77662

Теория «трех штилей» в учении и поэзии М. В. Ломоносова

Реферат

Иностранные языки, филология и лингвистика

Актуальность настоящей работы определяется необходимостью проследить «связующую нить» между теоретическими взглядами на стилистическую дифференциацию единиц русского языка М. В. Ломоносова и их практическим воплощением в поэзии автора теории.

Русский

2015-02-04

134.5 KB

0 чел.

ГБОУ Гимназия №1505

«Московская городская педагогическая гимназия – лаборатория»

Реферат

по русскому языку

Теория "трех штилей" в учении и поэзии М. В. Ломоносова

Выполнила:

Папанкина Анастасия 9 «Б»

Научный руководитель:

кандидат филологических наук

Старикова И.Л.

Москва

2013 г


СОДЕРЖАНИЕ РЕФЕРАТА

Введение……………………………………………………………………………………3

Глава I. История создания теории «трёх штилей»………………...………………….….5

§1. Предпосылки создания теории «трёх штилей» М. В. Ломоносова.…….…....5

§2. Деятельность М. В.  Ломоносова в области упорядочения русского языка...8

§3. Задачи, стоявшие перед М. В. Ломоносовым, в области упорядочения стилистической системы  русского языка ……………………………………............10

Глава II. Теория «трёх штилей» М. В. Ломоносова……………………………......……13

§ 1. Основные положения теории «трёх штилей»…………………………….…...13

Заключение…………………………………………………………………………….…..20

Список использованной литературы………………………………………………….….22



Введение

Реферат посвящен рассмотрению теории  «трёх штилей» М.  В. Ломоносова, которая во многом упорядочила и осовременила состояние русского языка, сложившегося к XVIII веку, и послужила основой для создания национального русского языка.

Во введении к работе высказывается гипотеза исследования, основная и сопутствующие ей задачи, обозначаются поставленные цели для выполнения задач реферата.

В первой главе рассматриваются исследования ученых-лингвистов, посвященные историческим предпосылкам реформирования русского языка М. В. Ломоносовым.

Во второй главе рассматриваются научные исследования, раскрывающие особенности теории "трёх штилей" и её отражение не только в теоретических работах ученого, но и в произведениях Ломоносова (в примерах из стихотворений).

Работа содержит вывод.

Актуальность настоящей работы определяется необходимостью проследить «связующую нить» между теоретическими взглядами на стилистическую дифференциацию единиц русского языка  М. В. Ломоносова и их практическим воплощением в поэзии автора теории.

Рабочей гипотезой настоящего исследования является положение о том, что теория «трёх штилей» явилась шагом вперед в развитии русского национального языка, подняла его престиж как внутри России, так и за рубежом. Кроме того, одним из предположений является то, что теория «трёх штилей» носила рекомендательно-практический характер, которого придерживался и сам ее автор.

Теоритическую основу данного реферата составили работы Л. В. Щербы, К. А. Войловой и В. В. Леденёвой, Е. А. Цыпанова, касающиеся истории русского литературного языка; В. В. Виноградова, Г. О. Винокура, Л. А. Трахтенберга, Е. В. Мешчерского, Е. Г. Ковалевской, а также работы зарубежных исследователей научного творчества М. В. Ломоносова, таких, как П. Филкова и А. Градинарова (Болгария), освещающие вопросы свойств и особенностей каждого из трёх стилей,

Целью данного реферата является выявление элементов теории «трёх штилей» в поэзии М. В. Ломоносова и оценка её значимости для русского языка.

В соответствии с поставленной целью в ходе написания реферата решался круг конкретных основных задач:

  1.  Выявление особенностей языковой ситуации в России ломоносовской эпохи;
  2.  Определение причин, побудивших М. В. Ломоносова, обратиться к кодификации элементов общенационального русского языка;
  3.  Выявление основополагающих идей М. В. Ломоносова относительно родного языка;
  4.  Изучение теории «трёх штилей» с позиции языковых особенностей и их отражении в творчестве М. В. Ломоносова.

Объектом исследования являются работы М. В. Ломоносова, касающиеся вопросов русского языка, исследования отечественных и зарубежных учёных, а также поэтические произведения М. В. Ломоносова.

Предметом исследования является выявление:

а) языковой ситуации, определяемой исторической и культурной составляющими необходимости реформирования русского языка периода М. В. Ломоносова;

б) особенностей теории "трех штилей";

в) соблюдения правил теории «трёх штилей» в произведениях М. В. Ломоносова (на материале образцов ломоносовской поэзии).

Теоретическая новизна данной работы заключается в выявлении особенностей соотношения требований теории «трёх штилей» М. В. Ломоносова и их воплощения в поэтических произведениях ученого.

Практическая ценность работы определяется возможностью использования настоящего реферата учителями и учащимися при подготовке к урокам русского языка и литературы, словесности.


Глава I. ИСТОРИЯ СОЗДАНИЯ ТЕОРИИ «ТРЁХ ШТИЛЕЙ»

§ 1. Предпосылки создания теории «трёх штилей» М. В. Ломоносова

Теория "трех штилей" М. В. Ломоносова была подготовлена объективной языковой ситуацией в России.

Так, Л. В. Щерба, говоря о языковой ситуации в России до XVI века, констатирует прежде всего исторически сложившееся свойство русского языка - не чуждаться никаких иностранных заимствований, если только они идут на пользу дела. Академик отмечает, что в этот период русский язык «усвоил себе через посредство средневекового международного языка Восточной Европы - восточной латыни, или церковнославянскго, - целый арсенал отвлеченных понятий, полученных от греков. <...> Будучи, в противоположность настоящей латыни, в общем понятен всякому русскому человеку, так называемый церковнославянский язык обогатил русский не только багажом отвлеченных понятий и слов, но и бесконечными дублетами, которые сразу создали в русском языке сложную систему синонимических средств выражения: он всему делу голова и он глава этого дела; в результате переворота горожане превратились в граждан; разница в годах заставила их жить розно; рожать детей - рождать высокие мысли и т. п.» [Щерба, с. 119 - 120].

Таким образом, в России периода М. В. Ломоносова российская элита уже семь веков была двуязычна, вернее, диглоссна. При этом под диглоссией понимается особый вид культурного двуязычия, когда одновременно функционируют два языка, но в разных сферах общественной жизни. В России этими языками были церковнославянский и русский  [Цыпанов, с. 103]. Церковнославянский язык (по происхождению старославянский) обладал, по утверждению ученого, статусом престижного, имел книжно-письменные традиции и употреблялся в «высоких» (небытовых) сферах: в церковных службах,  государственных документах, образовании, науке. Русский же язык (по происхождению восточнославянский) имел статус непрестижного языка и использовался главным образом в повседневном,  бытовом общении, фольклоре, низких письменных жанрах: объявлениях, частных договорах, записках [Цыпанов, с. 105 - 107].

Рассматривая вопрос о расслоении русского языка, исследователи истории русского литературного языка К. А. Войлова и В. В. Леденева отмечают, что разговорный русский язык практически не имел никакого официального статуса, не преподавался в школах и квалифицировался как язык низкого сословия, слуг. Считалось, что исконно русский язык не может передать всех оттенков чувств и тонкостей понятий. Кроме того, русский язык считался «неподходящим» для выражений понятий науки и культуры, на нём, по языковой традиции того времени, нельзя было читать лекции в академических вузах. Элита считала русский язык мужицко-купеческим, неотесанным, грубым и невыразительным. Бытовало мнение, что в России разговаривать надо по-русски, а писать – по-словенски. [Войлова, Леденева, с. 223]

Итак, следует отметить, что письменный язык той эпохи представлял собой своеобразное смешение элементов из церковнославянских, простонародных, диалектных элементов, вульгаризмов, архаизмов; научная же и специальная терминология практически отсутствовала [Цыпанов, с. 103] .

В Петровскую эпоху языковая ситуация еще более усложнилась: образованные представители элиты стали многоязычными. Через открытое Петром I «окно в Европу» быстро распространилось знание иностранных языков: немецкого, французского, голландского. Как писал в критической статье А. С. Пушкин: «В царствование Петра I начал он [язык — А. П.] приметно искажаться от необходимого введения голландских, немецких и французских слов. Сия мода распространяла свое влияние и на писателей, в то время покровительствуемых государями и вельможами; к счастию, явился Ломоносов» [Пушкин, с. 21].

Академик Л. В Щерба отмечал: «Позднее, с XVI в., начинается влияние западных языков - латинского, немецкого, французского и, меньше, английского, голландского, итальянского, давших русскому языку всю массу интернациональных слов и богатую научную и техническую терминологию. XVIII в. протекает под знаком влияния французского языка, который формирует значение многих русских слов и оборотов. Нельзя не упомянуть и восточных языковых влияний, идущих, по-видимому, особенно из Средней Азии, бывшей в свое время передовой культурной страной» [Щерба, с. 124]. Следствием этого обильного и бессистемного распространения заимствований из западноевропейских языков явился тот факт, что образованные круги стали переходить в общении на нерусские языки, что отмечается затем как обычное явление вплоть до середины XIX в.

В то же время авторитет разговорного русского языка по-прежнему оставался очень низким (к примеру, Татьяна Ларина пишет письмо Евгению Онегину по-французски). «При отрыве от культуры средневековья естественно было излишнее увлечение европеизмом. Польские, французские, немецкие, голландские, итальянские слова казались тогда многим более подходящим средством выражения нового европейского склада чувств, представлений и социальных отношений», - писал академик В. В. Виноградов [Виноградов, с. 97].

Такую же точку зрения высказывают и К. А. Войлова и В. В. Леденева. Кроме того, они выявляют ряд причин, послуживших отправной точкой для создания стилистической теории  М. В. Ломоносова. Так, начиная с эпохи Петра I и до  середины XVIII в. русский язык претерпел серьезные изменения, что было связано с процессами активной европеизации России. Характерным признаком языка этого периода явилась неупорядоченность в использовании бытующих языковых средств, что выражалось в следующих фактах: язык ведущего, дворянского сословия отличался относительным забвением церковнославянских и исконно русских слов; активным введением в употребление иностранных слов в письменную и устную формы русского языка.

По мнению исследователей, эпоха Ломоносова в истории русского языка была отмечена активной сменой исконно употребляемых на русской почве языковых средств на латинизированные (европейские) языковые конструкции [Войлова, Леденева, с. 222].

Таким образом, в ломоносовскую эпоху в России произошло своеобразное языковое размежевание: каждый общественный класс использовал «свой» язык, что не могло не сказаться на языковой ситуации страны в целом. Более наглядно и обобщенно языковую ситуацию в России эпохи М. В. Ломоносова можно представить схематически (Схема 1).

Схема 1

                  

                                            

                                

           

                                            

                                

Подобная «изоляция» языковых пластов на территории России, их незначительное, минимальное неорганизованное пересечение и, по меткому замечанию В. В. Виноградова, «хаос стилистического разноязычия» определили первоочередную, насущную задачу, стоящую перед русской наукой и культурой того времени - решение вопросов упорядочения всех пластов русского языка, своеобразного "возвышения" родного языка и создания определенного  свода правил общенационального русского языка с устной и письменной формами бытования, разграничение функциональных стилей. [Виноградов, с. 101]

§ 2. Деятельность М. В.  Ломоносова в области упорядочения русского языка

Основы нормализации общенационального русского языка были заложены великим русским ученым и поэтом М. В. Ломоносовым. Исследуя причины языковой реформы реформы XVIII в., В. В. Виноградов указывает, что предпосылки, которыми руководствовался М. В. Ломоносов, сводились к трем основным положениям:

  1.  констатация нецелесообразности и сужения использования церковнославянского языка;
  2.  доказательство того, что живые элементы церковнославянского языка следует искать в обществе, бытовой практике религиозного культа;
  3.  утверждение того, что существенной частью структуры литературного языка являются формы народной речи и смешение русизмов с церковнославянизмами обусловливают соотношение и состав разных жанров литературы [Виноградов, с. 103].

В. В. Виноградов пишет, что Ломоносов решил объединить в понятии "российского языка" все разновидности русской речи — литературный язык, приказный язык, живую устную речь с ее областными вариациями, стили народной поэзии - и признать формы российского языка конструктивной основой литературного языка [Виноградов, там же]. Таким образом, программа М. В. Ломоносова была направлена на объединение русского литературного (книжного) и русского разговорного языка.

Первоочередной задачей реформы Ломоносова была концентрация живых национальных сил русского литературного языка, а также создание общенационального русского языка с устной и письменной формами бытования, с функциональными стилями, основывающимися на форме и содержании русской основы [Успенский, с. 140].

Для решения поставленных задач перед М. В. Ломоносовым стояла цель изучить прежде всего строй современного ему русского языка во всех его проявлениях. Русский язык как объект реформации, систематизации и кодификации М. В. Ломоносов представлял в своих сочинениях: научных трудах, публичных лекциях, трактатах и стихотворениях.

Результатом научных исследований ученого явился ряд языковедческих работ («Краткое руководство к риторике» (1743); «Риторика» (1748); «Российская грамматика» (1755)). М. В. Ломоносов волевым методом ввел в Академию наук актуальнейшее тогда филологическое направление, изучение русского языка и составление современных словарей. Главный труд его как лингвиста – составленная им «Российская грамматика» - явился первой полной научной нормативной грамматикой русского языка, заложившей основы современного русского языка. М. В. Ломоносов своей «Российской грамматикой» ясно определил основы и нормы языка – звукового состава и произношения, правописания и, самое главное, грамматики (учение о частях речи). В этом труде М. В. Ломоносов узаконил статус «простого российского языка» и установил полную самостоятельность его от церковнославянского [Цыпанов, с. 104].

§ 3. Задачи, стоявшие перед М.В Ломоносовым, в области упорядочения стилистической системы  русского языка

Программа кодифицирования средств русского языка, его различных пластов, начатая М. В. Ломоносовым, требовала и дальнейшего совершенствования, то есть выхода за пределы грамматики, и разработки системы стилей русского языка.  Отправным пунктом развития русского общенационального языка в первой половине XVIII в. было скрещение двух исконных начал русского письменного слова — книжного и обиходного, своеобразно осуществлявшееся в различных отделах послепетровской русской письменности, в том числе и в художественной литературе [Винокур, с. 138].  

Однако для создания стройной системы стилей, отмечают К. А. Войлова и В. В. Леденева, Ломоносову было необходимо дать ответы на некоторые вопросы, а именно:

  1.  Что должно составлять основу русского литературного языка?
  2.  Какой должна быть норма русского литературного языка?
  3.  В каких отношениях находятся русский и церковно-славянский («славенский») языки?
  4.  Какие единицы церковно-славянского языка следует использовать в русском литературном языке?
  5.  Какими должны быть нормы использования языковых единиц в разных жанрах литературы?
  6.  Какое место в русском языке должно отводиться заимствованиям?
  7.  Как сочетать законы лингвистики и стилистическое употребление языковых единиц? [Войлова, Леденева, с. 223].

Размышления над поставленными вопросами привели М. В. Ломоносова к определенным выводам. Создавая теорию «трёх штилей», ученый в своих работах ориентировался на три положения:

а) чужестранные научные слова и термины надо переводить на русский язык;

б) оставлять непереведенными слова лишь в случае невозможности подыскать вполне равнозначное русское слово или когда иностранное слово получило всеобщее  распространение;

в) в последнем случае придавать иностранному слову форму, наиболее сродную русскому  языку [Виноградов, с. 112]

В. В. Виноградов пишет: «Ломоносов точно и ясно ориентируется в современном ему хаосе стилистического разноязычия. Он призывает к «рассудительному употреблению чисто российского языка», обогащенному культурными ценностями и выразительными средствами языка славяно-русского и к ограничению заимствований из чужих языков. От степени участия славянизмов зависит различие стилей русского литературного языка (высокого, посредственного и низкого). Ломоносов высоко оценивает семантику славяно-русского языка и свойственные ему приемы красноречия. Кроме того, из славянского языка вошло в русскую литературную речь "множество речений и выражений разума". С ним связан язык науки. Отказ от славянизмов был бы отказом от нескольких столетий русской культуры. Однако Ломоносов предписывает «убегать старых и неупотребительных славенских речений, которых народ не разумеет». Таким образом, славяно-русский язык впервые рассматривается не как особая самостоятельная система литературного выражения, а как арсенал стилистических и выразительных средств, придающих образность, величие, торжественность и глубокомыслие русскому языку» [Виноградов, с. 104].

Похожую точку зрения высказывает и Г. О. Винокур, говоря о том, что «Ломоносов лучше других деятелей этого времени понял, каким путем объективно совершается развитие русской литературной речи, и именно он сделал прочным приобретением русского культурного сознания взгляд на русский литературный язык как на результат скрещения начал «славенского» и «российского». В его учении о русском литературном языке главное значение, несомненно, должно быть придано указаниям на «славено-российский» элемент, состоящий из таких фактов языка, которые «употребительны в обоих наречиях», то есть и в обычном русском языке, и в языке церковных книг. К этому «славено-российскому» ядру, в зависимости от литературных условий и художественных целей, добавляются то собственно «славенские» материалы, если только они «россиянам вразумительны» и «не весьма обветшали», то собственно «российские», «которых нет в славенском диалекте» [Винокур, с. 138]. 


Глава II. ТЕОРИЯ "ТРЁХ ШТИЛЕЙ" М. В. ЛОМОНОСОВА

§ 1. Основные положения теории «трёх штилей»

Наиболее ёмко и отчётливо идеи М. В. Ломоносова, являющиеся сущностью его стилистической теории, которую исследователи обычно называют “теорией трех штилей”, изложены и разъяснены в “Рассуждении (предисловии) о пользе книг церковных в Российском языке” (1757 г.).

В своих изысканиях  М. В. Ломоносов "жёстко" ограничивает роль церковнославянизмов в русском литературном языке, отводя им лишь точно определенные стилистические функции и тем самым открывая простор использованию в русском языке слов и форм, характерных народной, бытовой речи [Мешчерский, глава 11]

М. В. Ломоносов начинает описание стилистической системы русского языка с классификации слов в зависимости от принадлежности последних к церковнославянскому и русскому языку. Так, ученый выделяет три группы лексических единиц:

1) общие для церковнославянского и русского языков;

2) характерные только для церковнославянского языка;

3) характерные только для русского языка.

Специфика каждого штиля определяется не употреблением слов какой-то одной группы, а использованием определенных сочетаний слов разных групп. Устаревшие церковнославянизмы из-за их неясности и просторечные русские слова из-за их стилистической неуместности М. В. Ломоносов употреблять не рекомендует [Трахтенберг, с. 4]

По Ломоносову, “высота” и “низость” литературного слога прямо пропорционально зависят от его связи с элементами церковнославянского языка, которые сходятся в пределах “высокого слога”. Литературный язык, по мнению Ломоносова, “через употребление книг церковных по приличности имеет разные степени: высокий, посредственный и низкий”. К каждому из названных “трех штилей” Ломоносов относит виды и роды литературы (Схема 2).

Схема 21

Высокий штиль складывается из слов общих как для церковнославянского, так и для русского языков, и из слов церковнославянских, “понятных русским грамотным людям”.  В высоком штиле могут употребляются только те слова, которые есть в «славенском» языке. Этим штилем следует пользоваться в одах, героических поэмах, философских речах о “важных материях” [Мешчерский, глава 11]

Для каждого стиля характерны свои структурные особенности. Исследователи К. А. Войлова, В. В. Леденёва, Е. Г. Ковалевская выделяют нормативы для высокого стиля.

В фонетико-лексической системе:

Высокий стиль обязует употреблять слова с неполногласными сочетаниями (вран, сребро, класы), с начальными сочетаниями ра-, ла- (в расселинах, равный), с начальными буквами е, ю (еленей, едина, юношей), с фонемами <жд> <щ> (услаждаюсь, провождали, зиждитель, отвращает, хощет). Звук ['э] сохраняется в позиции после мягкого согласного, перед твердым согласным, под ударением (укрепл[э]нна, дерзн[э]т, жив[э]т) [Войлова, Леденева, с. 232-233]. (Ср: «Вотще твой хитрый был совет: // Россию сам Господь блюдет». Ломоносов М. В. Ода на прибытие Ея Величества великия Государыни Императрицы Елисаветы Петровны из Москвы в Санктпетербург 1742 года по коронации).


В фонетической системе также прослеживается особое ударение, противостоящее ударению в тех же словах низкого стиля. Характерным для высокого стиля было произношение звука [г] как фрикативного — среднего звука между [г] и [х]  [Ковалевская, с. 135]. (Ср: «...гордый исторгая дух; // Там тысящи валятся вдруг». Ломоносов М. В. Ода на прибытие Ея Величества великия Государыни Императрицы Елисаветы Петровны из Москвы в Санктпетербург 1742 года по коронации).

В морфологии:

1) окончания существительных мужского рода в форме единственного числа родительного падежа –а (взгляда, флота, часа); существительного женского рода в форме единственного числа предложного падежа –и (по земли, в пустыни);

2) окончания прилагательных в форме  мужского рода единственного числа именительного падежа –ый (ужасный, прекрасный), а родительного падежа –аго (святаго), в форме женского роды единственного числа родительного падежа –ия/-ыя (прежния, истинныя), в формах множественного числа именительного и винительного падежей –ия/-ыя (бегущия богыни, на все земныя красоты).

В синтаксисе нормативными являются усечённые формы прилагательных в качестве согласованных определений (божественны науки, северна страна, в небесну дверь, чрез яры волны), причастные обороты, инверсивные конструкции (главу, победами венчанну).

Блаженство сел, градов ограда,                       

Коль ты полезна и красна!

Вокруг тебя цветы пестреют

И класы на полях желтеют;

<…>

В безмолвии внимай, вселенна:

Се хощет лира восхищенна

Гласить велики имена.

М. В. Ломоносов. Ода на день восшествия

на Всероссийский престол

Её Величества Государыни

Императрицы Елизаветы Петровны

В среднем штиле происходило совмещение церковно-славянских и народно-разговорных элементов. Средний штиль вбирает в себя единицы языка одновременно из высокого и из низкого штиля, книжные слова и разговорные. Он включает в себя такие жанры, как стихотворные послания, эклоги,  элегии, сатиры, историографию и философию.

Поскольку составляющие среднего штиля непостоянны, учёным не всегда удаётся чётко определить его фонетические и морфологические границы, однако в процессе исследования Е. Г. Ковалевская выявила лексические стилеобразующие особенности среднего штиля:

1) К лексике среднего штиля принято относить слова, более употребительные в российском языке, а также допускается принятие некоторых церковнославянских слов, но с осторожностью. Широко употребительны слова, используемые в научных и публицистических сочинениях второй половины XVIII в.

2) Лексика среднего штиля имеет «просветительский характер» и часто отражается в репликах комедийных героев-резонёров. Данная лексика передавала темы XVIII в., касающиеся политики, государства, просвещения, морали, например: благодеяние, благонравный, добродетель, истина, сограждане, человеколюбивый и другие.

3) К лексике среднего штиля также относятся слова, описывающие эмоции и чувства, т.е: любовь, блаженство, смятение, холодность.

Синтаксическая структура текстов среднего штиля чаще всего не отличается от текстов низкого штиля, так как тексты среднего штиля отражают бытовые ситуации, разговорную речь. Часто используются сложноподчинённые предложения [Ковалевская, с. 134-136]

Кузнечик дорогой, коль много ты блажен,

Коль больше пред людьми ты счастьем одарен!

<…>

Но в самой истине ты перед нами царь;

Ты ангел во плоти, иль, лучше, ты бесплотен!

Ты скачешь и поешь, свободен, беззаботен

<…>

М. В. Ломоносов. Кузнечик дорогой…

Болгарские учёные А. Градинарова и П. Филкова выделяют литературные произведения, в которых употребляется низкий штиль: увеселительные эпиграммы, комедии, песни, дружеские письма. [Филкова, Градинарова, с. 13]. Основу низкого штиля составляют общеупотребительные, простонародные слова, что целиком исключает использование церковнославянизмов. Низкий штиль также принимает речения, которые отсутствуют в славянском диалекте. Интересна особая оговорка о простонародных словах низкого штиля профессора МГУ им. М. В. Ломоносова Л. А. Трахтенберга:  «...чем резче стилистический эффект, который они могут произвести, тем более строгими правилами должна быть определена возможность их употребления» [Трахтенберг, с. 5-6]

В своих исследованиях К. А. Войлова, В. В. Леденёва и Е. Г. Ковалевская выявили нормы низкого штиля:

Морфологические:

1) у прилагательных в форме мужского рода единственного числа именительного падежа окончания –ой, –ей (неиствой Борей; волчей вой), а родительного падежа – -ого (дневного, дорогого); 

2) в низком стиле действительные причастия настоящего времени с суффиксами –уч/-юч, –ач/-яч крайне редки, они уже перешли в разряд имен прилагательных (могучий, вонючий) или стали деепричастиями (думаючи, идучи, будучи)  [Войлова, Леденева, с. 233];

3) употребление слов с эмоционально-экспрессивными суффиксами, как: -к, -ечк, - еньк, -ок и др.: доченька, дружок, сынок, солнышко. [Ковалевская, с. 132]

Лексические:

1) широкое использование простонародной лексики: авось, гаркнуть, девка, околеть, рассерчать, смекать и т.п. Подобные просторечия часто употреблялись в текстах басен, комедий и комических опер.

2) использование диалектизмов, характерных для той эпохи: базгалы – шутки, некошной – негодный, прощелыжничать – мошенничать.

3) в большом количестве случаев употребление лексики, описывающей бытовые предметы или явления, названия блюд, одежды и т.п: лапти, каравай, валенки [Ковалевская, там же].

Борода предорогая!

Жаль, что ты не крещена

И что тела часть срамная

Тем тебе предпочтена.

<…>

Завивать хочу тупеи:

Дайте ленты, кошельки

И крупичатой муки.

М. В. Ломоносов. Гимн бороде

Как отмечает В. В. Виноградов, учение о трех стилях не полностью распределяло и ограничивало фразы и конструкции русского литературного языка, стилистическое разграничение слов, оно лишь послужило ему "удобной рамкой для разграничения основных контекстов русского литературного языка" [Виноградов, с. 133]

За пределами литературного языка М. В. Ломоносов оставил три группы слов: 1) "обветшалые" церковнославянские речения, являвшиеся неупотребительными, не проникавшими в систему литературного языка или исчезли из употребления; 2) "презренные слова", которые ни в каком стиле употреблять не пристойно; 3) "невразумительные речения и заимствования", которые, по Ломоносову, считались "дикими и странными нелепостями" [Ефимов, с. 23]

Таким образом, в общественно-бытовом употреблении разграничение стилей было достаточно сложным. Наибольшие трудности вызывало определение структурных свойств прозаического среднего штиля. В этой области почти до самого конца XVIII в. существовало смешение церковно-книжных или приказных, канцелярских конструкций с формами светско-литературного, «нейтрального», общего и разговорно-бытового языка

Однако реформа М. В. Ломоносова послужила обновлением старого принципа, предоставив его развитие и варьирование индивидуальному вкусу [Виноградов, там же]. Огромная заслуга М. В. Ломоносова заключается в том, что теоретически определил нормы стилей литературного языка, развил учение о принципах и способах их конструирования, указал пути соединения в русском языке исконно русских и церковнославянских элементов. В ломоносовском учении о трех стилях, пишет М. Ю. Лотман, полностью проявилось его верное и глубокое понимание генетических и стилистических отношений, исторически сложившихся в русском литературном языке [Лотман, с. 461].


Заключение

Создание теории «трёх штилей» во многом было обусловлено объективной языковой ситуацией в XVIII веке. Особенностью периода Ломоносова является одновременное функционирование трех языковых пластов в России – церковнославянизмов,  европеизмов и русизмов.

Программа М. В. Ломоносова имела множество целей, важнейшими из которых были изучение современного ему строя русского языка и создание общего вербального и письменного языка, в котором присутствовали бы элементы как литературного, так и разговорного стиля. Особый закон был создан и о введении иностранных слов в русский язык.

В «теории трёх штилей» М.В Ломоносов наиболее развёрнуто описывает свою стилистическую систему. Учёный выделяет те группы языковых единиц, сочетания которых составляют собой каждый штиль.

Высокий штиль складывается из старославянских и общерусских слов. Принципиальной особенностью высокого штиля является ориентир на церковнославянский язык — язык, на котором говорят с Богом. Произведениями этого штиля являются хвалебные произведения: оды, героические поэмы и т.д.

Средний штиль составляют русские разговорные и общерусские лексические единицы. Этот штиль является наиболее переходным и неопределённым, поскольку сфера его использования — просвещенная русская речь, преследующая цель не восхвалять, а скорее, воспитывать. В среднем штиле необходимо было писать послания, эклоги и историографические произведения среднего штиля поднимают морально-нравственные и просветительные темы.

  Низкий штиль состоит из русских просторечных и разговорных лексических единиц. Главной целью этого стиля явилось описание «сегодняшнего дня», а особенностью - употребление не только разговорной лексики, но также просторечий и диалектизмов. Комедии, песни и прочие произведения, написанные в низком штиле, показывают читателям бытовые явления и ситуации.

Таким образом, вклад М. В. Ломоносова в историю языка огромен. Именно М. В. Ломоносов впервые предпринял научно обоснованную попытку «навести порядок в родном языке», систематизировать и кодифицировать современный ему русский язык. Примечателен и тот факт, что система «трех штилей» оказала существенное влияние на дальнейшее развитие русского языка, во многих произведениях русских поэтов XIX века просматриваются творчески осмысленные «законы», предписанные для поэтов М. В. Ломоносовым.

Исследователи научного творчества М. В. Ломоносова считают, что его вклад в науку определяется именно «энциклопедическим складом ума, всеобъемлющим типом сознания, в котором эстетическое начало неразрывно связано с научным мировоззрением и социальной концепцией. Эта неразрывная связь эстетики, прагматики и идеологии и характеризующая научную позицию Ломоносова, его научных манифестов» [Лебедева, с.173].  Подобную точку зрения высказывает и М. Т. Белявский,  определяя заслуги М. В. Ломоносова в истории развития русского национального языка: Ломоносов выступает «и как исследователь законов русского языка, и как страстный его защитник и реформатор, и как популяризатор, своими литературными произведениями и историческими сочинениями убедительно доказавший, на что способен русский язык» [Белявский, с. 286].


Список использованной литературы

  1.  Белявский М. Т. М. В. Ломоносов и основание Московского университета. – М.: Изд-во МГУ, 1955. – 311 с.
  2.  Виноградов В. В. Очерки по истории русского литературного языка XVIIXIX вв.: Учебник.— 3-е изд. М.: Высшая школа, 1982.  - 543 с.
  3.  Винокур Г. О. Избранные работы по русскому языку. М.: Учпедгиз, 1959. - 110 с.
  4.  Ефимов А. И. М. В. Ломоносов и русский язык. - М, 1961
  5.   Ковалевская Е.Г. История русского литературного языка. – М.: Просвещение, 1992. – 303 с.
  6.  Лебедева О.Б. История русской литературы XVIII века: Учебник. М.: Высш. шк.: Изд. центр «Академия», 2000. - 415 с.
  7.   Лотман Ю. М. К вопросу о том, какими языками владел М. В. Ломоносов. - М.; Л., 1958. — Сб. 3 . — С. 460—462.
  8.  Мешчерский Е.В. История русского литературного языка.  -  URL: http://sbiblio.com/biblio/archive/milehina_ist/02.aspx
  9.  Пушкин А. С. О предисловии г-на Лемонте к переводу басен И. А. Крылова. — Ленинград: «Наука», 1978. -   VII, с. 19 — 24.
  10.  Трахтенберг Л. А. Нормативная поэтика XVIII века. М. В. Ломоносов: теория трех штилей [Электронный ресурс] // Материалы лекций. – Электронные данные. – Режим доступа: http://professorjournal.ru/PJGrantsPrograms/GrantmMaterialsServlet?grantmId=1292775&grantmType=lecttext, свободный. – Данные соответствуют 10.01.13
  11.   Успенский Б.А. Краткий очерк истории русского литературного языка. -  М.: «Гнозис», 1994. - 240 с.
  12.  Филкова П., Градинарова А. История русского литературного языка (середина XVIII – конец XX века). Учебник для студентов отделений русской филологии болгарских университетов.  - София, 1999.  - 254 с.
  13.    Цыпанов Е.А. Финно-угорские языки: Сравнительный обзор. – Сыктывкар, 2009. – 288 с.
  14.   Щерба Л.В. Избранные работы по русскому языку. - М., 1957. - С. 110-129.

1  Изображение взято с http://images.yandex.ru


 

А также другие работы, которые могут Вас заинтересовать

19434. Технологии работы с графической информацией. Растровая и векторная графика. Аппаратные средства ввода и вывода графических изображений 303 KB
  Технологии работы с графической информацией. Растровая и векторная графика. Аппаратные средства ввода и вывода графических изображений. Прикладные программы работы с графикой. Графический редактор. Основные инструменты и режимы работы. Раздел информатики занимающийс...
19435. Табличные базы данных (БД): основные понятия (поле, запись, первичный ключ записи); типы данных. Системы управления базами данных и принципы работы с ними 113.5 KB
  Табличные базы данных БД: основные понятия поле запись первичный ключ записи; типы данных. Системы управления базами данных и принципы работы с ними. Поиск удаление и сортировка данных в БД. Условия поиска логические выражения; порядок и ключи сортировки. Любой из на...
19436. Технология обработки информации в электронных таблицах (ЭТ). Структура электронной таблицы. Типы данных: числа, формулы, текст 212.5 KB
  Технология обработки информации в электронных таблицах ЭТ. Структура электронной таблицы. Типы данных: числа формулы текст. Правила записи формул. Основные встроенные функции. Абсолютные и относительные ссылки. Графическое представление данных. При работе с документ...
19437. Основные принципы организации и функционирования компьютерных сетей. Интернет. Информационные ресурсы и сервисы компьютерных сетей 102 KB
  Основные принципы организации и функционирования компьютерных сетей. Интернет. Информационные ресурсы и сервисы компьютерных сетей: Всемирная паутина файловые архивы интерактивное общение. Назначение и возможности электронной почты. Поиск информации в Интернете. В
19438. Понятие модели. Информационная модель. Виды информационных моделей (на примерах). Реализация информационных моделей на компьютере 930 KB
  Понятие модели. Информационная модель. Виды информационных моделей на примерах. Реализация информационных моделей на компьютере. Пример применения электронной таблицы в качестве инструмента математического моделирования. Человечество в своей деятельности научной ...
19439. Виды гражданских правоотношений 26.5 KB
  Виды гражданских правоотношений Классификация гражданских правоотношений может проводиться по различным основаниям: Абсолютные и относительные правоотношения – выделяют по характеру взаимосвязи управомоченного и обязанного лица; В абсолютном правоотнош...
19440. Понятие и содержание гражданской правоспособности 23 KB
  Понятие и содержание гражданской правоспособности. Правоспособность способность лица иметь гражданские права и нести гражданские обязанности признается в равной мере за всеми гражданами Содержание В соответствии со ст. 18 ГК граждане могут иметь имущество на пра
19441. Понятие и структура дееспособности. Дееспособность малолетних и несовершеннолетних. Эмансипация 26 KB
  Понятие и структура дееспособности. Дееспособность малолетних и несовершеннолетних. Эмансипация. Дееспособность граждан определяется как способность лица своими действиями приобретать и осуществлять гражданские права создавать для себя гражданские обязанности и и
19442. Ограничение дееспособности и признание граждан недееспособными 24.5 KB
  Ограничение дееспособности и признание граждан недееспособными. Гражданин который вследствие психического расстройства не может понимать значения своих действий или руководить ими признается судом недееспособным. В этом случае гражданин не вправе совершать в...