77375

Изучение социальной тревожности у различных групп пользователей сети Интернет

Дипломная

Психология и эзотерика

Провести теоретический анализ работ, посвященных социальной тревожности и проблемам, связанным с использованием сети Интернет и онлайн-игр. Выделить и описать группы пользователей сети Интернет и виды сетевой активности. Выявить факторы, связанные с проявлением высокой социальной тревожности. Подобрать методически инструментарий, позволяющий определить уровень социальной тревожности. Провести анализ различий в проявлении социальной тревожности между респондентами из различных групп.

Русский

2015-02-02

391 KB

8 чел.

78

Министерство образования и науки Российской Федерации

Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего профессионального образования

«Уральский федеральный университет

имени первого Президента России Б.Н.Ельцина»

Кафедра психологии развития и

педагогической психологии

Изучение социальной тревожности у различных групп пользователей сети Интернет

К защите допущен (а)

______________________

(зав. каф. Попова Л.Г.)

Дипломная работа студента

6 курса заочного отделения

Щербинина Александра Александровича

Научный руководитель:

доцент кафедры психологии развития и педагогической психологии, к. п. н.

Попова Лариса Григорьевна

Екатеринбург  2011


Содержание

[1] 1. Введение

[2] 2. Теоретическая часть

[2.1] 2.1 Интернет и онлайн-игры

[2.2] 2.2 Социальная тревожность. Социофобия

[2.3] 2.3 Связь социальной тревожности с другими показателями

[2.4] 2.4 Выводы теоретической части

[3] 3. Практическая часть

[3.1] 3.1 Введение в практическую часть

[3.2] 3.2 Описание методик исследования

[3.2.1] Опросник «Виды активности в сети Интернет»

[3.2.2] Liebowitz Social Anxiety Scale [13],[40]

[3.2.3] Копинг-поведение в стрессовых ситуациях[3]

[3.2.4] Шкала одиночества UCLA [50]

[3.2.5] Опросник увлеченности компьютерными играми [1]

[3.3] 3.3 Обработка и интерпретация результатов

[3.3.1] Общие и демографические характеристики выборки

[3.3.2] Опросник социальной тревожности LSAS

[3.4] 3.4 Связь с другими методиками

[3.4.1] Связь социальной тревожности и различных видов сетевой активности

[3.4.2] Связь социальной тревожности и одиночества

[3.4.3] Связь социальной тревожности и копинг-стратегий

[3.4.4] Связь социальной тревожности и увлеченности компьютерными играми

[3.5] 3.6 Выводы

[4] 4. Заключение

[5] 5. Список литературы


1. Введение

Актуальность исследуемой проблемы связана, прежде всего, с большой распространенностью сети Интернет. По состоянию на 2010 год выход в сеть имеют порядка 25% мирового населения, а в развитых странах проникновение Интернета превышает 80%. Хотя Россия несколько отстает по темпам интернетизации, на сегодняшний день, по разным оценкам, примерно 60-70% городского населения пользуются подключением к сети Интернет. Вместе с этим растет и время, проводимое пользователями в интернете, появились и продолжают появляться разнообразные сервисы, рассчитанные на широкую аудиторию, в том числе направленные на общение и взаимодействие между людьми. Это, несомненно, внесло изменения в привычный уклад социальной жизни людей. Однако данные, касающиеся особенностей социальной сферы пользователей сети Интернет крайне противоречивы. С одной стороны, опубликованы исследования, выявившие положительное влияние различных интернет-сервисов на социальную сферу. С другой стороны, существует точка зрения, что Интернет может являться объектом аддикции, негативно влиять на личность, в том числе приводить к отказу от «реального» общения в пользу «виртуального», десоциализации. С этим же связан и крайне спорный вопрос об аддиктивности и влиянии на личность онлайн игр.

Объект исследования: группы пользователей сети Интернет с различной спецификой использования: люди, работающие с Интернетом в рамках профессиональной и учебной деятельности; пользователи т. н. «социальных сервисов» (социальные сети, службы мгновенных сообщений, онлайн-дневники); игроки в онлайн-игры.

Предмет: Социальная тревожность, рассматриваемые в контексте пользования сетью Интернет.

Цель исследования: Изучить и провести сравнительный анализ проявления социальной тревожности у различных групп пользователей сети Интернет

Данная цель конкретизируется в следующих задачах:

  1.  Провести теоретический анализ работ, посвященных социальной тревожности и проблемам, связанным с использованием сети Интернет и онлайн-игр.
  2.  Выделить и описать группы пользователей сети Интернет и виды сетевой активности.
  3.  Выявить факторы, связанные с проявлением высокой социальной тревожности.
  4.  Подобрать методически инструментарий, позволяющий определить уровень социальной тревожности.
  5.  Провести анализ различий в проявлении социальной тревожности между респондентами из различных групп.

Гипотезы исследования:

  1.  Уровень социальной тревожности выше среди игроков в онлайн-игры и ниже среди пользователей социальных сетей и блогов
    1.  Высокие уровни социальной тревожности связаны с высокой степенью одиночества. Как следствие, уровень одиночества выше среди игроков в онлайн-игры и ниже среди пользователей социальных сетей и блогов.
    2.  Более высокие уровни социальной тревожности связаны с использованием менее конструктивных стратегий копинга и, как следствие, менее эффективным поведением в стрессовых ситуациях.
    3.  Увлеченность компьютерными играми является одной из причин повышения социальной тревожности. Чем больше игровой «стаж» игрока, тем выше уровень его социальной тревожности.

Далее опишем выборную совокупность и процедуру проведения исследования.

Испытуемые. К участию в исследовании были привлечены респонденты из трех различных групп.

Первую группу составили студенты математико-механического факультета УрГУ, изучающие курс «Сетевые технологии», магистранты  и преподаватели математико-механического факультета, а также сотрудники сектора Компьютерной Визуализации Института Математики и Механики УрО РАН.

Во вторую группу вошли игроки в одну из популярных онлайн-игр.

Третью группу составили пользователи социальной сети «В Контакте» и нескольких площадок для ведения блогов (онлайн-дневников).

Методы

Обследование проводилось с помощью тестового опроса в электронной форме.

На подготовительном этапе было проведено пилотажное очное исследование с помощью предварительной электронной версии опроса, в котором приняли участие 10 студентов математико-механического факультета, а также 6 пользователей социальной сети «В Контакте». В ходе этого исследования были выявлены недостатки стимульного материала, найдены вопросы, вызывающие у опрашиваемых наибольшие затруднения и прочие аспекты проведения исследования. На основании этих данных был разработан окончательный вариант стимульного материала, включающий в себя все необходимые правки и комментарии к заполнению.

Для проведения исследования была выбрана сеть Интернет, поскольку этот способ позволил привлечь интересующие нас группы респондентов напрямую, не прибегая к процедурам отбора испытуемых.  В качестве платформы был выбран программный комплекс LimeSurvey развернутый на подготовленной для этого интернет-площадке.

LimeSurvey является веб-приложением, которое позволяет создавать, администрировать и проводить онлайн-опросы. Для создания опросов предлагается веб-интерфейс, в систему встроены большинство используемых типов вопросов, что облегчает обобщение и обработку собранных ответов. Каждый из опросов разбивается на группы вопросов, каждая группа вопросов находится на отдельной странице. Опросники и анкеты могут включать в себя различные типы вопросов, ответами на которые могут быть как ввод текста, цифровой ввод, выбор нужного варианта ответа, или же просто да/нет. Вопросы могут быть организованы в двумерный массив, одна ось которого будет содержать вопросы, а другая — ответы на них. Также поддерживается возможность логических ветвлений: вопросы можно отображать или скрывать в зависимости от предыдущих ответов респондента. Отдельно стоит отметить, что система содержит расширенный инструментарий для контроля доступа к опросу и, кроме того, может обеспечивать полную анонимность для участников.

Созданные с помощью этой системы опросы отличаются, с одной стороны, высокой степенью удобности для респондентов, значительно ускоряя и упрощая ввод данных и облегчая сам процесс участия, а с другой многократно повышает эффективность проведения опроса за счет автоматизации процесса и исключения человеческого фактора.

Прохождение опроса осуществлялось следующим образом: испытуемый с помощью веб-браузера заходил на страницу опроса в интернете. После чтения вводного текста он заполнял анкету (см. приложение 1), а после приступал к заполнению форм опросников. Вопросы были дополнительно разъяснены с помощью комментариев, в случае пропуска какого-либо из вопросов выводилось напоминание о необходимости ответа.

Всего использовалось пять методок: разработанный нами опросник «Виды активности в сети Интернет», переведенные нами с английского Liebowitz Social Anxiety Scale (LSAS, «Шкала социальной тревожности Либовица») [13] и University of California, Los Angeles Loneliness Scale («Шкала одиночества UCLA») а также опросник копинг-поведения в стрессовых ситуациях (Норманн С. и др., адаптированный вариант Т.А. Крюковой) [3] и предложенный в магистерской работе Г.С. Глудина опросник «Увлеченность компьютерными играми» [1]


2. Теоретическая часть

2.1 Интернет и онлайн-игры

Интернет — это глобальная сеть, потенциально позволяющая обмениваться данными любым компьютерам и иным устройствам, подключенным к этой сети. От характера передаваемых данных, принципа, цели и будет зависеть специфика работы. Чаще всего в обмене информацией участвуют специализированные компьютеры (серверы), которые предоставляют некоторый функционал «простым пользователям» (клиентам), например почтовые серверы, игровые серверы.

Наибольшую популярность получила так называемая «Всемирная Паутина» (World Wide Web), которую достаточно часто и имеют ввиду, говоря «интернет». Это распределенная система, состоящая из всех размещенных в сети документов, связанных между собой. Сами документы представляют собой гипертекст, т.е. текст (документ), содержащий ссылки или выполняющий какие-либо действия по запросу читающего. Таким образом, читатель получает возможность мгновенно переходить по ссылкам как в другие части того же документа, так и в другие документы (даже на хранимые на другом компьютере).

За счет этой возможности все опубликованные в сети документы (называемые также веб-страницами) образуют некую глобальную структуру (сеть), которая и получила приведенное выше название. Несколько связанных друг с другом страниц, как правило, объединенных одной тематикой, размещенных по одному адресу, называют веб-сайтом.

В самом начале своего развития страницы представляли собой именно текстовые документы со ссылками, иногда содержащие графические элементы. С развитием технологий и ростом пропускной способности каналов связи появилась возможность встраивать на страницы не только статичные изображения в гораздо большем объеме, но также аудио и видео, различные динамические (создаваемые в процессе работы пользователя со страницей) элементы, анимацию, небольшие программы и игры, а также реализовывать взаимодействие с пользователем.

В начале 2000-х наметился переход к так называемому «Web 2.0». Это принцип построения сайтов в соответствии с которым сайт развивается в том числе силами его посетителей, привлекаемых к наполнению сайта информацией, ее проверке и оценке. В качестве примера можно привести получивший большое распространение вид сетевой активности под названием «блог(г)инг», или ведение интернет-журнала (блога).  Пользователи (блогеры, блоггеры) могут использовать сайт для размещения своих заметок и записей в формате журнала или дневника, а также комментировать и оценивать записи других пользователей. Аналогично, существуют сайты, предоставляющие площадку для публикации и обсуждения фотографий, видео, энциклопедических статей, информации о себе (сайты знакомств, а также социальные сети).

Другое направление развития интернет, наряду с публикацией информации — это общение между пользователями. Долгое время основными представителями этого направления были текстовые чаты и конференции, а также электронная почта. Первые предоставляли возможность общаться в реальном времени как в формате «тет-а-тет»: из этого направления выросли так называемые службы мгновенных сообщений, интернет-мессенджеры, ярким примером которых может послужить сервис ICQ (называемый на жаргоне «аськой»). Конференции и форумы изначально использовали принцип «доски объявлений»: пользователи могли публиковать сообщения, касающиеся тематики конференций, а остальные пользователи читали эти сообщения позднее, время от времени посещая конференцию. Наконец, электронная почта создавалась как аналог почты бумажной, единственным исключением являлась высокая скорость доставки (чаще в пределах нескольких минут).

Наконец, начало XXI века ознаменовалось появлением уже упомянутых социальных сетей. По определению социальная сеть — это социальные объекты (люди, социальные группы), соединенные связями. Примером может служить учебная группа, рабочий коллектив, генеалогическое древо и т. д. В контексте интернета социальные сети — это сайты позволяющие создавать свою личную страницу и размещать на ней информацию о себе, чтобы затем связать ее со страницами других людей, например на основании дружбы («Добавить в друзья»), принадлежности в настоящем или прошлом к какой-либо учебной группе или классу (что следует из названия одного из популярных сервисов -  «Одноклассники»).

Поразительны темпы роста социальных сетей. Начало их популяризации пришлось на 2004-2005 год, а в России первые социальные сети появились в 2006 году. На сегодняшний день самая популярная всемирная социальная сеть «Facebook», появившаяся в 2005 году, насчитывает более 650 млн. пользователей по всему миру [8] и охватывает более 40% населения США. [7] Самая популярная русскоязычная сеть «В Контакте» насчитывает более 100 млн. учетных записей и более 25,5 млн. активных пользователей каждый день, примерно 70% из которых являются гражданами России. [5] Вторая по популярности социальная сеть «Одноклассники» насчитывает порядка 17 млн. активных пользователей, проживающих в Российской Федерации. [6] Таким образом, социальные сети являются одним из основных видов активности в Интернете.

Возможности общения интернете являются основной причиной избыточного количества времени, проводимого в сети. [34] В то же время увлечение интернетом может приводить к социальной изоляции и мешать повседневной жизни [51], приводить к снижению эффективности на работе и отстраненности от коллег [62].

Попытки исследования «интернет-зависимости» были основаны на адаптации критериев для гэмблинг-зависимости. [15],[43],[41], [52]. Однако отсутствие единого определения интернет-зависимости и четких критериев для ее диагностики привело к тому, что разные методики давали слабо связанные результаты. Так, например, при пересечении результатов двух методик на интернет-зависимость (IRABI и DQ) лишь 50% от первоначального числа «аддиктов» удовлетворяли двум критериям одновременно. [20]

«Интернет зависимость» связывается с такими психологическими переменными, как депрессия, низкая самооценка, застенчивость, [17][16] интернет-аддикты более одиноки и испытывают нехватку социальных навыков [27].

В качестве инструментария для исследования интернет-аддикции хорошо себя зарекомендовали онлайн-опросы. Так Купер заключает, что если целевая группа — пользователи Интернета, то хорошим решением будет проведение исследования в онлайн-режиме. [23]

Другой популярный и важный вид сетевой активности — онлайн игры. Изначально компьютерные игры являлись достаточно экзотичным видом развлечения. Однако в 2000е годы аудитория видеоигр значительно расширилась, поскольку разработчики и издатели переориентировались с опытных игроков на так называемых казуальных («casual gamers»), т. е. играющих от случая к случаю, без опыта игр.  Одновременно с этим взрослели поколения игроков 70-х, 80-х и 90-х годов. В результате, по данным Entertainment Software Association [28] мальчики и юноши до 17 лет составляют лишь 20% от всех игроков, еще 26% - игроки старше 50 лет, а примерно 32% игроков — взрослые, причем средний возраст играющих — 34 года. [31]

Именно в 2000е годы набрали популярность так называемые MMORPG (массовые многопользовательские ролевые игры), самая популярная из которых (World of Warcraft) к октябрю 2010 года насчитывала более 12 млн. подписчиков. С MMORPG в первую очередь и связывают  проблему зависимости от компьютерных игр, поскольку с появлением этого жанра резко увеличилось количество сообщений о патологическом увлечении онлайн-играми. Игроки в MMORPG в среднем тратят на игры 20-24 часа в неделю, и примерно 60% игроков хотя бы раз играли 10 и более часов подряд. При этом от 20% до 30% игроков считают себя «определенно зависимыми». [45]

Главная сложность изучения вопроса о патологическом увлечении играми  заключается в неоднозначности понимания зависимости вообще и «компьютерной зависимости» в частности. Первоначальные исследования, например за авторством Янг [61] и Гриффитс [32] подходили к этому явлению, как к еще одной форме аддикции и применяли адаптированные критерии из DSM IV. Карлтон и Денфорт [18] выделили высокую степень увлеченности («high engagement», непатологическое использование видеоигр) и собственно аддикцию (патологическое использование).

По данным Peukert P, Sieslack S, Barth G, Batra A, примерно 1.5-3.5%  компьютерных пользователей подросткового возраста проявляют признаки чрезмерного и аддиктивного использования компьютера и видеоигр. В частности, было установлено, что это расстройство связано с более высокими показателями депрессивности, тревожности и более низкими достижениями в школе.  [44] Была найдена и связь между увлечением компьютерными играми и трудностями с социализацией. [38] Игроки, проводившие больше времени за компьютером, показали более высокий балл по опроснику социальных ситуаций (Social Situations Questionnaire), в котором выясняется степень неуверенности респондента в 30 различных ситуациях.

При обобщении всего многообразия интернет-сервисов, мы будем отталкиваться от мотивации работы в интернете. Воспользуемся следующей классификацией [4]:

  •  деловая мотивация
  •  познавательная мотивация
  •  мотивация сотрудничества
  •  мотивация самореализации
  •  рекреационная и игровая мотивация
  •  аффилиативная мотивация
  •  мотивация самоутверждения
  •  коммуникативная мотивация

Обобщая в более крупные группы, объединим в первую группу деловую и познавательную мотивацию, во вторую группу  мотивацию сотрудничества, самореализации, самоутверждения, игровую, аффилиативную мотивацию, наконец в третью группу войдет коммуникативная мотивация. Таким образом, виды мотивации в первой группе связаны с профессиональной и учебной деятельностью, во второй группе — с онлайн-играми, а в третьей — с интернет-общением. Конечно, по сравнению с исходной классификацией, ее обобщение будет более грубым, однако она достаточно хорошо отражает основные виды деятельности в интернете: работу и учебу, развлечения и общение.

Наиболее яркими представителями каждой из групп будут работники профессий, связанных с компьютерами и компьютерными сетями (т. н. IT-профессии), игроки в онлайн-игры и пользователи социальных сетей.


2.2 Социальная тревожность. Социофобия

Американская нозологическая система DSM-IV определяет тревогу как «опасение, ожидание предстоящей опасности или неудачи, сопровождаемое ощущением дисфории или соматическими симптомами напряжения». [11] Также к тревоге имеет отношение базовая эмоция страха.

Хотя одни теоретики не дифференциируют состояния страха и тревоги, другие (например Энтони и Бэрлоу [12]) приводят доводы о том, что эти два состояния различны. Тревога — это эмоциональное состояние, ориентированное на будущее и характеризующееся ярким негативным аффектом, чувством, что предстоящие события непредсказуемы и неподконтрольны человеку, трудностями в сосредоточении и тенденции к переживаниям. Например, индивид, испытывающий тревогу при публичных выступлениях, склонен переживать эту эмоцию при подготовке к предстоящей презентации. Или человек, опасающийся собак, может испытывать тревогу, собираясь в гости к другу, у которого дома живет большая собака.

В противоположность тревоге, страх является концентрированной реакцией, по принципу «все или ничего», при которой есть интенсивная мотивация на бегство от потенциальной опасности, и при которой организм мобилизуется (как физически, так и когнитивно) [12]. Используя аналогичные примеры, человек может испытывать страх, когда выступает на презентации или видит рычащую на него собаку. Также Дэвид Бэрлоу предполагает, что опыт панических атак по сути неотличим от переживания эмоции страха.

Многие исследователи обсуждали страх и тревогу в терминах их составных частей. Например, в своей теории тревоги и депрессии Кларк и Ватсон [21] утверждают, что тревога состоит из двух факторов: усиленного негативного аффекта (например, психологическое напряжение, ажитация, дистресс, переживание), которые так же связаны с подавленностью, и физиологического перевозбуждения (например, усиленное сердцебиение, потоотделение, дрожь), которое связано больше с тревогой, нежели с депрессией.

Питер Лэнг [39] подчеркивал важность концептуализации страха и тревожности, как сочетания трех различных каналов ответной реакции: когнитивного, поведенческого и психологического. Примеры когнитивной реакции — тревожные прогнозы и предположения, предвзятость и предубеждения при обработке информации, которые часто встречаются у тревожных индивидов. Поведенческий ответ включает в себя избегание, компульсивное поведение, отвлечение и другие защитные варианты поведения, которые позволяют снизить дискомфорт или предотвратить ожидаемую ситуацию опасности. Наконец, психологическая реакция — это ощущения и личностные переживания в ситуации тревоги или страха. Они могут включать сердцебиение, головокружение, потливость и некоторые другие симптомы, связанные с физическим возбуждением.

Михай Чиксентмихайи [24] рассматривает состояние тревоги как ситуацию несоответствия между высокой сложностью задачи и субъективно низкими навыками по ее решению. Таким образом, тревога исключает возможность вхождения в состояние потока.

Тревожность — индивидуальная психологическая особенность, проявляющаяся в склонности человека к частым и интенсивным переживаниям состояния тревоги, а также низким порогом его возникновения. Рассматривается как личностное образование и/или как свойство темперамента, обусловленное слабостью нервных процессов. [2]

В своих крайних проявлениях тревожность может переходить в соответствующее расстройство: «Фобические тревожные расстройства» (F40) и «Иные тревожные расстройства» (F41) в рамках классификации МКБ-10. В этом случае тревожность настолько велика, что начинает отрицательно влиять на качество жизни человека, мешать ему.

Социальная тревога — это тревога, триггером для которой служат различные социальные ситуации: общение и межличностное взаимодействие, а также некоторые виды деятельности, осуществляемые в присутствии других людей или в общественных местах (например, прием пищи).

По аналогии с определением тревожности частный вариант ее проявления — социальная тревожность — представляет собой индивидуальную психологическую особенность, проявляющуюся в склонности человека к частым и интенсивным переживаниям состояния тревоги, а также низким порогом его возникновения в ситуациях социального взаимодействия и выполнения действий на публике. Другими словами, человек с высокой социальной тревожностью склонен испытывать тревогу и страх даже в тех ситуациях, когда общение не связано с какими-либо провоцирующими стресс факторами. В том случае, когда социальная тревожность настолько высока, что это приводит к нарушению социальной жизни индивида, говорят о возникновении такого тревожного расстройства, как социофобия.

Социофобия, определяемая наличием значимого и устойчивого страха социальных ситуаций или выполнения каких-либо действий на публике - это часто встречающееся, хроническое и значительно дезабилитирующее расстройство, которое, к тому же часто остается без какого-либо лечения. [60]

Согласно МКБ-10  (пункт F40.1) социальные фобии часто начинаются в подростковом возрасте и сконцентрированы вокруг страха испытать внимание со стороны окружающих в сравнительно малых группах людей (в противоположность толпе), что приводит к избеганию общественных ситуаций. В отличие от большинства других фобий, социальные фобии одинаково часто встречаются у мужчин и у женщин. Они могут быть изолированными (например, ограничиваясь только страхом еды на людях, публичных выступлений или встреч с противоположным полом) или диффузными, включающими в себя почти все социальные ситуации вне семейного круга. Важным может быть страх рвоты в обществе. В некоторых культурах особенно пугающим может быть прямое столкновение с глазу на глаз. Социальные фобии обычно сочетаются с заниженной самооценкой и боязнью критики. Они могут проявляться жалобами на покраснение лица, тремор рук, тошноту или императивные позывы к мочеиспусканию, при этом иногда пациент убежден, что одно из этих вторичных выражений его тревоги является основной проблемой; симптомы могут прогрессировать вплоть до панических атак. Часто значительно выражено избегание этих ситуаций, что в крайних случаях может привести к почти полной социальной изоляции.

Для постановки диагноза используются следующие критерии:

А. Должен присутствовать один из следующих признаков:

  1.  выраженный страх оказаться в центре внимания или страх повести себя так, что это вызовет смущение или унижение;
  2.  выраженное избегание пребывания в центре внимания или ситуаций, связанных со страхом повести себя так, что это вызовет смущение или унижение.

Эти страхи проявляются в социальных ситуациях, таких как прием пищи или общение в общественных местах, случайная встреча знакомых лиц на публике, пребывание в небольших группах (например, на вечеринках, собраниях, в классной комнате).

Б. В то или иное время после начала расстройства должны обнаруживаться минимум два симптома тревоги в пугающих ситуациях, как это определяется критерием Б в F40, а также один из следующих симптомов:

  1.  покраснение и "дрожь";
  2.  страх рвоты;
  3.  позывы или страх мочеиспускания или дефекации.

В. Выраженное эмоциональное беспокойство из-за симптомов или стремления избегнуть ситуаций и осознание, что беспокойство чрезмерное или необоснованное.

Г. Появление симптомов тревоги только или по преимуществу в ситуациях, вызывающих страх, или при мыслях о них.

Результаты национального эпидемиологического исследования («National Comorbitity Survey») в США показывают, что социофобия — самое распространенное тревожное расстройство и третье по распространенности среди всех психологических расстройств. Примерно 13,3% взрослых (из них 11,1% мужчин и 15,5% женщин) в какой-либо из периодов своей жизни удовлетворяли критериям социофобии, причем ее распространенность увеличилась в последних когортах.

Социофобия характеризуется интенсивным и хроническим страхом социальных ситуаций, в которых могут произойти оценивание или возможны смущение, конфуз. Нахождение в подобных ситуациях почти всегда приводит к интенсивной тревожной реакции, вплоть до полноценного приступа паники. Социальные ситуации часто избегаются, хотя человек может заставить себя выдержать какую-либо социальную ситуацию несмотря на сопровождающий ее дистресс. Часто встречается значительный уровень тревоги по поводу предстоящих социальных ситуаций. Социальная фобия как диагноз ставится в том случае, когда клиент признает, что это этот страх избыточен и\или избегание социальных ситуаций значительно влияет на его жизнь. [10]

Типы ситуаций, которые вызывают страх и тревогу в большинстве случаев относятся к двум категориям: социальное взаимодействие и действия на публике. Ситуации социального взаимодействия включают начало или поддержание обычного разговора, знакомство с новыми людьми, свидания, общение с авторитетными фигурами (например, с начальством), проявление настойчивости. При боязни действий на публике, человек может бояться устных выступлений перед аудиторией, писать (например, заполнение бланков и форм), заниматься спортом, есть в общественном месте или в присутствии других людей, выступлений вообще (например, участия в соревнованиях или в концерте). Среди всех людей, страдающих хронической социофобией, примерно треть имели только страх устных выступлений перед аудиторией, а оставшиеся две трети испытывали тревогу по поводу как минимум еще одной социальной ситуации. [49]

Социофобия часто бывает коморбидна с клинической депрессией. Лонгитюдное эпидемиологическое исследование, проведенное в Германии на выборке подросткового и юношеского возраста (возраст от 14 до 24 лет), показало, что даже среди респондентов с социальной тревожностью, не страдающих депрессией, выше риск возникновения депрессии в будущем. Кроме того, коморбидность социофобии и депрессии вызывает более тяжелое течение последней, риск хронизации и повторных проявлений. Таким образом, высокая социальная тревожность в подростковом и юношеском возрасте является предиктором более высокого риска возникновения депрессии в будущем. [56] Кроме того, социофобия является одним из факторов в злоупотреблении алкоголем, каннабисом [57], в формировании булимии и анорексии [53]

Причины формирования социальной тревожности во многом связаны с  неадекватной оценкой своего поведения, эффективности в ситуациях общения и социального взаимодействия. Пациенты, страдающие социофобией, проявляют значительно заниженные уровни оценки собственных социальных способностей, их чаще посещают негативные мысли о своей некомпетентности. [22] В экспериментальных ситуациях выступления, общения индивиды с высокой социальной тревожностью (как с генерализованной формой расстройства, так и с негенерализованной связанной со страхом общения или выступлений) оценивают своё выступление и навыки общения гораздо ниже, чем сторонние наблюдатели. [46],[25],[55]. Механизмы возникновения социальной тревоги описываются и иначе: в работе [54] представлен подход, в рамках которого тревога является следствием несоответствия высокой мотивации индивида произвести впечатление на реальную или воображаемую аудиторию и неудовлетворительной ожидаемой или субъективно воспринимаемой оценочной реакцией со стороны этой аудитории.   Также существует теория социального исключения, согласно которой основным источником социальной тревожности является субъективное ощущение исключения из важных социальных групп. [48]


2.3 Связь социальной тревожности с другими показателями

Поскольку социальная тревожность и ее крайний вариант проявления  социофобия затрагивают очень важный для индивида компонент — социальное взаимодействие, она приводит к многочисленным изменениям, о которых мы можем судить по другим характеристикам.

Одно из основных приводимых в контексте социальной тревожности последствий — это одиночество. Многие исследования показывают, что одиночество напрямую или через промежуточные факторы связано с уровнем социальной тревожности, ее «вклад» в одиночество — один из самых больших. [42]  Большая степень одиночества у лиц, проявляющих  негативные последствия проблемного использования интернета, также связывается в первую очередь с высокой социальной тревожностью; связь предпочтения онлайн-общения и одиночества  является ложной, а ключевым фактором является социальная тревожность. [47] С другой стороны, одиночество и социальная тревожность могут по-разному влиять на поведение в ситуациях межличностного взаимодействие. Так, исследование общения посредством сотового телефона показало, что более одинокие люди предпочитают звонки (голосовое общение) текстовым сообщениям (SMS), а текстовое общение они считают более «безличным». В то же время участники с большими уровням социальной тревожности предпочитали текстовое общение и обозначили его как предпочитаемый метод экспрессивного и интимного общения. [58]

Другим фактором, имеющим четкую связь с высоким уровнем социальной тревожности и социофобией, является тенденция к использованию менее конструктивных вариантов копинга со стрессом. [9] Под конструктивным вариантом обычно понимается решение проблемы. В противоположность ему возможна попытка избежать решения с помощью отвлечения, переключения внимания на какой-либо другой вид деятельности или на межличностное взаимодействие. Также выделяют вариант копинга, ориентированный на работу с эмоциями, смену эмоционального состояния. Его можно отнести к конструктивным лишь в том случае, если смена эмоционального состояния необходима, чтобы можно было приступить к решению проблемы, в противном случае эмоциональный копинг тоже считается неконструктивным. [53]

Немаловажным фактором социальной тревожности называют работу в сети интернет, в том случае если она классифицируется как «злоупотребление» или «аддикция». Замена реального общения на виртуальное заметно сказывается на отношениях в «реальной» жизни,  происходит изменение круга общения, частоты контактов, что особенно заметно в подростковом и раннем юношеском возрасте. Также исследования показывают более высокие уровни одиночества у подростков с признаками злоупотребления интернетом. [37]

Однако ошибочно полагать, что влияние интернета на социальную жизнь является строго негативным. По многим показателям общение в онлайне существенно отличается от общения тет-а-тет наличием так называемого эффекта «онлайн-растормаживания»: человек, находящийся онлайн, склонен сильнее «раскрываться», общаться менее скованно. [59] Поэтому существуют исследования, говорящие об обратном: общение в интернете положительно сказывается на многих важных характеристиках. Например, было доказано, что в процессе общения в чате снижаются показатели одиночества и депрессии, одновременно с этим значительно увеличивается субъективно воспринимаемая социальная поддержка и улучшается самооценка. [36]

Важно, что общение в различных социальных сетях положительно влияет на социальный компонент самооценки. Исследование, проведенное на группе из 881 подростка показало, что общение на сайтах социальных сетей позволяет устанавливать новые отношения, а получаемая  положительная обратная связь значительно повышает социальную самооценку, которая, как уже упоминалось ранее, влияет на уровень социальной тревожности и играет ключевую роль в формировании социофобии. [29]

Еще одним важным «социальным» сервисом являются интернет-дневники (так называемые блоги). Опрос 134 пользователей сайта Myspace.com, который представляет собой социальную сеть с возможностями ведения блога, выявил, что намерение вести блог коррелирует с психологическим дистрессом, стремлением сбросить негативные эмоции, а также более низкими оценками по шкалам социальной интеграции и удовлетворенности общением и меньшим количеством как «реальных», так и «интернет-друзей». [26]

Особо среди влияющих на социальную жизнь видов интернет-активности  стоит выделить онлайн-игры, в первую очередь ролевые (т. н. MMORPG). По сравнению с другими видами игр онлайн-игры вносят наибольшие изменения в жизнь игрока, в том числе приводя к снижению качества сна, самочувствия, и значительно мешая «реальной» социальной жизни и учебе. С другой стороны, игроки в онлайн-игры сообщали о более высокой степени интереса к игре и получаемого от нее удовольствия, а также о знакомстве с новыми друзьями. [14]


2.4 Выводы теоретической части

Интернет является новым, но стремительно развивающимся явлением, постепенно проникающим во все более и более широкие слои населения. К сожалению из-за высокой динамики развития интернета, психологическая наука не всегда поспевает за его изменениями, поэтому сведения в этой области часто скудны и носят обрывочный характер.

В то же время растущая важность интернета и увеличение числа пользователей заставляют нас задумываться о том, каково влияние интернета на личность человека и его социальную жизнь. Очевидно, что новые способы и средства общения предполагают новые, иные способы коммуникации и имеют свою специфику. Кроме того, выявлены случаи увлечения интернетом до такой степени, что это увлечение имело деструктивный характер и отрицательно сказывалось как на физическом, так и на психологическом благополучии.

Для того, чтобы понять специфику работы в интернете, необходимо предварительно разобраться во всем многообразии имеющихся в нем возможностей и сервисов, поскольку различаются их функции и, следовательно, мотивация их использования. Для наших целей наиболее удобным будет разделение на следующие три группы сервисов.

  1.  Профессиональные и учебные.
    1.  Информационно-развлекательные.
      1.  Социальные.

Первая группа связана с поиском информации в учебных и профессиональных целях, деловым общением. Вторая группа предполагает главной целью развлечение или удовлетворение любопытства, в нее входят как информационные, в том числе новостные, сайты, так и интернет-варианты развлечений, например просмотр фильмов и роликов, прослушивание музыки, онлайн-игры. Наконец, в третью группу входят многочисленные инструменты для общения и социального взаимодействия: службы мгновенных сообщений («аська»), чаты и форумы, IPтелефония, блоги и социальные сети.

В качестве концепта, отражающего благополучие в социальной сфере, мы будем использовать понятие социальной тревожности. Она отражает страх общения, боязнь социального взаимодействия и его избегание. Высокие уровни социальной тревожности классифицируются как тревожное расстройство — социофобия, являющееся одним из самых распространенных в популяции.

Таким образом, изучая социальную тревожность различных групп пользователей сети интернет, мы сможем понять, действительно ли интернет в целом или какие-либо отдельные виды взаимодействия с ним связаны с нарушениями в социальной сфере, или, возможно, интернет положительно сказывается на социальной жизни пользователей. Лучше понять характер этой связи нам помогут дополнительные показатели, связываемые с проявлением высокой социальной тревожности — уровень одиночества и копинг-стратегии.


3. Практическая часть

3.1 Введение в практическую часть

Цель исследования: изучить проявления социальной тревожности и связанные с ней показатели у различных групп пользователей сети интернет

Данная цель конкретизируется в следующих задачах:

1.Установить связь между использованием предоставляемых Интернетом возможнстей и показателями социальной тревожности.

2.Проверить связь между такими показателями, как одиночество и копинг-стратегии и социальной тревожностью у пользователей сети Интернет.

3.Установить различия между представителями различных групп пользователей сети Интернет по проявлению показателей одиночества.

4.Установить связь между увлеченностью компьютерными играми, в том числе онлайн-играми, доступными через сеть Интернет, и показателями социальной тревожности.

Гипотезы исследования:

  1.  Уровень социальной тревожности выше среди игроков в онлайн-игры и ниже среди пользователей социальных сетей и блогов.
    1.  Высокие уровни социальной тревожности связаны с высокой степенью одиночества. Как следствие, уровень одиночества выше среди игроков в онлайн-игры и ниже среди пользователей социальных сетей и блогов.
    2.  Более высокие уровни социальной тревожности связаны с использованием менее конструктивных стратегий копинга и, как следствие, менее эффективным поведением в стрессовых ситуациях.
    3.  Увлеченность компьютерными играми является одной из причин повышения социальной тревожности. Чем больше игровой «стаж» игрока, тем выше уровень его социальной тревожности.

Далее опишем выборную совокупность и процедуру проведения исследования.

Испытуемые. К участию в исследовании были привлечены респонденты из трех различных групп.

Первую группу составили студенты математико-механического факультета УрГУ, изучающие курс «Сетевые технологии», магистранты  и преподаватели математико-механического факультета, а также сотрудники сектора Компьютерной Визуализации Института Математики и Механики УрО РАН. Данная группа представляла собой профессиональных пользователей интернета, поэтому в дальнейшем мы будем обозначать ее как «IT-специалисты».

Во вторую группу вошли игроки в одну из популярных онлайн-игр жанра MMORPG (SAMP Godfather Mod).  Эту группу мы будем обозначать «онлайн-игроки».

Третью группу составили пользователи наиболее популярной русскоязычной социальной сети «В Контакте» и нескольких популярных площадок для ведения блогов (онлайн-дневников). Для краткости мы обозначим эту группу «социальные сетевики».

Методы

Обследование проводилось с помощью тестового опроса в электронной форме.

На подготовительном этапе было проведено пилотажное очное исследование с помощью предварительной электронной версии опроса, в котором приняли участие 10 студентов математико-механического факультета, а также 6 пользователей социальной сети «В Контакте». В ходе этого исследования были выявлены нарекания к стимульному материалу, выяснены места, вызывающие затруднения и прочие аспекты проведения исследования. На основании этих данных был разработан окончательный вариант стимульного материала, включающий в себя все необходимые правки и комментарии к заполнению.

Прохождение опроса осуществлялось следующим образом: испытуемый с помощью веб-браузера заходил на страницу опроса в интернете. После чтения вводного текста он заполнял анкету (см. приложение 1), а после приступал к заполнению форм опросников. Вопросы были снабжены подсказками, в случае пропуска какого-либо из вопросов выводилось напоминание о необходимости ответа.

Всего использовалось пять методок: разработанный нами опросник «Виды активности в сети Интернет», переведенные нами с английского Liebowitz Social Anxiety Scale (LSAS, «Шкала социальной тревожности Либовица») [13] и University of California, Los Angeles Loneliness Scale («Шкала одиночества UCLA») а также опросник копинг-поведения в стрессовых ситуациях (Норманн С. и др., адаптированный вариант Т.А. Крюковой) [3] и предложенный в магистерской работе Г.С. Глудина опросник «Увлеченность компьютерными играми» [1]

Остановимся подробней на каждом из них в порядке предъявления испытуемым.

3.2 Описание методик исследования

Опросник «Виды активности в сети Интернет»

Этот опросник был сконструирован нами для выявления характера использования интернета за счет изучения частоты и важности для испытуемого различных популярных сервисов и видов активности. Всего на основании устного опроса и пилотажного исследования было отобрано 18 таких видов сетевой активности:

1. Чтение новостей
2. Профессиональная деятельность (поиск информации, общение с клиентами, разработка и администрирование сайтов и т. п.)
3. Учебная деятельность (подготовка к занятиям, поиск информации)
4. Чтение развлекательных и юмористических сайтов
5. Чтение онлайн-энциклопедий, тематических сайтов  в познавательных целях (по своим интересам, исключая профессиональную и учебную деятельность)
6. «Блуждание» по различным сайтам без особой цели
7. Переписка по электронной почте (за исключением писем по работе)
8. Общение с помощью мгновенных сообщений («аська», Jabber, Skype, IRC и т. п.)
9. Голосовое общение или видеозвонки (через Skype, SIP и т. п.)
10. Общение в чатах и видеочатах (Chatroulette и т. п.)
11. Общение на форумах и конференциях
12. Общение в социальных сетях («ВКонтакте», «Одноклассники», «Facebook» и т. п.)
13. Продажа, покупка или выбор товаров и услуг в личных целях
14. Прослушивание музыки
15. Просмотр фильмов
16. Просмотр видеороликов
17. Игра в онлайн-игры
18. Ведение дневника, блога, микроблога (ЖЖ, Twitter и т. п.)

По каждому из них испытуемым предлагалось ответить, насколько часто они занимаются этим видом деятельности, насколько он для них важен и наскольно трудно им было бы от него отказаться. Ответы давались испытуемыми по десятибальной шкале, где минимальные отметки означали:

Для частоты - «никогда не использую этот сервис или вид активности», для важности – «этот сервиса или вид активности для меня совершенно не важен», а для трудности отказаться – «мне будет крайне легко отказаться от этого сервиса или вида активности». Максимальные омтетки означали, соответственно «постоянно использую», «крайне важен» и «крайне трудно отказаться».

Дополнительно полученные значения суммировались по каждой из категорий (частота, важность, сложность отказаться), чтобы получить оценку частоты, важности и сложности отказаться от использования для сети Интернет в целом.

Текст опросника см. в приложении 1.

Liebowitz Social Anxiety Scale [13],[40]

Liebowitz Social Anxiety Scale (LSAS, «Шкала социальной тревожности Либовица») — это широко используемый инструмент для оценки страха перед определенными социальными ситуациями и их избегания. LSAS состоит из двух подшкал, которые измеряют степень затруднений при социальном взаимодействии и при выполнении определенных видов действий (например, прием пищи, разговор по телефону) на публике, в присутствии других людей. Респондентам предлагается дать оценку степени своего страха по шкале от 0 (отсутствует) до 3 (крайне сильный) и избегания по шкале от 0 (никогда) до 3 (обычно — в 67-100% случаев) в 24 предложенных ситуациях.

Основные психометрические данные были получены в ходе исследования выборки в 382 пациента с диагнозом «социофобия», которые участвовали в оценке результатов лечения. [35]. Результаты LSAS хорошо коррелируют с результатами других опросников на социальную тревожность и результатами клинических интервью, а также несколькими инструментами для самодиагностики.

Результаты LSAS хорошо коррелируют с результатами других опросников на социальную тревожность и результатами клинических интервью, а также несколькими инструментами для самодиагностики, что подвтерждает конвергентную валидность.[33] Также была продемонстрирована дискриминантная валидность: результаты LSAS лишь умеренно коррелирует с оценками депрессии.[35]

Существует версия опросника для самостоятельной оценки и электронный вариант этого опросника [30], именно он и был переведен нами на русский язык и адаптирован для проведения онлайн-исследования. Для удобства обработки был осуществлен переход от шкалы (0,1,2,3) к шкале (1,2,3,4). В дальнейшем все баллы будут приводиться для шкалы (1,2,3,4).

Испытуемым предлагается перечень ситуаций, относительно каждой из которых он должен ответить на два вопроса.

Первый вопрос: «Насколько тревожит или пугает вас такая ситуация?»

Второй вопрос: «Как часто вы избегаете подобную ситуацию?»

При обработке сначала вычисляются субшкалы

  •  «Страх социального взаимодействия» (сумма значений по шкале «Страх» в вопросах 5,7, 10-12, 15, 18, 19, 22-24) ,
  •  «Страх выполнения действий на публике» (сумма значений по шкале «Страх» в вопросах 1-4, 6, 8, 9, 13, 14, 16, 17, 20, 21),
  •  «Избегание социального взаимодействия» (сумма значений по шкале «Избегание» в вопросах 5,7, 10-12, 15, 18, 19, 22-24)  и
  •  «Избегание выполнения действий на публике» (сумма значений по шкале «Избегание» в вопросах 1-4, 6, 8, 9, 13, 14, 16, 17, 20, 21).

Затем производится вычисление значений шкал «Общий страх» и «Общее избегание» с помощью суммирования всех значений по шкале «Страх» и «Избегание» соответственно. Наконец, сумма показателей «Общий страх» и «Общее избегание» дает показатель «Социальная тревожность», также в некоторых источниках обозначаемый как «Степень социофобии». Для этого показателя предлагаются следующие уровни для шкалы (1,2,3,4). Описание уровней социофобии дается в таблице 1.

Текст опросника см. в приложении 2.

Таблица 1

Описание уровней социофобии

Баллы

Уровень социофобии

Описание уровня

Менее 103

-

Согласно опроснику не могут быть диагностированы как страдающие социальным тревожным расстройством (социофобией).

103-113

Умеренная   
социофобия

Результаты из этой группы в общем случае не говорят о социофобии как таковой, но свидетельствуют о затруднениях в каком-либо конкретном виде деятельности

114-128

Явная           
социофобия

При клиническом обследовании эту группу чаще всего попадают результаты пациентов, диагностированных негенерализованной формой социофобии

129-143

Сильная       
социофобия

Результат свидетельствует о наличии социофобии в генерализованной форме

Более 143

Очень сильная социофобия

Результат свидетельствует о наличии социофобии в генерализованной форме, оказывающей значительное негативное влияние на качество жизни индивида.

Копинг-поведение в стрессовых ситуациях[3]

Адаптированный вариант копинг-стрессового поведения включает перечень заданных реакций на стрессовые ситуации и нацелен на определение доминирующих копинг-стрессовых поведенческих стратегий. В данном варианте теста испытуемому предлагается 48 утверждений относительно способа совладания со стрессовой ситуацией (см. Приложение 4). От него требуется указать, насколько часто ему свойственная та или иная реакция по 5-бальной шкале (никогда/редко/иногда/часто/очень часто).

На основании вопросов выделяются следующие субшкалы:

  •  Шкала «решение задачи» связана с деятельностью человека, направленной на конкретные действия по преодолению возникшей ситуации.
  •  Шкала «эмоции» связана с изменением отношения к ситуации и возникновением различных эмоциональных состояний.
  •  Шкала «избегание» связана с переключением активности на те сферы, которые не связаны с проблемной ситуацией и помогают отвлечься.
  •  Шкала «отвлечение» связана с формами избегания как переключения на иные формы безличной деятельности.
  •  Шкала «социальное отвлечение» связано с формами избегания как переключения на общение с другими людьми.

Данная методика соответствует цели и задачам исследования и позволяет выявить копинг-стратегии и реакции респондентов на стрессовые ситуации. Текст методики см. в приложении 3.

Шкала одиночества UCLA [50]

Опросник UCLA (University of California, Los Angeles) Loneliness Scale был разработан Д.Расселом, Л.А. Пепло и М.Л. Фергюсон для быстрой и эффективной оценки субъективно воспринимаемого одиночества. Его валидность и надежность неоднократно проверялась, сам опросник претерпел несколько редакций. Для нашего исследования мы адаптировали 3ю редакцию UCLA Loneliness Scale. В этом опроснике 20 утвержений, каждое из которых оценивается по 4-бальной шкале, где 1 - «никогда», 2 - «редко», 3 - «часто», 4 - «всегда».

Текст методики см. в приложении 4.

Опросник увлеченности компьютерными играми [1]

Разработанный Г.С. Глудиным и Л.Г. Поповой опросник направлен на изучение уровня увлеченности компьютерными играми. Все вопросы, вошедшие в состав опросника, делятся на 6 блоков:

  1.  Оценка увлеченности компьютерными играми в данный момент (сколько времени уходит на игры);
  2.  Неодобрительное отношение окружающих (к увлеченности испытуемым КИ);
  3.  Степень ухода в виртуальную реальность;
  4.  Увлеченность игрой в ущерб прочей деятельности;
  5.  Контакты, общение:
    1.  Предпочтение игры реальному общению;
    2.  Зависимость круга общения от компьютерных игр.
  6.  Эмоции, связанные с игровой деятельностью:
    1.  Положительные эмоции (связанные с процессом игры);
    2.  Отрицательные эмоции (при отсутствии компьютерных игр).

Испытуемым предлагается по 5-бальной шкале оценить, насколько для них характерны приводимые в вопросах характеристики.

Исходя из задач исследования и обратной связи, полученной от испытуемых в ходе пилотажного исследования, мы внесли изменения в данный опросник. Изначально он состоял из 31 вопроса, из которых первые 26 являются основными и 5 последних – дополнительными. Оставшиеся 26 вопросов подразделяются на 6 блоков, названия которых перечислены выше. Последние вопросы используются как материал для дополнительного анализа и не включены в деление опросника на блоки. Ответ на каждый вопрос испытуемый оценивает по 5-балльной шкале и обводит соответствующую цифру. Опросник предъявлялся только тем испытуемым, которые играли в компьютерные игры.

Дополнительно после проведения пилотажного тестирования было принято решение исключить вопрос «Как много Ваших друзей играет в те же игры, что и Вы?», а вопрос «Когда Вы садитесь играть в компьютерные игры, сколько обычно времени в день у Вас на это уходит?» был перемещен в дополнительный блок.

Текст опросника приведен в приложении 5.


3.3 Обработка и интерпретация результатов

Общие и демографические характеристики выборки

Всего было собрано 51 результат в первой группе («IT-специалисты), 121 результат во второй («Онлайн-игроки») и 65 результатов в третьей. («Социальные сетевики»). В ходе обработки были отбракованы 9 результатов из первой группы, 67 из второй и 19 из третьей. Основной причиной отбраковки являлось неполное прохождение опроса, лишь во второй группе 5 ответов были отбракованы по причине некорректного заполнения. Таким образом, конечный объем выборок составил 41, 54 и 46 человека соответственно.

В результате было собрано 282 переменных, сгруппированных по 6 методикам. После подсчета результатов в соответствии с инструкцией к каждой из методик и объединения в шкалы и субшкалы, количество изучаемых параметров сократилось до 123.

На первом этапе обработки были проверены гипотезы о нормальности распределения параметров с помощью критерия Колмогорова-Смирнова. Поскольку подавляющее большинство величин имели распределение отличное от нормального по меньшей мере в одной из групп, было принято решение в дальнейшем использовать непараметрические методы.

Возрастной и гендерный состав групп

Возрастной состав групп приведен в таблице 2. Возрастные характеристики групп представлены графически на рис. 1-3. На фоне остальных групп значительно выделяется группа онлайн игроков, в которую вошли респонденты лишь подросткового и раннего юношеского возраста.  Стоит отметить, что, согласно критерию Колмогорова-Смирнова, группы «IT-специалистов» и «социальных сетевиков» имеют нормальное распределение с вероятностью ошибки менее 0.01, а вот группа «игроков»— нет. С помощью критерия Стьюдента и критерия Манна-Уитни было установлено, что статистически значимых различий в возрасте между «IT-специалистами» и «социальными сетевиками» нет. В то же время, согласно критерию Манна-Уитни, эти различия есть при сравнении групп «IT-специалистов» и «игроков», «социальных сетевиков» и «игроков». Как и предполагалось, возраст играет ключевую роль в увлечении компьютерными играми, поскольку среди игроков не оказалось никого старше 21 года, а основная масса укладывается в интервал 14-20 лет.

Таблица 2

Возрастной состав групп

IT-специалисты

Игроки

Социальные сетевики

Медиана, лет

24

16

26

Стандартное отклонение

7,082

1,853

6,807

Минимум, лет

16

13

15

Максимум, лет

60

21

46

 

Рисунок 1. Возрастные характеристики группы «IT-специалистов».

 

Рисунок 2. Возрастные характеристики группы игроков.

 

Рисунок 3. Возрастные характеристики группы «социальных сетевиков».

Гендерный состав групп приведен в таблице 3. Как видно из таблицы, гендерный состав групп заметно отличается. Особенно выделяется группа«игроков», в которой лишь 7,4% участников женского пола, что, опять же, связано со спецификой набора группы и, таким образом, отражает процент игроков женского пола в генеральной совокупности игроков.

Таблица 3

Гендерный состав групп

Группа

Количество, чел.

Процент

IT-специалисты

Жен.

17

41,5%

Муж.

24

58,5%

Игроки

Жен.

4

74,0%

Муж.

50

92,6%

Социальные
сетевики

Жен.

35

76,1%

Муж.

11

23,9%

Также в таблице 4 приводится количество участников, играющих в компьютерные игры. Стоит заметить, что в группе «игроков» все 100% участников — игроки, поскольку этот фактор был одним из критериев отбора.

Таблица 4

Состав группы по количеству игроков

Группа

Количество, чел.

Процент

IT

Играющие

32

78,0%

Не играющие

9

22,0%

Игроки

Играющие

54

100,0%

Не играющие

0

0,0%

Социальные сетевики

Играющие

25

54,3%

Не играющие

21

45,7%

Таблица 5 представляет собой таблицу сопряжения между указанным полом и ответом на вопрос «Играете ли вы в компьютерные игры?». Согласно этим данным, процент игроков женского пола несколько ниже, чем игроков мужского. Более того, в силу специфики конкретной онлайн-игры, в которую играли испытуемые из группы «игроков», в этой группе процент девушек наименьший. Таким образом, компьютерные игры по прежнему остаются скорее мужским видом развлечения.

Таблица 5

Соотношение между указанным полом и игрой в компьютерные игры

Группа

Пол

Играющие, чел. (%)

Не играющие, чел. (%)

IT

Жен.

11 (64,7%)

6 (35,3%)

Муж.

21(87,50%)

3 (12,5%)

Игроки

Жен.

4 (100,0%)

0 (0,00%)

Муж.

50 (100,0%)

0 (0,00%)

Социальные сетевики

Жен.

16 (45,7%)

19 (54,3%)

Муж.

9 (81,8%)

2 (18,2%)

Опросник социальной тревожности LSAS

Напомним, что, исходя из теоретических построений и результатов исследований сходной тематики, мы предполагаем, что в группе онлайн-игроков будет более высокий уровень социальной тревожности как одно из проявлений негативного влияния проблемного использования игр. В то же время группа пользователей социальных сетей предположительно продемонстрирует  более низкий уровень социальной тревожности, поскольку во-первых, сама по себе ситуация общения в социальных сетях предполагает стремление индивида к общению, а, во-вторых, общение в социальных сетях предполагает значительно более низкую степень анонимности и поэтому менее привлекательна для стеснительных людей.

Изучим сначала описательную статистику. В таблице 6 приведены среднее значение и стандартное отклонение получившегося распределения для совокупности из всех трех групп.

Таблица 6

Описательная статистика результатов опросника LSAS

Шкала

Средний балл

Стд. отклонение

1. Общий страх

43

12,1

а) Страх социального взаимодействия

20

6,5

б) Страх действий на публике

24

6,1

2. Общее избегание

45

11,4

а) Избегание социального взаимодействия

20

5,9

б) Избегание действий на публике

25

6,3

3. Общая социальная тревожность
(уровень социофобии)

89

21,6

Около 75% результатов расположены ниже границы для диагностирования какой бы то ни было степени социофобии. В целом уровни страха и уровни избегания находятся на достаточно близком уровне, равно как и значения по субшкалам, что говорит о хорошей согласованности опросника.

Проверим, какая доля респондентов удовлетворяет критериям для различных уровней социофобии. Для этого разделим все результаты на основании итогового балла по шкале «Общая социальная тревожность» на 5 групп согласно предложенным автором опросника уровням.  Напомним критерии и описания уровней: Группа 1 (менее 103 баллов) — люди, которые согласно опроснику не могут быть диагностированы как страдающие социальным тревожным расстройством (социофобией). В группу 2 (от 104 до 113 баллов) входят результаты, которые в общем случае не говорят о социофобии как таковой, но свидетельствуют о затруднениях в каком-либо конкретном виде деятельности (например, боязни публичных выступлений). В группу 3 в условиях клинической диагностики (от 114 до 128 баллов) чаще всего попадают лица с негенерализованной формой социофобии (т. е. фобии, связанные с конкретным видом деятельности). Наконец, принадлежность к группам 4 (от 129 до 143 баллов)  и 5 (более 143 баллов) свидетельствует о наличии социофобии в генерализованной форме, причем в группе 5 она оказывает значительное негативное влияние на качество жизни индивида.

Результаты разбиения по уровням тревожности, для «специалистов», «игроков» и «социальных сетевиков» приведены в таблицах 7-9, и отображены графически на рисунках 4-6. Результаты разделения на группы совокупности трех выборок представлены в таблице 10, и отображены графически на рисунке 7.

Таблица 7

Результаты разбиения группы «IT-специалистов» на подгруппы по шкале «Общая социальная тревожность»

Уровень социофобии

Количество, чел.

Процент

1 - менее 103 баллов

26

63,4

2 - от 104 до 113 баллов

8

19,5

3 - от 114 до 128 баллов

3

7,3

4 -  от 129 до 143 баллов

3

7,3

5 - более 143 баллов

1

2,4

Таблица 8

Результаты разбиения группы «игроков» на подгруппы по шкале «Общая социальная тревожность»

Уровень социофобии

Количество, чел.

Процент

1 - менее 103 баллов

41

75,9

2 - от 104 до 113 баллов

8

14,8

3 - от 114 до 128 баллов

4

7,4

4 -  от 129 до 143 баллов

1

1,9

5 - более 143 баллов

0

0

Таблица 9

Результаты разбиения группы IT-специалистов на подгруппы по шкале «Общая социальная тревожность»

Уровень социофобии

Количество, чел.

Процент

1 - менее 103 баллов

38

82,6

2 - от 104 до 113 баллов

0

0

3 - от 114 до 128 баллов

4

8,7

4 -  от 129 до 143 баллов

4

8,7

5 - более 143 баллов

0

0

Таблица 10

Результаты разбиения всей выборки на группы по шкале «Общая социальная тревожность»

Уровень социофобии

Количество, чел.

Процент от общего числа

1 - менее 103 баллов

105

74,5%

2 - от 104 до 113 баллов

16

11,3%

3 - от 114 до 128 баллов

11

7,8%

4 -  от 129 до 143 баллов

8

5,7%

5 - более 143 баллов

1

0,7%

По результатам опросника лишь 1 человек страдает серьезной формой социофобии, еще 8 человек могут быть диагностированы генерализованной формой социофобии, что в совокупности составляет 6,4% от выборки. Еще 7,8% находятся в группе с повышенным уровнем социальной тревожности, который может означать наличие негенерализованной формы расстройства, однако в этой группе простая сумма баллов не дает однозначного ответа на этот вопрос, поэтому сам автор методики рекомендует привлекать для диагностики дополнительные инструменты. В сумме эти три группы охватывают 14,2% респондентов, что достаточно близко (хотя и несколько выше) к оценкам распространенности социофобии в генеральной популяции. То есть интернет в целом практически не влияет на проявление социофобии.

Рисунок 4. Уровни социофобии группы «IT-специалистов»

Рисунок 5. Уровни социофобии группы «Игроков»

Рисунок 6. Уровни социофобии группы «Социальных сетевиков»

Рисунок 7. Количественное содержание испытуемых на различных уровнях социальной тревожности.

Теперь рассмотрим особенности проявления социофобии у различных групп пользователей сети интернет. Как уже упоминалось ранее, мы предполагаем, что среди игроков в онлайн-игры уровень социофобии будет в  выше среднего, а у пользователей социальных сетей — ниже среднего, а группе IT-специалистов уровень тревожности не будет значительно отличаться от среднего и будет зависеть преимущественно от личностных качеств.

Для того, чтобы проверить наши рассуждения, нам понадобится сравнить результаты по опроснику социальной тревожности различных групп для выявления статистически достоверных различий. Проверка распределения на нормальность с помощью критерия Колмогорова-Смирнова показывает, что, хотя в целом по выборке распределение является нормальным, распределения по отдельным группам не являются  нормальными с необходимым уровнем значимости. По этой причине для проверки достоверности различий воспользуемся непараметрическим критерием Краскела-Уоллеса. Результаты расчетов приведены в табл. 11.

Таблица 11

Результаты расчетов по критерию Краскела-Уоллеса

Общий страх

Страх социального
взаимодействия

Страх действий
на публике

Общее избегание

Избегание социального
взаимодействия

Избегание действий
на публике

Общая социальная
тревожность

Хи-квадрат

1,123

2,109

0,658

4,669

6,673

3,105

2,518

Вероятность ошибки (p)

0,570

0,348

0,720

0,097

0,036

0,212

0,284

Как видно из таблицы 11, статистически достоверные различия существуют лишь для субшкалы «Избегание социального взаимодействия». Оставльные шкалы и субшкалы  опросника социальной тревожности не проявили каких-либо статистически достоверных различий.

Уточним характер различий. Для этого более внимательно изучим показатели различных групп по шкале «Избегание социального взаимодействия», которые приведены в таблице 12.

Таблица 12

Описательная статистика шкалы “Избегание социального взаимодействия” у различных групп

Группа

Средний балл

Стд. отклонение

IT-специалисты

22,24

5,522

Игроки

20,09

5,925

Социальные сетевики

19,22

5,815

Обратим внимание на то, что в группе IT-специалистов выше среднее значение избегания социального взаимодействия и ниже стандартное отклонение. В то же время группы пользователей социальных сетей и игроков в онлайн-игры имеют близкие показатели среднего и стандартного отклонения.  Это означает, что на общем фоне выделяется группа IT-специалистов с более высоким уровнем избегания по этой субшкале, а оставшиеся две группы практически не различаются. Проверим это утверждение, попарно сравнивая группы с помощью критерия Манна-Уитни (см. табл. 13).

По критерию Манна-Уитни статистически достоверные различия по всем шкалам опросника социальной тревожности отсутствуют между группами онлайн-игроков и пользователей социальных сетей. Однако, группа IT-специалистов отличается от остальных этих групп по уровню избегания социального взаимодействия, разница с группой игроков достоверна для α=0,94 , а с группой пользователей социальных сетей — для α=0,988. Как следствие этого, наблюдается различие по уровню общего избегания.

Таблица 13

Сравнение показателей социальной тревожности попарно между экспериментальными группами

Общий страх

Страх социального
взаимодействия

Страх действий
на публике

Общее избегание

Избегание
социального
взаимодействия

Избегание действий
на публике

Общая социальная
тревожность

Сравнение выборки IT-специалистов и выборки онлайн-игроков

Вероятность ошибки p

0,718

0,372

0,952

0,095

0,060

0,123

0,307

Сравнение выборки IT-специалистов и выборки пользователей социальных сетей

Вероятность ошибки p

0,330

0,165

0,554

0,037

0,012

0,120

0,138

Сравнение выборки пользователей социальных сетей и выборки онлайн-игроков

Вероятность ошибки p

0,426

0,465

0,432

0,724

0,458

0,936

0,420

Отсутствие разницы между показателями социальной тревожности в группах онлайн-игроков и пользователей социальных сетей может говорить как об отсутствии различий во влиянии видов использования сети интернет на уровень социальной тревожности, так и о схожих паттернах его использования, поэтому для окончательного разрешения вопроса о существовании таких различий необходимо привлечь результаты методики «Виды активности в сети Интернет».

Особенность группы IT-специалистов, заключающаяся в большем, по сравнению с другими группами, уровнем избегания социального взаимодействия при равном уровне боязни этого взаимодействия означает, что представители этой группы просто не стремятся к такому взаимодействию, т. е. проявляют более высокую интроверсию. Этот факт вполне согласуется со спецификой профессиональной деятельности (взаимодействие «человек-машина» в противоположность профессиям группы «человек-человек»).

Резюмируя, мы можем сказать, что Интернет «в целом» не оказывает заметного влияния на уровень социальной тревожности. Куда более значимыми для социальной тревожности оказываются личностно-характерологические особенности человека.


3.4 Связь с другими методиками

Связь социальной тревожности и различных видов сетевой активности

Мы уже неоднократно упоминали неоднородность интернета и многообразие вариантов его использования. Связь различных интернет-сервисов с уровнем социальной тревожности была продемонстрирована экспериментально в результате нескольких исследований. Исходя из накопленных знаний, мы можем предположить, что общение через социальные сети и различные варианты общения с помощью голосовых звонков или текстовых чатов будут связаны с более низким уровнем социальной тревожности. В то же время такие возможности, как просмотр и скачивание фильмов или видеороликов, прослушивание музыки, бесцельное «блуждание» по страницам, онлайн-игры, а также более высокие совокупные показатели использования интернета будут связаны с более высокими уровнями социальной тревожности. Дополнительно мы попытаемся проверить предположение о схожих паттернах использования интернета в группе онлайн-игроков и группе пользователей социальных сетей и блогов.

Для того, чтобы подтвердить или опровергнуть наши предположения, посчитаем корреляции между данными, полученными с помощью опросника «Виды активности в сети Интернет» и с помощью опросника на социальную тревожность LSAS. Результаты расчетов корреляции значимых показателей опросника социальной тревожности и частоты использования трех основных вариантов сетевого общения (текстовый чат с помощью сервиса мгновенных сообщений, например ICQ; голосовые звонки с помощью IP-телефонии, например Skype; общение через социальные сети) приведены в таблице 14.

Таблица 14

Связь показателей опросника социальной тревожности и частоты использования трех основных вариантов сетевого общения

ICQ

Голосовые звонки

Социальные сети

Общий страх

-0,06

-0,12

-0,22

Страх социального взаимодействия

-0,01

-0,11

-0,25

Страх действий на публике

-0,11

-0,13

-0,17

Общее избегание

-0,16

-0,24

-0,10

Избегание социального взаимодействия

-0,11

-0,21

-0,15

Избегание действий на публике

-0,19

-0,23

-0,04

Общая социальная тревожность

-0,12

-0,19

-0,18

Таким образом, частота использования социальных сетей достоверно (для α=0,99) связана с более низким уровнем общего страха и боязни социального взаимодействия в частности, а также чуть менее достоверно (для α=0,95) со страхом действий на публике, избеганием социального взаимодействия и общим уровнем социальной тревожности. Частота использования интернет-телефонии также отрицательно коррелирует со шкалой общего избегания и обеими ее субшкалами (для  α=0,99) и общей социальной тревожностью (для α=0,95). Общение по ICQ отрицательно коррелирует лишь со шкалой общего избегания и субшкалой избегания действий на публике со значимостью  α=0,95. Остальные виды сервисов, равно как и суммарный балл по шкале частоты использования не проявляют статистически значимых корреляций.

Рассмотрим далее значимые корреляции между важностью используемых интернет-сервисов и показателей социальной тревожности. (Табл. 15) Важность использования социальных сетей отрицательно коррелирует со страхом социального взаимодействия и его избеганием (для  α=0,99), а также в меньшей степени с остальными шкалами и субшкалами опросника LSAS,  кроме субшкалы избегания выполнения действий на публике (для  α=0,95). Важность IP-телефонии отрицательно коррелирует со шкалой общего избегания, ее субшкалами, и общей социальной тревожностью (для  α=0,99), и в несколько меньшей степени со шкалой общего страха и ее субшкалами (для α=0,95). Одновременно с этим проявились (хотя и на уровне значимости α=0,95)  ожидаемые положительные корреляции уровня страха социальных ситуаций и важности прослушивания музыки, просмотра роликов и совершения покупок в интернете.

Таблица 15

Связь показателей опросника социальной тревожности и важности использования различных вариантов сетевых сервисов

Показатели LSAS\Виды активности

Звонки

Соц.сети

Покупки

Музыка

Ролики

Общий страх

-0,17

-0,19

0,15

0,11

0,16

Страх социального взаимодействия

-0,17

-0,20

0,14

0,17

0,18

Страх действий на публике

-0,14

-0,16

0,14

0,04

0,13

Общее избегание

-0,28

-0,16

0,10

0,03

0,05

Избегание социального взаимодействия

-0,28

-0,21

0,07

0,05

0,06

Избегание действий на публике

-0,25

-0,10

0,11

0,01

0,03

Общая социальная тревожность

-0,24

-0,19

0,13

0,08

0,12

Наконец, со шкалой общего страха и ее субшкалами коррелируют с уровнем значимости α=0,95 трудность отказаться от блуждания по сети, от ведения блога и от покупок в интернете, причем последняя коррелирует даже с более высоким (α=0,99) уровнем значимости, а также коррелирует с общим уровнем социальной тревожности. (табл. 16)

Таблица 16

Связь показателей опросника социальной тревожности и сложности отказаться от использования различных вариантов сетевого поведения или сетевых сервисов           

Показатели LSAS\Виды активности

блуждание

покупки

блоги

Общий страх

0,18

0,22

0,16

Страх социального взаимодействия

0,17

0,22

0,16

Страх действий на публике

0,17

0,19

0,14

Общее избегание

0,02

0,11

-0,01

Избегание социального взаимодействия

0,03

0,08

-0,03

Избегание действий на публике

0,02

0,12

0,02

Общая социальная тревожность

0,11

0,18

0,09

Таким образом, мы видим значимую корреляцию для α=0,99 между сложностью отказаться от совершения покупок через Интернет и такими показателями социальной тревожности, как общий страх и страх социального взаимодействия. Связь для уровня α=0,95 мы видим между сложностью отказаться от покупок через Интернет и страхом действий на публике, а также общим показателем социальной тревожности. По всей видимости, именно страх социального взаимодействия и действий на публике заставляет людей цепляться за электронные варианты совершения покупок, предпочитая их реальному магазину.

Также мы видим корреляцию для α=0,95 между сложностью отказаться от бесцельного блуждания по сайтам и страхом: общим страхом, страхом социального взаимодействия и страхом действий на публике. Та же закономерность прослеживается с трудностью отказаться от использования блогов. Возможно, страх социального взаимодействия и действий на публике в реальной жизни заставляет людей искать публику среди других пользователей Интернета и использовать блоги, а также беспорядочно просматривать различные страницы.

Интересно, что нет ни одной корреляции с избеганием, то есть пользователи Интернета не избегают социальной активности.

Дополнительно посмотрим различия по частоте использования и важности социальных сетей для представителей каждой трех групп. Для этого задействуем критерий Краскела-Уоллеса. Результаты вычислений приведены в таблице 17

Согласно критерию Краскела-Уоллеса достоверные различия в трех выборках отсутствуют, что подтверждает наше предположение: социальные сети настолько прочно вошли в нашу жизнь, что уровень их использования примерно одинаков среди всех пользователей сети Интернет.

Таблица 17

Критерий Краскела-Уоллеса: различия по частоте и важности использования социальных сетей у представителей трех экспериментальных групп

Частота: социальные сети

Важность: социальные сети

Хи-квадрат

0,902

2,710

Вероятность ошибки

0,637

0,258

Резюмируя, мы можем сказать, что использование таких средств коммуникации через интернет, как социальные сети и голосовое общение, действительно связано с более низкими уровнями социальной тревожности. Однако эта связь не является однонаправленной, поскольку, с одной стороны, пользователи, имеющие больше социальных связей вследствие меньшей социальной тревожности, будут чаще использовать социальные сети и звонки через интернет (например, чтобы общаться с бывшими одноклассниками); с другой стороны, как было установлено, подобное общение само по себе положительно влияет на пользователя, повышая его социальную самооценку, и, таким образом, снижая его социальную тревожность. В то же время идентифицированы сервисы, которые связаны с более высоким уровнем социальной тревожности, это, в первую очередь, покупки, совершаемые через Интернет и, в меньшей степени - блуждание по различным страницам. Наконец, оставшиеся виды сетевой активности, такие как профессиональная и учебная деятельность, чтение новостей и развлекательных сайтов и, что примечательно, онлайн-игры, не связаны с определенными уровнями социальной тревожности, точно так же, как и использование сети Интернет «в целом».

Отсутствие различий в уровнях социальной тревожности между группой онлайн-игроков и пользователей социальных сетей обусловлено тем, что одновременно частота и важность игры в онлайн-игры не связана с более высокими уровнями социальной тревожности, и отсутствуют различия в частоте использования и важности социальных сетей для респондентов всех трех групп.

Связь социальной тревожности и одиночества

Одиночество является одним из последствий высокой социальной тревожности, поэтому показатели по шкале одиночества служат косвенным подтверждением состоятельности показателей шкал социальной тревожности. Поэтому мы ожидаем, что корреляция между показателями всех шкал опросника LSAS и шкалой одиночества будет значимой, хотя и не слишком высокой (поскольку существуют другие причины одиночества, помимо социофобии). Подсчет показывает, что корреляции между шкалой одиночества и результатами опросника на социальную тревожность статистически значимы для (для  α=0,99) и находятся на ожидаемо высоком уровне. Корреляция одиночества и итогового балла по шкале «Общая социальная тревожность» равно 0,43.  Различия в среднем уровне одиночества в группе респондентов без с социофобии и в группе респондентов с каким-либо уровнем социофобии представлены на рис. 8.

Исходя из выдвинутой нами первоначально гипотезы, уровень одиночества должен быть выше в группе игроков в онлайн-игры и ниже в группе пользователей социальных сетей. Однако, учитывая отказ от аналогичной гипотезы для уровня социальной тревожности, мы можем ожидать, что эта гипотеза так же не подтвердится. В то же время, мы обнаружили значимые различия по уровню избегания в группе IT-специалистов. Можно предположить, что эти различия влекут за собой различия и в уровне одиночества. Для проверки этих рассуждений воспользуемся критерием Манна-Уитни для попарного сравнения выборок.  (см. таблицу 18)

Рисунок 8.  Сравнение средних уровней одиночества

(группа «А» - респонденты без социофобии, группа «Б» - респонденты с каким-либо уровнем социофобии)

Таблица 18

Корреляции между копинг-стратегиями и показателями социальной тревожности

Одиночество

Сравнение выборки IT-специалистов и выборки онлайн-игроков

Вероятность ошибки p

0,028

Сравнение выборки пользователей социальных сетей и выборки онлайн-игроков

Вероятность ошибки p

0,920

Сравнение выборки IT-специалистов и выборки пользователей социальных сетей

Вероятность ошибки p

0,044

Ситуация полностью аналогична ситуации с уровнем избегания: между группами игроков и пользователей социальных сетей достоверных различий нет, но зато достоверно выше уровень одиночества в группе IT-специалистов. Повторяя рассуждения для субшкалы «Избегание социальных ситуаций», это различие не связано с более высоким уровнем страха общения, поэтому более сильное одиночество в этой группе связано скорее с интроверсией.

Подводя итог, можно сказать, что одиночество служит достаточно надежным предиктором высокой социальной тревожности, являясь в первую очередь ее следствием. Поэтому в рамках нашего исследования уровни одиночества достаточно хорошо согласуются с уровнями тревожности, что и проявляется в отсутствии достоверных различий между группами игроков и пользователей социальных сетей, точно так же как отсутствуют эти различия для уровней социальной тревожности.

Связь социальной тревожности и копинг-стратегий

В рамках опросника на копинг-стратегии выделяются три основных стратегии: связанная с решением проблемы, связанная с изменением эмоционального состояние, и связанная с избеганием решения проблемы путем переключения на другой вид деятельности (безличностную либо общение). Социальная тревожность, как показывают исследования, связана с неконструктивными вариантами копинга. Таким образом, более высокие уровни социальной тревожности будут связаны с более низким предпочтением стратегии решения и более частым предпочтением стратегии, ориентированной на эмоции и избегание, за исключением избегание через общение (шкала «Социальное отвлечение»). Для проверки гипотезы вычислим корреляции между соответствующими шкалами. (см. таблицу 19)

Таблица 19

Корреляции между копинг-стратегиями и показателями социальной тревожности

Общий страх

Страх социального
взаимодействия

Страх действий
на публике

Общее избегание

Избегание
социального
взаимодействия

Избегание действий
на публике

Общая социальная
тревожность

Решение

-0,20 

-0,18

-0,20

-0,24

-0,28

-0,18

-0,24

Эмоции

0,32

0,31

0,29

0,23

0,19

0,25

0,30

Избегание

-0,15

-0,17

-0,12

-0,14

-0,16

-0,11

-0,16

Отвлечение

0,01

0,00

0,01

-0,01

-0,01

-0,01

0,00

Соц.отвлеч

-0,27

-0,29

-0,22

-0,24

-0,27

-0,18

-0,28

Действительно, стратегия решения отрицательно коррелирует со всеми шкалами и субшкалами, одновременно с этим с ними положительно коррелирует стратегия изменения эмоционального состояния. Зависимость между социальной тревожностью и отвлечением в безличностном варианте отсутствует, а отвлечение через общение по понятным причинам коррелирует отрицательно. Связь между социофобией и различными копинг-стратегиями отображена графически на рис. 9.

Рисунок 9. Связь социофобии и копинг-стратегий

(группа «А» - респонденты без социофобии, группа «Б» - респонденты с каким-либо уровнем социофобии)

Таким образом, высокие уровни социальной тревожности действительно связаны с менее эффективными стратегиями копинга в стрессовых ситуациях по варианту изменения эмоционального состояния.

Связь социальной тревожности и увлеченности компьютерными играми

Игры, в особенности онлайновые ролевые, часто ассоциируются с высоким уровнем увлечения («аддикции» в терминологии некоторых авторов), которая влечет за собой негативные последствия, в том числе нарушение социальной жизни. Мы уже рассматривали связь социальной тревожности и онлайн-игр. Хотя в теории такая связь предполагалась, на практике она отсутствовала. Сейчас мы рассмотрим предположение, что большая степень увлеченности играми и больший «игровой стаж» связаны с более высоким уровнем социальной тревожности, как следствием продолжительного влияния игр. Для этого посчитаем корреляцию шкал и субшкал опросника LSAS с суммарным баллом по опроснику «Увлеченность компьютерными играми», с оценкой количества проводимого за играми времени, а также с игровым стажем и этапом увлеченности играми. Результаты подсчетов приведены в таблице 20.

Как видно из таблицы, суммарный балл и проводимое за игрой время положительно коррелируют с общим страхом и страхом социального взаимодействия. С другой стороны, отсутствуют корреляции с игровым стажем и этапом увлеченности играми. Это опровергает предположение о том, что игры вызывают социальную тревожность, поскольку в противном слуаче было бы заметно влияние стажа игры.

Таблица 20

Связь результатов опросника «УКИ» с социальной тревожностью

Общий страх

Страх социального
взаимодействия

Страх действий
на публике

Общее избегание

Избегание
социального
взаимодействия

Избегание действий
на публике

Общая социальная
тревожность

Суммарный балл

0,32

0,30

0,29

0,11

0,13

0,08

0,23 

Время за игрой

0,21

0,24

0,15

0,11

0,17

0,03

0,17

Игровой стаж

-0,00

0,03

-0,03

-0,04

0,01

-0,08

-0,02

Этап увлеченности

0,02

-0,00

0,04

-0,01

-0,01

-0,01

0,01

Таким образом, увлеченность играми является не причиной а следствием высокой социальной тревожности. Учитывая тот факт, что опросник включает в себя не только онлайн, но и однопользовательские игры, а связь социальной тревожности и MMORPG не подтвердилась, мы приходим к выводу, что более высокий страх взаимодействия коррелирует именно с однопользовательской игрой. Это объясняется большей привлекательностью игр для тревожной личности.


3.6 Выводы

1. Социальные сети и некоторые другие формы общения онлайн действительно связаны с более низкими уровнями социальной тревожности. В то же время уровень социальной тревожности не связан с игрой в онлайн-игры и использованием интернета как такового. Уровень социальной тревожности у респондентов из всех трех выборок не различается, поскольку социальные сети пользуются одинаковой популярностью среди всех групп пользователей. Однако, респонденты из выборки «IT-специалистов» чаще прибегают к избеганию социального взаимодействия в силу личностных особенностей.

2. Высокие уровни социальной тревожности связаны с большей степенью одиночества. Различия между выборками «онлайн-игроков» и «социальных сетевиков» по уровню одиночества отсутствуют, в то время как «IT-специалисты» демонстрируют более высокий уровень одиночества, что связано с уже упомянутыми личностными особенностями.

3. Высокие уровни социальной тревожности связаны с менее конструктивными копинг-стратегиями. Респонденты с высокой социальной тревожностью реже предпринимают усилия по поиску решения и чаще направляют их на изменение своего эмоционального состояния.

4. Более высокая социальная тревожность связана с более высоким уровнем увлечения однопользовательскими компьютерными играми и большим количеством времени, проводимого за компьютером, но не связана с игровым «стажем» и игрой в онлайн-игры. Таким образом, социальная тревожность не является побочным эффектом от игр, а связь объясняется большей привлекательностью однопользовательских игр как вида развлечений для игроков с высокой социальной тревожностью.


4. Заключение

Современные информационные технологии все прочнее и прочнее входят в нашу жизнь. Интернет, ставший, без сомнения, одним из величайших достижений науки и техники в XX веке, продолжает расти быстрыми темпами. Все больше людей используют интернет для учебы и работы, общения и развлечений. Однако, в силу своей новизны, стремительности, с которой он приобрел популярность, и высокой изменчивости, Интернет остается достаточно мало изучен с психологической точки зрения, а исследования по этой тематике появляются медленнее, чем новые тенденции в самом Интернете. Например, социальные сети, имеющие на сегодняшний день колоссальную популярность, начали ее набирать лишь 6-7 лет назад, а в Россию пришли в 2006 году.

Вместе с тем, существуют и неоднократно высказывались в научных работах серьезные опасения по поводу возможного негативного влияния  сети интернет, компьютерных и видеоигр на пользователей. Некоторые исследователи даже стали рассматривать крайние проявления увлеченности работой в интернете и компьютерными играми как еще одну форму аддиктивного поведения. Часто в список негативных последствий использования интернета попадают изменения в социальной жизни: переход от общения с «реальными» людьми к общению с «интернет-друзьями», одиночество, стеснительность и более высокий уровень страха общения, социальная изоляция. При этом важно отметить, что многие исследователи не делают различия между разными интернет-сервисами, используя некий совокупный показатель «увлеченности» или «злоупотребления», что, на наш взгляд, не является правомерным. Это рождает предположение, что использование определенных возможностей интернета может быть причиной возникновения такого расстройства, как социофобия.

Социофобия характеризуется сильным страхом возникающим в связи с ситуациями общения и социального взаимодействия, выполнения определенных действий на публике, например страха выступлений перед аудиторией. Это одно из самых распространенных расстройств, встречающееся примерно у 13-15% населения.  Главным показателем, который определяет наличие социофобии, является социальная тревожность.

В нашей работе мы попытались оценить, насколько высокие степени социальной тревожности (т. е. социофобии) присущи различным группам пользователей сети интернет, и как социальная тревожность связана с другими часто приводимыми в ее контексте показателям, такими как одиночество и неконструктивные копинг-стратегии. Мы также рассмотрели вопрос о влиянии увлеченности самым «опасным», по мнению некоторых исследователей видом сетевой активности - онлайновыми компьютерными играми - на возникновение социальной тревожности.

Проведенное исследование дало ответы на все поставленные в ходе его разработки вопросы. Один их главных вопросов, которые мы ставили перед собой — действительно ли использование интернета связано с большей социальной тревожностью? На основании полученных данных мы можем дать следующий ответ. Интернет «в целом» не связан с социальной тревожностью и большей, чем в среднем по популяции, распространенностью социофобией. В то же время его использование, как мы и предполагали, может значительно различаться по качественным и количественным показателям, что позволяет выделить некоторые группы пользователей. Отдельные виды сетевого общения, такие как общение по «аське», звонки через интернет и общение посредством социальных сетей, связаны с более низкой боязнью и избеганием общения и социальной тревожностью. В то же время например пользователи, предпочитающие бесцельно «блуждать» по сайтам, или совершать в интернете покупки проявляют более высокую степень социальной тревожности. Однако большинство сервисов, в том числе новостные, информационные и развлекательные сайты, работа и учеба в интернете, а также онлайн-игры не связаны с изменением социальной тревожности ни в большую, ни в меньшую сторону.  

Здесь нужно сделать оговорку: хотя использование интернета в профессиональной деятельности не связано с какими либо особенностями, среди таких людей все же можно выделить одну особенную группу: это IT-специалисты, работа которых связана с самими сетями и компьютерными технологиями. Респонденты этой группы отличались повышенным избеганием ситуаций социального общения, в то же время не отличаясь от других пользователей по остальным показателям социальной тревожности, страха и избегания. Это говорит о сниженном стремления к общению, т. е. об интроверсии представителей группы IT-специалистов.

Говоря о причинах связи социальной тревожности с различными вариантами использования интернета, мы можем рассматривать два направления такой связи. Первое направление исходит из предположения, что использование интернета является причиной изменения социальной тревожности и формирования социофобии. Однако, например, с точки зрения когнитивного подхода к социальной тревожности, виртуальное общение не содержит многих провоцирующих страх факторов, поэтому не способно снизить социальную тревожность, а это противоречит нашим наблюдениям. Второе направление предполагает, что различия в уровнях социальной тревожности обуславливают разницу в предпочтениях. С этой точки зрения пользователи социальных сетей просто менее скованны в общении, более коммуникабельны, имеют больше друзей и знакомств. Наиболее конструктивным решением видится сочетание этих двух подходов. Конечно, выбор вида деятельности в интернете зависит в первую очередь от самого пользователя, но возможности по виртуальному общению, которые предоставляет интернет, настолько широки, что частое их использование может приводить к переносу общения в сеть. Это, конечно, добавляет пользователю психологического комфорта, однако скорее негативно сказывается на его социальной жизни вне сети.

Кроме этого, были изучены факторы, связываемые с высокой социальной тревожностью и социофобией, такие как одиночество и неконструктивные копинг-стратегии. Одиночество действительно достаточно сильно связано с высокой социальной тревожностью и социофобией, являясь в первую очередь ее следствием. Однако, важно помнить, что страх общения — не единственный фактор одиночества. Группа IT-специалистов показала более высокий уровень одиночества, не связанный с социальной тревожностью, однако связанный с избеганием социального взаимодействия. То есть, в данном случае, человек ощущает себя более одиноким, но это одиночество является «осознанным», связанным с меньшим стремлением общаться.

Связь социальной тревожности и копинг-стратегий также была изучена. Как и ожидалось, испытуемые с высокой социальной тревожностью в стрессовых ситуациях реже ориентируются на решение проблемы и чаще на изменение своего эмоционального состояния, по вполне очевидным причинам реже используется и отвлечение через общение. Учитывая, что изменение эмоционального состояния как стратегия является конструктивным только в том случае, если оно предшествует решению проблемы, мы можем заключить, что индивиды с социофобией менее эффективно справляются со стрессовыми ситуациями.

Наконец, чтобы разрешить вопрос о связи игр и социофобии, были дополнительно изучены связи между различными характеристиками игроков (такими, как степень увлеченности играми, количество времени, проводимого за игрой, и игровой «стаж») и уровнем социальной тревожности. В результате мы можем заключить, что, хотя игры и не являются причиной развития социофобии, индивиды с более высокой социальной тревожностью чаще и более увлеченно играют в однопользовательские компьютерные игры, однако не проявляют предпочтений в онлайн играх.

Подводя итог, мы можем сказать, что, с точки зрения проблемы социофобии, сеть Интернет не имеет однозначно негативного влияния. Хотя мы можем выделить группы пользователей, более склонные или менее склонные к проявлению социальной тревожности, использование интернета в данном случае выступает не столько причиной, сколько следствием следствием, инструментом удовлетворения психологических потребностей пользователей.


5. Список литературы

  1.  Глудин Г.С.Исследование личностных особенностей юношей и девушек, увлеченных различными жанрами компьютерных игр. Магистерская диссертация. Факультет психологии. УрГУ. 2010 г.
  2.  Клиническая психология. Словарь / под ред. Н. Д. Твороговой. — Москва: ПЕР СЭ, 2007. — 416 с. — (Психологический лексикон. Энциклопедический словарь в 6 томах / ред.-сост. Л. А. Карпенко; под общ. ред. А. В. Петровского)
  3.  Кулаков С.А. Практикум по клинической психологии и психотерапии подростков. – Спб.: Речь, 2004, с. 444-445.
  4.  Психологическое исследование мотивации пользователей интернета Арестова О.Н., Бабанин Л.Н., Войскунский А.Е. (МГУ им. М.В.Ломоносова) 2-ая Российская конференция по экологической психологии. Тезисы. (Москва, 12-14 апреля 2000 г.). М.: Экопсицентр РОСС. - С. 245-246.
  5.  Социальная сеть «Вконтакте»: о сайте [Электронный ресурс]. URL: http://vkontakte.ru/help.php?page=about. (дата обращения: 20.06.2011).
  6.  Социальная сеть «Одноклассники»: о сайте [Электронный ресурс]. URL: http://corp.mail.ru/communications/odnoklassniki. (дата обращения: 20.06.2011).
  7.  Социальная сеть «Фейсбук»: 41.6% of the US Population Has a Facebook Account - Social Media Today [Электронный ресурс]. URL: http://socialmediatoday.com/index.php?q=roywells1/158020/416-us-population-has-facebook-account. (дата обращения: 20.06.2011).
  8.  Социальная сеть «Фейсбук»: Facebook Marketing Statistics, Demographics, Reports, and News – CheckFacebook [Электронный ресурс]. URL: http://www.checkfacebook.com/. (дата обращения: 20.06.2011).
  9.  Социальная тревожность и студенческая дезадаптация.  В.В.Краснова, А.Б. Холмогорова Электронный журнал «Психологическая наука и образование» № 1. 2011г. URL: www.psyedu.ru
  10.  American Psychiatric Association (1994) «Diagnistic and statistical manual of mental disorders (4th ed.) Washington, DC
  11.  American Psychiatric Association (2000) «Diagnistic and statistical manual of mental disorders (4th ed. revision) Washington, DC
  12.  Antony MM, Barlow DH. «Emotion theory as a framework for explaining panic attacks and panic disorder.» In RM Rapee (Ed.), Current controversies in the anxiety disorders. New York. Guilford Press. 1996.
  13.  Antony M. M., Orsillo S. M., Roemer L. Practitioner's guide to empirically based measures of anxiety. Association for Advancement of Behavior Therapy
  14.  Beyond Self-Selection in Video Game Play: An Experimental Examination of the Consequences of Massively Multiplayer Online Role-Playing Game Play. Joshua M. Smyth. CyberPsychology & Behavior. October 2007, 10(5): 717-721.
  15.  Brenner V. Psychology of computer use. XLVII. Parameters  of Internet use, abuse, and addiction: the first 90 days of the  Internet Usage Survey. Psychological Reports 1997;  80:879–82.
  16.  Caplan SE. A social skill account of problematic Internet use. Journal of Communication 2005; 55:721–36
  17.  Caplan SE. Preference for online social interaction: a theory of problematic Internet use and psychosocial well-being. Communication Research 2003; 30:625–48.
  18.  Charlton, J.P.; Danforth, I.D.W. Distinguishing addiction and high engagement in the context of online game playing. University of Bolton, Department of Psychology and Life Sciences, Bolton, USA; Department of Psychology, Whitman College, Walla Walla, USA . Computers in Human Behavior
  19.  Chen, Hsiang; Rolf T. Wigand and Michael Nilan (2000), "Exploring Web users' optimal flow experiences", Information Technology 13 (4): 263–281
  20.  Chou C, Hsiao M. Internet addiction, usage, gratifications, and pleasure experience: the Taiwan college students’ case. Computers & Education 2000; 35:65–80
  21.  Clark, L. A., & Watson, D. (1991). Tripartite model of anxiety and depression: Psychometric evidence and taxonomic implications. Journal of Abnormal Psychology, 100, 316-336.
  22.  Cognitive processes in social phobia. Lusia Stopa and David M. Clark Behaviour Research and Therapy Volume 31, Issue 3, March 1993, Pages 255-267
  23.  Couper MP. Web surveys: a review of issues and approaches. Public Opinion Quarterly 2000; 64:464–94
  24.  Csikszentmihalyi, Mihaly (1998). Finding Flow: The Psychology of Engagement With Everyday Life.
  25.  Discrepancy between self- and observer ratings of performance in social phobics. Rapee, Ronald M.; Lim, Lina Journal of Abnormal Psychology, Vol 101(4), Nov 1992, 728-731
  26.  Distress, Coping, and Blogging: Comparing New Myspace Users by Their Intention to Blog. Baker James R.Moore Susan M.. CyberPsychology & Behavior. February 2008, 11(1): 81-85.
  27.  Engelberg E, Sjöberg L. Internet use, social skills, and adjustment. CyberPsychology & Behavior 2004; 7:41–7.
  28.  Entertainment Software Association. Essential Facts About the Computer and Video Game Industry. May 10, 2006. Available at: www.theesa.com/archives/files/Essential%20Facts%202006.pdf. Accessed March 21, 2007.
  29.  Friend Networking Sites and Their Relationship to Adolescents' Well-Being and Social Self-Esteem. Dr. Patti M. Valkenburg, Jochen Peter and Alexander P. Schouten. CyberPsychology & Behavior. October 2006, 9(5): 584-590
  30.  Fresco, D.M., The Liebowitz Social Anxiety Scale: A Comparison of the Psychometric Properties of Self-Report and Clinician-Administered Formats. Psychological Medicine, 2001, pp. 1025-1035.
  31.  Gentile, D., Saleem, M., & Anderson, C. (2007). Public Policy and the Effects of Media Violence on Children
  32.  Griffiths, M. D., Davies, M. N. O. Videogame Addiction: Does It Exist. In: Goldstein J., Raessens R., eds. Handbook of Computer Game Studies. (Boston: MIT Press, 2005.)
  33.  Greist, J., "The Clinical Interview," Social Phobia - Diagnosis, Assessment, and Treatment, The Guilford Press, 1995, pp. 185+.
  34.  Grohol JM. (2005) Internet addiction guide. Psych Central. [Электронный ресурс]. URL:   http://psychcentral.com/netaddiction. (дата обращения: 20.06.2011).
  35.  Heimburg, R. G. & Becker, R. E. (2002). Cognitive-Behavioral Group Therapy for Social Phobia. New York, NY: The Guilford Press.
  36.  In Defense of the Internet: The Relationship between Internet Communication and Depression, Loneliness, Self-Esteem, and Perceived Social Support. Lindsay H. Shaw and Larry M. Gant. CyberPsychology & Behavior. April 2002, 5(2): 157-171.
  37.  Internet Addiction in Students: A Cause of Concern. Kanwal Nalwa and Archana Preet Anand. CyberPsychology & Behavior. December 2003, 6(6): 653-656
  38.  Ko CH, Yen JY, Chen CC, Chen SH, Wu K, Yen CF. «Tridimensional personality of adolescents with internet addiction and substance use experience.» Canadian journal of psychiatry. 2006 Dec; 51(14):887-94.
  39.  Lang, P. J. 1971. Application of psychophysiological methods to the study of psychotherapy and behavior modification. In A. E. Bergin & S. L. Garfield Eds., Handbook of psychotherapy and behavior change pp. 75–124. New York: Wiley.
  40.  Liebowitz M.R., Michael R. Social phobia. Modern Problems of Pharmacopsychiatry, Vol 22, 1987, 141-173.
  41.  Mark D. Griffiths «Computer game playing and social skills: a pilot study» Aloma 2010 | 27 | 301-310 Revista de Psicologia, Ciències de l’Educació i de l’Esport
  42.  Mediated and Nonmediated Relationships of Personality Components to Loneliness. Monroe A. Bruch, Nadine G. Kaflowitz, Lesley Pearl Journal of Social and Clinical Psychology Volume: 6  Issue: 3-4 1988 Page(s): 346-355
  43.  Morahan-Martin J, Schumacher P. Incidence and correlates  of pathological Internet use among college students. Computers in Human Behavior 2000; 1:13–29.
  44.  Peukert P, Sieslack S, Barth G, Batra A. Internet- and computer game addiction: phenomenology, comorbidity, etiology, diagnostics and therapeutic implications for the addictives and their relatives. Psychiatr Prax. 2010 Jul;37(5):219-24. Epub 2010 Jul 1.
  45.  Phillips, C. A., Rolls, S. Rouse, A., Griffiths, M. D., Home Video Game Playing in Schoolchildren: A  Study of Incidence and Patterns of Play. Journal of Adolescence 18 (1995).
  46.  Psychopathology of social phobia: Effects of subtype and of avoidant personality disorder. Giao Q., Tran B.A. and Dianne L. Chambless Ph.D Journal of Anxiety Disorders Volume 9, Issue 6, November-December 1995, Pages 489-501
  47.  Relations Among Loneliness, Social Anxiety, and Problematic Internet Use. Dr. Scott E. Caplan. CyberPsychology & Behavior. April 2007, 10(2): 234-242.
  48.  Responses to Social Exclusion: Social Anxiety, Jealousy, Loneliness, Depression, and Low Self-Esteem. Mark R. Leary Journal of Social and Clinical Psychology Volume: 9 Issue: 2 1990 Page(s): 221-229
  49.  Ronald C. Kessler, Ph.D., Murray B. Stein, M.D., and Patricia Berglund, M.B.A. Social Phobia Subtypes in the National Comorbidity Survey. Am J Psychiatry 155:613-619, May 1998
  50.  Russell, D. W. (1996). UCLA Loneliness Scale (Version 3): Reliability, validity, and factor structure. Journal of Personality Assessment, 66, 20-40.
  51.  Shapira N.A., Lessig M.C., Goldsmith T.D., et al. Problematic Internet use: proposed classification and diagnostic criteria. Depression & Anxiety 2003; 4:207–16.
  52.  Shapira N., Goldsmith T., Keck Jr. P., et al. Psychiatric features of individuals with problematic Internet use. Journal of Affective Disorders 2000; 57:267–72.
  53.   Social anxiety and coping strategies in the eating disorders. Hendrik Hinrichsen, Fiona Wright, Glenn Waller and Caroline Meyer Eating Behaviors Volume 4, Issue 2, August 2003, Pages 117-126
  54.  Social anxiety and self-presentation: A conceptualization model. Schlenker, Barry R.; Leary, Mark R. Psychological Bulletin, Vol 92(3), Nov 1982, 641-669
  55.  Social anxiety and self-evaluation of interpersonal performance. Clark, Joanne V.; Arkowitz, Hal Psychological Reports, Vol 36(1), Feb 1975, 211-221.
  56.  Social anxiety disorder and the risk of depression: A prospective community study of adolescents and young adults. Stein, Murray B.; Fuetsch, Martina; Müller, Nina; Höfler, Michael; Lieb, Roselind; Wittchen, Hans-Ulrich  Archives of General Psychiatry, Vol 58(3), Mar 2001, 251-256
  57.  Specificity of social anxiety disorder as a risk factor for alcohol and cannabis dependence. J Buckner, N Schmidt, A Lang, J Small, R Schlauch, P Lewinsohn Journal of Psychiatric Research, Volume 42, Issue 3, Pages 230-239
  58.  Text or Talk? Social Anxiety, Loneliness, and Divergent Preferences for Cell Phone Use. Donna J. Reid and Fraser J.M. Reid. CyberPsychology & Behavior. June 2007, 10(3): 424-435
  59.  The Online Disinhibition Effect. John Suler. CyberPsychology & Behavior. June 2004, 7(3): 321-326.
  60.  William J. Magee, PhD; William W. Eaton, PhD; Hans-Ulrich Wittchen, PhD; Katherine A. McGonagle, PhD; Ronald C. Kessler, PhD  Agoraphobia, Simple Phobia, and Social Phobia in the National Comorbidity Survey Arch Gen Psychiatry. 1996;53(2):159-168.
  61.  Yee N. Ariadne – Understanding MMORPG addiction, 2002. Электронный ресурс: http://www.nickyee.com/hub/addiction/home.html.
  62.  Young KS. Internet addiction: symptoms, evaluation and treatment. Innovations in Clinical Practice: A Source Book. 1999; 17:19–31


 

А также другие работы, которые могут Вас заинтересовать

74120. Порядок хранения и получения информации из базы данных АСКУЭ Энергия+ 17.8 KB
  Для хранения информации в КТС Энергия используется SQLсервер. Хранимая в SQL инф подразделяется на две части: проектные данные содержащие описания состава и названий УСД электр счётчиков ед измерений и др параметры кот пользователь вводит при подготовке проектных Д в программе Редактор проекта . Эти Д формируются программой Ядро и при помощи программы Запись в базу помещаются в SQL. Для хранения и обработки указанной инф исп неск независ баз в SQL: проектная база eng6 используемая программой Редактор проекта для хранения всей...
74121. Структура и состав базового программного обеспечения АСКУЭ Энергия+ 21.72 KB
  Клиентская часть обеспечивает отображение пользователю Д, хранимых в серв части. Содержит разные приложения – потребители инф: разл документы, генераторы отчётов и т.п. С одной серв частью могут работать одна или более кл частей. При доступе к Д только через WEB-сервер на кл компе не требуется установка к-л программ – достаточно наличия WEB-браузера.
74122. SCADA – система TRACE MODE 45.95 KB
  SCD – система TRCE MODE. В 2005 г TRCE MODE – интегрированная SCD система для разработки АСУ ТП АСКУЭ и систем управления производством получила сертификат соответствия ГОСТ Р выданный ГОССТАНДАРТОМ России. По результатам испытаний в сертификационной лаборатории установлено соответствие интегрированной SCD TRCE MODE требованиям нормативных документов российских и международных стандартов. Это стало важным этапом в процессе повышения качества SCD системы TRCE MODE до уровня лучших мировых аналогов.
74123. Структура системы TRACE MODE 20.57 KB
  Монитор реального времени МРВ. Под управлением МРВ выполняются такие задачи как: запрос данных о состоянии технологического процесса с контроллеров нижнего уровня по любому из встроенных протоколов или через драйвер; передача на нижний уровень команд управления по любому из встроенных протоколов или через драйвер; обмен данными с платами УСО; сохранение данных в архивах; обмен по сети с удаленными МРВ; передача данных по сети на следующий уровень АСУ; обмен с базами данных через ODBC; представление оператору графической информации о...
74124. Автоматизированные информационные системы – общие понятия, структура 17.43 KB
  Автоматизированные информационные системы можно разделить на: Системы информационного обеспечения имеющие самостоятельное целевое назначение и область применения; Автоматизированные системы управления АСУ. Системы информационного обеспечения как правило содержат информационную базу используемую различными потребителями для удовлетворения информационных потребностей при принятии решений. Автоматизированные системы управления – человекомашинные системы обеспечивающие автоматический сбор и обработку информации с помощью различных...
74125. Программное обеспечение АСУ ТП. SCADA – системы 18.64 KB
  Программное обеспечение АСУ ТП принято делить на две категории: общее программное обеспечение включающее операционные системы SCDсистемы пакеты программ для программирования контроллеров компиляторы редакторы и т. К этой категории относятся программы для контроллеров реализующие определённые функциональные задачи обработки информации и управления; программы сгенерированные в среде SCDсистемы для визуализации. SCDсистемы супервизорное диспетчерское управление и получение данных – это программные продукты которые...
74126. Структура SCADA – систем 18.32 KB
  Специфика каждой конкретной системы управления определяется используемой на каждом уровне программно аппаратной платформой. Датчики поставляют информацию контроллерам которые могут выполнять следующие функции:с бор и обработка информации о параметрах технологического процесса; управление электроприводами и другими исполнительными механизмами; решение задач автоматического логического управления и др...