71937

Смысловая организация сложного предложения в английском языке

Реферат

Иностранные языки, филология и лингвистика

Основным признаком сложного предложения лингвисты издавна считают объединение в нем нескольких предикативных сочетаний подлежащего и сказуемого. Причем на протяжении всей истории развития учения о сложном предложении наблюдаются разногласия в трактовке...

Русский

2014-11-14

105 KB

4 чел.

Саратовский государственный технический университет

Реферат

на тему:

Смысловая организация сложного предложения в английском языке.

                                                                       

         Выполнил студент 2-го курса

         Вадачкория А. В.

Саратов 2002
Содержание:

Принципы классификации                      2                                                            

Сложноподчиненное предложения               4
Принципы классификации.

Основным признаком сложного предложения лингвисты издавна считают объединение в нем нескольких предикативных сочетаний подлежащего и сказуемого. По этому количественному признаку обычно сложное предложение противопоставляется простому, содержащему лишь одно предикативное сочетание. Причем на протяжении всей истории развития учения о сложном предложении наблюдаются разногласия в трактовке предложений с однородными членами, особенно сказуемыми и подлежащими: высказывалось мнение, что в предложениях с однородными членами один из элементов предикативного сочетания или оба не выражены эксплицитно, но подразумеваются (Mary and John worked=Mary worked and John worked). В результате предложения с однородными членами трактовались как сложные, и, таким образом, стиралась четкая граница между простыми и сложными предложениями. При   расширенном понимании сложного предложения даже предложения с неличными формами глагола (То write a letter is easy) иногда попадали в число сложных.

 Традиционная классификация предложения с точки зрения сложности структуры достаточно хорошо известна. Для английской грамматической традиции характерно трихотомическое противопоставление: простое предложение — сложносочиненное (compound)—сложноподчиненное (complex). Попытки объединить две разновидности сложного по структуре предложения под общим термином (подобным предложенному Поутсмой термину the composite sentence) всеобщего признания за рубежом не получили. В русистике издавна простое предложение противопоставляется сложному с дальнейшей дифференциацией на сложносочиненные и сложноподчиненные предложения. Это расхождение скорее терминологического порядка, закрепленное традицией. Выделение двух типов сложного по структуре предложения и в том и в другом случае базируется на различении двух типов грамматической связи — сочинения, отношения равноправия, и подчинения, отношения зависимости.

 Углубленное изучение природы сложного предложения, его разнообразных   структурно-семантических разновидностей, а также особенностей связей, лежащих в основе различения этих разновидностей, привело ряд лингвистов к мысли о необходимости пересмотра принципов классификации сложного предложения. Остановимся на двух нетрадиционных классификациях подобного рода.

 В основе одной из них, получившей широкое распространение в русистике, за исходное берется определение сложного предложения как сочетания предикативных единиц, построенного по той или иной структурной схеме («формуле» сложного предложения) и предназначенного для функционирования в качестве одной коммуникативной единицы. Особенностью указанной концепции является придание большого значения формальным различиям в структуре сложных предложений. Противопоставление сочинения и подчинения, по мнению сторонников данной точки зрения, менее значительно, чем противопоставление союзной связи и бессоюзной. В результате союзные сложные предложения противопоставляются бессоюзным, а сочинение и подчинение различаются только внутри союзных предложений. Учет коммуникативного  единства сложного предложения является важным моментом, но этот принцип скорее характеризует выдвинутое общее определение

сложного предложения, чем его классификацию. Предложенная классификация не отличается универсальностью, свойственной старой традиционной классификации. В частности, для английского языка она неприемлема. При наложении английского материала обнаруживается отсутствие специфики, характерной для. русских бессоюзных предложений типа «Лес рубят—щепки летят». Английское бессоюзное предложение Не said he would do it принципиально не отличается от соответствующего предложения с союзом that, просто в предложениях данного типа согласно нормам английского языка можно опустить союз that. Кроме того, полностью отказаться от учета сочинения и подчинения в бессоюзном предложении сторонникам данной теории даже на материале русского языка не удалось, так как среди бессоюзных предложений предлагается различать предложения однородного и неоднородного состава, которые по своим структурным признакам соотносятся со сложносочиненными и сложноподчиненными предложениями.

 Несколько подробнее остановимся на второй нетрадиционной трактовке сложного предложения-концепции профессора Л. Л. Иофик, разработанной в англистике. Автор, подчеркивая важность выдвинутого в современной лингвистике признака целостности предложения, т. е. неделимости, нечленимости на единицы с такими же функциями и признаками, приходит к выводу, что традиционно выделяемое сложносочиненное предложение не обладает этим признаком целостности и свободно распадается на самостоятельные предложения, каждое из которых может служить мельчайшей грамматически законченной единицей общения.

 Л. Л. Иофик оперирует терминами «монопредикативное» и «полипредикативное» предложения, отражающими количество входящих в их состав предикативных единиц и приблизительно соответствующих терминам «простое» и «сложное» предложение.

Способ сочинения, по мнению автора, обеспечивает целостность полипредикативного предложения только при наличии общего соподчиненного или соподчиняющего члена.

 Понятие полипредикативного предложения, по Л. Л. Иофик, одновременно и уже и шире, чем традиционное понятие сложного предложения—уже, так как оно не включает традиционных сложносочиненных предложений, а шире, так как включает традиционное простое предложение с вводной или вставной ПЕ. Обычно предложения типа And with the help of her bird glasses—(an interest in birds was со useful!)—she had been able to see (Chr., Mirr, 10) рассматривались как простые осложненные. При этом одни авторы считали, что вводная ПЕ грамматически не связана с остальным составом предложения, другие же считали, что здесь присутствует связь особого рода, соотносительная по терминологии некоторых авторов. Л. Л. Иофик, приняв последнюю точку зрения, пришла к выводу, что в таком случае подобные предложения следует трактовать как полипредикативные, так как они содержат как минимум две ПЕ и одна из них синтаксически несамостоятельна. Таким образом, автор подводит нас к определению полипредикативного предложения как предложения, содержащего не менее одной синтаксически несамостоятельной предикативной единицы. Предлагается пересмотреть взгляд на точку как на единственный и безусловный знак конца повествовательного предложения. Мотивируется это последнее положение тем, что правила пунктуации, созданные в ранние периоды развития национальных грамматик, отстали от развития современной грамматики, в которой произошел переход от представления о предложении как о единстве преимущественно лексическом к представлению о предложении как о единстве логико-синтаксическом. Выбор того или иного знака препинания, как отмечают исследователи английского языка, нередко бывает произвольным, и в одних и тех же контекстуальных условиях может использоваться либо точка, либо точка с запятой, либо запятая (Иофик, 1968).

 Автор не относит к единым полипредикативным предложениям и структуры с относительным присоединением предикативных единиц. Относительное присоединение рассматривается Л. Л. Иофик и некоторыми другими авторами как особый, несколько архаичный тип связи предикативных единиц, не имеющий параллели среди средств связи членов монопредикативного предложения. При этом типе связи одна ПЕ присоединяется к другой при помощи относительного местоимения which или (значительно реже) при помощи сложных относительных наречий whereupon, whereby, whereto и т. д.: Не has always been sincere with me, which gives me great satisfaction. Часть лингвистов трактует связь между рассматриваемыми элементами как подчинительную, а ПЕ, вводимые which,—как разновидность определительных. Предпринимались также попытки анализировать эти ПЕ как вводные или отнести рассматриваемый тип связи к сочинению.

 Можно согласиться с мнением тех лингвистов, которые считают этот способ отличным и от сочинения и от подчинения ПЕ. При сочинении наблюдается структурно-семантическая завершенность каждой из двух сочетающихся ПЕ — между ними существуют отношения синтаксического равноправия. При относительном присоединении такого равноправия между двумя ПЕ нет. Присоединяющая ПЕ характеризуется структурно-семантической завершенностью, но присоединенная ПЕ получает семантическое завершение лишь в соотнесении с членом предшествующей ПЕ, обладающим предикативным содержанием. Создается впечатление, что она относится ко всему предшествующему предложению (т. е. ПЕ) в целом.

Отношения между компонентами такого комплекса отличаются и от характера взаимоотношений между подчиняющей и подчиненной ПЕ.

Приведенная теория сложного предложения, безусловно, интересна. Ее сильной стороной является то, что она предлагает один из возможных подходов к членению текста, базирующийся на объективных грамматических критериях.

Данная трактовка получила довольно широкое распространение среди учеников профессора Л. Л. Иофик. В ряде случаев обнаруживается дифференцированный подход к сложносочиненному предложению в разных аспектах: в конструктивном плане оно рассматривается как ряд самостоятельных предложений, а в коммуникативном — как единое предложение или высказывание.

Мы рассмотрели некоторые классические теории. Что касается новых лингвистических направлений, то трактовка проблемы сложного предложения тесно связана с общими целями, которые ставятся лингвистами того или иного направления.

Представители   трансформационной порождающей грамматики, изучая механизм порождения предложений, обычно не посвящают специальных разделов сложному предложению, но уделяют значительное внимание трансформациям, лежащим в основе их порождения, и средствам связи предикативных единиц—clauses. Сложносочиненные предложения наряду с предложениями с однородными членами, как правило. рассматриваются как результат трансформации соединения (conjoining). Например, предложение I went downtown and I bought a hamburger выводится из двух базовых структур или цепочек: (1) I went downtown и (2) I bought a hamburger, соединенных с помощью and. Далее, если подлежащие кореферентны, т. е. если у них общий референт, возможно усечение второго подлежащего: I went downtown and bought a hamburger. Авторы не видят принципиальной разницы между сочетанием нескольких предикативных единиц и «усеченной» формой того же сочетания. Аналогично сложноподчиненные предложения, как и целый ряд предложений с неличными формами, обособленными членами и т. д., рассматриваются как результат трансформации включения (embedding). Например, из тех же двух базовых структур можно получить предложение When I went downtown, I bought a hamburger, включив первую цепочку во вторую, главную, или матричную, с помощью коннектора when.

Предложение с обособленными определениями выводится следующим образом: имеются две базовые структуры—Магу was serene and happy и Mary accepted the invitation. В результате усечения подлежащего и связки первой цепочки и включения оставшейся части в качестве зависимой единицы во вторую цепочку получаем предложение: Serene and happy, Mary accepted the invitation.

У авторов, изучающих семантику предложений, проблема структурно-синтаксической характеристики предложений, естественно, отодвигается на задний план, и поэтому сложное предложение редко становится объектом специального исследования. Как правило, здесь также стирается граница между простым и сложным предложением в традиционном понимании.

Лингвисты, занимающиеся анализом отрезков, больших, чем предложение, т. е. грамматикой текста, уделяют несколько больше внимания сложному предложению, так как это единица, стоящая в каком-то смысле ближе к объекту их исследования. В частности, проблема сложного предложения рассматривается в грамматиках текста в плане сопоставления смысловых связей между частями сложного предложения, с одной стороны, и между отдельными предложениями—с другой. Например, утверждается, что необходим единый подход при описании семантической структуры сложных предложений и последовательностей предложений (sequences of sentences) и далее ставится задача сформулировать общие для них всех условия, обеспечивающие объединение предложений в грамматически правильные последовательности, так как далеко не каждое соединение двух произвольно взятых предложений может обеспечить грамматическую правильность «конечного продукта».

Работая в указанном направлении и даже ставя вопрос, не являются ли последовательности предложений особой формой составных (compound) предложений или, наоборот, не выступают ли сложные и составные предложения как особая форма последовательностей предложений, лингвисты тем не менее не отказываются от разграничения понятий «сложное предложение» и «последовательность предложений» на поверхностном уровне.

                          Сложноподчиненное предложение

Сложноподчиненное предложение — это такое законченное синтаксическое построение более высокого уровня, в котором один или несколько членов представлены включенными предложениями более низкого уровня. Поэтому в сложноподчиненном предложении (СПП) выделяется одна главная (ведущая) предикативная единица, не обусловленная зависимостью от других частей и находящаяся на высшем синтаксическом уровне, и одна или несколько придаточных, зависимых предикативных единиц более низкого уровня. Синтактико-семантическое отношение между главной и придаточной частями СПП составляет релевантный (специфический) признак СПП как особой структурной синтаксической единицы.

Все исследователи отмечают параллелизм в структуре СПП и простого предложения. Отношения между частями СПП построены по той же модели, что и отношения между членами простого предложения. Но из этого наблюдения лингвисты делают разные выводы: 1) высказывается точка зрения, что нет принципиального отличия придаточных частей от членов простого предложения, поэтому всю структуру в целом следует рассматривать как простое предложение за исключением тех образований, в которых зависимая предикативная единица занимает позицию, не имеющую параллели в простом предложении; 2) в зарубежной лингвистике распространен взгляд на СПП как результат трансформации простого предложения; 3) многие грамматисты подчеркивают структурно-семантическую специфику номинации с помощью включенной предикативной единицы и считают, что СПП представляет собой самостоятельный структурный тип высшего синтаксического уровня. По сравнению с соответствующим членом простого предложения включенное предложение называет целую ситуацию и содержит показатели утверждения или отрицания предикации, выражения объективной и субъективной модальности, соотношения действия или состояния с моментом речи, а также выполняет свои собственные коммуникативные задачи (разумеется, все эти аспекты соотносятся с соответствующими аспектами главного предложения). Таким образом, можно сделать вывод, что придаточная часть сложного предложения и параллельный член простого предложения выполняют аналогичные, но не тождественные функции. В лингвистике параллелизм в функционировании определяется термином «изофункциональность» (от греч. isos — равный, одинаковый, подобный), а сами параллельные единицы—термином «аналоги».

Определяющим формальным признаком придаточной части является наличие в ней глагола в личной форме как центра предикативности. Необходимость подчеркнуть этот специфический признак придаточной части обусловила введение в лингвистический обиход термина «зависимая предикативная единица».

Изофункциональность придаточной части и членов простого предложения отражается в классификациях придаточных частей. Наибольшее распространение в отечественном и зарубежном языкознании получила классификация по синтаксической роли придаточных частей в структуре СПП. В соответствии с основными шестью синтаксическими позициями в предложении выделяется шесть основных типов зависимых предикативных единиц: подлежащные, предикативные, дополнительные,. обстоятельственные, определительные и вводные.

Примером функциональной классификации может служить широко известная классификация О. Есперсена. В соответствии со своей теорией трех рангов Есперсен выделяет первичные зависимые предикативные единицы (That he will come is certain), вторичные—в функции адъюнктов (I like a boy who speaks the truth) и третичные — в функции субъюнктов (Lend me your knife that I may cut this string). Есперсен предостерегает от искусственного деления СПП на «главное» и «подчиненное». По его мнению, такое деление часто находится в противоречии с реальным смыслом и назначением компонентов СПП.

      Исследователи языковой семантики определяют роль придаточной части в синтактико-семантической организации предложения в терминах предикатно-аргументной структуры по аналогии со структурой простого предложения. Например, в предложении I expect that he will go семантическая структура анализируется как I (Experiencer) expect X (Patient), а включенные предикативные единицы рассматриваются как результат «комплементизации» (превращения в комплемент), «релятизации» (превращения в относительную придаточную часть), «номинализации» (превращения в именную придаточную часть).

      Выделенные по различным принципам типы зависимых предикативных единиц при анализе конкретного языкового материала подвергаются дальнейшей субклассификации.

      Но лингвисты также стремятся найти и общее в разных типах СПП. В советском языкознании, в том числе в какой-то мере и в англистике, получили развитие идеи о делении всех СПП на одночленные и двучленные (в более поздней терминологии—нерасчлененные и расчлененные). Главный принцип такого деления — степень связанности придаточного предложения с главным. Основным показателем нерасчлененного СПП является грамматическая и смысловая незаконченность главного предложения, которая возникает по двум причинам:

1) вследствие отсутствия одного из главных членов—подлежащего или сазуемого (That we need more equipment is obvious. The point is that we're leaving); 2) ввиду наличия в составе главной части слов, соотнесенных пли коррелирующих с союзом или союзным словом придаточной части и требующих пояснения в придаточном предложении (In a sense, he was being just as realistic as he thought (Show, M., 275)). Нерасчлененные предложения характеризуются закрепленным местом придаточной части. К нерасчлененным СПП в английском языке можно отнести следующие типы предложений: подлежащные, предикативные, дополнительные, ограничительные, определительные, обстоятельственные степени и сравнения.

      В расчлененном построении грамматическими признаками структурной законченности главной части являются: 1) наличие обоих главных членов предложения, 2) отсутствие в главном предложении слов, соотнесенных с каким-то словом придаточной части или требующих уточнения своего значения при помощи придаточной части. Важным грамматическим признаком большинства расчлененных предложений будет также отсутствие закрепленного местоположения. К расчлененным СПП относятся многие подклассы обстоятельственных предложений, описательные определительные предложения. Например: No one noticed the change in him when we were sitting in the combination room (Snow, M., 187). She went with Elsie, who knew the way (Pr., G., 295).

     С вопросом о связанности частей СПП тесно соприкасается вопрос о центре подчинения. Тот член главной части, который требует присутствия подчиненного члена, в рассматриваемом случае — придаточной части, является центром подчинения, или опорным словом. В зависимости от грамматических и лексических особенностей опорного слова сочетаемость центра подчинения с подчиненной частью может быть обязательной и факультативной. При обязательной сочетаемости подчиняющая часть имеет открытую структуру, т. е. грамматически не завершена. В рассмотренной классификации открытой структурой характеризуются нерасчлененные предложения. Главная часть с закрытой структурой не обусловливает обязательного наличия подчиненной части по формальным требованиям.

     Центры подчинения, выраженные глаголами в личной или неличной форме, независимо от их синтаксической функции, сочетаются с дополнительными и обстоятельственными ПЕ, а центры подчинения, выраженные существительными,— с определительными: The crier was round quite early on Wednesday morning to say that paying would begin at ten o'clock (Law., St., 57). The place was full of colliers, who were drinking (Ibid., 63).

    Центры подчинения могут подчинять себе не одну, а несколько зависимых ПЕ, что очень важно для структуры полипредикативного предложения: Не was far more spirited describing some Central European, he had just discovered, who would be a great writer in ten years (Snow, M., 67).

    He решен вопрос о центрах подчинения некоторых типов обстоятельственных ПЕ, таких, как темпоральные, локативные, причинные и др. Некоторые лингвисты считают, что они подчинены глаголу, поэтому связь со всем составом, главной части устанавливается через опорное слово. Согласно другой точке зрения обстоятельственные ПЕ относятся ко всей главной части в целом, и поэтому они, например, в трудах по русской грамматике называются детерминантными.

Два типа предикативных единиц — подлежащные и предикативные — не связаны с центром подчинения, так как они объединены с главной частью предикативной связью. На этом основании в «Структурном синтаксисе английского языка» выделяются две реляционные модели отношений между частями СПП. Первую реляционную модель СПП образуют включенные придаточные части с предикативной связью в позиции подлежащего и предикативного члена:

Вторая модель основана на подчинительной связи:

Внутри одного предложения возможно сочетание обеих реляционных моделей, например:   My second  impression was that Nightingale behaved as though he had something up his sleeve (Snow, M., 216).

Особый вид связи, известный под названием «соотносительная», или «интродуктивная», связывает вводное предложение с включающей его предикативной единицей и также создает, по мнению многих лингвистов, полипредикативное предложение: At the beginning Brown had, as he used to say, "flown a kite" for compromise, and now Chrystal joined him (Snow, M., 117).

   Формально-грамматические средства связи между частями СПП можно подразделить на внешние и внутренние. Союзы, союзные слова и корреляты наиболее отчетливо передают синтактико-семантические отношения. Но и они, как будет показано ниже, часто взаимодействуют с другими средствами.

    Подчинительные союзы в отличие от сочинительных относятся только к одной из частей СПП, а именно к придаточной части. Это особенно наглядно видно в предложениях с инвертированным порядком расположения частей: That he is a coward I know.

   Союзные слова наряду с функцией соединения частей СПП выполняют в составе придаточной части роль члена предложения: ...but I shall throw in my weight wherever I can (Snow, M., 220).

   Соотносительные слова распределяются между главной и придаточной частями и коррелируют друг с другом: I can't do as much as I should like... (Snow, M., 220).

   Единство СПП достигается также с помощью таких внутренних характеристик связи, как соотношение модальных и видо-временных планов. Вопрос взаимодействия этих планов в главной и придаточной частях требует развернутого рассмотрения, так как языковой материал отличается большим разнообразием и зависит от смысла предложения. В полипредикативных предложениях возможен один или два модальных плана. В первом случае все предикативные единицы выражают реальную модальность (РМ) или нереальную модальность (НМ), и предложение является мономодальным. Во втором случае в предложении сочетаются предикативные единицы с планами РМ и НМ и поэтому все предложение является бимодальным. Например:

     1) Не might have fallen fast asleep (НМ) had he not been wakened by a very curious incident (НМ) (Pr., G., 113).

     2) It was incredible (РМ) that they could have been set in motion by Mr. Tipstead (НМ) (Ibid., 184).

   Внешние и внутренние связи между частями СПП позволяют сложному предложению функционировать в качестве единой коммуникативной единицы.

   В акте коммуникации создается еще одна важная характеристика СПП—единая функциональная перспектива. Грамматическая и коммуникативная характеристики отражают две стороны сложноподчиненного предложения—статическую и динамическую (конструктивно-синтаксическую и коммуникативно-синтаксическую) .

   Функциональная перспектива проявляется в актуальном членении СПП как высказывания, содержащего в себе старую (известную, данную, менее значимую) информацию и новую (актуальную) информацию. В СПП создается многоступенчатое актуальное членение. Функциональная перспектива свойственна каждой из частей сложноподчиненного предложения, но напряжение, создающееся в ожидании завершения высказывания, получает полное разрешение только на уровне всего предложения. Грамматическое членение часто не совпадает с актуальным. Участие главной и придаточной частей в передаче темы < > и ремы [ ] высказывания определяется для каждого предложения в отдельности. Исследования с целью выявления общих закономерностей только начались. В качестве примера приведем результаты анализа СПП с описательным определительным придаточным (U1111). Как показало  исследование, ОПП в интерпозиции, следующее за опорным словом (антецедентом), содержит старую информацию и составляет тему высказывания или 1) вместе с опорным словом: <:Miss Trant, who was still sitting in the car,> [looked on and felt very foolish] (Pr., G., 157) или 2) самостоятельно: These people, however, were not wanted by the police. [Mr. Oakroyd, <who was convinced that he was > did not enjoy himself at Winstead] <Pr., G., 347).

Находясь в постпозиции,. ОПП сообщает нечто новое и поэтому всегда рематично. Опорное слово может относиться к теме: "The first step, of course", he added, "is to get Chrystal..."<He telephoned to Chrystal,> [who was at home but left at once for the college.] (Snow, M., 54) или к реме высказывания: But this time Joby went to the public-house, the one in which Tommy and his temporary bride were staying, unaccompanied by [Mr. Oakroyd, who said that he was too tired to move.] (Pr., G., 153).

   Многоступенчатость актуального членения заставляет различать как общие тему <Ts > и рему [Ss ], так и темы и ремы внутри компонентов —/Ti/ и {Ri},...TN и RN: </Нег niece—Cecilia/, {was perhaps the only person in the world}//who was aware//> [{{of the invisible little wire}} ///which connected Pauline's eye-wrinkles/// {{{with Pauline's will-power.}}}] (Law., St., 252).

Важным средством выражения коммуникативной значимости компонентов СПП является порядок их расположения в составе предложения. Как отмечают все исследователи, придаточные части занимают то же место в ОПП, что и соответствующие члены в составе простого предложения. Но в отдельных типах предложения, как, например, в СПП с подлежащным придаточным, есть некоторое своеобразие.

Рассматривая вопрос о порядке следования частей СПП, авторы грамматик английского языка отмечают следующие основные варианты позиции придаточных частей.

В СПП с подлежащной придаточной частью наблюдаются две возможности построения: 1) с порядком «подлежащная придаточная часть—сказуемое главной части» (How the book will sell depends on its author) и 2) с порядком следования «предваряющее it—сказуемое главной части—подлежащная придаточная часть» (It had been arranged that the vocalist should take his turn first (Pr., G., 233)). При последнем построении часто возникает рематизация придаточной части.

В СПП с предикативной придаточной частью придаточная часть всегда следует за главной: The problem is not who will go but who will stay. Дополнительная придаточная часть обычно следует за главной: Mr. Oakroyd did not care what they said (Pr., G., 357). В эмоционально окрашенной речи возможны случаи вынесения дополнительного придаточного предложения в препозицию: What had passed between him and Brown I did not know (Snow, M., 277).

Относительно роли препозитивной дополнительной придаточной части в составе СПП высказываются две различные точки зрения. Некоторые лингвисты считают, что препозитивная дополнительная предикативная единица всегда обозначает исходный пункт мысли (то, о чем сообщается что-то); другие подчеркивают, что на первое место выносится информация чрезвычайной важности. Представляется, что это противоречие можно разрешить с помощью теории актуального членения. С точки зрения этой теории в рассматриваемых придаточных предикативных единицах содержится и тема (на уровне придаточной части—T1), связанная с предыдущим высказыванием анафорическими- what, that, why и т. д., и рема—R1, усиленная рематичной главной предикативной единицей:

<{What I suffered}/from that placard/,> [nobody can imagine.] (Dick., Dav., 81).

   Наиболее гибкой структурой обладают обстоятельственные придаточные части. Они могут стоять по отношению к главной части в препозиции, в постпозиции и в интерпозицин (редко):

As we left the meeting, Chrystal and Brown drew me aside (Snow, M., 148). No one noticed the change in him when we were sitting in the combination room (Ibid., 187). At the very last moment, however, when the whistle sounded the door was flung open to admit some raw November night and a large man (Pr, G., 384).

   Но наблюдаются более частотные и менее частотные позиции придаточных частей в отдельных типах обстоятельственных предложений. Так, причинное придаточное с союзом as обычно предшествует главному (As Jane was the eldest, she looked after the others), а вводимое союзом because следует за главным (Не assured himself of that, because he could not bear to fail (Snow, M., 199)).

   Рассмотрев основные позиции различных типов придаточных предикативных единиц, можно сделать вывод, что их местоположение подчиняется тем же закономерностям, что и расположение соответствующих членов простого предложения.

   Коммуникативная цель (интенция) тесно связана со смысловой стороной предложения. Обе стороны настолько важны, что среди лингвистов нет единодушия во мнении, с чего начинается порождение (создание) предложения: со смысловой стороны или с коммуникативной. Наиболее распространенной представляется точка зрения, что исходной является семантическая сущность.

   Семантика СПП складывается из семантики частей СПП в их взаимосвязанности. Лингвисты отмечают автосемантичность (самостоятельность) всего СПП и синсемантичность (несамостоятельность) его частей. Зависимость семантики (синсемантия) компонентов СПП повышается с увеличением числа придаточных частей. В полипредикативных предложениях появляется двусторонняя синсемантия. В предложении When she found he had once more given her the slip, she felt pretty sure he had no intention of keeping his appointment with the lawyer (Pr., G., 141) главная часть во временном отношении зависит от придаточного времени When she found..., а с точки зрения реализации валентности прилагательного sure в функции предикативного члена — от дополнительного придаточного.

   Ярким примером полной семантической несамостоятельности может служить сложноподчиненное предложение с подлежащным и предикативным придаточным: What I was going to say is that it's rather melancholy (Pr., G., 384).

   Но это крайний случай несамостоятельности главной части СПП. В значительном большинстве предложений главная и придаточная части обозначают целую ситуацию в качестве своего денотата. Лишь в отдельных случаях наблюдается выражение единой мысли в форме двух предикативных единиц, что можно трактовать как асимметрию формы и содержания. Например, в предложении It was a letter that destroyed his peace of mind (Pr., G., 337) информация, содержащаяся в сложном по форме предложении, может быть выражена простым предложением: A letter destroyed his peace of mind.

   СПП обладает сложной семантической структурой, состоящей из центральной общей семы (например, семы причинности или семы темпоральности и т. д.), которая определяет синтакти-ко-семантнческое отношение между   компонентами   СПП, и ряда сопутствующих, периферийных сем, исходящих от частей сложноподчиненного предложения.

   Рассмотрим с помощью компонентного анализа следующий пример: My uncle, who will be seventy to-morrow, is still a keen sportsman (Z., H., 213).

   Общие семы: 1)  релятивность  (определительное значение), 2) уступительное значение, 3) одушевленность.

   Семы главной части: 1) реальность, 2) настоящее время, 3) утверждение.

   Семы придаточной части: 1) будущее время, 2) утверждение.

   Для проверки наблюдений над семным составом (т. е. компонентами значений) можно использовать метод трансформации. Так, приведенное предложение допускает преобразование в предложение, в котором сопутствующая сема выражается отчетливо: My uncle is still a keen sportsman, although he will be seventy to-morrow.

   Компонентный анализ на уровне сложноподчиненного предложения проводится в первую очередь на основании значений союзов и союзных слов. Но многие союзы и союзные слова многозначны. Их многозначность снимается другими взаимодействующими средствами. Например, союзное слово where обычно вводит локативные придаточные предикативные единицы, но в следующем предложении его функция иная, так как оно имеет относительное значение и вводит определительную предикативную единицу. Реализация этого значения возможна только в случае подчинения опорному слову—существительному со значением какого-то места, помещения и т. д.: I remember the house where I was born.

   В исследовании семантической структуры сложноподчиненного предложения получают распространение и другие методы. Как уже было сказано выше, ученые обратились к анализу предикатно-аргументной структуры СПП. Этот анализ дает возможность выяснить внутренние семантические связи и закономерности смысловой организации различных типов СПП. В качестве примера приведем анализ сложноподчиненного предложения с подлежащным придаточным; в семантическом плане рассматриваемая структура может быть организована:

!) как тождество частей (What he was feeling was scarcely ennobling) ; 2) как взаимоисключение частей (альтернация) (Whether we go to see his fat-faced  progeny for ourselves is another matter), 3) как предикатно-аргументное построение с выступлением придаточной части в роли актанта (участника) ситуации, например, актанта-каузатора (That she should fail to realise this filled him with contempt for him).

   Таким образом, в современной лингвистике сложноподчиненное предложение получает всестороннее освещение во всех своих аспектах.


 

А также другие работы, которые могут Вас заинтересовать

9202. Химическая организация клетки. Углеводы, липиды 122.5 KB
  Химическая организация клетки. Углеводы, липиды. Неорганические химические элементы и вещества в клетке, их роль. Органические вещества клетки и живых организмов. Углеводы и липиды. Цели: Углубить знания о химическом с...
9203. Белки, аминокислоты. Нуклеиновые кислоты 675 KB
  Белки, аминокислоты. Нуклеиновые кислоты. Структура белков, функции белков в клетке, аминокислоты. Нуклеиновые кислоты. Тип урока - изучение нового материала. Цели: Рассмотреть особенности строения белковых молекул, познакомиться с функциями белков...
9204. Белки, аминокислоты. Нуклеиновые кислоты АТФ, АДФ, самоудвоение ДНК, типы РНК 177 KB
  Белки, аминокислоты. Нуклеиновые кислоты. АТФ, АДФ, самоудвоение ДНК, типы РНК Тип урока - интегрированный. Цели: Познакомить учащихся с особенностями строения АТФ Доказать, что АТФ является универсальным источником энергии...
9205. Строение клетки 48.5 KB
  Единство принципа строения. Сходство протекания химических процессов в цитоплазме и ядре (биосинтез белка, репликация ДНК). Единство принципа передачи наследственной информации при делении клетки. Сходное строение мембран. Единство химического состава.
9206. Одномембранные органоиды клетки 50.5 KB
  ЭПС - это система канальцев и цистерн, стенки которых образованы мембраной. Они пронизывают всю цитоплазму. По каналам ЭПС вещества перемещаются в разные части клетки.
9207. Особенности строения и жизнедеятельности бактерий 36 KB
  Размножаются путём деления, которое наступает после удвоения бактериальной хромосомы – кольцевидной ДНК – или после полого процесса протекающего в форме обмена генетическим материалом между особями.
9208. Обмен веществ и превращение энергии в клетке. Обмен веществ и превращение энергии. Пластический и энергетический обмен 45 KB
  Обмен веществ и превращение энергии в клетке. Обмен веществ и превращение энергии. Пластический и энергетический обмен. Тип урока - изучение нового материала. Цели: Познакомить учащихся с понятием обмен веществ в организме...
9209. Обмен веществ и превращение энергии в клетке. Питание клетки. Автотрофы, гетеротрофы. Фотосинтез. Хемосинтез 38.5 KB
  Обмен веществ и превращение энергии в клетке. Питание клетки. Автотрофы, гетеротрофы. Фотосинтез. Хемосинтез. Тип урока - изучение нового материала. Цели: Познакомить учащихся с типами питания живых организмов. Рассмотреть процесс ...
9210. Обмен веществ и превращение энергии в клетке. Ген и его роль в биосинтезе белков Генетический код ДНК. Реакции матричного синтеза 1.88 MB
  Обмен веществ и превращение энергии в клетке. Ген и его роль в биосинтезе белков Генетический код ДНК. Реакции матричного синтеза. Тип урока - изучение нового материала. Цели: Сформировать знания о генетическом коде и его свойствах....