71668

Культурология

Книга

Культурология и искусствоведение

Данный учебник содержит изложение основного теоретического и историко-культурного материала по дисциплине «Культурология» в соответствии с требованиями Государственного образовательного стандарта высшего профессионального образования. Структурно он разделен на два раздела: теория культуры и история культуры.

Русский

2014-11-10

2.18 MB

13 чел.

Министерство образования и науки Российской Федерации

НОВОСИБИРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ТЕХНИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ

Культурология

Авторский коллектив:

Е. Я. Букина, руководитель авторского коллектива, канд. филос. наук, доц.

(введение; раздел I – гл. 1; раздел II – гл. 21; заключение);

С. В. Куленко, ст. преподаватель (раздел I – гл. 3 (§ 2, 3), 5; раздел II – гл. 12-15, 18, 20, 23);

С. И. Чудинов, канд. филос. наук, доц. (раздел I – гл. 2, 3 (§ 1, 4);

раздел II – гл. 16, 19, 26; предметный и именной указатели);

Е. Л. Плавская, канд. искусст., доц. (раздел I – гл. 10; раздел II – гл. 11, 22, 24);

А. В. Кирилова, ст. преподаватель (раздел I – гл. 4; раздел II – гл. 25; краткий культурологический словарь);

М. Т. Усова, канд. филос. наук (раздел I – гл. 6; раздел II – гл. 17);

В. А. Бойко, канд. культур., доц. (часть I – гл. 9).

Ответственный редактор Е. Я. Букина, канд. филос. наук, доц.

Рецензенты:

А. Н. Быстрова, д-р филос. наук, проф.

В. А. Колеватов, д-р филос. наук, проф.

           Культурология: теория и история культуры: учебник / под ред. Е. Я. Букиной. – Новосибирск: Изд-во НГТУ, 2010.

Данный учебник содержит изложение основного теоретического и историко-культурного материала по дисциплине «Культурология» в соответствии с требованиями Государственного образовательного стандарта высшего профессионального образования. Структурно он разделен на два раздела: теория культуры и история культуры. В каждом из разделов в доступной форме освещаются и объясняются основные научные факты, проблемы и термины соответствующей культурологической темы.

Наряду с лекционным материалом в учебнике даны вопросы для самоконтроля, включены контролирующие материалы к каждой теме курса, список литературы и краткий культурологический словарь, призванный помочь студентам в овладении понятийным аппаратом учебной дисциплины.

Для студентов, магистрантов и аспирантов негуманитарных специальностей.

 

ОГЛАВЛЕНИЕ

[1] ВВЕДЕНИЕ

[2] РАЗДЕЛ I.

[3] ТЕОРИЯ КУЛЬТУРЫ

[3.1] Глава 1. КУЛЬТУРОЛОГИЯ

[3.2] КАК ОБЩЕНАУЧНАЯ ТЕОРИЯ КУЛЬТУРЫ

[3.2.1] Литература

[3.2.2] Вопросы для самоконтроля

[3.3] Глава 2. понятие «культура».

[3.3.1] §1. Основные определения культуры

[3.3.2] §2. Культура и цивилизация

[3.3.3] Литература

[3.3.4] Вопросы для самоконтроля

[3.4] Глава 3. Типология культуры

[3.4.1] § 1. Теория культурно-исторических типов Н. Я. Данилевского

[3.4.2] § 2. Культурологическая концепция О. Шпенглера

[3.4.3] § 3. Цивилизационная теория А. Дж. Тойнби

[3.4.4] §4. Теория социокультурной динамики П. А. Сорокина

[3.4.5] Литература

[3.4.6] Вопросы для самоконтроля

[3.5] Глава 4. Структура и функции культуры

[3.5.1] § 1. Структура культуры

[3.5.2] § 2. Функции культуры

[3.5.3] Литература

[3.5.4] Вопросы для самоконтроля

[3.6] Глава 5. Религия и мифология
в системе культуры

[3.6.1] Литература

[3.6.2] Вопросы для самоконтроля

[3.7] Глава 6. Искусство как форма культуры

[3.7.1] Литература

[3.7.2] Вопросы для самоконтроля

[3.8] Глава 7. Право и мораль
как явления культуры

[3.8.1] § 1. Феномен права в культуре

[3.8.2] § 2. Мораль в системе культуры

[3.8.3] Литература

[3.8.4] Вопросы для самоконтроля

[3.9] Глава 8. Социально-культурные
характеристики науки

[3.9.1] Литература

[3.9.2] Вопросы для самоконтроля

[3.10] Глава 9. Развитие техники и судьба культуры

[3.11] Глава 10. Проблемы межкультурной
коммуникации

[3.11.1] § 1. Коммуникация в культуре

[3.11.2] § 2. Ценностный аспект культур
и межкультурная коммуникация

[3.11.2.1] Коллективистские культуры

[3.11.2.2] Коллективистские культуры

[3.11.3] § 3. Культурная, этническая и личная идентичность

[3.11.4] Литература

[3.11.5] Вопросы для самоконтроля

[4] РАЗДЕЛ II.

[5] ИСТОРИЯ культуры

[5.1] Глава 11. Первобытная культура

[5.1.1] Литература

[5.1.2] Вопросы для самоконтроля

[5.2] Глава 12. культура древнего египта

[5.2.1] Литература

[5.2.2] Вопросы для самоконтроля

[5.3] Глава 13. культура древней месопотамии

[5.4] Глава 14. индийская культура

[5.5] Глава 15. китайская культура

[5.6] Глава 16. КУЛЬТУРА ЯПОНИИ

[5.6.1] Литература

[5.6.2] Вопросы для самоконтроля

[5.7] Глава 17. АНТИЧНАЯ КУЛЬТУРА

[5.7.1] Литература

[5.7.2] Вопросы для самоконтроля

[5.8] Глава 18. ЕВРОПЕЙСКАЯ Культура Средних веков

[5.8.1] Литература

[5.8.2] Вопросы для самоконтроля

[5.9] Глава 19. Средневековая

[5.10] арабо-мусульманская культура

[5.11] Глава 20. КУЛЬТУРА ВИЗАНТИИ

[5.12] Глава 21. Культура эпохи возрождения

[5.12.0.1] Культура периода Кватроченто и Чинквеченто

[5.12.1] Литература

[5.12.2] Вопросы для самоконтроля

[5.13] Глава 22. Культура Нового и Новейшего
времени

[5.13.1] Литература

[5.13.2] Вопросы для самоконтроля

[5.14] Глава 23. Русская культура X–XVII веков

[5.14.1] Литература

[5.14.2] Вопросы для самоконтроля

[5.15] Глава 24. Русская культура XVIII–XIX веков

[5.15.1] Литература

[5.15.2] Вопросы для самопроверки

[5.16] Глава 25. СЕРЕБРЯНЫЙ ВЕК РУССКОЙ КУЛЬТУРЫ

[5.16.1] Литература

[5.16.2] Вопросы для самоконтроля

[5.17] Глава 26. СОВЕТСКАЯ КУЛЬТУРА
И ПОСТСОВЕТСКИЙ ПЕРИОД

[5.17.1] Литература

[5.17.2] Вопросы для самоконтроля

[6] ЗАКЛЮЧЕНИЕ

[7] ПРИЛОЖЕНИЕ.

[8] КОНТРОЛИРУЮЩИЕ МАТЕРИАЛЫ

[9] краткий культурологический словарь

[10] РЕКОМЕНДУЕМАЯ ЛИТЕРАТУРА

[11] ПРЕДМЕТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ

[11.1] Именной указатель

ВВЕДЕНИЕ

Введение – для того, кто читает, предисловие – для того, кто перелистывает.

Георг Лихтенберг. «Афоризмы»

Интерес к культурологии объясняется разными причинами: именно культурологи предложили новые оригинальные трактовки истории известных произведений искусства, личности их творцов. Культурология даёт новое, целостное видение, изменяет наше понимание, позволяя подняться ещё на одну ступень научного познания и художественного постижения истории, современности, окружающего нас мира и нас самих.

В. М. Розин

В настоящее время культурология изучается практически во всех вузах России, она – необходимый компонент любого образования и, прежде всего, – университетского. Теоретики культуры самыми различными причинами объясняют всё возрастающий интерес к относительно молодой дисциплине «Культурология», которой принадлежит особая, исключительная роль в исследовании феномена культуры. В самом деле, в последние годы и в нашей стране, и за рубежом издано множество различных популярных книг, монографий, учебников и учебных пособий по культурологии, которые, заметим, очень сильно различаются по структуре и содержанию. Но, несмотря на значительное число ценных исследований, до сих пор ещё очень мало, а практически нет, обобщающих и вместе с тем доступно и лаконично написанных работ, специально посвящённых изложению истории и теории культуры от её возникновения до наших дней.

Данное обстоятельство влечёт за собой необходимость создания по возможности краткого учебника или учебного пособия, обеспечивающего методическую поддержку учебного курса «Культурология: теория и история культуры» в соответствии с требованиями Государственного образовательного стандарта (федеральный компонент) к обязательному минимуму содержания и уровню подготовки выпускников высшей школы по циклу «Общие гуманитарные и социально-экономические дисциплины». Согласно  принятой на кафедре учебно-методической схеме теоретическая компонента курса излагается в лекционной форме, а конкретный фактический материал, причём в историческом аспекте, изучают студенты на семинарских занятиях.  В основу апробированного на кафедре курса положены принципы системности, интегративности и плюрализма.

Предлагаемый учебник, ориентированный в основном на технические и экономико-управленческие специальности, хорошо, на взгляд авторов, отражает новейшие программы по культурологии, что очень важно в связи с довольно быстрой сменой в высшей школе методических установок и теоретических концепций в программах по теории и истории культуры.

В соответствии с намеченными целями и задачами, поставленными коллективом авторов перед собой, учебник состоит из двух разделов. В первом из них излагаются общетеоретические вопросы культуры: генезис культурологии как общенаучной теории культуры, смысл и развитие понятия «культура», типология культуры, структура и функции культуры, проблемы специфики мифологии, религии, морали, права, искусства, науки, техники как культурных феноменов. Во втором разделе представлена как история отечественной культуры: русская культура XXVII веков – XVIIIXIX веков – «серебряный век» русской культуры, культура советского и постсоветского периода, так и рассматриваются основные этапы развития мировой культуры: культура античности – культура средних веков – средневековая арабо-мусульманская культура - культура эпохи Возрождения – культура Нового и Новейшего времени. Каждая глава учебника снабжена библиографическими списками, вопросами самоконтроля и подготовки к семинарским занятиям, приложение содержит контролирующие материалы, именной и предметный указатели, а также в учебнике даны краткий культурологический словарь и список литературы, призванные  помочь студентам  в  овладении понятийным аппаратом учебной дисциплины, что позволит организовать  учебный процесс как при очной, так и заочной форме обучения.

Авторы по возможности полно использовали выходившую в последние годы культурологическую научную (исследовательскую и справочную) литературу, рекомендуемую для более подробного изучения взглядов теоретиков культуры. Однако, учитывая специфику данного издания, его сугубо учебный характер, авторы постарались до минимума свести научно-справочный аппарат, ограничившись рекомендациями литературных источников для самостоятельной работы студентов.

Таким образом, предлагаемый учебник – это результат многолетней работы коллектива кафедры «Теория и история культуры» НГТУ по поиску оптимальных вариантов преподавания культурологии в техническом университете, который подразумевает креативный, вариативный подход к изучению истории и теории культуры.

Выражение признательности

Авторы выражают искреннюю благодарность и признательность за участие в подготовке рукописи к изданию профессору, доктору философских наук Анне Натановне Быстровой и профессору, доктору философских наук Виктору Александровичу Колеватову за его полезные комментарии и предложения в отношении первоначальных вариантов данного учебного издания.

Отдельно следует выразить благодарность Сергею Валерьевичу Ивлеву за помощь в подготовке глав 7, 8, кандидату философских наук Сергею Ивановичу Чудинову за осуществление технической работы при создании этого текста, а также всем, кто принимал участие в многочисленных и плодотворных дискуссиях.

Ум, интеллект… формируется только в ходе индивидуального усвоения умственной культуры, созданной трудом всех предшествующих поколений людей. Ум… и есть не что иное, как эта исторически развившаяся умственная культура, превратившаяся в ходе образования в личное достояние, в личную собственность индивида.

Э. Ильенков

Мир культуры – это мир самого человека.

В.М. Межуев


РАЗДЕЛ I. 

ТЕОРИЯ КУЛЬТУРЫ


Глава 1. КУЛЬТУРОЛОГИЯ 

КАК ОБЩЕНАУЧНАЯ ТЕОРИЯ КУЛЬТУРЫ

Наука о культуре должна вобрать в себя множество поднаук и объединить их в единую великую науку.

Дж. Фейблман

Теоретические проблемы культуры как фундаментальной человеческой формы жизнедеятельности в настоящее время находятся  в центре внимания целого комплекса гуманитарных наук и, конечно же, культурологии  (от латинского  “cultura” и греческого “logia” – «учение») – науки, изучающей феномен культуры как сверхсложную целостную систему с ее многообразием культурных явлений и многочисленных связей. Философия родилась почти две с половиной тысячи лет назад, этика – в III веке до н. э., эстетика – в век Просвещения. Столетием позже, в XIX веке, произошло становление социологии. Культурология же – детище XX века, хотя еще в ХIХ веке английский этнограф и антрополог Э. Тайлор выдвинул идею создания «науки о культуре» – “a science of the culture”). Термин же «культурология» как название особой науки впервые предложил немецкий химик и философ В. Оствальд.  Однако широко использоваться данный термин стал благодаря американскому антропологу и культурологу Л. Уайту. Именно он в своих работах, в частности в книге «Наука о культуре» (1949), предложил выделить культурологию как самостоятельную науку в комплексе социальных наук. Л. Уайт стал понимать ее как принципиально новый путь изучения культуры, ведущий от конкретных наук, рассматривающих отдельные аспекты и формы культуры, к целостному исследованию культуры как сложной и постоянно изменяющейся системы. Его заслуга состоит, прежде всего, в том, что он четко поставил вопрос о необходимости строгого определения предмета культурологи. В настоящее время помимо теории Л. Уайта существует и множество других концепций, опирающихся на самые различные методы и подходы.

В развитии культурологического знания ученые-гуманитарии выделяют три исторических периода: донаучный этап представлений о культуре (до ХVIII в.); этап формирования знаний о культуре в рамках других наук (ХVIII – ХIХ вв.); становление культурологи как самостоятельной науки (ХХ – ХХI вв.).

Невозможно проследить за генезисом культурологии, понять особенности её формирования как общей теории культуры без хотя бы краткого рассмотрения качественных преобразований, происходящих в современном научном познании. Во второй половине XX века заметно изменилась структура научного знания, сделавшего важные шаги по пути общенаучного синтеза. Характерным является возникновение новых интегративных научных направлений, образующих общенаучный уровень знания. В этом плане интерес представляет концепция научных революций  известного историка науки и философии Т. Куна1, специфику которых он видел в появлении новых парадигм, или концептуальных схем. Смена парадигм рассматривалась им как «двухфазный» процесс: фаза поиска «научной парадигмы» сменяется фазой «нормальной науки», которая, исчерпав в свою очередь все возможности, снова сменяется фазой поиска научной парадигмы. Рассматривая становление культурологических концепций и парадигм, Т.Кун акцентировал внимание на том, что любая наука всегда погружена в ценностный  контекст конкретно-исторического периода, который необходимо учитывать при изучении тех или иных научных школ.

В современной науке доминируют интегративные тенденции, и культурология подчиняется этому общему правилу. Она возникла на базе таких наук, как антропология, семиотика, лингвистика, этнография, этика, эстетика, археология, социология, психология, педагогика, история, религиоведение, искусствознание и т.д., исследующих отдельные феномены культуры. Изначально культурология выполняла интегративную функцию для различных гуманитарных наук, объектом которых является культура, и до сих пор выступает системообразующим фактором всего комплекса наук о культуре, являясь их методологической основой.

Значимость культурологии – в её объединяющей роли. Все знания о культуре, полученные в рамках специальных теорий культуры, необходимо свести в единую систему, синтезировав и обобщив затем на методологическом уровне. Как утверждает Н.С. Злобин, дальнейшее развитие исследовательской мысли «возможно лишь на базе общей теоретической концепции, выступающей в качестве интегративной методологической основы, объединяющей все многообразие аспектов изучения культуры в целостную систему»2.

В настоящее время существует множество представлений о культурологии, среди которых можно выделить три следующих.

1. Культурология как комплекс дисциплин, изучающих культуру.

2. Культурология как раздел дисциплин, изучающих культуру.

3. Культурология как самостоятельная научная дисциплина.

Действительно, в культурологии много разных школ и даже индивидуальных версий понятия «культура». Иногда говорят, что в культурологии столько теорий, сколько крупных культурологов. Например, есть «семиотические» версии культуры (здесь достаточно назвать имя Ю.М. Лотмана), «литературоведческие» (С.С. Аверинцев), «диалогические» (В.С. Библер), «исторические» (Л.Н. Баткин, А.Я. Гуревич), «антропологические» (М. Мид) и т. д. И внутри каждой научной версии понимание культуры порой существенно отличается. Означает ли это, что нет культурологии как единой самостоятельной дисциплины? Вслед за В.М. Розиным думаем, что не означает, и вот почему. Культурологи имеют общее поле культурологических проблем. Это свидетельствует о наличии в культурологии сложившейся коммуникации разных концепций культуры и точек зрения на её изучение. Наличие подобной коммуникации – признак полноценной гуманитарной научной дисциплины. Исследователи здесь реализуют различные ценности в отношении изучаемого объекта, а в результате складываются разнообразные научные теории, школы, концепции относительно одного и того же изучаемого материала. Далее, среди культурологов есть признанные авторитеты, сложился общий массив культурологических текстов, т. е. существуют общие история и традиции3.

Становление общенаучной теории культуры непосредственным образом связано с выделением её объекта и предмета, что является фундаментальной исходной задачей. По проблеме предмета науки существует много различных концепций и теорий. Мы будем придерживаться общепризнанной, устоявшейся точки зрения. Как известно, в философско-методологической литературе понятия объекта и предмета в последнее время чаще всего дифференцируются.

Объект рассматривается как целостная, независимо от субъекта существующая система со всеми ее связями, элементами, противоречиями. Представляя собой некоторый структурно-сложный фрагмент объективной реальности и вместе с тем нерасчленённое богатство связей, отношений и граней, объект в различных ракурсах может изучаться разными науками, т. е. объект – это та часть реальности, на которую направлено исследование. Таким образом, объектом культурологии является феномен культуры, который также изучается, как отмечалось выше, в рамках антропологии, этнографии, археологии, семиотики, лингвистики и т. д. Цель этих наук – исследовать с разных сторон указанный феномен, причем каждая из них выделяет свой определенный аспект, особую специфическую грань.

Выделение объекта культурологии необходимо для определения  предмета. Проблема осмысления ее предметного поля существует объективно, но, это зачастую не осознается, поэтому понимание предмета культурологи нуждается в основательном обсуждении. Под предметом понимается категория для обозначения некоторой целостности, выделенной из мира объектов в процессе человеческой деятельности и познания. В предмет входят главные, наиболее существенные свойства и признаки, т. е. выделение предмета – это выделение в определенном срезе существенного в объекте, которое представлено его общими законами возникновения, функционирования и развития. Предметом выступает какая-либо система законов, которой подчиняется данный объект.

Таким образом, предметом культурологии является системное исследование наиболее общих и специфических закономерностей генезиса и морфологии культуры как специфически человеческого способа жизнедеятельности.

Предметное самоопределение культурологии обусловливает характер её методов, способ постановки и решения её задач. Следовательно, на основании изложенного выше можно сформулировать задачи культурологии. Основная задача последней – построить «генетику» культуры (речь идет о выявлении «гена» и «генетического кода» культурных феноменов, т. е. базисных структур, ответственных за передачу социального опыта человеческой деятельности).

Выделив объект культурологии, определив предмет, сформулировав задачу, попытаемся ответить на вопрос: существуют ли специфические культурологические методы описания культуры, отличающиеся от антропологических, социологических, психологических, семиотических, лингвистических и других методов? Анализ научной литературы позволяет ответить на этот вопрос утвердительно. Однако эти методы существуют не в качестве формальных операций, а как подходы в культурологических исследованиях. На основании этого анализа можно выделить следующие основные характеристики культурологического метода:

1. Гуманитарная проблематизация материала (это констатация «принципиального непонимания» тех или иных факторов культуры, парадоксов разного рода, проблем введения исследовательского сознания в изучаемую реальность).

2. Сопоставление анализируемой культуры и её феноменов с другими культурами. Сравниваемые культуры могут быть предшествующими в генетическом ряду, последующими или «синхронными». Важно, чтобы они существенно отличались друг от друга (например, античную культуру сопоставляют с современной и средневековой; японскую культуру сравнивают с китайской и европейской и т.п.). Именно в сопоставлении различающихся культур ученый получает характеристики и описания интересующей его культуры.

3. Определение ведущих культурных структур и парадигм (например, при анализе средневековой культуры в качестве ведущей выделяется христианское мировоззрение).

4. Объяснение тенденций и особенностей культуры, внешне противоречащих её основному культурному процессу. Действительно, в культуре часто наблюдаются  противоборствующие процессы (анархия ересь, революционные эксцессы и т.п.), которые далеко не являются случайными4.

Культурология как междисциплинарное направление исследований постепенно включает в свою компетенцию методы наук, изучающих культуру. Это естественно и закономерно. Ведь проблемы культуры, как уже отмечалось, являются фундаментальными, и их разработка требует привлечения целого комплекса частных, общенаучных и философских методов. Вопрос в другом: привносит ли культурология благодаря «своей» системе методов нечто новое в понимание феномена культуры?

В изучение культуры вносят свой вклад родственные науки, от которых культурология ещё не полностью обособилась. Но это не значит, что речь идёт только о синтезе знаний о культуре, а культурологического метода как такового не существует. Огромное количество интересных идей, оригинальных версий, трактовок истории известных произведений искусства, выдвинутых талантливыми учёными-культурологами, дают основание считать, что культурология формирует новое целостное видение феномена культуры.

Заимствованные из других наук методы трансформировались, поэтому можно говорить о собственном формируемом методе культурологии как общей теории культуры. Культурологические методы образуют особый уровень знания – общенаучный, что и определяет их высокую эффективность. В этом тезисе и заключается специфика методов культурологии. Появление в XX столетии особого знания о культуре обусловлено не только стремлением к выработке так называемого «общего знаменателя» в понимании культуры, но и тревожным ростом технократизма, рационализма, прагматизма, вызванным новым витком научно-технического прогресса, осознанием важности гуманитарного «противовеса» для сохранения стабильности существования человека, стремлением компенсировать состояние узкой профессионализации.

И в заключение. Хотя культурология  и находится в стадии становления, уточнения своего предмета и методов, она является самостоятельной наукой о культуре во всех ее формах и проявлениях. Именно четкое выделение предмета изучения позволяет идентифицировать ее как самостоятельную научную дисциплину. Специфика же культурологии  состоит в системном подходе в изучении феномена культуры. Таким образом, культурология является системой знаний о сущности, наиболее общих и специфических закономерностях генезиса и развития культуры, о механизмах функционирования культурных форм, явлений и процессов.

Трудности становления вызваны, прежде всего, сложностью, многоплановостью, «газообразностью» понятия культуры как онтологического феномена Пожалуй, ни одно понятие науки не вызывает такого расхождения во взглядах, такого многообразия дефиниций, как понятие культуры. Обилие существующих на сегодняшний день определений культуры в какой-то мере объясняется самой многогранностью использования данного термина в специальных дисциплинах. Вполне естественно, что каждая из них подходит к понятию «культура» в соответствии со своими задачами, вкладывает в него то содержание, которое представляется наиболее адекватным с точки зрения решаемых ею проблем.

На подобную причину многозначного истолкования понятия «культура» указывает, в частности, Э.С. Маркарян: «Полифункциональность понятия «культура» есть прежде всего непосредственный результат многогранности выражаемого им феномена, которая естественно ведет к выработке различных установок и познавательных задач при его изучении.  Например,  теоретическая социология при изучении феномена культуры ставит одни познавательные задачи, этнография – другие, эмпирико-социологические исследования малых групп - третьи. Кстати сказать, этот факт наличия различных познавательных задач при изучении феномена культуры сыграл далеко не последнюю роль в выработке имеющихся на сегодняшний день столь многочисленных,  несходящихся, а порой и противоречащих друг другу определений данного феномена»5. Э.С. Маркарян отмечает и такой интересный факт, как выход понятия «культура» за границы общественно-гуманитарного знания, применение его представителями естественных наук и таких новых синтетических областей знания, как кибернетика, общая теория систем, теория организации, семиотика и синергетика,  но об этом пойдет речь в последующих разделах и главах настоящего учебного издания.

Литература

  1.  Введение в теорию культуры: учеб. пособие / под ред. Е. Я. Букиной. – Новосибирск, 1999. – 72 с.
  2.  Культура: теории и проблемы / Т. Ф. Кузнецова, В. М. Межуев, И. О. Шайтанов и др. – М., 1995. – 279 с.
  3.  Культурология / под ред. Н. Г. Багдасарьян. – М., 2005. – 511 с.
  4.  Культурология. ХХ век: словарь. – СПб., 1997. – 640 с.
  5.  Розин В. М. Введение в культурологию. – М., 1994. – 104 с.

Вопросы для самоконтроля

  1.  Когда и на базе каких гуманитарных научных дисциплин возникла культурология?
    1.  Определите роль и основную функцию культурологии в системе социально-гуманитарных наук, изучающих культуру.
    2.  Как можно объяснить существование множества разных теорий и концепций культуры?
    3.  Дайте краткое описание объекта и предмета исследования культурологии.
    4.  Опишите наиболее существенные характеристики культурологического метода.

Глава 2. понятие «культура». 

Культура есть явление глубоко индивидуальное и неповторимое. Цивилизация же есть явление общее и повсюду повторяющееся.

Н. А. Бердяев

§1. Основные определения культуры

Своим появлением слово «культура» (лат. cultura) обязано древним римлянам, которые обозначали им возделывание, обработку почвы. Таким образом, используемые сегодня понятия «сельскохозяйственная культура», «агрикультура» (земледелие) наиболее близки к древнему, первоначальному смыслу. Со временем термин «культура» был перенесён на процесс «возделывания» человека через обучение, воспитание, формирование нравственных и гражданских добродетелей, что в древнегреческом языке выражалось словом «пайдейа». Именно в таком смысле понятие культуры впервые употребил Цицерон (106–43 гг. до н. э.), определивший философию как «культуру души» (cultura animi), т. е. инструмент для возделывания души. В широкий оборот понятие стало входить только на рубеже XVIIXVIII веков в среде западно-европейских философов и просветителей вместе с первыми ново-временными концепциями философии истории (Дж. Вико, И.Г. Гердер, И. Кант и др.). Окончательное становление понятия «культура» как самостоятельной научной и философской категории произошло во второй половине XIX века в связи с бурным развитием этнологии, рождением культурной (социальной) антропологии и выделением философии культуры в качестве отдельной философской дисциплины.

В современном словоупотреблении термин «культура» чрезвычайно многозначен не только в обыденном значении, но и на уровне научно-теоретического осмысления. В первом случае культура часто выступает в качестве синонимов таких понятий, как «возделывание», «выращивание», «разведение» («культура микроорганизмов», «технические культуры»), степени развития какого-либо качества («культура личности», «культура речи», «физическая культура»). Однако если мы обратимся к научным трактовкам понятия, то обнаружим не менее пеструю картину в понимании его смысла. Дело в том, что каждая наука социально-гуманитарного цикла, рассматривающая один и тот же объект с точки зрения собственной методологии, накладывает существенный отпечаток на понимание его природы.

Археология, например, использует присущий только ей термин «археологическая культура», обозначающий группу сходных археологических памятников. Под археологическим памятником подразумеваются предметы быта и продукты творчества, жилые сооружения или древние погребения, имеющие явное родство и принадлежащие одной народности. Для археолога любые материальные результаты деятельности человека, искусственные предметы – культура. К слову сказать, словосочетание «материальная культура» стало популярным благодаря учёным-археологам, для которых главным источником знаний о культуре служат материальные останки жизнедеятельности древних народов.

В этнологии (этнографии) под культурой, как правило, понимается принадлежащий определённому этносу (народу) образ жизни: комплекс местных обычаев, традиций, верований, особенностей быта людей и т.п.

Психология склонна видеть в феномене культуры совокупность социальных привычек, а также особенностей душевной жизни и поведения, приобретенных человеком в обществе.

Таким образом, можно обнаружить, что практически каждая сфера знания и деятельности имеет собственные представления о культуре,  то расширяя, то сужая границы объёма этого понятия.

Более широкие и универсальные определения культуры формулируются в рамках философии, социологии и культурной (социальной) антропологии, пытающихся постичь сущность культуры. Но она настолько неуловима, что различные определения практически не находят друг с другом общих точек соприкосновения. В итоге, в настоящее время учёными насчитывается более пятисот научных определений культуры, трудно сводимых в некую общую классификационную схему. Культурология как междисциплинарная наука обязана учитывать все эти разработки при исследовании культуры. Несмотря на заведомую необъятность темы, всё же можно выделить несколько основных и самых распространённых методологических подходов, сложившихся в современном культурологическом знании.

1. Одним из наиболее распространённых подходов к определению культуры является антропологический. Согласно ему, культура представляет собой всё, что создано человеком. Определение строится на оппозиции «естественный – искусственный», разграничивая вещи и явления, имеющие исключительно природное происхождение («натура») и связанные с человеческой активностью и деятельностью (культура). Антропологическое определение культуры исходит из мысли классика немецкой идеалистической философии Ф. Шеллинга, обозначавшего мир, в котором живёт человек, как «вторую природу». Первая природа – мир предметов и явлений, существующих до и вне человека, не испытавших на себе его влияния. Вторая природа – это та часть природы, которая испытала на себе воздействие человека, второй слой окружающей действительности, измененной, организованной или творчески преобразованной человеком. Так, например, порода собак, специально выведенная в питомнике, представляет собой часть культуры. То же можно сказать и о декоративном растении.

Первой попыткой научного определения, сформулированного в рамках этого подхода, стало определение культуры, данное английским антропологом Э. Б. Тайлором (1832–1917), которое иногда называют описательным, поскольку оно построено на перечислении элементов, входящих в культуру. По мнению учёного, «культура, или цивилизация… слагается в своем целом из знания, верований, искусства, нравственности, законов, обычаев и некоторых других способностей и привычек, усвоенных человеком как членом общества»6. Тайлор избегал в своей формулировке таких, по его мнению, абстрактных понятий как «сущность культуры», характерных для философии. Согласно методологии позитивизма7, которая была очень популярна в XIX веке, любое явление может быть изучено научно только на основе достоверно фиксируемых фактов. При этом теоретические понятия, которые невозможно свести к достоверному чувственному опыту, должны быть отброшены как вымышленные исследователем. Тайлор, разделяя идеи позитивизма, опирался только на чувственно фиксируемые элементы культуры, отсюда – его описательность.

Антропологические определения чрезвычайно распространены в современной культурологии. Среди отечественных учёных одно из наиболее аргументированных определений было предложено Э. А. Орловой: культура – «это созданная самими людьми искусственная среда существования и самореализации, источник регулирования социального взаимодействия и поведения»8. Более просто выражается Э. В. Соколов, согласно которому культура – «все то, что создано руками и разумом человека, весь искусственный – отличный от природы – мир явлений…»9.

Как можно заметить, антропологический подход проистекает непосредственно из первоначального значения культуры как возделывания и ставит акцент на её адаптирующей функции, приспособляющей человека к природным условиям существования. Он максимально расширяет сферу культуры, включая в неё всё, что связано с воздействием человека, но обнаруживает и существенный недостаток: между культурой и обществом не проводится никакого различия. Характерна для антропологического подхода и другая тенденция: отождествление культуры и цивилизации, что недвусмысленно выражено в тайлоровском определении.

2. Аксиологический подход избегает вышеупомянутой проблемы, поскольку исходит из оппозиции «культурный – некультурный», разделяя социальные и культурные аспекты в жизни человека. В качестве основы культуры здесь берётся система ценностей (название подхода происходит от философской науки о ценностях – аксиологии). В таком случае сами по себе общественные отношения и социальные группы относят к жизнедеятельности общества (социальной сфере), а всё, что связано с ценностным освоением мира, – к культуре. Современные аксиологические трактовки склонны усложнять эту схему, дополнительно выделяя цивилизационную сторону в общественном развитии.

Аксиологический подход сложился в рамках целого ряда направлений в западной философии второй половины XIX – первой половины XX века (неокантианство, философия жизни, экзистенциализм, феноменология). Немецкому философу О. Шпенглеру (1880–1936) такое понимание культуры помогло теоретически разграничить культуру и цивилизацию как две параллельные сферы общественной жизни, хотя в гуманитарном знании эти два понятия прежде отождествлялись. В качестве одной из разновидностей аксиологической трактовки в XX веке возникла «теоцентрическая» концепция культуры, объясняющая её происхождение от поклонения сакральным силам, Божеству (Н. А. Бердяев, П. А. Флоренский, Ж. Маритен и др.). Это направление в культурологической мысли отличается иной трактовкой происхождения слова «культура», которое выводится из другого латинского слова – «культ», что означает «почитание».

Аксиологические определения фиксируют одну из важнейших духовных основ культуры, ценностную, но, как правило, сужают границы культуры. Выносится за скобки множество явлений и процессов, обладающих культурной природой: любые другие значения и смыслы помимо ценностей, формирующие мировоззрение; ментальные установки; признанные, но не нормативные образцы поведения; отклоняющиеся (девиантные) модели поведения; разрушительные и кризисные тенденции в культуре. При данном видении культуры встаёт проблема исчезновения культурных оснований множества явлений социальной жизни. Например, если широко известный в истории институт рабства совершенно вычеркнуть из границ культуры как антигуманный с позиции современного человека, то остаются не прояснёнными те общественные нормы и представления, благодаря которым стало возможным его длительное существование.

3. Достаточно близки к аксиологическим нормативные определения культуры, очень распространённые в западной культурной (социальной) антропологии. Согласно данному направлению культура – это социальные нормы, определяющие поведение человека. Культура в таком понимании предстаёт как сумма разных видов приобретённого поведения, основанного на социальных нормах, стандартах, моделях, передающихся от поколения к поколению в рамках определённого общества. К учёным, разделяющим подобную позицию, можно отнести Б. Малиновского, А. Рэдклифф-Брауна, Ф. Боаса, М. Мид и др. Нормативный подход в определённой мере дополняет аксиологический, поскольку включает в область культуры не столько идеальные нормы (ценности), которым в действительности люди могут и не следовать, сколько реально сложившиеся модели поведения.

4. Принципиально иной взгляд на культуру предлагает нам деятельностный подход, достаточно распространённый в отечественной культурологии (Э. С. Маркарян, М. С. Каган, В. Е. Давидович, Ю. А. Жданов и др.). Согласно данной научной позиции, в основе бытия человека лежит деятельность – целенаправленная, орудийная и продуктивная активность. Только человеческая деятельность может быть направлена на совершенно любые цели, которые человек выбирает сознательно, руководствуясь не инстинктами, а разумом и собственными потребностями. Её орудийный характер означает, что только в ходе деятельности человека природные явления и вещи превращаются в систематическое орудие или средство достижения практических целей. Из природных материалов человек создаёт сложные приспособления и машины, помогающие ему вести сельское хозяйство, производить промышленные товары, облегчать бытовые тяготы и т. д. Продуктивность деятельности заключается в достижении совершенно новых, творческих результатов в ходе преобразования природы.

Если всё бытие человека представляет собой деятельность, то культура – это особый способ или технология деятельности человека. Понятие технологии в данном случае применяется не в прикладном смысле (как характеристика производственного процесса), а в общетеоретическом, обозначая исторически изменяющуюся совокупность приёмов, процедур, норм, которые характеризуют уровень и направленность человеческой деятельности в конкретном обществе. Культура задаёт алгоритмы и модели деятельности в различных сферах общественной жизни (экономической, политической, художественной, научной, религиозной и т. д.), выступая способом сохранения, воспроизводства и регуляции всей общественной жизни. Всем этим процедурам, приёмам и нормам деятельности каждое новое поколение обучается вновь, поскольку культура имеет не биологический характер и не передаётся по наследству. В качестве примера одного из классических определений в рамках деятельностного подхода приведём формулировку Э. С. Маркаряна, подытоживающую эти рассуждения. По его мнению, культура представляет собой «специфический способ человеческой деятельности, включающий в себя чрезвычайно сложную и многогранную систему внебиологически выработанных механизмов… благодаря которым стимулируется, программируется, координируется и реализуется активность людей в обществе»10.

Деятельностный подход также является предельно широким по отношению к культуре. Однако в отличие от антропологических определений он проводит различие между социальной и культурной сферами жизни человека и одновременно подчёркивает, что в реальности они составляют трудноразличимое диалектическое единство, представляя как бы две стороны одной «медали» (деятельности человека).

5. Следующий круг определений можно условно обозначить как знаково-символический подход. Под данным наименованием мы объединяем все разнообразные определения культуры, рассматривающие её через категорию «знака» или «символа». Например, семиотические11 определения интерпретируют культуру как систему знаков, либо особую негенетическую «память» человеческого общества, которая кодируется, хранится и передаётся из поколения в поколение с помощью знаков. Под знаком понимается материально воспринимаемый предмет (явление, действие), замещающий в сознании человека другой предмет или представляющий некий смысл, отношение к чему-либо. Знаком может выступать слово, жест или вещь. Поскольку одно и то же слово, жест или вещь могут иметь совершенно различный смысл и связь с другими знаками из-за особенностей сознания и мировосприятия людей, живущих в разных обществах, возникает необходимость «расшифровки» их значений и реконструкции этих смысловых миров, которые и составляют основу различных культур. По мнению Ю. М. Лотмана (1922–1993), зачинателя отечественной семиотики, культура соединяет различные индивидуальности в мыслящее целое, создавая единое коммуникативное пространство, в рамках которого осуществляется не только хранение памяти конкретного человеческого сообщества, но и выработка новой информации.

Родственным семиотическому подходу являются символические определения культуры, наиболее раннее из которых было сформулировано американским антропологом Л. Уайтом (1900–1975), предложившим называть культурой класс предметов и явлений, связанных со способностью человека к символизации и рассматриваемых в экстрасоматическом («внетелесном») контексте. К символическим предметам и явлениям могут относиться слово, каменный топор, отношение к тёще, окропление святой водой и многое другое. Все символы непосредственно связаны с человеком, но изучать их можно по-разному. Когда они рассматриваются во взаимосвязи с организмом человека (в соматическом контексте), они становятся предметом психологии, поскольку выясняются их происхождение и зависимость от особенностей организма человека, его психических реакций. Экстрасоматический контекст предполагает изучение и объяснение класса символических предметов и явлений в их взаимосвязи друг с другом. При таком рассмотрении сфера символического становится независимой системой, функционирующей согласно собственным закономерностям, не зависящим от внешних факторов (биологических, социальных, психологических и др.). Эту систему символов и предлагается именовать культурой. Приведём конкретный пример. Корова представляет собой животное, имеющее собственное анатомическое строение и физиологию, являющееся предметом исследования биологии. Но корова также может иметь сакрально-культовый смысл (в Индии), быть символом, включенным в систему смыслов миросозерцания традиционного индуистского общества. В данном случае она становится элементом культуры.

Семиотическое понимание культуры достаточно близко символическому определению Л. Уайта, разница между ними заключается лишь в материале исследования культурной реальности. Если Л. Уайт рассматривает в качестве культурных «фактов» идеи и отношения, внешние действия и материальные объекты, то семиотика интересуется в первую очередь языком как носителем культуры. Отсюда и своеобразие терминологии семиотики, которая считает единицей культуры «текст» (систему знаков или символов), под которым могут подразумеваться как непосредственно письменный текст (художественное произведение, документ эпохи и т. п.), так и символика художественной картины или, скажем, архитектурного сооружения.

Данные определения обогащают научные представления о культуре, обращая внимание на её знаковую (символическую) «оболочку». Действительно, любые человеческие смыслы, представления, нормы и ценности, формирующие культуру, передаются с помощью специальных знаковых или символических средств передачи информации. Язык, без которого невозможно себе представить ни культуры, ни человеческого общества, представляет собой сложную знаковую систему. Знаковой природой обладают и все остальные культурные явления.

Подводя итог, важно отметить отсутствие общепризнанных универсальных определений культуры. В современной культурологии утвердилось представление о сложности и многомерности этого понятия. Среди учёных господствует мнение о невозможности исчерпывающего объяснения термина «культура» в рамках только одного методологического подхода. Устойчивой тенденцией в научной литературе стали попытки непротиворечивого объединения нескольких подходов в одну концепцию культуры. В качестве рабочего определения хотелось бы предложить формулировку известного американского социолога, русского эмигранта, П. А. Сорокина, рассматривающего в качестве культуры «совокупность значений, ценностей и норм, которыми владеют взаимодействующие лица, и совокупность носителей, которые объективируют, социализируют и раскрывают эти значения»12.

Данное определение удобно тем, что соединяет в себе положительные стороны нескольких подходов (аксиологического, знаково-символического и антропологического). Считая ценности фундаментом любого типа культуры, П. А. Сорокин, помимо них, включает в сферу культуры любые значения и смыслы, пронизывающие социальные отношения между людьми. Идеи, представления, ценности, выражающие внутренний мир человека, как правило, материализуются в конкретных объектах (объективируются) и тем самым становятся всеобщим достоянием (социализируются). Поэтому культура – это и «совокупность носителей» значений и смыслов в виде искусственно созданных вещей. В этом заключается истина антропологического подхода. К примеру, философские и научные идеи воплощаются в напечатанных книгах, доступных для восприятия каждому грамотному человеку. Художественные образы и эстетические идеалы реализуются в живописи, скульптуре, музыке, танцах и т. д.

Данная трактовка подразумевает также проведение границы между культурой и обществом, устраняя некоторую расплывчатость антропологического подхода. Общество и культура – два неразрывно связанных явления, но между ними существуют отличия. Если общество строится на основе разнообразных социальных отношений между людьми (объединение и разделение на группы, кооперация, эксплуатация, управление, подчинение и т. д.) и формирует структуру совместной жизнедеятельности, то культура наполняет социальные формы ценностными ориентирами, смысловыми значениями, нормативными предписаниями, упорядочивая социальное взаимодействие, создавая единый язык общения и понимания между людьми.

Ещё большую точность понятию культуры можно придать, дополнив все предыдущие выводы проведением грани между культурой и феноменом цивилизации, о котором в определении П. А. Сорокина ничего не говорится.

§2. Культура и цивилизация

Рождение понятия «цивилизация» (от лат. civilis – гражданский) произошло в эпоху Просвещения (XVIII в.) практически одновременно с вхождением более древнего слова «культура» в широкое научное словоупотребление. И это далеко не случайно. Новая система ценностей, выдвинутая идеологией просвещения, нуждалась в новых терминах, способных зафиксировать оптимистическую веру европейских мыслителей в безграничные возможности человеческого разума и прогресс человечества. Для подчеркивания особого положения человека в природе как существа разумного, от рождения свободного и способного к творческому преобразованию окружающего мира в соответствии с рациональными идеалами, просветители подбирали разные слова для обозначения одного и того же явления: «второй», искусственной природы, созидаемой человеком. Немецкие просветители выражали этот смысл уже привычным для их родного языка термином «культура», тогда как французские просветители, не имея под рукой подходящего слова, специально ввели понятие «цивилизация». В узком смысле под культурой или цивилизацией подразумевалось состояние высокой просвещённости (образованности и воспитанности) человека. С тех пор сложилось первое отношение между этими двумя понятиями, отношение тождества.

В следующем, XIX веке, первоначальное значение «цивилизации» стало уточняться и приобретать независимый от «культуры» смысл. Заслуга привнесения нового смысла принадлежит американскому антропологу Л. Г. Моргану (1818-1881), который определил цивилизацию как высшую стадию социального и культурного развития, сменяющую более древние этапы, такие как дикость и варварство (соответствующие обществам, не знающим письменности). Л. Г. Морган мыслил в русле эволюционных идей, рассматривая историю человечества как поступательное развитие от более низших стадий к высшим. Ф. Энгельс популяризировал концепцию Моргана, которая приобрела широкую известность. Так понятие цивилизации приобрело одно из своих основных значений, его стали активно использовать историки и археологи. В середине XX в. в западной исторической науке были выделены десять признаков цивилизации, из которых три являются основными: города, монументальная архитектура и письменность. С тех пор за обществами народов далёкого прошлого, обладавшими данными признаками и находившихся на высоком уровне развития, прочно закрепилось наименование «древние цивилизации» (Древний Египет, Древняя Месопотамия и др.). Эволюционный подход и идея Моргана о трёх универсальных стадиях развития человеческой культуры сыграли важную роль в становлении целого ряда эволюционистских теорий культуры, генетически восходящих к идеям эпохи Просвещения. Одна из самых известных среди них учение об общественно-экономических формациях К. Маркса.

Со второй половины XIX в. в качестве альтернативы безраздельно господствующему в умах линейно-стадиальному (эволюционистскому) подходу зарождается теория локальных цивилизаций. Классиками-основателями теории цивилизаций считаются Н. Я. Данилевский, О. Шпенглер и А. Дж. Тойнби. В следующей главе мы рассмотрим подробно каждую из названных теорий. Сейчас же лишь обозначим основные принципы нового подхода к исследованию историко-культурного процесса.

Во-первых, отвергалась идея всеобщего прогресса человечества как «закона» истории. Человечество не представляет собой единого субъекта историко-культурного процесса и не развивается синхронно по одним и тем же стадиям. Реальным субъектом истории являются цивилизации – относительно замкнутые социальные и культурные общности, состоящие из родственных племён или народов. Цивилизация подобно живому организму существует, минуя определённые стадии: зарождения, расцвета, надлома, упадка. При этом в силу экстраординарных условий порядок чередования этапов может нарушаться: возможно движение вспять, или же, наоборот, быстрая гибель цивилизации (А. Дж. Тойнби). Раз человечество не едино, а состоит из асинхронно развивающихся цивилизаций, не существует всеобщего прогресса, движения по одним и тем же универсальным стадиям развития.

Во-вторых, каждая цивилизация имеет локальный и самобытный характер, поскольку представляет собой особый тип культуры. Н. Я. Данилевский именовал цивилизацией высший этап развития локальной культуры (культурно-исторического типа). Близкий смысл вкладывает в понятие цивилизации Тойнби. Он рассматривает цивилизацию как единый организм, основанный на общности культуры, который может объединять несколько национальных государств (например, «цивилизация христианского Запада»).

Иную версию цивилизации предложил О. Шпенглер. Он также считал, что человечество состоит из локальных культур, которые переживают в своём развитии несколько этапов. Однако понятием «цивилизация» он обозначил не этап расцвета культуры, а период упадка. Тем самым немецкий философ впервые жестко противопоставил культуру и цивилизацию как два разнокачественных феномена. Переход от культуры к цивилизации есть переход от творчества и развития к окостенению и инерции. Культура всегда индивидуальна и неповторима, в ее основе – творческий порыв. Цивилизация стремится к равенству, стандартизации и унификации. Культура возвышается над обыденными нуждами людей, она нацелена на высшие идеалы, цивилизация ориентирована на осуществление практически полезных результатов. Признаками наступления периода цивилизации в культуре является развитие индустрии и техники, преобладание городов, интеллектуализация сознания, но деградация духовных ценностей и искусства. Шпенглеровская версия интерпретации цивилизации стала популярна и была развита некоторыми знаменитыми философами XX в., такими как Н. А. Бердяев, Х. Ортега-и-Гассет и др.

Таким образом, многообразие точек зрения в понимании соотношения цивилизации и культуры, сложившихся в истории культурологической мысли, можно свести к четырём позициям:

1. Цивилизация есть синоним культуры.

2. Универсальная стадия общественного и культурного развития человечества, следующая за дикостью и варварством (Л. Г. Морган, Ф. Энгельс и др.).

3. Финальный и высший этап развития локальной культуры, её расцвет. (Н. Я. Данилевский, А. Тойнби).

4. Заключительный этап развития локальной культуры, представляющий собой увядание ее духовных и творческих сил. Цивилизация как противоположность культуре (О. Шпенглер).

В настоящее время в гуманитарных науках сложилось два преобладающих понимания цивилизации. Историческая наука определяет цивилизацию как крупную культурную общность, объединяющую несколько близких народов и стоящую на высоком уровне общественного развития. Данное определение продолжает традицию эволюционного подхода (Л. Г. Морган) или теорию локальных цивилизаций в русле идей Н.Я. Данилевского и А. Дж. Тойнби. Вторая интерпретация цивилизации сложилась в современной культурологии под преобладающим влиянием философских идей О. Шпенглера, на основе их критического переосмысления. Она представляет собой пятую и самую современную (по времени возникновения) интерпретацию феномена цивилизации.

5. Итак, в современной культурологии принято считать, что культура и цивилизация – это разные стороны жизнедеятельности общества, существующие параллельно. Цивилизация – это не определенный этап развития культуры (локальной или мировой), а другой аспект общественной жизни, столь же древний, как и культура. Любое человеческое явление заключает в себе частицу культуры, несёт на себе её отпечаток, но не все, имеющее искусственное происхождение автоматически нужно считать культурными артефактами. Вся область искусственного, созданного человеком, подразделяется на две части: культуру и цивилизацию. Второе понятие олицетворяет собой материально-техническую деятельность общества, ценностно-нейтральную и основанную на принципе практицизма. В эту область включается техника и технические изобретения, продукты промышленного производства, всё, что служит удобству, комфорту материальных условий жизни человека. Ценностная нейтральность означает, что достижения цивилизации сами по себе не несут никаких ценностей, и могут использоваться как во благо, так и во зло. К примеру, атомные технологии могут использоваться для выработки электрической энергии (атомные электростанции) или же для создания самого опасного из современных видов вооружения (атомной бомбы). Интернет может быть ценнейшим источником знаний в качестве международной «копилки» всевозможной информации, а может служить духовной и нравственной деградации, предоставляя свои виртуальные пространства для сомнительной продукции медиа-индустрии.

Культура, в свою очередь, ассоциируется с ценностным освоением мира, духовным развитием, внутренним состоянием человека. Достижения культуры зачастую совершенно не практичны, но не менее важны для полноценной жизни человека (духовные, нравственные, эстетические ценности, шедевры искусства). Культура в отличие от цивилизации явление глубоко индивидуальное и неповторимое, культуры народов весьма непохожи друг на друга, тогда как элементы цивилизации легко заимствуются и могут распространяться в одном и том же виде повсеместно (технологии производства, современные средства связи, интернет и т. д.).

Культурологическое понимание цивилизации не только отрицает тождество культуры и цивилизации, но также отвергает и их резкое противопоставление друг другу.  Современные учёные отмечают, что между культурой и цивилизацией нет непримиримого противоречия, как считал в своё время О. Шпенглер. Культура и цивилизация, несмотря на все различия, органично связаны друг с другом. Более того, цивилизация генетически происходит из культуры, представляя собой отчуждённую от самой себя культуру, воплощённую во внешних, материально-технических и социальных формах. Любое техническое изобретение было когда-то творчески создано человеком, а значит, изначально являлось продуктом культуры. Продуктом цивилизации оно становится потому, что несёт преимущественно практическое предназначение при минимальной ценностной нагрузке. Роль цивилизации заключается в том, что она создаёт условия, избавляющие людей от лишних затрат времени и сил на заурядное выживание. Цивилизация – средство подчинения сил природы человеку и «защитный пояс» от её разрушительных воздействий. Она создает материальные возможности для развития и обогащения культуры, а потому не противостоит ей, но дополняет духовное бытие человека. Факт же частого использования достижений цивилизации против человека, в антигуманных целях, свидетельствует не о порочности самой сущности цивилизации, но скорее о низком культурном уровне человеческого общества.

Для простоты восприятия все выше сказанное можно суммировать в единый метафорический образ. Если социальные отношения (политические, экономические, правовые и т.д.) составляют «тело» человеческого общества, то культура представляет собой его «душу». Цивилизацию же можно определить как внешние «одежды» общества, в которые оно облекается в ходе своего  исторического развития.

Итак, культура представляет собой сложную систему, обладающую многомерностью и множеством внутренних элементов, чем и обусловлено огромное количество её определений. Рассмотрев различные научные определения культуры и соотношение её с другими близкими терминами (общество и цивилизация), мы представили абстрактную модель культуры. Последняя демонстрирует нам лишь общие, универсальные признаки культуры, созидаемой человеком. Если же от научных абстракций вернуться к конкретике и полноте исторической жизни человечества, мы заметим, что в реальности культура разделяется на множество самостоятельных типов культур, существующих в разных географических регионах и имеющих свои оригинальные характеристики. Перед нами сразу встает множество вопросов: сколько типов культур можно выделить в истории человечества, каковы их отличия друг от друга и почему они (отличия) вообще возникли? Ответы на все эти вопросы можно получить, обратившись к проблеме типологии культуры, наиболее подробно разработанной в рамках упомянутой нами ранее теории локальных культур (или цивилизаций).

Литература

  1.  Большаков В. П. Культура как форма человечности. – Великий Новгород, 2000. – 91 с.
  2.  Давидович В. Е., Жданов Ю. А. Сущность культуры. – Ростов-на-Дону, 1979. – 264 с.
  3.  Завершинский К. Ф. Культура и культурология в жизни общества. – Великий Новгород, 2001. – 91 с.
  4.  Культурология: учеб. пособие для студентов высших учебных заведений / под науч. ред. проф. Г. В. Драча. – Ростов-на-Дону, 2005. – 576 с.
  5.  Орнатская Л. А. Понятие культуры в культурной антропологии: некоторые тенденции // Studia culturae. Альманах. – СПб., 2001. – Вып. 1. – С. 9–28.
  6.  Философия культуры. Становление и развитие / под ред. М. С. Кагана и др. – СПб., 1998. – 448 с.

Вопросы для самоконтроля

  1.  Что означало слово «культура» в своём первоначальном смысле?
    1.  Перечислите, какие методологические подходы к определению понятия культуры вы знаете и кратко объясните основные различия между ними.
    2.  К какому из методологических подходов относится определение культуры Э. Б. Тайлора?
    3.  Объясните сущность феномена культуры согласно концепции П. А. Сорокина.
    4.  В чем расходятся современные трактовки «цивилизации» в исторической науке и культурологии?


Глава 3. Типология культуры

Прогресс… состоит не в том, чтобы идти всем в одном направлении (в таком случае он скоро бы прекратился), а в том, чтобы исходить всё поле, составляющее поприще исторической деятельности человечества, во всех направлениях.

Н. Я. Данилевский

В предыдущей главе было отмечено, что культура как социальный феномен вызвала пристальное внимание ученых уже в XVIIXVIII веках. Не только сам термин вошёл в это время в широкое употребление, но и само явление, представшее перед пытливым взором учёных, оказалось наполненным самыми различными противоречиями, требовавшими своего решения. Прежде всего стоит отметить, что в этот период времени начала формироваться археология, сразу же представившая миру свои находки, свидетельствующие о том, что современность имеет свои корни в прошлом, что её особенности, возможно, не случайны. Кроме того, И. Г. Гердер увидел культуру как результат всеобщего развития: от развития природы – к истории и культуре человека. В это же время Вильгельм и Якоб Гримм собирали фольклор разных европейских народов, находя в нём некие глубинные корни, а также выделяя их существенные различия. Всё это медленно, но верно вело к поиску общих типологических черт культуры, свойственных каждой эпохе или каждой локальной культуре. В наибольшей полноте типология культуры получила отражение уже в начале XIX века в теории Н. Я. Данилевского. Более позднее развитие теория типов культур получила в трудах О. Шпенглера, А. Дж. Тойнби и П. А. Сорокина.

§ 1. Теория культурно-исторических типов Н. Я. Данилевского

Николай Яковлевич Данилевский (1822–1885) – естествоиспытатель и философ почвеннического направления13, автор фундаментального историко-философского труда «Россия и Европа» (1869). В настоящее время Н. Я. Данилевский признан основателем теории локальных цивилизаций, поскольку он был первым учёным, сформулировавшим её основные положения, опередив почти на полвека О. Шпенглера, долго считавшегося первооткрывателем цивилизационного подхода. Дело в том, что талантливые идеи Данилевского в своё время не получили широкого распространения, и он был временно забыт.

В своей культурологической теории Данилевский исходил из той посылки, что традиционная периодизация всей истории человечества, разбивающая её на древнюю, среднюю и новую эпохи, совершенно искусственна. Человечество не развивается одновременно во всех регионах по одним и тем же этапам, потому что оно состоит из отдельных племён или народов. Последние и выступают в качестве самостоятельных субъектов истории, понятие же «человечество» – лишь собирательная категория. Жизнь различных народов составляет самобытные культурно-исторические типы (или цивилизации). Они возникают на основе языковой общности одного или нескольких близких друг другу народов. Культурно-исторические типы представляют собой сложные социальные организмы, которые, как и все организмы, когда-то зарождаются, существуют определённое время, испытывают период расцвета, потом стареют и умирают. Соответственно, жизнь каждого из культурно-исторических типов можно разделить на несколько этапов. Данилевский выделил три таких этапа.

1. Этнографический период соответствует «древней истории» культурно-исторического типа. Это подготовительный этап, период юности, на котором собирается запас сил для будущей сознательной деятельности народа. Он может длиться очень долго, тысячелетиями. В это время складываются все основные оригинальные черты племени: язык, мифология, эпос, формы быта, отношение к природе и себе подобным.

2. Второй период в развитии культурно-исторического типа наступает с обретения состояния государственности, когда народ укрепляет своё внешнее существование и становится самостоятельной политической единицей в истории.

3. Период цивилизации – это время расцвета, растраты накопленных творческих сил, когда они проявляются преимущественно в духовной деятельности, но не только в отношении развития науки и искусства, но и в практическом осуществлении национальных идеалов правды, свободы, общественного и личного благоустройства. После пышного, но относительно недолгого, цветения (500–600 лет) культурно-исторический тип дряхлеет и сходит с исторической сцены.

В истории человечества Данилевский выделил десять культурно-исторических типов, достигших стадии цивилизации: египетский, китайский, ассирийско-вавилоно-финикийский (или древнесемитический), индийский, иранский, еврейский, греческий, римский, аравийский (или ново-семитический), германо-романский (европейский). Каждый из перечисленных культурно-исторических типов сыграл свою положительную роль в истории, сделав вклад в общую сокровищницу культуры человечества. Русский народ вместе с остальными славянскими племенами в типологии Данилевского составляет относительно молодой славянский культурно-исторический тип, не достигший ещё состояния цивилизации, потому он не включён в этот список.

Культурно-исторические типы, находящиеся на этнографической стадии, не представляют собой самостоятельных субъектов исторического и культурного процесса. Они не играют ни положительной, ни отрицательной роли в мировой истории. Если культурно-исторический тип порабощён иной цивилизацией, он служит лишь «этнографическим материалом», средством для развития чужой культуры. Он не достигает исторической индивидуальности и не превращается в самобытную цивилизацию. Для него необходимо завоевание политической независимости. Однако это не единственное условие для наступления периода культурного расцвета. Для раскрытия своего внутреннего потенциала цивилизация должна следовать самобытным путём развития.

Среди «законов» развития культурно-исторических типов, выведенных Данилевским, пожалуй, центральную роль занимает следующий: начала цивилизации одного культурно-исторического типа не передаются народам другого типа. Это значит, что попытка замены самобытных начал, лежащих в основе одного культурно-исторического типа началами, составляющими принадлежность к другому культурно-историческому типу, приводит к искажению либо уничтожению всей национальной жизни и превращению самого народа из самостоятельного исторического деятеля в «этнографический материал» для другой народности. Учёный уподобляет этот процесс прививке почки или черенка к дикорастущему растению, которое становится источником развития для привитой почки, но само оно остаётся дичком.

Однако это вовсе не означает, что цивилизации существуют совершенно изолированно. Данилевский лишь критикует механическое заимствование культуры и слепое подражательство, но не отвергает позитивного способа влияния цивилизаций друг на друга. Этот способ он уподобляет влиянию почвенного удобрения на растительный организм или влиянию улучшенного питания на организм животный. Он имеет место тогда, когда цивилизация заимствует для своего роста чужой культурный опыт, который стоит вне «сферы народности» (в эту сферу входят общественное и политическое устройства, быт и нравы, религиозные воззрения, склад мысли и чувств), а также научные знания, технические приемы усовершенствования искусств и промышленности. Подобная культурная преемственность обнаруживается в истории Запада: цивилизация Древней Греции развивалась под влиянием Египта и Финикии, Древнего Рима – под влиянием Древней Греции, в свою очередь культура Греции и Рима послужила материалом для расцвета германо-романской Европы.

Главной идеей культурологической теории Данилевского является понимание прогресса как многолинейного развития. Эта идея была направлена против эволюционистского (линейно-стадиального) подхода к истории и культуре, считающего, что всё человечество развивается по одним и тем же стадиям у разных народов и движется в одном направлении: к одним ценностям и одинаковому образу жизни. Культурное развитие в таком случае представляется как постепенное отрешение от национальных элементов (как «пережитков») в пользу общечеловеческой культуры. Но что имеется в виду под феноменом общечеловеческой культуры (цивилизации)? Мыслители прошлого и современности, разделяющие позицию эволюционистского подхода, как правило, являются западниками. Поэтому в качестве общечеловеческих в данном случае берутся начала лишь одной цивилизации – европейской. Такая позиция представляет собой не что иное, как европоцентризм, убежденность в политическом, экономическом и культурном превосходстве Европы перед остальным миром. Следуя логике, Данилевский сделал вывод о том, что подобная точка зрения может исходить лишь из стремления Европы предписывать зависимым от неё народам собственные, но не свойственные им цели и идеалы.

В итоге, проблему соотношения национального и общечеловеческого в культуре Данилевский решает по-иному. Нет такой цивилизации, ни прошлого, ни современности, которые могли бы считаться высшей точкой развития человечества. Каждая цивилизация в истории имела достижения в тех видах деятельности, к которым склонны были народы, её составляющие. При этом наибольшие результаты проявляются, как правило, только в одном виде деятельности. Древние греки дошли до предела совершенства в идее красоты и поэтому они подарили миру искусство, которое стало достоянием всего человечества (хотя помимо этого, они развили науку и философию). Системой гражданского права и политической организацией государства обогатила человечество древнеримская цивилизация; религиозной идеей монотеизма (веры в единого Бога) – древнееврейская цивилизация. Наиболее существенными результатами германо-романской (европейской) цивилизации стало развитие естествознания (аналитического изучения природы) и промышленности. Таким образом, человечество в целом развивается, проявляя выдающиеся достижения и результаты в различных видах деятельности, не синхронно и в одном месте, но разновременно и разноместно. Одна цивилизация не может вместить в себя все достижения человечества, так же как один человек не может быть виртуозом во всём. Видимый же прогресс и превосходство Европы, наблюдаемые в последние века развития человечества, связаны с отсутствием разрывов в преемственности её культуры в отличие от истории культур Востока.

Отсюда следует, что единственным реальным путём всеобщего прогресса человечества может быть только развитие в границах собственных самобытных цивилизаций. Выражаясь языком Данилевского, «прогресс… состоит не в том, чтобы идти всем в одном направлении (в таком случае он скоро бы прекратился), а в том, чтобы исходить всё поле, составляющее поприще исторической деятельности человечества, во всех направлениях»14. А коли так, то общечеловеческой цивилизации не существует. Желать же быть общечеловеческим, значит – довольствоваться невозможной неполнотой (общим местом, отсутствием оригинальности). Идеалом человечества может быть не обще-, а «всечеловеческая цивилизация», достижимая последовательным или совместным развитием всех культурно-исторических типов.

Центральной темой теории локальных цивилизаций Данилевского выступает также проблема культурного самоопределения России и судеб славянского культурно-исторического типа в целом. Основным тезисом, проходящим через всю его книгу, является утверждение, что Россия и Европа принадлежат к различным культурно-историческим типам, а значит, следуют разными историческими путями. Чтобы раскрыть свои творческие культурные силы, славяне должны образовать самобытную цивилизацию. Для этого необходимо создание свободной политической федерации всех славянских народов, куда Данилевский планировал включить западно-славянские народы, живущие под владычеством Турции (Балканы) и Австро-Венгерской империи. Предоставление порабощённым славянам политической независимости и отвоевание Константинополя у турок в качестве столицы всеславянской федерации Данилевский считал наиболее справедливым решением восточного вопроса. Славянскому культурно-историческому типу русский мыслитель отводил особую роль в будущих судьбах мира. Он питал надежду на то, что объединённое славянство впервые в истории представит синтез всех сторон культурной деятельности (религиозной, научной, художественной, политической и экономической). При этом особенно оригинальной чертой его должно стать решение общественно-экономической задачи.

Отметим, что научные прогнозы русского мыслителя продемонстрировали его удивительную прозорливость в предупреждении русской общественности о губительности «европейничанья» и механического заимствования западных социально-политических идей и порядков. С другой стороны, его панславистская идеология оказалась нереалистичной. История показала правоту его оппонента К. Н. Леонтьева15, заметившего ещё в XIX веке отрыв западно-славянских народов от общих c русской нацией культурных корней, их тяготение к западной (германо-романской) цивилизации. Историческая задача славянства, как её видел Данилевский, остаётся и по сей день невыполненной.

§ 2. Культурологическая концепция О. Шпенглера

В конце XIX – начале ХХ века немецкий теоретик Освальд Шпенглер (1880–1936) подвел некий итог развитию европейских культурологических взглядов. Он стал основоположником теории локальных культур в западно-европейской научной мысли. Бывший учитель математики в одной из гимназий Мюнхена, он долго и с интересом занимался гуманитарными дисциплинами. Перед началом первой мировой войны, в 1913 году, он оставляет педагогическое поприще, запирается в своей маленькой квартире и обрекает себя на четырёхлетнюю изоляцию от внешнего мира. Итогом этого научного «иночества» стала книга «Закат Европы», первый том которой вышел в 1918, а второй появился в 1922 году. Благодаря этому труду никому не известный учитель математики превратился в известнейшего философа культуры Европы и мира. Его книга вызвала сенсацию сначала в Германии, а затем в других странах Европы.

Трудно сказать, был ли знаком Шпенглер с книгой «Россия и Европа» Данилевского. Скорее всего, по европейским традициям высокомерия («Азия начинается в Польше»), нет. В любом случае, если два исследователя независимо друг от друга приходят к одному и тому же – это можно рассматривать как элемент истинности.

В концепции Шпенглера мировая история – особенная временная реальность, в которой независимо друг от друга возникают, живут и умирают отдельные культурные организмы. Каждая культура живёт своей особой жизнью, которая подобна жизни человека. Культура рождается, развивается, достигает зрелости, стареет и умирает. Причём культурные организмы замкнуты и взаимно непроницаемы. Продукты умершей культуры могут стать достоянием другой культуры, но они никак не могут повлиять на её содержание.

Сам Шпенглер постоянно держит читателя в смысловом напряжении и всячески оттягивает точное определение культуры. Вообще, это первый мыслитель в традиции немецкой академической скрупулёзности, который вводит в научное изложение элемент интеллектуальной интриги, пытается свести воедино стили научной монографии и художественного эссе. Он лишь характеризует культуру как:

1) некий организм – с целью показать её целостность;

2) личность, чтобы указать на её индивидуальное своеобразие;

3) художественное произведение – с целью выразить мысль о наличии в ней общей цели и общего стиля. Сама же сущность культуры – неразрешимая загадка.

В процессе изложения материала Шпенглер выявляет содержание культуры через набор следующих символических понятий.

«Жизнь» – источник энергии культуры, непрерывный инстинктивный порыв к действию.

«Прадуша» – неосознанная, смутная жажда культуры реализовать себя в мире.

«Одухотворённое тело» – таинственная сила, побуждающая человека к созданию культуры.

«Цивилизация» – одно из центральных понятий концепции Шпенглера. Он был первым из европейских исследователей, кто вложил в этот термин негативный, противоположный культуре смысл. Цивилизация для Шпенглера – это умерщвление культурной жизни, процесс не просто умирания культуры, а этап её агонии, высыхания, выхолащивания, превращение культуры в мёртвое нагромождение сделанных человеческим трудом вещей.

Всего в поле рассмотрения Шпенглера входит восемь культур: египетская, вавилонская, индийская, китайская, аполлоновская (античная), арабская (магическая), мексиканская, фаустовская (западная). В своём труде он наиболее пристально рассматривает античную, западную и арабскую культуры.

Каждая культура, по мнению автора, несёт в себе свою особую идею, особый вариант борьбы жизни со смертью, духа с материей.

«Культура – это тело, в которое облекается душа»16 – всякая культура – целостный организм, вся жизнедеятельность которого подчинена единому началу. «Существует глубокое сходство между политической и математической структурами одной и той же культуры, между религиозными и техническими воззрениями, между математикой, музыкой, пластикой, между хозяйственной и познавательными формами»17.

Сердцевина каждой культуры – её мировоззрениесимволическое выражение идеала, который она стремится воплотить в действительность. Символика в культуре носит чувственно-пространственный характер. Она определяет:

1) как воспринимают мир люди в данной культуре;

2) каким они хотят его видеть;

3) что он значит для них.

Мир культуры – это мир, соотнесённый с определённой душой. В основе мира культуры лежит прасимволспособ представления окружающего мира (ландшафта) культуры в его пространственной протяжённости. Прасимвол культуры кроется:

1)  в нормах этики;

2)  формах государства и права;

3)  религиозных культах и мифах;

4)  художественных стилях литературы, живописи, музыки;

5)  основных понятиях философии и науки.

Сам же прасимвол «непостижим» и «неосуществим». Его нельзя изложить в словах, так как язык и формы познания сами суть производные от него символы. Прасимвол отражается в образе, задаваемом культурой.

Прасимвол египетской культуры – дорога.

Все элементы культуры Египта, по Шпенглеру, пронизаны идеей пути. Жизнь древнего египтянина – полная решимости поступь странника, движущегося в раз и навсегда заданном направлении. Всё в этой культуре отражает идею дороги. Пирамида – гигантский треугольник стрелки, указывающей конец пути.

Дорога – символ движения не только в пространстве, но и во времени. Поэтому египтянин несёт в себе память о прошлом и заботу о будущем. Египетская культура проникнута идеей долговечности.

Прасимвол аполлоновской (античной) культуры – ограниченное материальное тело.

Для античного грека реальны только тела – обозримые, осязаемые, cуществующие здесь и теперь. Для грека нет пустого, чистого, не содержащего в себе ничего пространства. Вся античная культура – архитектура, музыка, литература, религия, физика, математика – телесна, пластична осязаема. Именно поэтому, по Шпенглеру, греки не знали отрицательных чисел, все числа, формулы должны быть осязаемы, телесны, пластичны, статуарны. Даже Космос, вселенная – тоже особое тело.

Греческая душа не выносит вида открытой дали, простора, лишённого определённых видимых границ. Поэтому античные люди не любят странствовать, ходят в море, не теряя из вида берегов. Полисы – города-государства – обозримые, осязаемые тела. Родина – это то, что можно обозреть с крепостных стен своего города. Поэтому Греция никогда не была единым государством (ведь его нельзя увидеть).

Даль пространства напрямую зависит, с точки зрения Шпенглера, от ощущения времени. Античный человек живёт, по существу, только настоящим. У него нет интереса ни к прошлому, ни к будущему. Античный человек антиисторичен. Он не ведет строгого отсчёта времени (исчисление по олимпиадам – фиксация лишь события, а не места его в истории), не заботится о сохранении документов, не пишет летописей и мемуаров, не любит и не знает что такое забота о прошлом, что такое история как процесс. Его реальность – видимый статуарный, пластический мир.

Прасимвол арабской (магической) культуры – мир-пещера.

Стоит сразу оговориться, что под арабской культурой Шпенглер менее всего понимал культуру арабов. Это, наверное, самый интересный культурный организм в концепции Шпенглера. Под арабской культурой Шпенглер подразумевал культуру поздней античности, Византийскую культуру, культуру Сасанидского Ирана, раннее западное средневековье, ну, и собственно культуру Арабского Халифата. Что же, по мнению Шпенглера, объединяло эти столь непохожие культурные образования? Идея прасимвола как «мира-пещеры» нашла своё выражение в изобретении арки и купола. Первое купольное сооружение в Риме – Пантеон был построен архитектором-сирийцем. И это, по Шпенглеру, один из главных показателей того, что Римская Империя, начиная с III века, не античная, а уже часть арабской культуры. Если античный храм или любое другое здание строилось в расчёте на то, что им будут любоваться снаружи, то купольное сооружение изначально задумывается как внутреннее пространство. Светлые, парящие над стройными колоннами арки и купола символизируют магическое освобождение от телесной тяжести и придают пространству неопределённую призрачность. Возникает впечатление «утраты вещественности», а применение мозаики и фресок усиливает его. Позднее мусульманский запрет на изображение человека приводит к развитию искусства арабески, запутанные узоры которых лишают телесности то, что они покрывают. Замкнутый мир купола-пещеры представляется полным тайн и загадок, он возбуждает фантазию и мистические настроения.

Магическое время не циклично, как в античности, но конечно. Отсюда более явственно видится связь прошлого и настоящего с будущим. Здесь существует сочетание историчности с некоей фатальностью, с надвременным божественным миром вечности. История конечна, а поэтому она имеет смысл, ибо каждое событие в истории, каждое действие человека получает оценку через призму вечности. Да и само пространство купольного сооружения – храма или мечети – символизирует борьбу добра и зла, света и тьмы, храм олицетворяет душу человека. Этот стиль мировоззрения, по Шпенглеру, рождает такие сферы деятельности, как алхимию, астрологию, алгебру, которые культивируются в арабском мире, а потом попадают в мир европейцев.

Прасимвол фаустовской (западной) культуры – бесконечность.

Зародившаяся на просторах Северной Европы душа этой культуры постоянно устремлена вдаль. Создаётся впечатление, что Шпенглер стремится опровергнуть тезис об античности как колыбели европейской культуры. Он постоянно подчёркивает чуждость античного мировосприятия европейскому и наоборот. Европейской культуре нужны воля и выход за пределы видимого. Всякие границы стесняют её, она не может останавливаться на достигнутом. Отсюда обуревающая европейцев жажда путешествий, поиска новых земель, новых впечатлений, новых сфер приложения сил. Постоянные войны, оккупации, крестовые походы, Магелланово кругосветное путешествие, создание всемирной Британской империи – всё это свидетельствует о безудержной тяге к всё большему расширению и подчинению окружающего пространства. Эта тяга побуждает европейцев изобретать телескоп и микроскоп, придумывать пароход и автомобиль, строить нацеленные ввысь готические соборы.

Наука, созданная европейцами, тоже строится на идее бесконечности. Такова декартова физика с её безграничным эфиром, классическая механика Ньютона с её картиной безграничного пространства, в котором движется бесконечное количество атомов. Сюда же можно отнести европейскую математику бесконечно малых величин, бесконечных рядов, бесконечных множеств. Идеей бесконечности пронизаны и грандиозные философские системы Гегеля, Шеллинга и других философов.

В сознании западного человека проблема пространства органично связана с проблемой времени. Время здесь бесконечно. Бесконечность времени мыслится как возможность бесконечного движения вдоль изображающей его числовой оси. В связи с этим западный человек не мыслит себя без тщательного измерения времени. Именно в Европе появились механические часы, и они стали символом западной культуры, символом убегающего времени, делающего всё временным. Ритм времени настолько быстр, что по существу есть только прошлое и будущее, настоящее невозможно уловить. Отсюда и название культуры по имени героя Гёте Фауста – «Остановись мгновенье, ты прекрасно». Западный человек изнемогает под гнётом ритма времени, он стремится вырваться из бега времени, из настоящего к прошлому и будущему как к ставшему и перспективному, а поэтому стабильному. В этом кроется интерес к прошлому – создание музеев, коллекций антиквариата, развитие археологии, мемуаристике, а также к будущему – популярность литературного жанра – научной фантастики, развитие футурологии.

Такова, с точки зрения Шпенглера, сущность европейской цивилизации.

Своей нестандартной для европейца концепцией, уничтожающей критикой европоцентризма и западных ценностей Шпенглер снискал колоссальную известность в мировом научном сообществе, утвердил полифоничность подходов в изучении культуры и на долгие годы задал моду на смелость и своеобразие как в принципах исследования, так и в специфике изложения исследованного. Он доказал возможность соединения серьёзного, сложного исследования с увлекательностью, ясностью и доступностью изложения непростого материала.

§ 3. Цивилизационная теория А. Дж. Тойнби

Британский историк и культуролог Арнольд Джозеф Тойнби (1889–1975) является последним среди известных представителей теории локальных культур, наряду с Н. Я. Данилевским и О. Шпенглером, однако, при всей внешней схожести его концепции с идеями этих учёных, она всё же существенно отличается от них. Свою концепцию Тойнби изложил в фундаментальном труде «Исследование истории», 12 томов которого вышли в период с 1933 по 1961 год. Его труд является весомым достижением в мировой науке хотя бы потому, что Тойнби написал обобщающую работу в эпоху моды на узкоспециальные труды в гуманитарной сфере и уже этим резко контрастирует со своими коллегами «по цеху».

Основу концепции Тойнби составляет принцип существования в мировой истории отдельных цивилизаций. И уже здесь Тойнби отличается от Шпенглера тем, что он не разделяет культуру и цивилизацию. Если у Шпенглера эти понятия были антонимами, то у Тойнби они – синонимы. Более того, понятию цивилизации Тойнби отдаёт предпочтение перед понятием культуры. Если Шпенглера не интересовали никакие другие культуры, кроме выделенных им восьми, то Тойнби стремится охватить все ему известные цивилизации. В начале своего труда он насчитывает 21 цивилизацию, затем в процессе исследования доводит их число до 37, однако к концу своего труда говорит лишь о семи доживших до нашего времени цивилизаций. Это западная; православная; индуистская; китайская; дальневосточная; иранская и арабская цивилизации. Остальные признаны Тойнби «мёртвыми» обществами. Цивилизации отличаются друг от друга не только своей обособленностью, но и способностью передать своё наследие последующим культурным образованиям. Одни цивилизации никак не связаны ни с предшествующими, ни с последующими им во времени (египетская, китайская), другие образуют цепочки родственных цивилизаций (критская (минойская) – эллинская – западная). Однако в таких цепочках может быть не более трёх звеньев. Географические области, занимаемые какой-либо цивилизацией, подвержены изменениям, но нет ни одной цивилизации, которая бы охватила всё человечество и распространилась на всю обитаемую землю. По Тойнби, всемирная история и есть история различных цивилизаций, сосуществующих друг с другом. «Длительность существования отдельной цивилизации больше, чем срок жизни любой отдельной нации, но в тоже время меньше срока, отпущенного человечеству в целом»18.

Однако сам Тойнби не претендует на новый подход в исследовании цивилизации, он лишь оставляет за собой новизну в исследовании зарождения цивилизации и смены одной цивилизации другой.

Согласно его концепции перед любым социумом стоит ряд жизненных трудностей: природных, социальных, политических, военных, совокупность которых составляет так называемый «Вызов». Если общество избегает вызова и ищет выгодных для себя условий проживания, то оно остаётся на примитивном, первобытном уровне, и цивилизация не возникает. Если же общество принимает «Вызов» и пытается на него реагировать, то внутри этого общества возникает разделение на две неравные части: творческого меньшинства и большинства. Творческое меньшинство генерирует идеи по наиболее эффективной реакции на «Вызов» и предлагает их большинству, которое в свою очередь подражает меньшинству и принимает эти идеи. Из совокупности идей и подражания возникает адекватный «Вызову» «Ответ» и зарождается высокий культурный организм – цивилизация. Она проходит фазу «Возникновения» и вступает в период «Роста», который питается «Жизненным порывом», возникающим из-за существования «Вызова». Причём в отличие от Шпенглера Тойнби не фаталист, по его мнению, в случае наличия постоянного адекватного «Ответа» на «Вызов» развитие цивилизации теоретически возможно неопределённо долго. Однако жизнь реальнее теорий. Как же происходит гибель или смена цивилизации? В случае, если Творческое меньшинство перестаёт генерировать идеи, оно теряет свой авторитет и пытается его поддерживать искусственно за счёт «замораживания» существующего положения, за счет установления авторитарного, либо военно-полицейского режима. Из-за этого оно из творческого вырождается в господствующее меньшинство. Большинство, не получая идей, вырождается во внутренний пролетариат – социальную массу, ведущую пассивно-паразитический образ жизни, склонную к бунтам и революциям и сдерживаемую только военной силой. Между Господствующим меньшинством и Внутренним пролетариатом возникает ценностная пропасть, которую Тойнби именует «Надлом». В связи с этим «Жизненный порыв» иссякает и сменяется «Истощением жизненных сил». Это в свою очередь приводит к процессу «Упадка», а затем и «Разложения» цивилизации, а затем к последующей её гибели.

Но каким образом одна цивилизация сменяет другую? Тойнби считает, что на границах цивилизации живут примитивные общества, которые являются частью «Вызова». Тойнби называет их Внешним пролетариатом. Он отличается от обычных примитивных обществ длительностью жизни на границах цивилизации и, как следствие, желанием жить и быть её частью. Пока цивилизация сильна и в состоянии давать «Ответ» на «Вызов», эти народы остаются на её границах. После ослабления цивилизации Внешний пролетариат вторгается в её организм и соединяется с внутренним пролетариатом. Вместе они ликвидируют господствующее меньшинство. Из этого соединения возникает новое творческое меньшинство, которое начинает разрабатывать и генерировать новые идеи, а вновь образованное большинство начинает их воспринимать и подражать. Это приводит к возникновению нового адекватного «Ответа» на «Вызов» и возникает новая цивилизация.

§4. Теория социокультурной динамики П. А. Сорокина

Теория локальных культур Питирима Александровича Сорокина (1889-1968), достаточна близка цивилизационному подходу Н.Я. Данилевского, О. Шпенглера и А. Дж. Тойнби. В основе его оригинальной культурологической теории лежит концепция трёх видов «культурных суперсистем». Последний термин учёного эквивалентен понятию «цивилизация» в теориях локальных культур Н. Я. Данилевского и А. Дж. Тойнби, правда, с некоторыми оговорками. Особенность концептуальных построений Сорокина заключается в том, что выделяемые им типы культур не имеют привязки к конкретному культурному региону. На основе широкого историко-культурного материала он выводит некие абстрактные универсальные стадии в историческом развитии общества и культуры, применимые по его мнению равно как к Западу, так и Востоку. Поэтому теорию Сорокина принято называть теорией социокультурной динамики. Иными словами говоря, эта теория выделяет разные типы культур, описывая процесс смены состояний в одном и том же обществе.

Первичной функцией культуры, её основным предназначением является познание объективной реальности. Все формы культурно-социальной жизнедеятельности делятся на два класса. Первые направлены на осмысление самой «реальности» (религия, философия, наука), вторые – на осмысление и регуляцию социальной реальности, которая формируется на основе представлений о первичной реальности. Второй класс форм культуры составляют мораль, право, искусство, техника, экономика, политика.  Каждая из них выполняет важную социальную функцию.

Все выше перечисленные элементы культуры не существуют в обществе разрозненно, а соединяются в более крупные единства, так называемые «культурные суперсистемы». В каждой суперсистеме существуют базовые посылки и верховные принципы, касающиеся того, что считается в ней реальностью в последней инстанции и высшей ценностью. На этот вопрос может быть три ответа. Ответ определяет какие из первичных форм культуры доминируют в обществе (религия, философия или наука).

Первый ответ предполагает господство религиозного мировоззрения. Истинной реальностью и главнейшей ценностью является сверхчувственный Бог. Культурная суперсистема, основанная на этом принципе, называется «идеационной». К этому типу культуры относится прежде всего средневековая европейская культура. Все сферы, институты и нормы данного типа культуры пронизываются религиозным отношением к бытию. В духовной жизни расцветает мистика, в сфере мысли – теология, в политике – теократия. Даже экономика регулируется религиозными предписаниями. В искусстве широко распространяется строительство храмов и монастырей, изображение икон, священных сюжетов и символов. Идеалом человека становятся святые, монахи, аскеты. Поскольку всю познавательную энергию идеационная культура сосредоточивает на изучении Царства Божьего и реализации его ценностей в земной жизни, другой её характерной чертой является отсутствие крупных достижений в области науки и техники. Поскольку аскетическое отношение к жизни становится идеалом, комфорт и удобство материальных условий существования обесцениваются в рамках данного типа культуры.

Постепенно процесс обесценивания всего земного и материального доходит до определённого предела, когда «маятник» культуры начинает клониться в противоположную  сторону. Происходит реабилитация всего «земного», материальных ценностей и потребностей человека. Культура преобразуется в принципиально иной тип – «чувственную» культуру, где объективной реальностью считается материальный и чувственно воспринимаемый мир. Всему, что не возможно увидеть, ощутить и воспринять непосредственно, отказывается в статусе реально существующего.

Однако постепенное возрастание значений чувственных ценностей и одновременно упадок влияния идеационного мировоззрения может привести к их слиянию в промежуточный тип культуры между идеационной и чувственной. Отличительной особенностью «идеалистической» культурной суперсистемы, рождающейся в качестве подобного компромисса между противоположными принципами, является одинаково равная ориентация на как на ценности Неба, так и Земли. Это наиболее сбалансированная культурная система, которая гармонично объединяет в себе религиозную, чувственную и рациональную истину. На передний план культурного творчества выходит философская мысль и изящные искусства, порождая произведения, жанры и стили, которые в последующие времена именуются классическими (например, философские системы Платона, Аристотеля, Фомы Аквинского). К данному типу культуры Сорокин относит западноевропейскую культуру XIII-XIV столетия, а также древнегреческую культуру V-IV вв. до н. э.

Современная западная культура представляет собой чувственный тип. Согласно Сорокину формирование чувственной культуры началось в Европе в XVI веке и достигло своего апогея к середине XX века. В чувственной культуре невиданных высот достигает научное и техническое развитие общества. Однако религиозные, духовные и нравственные ценности, философские истины в рамках такой культуры переносятся на периферию. Ценностная основа культуры складывается вокруг повседневной жизни в реальном земном мире. В итоге, как и многие другие предшествующие ему ученые, П. А. Сорокин приходит к печальной констатации кризиса современной западной культуры. Он замечает, что разрушение традиционных ценностей идеационной средневековой культуры привело к духовной деградации человека в эпоху Новой и Новейшей истории Европы. Однако в отличие от своего яркого предшественника О. Шпенглера, ученый рассматривает этот кризис не в качестве окончательного и бесповоротного «Заката Европы», но как необходимый этап, ведущий к зарождению новой идеационной культуры. Кризис возможно преодолеть с помощью нового мирового порядка с помощью установления плодотворного, комплиментарного (взаимодополняющего) диалога между культурами Запада и Востока. Запад должен отстранится от чувственных псевдоценностей и «идеализировать» свое мировосприятие, Восток – обратиться к решению материально-цивилизационной отсталости собственных стран. Путём творческого сотрудничества два сосуществующих типа культурных суперсистем смогут преодолеть внутренние противоречия и построить более гармоничный мировой культурный порядок.

Таким образом, мы может заключить, что сторонники теории локальных культур дали новые концептуальные подходы к изучению накопленного человечеством опыта и сделали попытку преодолеть узость европоцентристских воззрений в оценке развития мировой культуры. При несомненной близости базовых идей и взглядов Н. Я. Данилевского, О. Шпенглера, А. Дж. Тойнби и П. А. Сорокина, каждый из этих ученых был оригинален и внес что-то новое в понимание проблемы типологии культур. Это несомненно обогатило как саму культурологию, так и мировую науку в целом, предложив ей широкое поле для дальнейших исследований культуры как сложной системы.

Литература

  1.  Балуев Б. П. Споры о судьбах России: Н. Я. Данилевский и его книга «Россия и Европа». – Тверь, 2001. – 415 с.
  2.  Данилевский Н. Я. Россия и Европа. – СПб., 1995. – 514 с.
  3.  Гречко П. К. Концептуальные модели истории. – М., 1995. – 144 с.
  4.  Тойнби А. Постижение истории. – М., 2001. – 638 с.
  5.  Шпенглер О. Закат Европы. – Новосибирск, 1993. – Т. 1. – 592 с.
  6.  Сорокин П.А. Социальная и культурная динамика. – СПб., 2000. – 1054 с.

Вопросы для самоконтроля

  1.  Что такое «культурно-исторический тип» и какие периоды в своём развитии он переживает (по Н. Я. Данилевскому)?
  2.  Как вы думаете, каким образом Н. Я. Данилевский мог бы трактовать популярное ныне выражение «общечеловеческие ценности»?
  3.  Объясните феномен «надлома» в цивилизационной теории А. Дж. Тойнби.
  4.  Сколько цивилизаций насчитывал А. Дж. Тойнби в середине своего труда «Исследование истории»?
  5.  Чем отличается понимание «цивилизации» в культурологической теории О. Шпенглера от представлений Н. Я. Данилевского и А. Дж. Тойнби?
  6.  Дайте описание чувственного, идеационного и идеалистического типов культур согласно теории П. А. Сорокина.

Глава 4. Структура и функции культуры

Культура имеет отношение не к счастью человека, а к его достоинству и призванию, не в удовлетворении потребностей, а в творчестве, в познании, в служении высшему творится культура.

Г. П. Федотов

Всякая система обладает определённой структурой. Культура представляет собой сложную систему c большим количеством элементов, поэтому построение её структуры является столь же непростой задачей, сколь проблематичной была выработка определения культуры и рассмотрение её типологии. Однако уже теоретическое моделирование типов культур, как видно из предыдущей главы, требует выделения в системе культуры элементов, составляющих её сущность и образующих одновременно неповторимый облик каждой культуры. Поэтому данная глава посвящена целиком этой проблеме, а также вопросу о функциях, выполняемых культурой в обществе.

§ 1. Структура культуры

Говоря о структуре культуры, мы имеем в виду, что устойчивые элементы культурной системы (нормы, образцы, ценности, а также виды и формы культуры) находятся в определённом соотношении и взаимодействии между собой, обеспечивая стабильность социокультурной системы, её воспроизводство, возможность трансляции культурного опыта. Структура культуры и социальная структура не совпадают, но, безусловно, взаимосвязаны. Современные исследователи отмечают тенденции возрастания воздействия культуры на все сферы социальной жизни. Именно в культуре находят эффективные инструменты для объяснения процессов, происходящих в том или ином обществе.

Культура может быть структурирована по различным основаниям.

1. По субъекту-носителю (см. рис. 1) культуру подразделяют на культуру всего человечества на данном этапе его развития (№ 1), культуру социальной общности (№ 2), отдельного коллектива (№ 3) и культуру личности (№ 4).

                           1           2         3            4

Рис. 1. Структура культуры по субъекту-носителю

Приведённая схема является условным отражением данного деления и в действительности должна быть гораздо более подробной, но она демонстрирует специфику взаимосвязей субъектов культуры. Под социальной общностью можно понимать государство, народ, город, деревню, племя и т. д.; коллективами являются, например, семья, профессиональные объединения, кружки по интересам.

Кроме того, в рамках определённого общества иногда выделяют доминирующую культуру, а также взаимодействующие с ней различные субкультуры. Господствующей или доминирующей называется культура, которая постоянно воспроизводит себя на протяжении многих поколений через традиции, нормы, ценности, верования, виды и характер деятельности (см. № 2 на рис. 1). Она может быть национальной или этнической в зависимости от того, насколько сложно организовано и многолюдно данное общество. Этническая культура – это совокупность черт культуры, касающихся преимущественно обыденной жизнедеятельности, бытовой культуры. Она включает обычаи, ценности, орудия труда, постройки, одежду, пищу, средства передвижения, виды народного искусства. Этническая культура – это культура людей, связанных между собой общностью происхождения и совместно осуществляемой хозяйственной деятельностью.

Если этнос составляет социокультурную общность, то нация обозначает территориальное, экономическое, лингвистическое и психологическое объединение людей, имеющих политическую организацию. Нередко в структуру национальной культуры входит несколько этнических. Например, американская национальная культура включает ирландскую, итальянскую, немецкую, китайскую, японскую, мексиканскую, русскую и другие этнические культуры. Национальная культура не сводится к механической сумме этнических культур. Она имеет нечто сверх того: собственные черты, возникшие тогда, когда представители этносов осознали свою принадлежность к новой нации, территории расселения, общенациональному языку, традициям и символам.

Поскольку общество состоит из множества групп, например, демографических, профессиональных, постепенно у каждой из них формируется собственная культура, т. е. формы деятельности, система ценностей и норм поведения. Такие подсистемы культуры называют субкультурами (см. № 3 на рис. 1). Примером могут служить городская и сельская субкультура, молодёжная субкультура, субкультура детства, объединения ролевиков, хиппи, рокеров, байкеров и т. д. Это часть общей культуры нации, в отдельных аспектах отличающаяся от целого (например, в их месте в мире, а значит, и доминирующей деятельности, во взглядах на жизнь, манерах поведения, причёске, одежде, обычаях), но в главных чертах согласующаяся с доминирующей культурой. Среди субкультур выделяют контркультуры, которые не просто отличаются от доминирующей культуры, но противостоят ей, находятся в конфликте с господствующими ценностями.

Ядром любой культуры является личность (см. № 4 на рис. 1). Но исходную точку культуры следует искать не внутри физической или психической структуры человека как такового, а в межчеловеческом взаимодействии. В XIX веке с возникновением социальной антропологии человека стали рассматривать как биосоциальный феномен, в котором сочетаются два начала: природное и социальное. В качестве примера можно вспомнить случаи, когда дети в раннем возрасте попадали в силу ряда обстоятельств в естественно-природные условия и на долгое время были изолированы от социального влияния себе подобных, не испытывая воспитательно-образовательного воздействия со стороны человеческого общества. В результате в структуре их психики происходили необратимые процессы, и приобщить их к полноценной человеческой жизни было трудно, либо практически невозможно. С одной стороны, человек – продукт общественных отношений, существующих объективных обстоятельств, а с другой – субъект их изменения, активный, творческий преобразователь.

Таким образом, центральным звеном культуры является отдельная личность. При этом необходимо различать понятия: индивид – индивидуальность – личность. Индивид – это человек, один из многих, первоатом общества, т. е. отдельный представитель какого-либо социального целого. Индивидуальность – это неповторимость человека, которая может быть как врождённой, так и приобретённой. Личность же выражает себя в продуктивной деятельности, через которую воплощаются её творческие возможности, умения, навыки. Личности присущи следующие качества: разумность, ответственность, воля, свобода, личное достоинство и совесть. Личность имеет сложную структуру, в которую принято включать потребности, интересы, цели, идеалы, черты характера и т. д. Особое значение приобретает система ценностей, ведь именно их совокупность и является культурой, поэтому духовное измерение личности неразрывно связано с ней.

2. По характеру в структуре культуры выделяются две области: специализированная и обыденная культура (за основу взята модель Э. А. Орловой19). В рамках каждой из них представлены три блока: организационный, познавательный и трансляционный (табл. 1).

Таблица 1

Специфика специализированной и обыденной культуры

Функциональные

блоки

Специализированная

культура

Обыденная

культура

культурные аспекты социальной организации

хозяйственная, политическая, правовая культура

домашнее хозяйство,

межличностные отношения, мораль

социально значимое знание

религиозная, художественная, философская, научная культура

суеверия, обыденная эстетика, «народная мудрость», практическое знание

каналы трансляции

культурного опыта

образование,

средства массовой информации

передача культурного опыта посредством межличностного общения, игры, слухов, советов, обрядов.

Данная модель позволяет выявить соотношение универсальных и специфичных характеристик в строении определённой культуры. Обыденную культуру человек осваивает в процессе повседневного общения, т. е. через семью, друзей, одноклассников, соседей и т. д., через образцы деятельности, поведения, оценивания, обычаи и нравы. Процесс овладения обыденной культурой называется в науке социализацией и инкультурацией личности. Через тесные спонтанные контакты люди овладевают знаниями, навыками и стереотипами поведения, которые в дальнейшем служат базой для приобщения к специализированной культуре. Взрослый человек практически всегда включён одновременно в профессиональную деятельность и в повседневную жизнь, он является носителем и той, и другой культуры.

Обыденная культура обычно не получает институционального закрепления, это часть повседневной реальности. Она нередко ограничена домом, районом, межличностными отношениями. Специализированная культура охватывает дальнее окружение человека и связана с формальными отношениями и институтами. Здесь люди проявляют себя как носители социальных ролей и представители больших групп. В связи с этим пространство культуры можно разделить на приватное, публичное и промежуточное. Примером приватного пространства выступает домашняя среда. Она обычно воспринимается как место, где можно отдохнуть от правил поведения и многих социальных норм. В публичном пространстве (театр, музей, ресторан, научная конференция и т. д.) человек в максимальной степени следует культурным условностям. В промежуточную зону может попасть, например, рабочее место или университет. Там существуют как неформальные отношения, дружеские, личные, так и официальные, служебные. Это область длительных и кратковременных отношений, пересечения больших и малых социальных групп, знакомых и незнакомых людей, а таким образом, обыденной и специализированной культур.

3. Культура представляет собой сверхсложную систему, в которой можно выделить два вида: материальную и духовную культуру. Следует сразу заметить, что данное структурирование – лишь методологический приём, в действительности же эти виды культуры тесно взаимосвязаны. Тем не менее традиционное деление целостности культуры на эти два вида удобно в познавательном плане, при этом каждый из них включает в себя структурные элементы, обладающие своей спецификой и в то же время несущие в себе качественные характеристики целого (см. рис. 2).

Материальная культура – это воплощение материализованных человеческих потребностей; включает все материальные артефакты, созданные человечеством, которые представляют собой реализацию системы идей. Сюда относятся физические объекты, созданные руками человека: орудия труда, жилища, сооружения, предметы быта, новые разновидности растений и породы животных, средства коммуникации и сам человек в своей материальной, физической сущности.

Рис. 2. Виды и структурные элементы культуры

Зарождение культуры связано с вещами, орудиями, которыми человек воздействовал на окружающий мир. Животные также могут использовать различные природные предметы в процессе добычи пищи, но только человек оказался способен на создание новых предметов, расширяющих его возможности для удовлетворения своих потребностей. Этот созидательный процесс имел важные последствия. Действия с вещами требовали понимания их внутренних свойств, причин и возможных последствий собственных действий и многого другого, без чего невозможно выживание человека в мире. Необходимость же в таком понимании постепенно развивает абстрактно-логическую деятельность сознания, мышление. Вместе с совершенствованием предметного мира видоизменялись и условия жизни, развивалось познание окружающей среды, усложнялись отношения между людьми, и материальная культура всё более переплеталась с развивающейся духовной культурой, составляя системную целостность.

Духовная культура включает явления, связанные с сознанием, интеллектуальной и эмоционально-психологической деятельностью человека (язык, обычаи, традиции, искусство, мифологию, религию, мораль, право, науку и т. д.). Это богатая и разнообразная сфера, в которой можно обнаружить всё, начиная от эмоционального мира отдельного человека и заканчивая религиозно-философскими системами, произведениями искусства и научными открытиями. Каждая вещь, созданная людьми, включает в себя их цели, идеи, знания. Это тоже результат деятельности человека, но сотворённый не руками, а скорее разумом, духом. Творческая деятельность в духовной культуре ведёт к тому, что она становится особым духовным миром, созданным силой человеческой мысли, который несравненно богаче реального мира. Рядом с образами наблюдаемой действительности в нём существуют мифические духи и боги, литературные герои, потусторонние миры и т. п. И хотя этот мир наполнен вымыслами, он существует по своим собственным законам и оказывает воздействие на реальную жизнь. Духовная культура чутко реагирует на внешние воздействия. Она улавливает малейшие изменения в жизни людей и отзывается на них собственными переменами.

Итак, мы рассмотрели, что человек по своей природе существо духовно-материальное, его деятельность распространяется в обеих сферах: он создаёт и потребляет пищу, одежду, жилища, технику, но в то же время он создаёт художественные ценности, формирует нравственные идеалы, делает научные открытия. Жизнь людей протекает одновременно в мире вещей (культура производства, культура быта, физическая культура) и в мире идей (мифология, религия, искусство, мораль, право, наука), о которых пойдет речь в следующих главах учебного пособия. Эти два мира неразрывно связаны и в совокупности составляют «вторую природу», т. е. собственно культуру. Теперь необходимо выяснить, какие функции выполняет культура в обществе.

§ 2. Функции культуры

Функцией в гуманитарных науках обычно называют предназначение, роль какого-либо элемента в социальной системе. Сложность и многогранность понятия «культура» определяет и разнообразие её функций. Рассмотрим важнейшие из них (см. рис. 3). Они представлены не в иерархии по значимости, а в порядке простого перечисления, так как в разных явлениях культуры та или иная функция может выходить на первый план.

Рис. 3. Функции культуры

  1.  Познавательная (гносеологическая)20 функция

Каждая вещь, созданная людьми, представляет собой опредмеченное знание. Для того чтобы правильно воспользоваться вещью, необходимо сначала освоить это знание. В культуре существуют различные формы его сохранения: мораль хранит знания о человеческих отношениях; искусство и религия делают попытки, каждая в своей форме, дать системное знание о мире; наука рассматривает объективные стороны и связи мира; система производственной деятельности сохраняет и воспроизводит различные умения, навыки, необходимые при создании различных благ. Культура позволяет успешно осваивать эти формы знания в любой сфере деятельности.

Знание – важнейшая часть культуры. С развитием культуры объём знаний, которыми располагает общество, постоянно растёт, хотя не все накопленные в культуре знания являются истинными. В каждую эпоху имеются знания, считавшиеся прежде несомненными истинами, а позднее оказавшиеся заблуждениями (например, геоцентрическая система Птолемея в астрономии, теория флогистона в химии, теплорода в физике и др.).

Важную роль в любой культуре играют оправданные практикой знания. Средоточием их является наука. Современная культура является культурой научного знания в несоизмеримо большей степени, чем в прошлом. Распространение научного знания в обществе связано с повышением уровня образованности людей. Образование – путь в мир научного знания, а тем самым – и в современную культуру.

  1.  Функция исторической преемственности

Это функция передачи социального опыта, накопленных человечеством знаний и умений. Свойством передавать полезный опыт от поколения к поколению обладают не только люди, но и многие животные. Но если у животных это происходит генетическим способом или путём непосредственного контакта, то люди узнают о накопленных в прошлом знаниях, верованиях, умениях также с помощью специальных носителей информации (текстов, схем, формул и т. д.), знакомясь с художественной культурой, орудиями труда, жилищами, предметами бытового назначения. Культура выступает средством сохранения, передачи, изменения и совершенствования социального опыта предшествующих поколений. Освоение знаний и умений начинается с раннего детства. Образцы поведения, которые демонстрируют родители, в значительной мере определяют жизненный сценарий, по которому ребенок будет строить свою жизнь. Но это является непрерывным процессом, который продолжается всю жизнь: в школе и других учебных заведениях, трудовых коллективах, формальных и неформальных группах, с помощью средств массовой информации и, наконец, путём самовоспитания.

Сохранение культурного наследия, национальных традиций создаёт связь между поколениями. Каждый человек волею обстоятельств оказывается погружённым в определённый культурный контекст, из которого он черпает свои представления, идеалы, правила жизни, способы действий. Например, в контексте американской культуры поощряются такие качества личности, как уверенность в себе, энергичность, общительность. Индийская культура, напротив, традиционно поддерживает созерцательность, пассивность, самоуглублённость. Культура по-разному регламентирует роли мужчин и женщин. Во многих культурах на мужчин возлагается обязанность обеспечивать благосостояние семьи, а на плечи женщин ложится забота о детях и ведение домашнего хозяйства. В различных культурных контекстах оказываются молодёжь, люди средних лет и старики. Возрастные различия жизненных установок во многом обусловлены не просто биологическими изменениями организма, а закреплёнными в культуре представлениями о соответствующем возрасту образе жизни.

На любом этапе существования общества мы найдем три ступени культуры. Первая включает в себя всё, что было создано предыдущими поколениями. Эта ступень является фундаментом, на котором строится культура общества, это его богатство и источник дальнейшего развития. Вторая ступень – степень освоения культурного наследия живущим поколением, что предполагает не только осведомлённость о некоторых фактах культуры прошлого, но и способность ими воспользоваться. Чем полнее осваивается культура прошлого, тем большими возможностями располагает общество в своем прогрессе. Третья ступень есть творческая деятельность живущего поколения. Эта деятельность зависит от степени освоения прошлого, и если оно было недостаточным, то возможен застой в развитии культуры, за которым может последовать её разрушение. Таким образом, культура в обществе существует благодаря преемственности.

  1.  Коммуникативная функция

Невозможно представить себе культуру без общения, средством которого выступает язык в широком понимании слова. Причём общение с помощью непосредственного контакта одного человека с другим – это лишь частный случай коммуникации (от лат. communicatio – делаю общим, связываю, общаюсь), поскольку существует и общение между поколениями, народами, эпохами во времени и пространстве. Именно культура делает такое общение возможным и продуктивным. Культура – это условие и результат общения людей. Условие – потому что только культура даёт подлинно человеческие формы и средства общения (знаковые системы, языки). Результат – так как только благодаря общению люди могут создавать, сохранять и развивать культуру.

Развитие форм и способов коммуникации – важнейший аспект культурной истории человечества. На самых ранних этапах антропогенеза наши далёкие предки для контактов друг с другом использовали жесты и звуки, затем появилась членораздельная речь, необычайно расширившая возможности передачи информации. Следующий этап начинается с появления специальных средств связи. В ходе истории растут их мощность и дальность действия – от первобытных сигнальных барабанов до спутникового телевидения. Изобретение письменности создало основу для широкого распространения коммуникации во времени и пространстве. Современная эпоха характеризуется внедрением в повседневную жизнь средств массовой коммуникации, развитием компьютерных сетей, которые охватывают весь мир и делают возможным мгновенное вступление в контакт с различными источниками информации. Огромная масса контактов и вместе с тем дефицит «живого» общения – парадокс современной культуры.

  1.  Ценностная (аксиологическая)21 функция

Для понимания сущности этой функции культуры необходимо пояснить понятие «ценность». Философия определяет ценность как единство нормы и идеала. Именно во взаимосвязи этих двух понятий и заключён секрет бессмертия многих созданий человеческих рук, ума и духа. «Джоконда» Леонардо да Винчи, «Сикстинская мадонна» Рафаэля, «Давид» Микеланджело и другие произведения великих мастеров представляются нам идеальными. Но для самого мастера нет никакой другой нормы, кроме той, которой он владеет. Его гений – одновременно норма и идеал, и в этом заключена ценность гения для человечества.

Культура как система ценностей вбирает в себя и нормы, и идеалы, она не только сохраняет их, но и формирует. Культура объединяет народы и социальные группы. Среди членов общности распространяется единая совокупность убеждений, характерных для данной культуры и определяющих сознание и поведение людей. У них формируется чувство принадлежности к одной культурной группе. Члены своей группы – «наши» (земляки, сверстники, представители одной профессии, одного социального слоя и т. д.) – кажутся по сравнению с людьми «другого круга» более близкими. Человек может надеяться, что с ними будет больше взаимопонимания.

Но различие культур само по себе вовсе не обязательно порождает напряжённость и конфликтность отношений между ними. Недоверие и антипатия по отношению к «чужим» культурам и их носителям – народам, социальным группам и отдельным личностям – имели определённое оправдание в прошлом, когда контакты между различными культурами были редкими и непрочными. Однако в современном мире всё больше усиливается диалог культур, растёт их взаимопроникновение, ведь культурное разнообразие расцвечивает и обогащает жизнь людей.

  1.  Адаптивная функция

Культура обеспечивает адаптацию человека к окружающему миру. Любой вид живых существ в процессе биологической эволюции адаптируется к среде своего обитания. Благодаря изменчивости, наследственности и естественному отбору формируются и генетически передаются из поколения в поколение особенности органов тела и механизмов поведения, обеспечивающие выживание и развитие вида в заданных условиях внешней среды («экологической нише»). Однако адаптация человека проходит иначе. Человек как биологический вид Homo Sapiens не имеет своей природной экологической ниши и чтобы выжить, вынужден создавать вокруг себя искусственную, культурную среду.

Развитие культуры обеспечило людям ту защиту, которой не снабдила их природа. Уже в древние времена у народов, обитавших в разных условиях, складываются разные формы хозяйства и обычаи. В культурах закрепляются исторически выработанные способы адаптации к природным условиям. Культура всё в большей степени обеспечивает людям безопасность и комфорт. Увеличивается эффективность труда, побеждаются ранее неизлечимые болезни, растёт продолжительность жизни. Но на смену одним неблагоприятным факторам, устранённым техническим прогрессом, приходят другие, порождённые им: истощается почва, вырубаются леса, отравляется вода, ухудшается экология. Таким образом, адаптивная функция культуры состоит в том, что при помощи искусственно созданных приспособлений – орудий труда, лекарств, транспортных средств, источников энергии – человек увеличивает свои возможности приспособления к окружающему миру.

  1.  Нормативная (регулятивная) функция

Культура регулирует поведение человека в различных сферах его жизни: в труде, быту, в межличностных отношениях. Реализация этой функции предполагает освоение существующих нормативов прежде чем начнётся создание новых. Существуют культуры традиционного типа, в которых нормы прошлых поколений довлеют над современностью. Такова, например, культура Китая, сохранившая традиции древности. Есть культуры, в которых происходит обмен нормативами и традициями прошлого между поколениями, и нет давления прошлого на настоящее (например, российская). В некоторых культурах, например в американской, новейшие нормативы и традиции отметают прошлые ценности. Кроме того, мировую культуру можно разделить на культуры интенсивного насыщения нормами и культуры неинтенсивного насыщения. Из европейских стран больше всего норм, правил, стандартов, по мнению специалистов, существует в современной Германии. В конце списка находятся страны Восточной Европы и Россия. Высока насыщенность нормами, обычаями и традициями восточных культур (Китай, Индия, Япония). Здесь почти любое явление жизни как-то обозначено, нормировано, оценено. Именно здесь сложились наиболее тонкие и разработанные правила этикета.

Но каким бы ни был тип культуры, все стороны жизни общества регулируются её нормами. Они имеют самое разное наименование: обычаи и традиции, приказы, законы, конституционные акты, этикет, манеры. Их можно назвать кирпичиками нормативной функции. Из этих кирпичиков образуются более крупные и сложные комплексы: право, мораль, идеология.

  1.  Компенсаторная функция

Регламентация поведения, которая связана с нормативной функцией культуры, неизбежно накладывает ограничения на свободу действий человека. Но любое напряжение требует компенсации, а таковой может служить расслабление – отдых, переключение на другое занятие. И здесь на помощь человеку приходит культура. Досуг в современном обществе немыслим вне общения с музыкой, театром, живописью, кино, литературой.

Способы психологической разрядки нередко позволяют нарушать стандарты будничной жизни. Например, во время праздников накопившееся напряжение снимается в эмоционально-восторженной форме. Это моменты радости дозволенной, регламентированной. Сходную роль выполняет ритуал. Ему свойственна особая торжественность. Средством релаксации также выступает игра. Её сущность заключается в удовлетворении влечений символическими средствами. Игра не только расслабляет, но и тренирует мастерство, умение находить выход из критических ситуаций.

Такие способы релаксации, как чтение литературы, посещение театра, музея, просмотр кинофильма, нередко компенсируют однообразность повседневной жизни, позволяя символически, вместе с героями, совершать те действия, которые невозможны из-за каких-либо условий в реальности. Одно из последних достижений индустрии развлечений – приключения и путешествия в виртуальных компьютерных
мирах.

  1.  Гуманистическая функция

Одной из важнейших функций культуры является гуманистическая (от лат. humanitas – человеческая природа). Главным субъектом любой культуры является человек. Культура не существует вне человека, так же как и человек – вне культуры. Будучи отдалённым от культурной среды, человек деградирует. Подлинная культура возвышает человека. От того, как произойдет формирование личности, какие моральные принципы она усвоит, на какие ценности будет ориентироваться, зависят её человеческие качества. Именно они являются важнейшим условием благополучия того или иного общества.

Гуманистическая функция призвана выполнять роль социокультурного фильтра и амортизатора по отношению к негативным проявлениям цивилизационных процессов, которые нередко носят антигуманистический характер. Культура ориентируется на человека, способствуя преодолению прагматически-утилитарных свойств цивилизации. Таким образом, это функция одухотворения жизнедеятельности человека.

В заключение следует отметить, что в любом культурном явлении обнаруживается единство функций. В реальной жизни все они взаимодействуют друг с другом и не существуют в чистом виде. Каждому из структурных элементов культуры, о которых пойдет речь в следующих главах, могут быть свойственны различные функции.

Литература

  1.  Кармин А. С., Новикова Е. С. Культурология. – СПб., 2005. – 464 с.
  2.  Кравченко А. И. Культурология. – М., 2005. – 496 с.
  3.  Культурология / под ред. Н. Г. Багдасарьян. – М., 2005. – 511 с.
  4.  Морфология культуры: структура и динамика / Г. А. Аванесова, В. Г. Бабакова, Э. В. Быкова – М., 1994. – 414 с.
  5.  Оганов А. А., Хангельдиева И. Г. Теория культуры. – М., 2001. – 384 с.

Вопросы для самоконтроля

  1.  Что подразумевается под структурой культуры?
  2.  Каким образом можно структурировать культуру по субъекту-носителю?
  3.  Что такое «субкультура»?
  4.  В чём специфика специализированной и обыденной культуры?
  5.  Можно ли все явления культуры четко разграничить на материальные и духовные?
  6.  Какие функции выполняет культура в обществе?

Глава 5. Религия и мифология
в системе культуры

Когда почти все верили, «интереса к религии» быть не могло.

К. Льюис

Банальным было бы утверждать, что религия занимает одно из важных мест в культуре. Практически все явления, которые прежде всего ассоциируются с культурой (литература, искусство, музыка, живопись, архитектура), в той или иной степени связаны с религией.

Более того, существуют некоторые культурологические концепции, которые считают не религию частью, либо компонентом культуры, а наоборот, культуру выводят из сферы религиозного. Всё это указывает на важность уяснения места религии в системе культуры.

Итак, что же можно назвать религией и каково её место в культуре?

Религия как явление, присущее человеческому обществу на протяжении всей его истории и охватывающее до настоящего времени подавляющую часть населения земного шара, оказывается тем не менее областью мало понятной для очень многих людей. Одной из причин этого, казалось бы, странного факта служит то обстоятельство, что религию, как правило, оценивают по ее внешним признакам, по тому, как она практикуется её последователями в культе, в личной и общественной жизни. Отсюда проистекает масса различных трактовок религии, усматривающих её сущность либо в элементах, являющихся в ней второстепенными, незначительными, либо даже в её искажениях, которых не избежала ни одна религия. Поэтому вопрос о том, что составляет суть религии, какие признаки являются в ней определяющими, а какие несущественными, требует особого рассмотрения.

Религия имеет две стороны: внешнюю – как она представляется постороннему наблюдателю, и внутреннюю, которая открывается верующему, живущему в соответствии с духовными и нравственными принципами данной религии.

С внешней стороны, религия представляет собой прежде всего мировоззрение, включающее в себя ряд положений (истин), без которых (хотя бы без одного из них) она теряет самоё себя, вырождаясь или в колдовство, оккультизм и подобные псевдорелигиозные формы, являющиеся лишь продуктами её распада, извращения, или в религиозно-философскую систему мысли, мало затрагивающую практическую жизнь человека. Религиозное мировоззрение всегда имеет общественный характер и выражает себя в более или менее развитой организации (церкви) с определённой структурой, моралью, правилами жизни своих последователей, культом и т. д. С внутренней стороны, религия – это непосредственное переживание Бога.

Предварительное понимание религии даёт и этимология данного слова. Существует несколько точек зрения на происхождение слова «религия». Сам термин имеет латинское происхождение: (от лат. religio – совестливость, благочестие, благоговение, святость, богослужение). Так, знаменитый римский оратор, писатель и политический деятель I века до н. э. Цицерон считал, что это слово является производным от латинского глагола relegere (вновь собирать, снова обсуждать, опять обдумывать, откладывать на особое употребление), что в переносном смысле означает «благоговеть» или «относиться к чему-либо с особым вниманием, почтением». Отсюда и самоё существо религии Цицерон видит в благоговении перед высшими силами, Божеством. Эта мысль Цицерона верно указывает на то, что благоговение является одним из важнейших элементов в религии, без которого религиозность превращается в ханжество, лицемерие и пустое обрядоисполнение, а вера в Бога – в холодную безжизненную доктрину. В то же время нельзя согласиться с тем, что благоговение перед чем-то таинственным и даже перед Богом составляет сущность религии. Сколь ни велико и необходимо благоговение в религии, тем не менее оно представляет собой лишь одно из чувств, присутствующих в религиозном отношении человека к Богу, и не выражает его сущности.

Известный западный христианский писатель и оратор Лактанций (†330 г.) считает, что термин «религия» происходит от латинского глагола religare, означающего «связывать», «соединять». Поэтому и религию он определяет как союз благочестия человека с Богом. «С тем условием, – говорит он, – мы и рождаемся, чтобы оказывать справедливое и должное повиновение порождающему нас Господу, Его одного знать, Ему следовать. Будучи связанными сим союзом благочестия, мы находимся в соединении с Богом, от чего получила название и сама религия… Так имя «религия» произошло от союза благочестия, которым Бог соединил с Собою человека…»22. Это определение Лактанция раскрывает самое существенное в религии – то живое единение духа человека с Богом, которое совершается в тайниках сердца человеческого. Подобным же образом понимает существо религии и блаженный Августин (†430), хотя он считает, что слово «религия» произошло от глагола reeligere, т. е. воссоединять, и сама религия означает воссоединение, возобновление когда-то утерянного союза между человеком и Богом. «Его-то ища, – пишет он, – или лучше, вновь отыскивая (от чего, кажется, получила название и религия), мы стремимся к Нему любовью, чтобы, когда достигнем, нам успокоиться»23.

Происхождение термина выводит нас на ряд определений, которые соответствуют сущности религии как культурного феномена. Вот, например, определение, данное русским философом, князем С. Н. Трубецким, в бытность им ректором МГУ. «Религия может быть определена как организованное поклонение высшим силам… Религия не только представляет собою веру в существование высших сил… но устанавливает особые отношения к этим силам: она (религия. – прим. авт.) есть, следовательно, известная деятельность воли (человека.прим. авт.), направленная по отношению к этим силам»24.

Ещё одно определение религии дал известный русский филолог и философ А. Ф. Лосев: «Религия всегда есть то или иное самоутверждение личности в вечности»25.

Таким образом, суммируя все вышеизложенные определения, итоговое определение может выглядеть примерно таким.

Религия – это совокупность взглядов на мир, которые чаще всего основываются на вере в Бога, сотворившего мир и человека, давшего человеку в Откровении знание; религиозные верования составляют мировоззренческий, интеллектуальный компонент религии. Это затем совокупность действий, составляющих культ, в которых религиозный человек выражает своё отношение к Богу и вступает с Ним в мистическую связь в молитве, жертвоприношении. Это также совокупность норм, правил поведения, которым должен следовать человек как требованиям, предъявляемым ему Богом. И, наконец, это объединения религиозных людей в те или иные организации, такие как церковь, община, монастырь, секта, орден.

Иными словами говоря, любая религия характеризуется сочетанием трёх характеристик: 1) наличием религиозного учения; 2) наличием религиозной практики (культа); 3) наличием религиозной организации.

Рассматривая определения и сущность религии, нам приходится сталкиваться с рядом непонятных терминов, сопутствующих данному явлению. Это относится к понятию «культ». Культ – это совокупность действий, являющихся для представителей данной религии священными. Ещё один термин является в обыденном языке синонимом религии. Это термин «Вера». Существует множество определений данного термина как философских, так и специальных. Самым главным заблуждением в трактовке этого термина было его противопоставление термину знание. Однако в контексте религиозном эти два понятия неразрывно связаны. Я не могу верить тому, чего не знаю, и я не могу полноценно знать и познавать то, во что не верю. Например, если я не верю в научные методы познания мира, то никакие законы и эксперименты меня не убедят. И, наоборот, если я признаю и принимаю научное познание мира, тогда научная методика работает. То есть вера и знание должны находиться в смысловом единстве. Таким образом, вера – личностное самоопределение человека по отношению к имеющемуся у него знанию.

Если попытаться классифицировать религии, то в самом общем виде все религии мира, существовавшие и существующие, можно выделить в два больших блока.

  1.  Ритуальные религии, или религии жертвоприношения, которые можно назвать термином «Язычество».
  2.  Религии Откровения (спасения), которые можно назвать термином «Монотеизм».

В первый блок входят все древние и современные пантеистические религии. Во второй – так называемые мировые религии (Христианство, Ислам, Иудаизм).

Язычествокомплекс религиозных верований, имеющих в своей основе принцип обожествления сил природы, либо всей природы в целом.

Все языческие религии составляют два направления:

  1.  политеизм (многобожие) – куда входят все первобытные религии, религии древних цивилизаций, религии античного мира, дохристианские религии европейских племён и народов;
  2.  пантеизм (от греческого «пан» – всё, «теос» – Бог) – вид язычества, основанный на неразличимости Бога и природы, либо на их безусловной слитности.

Сюда относятся в основном религии Востока. Из религий прошлого – это Брахманизм, Джайнизм. Из современных религий – это религии Индии и Китая: Индуизм, Конфуцианство, Даосизм. К пантеизму также можно отнести некоторые доктрины иудаизма (каббалистическая традиция).

Религии Откровения (спасения) – это религии, в которых Бог являет Себя человеку с целью сообщить ему Свою высшую божественную истину и принести Себя людям в дар в виде спасения их от тления и смерти.

Всего в мире имеется три религии откровения: Христианство, Ислам, Иудаизм. Все эти религии имеют свои основания в так называемой Ветхозаветной религии, которая существовала до появления этих религий и выполнила свою миссию после появления христианства.

Христианство в современном виде существует в следующих трёх конфессиональных формах.

Православное христианство, которое охватывает народы Юго-восточной и Восточной Европы (русские, украинцы, белорусы, грузины, сербы, греки, болгары, румыны, черногорцы).

Католическое христианство, охватывающее, за редким исключением, народы Юго-западной Европы и Латинской Америки.

Протестантское христианство, приверженцами которого являются, в основном, народы Центральной и Северной Европы, Северной Америки.

Ислам в наше время имеет следующие два направления.

Суннизм, приверженцами которого являются 80 процентов всех мусульман мира.

Шиизм, приверженцами которого являются в основном персидские народы (Иран, часть Ирака, часть Афганистана, Таджикистан).

Современный иудаизм также включает в себя два направления.

Раввинизм – традиционный иудаизм.

Хасидизм – новое направление в иудаизме, возникшее 200 лет назад.

Особняком в этой классификации стоит буддизм. Дело в том, что буддизм в его классическом виде невозможно классифицировать как религию. Это скорее религиозно-философское учение, причём, как это ни парадоксально звучит, атеистического характера. Это, конечно, не тот атеизм, который обычно понимается в европейской традиции, но тем не менее атеизм. Разумеется, впоследствии он подвергся столь существенной трансформации, что современные формы буддизма имеют весьма мало общего с учением Будды и, например, буддизм в Тибете и Монголии можно отнести, скорее всего, к политеизму. Наряду с христианством и исламом буддизм составляет так называемые мировые религии, которые называются так не по распространённости, как обычно принято думать, и не по количеству приверженцев, что прежде всего приходит в голову. Так, например, китайцев-конфуцианцев больше буддистов. А евреи живут в большинстве стран мира. Но ни конфуцианство, ни иудаизм в число мировых религий не входят. Мировыми же вышеизложенные религии являются в силу их безразличия к цвету кожи и национальности тех людей, которые являются приверженцами христианства, ислама и буддизма. Именно наднациональность и есть главная составляющая мировых религий – буддизма, христианства, ислама.

Каким образом всё вышесказанное оказывает влияние на культуру?

Уже с самых ранних периодов человеческой истории мы можем заметить, что религиозные переживания и религиозный опыт выражаются в различных культурных формах. Так, например, первобытные произведения искусства, такие как живопись, графика, скульптура, даже похоронный обряд, неразрывно связаны с тогдашними язычески-политеистическими верованиями и культами: фетишизмом, анимизмом, магией, шаманизмом. Когда человеческая культура преодолевает свой первобытный уровень и порождает цивилизацию, роль религии отнюдь не уменьшается, а становится даже более сильной. Практически все древние цивилизации – это общества с весьма высокой степенью религиозной напряжённости и практически все их культурные достижения, куда можно отнести и достижения сферы научных знаний, имеют теснейшую связь с религией. Здесь можно отметить, что общее культурное развитие, как и достижения в сфере научного характера, отнюдь не вытесняют религиозный компонент, и, что самое важное, не вступают с ним в конфликт. Это касается и Древнего Египта, и Древней Греции и других культурных образований древности и античности. Всё это в полной мере относится и к культуре Средневековья, где религиозное становится центром и смыслом культурного развития. Лишь в эпоху так называемого Нового времени можно говорить о появлении секуляризованной светской культуры, хотя роль и место религии, начиная с этого времени, переходят в несколько иную культурную плоскость. Но это только в Европе. На Востоке – Ближнем и Дальнем – религия до сих пор занимает ведущее место в культуре этих регионов. Так, например, в культуре мусульманских стран вообще не существует деления жизни и тем более культуры на светскую и религиозную, а в Индии благополучно существуют тысячелетние язычески-пантеистические культы, которые глубоко укоренены в современной культуре Индии, имеют сотни миллионов последователей и отнюдь не собираются становиться достоянием истории.

Влияние религии на культуру отнюдь не исчерпывается сферой искусства. Практически во всех культурах религия являлась важным экономическим, политическим и социальным фактором. Например, в цивилизациях Древнего Востока наблюдается такое явление, как храмовая собственность и хозяйство, которое играет в государстве одну из важных ролей. В Древнем Шумере храмы служили не только местом культовых церемоний, но и складами собранного урожая, который распределялся между работниками. Культовые магические церемонии в этих же цивилизациях во время проведения хозяйственных работ выполняли те же функции, что и современная техника в наши дни. Причём источником научных знаний, которые, по мнению современных учёных, были в древних цивилизациях невероятно высоки, являлась деятельность жрецов – представителей религиозной элиты тогдашнего времени.

В эпоху средневековья влияние Церкви (как Католической, так и Православной) на сферу экономики также было велико. Это и запрет на ростовщичество, что не позволяло наживаться на своих соотечественниках, и крупные земельные владения, наличие которых уменьшало накал феодальных войн за землю, к тому же позволяло Церкви (как это было в России) оказывать поддержку и помощь в условиях кризисов и катаклизмов путём раздачи хлеба голодающим, либо отсутствием больших налогов для крестьян, живущих и работающих на церковных землях.

Также не стоит забывать, что уже на пороге Нового времени ещё одно направление христианства – протестантизм оказало прямое влияние на возникновение такого экономического явления, как капитализм, и породило новый социальный слой – буржуазию, которая своей ценностной шкалой избрала именно протестантскую этику.

Не менее тесным образом соприкасается религия и с политикой. Это проявилось прежде всего в так называемой теократии – такой форме правления, при которой государственная власть и власть религиозная неразрывны. Причём теократия – это не обязательно достояние времён минувших (фараоны Древнего Египта, римские императоры, короли, князья, герцоги немецких протестантских государств, судьи в Древнем Израиле). Теократия вполне благополучно существует и в наши дни – это Ватикан с папой Римским во главе, арабские шейхи, Иран с религиозным титулом главы всех шиитов мира Аятоллой, который является реальным главой государства, ну и, наконец – это Тибет с Далай-ламой во главе.

Однако при рассмотрении проблем, связанных с историей культуры того или иного народа, либо той или иной эпохи приходится неизбежно сталкиваться с явлением внешне похожим на религию, но вместе с тем всё же отличающимся от неё. Речь идёт о мифологии. Что же такое миф и какое место он занимает в культуре?

Обыденное сознание обычно ставит знак равенства между мифом и сказкой, легендой, вымыслом. В лучшем случае под мифом понимают невозможность человека прошлого дать научное объяснение явлениям окружающего мира, что, дескать, и привело к появлению мифов. Действительно ли это так?

Если смотреть на миф снаружи, взглядом внешнего наблюдателя, то, несомненно, миф будет являться вымыслом. Однако, если мы посмотрим на это явление изнутри, т. е. так, как на него смотрели люди прошлых эпох, то поймем, что для них миф был самой предельной, самой яркой и самой несомненной реальностью. В сказке уже изначально задаётся её придуманность («Сказка ложь, да в ней намёк, добрым молодцам урок»), ибо сказка носит морализаторский характер, её цель – поучать. Миф же не поучает, он излагает некую информацию и он несёт особый внутрикультурный сакральный характер. Следовательно, миф – не сказка, не вымысел, не специально придуманное явление. Это своя особенная мифологическая реальность.

Однако, рассматривая культуры древних цивилизаций, античную культуру, мы неизбежно сталкиваемся с проблемой отличия мифа и религии. Иногда создаётся впечатление синонимичности этих явлений в древности. Так как же отличить, например, в античной культуре, где миф, а где религия, так как здесь действуют одни и те же персонажи (боги-олимпийцы, дриады, нимфы, герои)?

Выше уже было замечено, что религию характеризуют три признака, которые создают для неё особую устойчивую постоянность, неизменность, или по-другому – догматичность. Любая религия догматична. А миф? Если мы возьмём, например, миф о Прометее, то с религиозной точки зрения здесь всё ясно и чётко. Прометей украл у богов огонь, следовательно, совершил не просто преступление (воровство), но ещё и святотатство, так как воровство коснулось самих богов-олимпийцев. За это Прометей понёс вполне заслуженное страшное наказание. С точки зрения античной религии Прометей – крайне отрицательный персонаж. Но мифологический сюжет, не меняя ничего в священном изложении, тем не менее смещает акценты с отрицательного на положительный. В мифологическом изложении Прометей – эдакий античный Робин Гуд, несправедливо пострадавший за доброе дело романтик-уголовник. Миф, не меняя основных, религиозных моментов, совершенно свободен в смысловом, догматическом содержании, недогматичен. А раз так, то миф и религия – разные явления. Миф объясняет, дает особую мировоззренческую развёртку окружающему миру. Причём людьми этот мир воспринимается как непосредственная, привычная и самая правдивая реальность. Известный исследователь мифа А. Ф. Лосев замечает, «… с точки зрения самого мифического сознания ни в каком случае нельзя сказать, что миф есть фикция и игра фантазий. Это… наиболее яркая и самая подлинная действительность. Это совершенно необходимая категория мысли и жизни, далекая от всякой случайности и произвола… Миф начисто и всецело реален и объективен; и даже в нем никогда не может быть поставлено и вопроса о том, реальны или нет соответствующие мифические явления. Мифическое сознание оперирует только с реальными объектами с максимально конкретными и сущими явлениями»26. Таким образом, миф – выражение определенного способа мышления, отношение к реальному миру. На первых этапах развития мифология и культура не просто нераздельны, можно взять на себя смелость утверждать, что они синонимичны.

Что же происходит с мифом, когда наступает эпоха научных открытий и достижений? Развенчивает ли наука миф? Отмирает ли мифология при переходе от древности к современности? Поначалу ответ видится убедительным. Однако если посмотреть, на чём зиждется наука как культурное явление, то ответ будет вполне очевиден: на мировоззрении той эпохи, в которую наука возникла. В основе мифа лежит вера. В основе науки лежит уверенность в правильности научных методов познания мира, т. е. вера же. Наука мифом не является, но та картина мира, которую наука выдает в итоге своего развития, подаётся нам как несомненная, реальная картина мира. А именно это роднит нашу научную несомненность с несомненностью картины мира людей прошлых эпох. И всё это происходит в рамках культурной реальности. «Если я религиозен и верю в иные миры, они для меня – живая, мифологическая действительность. Если я материалист и позитивист – мертвая и механическая материя для меня – живая мифологическая действительность»,27 – высказывается А. Ф. Лосев.

Итак, миф в разные культурные эпохи является целостным, простым, понятным и абсолютно несомненным мироощущением людей той или иной культуры. В древности миф был первой образной концепцией реальности. В наше время миф – естественное, непосредственное восприятие окружающего мира, соответствующее нашей культуре, настолько нам привычное, что вопросы о его реальности смешны и неуместны.

Таким образом, можно дать итоговое культурологическое определение мифа и мифологии. Миф – это такая картина мира, в реальности которой человек, в рамках культуры своего времени, не сомневается.

Литература

  1.  Иллюстрированная история религий: в 2 т. / под ред. Д. П. Шантепи де ля Соссей. – М., [1996] – Т.1. – 410 с.; Т.2. – 525 с.
  2.  Лосев А. Ф. Диалектика мифа. – М., 2001. – 559 с.
  3.  Осипов А. И. Путь разума в поисках истины. – М., 1997. – 330 с.
  4.  Тихомиров Л. А. Религиозно-философские основы истории. – М., 2004. – 686 с.
  5.  Франкфорт Г., Франкфорт Г. А., Уилсон Дж., Якобсен Т. В преддверии философии. Духовные искания древнего человека. – СПб., 2001. – 313 с.
  6.  Хюбнер К. Истина мифа. – М., 1996. – 447 с.

Вопросы для самоконтроля

  1.  Найдите несколько отличий между религией и мифологией как разными формами духовной культуры.
    1.  Что означает термин «мировая религия»?
    2.  Из каких составляющих элементов состоит религия как социокультурный феномен?
    3.  Назовите религии, которые могут считаться пантеистическими.
    4.  Чем отличается миф от сказки?

Глава 6. Искусство как форма культуры

Искусство является реализацией прекрасного в произведении человека.

А. Банфи

Искусство – эмоционально-чувственная форма познания мира, основным средством которого является художественный образ. Можно выделить три способа человеческого познания: рациональный, чувственный и иррациональный. В основных проявлениях духовной культуры присутствуют все три, но каждая из сфер имеет свои доминанты: наука – рациональную, искусство – чувственную, религия – иррациональную.

Художественный образ – это специфическая для искусства форма отображения действительности и выражения мыслей и чувств художника. Чаще всего художественный образ определяют как такое сравнение, сопоставление, соединение, в результате которого рождается новое качество, новый объект, новый персонаж. К примеру, сфинкс – не просто соединение головы человека с туловищем льва, но и такое явление, которое помогает нам увидеть одно явление через другое. Как писал Ю. Борев, увидеть нечто человеческое во льве и нечто львиное в человеке. Художественный образ рождается в воображении автора и воплощается в создаваемом им произведении в той или иной материальной форме (пластической, звуковой, жесто-мимической, словесной) и воссоздается воображением воспринимающего искусство зрителя, читателя, слушателя.

Художественный образ имеет разные масштабы. Самый малый его масштаб называется «микрообраз» – это мельчайшая единица художественной ткани произведения искусства (например, метафоры в поэзии, мелодические подпевки в музыке). Более крупный масштаб художественного образа называется «макрообраз» – это персонаж в романе, пьесе, кинокартине, музыкальная тема в симфонии или образ действия – сюжетный ход, композиционно-ритмическая структура произведения. Еще более крупный масштаб представляет собой образ произведения искусства в целом – описываемого события в повести, в театральном спектакле, образ природы в пейзажной картине. Наконец, иногда все творчество художника можно рассматривать как единый «мегаобраз» мира и человека в мире. Таковы, например, целостный образ творчества Достоевского, отличающийся от образа мира в произведениях Чехова и т. д. Художественный образ – обязательный компонент любого произведения искусства, основанный на диалектическом триединстве: типического (общего) и индивидуального (единичного, неповторимого), эмоционального и рационального, объективного и субъективного. От того, как автору удается реализовать эти единства, зависит художественность каждого произведения.

Главным объектом искусства является человек и окружающий его мир. Предметом же становятся мысли, чувства, переживания человека, а также исторические события, картины природы, бытовые сцены и т. п. Но, несмотря на то, что содержательный спектр произведений искусства необычайно широк, в любом произведении искусства присутствуют субъектно (человек) и объектные (окружающий мир) отношения.

Искусство полифункционально: все его функции, как и функции культуры, взаимосвязаны. Перечислим их.

1. Преобразующая функция (искусство как деятельность и преобразование реальности:

– через идейно-художественное воздействие на людей;

– через включение человека в ценностно-ориентированную деятельность;

– через преобразование в процессе художественного творчества с помощью воображения впечатлений от действительности;

– через обработку мастером природного материала в процессе творчества).

2. Компенсаторная функция (искусство даёт возможность человеку пережить такие чувства и мысли, такие состояния, которые он не может пережить в реальной действительности. Например:

– через воссоздание такого рода ситуаций, чувств и отношений, которые составляют основу диалога человека с действительностью;

– через восполнение для человека состояний, противопоставленных его отчуждению в мире и производстве;

– через представление человеку его родовых возможностей;

– через приобщение человека к внутреннему миру гения, каковым являются авторы великих произведений;

– через наличие гедонистически-игровых и развлекательных моментов).

3. Познавательно-эвристическая функция (искусство как знание и просвещение).

4. Художественно-концептуальная функция (искусство как анализ состояния мира и создание художественной концепции).

5. Функция предвосхищения (искусство как предсказание и прогнозирование будущего, так называемое «кассандровское начало»).

6. Коммуникативная функция (искусство как средство художественного общения, знаково-семиотическая система).

7. Воспитательная функция (искусство как средство формирования личностных качеств человека; как выражение идей в наиболее яркой эмоциональной форме).

8. Суггестивная функция (искусство как внушение определённого строя мыслей, чувств, средство воздействия на подсознание и человеческую психику).

9. Эстетическая функция (искусство как средство формирования художественного отношения, вкуса, ценностной оценки, чувства прекрасного).

10. Гедонистическая функция (искусство как наслаждение).

Искусство наряду с мифологией и религией является древнейшей формой культуры. Относительно его происхождения существуют различные теории. Например, считается, что искусство возникло как необходимость в процессе взаимодействия человека с природой. Человеку было необходимо запечатлевать в различной форме всё, что воспринималось как условие его существования, всё, что оказывало на него сильное воздействие. Существует предположение, что искусство имело много общего с магией: считалось, что, к примеру, изобразив животное, люди и в реальности овладеют им полностью.

Другой весьма значимой теорией является теория игры (Шиллер, Хёйзинга), в которой высказывается предположение, что человеку по природе свойственно игровое начало, выступающее как свидетельство свободы, совокупность смысла жизни, дающего радость. Игра – это «действие, протекающее в определённых рамках места, времени и смысла … по добровольно принятым правилам и вне сферы материальной пользы и необходимости»28. Таким действием для сторонников этой теории представляется также и искусство, отвечающее всем перечисленным признакам.

Кроме того, от Платона берёт начало теория, которую можно назвать креативной (творческой). Суть её заключается в том, что человеку присуще творческое начало, которое может актуализироваться в художественной деятельности. Платон, например, считал, что поэт творит в состоянии аффекта, отрешившись от всего земного. Он творит потому, что его устами говорят музы.

Существовали также и другие теории: религиозная теория происхождения искусства, представление об искусстве как о подражании природе (мимезисе) и др. Каждая из этих теорий имеет право на существование, поскольку каждая выражает какой-либо аспект художественного творчества.

Искусство за длительный период своего развития сформировало множество видов, каждый из которых обладает специфическими особенностями создания художественного образа и функционирования в действительности. Все виды искусства традиционно подразделяются на пространственные (художественный образ существует в пространстве, но не меняется во времени: архитектура, живопись, скульптура, графика, декоративно-прикладное искусство) и временные (художественный образ изменяется во времени, но не обладает пространственными характеристиками: литература, музыка). Существуют также и пространственно-временные виды искусства (театр, кино, танец, а также цирковое искусство и телевидение). Однако есть также деление искусств на изобразительные (живопись, скульптура, графика) и выразительные (архитектура, музыка, литература). Но при такой классификации трудно как-либо однозначно определить место театра, кино, танца и др. Поэтому вопрос о классификации искусств является предметом не столько культурологии, сколько искусствоведения.

Рассмотрим некоторые важнейшие виды искусств с точки зрения особенностей их художественной выразительности.

Литература при помощи слов создаёт реальное живое бытие. Слово – выразительное средство и мыслительная форма литературы, знаковая основа её образности. Образность заложена в самой основе языка, который создается народом, вбирает в себя весь его опыт и становится формой мышления.

Литературные произведения делятся на три рода: эпос, лирика, драма. К эпической литературе относятся жанры романа, повести, рассказа, очерка. К лирическим произведениям относятся стихотворные жанры: элегия, сонет, ода, мадригал, стихотворение. Драма предназначена для сценического воплощения. К драматическим жанрам относятся: драма, трагедия, комедия, фарс, трагикомедия и др. В этих произведениях раскрытие сюжета идет через диалоги и монологи.

Музыка – искусство, закрепляющее и развивающее возможности невербального звукового общения. Музыка на основе обобщения и обработки интонаций человеческой речи вырабатывает свой язык. Его основой является интонация. Структура музыки – ритм и гармония, в своём соединении дающие мелодию. Знаковую, смыслообразующую роль в музыке играют также громкость, тембр, темп, ритм и другие выразительные средства. Из них складывается музыкальная фраза, музыкальный образ, а их система образует музыкальный текст. Язык музыки – иерархия уровней: отдельных звуков, звукосочетаний, аккордов. Важнейшие элементы и выразительные средства музыкального языка – мелодико-интонационный строй, композиция, гармония, оркестровка, ритм, тембр, динамика.

Музыкальный образ лишён непосредственной видимости живописи и конкретности слова. Он не передает точных понятий, не создаёт зрительно ощутимых картин, не пересказывает событий. Музыка близка архитектуре огромной значимостью в ней ритма и формой, далекой от форм самой жизни, а также высокой степенью художественного абстрагирования от конкретного жизненного материала, входящего в образ в «снятом» виде, и возможностями отражения не столько отдельных сторон и частностей жизни, сколько именно её сердцевины и духа.

Архитектура – формирование пространства по законам красоты при создании зданий и сооружений, призванных обслуживать потребности человека. Следовательно, она выполняет в жизни людей не только эстетическую, но и практическую функцию. Архитектура создает замкнутый и утилитарно-художественный мир, отграниченный от природы, противостоящий стихийной среде. Художественный образ здесь отображает определённые идеи, настроения и желания при помощи соотношения масштабов, масс, форм, цвета, связи с окружающим пейзажем, создавая отношение к миру и необходимое для этого настроение.

Живопись – изображение на плоскости картин реального мира при посредстве рисунка, цвета, колорита, освещения, которые художник извлекает из своей палитры. В живописи можно выделить монументальную и станковую. Основными жанрами являются: пейзаж, натюрморт, сюжетно-тематические картины, портрет, миниатюра и т. д. К разновидностям живописного искусства относится и графика.

Скульптура – пространственно-изобразительное искусство, осваивающее мир в пластических образах, способных передать жизненный облик явлений. Скульптура воспроизводит действительность в объёмно-пространственных формах. Основными материалами являются: камень, дерево, мрамор, бронза, гранит. По своему содержанию делится на монументальную, станковую, скульптуру малых форм. По форме изображения различают: объёмную трехмерную скульптуру, рельефно-выпуклые изображения на плоскости.

Театр – вид искусства, художественно осваивающий мир через драматическое действие, осуществляемое актёрами на глазах у зрителей. Театр – особый вид коллективного творчества, синтезирующий усилия драматурга, режиссера, художников-декораторов, композитора, актёров. Через актёра воплощается созданный драматургом и конкретизированный режиссёром замысел спектакля.

Танец – мелодичный и ритмичный звук, ставший мелодичным и ритмичным движением человеческого тела, раскрывающий характеры людей, их чувства и мысли о мире.

Кино – относят к «техническим искусствам», поскольку оно запечатлевает реальность в её движении при посредстве технических средств. Кино представляет собой не только коллективность в создании образа, как в театре, но и соединение приёмов практически всех видов искусства. Кино обладает большими возможностями отражения характеров, событий, психологических особенностей героев, оно охватывает жизнь во всем её многообразии.

На протяжении истории каждый вид искусства вырабатывал различные жанры, определяющие произведение с точки зрения отбора материала, тематики, композиции, выразительных средств.

Выразительные средства – приёмы, способы конструирования художественных образов, которые являются критериями для объединения произведений искусства в отдельные жанровые группы. Например, для жанра романа в литературе характерно обилие сюжетных линий, масштабность общего замысла, охватывающая значительные временные рамки описываемых событий; для жанра марша в музыке характерен двухдольный метр, ровное ритмическое движение, неторопливый темп; для жанра пейзажа в живописи характерно использование яркой цветовой палитры, светотени, широкого мазка и т. п.

Искусство каждой эпохи создает различные стили – в общей системе своих видов. («Стиль» – греч. – «палочка для письма»). Понятие «стиль» в искусстве употребляется обычно в трёх значениях:

– характеристика особенностей художественного творчества целой эпохи: например барокко, классицизма в эпоху Просвещения;

– характеристика особенностей внутри отдельного художественного направления, национальной школы в рамках целой эпохи;

– характеристика индивидуальной манеры отдельного автора внутри художественного направления целой эпохи.

Стилевые особенности произведения в значительной степени характеризуют систему отношений художника с окружающим миром. Немецкий мыслитель Ф. Ницше, анализируя эти отношения, разработал аполлонически-дионисийскую концепцию искусства. Он размышляет о причинах появления элитарного и массового искусства и связывает каждое из направлений искусства с античными греческими божествами, определяющими упорядоченность в искусстве как аполлоническое начало, а страстность, аффектированность, безудержность – как дионисийское:

Аполлон – Дионис,

классика – фольклор,

авторство – анонимность,

профессионализм – народность,

уникальность – стереотипность,

массовость – элитарность.

Позже ницшеанские взгляды на искусство развивали: М. Вебер (1864–1920), Т. Адорно (1903–1963) и А. Дж. Тойнби, а О. Шпенглер использовал их положения в теоретическом осмыслении общих тенденций развития европейской культуры, принимая в качестве аполлонического начала целостное представление о мире как о космосе, свойственное античному человеку в противоположность фаустовскому началу, расчленяющему и дробящему мир.

В истории человечества искусство на протяжении многих веков служило не только художественным фоном эпохи, оно отражало её дух, ментальность каждого народа. Однако роль искусства состоит не только в том, чтобы комментировать уже случившийся исторический факт, но и в том, что гораздо важнее, чтобы прогнозировать будущее, формировать мировоззрение, воспитывать нравы. Сохранение и востребованность искусства в мире – залог сохранения подлинных ценностей человеческого духа, залог богатства и глубины духовного мира каждого человека.

Литература

  1.  Вийранд Т. Молодёжи об искусстве. – Таллинн, 1990. – 199 с.
  2.  Дмитриева Н. А. Краткая история искусств. – М., 1969, 1991, 1993. – Вып. 1–3.
  3.  Ильина Т. В. История искусств. Западно-европейское искусство. – М., 2000. – 366 с.
  4.  Лихачёва В. Д., Лихачёв Д. С. Художественное наследие Древней Руси и современность. – Л., 1971. – 148 с.
  5.  Мартынов В. Ф. Мировая художественная культура. – Минск, 2000. – 285 с.
  6.  Хёйзинга Й. Homo ludens. – М., 1992. – 458 с.

Вопросы для самоконтроля

  1.  Опишите основные особенности художественного познания мира.
  2.  Из каких компонентов складывается художественный образ?
  3.  Дайте определение понятию «стиль» в искусстве.
  4.  Перечислите основные теории, объясняющие причины возникновения искусства. Какая из них Вам кажется наиболее убедительной и почему?
  5.  Перечислите известные Вам жанры основных видов искусства.

Глава 7. Право и мораль
как явления культуры

Задача права вовсе не в том, чтобы лежащий во зле мир обратился в Царство Божие, а только в том, чтобы он – до времени не превратился в ад.

В. С. Соловьёв

§ 1. Феномен права в культуре

В отечественной гуманитарной и общественной науке право долгое время рассматривалось в ряду политических явлений. А понятие «правовая культура» понималось очень узко: оно характеризовало степень соответствия правового сознания и поведения граждан действующему (позитивному) праву.

В истории юридической мысли сформировались два противоположных подхода к пониманию права: один представлен различными формами юридического позитивизма, другой – различными вариантами учения естественного права. Первый предполагает отождествление или сведение (редукцию) «права вообще» к действующему в данный момент (позитивному) праву. Обычно под этим понимают совокупность правовых норм (поэтому его зачастую именуют еще «нормативистским»), имеющих форму закона. Именно такой, сугубо легалистский (законнический) характер имело правопонимание советских правоведов и в целом юристов. Соединённое с классово-партийным подходом, обязательным для всей советской науки, оно породило следующую форму определения права: «право – выраженная в законе воля господствующего класса». Таким образом, многие десятилетия в отечественном правоведении безраздельно господствовал юридический позитивизм, причем в его крайней, экстремистской форме.

Противостоящий позитивистскому естественно-правовой подход предполагает, что позитивное право получает свою силу от некоего естественного порядка: космоса, природы, Бога или богов. Нормы этого порядка («права») имеют безусловный, абсолютный характер.

Особенно значительную роль концепция естественного права сыграла в Новое время, являясь действенным идеологическим средством в период борьбы буржуазии с феодальными классами. В это время имел место парадоксальный процесс: распространение и доминирование теории так называемого рационального естественного права подготовило почву и логично привело к господству юридико-позитивистского мировоззрения. Рационалистическая теория естественного права (это её более точное наименование) предполагала, что Бог не создавал правовой порядок в человеческом обществе. Человек должен сам его создать в соответствии с разумом (ratio), который является в свою очередь творением Божьим, т. е. естественным. Именно в этом смысле (соответствие разуму) понималась «естественность» долженствующего быть созданным человеком правового порядка. Такое правопонимание мировоззренчески обосновывало необходимость законодательной деятельности и дальнейшей кодификации правовых норм. Построенное таким образом уже позитивное право считалось воплощением естественного права. Круг замыкается юридическим позитивизмом.

Мы определяем право как особую подсистему духовной культуры, регулирующую человеческие отношения, в первую очередь социальные, с позиций соотношения «справедливого» и «несправедливого».

В большинстве европейских языков слова «право» (немецкое Recht, французское droit, итальянское diritto, испанское derecho), «правый», «правильный», «справедливый» – однокоренные. Исключение представляет английский язык: слово right обозначает субъективное право, а понятие law – комплекс объективного права.

Право занимает в системе духовной культуры особое место. Причём в каждом типе культуры это место различно. Право вряд ли можно считать универсальным элементом духовной культуры. Это верно в двух аспектах: во-первых, учёным известны исторические (некогда существовавшие) культурные организмы, обходившиеся без специфически юридических механизмов регулирования; во-вторых, известны конкретные культуры, далеко не примитивные, в которых за правом не признаётся социально-культурная ценность.

По этому второму показателю все конкретные культурные типы можно разместить на условной шкале. На одном полюсе (экстремуме) этой шкалы поместятся культуры, носители которых признают право основополагающей ценностью. Их можно назвать «легалистскими» и отнести к ним западно-европейскую культуру Средневековья и Нового времени, и античную (особенно древнеримскую).

На противоположном полюсе поместятся культурные типы, в которых право признается как неизбежное (и потому необходимое) зло. Другими словами, в этих культурах господствует правовой нигилизм. Наиболее отчётливо он проявляется в дальневосточной (восточно-азиатской) культуре (Китай, Япония, Корея). Очень сильно влияние правового нигилизма в отечественной культуре. Некоторые культуры занимают промежуточную, среднюю позицию, например, исламская. Мусульманское право, несмотря на то что составляет элемент религиозной системы, имеет высокий авторитет в глазах правоверных. Как образно выразился один исследователь, мусульманское право – это свет, который должен вести верующих к религиозному идеалу, так как часто они не видят нужного направления.

Характеристика степени соответствия данной правовой системы основным ценностям данной культуры называется легитимностью. Полного соответствия нет и быть не может по ряду причин. Во-первых, культура – динамичная система, части которой изменяются неравномерно и не в последнюю очередь под действием взаимного влияния, внешних факторов. Во-вторых, во всякой культуре сосуществует одновременно несколько вариантов ценностных систем, которые образуют ядро так называемых субкультур. Одна правовая система не в состоянии полностью соответствовать плюралистичным ценностно-культурным комплексам, которые конкурируют между собой.

Соответствие различных социальных и культурных явлений праву характеризуется понятием легальность (законность).

Основная социальная функция права – регулирующая. Возможны два способа регулирования: индивидуальное и нормативное. Первое соответствует состоянию произвола, которое является результатом действия случайных, сиюминутных факторов, например соотношения сил в данный момент. В философско-социологической теории английского мыслителя Томаса Гоббса такая ситуация описывалась концепцией «война всех против всех».

Нужно сказать, что это гипотетическое состояние в человеческой общности вряд ли имело место. Другими словами: только лишь индивидуальным регулированием человек не обходился никогда. Основу социального регулирования составляли нормы: моральные, религиозные, правовые.

Правда, на ранних этапах человеческой культуры выделить специфически правовые, специфически религиозные и другие механизмы крайне трудно, или даже невозможно. Такой слитный механизм соционормативного регулирования получил наименование «мононорма» (единая норма). Зримым свидетельством этого единства является наличие религиозного права: мусульманского (его очень часто неверно называют «шариат»), индусского, иудейского.

В истории права можно выделить два глобальных периода: господство обычного права и писаное право. Обычное (от слова «обычай») право бытовало в устной форме. Пожалуй, самое раннее фиксированное в письменной форме собрание норм обычного права – знаменитый «кодекс» вавилонского царя Хаммурапи (XVIII век до н. э.). Не надо думать, что письменное фиксирование норм обычного права автоматически превращает его в писаное. Последнее характеризуется, по меньшей мере, двумя признаками: первое – это должна быть не простая пассивная фиксация уже существующих норм, без их адаптации друг к другу. Такая работа называется инкорпорацией. Второе: как правило, писаное право содержит нормы, являющиеся плодом законодательной деятельности или судебной практики. Обычное право по самому смыслу не подлежит сознательному целенаправленному изменению. Механизм его эволюции совершенно иной, чем у писаного права.

Правовая система состоит из нескольких элементов: правовых норм, правовых социальных институтов (судебные органы, полиция (милиция), прокуратура и т. д.), доктрины, правового сознания и правовых отношений.

Первичный элемент правовой системы – правовая норма. Структура правовой нормы различна. Типология правовых норм насчитывает три их разновидности: запретительные, дозволения и позитивные обязывания (императивные).

Известный социолог Макс Вебер предложил свою классификацию правовых культур, критерием которой он «положил» степень и характер «рационализации» права. Он выделил четыре типа права по этому признаку.

1. Формальная иррациональность, когда правотворцы и правоприменители руководствуются убеждениями, которые лежат вне контроля разума, например, предсказания оракула, пророческие откровения, результаты судебного поединка (ордалии).

2. Материальная иррациональность, когда субъект правовой деятельности ориентируется не на всеобщие правила, а поступает произвольно (на первый взгляд) или решает в каждом случае «казуистически» по правовому чувству. К этому типу близка деятельность кади, т. е. восточного судьи, который, сидя на рыночной площади, разрешает конфликты.

3. Материальная рациональность господствует в праве, когда участники правовых действий сознательно следуют более или менее ясно концептуализированным и сформулированным материальным (содержательным) принципам, происхождение которых нужно искать в религии, этической системе, в государственных соображениях или властно-политической идее. К этому классу принадлежит исламское право, поскольку его создатели-юристы пытались превратить его в инструмент осуществления мусульманских идей. Советское право было также материально-рациональным, поскольку должно было служить средством достижения коммунистического общественного идеала.

4. Формальная (логическая) рациональность наличествует, когда право построено исключительно на основаниях, которые ни от случая к случаю, а систематически следуют определённой установленной форме внутреннего или внешнего вида. В первом случае имеются в виду, например, формы договоров, во втором – высшие правовые принципы абстрактно-всеобщего вида. К этому типу относятся западно-европейские правовые системы.

Изучением различных типов современных правовых систем занимается научная дисциплина – сравнительное правоведение (юридическая компаративистика). Её объектом являются не национальные правовые системы, а их совокупности, имеющие общие, существенные характеристики. Они получили наименование «правовые семьи» или «правовые круги».

Специалисты выделяют прежде всего романо-германскую (европейско-континентальную) правовую семью. К ним относят правовые системы нескольких десятков стран, прежде всего европейских (за исключением Великобритании). Они являются наследниками римского права; доминирующим источником права выступают нормы, созданные законодательным путем. Основной массив норм кодифицирован.

Вторая большая правовая семья – общее право (англо-американское). Историческое основание правовых систем этого типа – «общее право» Англии. Почти все страны этой группы – бывшие колониальные владения Великобритании. Их правовые системы (точнее – Англии) развивались без исторического влияния римского права. Хотя творцы и современные юристы общего права несколько преувеличивают оригинальность и самобытность «своего» права, это не совсем объективно: общее право не избежало влияния со стороны других правовых систем, прежде всего римского права.

Основной источник права (правовых норм) в этой семье – судебная практика. Законодательная практика (статусное право) – вспомогательный (субсидиарный) источник права. Нормы права в данной системе не кодифицированы. В Великобритании даже нет писаной конституции. В правотворческой и правоприменительной деятельности огромна роль судей.

§ 2. Мораль в системе культуры

Наряду с религией и правом мораль является важнейшим регулятивным механизмом. Моральное регулирование также имеет нормативный характер. Мораль регулирует человеческие отношения с точки зрения соотношения добра и зла. Мораль является универсальной составной частью культуры. Содержание моральных ценностей (именно они образуют ядро морали) очень разнообразно. В строгом смысле выражение «аморальный человек» должно восприниматься как фигуральное. Интересно, что в китайском языке иероглифы, которые читаются «жень дао» (вообще, правильнее их было бы разделить), означают «человек – путь» («путь человека»), переводятся не только словом «мораль», но и «человечность», «гуманность».

Слово «мораль» латинского происхождения: moralis – прилагательное от mores (обычаи, нравы). Важнейшая часть морали – учение о добре и зле, этика. Это слово греческого происхождения; его первоначальный смысл тот же, что у латинского mores. Поскольку с содержательной точки зрения морально-ценностные системы необозримы, имеет смысл рассматривать этические учения, в которых это содержание представлено в концентрированном виде.

Можно выделить несколько групп, условно говоря, этических учений. Первую можно, опять же условно, обозначить как «натуральные», «естественные» этики. Их «естественность» имеет два аспекта. Во-первых, данный тип учения предполагает, что способность различать добро и зло дана человеку от природы. Во-вторых, это представление появляется «естественным» путем, т. е. непроизвольно, а не путём умозрительных рассуждений. В условиях замкнутых, изолированных коллективов, которые преобладали на стадии архаической культуры, для членов этих локальных общностей было естественно представление о том, что возможны только «их» образ жизни, «их» ценности. Сомнение в естественно-природном характере своих ценностей возникает, да и то потенциально, только при контакте носителей разных ценностных систем. Укажем, что естественно-этические представления лежат в основе концепций существования «общечеловеческих» ценностей. Когда же пытаются в реальности следовать положениям этой теории, это оборачивается попытками конституировать под маркой «общечеловеческих» какие-то явления конкретно-исторической социально-культурной эпохи, общности.

Вторую группу этических учений можно назвать «гетерономные» этики. В этих учениях источник и факторы, определяющие природу моральных ценностей, выносятся за пределы собственно морали. К ним принадлежат многие разновидности религиозных этических учений. Типичнейший пример такого рода этики – коммунистическая (марксистско-ленинская) этика, которая считалась официальной моралью советского общества на протяжении многих десятилетий. В этой морали критерий различения добра и зла находился в классово-политической области: всё, что способствовало делу победы коммунизма (социализма, социалистической революции, рабочего класса и т. д.) – «добро», всё, что ему препятствовало (или было индифферентным), – «зло».

Третий тип этических учений – автономные. Такого рода этику разработал Иммануил Кант. Её суть заключается в нравственном категорическом императиве. Нравственный императив Канта можно рассматривать как выраженное в теоретической форме «золотое правило морали»: «Не поступай по отношению к другому так, как ты не хочешь, чтобы поступали по отношению к тебе». Правда, философ выразил это в положительной форме: «Поступай так, чтобы максима твоей воли могла в то же время иметь силу всеобщего законодательства»29. Кантовский императив имеет абсолютный и абстрактный характер.

Поведение любого человека Кант квалифицировал в зависимости от мотивов, которые лежали в основе человеческих поступков. Если человек руководствовался исключительно требованиями нравственного категорического императива, Кант считал это поведение моральным. Если же побуждения действующего человека имели другой источник (причем из их числа не исключались любовь, жалость и прочие «благородные чувства»), он считал его поступки «легальными».

Абстрактный характер императива может привести к парадоксальным выводам, если ему следовать буквально. Например, он запрещает одалживать деньги: ведь человек, занимая у другого деньги, в данный момент не хочет, чтобы занимали у него. В противном случае вся операция теряет смысл. И наоборот: тип, осуществляющий сексуальные домогательства в отношении лица противоположного пола, желает (исключая, разумеется, патологические случаи), чтобы объект, на который направлены его действия, испытывал те же чувства в полном согласии с императивом!

Впрочем, Кант ввёл одно очень существенное ограничение в трактовку своего «морального закона». Оно требует, чтобы любой действующий человек видел в любом другом человеке всегда цель, но никак не средство. Это требование придает содержательную определённость нравственному категорическому императиву.

Следование моральным нормам не подкрепляется воздействием социально институциализированных (во всяком случае, формальных) организационных структур. Чтобы «приобрести» средства внешнего принуждения, моральная норма должна стать элементом другой, например, правовой, системы.

Как же можно трактовать существование censura mori в Древнем Риме или «полиции нравов» в современных государствах? Если мы отвлечёмся от крайностей, а только в терпимом обществе существуют подобного типа учреждения, то увидим, что они занимаются исключительно юридической стороной дела. Например, никаких юридических санкций для взрослого нормального человека не последует, если он воспользовался известного рода сомнительными услугами представительниц «древнейшей профессии». Хотя с моральной точки зрения его действия предосудительны. Но окажись эта особа несовершеннолетней (а возрастные границы совершеннолетия очень условны: от 12 до 21 года в разных правовых системах), данный гражданин ощутит карающую десницу Закона. То же самое можно сказать о нормах, всемерно затрудняющих доступ несовершеннолетним к порнографии. И в том, и в другом случае соответствующие компетентные органы исходят не из «аморальной природы» этих явлений. Они руководствуются чисто юридическими соображениями – необходимостью защиты прав граждан.

Не меньшую, а может быть, и большую роль, в существовании подобного рода структур играют соображения чисто социального порядка. Предосудительные с моральной точки зрения виды деятельности, связанные с эксплуатацией человеческих пороков (проституции, азартных игр, разных видов наркомании), всегда создают благоприятную среду (или почву) для негативных социальных проявлений. Например, проститутки, наркоманы и гомосексуалисты являются основными разносчиками СПИДа и других венерических заболеваний. К тому же эти социально-негативные явления составляют экономический фундамент организованной преступности во всём мире.

На этих примерах достаточно хорошо видно, что «полиция нравов» и им подобные структуры борются не с аморальностью как таковой.

Несмотря на то что моральные нормы не имеют «за собою» специализированных институциональных образований, определённый «механизм» их воздействия существует. Его важнейшим элементом является этос – совокупность моральных характеристик, присущих «идеальному» человеку, члену данной социально-культурной общности. Поскольку в реальности существуют различные общности (например, этнические или религиозные) и разные уровни общностей (от малых социальных групп до классов), возникает этический плюрализм. Содержание этосов разных социально-культурных общностей различается очень сильно, вплоть до противоречия. От «идеального» буржуа Нового времени ожидали бережливости, финансовой честности, трудолюбия и т. д. Его современник «идеальный» дворянин (рыцарь, джентльмен) труд ради куска хлеба считал зазорным, бережливость – позорным скопидомством. Финансовая честность ограничивалась только некоторой специфической сферой, например уплатой карточных долгов; невозвращение долга кредитору в дворянской среде не считалось неэтичным поступком.

В механизме функционирования моральных норм огромное значение имеет личный пример – персонификация в конкретном человеке (реально существовавшем или мнимом – не имеет значения) идеальных этических черт. В православном и католическом христианстве ими были святые, в советском обществе – герои революции, гражданской войны и т. д.

В завершение этой темы можно сказать, что, несмотря на кажущуюся «эфемерность» морали (в смысле отсутствия материальных средств принуждения), она оказывает колоссальное воздействие на духовную культуру и жизнь человека и человеческого общества в целом. Распространение протестантской этики имело неочевидное, но решающее значение в возникновении и развитии современного капитализма. Потрясающим по убедительности примером эффективности воздействия морали в глобальном масштабе является распространение христианства сначала в Римской империи, затем по всему миру!

Литература

  1.  Ивлев С. В. Феномен права в культуре (правовая культура) // Введение в теорию культуры: учеб. пособие / под ред. Е. Я. Букиной. – Новосибирск, 1999. – С. 25–30.
  2.  Ивлев С. В. Мораль в системе культуры // Введение в теорию культуры: учеб. пособие / под ред. Е. Я. Букиной. – Новосибирск, 1999. – С. 39–42.
  3.  Вебер М. Протестантская этика и дух капитализма // Избр. произв. – М., 1990. – С. 44–271.
  4.  Зеленкова И. Л., Беляева Е. В. Этика. – М., 2000. – 367 с.
  5.  Каменская Е. Н. Этика. Эстетика: конспект лекций. – Ростов-на-Дону, 2004. – 250 с.

Вопросы для самоконтроля

  1.  Чем отличается позитивистская концепция права от учения о естественном праве?
    1.  Из каких элементов состоит правовая система?
    2.  Что такое «натуральные», гетерономные и автономные этические учения?
    3.  К какому из выше перечисленных видов этических учений относится философия морали И. Канта?
    4.  Опишите специфику моральных норм в сравнении их с правовыми установлениями.

Глава 8. Социально-культурные
характеристики науки

Наука – это систематическое расширение области человеческого незнания.

Р. Гутовский

Обычно, рассматривая науку, выделяют содержательную, «знаниевую» (когнитивную) сторону науки, а процесс развития научного знания как накопление («кумулятивный эффект»). Мы обратим внимание на социальные и культурные условия генезиса, функционирования и развития науки.

Относительно науки существует несколько устойчивых стереотипных воззрений, которые никак нельзя признать соответствующими действительности. Их источники – в обыденном сознании; хотя они встречаются и в специальных сочинениях, особенно в учебниках.

Во-первых, научное знание отождествляется с любым истинным знанием вообще. При таком подходе игнорируются специфика происхождения и характер научного знания в целом. Поэтому целые разделы в учебниках по истории культуры посвящены «науке» в Древнем Египте, Древнем Двуречье и т. д. В этих типах культуры, строго говоря, действительно были фрагменты или даже массивы естественно-научного, технического и гуманитарного знания, но не было науки как системы (или подсистемы) духовной культуры со своими, только ей присущими методами научной деятельности (получение, проверка, использование знания), его структурой (гипотезы, концепции, теории, парадигмы), социальными институтами науки, сообществом учёных-профессионалов. Условием научной деятельности считается рефлексия учёных по поводу всех названных её элементов. Однако ни одного из этих признаков в этих культурах обнаружить невозможно, поэтому говорить о наличии науки в них неправомерно.

Во-вторых, успехи науки и её важная роль в обществе и культуре после эпохи Просвещения породили сциентистское и тесно с ним связанное технократическое мировоззрение. Оно предполагает, что наука и техника могут разрешить все проблемы человека и человечества, если не сейчас, то в будущем. Следовательно, научное знание может заменить все другие виды знания: религиозное, художественное и т. д. Один из источников сциентизма – значительное влияние позитивизма во всех сферах знания в XIX – начале XX века. Это влияние часто не осознавалось. Так, марксистско-ленинская философия почитала себя за «единственно верную» мировоззренческую систему. При противоположности исходных посылок данное и предыдущее воззрения приводят к одинаковому результату: в первом случае научное знание растворяется во вненаучных сферах культуры; во втором оно поглощает эти сферы.

В-третьих, очень широко распространено убеждение, что наука существует в первую очередь для удовлетворения практических потребностей. В течение же целых тысячелетий человечество вполне обходилось в своей повседневной (и не только) жизни без науки. Людям, даже при решении сложнейших, например технических проблем, вполне было достаточно знаний, полученных в ходе практической предметной деятельности, т. е. эмпирических. Если бы даже «практики» попытались прямо воспользоваться результатами или рекомендациями учёных уже в Новое время, последствия были бы печальны. Только в ходе научно-технической революции XX века наука стала, как писалось в программных документах КПСС, «непосредственной производительной силой». Более того, научное знание могло развиваться, только освободившись от необходимости служить удовлетворению практических потребностей.

И последнее: в обыденном сознании научным считается только «истинное» знание. Критерием истинности выступает соответствие содержания конкретной теории некоей «объективной» реальности. По существу движение научного знания представлялось как приближение к «абсолютной» истине, впрочем, недостижимое вполне.

Наука требует наличия целого комплекса социально-культурных условий. Именно конкретно-историческая обстановка античной культуры обеспечивала эти необходимые условия, что стимулировало возникновение здесь первых частных, собственно научных систем: математики и астрономии.

Разумеется, элементы этих областей знания были известны и в других цивилизациях. Например, Индия дала миру цифры, которые мы называем «арабскими», десятичную систему, понятие «ноль», позиционную систему и т. д. Однако именно древним грекам принадлежит приоритет в деле превращения знания в научное знание.

Именно эллины не только восприняли и усвоили мудрость более древних культур (Египта, Двуречья), но и придали ей новое качество. Они сделали объектом изучения основные математические понятия: «точка», «линия», «отрезок», «геометрические фигуры» и т. д. Древние греки структурировали поле математического знания, введя научные конструкции. Они разработали такие положения науки, как аксиомы, теоремы, леммы и т. д. Древнегреческие математики обосновали необходимость такой необходимой и очевидной для нас операции, как доказательство.

Первостепенное значение в формировании античных наук имела агональность (соревновательность) античной культуры. В науке «соревнуются» гипотезы, концепции, теории. Древние греки соревновались во всём: в физической культуре (олимпийские игры), в искусстве (театральные состязания), в политике. В греческих полисах существовали самые разные политические режимы: тирания, демократия, олигархия, аристократия. В соревновательном процессе победитель выявляется по фиксированным правилам. В науке истинность теорий, учений, гипотез также устанавливается в соответствии с определёнными критериями.

В Древней Греции был высок престиж интеллектуального умозрительного, в том числе теоретического, труда. Правда, у этого явления была оборотная сторона: греки пренебрежительно-презрительно относились к физическому труду. Причем дело не в особой лени жителей Древней Эллады. Нормой для них было физическое совершенство, воинские занятия. И то, и другое требуют значительных физических усилий. Нетворческий (непродуктивный) физический труд был уделом рабов, животных и машин. Негативное отношение к предметной деятельности препятствовало возникновению важнейшего способа научной деятельности – экспериментального. Его время наступило только через две тысячи лет и создало предпосылки для формирования классической науки.

Философско-мировоззренческой основой научной деятельности можно считать идеалистическое мировоззрение, родоначальником которого был Платон. Платоновский «мир идей», населённый первичными прообразами реальных конкретных вещей, очень близок к совокупности научных понятий, которыми оперируют люди науки. Математическая точка – это объект, не имеющий линейных размеров или линейными размерами которого можно пренебречь (что, в принципе, одно и то же). То обстоятельство, что Платон и его последователи считали «идеи» реально существующими наряду с бесконечно разнообразным миром их предметных несовершенных воплощений, а научные понятия – продуктами нашего ума (и их природа нами осознаётся), не имеет принципиального значения. Гораздо важнее то, что понять «идеи» можно буквально умозрительным путем. Такой же путь применим в постижении научных истин. Это сходство создает предпосылки высокого статуса теоретической, в том числе научной, деятельности.

Развитие античной математики было подытожено трудами Евклида. До сих пор мы изучаем элементарную математику «по Евклиду». Его основные постулаты имели характер абсолютных истин до XIX века, пока Лобачевский не положил начало построению неевклидовой математики (геометрии).

Интересно, что астрономия стала наряду с математикой первой наукой. Строго говоря, математику нельзя считать частной наукой. Она даёт средства, «язык» для технических, естественных и, в меньшей степени, гуманитарных дисциплин. Астрономия была первой не только по времени рождения, но и первой по значению в корпусе знания классической наукой под наименованием «небесная механика».

Сами характеристики «небесных тел» потенциально делали их благодатным объектом астрономических наблюдений. Во-первых, линейные размеры в «небесах» позволяют принять небесные светила за математические объекты. Во-вторых, небесные процессы и явления протекают с большой регулярностью. Они как бы воплощают закономерность. В-третьих, они «объективны», т. е. не зависят от наблюдателя. Это свойство очень важно для «традиционного» классического научного мировоззрения. И, наконец, они считались «божественными» (т. е. идеальными) творениями.

Достижения античной астрономии, выраженные в геоцентрической картине мира, суммировал знаменитый древнегреческий астроном Клавдий Птолемей. Эта теория в качестве официальной космологической доктрины была принята католической церковью в средние века (первоначально через посредничество арабских учёных). В научной сфере она оставалась парадигмальной теорией до «коперниканской революции» в астрономии. Ситуация была парадоксальной: автором официальной церковной доктрины был языческий учёный, творцом же соперничающей с ней гелиоцентрической теории мироздания – католический каноник Николай Коперник.

Средневековье Западной Европы внесло мало позитивного в развитие научного знания. Однако нельзя представлять эту эпоху европейской культурной истории антинаучной. Тем более нельзя согласиться с широко бытующим предрассудком о природной (органичной) антинаучности средневековой христианской церкви. В действительности, именно благодаря церкви сохранилась научная традиция. Из всех социальных институтов средневекового общества у церкви наиболее значительные «заслуги» перед наукой.

Церковь поддержала традицию элементарной грамотности и, шире, письменной культуры, без чего ни о какой науке речи быть не может. К счастью, письменная культура Средневековья основывалась на латыни. Это в огромной степени облегчало восприятие и сохранение интеллектуального, теоретического, в том числе научного, наследия. За рамками церковной организации в условиях раннего, да и высокого Средневековья, этот вид деятельности мог совершенно угаснуть.

Католическая церковь восприняла, правда, существенно трансформировав и адаптировав, целые массивы античного теоретического научного и философского знания: геоцентрическую систему Птолемея (на что уже указывалось выше), элементы философии Платона и, разумеется, Аристотеля. Наследие последнего, стало и до сих пор остается одной из фундаментальных основ католического мировоззрения.

Средневековая схоластическая философия также внесла определённый вклад в фундамент здания классической науки. Он концентрируется в области логико-понятийного аппарата. Предложенный средневековым мыслителем Уильямом Оккамом принцип («бритва Оккама»), предлагающий не множить понятия без необходимости, в течение столетий доказал свой воистину универсальный характер.

Нельзя сбрасывать со счетов и результаты, полученные представителями так называемых «лженаук». Например, алхимики в ходе своих опытов открыли несколько элементов, десятки соединений (сплавов, солей, кислот, щёлочей), описали типы химических реакций и т. д.

И, наконец, нельзя не учитывать действие случайных факторов. Поразителен следующий факт: польский священник Коперник создавал свою гелиоцентрическую систему как схему, объясняющую причины перемещения по календарю даты некоторых церковных праздников, в том числе Пасхи.

Именно церковь стояла у истоков системы социальных институтов научной деятельности. Центрами не только образовательной, но и научно-исследовательской деятельности Запада являются по традиции университеты. Научным обществам, академиям и другим научным учреждениям отводится второстепенная роль. Более половины старейших университетов Европы (XI–XIV века) конституировались папской (т. е. церковной христианской) властью, а не светской государственной властью. Местные, национальные или транснациональные (императорские) власти были учредителями университетов во вторую очередь. Наднациональный характер науки – её необходимое свойство.

Европейская культура Нового времени породила науку как глобальный культурный феномен.

Первая формация научной системы получила наименование «классической науки». У её истоков стояли несколько десятков основоположников: Коперник, Кеплер, Галилей и т. д. Роль творца классической науки вполне заслуженно отводится сэру Исааку Ньютону. Классическая наука сформировалась в результате процесса, получившего наименование «научная революция». Её главной содержательной частью является смена парадигмы – научной теории, признанной верной большей частью профессионального сообщества данной научной дисциплины. Начало положила революция в астрономии. Место геоцентрической теории мироздания Клавдия Птолемея заняла гелиоцентрическая система Николая Коперника. Однако именно небесная механика была лидирующей дисциплиной в комплексе классических наук.

Сформировалась новая парадигма и в оптике: в дискуссии Ньютона с Гюйгенсом корпускулярная теория природы света первого возобладала над волновой второго. На базе теории флогистона оформилась термодинамика.

В других дисциплинах парадигмальные теории только формируются, что с точки зрения современного науковедения является признаком трансформации какой-либо области знания в «полноценную» науку.

В совокупности научных методов очень прочно занял почётное место новый научный метод – экспериментальный. Основная заслуга теоретического обоснования правомерности его применения в научной деятельности принадлежит Галилею.

Переворот в астрономии не ограничился её рамками. Он затронул самые основы современного Галилею мировоззрения.

Совершенной формой тел считались круг и сфера, формой движения – круговое. После работ Коперника, Тихо Браге, Кеплера от представления о совершенстве небесных тел мало что осталось. Оказалось, что планеты движутся по эллиптической околосолнечной орбите, да ещё и с неодинаковой скоростью в разных точках орбиты. К тому же геоцентрическая космологическая картина была необходимым элементом антропоцентрического мировоззрения. Её разрушение нанесло непоправимый ущерб самому фундаменту антропоцентризма.

На этапе классической науки оформилось соответствующее научное мировоззрение. Оно было материалистическим, механистическим, детерминистским. В соответствии с ним весь мир – совокупность материальных тел, которые находятся в абсолютном трёхмерном пространстве и взаимодействие которых подчиняется механическим законам. Необходимым элементом мировоззрения классической науки были понятия «абсолютного времени»: постулировалось, что течение времени во всех точках Вселенной абсолютно.

Научное мировоззрение этого типа явилось питательной почвой для ряда сциентистских иллюзий. В XVIII веке вполне серьёзные учёные, например Лаплас, работали над универсальной формулой, позволяющей рассчитать параметры любого тела или их совокупности в любой области пространства и времени. Поскольку законы взаимодействия элементов объективной реальности считались известными, имели строго детерминистский и обратимый характер, не было никаких принципиальных препятствий для расчета «конфигурации» тел в сколь угодно далёком прошлом или будущем. Случайным, вероятностным, неравновесным процессам и явлениям не было места в этом мироздании. В реальности же их нельзя было не заметить. Однако учёные того времени квалифицировали их как частные аномалии, которые пока ещё не получили объяснения в рамках господствующего мировоззрения.

Другой стороной возникновения классической науки было формирование инфраструктуры научной деятельности: возникает сообщество учёных-профессионалов, центры их подготовки (учебные заведения), специализированные научно-исследовательские учреждения: университеты, научные общества и академии.

Первым профессионалом-учёным можно считать Эдварда Гука. Он был первым и единственным научным сотрудником Лондонского королевского научного общества, которое до сих пор является самым авторитетным и престижным научным учреждением Великобритании, подобным российской Академии наук. Гук стал первым научным сотрудником, получавшим зарплату за свою деятельность. Интересно, что иногда в качестве вознаграждения ему предлагался нераспроданный тираж какого-нибудь трактата о рыбах. Каждую неделю он был обязан докладывать о каком-либо научном открытии. Как ему это удавалось – непонятно, однако он ухитрялся, во всяком случае, отчитываться об этом.

Следующий этап развития науки – постклассический. Его начало связано с «революцией в физике». Самые крупные парадигмальные сдвиги: разработка общей теории относительности и квантовой механики. Всё здание классической науки сначала было потрясено и затем оказалось перестроенным. Впрочем, от её достижений не отказались: они не потеряли своей истинности, было уточнено их место в общей модели мироздания. Построения классической науки потеряли свой абсолютный характер, их истинность сохранилась относительно некоторого, сравнительно узкого спектра значений или некоторого фрагмента реальности. Законы классической механики верны для процессов, протекающих со скоростями, весьма далёкими от скорости света. Это же касается других величин: массы, размеров и т. д. Законы классической науки – это частные закономерности более общих законов мироздания. В частности, универсальность детерминизма оказалась под вопросом. В противоположность представлениям творцов классической науки, детерминизм – частный случай проявления вероятностных (статистических) закономерностей.

В постклассическую эпоху научного развития было уточнено место науки в культуре. Подвижки во взглядах на науку вызывались не только её внутренним (имманентным) развитием. Не меньшее значение имело крушение иллюзий, порожденных мировоззрением Просвещения.

Именно крупнейшие авторитеты постклассической науки по-новому поставили проблему «абсолютной» истины, соответствия научного знания «объективной» реальности и т. д. Справедливости ради нужно отметить, что основоположники классической науки осознавали пределы, условный характер «своих» научных истин. Ньютон вывел закон всемирного тяготения, введя немало допущений. Первое: он взял в качестве объекта систему из двух тел, «произвольно» исключив действие бесчисленного множества других материальных тел. Второе: у него взаимодействуют не реальные тела, а их геометрические центры. Третье: автор закона всемирного тяготения должен был «абстрагироваться» («отвлечься») от того факта, что макротела состоят из «атомов», которые тоже взаимодействуют. Четвёртое: система признавалась полностью статичной. Пятое: допускалось мгновенное действие на расстоянии и т. д.

Гениальность Ньютона и других учёных заключалась в осознании ограниченности своих возможностей или, точнее, условности своих научных конструкций. Правда, они полагали, что их последователи сумеют преодолеть эту ограниченность. Реальное развитие науки не оправдало этих надежд, точнее – оно пошло по другому пути.

В настоящее время можно говорить о третьем этапе научного развития или о третьей научной революции. Её контуры достаточно проявились только в середине XX века и зафиксированы под наименованием «научно-техническая революция». Изменение социально-культурных функций науки можно резюмировать формулой из третьей Программы КПСС, уже приводимой выше. Появился целый сектор научной деятельности (прикладная наука), главным содержанием которой является «материализация» (предметное воплощение) научных идей, продукта фундаментальной науки, в том числе разработка технологий. Ситуация изменилась кардинально. Стоит напомнить, что ещё промышленный переворот конца XVIII – первой половины XIX века прошёл практически без участия науки. Наука и техника развивались параллельно. Важнейшие технические и технологические открытия и изобретения делали отнюдь не учёные. Зачастую это были люди без систематического образования, гениальные самоучки.

Перспективы развития современной науки теснейшим образом связаны с потенциалом решения глобальных проблем человечества. Возможности решения этой сложнейшей задачи лежат скорее не в научной и технической сферах, а в общекультурной. Любые сциентистcко-технократические сценарии недостаточно эффективны без существенных мировоззренческих сдвигов глобального масштаба.

Литература

  1.  Ивлев С. В. Социально-культурные характеристики науки // Введение в теорию культуры: учеб. пособие / под ред. Е. Я. Букиной. – Новосибирск, 1999. – С. 30-39.
  2.  Вебер М. Наука как призвание и профессия // Избр. произв. – М., 1990. – С. 707–730.
  3.  Гайденко П. П. История новоевропейской философии в ее связи с наукой. – М.; СПб., 2000. – 456 с.
  4.  Кун Т. Структура научных революций. – М., 2001. – 605 с.
  5.  Лешкевич Т. Г. Философия науки: традиции и новации: учеб. пособие для вузов. – М., 2001 – 413 с.

Вопросы для самоконтроля

  1.  Выделите социально-культурные условия, создавшие предпосылки для зарождения науки как самостоятельной формы культуры в Древней Греции.
    1.  Дайте оценку вклада средневековой культуры Европы в области сохранения и развития научных знаний.
    2.  Назовите основные мировоззренческие установки, лежавшие в основе классической науки.
    3.  Как постклассическая наука изменила картину мира, построенную классической наукой?

Глава 9. Развитие техники и судьба культуры

Техника покорила нам пространство и время, материю и силу и сама служит той силой, которая неудержимо гонит вперед колесо прогресса.

П.К. Энгельмейер

Человек без техники – это не человек.

Х. Ортега-и-Гассет

Техника - явление многогранное. В современном мире техника играет огромную роль почти во всех сферах человеческой жизни, она тесно связана с наукой, экономикой, политикой, моралью. Значение слова «техника» восходит к древнегреческому τέχνη – мастерству в изготовлении искусственных полезных предметов, которые изначально отсутствовали в природе. В XVIII веке возникает понятие «технология» – область знания, систематически исследующая процесс и принципы производства искусственных объектов.

Различные аспекты техники служат предметом изучения различных наук. Однако вопрос о сущности техники, равно как и изучение техники в целом, лежит за пределами исследовательского поля технических дисциплин. Огромные возможности техники повлияли на ускорение исторического процесса, резкое усиление социальной динамики. Поэтому феномен техники в целом, ее место в социокультурном развитии человечества привлекает внимание философов и представителей гуманитарных наук.

Техника – это не только технические объекты: орудия труда и изобретения, инструменты, машины и автоматы. Понятие «техника» включает в себя и определенного рода знания, виды человеческой деятельности. Технические знания (навыки, правила, теории) реализуются как в технических устройствах, так и виде научных и учебных изданий, обеспечивающих возможность дальнейшего технического развития. Существование техники предполагает наличие различных видов деятельности по созданию и эксплуатации технических устройств, начиная от изобретения и проектирования и заканчивая процессом их изготовления и использования в повседневной жизни. Кроме того, техника включена в систему потребностей, мотивов, намерений человека, что позволяет трактовать ее как разновидность волеизъявления.

Принято выделять два основных смысла употребления слова «техника»: узкий и широкий. Техника, взятая в узком смысле, заключает в себе конкретные материальные объекты, создаваемые и используемые человеком с целью преобразования природы методами инженерной деятельности. В широком смысле техника не ограничивается сферой инженерной деятельности, но рассматривается как совокупность рациональных методов, обеспечивающих поступательный характер общественного развития в целом.

Существует несколько подходов, в рамках которых объясняется происхождение техники. Натуралистический подход во главу угла ставит природные основания техники. Защищаясь от враждебных природных сил, человек начал создавать технические артефакты. Инженерная деятельность выступает здесь как способ адаптации человека к природному и искусственному окружению. В рамках волевого подхода наряду с природным фактором рассматривается и другой фактор появления техники – воля мирового вселенского порядка. С точки зрения сторонников рационального подхода техника и техническая деятельность – сознательно проектируемое действие. Следовательно, источником технического развития выступает не природа, а интеллект.

Отношение человека к технике отличалось в различные периоды истории культуры. В архаических культурах орудия труда и другие изделия рассматривались как непосредственное продолжение человека, в них обитали духи, помогающие своему хозяину. Для традиционных культур характерна техника создания простейших орудий и сооружений, использование домашних животных, устная традиция передачи технического опыта.

В государствах древнего мира техника усложняется: появляются системы ирригационных сооружений, роскошные дворцы, пирамиды, развивается металлургия и т.д. Важную роль в этом процессе играет появление письменности и специфических знаковых средств (чисел, чертежей, расчетов). Но технические знания еще не были отделены от магической деятельности, они были составной частью религиозно-мифологического мировоззрения и соответствующих культовых практик.

В античной культуре теоретическая форма познания и освоения мира выделяется в самостоятельную сферу человеческой деятельности. Техника воспринималась древними греками как подражание природе, в котором активно участвует рационально мыслящий человек. Она представляла собой вид теоретического знания, упорядочивающего опыт. В результате технической деятельности создавалось то, что не могло быть достигнуто природой. В технике, совершенствующей природу, античность на первый план ставила искусство, точнее «искусность» мастера.

В Средние века техника рассматривалась как ремесло, т.е. практическое мастерство в изготовлении вещей; в технических устройствах, как и во всем остальном, следовало видеть замыслы и творческую силу Бога. Архитекторы и ремесленники полагались в основном на традиционное знание, которое держалось в секрете и незначительно изменялось со временем.  В ходе исторического развития техника постепенно отделяется от мифа и магического действия, но вплоть до позднего Средневековья и эпохи Возрождения техническое действие и техническое знание практически целиком опираются не на научное, а лишь на обыденное сознание и практику.

В эпоху Возрождения в технической практике начинают эпизодически применяться научные знания. Происходит становление инженерной профессии. Первые инженеры формируются в среде ученых, обратившихся к технике, или ремесленников-самоучек, приобщившихся к науке. Для решения технических задач и проведения инженерных расчетов они используют математику и механику. Первые инженеры - это люди, стремящиеся реализовать идеал всесторонне образованной личности, обладающей знаниями и умениями в самых разных областях науки и техники. Это одновременно художники-архитекторы, консультанты-инженеры по фортификационным сооружениям, артиллерии и гражданскому строительству, алхимики и врачи, математики, естествоиспытатели и изобретатели. Среди них - Леон Батиста Альберти, Леонард да Винчи, Никколо Тарталья, Джироламо Кардано, Джон Непер и др.

В Новое время место Бога занимают «законы природы» и действие этих законов, поставленных на службу человека, человек усматривает в технике. Техника создается на основе естествознания, а также знания технологии, технических сооружений, машин и механизмов. Мануфактурное и машинное производство, регулярное применение научных знаний в технической практике резко повышает значение профессии инженера. Классическая инженерная деятельность включала в себя изобретательство, конструирование и организацию изготовления технических систем, а также инженерные исследования и проектирование. Возникает необходимость систематического научного образования будущих инженеров: в XVIII веке появляются высшие технические школы, выполняющие не только учебные, но и исследовательские функции в сфере инженерной деятельности.

Однако лишь в конце XIX столетия научные знания становятся главным источником новых видов техники и технологии. Наука и техника смыкаются в своем развитии. Профессия инженера приобретает массовый характер и представляет сложный комплекс различных видов деятельности.

Российский инженер и мыслитель конца XIX – первой половины XX века П.К. Энгельмейер был одним из первых авторов, по-новому взглянувших на место и роль инженера в современном обществе. "Сама жизнь, сама история неудержимо выдвигает инженера - этого поистине творца и руководителя хозяйства - из тесноты мастерских на широкую арену общественной деятельности и ставит его все ближе и ближе к кормилу государства… в современном государстве первенствующая роль неудержимо переходит к инженеру... Но если так, то инженер должен и готовиться к руководящей государственной роли, и готовиться сразу с четырех сторон, а именно прежде всего, конечно, со стороны технической в тесной связи с экономической и юридической. Но при этом нигде и никогда он не должен упускать из виду и этической стороны своей общественной функции", - писал отечественный мыслитель.

Энгельмейер отказывается от взгляда на технику как на объект исключительно практической деятельности. С техникой связана вся полнота жизни современного человека: «техника покорила нам пространство и время, материю и силу» и сама, в свою очередь, служит силой неудержимо гонящей вперед колесо прогресса. В профессии инженера Энгельмейер стремится проследить взаимосвязь между основными направлениями духовной активности человека: наукой, техникой и искусством. Он противопоставляет инженера и техника (на долю инженера выпадает «деятельность творческая и направляющая», на долю техника – исполнение) и приходит к выводу, что инженерная деятельность – это своего рода искусство. В целом в работах Энгельмейера, среди которых выделяется «Философия техники», инженерная деятельность предстает как органическая целостность приложения технических и естественно-научных знаний, экономических и социальных факторов, этических и эстетических аспектов, а также высоких духовных качеств инженера-творца, инженера-новатора.

Следует отметить, что научно-технический прогресс, экспансия базирующейся на науке техники в повседневную жизнь людей, вызывает неоднозначную реакцию у представителей европейской культуры. В работах целого ряда мыслителей конца XIX – ХХ века этот процесс вызывает глубокую озабоченность и тревогу.

Проблема техники и ее отношения к культуре обсуждается в работах немецких философов О. Шпенглера, М. Хайдеггера и К. Ясперса. Согласно О. Шпенглеру, не стоит «поддаваться искушению видеть цель техники в создании машин и инструментов». Техника есть борьба, тактика человеческой жизни в целом. Возводя технику к биологическим основаниям, основное отличие между техникой, присущей животным, и человеческой техникой Шпенглер видит в том, что техника животных – это неизменная техника вида, а человек преодолевает принуждение вида: «Видовая техника неизменна. Это и обозначается словом «инстинкт». Поскольку «мышление» животных приковано к «здесь и теперь», постольку оно не ведает ни прошлого, ни будущего, оно не знает также ни опыта, ни заботы… Уход за выводком, как и все прочее, представляет собой лишь темное, не ведающее влечение у многих типов жизни. Оно принадлежит роду, а не единичному существу. Техника вида не только неизменна, она безлична. Человеческая техника, и только она, независима от жизни человеческого вида. Это уникальный случай во всей истории жизни – индивид выходит за пределы принуждения вида… Техника жизни человека сознательна, умышленна, изменчива, личностна, изобретательна. Человек стал творцом своей тактики жизни»30.

Высочайшим проявлением личностного начала является, по Шпенглеру, человек западно-европейской культуры, "фаустовский" человек, которого гложет тяга к познанию и ведет вперед дух борьбы с несовершенством мира. Европеец – это первооткрыватель. Он создает и использует технические устройства с целью исправить мир, но становится рабом своих созданий. Машины определяют облик современной европейской цивилизации, они отравляют естественный мир и убивают человеческую душу. Европа стремительно движется к своему закату. «Машинная техника кончится вместе с фаустовским человеком, однажды она будет разрушена и позабыта, - пророчествует Шпенглер, - История этой техники приближается к скорому и неизбежному концу. Она будет взорвана изнутри, как и все великие формы всех культур»31.

В работах М. Хайдеггера техника – не просто ступень человеческого развития или инструмент; техника есть способ мышления современного человека, переустройство человека изнутри. Представление о том, что современная техника возникает как результат практического применения математического естествознания Нового времени, Хайдеггер пересматривает. Машинную технику он трактует как самостоятельное изменение практики; и именно эта изменившаяся практика потребовала разработки и применения математического естествознания. Техника, по Хайдеггеру, есть «бытийно-историческая судьба покоящейся в забвении истины бытия». Техника – это ценность планетарного масштаба, это вызов человеку со стороны истины бытия. И вызов этот выступает в качестве способа самореализации человека; он позволяет ему сосредоточиться на обнаружении, выведении из состояния потаенности истины бытия. Хайдеггер исходит из того, что не техника служит человеку, а наоборот, современный человек востребован техникой. При этом немецкий философ противопоставляет технику и сущность техники. Техника угрожает человеку не извне, угрозу подступила к человеку изнутри. Человек стремительно утрачивает связь с традицией, оказывается «не в состоянии вернуться к более исходному раскрытию потаенного и услышать голос более ранней истины»32. Лишь продумывание сущности техники позволяет устранить эту угрозу.

К. Ясперс, отчасти соглашаясь с Хайдеггером, утверждает, что современный человек уже не может освободиться от власти порожденной им техники. Он превратился в разновидность сырья, подлежащего машинной обработке. Техника внесла существенные изменения во взаимоотношения человека и природы, радикально изменила повседневную жизнь человека, превратила Землю в единую фабрику.

«Тем самым произошел – и происходит по сей день, – пишет Ясперс, – полный отрыв человека от его почвы. Он становится жителем Земли без родины, теряет преемственность традиций. Дух сводится к способности обучаться и совершать полезные функции»33.

Господство техники привело к тому, что природа и человек разрушаются, превращаются в функциональные элементы бездушной машины – поставляющего производства. (Отсюда и слово «постав», которое Хайдеггер использует для характеристики технического овладения действительностью.) При этом в трактовках техники, предложенных двумя немецкими философами, есть и принципиальные различия. По Ясперсу, техника – демоническая сила, которая поработила человека случайно. Хайдеггер видит в технике - истиннейшее обнаружение существа и призвания человека Нового времени.

Испанский мыслитель Х. Ортега-и-Гассет видит в технике ключ к пониманию природы человека. Человек – не вещь. Вещи, включая животных, всецело совпадают с налично данными условиями существования (природа, обстоятельства). Человек – не вещь ровно настолько, насколько он не совпадает с обстоятельствами своей жизни. Человек – это проект того, что должно быть, это борьба за то, чтобы стать тем, чего еще нет. «Человек обречен созидать, творить самого себя». Благодаря технике человек выходит за рамки первичных животных потребностей и создает новые возможностей бытия. Именно техника освобождает человека, дарует ему возможность всецело быть самим собой. Идеи Х. Ортеги-и-Гассета во многом созвучны идеям О. Шпенглера: они были сторонниками одного философского направления - философии жизни. Но их оценки перспектив развития европейской машинной цивилизации существенно расходились.

В современной цивилизации техника не только изменила характер культурных потребностей, систему социокультурных ориентаций и качество человеческой жизни, но и породила ряд глобальных проблем. Западная цивилизация характеризуется как техногенная, и соответственно именно с техникой связываются проблемы, поставившие под угрозу само существование человечества:

- проблема существования и совершенствования оружия массового уничтожения;

- широкомасштабный экологический кризис;

- проблема сохранения человеческой личности в условиях набирающих силу процессов отчуждения (антропологический кризис).

При обсуждении глобальных проблем все чаще возникает вопрос о системе ценностей, лежащей в основе техногенной цивилизации и определяющей способы жизнедеятельности современного человека. Эта система ценностей формируется в эпоху Возрождения (ХV-XVI века) в ходе синтеза антропоцентристских тенденций христианства и понимания природы как материала для научного исследования и рационального преобразования. В результате возникают идеалы безграничного господства человека над природой, основанном на силовом преобразовании сначала внешнего для человека природного, а затем и социального мира. Идеология покорения природы и преобразования мира культивирует образцы мышления и нормы поведения, базирующиеся на стремлении людей к преобразованию элементов окружающей действительности в соответствии со своими интересами и запросами.

Но в мире, воспринимаемом в качестве объекта бесконечного манипулирования и исследования, в мире – грандиозной машине, меняется и статус человека. Законы механики распространяются и на человека. «Мир-механизм нуждается в человеке-винтике» (В.С. Соловьев). Мышление, основанное на механистическом мировоззрении, сводящее многообразие жизни к законам механики, получило название технократического мышления. С технократической точки зрения человек – это элемент системы, «винтик», не обладающей ценностью сам по себе. Человек оказывается растворенным в природных и социальных обстоятельствах своего существования, он превращается в вещь. Согласно критикам технократического мышления, такое видение человека – следствие «разбалансировки» изначальной целостности восприятия мира человеком, имевшей место в период складывания западной цивилизации.

Проблема технологического детерминизма и положения человека поднималась в работах многих мыслителей ХХ века.

Техника, полагал русский философ Н.А. Бердяев, парадоксальна: без нее невозможно возникновение и существование культуры, но техническая эпоха – эпоха торжества техники в культуре – ведет к уничтожению культуры, замене человека машиной. Философия Бердяева – это философия Личности, которая представляет собой целостность, единство в многообразии. К сущности Личности принадлежит умение свободно формировать цели своей творческой активности. Техника же по сути своей противоположна Личности.

«Личность во всем противоположна машине. Она прежде всего есть единство в многообразии и целостность, она из себя полагает свою цель, она не согласна быть превращена в часть, в средство и орудие. Но техническая цивилизация… и машинизированное общество хотят, чтобы человек был их частью, их средством и орудием, они все делают, чтобы человек перестал быть единством и целостью… И предстоит страшная борьба между личностью и технической цивилизацией…, борьба человека и машины. Техника безжалостна ко всему живому и существующему» 34.

Сама по себе техника, считает Бердяев, нейтральна. Не машина виновата в утрате человеком ориентации в мире и независимости личности, а сам человек; не машина обездушила человека, а сам человек обездушился. Техника – одновременно показатель и силы человека, и его слабости, склонности к рабству. Техника, ее мощь и бесконечное развитие, стали объектом религиозного поклонения современного человека. Человек создал религию машины и поклоняется машине как тотему, превращается в раба машины. Власть техники может быть ограничена лишь на основе возрождения интереса человека к собственной душе, на основе жалости ко всему живому и веры в широчайшие возможности свободного духа.

В исследованиях американского психоаналитика Э. Фромма анализу подвергается специфический тип личности, порожденный современной цивилизацией, «кибернетическая личность», которая практически не интересуется природой и другими людьми. Сфера интересов «кибернетической личности» – технические приспособления, неживые артефакты.

«Примеров тому – тьма. В нашем индустриальном мире сплошь и рядом встречаются мужчины, которые к своей автомашине питают более нежные чувства, чем к жене. Они гордятся своей моделью, они за ней ухаживают, они моют ее собственноручно… В самых разных странах многие автолюбители называют свою машину ласкательным именем; они уделяют машине массу времени, прислушиваются к ней, наблюдают за ее поведением и немедленно принимают меры, если обнаруживаются хоть малейшие признаки дисфункции. Разумеется, автомашину нельзя назвать объектом сексуального интереса, но вполне можно утверждать, что это объект любви: жизнь без машины представляется человеку порой куда как более невыносимой, чем жизнь без жены»35.

Техника подчиняет человека своим дегуманизированным целям, и он превращается в придаток к машине. Все жизненные планы и цели подчиняются неумолимой логике технического прогресса. Человек, обладающий всей полнотой жизни, в наше время умер, полагает Фромм, живы только организации и машины, которые изменяют структуру личности. «Кибернетическая личность» ориентирована на искусственную среду обитания (машины, приборы, автоматы и т.д.). Поэтому она беззастенчиво превращает мир в отравленное и зловонное пространство. В свою очередь притягательность «мира запустения и мертвечины» порождает такие явления как преступность, наркомания, утрату нравственных идеалов. Возможность преодоления технократического мышления и тех опасностей, которые оно в себе несет, Э. Фромм связывает с социальными движениями, борющимися за мир и против загрязнения окружающей среды, со стремлением людей предпочитать интересную работу высоким доходам и престижу, короче говоря, со всеми формами активности, порождаемыми силой любви к жизни.

Обстоятельной критике подвергается технократическое мышление в работах американского культуролога Л. Мамфорда. Он категорически не согласен с теми авторами, которые утверждают, что развитие техники ведет к отделению человека от естественной среды его обитания, когда человек «из активно функционирующего животного, использующего орудия, становится пассивным, обслуживающим машину животным, собственные функции которого… либо будут переданы машине, либо станут сильно ограниченными и регулируемыми в интересах деперсонализированных коллективных организаций». Мамфорд отстаивает точку зрения, что анализ происхождения и развития культуры не следует сводить исключительно к эволюции орудий труда. В древних технологиях не было ничего специфически человеческого до тех пор, пока они не начали меняться под воздействием  «лингвистических символов, социальной организации и эстетических замыслов».

По Мамфорду, «человек является… использующим ум, производящим символы, самосовершенствующимся животным; и основной акцент всей его деятельности – его собственный организм. Пока человек не сделал нечто из себя самого, он мало что мог сделать в окружающем его мире»36.

И техника служила лишь вспомогательным средством в процессе самотрансформации человека на заре его истории. Причиной кризисного состояния современной цивилизации заключена, согласно концепции Мамфорда, не в развитии техники, а в чрезмерном усилении значения «Мегамашин», т.е. сложных иерархических организаций человеческой деятельности.

Первоначально техника была органически связана с человеческими потребностями, в первобытном обществе она была составным элементом жизни. Ученый подчеркивает, что умение человека изобретать символы важнее, чем изготовление орудий. Однако с появлением на Ближнем Востоке древнейших цивилизаций характер техники стремительно меняется: в конце IV тыс. до н.э. изобретается мегамашина. В основе ее лежит институт царской власти, который подразумевает отождествление личности царя с неумолимым порядком небес, приписывание правителю сверхъестественных качеств. Царь наделяется уникальным правом создания из своих подданных колоссальную рабочую машину. Мегамашина есть усовершенствованный инструмент царской власти. Посредством ее использования происходит отделение "общественно-значимого" труда от потребностей конкретного человека, работа становится проклятьем, жертвой, формой наказания.

Мамфорд противопоставляет два вида техники «демократический» (политехника) и «тоталитарный» (монотехника). Основу политехники составляет мелкое ремесленное производство, осуществляющееся конкретными людьми, работающими в русле традиций и находящимися в знакомом окружении. «Главной наградой за рабочий день ремесленника была не плата, а сам труд, совершавшийся в привычном и приятном кругу товарищей. В пространстве этого архаичного хозяйства находилось время для труда и время для отдыха, время для постов и время для пиров, время для прилежных усилий и время для беспечной игры. Отождествляя себя со своим трудом и стремясь довести его до совершенства, работник сам творил свой собственный характер»37.

Монотехника предполагает обезличенный принудительный труд, нацеленный на скорость, единообразие, стандартизацию и количественное измерение. В ходе формирования технологий государственной власти миф о божественной царской власти перерастает в «миф машины».

Мегамашина несла в себе новый порядок работы и новый стандарт исполнения. Это изобретение стало моделью для всех позднейших машин. По мнению Мамфорда, многие механические триумфы нашей эпохи таились в зачаточном виде в самых ранних мегамашинах. Исторически после II тыс. до н.э. в использовании мегамашины обнаружились перебои: она становится менее производительной, нежели в эпоху строительства пирамид. Однако в Новое время, начиная с ХVI столетия, происходит воскрешение мегамашины на несколько видоизмененной основе: человеческие рабочие звенья машины заменяются механическими элементами, а вера в царя – верой в науку, в прогресс. Мамфорд, как и Хайдеггер, указывает, что перемены произошли сначала в человеческом мышлении и впоследствии были перенесены на различные установления и механизмы.

Современная цивилизация идет по пути монотехники, – констатирует Мамфорд. И путь этот тупиковый. По его мнению, мегамашина несовместима с развитием человеческих способностей, она не есть условие прогресса. Мегамашина породила миф о жизненной необходимости машины, ее непреодолимости. Современное общество живет этим мифом и строит себя по образцу гигантской машины. Мамфорд стремится вскрыть исторические корни этого мифа и призывает разрушить мегамашину через сознательное культивирование тех частей органической среды и человеческой личности, которые были подавлены с целью расширения функций мегамашины.

Таким образом, многочисленные проблемы техногенной цивилизации требуют пересмотра концепции человека. Требования приостановить научно-технический прогресс, очевидно, не соответствуют особенностям жизни современного модернизированного общества. Выход из ситуации связан с формированием новой системы ценностей и новой рациональности, ориентированных на целостное развитие личности, и соответственно в придании научно-техническому прогрессу гуманитарного измерения.

Литература

1. Бердяев Н.А. Человек и машина (проблема социологии и метафизики техники) // Вопросы философии. – 1989. №2. – С. 147-162.

2. Мамфорд Л. Миф машины. Техника и развитие человечества. – М., 2001. – 404 с.

3. Новая технократическая волна на Западе. – М., 1986. – 450 с.

4. Ортега-и-Гассет Х. Размышления о технике // Вопросы философии. – 1993. №10. – С. 3268.

5. Фромм Э. Анатомия человеческой деструктивности. – М., 1994. – 446 с.

6. Хайдеггер М. Вопрос о технике // Он же. Время и бытие. – М., 1993. – С. 221-238.

7. Шпенглер О. Человек и техника // Культурология. ХХ век. Антология. – М., 1995. – С. 454-494.

8. Энгельмейер П.К. Общие вопросы техники. – М., 1899. – 240 с.

9.  Энгельмейер П.К. Философия техники. – М., 1912. – Вып. 1-4.

10. Ясперс К. Смысл и назначение истории. – М., 1994. – 527 с.

Вопросы для самоконтроля

  1.  В чем заключается проблема техники?
  2.  Какую роль сыграла техника в культурной истории человечества?
  3.  Какие основные этапы можно выделить в процессе становления профессии инженера?
  4.  Как связана техника с другими феноменами культуры (наукой, искусством, экономикой, моралью и др.)?
  5.  В чем выражается технократическое понимание человека?
  6.  Какими Вам представляются пути взаимодействия техники, культуры и человека в будущем?

Глава 10. Проблемы межкультурной
коммуникации

Человек создан для общества. Он не способен и не имеет мужества жить один.

У. Блэкстоун

§ 1. Коммуникация в культуре

В развитии межкультурной коммуникации как весомой сферы гуманитарной науки немаловажную роль сыграл интерес, сформировавшийся ещё в начале XX века в научной среде и общественном сознании по отношению к так называемым «экзотическим» наукам и культурам. Как общественный феномен межкультурная коммуникация возникла в соответствии с практическими потребностями послевоенного мира. Осознание необходимости построения единого общества, основанного на принципах взаимного уважения и терпимости по отношению к людям с иными культурными особенностями; общества, интересы которого направлены на поддержание мирного сосуществования с другими народами, способствовало возрастанию интереса к проблемам межкультурной коммуникации в среде лингвистов, этнографов, психологов, социологов, культурологов и др.

В современном мире вопросы межкультурной коммуникации являются особо актуальными. Признание абсолютной ценности разнообразия мировых культур, отказ от колонизаторской культурной политики, осознание хрупкости существования и угрозы уничтожения большинства традиционных культур обусловливают бурное развитие соответствующих областей гуманитарного знания.

На сегодняшний день очевидно, что контакты между различными странами и народами приобретают всё более интенсивный характер, вследствие чего усиливаются взаимосвязь и взаимозависимость отдельных культур. Это выражается, в частности, в увеличении числа культурных обменов, а также непосредственных контактов между государственными институтами, социальными группами, общественными движениями и отдельными представителями разных стран. Социальные, политические и экономические изменения мирового масштаба привели к миграции целых народов, их активному знакомству с миром других культур. Подобная интенсификация культурного взаимодействия в ещё большей степени усиливает проблему культурной самобытности и культурных различий.

В условиях культурного многообразия современного мира представители большинства народов обеспокоены поиском сохранения и развития собственного, неповторимого культурного облика. Как отмечают исследователи, подобная тенденция к сохранению культурной самобытности подтверждает общую закономерность, состоящую в том, что человечество, становясь всё более взаимосвязанным и единым, не утрачивает своего культурного своеобразия. Поэтому особо важным становится вопрос определения культурного своеобразия народов, решение которого позволит устанавливать партнерские отношения с представителями других народов и в итоге достигать взаимопонимания.

Открытость внешним влияниям является важным условием успешного развития любой культуры. В то же время процесс взаимодействия культур заключает в себе скрытую опасность их унификации. Это вызывает у многих народов своего рода «защитную реакцию», проявляющуюся в категорическом неприятии происходящих культурных изменений. Целый ряд государств и культур упорно отстаивает неприкосновенность своей национальной самобытности. Ценности других культур могут либо просто пассивно не приниматься, либо же активно отторгаться и бойкотироваться (примером могут служить многочисленные этнорелигиозные конфликты, рост националистических и фундаменталистских движений).

Условия современной жизни таковы, что каждый из нас является потенциальным участником межэтнического диалога. И готовность к нему отнюдь не определяется только лишь знанием языка, норм поведения или традиций другой культуры. Основная трудность межкультурной коммуникации заключается в том, что мы воспринимаем другие культуры сквозь призму своей, и наши наблюдения и выводы ограничены исключительно её рамками. Подобный этноцентризм носит бессознательный характер, что ещё более затрудняет процесс межкультурной коммуникации. Люди с трудом понимают поступки и действия, для них самих не характерные. Очевидно, что эффективная межкультурная коммуникация не возникает сама по себе, ей стоит сознательно учиться.

Невозможно представить себе изолированное существование какой-либо культуры. В процессе своего становления и развития любая культура, во-первых, постоянно обращается к своему прошлому, а во-вторых, осваивает опыт других культур. Такое обращение к иным культурам можно определить как «взаимодействие культур». Очевидно, что подобное взаимодействие происходит на разных языках.

По мнению исследователей, культура подобна языку, т. е. можно выделить некие универсальные, инвариантные, общечеловеческие черты культуры, но сама она всегда выступает в конкретном этническом воплощении. Более того, в процессе своего развития каждая культура создает различные системы знаков, которые являются её своеобразными носителями. В отличие от животных человек создает знаки осознанно, они не являются врожденными и не передаются генетически, а представляют собой форму существования, реализуемую благодаря человеку и при его посредстве. Способность человека создавать подобные знаки в зависимости от условий существования конкретной культуры обусловливает многообразие культур и – как следствие – проблему их взаимопонимания.

Многочисленные знаки и знаковые системы определяют облик культуры того или иного времени и социума (напомним, что в рамках, например, семиотического подхода культура представляется как система коммуникаций, а явления культуры рассматриваются как система знаков).

В свете всего сказанного межкультурную коммуникацию можно определить как общение, которое осуществляется в условиях значительных, культурно ощутимых различий в коммуникативной компетенции его участников, при которых процесс коммуникации приобретает результативный либо нерезультативный характер. Коммуникативной компетенцией в данном контексте является знание используемых при коммуникации символьных систем и правил их функционирования, а также принципов коммуникативного взаимодействия.

В процессе коммуникации происходит обмен сообщениями, т. е. осуществляется передача информации от одного участника к другому. При этом информация кодируется с помощью определенной символьной системы, в таком виде передается и затем декодируется, интерпретируясь тем, кому это сообщение было адресовано.

Следует заметить, что характер трактовки получаемой информации участниками межкультурного диалога может значительно не совпадать. Исследователь проблем межкультурной коммуникации Э. Холл ввёл понятия высоко- и низкоконтекстных культур, которые различаются количеством информации, выражаемой в сообщении. По его мнению, культуры характеризуются тенденциями к более высоко- или низкоконтекстным сообщениям.

Так, в стандартном высказывании в рамках низкоконтекстной культуры (швейцарской, немецкой) информация, которая требуется для правильной интерпретации данного сообщения, содержится в максимально вербализованном виде. Для культур такого типа характерен стиль обмена информацией, при котором большое значение имеют беглость речи, точность использования понятий и логика изложения.

Высказывания в высококонтекстных культурах (китайской, японской) в свою очередь не могут быть поняты только на основе содержащихся в них языковых знаков. Коммуникация в восточных культурах характеризуется расплывчатостью, неконкретностью речи, использованием приблизительных форм высказывания. Для правильной интерпретации полученной информации требуется знание обширного культурологического контекста.

В целом наблюдения Холла можно представить в следующей
схеме:

Япония

Арабские страны

Латинская Америка

Италия/Испания

Франция

Англия

Северная Америка

Скандинавия

Германия

Швейцария

Каждая последующая культура в данной схеме расположена выше и правее, чем предыдущая. Сдвиг вверх и вправо означает, что в культуре соответственно возрастают:

  1.  зависимость от контекста (самая низкоконтекстная культура в данной классификации – швейцарская, самая высококонтекстная – японская);
  2.  определённость в изложении информации (культурой с наибольшей определённостью в плане подачи информации будет швейцарская, с наименьшей – японская).

Итак, коммуникация является сложным, символьным, личностным и часто неосознаваемым процессом. Коммуникация позволяет участникам выражать некоторую внешнюю по отношению к ним самим информацию, эмоциональное состояние, а также статусные роли, в которых они пребывают по отношению друг к другу.

§ 2. Ценностный аспект культур
и межкультурная коммуникация

Ценности являются важнейшими компонентами культуры наряду с нормами и идеалами. В соответствии с ними происходит отбор информации в процессе общения, складываются различные социальные технологии, формируются навыки взаимодействия и т. д. Ценности имеют огромное значение для любой культуры, поскольку определяют отношения человека с природным окружением, другими людьми и самим собой. Не будучи сами вещью или предметом, ценности воплощают в себе отношение к вещам, явлениям, событиям и процессам.

Поскольку в человеческом сознании существует одновременно множество ценностей, которые при этом упорядочены по отношению друг к другу, будет вполне оправданно говорить о системе ценностей – комплексе установок, убеждений, предпочтений и представлений человека об окружающем мире. Опираясь на устоявшиеся в его культуре нормы, традиции и обычаи, человек формирует систему ценностей. При этом система ценностей каждого отдельного индивида становится органически включенной в систему ценностей всей культуры. Последняя обеспечивает выживание общества, а также полноценное функционирование всех его социальных институтов: государства, семьи, учреждений культуры, образования и т. д. Благодаря системе ценностей обеспечивается целостность и неповторимый облик конкретной культуры, а также необходимая степень порядка и предсказуемости.

Интересная классификация системы ценностей предложена в исследовании Г. фон Райтса, который выделяет:

  •  инструментальные ценности, с помощью которых может быть охарактеризован какой-либо материальный предмет с позиций его функциональности («хороший нож»);
  •  технические ценности, характеризующие способности или умения («хороший музыкант»);
  •  ценности «благотворного воздействия», с помощью которых оценивается определенное влияние на какое-либо явление («полезно для здоровья»);
  •  утилитарные ценности, с помощью которых оценивается целесообразность какого-либо действия («хороший совет»);
  •  медицинские ценности, с помощью которых оценивается состояние внутренних органов или психического состояния («хороший желудок», «хорошая память»);
  •  гедонистические ценности, с помощью которых оценивается степень удовольствия («хороший вкус», «хорошая (вкусная) еда», «хорошая шутка»).

В то же время понятие «ценность» несет в себе значительную степень субъективности. В самом деле, невозможно найти явления, которые были бы в равной степени значимы для всех людей без исключения. Есть ценности, присущие определённому возрасту или полу, социальной группе, эпохе, государству и т. д. Субъективный характер понятия «ценность» явно обнаруживается в процессе межкультурных контактов, когда одни и те же ценности по-разному воспринимаются представителями различных культур.

Тем не менее среди огромного количества ценностей можно выделить вполне определенную их группу, которая по своему содержанию и характеру оценок совпадает. Речь идет о так называемых универсальных, или общечеловеческих ценностях. Их универсальный характер обусловливается апелляцией к биологической природе человека. Так, например, невозможно найти культуру, в которой поощрялись бы такие действия, как убийство, предательство, неверность, измена. Всё то, что препятствует биологическому выживанию человека, осуждается культурами вне зависимости от их конкретного выражения.

При том, что ценности в жизни каждого человека имеют различное значение, в рамках межкультурного общения представители различных культур демонстрируют некую усредненную модель ценностной ориентации, принятой в данном обществе. Если в американской культуре человек считает себя в первую очередь индивидом, а уже потом членом социума, то в восточных культурах люди в первую очередь ощущают себя членами социума и уже потом – индивидами. Естественно, что когда люди со столь различными ориентациями вступают в общение, избежать ситуации недопонимания, а подчас и непонимания крайне сложно.

Многочисленные наблюдения над представителями различных культур позволили исследователям (в частности, Э. Холлу и Г. Хофстеде) выделить наиболее характерные ценностные установки так называемых индивидуалистских и коллективистских культур. При этом было замечено, что индивидуалистские культуры одновременно являются низкоконтекстуальными, а коллективистские – высококонтекстуальными. Их различия можно представить в табл. 2.

Таблица 2

Различия индивидуалистских и коллективистских культур

Индивидуалистские культуры

(низкоконтекстуальные)

Коллективистские культуры

(высококонтекстуальные)

  1.  В центре индивидуум
  2.  Предпочитаются прямые высказывания
  3.  Прямые приглашения
  4.  Чёткая аргументация
  5.  Смелость в поведении, непосредственность в общении, настойчивость
  6.  Прямое выражение несогласия и конфронтации

  1.  Приятие комплиментов

  1.  Ограниченность форм выражения вежливости и способов приветствия
  2.  Непосредственное выражение эмоций
  3.  Индивидуализм в поведении
  4.  Соревновательная стратегия

  1.  В центре коллектив
  2.  Предпочитаются косвенные высказывания
  3.  Непрямые приглашения
  4.  Расплывчатая аргументация
  5.  Робость, большое внимание к молчанию, паузам, смеху

  1.  Непрямое выражение несогласия и конфронтации, потребность в гармонизации отношений
  2.  Решительное неприятие комплиментов
  3.  Разнообразие форм выражения вежливости и способов приветствия
  4.  Завуалированное выражение эмоций
  5.  Коллективизм в поведении, ориентация на ситуацию
  6.  Совместная, интегративная стратегия

Индивидуалистские культуры

(низкоконтекстуальные)

Коллективистские культуры

(высококонтекстуальные)

  1.  «Я»
  2.  Важность собственного имиджа
  3.  Ценности: автономия, проявление личной инициативы, значимость личного успеха, собственных достижений, умения выделится из общей массы

  1.  «Мы»
  2.  Важность имиджа других
  3.  Ценности: осознание себя частью коллектива, солидарность, общность с остальными

Итак, культура в значительной степени формирует иерархию системы ценностей её отдельных представителей. В свою очередь структура и значимость ценностей определяют своеобразие и характерные особенности культуры. Важным является то, что ценности, принятые в собственной культуре, как правило, воспринимаются как нечто само собой разумеющееся. Их осознание происходит лишь при общении с представителями других культур, когда обнаруживаются различия в их ценностных ориентациях. Эти различия зачастую являются причиной непонимания и отчужденности, что в конечном счете затрудняет общение.

Очевидно, что снизить риск возникновения подобных ситуаций и осуществить адекватное общение в межкультурных контактах возможно только с помощью знания системы ценностей партнера. Такое знание помогает в значительной степени спрогнозировать поведение представителя другой культуры, продемонстрировать уважение к нему и избежать неловких (а подчас даже оскорбительных) ситуаций, что в итоге является залогом успешного контакта.

Условия современной жизни обусловливают всё более усиливающееся общение между странами и народами. Приезжая в другую страну, люди убеждаются, что её представители по-другому, чем они сами, реагируют на явления действительности, имеют свои собственные точки зрения, придерживаются принятых в их обществе системы ценностей и норм поведения. В подобной ситуации расхождения культурных явлений другой культуры с теми, которые приняты в своей, и возникает понятие «чужой».

В межкультурной коммуникации понятие «чужой» приобретает первостепенное значение. При этом само понятие характеризуется смысловой многоаспектностью. Попытаемся обозначить его смыслы. Итак, «чужой» – это:

  •  нездешний, иностранный, находящийся за пределами родной культуры;
  •  странный, необычный, контрастирующий с обычным и привычным окружением;
  •  незнакомый, неизвестный, недоступный для понимания;
  •  сверхъестественный, всемогущий, перед которым человек бессилен;
  •  зловещий, несущий угрозу для жизни.

Рассмотренный полисемантизм понятия «чужой» позволяет придавать ему самое широкое значение, понимая под ним всё то, что находится за пределами само собой разумеющихся, привычных и известных явлений и представлений. И напротив, понятие «свой» подразумевает те явления окружающего мира, которые воспринимаются человеком как знакомые, привычные, доступные для понимания.

Когда представители различных культур вступают в непосредственный контакт и их взгляды на мир пересекаются, неизбежно обнаруживаются различия в отношении к явлениям окружающей действительности. При этом закономерно, что свои представления считаются нормальными, а представления партнера – наоборот. То, что одна сторона считает само собой разумеющимся, сталкивается с таким же «само собой разумеющимся», но уже другой стороны. В большинстве случаев обе стороны занимают этноцентристскую позицию, воспринимая партнера как невежественного и неосведомленного человека.

Итак, при контактах с другими культурами большинство людей судят о чужих культурных ценностях, опираясь на критерии культурных ценностей собственного этноса. Тем самым этноцентризм можно определить как психологическую установку воспринимать и оценивать другие культуры и поведение их представителей сквозь призму своей культуры. при этом собственная культура воспринимается как превосходящая другие культуры и расценивается как единственно правильная, а другие недооцениваются. Все то, что отклоняется от норм, ценностей, обычаев, традиций, особенностей поведения своей собственной культуры, воспринимается как «неправильное».

По мнению исследователей, этноцентристское видение мира можно проследить еще в далёкие исторические времена. Так, в античности греки делили все народы на эллинов и варваров. При этом варваров наделяли такими характеристиками, как необразованность, тупость, жестокость, жадность, т. е. давали им однозначно негативную оценку. Подобным образом древние китайцы характеризовали гуннов, а римляне – германцев. Чувство превосходства демонстрировали и европейские колонизаторы, рассматривая неевропейских жителей колоний как социально, культурно и расово неполноценных, а свой образ жизни – как единственно верный.

При этом превосходство собственной культуры выглядит естественным и оценивается безусловно положительно, а другие культуры предстают в странном, непонятном виде. Таким образом, абсолютизация собственной культуры неизбежно принижает ценность других культур, оценивая их как худшие по отношению к своей. При этом носители подобного мировоззрения не учитывают тот момент, что отличие культур других народов тем и обусловлено, что люди осмысливают свою собственную жизнь и устанавливают порядок в собственных обществах, которые могут коренным образом отличаться по социальным, конфессиональным и географическим условиям.

Так, иерархическая система Востока и кастовая система Южной Азии сложились в соответствующих культурах более двух тысячелетий назад для упорядочения общественной жизни и успешно выполнили свою историческую роль. Однако европейцам иерархическая и кастовая системы общественного устройства кажутся непонятными и неприемлемыми, точно так же, как представители восточных культур весьма настороженно относятся к идее равенства между людьми, провозглашаемой западными культурами.

Сегодня в культурной антропологии распространена точка зрения, согласно которой этноцентризм в той или иной мере свойствен любой культуре. Многие учёные считают естественным то, что людям присущ соблазн смотреть на мир сквозь призму своей культуры, и это имеет как положительные, так и отрицательные моменты. Положительное заключается в том, что этноцентризм позволяет классифицировать носителей своей и иной культуры, отделить одну этнокультурную группу от другой. Отрицательное проявляется в сознательном стремлении изолировать одних людей от других, враждебном отношении одной культуры по отношению к другой.

Другие исследователи полагают, что этноцентризм в большей степени представляет собой негативное явление, равнозначное национализму и даже расизму. В качестве примера можно привести ситуацию общественных взаимоотношений в современной России, где тенденция неприятия всех чужих этнических групп наряду с завышенной оценкой собственной группы нередко вызывает к жизни такие явления, как движения нацболов, скинхэдов, действия которых носят ярко выраженный противоправный характер.

В заключение следует отметить, что степень выраженности этноцентризма в основном зависит от социальных факторов. Если в обществе наличествует стремление понять и оценить чужую культуру, то такую разновидность этноцентризма можно определить как гибкую. Именно она представляется наиболее приемлемой в условиях межкультурной коммуникации.

§ 3. Культурная, этническая и личная идентичность

Современная тенденция к глобализации мировой культуры имеет своим следствием постепенное стирание граней, по которым можно судить о самобытности отдельных культур. Поэтому сегодня одним из главных вопросов, рассматриваемых в отношении процесса межкультурной коммуникации, является проблема культурной идентичности.

Культурная идентичность определяет принадлежность человека к определенной культуре. Это понятие широко используется в этнологии, психологии, культурной и социальной антропологии. В самом общем плане оно означает сознание человеком своей принадлежности к какой-либо группе, позволяющее ему определить своё место в социокультурном пространстве и свободно ориентироваться в окружающем мире.

Такая необходимость в идентичности вызвана человеческой потребностью в упорядочении своей жизнедеятельности, которую возможно получить только в сообществе других людей. Усваивая такие проявления жизни социальной группы как нормы, ценности, привычки, особенности поведения, человек придает своей жизни упорядоченный и предсказуемый характер, поскольку его действия адекватно воспринимаются окружающими.

Исходя из сказанного, суть культурной идентичности можно определить как осознанное принятие человеком соответствующих культурных норм и образцов поведения, ценностных ориентаций и языка, в самоотождествлении себя с культурными образцами своего общества.

Однако интенсификация межкультурных контактов делает актуальной проблему не только культурной, но и этнической идентичности. Принадлежность к этнической общности и сегодня продолжает играть важную роль при межкультурных контактах. Так, среди всех социокультурных групп наиболее устойчивыми являются прошедшие исторический отбор этносы. Для человека этнос является самой надежной группой, которая обеспечивает ему необходимую меру безопасности и защиты.

Потребность в защите усиливается все возрастающей нестабильностью окружающего мира. Многие процессы изменения привычной картины мира заставляют людей обратиться к проверенным временем ценностям своего этноса, которые в силу своего устойчивого характера кажутся близкими и понятными. Тем самым человек ощущает свое единство с другими, получает шанс почувствовать себя частью общности, которая выведет его из состояния социальной беспомощности.

Роль этнической идентичности вполне закономерна также с точки зрения закономерности развития культуры. Для того чтобы культура могла развиваться, необходима преемственность в сохранении и передаче её ценностей. Одним из необходимых для этого условий является поддержание связи между поколениями.

Содержанием этнической идентичности являются различного рода этносоциальные представления, которые в той или иной мере разделяются членами данной этнической группы. С одной стороны, эти представления формируются в процессе внутрикультурной социализации, с другой – во взаимодействии с другими народами.

В этносоциальных представлениях отражаются мнения, убеждения, верования, идеи, отражающиеся в свою очередь в мифах, легендах, исторических повествованиях, формах мышления и поведения. При этом образы собственной и других этнических групп в сознании людей выглядят различно, и совокупность этих знаний позволяет отличать одну этническую группу от другой. При помощи этнической идентичности человек определяет своё место в полиэтническом сообществе и усваивает способы поведения внутри и вне своей группы.

Именно с помощью этнической идентичности человек разделяет идеалы и стандарты своего этноса и классифицирует народы на «мы» и «они». Так выявляется и осознается неповторимость своего этноса и его культуры.

Важность этнической идентичности для межкультурной коммуникации можно подтвердить следующим примером. Как невозможно себе представить личность вне истории, так же невозможно представить личность вне нации, поскольку каждый человек принадлежит своему времени и своему народу. В процессе взросления ребенка его личность формируется в соответствии с традициями и правилами его окружения, закладывая тем самым основу для построения системы действий и отношений в различных межэтнических контактах.

Личная идентичность человека представляет собой совокупность его знаний и представлений о своем месте и роли как члена социальной и этнической группы, о своих способностях и деловых качествах. Человек является носителем той культуры, в которой вырос и воспитывался, при этом специфика собственной культуры воспринимается как данность. Однако ситуация резко меняется при установлении контактов с представителями других культур, так как обе стороны начинают осознавать разницу в поведении и мышлении. Именно через сопоставление позиций различных групп и общностей в процессе взаимодействия с ними происходит становление личной идентичности человека.

Исследователи считают, что в определенной степени межкультурную коммуникацию можно рассматривать как взаимоотношение противостоящих идентичностей, при котором происходит включение идентичностей собеседников друг в друга. Незнакомое в идентичности собеседника становится знакомым и понятным, что позволяет в известной степени прогнозировать его поведение. Взаимодействие идентичностей облегчает согласование отношений в коммуникации, определяет её вид и механизм (в качестве примера приведем придворный этикет, образцы поведения в котором были предопределены заранее).

Итак, в межкультурной коммуникации культурная, этническая и личная идентичность позволяют составить первое впечатление о собеседнике и предугадать его возможное поведение. Но в то же время почти неизбежны ситуации недопонимания партнера, возникающие вследствие самобытности его собственной культурной, этнической и личной идентичности. Задача межкультурной коммуникации – минимизировать подобные ситуации.

Межкультурная коммуникация является культурно обусловленным процессом, все составляющие которого находятся в тесной связи с культурной принадлежностью участников процесса коммуникации. В процессе межкультурной коммуникации информация передаётся как на вербальном, так и на невербальном уровне, что зачастую затрудняет её интерпретацию представителями данной культуры. Потому необходимыми составляющими успешной межкультурной коммуникации следует считать:

  •  готовность к познанию чужой культуры с учётом её психологических, социальных и культурных различий;
  •  «психологию сотрудничества» с представителями иной культуры;
  •  способность к преодолению стереотипов;
  •  владение комплексом коммуникативных навыков и приёмов и их адекватное использование в зависимости от конкретной ситуации общения;
  •  следование нормам этикета как своей, так и чужой культуры.

Очевидно, что для адекватного понимания информации и с учётом того, что процесс общения необратим, необходимо учиться предвидеть и предотвращать возможные ошибки в межкультурной коммуникации, что даёт возможность полноценного построения культурных контактов.

Литература

  1.  Грушевицкая Т. Г., Попков В. Д., Садохин А. П. Основы межкультурной коммуникации: учеб. для вузов / под ред. А. П. Садохина. – М., 2002. – 352 с.
  2.  Персикова Т. Н. Межкультурная коммуникация и корпоративная культура: учеб. пособие. – М., 2004. – 224 с.
  3.  Hall E. T. Beyond Culture. – Garden City, 1977.
  4.  Hofstede G. /Hofstede G. J. Lokales Denken, Globales Handeln. Interkulturelle Zusammenarbeit und Globales Management. 3., vollst. Ueberarb. Aufl. Muenchen: Dt. Taschenbuch-Verl. (dtv.; 50807: Beck-Wirtschaftsberater). – 2006.
  5.  Hofstede G. Cultures Consequences: International Differences in Work-Related Values. – Beverly Hills, 1984.
  6.  Wright G. H. The varieties of goodness. – New-York; London, 1963.

Вопросы для самоконтроля

  1.  Назовите причины возникновения интереса к изучению вопросов межкультурной коммуникации в современном гуманитарном знании.
  2.  Дайте определение межкультурной коммуникации.
  3.  Каковы критерии классификации культур на высоко- и низкоконтекстные?
  4.  Охарактеризуйте систему ценностей в концепции Г. фон Райтса.
  5.  Назовите положительные и отрицательные следствия этноцентризма.
  6.  Какие виды идентичности существуют в межкультурной коммуникации?

Первым оружьем людей были руки, ногти и зубы,

Камни, а также лесных деревьев обломки и сучья…

Силы железа потом и меди были открыты.

Но применение меди скорей, чем железа, узнали.

Лукреций

Напрасны поиски человека до культуры, появление его на арене истории само по себе надлежит рассматривать как феномен культуры. Она глубочайшим образом сопряжена с сущностью человека, является частью определения человека как такового.

А. де Бенуа


РАЗДЕЛ II. 

ИСТОРИЯ культуры


Глава 11. Первобытная культура

Еще до того, как появились античные шедевры… человечество восхищалось прекрасными образами, созданными другими людьми и другими цивилизациями.

Эжен Делакруа

Эпоха первобытной культуры является наиболее продолжительной в истории  человечества. Хотя жизнь древних племен в различных географических регионах имела свои особенности, существуют общие черты, характерные для культуры первобытного периода38.

Важнейшей отличительной особенностью первобытной культуры является синкретизм (греч. suncretisобъединение) – недифференцированность ее форм, признак ее неразвитого состояния.

Еще одна особенность – отсутствие письменности, обусловившая медленные темпы накопления информации в обществе, а отсюда – и медленные темпы культурного и социального развития.

На ранних стадиях первобытного общества, когда язык
был довольно примитивным, а возможности вербальной коммуникации – небольшими, главным информационным каналом культуры, основным средством обучения и общения, помимо естественно-биологической активности, выступала трудовая деятельность. Действия, приносившие полезный эффект, становились образцами для подражания, передавались из поколения в поколение и превращались в устойчивый ритуал, обычай.

Вся жизнь первобытного человека проходила в выполнении определенных ритуальных процедур и обрядов. Значительная их часть имела рационально-неосознанный характер. Поскольку причинно-следственный тип связей между действиями и событиями при отсутствии языковых форм их
отображения и недостаточно развитом мышлении трудно поддается анализу и осознанию, ритуалы превращались во множество практически бесполезных действий. |

Итак, мир смыслов, в которых жил человек на первых этапах своей истории, определялся ритуалами. Ритуальные действия становились своеобразными символами, знание которых отражало уровень овладения культурой и социальную значимость личности. Действия «по образцу» определяли поведение каждого индивида, что исключало ею творческую самостоятельность. Индивидуальное самосознание в этих условиях развивалось медленно и почти полностью сливалось с коллективным.

Проблем нарушения установленных норм поведения, непослушания, противоречий между личными и общественными интересами не существовало. Индивид не просто должен был вести себя «как все» – он не мог отступать от ритуальных требований, определявших его поведение.

Особую роль в поддержании обычаев, ритуалов играли табу – обязательные запреты, оберегавшие жизненно важные для существования рода правила коллективной жизни (порядок распределения пищи, запрет кровно-родственных половых связей, неприкосновенность вождя и т.п.).

Культура, таким образом, начинается с введения запретов, направленных на предупреждение асоциальных проявлений животных инстинктов, но сдерживающих личную инициативу. С развитием языка формируется и приобретает возрастающее значение новый информационный канал – устное вербальное общение. Это сопровождается развитием мышления и индивидуального самосознания. Индивид перестаёт отождествлять себя с коллективом, у него возникает возможность высказывать различные мысли по поводу происходящих событий, хотя самостоятельность мышления продолжительное время остается еще довольно ограниченной.

На этом этапе духовной основой первобытной культуры становится мифологическое сознание. Его особенность заключается в том, что человек переносит на окружающий мир свойства, которые он замечает в самом себе: предметы природы представляются ему живыми, одухотворенными существами, также имеющими волю, мысли, желания, ощущения. В мифах неизбежно сочетаются реальность и вымысел. Тем не менее, в них все становится понятным.

Несмотря на недостаточность реальных знаний, языковая символика мифов вливается в ритуалы и придает им смысл (в том числе и тайный – для магических ритуалов; он доступен лишь посвященным – колдунам, магам). В свою очередь, мифотворчество порождает новые магические ритуалы. Мифы прогнозируют все формы жизнедеятельности людей и выступают как основные «тексты» первоначальной культуры. Их устная трансляция обеспечивает единство взглядов всех членов племенного сообщества па окружающий мир. Вера в «свои» мифы укрепляет сообщество и вместе с этим отделяет «своих» от «чужаков», верящих в другие мифы.

Поэзия мифов – первая форма литературного творчества. Но мифологическая символика воплощается не только в языковую форму – она отражается также в обрядах, песнях, танцах, рисунках, татуировках, оружии, домашней утвари.

В результате мифология создает атмосферу, в которой рождаются разнообразные виды искусства. В мифах закрепляются практические знания и навыки хозяйственной деятельности. Благодаря их передаче из поколения в поколение, накопленный на протяжении многих веков опыт сохраняется в социальной памяти и образует тот первичный уровень знаний и способов мышления, с которого начинается развитие философии и науки. В мифологических рассказах о божествах, населяющих мир, зарождается религиозное мировоззрение.

Таким образом, в отличие от искусства эпохи цивилизации, первобытное искусство не составляло автономной области культуры, а тесно переплеталось с другими видами духовной деятельности. Их неразрывное единство, получившее название синкретического культурного комплекса, способствовало закреплению и передаче первичных знаний и навыков, упорядочивало систему представлений об окружающем мире, регулировало и направляло социальные и психические процессы, выступало средством борьбы с хаосом в самом человеке и человеческом обществе.   

Обращение человека к художественному творчеству началось примерно 40 тыс. лет назад с появлением современного вида человека (Homo Sapiens). Этот момент можно рассматривать как наибольшее открытие, не имеющее равных в истории по заложенных в нем возможностям.

В начале позднего палеолита зарождаются основные виды изобразительного искусства:

роспись на стенах и потолках пещер;

рельеф и круглая скульптура;

рисунок на камне, кости, роге.

Главная тема искусства – изображение животных, человеческих фигур, позднее – многофигурные сцены военных событий, охота. Высочайший расцвет искусства палеолита приходится на эпоху Мадлен (25-12 тыс. до н.э.).

Синкретизм первобытной культуры, специфические формы первоначальной изобразительной деятельности дают основания считать, что религиозные представления формировались в магико-религиозных обрядах, разворачиваясь вокруг изображений животных. Возможно, возникновение анималистических изображений стимулировало зарождение и развитие охотничьей магии, в основу которой положен принцип аналогии, вера в получение власти над духом животных. Поскольку изображения воспринимались как реальность, то ритуалы (танец, имитация охоты), осуществляемые с изображением, мыслились как вполне реальные.

Наряду с охотничьей магией, в первобытной культуре существовал культ плодородия, отраженный в различных формах эротической магии. Символические изображения женщин с гипертрофированными признаками женского начала занимают важное место в обрядах, направленных на размножение животных и растений, имеющих жизненное значение для человека.

Таким образом, первобытная мифология включала в себя первичные формы духовной культуры, которые оформляются как самостоятельные на следующем этапе развития общества в религию, искусство, философию, науки.

Переход от первобытного общества к более высокому этапу развития культуры в различных регионах земного шара происходил по-разному. Своеобразные исторические типы культуры сформировались в Древнем Египте, Месопотамии, Китае, Индии.

Литература

1. История Древнего мира: Учебник для пединститутов / под ред. В.Н. Дьякова. – М., 1956. – 234 с.

2. Леви-Брюль Л. Первобытное мышление. – М., 1996. – 302 с.

3. Любимов Л.Д. Искусство древнего мира. Книга для чтения. – М., 1980. – 319 с.    

4. Мириманов В.Б. Первобытное и традиционное искусство. – М., 1973. – 327 с.

5. Столяр А.Д. Происхождение изобразительного искусства. – М., 1985. – 298 с.

6. Формозов А.А. Памятники первобытного искусства на территории СССР. – М., 1980. – 135 с.

7. Тайлор Э.Б. Первобытная культура. – М., 1989. – 573 с.

Вопросы для самоконтроля

  1.  Каковы основные черты эпохи палеолита, мезолита, неолита?
  2.  Что является особенностью менталитета первобытного человека?
  3.  Каковы отличительные черты первобытного синкретизма?
  4.  Что являлось универсальной формой духовной жизни первобытных людей?
  5.  Назовите первые формы религии и основные виды изобразительного искусства.

Глава 12. культура древнего египта

...Египетская душа, стремящаяся со всей страстью к бесконечному, воспринимала весь мир в виде прошедшего и будущего, а настоящее,... казалось только узкой гранью между двумя неизмеримыми пространствами.

О.  Шпенглер

Первые известные науке очаги цивилизации возникли в Египте, Месопотамии и Индии. Между IV-III тысячелетиями до н.э. земледельцами-cкотоводами были освоены долины трёх рек Африки и Азии: Нижнего Евфрата, Нила и Инда. По мере того, как часть населения уходила в степные районы, некоторые группы вынуждены были отойти на равнины, периодически заливавшиеся водами этих рек. Здесь они встретились с весьма неблагоприятными условиями: большие разливы, засуха, отсутствие металлов. Логически целесообразно было бы отойти на другие, более пригодные и лучшие на первый взгляд земли. Однако же неблагоприятные земли в случае тщательной обработки давали такой урожай, о котором нельзя было и мечтать. Сменилось не одно поколение пока обитатели великих речных долин справились с задачей рационального использования разливов для целей земледелия. И это была первая в истории человечества победа над природной стихией, подчинение её человеку – главное условие перерастания первобытной, культуры в высокие культурные организмы. Этот процесс проистекал разными путями.

В долине Нила в Египте разлив начинается в, июне, и держится до октября. Люди научились разгораживать заливаемые поля земляными валами: отстаиваясь между ними нильская вода отлагала плодородный ил; воду спускали и ил между валов долго сохранял достаточно влаги не только для посева, но и для периода взращивания злаков; к тому же ил был прекрасным удобрением. В долине Нижнего Евфрата в Шумере река довольно нерегулярно разливалась весной; воду отводили в специальные водохранилища, откуда её можно было несколько раз подавать на поля. Работа была очень тяжелая и трудоемкая. Для создания продуктивного земледелия требовалась кооперация многих общин. Они объединялись под эгидой богатых храмов и культовых вождей, которым поручалась организация мелиоративно-ирригационных работ. Это было вполне логичным; ведь задачей жрецов было путем культовых действий и умилостивления божеств обеспечить общине благополучие. При тогдашнем мироощущении культовые действия должны были представляться не менее целесообразными, нежели действия технические, и естественно организацию тех или иных действий поручали лицам наиболее уважаемым и мудрым. Не случайно на древних изобразительных памятниках Шумера и Египта вождь-жрец – предшественник царя изображался исполняющим земледельческий обряд. Неудивительно, что первые цивилизации обладали высочайшей религиозной напряженностью.

Итак, труд человека стал производить больше, чем ему необходимо. И когда общество начало впервые производить прибавочный продукт, которого, конечно, было недостаточно для повышения жизненного уровня всех. Пока лишь некоторая часть общества извлекает пользу из прибавочного продукта и, следовательно, возникает неравенство экономического и социального характера, без такого неравенства невозможно развитие общества вперед. Для организации труда, дисциплины и порядка возникает государство, которое и закрепляет это неравенство. Государство включает в себя административный персонал, территориальный принцип деления управляемых областей, специальные вооруженные силы, налоги, собираемые с населения на содержание государственного аппарата и вооруженных сил. Налоги могли иметь разную форму, иной раз совсем отличную от современных.

Классовое расслоение общества и государства впервые в мире имело место в Египте и Шумере. Здесь земельная собственность состояла из двух типов: государственной (либо храмовой) и общинно-частной. Постепенно первая форма получает преобладание над второй. Происходит ужесточение власти, усиление её централизации, а сакральность, как условие стабильности, становится ещё более напряженной. Складывается государственная форма, которая впоследствии получает название восточной деспотии.

В IV тысячелетии до н.э., а именно около 3100 года до н.э., правитель, объединивший общины-номы Нижнего Египта, после ряда войн присоединяет Верхний Египет и становится первым правителем-фараоном Египта, открывая I династию раннего царства. Классическая периодизация Египта включает в себя следующие этапы:

Раннее царство - несколько столетий около 3000 года до н.э.; правление I и II династии.

Древнее царство - III тысячелетие до н.э.; правление III-VI-II династии.

Среднее царство - конец III тысячелетия до н.э. - 1600 год до н.э. - правление IX-XVII династии.

Новое царство - XVI-IX века до н.э. - правление XVIII-XXV династии.

Архитектура и искусство Древнего Египта

Уже в прикладном творчестве первобытных общин, в росписи глиняных сосудов, в изящных костяных и роговых фигурках ощущается характерная черта египетского искусства:

1) стремление к фронтальному развертыванию изображаемых сцен;

2) реалистическое внимание к деталям;

3) тенденция к выработке канонов.

Постепенно складываются каноны изображения царей, своего рода официальных портретов с подчеркиванием сверхчеловеческих мощных тел, властных суровых лиц. Этим же целям служила и монументальная архитектура. Уже в период Древнего царства получает отчетливое выражение та грандиозная монументальность, которая становится отличительной чертой египетской архитектуры. Такова громадная усыпальница - пирамида, исходной формой которых были скамьеобразные гробницы.

Древнейшей формой пирамиды является ступенчатая пирамида Джосера В Саккара. Благодаря заполнению пустых пространств между уступами получился классический тип монументальной пирамиды, наиболее чётко выраженной в грандиозных пирамидах, построенных фараонами IV династии - Хуфу, Хафра, Минкаура. Стена этих храмов украшались рельефами, изображавшими жизнь и подвиги обожествлённого царя.

Архитектура Среднего царства является связующим звеном между архитектурой Древнего и Нового царства. Грандиозное развитие храмов Нового царства, в частности, времени XVIII-XIX династий, дают яркое представление о расцвете храмовой архитектуры. Одним из величайших комплексов этого времени был грандиозный храм Амона в Фивах. Колоссальный колонный зал этого храма, построенный при Сети I и Рамзесе II, состоит из 134 массивных колонн, расположенных в 16 рядов; 12 центральных колонн большого зала имеют высоту в 21 м. Площадь зала равна 5000 кв.м Отличительные черты египетской скульптуры:

1) фронтальность;

2) почти геометрическая статичность. Они впервые проявляются в скульптурных произведениях времени Древнего царства.

Изображая бога, фараона или вельможу, художник постарался дать идеализированный образ прекрасного сверхмощного человека в позе торжественного и спокойного величия. Египетские мастера постепенно освобождались от старых правил стилизации, стремились изобразить тело и лицо человека в динамике. Эти же черты проступают в рельефах и рисунках, украшающих стены гробниц и храмов, и раскрывают всю жизнь египтян. Здесь изображались дерущиеся лодочники, ремесленники за работой, земледельцы, пастухи и рыболовы, плакальщицы, идущие за корабельной процессией. Таковы рельефы из гробниц в Саккаре и в Гизе. Стремление к реализму усиливается в период Среднего царства. Художник пытается передать внутренние переживания человека, например, в колоссальной голове Сенусерта III иди в голове Ментухотепа. Пышной архитектуре Нового царства соответствовала зрелая скульптура, давшая образцы высокохудожественного реализма и одновременно с этим утонченной стилизации. Высокого развития достигло в эту эпоху искусство иллюстрации, например, рисунки на папирусах из сборника религиозных текстов «Книги мертвых». Особое место в египетской культуре занимал рельеф. Древние египтяне знали два вида рельефа: выпуклый и врезанный, углубленный внутри контура. Все фигуры и фон обычно раскрашивались так, что стены превращались в ковры цветных изображений. Используя декоративные возможности египетской письменности, художники заполняли надписями пустые листы внутри композиции или между различными стенами. Господствующее положение занимали всегда гробницы. Композиция скорее читалась, нежели смотрелась. Передача трёхмерного пространства в двухмерном изображении - не просто техническая задача - её решение зависит от определенного отношения к действительности. Египтяне передавали действительность такой, какой знали, а не такой, какой она кажется - отсюда и все существенные особенности. Тело и предмет изображали не такими, как его видят в целом, но с определённой точки зрения, в какой-то случайный момент, но сопоставляя отдельные его части в наиболее характерном для каждом ив них виде. Так лицо человека, локти и ноги показывали в профиль, а глаза и плечи - в фас. Тот же принцип можно наблюдать и в больших композициях, отдельные сцены которых нельзя сводить к одному временному пункту. Большие сцены передаются при помощи суммирования отдельных частностей, чтобы дать наиболее полное представление об изображенном сюжете. Например, в сцену охоты включаются отдельные сюжеты, относящиеся к жизни животных в пустыне, в военные композиции - жизнь лагеря, марширующие солдаты, битва...

Все изображаемые люди и предметы мыслились живущими и требовали телесной полноты. Поэтому, как правило, мастера заботились о том, чтобы избегать пересечений хотя бы у главных фигур, а отдельные сцены располагали поясами одну за другой. Со Среднего царства художники стали широко использовать художественные возможности росписи, а со временем в некоторых случаях даже отказываясь от контуров, добиваясь этим особой живописности.

Существование определенных правил было исключительно существенно для поддержания ремесленной традиции, без которой немыслимо древнеегипетское искусство. Со временем менялись вкусы, представления об идеале. Соответственно с этим изменялись пропорции фигур, насыщенность композиции деталями. И хотя общая схема оставалась прежней, внутри её всегда было достаточно простора для проявления знаний, наблюдательности, творческих исканий и фантазии художника.

Древнеегипетская религия

Как уже было сказано, существование египетской цивилизации датируется примерно XXX-X вв. до н.э.

Обычно разделяют периоды Раннее Древнее царство, Среднее царство (3800-3000 до н.э.), Древнее (XXVIII - середина XXIII до н.э.), (XXI-XVII) - Среднее, (XVI-XI) Новое царство. С изменением государства происходит и некоторое изменение в культуре.

Главная особенность египетской религии - зооморфизм - наличие богов-животных или полуживотных полулюдей. В Египте на всём протяжении его истории сохранились многие первобытные представления. Небо представлялось женщиной (Нут), Земля (Геб) и Воздух (Шу) - мужскими богами.

Языческий пантеон условно можно разделить на низших богов и высших. К низшим можно отнести богов только животного происхождения, которым поклонялись в самых разных местах (в каждом - своим) : крокодилы, гиппопотамы, кошки, ласточки, змеи, гуси, быки, бараны и т.д. Впоследствии, культы низших богов входили в состав культов богов высшего уровня. Верховные боги чаще всего изображались в виде людей с головами животных и птиц, или наоборот. Наиболее известные божества Египта следующие:

Тот - с головой Ибиса покровитель письменности и колдовства;

Маат - богиня истины (страусовые перья и крылья);

Гор (Хор)  - покровитель фараонов, бог победы (с головой сокола);

Хатхор - богиня любви, радости и красоты - богиня матерей и покровительница мертвых (с головой коровы или с рогами);

Мин - бог плодородия (символ - бык и фаллос);

Птах - бог покровитель столицы Мемфиса (символ - священный бык);

Сохнет - богиня материнства и разрушительной силы солнца (с головой львицы);

Анубис -  бог мертвых и бальзамирования (с головой шакала); Сет - бог пустынь, бурь, непогоды (с головой осла или свиньи). Особое место занимал символ культ навозного жука - скарабея, толкающего перед собой солнечный диск.

Хнум - бог глины, создатель людей, покровитель гончаров (с головой барана);

Себек - бог воды (с головой крокодила);

Баcт - богиня-мать и олицетворения лучезарной эне

(с головой кошки);

Тауэрт - богиня покровительница беременных женщин и новорожденных детей (с головой бегемота).

Тем не менее, можно выделить божество, которому поклонялись в разных местах под разными именами. Это был культ Солнца, выросший из культа Жука-Скарабея. Имён было много: Ра, Атум,  Хепри, Хор.

Постепенно многие солнечные божества сливались и их пытались классифицировать - например: Хепри - утреннее солнце, Ра - дневное, Атум - вечернее.

Впоследствии культ Ра-Атума сделался государственным, носящим царский смысл. Если какой-то бог в течение времени получал общеегипетское значение, то его немедленно объединяли с главным солнечным божеством (Ра-Атум, Себек-Ра и т.д.)

Египетские верования менялись с изменением политической ситуации. В эпоху Среднего царства появляется культ нового бога - Амона. Он был связан с культом бога Мина и считался покровителем новой столицы - Фив. Амон прочно сливается с культом Ра и в виде Амон-Ра становится олицетворением царского культа и даже включает в себя элементы бога-творца. Культ Амона - Ра напрямую связан с обожествлением царской власти. Впоследствии, в связи с этим культом возникает первое антропоморфное божество – Осирис. Осирис - бог растительности, земледелия, загробного мира. Впоследствии Осирис вводится в пантеон как бог равноправный Ра и являющийся сыном Нут и Геба. Осирис - это первый человек и, вместе с тем, - это первый умерший. Таким образом, была сделана попытка объяснить смерть. Впоследствии Осирис и Ра слились в единое целое.

Приведённый список богов далеко не полон. В Египте было более 2000 божеств. Здесь выделены наиболее значительные.

Уникальность египетской религии в том, что из всех языческих религий у них наиболее разработанная система загробного мира. Причём посмертное существование было более важным, чем земное, хотя, внешне оно фактически ничем от земного не отличалось.

Представления о загробном мире были самые разные, даже часто взаимоисключающие друг друга. Считалось, что человек обладает двумя душами. Первая - Ка - двойник человека – обитала в гробнице, вторая Ба - птица с головой человека, должна была при совершении обрядов соединиться с Ка и телом, чтобы человек ожил. Отсюда следует, что необходимо сохранить тело (искусство мумифицирования) и выстроить прочную гробницу. При произнесении особого заклинания человек оживал в ином мире. Огромную роль играло имя - его уничтожение могло принести много вреда умершему. Имя нужно было хранить. В Новом царстве формируется идея загробного суда, который понимался магически и механически. Состояние после смерти считали продолжением земного существования, причём настолько буквально, что имелись заклинания, для отвращения смерти в загробном мире, уже умершего на земле. Человек желал после смерти сохранить возможность бывать и находиться среди людей.

Как уже говорилось, полная структура человека состояла из тела (Хет), «души проявления» (Ба), тени (Хастбет), имени (Рен), привидения (Ах), невидимого двойника (Ка).

Души были тождественны с человеком или заключены в нем, с другой стороны те же души были существами, находившимися вне его. Сделать что-нибудь двойнику значило сделать это человеку. Души представлялись такими же материальными, как сами люди. Так у двойника была плоть из мяса, он ел и мылся, «проявление» и «привидение» могли быть съедены и т.д. Особенность душ заключалась в их невидимости: одна «тень» была видима и «имя» слышимо.

Всё видимое и невидимое представлялось целиком материальным. Духовная жизнь человека, равно как и потусторонних существ, понималось как деятельность плотского нутра, в первую очередь сердца.

Египетская религия не видела существенной разницы между богами и людьми. Полагали, что они тоже, когда то жили в мире имели плоть и материальные души, ели, пили, умащались, одевались и затем отошли к своим «двойникам». Таким образом, на небо отходит привидение, а тело остаётся в земле. Но оживать и вести свою жизнь с помощью душ должен сам покойный, т.е. труп. Всё вышесказанное напрямую связано с развитием искусства бальзамирования и мумификации. Всю сложнейшую структуру деятельности человека в загробном мире передаёт египетская «Книга мертвых». В ней указывается также способность метаморфоз (изменение – оборотничество), т.е. умерший, обладающий знаниями, имел власть и силу превращаться в различные существа - золотого ястреба, священного барана, крокодила и т.д.

Религиозное миропонимание, культ и ритуал

Мир представлялся египтянам, поделенным на две половины: верхнюю и нижнюю, из которых одна была опрокинутым повторением другой. Если по верхней поверхности земли люди ходили вверх головами, то по нижней поверхности приходилось ходить вниз головой. Если над землёй простиралось небо - плоский потолок, закруглённый по краю, то такое небо имелось и под землёй, только в опрокинутом виде. Хотя небо, как и земля, имело двери и покоилось на устоях, оно мыслилось полным воды, по которой и плыли в своих ладьях небесные светила. С водой было и нижнее небо.

Культовая сторона египетской религии также имела ряд особенностей. Бог жил среди своих почитателей: он имел своё местопребывание в храме: здесь стояла его статуя и помещалось посвящённое ему животное. Храм не был приспособлен ни для того, чтобы служить местом сборища значительной толпы верующих, ни для того, чтобы быть жилищем жрецов, а исключительно был предназначен для хранения божеских изображений, священных сосудов и сокровищ.

Пристройки служили для хранения храмовой утвари и разных запасов. В само здание храма имели доступ только жрецы и фараон. На переднем дворе приносились жертвы. По праздникам собирались торжественные процессии, в которых обносили кругом храма священные изображения бога.

Жрецы составляли особую группу. Слух об их кастовости несколько преувеличен, хотя знания и магические заклинания хранились в тайне. Поначалу верховным и едва ли не единственным значительным жрецом являлся фараон.

После того как храмовое служение становится более сложным, возникает целая жреческая структура. Количество богов в храмах всё возрастало и состав их делался все более разнообразным, а поэтому увеличивалось и количество жрецов. Так, например, жрецы Амона-Ра разделялись на 5 классов - I, II, III, «божий служитель», «божий отец», «чистый» (уаб). Их обязанности можно выделить в самых общих чертах:

I   - чётко выполнить ритуал;

II  - устраивать праздники и руководить процессиями;

III - приготовлять и приносить жертвы;

IV  - заведовать доходами храма и блюсти его интересы.

Весь ритуал был расписан до мельчайших подробностей. Жрецу вменялось в обязанность совершать от 36 до 60 церемоний, при ежедневном совершении туалета божества и очищения его жилища. Бог не мыслился без своего корабля. Также имелось большое количество религиозных праздников.

Итак, египетская религия - это язычество, обладающее рядом признаков. Наиболее отличительные из них:

1) зооморфизм;

2) материальная сторона душевной жизни;

3) магия;

4) метаморфозы (оборотничество - превращения);

5) сохранение тела (мумификация);

6) многосоставность в строении души;

7) развитая космогония и теогония;

8) символизм;

9) разработанная ритуальная сторона;

10) развёрнутая жреческая структура;

11) сакрализация власти и государства;

12) ощущение глубины времени.

Научные знания

Древние египтяне внесли существенный вклад в астрономию, создав солнечный календарь. Год делили на три сезона по 4 месяца, 30-дневного месяц делился на декады. В году было 36 декад, посвящённых особым божествам - созвездиям. В конце года добавлялось 5 дней. Такой календарь возник из их нужд, к нему привела необходимость вычислять периоды разлива Нила. Разлив Нила совпадал с появлением на рассвете, после долгого перерыва, яркой звезды Сириус. Это было замечено египетскими наблюдателями, однако египтяне не привели в соответствие календарный и астрономический год, так как не ввели високосных лет. Поэтому каждые 4 года утренний восход Сириуса расходился с новым на один день. Также египтяне создавали карты неба, группируя звезды в созвездия. Велись наблюдения и за планетами. Египетская математика возникла из потребностей делопроизводства и хозяйственной жизни. Египтяне пользовались десятичной непозиционной системой счета, в которой употребляли специальные знаки для обозначения чисел 1, 10, 100. Оперировали простыми дробями только с числителями 1. Со Среднего царства засвидетельствованы задачники, в которых приводились решения задач. Большинство из них возникло из практических потребностей. Для расчётов, связанных с дробями, пользовались специальными таблицами. Знали египтяне и арифметическую прогрессию. Для обозначения неизвестного пользовались словом «куча».

Уже в Древнем царстве (в связи с практикой мумификации) египтяне много знали и разбирались в области анатомии и медицине, имелись врачи хирурги, окулисты. В практических руководствах для врачей большое место, наряду с опытом, занимает магия. Древние лечебники показывают, что египетские медики прекрасно знали анатомию, кровообращение, роль мозга. Существовало руководство и для ветеринаров. Как мумификация, так и особенно рецепты показывают значительное познание египтян в области химии.

Из обыкновенных научных знаний стоит выделить историческую сферу: сохранились записи последовательности царствований и главнейших событий. Имелись специальные словесники, а также пособия по иностранным (не шумерскому и не аккадскому) языкам.

В Египте были открыты специальные учебные заведения, так называемые «дана жизни», по мнению некоторых учёных, нечто вроде скрипториума (ср.-лат. Scriptorlwn - переписчик писем), где составлялись священные книги и, по-видимому, велись изыскания в области медицины.

Древнеегипетская письменность

В Египте, благодаря хозяйственным требованиям система, письменности сложилась уже к Раннему царству. Состав знаков показывает этапы развития древнего письма. Знаки египетского письма были рисуночными и звуковыми, выражавшими один или более согласных. Звуковыми знаки становились, когда рисунок переставал передавать смысл слова, но начал использоваться как в ребусе, и для передачи самих входивших в него звуков. Хотя для каждого отдельного звука (согласного, так как гласные не выписывались) был выработан знак, на алфавитное письмо египтяне не перешли никогда. Как правило, пользовались смешанной словесно-звуковой системой, т.е. к рисуночному знаку приписывали знаки – «буквы», содержавшиеся в стоящем впереди слове. В конце слова ставили знак, который не читался, но пояснял его смысл. Так, слово ВН – «отрывать» передавали рисунком зайца ВН, знаком воды -Ни изображением двери. Как определитель абстрактных понятий египтяне использовали рисунок свитка папируса. Иероглифическое письмо (как его называли греки от слова «иерос» -священный и «глифос» - резать) чаще всего использовалось для монументальных, резанных на камне надписей, хотя иероглифы встречаются и на других материалах.

Для хозяйственных целей применялось скорописное - иератическое письмо («жреческое», так его называли греки); этим же шрифтом писали литературные произведения и научные книги. Внешний облик знаков со временем изменялся. В Позднем периоде распространилось демотическое письмо, возникшее из беглой поздней иератики. Оно использовалось для бюрократических нужд, но перешло и в литературные и религиозные папирусы и даже на камень.

Литература

  1.  История Древнего мира: курс лекций / под ред. И.М. Дьяконова. – М., 1989. – 471 с.
  2.  История Древнего Востока: учебник для вузов / под ред. В.В. Кузищина. – М., 1979. –   456 с.
  3.  История Древнего Востока / под. ред. Г.М. Бонгард-Левина. – М., 1988. – Ч. 1-2. – 623 с.
  4.  Васильев Л.С. История Востока. – М., 1993. – Т. 1. – 494 с.
  5.  Культура ранних цивилизаций: Метод. указания / Сост. С.В. Куленко. – Новосибирск, 1999. – Ч. 1. – 28 с.

Вопросы для самоконтроля

  1.  В силу каких причин Древний Египет являлся «житницей» всего средиземноморского культурного ареала?
  2.  Деспотия была атрибутом культуры Древнего Египта, либо её необходимостью?
  3.  Какой компонент культуры Древнего Египта можно назвать стержневым и почему?
  4.  Укажите такие культурные явления, которые, возникли в Египте и стали достоянием других цивилизаций.
  5.  Какая сфера культуры Египта более оказало наиболее сильное влияние на возникновение и развитие письменности?

Глава 13. культура древней месопотамии

Крепкая нить, протянувшаяся сквозь тысячелетия, соединяет шумеров с нашим временем.

З. Косидовский

По своей древности культура Месопотамии не уступает египетской. Однако она отличается от неё особым динамизмом и ритмом жизни. Ибо Двуречье - это культура многочисленных народов, государств, традиций, которые постоянно сменяли друг друга. Но вместе с тем их объединяла некая культурная преемственность, впитывавшая в себя особенности каждого народа.

Общий обзор истории Шумера в III тыс. до н.э. принято делить на три периода, которые составляют раннединастическую эпоху:

I  раннединастический период (XXVIII-XVII вв. до н.э.). Его основные признаки - уход в тень древнейшего Шумерского города Эреду и возникновение город Киша и правление I Кишской династии. Могущество Киша было столь сильным, что впоследствии многие правители стремились подучить звания "Лугаль Киша", что стало означать "Лугаль Вселенной - владыка Страны".

В конце этого периода возвышается город Урук, среди первых правителей которого упоминаются Энмеркар и Лугальбанда, частично приобретшие черты мифологических героев.

II раннединастический период (XXVII-XXVI вв. до н.э.) - это господство Урука во главе с главным героем шумерского эпоса Гильгамешем. При Гильгамеше и его преемниках Урук имел самые крупные военные отряды, его правители возводили постройки в Лагаше, Ниппуре и других городах.

III раннединастический период XXV-XXIV вв. до н.э. характеризуется всё более усиливающейся тенденцией к объединению, порожденной необходимостью создания в масштабе всего Шумера ирригационной сети, стремлением вести успешные захватнические войны и оборонять страну от набегов горных и степных племен. В ходе борьбы на первое место выходит город Ур, где правит династия I. При ней усиливается власть правителя за счёт подчинения храмового хозяйства и выдвижения жён правителей на должности верховных жриц. Хотя правители Ура носили титул, "Лугаль Вселенной", они вынуждены были уступить гегемонию Лагашу , который достигает своего могущества при Эннатуме, подчинившему себе практически весь Шумер - такие города, как Умма, Киш, Урук, Ларса и т.д. Однако это привело к внутреннему ослаблению Лагаша, итогом которого явился государственный переворот, в результате чего был низложен законный правитель Лугальбанда, а к власти пришел его родственник Уруинимгина (2318-2312 до н.э.), за шесть лет своего правления проведшим очень эффективные и необходимые реформы. Однако Лагашу так и не удалось сохранить своё могущество. Начали усиливаться противники Лагаша, в особенности Умма и Урук, которые при правителе Уммы Лугальзагесси объединились, подчинили ряд шумерских городов, разбили и подчинили себе Лагаш. В результате удалось на четверть века создать объединенное Шумерское царство, представлявшее собой, однако, рыхлое политическое образование, рухнувшее под натиском более сильного государства - Аккада, появившегося к северу от Шумера.

Основателем Аккадского царства называют Саргона. Саргон (Шаррумкен) переводится как "Истинный царь". Его имя окружено множествами легенд и истории. Выходец из низших слоёв, Саргон, по-видимому, пришел к власти в результате дворцового переворота, в городе Кише. Его действия были молниеносны. Он подчинил себе все северные города и построил новую столицу Аккад между Тигром и Евфратом. Затем настала очередь Шумера. Саргон разгромил Лугальзагесси, а затем ещё 50 правителей шумерских городов. Одержав более 34 побед в битвах, Саргон создал крупнейшее в Месопотамии и во всей передней Азии единое централизованное государство с центром в Аккаде. 55 лет правления Саргона (2316-2211 до н.э.) не прошли даром. Создание крупной иррациональной сети в масштабе всей Южной Месопотамии, строительство дорог и гаваней введение общегосударственных систем мер и весов привели к развитию в государстве товарно-денежных отношений, морской, речной, сухопутной торговли.

Итогом политического развития Аккада явилось возникновение деспотии, представленной могущественной властью царя (Шаррум). Однако при преемниках Саргона - царях Римуше, Маништусу и особенно Шаркалишарри, Шумеро-Аккадское царство слабеет и становится жертвой нашествия кочевников-кутиев. Завоеватели-кутии представляли собой племенной союз во главе с избиравшимися на определённый срок вождями. Кутии предпочитали находиться в пределах своей страны, севернее Шумеро-Аккадского государства, а управляли Месопотамией с помощью наместников и военачальников из среды шумеров и аккадцев, самым значительным из которых был правитель Лагаша Гудеа. Около 123 лет правили кутии страной. Против них возник заговор, а затем восстание лидерами которого были наместники Ура и Урука, правитель последнего Утухенгаль возглавил восставших. Результатом восстания явилось освобождение от кутиев и основание уже царём Ура Ур-Намму, сменившего умершего Утухенгаля, нового государства - Шумеро-Аккадского царства III династии Ура, просуществовавшего 115 лет. Это был последний взлет в политике Шумера. Политическое влияние и власть постепенно переходит на Северо-Восток, сосредотачиваясь в малоизвестном доселе городе Вавилоне.

Расцвет Вавилона приходится на правление царя Хаммурапи (1792-1750 до н.э.), проявившего себя как блестящего политика и исторического законодателя. 35 лет царствования Хаммурапи ушли на создание обширной Вавилонской державы, раскинувшейся по всей территории Месопотамии. За эти годы Вавилон из небольшого города превратился не только в столицу нового, огромного государства, но и в крупнейший экономический, политический, и культурный центр Передней Азии. Однако после смерти Хаммурапи слабеет и его детище. Держава еще существует около 250 лет, а затем рушится под напором молодого сильного соперника - государства Хеттов в 1595 г. до н.э.

В последующие времена в Месопотамии возникает и сменяет друг друга ряд государств - Касситы, Митанийцы (XIV-XIII вв. до н. э.). Чуть позже, в южной части Месопотамии появляются племена халдеев, которые восприняли шумеро-вавилонскую культуру. В VIII-VII вв. до н.э. Месопотамия попадает под власть ассирийцев - мощнейшей на тот момент, милитаристской державы мира. Но в 626 году до н.э. халдейский вождь Набопаласар поднимает антиассирийское восстание и изгоняет завоевателей из Месопотамии, а затем, в союзе с другими государствами - жертвами ассирийцев, штурмом берёт ассирийскую столицу Ниневию, сделав Ассирию достоянием истории.

Начинается расцвет последнего месопотамского государства - Нововавилонского царства, достигшего своего пика при преемнике Набопаласара Навуходоносоре II (605-562 до н.э.). Его царствование - это экономический расцвет и культурное возрождение Вавилона. Последний превратился в крупнейший город на Древнем Востоке с населением в 200 тысяч человек. Город был расположен у Евфрата и двух крупных каналов. Часть его лежала к западу от Евфрата (Новый город) и соединялась с остальной территорией Вавилона с помощью моста длиной 123 м. и шириной 6 м. На одном конце находился огромный царский дворец, на другом было расположено возведенное на искусственной территории главное святилище вавилонян - Эсагила. Это было квадратное здание, каждая сторона которого имела длину 400 м. Единое целое с Эсагилой составлял расположенный к югу от нее семиэтажный Зиккурат высотой 91 м., который назывался "Этеменанки" ("храм краеугольного камня небес и земли"). Называемый в Библии "Вавилонской башней", он считался в древности одним из чудес света. На вершине башни, куда вела наружная лестница, располагалось святилище верховного бога Вавилонии - Мардука, выстроенное из глазурованных кирпичей, стены и потолки которого были покрыты золотом и украшены драгоценными камнями.

От главного входа в Зиккурат вела мощёная улица для религиозных процессий, в ряде мест достигавшая 35 метров в ширину. Она заканчивалась у ворот, посвященных богине Иштар, высота которых равнялась 12 м. Ворота были украшены изображениями фантастических животных. Одним из чудес света также являлись знаменитые висячие сады, о чем будет изложено ниже.

При Навуходоносоре II Вавилон превратился в непреступную военную крепость. Город обнесли двойной стеной из сырцовых и обожженных кирпичей, скрепленных раствором асфальта и камышом. Внешняя стена была высотой почти 8 м, шириной 4 м, а длина её в окружности равнялась 8,3 км. Внутренняя стена, расположенная на расстоянии 12 м от внешней, была высотой 11-14 м и шириной 6,5 м. Город имел восемь ворот, охранявшихся царскими воинами. Кроме того, на расстоянии 20 м друг от друга были расположены укрепленные башни, с которых можно было обстреливать противника. Перед внешней стеной на расстоянии двух метров от неё находился глубокий ров, наполненный водой. Так выглядела столица этого мощнейшего государства тогдашнего времени.

Однако после смерти Навуходоносора, при его преемниках, держава начала слабеть. При царе Набониде Вавилонская держава была блокирована персами - решительным и могучим соперником, завоевавшим почти все страны Передней Азии, дошедшего до границ Индии. Набонид вместе с наместником Вавилона, своим сыном Валтасаром, пытались организовать оборону, но царь Персии Кир сломил последнюю, хитростью захватил Вавилон и подвел черту под существованием Шумеро-Вавилонской цивилизации.

Основные признаки культуры Месопотамии

В IV тысячелетии до н.э. в Междуречье возникает культура Шумеров, которая так же, как египетская, основана на сложнейшей технике ирригации. Шумерские общины формировались вокруг храмов, которые являлись как культовыми, так и организационно государственными центрами, совмещая в себе ещё и хозяйственное применение, как склады продовольствия. Для шумерской культуры была характерна высокая степень религиозности, однако государственные объединения были более бюрократические, нежели деспотические, что и выразилось в непрочной государственной власти. Все это привело к завоеванию шумеров аккадскими племенами, пришедшими с севера во главе с легендарным царем Саргоном. Результатом завоевания стало появление мощного шумеро-аккадского царства. Оно также просуществовало относительно недолго, но оставило после себя богатое культурное наследие.

В научной сфере шумерские астрономы разработали лунно-солнечный календарь, подробную карту звёздного неба, разделение года на дни и недели, деление круга на 360 градусов и многое другое. В математике шумеры использовали шестидесятиричную систему, которую затем аккадцы соединили с десятиричной. Шумеры делали цифровые операции, которые появились в Европе лишь в середине XVIII века (например, итоговый цифровой ряд 195955200000000).

После того, как созданная Саргоном держава Шумеров и Аккадцев рухнула, ее завоеватели - амориты в XIX веке до н.э. создают новое государственное объединение со столицей в городе Вавилоне. Государство получает название Древнее Вавилонское царство. Своего пика это государство достигает при царе Хаммурапи (1792-1750 до н.э.). Этот правитель вошёл в мировую историю созданием судебного кодекса "законов Хаммурапи" - первой в истории системы государственных норм, изложенных письменно. Законы включали 282 статьи, которые касались преимущественно вопросов семейного права, наказаний за различные преступления, способов ведения судебных процессов. Главным принципом наказания был принцип талиона - "око за око, зуб за зуб". Главное значение законов Хаммурапи заключалось в замене кровной мести государственными санкциями, что упорядочивало отношения между людьми. Вавилоняне переняли многие достижения своих предшественников, особенно в области астрономии и математики. Вычисления вавилонских астрономов до сих пор могут поспорить с современными вычислениями, сделанными с помощью новейшей электронной техники. Существовали даже специальные астрономические школы. Шумерам и вавилонянам были известны 12 созвездий зодиака, час делился на 60 минут, а минуты на 60 секунд. В математической области в Месопотамии были известны системы уравнений с двумя неизвестными, был вычислен квадратный корень из двух, равный 1.41213, определено число пи, равное 3.125. Вавилоняне умели вычислять проценты, измерять площадь и объём различных геометрических фигур и т.д. Об уровне технических знаний жители Месопотамии говорят различные сооружения: башня бога Мардука, известная по Библии и одно из чудес света - висящие сады Семирамиды, которые являлись одновременно и прекраснейшим и сложнейшим архитектурным сооружением. Фактически сады Семирамиды были первым ботаническим садом, где собирались как сами редкие растения, так и знания о них.

О высоком уровне культуры говорит и развитая письменность - клинопись - нанесение особых знаков, передающих информацию, на мягкие глиняные таблички, которые затем высушивались, либо аккуратно обжигались. Именно благодаря клинописным знаниям до нас дошли сведения о религиозной системе Месопотамии и о богатейших достижениях в различных культурных сферах: литературе, искусстве, науке и т.д.

Религиозные верования Древней Месопотамии

Культура в древних цивилизациях Междуречья была предельно религиозной. Наиболее развернутые религиозные представления возникают в древних шумерских городах Уре, Уруке, Лагаше и позднее в крупнейшем городе Древнего Востока - Вавилоне.

В Месопотамии не было централизованного государства, как в Египте, и поэтому трудно говорить о шумерской религии как о строгой системе.

Можно выделить две главные особенности месопотамских религиозных верований: антропоморфность богов и крайняя магическая сторона религиозного культа.

В Шумере насчитывали несколько сотен различных богов и богинь. У каждого крупного города был свой бог и покровитель, защищавший интересы его жителей. Существовали божества, связанные с самыми разными сторонами жизни и смерти.

Можно выделить следующие основные группы богов:

Ан  - бог  неба;

Энни - владыка земли, бог пресных вод, божество мирового океана, на котором плавает Земля (Ки). Отсюда Ан-Ки – Вселенная;

Энлиль  - "Владыка Дуновений", божество воздуха и наземных сил;

Нинхурсаг - великая богиня-мать, жена Энлиля;

Наина (Син)  - сын Энлиля - бог Луны;

Уту (Шамаш)  - бог Солнца - сын Нанны;

Инанна (Иштар)  - богиня любви и покровительница войн.

Помимо названных почитались многочисленные богини-матери. Также большое значение имели местные боги - покровители каждой общины, обычно каждый со своей супругой и с сыном, с множеством приближенных. Бесчисленны были мелкие добрые и злые божества, связанные с зерном и скотом, с домашним очагом и хлебным амбаром, с болезнями и напастями. Они, по большей части, были разные в каждой из общин.

Храмы строились не всем богам, а лишь главнейшим, преимущественно же богу или богине - покровителям данной общины. Сам храм состоял из трёх частей: центральной, в виде длинного двора, в глубине которого помещалось изображение божества, и симметричных боковых приделов по обеим сторонам двора. На одном конце двора располагался алтарь, на другом - стол для жертвоприношений.

Вавилонские религиозные верования складывались в условиях мо-нархической государственности, поэтому боги вавилонян имели всеобщий политический оттенок. В вавилонскую религию проецировались боги шумеро-аккадского пантеона: триада Ан (Ану), Энлиль (Эллиль), Энки (Эйя). Но постепенно на первое место выходит культ бога Вела (господина), который затем переходит в общевавилонский культ бога весны Мардука. Впоследствии Мардук либо сливается с культом Энлиля, либо вообще оттесняет эту триаду на второй план. Позже произошла их дальнейшая структуризация, которая в конечном счете делилась на две родовые группы:

1) небесные божества - Мардук, Триада и двенадцать великих богов, определяющих судьбу всего на свете;

2) божества Земли и преисподней. Последнюю представлял бог смерти Нергаль и его супруга Эрешкигаль. Им подчинялись семь ануннаков-стражников, Ирра - бог чумы и целый ряд злобных демонов.

Впоследствии богини трансформировались в жен богов и только богиня Иштар сохранила самостоятельность значения и культа.

Одна из характерных черт религии Месопотамии - сохранение и развитие крайних форм магии. Считалось, что магическими средствами можно спасти человека от вселившихся в него бесов, болезней и несчастий. Имелось до пятидесяти сборников различных заклинаний, ритуалов и магических формул. Важное место в религии Месопотамии занимали предсказания, сновидения, гадания как средства, способные предотвратить неудачу, болезнь, несчастье. Гадали по крику и полету птицы, по внутренностям животных, по взаимному расположению звезд и планет.

Из религиозных праздников важнейшим являлся праздник бога Мардука (март-апрель), который длился 12 дней. Он характеризовался жертвоприношениями, гаданиями, предсказаниями. Праздник завершался в Зиккурате - ступенчатом храме, священным браком царя и жрицы, символизирующим брак Мардука с его супругой Царпанит.

Итак, религия Месопотамии имела типично языческий, политеистический оттенок со следующими особенностями:

1) Антропоморфизм.

2) Подчинение женских божеств мужским.

3) Преемственность в божественной структуре.

4) Объединение богов под властью одного бога.

5) Магическая сторона культа.

6) Астральный характер пантеона (соотношение богов со звездами).

7) Наличие развёрнутой мифологии и появление героев (полубогов-полулюдей).

Письменность и литература

В конце IV - начале III тыс. до н.э. в Южной Месопотамии возникла древнейшая письменность. Это было рисуночное (пиктографическое) письмо, с помощью которого писались хозяйственные документы. Тексты наносились на глиняные таблички концом заостренного грифеля из тростника. Писали шумеры с помощью знаков, являвшихся рисуночными изображениями тех или иных предметов. Каждый рисунок имел значение целого слова или понятия. Например, если надо было зафиксировать, что на склад сдано 10 рыб, писец ставил 10 вертикальных черточек и добавлял к ним рисунок с изображением рыбы.

Рисуночным письмом можно было передать лишь простейшие тексты. Развитие хозяйства требовало усовершенствования письма и, со временем, шумеры научились передавать грамматические показатели, изображавшиеся с помощью знаков в их слоговом написании.

Постепенно при беглом письме на глине, знаки теряли первоначальный характер изображений отдельных предметов и стали им напоминать различные комбинации клиньев. К середине III тыс. до н.э. шумерское письмо окончательно превратилось в клинопись, которую затем заимствовали аккадцы. Древнейшие шумеро-аккадские тексты относятся к XXV в. до н.э.

Шумеро-аккадская клинопись насчитывает свыше 600 знаков, из которых каждый имеет несколько значений. Почти все народы Передней Азии заимствовали шумерскую систему клинописи, приспособив её к особенностям своего языка. Подавляющее число клинописных документов написано на табличках из глины, тщательно обжигавшихся или высушивавшихся после нанесения текста. Просуществовала клинопись более 3000 лет. Самые поздние клинописные тексты Месопотамии датируются последними веками до нашей эры.

Древняя месопотамская литература прошла длительный путь развития почти в 2000 лет. В нем можно выделить несколько этапов:

1 этап  - начало III тыс. до н.э., когда появляются первые литературные тексты на шумерском языке, представляющие собой списки богов, отдельные мифы, записи гимнов и произведений фольклора; 

2 этап - конец III - начало II тыс. до н.э., характеризуется расцветом шумерской литературы, в формировании главных его жанров, созданием основной массы произведений на шумерском языке: циклов мифов, эпических произведений, представленных поэмами о божествах (Инанне, Думузе) и легендарных правителях (Энмеркаре, Лугальбанде и Гильгамеше), лирики, гимнов в честь богов и царей, молитв, элегий, ритуальных песен, плачей, сочинений дидактического жанра - поучений, особенно школьных, пословиц и поговорок;

3 этап - вторая половина II тыс. до н.э. Это время создания основной массы произведений на аккадском языке: поэм, в том числе знаменитой поэмы о сотворении мира "Когда вверху... ", поэма о нисхождении Иштар в преисподнюю, мифических произведений;

4 этап - заключительный в развитии месопотамской литературы. Это период копирования шумерских и аккадских литературных произведений, создания исторической литературы (ассирийских и вавилонских царских надписей и летописей), появления в Ассирии и Вавилоне публицистических произведений с определенной (антиассирийской, антивавилонской) направленностью.

Богатая литература Древней Месопотамии оказала заметное влияние на литературу других народов Востока (хеттов, евреев, арамеев, сирийцев, арабов) и античного мира. Её сюжетные образы порою звучат и в современной  литературе.

                                                                            Литература

  1.  Аверинцев С.С. Древние цивилизации. – М., 1989. – 479 с.
  2.  История Древнего мира: курс лекций / под ред. И.М. Дьяконова. – М., 1989. – 471 с.
  3.  Васильев Л.С. История Востока. – М., 1993. – Т. 1. – 494 с.
  4.  Культура ранних цивилизаций: Метод. указания / Сост. С.В. Куленко. – Новосибирск, 1999. – Ч. 1. – 28 с.
  5.  Крамер С. История начинается в Шумере. – М., 1990. – 233 с.

                                                         Вопросы для самоконтроля

  1.  Почему первая в мире письменная система законов возникла в ареале культуры Древней Месопотамии?
  2.  Какие культурные элементы, возникшие в культуре Древней Месопотамии, активно используются в наши дни?
  3.  В силу каких причин учёные имеют более высокую степень информации об этой культуре по сравнению с культурами других древних цивилизаций.
  4.  Укажите основные качественные отличия  религии Месопотамии от религии Древнего Египта.
  5.  Поясните, каким образом название данной цивилизации родит её с другими цивилизациями древности?

Глава 14. индийская культура

Катит река надежды воды бесплодных мечтаний.
Между крутых берегов бесконечных тревог
Вьются птицы сомнений над волнами жажды,
Гибель сулит заблуждений круговорот.
Сносит могучим разливом деревья спокойствия,
В глубине притаились крокодилы страстей...
Люди, восславим очищенных святостью йогов,
Тех, кто мутный этот поток сумел переплыть!

Бхартрихари

Доарийская (Индская) цивилизация

(2300-1700 г. до н.э.)

Индская цивилизация – третья по древности на земном шаре после Египта и Шумера. Её важнейшими достижениями были создание собственной системы письма, выработанные каноны благоустройства городов с домами из обожжённого кирпича, мощёными мостовыми и улицами, сложными устройствами для удаления дождевых вод и нечистот. Важным свидетельством культурного уровня древнейших жителей Индии является наличие письменности. Индская письменность уже давно привлекает внимание исследователей, но расшифровать её до сих пор не удалось. Установлено, что она содержит до 400 рисуночных знаков, направление чтения шло справа налево. Главная трудность в расшифровке заключается в том, что неизвестен язык, который эта письменность выражает. Большинство современных исследователей считает вероятным, что это был древнейший дравидийский язык. Хараппская культура оказала заметное воздействие на своих соседей. Обстоятельства и причины упадка Индской цивилизации остаются не вполне ясными. Видимо, здесь играли роль многие факторы – климатические изменения, социальные противоречия, давление варварского окружения. Упадок намечался постепенно, на протяжении нескольких веков. В первой половине II-го тысячелетия до н.э. города Индской цивилизации запустевают, исчезают письменность и характерное искусство. Наступает новый индоарийский этап, связанный с вторжением в Индию ираноязычных (арийских) племён.

Индоарийский период

Он начинается со времени вторжения в Индию ираноязычных племен, скотоводов-кочевников, которые оседают и расселяются на территории дравидийской Индии. С появлением железа, наступает более интенсивный период хозяйственного и политического развития Индии. Постепенно основной отраслью становится земледелие при сохранении важности скотоводства. У индоарийцев уже не встречается таких крупных городов, как во времена расцвета индской цивилизации, но и менее крупные индоарийские города являлись центрами административной и торгово-ремесленной жизни. Постепенно произошло освоение долины Ганга, что расширило ареал индийской цивилизации.

Общественное устройство характеризовалось рядом особенностей, главной среди которых был варновый (кастовый) строй. Попыток объяснения этому много, главная – это сословно-культурная изоляция завоевателей от местного населения. К концу I тыс. до н.э. социально-политическое устройство индийских государств вполне оформилось.

Царь (раджа) был верховным распорядителем государственного имущества (прежде всего земли), командовал войском, возглавлял управление и был главным защитником вселенского закона (дхармы). В большинстве государств власть царей была наследственной.

В республиках, называвшихся гана и сангха, как и древние общины, пережитки племенной демократии держались прочнее. Государственный аппарат был несложный, но некоторые постоянные должности уже определились: придворный жрец, военачальник, казначей, сборщик налогов. Государства были небольшие, а политическая карта пёстрой и постоянно меняющейся. Наиболее важными государствами были Кошала и Магадха. В середине I тыс. до н.э. в Северной Индии насчитывалось несколько десятков небольших и около десятка крупных государств как монархических, так и республиканских. Наиболее крупными и известными были держава Нандов (VIIV вв. до н.э.), империя  Маурьев (317–180 г. до н.э.), Кушанское царство (III в. н.э.) и империя Гуптов (IVI вв. н.э.).

Религия индийской цивилизации

Индийская религия не представляет собой целостной религиозной системы. Это скорее общее название верований, пронизанных единым миропониманием и религиозным ощущением. Основа этого единства – пантеизм. Пантеизм (от греческого «пан» – вcё, «Теос» – Бог) – это религиозные верования, основанные на неразличимости Бога  и природы, или на их безусловной слитности.

Индуизм – комплекс религиозных верований, культов и традиций, возникших и развившихся Индии за последние 2-4 тысячи лет.

Условно индуизм можно разделить на 2 периода:

I. Добуддийский период – XIVI вв. до н.э., который, в свою очередь делится на:

  1.  Арийский ведический период;
  2.  Индоарийский ведический период – брахманизм;
  3.  Джайнизм.

II. Постбуддийский период – IXX вв., включающий в себя основные элементы брахманизма, буддизма и верований местного доарийского (дравидийского) населения:

  1.  Индуизм Тримурти.
  2.  Вишнуизм.
  3.  Шиваизм.

 Сами индусы называют свои верования «Дхарма» – закон.

Брахманизм

Ранний ведический период сохранил свою близость с религией древних иранцев (арийцев). Им был присущ культ огня, культ предков, использование при важнейших обрядах особым образом приготовленного наркотического напитка Сомы (Хаомы). Как и другие народы древности, индийцы верили, что жизнь природы и общества идёт в соответствии с предписаниями богов (дэвов) - существ, подобных людям, но обладающих сверхъестественным могуществом. Из них главными были три:

Индра – бог-громовержец и воитель, князь (раджа) среди богов;

Агни бог огня, хранитель дома, посредник между людьми и богами;

Сурья – бог Солнца, враг мрака и холода.

Женские божества к этому времени уже потеряли своё значение. Кроме дэвов признавался ещё и другой род сверхъестественных существ – асуры. Однако принадлежащие им божества: Варуна бог неба, Митра – бог света и договоров были как бы дальше от человека и играли меньшую роль.

Поскольку считалось, что мир существует и люди преуспевают только благодаря богам, а боги живут жертвоприношениями, то, следовательно, главным было и являлось приношение жертв или выполнение ритуалов. Во главе арийских племён, захвативших Индию, стояли воины – раджанья, или кшатрии – им подчинялись все остальные – вайшья (буквально так и переводится). Однако существовало устойчивое мнение, что успех всего зависит от абсолютной правильности проведения обряда, или жертвоприношений. Это привело к тому, что из раджанья выделяются специальные служители культа, которые позднее оформляются в отдельное сословие – брахманов. Захватив Индию, арийцы стремились закрепить и не смешать свои верования и традиции в чужой культуре. Это проявилось в появлении варн – замкнутых сословных групп религиозно-культурного характера, подразделяющихся на более мелкие территориально-профессиональные группы – джати (в европейских языках они именуются «кастами», так как их назвали португальцы, первооткрыватели морского пути в Индию). Индоарийское население было поделено на четыре варны:

Брахманы)

Кшатрии )  Индоарийцы-завоеватели 

Вайшьи)

Шудры  – коренные жители Индостана.

Переход внутри первых трёх варн был строго ограничен, а по отношению к четвёртой просто невозможен. Этот период называется ведическим по имени священных писаний Вед. Веды (от слова ведать, т.е. знать) – древнейшие священные индийские тексты, имеющие устную подоснову.

Сами индусы полагали, что Веды существуют вечно. Поэтому там нет ошибок. Веды – это не всякое, а только ритуальное знание. Ведическая культура очень обширна, она включает в себя не только священные песнопения, но и руководства к совершению богослужебных обрядов, а также основы философского знания. Песнопения, составляющие главную часть Вед, называются мантры. Все Веды составляют четыре вида (самгаты – сборники): Риг Веда (сборник гимнов), Сама Веда (Веда текстов песнопений), Яджур Веда (Веда яджусов – ритуальных заклинаний, употребляемых при жертвоприношениях), Атхарва Веда – (волхвования, колдовство, магические заклинания).

Каждая Веда делилась на: 1) Брахманас – обряды при жертвоприношениях, 2) Араниакас – дополнения мировоззренческого характера, 3) Упанишады – наставления философского характера.

За ведами следуют «сутры» (Веданты) – руководства для обучения ведам, они изложены в более сжатой форме. Они трактуют предания (смрити), домашние обычаи (грия-сутры), законоведение (дхарма-сутры). Арии не допускали к совершению обрядов коренных жителей, которые принадлежали к варне шудр, а также к обрядам не допускались женщины, независимо от того к какой варне они принадлежат. Кроме того, индуистом не может быть чужеземец или иностранец. Чтобы быть индуистом, надо родиться членом одной из варн (хотя бы шудрой), а это нужно заслужить.

Религиозные представления

По представлениям индийцев тело смертно, а душа вечна. После смерти тела она переселяется в другое тело, вид которого зависит от поведения человека в прошлой жизни (его кармы).

Карма (действие) – понятие, обозначаемое как: 1) набор добрых и злых действий, определяющих последующее рождение; 2) причинно-следственная связь, поведение-воздаяние, обозначающая их безусловную слитность.

Душа добродетельного человека возрождается среди более высоких существ в высших варнах, греховного – в более низкой варне. Карме подвержены все, даже боги. Кармой объясняется положение человека в той или иной варне.

Еще одной составляющей кармы является идея вечного круговорота, составляющего сущность человеческого существования, – это питрияма (путь предков) или сансара (колесо жизни). Человек не может вырваться из круга перевоплощений, ему подвержены даже боги. Он может только сделать свою будущую жизнь более высокой – достичь небесного мира из мира земного, либо наоборот и так вечно. Этот процесс носит название реинкарнация – переселение душ, явление весьма пессимистическое. Впоследствии в варне брахманов складывается первое учение о возможности преодолеть питрияму. Это учение получает название дэваяна (путь богов). Оно предназначалось только для самых лучших, избранных и посвященных брахманов, и излагалось в особых Упанишадах очень символично и зашифрованно. Сущность его в том, что то, что переселяется и находится в человеке (душа) есть атман – дыхание, воздух. И божественная вселенная имеет ту же структуру. По поверью душа умершего предстает перед Сомой – богом Луны. И если она (душа) правильно отвечает на его вопрос: «Кто ты?» – «Я есмь ты», то атман разливается по вселенной и не будет больше перерождаться.

Буддизм

Самая ранняя из трёх мировых религий – буддизм, возник в период кризиса брахманизма и был первоначально реакцией на его замкнутую систему. Помимо этого буддизм впитал в себя понятийный аппарат брахманизма, его основные мировоззренческие положения, а также некоторые моменты джайнизма. Основатель буддизма – реальная историческая личность, принц Сиддхартха из рода Гаутама из племени Шакьямуни на Северо-Востоке Индии.

После пресыщенной жизни, увидев прокаженного дряхлого старика, похоронную процессию, Сиддхартха решает покинуть семью, чтобы стать бродячим аскетом, одним из многих странников, истязавших себя аскезой и надеявшихся таким образом обрести освобождение от сансары. Он несколько раз менял религиозные учения, разочаровываясь в них, вообще отходил от аскетизма, бросался из одной крайности в другую, временами находился на грани отчаяния. Размышляя под деревом о тщетности и бесполезности своих поисков, он внезапно «просветлел» (боддхи) и стал Буддой (просветлённым ). Сущностью просветления Будды стали четыре истины, ставшие основой новой религии.

Религиозно-философское учение буддизма

Будда говорил о том, что до сих пор существовали лишь два пути к освобождению от сансары, оба они были ложными. Первый путь – самоудовлетворения (мокша), второй путь – самоистязания (представленный учением джайнизм).

Будда провозгласил вместо них Срединный Путь четырёх истин.

Первая истина – в мире существует страдание: рождение – страдание, старость – страдание, смерть – страдание, соединение с неприятным страдание, не получить желаемого – страдание. Вторая истина – страдание имеет причину. Третья истина – возможно прекратить страдание. Четвёртая истина к этому ведёт восьмеричный путь. Познавший все истины достигает нирваны (угасания). Будда выступал как противник аскезы, так и тайных учений. Для желающих разорвать колесо сансары Будда со своими учениками основал сангху (общину), куда мог вступить любой, независимо от варны, к которой он принадлежит. Таким образом, буддизм – первое религиозное учение, разрушившее сакральную основу варновой системы. В основе буддийского учения лежит представление о зависимости происхождения, по которому ни одно из явлений не возникает без соответствующей причины. Следствием этого является невозможность усиления первопричины любого явления.

Основу всех вещей и явлений, как материальных так и духовных, составляют особые элементы (дхармы) – микроскопические «огненные» частицы. По своей природе дхармы пассивны и возбуждаются определённым видом энергии, источником которой являются осознанные волевые действия человека, его мысли и слова. Если дхармы успокоить, энергия исчезает как пламя свечи. Буддизм утверждал, что весь мир – это бесконечный поток вечно изменяющихся дхарм, следовательно он (мир) неустойчив, иллюзорен, изменчив. Вечно изменяется и человек, и мир, его окружающий.

Возбуждённые (горящие) дхармы образуют пять форм существования – скандх, из-за которых появляется привязанность к земному: I - тело; II - чувства; III - восприятия  и ощущения;  IV - импульсы; V – акты сознания. В целом – это то, что называется человеком. Характеристика скандх определяется кармой человека. Рассыпаясь после смерти человека, дхармы, в зависимости от кармы, как бы зажигают друг друга и возникает новое перерождение.

Пять скандх порождают пять следствий: деятельность, невежество, страсть, желания и саму карму (как воздаяние). Таким образом круг (сансара) замыкается. Карма в буддизме – особая  идеальная философская категория, она не ограничена временем и пространством, и является результатом потока сознания. Карма может быть космической, национальной, родовой, семейной, индивидуальной. Человек в своей жизни влияет только на будущую, но не на настоящую карму и, следовательно, любому живущему вечно уготованы страдания и никто не в силах их избежать. Единственный выход – «сжечь карму», разорвать колесо сансары и «погасить» дхармы, т.е. достичь нирваны – полного абсолютного угасания,  растворения в ничто. Такова , вкратце, основная доктрина буддизма.

Классический Индуизм (Тримурти)

Индуизм возник как реакция на успех и кризис буддизма. Бывшие брахманисты осознали, что соперничество с буддизмом можно выиграть лишь в том случае, если привлечь к культовой практике представителей всех варн, а не только одной или двух. Для этой цели были использованы особые культовые книги – смрити (запомненное). В отличие от вечных Вед, смрити рассматриваются как плод вдохновения и Опыта. Смрити разделяются на две части – итихаса и пурана. Итихаса – свод о былом, былина. В культуре Индии две монументальные былины –Махабхарата и Рамаяна. Индуизм проработал шестую главу, которая стала носить культовый характер. Шестая глава носит название Бхагавадгита - песнь о боге. В основе её - явление герою Арджуне бога Кришны , который излагает ему особую религиозную концепцию. Кришна говорит о трёх путях , ведущих к освобождению от сансары:

Первый путь самый трудный – джняна-марга (путь знания). Это путь аскетов-мудрецов, брахманов;

Второй путь    карма-марга (путь действия). Это путь раджей, воинов, политиков;

Третий путь – бхакти-марга (путь любви). Это путь для любого желающего.

Все пути рассматриваются как равноценные. Учение Бхагавадгиты стало основой грандиозного синтеза культов и традиций, которое и получило название индуизм.

Пурана – древние книги. Этот свод книг говорил о богах, о происхождении Вселенной, пояснял существенные моменты итихасы, рассказывал о культовой стороне. Пураны были предназначены для тех, кто не мог изучать Веды.

В центре индуистского пантеона (а там было более 3400 богов) стоят три главных бога – Брахма, Шива, Вишну. В целом, главная роль уделена Брахме – создателю Вселенной и её аналогу. Однако главная роль в индуизме уделяется Шиве – разрушителю вселенной и Вишну – её хранителю. Основной культ – это культ Вишну. Успех индуизма объясняется органичным включением буддизма и других местных культов в индуистский пантеон.

Таким образом, индуизм – пантеистическая религия, имеющая национально-культурную подоснову и следующие признаки:

  1.  отсутствие единой системы, синкретизм;
  2.  развитие идеи судьбы до предельного завершения – кармы;
  3.  наличие религиозно-культурного неравенства (варн и каст);
  4.  аллегоричность индуистского пантеона;
  5.  наличие идеи реинкарнации;
  6.  развитость и фундаментальность религиозно-философской системы верований;
  7.  главенство ортопраксии над ортодоксией (участие в культе
    важнее, чем вера в него и понимание этого культа).

Письменность и литература Древней Индии

Для понимания новых явлений в культуре Индии середины I тыс. до н.э. было бы важно знать, с какого времени индийское общество обладало средствами письменной фиксации текстов. Древняя иероглифическая, словесно-слоговая, вероятно, дравидийская протоиндская письменность, несомненно, к этому времени вымерла вместе с цивилизацией Хараппы – Мохенджо-Даро. Но возникла ли уже собственная индоарийская слоговая письменность, господствовавшая на субконтиненте впоследствии, вплоть до наших дней? Видимо, возникла, исходя из следующих соображений. Во-первых, позже в древней Индии засвидетельствована очень развитая письменность, а именно две системы слогового (квазиалфавитного) письма – брахми и кхароштхи. Первые надписи этими видами письменности дошли до нас соответственно от IVIII вв. до н.э. Во-вторых, хотя способность сказителей из самых равных народов запоминать наизусть огромные эпические поэмы поистине феноменальна, однако запоминание без предварительных записей пространных прозаических религиозных и светских трактатов, даже составленных в афористических формах, значительно сложнее. Поэтому можно с уверенностью сказать, что индийское общество в первой половине I тыс. до н.э. обладало письменностью. Как обычно для древности, вначале должны были записываться культовые тексты, деловые и хозяйственные акты, лишь позже – письма и литературные тексты. То обстоятельство, что они не сохранились, объясняется материалом письма: писали на пальмовых листьях и подобном материале, бесследно разрушающемся в жарком влажном климате тропической Индии. Конечно, можно считать установленным, что каноны (своды) книг индийских религиозно-философских учений, а также своды этико-правовых предписаний, такие, как «Манава-смрити», неточно называемые «законами Ману», и собственно правовых установлений, такие, как «Артхашастра», сложились в поздней древности и раннем средневековье. Но отдельные записи поведенческих предписаний – «сутр» и часто стихотворных «шастр» (дхарма-шастр – поучений о правильном жизненном поведении) и «артхашастр» (учений об общественном и государственном устройстве), безусловно, должны были существовать и много раньше.

Древнейшие памятники индийской литературы – Веды – в течение многих столетий оставались незаписанными и до сих пор не обнаружено самой письменности ведийского периода. В связи с традицией заучивания наизусть и комментирования огромного количества священных текстов, язык которых становился всё менее понятным, в Индии очень рано стали развиваться такие дисциплины, как фонетика, этимология, грамматика. В VIV вв. до н.э. была создана система грамматики санскрита Панини – величайшее достижение языкознания древнего мира; некоторые идеи Панини вполне оценены и развиты лишь в структурной лингвистики XX в.

В это же время возникает письменная литература, повествовательная и научная, на разных языках, главным образом, на санскрите. Значительная часть её является лишь письменной редакцией произведений, имевших устное происхождение и вековую традицию. Ещё в начале первого тысячелетия до н.э. складывались два цикла сказаний, развившиеся затем в две огромные эпические поэмы. Первая, «Махабхарата», посвящена кровавой борьбе за престол двоюродных братьев, потомков легендарного царя Бхараты (по имени Бхараты и современная Индийская республика на языке хинди называется Бхарат, т.е. страна потомков Бхараты). Вторая, «Рамаяна», рассказывает о похождении царевича Рамы в дебрях Южной Индии и его походе на остров Ланку (Цейлон). Обе поэмы были написаны на санскрите в первые века нашей эры. В них включены многие мифы и сказания, не относящиеся прямо к сюжету, а также собрания назидательных рассуждений и философские трактаты в стихах (например, знаменитая «Бхагавадгита»). Записываются буддийские наставления, трактаты об искусстве управления государством, сборники правил обыденной жизни и правовых норм в свете теории четырёх варн. Популярны были сборники нравоучительных рассказов, широко использующие фольклорный материал («Панчатантра», джатаки, т.е. рассказы о перерождениях Будды). Значительным было воздействие индийского эпоса и буддийской литературы на культуру соседних стран, в особенности Центральной и Юго-Восточной Азии.

Естественнонаучные знания

Лучше всего известны достижения индийцев в области математики и астрономии. Исключительным по важности вкладом в мировую науку было создание индийскими математиками десятичной позиционной системы счисления с применением нуля, общепринятой в настоящее время. Получившие всеобщее распространение «арабские» цифры в действительности заимствованы (с некоторыми изменениями) арабами у индийцев; сами арабы называли их индийскими. Древние индийские математики знали такие действия, как извлечение квадратных и кубических корней, решение квадратных уравнений и уравнений первой степени с двумя неизвестными, пользовались таблицами синусов.

Относительно познаний индийцев в других научных сферах (механики, гидростатики, химии) можно судить, в основном, по их практическим достижениям в строительстве храмов, каналов, плотин, кораблей, по их успехам в металлургии, в приготовлении красок, лекарств, ядов и противоядий.

Многие достижения индийцев в естественнонаучных областях были восприняты сирийцами и арабами, а через посредство последних стали известны в средневековой Европе.

Искусство и архитектура

Об архитектуре и изобразительном искусстве мы получаем возможность судить довольно поздно. В ведийский период крупных культовых сооружений не возводилось. Величественные дворцы правителей Чандрагупты и Ашоки были построены из дерева и не сохранились. Известны, главным образом, буддийские памятники каменного зодчества – пещерные храмы и монастыри, иногда огромных размеров, со сложной архитектурой, а также ступы – сооружения курганного характера, предназначенные для хранения святынь. В маурийскую эпоху появляются первые наземные храмы, сначала буддийские, а затем и индуистские. Ранние индуистские храмы имели плоские крыши, были приземисты и массивны. Только к концу гуптского периода они устремляются в высоту и приобретают величественный вид. Основным элементом храма становится башня, возведённая над маленьким темным святилищем, где помещались идолы или символы божества.

Первые памятники каменной скульптуры также связаны с буддизмом. Это знаменитая резная ограда вокруг Большой ступы в городе Санчи, рельефы Бхархута, памятные колонны со сложными капителями (одна из них, Сарнатхская колонна с изображением четырёх львов, стала гербом индийской республики).

Живопись Древней Индии известна, главным образом, по настенным росписям (сюжетным и декоративным), сохранившимся в буддийских пещерных храмах и монастырях Аджанты. Однако в отличие от архитектуры Египта и Месопотамии индийская не имеет столь глубоких корней и её комплексное развитие относится только к рубежу начала нашей эры.

Литература

  1.  Аверинцев С.С. Древние цивилизации. – М., 1989. – 479 с.
  2.  Бонгард-Левин М.И. Древнеиндийская цивилизация: философия, наука, религия. – М., 1980. – 333 с.
  3.  Васильев Л.С. История Востока. – М., 1993. – Т. 1. – 494 с.
  4.  Культура ранних цивилизаций: Метод. указания / Сост. С.В. Куленко. – Новосибирск, 2000. – Ч. 2. – 30 с.
  5.  Махабхарата.– М., 1950-1990. – Т. 1-8.

Вопросы для самоконтроля

  1.  Почему индийское население в целом относится спокойно к варно-кастовой системе и принимает её?
  2.  В силу каких причин буддизм не стал основной религией Индии?
  3.  Какие культурные элементы, возникшие в культуре Индии, активно используются в наши дни?
  4.  Укажите два сходства и три отличия Культуры Древней Индии от культур Древнего Египта и Месопотамии.
  5.  Почему, на ваш взгляд, индусы без особой радости относились к идее реинкарнации и, следовательно, возможности жить много раз?

Глава 15. китайская культура

Если руководить народом посредством законов и поддерживать порядок при помощи наказаний, народ будет стремиться уклоняться [от наказаний] и не будет испытывать стыда. Если же руководить народом посредством добродетели и поддерживать порядок при помощи ритуала, народ будет знать стыд и он исправится.

Конфуций

Древнекитайская цивилизация возникла в долине рек Хуанхэ и Янцзы на основе первобытных культур на рубеже VIII тыс. до н.э. Эта цивилизация завершает собой процесс зарождения первых древних цивилизаций, возникших на земле. Главное их внешнее сходство заключалось в ареале возникновения, что и позволяет учёным называть эти цивилизации «речными».

Как и в других древних цивилизациях, в Китае не существовало единой системы летоисчисления. Начиная с первого тысячелетия до нашей эры, даты обозначались по годам правления вана (верховного правителя), поэтому установление абсолютной хронологии наталкивается на значительные трудности.

Для традиционной китайской исторической науки была характерна периодизация древней истории Китая по династиям. Так, за эпохой мифических пяти императоров (VIIII тыс. до н.э.) следовало время правления «трёх династий»: Ся (XXIIXVII вв. до н.э.), Шан-Инь (XVIIXII вв. до н.э.), Чжоу, которая делится на Западное Чжоу (XIIVIII вв. до н.э.) и Восточное Чжоу (VIIIIII вв. до н.э.). Затем наступает период первого централизованного государства в Китае – империи Цинь (221–207 до н.э.) и империи Хань (III в. до н.э. – I в. н.э.). Поскольку в эти эпохи сложились основы классической китайской культуры, дальнейшая периодизация истории Китая останется вне сферы нашего внимания. Далее мы рассмотрим основные особенности культуры китайской цивилизации. Предварительно хотелось заметить, – одним из главных признаков китайской цивилизации, сохраняющихся и сегодня, является наличие жесткой, государственной власти, которая неразрывна с мировоззренческими установками китайской культуры.

Письменность

Наиболее ранние памятники древней китайской письменности – иньские гадательные надписи XIVXI вв. до н.э. С типологической точки зрения, между иньской письменностью и современной иероглификой нет принципиальных различий. Подобно современным китайцам, иньцы пользовались знаками, фиксирующими те или иные единицы языка преимущественно со стороны их значения. Подавляющее большинство иньских знаков представляло собой идеограммы – изображение предметов или сочетание таких изображений, описывающие более сложные понятия. Кроме того, в иньской письменности уже использовались знаки  другого типа, абсолютно преобладающие в современной китайской иероглифике, один элемент такого знака указывал на чтение, другой – на приблизительное значение.

Трансформация написания знаков была в значительной мере обусловлена эволюцией материалов, использовавшихся для письма. В Древнем Китае обычно писали на длинных и тонких бамбуковых планках, соединявшихся затем шнурком или ремнём. Начиная с середины первого тысячелетия до н.э., древние китайцы писали также на шёлке. На рубеже нашей эры в Китае была изобретена и вошла в употребление бумага (историческая традиция приписывает изобретение бумаги Цай Луню, жившему во II веке, но ему, по всей вероятности, принадлежит заслуга усовершенствования существовавшего до него способа изготовления бумаги).

В первых веках новой эры бумага вытесняет все старые материалы для письма.

Религиозные верования Древнего Китая

Религиозные верования в Китае в целом не изменились до сегодняшнего времени. Главная особенность религии Китая – это пантеизм. Основная составляющая китайской религии это культ Неба (Тян) – верховного деятельного начала мироздания. Небо постепенно приобрело значение анонимного и безличного судьи, который вершит суд, не принимая участия в мирских делах. Поэтому главенство Неба допускало как существование древних культов духов (шанов), духов предков, так и новых культов. Традиционная черта религии Китая – сложная иерархия культов, скреплённая концепцией Неба как центра иерархического порядка. Еще одна особенность религии Китая – наличие особенного ритуала – ли. Ли –прежде всего обряд жертвоприношения, способ непосредственного общения с предками.

В процессе рационализации категории и ценности архаической религии в Древнем Китае большую роль сыграли два фактора:

1. Исключительное важное значение практики гадания, что сделало  невозможным появление в Древнем Китае идеи откровения личностного бога и пророческой религии.

2. Исключительные прерогативы правителя Китая, на котором замыкалась вся религиозная жизнь. Управление государством не отделялось от религиозного ритуала, любые административные документы были одновременно священными скрижалями богов. Впоследствии эта связь между правителями как сыновьями или ставленниками Неба прочно вошла в религиозную традицию Китая.

Большое значение в религии Китая придавалось культу предков. Вера в бессмертие простирается только на предков. Культ предков – одна из основ китайской религии. Жизнь отдельного человека – ничто: над смертью торжествуют лишь поколения. О загробной жизни нет фактически никакой информации, сами духи предков находятся в этом мире, они невидимы, и их цель охранять потомков.

В Китае отсутствовало какое-либо культовое учение и профессиональное жречество. Все религиозные церемонии входили в состав обыденной гражданской и домашней жизни. Жертвы приносились в определённое время и в особых обстоятельствах. Жертву Небу приносил только государь, но молиться Небу мог каждый. Высшие сановники приносили жертвы духам своих владений. Остальные могли приносить жертвы духам предков. Жертвой служили животные, фрукты, ладан, люди. Приношения имели только прагматические цели. Так же важны были гадания и прорицания. Без них ничего не предпринималось даже в жизни государства. Предзнаменованиями служили различные явления природы, сны, галлюцинации, встречи и т.д.

Конфуцианство

Конфуцианство – важнейшее духовное учение Древнего Китая, в котором трудно провести столь привычную для нас грань между нравственными принципами, философским учением и религией. В сознании древних китайцев эти составляющие были тесно слиты. Основоположником учения был китайский мудрец Кун Фу цзы (551 – 478 г. до н. э.) – «Мудрый учитель Кун». Но это уважительная, официальная форма имени, его обычное имя звучало как Кун Цю, где Кун означает фамилию, в Цю – личное имя. Для нас он более известен по латинизированной форме имени – Конфуций. Испытав на себе все тяжести эпохи перемен в Китае, тяжести изгнания и недоверия, даже неоднократного покушения на свою жизнь, вернувшись на родину в возрасте более 70 лет с уже сформировавшимся учением, которое впоследствии приобрело религиозно-мировоззренческий оттенок. Конфуций вошёл в историю как наиболее известный религиозный реформатор. В центре конфуцианства лежит общая для всех развитых языческих религий идея мудреца (философа). Человеческая жизнь по Конфуцию – это постоянный и вечно незавершённый процесс обучения и воспитания. Причём внутреннее совершенствование должно гармонично соответствовать устоявшейся общественно-культурной традиции. Каждый человек должен выработать и совершенствовать в себе жэнь – благородное качество, гармонию всех интересов, равновесие внутреннего и внешнего, воспитанности и непосредственности, свободы и закона. Следовательно, жизнь в государстве и семье является мерой всех добродетелей (справедливости, верности, великодушия, любви, бескорыстия). Так как высшее благо – государство, то каждый должен быть на своём месте: «Правитель да будет правителем, подданный – подданным, отец – отцом, сын – сыном» (Конфуций). Государство благоденствует, если каждый член его на своём месте. Таким образом, человека Конфуций изображает не таким, какой он есть, а таким, каким он должен быть. В конфуцианстве человек оказывается неким мостом между тем, чем он является и тем, чем он должен быть. Человека он представляет не иначе, как в гармонии с общим ходом вселенной, который, в то же время, является мерилом нравственности. Конфуцианство – первое детально разработанное религиозно-нравственное учение, уделяющее большое внимание человеку. Однако существует несколько «но»:

1. Своё учение Конфуций основал на почве древних верований и основой всего считал познание велений Неба.

2. Человек в учении Конфуция – это не цель, а лишь одна из составляющих мироздания. Можно говорить, исходя из конфуцианства, что человек, как индивидуум, занимает здесь четвёртое место: после Неба, Государства, Семьи.

3. Конфуцианство не видит в человеке личность и даже индивидуума. Человек – только составляющая мира, причем в контексте чего-либо он имеет значение (например: семьи, общества, государства).

С III в. конфуцианство становится государственной идеологией и превращается в неотъемлемую частью культурной традиции Китая.

Даосизм

Другое религиозно-философское учение, определившее облик духовной культуры Китая, было основано мудрецом Лао-цзы, жившим согласно преданию в VIIVI вв. до н.э. Основные положения даосизма изложены в трактате Лао-цзы «Дао Дэ цзин». Даосизм являлся развитием и переосмыслением древних религиозных сюжетов и культов Китая, а также унаследовал древнекитайские шаманские верования. В своём трактате Лао-Цзы излагает присущее всем китайским верованиям (в том числе и конфуцианству) понятие Дао-Пути. В коротких, афористичных главах "Дао Дэ цзин", состоящего из 81 главы, повествуется о Дао-Пути и Дэ-добродетели. Первые две главы содержат общие вступительные мысли, главы 2-37 повествуют о принципе, лежащем в основе всего существующего, главы 38-52 говорят о нравственности, 53-80 - о политике, 81 - представляет собой прибавление. Само понятие Дао приобретает главенствующее значение. Его признаки: Дао - вечно, независимо, носит в самом себе закон. Небо ему подчиняется и с ним согласуется. Дао – отец и кормилица-мать всего существующего, соединение мужского и женского начала (ян и инь). Дао – центр вселенной, предел всех её
форм. Главное действие в даосизме –
у вэй – недеяние (не путать с безделием), слияние с космическим бытием, никак себя для окружающих не проявляя.

Даосизм на свой лад истолковал традиционный для Китая идеал единства политики, культуры и религии. Идеальное государство в представлении даосов существует «незаметно» для его подданных. Идеальный Шань ди (правитель) должен править посредством у вэй, следуя ци (космическому дыханию), никак себя не проявляя. Даосизм очень быстро впитал в себя множество древних верований и шаманских культов. Большую роль в даосизме играли повелители духов и бесов. Даосский пантеон насчитывает 1000 всевозможных бессмертных, святых, духов, бесов, героев местных культов, а также более 30000 духов человеческого тела. Весь этот необозримый пантеон возглавлялся тремя божественными символами: Лао-Цзы, который олицетворял Тай-и – высшее начало, Ди-и – земное начало, Тянь-и – небесное начало.

Итак, религии Китая – это пантеистические верования, несущие в себе внутренне позитивный характер и обладающие рядом следующих признаков:

1. Сохранение первобытных верований и культов;

2. Органичность природы, государства и культур;

3. Отсутствие ярко выраженной культовой стороны;

4. Отсутствие жречества;

5. Развитая абстрактная понятийная система;

6. Сосредоточение внимания не на сущностной, а на функциональной стороне   религии;

7. Преобладание этической стороны над всеми другими;

8. Отсутствие персонификации божества;

9. Отсутствие понятия загробного мира;

10. Культуроцентризм религиозных верований;

11. Господство ритуальной стороны над теоретической.

Образование и научные знания

Культ образования, грамотности, писаного слова вообще – одна из примечательнейших черт традиционной китайской цивилизации. Он был составной частью культуроцентристской идеологии китайской империи, придававшей исключительно важное значение феномену символизма в человеческой практике. Не случайно, чем увереннее чувствовали себя на троне китайские императоры, тем охотнее они оказывали покровительство академической учёности. Все это благоприятно отразилось на развитии научных знаний как в естественнонаучной, так и в гуманитарной сферах. Составленный во II в. до н.э. трактат «Математика в девяти книгах» содержит компендиум (сумму знаний и достижений) математических знаний, накопленных предшествующими поколениями учёных. В этом трактате зафиксированы правила действий с дробями, пропорцией и прогрессией, применение подобия прямоугольных треугольников, решение системы линейных уравнений. «Математика в девяти книгах» была своего рода руководством для землемеров, астрономов и чиновников.

С развитием математики тесным образом связаны достижения китайцев в области астрономии и календаря. Еще в доимперскую эпоху древние китайцы научились совмещать в своём календаре солнечные и лунные ритмы, вычислять пути движения небесных светил, предсказывать лунные затмения. Измерение времени в Древнем Китае производилось с помощью водяных часов. Достижения китайских астрономов позволили учёному Чжан Хэну создать в 124 г. бронзовую модель небесных сфер, приводившуюся в движение водой. Тот же Чжан Хэн сконструировал сейсмограф, который имел вид вазы, с восемью драконами, указывавшими восемь сторон света. Археологические находки последних лет предоставили свидетельства высокого уровня развития картографии в древнекитайской империи.

Также большого развития достигли филологические и политологические знания. В IIIII вв. до н.э. среди высших чиновников существовали бо ши, т.е. «знатоки» разных политических учений, имевшие своих учеников. Бо ши преподавали пять канонов конфуцианской традиции. Для этой цели в 124 г. до н.э. была учреждена Столичная школа (Тай сюэ). Учащихся школы, выдержавших выпускные экзамены, назначали на невысокие должности в администрации (любопытно, что на экзаменах учащиеся сами выбирали экзаменационный билет, т.е. табличку с начертанной на ней темой экзаменационного сочинения, стреляя по этим билетам из лука). Так было положено начало официальной системе образования в Древнем Китае.

Деятельность толкователей Конфуция дала толчок к развитию самых разных отраслей филологического знания – от палеографии до фонетики. В начале I в. ученый Ян Сюн составил диалектологический словарь «Фанъянь», в котором не только толковались значения диалектных слов, но и описывались районы распространения тогдашних диалектов. Одновременно придворный архивист Лю Синь подготовил первую в Китае библиографию, в которой все сочинения, имевшиеся в дворцовом книгохранилище, классифицировались по семи разделам. В начале II века появляется толковый словарь «Шовэнь цзедзы». Его автор, филолог Сюй Шень, поместил в нём толкование почти на 10000 иероглифов. Весьма значительное развитие получила в Древнем Китае медицина, которая являла собой пример соединения теории и практики. Традиционная китайская физиология основывалась на представлении о человеке как микрокосме, являвшим собой динамическое равновесие космических сил и ритмов: начал инь и ян, пяти стихий, ассоциировавшихся с пятью внутренними органами, пятью органами чувств и различных видов единой жизненной энергии – ци. Лечение болезней заключалась, таким образом, в восстановлении жизненной целостности организма. С IVIII-вв. до н.э. древнекитайские врачи стали применять метод иглоукалывания – акупунктуру, ставшим потом визитной карточкой китайской медицины. Китайские врачи применяли большое число лекарств, изготовленных из трав и минералов, причем уже в то время лекарства включали в себя до десятка и более ингредиентов, а их употребление весьма строго дозировалось. В Древнем Китае развивалась и хирургия, вплоть до таких операций, как трепанация черепа. Важное место в медицине Китая занимало и химическое воздействие на организм. Древние китайские алхимики, пытавшиеся получить эликсир бессмертия путём трансмутации ряда веществ, разработали рецепты сотен минеральных снадобий, самые различные компоненты – от золота и яшмы до купороса и марганца.

Эпоха древних империй в Китае отмечена целым рядом важнейших технических открытий и усовершенствований. Помимо бумаги сюда можно отнести, ставшую традиционной, технологию изготовления туши из сажи, получаемой от сжигания сосны. В ханьское время был изобретен компас, который имел вид ложки, покоившейся на металлической пластине и указывавшей ручкой на юг (отчего компас в китайском языке зовется «указателем юга»). Тогда же в Китае стали известны зубчатое колесо и водяная мельница, был достигнут значительный прогресс в технике земледелия, ткачества, литья металлов.

Литература и искусство Древнего Китая

Положение и роль изящной словесности в древнекитайской империи определялись уже известными нам особенностями культуроцентристской идеологии Китая. Письмо расценивалось прежде всего как образ бытия и, следовательно, власти, хранящей в себе магическое «веяние» силы жизни. Таким образом, письменная традиция Китая соединяла в себе сообщительность и самодостаточность вещей, этическое и эстетическое. Неслучайно магические свойства письма связывались в древнем Китае, главным образом, со стилизованными формами письменности – каллиграфическими надписями, криптограммами.

Будучи во всех своих проявлениях знаком власти, литература в древнем Китае так или иначе выражала различные аспекты отношения к политической действительности образованных людей – наследников и хранителей символического языка и культуры. Всякое литературное творчество было публичным актом – выражением претензий на власть и, следовательно, соперничеством за авторитет. При этом оно носило преимущественно лирический и сатирический характер, поскольку в китайской культуре иносказательному, аллегорическому измерению словесности придавалось исключительное значение.

Образцы древнейших стихотворных произведений древнего Китая дошли до нас в надписях на бронзовых сосудах XIIV вв. до н.э. Рифмованные тексты этого времени обнаруживают известное сходство с песнями, вошедшими в «Ши цзин».

«Ши цзин» – подлинная сокровищница древнекитайской поэзии. Этот памятник включает триста пять поэтических произведений, сгруппированных по четырём разделам («Нравы царств», «Малые оды», «Великие оды» и «Гимны»). Лирические народные песни, вошедшие в первый раздел «Ши цзина» поражают своей искренностью и задушевностью. Произведения, включённые во второй и третий раздел – это в большинстве своем авторские стихотворения, основные темы которых служение правителю, военные походы, пиры и жертвоприношения. В четвёртом разделе собраны образцы торжественных храмовых песнопений в честь предков и правителей прошлого. Традиции «Ши цзина» были унаследованы авторами поэтических произведений IV в. до н.э., дошедших до нашего времени в виде текстов на каменных тумбах, по форме напоминающих барабаны, отчего и надписи получили наименование «произведений на каменных барабанах».

При дворе китайского императора была учреждена Музыкальная палата (Юэ Фу), где собирались и обрабатывались народные мелодии и песни. Деятельность Музыкальной палаты заложила основы новой традиции лирической поэзии. У истоков же классической китайской лирики находится анонимный цикл «Девятнадцать древних стихотворений». Стихи этого цикла написаны классическим для китайской поэзии пятистопным размером с цензурой после второго слога. Наследие «Девятнадцати древних стихов» определило облик лирической поэзии древнего Китая.

Древнекитайская поэзия неотделима от музыки. Музыка, поэзия, танец – в синкретическом единстве этих трёх явлений культуры конфуцианцы видели выражение подлинных взаимоотношений между людьми. «Слова могут обманывать, люди могут притворяться, только музыка неспособна лгать», – так определялась древними китайцами этико-социальная функция музыки.

Древнекитайские  музыкальные инструменты делились на три основные группы: струнные, духовые и ударные. Этот набор музыкальных инструментов продолжал существовать вплоть до начала нашей эры, когда в Китае распространяются совершенно новые инструменты, в основном из Средней Азии – лютня, арфа и т.д.

Рядом особенностей обладала и китайская архитектура. Основу конструкции древнекитайского здания составляли не стены, а столбы каркаса, принимавшие на себя главную тяжесть крыши. Без столбов и соединяющих их балок здания вообще быть не может. Здание возводилось на стилобате – приподнятой платформе, отсюда типичные для древнекитайского языка выражения «подняться во дворец», «спуститься из дворца». Стены обычно сооружались из утрамбованной глины (кирпич стал применяться в строительстве со III вв. до н.э.). Крыша покрывалась черепицей, а по фасаду закреплялись концевые декоративные черепичные диски, в ханьское время (рубеж эр) украшавшиеся иероглифическими надписями с пожеланиями счастья, благополучия и богатства. Дворцовые помещения и дома богатых горожан были двухэтажными.

Из изобразительного искусства до нашего времени сохранились многочисленные фрески и барельефы, элементы портретной живописи.

Народы ранних цивилизаций древности создали богатую культуру, которая оказала большое влияние на развитие мировой культуры. Здесь были разработаны почти все виды письменности, в том числе и алфавитная система письма (у финикийцев, арабов, арамеев), затем заимствованная греками, римлянами и многими другими народами мира. Художники и мыслители древнейших цивилизаций создали оригинальное искусство, замечательную архитектуру, литературу, включающую различные жанры. Гениальные «Эпос о Гильгамеше», «Рассказ Синнухета», религиозно-экспрессивные книги древнееврейских пророков, священная книга Древнего Ирана и Средней Азии «Авеста», замечательные эпические поэмы древних индусов «Махабхарата» и «Рамаяна», гигантские пирамиды, древневавилонские зиккураты, успехи древнеегипетских жрецов в области медицины, вавилонян в астрономии и разработке права, индийские религиозно-философские системы, конфуцианство и даосизм в Китае – вот лишь некоторые достижения, вошедшие в сокровищницу мировой культуры.

Именно на Древнем Востоке были сделаны крупные открытия и изобретения, впитавшиеся затем последующими цивилизациями: обработка железа и получение стали, стеклоделие, приручение лошади, верблюда, многих домашних животных, изобретение колеса, удобного писчего материала – папируса, кожи и прообраза современной бумаги, пороха, компаса, составление прототипов географических карт, монументальное строительство с использованием арочных перекрытий и колонн. Математики древнейших цивилизаций решали квадратные уравнения, употребляли отрицательные и иррациональные цифры, дроби, решали задачи по определению объема усеченной пирамиды и площади поверхности полушария, были открыты эклиптика, явление прецессии (предварение равноденствия), предсказывали затмения и многое другое. Все это имело фундаментальное значение для развития мировой культуры.   

Литература

Аверинцев С.С. Древние цивилизации. – М., 1989. –  479 с.

История Древнего мира: курс лекций / под ред. И.М. Дьяконова. – М., 1989. – 471 с.

Васильев Л.С. История Востока. – М., 1993. – Т. 1. – 494 с.

Культура ранних цивилизаций: Метод. указания / Сост. С.В. Куленко. – Новосибирск, 2000. – Ч. 2. – 30 с.

Юань Кэ. Мифы Древнего Китая. – М., 1987. – 620 с.

Вопросы для самоконтроля

  1.  Назовите основные черты, отличающие китайскую цивилизацию от индийской.
  2.  Укажите три сходства и четыре отличия между конфуцианством и даосизмом.
  3.  Какой социальный слой был главным транслятором ценностей в китайской культуре и почему?
  4.  Какие культурные элементы, возникшие в Китае, активно используются в наши дни?
  5.  Какие, на ваш взгляд, аспекты культуры Китая, где традиционно имелась перенаселённость, тем не менее, не позволяли возникать идее внешней экспансии?

Глава 16. КУЛЬТУРА ЯПОНИИ

Над вишней в цвету

Спряталась за облака

Скромница луна.

Мацуо Басё

Этот мир земной –

Отражённое в зеркале

Марево теней.

Есть, но не скажешь, что есть.

Нет, но не скажешь, что нет.

Минамото Санэтомо

Культура Японии удивительно сочетает в себе казалось бы взаимоисключающие характеристики. Она одновременно глубоко консервативна и открыта для заимствований из других культур. На протяжении всей своей истории японцы интенсивно перенимали элементы и традиции чужих культур, сохраняя при этом самобытность. Всё новое, расценивающееся полезным и целесообразным, творчески перерабатывалось и передавалось в созвучной японскому мировосприятию форме.

В глубокой древности Япония многому научилась у корейской культуры – корейские учителя обучали японских детей, из Кореи пришли первые проповедники китайского буддизма. Со времени укрепления централизованной государственности доминирующим становится влияние китайской культуры, сохраняющееся вплоть до XVIII в. Среди культур, оказавших самое значительное влияние на Японию вряд ли можно сравнивать роль Китая с кем-либо ещё. Не случайно Японию иногда называют «дочерью древней китайской цивилизации». Из Китая в Японию пришли великие религиозные и этические учения: буддизм, даосизм и конфуцианство. Японцами была заимствована китайская иероглифическая письменность, впоследствии дополненная из-за существенного различия в грамматическом строе китайского и японского языков двумя слоговыми азбуками, катаканой и хираганой. Научные знания, эстетические вкусы и разнообразные виды искусств (от каллиграфии и поэзии до фехтования и боевых искусств) также были китайским даром японской цивилизации. С середины XIX в. следует увлечение Японии европейской культурой, с середины XX в. – американской, влияние которой сейчас чрезвычайно велико на молодые поколения японцев.

Несмотря на постоянное усвоение новшеств, для развития японской культуры не свойственны скачкообразные движения, периоды радикального разрыва с традициями прошлого и революционного переустройства общественной жизни, подобных тому, что можно наблюдать в истории европейских стран (в особенности, Франции) и русской культуры. Глубокие перемены в Японии наступили лишь в XIX в. после принудительного открытия европейцами практически закрытого для всего остального мира островного государства. Географическая изоляция и ее следствие – полное отсутствие иноземных завоеваний в истории Японии, безусловно, важнейшие из внешних факторов, обусловивших стабильность устоев этой страны.

Считается, что древнейшим аборигенным населением Японии были айны, расселившиеся почти повсеместно на островах архипелага, включая крупнейшие из них – Хонсю, Кюсю, Хоккайдо и Сикоку. Древнейшие археологические культуры Японии относятся к временам неолита – это дзёмон (X–III вв. до н.э.) и яёй (III в. до н.э. – III в. н.э.). Культура дзёмон («след веревки»), названная так из-за сохранившейся керамики с орнаментом в виде колец веревки, была создана айнами или их этническими предками, древнейшими охотниками и рыболовами, не достигшими уровня производящего хозяйства. Однако в ту же эпоху неолита они были вытеснены новыми пришельцами,  представителями восточноазиатской расы, эмигрировавших через Корейский полуостров, этнически и культурно связанных с народами древней Кореи и Китая. Поэтому в настоящее время айны сохранились лишь на Хоккайдо и представляют собой этническое меньшинство. Новые поселенцы основали археологическую культуру яёй, которая демонстрирует качественно более высокий уровень общественного развития. Во-первых, основой экономики стало поливное рисоводство, предположительно заимствованное из Южного Китая. Во-вторых, племена эпохи яёй научились добывать бронзу, из которой они изготовляли оригинальные бронзовые колокола и зеркала, выполнявшие ритуально-магические функции.

К III-VI вв. завершается процесс складывания японской народности с образованием общеплеменного союза Ямато и учреждением централизованной власти во главе с императором. Как во всех древних культурах император выполнял функции не только верховного предводителя, военного вождя, но и верховного жреца.

Синтоизм и конфуцианство

Древнейшей религии Японии, синтоизму, принадлежит решающий вклад в деле сакрализации фигуры императора. Синтоизм (синто – путь богов) – национальная религия японцев, которая является единственным учением, сложившимся самостоятельно, без каких-либо чужих культурных влияний. Синтоизм родился на основе ранних тотемистических верований, культа предков и магического отношения к природе. По синтоистским представлениям космос священен и одушевлен во всех своих частях, вся природа полна богов и духов (ками). Помимо земной космической жизни не существует иных сфер бытия: потустороннего рая или ада. Умершие предки становятся невидимыми духами, но живут рядом с обычными людьми, они могут покровительствовать или же вредить своему роду. Отсюда – необходимость почтительного к ним уважения, выраженного в религиозном культе. Синтоизм – это религия ритуала, призванная очистить все земное от духовной, нравственной и вполне материальной ритуальной скверны. При этом категории «чистоты» и «нечистоты» в этом учении не противопоставляются так жестко как добро и зло в западной культуре, нечистота – не сущностное состояние вещи, а лишь модальное, временное, непостоянное отклонение от нормы. Изначально в природе все чисто.

Согласно древнейшим синтоистским хроникам вселенная родилась из первоначального хаоса путем разделения неба и земли, мужского и женского начал в лице бога Идзанаги и его жены, богини Идзанами. Эта супружеская пара породила богиню солнца Аматэрасу, бога луны Цукиёми и бога ветра и воды Сусаноо. Но их дети не смогли жить мирно, Аматэрасу вступила в длительное соперничество с Сусаноо, после чего последний был повержен и изгнан в страну Идзумо на землю, тогда как богиня солнца утвердилась на небе. Но и тут не оставила в покое своего противника Аматэрасу и принудила его передать правление над Идзумо ее внуку Ниниги. Сошедшему с небес богу в знак власти вручили три священных предмета – зеркало (символ божественности), меч (символ могущества) и яшмовые подвески (символ верности подданных). От Ниниги ведет свое происхождение Дзиммутэнно39 – первый мифический император Японии. Зеркало, меч и яшма стали символом императорского дома. Таким образом, согласно синтоистской мифологии императорский род произошел от верховных небесных богов, остальные же японцы объявлялись потомками божеств второго разряда – ками, духов мифических предков, прародителей отдельных родов.

Поскольку в культуре Японии взаимоотношения между разными духовными традициями складывались скорее в русле взаимного дополнения, нежели чем вытеснения, самобытный синтоизм, и принесенные из Китая буддизм и конфуцианство разделили сферы своей специализации, а кое-где перемешались в синкретический (слитный, нерасчлененный) комплекс отдельных культурных традиций (в области боевых искусств, кодекса чести самураев бусидо и пр.). Синтоизм сформировал национальный и государственный миф,  освятив на тысячелетия императорскую власть в Японии, и лег в основу общинно-земледельческого уклада. Он был призван по большей части ритуально очистить повседневную земную жизнь. Буддизм, в свою очередь, нёс  ответственность за конечную судьбу человека после смерти, а также играл важную роль во врачебной практике. Конфуцианство заложило принципы государственного управления и нормы социального общежития. Такая ситуация сохраняется и поныне. Например, свадебный обряд у японцев, чтущих древние традиции, принято проводить в синтоистском храме, тогда как организация погребальной церемонии – прерогатива буддийских монахов.

С конфуцианством связана одна из важнейших черт японской культуры – высокий уровень групповой солидарности, соединенной с патерналистским устройством общества и жесткой вертикальной общественной иерархией.

Япония – горная страна с ограниченной территорией, пригодной для проживания. Поэтому с древности японцам приходилось селиться компактно и иметь крепкие связи с ближайшими соседями. Жаркий климат и обильные дожди способствовали развитию интенсивных форм сельского хозяйства. Основной сельскохозяйственной культурой был рис, для получения обильного урожая которого требовалась система общественного разделения труда и совместных слаженных действий целого коллектива. Работая вместе можно было произвести больше продуктов питания. Это обусловило необходимость поддержания духа коллективизма и избегания конфликтных ситуаций, способных разорвать общие узы.

Первичная социальная  ячейка древне-японского общества – иэ (дом), складывалась не только на основе кровного родства, но в первую очередь на базе общего дома и хозяйства. Иэ – это клан, состоящий из главной семьи и боковых семей, подчиняющимся главной. Власть главы клана была почти неограниченной, она распространялась не только на хозяйственную и бытовую сферы, но и вопросы бракосочетания и соблюдение нравственных устоев. Клан имел общих (легендарных или мифических) предков, чье покровительство достигалось путем почтительного ритуального поклонения. Соблюдение культа предков было важнейшей обязанностью семьи. Знатность рода определялась тем, насколько уважаемым и могущественным считался прародитель клана.

С древнейших времён в японском обществе культивировалась групповая солидарность. Каждый член коллектива ориентировался на групповые цели и следовал принципу «шляпка гвоздя не должна торчать», т.е. любое действие и даже мнение, способное выпячить личное «я» и нарушить общественную гармонию расценивалось как недостойное. Не удивительно, что современные японцы органично воспринимают любые организации, считая их порождением естественного порядка вещей. Групповая солидарность сохраняется в современном японском бизнесе, где глава компании воспринимается патерналистски, в качестве попечителя большой семьи, состоящей из старших и младших братьев –  более старших и опытных и более молодых сотрудников фирмы.

Впоследствии социальная структура японского общества эволюционировала в строго иерархическую вертикальную организацию, где социальный статус человека полностью определялся по критерию старшинства в группе. И связано это с консервацией патриархального уклада внедрением китайских конфуцианских норм, созвучных существовавшему общественному порядку.

Конфуцианское влияние ответственно за формирование системы межличностных отношений, именуемой сэмпай-кохай40. В японском обществе традиционно преобладает жесткая вертикальная иерархия как в официальном, так и неофициальном общении, перед равноправными, или горизонтальными отношениями (между коллегами и друзьями, равными по возрасту, должности). В любой общественной сфере, на работе и бытовом взаимодействии старший по возрасту имеет больше привилегий и принимает как должное знаки внимания от более младших. В особенности это характерно для отношений между старшими и младшими учениками в школе, где младшеклассники обязаны кланяться и вежливо приветствовать старшеклассников, быть услужливыми перед ними и вместо них выполнять некоторые внеклассные обязанности (к примеру, уборка помещения). С другой стороны, ученикам прививается очень почтительное отношение к учителю, которому они никогда не смеют возразить как человеку более взрослому, опытному и знающему. В японских университетах более свободные нравы, однако и здесь четко соблюдаются принципы корпоративности и старшинства. В японских компаниях до сих пор придается больше значения возрасту сотрудника, нежели чем его личным способностям. Чем старше работник, тем больше его зарплата и выше шансы на продвижение по службе. Существующая в экономике Японии система пожизненного найма41 производна от  принципа приоритета старших, поскольку она подразумевает, что при условии полной лояльности по отношению к одной компании, сотруднику гарантирован стабильный карьерный рост.

Дэн-буддизм и культура молчания

Важнейшее место в японской культуре занимает буддизм, легко позаимствованный из корейских и китайских монастырей по причине близости менталитету японцев и синтоистскому мировосприятию. Японский буддизм относится к течению Махаяна – более популярной форме буддизма, ориентированного на широкие круги мирян. Другое течение буддизма, Хинаяна, также первоначально зародившееся в Индии, но сохранившееся преимущественно в Южной и Юго-Восточной Азии (Шри-Ланка, Таиланд и др.), было рассчитано только на монахов, ведущих аскетическую и затворническую жизнь. Культ бодхисаттв, просветленных существ, отказывающихся  вступить в нирвану ради помощи другим людям в достижении состоянии Будды, сходно с культом предков, на котором основан синтоизм. Японская культура с древности не знала монотеистической идеи, у космоса не было Творца, источник его – спонтанное саморазвитие. Буддизм также космологичен и отвергает монотеизм.

Среди различных школ буддизма, перекочевавших в Японию в средние века, на первое место вышел дзен (китайская школа чань). Дзен (букв. медитация) –китаизированная школа дальневосточного буддизма, представляющая собой удивительный синтез индийского буддизма и китайского даосизма. Дзенские патриархи утверждали, что каждое живое существо наделено природой Будды и учили обретению состояния Будды уже в этой жизни42, делая упор на возможность спонтанного и мгновенного духовного просветления (обретения сознания Будды), которое в японском языке стало именоваться сатори.

Влияние дзен-буддизма огромно в области всей жизни японцев: мировоззрении, духовности, бытовом укладе и творчестве. Буддийское ощущение бренности и мимолетности всего бытия отразилось на бытовом укладе японцев и их традиционном отношении к материальным ценностям. Все предметы быта и даже жилища японцев были недолговечны, хотя всегда держались в строгом порядке и чистоте. Японцы употребляли пищу с помощью одноразовых деревянных палочек для еды, носили соломенные сандалии, одевались в кимоно – кусок ткани, скрепленный стёжками, которые перед стиркой необходимо распарывать и после сшивать заново. В средневековой Японии никогда не строили зданий из кирпича и камня, предпочитая более легкие и непрочные материалы: дерево, бамбук и рисовую бумагу. Традиционный дом обычного японца строился за пять дней. Стены из циновки, промазанной глиной, укреплялись на бамбуковых столбах, рисовой бумагой затягивались ширмы, крыша покрывалась тростником. Из камня иногда возводились только стены и цоколи крепостей и замков. Поскольку архитектурные сооружения и дома возводились из недолговечных материалов, средневековый японский город, как правило, полностью перестраивался в течение жизни одного поколения. То же справедливо в отношении храмов. Самое известное святилище богини Аматэрасу в городе Исэ, возраст которого оценивается в две тысячи лет, на самом деле полностью перестраивается каждые двадцать лет заново43.

Важно заметить, что строительство зданий из более легких материалов связано не только с особенностью японского менталитета, но и объективным природным фактором. Опасность землетрясений в стране, которую и сейчас «трясет» чуть ли не каждый день, заставила отказаться даже правящие сословия и самого императора от попыток строительства долговечных зданий. До переезда в город Нара, открывающего одноименный период японской истории (710-794) и ставшего первой постоянной столицей японского императора, монарший двор кочевал по равнине Ямато и каждый новый государь перестраивал дворец в новом месте. Эта процедура облегчалась уникальностью техники строительства дворца, который представлял собой рамочную конструкцию из деревянных опор и балок, с раздвижными перегородками-дверями между ними. Причем подобные сооружения с легкостью разбирались и переносились с места на место японскими мастерами-плотниками. Деревянные конструкции были легки и к тому же успешно выдерживали удары сейсмических толчков44.

Европейская и в целом западная культура, основанная на христианской традиции, – культура Логоса, смысла, выраженного в слове. Среди восточных культур наиболее близкой к ней в этом отношении является арабо-мусульманская, столь же склонная к вербальному выражению истины, логике и рационализму. Япония в сравнении с этими культурами выражает сокровенную сущность восточно-азиатского региона, культуры буддийского Востока. Японская культура – это культура молчания. Ее фундамент составляет даосско-буддийский принцип – истина невыразима в словах. Изречение даосского мудреца Лао-цзы «знающий – не говорит, говорящий – не знает», указывающего на ограниченность и недостаточность словесного изъяснения для раскрытия тайн мироздания, стало основополагающим для мировоззрения народов Восточной Азии (Китай, Корея и др.) в целом и Японии, в частности.

Показательна в этом отношении легенда о зарождении дзен-буддизма. Согласно традиции первым патриархом секты дзен в буддизме считается ученик Будды Махакашьяпа, единственный из послушников понявший бессловесную проповедь учителя. Однажды Будда предстал перед учениками, поднял цветок и улыбнулся. В ответ улыбнулся лишь Махакашьяпа, поскольку в это момент сокровенная суть буддийской проповеди была передана непосредственно от сердца к сердцу в полном молчании. Дзэн обесценивает интеллектуальное познание посредством понятийно-логических средств, он ориентирует на непосредственное переживание реальности с помощью сверхрациональной интуиции.

Общение со зрителем на невербальном уровне, выражение глубоких смыслов через знаки, символику цвета, условные позы и жесты, недосказанность пронизывает всё исконно японское искусство: поэзию, живопись, искусство икэбаны (оранжировки цветов), чайную церемонию, садово-парковое искусство, театр, воинские искусства. Культура молчания проявляется даже в бытовом общении современных японцев. Молчание в общении между собеседниками имеет во многом противоположный смысл для западного человека и представителя японской нации. Для японцев молчание означает глубокую задумчивость или внимание, уважение и предупредительность. Японцы считают молчание хорошим свойством и обычно испытывают симпатию к немногословному собеседнику. Наоборот, чрезмерное многословие воспринимается как разновидность давления, оно создает нервозную обстановку и портит настроение японцев45.

Японская эстетика и творчество в искусстве

Сущность японского творчества и эстетики невозможно постичь без знания основ буддийского мироощущения. Считалось, что истинные шедевры создаются в особом духовном состоянии озарения, буддийского сатори и, в свою очередь, должны способствовать возникновению того же состояния сознания у зрителя. В Японии искусство никогда не воспринималось как имитация, копирование жизни, оно должно быть продолжением жизни. Художник, артист лишь медиатор, передающий ритмы вселенной. Показательна техника написания картины в жанре сумиэ, которая совершенно противоположна принципам масляной живописи. Классическая японская живопись является монохромной (чёрно-белой), т.к. рисуется тушью из сажи и клея. Она бедна по форме и содержанию, ассиметрична, в ней отсутствуют светотени и перспектива. Бумага, на которую наносится рисунок очень тонка и легко впитывает чернила, поэтому художник, следуя вдохновению, должен наносит достаточно быстро только основные линии, не рассчитывая на внесение каких-либо исправлений и ретуширование. Знаток дзэн-буддизма Д.Т. Судзуки так описывает происходящий в эти моменты творческий процесс: «Художник должен постоянно, всецело и непроизвольно следовать за своим вдохновением. Он просто позволяет ему управлять его руками, пальцами и кистью, будто они вместе со всем его существом являются всего лишь инструментом в руках кого-то другого, кто временно вселился в него. Можно сказать, что кисть выполняет работу сама, независимо от художника, который просто позволяет ей двигаться, не прилагая никаких сознательных усилий. Если между кистью и бумагой появится какая-либо логическая связь или размышление, весь эффект пропадает»46.

Для японской эстетики, выражающей идеал прекрасного, характерны ряд категорий, сложно переводимых на русский и европейские языки по причине изначально интуитивного смысла, заключающегося в них. К примеру, категория ваби-саби выражает интуитивное усмотрение преходящей красоты в материальных предметах, в их естественности, простоте, безыскусности и даже несовершенстве. Она исходит из буддийского восприятия бытия как вечно становящегося, изменчивого, непостоянного, красота в котором мимолетна, а истина скрыта за иллюзорным покровом круговорота обыденной жизни. Юген – указание на сокровенное, невидимое и неявленное через нечто вполне обыденное и явленное. Неожиданным следствием мышления в рамках этих категорий является склонность японцев видеть в явлениях, вызывающих печальные эмоции, таких как увядание и смерть особую эстетическую привлекательность, поскольку они позволяют понять иллюзорность и бренность сансарического бытия. Например, если русские и европейцы видят красоту только в полностью распустившемся цветке, еще не тронутом увяданием, то японскую душу гораздо сильнее способен затронуть образ прекрасного увядающего цветка.