводство: у западных (в Прибайкалье) - полуоседлого типа; у восточных (в Забайкалье) - кочевое, пастбищного типа. Разводили крупный и мелкий скот, лошадей и верблюдов. Скотоводство доставляло пищу, одежду и материал для устройства жилищ - войлочных юрт.

Существенную роль играла охота (на соболя, бобра, белку, козу, лису). Употреблялся сложный монгольский лук. Стрелы имели наконечники четырехугольной или плоской формы, иногда с костяной свистункой.
Охота, как у других монгольских племен, практиковалась двух видов: индивидуальная и коллективная. В коллективной участвовало до 1 000 человек, мужчин и женщин. Участники делились на два крыла и, двигаясь под руководством предводителей до определенного места, замыкали круг, постепенно уменьшая его. Крупных зверей - медведя и других - убивали рогатинами, более мелких - стрелами.

Буряты умели добывать металл и хорошо его обрабатывать. Кузнечное искусство считалось почетным и божественным даром. Изготовляли вооружение, орудия охоты, топоры, ножи, котлы, принадлежности конской сбруи с серебряной чеканкой и т.п. Знали ткачество. Существовала меновая торговля с народами Сибири (эвенками, тувинцами, киргизами) и более далекими странами Средней Азии и Монголией.

Интерес представляют описания народов Сибири иностранцами - наблюдения, так сказать, "со стороны". Они, будучи по разным причинам в Сибири в XVIII в., замечали исторически сложившиеся особенности народов, в том числе, особенности быта.

В трактате западноевропейца Ренье "Описание бурят", изданном в Германии в 1780 г., излагается легенда о происхождении бурят от двух братьев по имени Мунгала и Бурят, и что Бурят после разделения со своим братом взял с собой письменные известия и, заснув на лужайке, выронил это писание из своей сумки и овца съела писание. Поэтому бурятские племена жили как совершенно несвязанные народы. Убежденные в этом, буряты, по мнению Ренье, и в XVIII в. перед началом колдования сжигали клок овечьей шерсти.

Я в этом рассказе Ренье, кроме генеалогии, замечаю еще выражение народами Сибири исторической скорби по поводу отсутствия письменности.

Осознавая значимость письменности, народы Сибири отсутствие ее, а некоторые - историческую утрату (как это было у якутов, см. след. разд. текста) обличали в скорбную форму "потери" письменности.
Ренье отмечает, что буряты, жившие в окрестностях Иркутска, Удинска, Балаганска, "начали уже сеять, огородничать и варить кашу".

Интересно описание Ренье военного быта бурят. Очень ловкие наездники и меткие стрелки. Они в состоянии попасть из лука в стрелу, воткнутую в землю, проносясь мимо нее верхом, на полном скаку, и сразу же всадить вторую стрелу в цель, поставленную на расстоянии десяти шагов от первой. Забайкальские буряты, продолжает Ренье, помимо обычной кольчуги, имеют "панцирь" из по особому заплатанной бумажной холстины, которую они не менее десяти раз обматывают вокруг тела и через которую не проникает никакая стрела.

В колчанах они носят стрелы двух видов: снабженные широким и острым куском железа и продырявленным костяным набалдашником - против врагов и диких зверей; другой вид стрел - из крепкого и мягкого дерева - для охоты на зайца, соболя, белку (чтобы не повредить шкурку). Хотя среди этого народа, пишет Ренье, нет особенно сильных, но они очень смелы, отличаются пылкостью темперамента, закаленностью. Но все это - когда воин на коне. Наблюдательный Ренье отмечает отличие верховой езды бурят и тунгусов: "последние очень сильно раскачиваются и приводят в движение все тело".

Этот народ, заключает Ренье, любит правду. Дружба и любовь к ближнему соблюдается у бурят не только среди тех, кто связан между собой узами родства или товарищества, но являются всеобщими и простираются на всех единоплеменников.

Западноевропейский дипломат Белл (находившийся на дипслужбе в России в первой половине XVIII в.) в опубликованных в Европе своих наблюдениях о бурятах пишет: "Здесь мы обнаружили другое племя туземцев в Сибири, отличающееся от всех тех, которые я раньше описал. Русские называют их братскими, но сами они себя называют бурятами...

Буряты крепкие и деятельные люди... Несмотря на то, что перед ними пример русских, пашущих свои земли и превосходно живущих произведениями этих богатств и плодородных почв, они предпочитают оставаться в своих шатрах и ухаживать за стадами, от которых зависит их существование" [9].

Явное расхождение Ренье и Белла по этому вопросу возможно потому, что Ренье, в отличие от Белла, был в России во второй половине XVIII в.

Белл обращает пристальное внимание на одежду бурят, особенно женщин и девушек. Мужчины, пишет он, носят куртку, реже шубу из овчины, опоясанную вокруг талии, во все времена года; маленькую круглую шапку из красного шелка с помпоном, отделанную мехом, надевают на макушку. Все это вместе с парой кальсон и ботинками составляет всю одежду. Одежда женщин почти такая же, только их шубы пониже талии расходятся складками и свисают в виде юбки.

Замужние женщины носят волосы в двух прядях, по одной на кждой стороне головы, пропущенные через два железных кольца, чтобы они не распускались на груди. Вокруг лба они носят обруч из полированного железа. Девушки одеты таким же образом, только их черные, как воронье крыло, волосы заплетены в косы, висящие отдельными прядями вокруг головы; некоторые из них отличаются хорошим цветом лица. Как мужчины, так и женщины вежливы в поведении.

Любопытные детали отмечает у бурят Белл в приготовлении и угощении чаем (в чем-то, возможно, могут быть полезны и Вам, читатель). Зашли в один из шалашей. "Гостеприимная хозяйка немедленно поставила на огонь котелок, чтобы сварить нам чай". Поставив железный котел на огонь, она старательно вытерла его с помощью конского хвоста, висящего в одном из углов шалаша, залила водой, засыпала немного дешевого байхового чая, получаемого из Китая, и немного соли.

Затем приготовила тесто из муки и свежего масла, висящего в мехе недалеко от конского хвоста, бросила в чайный котел и изжарила (чай был предварительно перелит в другой котел). На это тесто вылила чай, прибавила немного хороших густых сливок, взятых из чистого бараньего меха. После того, как чай немного остыл, налила в деревянные чашки и предложила всей компании. Основным преимуществом этого чая, заключает Белл, является то, что он утоляет и голод, и жажду.

Якуты

Населяли районы рек Лена, Алдан, Амга. Имели общий язык, культуру. Как считают историки, этнографы, это островок самой северной тюркоязычной народности. По легенде этот народ появился здесь в результате бегства из Прибайкалья. При этом были исторически потеряны виды домашнего скота - овцы, верблюды, а также - земледелие и письменность. Утрату письменности хранит легенда, по которой мешочек с письменами, бережно хранившийся у почитаемого соплеменника по имени Элляй-Боотур, потерялся во время бегства из Прибайкалья вниз по Лене.

Академик А.П.Окладников нашел подтверждение наличия письменности у древних якутов на прежнем месте обитания - их письмена на скалах.

Однако и на севере якуты быстро приспособились к разведению рогатого скота и табунов лошадей, они сохранили свой язык и культуру. Выплавляли железо из руды, умели изготовлять многие орудия труда, предметы вооружения. Кузнец - была особо почитаемая профессия. Считалось, что кузнец владеет силой огня. И может даже убить шамана.

Скот у якутов был основным богатством. Из кобыльего молока изготовляли кумыс. Употребляли мясо крупного рогатого скота, из молока делали масло и другие продукты. Из кожи изготовляли не только одежду и обувь, но и посуду, веревки, ремни и другие предметы. Широкое применение находил конский волос. Жили якуты рассеянно, строили юрты на большом расстоянии одна от другой. Были у них и берестяные жилища, в которых жили в летнее время.

К приходу русских якуты делились на племена и роды. Главой семьи был мужчина, господствующей формой брака - парный. Мужчина давал калым скотом за жену ее родителям. Не запрещалось многоженство. В русских документах XVII в. нет указаний на существование родовой власти, кроме власти Тойна - родоначальника.

Нередкими были межродовые войны. Причинами были кровная месть, соперничество между богатырями, захваты скота и женщин. Нередко они кончались единоборством богатырей, признанием превосходства ("отобранием имени и славы"). С юных лет богатырей - главных воителей - обучали и тренировали военному делу.

У якутов существовало рабовладение семейного патриархального типа. Источниками рабства были превращение в раба своего обедневшего сородича, захват врагов во время войны, кровная месть могла заменяться передачей в рабство родственника. Господин имел право продать раба, отдать в качестве приданого невесты, наносить ему побои.

Рабы не имели никакого хозяйства, жили в юрте господина или около него. В ряде случаев они имели свои семьи и жили отдельно от господина. Рабов у якутов было, в общем, немного. По ясачной книге 1648 - 1649 гг. из 1497 плательщиков ясака рабов оказалось всего 57.

У якутов было богатое устное творчество: множество богатырских поэм - олонхо, сказок, преданий, легенд, песен, пословиц, поговорок, загадок. В олонхо популярной была тема: герой, победив своих противников, женится. На обратном пути он едет с женой вдвоем или с ними едут рабы, слуги и скот его жены. По пути на родину богатырь встречает разные препятствия, преодолевает их. По возвращении на родину разводит много скота, производит на свет потомство, живет богатой и мирной жизнью, его богатство наследуют потомки.

Одежду, обувь, мебель, оружие, конные сбруи, берестяные юрты якуты любили украшать красивыми узорами, орнаментом. Весной и летом собирались на праздники в честь духов - хозяев природы и небесных богов. Во время праздника устраивались состязания и спортивные игры, песни и танцы.

Патриархальный и родовой строй у якутов перед приходом русских находился на последней стадии разложения. Род распадался на родовую верхушку и свободных общинников.

Народы северо-востока

Юкагиры

В середине XVII в. их было около 4 500 человек и состояли из 12 племенных или территориальных групп. Наиболее древним хозяйственным укладом был уклад пеших охотников на дикого оленя. Зимой они преследовали свою добычу на нартах, летом загоняли небольшие стада в озера, где охотники приближались к оленям на лодках и кололи их копьями. Но не всегда промысел был удачным. Тогда юкагиры голодали, вымирали целыми родами.

В районах, где было много рыбы, в низовьях северных рек, важное значение, как подспорьек охоте, имело рыболовство.
Сами по себе названия рек, где жили пешие юкагиры, - Колыма, Индигирка, Анадырь - названия "собачьи". Это указывает на исключительную роль собаки в их жизни. Это единственное домашнее животное, на котором они перевозили свое скудное имущество.

Юкагиры были настоящие собаководы. Но в отдельных их хозяйствах были и домашние олени. Первые отряды русских служилых людей двигались на Камчатку на оленях этих юкагиров. Тундровые оленеводы - юкагиры знали упряжное оленеводство.

Материальная культура юкагиров была более примитивной, чем культура их соседей - якутов, эвенков. Орудиями труда были каменные топоры, костяные стрелы, ножи из реберных костей; вооружением - луки, стрелы, копья. Юкагирам было известно железо. Но его было так мало, что до прихода русских, согласно преданиям, железный топор был собственностью всего рода. Он использовался только в случаях, когда нужно было разрубить толстое крепкое дерево.

К приходу русских юкагиры подразделялись на отцовские роды. Но сохранялись и сильные пережитки материнского рода - матрилокальный брак (муж переходил в дом жены и за невесту работал в ее роде). Женщины пользовались у юкагиров большой самостоятельностью, а девушки до брака - большой свободой.

Наибольший почет в роде имел опытный охотник-кормилец. Во главе рода стояли старейшины. В каждом роде был свой шаман, он же был знахарем и предсказателем. Наряду с шаманизмом широкое распространение имел промысловый культ. Юкагиры верили в существование "духов-хозяев" мест и зверей, считая, что у каждого существа имеется свой дух-хозяин. Из зверей особым почетом пользовался лось.

Чукчи

Ближайшими соседями юкагиров на северо-востоке были чукчи. Авторы первых известий о чукчах XVII в. делят их по роду занятий на оленеводов и оседлых морских охотников. Но охота на диких оленей была занятием и тех и других чукчей.

От охоты на морских млекопитающих чукчи, заселявшие побережье Берингова и Чукотских морей, получали основные продукты питания (мясо, жир); кожи моржей шли на обтяжку каркасов байдар (кожаных лодок), на приготовление ремней, гарпунов, для кровли летних яранг.

Из кишок моржа шились дождевики. Шкуры тюленей использовались для пошивки одежды, обуви, мешков, изготовления ремней, ременных сетей для промысла тюленей.

Из клыков моржа изготавливались орудия охоты, наконечники стрел, охотничьи санки, черпаки, ложки, предметы искусства (костяная скульптура).

Китовый ус использовался для подбивки полозьев нарт, изготовления сетей, леск, чашек, кости китовые - в качестве строительного материала (балки и перекладины землянок и др.).

Жили чукчи в зимний период в полуземлянках, по нескольку семей близких родственников.

Летние жилища были наземные - из шкур моржей, оленей. Домашняя утварь состояла из лампы - жирницы (из глины или песчаника), котлов (из глины, песка и собачьей шерсти - для прочности), деревянной посуды. Огонь добывали трением.

Основной общественной ячейкой чукчей была большая патриархальная семья с пережитками группового брака, многоженства. Существовала частная собственность на оленей, общинная - на пастбища, охотничьи угодья, жилища.

По представлениям чукчей, окружающий мир был одухотворен, природа наполнена доброжелательными и злыми духами. Наиболее распространенными объектами культа были моржи, киты, олени.

По свидетельству известного землепроходца северо-востока Сибири М. Стадухина от 1647 г., чукчи хранили головы моржей для поклонения им (молились). В середине XVII в. чукчи переживали процесс разложения первобытнообщинного строя. У них существовала начальная форма патриальхального рабства.

Коряки

Наиболее близкое соприкосновение русских с ними началось с 80-х годов XVII в. Подобно чукчам, коряки подразделялись на оседлых и кочевых. Оседлые занимались морским промыслом и охотой, но больше всего они были рыболовами. На суше охотились на диких оленей и горных баранов - в северной части Камчатского полуострова. Повсеместно на территории коряков водились бурые медведи, которые также были предметом охоты.

Ко времени соприкосновения с русскими у коряков уже было развито пастушеское оленеводство. Олени составляли частную собственность отдельных членов общины. У коряков существовало значительное имущественное неравенство. Орудия труда, охоты и оружие имели сходство с аналогичными предметами чукчей и сибирских эскимосов.

По суше передвигались на оленях и собаках. На оленях, запряженных в нарты, коряки вступали в бой с противником. По рекам ездили на ботах, по морю - на байдарках внушительных размеров на 30 - 40 человек.


Кочевые коряки жили в переносных жилищах, остов которых изготавливался из легких жердей и покрывался полотнищами из оленьих шкур. Внутри, посредине шатра горел костер.

Оседлые коряки имели зимние и летние жилища: зимние - полуземлянки, с входным отверстием наверху, которое было и дымоходом; летние - конусообразные балаганы, на высоких столбах, крылись травой. Посудой пользовались глиняной, берестяной и кожаной, из травы плели корзины, мешки для хранения кедровых орехов, ягод, корений съедобных растений.

Общественные отношения принципиально не отличались от общественных отношений чукчей. Практиковалось многоженство, особенно среди богатых.

В основе религиозных представлений лежал анимизм - донаучное представление о существовании духа, души у каждой вещи. Одухотворяли явления природы. Приносили жертвы "духам" гор, рек, моря. Были у них шаманы. Больных шаманы "лечили" игрой на бубне, "отгоняя" духов болезни. Коряки, как и чукчи, имели много практических навыков, связанных с охотой, рыболовством, знанием местных условий, умением использовать рационально все продукты охоты, морского промысла, скудной растительности.

Эскимосы

Это классические представители морских зверобоев Арктики, самый северный в мире народ. Их история интересовала ученых прежде всего потому, что эскимосы создали своеобразную культуру арктических охотников-зверобоев, были одной из последних волн переселенцев из Азии в Америку.

В результате грандиозных переселений они освоили не только Аляску, но и достигли берегов Гренландии. Ко времени прихода русских (XVII в.) занимали побережье Чукотки (около четырех тысяч человек) и жили жизнью морских зверобоев каменного века.

Жилища эскимосов были полуземляными. Основа хозяйства - охота на моржа и кита, на птиц и тундровых животных, рыбная ловля и собирательство. Охотники подвозили байдары на санях к кромке берега и выходили в море в поисках льдины с лежащими на ней моржами. Бесшумно подплывали к ней, высаживались на лед и, подкравшись, били моржей копьями с каменными или костяными наконечниками. С исчезновением льдов охота на моржей продолжалась в открытом море с байдар при помощи гарпунов (копье на длинной веревке, тросе).

Охота на китов велась с байдар. Загарпуненное и обессилевшее животное добивали пикой, старались попасть ему в сердце. Всплывшее у байдары животное опытный гарпунер поражал в сердце с одного удара пикой.

Пережитки первобытнообщинных патриархально-родовых отношений сохранялись у эскимосов до начала ХХ в. В рамках одного рода брак между его членами категорически запрещался. В предании рассказывается, что юноша, вступивший в брачные отношения со своей двоюродной сестрой, был убит своим отцом. Преобладающей формой брака был брак с отработкой за невесту.


Бытовали случаи заключения брачного договора между родителями малолетних детей, и даже, до их рождения. Существовал обычай обмена женами и многоженства.

Во главе рода еще в начале ХХ в. стоял родовой старейшина. Это был обычно старик или пожилой мужчина. Он регулировал общественно-производственную жизнь рода, открывал и закрывал промысловый сезон, определял время поездок в целях обмена, руководил проведением праздников, разбирал ссоры своих односельчан.

Каждый род занимал в поселке определенную территорию, где располагались их жилища-землянки. В землянке жило 250 - 400 человек. Охотничья территория у всех родов во всех поселках была общей.

На базе родовых отношений формировалась основная родовая единица - байдарная артель. Каждый род имел до трех и более артелей; артель состояла из 12 человек. Кроме охотничьих каждый род имел байдарку на 40 и более гребцов для торговых и военных целей.

У каждого рода были свои особые праздники. У рода Интугмит был особенно сложный праздничный ритуал с различными заговорами, песнями, танцами, многими запретами на празднике в честь убитого гренландского кита, который проводился в декабре. В конце праздника бригада, добывшая кита, стриглась особым образом, и только после коллективной стрижки охотники приступали к общей трапезе - трапезе дружбы. Дальше следовал обряд очищения. До завершения этих обрядов на протяжении всего праздника охотникам рода запрещалось не только выходить на промысел, но даже появляться на берегу.

Во время праздника женщины зажигали огонь. По яркости и ровности пламени определялись успехи и неудачи в предстоящем промысле.


Камчадалы-ительмены

Сведения о них периода XVII в. известны от В. Атласова и исследователя Камчатки С.В. Крашенинникова. Слова "Камчатка", "камчадал" перешли к русским от коряков. Сами себя камчадалы называли ительменами.

В последние годы XVII в. они занимали всю Камчатку. Зимние юрты у них были земляные, летние - на столбах, сажени (2,13 м.) три над землей. По сообщениям отряда Атласова, луки у них были "усовые, китовые, стрелы каменные и костяные, а железа у них не родитца".

Одежда камчадалов шилась из шкур соболей, лисиц и оленей. Мужчины дома и летом на промыслах ограничивались набедренной повязкой. Зимняя промысловая обувь шилась из рыбьей кожи, ногу завертывали мятной травой, из этой травы вкладывали в обувь стельки - для тепла.

Основной пищей была вяленая рыба из семейства лососевых: чавыча, кета, горбуша. Часть рыбы коптили. Для собак рыбу заготавливали на зиму в ямах. На рыбалках коптили рыбу над костром, к рыбе подсыпали мелко нарубленные листья крапивы. Икру сушили на солнце и ели с березовой и ивовой корой, наструганной мелко, как лапша. Икру заготавливали впрок в толстых полых стеблях трав - "дудках" и высушивали.

Видное место в пище занимали мясо
 и жир медведей, баранов, нерпы, сивуча. Мясо жарили и варили. В сыром виде употребляли почки, печень, мозги и ласты животных. Еще в середине XIX в. существовал архаический способ приготовления мяса горного барана: в яме разводили костер и в горячую яму с золой клали целую тушу барана, завернутую в травы. Сверху тушу закрывали землей и она тушилась в собственном соку.

Вообще камчадалов первопроходцы считали "всеядущими" и на первое место ставили у них пищу растительную: черемшу и другие растения, ягоды, орехи.

Войны велись, указывал Крашенинников, "не для чести или славы, или для расширения границ..., так как богатства, славы и чести не ведают, а для отмщения обиды, из-за съестных припасов, но больше всего для девок, которых они могли в жены брать с меньшем трудом, нежели добровольно, ибо им жены весьма доставались дорого".

Сражаясь, камчадалы, отмечал В. Атласов, "из-за укреплений метали камни из пращей (праща - ручное оружие для метания камней - А.А.), а большие камни прямо с острогов руками бросали; бились палками
и заостренными кольями... на бой выходят зимой... на лыжах..., а летом... пешком, наги, а иные в одежде", а жен "имеют по своей мочи - по одной и по две, и по три, и по четыре".

Положение женщин в семье было привилегированным: в присутствии женщин не начинали драк и битв. Женщина принимала участие в обработке рыбы, собирательстве, работала по дому: шила, изготовляла нити для сетей.

У ительменов существовало многобожие. В честь бога на равнинах ставили столб, обвязывали его травой и, проходя мимо, всегда бросали ему в жертву кусочки пищи. Около такого "святого места" не собирали ягод, не убивали ни зверя, ни птицы. Бога моря представляли в виде птицы-рыбы.

Хозяином всех животных считался Пилячуча, который жил на облаках и производил гром, молнию, дождь. Был у них и злой дух. Его жилищем считалась очень старая ольха возле Нижне-Камчатского острога. Камчадалы ежегодно в нее стреляли, "отчего она вся стрелами изнатыкана" (Г. Стеллер).

В легендах камчадалов представляется своеобразная история сотворения мира. Создатель земли Кутха сначала жил на небе, потом переселился на землю, где родил сына и дочь от своей жены. Дети выросли, вступили в брак и родили сына и дочь, и так постепенно Камчатка была заселена.

Камчадалы ни страха, ни уважения к творцу не испытывали и считали, что все на земле можно было бы устроить гораздо лучше, что не от бога исходит счастье или несчастье, а от человека зависит все. Самым большим грехом они считали скуку и тоску и предпочитали им даже смерть. Смертным грехом было для них спасение утопающих и засыпанных снегом, подъем на вулканы. Грехом считалось варить в одном котле мясо разных зверей и рыб.

Разнобой в номенклатуре мифических существ и большая разница в словаре разных групп камчадалов дает основание предполагать, что на Камчатку пришли разные племена и народы в разное время.

Таким образом, коренное население Сибири перед началом русской колонизации было весьма немногочисленным и разным по этническому составу. Племена составляли от 2-х (чукчи) до 40 тысяч (якуты) человек. В конце XVI - XVII вв., по примерным подсчетам историков, на всей территории Сибири проживало всего 200 - 220 тысяч человек. Расселение племен было в основном по берегам рек.

Уровень социально-политической организации и экономического развития племен напрямую зависел от природно-климатических условий и понижался с юга на север и с запада на восток.

Большинство племен находилось на разных стадиях первобытнообщинного строя и патриархально-родовых отношений.

Государственное устройство имелось у западно-сибирских татар. Их государство - Сибирское ханство - представляло собой осколок монгольской империи, в которой шла борьба за власть между потомками Чингис-хана - шайбанидами и представителями местной татарской знати - тайбугинами.

Аборигены находились на стадии дописьменного развития, с богатым фольклорным творчеством.

ЛЕКЦИЯ 3

ПРИСОЕДИНЕНИЕ СИБИРИ К РОССИИ

Присоединение Западной Сибири:

  •  начало русского продвижения в Сибирь;
  •  отношения Москвы с Сибирским ханством;
  •  Строгановы;
  •  Ермак;
  •  поход Ермака;
  •  разгром Сибирского ханства;
  •  Кучум;
  •  покорение западно-сибирских племён;
  •  принятие русского подданства барабинскими и чатскими татарами на территории современной Новосибирской области.


Присоединение Восточной Сибири:

  •  Петр Бекетов;
  •  Иван Галкин;
  •  Михаил Стадухин;
  •  Семен Дежнев;
  •  Иван Похабов;
  •  Ерофей Хабаров;
  •  Владимир Атласов;
  •  причины быстрого присоединения Сибири.

"После свержения татарского ига и до Петра Великого не было в судьбе России ничего более исторического, чем присоединение Сибири, на просторы которой старую Русь можно было уложить несколько раз".

Так характеризует это историческое событие Валентин Распутин. И это - правильная оценка.

Во второй половине XVI в. Русское государство изживало последствия феодальной раздробленности, окончательно сформировалось как государство централизованное, охватывавшее земли европейской части страны с русским и нерусским населением.

Завоевание Казани и Астрахани и добровольное присоединение к Русскому государству ряда народов Поволжья и Среднего Приуралья открывали для правительства возможность продвижения и в Зауралье.

Югорская земля ("Югра") - левобережная часть нижнего Приобья - с XI в. имела статус волости Новгорода Великого, югорские племена выплачивали дань, ясак преимущественно соболиными шкурками. Осуществлялась взаимовыгодная торговля - обмен товарами (шкурки на ножи, топоры и другие предметы). После утраты в 1478 г. Новгородом независимости все его северные владения, включая Приуралье, вошли в состав Московского государства.

Для утверждения своей власти на новых территориях великий князь Иван III не раз направлял в Северное Приуралье военные экспедиции, которые вторгались и в Сибирь. Но практические результаты этого были малы - устанавливалась лишь формальная власть московского князя. С уходом воевод и войск местные племенные старейшины (князцы) собирали дань со своих соплеменников, а в Москву отправляли нерегулярно.

Причины продвижения русских за Урал были экономические и политические. Это - пушнина ("мягкое золото"), потребность государства в драгоценных металлах, камнях, которые тогда в России не добывались. Это стремление ликвидировать ещё одно, последнее татарское ханство - Сибирское (после Казанского и Астраханского). Это естественное стремление сильного государства к территориальному расширению.

В XV - XVI вв. встретились две взаимозаинтересованные тенденции: стремление набирающего силу Московского государства к продвижению своей границы на восток и заинтересованность народов Сибири к сближению с Москвой - иметь защиту от воинственных кочевых племён, объективная потребность в социально-экономическом покровительстве большого сильного государства.

Сложилась ситуация, когда горы Урала уже не разъединяли народы и культуры, а служили мостом к объединению.

Но и до XVI в. в Москве мало знали о Сибири. Так, в первых описаниях сибирских народов "Сказание о человецех незнаемых на восточной стране и языцех розных", относящихся к концу XV или началу XVI в. представлялся фантастический и жутковатый образ сибирских аборигенов: "...Над морем живут люди самоедь...между собою друг друга едят... Плосковидны. Носы малы. Но резвы и стрельцы... горазды... В той же стране иная самоедь...Лете месяц живут в мори...того ради... (что) тело на них трескается... В той же стране есть иная самоедь. По пуп люди мохнаты... а от пупа вверх яко ж и прочии человецы..." [
1].

До середины XVI в. между Русским государством и Сибирским ханством - южным соседом Югры - непосредственные связи не известны. Разгром Казанского ханства, присоединение народов Поволжья и Приуралья к России обусловили стремление правивших в Сибирском юрте братьев Едигера и Бекбулата завязывать с русским правительством дипломатические отношения. Они рассчитывали на поддержку Москвы в их противостоянии начавшему борьбу за захват власти в Сибирском ханстве сыну узбекского правителя Кучуму.

В январе 1555 г. послы сибирских правителей прибыли в Москву. Они поздравили Ивана IV со взятием Казани и успешными действиями царских отрядов в районе Астрахани и "били челом государю ото князя Едигера и ото всей своей земли, чтобы государь их князя и всю землю Сибирскую взял на своё имя и от сторон ото всех заступил и дань свю на них наложил..." [
15].

Однако вскоре Кучум захватил власть в Сибирском ханстве, обложил данью в свою пользу башкирские и угорские племена, завоевал земли в низовьях Иртыша и тюрко-язычное население Барабинской степи. Даннические отношения Сибирского ханства к Москве были прекращены.

Царское правительство, занятое борьбой с многочисленными внешними врагами, стремилось восстановить зависимость сибирского хана мирным путём.

Кучум же, будучи хитрым и властным деспотом, воспользовавшись трудностями правительства Ивана IV, начал открытые враждебные действия на восточных границах Русского государства. Его отряды вторглись в вотчины Строгановых, начались набеги на хантов и манси, им было запрещено платить дань в царскую казну.

В 1569 г., как отмечается в хронологическом труде по истории Сибири И.В.Щеглова, начались первые отношения Московского царя с Кучумом. Иван Грозный послал к нему грамоту, в которой напоминал об обязанностях Кучума: "преж сего Сибирский Едигер князь на нас смотрел и с Сибирской земли со всей каждый год дань к нам присылал" [
15].

В 1571 г. Кучум отправил в Москву сибирскую дань, в тысячу соболей, и вторую грамоту его к царю, в которой просил, чтобы царь привёл его под свою руку и взимал дань по-прежнему. Но в 1573 г. Маметкул, сын Кучума (по другим сведениям - брат или племянник) "побил плативших царю дань остяков, полонил их жён и детей, побил царского посланника Третьяка Чабукова и ехавших с ними служилых татар..." [
15].

О Строгановых написано немало в разных исторических источниках.

Н.М. Карамзин в "Истории государства Российского" рассказывает о двух купцах Аникиных, Якове и Григории, от которых пошла династия Строгановых. Их отец был знатный, крещеный мурза Золотой Орды по имени Спиридон. Его сородичи, татары, озлобленные сотрудничеством Спиридона с русскими, пленили его в битве и подвергли мучительной казни - застрогали до смерти. Отсюда и пошла фамилия его рода - Строгановы. И родоначальник, и его преемник занимались солеварением и торговлей, обретая экономическое могущество.

Иван IV, не имея возможности противостоять вооруженной силой угрозе со стороны Кучума, поручил это Строгановым, предоставляя им обширные земли и привилегии в Перми, по берегам рек Чусовой, Сылвы, Тоболу. Строгановым дана была большая власть: ставить крепости, иметь войско, суд, заводить селения, пашни и соляные варницы. Владения Строгановых были форпостом России. Над ними непосредственно нависала угроза агрессии воинства Кучума.

 Присоединение Западной Сибири к России началось с похода Ермака.

Ермак, кто ты?

Дошедших до нас достоверных свидетельств о личности Ермака очень мало. Мудро сказал Н.М.Карамзин: Ермак "был роду безвестного, но душою великой". Одни историки считают его донским казаком, другие - коренным жителем Приуралья. После смерти атамана различные волости и городки оспаривали честь именоваться его родиной.

Тобольский историк В.Софронов считает даже, что Ермак был потомком сибирских ханов из рода Тайбугинов, поэтому ему так легко удалось разгромить Кучума и подчинить народы Сибирского ханства: они видели в нём не столько завоевателя, сколько законного претендента на ханский престол.

Нет единого мнения и относительно его подлинного имени. Но мало кто может сравниться по известности в народе с победителем Сибирского ханства казачьим атаманом Ермаком Тимофеевичем. О нём сложены песни и сказания, написаны исторические романы, повести и пьесы.


Что привело Ермака и его казаков в Сибирь?

По этому вопросу нет единого мнения. По одной концепции организатором была верховная власть, по другой - Строгановы, по третьей - сами вольные казаки.

Вот как об этом говорится в народной песне-сказании, записанной в 1955 г. в селе Вознесенском Новосибирской области.

Известно, что до прихода в Сибирь Ермак был опытным командиром, 20 лет прослужил на южных рубежах государства. Во время Ливонской войны Ермак был одним из самых известных казацких воевод. Польский комендант г. Могилева доносил королю Стефану Баторию, что в русском войске были Василий Янов, воевода казаков донских, и Ермак Тимофеевич - атаман казацкий.

О твёрдом и суровом характере Ермака замечательно писал А.Н. Радищев в своём очерке "Слово о Ермаке": Избранный единожды верховным начальником своею братиею, Ермак умел держать над ними свою власть во всех случаях.

А для этого надо иметь "величие духа или же изящность почитаемого какого-либо качества... Ермак имел первое и многое из тех свойств, которые нужны воинскому вождю, тем паче вождю непоробащённых воинов".

По Строгановской, как считается, наиболее точной, летописи значится, что Ермак со своею разбойной шайкой явился с Волги на Каму в 1579 г. по призыву самих Строгановых, которые указали ему на Кучумово царство, как на средство, дающее в случае его покорения, заслужить помилование царя Грозного.

Двумя годами раньше, в связи с возросшими жалобами иноземных послов и служилых людей на разбой и нападения на торговые суда на Волге, Иван Грозный выслал против разбойников большое число ратных людей. Ермака с четырьмя другими атаманами велено было доставить в Москву, где царь заранее осудил их на смерть "лютую и позорную". Казаки были изловлены и казнены, но большая их часть разбежалась в разные стороны. В их числе был и атаман Ермак, который с товарищами в числе 6 000 человек убежал с Волги к верховьям р. Камы. Вместе с Ермаком явились на Каму ещё четыре атамана:
Иван Кольцо, Яков Михайлов, Никита Пан и Матвей Мещеряк.

Тыловой базой начала похода Ермака в Сибирь послужило владение Строгановых в Приуралье. 1 сентября 1581 г. (другая точка зрения - 1 сентября 1582 г.) дружина Ермака выступила в поход.

Маршрут похода прослеживается историками. Сначала он плыл по реке Каме, потом вверх по реке Чусовой. Мощное встречное течение очень замедляло движение стругов. Затем их путь пролегал по реке Серебрянке к Тагильским перевалам, где было удобнее перебраться через "Камень". На перевале казаки построили земляное укрепление - Кокуй-городок, где зимовали до весны. Эта зимовка не была временем простой передышки: Ермак создавал тыловую базу похода уже на восточной стороне Уральских гор, вёл разведку, привлекал на свою сторону население.

По реке Тагил судовая рать Ермака спустилась в реку Туру, где начинались земли Сибирского ханства.

Недавно студенты Пермского университета попытались разрешить спор историков относительно продолжительности этого похода Ермака - от 2-х месяцев до 3-х лет. Отправившись по маршруту, они прошли его за 3 месяца. Но разрешением спора этот результат всё же считать нельзя - невозможно повторить препятствия на пути казаков: сражения, неизвестность пути и многое другое.

На земле Сибирского ханства произошли первые столкновения Ермака с сибирскими татарами. В ходе сражений казакам удалось занять Епанчин-городок, затем старую столицу Тюменского "царства" Чинги-Туру. Далее путь пролегал через "враждебную" территорию.

Сибирским татарам ни разу не удалось напасть на судовой караван Ермака неожиданно. Опасность теперь угрожала непосредственно столице Сибирского ханства. Русское войско медленно, но верно приближалось. Хан Кучум лихорадочно собирал воинов, требуя от мурз и князей, чтобы они пришли к столице со своими отрядами.

Первую серьёзную попытку задержать русское войско Кучум предпринял близ устья реки Туры. Сюда пришли главные силы сибирского войска. Эта попытка была обречена на неудачу. Казаки, отстреливаясь из пищалей, миновали засаду и вошли в реку Тобол.

Но и дальше, вниз по Тоболу, плыть было довольно тяжело. Казакам то и дело приходилось высаживаться на берег, чтобы отпугнуть противника. При этом очень важна была тактика, которую применял Ермак. Он вёл боевые действия, чётко следуя определённому плану. Чаще всего при сражениях Ермак атаковал в два "захода". Сначала в бой вступали пищали, при ударах которых большое количество воинов противника гибло, затем шло молниеносное наступление пехоты, отчаянно навязывая противнику рукопашный бой. Татары не любили рукопашного боя и боялись его.

После ведения порою довольно затяжных битв Ермак неожиданным ударом взял Карачин - укреплённый городок всего в шестидесяти километрах от столицы ханства. Отбить город пытался сам Кучум, но ему пришлось отступить и вернуться в столицу. Затем воины Ермака захватили другой укреплённый городок, прикрывавший сибирскую столицу, - Атик. Время сражения, которому было суждено решить судьбу Сибирского ханства, приближалось. Силы Кучума были ещё весьма значительными, город хорошо укреплён.

Первый приступ казаков не удался. Штурм повторился, и снова за окопы прорваться не удалось. Именно после этого Маметкул, оборонявший Чувашский мыс, совершил крупную военную ошибку. Ободренный неудачами русских приступов и малочисленностью дружины Ермака, он решился на большую вылазку. Татары сами разобрали в трёх местах засеки и вывели свою конницу в поле. Казаки заняли круговую оборону, встали плотными рядами. Стрельба из пищалей велась непрерывно: пищальники укрывались внутри каре, перезаряжали оружие и снова выходили в первые ряды, чтобы встретить залпом атакующую конницу.

Татары понесли крупные потери, но прорвать плотные слои казаков так и не сумели. В бою был ранен предводитель татарской конницы Маметкул.

Неудача в полевом сражении у Чувашского мыса оказалась гибельной для хана Кучума. Насильно собранное ханское войско начало разбегаться. Вогульские и остяцкие отряды, составлявшие немалую часть его, также обратились в бегство. Отборная ханская конница погибла в бесплодных атаках. Ночью Кучум покинул свою столицу, и 26 октября 1582 г. (по другим сведениям - 1581 г.) Ермак с дружиною вошёл в столицу Сибирского ханства Кашлык (или Искер).

Падение Кашлыка стало началом конца Сибирского ханства. Это государственное образование удерживалось силою, жестокостью хана и его приближённых. Военные поражения сразу же возобновили противоречия знати, сторонники Кучума стали покидать его. Сибирское ханство быстро распалось.

 
Как Ермак мог выиграть сражения?

Первоначально казаков насчитывалось около 540, затем их численность увеличилась до 1 650 человек. Были построены большие лодки - струги, каждая из которых вмещала до 20 воинов с запасами оружия и продовольствия.

Но если сравнить силы Ермака с силами, которые мог привлечь хан Кучум, по данным Посольского приказа того времени, Кучум мог вывести в поле около 10 тысяч воинов, причём большей частью конных. Также хан мог принудить себе в помощь вогульские и остяцкие войска, плюс к этому добровольная помощь ногаев, с которыми у хана Кучума были хорошие отношения. Таким образом, численное преимущество хана было более чем подавляющим.

Историки обычно объясняли блестящие победы Ермака превосходством в вооружении, прежде всего в огнестрельном оружии, которого татары, якобы, могли не знать, и которое приводило их в ужас. Но это, как теперь установлено, не совсем верная гипотеза. С огнестрельным оружием сибирские татары были знакомы, хотя и не имели его в достаточном количестве.

Несомненно, рать Ермака имела хорошее по тем временам оружие. По словам летописца, её снабдили "оружием огненным". Пушки были, но только лёгкие, и было их всего несколько штук (3 штуки). Зато имелось триста пищалей, дробовые ружья и даже испанские аркебузы. В целом же ручным огнестрельным оружием владело не более одной третьей части войска, остальные воины имели луки со стрелами, сабли, копья, топоры, кинжалы, какое-то количество самострелов. Пушки стреляли на 200 - 300 метров, пищали - на 100, причём скорострельность была незначительна (2 - 3 минуты на перезарядку). Так что решающего преимущества Ермаку огнестрельное оружие не давало.

Что же обеспечило успех Ермака?

Во-первых, вероятно, умелое командование и чёткая организация войска. Сам Ермак обладал большим военным опытом. Признанными воеводами считались и его ближайшие соратники: Иван Кольцо и Иван Гроза. Дружина делилась на пять полков во главе с выборными есаулами. Полки, в свою очередь, делились на сотни, сотни - на полусотни и десятки со своими сотниками, пятидесятниками и десятниками.

В войске были выделены полковые писари, трубачи, литаврщики и барабанщики, подававшие сигналы во время сражений. В течение всего похода соблюдалась строжайшая дисциплина. Казаки были искусными, мужественными бойцами, привычными к дальним и трудным походам.

Во-вторых, умело выбранная тактика - быстрые манёвры "судовой рати", недоступные для татарской конницы, внезапные удары, сочетание "огненного" и рукопашного боя, использование лёгких полевых укреплений.

В-третьих, Ермак выбрал для похода наиболее выгодное время, когда силы Кучума оказались раздробленными. Как раз накануне похода Ермака хан послал своего старшего сына и наследника Алея с лучшими отрядами на Пермский край.

И, наконец, тыл хана Кучума был довольно непрочным. Вогульские и остяцкие "князья", данники хана, только по принуждению присоединились к его войску, на их верность нельзя было рассчитывать, а местные жители, рыболовы и охотники, вообще не желали воевать с русскими.

И, как можно судить по источникам,
была ещё причина, быть может, самая главная. Кучум "обманулся", недооценил опасность сравнительно небольшого войска Ермака. Искусной была тактика Ермака с применением "военной хитрости".

Один из таких его приёмов описан выдающимся учёным и государственным деятелем Нидерландской республики
Н.К. Витсеном в изданной в Европе в 1692 г. книге о Сибири "Северная и восточная татария". Витсен в составе свиты нидерландского посланника был в России в 60-х годах XVII в. и доехал до Сибири.

В рассказе повествуется об одном сражении Ермака с Кучумом.
Суть рассказа такова.

Перед восходом солнца, когда воины Кучума ещё спали, Ермак по реке на судах подплыл с казаками к городу. Когда солнце взошло, Кучум увидел своего неприятеля перед городом, куда он вывел своё войско. Ермак, видя множество народа на берегу и ещё больше на верху горы, приказал стрелять только пыжами, чтобы придать врагам больше смелости. С величайшим криком бросились татары на казаков. Из татар никто не был убит.

Казаки же, держались в сомкнутом строю, отступили к своим судам, отъехали на две версты. Здесь, находясь двое суток, Ермак приказал заряжать ружья кусками железа и пулями, - зарядами, какие только может ружьё выдержать. Атаман, произнеся речь перед казаками, снова стал со своими судами и людьми на прежнее место перед городом.

Кучумовцы с криками бросились на казаков, из которых, по приказу Ермака, стреляла только одна половина, другая - заряжала ружья. Все воины Кучума были на поле сражения. В городе остался только Кучум со своими приближёнными наблюдать победу.

Но победил Ермак. Казаки за бегущим неприятелем вошли в город. Кучум же успел убежать к своей жене и детям, находившимся в 20 верстах от города.

Через три дня после вступления Ермака в столицу Сибирского ханства явился к нему первый местный остяцкий князь Бояр, с дружиною, с ясаком и съестными припасами для казаков. Вскоре стали прибывать и скрывавшиеся в окрестностях татары с семействами. Приняли русское подданство два вогульских князца.

В конце этого года и в течение следующего казаки Ермака провели несколько сражений с отрядами Кучума. И только теперь, почти через год, в сентябре 1582 г., по свидетельству историка Миллера, получена была в Москве первая весть "о Ермаковом на Сибирь предприятии".

Иван Грозный, вероятно, не осознав значения этого факта и поверив жалобе воеводы Василия Перепелицина, в опальной грамоте Строгановым от 16 ноября повелевал казаков во главе с Ермаком из Сибири воротить для оберегания Пермских земель, в случае ослушания атаманов и казаков обещал перевешать.

Но вскоре в Москву от Ермака прибыл атаман Иван Кольцо в сопровождении 50 казаков к царю "бить челом ему Сибирским царством". Кольцо привёз царю ясак из более 2 000 соболей, 20 чёрных лисиц, 50 бобров и грамоту от Ермака.

В ней значилось, что казаки "царство Сибирское взяша, а царя Кучума победиша и под твою царскую высокую руку покориша многих живущих иноземцев, татар и остяков и вогуличей и к шерсти их (т.е. к ясаку - А.А.), по их вере, привели многих, чтобы быть им под твоею государскою высокою рукою до века, покамест Бог изволит вселенной стояти, и ясак давати тебе, великому государю, всегда и во все лета, безперевозно. А на русских людей им зла никакого не мыслити..." [
15].

Такой делегацией Грозный был доволен. По свидетельству Н. Карамзина, царь ласково принял посланцев, даровал полное прощение Ермаку и его товарищам и пожаловал прибывших казаков великим своим жалованием, приказал послать своё государево большое жалование находившимся в Сибири атаманам и казакам. В числе царских подарков Ермаку назначены были: дорогая шуба с царского плеча, серебряный под золотом ковш, два дорогие панциря и 100 рублей денег. В Москве по поводу этого события звонили в колокола и пели благодарственные молебны.

Иван Кольцо возвратился в Сибирь из Москвы 1 марта 1583 г. До ноября Ермак в походе вниз по Оби покорил Кодское княжество и взял городок Казым, потеряв лучших товарищей - Никиту Пана и нескольких казаков; выдержал большое сражение при покорении вогулов, взял три городка. Погибли Иван Кольцо с 40 казаками.

И после всего этого Иван Грозный оскорбил честолюбие Ермака - прислал в Сибирь для управления воеводу князя Болховского со служилыми людьми, которые в ту же зиму в Искере умерли от голода. Но Ермак, отправив в Москву Ивана Кольцо, как считает И.В. Щеглов, желал присылки войска, а не смены себе.

В 1585 г. московский царь сообщает иностранным дипломатам, что его люди "Царство Сибирское взяли". А московский посол, вероятно, желая пустить пыль в глаза иноземцам, так описывал это царство: "Обь - река великая, в ширину есть вёрст на пятьдесят, а города по ней государи наши велели поставить, и ныне поставлено городов с семьдесят". Здесь, конечно, неимоверное преувеличение.

Ермак проявил себя не только как умелый военачальник, но и как дальновидный политик. Вероятно, неожиданно для себя оказавшись в далёкой Сибири главным правителем на 4 года, своими действиями он начал осуществлять главную государственную задачу - присоединение края к России.

Решающее значение в политике Ермака имело следующее:

  •  стремление поддерживать мирные отношения с местным населением;
  •  обложение ясаком в пользу не ему лично, а Москве;
  •  организация присяги племён на верность России;
  •  невмешательство его во внутриродовые отношения племён;
  •  вступление казаков в брачные отношения с местными женщинами (не игнорируя местный обычай многоженства). 

О гибели Ермака также имеется несколько версий. Но, я полагаю, что теперь Кучум перехитрил Ермака: распустил ложный слух о движении каравана с продовольствием. Ермак, поверив, пошёл по ложному пути, преследуемый воинами Кучума. Приговорённый к смерти татарин Кучумова войска принёс весть о месте казаков, "спящих без караулу".

Кучум приказал этому человеку принести вещественные доказательства - и были принесены "3 пищали и 3 вяски". По одной из версий, Ермак, прикрывая казаков, успел вскочить на край струга, но от тяжести подаренной царём кольчуги с Ермаком струг перевернулся, и Ермак утонул.

Совпадает в летописи и народной песне характеристика той роковой ночи - на 6 августа 1585 г.:

Ревела буря, гром гремел,
Во мраке молнии блистали.
И беспрерывно дождь шумел,
И ветры в дебрях бушевали.

В словах песни поэтично выражена народная любовь к герою.
По преданию, Кучумовы воины устроили погребальный пир, считая необходимым задобрить духа погибшего Ермака. По сути, они по-своему канонизировали Ермака в святые - раньше Русской православной церкви.

Покорение западно-сибирских племён происходило после гибели Ермака. Прошло несколько лет, прежде чем правительственные войска окончательно закрепились в Сибири и выстроили в окрестностях Кашлыка крепость Тобольск, ставшую новой столицей края. Ермак со своими казаками сделал первый решающий шаг в завоевании, присоединении Сибири к Русскому государству - разгромил Сибирское ханство. За ним в Сибирь пошли служилые, промышленные люди, крестьяне.

В конце XVI в. в Сибирь были направлены боевые отряды во главе с воеводами
В. Сукиным и И. Мясным, атаманами М. Мещеряком и И. Александровым, под командой Д. Чулкова, Н. Троханиотова, П. Горчакова. Важно, что участники отрядов, как правило, направлялись в Сибирь на постоянную службу.

Власть русских быстро распространялась по Западной Сибири - на манси, хантыйские племена, в землях по Оби, Томи, Чулыму. Исключительно важное значение для "прикрепления" территорий к Русскому государству, наряду с объясачиванием местного населения, имело возведение острогов и городков.

Особо следует сказать об отношениях Москвы с Кучумом после взятия Ермаком Кашлыка. Центральная власть придерживалась неизменной, "мирной" политики - не ссориться с ним, привлечь на государеву службу в интересах мирных отношений с сибирскими татарами - по примеру Маметкула. Доставленный в 1585 г. в Москву Маметкул в том же году был в командном составе одного из Московских полков, а в следующем году возглавлял сторожевой полк.

Однако с Кучумом так не получилось. Ему предложили два варианта: отправиться в Москву, где его ожидала почётная и спокойная старость, или оставаться служить государю в Сибири в качестве татарского "царя". Положительного ответа дождаться не удалось. Непокорный Кучум не сдавался, а продолжал борьбу.

Через 13 лет после гибели Ермака царские воеводы окончательно разгромили Кучума. В августе 1598 г., как свидетельствуют источники, произошли последние бои с отрядами Кучума. Отряд был разгромлен сибирскими татарами под командованием воеводы
Андрея Войейкова. Произошло это у устья р. Ирмень, на её правом берегу, там, где теперь Обское море. Бежавшие 50 всадников были настигнуты на месте, где сейчас находится Новосибирская ГЭС.

В этом последнем сражении в войске Кучума были убиты его брат, сын, 2 внука, 6 князей, 10 мурз, 5 атаманов, 150 рядовых воинов, ещё 100 потоплено в Оби. В плен были взяты и отправлены в Москву: 5 сыновей Кучума, 8 "цариц" - жён Кучума, 8 "царевен" - дочерей Кучума, 4 невестки, 2 внука и 2 внучки Кучума.

Сам же Кучум, как указывает И.В. Щеглов, "богатырь Сибирский старик, глухой и слепой, всё-таки не дался в руки русским: сам - третий, он уплыл в лодке вниз по Оби и скрылся" [
15]. Поэтому, как полагает И.В. Щеглов, этот год - 1598, следует считать годом окончательного утверждения русских в Сибири.

Не одно поколение историков билось над объяснением этого невероятного поражения Кучумова войска, отдавая предпочтение то "огненному бою" русских отрядов, то примитивной военной технике аборигенов.

Но, не отрицая этих факторов, ответ на вопрос историки нашли в другом, а именно, в анализе Ф.Энгельсом военной кампании наполеона в Египте. (Возможно, вы, читатель, не знаете, что основоположник научного коммунизма, друг и соратник К. Маркса был крупным специалистом в военной области, с которым советовались генералы).

А поучительность анализа Ф.Энгельсом кампании состоит в следующем.

В столкновениях с мамлюками, прирождёнными искусными конниками, один на один французский кирасир, вооружённый даже пистолетом и ружьём, как правило, проигрывал. Но эскадрон этих кирасиров, построенный в правильном боевом порядке, мог уже одолеть на много превосходящие силы мамлюкской конницы. Так, вероятно, было и в Сибири: несмотря на несовершенство вооружения русских отрядов и искусство воинов - аборигенов, русские отряды были организованы по принципу регулярной армии.

В истории Сибири XVII в. не было ни одного случая превосходства русских по численности в сражении. Соотношением в победных сражениях русских было от 1 к 3 до 1 к 13, потери противника почти всегда значительно превосходили.

Нам с вами, читатель, не просто понять и поведение российских самодержцев той далёкой эпохи. Имею в виду встречу в Москве пленённого Кучумова семейства. Борис Годунов приказал встретить их с почестью. Был устроен торжественный въезд сибирских "цариц", "царевичей" и "царевен" в столицу.

Старшему из сыновей Кучума - Асманаку выдали два кызылбашских (персидских) кафтана (лёгкого и тёплого, на лисьем меху, с шёлковой подкладкой); парадное одеяние другим членам семьи. Женщины красовались в дорогих шубах. На "царице" Сюйдеджан была шуба, крытая белой камкой, "на пупках на собольих", опушена атласом золотым, по швам - чернь с золотом, пуговицы серебряные.

Торжество состоялось 17 января 1599 г. Впереди, по два в ряд, ехали верхами
 те, кто отличился при захвате пленников (31 человек). Главные "герои" чинно следовали друг за другом (малолетние дети находились при матерях) в расписанных санях; запряжённых лошадей вели за поводья специальные "проводники" в собольих шубах. Членов "царской" семьи сопровождала свита из 50 человек, одетых во всё новое.

Сам "царь" на предложение последовать за семьёй в Москву сказал, что не поехал он к государю раньше и теперь не поедет. Считается, что умер Кучум в 1601 г., поскольку с этого года сын его Алей стал именовать себя ханом сибирским. По одним данным, убили бывшего сибирского "царя" бухарцы, по другим - ногайцы.

Гибель старого хана означала, что Сибирское "царство", которому в своё время Ермак нанёс смертельный удар, окончательно прекратило своё существование. Москва активно занялась обустройством зауральских земель.

Принятие русского подданства нашими предками на территории современной Новосибирской области - чатскими и барабинскими татарами произошло добровольно. Чаты и барабинцы увидели в Российском государстве силу, способную обеспечить им мирную жизнь и защитить от разорительных вторжений западно-монгольских племён ("чёрными калмыками" называли их русские). Кочевая знать их стремилась подчинить население лесостепной и степной Сибири. В 1603 г. в Москву прибыл и князёк томских татар - Тоян, просивший поставить в их землях русский город и принять "под высокую государеву руку".

 Присоединение Восточной Сибири. В начале XVII в. в крупном торговом районе Мангазея (примыкавшая к реке Таз северная часть Енисейского бассейна) правительственные отряды построили город Мангазею, ставший исходной базой продвижения на восток. Вскоре были сооружены Туруханское, Инбацкое зимовья.

Упорное сопротивление русскому продвижению и подчинению русской власти оказали обитавшие к востоку от Енисея тунгусы. Только в 1628 г. удалось вооруженному отряду
Петра Бекетова нанести тунгусам решающее поражение. Петр Бекетов - выдающийся русский землепроходец, по одной из версий - предок поэта А.А. Блока.

Енисейский стрелецкий сотник, участвовал в присоединении Якутии. Основатель острогов Рыбинского, Братского, Ленского, Нерчинского и др. По его приказу казаками была распахана и засеяна земля у острога Шилкинского - положено начало земледелию в Забайкалье. П. Бекетов отличался храбростью, военными и дипломатическими способностями.

П. Бекетов миролюбиво был встречен прибайкальскими бурятами, получил ясак. Но действия последующих воевод вызвали сопротивление. В начале 40-х гг. (XVII в.), с постройкой Нижнеудинского и Верхоленского острогов (ранее были построены Илимский и Братский остроги) бурятское население Прибайкалья было приведено в русское подданство.


Обложение русскими ясаком малочисленных племен в верховьях Енисея, Минусинской котловине и Саянском нагорье встретило активное сопротивление со стороны кочевников - енисейских киргизов, монголов, не желавших уступать "белому царю" своих кыштымов.

Для противодействия им и присоединения этих земель в 1628 г. отрядом из 300 специально "прибранных" в сибирских городах служилых людей под началом
А. Дубинского был основан Красноярск. В стратегическом отношении место острога было весьма удачным. Он не только прикрывал расположенные севернее земли, но и вклинивался между владениями киргизских и бурятских князцов, сковывая их наступательные действия.

Острог строился стоячий - тыновая ограда (не рубленая), из вкопанных заостренных вверху бревен. Высота тына - 3,4 метра, окружность - 410 метров. По окружности - 5 башен в 3 яруса. На верхнем ярусе размещался огнестрельный наряд, на "спасской" башне - пищаль (стрелявшая картечью), на водяной башне - полковая пищаль (стрелявшая 800 граммовыми ядрами).

Сейчас, по просьбе местных казаков - потомков строителей Красноярска, властями решен вопрос об установлении исторического символа города - пушки на Караульной горе. Тогда, по преданию, на этой горе была установлена сигнальная пушка, которая помогала собирать народ в момент нападения на город недружественных местных князцов.

О "большой реке" Лене и якутах в Мангазее имели смутные сведения уже в начале 20-х годов XVII в. от эвенков Нижней Тунгуски. Небольшие отряды служилых и промышленных людей в 20-х годах достигали Лены (отряды
Пенды, Антона Добрынина, Мартына Васильева и др.). В 1630 г. енисейский воевода С. Шаховской отправил на Лену "для государева ясачного сбору и острожные поставки" хорошо оснащённый отряд под предводительством Ивана Галкина [1].

Иван Алексеевич Галкин - один из самых известных сибирских служилых людей. Его отец пришел в Сибирь с Ермаком, 30 лет прослужил атаманом в Берёзове, погиб. Иван Алексеевич участвовал в строительстве Енисейского острога, в покорении Бурятии, Якутии, основал Баргузинский острог в Забайкалье. В Сибири служили и его сыновья - Андрей, Осип, Никифор.

Весной 1631 г. Иван Галкин добрался до Лены (открыв с Илима на Куту более короткий путь), проплыл до "Якутской земли", преодолел сопротивление пяти объединившихся князцов, предпринял походы по Алдану и вверх по Лене, собирая ясак с якутов и тунгусов и отражая нападения отдельных родовых объединений. В 1634 г. И. Галкин снова с отрядом прибыл на Лену, предпринял энергичные действия по упрочению в Якутии позиции царской власти.

Однако на Лене началось соперничество мангазейских, тобольских и енисейских отрядов служилых людей за право собирать ясак. В итоге страдало местное население и теряло доверие к царской власти. Такое положение создавалось и в других районах по мере продвижения на восток.

Царское правительство решило запретить самовольные походы на Лену и создать на Ленских землях самостоятельное ведомство. В 1641 г. был образован Якутский уезд, который к концу XVII в. превратился в самый крупный уезд Русского государства, охвативший весь северо-восток Азии.

После присоединения ленских земель широко развернулось полярное мореходство. В результате нескольких походов в 30 - 40 х гг. были присоедены земли по Алазее и Колыме. Казачий десятник
Михаил Стадухин, снарядив за свой счёт отряд служилых и промышленных людей, в 1641 г. с Оймякона дошёл до устья Индигирки, а далее морем - до Колымы и закрепил её присоединение постройкой опорного пункта. Возвращаясь в Якутск, Стадухин оставил на Колыме 13 служилых людей во главе с Семёном Дежневым.

Казак Семён Дежнев принял участие в событиях, которые обессмертили его имя. С. Дежнев служил в Якутии. За 20 лет службы имел 9 ранений. В качестве представителя государственной власти он, и ещё несколько служилых, отправились в экспедицию на поиски "реки Погыча", по слухам - очень богатого места. Доплыть до неё (по слухам) можно было морем, в восточном направлении.

Результатом этой экспедиции стало одно из самых крупных географических открытий XVII в. Обогнув "Большой Каменевый нос" - так назвал Дежнев северо-восточный выступ Азии, - они прошли Беринговым проливом и доказали существование прохода из Северного Ледовитого океана в Тихий.

Отправилось в экспедицию 7 кочей, 90 (по другим сведениям - 120) человек. Из них на Анадырь вышли только 12, вместе с Дежневым. Остальные погибли. Как проходила экспедиция - видно из показания в Москве о походе самого Семёна Дежнева. Впечатляет не только содержание, но и форма изложения. И это - не приключенческий роман средневековой эпохи, а исторический факт мужества и героизма русских людей, и, по-моему, не оцененный ещё должным образом.

Вот рассказ Героя, вполне достойного этого звания. И хочется надеяться, что всё же благородное Отечество назовёт его имя и других покорителей Сибири в числе
героев награжденных! Не выступить ли нам, читатель, с таким предложением, инициативой?

"...Носило меня по морю после Покрова всюду.... И выбросило на берег
в передний конец за Анадырь реку.... А было нас в коче всех 25 человек.

И пошли мы все в гору, сами пути не знаем, холодные и голодные, наги и босы. А шёл я, бедной Семейка, с товарищи до Анадырь реки ровно 10 недель.

И попали на Анадырь реку внизу близко моря. И рыбы добыть не моголи. Лесу нет. И с голоду мы врознь разбрелись. И вверх по Анадыри пошло 12 человек.

И ходили 20 ден, людей и дорог не видали. И воротились назад. И, не дошед за 3 днища до стану, обначевались, начали в снегу ямы копать..." [
1].

Закрепление русских в Прибайкалье и последующий выход в Забайкалье и Приамурье (Даурию) осуществлялось, в основном, южными путями.

Начало присоединению этих земель было положено постройкой Верхоленского острога (1641 г.) и первым походом русских на Байкал в 1643 г.

Вхождение прилегающих к Байкалу земель в состав Русского государства произошло в сравнительно короткий срок и закреплено было сооружением Балаганского, Иркутского, Телембинского, Удинского, Селенгинского, Нерчинского и других острогов. Коренное население этого края стремилось опереться на русских в борьбе с набегами монгольских феодалов. Сооруженная в районе Байкала цепь крепостей длительное время обеспечивала защиту русского и коренного населения от вражеских вторжений.

Особое значение имело создание Иркутского острога и города. Строил его отряд под руководством Ивана Похабова. В 1661 г. И. Похабов писал в донесении Енисейскому воеводе Ржевскому: "В нынешнем году против Иркута реки... острог ставлю. И башни, и потолок срублены. И государев житный анбар служилые люди рубят... лесу близко нет..."

Значение Иркутска определялось не только его стратегической ролью в Восточной Сибири. Иркутск, по существу, был посредником в отношениях России с Китаем, Монголией и Северной Америкой.

Утверждение русских в Забайкалье не остановило движение на Восток.
Теперь привлекал Амур. Первые сведения о "Даурской земле" были получены от похода якутских служилых и "охочих людей" во главе с
Василием Поярковым в 1643 - 1646 гг. Русские были удивлены благодатной природой края, растительностью, домашними животными и людьми, внешне схожими с китайцами.

По всей Восточной Сибири всколыхнулись сотни людей в стремлении идти за Амур. В 1650 - 1653 гг.
Ерофей Хабаров со своими отрядами преодолел сопротивление местного населения и положил начало присоединению Приамурья к России. В 1681 г. в устье речки Маритки на месте зимовья ставится острог Аргунский. По условиям русско-китайского Нерчинского договора в 1690 г. этот острог был перенесен на левый берег Амура.

Но продвижение в присоединенные в начале 50-х гг. плодородные амурские земли столкнулось с интересами Государства маньчжур (находилось в северо-восточных районах современного Китая), которое стремилось расширить свою территорию за счет не только Приамурья, но и Забайкалья. Борьба (дипломатическая) Русского государства с Китаем за Приамурье продолжалась ещё более 100 лет.

На исходе XVII столетия началось присоединение к России обширных территорий северо-восточных районов Сибири. В 1697 г. начал свой Камчатский поход
Владимир Атласов. Отправившись с отрядом 120 человек (60 казаков и промышленных людей и 60 местных юкагиров), за 2 года прошёл полуостров с севера на юг, подвёл "под государеву руку" аборигенов - ительменов, не везде мирно, и Камчатка стала частью Российского государства.

Присоединение Сибири к Российскому государству в XVII в. символизировалось появлением
Сибирского герба - два соболя, поддерживающих царскую корону, и лук с перекрещенными стрелами.

В 1625 г. в герб Российский ввели три короны, знаменующих три покорённых царства: Казанское, Астраханское и Сибирское. Присоединение Сибири привело к появлению в титуле наших самодержцев ещё одного географического названия, которых к началу ХХ в. было более полусотни. Начиналось это перечисление так: "Мы...Император и Самодержец Всероссийский: Московский, Киевский, Владимирский, Новгородский, Царь Казанский, Царь Астраханский, Царь Сибирский..." [
19].

Сибирский герб входил составной частью в государственный герб империи.

Исторически Сибирский герб, как считает новосибирский историк М. Шиловский, вполне достоин возрождения в качестве одного из символов макрорегиона. Он нейтрален и не вызывает неприязни ни у одного из многочисленных народов Сибири.

Присоединение Сибири к России было историческим подвигом русского народа, в основе которого лежало единство мужества, смекалки, предприимчивости, воли к победе. Огромная и суровая территория Сибири была не только пройдена за какие-то 50 лет, но и присоединена. В результате территория страны увеличилась в три раза. Это имело всемирно-историческое значение, определяющее дальнейшую судьбу не только России, но всего мира.

Россия соединила Европу с Азией, стала Евразийским государством, вбирающим в себя европейские и азиатские культуры. С XVII века ни один мировой вопрос не решался и не может решаться без участия России. Прежде всего, по этой причине были и есть устремления "упразднить" этот исторический феномен. Но устремления с этой реальностью несоизмеримы.

Каковы причины быстрого присоединения? Это - слабая плотность аборигенов; низкий уровень их развития; междоусобная вражда князцов, племён; быстрое заселение "пройденной" территории русскими, которые уже к 1720 - му году составляли 70% численности населения Сибири.

И, конечно, люди, покорители Сибири, были особенные. Сибирь, как магнит, притягивала к себе людей, обладавших отчаянной храбростью, поразительной настойчивостью, железной волей и жаждой неизвестного. Были среди них и опальные, не в ладах с законом.

Невероятной трудности работу этих людей характеризует наш замечательный современник и земляк-писатель В. Распутин. Прочтите это, читатель.

"Уму непостижимо! Кто представляет себе хоть немного эти великие и гиблые расстояния, тот не может не схватиться за голову. Без дорог, двигаясь только по рекам, волоком перетаскивая с воды на воду струги и тяжёлые грузы, зимуя в ожидании ледохода в наскоро срубленных избушках в незнакомых местах и среди враждебно настроенного коренного кочевника, страдая от холода, голода, болезней, зверья и гнуса, теряя с каждым переходом товарищей и силы, пользуясь не картами и достоверными сведениями, а слухами, грозившими оказаться придумкой, нередко в горстку людей, не ведая, что ждёт их завтра и послезавтра, они шли всё вперёд и вперёд, всё дальше и дальше на восток.

Это после них появятся и зимовья на реках, и остроги, и чертежи, и записи "расспросных речей", и опыт общения с туземцами, и пашни, и просто затеси, указывающие путь, - для них же всё было впервые, всё представляло неизведанную и опасную новизну" [
20].

Позвольте, читатель, и мне, в заключение темы, немного порассуждать по этому вопросу, и, надеюсь, вместе с Вами.

Первопроходцы! Со школьных учебников слово это очаровывает многих на всю жизнь. По описаниям в советской литературе, обобщённый образ российского первопроходца представлялся мне с доминантой русского патриотизма, благородства, интеллигентности. В советской литературе, на мой взгляд, в его образе переоценивалась патриотическая составляющая и недооценивался "дух предпринимательства" ("дух капитализма" - М. Вебер).

Между тем - это великая духовная сила, способная подвигнуть человека и на невероятной трудности подвиг, и на преступление. Масштаб этой силы я бы мог сравнить с силой энтуризма "сознательного советского человека" в годы первых пятилеток, помятуя, что понятие "энтузиазм" с греческого означает - внутренний Бог человека.

В этом отношении, в чем-то типичной, представляется мне личность упоминавшегося Владимира Атласова. Предками его были поморские крестьяне. Начал он службу в Якутске рядовым казаком, был назначен приказчиком Анадырского острога. После Камчатского похода - отправлен в Москву.

Там, в Сибирском приказе, оставил две своих "сказки", в которых содержались обстоятельные сведения о природе и населении Камчатки, о Курильских островах и Японии. Был назначен казачьим головой в Якутск. И на обратном пути из Москвы в Якутск ограбил купеческий караван, за что 5 лет просидел в тюрьме. В связи с восстанием камчадалов был освобождён и направлен на Камчатку приказчиком.

Атласов, используя своё служебное положение, грабил не только купцов и "иноземцев" (аборигенов), но и подчиненных казаков. В 1711г. был убит в Нижневартовском остроге казаками. В образе этого человека я вижу "сплав" составляющих русского первопроходца в Сибири: поморское крестьянское происхождение; организаторские, волевые качества; образованность и пытливость ума; авантюрность и "вседозволенность" вдали от Москвы.
 

 
ЛЕКЦИЯ 4

ВЛАСТЬ И ОБЩЕСТВО В СИБИРИ XVI - XVII ВЕКОВ
Государственное управление. Заселение. Культура

Государственное управление

Управление Сибирью в Москве. В XVI в. Сибирь, как новый край Русского государства, управлялся Посольским приказом в Москве, а с 1599 г. - Приказом Казанского дворца, под управлением которого к началу XVII в. были сосредоточены все восточные окраины страны. Но территория сибирской окраины Русского государства быстро увеличивалась, а управление - усложнялось. Поэтому царским указом от 19 февраля 1637 г. было образовано новое центральное учреждение - Сибирский приказ. Во главе его был поставлен князь Б.М. Лыков.

Сибирский приказ назначал воевод и таможенных голов, ведал обороной Сибири и снабжением служилого населения (от вооружения и боеприпасов до продовольствия), судом всего русского и коренного населения, осуществлял прием и хранение сибирской пушнины, руководил казенной торговлей с Китаем и реализацией сибирской пушнины в Европе.

Аппарат Сибирского приказа состоял из судьи (начальника) приказа, дьяков и нескольких десятков подьячих. Дьяки заведовали столами (отделами), подьячие выполняли канцелярскую работу. Должность судьи Сибирского приказа занимали виднейшие представители московской бюрократии: Никита Иванович Одоевский, Алексей Никитич Трубецкой, Иван Борисович Репнин и др.

Административно-территориальное деление Сибири в XVII в. Основной единицей административного деления Сибири, как и европейской части страны, был уезд. Органы сословно - представительного самоуправления русского населения в Сибири были в зачаточном состоянии, и вся полнота власти находилась в руках воевод. Дворянских сословных учреждений, в силу отсутствия крупного частного землевладения, в Сибири еще не было.

Управлять Сибирью, далекой и огромной "государевой вотчиной", было очень трудно, поэтому здесь рано сложилось областное деление (разряды), предварившее губернское управление в XVIII в. Уже с конца XVI в. в Москве стремились к созданию непосредственно в Сибири административного центра, главенствующего над другими уездами.

С постройкой в 1587 г. Тобольска роль такого центра была отведена ему. В наказах воеводам Сибирских городов предписывалось всякие дела согласовывать с Тобольским воеводой, который должен был сообщать о них в Москву. Такой порядок был необычным для административной практики Русского государства и встречал сопротивление со стороны уездных воевод, но систематическое и настойчивое проведение его в жизнь скоро выработало определенную традицию.

К началу XVII в. Тобольский разряд окончательно сложился и включал в себя все уезды тогдашней Сибири. До 1629 г. в него входили Березовский, Верхотурский, Енисейский, Кетский, Кузнецкий, Мангазейский, Нарымский, Пелымский, Сургутский, Тарский, Тобольский, Томский, Туринский, Тюменский уезды. В 1629 г. был образован второй разряд - Томский. К нему отошли: Енисейский, Кетский, Кузнецкий, Нарымский, Сургутский, Томский и вскоре образованный Красноярский уезды.

В 1639 г. был образован Ленский разряд. Под власть якутских воевод был поставлен выделенный из Енисейского уезда Ленско-Илимский край. В 1648 г. Ленский разряд был разделен на два уезда - Якутский и Илимский.

Наконец, в 1677 г. был образован еще один разряд - Енисейский, в составе Енисейского, Мангазейского и Нерчинского уездов. Позже к нему был присоединен Красноярский уезд, а в 1682 г. прибавились Иркутский и Албазинский уезды. Таким образом, на протяжении XVII в. в Сибири оформились 20 уездов.

Несмотря на образование других разрядов Тобольск сохранял положение главного города Сибири. С 1621 г. он стал центром Сибирской архиепископии. За тобольским воеводой оставалось общее руководство всеми вооруженными силами Сибири, продовольственным снабжением "не пашенных" городов, обеспечение Сибири боеприпасами и вооружением, старшинство в решении вопросов внешнеполитических и торговых отношений с соседними государствами.

В Тобольск воеводами назначали родовитых представителей боярства, близких к царскому двору. Наиболее яркими тобольскими администратами были
Ю.Я. Сулешев (1623 - 1625 гг.) и П.И. Годунов (1667 - 1670 гг.). Сулешев организовал первую перепись населения и пахотных земель Западной Сибири, провел земельную реформу и ряд финансовых мероприятий.

Установил твердое соотношение крестьянских наделов с размерами обрабатываемой или государевой пашни, увеличив при этом тягловые повинности; ввел зачет земельных участков служилых людей за их хлебное жалованье, унифицировал и понизил денежные оклады служилых людей; ввел взимание в казну хлеба с пашен всех земледельцев; осуществил ряд мероприятий в области таможенного дела.

П. Годунов начал строительство сибирских оборонительных линий и реорганизовал войско, введя полки драгунского строя и поселения казаков,
организовал составление первой Генеральной карты Сибири.

Уездное управление осуществлялось воеводой. Он имел свою администрацию - приказную избу. Штат состоял из дьяка, двух-трех подьячих, переводчика-толмача, сторожа и палача - "заплечных дел мастера". Помощниками воевод были командиры городовых гарнизонов - казачьи и стрелецкие головы, атаманы и сотники. В управлении русским населением воеводская администрация опиралась ещё на выборные крестьянские и посадские власти - целовальников, старост, сотских, десятских.



Рис. 1. Схема государственного управления Сибирью в XVII в
 

 Сибирские воеводы XVII века

Это, я бы сказал, должна быть особая страница истории Сибири. Исключительно сложными были их управленческие задачи, в основном вдали от крупных административных центров Сибири, тем более от Москвы. Все вопросы - военные, отношений с коренным населением, обеспечения продовольствием, развития пашенного земледелия, освоения новых территорий и многие другие - приходилось решать на месте самостоятельно. И искушений в таких условиях для них было немало.

Каждый из них представлял собою конкретный характер и порой с неординарной судьбой. Упоминавшийся выше боярин, князь Юрий Яншеевич Сулешев (Тобольск, 1623 - 1625) принадлежал к крымской татарской знати, принял крещение, был женат на М.М. Салтыковой - родственнице царя Михаила Федоровича; князь
Алексей Никитич Трубецкой, чья успешная карьера началась именно с Тобольского воеводства (1628 - 1631). По его инициативе на Урале в 1631 г. был основан первый железоделательный завод. Впоследствии он возглавлял Сибирский приказ, командовал войсками в русско-польской войне 1654 - 1667 гг. и был крестным отцом Петра Первого.

Или
Дмитрий Андреевич Францебеков - крещеный ливонский немец Френсбах, первый русский резидент в Швеции в 1635 - 1636 гг. Будучи в Якутске, он разрешил и финансировал знаменитый поход Ерофея Хабарова на Амур, без чего он вряд ли бы состоялся. Или другой Якутский воевода, Андрей Афанасьевич Барнешлев (1675 - 1678). По рождению он был англичанином Барнсли, поступил на службу в Москву и за какую-то провинность был сослан в Енисейск. Там он принял православие, женился и в чине сына боярского дослужился до якутского воеводства.

Но Сибирские воеводы, особенно городские, вошли в фольклор и отрицательным обобщенным типом: "наказал Бог народ - наслал воевод"; "воеводою быть - без меду не жить"; "дело не велико, да воевода крут - свил мочальный кнут" [
37]. И этому были основания. В 19 разрядных и уездных городах Сибири в конце XVI - XVII вв. на воеводской должности перебывало более 500 человек, разных по своему месту в иерархической лестнице служилого дворянства, материальной обеспеченности, происхождению.

Общим для них были государев наказ (инструкция по управлению), принадлежность к православию и стремление успешнее использовать свое место в целях личного обогащения.

Воеводы отправлялись в Сибирь со всем своим "домом", куда входили члены их семей, родственники, дворня. М.О. Аничков следовал в Красноярск в окружении 60 человек - дворовых, служилых и работных людей.

Количество взятых воеводами запасов регламентировалось. Их перечень включал: масло коровье и конопляное, ветчину, косяки солонины, гусятину, солод, муку, крупу, вино, мед, лимоны и пряные зелья, одежду и сукна, железо листовое и в прутьях, медь в виде посуды, мыло, воск, сошники и косы, кожи и судовые скобы. Но взять с собой стремились как можно больше, рассчитывая пустить в торговый оборот.

Взятого продовольствия должно было хватить воеводе, семье и челяди на 2 - 3 года воеводства. Кроме того, перед отъездом в Москве им выдавалось окладное денежное жалованье за два года. Всё это, с точки зрения центральной власти, должно было оградить местное население от корыстолюбивых устремлений воевод.

Приезжая в Сибирь, воевода оставался "московским" человеком. Его больше интересовало, кто за время его отсутствия был при царском дворе, пожалован в бояре или стольники, чем, например, этнографические различия сибирских народов, которых, чтобы не путаться, называли ясачными иноземцами.

Отношения между воеводами зачастую были конфликтными. Так, возвращавшегося с кузнецкого воеводства Федора Нащекина в Томске задержал местный воевода князь Никита Егупов-Черкасский. При этом в
съезжей избе (административный воеводский дом) Егупов-Черкасский велел Федора "выбить из избы в шею".

О злоупотреблениях сибирских воевод сохранилось множество фактов. Так, на пути в Мангазею, подвыпивший воевода Палицин служилого человека Шохина заставлял "сырых грибов есть", за отказ - привязывал несчастного "на веревку и волочил под коч".

Якутский воевода Петр Головин в съезжей избе оглушил стольника Глебова коробкой с государевой печатью; создал семь тюрем, в которые посадил более 100 человек; по делу восстания якутов повесил 23 человека, "а иных бил кнутьем без пощады и с того кнутья многие якуты померли, и тех мертвых Петр вешал же".

Якутский воевода М.С. Ладыженский вывез из Сибири 21 480 соболей. Нерчинский воевода И. Николаев во всеуслышание произнес: "Я сам тако же, как на Москве царь Петр Алексеевич: что де хочу, то и делаю..." [
37].

Но в истории Сибири XVII в. известен лишь один случай убийства воеводы возмущенным населением - илимского воеводы Лаврентия Обухова в 1665 г.: "Лаврентий, приезжая к ним в Усть-Киренскую волость, жен их насильничал..." [
37].

Лихоимство (произвол чиновников) снижало эффективность управления в Сибири. Но в целом, воеводы являлись проводниками государственной политики и, в основном, справлялись со своими трудными обязанностями.


Заслуживают особого внимания и непосредственные исполнители управленческой политики -
служилые люди. Они выполняли обязанности приказчиков острогов и пашенных слобод: собирали ясак, транспортировали и охраняли казенные грузы, конвоировали ссыльных, обороняли уезд от "немирных" соседей.

Заместителями воеводы по управлению воинским гарнизоном были стрелецкие, казачьи и татарские головы (назначались из служилых людей). В крестьянские слободы назначались особые приказчики пашенных крестьян - следить за исправным выполнением государевыми пашенными крестьянами повинностей. В помощь приказчику крестьянский мир выбирал целовальников (для приема и хранения хлеба), старост, пятидесятских и десятских (для выполнения полицейских функций).

Служилые люди чаще других встречались с опасностью и нередко погибали. Когда письменный голова Г. Писемский в 1604 г. приехал в небольшой тогда г. Сургут, он обнаружил, что за короткое время в походах и "в посылках" убито и умерло 115 сургутских служилых людей. Это - почти 41% от численности служилых в Сургуте в 1601 г.

Свободная и самостоятельная жизнь сибирских служилых людей, полная всевозможных опасностей, борьба с людьми и природой воспитывали у них энергию, подвижность, упорство постоять за себя и свои интересы.

 Сибирь и крепостное право

В Сибири, в отличие от центральной России, в XVII в. не было крепостного права. С самого начала присоединения вся Сибирь была объявлена "государственной вотчиной", сибирская земля считалась государственной. Государство
 стремилось единолично извлекать доходы с богатой окраины. Закрепощение сибирских крестьян было невозможно и потому, что необъятные просторы и слабость местной администрации оставляли для крестьянина возможность уйти "куда глаза глядят".

Необходимость взаимодействовать с государственной властью, вступать в контакты с аборигенами заставляли русских поселенцев воспроизводить в Сибири нормы
мирского (общинного) самоуправления - крестьянской общины.

В Сибири в XVII в. возникали и социальные конфликты, происходили и городские восстания. Их причинами были уменьшение жалованья, лихоимство и др.Особое значение имели отношения русской власти и аборигенов (сибирских аборигенов тогда звали "иноземцами"). В политике русских властей в отношении аборигенного населения были принципиальные установки:

1. мирные пути взаимодействия, добиваться союза с ними и поддержки;

2. защита ясачноплательщиков от притеснений со стороны русских, обходиться с ними "ласкою" и "приветом";

3. ясачные люди были в одинаковом правовом поле с русскими, различие к подданным определялось только их имущественным и служебным положением; иногда они обращались в органы суда, правопорядка, чтобы опротестовать действия своих "лучших людей" и русской администрации по поводу лихоимства;

4. не допускалась насильственная и массовая христианизация сибирского населения;

5. невмешательство во внутриродовые отношения; в этот период центральная и местная власть очень редко вмешивались в дела ясачных волостей, где продолжали действовать местные феодалы и представители патриархальной родоплеменной верхушки.

Эти принципы были главным условием и присоединения, и "покорности" Москве аборигенов. Формальное присоединение народов Сибири дополнялось обязательным подчинением и превращением их в подданных "белого царя". Основной формой подчинения и "принятия подданства" было обложение и взимание ясака. Особыми административными единицами были ясачные волости.

Ясак, как форму обложения местного населения, русские власти заимствовали от татарских ханств в Поволжье и в Сибири. В буквальном переводе на русский язык ясак - дань, которая уплачивалась в знак подданства.

На первых порах ясак, взимаемый царской администрацией в Сибири, не отличался от дани, которую выплачивало местное население более сильным племенам или государственным образованиям до прихода русских. Его размер не фиксировался, брали, сколько давали, с раздачей подарков (металлических изделий, тканей, зеркал, водки и т.п.), в форме меновой торговли. Практиковался захват знатных
 людей в заложники, что гарантировало уплату ясака их сородичами.

С XVII в. ясачная подать превращалась в ренту, уплачиваемую местным населением в пользу феодального государства за пользование землей и другими ясачными угодьями. По мере укрепления русской власти ясак превращался в разновидность государственного налога.

Взимание ясака имело две формы:

  •  окладной ясак - постоянный, фиксированный размер сбора с волости ("землицы");
  •  неокладной - неопределенный - сколько возьмется.

Окладным ясаком облагались группы ясачного населения, которые уже упрочились в русском подданстве и были учтены переписными ясачными книгами. Жители, не прочно закрепленные в русском подданстве, платили неокладной ясак, часто в размере, который они сами находили нужным для поддержания дружеских отношений с русскими властями. В этом случае ясак носил нередко характер обычного торгового обмена, его обязательно сопровождали "государевы подарки". Ясачным людям выдавали сукно, ткани, котлы, хлеб, водку, дешевые украшения (бисер и др.).

Ясачный взнос состоял из собственно ясака - обязательного платежа - и добровольных приношений ("поминков"). Со временем "поминки" стали также обязательными. Ясак принимали преимущественно пушниной, иногда рыбой, скотом, оленьими шкурами. По мере истребления соболей стали принимать меха лис, бобров, других пушных зверей, а также деньгами. Но в основных пушнопромысловых районах (Якутский, Мангазейский, Енисейский уезды) правительство допускало замену пушного ясака денежным исключительно редко.

В управлении нерусским населением царская администрация старалась опереться на родоплеменную знать коренных народов. Кучумовские "мурзы и мурзичи" освобождались от ясака, за ними сохранялись все старые привилегии. В большинстве своем они были приняты на царскую службу и составляли особую группу "служилых юртовских татар".

В управлении Сибирью видное место занимали вопросы регулирования торговли. Царское правительство, заинтересованное в нормализации экономической жизни Сибири, до конца XVI в. освобождало здесь от таможенных пошлин как русских, так и среднеазиатских (ногайских и бухарских) купцов. Но с 1597 г. русские торговые люди платили десятинную пошлину с сибирских товаров, "ото всякого зверя от девяти десятое". Заботясь о регулярном поступлении ясака и о том, чтобы ясачных людей "не ожесточити и не отбити от государя", правительство освободило их от уплаты таможенных пошлин.

В сравнении с положением туземцев в колониях европейских держав зависимость сибирских аборигенов от русской власти отличалось мягкостью. Формула царских грамот и наказов в отношениях с ясачными людьми предписывала действовать "лаской, а не жесточью". Ясачные, как и русские, были такими же подданными.

Достаточно быстро между русскими и основной массой инородцев устанавливались мирные добрососедские отношения. Распространенными были межэтнические браки. Не было пренебрежительного отношения к детям от таких браков. Русские даже не выдумали слов для их обозначения, как это сделали европейцы в своих колониях, введя в оборот слова "метис", "мулат".

Многоукладность экономического быта пришлого русского населения, преимущественно крестьянский характер колонизации, последовательно проводимая царским правительством охранительная политика по отношению к ясачному населению облегчали совместную жизнь русского и нерусского народов в рамках единой государственности.

Смягченный характер имели в Сибири и феодальные отношения. При сохранении зависимости черносошного крестьянства от крепостнического государства здесь были слабы позиции крупного феодального землевладения. В это время оно не поощрялось здесь центральной властью. Крепостничество, захлестнувшее центр европейской России, прививалось в Сибири далеко не в таких масштабах. Сосуществование укладов жизни русского и местного населения также открывало возможности для хозяйственного мирного и культурного общения.

Здесь считаю уместным заметить, что популярное, особенно в последнее десятилетие, в том числе в официальной печати, сочинение и распространение анекдотов на тему "чукчей", противоречит исторической русской ментальности и характеризует современных авторов и распространителей как носителей низкой культуры или великорусского шовинизма (национализма, предполагающего исключительность русской нации).

Положение барабинских и чатских татар в составе России (наших предков на территории современной Новосибирской области)

Барабинцы вошли в состав ясачных татар. Каждая семья должна была вносить ежегодно 10 - 12 соболиных шкурок. Ясак вносили и шкурками бобра, рыси, лисицы и т.п., приравнивая их к соболям. Население было связано круговой порукой (вносило ясак за тех, кто не мог добыть нужное количество, нередко и за больных, и за умерших).

Такое количество добыть пушнины было трудно, и барабинцы жаловались - "положен ясак не по силам". Кроме ясака рядовые общинники вносили в царскую казну "поминки".

В административном отношении барабинцы подчинялись тарским воеводам. Положение барабинских татар усугублялось ещё тем, что от них постоянно требовали дань западно-монгольские феодалы. Царское правительство, не имея тогда сил противостоять этому, вынуждено было мириться с двухданством в пограничном районе.

Чатские татары, в отличие от барабинских, ясак не вносили, но выполняли ямскую повинность: перевозили различные грузы на судах и лошадях из Томска в Тобольск и обратно. Часть чатов вошла в разряд служилых татар. Они участвовали в военных походах, несли караульную службу в окрестностях Томска, строили остроги, выполняли обязанности переводчиков и др. Звание служилого татарина было наследственным. В основном это были потомки родоплеменной знати.

Известны факты сопротивления барабинских и чатских татар лихоимству чиновников. В жалобе в Москву на томских голов (голова - должность градоначальника) говорилось: "В прошлом году (1606 г.), как ехали Матвей и Семен в Томской город Обью с усть Иртыша, и, едучи по Оби реке, ясашных людей пытками пытали, и поминки с них великие имали, и их грабили... имали носильством, и от того де в ясачных людях стала измена великая..." [
29].

О мужестве, непокорности произволу барабинцев и чатов свидетельствует исторический факт -
Барабинская смута. Крайняя форма недовольства злоупотреблениями тарских воевод, их неспособностью организовать защиту населения от вторжений соседних кочевников проявилась в 20-е гг.(XVII в.) в крупном выступлении.

Джунгары - кочевые племена в Барабинском приграничье - вторглись в земли барабинцев, захватили их пастбища и промыслы, разоряли юрты, убивали сопротивляющихся, уводили в плен женщин и детей.

Тарские воеводы, в соответствии с политикой царского правительства не обострять отношений с джунгарами, запретили барабинцам совершать ответные набеги и потребовали от них немедленно погасить недоимки в уплате ясака за три года, завысив их размеры. После отказа барабинцев выплачивать такой ясак воеводы "учали править... государев ясак" батогами.

Действия воевод вызвали взрыв возмущения. Выступления барабинцев возглавил князек Когутай. Они осадили Тару, но захватить её не смогли и ушли к верховьям Каргата и Чулыма, где кочевали джунгары. Посланным к ним русским людям татары заявили, что вернутся, если уменьшат ясак. Для переговоров с сибирским воеводой, находившимся в Тобольске, Когутай направил своих представителей.

Тем временем к восставшим присоединились чаты, тоже недовольные произволом русских властей. Этим воспользовались джунгары и вместе с барабинцами осадили Тару, а затем Томск. Взять города не удалось. Разграбив окрестные селения, они откочевали в степи. Однако, барабинцы и чаты, уведенные в кочевья джунгар, подверглись здесь значительно большей эксплуатации, чем раньше.

После ряда походов служилых людей к восставшим и обещания уменьшить ясак и не преследовать "за измену" тех, кто добровольно вернется, часть взбунтовавшихся татар к 1631 г. вернулись на прежние места. Но волнения среди барабинцев и чатов продолжались и в последующие годы.

Заселение

Неведомая, дикая, седая,
Медведицею белою Сибирь,
За Камнем, за Уралом пропадая,
Звала меня в невиданную ширь.

Из кинофильма "Сказание о земле Сибирской"


Надеюсь, уважаемый читатель, Вы не осудите меня строго за то, что позволяю себе немного лирики. Эти стихи, услышанные мною в исполнении замечательного артиста Дружникова в романтичном фильме 2-й половины 50-х годов, верно отражали мое представление о Сибири, "запали в душу" - человеку тогда молодому, впечатлительному, на далеком Западе (как можно теперь сказать).

Эти стихи (автор пока мне не известен, к сожалению) верно, на мой взгляд, отражают исторический зов Сибири к Русскому народу. Сибирь всегда звала и зовет его к себе. Именно поэтому, когда Россия почувствовала в себе достаточно сил, началась эпопея присоединения, заселения и освоения Сибири.

Быстрое и прочное присоединение Сибири к России стало возможным в результате того, что за Урал с Руси хлынула волна русских переселенцев, а в самой Сибири была налажена система государственного управления.

Самым значительным событием в этнической истории Сибири этого периода было формирование стабильного русского населения, образование больших территорий с преобладанием русских земледельцев, прежде всего, в Западной Сибири.

В заселении Сибири историки выделяют два процесса:

  •  правительственную колонизацию, которая включала в себя различные мероприятия по освоению земель по инициативе и под руководством государственной администрации;
  •  вольнонаемную колонизацию - добровольное и стихийное заселение Сибири русскими людьми.

Оба эти потока тесно переплетались.

Здесь я должен пояснить, что понятие "колонизация" имеет два значения:

1. захват чужой страны и превращение ее в колонию;

2. заселение территорий переселенцами, колонистами.


В данном тексте лекций это понятие используется во втором значении.
Государственное заселение осуществлялось тремя способами:

  •  "по указу" (государственный или административный перевод) на вечное житье; 
  •  ссылка преступников, "в службу", "в посад" и " пашню";
  •  вольное переселение. 

Основными видами русских поселений в Сибири были:

  •  города, где сосредоточивались служилие люди (казаки, стрельцы, сибирская аристократия - дети боярские и сибирские дворяне. Дети боярские - почётное звание, присваивалось за службу в Сибири). Посадские люди - официально считались торгово-ремесленной частью горожан, но занимались преимущественно земледелием и зачастую проживали в окрестных деревнях;
  •  сельские поселения - слобода (несколько дворов), деревня (малодворное или однодворное поселение), заимка (временное однодворное поселение), в которых жило крестьянство - черносошное (пашенные и оброчные крестьяне). 

Начало движения русских за Урал относится историками к XI - XII вв. ("Югорская земля"). В XV в. в царствование Ивана III продвижение усиливается.

А начало государственной колонизации Сибири И.В. Щегловым датируется Царским указом от 3 мая 1590 г.: отправлены из Сольвычегодска в Сибирь 30 хлебопашенных семей. В наказе воеводе поручалось, чтобы у каждого хозяина переселенца было: "по три мерина добрых, да по три коровы, да по две козы, да по три свиньи, да по пяти овец, да по два гуся, да по пяти кур, да по двое утят, да на год хлеба, да соха со всем для пашни, да телега, да сани и всякая житейская рухлядь". [12]. Сверх того, на каждую семью велено было выдать по 25 рублей деньгами.

Этот указ, на мой взгляд, позволяет отметить основательность государственного подхода к началу предприятия. Именно с задачи разрешения главной, хлебной проблемы для русского населения в Сибири начинается эпопея государственного заселения края. Обстоятельность перечня хозяйственного имущества переселенца характеризует способность его к занятию хлебопашеством и жительства в Сибири на долгое время.

С XVI в. инициатива хождения за Урал переходит к частным предпринимателям - купцам и промышленным (т.е. занимающимся промыслом) людям. Тогда был освоен "морской ход" из Двины и Печоры на Обь. Вероятно около середины XVI в. в Сибири стали появляться первые русские поселения.

К началу похода Ермака в Сибирь в 1581 г. уже существовало несколько путей. Три маршрута пролегали через горы, болота и леса, переволоки и реки. Четвертый шел по Студеному морю - так называли русские поморы Северный Ледовитый океан. Это были официальные дороги, известные правительству Русского государства и, в известной мере, контролировавшиеся им.

Но, кроме этих официальных путей, существовали еще и "тайные ходы", информация о которых держалась в секрете и не всегда становилась достоянием московских дьяков. Часть сведений сосредоточилась в руках Строгановых и не дошла до нас.

За Ермаком в Сибирь, пишет академик А.П. Деревянко, потянулись ватаги крестьянской вольницы. Это именно они, безвестные землепроходцы, проложили пути сквозь тайгу и тундру, через волоки, по малым и великим сибирским рекам на север Сибири. Это они, крестьяне, мастера на все руки, строили переправы, рубили остроги и города, вышли к Тихому океану, на Сахалин и Курилы, Камчатку и Аляску - русскую Америку.

Поток самовольного переселения русских людей, особенно крестьян, в XVII в. возрастал. Правительство вынужденно было ограничивать этот процесс "крепкими заставами" и другими мерами. Но количество беглецов в Сибирь не уменьшалось. Они селились в неизвестных тихих местах, создавали деревни. Воеводы, открывая такие оселения, накладывали на них государственную подать и, как правило, не докладывали царю: им выгодны были такие поселенцы. Самовольные переселения крестьян в Сибирь продолжались даже во второй половине XIX в.

Возрастал с каждым годом приток русских переселенцев из-за Урала и по государственному набору. Например, в самом конце XVI в. правительство перевело на постоянное жительство в первые русские города 80 плотников.
 

 Исключительно важное значение в заселении Сибири имела тактика Московского правительства: закрепление на новой территории строительством острогов, городов. Опираясь на них идти дальше и строить новые опорные пункты.

Важно заметить, что присоединение, заселение и освоение Сибири - это единый процесс. И города были главными опорными базами этого процесса.

Что же касается собственно заселения Сибири, то города, остроги были и базами, и связующими пунктами в заселении территорий. Сначала ставились эти пункты, затем они соединялись потоками людей, причем в разных направлениях (на восток, на север, на юг).

Иногда город, острог оказывался как бы "забежавшим вперед", на время оставлялся в стороне и при накоплении "заселяющего материала" осуществлялся "возврат" к нему, связывающий теперь его с заселенной территорией.

Этот процесс мне представляется производным от исторической привычки русского крестьянина организации работы на земле - сначала вехами обозначить территорию, пункты, потом производить работы.

Первые русские города за Уралом начали ставиться уже в конце XVI в., с самого "сибирского взятья". Первыми были Тюмень (1586 г.), Тобольск. Основание Тобольска в 1587 г. письменным головой
Данилом Чулковым сделало Россию стратегическим хозяином положения в той части Сибири, которая была известна Московскому правительству. Почти одновременно на северо-западе Сибири появляется второй русский "замок" - Березов. Однако сил для дальнейшего продвижения в сибирские просторы еще не было. Необходимо было сначала крепко связать русские форпосты с метрополией, создав промежуточные базы движения.

Следующий этап первоначального продвижения и градостроительства относится уже к началу 1590-х гг. Вероятно, сказалась стабилизация русского государства на западных границах. В результате успешной войны со Швецией в 1590 - 1593 гг. были возращены исконные русские земли и города Ям, Корела, Иван-город, Копорье. С 1593 г. следует основание новых русских городов в Сибири. Начинается с укрепление тыла - строительство города Пелыма.

Опираясь на эту военно-стратегическую и хозяйственную базу, совершаются дальнейшие походы более крупных масштабов. Теперь река Енисей становится долговременной целью продвижения русских на восток. В 1593 - 1596 гг. на Оби ставятся Сургут, Нарым; на реке Кеть, на пути уже к Енисею - Кетский острог.

О масштабах и скорости движения можно судить по расстояниям. От Тобольска до Сургута считалось 725 верст, до Нарыма - 1159, а до Кетска - еще дальше. Такое быстрое продвижение русских нельзя объяснить только военными удачами. Вероятно вольные переселенцы, по большей части из беглых крестьян и казаков, не стремились "доложиться" царским воеводам о своем присутствии, но в документах 1590-х гг. уже отмечаются такие люди-казаки "терские и сольские, и донские".

Позвольте, читатель, ещё "лирическое отступление".

Сибирские расстояния!

Известна истина: все познается в сравнении. Я впервые почувствовал эти расстояния (не физически, а только сознанием) в самолете, когда летел из Свердловска в Новосибирск в середине 60-х гг. И сам Новосибирск явил передо мною просторы Сибири - своими размерами, пригородными расстояниями и ветрами. Ни в Европейской части страны, ни на Урале я не ощущал таких сильных и частых ветров, особенно в зимнее время.

Переживая впечатление полета, я задавал себе вопрос: как же велика Сибирь, Страна? Но когда я потом летел из Новосибирска в Красноярск и Иркутск, я убедился, что это в три раза дальше, чем от Свердловска до Новосибирска. Но и это еще не был край Сибири, Страны. До Тихоокеанского побережья Восточной Сибири - еще столько! И это - только в направлении с Запада на Восток!

Но, читатель, скажите мне, как можно было людям в ту эпоху пройти эти расстояния? Я не могу представить себе это. А Вы можете? И еще: не кощунство ли перед ними рассуждать мне об ощущении этих расстояний при полете на скоростном самолете? Многие из них на этих путях погибали от холода, голода, сражений. - Да простят мне предки. Или возгордятся: проложили дорогу в грядущие века?!

Но вернемся к нашему рассуждению о заселении Сибири. В 1595 г.
в 300 верстах от Березова основывается Обдорск, который контролирует самый северный путь в Сибирь. Так складывается первая схема расположения сибирских городов, которая должна была надолго закрепить преимущественное внимание правительства к северо-западу края.

Однако в том же 1595 г. предприимчивый
Артемий Бабинов открыл новую, более удобную дорогу через Камень, получившую позже название Верхотурский путь. Выгодность этого пути возрастала еще и потому, что местное население здесь было менее сплоченным, менее воинственным, чем на севере. Здесь, на высоком скалистом берегу р. Туры, была поставлена деревянная крепость Троицкий утес. В 1594 г. закладывается Тара, ставшая главной базой в борьбе с войсками Кучума.

Тесня Кучума, русские отряды в конце 1590-х гг. впервые проникают на территорию современной Новосибирской области.

Уход с политической арены Кучума выдвигает задачу создания в ближайшем Зауралье сети постоянных поселений для хозяйственного освоения земель. Первым делом была постройка Верхотурья, вторым - Туринского острога - на пути в Тюмень и Тобольск. Так, в самом конце XVI в., был создан первый территориально-производственный комплекс: Верхотурско-Тобольский район.

Началась подготовка к дальнейшему продвижению вглубь сибирских земель. Требовалось проторить широкую дорогу к далеко заброшенным русским городам - Нарыму, Сургуту, Кетску и Таре. При этом правительство выбирает вначале
северный путь, где можно было опереться на уже обжитые районы.

Особо важным таким районом на берегах реки Таз был Мангазея, известный русским купцам с 70-х годов XVI в. В основанном в 1601 г. городе Мангазея, ставшим местным административным центром и важным торгово-перевалочным пунктом, до 30-х годов XVII в. зимовало до тысячи промышленников, составлявших там подавляющую часть русского населения.

В Мангазею имелось два судовых хода. Один - "морской ход" - из Поморья вдоль побережья - до полуострова Ямал, который переходили "волоком" - в Обскую губу. Второй ход - из Тобольска вниз по Иртышу и Оби - через Обскую губу.

Таким образом, Россия использовала пушные богатства этого края и отгородила весь северо-запад Сибири от иностранного проникновения. Поставленное в 1607 г. Туруханское зимовье обозначило самую дальнюю точку продвижения русских вглубь Сибири.

С постройкой Томска в 1604 г. русские рубежи от Тюмени через Тару и Томск замкнулись на севере с Туруханском и Мангазеей. Это на ближайшие десятилетия была территория сибирской окраины России. С 1615 г. начинается дальнейшее продвижение русских на восток и на юг.

В 1618 г. был основан Кузнецкий острог. Шло движение и на центральном направлении - из Тобольска - к Енисею.

 Во втором десятилетии XVII в. начинается новый этап продвижения и заселения Сибири - в Восточную Сибирь. Особенностью этого этапа было возрастание роли местного руководства. Чем дальше на восток, тем более инициатива переходила к местным администрациям.

Москва не могла оперативно руководить процессом. В поисках новых неясачных и богатых соболем "землиц" небольшие отряды служилых и промышленных людей опережали друг друга, несмотря на невероятные трудности.

Каков же был людской и экономический потенциал в Сибири для осуществления этой задачи? Привожу составленные мною по материалам И.В. Щеглова данные. Ценность их состоит в том, что они позволяют нам с Вами, читатель, представить великолепную картину (округленную) о численности, разнообразии социального состава, профессий и способах появления русских в Сибири к началу 1622 г. - по городам, острогам, зимовьям, деревням и починкам:

Духовенства:

 

 

белого с причтом

-

100 семей

с детьми мужского пола

-

300 (человек)

черного

-

50

Чиновных:

 

 

высших и средних, с подьячими

-

200

воинских людей или казаков

-

6500

Промышленников оседлых
в т.ч. плотников и других мастеров, под
именем посадских, в числе которых и
60 семей угличан из Пелыми, переведенных
в Туринск и Тюмень

-

4000

Промышленников расхожих, следовавших
за партиями казаков

-

2000

Служилых архиерейских, монастырских,
дворовых, господских и деловых людей

-

1000

Ямщиков, казною переведенных и к ним
присоединившихся из-за Урала бобылей
(бобыль - неженатый мужчина)

-

1000

Все это - мужское население.

Что же касается женщин, то вопрос этот особый. Число женщин в старой Сибири, в сравнении с численностью мужчин, было очень невелико. Русские, появляясь в Сибири, или отнимали силой, или покупали себе в наложницы женщин - аборигенок. Но при малейшей возможности мужчины меняли жену инородку на русскую.

У первых колонистов Сибири было распространено многоженство, и, присоединяя к своим инородческим женам русских (одну или несколько), они часто не прогоняли инородок, а отдавали только предпочтение своей соотечественнице. Так как многие сибиряки в то время не жили постоянно на одном месте, а странствовали по разным местам Сибири, то и жены их были рассеяны по селениям на их пути. Часто отцы семейства продавали своих жен, дочерей, других родственниц.

Из приведенных неточных данных все же можно сделать интересующие нас выводы: мужского русского населения в Сибири к началу 1622 г. (т.е. к началу заселения Восточной Сибири) было:

всего:

-

16050

Из них мужчин, которые могли иметь особо
значение в организации и осуществлении
заселения

-

10500

Это:

 

 

воинских людей или казаков

-

6500

промышленных, следовавших за
партиями казаков

-

2000

служилых людей

-

1000

ямщиков и бобылей

-

1000

Кроме этих сведений, привожу данные по городам:

Демографические центры - города

В них городских и пригородных дворов (в 1624-1625гг.)

Мужчин

Мастеровых

Тобольск

606

1123

45

Тюмень

318

465

28

Тара

263

400

 

Туринск

193

202

ок.15

Верхотурье

112

849

28

Пелым

23

210

ок.10

Томск

ок. 2000 (1635 г.)

 

ок.20

Берёзов

 

 

ок.20

Сургут

 

 

ок.10

Нарымский острог

 

 

ок.7

В целом эти неполные данные позволяют судить о незначительном потенциале, в сравнении с масштабностью задачи начала заселения и освоения Восточной Сибири.

Но при этом важно учитывать следующее.

Во-первых, заселение Восточной Сибири осуществлялось не только людьми Западной Сибири, но и Европейской России, хотя основной организующий, исходный ресурс был в Западной Сибири.

Во-вторых, людской и экономический потенциал указанных городов, и Сибири в целом, одновременно с движением на восток, быстро возрастал.

В-третьих, государственная заинтересованность в предприятии, даже при отсутствии должной организаторской и экономической роли центральной власти, стимулировала процесс.

К востоку от Енисея движение русских шло двумя основными, часто смыкавшимися потоками, - северным (через Мангазею) и южным. Начинается этот этап с продвижения русских в северном направлении, и уже в 1616 г. они вышли в район Дудинки - в заполярную Сибирь. Объясняется это возрастанием качества пушнины в северо-восточных районах и затруднениями движения на других направлениях в связи с сопротивлением коренных народов.

Начавшееся с 20-х гг. XVII в.
освоение южных путей из Западной Сибири в Восточную шло по притокам Средней Оби, по Кети. Движение на этом направлении было стремительным, оно замедлялось лишь по мере приближения к степной полосе, населенной воинственными кочевыми племенами.

Но, кроме этих двух путей, продвижение на северо-восток шло и
на центральном направлении - из Тобольска к Енисею. Основание Маковского и Енисейского острогов явилось базой для продвижения и на северо-восток, и в Забайкалье. На самой далекой южной "украйне" Сибири ставятся Красноярский и Барабинский остроги.

На этом, центральном, направлении енисейские служилые люди уже в начале 20-х годов проникают к реке Иркут. Постройка первого Иркутского зимовья и в 40-50-х гг. - Канского, Нижнеудинского, Верхнеангарского и первого за Байкалом - Баргузинского острогов открывает возможность продвижения в забайкальскую Даурию.

На севере мангазейские казаки проникают впервые на "великую государеву реку Лену" и, по преданиям, ставят Ленский острожек, который после трех переносов становится на место нынешнего Якутска. Закладываются Братский, в начале 30-х гг. - Илимский, Усть-Кутский, Киренский остроги.

В 50-е гг. в Забайкалье создается непрерывная цепь русских поселений - от Байкала до Амура. В Предбайкалье, к шестидесятым годам, была целая сеть небольших зимовий и острожков. В середине XVII в. русские промышленники и крестьяне преобладали по численности в населении Приамурья. К 80-м годам Амурский район был наиболее заселенным в Забайкалье.

На Тихоокеанском побережье России в 1680 - 1681 гг. перестраивается в острог Удское зимовье. В Приамурской Даурии ставится Аргунский острог.

В Западной Сибири в этот период русская колонизация распространяется на юг, заполняя пространство между Тюменью и Томском.

На этом в XVII в. территориально-градостроительное продвижение на новые земли в Сибири закончилось. Перед государством встала новая задача - хозяйственное освоение территории через создание поселений, выполняющих сугубо производственные функции.

Мне хочется, читатель, предложить Вам рассказ известного нам уже западноевропейца Белла о способах передвижения на северо-востоке Сибири в ту эпоху.

"Люди, отправляющиеся зимой в эти места, - пишет Белл (речь идет о землях за рекой Леной, в районе Якутска, подробнее место не уточняется), - делают это в январе или феврале. Это очень долгое и трудное путешествие, и никто кроме тунгусов и других таких же закаленных людей не способен на это. Русские часто заканчивают его в шесть недель" [13].

Обычным методом является следующий: пропутешествовав несколько дней в санях, пока дорога позволяет идти лошадям, путники становятся на лыжи и тащат за собой, по возможности, легкие и небольшие нарты, нагруженные провизией и другими необходимыми вещами. Ночью разводят большой костер и располагаются вокруг него спать в этих узких санях. Как только они отдохнули, снова становятся на лыжи. Этот способ передвижения продолжается около десяти дней; пока не прибывают в место, где добывают собак для себя и своих нарт.

Собак впрягают парами, в большем или меньшем количестве. Хорошо приученные к этому, они мчатся единым духом, лая всю дорогу, и человек, лежащий в санях, при помощи веревки управляет вожаком, который ведет за собой остальных. Собак впрягают в сани при помощи мягкой веревки, обхватывающей их по середине живота и проходящей между двумя задними ногами.

"Я был удивлен грузом - продолжает Белл, - который эти твари способны перетащить, так как путешественники вынуждены возить с собой провизию и для себя, и для собак" [
13]. Эти бдительные животные знают время утренней кормежки и поднимают ужасный вой, пока они не накормлены и не продолжают свой путь.

Таким образом действуют эти люди на протяжении трех недель, пока не прибывают в определенную деревню на Лене, где, оставив собак, добывают себе лошадей, на которых едут до города Якутска. Это место получило название от речки, названной Якутом, которая впадает здесь в Лену.

Белл описывает и часть своего пути из Пекина в Москву по Ангаре. Это описание дополняет общую картину невероятных трудностей, которые преодолевали русские люди, - покорители этого сурового и одаренного природной красотою края.

"В следующий день (10 июля 1721 г.)", пишет Белл, "мы достигли большого порога, называемого Падуном из-за крутизны падения воды. По этому порогу мы проплыли благополучно, так как для наших судов уровень воды под скалами был достаточно высок. Следующий порог, по которому мы проплыли, названный из-за большой длины. Долгим, считается более опасным, ибо, несмотря на длину и глубину прохода, он очень изогнут, извивается от одного берега к другому поворотами между скалами и большими камнями" [
13].

Плывя по этому проходу, штурман сидит на носу судна, давая шапкой знаки своим людям у руля, каким путем плыть, ибо вода, мчась по скалам и большим камням, издает такой ужасный шум, что совершенно невозможно услышать членораздельный звук. Кроме того, надо усиленно работать веслами, чтобы предотвратить повороты судна в ту или иную сторону, ибо, если оно налетит на скалы, все люди и товары погибнут; о таких несчастных случаях имеется множество примеров.

11 мая, продолжает Белл, проплыли они по другому порогу, называемому Шаманским, который считается самым опасным из всех - проход здесь очень узок и извилист. "Кое-кто из нашей компании предпочел пройти пешком по берегу, ... они были вынуждены карабкаться по скалам и пробираться по зарослям, где видели много змей и других ядовитых тварей. В нижнем конце порога мы причалили к берегу, чтобы взять их на борт, и подкрепили наших скитальцев" [
13].

Но оставим пока Белла и обратимся к итогам заселения русскими Сибири в XVII в. К концу века в Сибири насчитывалось свыше 11 400 переселившихся крестьянских дворов с населением более 27 тысяч человек. Это было весьма значительно для первого столетия заселения и освоения Сибири. В Западной Сибири в числе переселившихся преобладали крестьяне. В северных районах, где земледелие было невозможно, а также в Восточной Сибири, число крестьян было меньше, чем служилых людей.

В начале XVIII в. русское население Сибири по численности уже превосходило аборигенное. По табелю Сибирской губернии к 1710 г. в Сибири значилось 312 872 человека русских (157 040 душ мужского пола и 155 832 - женского). В конце первой четверти XVIII в. русские поселенцы в Сибири составляли не менее 70% населения.

Вместе с русскими в XVII в. усилилось продвижение за Урал народов Поволжья (татар, башкир, чувашей) и Севера (коми). Сюда же царское правительство высылало группы военнопленных поляков, шведов, литовцев, украинцев и др. Это означало особую значимость национального вопроса в Сибири.

Для понимания сущности русской колонизации Сибири важно учитывать схожесть и различие процессов здесь и в Северной Америке.

Во-первых, исследователями отмечается сходство колонизационных событий по времени, вплоть до десятилетий в конце XVI - первой половине XVII в.

Во-вторых, различие в отношениях колонизаторов с аборигенами. Продвижение белого человека в Северной Америке означало территориальное вытеснение индейцев с их территории. В любом же русском городе жили и русские, и коренное население. Нигде в Сибири русские не вытесняли коренные народы. Это было одной из важнейших причин быстрого и прочного ее присоединения к Русскому государству и заселения русскими.

В-третьих, европейское влияние в колонизации и Сибири, и Северной Америки. Американская белая нация формировалась не только из жителей Англии, но и Ирландии, Голландии, Швеции, Германии, Франции. И в Сибири уже в XVII в. было не менее 500 немцев, около 5 тысяч поляков, турки, "литва".

В Томске, Кузнецке они составляли около половины начальствующего состава служилых людей - сынов боярских.

Среди первых поселенщиков региона, отмечают исследователи национальных отношений в Сибири М.Н. Колоткин и А.А. Брейзе, были украинцы, шведы, поляки, эстонцы, белорусы и даже - "экзотический для местных широт арап" [
15].

Так, основателем первого поселения на территории современной Новосибирской области - деревни Кругликово (1696 г.) Болотнинского района, был Томский сын боярский Алексей Степанов. Его отец - шляхтич Мстиславского воеводства - в 1654 г. был пленен в бою запорожцами и "отдан Москве", здесь перешел в православие и записан в сыны боярские, а в 1656 г. прислан в Томский острог на конную службу.

В Пелыме имелась даже литовская слобода. В 1619 г. в Сибирь было сослано сразу 75 человек "литовских людей". В 1645 г. в Сибири из около полутора тысяч ссыльных половину составляли пленные шведы, поляки, литовцы.

А мы, преподаватели академии, в студенческих списках, ведомостях каких только фамилий не встречаем: немецких, финских, польских.
Спрашиваем студента, как и когда попала его фамилия в Сибирь? - Не каждый знает. А это может быть интересной темой для студенческой письменной работы по гуманитарным дисциплинам (и не только относительно фамилии иностранного происхождения).

И здесь, уважаемый читатель, теперь, на основе прочитанного и продуманного Вами, я приглашаю Вас вновь к размышлению о проблеме, обозначенной в лекции N1. Иностранцы попадали сюда по разным причинам, в том числе, и по принуждению. Но бесспорно одно: интерес их к Сибири из века в век не угасал.

Сибирь привлекала и привлекает внимание европейцев, американцев, китайцев, японцев, прежде всего, как "резервная" территория. И "претензии" на нее проявляются в зависимости от социально-политического положения России, с одной стороны, и "цивилизованности" и "мускулатуры" претендентов, - с другой.

Современное поколение россиян, сибиряков разного происхождения должно поставить свою историческую веху в противостоянии подобным претензиям.


Культура

Понятие культуры весьма обширно. В обыденном сознании "Культура" понимается как собирательный образ, объединяющий искусство, религию, образование, науку. Имеются также понятия материальной и духовной культуры. Но важнейшими признаками культурности человека я бы назвал два:

1. уважение к минувшему, по определению А.С. Пушкина, - важнейшая черта, отличающая цивилизованность от дикости;

2. элементарное поведение человека в обществе, в его отношении к людям, всему окружающему.

Когда образованный человек, изучающий разные науки, употребляет не принятые в культурной речи выражения, да ещё в присутствии представительниц женской половины общества (а они при этом не возражают!), или засоряет места общего пользования, - это чудовищное противоречие!

Ведь он добровольно решил подняться на высокий уровень культуры; безусловно, слышал, знает, что даже древние мужчины в присутствии женщин вели себя особенно корректно (это - от первопричины: женщина рождает человека). К тому же за повышение своей цивилизованности он (родные) несёт немалые материальные издержки. Разве это не чудовищное противоречие?!

Важнейшим элементом культуры Сибири XVI - XVII вв. были города.
В истории городов воплощаются все крупные события и явления политической и общественной жизни, экономического и культурного развития.

Появлявшиеся города Сибири, как военно-административные центры, имели соответствующую архитектуру и застройку, облик, сохранявшийся во многих из них многие десятилетия.

Возникнувшие ранее деревни сибирские города по своему быту и культуре долгое время оставались частью деревенского мира: деревянные дома-клети, характерная черта планировки допетровской эпохи, одинаковый национальный и культурный состав населения, аграрный характер экономики, общность культурно-нравственных обычаев и обрядов.

Весьма ответственным делом был выбор места для города. Этот вопрос решался, обычно, на самом высоком уровне и нередко - в ожесточённых спорах между представителями царской администрации.

Любопытным примером этому может служить постройка Братского острога в 1631 г. Основавший его М. Перфильев имел наказ, согласно которому место определялось исходя из "высмотра" П. Бекетова.

Бекетов предлагал левобережье Ангары, около устья ее притока Оки. Это место, хотя и примыкало непосредственно к бурятским кочевьям, но было отделено от них широкой водной преградой. Если "брацкие люди" (т.е. буряты), обосновывал Бекетов, будут оказывать вооружённое сопротивление строительству острога, то река будет им препятствием.

Перфильев же, учитывая напряжённую политическую обстановку, предпочёл место подальше от бурятской земли, не доходя 40 километров до устья Оки. В случае принятия Бекетовского варианта, считал он, в остроге придётся "помереть голодною смертью", не дождавшись подмоги до устья Оки из-за порогов.

Отличной была и пространственная среда городской культуры Сибири. Для её символики характерным и важным было наличие четырёх главных компонентов:

  •  воеводского дома с приказной избой,
  •  церкви,
  •  рынка,
  •  городских ворот.

Эти учреждения выполняли и функции официальной и мирской информации, зрелищного центра, места знакомств и смотрин.

Градостроительство определялось не только задачами стратегическими, но и развитием строительного мастерства. Высокого искусства достигло плотницкое дело и обработка дерева. Так, томская архитектура и деревянное зодчество того времени обладали строгими и вместе с тем живописными силуэтами, представительностью фасадов домов, добротностью стройки и прекрасным, мастерским декором.


Разнообразными функциями города определялась его архитектура. Город располагался, как правило, на возвышении, в развилке рек, имея более 4-х башен; башни - 4-угольные, высотой до 50 м., стены города - до 7 м. Приведем пример описания Нерчинска: город деревянный, рубленый: 8 башен (4 - проезжие, 4 - по углам), наверху башни - чердак, в чердаке - часы боевые (вероятно - боевой пост); погреб, где находился порох, свинец; оружейный сарай (для пищалей, самопалов, копий); казённый амбар (хранились хлеб, пушнина).

Сибирский город окружался вторым и третьим кольцом укреплений. Имелся кремль, башни кремля видны были отовсюду; "торговый берег" (пристань), на площади - таможенная изба, церковь, торговые ряды, гостиный двор.

Городовые башни были подлинными шедеврами строительного искусства, самых разных форм и типов. Боевые - "глухие", и проезжие, башни-колокольни, дозорные, башни-куранты. Сложность строительной техники башен объяснялась тем, что они выполняли главную оборонительную функцию: чаще всего на башнях ставились "раскаты" - орудийные площадки для пушек и тяжёлых пищалей. Верх башни, как правило, заканчивался шатровой крышей с наблюдательной вышкой и галереей.

Завершали всё это сооружение "бочка" со шпилем и "орлом". Шатёр и бочка покрывались осиновым или лиственничным лемехом, что в лучах заходящего солнца отдавало позолотой.

Делались разные галереи. На второй этаж башен нередко вело нарядно оформленное крыльцо. Каждая башня имела своё название в честь какого-либо святого. Икона этого святого была её обязательным внутренним атрибутом. Башни были "визитной карточкой" города, вызывая чувство восхищения и удивления.

В описаниях путешественников, ученых особое внимание из городов той эпохи уделяется Тобольску, каменный кремль которого сохранился доныне. По утверждению Э.П. Зиннера - автора книги "Сибирь в известиях западноевропейских путешественников и учёных XVIII в." - одно из самых подробных описаний г. Тобольска и его окрестностей содержалось в дневниках всё того же Белла.

Привожу штрихи из этого описания: "Тобольск укреплён прочной каменной стеной, имеющей четырёхугольные башни и... хорошо снабжен военными силами". Помимо укреплений, вокруг города вся возвышенность окружена рвом. В Тобольске "всегда находится около пяти или шести тысяч регулярных войск, конных и пеших, а также некоторое количество нерегулярных". Внутри города дворец губернатора, судебная палата, множество построенных из камня церквей и дворец архиепископа. Обитают там преимущественно русские различных профессий; многие из них купцы, и очень богатые от добычливой торговли, которую ведут они с приграничными областями Китая и многими местами своей страны".

"Они живут в большинстве случаев на возвышенности. Под холмом в предместье вдоль берегов реки множество широких улиц, названных Татарскими, заселённых потомками древних жителей этих мест. Здесь, как в других местах, люди имеют счастье свободно выполнять обряды своей религии и одарены привилегиями торговли ...Их дома очень чисты. Они весьма учтивы к чужестранцам и уважают честность, по сему имеют хорошую репутацию в своих коммерческих делах" [
13].

Своеобразна характеристика Тобольска той эпохи академика А.П. Окладникова. Тобольск, с его кремлем, с высокими башнями и грандиозным собором, "как бы парящими над просторами Сибири, явился зримым выражением величия и мощи Русского государства, конкретным свидетельством неразрывной связи Сибири с метрополией, с Русью" [
18].


ЛЕКЦИЯ 5

ХОЗЯЙСТВЕННОЕ ОСВОЕНИЕ СИБИРИ
РУССКИМ НАСЕЛЕНИЕМ В XVII ВЕКЕ

XVII ВЕК В СУДЬБЕ СИБИРИ И РОССИИ


"Русский человек все, что мог, сделал в Сибири с необыкновенной энергией, и результат трудов его достоин удивления по своей громадности", - писал историк Сибири и общественный деятель Н.М. Ядринцев.

На протяжении XVII в. в истории России происходили большие перемены. Они касались всех сторон её жизни. Территория Российского государства расширилась. Кроме Сибири в состав России вошли Левобережная Украина с Киевом и область Запорожья. Пределы России подошли к Тихому океану на востоке, к Северному Кавказу и Казахстану на юге.

Страна была феодальной, господствовала феодальная собственность на землю, оформлялась общегосударственная система крепостного права. Увеличение товарного производства привело к резкому росту городов. В последней четверти XVII в. отчетливо проявляются тенденции оформления абсолютизма.

С уходом с политической сцены бывшего "царя" Сибирского ханства Московское правительство, в соответствии с тогдашними политическими воззрениями, считает себя теперь полным наследником Сибирского ханства. Отныне освоение Сибири становится делом исключительно внутренней политики Русского государства, делом русского народа.

Хозяйственное освоение Сибири

Присоединение и освоение Сибири - единый процесс. Различие во времени. Присоединение осуществилось в основном в XVII в., освоение Сибири продолжается и поныне.

Основные направления хозяйственного освоения Сибири определялись, прежде всего, потребностями государства. Оно начиналось в XVII в. с городов. Город тогда в Сибири - это форпост многоцелевого значения. Его функции:

  •  военно-оборонительная,
  •  административная,
  •  налогово-финансовая,
  •  перевалочно-транспортная,
  •  торговая,
  •  промышленная.

К началу XVIII в. из около 150 крепостей в Сибири городами стали только 20: Тюмень, Тобольск, Сургут, Тара, Нарым, Верхотурье, Томск, Кузнецк, Якутск, Иркутск, Нерчинск и др.

Сибирский город XVII в. отличала его управленческая функция. Этим обусловливалось наличие в городе управленческого аппарата - разных дьяков и подьячих. Так, в Верхотурье в 1645 г., подьячих, таможенных, церковных и площадных дьяков, занимавшихся оформлением личных и деловых бумаг, этого "крапивного племени", как говорили тогда, было 50 человек (около 5,8% от всего населения города вместе с приходящими сюда на недолгое время "гулящими" людьми. А в числе постоянного населения верхотурская "бюрократия" XVII в. составляла около 21%).

Города являлись и основой хозяйственной деятельности. На обилие в Иркутском уезде хлеба, соли, мяса, рыбы обратил внимание западноевропейский путешественник
Исбрант Идес, проезжавший через город в 90-х гг. XVII в. Он писал:

"После нескольких дней пути среди бурят приехал я в город Иркутск, расположенный на реке Ангаре, которая истекает из озера Байкал в шести милях от города и течет с юга на север. Этот город построен недавно и снабжен мощной крепостью и большими слободами. Хлеб, соль, мясо и рыба здесь очень дешевы, ржи больше всего и столь много, что за семь стюйверов можно купить ещё сто немецких фунтов. Тому причиной плодородие этой земли. От Иркутска до Верхоленска родится много разнообразных злаков; там находится много русских дворов, которые наживают богатство земледелием и которые кроме этого ничего более не промышляют"[13].

Бюджет сибирского города во многом зависел от размеров собранного ясака. Дело в том, что в ясак с местных народов входили шкурки не только соболя, но и дешёвых видов "мягкой рухляди" - белки, волка, а также неотправляемые виды ясака: скот, низкосортное железо местной выплавки.

Этот вид ясака подлежал обмену на шкурки соболя у местных народов. Не проданная и не обмененная часть ясака оставалась в местном бюджете и шла на оплату жалованья, городское строительство, местные торговые операции и др. И в первое время, до развития собственного ремесла, хлебопашества, ясачные поступления составляли до 75% всех доходов уезда.
 

Важнейшим направлением хозяйственного освоения Сибири являлась промысловая деятельность.

Это, прежде всего, добыча соболя. Промысловое население в Сибири в XVII в. делилось на две группы. Одну группу (основную массу) составляли промысловики. Другая группа, стоявшая над первой, были экономически более сильные торговые люди. Те и другие шли в Сибирь по собственной инициативе в надежде найти удачу в промысле, первые - путем личного труда, вторые - путем вложения капитала в промысловые предприятия.

Основными организаторами промысловых предприятий были крупнейшие русские купцы. Следствием этой деятельности было "опромышление" одного района за другим.

Русские промышленные люди, жившие менее компактно, будучи более подвижными, опережая "государевых людей" - дипломатов, казаков, крестьян, - небольшими группами проникали в самые глухие районы и повсеместно вступали в контакты с коренными жителями. И впереди шли бойкие купцы, желавшие выгодно обменять железный котел, нож или бисер на шкурки соболя.

Высший подъём соболиного промысла приходился на середину столетия, когда главным промысловым районом стала Восточная Сибирь. Чем суровее природные условия, тем лучшего качества шкурка соболя. Вывозилось из Сибири до 150 тысяч штук в год. Обычная цена шкурки была до 2-х рублей, но отдельные экземпляры стоили до 500 руб.

Сам промысел обходился недешево. Снаряжение промысловика стоило 20 - 30 руб. (годовой оклад служилого казака или стрельца составлял в среднем 5 руб.). Поэтому многие промысловики были наемными, снаряжались на средства купцов. Работали они артелями, до 40 человек. Контингент этих людей формировался, в основном, из выходцев с русского Севера. Немало промысловиков оседало в Сибири.

Роль русских поморов в освоении Сибири особая. Главной целью арктических плаваний в Сибири в XVII в. было достижение по морю устьев рек, по которым можно подняться до богатых соболем участков таёжной зоны. Внимание мореходов привлекали и "карги" - лежбища моржей, изобиловавшие драгоценным "рыбьим зубом".

Первые разведывательные плавания совершались на небольших самодельных судах, позже - на специальных, изготовленных на Усть-Кутских плотбищах (центрах судостроения) - кочах. Они могли взять до 40 т груза и до 50 человек экипажа и имели размеры: в длину - до 19, в ширину - 5 - 6 м; могли длительное время передвигаться во льдах, плыть по прибрежной свободной ото льда полосе, и при попутном ветре, используя полотняный или кожаный парус, двигаться со скоростью до 250 верст в сутки.

Северную часть Енисейского бассейна русские промышленники начали осваивать задолго до присоединения Западной Сибири. Примыкавший к реке Таз район "Мангазея" был известен русским в 70-х гг. XVI в. С р. Таз волоком добирались до р. Турухан, по ней - до Енисея. В начале XVII в., после освоения пушного промысла в Обь-Иртышском бассейне, сюда устремились правительственные отряды, промышленные и "гулящие люди" (не имевшие определенного места жительства и рода занятий), и крестьяне.

Промысловая деятельность включала в себя и охоту на дичь, зверя (мясо заготавливалось и "про запас"). Практиковался и рыбный промысел. Богатство рыбы (в том числе красной) компенсировало недостаток хлеба. Рыбный базар, например, в Тобольске удивлял изобилием иностранцев.

Одним из важнейших направлений хозяйственного освоения Сибири было развитие сельского хозяйства, прежде всего земледелия.

Питаться только мясом и рыбой русские долго не могли. Страдания от голода были нередки. В жалобах были такие строки: "Едим траву и коренья, всяких гадов и медвежатину".


На этом направлении освоения Сибири были особые трудности. Перевалив за Урал, русские не нашли здесь привычного земледелия. В южной части Сибири оно было в упадке, в других местах (нижней Томи, среднем Енисее) носило примитивный, мотыжный характер. Немало было районов, где земледелия не знали совсем. Русским земледельцам пришлось закладывать здесь новое хлебопашество в трудных природных условиях, незнакомой географической среде.

Сложным делом был поиск пригодной для хлебопашества земли. Проводились пробные посевы "для опыта". Таким же путем определялись пригодные для данной местности культуры. Эти опыты нередко приводили крестьянина к полному разорению (выдувание посевов ветрами, ранние заморозки и т.п.).

Мало было связано в Сибири с интересами сельского хозяйства и размещение русского населения в XVII в. Поиски драгоценной пушнины вели в районы тайги, лесотундры и тундры. Этому способствовали и речные условия движения. Наиболее удобные речные пути, связывающие Запад и Восток, пролегали по направлению сближения Печерской и Камской речных систем с Обской, Енисейской, Ленской.

Движение на южном направлении было затруднено политической обстановкой. Поэтому первые очаги сибирского земледелия создаются в неблагоприятных для этого местах.

Острая необходимость производства хлеба в Сибири понималась правительством с самого начала появления здесь русских. Завоз его из европейской Руси был дорог и не решал проблему питания постоянного и возрастающего по численности русского населения Сибири. Кроме того, служилым людям выдавалось "хлебное жалованье".

Правительство пыталось решать проблему разными вариантами. С помощью государевой десятины: объявив всю сибирскую землю государевой, правительство предоставляло её земледельцу на условиях обработки за это государевой десятины. Для этого осуществлялось насильственное переселение крестьян из Европейской России. Мера эта оказалась недостаточно эффективной.

Другим источником получения рабочей силы на государеву пашню была ссылка "в пашню". Но и эта мера не давала желаемого результата, ссыльные часто погибали во время пути. Наиболее эффективным оказалось привлечение на государеву пашню прибывших на свой страх и риск, призыв в пашенные крестьяне "гулящих, и всяких охочих и вольных людей".

Роль крестьянства - особая. Ему, основному классу непосредственных производителей феодального общества, принадлежит решающая роль в присоединении и освоении Сибири. На их плечи пала вся тяжесть борьбы за освоение Сибири. Вместе с тем у русских крестьян, передававших свой опыт и традиции, переносивших тяжелый гнёт эксплуатации со стороны государства и его аппарата, не было и не могло быть антагонизма по отношению к коренному населению Сибири.
 

За период XVII - начала XVIII вв. пашни появились почти на всем протяжении Сибири с Запада на Восток, от Урала до Камчатки, вдоль основного пути продвижения русских - водной дороги, связавшей великие сибирские реки: Обь, Енисей, Амур (по Туре, Тоболу, Оби, Кети, Енисею, по Илиму на Лену и на юг к Амуру). На этом пути сложились основные земледельческие очаги Сибири XVII в.

К началу XVIII в. из 20 уездов непашенными оставались только 3: Березовский, Сургутский, Мангазейский. Итог был под стать русскому крестьянскому характеру. За одно столетие Сибирь обеспечила себя хлебом. Господствующее положение занимали рожь, овес, ячмень.

Развивались овощеводство и скотоводство.

 Развитие торговли

Торговля - одно из самых ранних хозяйственных занятий русского населения Сибири. Главными торговыми центрами были: Тобольск, Енисейск, Верхотурье, Мангазея, Томск, Сургут. В городах функционировали ярмарки.

С самого начала сибирская торговля была связана не со сбытом дорогих и объемных товаров, а с предметами массового спроса. При этом на сибирских рынках всё чаще заезжего гостя - купца теснил горожанин со своими товарами. В 1639 - 1640 гг. в Тобольске завозилось для продажи топоров на 370 руб., а в 1695 г. - всего на 11.

Этот процесс был повсеместным. Служилое население городов было самой активной частью торговцев. Причем, по численности преобладали пешие казаки и стрельцы, но по значимости в экономической жизни, размерам капитала лидировали конные казаки и сыны боярские.

Главными товарами были пушнина и хлеб. Купцы ввозили и ткани, одежду, металлы и металлические изделия, бумагу, чернила, парфюмерию, пряности. Купцы-оптовики закупали товары в Москве, Казани, Нижнем Новгороде, Ирбите и перевозили их в Тюмень, Тобольск, Енисейск, Красноярск, Иркутск. Там часть товаров продавалась местным оптовикам, которые торговали через своих приказчиков в собственных лавках, часть сбывалась местным торговцам, которые проникали в самые отдаленные уголки Сибири.

С аборигенами торговля имела в основном меновой характер, практиковалась и простейшая форма - "перекид" через стену (города, острога).

С конца XVII в. в Сибири стали появляться "бухарские" товары - из Средней Азии (в Тобольске, Туринске, Томске) и китайские - через Нерчинск. Крупнейшей ярмаркой была Ирбитская в Верхотурском уезде. Торговля обеспечивала развитие экономических, культурных связей внутри Сибири, и края с Европейской Россией.

Особо следует отметить развитие торговли с Китаем. Караванная торговля России с этой страной началась через Сибирь в 1698 г. Был отправлен из Москвы первый казенный караван. Но торговые отношения с Китаем начинаются с первого знакомства с этой страной сибирскими купцами и казаками по собственному почину. Торг оказался очень выгодным, вследствие чего в нем стали принимать участие и управители сибирских городов.

Почти при каждом русском посольстве в Пекин отправлялся караван с товарами, сначала частными лицами, потом самим правительством, из Сибирского приказа в Москве. Вместе с ними отправлялось много частных купцов и приказчиков.

Главный груз караванов составляла сибирская пушнина (около 85% ценности всего товарообмена), остальные 15% приходились на долю кожевенных и мануфактурных товаров. У китайцев выменивали, главным образом, китайку (вид материи), шелковые материи и шелк в сырце, пряности и лекарственные вещества. Чай из Китая тогда вывозили в небольшом количестве, так как употребление его в России не было ещё распространено.

Категорически запрещалась торговля табаком. Указом 1634 г. употребление табака было запрещено в России - под страхом смертной казни. Позже эта мера была изменена. По наказу Якутским воеводам 1644 г. полагалось везущих в Сибирь табак наказывать кнутом. В Уложении царя Алексея Михайловича (1649 г.) за продажу табака велено было резать носы, пороть ноздри, ссылать на поселение и конфисковывать имущество.

Причиной таких мер, кроме разорительной цены его в Сибири (по 100 рублей за пуд) и употребление как наркотического напитка, была и нравственная. Наши предки во многих актах, в числе запрещенных деяний, употребление табака указывали в ряду с пьянством, игрою в карты, считая их причиной воровства, разбоя.

Уважаемый читатель (читательница)! Надеюсь на Вашу солидарность в этом с мудростью наших предков и со мною. Рост наркомании и преступности среди молодежи у нас в последнее десятилетие непосредственно связан с расцветающей рекламой табака, алкоголя, порнографии. К курению всё больше приобщается подростков и детей школьного возраста, и особенно грустно - девушек. Это - пока ещё не осознанная молодёжью трагедия современного и будущих поколений.

Не курите и помогите в этом другим!

 Сибирская индустрия начиналась с обрабатывающей мелкой промышленности.

Потребность в промышленных изделиях удовлетворялась путем завоза товаров из Европейской России и соседних азиатских стран и выработкой их на месте. Часть потребностей русского населения обеспечивала домашняя промышленность аборигенов. Русское население получало от аборигенов кожу и кожевенные изделия, пушнину и меховую одежду (шубы лисьи, беличьи, заячьи), лодки и пр. На месте поселенцы занимались обработкой дерева. Из него строили дома, делали телеги, орудия труда, посуду, мебель.

В течение XVII в. в Сибири возникает кожевенно-обувное, деревоотделочное, пищевое, металлообрабатывающее, портняжное, гончарное, ювелирное и другие производства. Распространение посевов конопли давало сырьё для выработки пеньки, верёвок, тканей.

Ремесло пока совмещается с другими занятиями. Оно рассеяно, ремесленник, как правило, работает не на рынок, а на заказ. Сохраняется связь ремесла с деревней, а города - с сельским хозяйством.

Развертывалось строительное дело: плотницкое, обработка камня.

Развивалось в особую отрасль судостроение. На каждой речной системе имелись плотбища - в Тобольске, Красноярске, Тюмени, Томске, Иркутске. Но в Сибири в XVII в. из материалов для этого был только лес. Канаты, холст, якоря и прочее приходилось ввозить.

Материальной базой превращения мелкого ремесла в более или менее крупное производство было соединение ремесла с торговлей. Начался процесс формирования кадров специалистов-ремесленников, для которых ремесло становилось основой существования.
Наибольшее разнообразие ремесленных специальностей имели крупные центры: Верхотурье, Тобольск, Томск.


Рост численности ремесленных специальностей и ремесленников в городах

 

Города

 

Периоды

Конец XVII-начало XVIII в.

1625-1627гг.

Середина XVII в.

Начало 1720-х гг.

Ремесленные специальности

Тобольск

60

 

 

 

Томск

Более 50

Ремесленники

В 14 городах и острогах

 

Около 270

 

 

В 15 городах

 

Около 670

Около 2300

Ремесло развивалось и в ряде небольших волостных острогов и слобод. Следствием этого было сокращение ввоза промышленных товаров из европейской России.

Постепенно формируются промышленные кадры Сибири, среди которых появляются и наемные работники. 

 Добывающая промышленность начиналась с соледобычи в районе Ямыш-озера, затем - в Восточной Сибири (в районе р. Тасеевой, Вилюя, в Забайкалье). Это было довольно сложное производство. Требовалось много дров для "вари", дровосеков, кузнецов для ремонта и изготовления больших сковород (для вываривания соли) и специалистов-солеваров. Это производство имело даже свой "ритуал": начало работы извещалось специальным сигналом трубача, боем в литавры.

Мы с Вами, читатель, о соли, кроме известного афоризма о том, сколько её надо употребить вместе с человеком, которого хотим узнать, почти ничего не
 знаем. Ещё я Вам сообщаю, что много потреблялось её в Сибири: солили рыбу, мясо впрок; при низких температурах человек потребляет её больше. Первыми штучными изделиями мастеровых людей из металла на Руси уже в XV в. были, кроме колоколов и котлов, приспособления для бурения соляных скважин.

В Сибири же в XVII в. соль добывали открытым способом, но, вероятно, не менее сложно. А как это происходило - обратимся опять к иностранцу - теперь к
Иоганну Георгу Гмелину, участнику научной экспедиции, организованной русским правительством в 30-х гг. XVIII в. для изучения Сибири. Его сибирские записки в начале 50-х гг. XVIII в. были опубликованы в Германии.

Услышав, что недалеко от деревни Тюменской, на реке Куте имеются солеварни, он отправился туда. "На южной стороне Куты, - пишет Гмелин, - имеются два соляных источника, отдаленные друг от друга на ружейный выстрел. Нижний имеет в диаметре полторы сажени и в нем так много воды, что он похож на маленькое озерце. Другой - не шире аршина (0,71 м - А.А.).

Эти источники связаны между собою. Над большим источником устроен ящик, вроде колодезного сруба, из которого вытаскивают воду, и через желоб она идет в хижину, находящуюся на расстоянии в 10 сажень (сажень - 2,13 м) и течет прямо в выварочную сковороду... Сковорода... в квадрате примерно 7 локтей (локоть - 0,5 м) и в глубину 7 вершков (вершок - 4,4 см) и выкована из железа" [
17].

Новая сковорода, повествует Гмелин, держится 6 лет, на протяжении этого времени часто нуждается в ремонте. Она подвешивается за большие балки, под ней - огонь из дров. Первые два или три раза, когда в ней варят, соль получается серая, по причине течи в сковороде. Но когда все щели законопачены и в сковороде образовалась корочка из соли, соль становится белая, как снег; за 24 часа получают 60 пудов соли, и за это время вываривают около 1000 ведер воды.

Оставшийся соляной песок применялся на медеплавильных заводах в Селенгинске. На месте эту соль казна продавала по 17 коп., в Илимске - по 27 коп. за пуд. Это было очень выгодно для солеварни, при большом избытке там дров. А хорошие пахотные земли позволили заложить деревню, которую назвали Усольской.

Открывались "угодные места" горного хрусталя, изумруда, минеральных красок, серебряной руды, слюды. "Слюдники", пишет тот же Гмелин, люди, которые разыскивали слюду, и там, где ее находили, поджигали лес, чтобы найти ещё. Когда мох и корни сгорят, при солнечном свете можно увидеть блестки слюды.

У этих промысловиков не было других способов добычи, кроме молотка и огня. Они ничего не знали о взрывных работах с порохом. Слюда находится в породе - частично в бело-желтоватом кварце, в сером плавиковом шпате. Она не идет жилами, находят её отдельными пластинами; листы бывают целые, иногда разделены поперечными жилами. Но слюдники редко проникали в породу глубже трех аршин.


Тогда же начинается
добыча металлических руд и выплавка металлов.

В первых десятилетиях XVII в. одно из первых в Сибири железоделательное производство организуется в Томске. Известны попытки устройства казенных "железных" заводов в 1623 г. в Туринске, 1639 г. - на реке Нице, 1670 г. - на реке Невье. Железо выплавляли и в Якутском, Кузнецком уездах - сначала в небольших домницах. В 1699 г. был основан старейший железоплавильный завод в Сибири - Невьянский (Екатеринбургский уезд).

А в следующем, 1700 г., в Тобольске учреждается оружейный завод, на который были высланы мастера Тульского оружейного завода. Оружейное мастерство в Тобольске особенно усовершенствовалось при губернаторе князе Гагарине, с прибытием в Тобольск шведских военнопленных, среди которых было немало мастеровых. К концу XVII в. Сибирь уже почти полностью обходилась своим железом.

Всё это означало начало создания крупной промышленности в Сибири, - прежде всего на территориях, прилегающих к Уралу: Туринский, Невьянский, Долматовский металлургические заводы. 

Особо следует сказать об Алтае. Любопытно, что в конце XVII в. в России распространился слух о "Чудских копях" в Сибири. Этим названием ("чуди") русские называли неизвестные тогда племена древних народов. Такие, Чудские, копи были обнаружены на Алтае, Урале, в отрогах Яблонового хребта.

И ни один из значительных рудников Алтайских гор не был открыт русскими рудоискателями в XVII в. иначе, как по следам древних чудских разработок. Глубокая древность этих рудников подтверждена была находимыми в них орудиями из камня и меди.

Полагаю, Вам, читатель - сибиряк, сибирячка, не помешает сейчас чуть "перевести дух" и узнать кое-что об этом и о сибиряках от самого отца истории - Геродота (IV в. до н.э.). В своем описании Скифии он повествует, что за высоким и скалистым горным хребтом (под которым нужно разуметь Урал) жили Исседоны и Аримаспы, из которых последние похищали золото у грифов, охранявших его в другой, более отдаленной горной стране, за которой почва земли 8 месяцев в году бывает замерзшей, падает снег, и живут Гипербореи.

В 1695 г. в Германию для пробы были отправлены штуфы свинцово-серебряной руды, полученной, вероятно, из Нерчинска. В связи с этим, по приглашению, в Россию прибыли несколько саксонцев, сведущих в горном деле. В этом же году были начаты поиски серебряной руды в Кузнецком округе.

А через четыре года в Нерчинском округе были открыты следы серебряных и золотых руд, на которые навели норы сурков: при выкапывании ямок сурки выбрасывали и саму руду. И в 1704 г. был основан Нерчинский сереброплавильный завод на берегу р. Алтачи, у впадения её в Аргун, - первый в Нерчинском горном округе. С открытием в окрестностях завода Первомонастырского рудника выплавка серебра на заводе достигла в 1711 г. 11 пудов.

В 1698 г. в Москве издается указ о построении в Сибири
казенного винокуренного двора и уничтожении построенных по слободам и деревням частных винокуренных заводов.

Земельный простор дал сибиряку возможность развернуть свои силы, но природа была сурова, и он должен был напрягать их до крайности, чтобы не пасть в борьбе с ней.

Освоение Сибири с XVII в., можно сказать, стало фактором постоянно действующим.

XVII век в судьбе Сибири и России

Первое столетие освоения Сибири было переломным периодом её истории. Изменялись внешний облик и внутренние процессы края. Определялось дальнейшее развитие производственных сил Сибири, началось ускорение общественного развития аборигенного населения.

Русский человек с присущим ему упорством и трудолюбием ставил деревни, заимки, города, многие из которых развились к середине XIX в. в крупные центры ремесла, промышленности и торговли, культуры и образованности. Край, не знавший земледелия, с конца XVII в. мог обеспечивать себя хлебом. Сибирские аборигены знали лишь ручную обработку металла, дерева, камня, кости.

С приходом русских появилось фабричное и заводское производство. Сибирь стала важнейшим источником пополнения государственной казны.

Но, отдавая дань уважения русским поселенцам, надо помнить о том, что задолго до их появления коренные народы Сибири создали свое хозяйство, свою самобытную культуру. Их опыт был использован русскими в приспособлении к суровым условиям.

Каковы же составляющие этого грандиозного исторического начала XVII века? - Они сводятся к следующему.

Во-первых, Северная Азия, Сибирь вошли в состав более развитой страны. Сибирь вышла из изоляции, начался процесс вхождения её в международные связи, началась разработка природных богатств края, этого "золотого дна", как называли Сибирь в XVIII в. К началу XVIII в. за Уралом уже практически существовали все отрасли промышленности тогдашней России.

Во-вторых, XVII век действительно принес в Сибирь феодальную эксплуатацию аборигенов, неизвестные у них болезни, табак, алкоголь. Такая точка зрения в качестве доминирующей существовала в СССР.

Но главное всё же было в другом. В XVII в., впервые в истории, коренные народы Сибири стали обретать сущность и форму нового, более прогрессивного общества. Впервые здесь появилась законность, хотя нередко и в извращенном виде. Это положило начало прекращению анархии, внутренних усобиц и кровавых разборок.

В-третьих, к концу XVII в. в Сибири было уже 200 - 220 тысяч переселенцев, что равнялось численности аборигенного населения. Началось внедрение более совершенных приемов промыслов, земледелия, скотоводства. Начался численный рост коренного населения, и в 1926 - 1939 гг. оно составляло около 800 тысяч.

В XVII в. русскими людьми в Сибири начались такие преобразования, результаты которых в середине XIX в. подвигли И.А. Тургенева написать о величии русского человека и Сибири:

"...И когда совсем готовый, населенный и просвещенный
край, некогда темный, неизвестный... предстанет перед
изумленным человечеством, требуя себе имени и прав,
пусть тогда допрашивается история о тех, кто воздвиг
это здание, также не допытается, как не допыталась,
кто поставил пирамиды в пустыне. Сама же история
добавит только, что это те же люди, которые в одном
углу мира подали голос к уничтожению торговли черными,
а в другом учили алеутов и курильцев молиться - и вот они же создали,
выдумали Сибирь, населили и просветили её..." [
1]

В-четвертых, Россия стала обладать невообразимыми тогда природными богатствами. Стал возрастать приток средств в казну. Царь Федор Иванович, кроме удовлетворения потребности казны мехами, отправлял пушнину за границу на сумму 400 - 500 тыс. рублей в год по ценам того времени, что составляло треть всех доходов, поступавших в казну.

О количестве и разнообразии пушнины, доставляемой в казну при царствовании Алексея Михайловича русский историк Катошихин писал: "А присылается из Сибири царская казна ежегодь: соболи, меха собольи, куницы, лисицы черные и белые, горностаи, белки в розни и мехами, бобры, рыси, песцы черные и белые, и зайцы, и волки, барсы.
А сколько числом тое казны приходу в год больши штисот тысечь рублев" [
18].

Вся добытая в XVII в. пушнина по ценам того же века, по оценкам исследователей, стоила около 15 млн. рублей. В конце XIX в. при переводе курса рубля XVII в. к рублю 1884 г. она уже стоила бы 225 млн. рублей. Если учесть, что в конце XVII в. население России составляло 16 млн. человек, то получалось почти по миллиону на человека. Такой показатель считался очень высоким.

Началось ускорение развития торговли и купечества, складывание Всероссийского рынка и втягивание России с Сибирью в мировой рынок.

Именно тогда, когда закончился начальный этап освоения Северной Азии и богатства Сибири осваивались Россией, России и Миру явился великий потомок русских поморов-первопроходцев М.В. Ломоносов, - как наследник их могучего духа, - и пророчески сказал: "Российское могущество прирастать будет Сибирью и Северным океаном" [
1].

Здесь я приглашаю Вас, читатель, к такому рассуждению. С сожалением я замечаю, что в обычном употреблении у нас этого изречения, в том числе в литературе, опускается вторая часть его ("... и Северным океаном"). Не является ли это одной из причин (а может быть и главной?) в общественном сознании недооценки Советского, а теперь российского Севера?

Известно подтвержденное исторически положение марксизма о том, что идеи, овладевая массами, становятся материальной силой. Воспроизводимая идея М.В. Ломоносова оказывала и оказывает у нас влияние на сознание масс, в том числе - на сознание высшего руководства.

Это мое суждение - не развлекательная придумка. Оно базируется на понятии "сила слова". Сила эта великая, способная поднять массы и вести их на бой, на подвиг.

Я знаю силу слов.
Я знаю слов набат!

- писал А.С. Пушкин. Сила слова, сила идеи способна влиять на целые поколения людей, на стратегические задачи общества. В изречении М.В. Ломоносова заключена такая сила. Она помогала и помогает осваивать Сибирь. Но изречение представлялось и представляется, воспринималось и воспринимается в усеченном виде.

Эстафету XVII в. продолжили достойно русские и другие народы бывшего СССР в веке XX - эпопеями освоения целинных земель, создания энергосистемы, строительства Байкало-Амурской магистрали.

Имеется и преемственность конкретного исторического опыта. Имею в виду так называемый вахтовый метод освоения Сибирского Севера в недалёком прошлом (70 - 80 гг. XX столетия). Этот метод применялся и тогда, в XVII в. На дальний северо-восток Сибири люди посылались посменно, как на вахту - "в годовальщики".

И, несмотря на сжигание неприятелем, затопления водой поселений, они вновь отстраивались и развивались. И там оставалось и возрастало постоянное русское население. Это обеспечивало необратимость присоединения и освоения территории.

Исторический урок состоит в том, что без создания постоянных поселений в районах освоения их хозяйственное и культурное развитие невозможно.

 


 

А также другие работы, которые могут Вас заинтересовать

61665. Источники света. Распространение света 20.34 KB
  Распространение света. Задачи Обучающие: 1 Усвоить понятие свет; 2 Узнать какие бывают источники света; 3 Иметь представление о том что такое тень и полутень. Ход урока Этапы Деятельность учителя...
61666. Мощность 19.71 KB
  Задачи: Обучающие: Создать условия для осознания и осмысления понятия мощность. Постановка темы и цели урока Ребята мы начинаем изучение новой темы Мощность. А сегодня цель нашего первого урока узнать что такое мощность...
61667. Квантовые постулаты Бора 24.64 KB
  Тип урока: изучение нового материала План урока: Организационный момент д з 12 мин Проверка д з 68 мин объяснение нового материала 15 мин Первичная проверка понимания учащимися нового материала...
61668. Метание малого меча в цель, стоя боком в направление метания 21.87 KB
  Основные задачи: 1. Научить технике метания малого мяча с места, стоя боком в направлении метания. 2. Способствовать развитию у учащихся подвижности в плечевых суставах и грудном отделе позвоночника.
61669. Метание в движущуюся цель. Бег сто метров на время 21.39 KB
  Цель:Овладение техникой броска мяча в движущуюся цель. Образовательные: - Обучение технике броска мяча; Развивающие: - Развитие координации движений, внимания; - развивать прыгучесть, ловкость, внимание.
61670. Металлургический комплекс 15.04 KB
  Цели Коррекционно-образовательные: Закреплять понятие (металлургия) Формировать понятия (цветная, черная) Закреплять навыки работы с календарем погоды Коррекционно-развивающие: Формировать умения анализировать при сравнении температуры в разные дни, используя календарь погоды.
61671. Конспект урока по гимнастике 21.64 KB
  Задачи: Обучающая (обучить акробатическому упражнению2-3 кувырка вперед, стойка на лопатках; совершенствовать акробатическое упражнение из положения лежа на спине «мост», перекат назад в группировке с последующей опорой руками за головой)...
61672. Линейные, разветвляющиеся и циклические алгоритмы в блок-схемах 26.95 KB
  Ребята здравствуйте сегодня на уроке мы изучим новую тему которая в свою очередь поможет нам закрепить и углубить знания полученные на двух прошлых уроках Но для начала проверим как вы справились с домашним заданием и немного повторим материал...
61673. Множества. Отношения между множествами 31.71 KB
  Цель обобщение и углубление изученного материала; проверка и закрепление знания о понятиях €œмножество и €œэлементы множества; проверка и закрепление умения устанавливать отношения между множествами сравнивать множества по числу элементов в них.