78687

УПРАВЛЕНИЕ ПРОИЗВОДСТВЕННЫМ РАЗВИТИЕМ ТЕКСТИЛЬНЫХ ПРЕДПРИЯТИЙ

Диссертация

Менеджмент, консалтинг и предпринимательство

Необходимость шагов инновационного развития экономики России, направленных, в частности, на решение проблем восстановления производственного потенциала и дальнейшего развития конкурентоспособности различных народнохозяйственных комплексов и, в первую очередь, промышленности...

Русский

2015-02-09

3.33 MB

9 чел.

ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ

ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ

«МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ТЕКСТИЛЬНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМЕНИ А.Н. КОСЫГИНА»

На правах рукописи

СИЛАКОВ АЛЕКСЕЙ ВИКТОРОВИЧ

УПРАВЛЕНИЕ ПРОИЗВОДСТВЕННЫМ РАЗВИТИЕМ ТЕКСТИЛЬНЫХ ПРЕДПРИЯТИЙ

Специальность: 08.00.05 – экономика и управление народным хозяйством (экономика, организация и управление предприятиями, отраслями и          комплексами - промышленность)

ДИССЕРТАЦИЯ

на соискание ученой степени

доктора экономических наук

 

МОСКВА – 2011

СОДЕРЖАНИЕ

Содержание……………………………………………………………………….2

Введение…………………………………………………………………………..5

ГЛАВА 1. Теоретические основы выработки и обоснования решений о развитии производственных подсистем текстильных предприятий……………………………………………...…………………...22

1.1 Анализ существующих теоретических подходов к решению задач производственного развития………………………….…..22

1.2 Теоретико-методологическая концепция производственного развития среднего промышленного предприятия……………………………………………...……...………...….36

1.3 Обзор отраслевых подходов к проблеме производственного развития на примере текстильной промышленности………...50

Выводы по главе 1………………………………………………….60

ГЛАВА 2. Методологические особенности реализации цикла управления развитием производственных подсистем предприятий среднего масштаба деятельности …………………………………………..62

  1.  Современное состояние среднего промышленного производства в России на примере текстильной отрасли………...62

2.2. Производственное развитие среднего предприятия как бизнес процесс………………………………………………………90

2.3. Структурирование и управление товарным портфелем, в качестве основы решения задач производственного развития среднего предприятия………………………………….…………99

Выводы по главе 2………………………………………………...118

ГЛАВА 3. Моделирование, анализ и прогнозирование рыночных процессов реализации стратегии развития производственных бизнес-единиц среднего предприятия…………………………………...122

3.1 Выбор методологического аппарата моделирования и анализа рыночной  динамики  товарных  новшеств  предприятия………………………………………………………………….122

3.2 Методология моделирования диффузии товарных нововведений промышленного предприятия…………………………..134

3.3 Прогнозирование рыночной динамики товара с учетом конкурентного замещения……………………………………….146

3.4 Прогнозирование жизненных циклов новых товаров в условиях нечетких исходных данных…………………………….159

Выводы по главе 3………………………………………………...168

ГЛАВА 4. Методология сбалансированного формирования товарного портфеля в рамках управления существующими технологическими СБЕ среднего предприятия ………………..……………171

4.1 Выбор состава портфеля в разрезе включаемых в него видов товаров…………………………………………………………175

4.2 Обоснование затрат на разработку продукции для существующего производства……………………………………………183

4.3 Разработка плана обновления ассортимента разновидностей товаров………………………………………………………. 197

4.4 Расчет вариантов сбалансированной структуры товарного портфеля……………………………………………………………203

Выводы по главе 4………………………………………………...221

ГЛАВА 5. Принятие решений о формировании товарного портфеля в рамках проектов создания новых технологических СБЕ средних предприятий………………………………………………….223

5.1 Формирование и структура инвестиций в разработку и освоение производства новой продукции………………………...227

5.2  Определение экономического эффекта и обоснование принятия решений о формировании новой технологической бизнес-единицы………………………………………………………..236

5.3 Модель бизнес-процесса планирования проекта создания новой технологической бизнес-единицы………………………252

5.4 Риски проектов создания новых производственных СБЕ и технического перевооружения средних промышленных предприятий……………………………………………………………..255

Выводы по главе 5………………………………………………...279

ГЛАВА 6. Совершенствование систем производственного сервиса в рамках стратегии развития современного производства………..281

6.1 Роль систем производственного сервиса в развитии промышленных предприятий……………………………………….281

6.2 Оптимизация распределения производственной программы промышленного предприятия по системам производственного сервиса……………………………………………………………...296

Выводы по главе 6………………………………………………...307

Выводы…………………………………………………………………………309

Литература……………………………………………………………………..312

Приложения……………………………………………………………………355

Введение.

Актуальность темы исследования. Необходимость шагов инновационного развития экономики России, направленных, в частности, на решение проблем восстановления производственного потенциала и дальнейшего развития конкурентоспособности различных народнохозяйственных комплексов и, в первую очередь, промышленности, в настоящее время осознана на высшем уровне системы государственного управления1, что предопределило начало реализации различных программ стратегического развития отраслей2.

Текстильные предприятия являются типичными примерами промышленных предприятий среднего масштаба деятельности, которые по опыту ведущих промышленно-развитых государств можно выделить в особую группу компаний, обеспечивающих потенциально наибольший вклад как в валовой промышленный выпуск и занятость, так и в инновационное развитие и пророст производственного сектора национальной экономики. В частности Д. Берч внутри данной группы выделил «компании-газели»3, к изучению которых проявляет интерес значительное число зарубежных и отечественных исследователей. Среди всех отраслей промышленности и видов производств можно выделить группу предприятий непрерывного типа производства (выпуск материалов, веществ) в высоких технологических переделах, ориентированных на производство материалов с высокими потребительскими свойствами и степенью переработки, для которых формат среднего промышленного предприятия является наиболее устойчивой формой организации производственных процессов.

Отметим, что, в отличие от практики ряда зарубежных стран, в сфере среднего промышленного производства в России существуют значительные проблемы в реализации мероприятий производственного развития, приводящие в ряде отраслей, в частности, в текстильном производстве, к негативной динамике экономических показателей, к отрицательным или недостаточным результатам реализации процессов и проектов развития производства.

Основная народнохозяйственная проблема диссертационного исследования может быть определена, как крайне низкая эффективность процессов, проектов и мероприятий производственного развития текстильных предприятий, приводящая к значительному отставанию ассортиментных возможностей, техники и технологии (что напрямую определяет отставание в организации производства и труда) и систем производственного сервиса от мирового уровня, что определяет низкую долю товаров отечественных компаний даже на внутреннем рынке, низкую экономическую эффективность национального промышленного производства.

Практически названную проблему можно в значительной части свести к вопросу генерации в производственных системах и обеспечения условий диффузии нововведений, который определяет следующие составляющие основной проблемы:

-  проблемы низкой эффективности общего планирования и управления производственным развитием: определения его целей, задач и методов их решения;

- проблемы противоречия между классическими принципами организации промышленного производства и критериями и принципами управления на основе маркетингового подхода; в качестве частного случая данной проблемы можно отметить противоречие между внутренней направленностью сложившейся теории и практики управления проектов и требованиями внешней, рыночной направленности развития в рамках парадигмы стратегического маркетинга;

- неспособность систем управления предприятий прогнозировать и определять перспективы диффузии разрабатываемых товарных новшеств и производить на основе данной информации диагностирование направлений производственного развития; частной составляющей данной проблемы является неумение менеджмента средних предприятий принимать устойчивые решения в отношении производственного развития в условиях неопределенности информации и риска (отсутствие методического инструментария);

- низкая мобильность ассортимента отечественных средних предприятий и несовершенство используемых процессов разработки, освоения и продвижения (обеспечения диффузии) новой продукции, приводит к низкой эффективности мероприятий развития в рамках существующих технологических подразделений средних промышленных предприятий и потере доли рынка отечественных производителей;

- отсутствие отлаженной системы управления проектами, позволяющей производить детерминирование проектных рисков и управление, приводит к низкой эффективности проектов создания новых технологических бизнес-единиц  средних промышленных предприятий и большому количеству их технологических и рыночных неудач;

-  отсутствие на средних промышленных предприятиях внутренней среды генерации, освоения товарных новшеств и обеспечения их диффузии, включающей конкурентоспособную систему управления производственным сервисом, как фактором продвижения нововведений на рынках.

Ряд названных и производных проблем (например, переориентации производственных бизнес-процессов на систему Just-in-Time; отсутствия в системе Росстата репрезентативной информационно-статистической базы для управления текстильными предприятиями) не имеет, решения без существенной перестройки структуры промышленных рынков России, реализации эффективных мероприятий государственной промышленной и экономической политики. Решение остальных проблем ограничивается отсутствием развитой методологии и технологий решения конкретных задач производственного развития на уровне предприятия: методов диагностирования состояния и потребных направлений производственного развития, планирования мероприятий производственного развития, управления циклом разработки, внедрения и диффузии нововведений.

Степень разработанности научной проблемы. В последние годы различные аспекты проблематики стратегического управления и планирования (выбора стратегий, стратегического планирования, стратегического контроля, стратегических показателей, развития производственных систем, сбалансированного развития различных отраслей промышленности) занимают одно из основных мест в литературе по вопросам экономики и управления экономическими системами. Важное для темы диссертационного исследования значение имеют работы отечественных и зарубежных ученых: Альберта М., Белгородского В.С., Беркович М.И, Ваймерскирха А., Ващенко В.К., Голубева М.П., Гольдштейна Г.Я., Гунина В.Н., Джорджа С., Друкера П.Ф., Живетина В.В., Зотиковой О.Н., Иващенко Н.С., Каплана Р., Кащеева О.В., Керцнера Г., Котлера Ф., Ленской О.Л., Масюк Н.Н.,  Мескона М., Новикова Н.И., Нортона Д., Одинцова А.А., Ольшанской О.Н., Оно Т., Орлова А.И., Петросова А.А., Плехановой А., Пшенниковой В.В., Рощиной О.Е., Соколова Л.А., Стрикленда А. Дж., Томпсона А.А., Тюкавкина Н.М., Уэбстера Ф., Фатхутдинова Р.А., Филина С.А., Хедоури Ф., Шестова А.В., Юхина С.С., Adam D., Booz A., Heskett J.L., McCarty E., Shapiro R.D., Sliwotzky A. J., Weber K., и др.

Среди современных методов планирования и управления развитием экономических систем можно выделить проектные и процессные подходы, которые рассматривают бизнес-процессы и проекты организационного (в т.ч. производственного) развития, связанные с такими именами, как: Андерсен Э., Бармута К.А., Веттер М.,  Вилисов В.Я., Воропаев В.П., Горбунов А.И., Груде К., Дудяшова В.П., Елиферов В.Г., Керцнер Г., Коуэн О., Магрупова З.М., Мазур И.И., Ольве Н.-Г., Ольдерогге Н.Г., Орр А.Д., Пахомов А.A., Полковников А.В., Репин В.В., Рой Ж., Стреттон А, Тинякова В.И., Товб А.С., Ульянова О.Б, Федурко Е., Филин С.А., Фунтов В.Н., Хаммер М., Хауг Т., Ципес Г.Л., Чампи Дж., Шапиро В.Д., Goodwin L.J., Meister D., и др.

Среди проблем развития, в частности, производственных систем, следует отметить вопросы инноваций: их создания, внедрения, диффузии, а также использования в процессах развития предприятий и отраслей, рассмотненные в трудах: Болдырева Р.Л., Галицкого Е., Гольдштейна Г.Я., Кирсановой Е.В., Ковалева В., Кондратьева Н.Д., Лаврентьева В.А., Левина М., Лобанова С.С., Овчинниковой Т. И., Полтеровича В.М., Руссмана И.Б.,  Самочкина В.Н., Танака Х., Ткалича Т.А., Тодосийчука А.В., Трофимова О.В., Хенкина Г.М., Шумпетера Й., Щепиной И.Н., Bass F.M., Beardsley G., Booz F., Burnett S.C., Day G.S., Gatignon H., Givon M.,, Hahn M.,, Hoppel E. v., Krishnamurthi L., Limbkin M., Mahaian V., Mansfield E., More R.A., Muller E., Park S., Quinn J.B, Robertson T.S., Rogers E.M, Shih Ch.-F., Thorelli H.B., Venkatesh N., Zoltners A. A., и др. Кроме того, тема инновационных процессов в рамках реализации стратегии развития предприятий и отраслей промышленности, средних предприятий и текстильной промышленности неоднократно поднималась в деловой прессе.

Данная работа выполнена в рамках научной школы организации и управления производством в текстильной и легкой промышленности, сформированной в МГТУ им. А.Н. Косыгина, МГУДТ и ряде родственных организаций такими учеными, как Афанасьев В.А., Афанасьева А.И., Бездудный Ф.Ф., Бершев Е.Н., Брагина З.В., Васильев А.Н., Зернова Л.Е., Иоффе И.Г., Николаев С.Д., Павлов А.П., Поляк Т.Б., Севостьянов А.Г., Цитович И.Г., Шавкин В.И., Щербаков В.П., и др. В основе данной научной школы лежит отечественная инженерно-экономическая школа, а также научная школа методов планирования и управления операциями, основанная на трудах: проф. Айвазяна С.А., проф. Беллмана Р., проф. Заде Л., акад. Канторовича Л.В., акад. Макарова В.Л., акад. Моисеева Н.Н., д.э.н. Недосекина А.О., проф., д.э.н., д.т.н. Орлова А.И., акад. Полтеровича В.М., и др.

Основная масса изученных работ рассматривает только общие базовые принципы построения системы управления развитием экономических систем и объектов, как например, система сбалансированных показателей (ССП), методы декомпозиции бизнес-процессов, моделирования диффузии инноваций. В некоторых работах решаются отдельные частные задачи. Однако, что также отражается в публикациях в деловой прессе, ни в одной из работ не сформулировано в законченном виде комплексного инструментария декомпозиции, диагностики и решения задач развития производственных подсистем. Подобные существенные пробелы в теории управления ведут к невозможности четкого детерминирования рисков проектов и процессов развития и управления ими, что значительно снижает инвестиционный и предпринимательский интерес субъектов хозяйственной деятельности (бизнес-сообщества, финансовых институтов) к проектам в сфере промышленного производства (прежде всего средних предприятий перерабатывающего сектора). Отсутствует методология, построенная на синтезе подходов в различных частных сферах управления, стратегического планирования, управления и прогнозирования инноваций. Кроме того, отечественная теория организации производства, сформулированная в классическом виде для условий планового хозяйствования и массового производства, сохраняя свой высокий научно-практический потенциал в качестве метода учета влияния технологических параметров производства на экономическое и стратегическое состояние предприятий, в настоящее время вступает в противоречие с современными концепциями управления предприятиями, производственно-логистического сервиса и управления качеством (TPM, TQM, Just-in-Time, канбан, кайдзен и т.п.), ориентированными на глубокую кастомизацию и уход от массового производства. Кроме того, аналогичные противоречия существуют между сложившейся к настоящему времени теорией управления проектами, имеющей внутреннюю, организационную направленность (освоение средств, этапы выполнения работ) и концепцией стратегического маркетингового управления, имеющей направленность внешнюю, рыночную.

Таким образом, создание комплексной теории управления производственным развитием промышленных предприятий с учетом технико-технологических и организационно-экономических особенностей предметной области текстильного производства – характерного примера средних промышленных предприятий, на основе научного синтеза подходов, теорий, методологий и концепций: проектных и процессных, стратегического менеджмента, сбалансированного управления; моделей диффузии инноваций, организации и планирования производства, производственно-логистического сервиса, математической теории управления, - для решения комплекса задач инновационного развития отечественной промышленности с учетом особенности современного этапа развития общественных производительных сил и общественного разделения труда, имеет большое теоретико-методологическое значение и может быть признано актуальной крупной научной проблемой.

Целью диссертационного исследования является разработка теоретико-методологической концепции, методологического аппарата и практических рекомендаций, обеспечивающих устойчивую реализацию бизнес-процесса развития средних текстильных предприятий России, позволяющих решить выявленные научную и народнохозяйственную проблему исследования.

Концепция исследования строится на доказательстве рабочей гипотезы диссертационного исследования, которой выступило предположение о том, что ключевым фактором  успешного производственного развития текстильных предприятий, ведущим к устойчивому их положению на рынках в высококонкурентных  экономических условиях, является эффективность управления процессом генерации, внедрения, освоения нововведений производственного характера, обеспечивающим долгосрочную диффузию товарных новшеств предприятий на рынках. Доказательство позволяет выйти на решение названных проблем в рамках тематики работы.

Поставленная цель диссертационного исследования в рамках данной концепции достигается решением следующих исследовательских задач:

  1.  Разработать теоретико-методологические положения и дефиниции категории «производственное развитие» в рамках стратегического менеджмента.
  2.  Выработать концепцию построения системы производственного развития средних промышленных предприятий, включающую определение структуры частных задачи производственного развития с учетом современного состояния текстильного производства и экономики России.
  3.  Исследовать сферу среднего промышленного производства в России, определить в ней место текстильной промышленности, и выявить технико-экономические особенности реализации процессов производственного развития предприятий на современном этапе.
  4.  Структурировать и описать модель бизнес-процесса производственного развития с использованием принципов сбалансированного управления.
  5.  Разрешить теоретические противоречия между теорией стратегического менеджмента и маркетинга с одной стороны, и теорией организации производства с другой для выработки теоретико-метологического подхода к структурированию стратегий производственного развития предприятий.
  6.  Разработать методический аппарат моделирования динамики рыночной диффузии нововведений предприятий, создаваемых в результате процессов производственного развития, в условиях нечеткой исходной информации для использования в качестве основы в процессе планирования.
  7.  Произвести выявление и декомпозицию структуры бизнес процессов производственного развития предприятия в условиях реализации стратегии развития в рамках существующих технологических СБЕ среднего предприятия.
  8.  Определить особенности и методологию принятия решений для реализации процесса производственного развития в форме создания новых технологических бизнес-единиц средних промышленных компаний.
  9.  Определить место и функции формирования систем производственного сервиса в рамках процесса производственного развития.
  10.  Произвести исследование влияния распространения современных систем производственно-логистического сервиса на структуру промышленных рынков и дать на основе этого рекомендации по дальнейшему совершенствованию систем производственного сервиса отечественными предприятиями.
  11.  Определить подходы и методы сбалансированного управления системами произвордственно-логистического сервиса для решения задач производственного развития на отечественных предприятиях.

Область исследования. Исследование проведено в рамках п.п.: 1.1.4. «Инструменты внутрифирменного и стратегического планирования на промышленных предприятиях, отраслях и комплексах»; 1.1.9. «Инструменты функционирования товарных рынков с ограниченной и развитой конкуренцией в условиях глобализации мировой экономики и свободной торговли»; 1.1.15 «Теоретические и методологические основы эффективности развития предприятий, отраслей и комплексов народного хозяйства»; 1.1.17. «Теоретические и методологические основы мониторинга развития экономических систем народного хозяйства»; 1.1.22. «Методология развития бизнес-процессов и бизнес-планирования в энергетике, нефтегазовой, угольной, металлургической, машиностроительной и других отраслях промышленности»; 1.1.27 «Управление производственной программой в различных условиях хозяйствования подразделения организации»; специальности 08.00.05 "Экономика и управление народным хозяйством: экономика, организация и управление предприятиями, отраслями, комплексами: промышленность - Паспортов специальностей ВАК (экономические науки).

Объектом исследования выступают предприятия среднего масштаба бизнеса текстильной промышленности и ряда смежных отраслей России всех форм собственности и организационно-правовых форм.

Предметом исследования является совокупность теоретических, методологических и практических проблем построения эффективной системы управления производственным развитием предприятий текстильной промышленности.

Теоретическая и методологическая основа диссертационной работы. Работа основана на теоретических положениях и методологическом инструментарии отечественных и иностранных исследований в предметных областях: экономической теории (микроэкономики), экономики фирмы (предприятия), экономики отраслей народного хозяйства, организации производства, общего и стратегического менеджмента, маркетинга, логистики, теории управления, нечеткой логики, математической статистики, экономического прогнозирования. Главной методологической основой служит аппарат системного анализа, наряду с методами научного синтеза в качестве научной методологии разработки подходов к решению комплекса задач производственного развития, оценки эффективности и обоснования принимаемых решений. В качестве методов решения частных задач исследования использованы: структурно-логический, сравнительный, экономико-математический, статистический, нечетко-логический и нечетко-множественный, динамический, абстрактно-логический, нетто-стоимостной метод, процессный и проектный  подходы; ситуационный подход, реализуемый в форме метода кейсов; метод научного историзма, метод графических интерпретаций, которые совместно позволяют адекватно интерпретировать результаты работы и генерировать значимые выводы теоретико-методологического и практического характера.

Информационную базу исследования составляют законодательные и подзаконные акты Российской Федерации, нормативные документы министерств и ведомств Российской Федерации, системы национальных и международных стандартов (ГОСТ-Р, ISO); данные Федеральной службы государственной статистики Российской Федерации, статистические данные и информация предприятий промышленности, результаты исследований консалтинговых фирм, данные международных и национальных отраслевых ассоциаций (РСППТЛП, АРПМТК, ITMF), материалы отраслевых выставок, ярмарок, конференций и симпозиумов, собственные исследования и оценки автора.  

Научные результаты, составляющие научную новизну диссертации, формулируются в результате осуществленной лично автором разработки теоретико-методологической концепции планирования и управления процессом производственного развития среднего промышленного предприятия и методического аппарата ее практической реализации для решения частных задач в условиях конкурентной экономики, низкой информационной прозрачности рынков и неопределенности информации, высокого динамизма внешней и внутренней среды организации и ограниченности инвестиционных ресурсов.

Автор лично формулирует следующие положения, характеризующиеся научной новизной и являющиеся предметом защиты:

1. Определено место вопросов производственного развития в рамках системы стратегического управления промышленным предприятием. Дано определение категории «производственное развитие», как бизнес-процессу верхнего уровня, заключающемуся в разработке, внедрении и освоении производственных нововведений, в рамках процесса стратегического управления, направленного на повышение технико-экономической эффективности производственных подсистем промышленных предприятий.

2. Сформулирована концепция производственного развития, основанная на интеграции системы инструментов сбалансированного управления развитием производства на основе реализации процессов и включаемых в них проектов развития, направленных на решение совокупности ключевых частных задач производственного развития средних промышленных предприятий на современном этапе, включающая:

- формирование товарного портфеля предприятия и управление его структурой,

- формирование производственно-технологической структуры и инфраструктуры предприятия,

- формирование и управление системами производственного сервиса.

3. Определены критерии среднего промышленного предприятия на основе определения категории «бизнес», как единства активов, структуры управления и целей предприятия: индустриальный характер производства, высокая доля основных производственных фондов в структуре активов, однородность бизнес-структуры, годовой оборот. Показана важность средних предприятий в национальной экономике, исследовано влияние типа производства (непрерывное или дискретное) на распространение масштабной модели бизнеса (малое, среднее, крупное предприятия), определены организационно-экономические особенности развития текстильных предприятий.

4. Определена структура и описана модель бизнес-процесса производственного развития среднего предприятия, определены принципы сбалансированного управления формированием товарного портфеля в качестве центральной задачи производственного развития.

5. В качестве разрешения противоречий между теорией организации производства – с одной стороны, и теорией маркетинга, ставящей вопросы производства во второстепенное положение – с другой, предложено использование принципа многомерной классификации товарных стратегий по признакам: «товар» - «рынок» – «технология» и градацией по ним «старые» - «новые».

6. Предложена методика моделирования процессов рыночного распространения товарных нововведений, разрабатываемых в рамках производственного развития предприятия, на основе моделей диффузии и замещения в условиях нечетких исходных данных. Определены подходы к нечетко-множественному моделированию процессов рыночного распространения новых товаров в условиях риска и неопределенности.

7. Разработана методология сбалансированного управления товарным портфелем в рамках существующих технологических СБЕ промышленных предприятий, включающая методы решения частных задач:

- обоснования потребности обновления состава товарного портфеля для достижения сбалансированности, включающей обоснования затрат на разработку новой продукции;

- управления бизнес-процессом разработки нового товара на основе структурно-логической модели;

- планирования обновления состава номенклатуры разновидностей товаров;

- оптимизации структуры товарного портфеля на основе динамической оптимизации производственной программы, определения подходов к распределению производственной программы видов товаров по товарным разновидностям с учетом разделения производственной программы по системам производственно-логистического сервиса.

8. Разработана методология планирования и обоснования решений о развитии в форме создания новых технологических СБЕ с созданием новых товарных портфелей, включающая решение частных задач:

- создания методики технико-экономического обоснования эффекта создания новых производственных СБЕ на основе нечеткого прогнозирования будущей рыночной диффузии новых товарных групп и нетто-стоимости проекта;

- определения составляющих и моделирования бизнес-процесса разработки плана и реализации решения о создании новых технологических СБЕ и товарных портфелей для них;

- определения факторов экспертизы организационно-технологических рисков проектов создания новых производств и технического перевооружения на основе анализа реальных кейсов из практики текстильной промышленности России 2006 – 2010 годов.

9. Показана роль систем производственно-логистического сервиса «под заказ» и «прямо на месте» в развитии промышленных рынков, обоснована важность систем производственного сервиса в рамках стратегии развития предприятия.

10. На примере развитых промышленных рынков зарубежных стран показано разделение функций производственных и торговых организаций в рамках реализации концепции производственного сервиса с работой со склада («Just-in-time», «Прямо на месте») на основе принципа разделения промышленного и торгового капитала. Показана принципиальная невозможность в текущих исторических условиях реализации принципа разделения промышленного и торгового капитала в разработке стратегий развития средних промышленных предприятий России. Обоснована необходимость для российских средних производственных предприятий разделения производственной программы на системы производственного сервиса и сбалансированного управления ими.

11. Разработана модель оптимального распределения производственной программы предприятия по системам сервиса «под заказ» и «прямо на месте» на основе минимизации функции максимальных потерь в нечеткой форме.

Теоретическая и практическая значимость диссертационного исследования. Определяется тем, что в работе решена важная научная проблема, имеющая высокое народнохозяйственное значение: создания комплексной методологии управления производственным развитием текстильных предприятий с учетом технико-технологических и организационно-экономических особенностей среднего промышленного производства. В работе сформирована концепция интегрального управления производственным развитием текстильных предприятий с учетом особенностей средних промышленных предприятий, как особой организационной формы, определяющая теоретическую значимость. При этом вносится существенный вклад в развитие: теории управления промышленным производством, теории менеджмента организационных процессов и проектов, теории систем производственно-логистического сервиса, теории организационного развития, инструментария мониторинга динамики и неопределенности развития отраслевых народнохозяйственных систем применительно к комплексу задач производственного развития текстильных предприятий - на основе синтеза современных экономических и управленческих концепций.

Разработанный теоретико-методологический аппарат позволяет выйти на решение актуальной народнохозяйственной проблемы в области развития промышленных предприятий: низкой эффективности процессов, проектов и мероприятий производственного развития средних промышленных предприятий, приводящей к значительному отставанию ассортиментных возможностей, техники и технологии (что напрямую определяет отставание в организации производства и труда) и систем производственного сервиса от мирового уровня, что определяет низкую долю отечественных текстильных товаров даже на внутреннем рынке, низкую экономическую эффективность национального промышленного производства, что определяет практическую значимость.

Внедрение полученных выводов, положений, рекомендаций и разработанного инструментария в практику управления производственным развитием позволяет существенным образом повысить эффективность принимаемых управленческих решений на текстильных предприятиях, детерминировать особенности и риски производственного развития и выбирать те направления товарной, организационной и технической политики, которые ведут к скорейшей окупаемости инвестиций, увеличению рыночного потенциала и прибыльности предприятий. В конечном итоге, результаты работы позволяют достичь скорейшей и наиболее полной реализации целей инновационного развития национальной экономики России, в частности, реализации «Стратегий развития легкой промышленности до 2020 года».

Практическая значимость работы подтверждается результатами внедрения на следующих промышленных предприятиях, подтвержденными актами: ООО «Яковлевская мануфактура», г. Приволжск Ивановской области; ОАО «Астраханский завод стекловолокна» Астрахань; ОАО «Юрьев-Польская ткацко-отделочная фабрика «Авангард»», г. Юрьев-Польский, Владимирской области; ООО «Яртекс», г. Ярцево Смоленской области; ООО «Ярцевский хлопчатобумажный комбинат», г. Ярцево Смоленской области.

Апробация результатов исследования. Формулирование и реализация основных теоретико-методологических положений и практических рекомендаций, осуществлены в ходе выполнения автором и под его руководством в 2002-2011 гг. консультационных, проектно-инжиниринговых и научно-исследовательских работ на ряде средних промышленных предприятий России.

Материалы диссертации используются в учебном процессе кафедры менеджмента и организации производства ГОУ ВПО МГТУ им. А.Н. Косыгина.

Основные результаты диссертационной работы обсуждались на научных конференциях: Международной научной конференции «Социально-экономические проблемы развития предприятий и регионов» (Витебск: Витебский государственный технологический университет, 2001); Международных научно-технических конференциях «Современные наукоемкие технологии и перспективные материалы текстильной и легкой промышленности» (ПРОГРЕСС – Иваново: ИГТА, 2004, 2010); Международной межвузовской научно-технической конференции (Москва: РОСЗИЛТП, 2004); Всероссийских научно-технической конференциях «Современные технологии и оборудование текстильной промышленности» (ТЕКСТИЛЬ – Москва: МГТУ им. А.Н. Косыгина, 2003, 2004, 2010); Международной научно-технической конференции «Актуальные проблемы науки в развитии инновационных технологий для экономики региона «ЛЁН-2010»» (Кострома: КГТУ, 2010); ДИМИТРОВГРАД 2011. Также материалы диссертационной работы докладывались в рамках Международного текстильно-промышленного инвестиционного форума «Золотое кольцо» (Иваново, 2010).

Автором опубликовано по теме диссертации 38 работ общим объемом 47,1 печ. л. (авторский объем - 42,6 печ. л.), в том числе 14 статей в изданиях, рекомендованных ВАК для публикации материалов докторских диссертаций (из них 11 статей – без соавторства); 2 монографии (1 авторская).

Объем и структура работы. Структура диссертации определяются логикой исследования. Работа состоит из введения, шести глав, заключения, списка использованных источников и пяти приложений. Работа изложена на 361 странице, включает 19 таблиц, 20 рисунков, 5 приложений. Список источников включает 430 наименований, в том числе 51 на иностранном языке.

ГЛАВА 1. Теоретические основы выработки и обоснования решений о развитии производственных подсистем текстильных предприятий

1.1 Анализ существующих теоретических подходов к решению задач производственного развития

Особенностью текущего исторического этапа развития экономики России является постепенное осознание потребности в разработке стратегий инновационного развития (модернизации) народного хозяйства и, в частности, промышленного производства. Основные направления и принципы модернизации России, которые имеют прямое отношение и к промышленной модернизации, обозначены в программной статье Президента Российской Федерации Д.А. Медведева «Россия – вперед!» [181] и отражены в Посланиях Президента РФ Федеральному Собранию РФ. Данные программные материалы являются указанием к действию остальных Федеральных органов власти России и органов власти Субъектов Российской Федерации, Граждан России и субъектов экономической деятельности. В частности, во исполнение данных программных указаний, Министерство промышленности и торговли Российской Федерации в настоящее время активно разрабатывает стратегии развития различных отраслей промышленного производства, которые должны рассматриваться в качестве базовых документов, определяющих промышленную политику. В частности, касательно отраслей доминирования промышленных предприятий среднего масштаба бизнеса в качестве примера можно привести Стратегию развития легкой промышленности России на период до 2020 года [306], которая утверждена приказом Минпромторга России от 24 сентября 2009 г. [14] в соответствии с поручением Президента Российской Федерации от 3 июля 2008 года № Пр-1369 и поручением Правительства Российской Федерации от 15 июля 2008 года № ВП-П9-4244. В частности, данная стратегия предполагает достижение (по инновационному сценарию) следующих целевых показателей развития отрасли (таблица 1) [306, с. 103]:

Таблица 1 - Целевые показатели и индикаторы реализации Стратегии развития легкой промышленности России на период до 2020 года

Индикаторы

2009

2012

2015

2020

1. Темпы роста товарной продукции

    в % к предыдущему периоду

107,4

111,3

111,7

109,6

    в % к 2008 году

107,4

136,6

193,9

314,8

2. Количество вновь разработанных

   технологий, в т.ч. мирового уровня

5

8

15

24

3. Количество патентов, удостоверяющих

   новизну технологических решений

7

13

20

37

4. Доля инновационной продукции

   в общем  объеме выпуска, %

8

16

29

46

5. Доля отечественной продукции в

   объеме продаж товаров легкой про-

   мышленности на внутреннем рынке, %

19,8

24,2

33,4

50,5

6. Доля теневого оборота, %

41,6

31,0

21,6

10

Как видно, в качестве главной цели заявлено почти трехкратное увеличение выпуска товарной продукции. При этом, в качестве инструментов реализации стратегии названы, например:

- реализация пилотных инвестиционных проектов по техническому перевооружению (инвестиции и производственное развитие),

- реализация мероприятий по развитию НИОКР в отрасли и доведения их до мирового уровня (инновации),

- реализация мероприятий поддержки отечественного производства в рамках таможенно-тарифной, налоговой, бюджетной политики (государственная промышленная политика).

Таким образом, общий анализ характера названных программных документов демонстрирует утверждение на государственном уровне методологии, основанной на стратегическом подходе к вопросам производственного развития с опорой на инновационные и инвестиционные механизмы. Тогда, для формулирования теоретической базы решения задач, определенных темой диссертационного исследования, мы должны осуществить fyfkbp и отбор наиболее адекватных теоретических подходов к построению стратегического менеджмента организаций. Также в контексте данного обзора важным является изучение методологического инструментария разработки и реализации стратегий развития, а именно: проектного подхода, процессного подхода, методов проектного и процессного инжиниринга и теоретико-методологической базы увязки показателей деятельности в рамках процессов и проектов развития с целевыми индикаторами стратегии развития экономических объектов и систем с учетом особенностей промышленного производства, как вида экономической деятельности.

В последние годы различные аспекты стратегического управления и планирования (выбора стратегий, стратегического планирования, стратегического контроля, стратегических показателей) занимают одно из основных мест в литературе по вопросам экономики и управления экономическими системами, исследованиях отечественных и зарубежных ученых. Могут быть названы такие авторы, как: Беркович М.И [47], Ващенко В.К., Рощина О.Е., Шестов А.В. [75], [74]; Гольдштейн Г.Я. [81]; Друкер П.Ф.  [97]; Керцнер Г. [141]; Котлер Ф. [152], [170]; Соколов Л.А. [302], Одинцов А.А. [206], Масюк Н.Н. [177], [178]; Мескон М., Альберт М., Хедоури Ф. [183]; Орлов А.И. [213]; Петросов А.А. [229]; Томпсон А.А., Стрикленд А. Дж. [320]; Уэбстер Ф. [328], [427] – [429]; Фатхутдинов Р.А. [330] – [334]; Филин С.А. [337];  A. J. Sliwotzky, K. Weber [381]; Booz A. [387]; McCarty E. [411].

Также существует ряд исследований, посвященных применению общих принципов стратегического управления в решении частных вопросов управления экономическими, в частности, промышленными объектами: Бондаренко О.Н. [61] (в управлении нефтехимической отраслью); Джорджа С., Ваймерскирха А. [98] (для решения вопросов системы Тотального управления качеством); Каплана Р., Нортона Д. (в разработке системы показателей деятельности и увязки планов) [134], [135], [136], [203], [406]; Кащеева О.В. (в вопросах развития отраслей промышленности России) [140]; Клавдиевой Е.В. [143], Королева И.В. (в вопросах товарной политики предприятий); Новикова Н.И. [202] (в сфере управления металлургической промышленностью); Пшенникова В.В. [248], [249], Т. Оно [209] (в сфере развития систем производственного сервиса); Плеханова А. (в маркетинге) [238], Тюкавкина Н.М. (в области стратегии развития отдельной отрасли промышленности - швейной) [322]; Юхина С.С. (в вопросах управления промышленными предприятиями текстильной отрасли) [377]; Adam D. (для реализации отдельных аспектов маркетинга) [380]; Heskett J.L. [399], Shapiro R.D., Heskett J.L. [421] (в вопросах логистики).

Обобщая теоретико-методологические аспекты названных работ можно отметить, что стратегический подход к постановке задач управления и развития предполагает:

  1.  Определение долгосрочных целей и  динамики их достижения,
  2.  Определение иерархии целей, в том числе увязки долгосрочных (стратегических) целей с краткосрочными (тактическими),
  3.  Системный подход к планированию,
  4.  Определение ресурсов реализации стратегических планов,
  5.  Составление иерархии планов (динамический аспект).

Реализация стратегического подхода также исходит из того, что достижение долгосрочных целей является приоритетом по отношению к краткосрочным, поэтому достижение краткосрочных показателей может быть принесено в жертву долгосрочным (например, предприятие может отказаться от прибыли в плановом периоде в пользу достижения максимального роста доли рынка своей продукции). При этом вопросы производственного развития, под которыми мы понимаем такие аспекты, как: формирование и развитие товарного портфеля предприятия (разработка и освоение производства продукции, формирование производственной программы), формирование и развитие производственной мощности, являются неотъемлемой частью вопросов стратегического менеджмента и должны базироваться на стратегии производственного развития.

Общепринятой практикой решения задач стратегического развития можно считать выполнение следующей последовательности действий:

  1.  анализ стратегических возможностей, при этом используется аппарат: SWOT-анализа [183], [320], анализа бизнес-портфеля и имеющегося внутри него товарного портфеля по составу, структуре и перспективам [24], [151], [183], [359], [320];
  2.  выбор стратегии на основе классификаций стратегий или стратегических матриц, например базовых стратегий Портера [183], матрицы стратегий «товар-рынок», стратегической матрицы Стрикленда-Томпсона [320];
  3.  детализация стратегии до уровня тактических планов, при этом используется, например: метод дерева целей [43], [331], Сбалансированная Система Показателей (ССП) [135], [406], [61], [207], [224], процессный подход, в частности методы реинжиниринга бизнес-процессов [18], [77], [98], [111], [164], [182], [345], [346] и проектный подход [84], [216], [186], [165], [166], [153], [142], [130], [318], [326], [325], [342], [396], [412], [415].

Следует отметить, что в литературе последних лет по вопросам стратегического планирования акцент в большей степени смещается в сторону именно решения частных задач детализации, согласования и реализации стратегических планов до уровня тактических планов, инновационных процессов и проектов, в то время, как общая теория стратегий и стратегического развития в целом сложилась к концу 1980-ых годов.

Касательно вопросов развития производства, являющихся, как показано, неотъемлемой частью стратегического управления, то для них в центр реализации стратегий ставится вопрос разработки и (в еще большей мере) реализации (внедрения) инноваций. Такой подход, в частности, использован в исследованиях (в том числе диссертационных) последних лет:

Фунтова В.Н. [342], где дано определение развития предприятий (производственного развития), как многоуровневой системы, показаны различные направления развития («экономическое», «внутренне», «внешнее», «технологическое», «человеческое» [342, с.с. 14 – 15]) и обосновано использование проектного подхода для реализации инновационного развития.  Также проектный подход к развитию металлургических предприятий использован Магруповой З.М. [164 - 165].

Филина С.А. [337], где стратегическое управление инновационным развитием рассмотрено в рамках инновационно-инвестиционного процесса; похожий процессный подход использован в работах Бармута К.А. [37 - 40].

Трофимов О.В., определяя составляющие стратегии инновационного развития промышленных предприятий выявляет 2 подхода к развитию: революционный и эволюционный, которые, соответственно, предполагают совершенствование или освоение новых технологий, бизнес-процессов и продуктов [321, с. 13]. Отметим, что аспекты эволюционного подхода к развитию нашли достаточное отражение в работах последних лет, посвященных совершенствованию бизнес-процессов (в том числе производственных), управлению качеством, эволюционному развитию: Брагиной З.В. [65, 66]; Ващенко В.К., Рощиной О.Е. Ленской О.Л. [73], Васильева А.Н. [67]; Голубева М.П. [94, 95], Джорджа С., Веймарскирха А. [105], Дудяшовой В.П. [107], Енгалычева О.В. [112] Каплана Р.С., Нортона Д.П. [134, 135, 203], Кирсановой Е.В. [142], Лаврентьева В.А. [158], Ольшанской О.М. [208], Оно Т. [209], Пахомова А.А. [224]. Касательно направлений революционного развития можно отметить только некоторые работы, посвященные только отдельным его составляющим (внедрение новых технологий, разработка новой продукции), например, Зотиковой О.Н. [117 - 120], Клавдиевой Е.В. [143], однако до сего времени не сформулирована концепция управления производственным развитием, объединяющая в единую систему методы решения задач эволюционного и революционного сценария развития производства, что определяет выбор направления настоящего исследования.

Следует отметить, что в современной теоретической литературе существуют различные подходы и определения инноваций. В частности, ряд авторов настаивают на разделении таких категорий, как «новшество», «инновация» (например такой подход декларирован в работе Юхина С.С. [377]) с учетом степени влияния нововведений на состояние рынка и экономики. В данном случае, касаясь производственного развития, нас интересует внедрение любых типов инноваций и новшеств в производственную деятельность, так как для решения различных частных задач развития предприятия, требуются инновации различного уровня. В этой связи, во избежание конфликтов с различными теоретическими подходами и определениями в области инноватики (по которой существует обширная литература, например [97], [103], [120], [139], [160], [268], [329], [340], [417], [420]), мы предполагаем для любых внедрений в производственную деятельность использовать традиционный для области организации промышленного производства термин «нововведения». Тем более, что для описания и исследования процессов распространения (использования) различных и новшеств, и инноваций на рынке, обоснования инновационно-инвестиционных процессов и проектов приминяется принципиально один и тот же методологический инструментарий: модели диффузии инноваций, методы расчета стоимости и денежного потока (см. главы 3 - 5).

Рассмотрим подробнее обозначенные нами теоретические подходы к разработке и реализации стратегии развития: проектный, процессный и ССП. Одним из наиболее востребованных подходов в науке и управленческой практике в последнее время является подход к развитию организации и ее системы управления на основе выявления и реинжиниринга бизнес-процессов [18], [66], [77], [91], [98], [105], [106], [107], [111], [131], [164], [182], [191], [208], [216], [266], [267], [361], [365], [403], [404]. Принято считать в качестве основоположника концепции реинжиниринга бизнес-процессов Майкла Хаммера и его соавтора Джеймса Чампи [345], [346]. В данной концепции ключевое место занимает бизнес-процесс, который становится основным объектом управления организации и единицей построения организационной структуры. В данном случае можно опереться на определении бизнес-процесса, данное Елиферовым В.Г., Репиным В.В.: «Процесс – это устойчивая, целенаправленная совокупность взаимосвязанных видов деятельности, которая по определенной технологии преобразует входы в выходы, представляющие ценность для потребителя» [111, с. 17]. Важное значение для определения подходов к построению системы процессного управления в текстильной промышленности имеет работа Дудяшовой В.П. [107].

В рамках процессного подхода следует отметить такие характерные особенности.

1. Процесс состоит из процессов более низкого уровня, и может осуществляться его декомпозиция вплоть до уровня отдельной функции (деятельность отдельной штатной единицы, например: транспортировка полуфабриката на склад – функция штатной единицы «транспортный рабочий»).

2. Процесс имеет входы (материальные и/или информационные) и выходы (продукт процесса: материальный или информационный).

3. Процесс имеет поставщиков и потребителей.

4. Процесс имеет ресурсы (людские, материальные, технические, временные и т.п.).

5. Деятельность в рамках процесса может быть регламентирована и нормирована (установлена его производительность, потребление ресурсов и т.п.).

6. Деятельность в рамках процесса должна управляться (владельцем процесса) и согласовываться (сопрягаться) со смежными бизнес-процессами (процессами-поставщиками и процессами-потребителями).

В рамках процессного подхода производство является ключевым (сквозным) бизнес-процессом в организации, а деятельность по развитию производства (производственное развитие) может быть представлена в форме реинжиниринга данного бизнес-процесса (изменение состава и функций бизнес-процессов нижнего уровня, изменение взаимной координации (входов-выходов) процессов, изменение способов выполнения и структуры процессов и функций). В тоже время, как мы указали, современное  производство – в условиях жесточайшей глобальной конкуренции испытывает острую потребность в постоянном внедрении нововведений разного уровня (начиная от освоения новой техники и технологии производства, разработки новых видов и разновидностей выпускаемых товаров и заканчивая совершенствованием существующей организации производства, внедрением рациональных рабочих приемов (стандартных операций), систем информатизации, сокращение непроизводственных потерь и т.п.). Поэтому, внедрение нововведений и связанный с ним реинжиниринг производственных процессов в сегодняшних условиях носят перманентный характер и становятся отдельным устойчивым бизнес-процессом промышленным компаний. На данной концепции (непрерывных улучшений), например, базируется известная производственная система Тойота (TPS, [209]), связанные с ней концепции: например, всеобщего управления качеством (TQM). Для реализации различных функций данного бизнес-процесса существуют такие структурные подразделения, как отдел технического развития, отдел исследования ассортимента и разработки новой продукции. В нем также активно участвует отдел маркетинга. В компаниях, в наибольшей мере освоивших процессную систему управления, координация деятельности производственного развития передается на высший уровень корпоративного управления, как правило имеется штатная единица «Директор по исследованиям, разработкам и производственному развитию» (в частных ситуациях названия могут варьироваться, часто производственное развитие объединяется с управлением качеством, что отображает современный подход к сплошному управлению качеством, реализованный в стандартах ISO: [191], [403], [404]).

Проектный подход также является интенсивно развивающимся направлением теории и практики управления, связанный с такими именами, как Т. Хауг, К. Груде, Э. Андерсен  [26], Воропаев В.П. [36], [84], [186], [324], [325], Керцнер Г. [141], Федурко Е., Коуэн О. [153], Мазур И.И., Шапиро В.Д., Ольдерогге Н.Г., Полковников А.В. [166], Орр А.Д. [216], Товб А.С., Ципес Г.Л. [318], Goodwin L.J. [396], D. Meister [412]; а также с деятельностью двух ведущих международных организаций-экспертов в проектной сфере: Международной ассоциации управления проектами (IPMA) и ее российской секции СОВНЕТ (Воропаев, Мазур, Ципес, Товб и др.), а также американского Института управления проектами (PMI) [415], [416]. При этом существует определенная связь проектных и процессных подходов. В частности, рядом ведущих специалистов в области бизнес-процессов признается, что внедрение изменений в организации и ее бизнес-процессах должно основываться на проектном подходе [111, с. 16]. В этой связи, как мы указали, ряд исследований сводят проблему управления развитием компаний (в том числе управления производственным развитием) – к постановке системы проектного менеджмента, управлению отдельными проектами и портфелем проектов развития. В тоже время ряд авторов рассматривают проблематику развития компаний и без концентрации на проектном подходе, оставаясь в рамках процессного подхода (Филин, Бармута). Особую концепцию построения системы принятия решений и управления в рамках процессного подхода представляют собой методы адаптивного управления, рассматривающие объект управления как постоянно развивающуюся самоорганизованную систему, которая требует постоянной адаптации (изменения) методов управления. Можно сослаться на работы: Вилисова В.Я. [78], [79], [80], Горбунова А.И. [98], Масюк Н.Н. [177], [178], [179], Тиняковой В.И [315].

В целом следует отметить, что в литературе не сформулировано разграничение областей применения проектных и процессных подходов к решению задач управления развитием. В зависимости от того подхода, которого в большей мере придерживается тот или иной автор, в каждой работе используется или проектный или процессный подход. При этом в последнее время как в области теории, так и в сфере корпоративной практики просматривается некоторое увлечение именно проектными методами в сфере решения любых задач развития промышленности. Практика деятельности компаний по внедрению инноваций и решению задач развития показывает, что между проектными и процессными подходами нет противоречия, и они могут применяться одновременно для решения соответствующих им отдельных задач. В связи с этим, разработка концепции управления производственным развитием, основанной на интеграции проектных подходов в систему управления,  основанную на бизнес-процессах, является актуальной. При этом, как уже показано, например Магруповой З.М. [164], [165], методологически структура проектов также складывается из различных функциональных процессов, то есть проект можно рассматривать в качестве процесса верхнего уровня внутри которого выделяются процессы (задачи) нижнего уровня. Действительно, если обратиться к аппарату моделирования процессов и проектов, то в них может быть найдено определенное сходство: сетевые графики проектов [36], [43] внешне очень похожи на модели бизнес-процессов в различных нотациях (ARIS, BPWin пр.) [111], [254], [365]: в первом случае они отображают последовательность и взаимосвязь работ, во втором – процессов и функций нижнего уровня. Также, например модели декомпозиции структуры потока работ (WBS) [36] по своему виду (дерево работ, дерево затрат) очень близки к модели сбалансированных показателей бизнес процессов в виде карт сбалансированных показателей (ССП), где также каждый показатель верхнего уровня имеет декомпозицию в виде дерева целевых показателей более низкого уровня: финансы, клиенты, бизнес-процессы, ключевые ресурсы.

В целом автор считает, что проекты можно интерпретировать, как однократные бизнес-процессы, имеющие, в отличие от собственно бизнес-процессов, разовый (уникальный) характер, ограниченную продолжительность (от инициации до реализации/сворачивания), а в качестве функций проектных процессов выступают подпроекты (проекты нижнего уровня) и отдельные работы. Также существует различие в подходах к определению целевых показателей проектной и процессной деятельности: проекты, как правило, имея тесную связь с инвестиционной деятельностью (например, [103]), оцениваются и целеполагаются с помощью инвестиционных показателей и методов финансового проектирования (приведенная стоимость, дисконтированные показатели стоимости, показатели доходности капиталовложения (например IRR)) [89], [364]. Такой подход к обоснованию и анализу эффективности проектной деятельности фактически уже закреплен и на государственном уровне. Можно сослаться на следующие нормативные документы: «Методические рекомендации по оценке эффективности инвестиционных проектов от 21 июня 1999 года», № ВК 477, утверждены Минэкономики РФ, Минфином РФ, Госстроем РФ [15]; а также приказ Минэкономразвития РФ и Минфина РФ от 23.05.2006 № 139/82н «Об утверждении Методики расчета показателей и применения критериев эффективности инвестиционных проектов, претендующих на получение государственной поддержки за счет средств Инвестиционного фонда Российской Федерации» [16], [114]. Процессы обычно оцениваются с использованием показателей текущей деятельности, соответствующих сущности конкретного процесса и их функций. Например, для процессов нижнего уровня производственной подсистемы используются технические и технико-экономические показатели технологии и организации производства: производительность оборудования, зона обслуживания, выработка, эффективность оборудования (КПВ, КРО); для процессов, обслуживающих производственную деятельность: объемы разработки и освоения новой продукции, темпы обновления производственной программы новыми разновидностями товаров в рамках вида товара; для производства в целом можно использовать показатели текущей деятельности: валовый выпуск, себестоимость продукции и производства, маржа, прибыль по производственной деятельности.

Следует отметить нарастающие в последние время в практической работе и уже констатируемые в научной литературе (например, А. Стреттоном [307]) противоречия между сложившейся к текущему моменту теорией управления проектами, имеющей внутреннюю, организационную направленность (освоение средств, этапы выполнения работ) и необходимой на практике концепцией стратегического управления на основе маркетинговой  концепцией управления, имеющей направленность внешнюю, рыночную.

В целях разрешения подобного противоречия, следуя концепции, определенной, в частности, Т.Оно [209] (производственная система Тойоты), предлагается рассматривать деятельность в области производственного развития промышленных предприятий как бизнес-процесс верхнего уровня, имеющий клиенто-ориентированную (рыночную) направленность, в который могут быть интегрированы отдельные проекты развития в виде разовых процессов большого масштаба. По мнению автора не является целесообразным рассматривать все виды деятельности в рамках производственного развития в виде проектов ввиду «тяжеловесности» проектного аппарата и высоких издержек функционирования системы проектного менеджмента. При этом разграничение областей использования проектных и процессных подходов, безусловно, зависит от сферы деятельности компании (проектный бизнес или операционный бизнес), а также отрасли. Например, в металлургической промышленности ввиду большого масштаба внедряемых нововведений большая часть работы по развитию производства будет осуществляться в рамках проектного подхода (см. например [165]). Аналогичным образом в сфере технологического машиностроения, где каждая единица оборудования выпускается фактически по спецзаказу в уникальном исполнении (кастомизация), а в общем комплекте поставки высока доля продажного и послепродажного сервиса (шеф-монтаж, пусконаладка, обучение, гарантийное и послегарантийное обслуживание), проектный подход применяется даже к вопросам повседневной производственной деятельности, каждый заказ здесь оформляется в качестве отдельного проекта. В текстильной промышленности – области доминирования предприятий среднего масштаба, с сохранением высокой доли массового и крупносерийного производства, где разработка новых артикулов текстильных полотен и обновление состава производственной программы осуществляется регулярно с началом каждого рыночного сезона сообразно динамике моды, значительная часть деятельности в рамках производственного развития (куда, безусловно, относится разработка новой продукции и управление товарным портфелем), будет носить характер достаточно регулярного, то есть устойчивого бизнес-процесса. В тоже время, действия, направленные на более серьезное изменение производственной среды предприятия, например, внедрение нововведений в форме обновления техники и технологий производства, создания новых производственных стратегических бизнес-единиц (СБЕ), связанные с существенными объемами инвестиций, должны рассматриваться в рамках проектного подхода.

Важным аспектом построения системы управления производственным развитием  в рамках бизнес-процесса верхнего уровня является определение и согласование показателей отдельных составляющих данной деятельности: процессов нижнего уровня, проектов, функций. В данном случае можно опереться на концепцию сбалансированного развития и управления в том виде, в котором она сформулирована  в рамках Сбалансированной системы показателей, предложенной Д. Нортоном и Р Капланом [203], [134], [135], [406], и развитой в последующих исследованиях, например, Амелина Д.М. [25], Бондаренко О.Н. [61]; Брагиной З.В., Ершова В.Н., Смирнова А.В. [66];  Ольве Н.-Г., Рой Ж., Веттера М., [207], [255],  Пахомова А.А. [224]. Таким образом, в рамках ССП используется концепция сбалансированности, которая подразумевает создание карт показателей, где показатели нижнего уровня подчиняются показателям верхнего уровня, и на основе этого происходит согласование иерархии стратегических планов развития. Аналогичным образом, как показано Елиферовым и Репиным [111, с. 256], могут быть увязаны цели и показатели бизнес-процессов разного уровня.

Следует отметить, что рассмотренные нами методологические концепции: стратегического управления, инноваций, процессный и  проектный подход, ССП, методология финансового проектирования, - не определяют конкретный инструментарий для решения частных задач производственного развития и даже не определяют состав данных частных задач, оставаясь универсальными концепциями общей теории менеджмента. Поэтому, решение задач диссертационного исследования (разработка инструментария производственного развития) требует детализации подходов, определяемых предложенной концепцией, в рамках конкретной предметной области (экономика и управление предприятиями промышленности), с учетом фактического состояния и текущих практических задач развития исследуемой сферы общественного производства. При этом должны рассматриваться следующие смежные области экономической науки: экономика промышленности (предприятия и отрасли), технология и организация производства,  промышленный маркетинг, методы принятия решений в промышленности.

1.2 Теоретико-методологическая концепция производственного развития среднего промышленного предприятия

Как было нами отмечено в параграфе 1.1 стратегическое развитие предприятия неотъемлемо связано с инновациями и внедрением нововведений. При этом типы внедряемых нововведений определяют состав частных задач развития. Как указано Юхиным С.С. [377, с. 177 - 199] новшества (нововведения) могут разрабатываться на любой стадии жизненного цикла товара, стратегического маркетинга и по различной проблематике. То есть, фактически, реализация любой из базовых стратегий развития, предложенных Портером (см., например [183]): «лидерства по издержкам», «диверсификации» и «концентрации» требует внедрения тех или иных инноваций, то есть поддержки инновационной деятельностью, которая подразумевает разработку инновации, ее создание, внедрение и распространение на рынке (диффузию) [377, с. 178]. Следует отметить, что по проблематике инновационной деятельности (в том числе ее инвестиционной составляющей), в частности, применительно к отдельным отраслям промышленности, научно-техническому прогрессу, существует большое количество исследований: Афанасьевй А.И. [31], Афанасьева В.А. [29], [30], Бездудного Ф.Ф. [44], [251], [375], Белгородского В.С. [45], Беркович М.И., Немирова А.Л. [46],  Бершева Е.Н. [55 – 57, 268, 269], Васильева А.Н. [67 – 70], Ващенко В.К., Рощиной О.Е., Ленской О.Л., Шестова А.В. [72 – 75], Гольдштейна Г.Я. [97], Гунина В.Н. [103], Николаева С.Д. [198 – 200], Живетина В.В. [115], Иващенко Н.С. [125], Контдратьева Н.Д. [147, 148], Лаврентьева В.А. [158], Медведева Д.А. [181], Ольшанской О.Н. [208], Толкачева А.С. [217], Полтеровича В.М. [239], Самочкина В.Н. [263 – 265], Севостьянова А.Г. [266 – 267], Тодосийчука А.В. [319], Уэбстера Ф. [328, 427-429]; Фатхутдинова Р.А. [329], Цитовича И.Г. [352], Щепиной И.Н. [370], Щербакова В.П.  [371], Bass F.M. [385, 409], Beardsley G., Mansfield E. [386], F. Booz [387], Gatignon H. [392], Hoppel E. v. [400], Limbkin M., Day G.S. [407], More R.A. [414], Quinn J.B [417], Robertson T.S., Gatignon H. [419], Rogers E.M. [420].

Кроме того, тема инновационных процессов в рамках реализации стратегии развития предприятий и отраслей промышленности неоднократно поднималась в последнее время в деловой прессе: журналах «Эксперт», «РБК», «Деньги», «Власть», «Forbes», «Русский Newsweek», «Текстильная промышленность»; газетах: «Коммерсант», «Ведомости», «Мир текстиля». Можно отметить следующие публикации, часть из которых отражает точку зрения представителей российской деловой элиты на инвестиционные процессы: [71]; [81] – мнение Д. Конова (Группа «Сибур»); Б.М. Фомина (РСППТЛП) [132], [333], [340]; [159]; проф. Ливанова Д.В. [160]; [271] - взгляд на производственное развитие О. Дерипаски (РУСАЛ); подход к инновационной стратегии группы Кнуаф в интервью главы «Кнауф-СНГ» Г. Ленга [343]; [344]; [353]  - об опыте создания в России инновационного производства композитных пре-прегов на основе углеродного волокна группой ХК «Композит».

Еще в начале XX века Й. Шумпетер, исследуя экономические изменения инновационного характера в факторах производства, предложил схематическую картину сложной циклической модели. Толчок развитию дают не только внешние факторы, но и внутренние, которые изнутри сдвигают равновесие рыночной системы (хозяйственного кругооборота). Этими внутренними факторами становятся новые производственные комбинации, которые и определяют циклические изменения в экономике. Принципиально новыми комбинациями факторов производства названы следующие:

  •  создание нового продукта,
  •  использование новой технологии производства,
  •  использование новой системы организации и снабжения производства,
  •  открытие новых источников и видов ресурсов (сырья).
  •  открытие новых рынков сбыта,

Новые комбинации факторов производства получили название нововведений. В терминологии Шумпетера «Нововведение» не является синонимом слова «изобретение», поскольку предпринимательская деятельность связана с применением  уже имеющихся средств, а не с созданием новых. [369 , с. 1050].

Следует отметить важность предложенных Й. Шумпетером положений в сфере инноваций для темы настоящего исследования, в частности, приведенная классификация является основой выявления инновационных элементов стратегий производственного развития. Произведя рефлексию данных положений с учетом практического состояния и стоящих задач развития исследуемой предметной области можно признать, что создание и освоение производства новых товаров (в целом, управление товарным портфелем производства), равно как и освоение технологических изменений являются основой реализации процессов инновационного производственного развития средних предприятий. Третьим ключевым инновационным элементом будет также предложенное Шумпетером развитие систем организации, управления и снабжения производства, которые в свою очередь в рамках современных концепций управления, например TMS [209], можно объединять в систему производственного (производственно-логистического) сервиса.

В рамках исследования концепции инновационного производственного развития, очевидно, развитие (поиск) рынков сбыта является вопросом несколько выходящим за рамки, относящимся скорее к общей стратегии организации, а не только его производственных подсистем, затрагивающим также системы маркетинга и сбыта. В тоже время, в данном исследовании в главе 2 показана связь стратегии производственного развития с рыночной стратегией предприятия в рамках трехмерной матрицы товарных стратегий. Большую сложность представляет вопрос отнесения к ключевым инновационным элементам производственного развития вопросов развития сырьевой базы и использования нового сырья. Отметим, что сырье, как правило, не является собственным ресурсом предприятия (особенно средних предприятий перерабатывающего сектора), это покупной ресурс. Принципиально в рыночной экономике компания может получить свободный доступ к любым ресурсам, доступным на рынке на условиях платности, при этом вопрос наличия (доступности) конкретных видов ресурсов на определенных (национальных, региональных) рынках (отчасти данная ситуация может быть экстраполирована и на трудовые ресурсы) явно выпадает из сферы влияния конкретного предприятия и становится задачей управления государства (местных властей) или отраслевых органов предпринимательского самоуправления. В тоже время, освоение использования новых видов сырья в практике работы предприятий неотрывно связано с другими инновационными элементами развития. с одной стороны, как правило использование нового сырья  требует в максимальном случае использования полностью новой технологии (например, замена хлопка на льняное волокно на текстильном комбинате - принципиально другая цепочка прядения) или, как минимум, существенно адаптированной (пример: перевод хлопкопрядильного производства на переработку штапельного полиэфирного волокна – нужна существенная модификация элементов машин в цепочке).

В тоже время, необходимо признать, что использование нового сырья в общем виде означает выпуск нового продукта (товара), даже если он обладает схожими потребительскими свойствами, поэтому, автор полагает, что с точки зрения развития среднего предприятия использование нового сырья можно свести к частным случаям использования новой технологии, освоения производства нового товара или комбинации названных инновационным элементов. В этой связи общий перечень инновационных элементов производственного развития для конкретной предметной области исследования может быть сведен к трем составляющим: развитие товара, развития технологии и развития системы производственно-логистического сервиса.

Обобщая основные положения названных теоретических исследований и практического опыта, реализация каждой из базовых стратегий применительно к сфере производственного развития основывается на нововведениях производственного характера следующего типа:

1. «Лидерства по издержкам», предполагает внедрение нововведений организационного и технологического характера совершенно различного уровня (от создания новых технологий, закупки новых маши и оборудования – до отдельных мероприятий совершенствования технологии и организации производства), направленных на экономию издержек (ресурсосбережение), повышение производительности, уменьшение непроизводительных потерь («муда» - в терминологии производственной системы Тойта [209, 108], [273]). То есть нововведения в рамках данной стратегии затрагивают следующие подсистемы: технологию, организацию производства, систему производственного сервиса.

2. «Диверсификации». Данная стратегия очень близко связана с разработкой новых продуктов, для выпуска которых, как правило, требуется внедрение новых технологий производства и новой организации, совершенствования систем производственного сервиса. При этом диверсификация будет чаще связана именно с довольно радикальной сменой техники и технологии, скорее всего в рамках стратегии диверсификации речь будет идти об замене оборудования и создании новых технологических бизнес-единиц.

3. «Концентрации». Данная стратегия применительно к производству будет связана с расширением линейки выпускаемых товаров (разработка новых товарных разновидностей в рамках видов товаров и расширение товарных групп), совершенствованием существующей продукции, совершенствованием систем производственного сервиса. Также стратегия концентрации в определенных случаях может быть связана с технологическими нововведениями (совершенствование техники и технологии), начиная от незначительных отдельных улучшений и заканчивая внедрением (заменой) достаточно больших технологических элементов (машин, технологических линий), направленных на расширение ассортимента и улучшение его качества. Примером подобных существенных улучшений можно назвать: приобретение и внедрение цепочки мокрой отделки (расшлихтование – отбелка – мерсеризация – сушильно-ширильная машина) для повышения потребительских свойств продукции хлопкоткацкого производства.

Отметим, что источник выявленных нами типов нововведений технологического развития будет различным. Для рассматриваемых нами средних промышленных предприятий (например, текстильной промышленности) ситуация складывается следующим образом:

1. новые товары (виды товаров, разновидности товаров, товарные группы) – разрабатываются силами собственно предприятия: отделами ассортимента, дизайнерами, дессинаторами; то есть предприятие будет выступать создателем и поставщиком данных нововведений и стремиться к их диффузии на рынке – увеличению объемов продаж в процессе жизненного цикла товаров;

2. новая техника, технологии и оборудование – данные нововведения, как правило, будут и создаваться и производиться (поставляться) специализированными инжиниринговыми и машиностроительными фирмами, то есть, например, текстильное предприятие будет выступать их потребителем. В некоторых случаях определенные совершенствования технологии: доработка отдельных узлов и машин, программного комплекса оборудования, систем автоматизации, а также собственно технологии производства могут осуществляться и самими производственными компаниями. При этом подобные нововведения всегда создаются исключительно для собственного потребления внутри предприятия, а цель их диффузии как правило не только не преследуется, но по возможности предотвращается любая возможность их распространения, так как подобные собственные разработки являются конкурентным преимуществом предприятия и используются для расширения ассортимента и повышения качества производимых товаров для усиления темпов диффузии конечных инноваций предприятия – товарной продукции;

3. системы производственно-логистического сервиса – также разрабатываются самим предприятием для повышения своих конкурентных преимуществ и их диффузии, также не предполагается (но может быть осуществлена другими участниками рынка в результате, например, конкурентной разведки, бенчмаркинга, так как в отличие от технологий производства их гораздо труднее скрыть, особенно в части систем обслуживания в отношении размещения и удовлетворения заказов клиента).

В таблице 2 отображено соотношение реализации базовых стратегических альтернатив производственного развития с внедрением различных типов производственных нововведений.

Таблица 2 - Инновационные составляющие реализации стратегий производственного развития.

Стратегии производственного развития

Инновационные элементы развития производства

Разработка нового продукта (ассортимента)

Внедрение новой техники и технологии

Внедрение новых систем производственно-логистического сервиса

Лидерство по издержкам

НЕТ

ДА

ДА

Диверсификация

ДА

ДА

ДА

Концентрация

ДА

Может быть необходимо

ДА

Как видно из таблицы 2 практически все стратегии, кроме «лидерства по издержкам» основываются на нововведениях в форме разработки новой продукции, расширения ассортимента. Последующие нововведения: технологического характера, в области производственно-логистического сервиса определяются вопросами разработки (формирования) товарного портфеля и призваны оказать поддержку диффузии товарной продукции. Касательно же стратегии «лидерства по издержкам» следует отметить, что в современных условиях высоких темпов научно-технического прогресса, динамизма моды, высокой волатильности цен на ресурсы устаревание старых типов продукции, изменение условий хозяйствования происходит крайне быстро, что делает невозможным создание долгосрочных конкурентных преимуществ исключительно за счет низкой себестоимости производства. Кроме того, необходимо учитывать местные экономические факторы российской промышленности: отсутствие дешевых источников сырья для производства ряда видов продукции (нет хлопка, слабо развитое производство химических волокон и полимеров), малая установленная производственная мощность по сравнению с азиатскими конкурентами, что делает невозможной ориентацию на стратегию низких издержек. Таким образом, как в глобальном, так и в национальном масштабе в условиях современной конкурентной инновационной экономики для промышленных предприятий альтернатива «лидерства по издержкам» может рассматриваться только в сочетании с элементами других стратегических альтернатив, а именно с использованием той или иной формы дифференциации по продукту. Это значит, что фактически в любом случае разработка нового ассортимента и формирование товарного портфеля будет ключевой задачей концепции производственного развития. Дальнейшая реализация данной концепции включает в себя внедрение технологических нововведений и нововведений в сфере производственного сервиса.

Первоочередное значение вопросов формирования товарного портфеля (разработки продукции) в комплексе производственного развития, в особенности текстильного предприятия,  определяется тем, что только товарные новшества представляются рынку и в результате процесса диффузии распространяются на нем на основе, товарно-денежных отношений генерируя прибыль производства. Отсюда следует тот уровень внимания, который выделяет процессы диффузии инноваций (и исследования: влияния на него разных факторов инновационного развития, конкуренции, внутренней среды предприятий-создателей и потребителей инноваций; моделирования данного процесса) среди остальных инновационных процессов в научной литературе. В частности, отметим труды Галицкого Е., Ковалева В., Левина М., Щепиной И.Н. [85], Овчинниковой Т. И., Булгаковой И.Н., Штефана В.И. [205], Полтеровича В.М., Хенкина Г.М. [239], Ткалича Т.А. Забродской К.А., Кононова А.А. [317], Болдырева Р.Л., Руссмана И.Б., Щепиной И.Н. [60], [370], Bass F. M. [385], Beardsley G., Mansfield E. [386], Gatignon H., Robertson S. T. [392, 419], Givon M., Mahaian V. [394], Hahn M., Park S., Krishnamurthi L. and Zoltners A. A. [397], Mahajan V., Muller E. & Bass F. M. [409], More R.A. [414], Rogers E.M. [419], Shih Ch.-F., Venkatesh N. [422], Thorelli H.B., Burnett S.C. [425], Webster F.E. Jr. [427]. Циклический характер процесса диффузии инноваций, который сначала ведет к росту потребления нового продукта, а после достижения пика – к спаду и уходу с рынка, ставит для промышленных компаний в качестве одной из первоочередных задач проблему обновления ассортимента и разработки новой продукции, что, в конечном итоге, ставит вопрос формирования устойчиво сбалансированного товарного портфеля на центральное место среди вопросов формирования стратегии производственного развития.

Тогда, обобщая рассмотренные теоретические положения, под производственным развитием мы будем понимать деятельность, направленную на повышение технико-экономической эффективности производственных подсистем промышленных предприятий на основе разработки, внедрения и освоения нововведений в рамках системы стратегического управления предприятием. Данное определение является частью авторской концепции построения комплексной системы реализации и управления деятельностью производственного развития среднего промышленного предприятия.

С учетом проведенного анализа научно-методической базы в области теории сбалансированного управления, концепцию производственного развития, формулируемая на основе процессного подхода с интеграцией проектов развития, должна также основываться на принципах сбалансированного управления, в качестве методологии согласования иерархии целевых показателей деятельности. Тогда концепция производственного развития может быть представлена в форме интеграции системы инструментов сбалансированного управления развитием производства на основе реализации процессов и интегрированных в них проектов развития.

Нами выявлены частные задачи концепции производственного развития с учетом особенностей текстильного производства, как области с доминированием предприятий среднего масштаба – обособленного типа промышленных предприятий:

1. формирование состава и управление структурой товарного портфеля предприятия, что включает в себя управление разработкой новых видов и разновидностей товаров с учетом их рыночной диффузии и с опорой на принцип сбалансированности;

2. решение задач создания новых технологических СБЕ промышленных предприятий, необходимых для освоения производства новой продукции;

3. совершенствование систем производственно-логистического сервиса, как фактора, влияющего на ускорение диффузии новых товаров на рынке.

Соотнося предложенный нами состав задач производственного развития с концепцией рассмотрения данной деятельности в качестве бизнес-процесса верхнего уровня, данные частные задачи можно интегрировать в процесс производственного развития (бизнес-процесс верхнего уровня) в качестве бизнес-процессов и проектов нижнего уровня в виде:

1. процесса  управления товарным портфелем предприятия, состоящего из подпроцессов:

1.1 создания новых видов товаров;

1.2 создания новых разновидностей товаров;

1.3 управления производственной программой предприятия;

2. проектов создания новых технологических СБЕ и технического перевооружения, которые будут состоять из подпроектов:

2.1 собственно технического перевооружения;

2.2 создания системы разработки продукции для новой СБЕ;

2.3 реорганизации маркетинговой деятельности с учетом создания нового производства;

3. процессов совершенствования производственно-логистического сервиса по критерию минимума потерь.

Несмотря на то, что задачи производственно-логистического сервиса стоят на третьем месте в списке, в реальности они оказывают одно из ключевых воздействий на эффективность программ производственного развития. Как отмечал ряд исследователей: Глудкин О.П., Горбунов Н.М., Гуров А.И., Зорин Ю.В.  [91], Джордж С., Ваймерскирх А. [105], Дьяконов Д., Давидович О. [108], Литвинова Н. [145], Котлер Ф. [152], Оно Т.  [209], Пшенников В.В. [248], [249], Уэбстер Ф. [328], [429], Фатхутдинов Р.А. [332], Cronin Jr. J.J., Taylor S.A. [389], Heskett J.L. [399], Hutchinson W.M. Jr., Stolle J.F. [401], Mentzer J.T., Flint D.J., Hult G.T.M. [413], Shapiro R.D., Heskett J.L. [421], - уровень производственно-логистического сервиса (как то: система размещения заказа в производство и выполнения заказа, система поставки и доставки, требования по размеру партии заказа, срок поставки) является одним из важнейших составляющих комплекса товарного предложения и влияет на восприятие товара клиентом и его конкурентоспособность. Также интерес представляет исследование Дудяшовой В.П. [107], в котором применительно к построению системы управления бизнес-процессами предприятия (в том числе производственного развития) вводится категория «системы обслуживания клиентов и производственного процесса в текстильной промышленности (СОТП)».

Система производственного сервиса крайне важна для промышленных и, так называемых B2B-рынков, где клиент не является конечным потребителем товара, а только использует его в своем технологическом (бизнес) процессе для производства товаров и услуг, поставляемых далее по «цепочке создания ценности» [209]. В этой связи успешность развития систем производственного сервиса непосредственно влияет на конкурентоспособность и темпы диффузии товарной продукции, то есть оказывается важнейшим фактором реализации стратегии производственного развития. В тоже время, система производственного сервиса является одной из важнейших функций производственной компании, а в рамках производственной системы Тойота (TPS, TPM) – даже бизнес-процессом, объединяющим все производственные подсистемы: организацию производства и труда, производственную логистику, систему клиентского обслуживания и т.п. В частности, организация производства в данной системе предполагает использование таких систем, как «канбан» - выравнивание производства по стадиям технологического процесса, связанную с ней систему «точно в срок» (Just In Time - JIT). Данные системы фактически объединяют воедино внутреннюю организацию производственных бизнес-процессов с обслуживанием клиентов – внешним сервисом, который, как мы уже отмечали, является составляющей товарного предложения фирмы. С учетом данного заключения, а также выявленного нами состава частных задач производственного развития можно сделать вывод, что развитие производственного сервиса является заключительным элементом, который замыкает модули задач развития товара и развития производства в единый комплекс в рамках концепции производственного развития, сформулированной нами в разделе 1.1 (рис. 1).

 

Рисунок 1 – Единство задач концепции производственного развития среднего промышленного предприятия.

На рис. 1 в графической форме проиллюстрировано, что частные задачи производственного развития интегрируются в систему процессного управления производственного развития. Также в систему производственного развития интегрируются проекты производственного развития, в качестве аппарата решения задач развития технологии производства.

Таким образом, автором определен круг частных вопросов производственного развития. Дальнейшее рассмотрение темы исследования будет заключаться в рассмотрение инструментария решения данных частных задач и построения интегральной системы управления вопросами развития предприятия.

1.3 Обзор отраслевых подходов к проблеме производственного развития на примере текстильной промышленности.

Настоящее диссертационное исследование выполнено в рамках научной школы, сформированной в рамках МГТУ им. А.Н. Косыгина, МГУДТ, СпбГУТД, РосЗИТЛП, ИГТА, КГТУ, ДИТУД в сфере организации, планирования и управления текстильной и легкой промышленности. Данная школа также является неотъемлемой частью отечественной научной и профессиональной школы управления промышленностью (инженерно-экономической школы), основанной на рассмотрении экономических проблем и вопросов управления предприятиями на основе построения организации производства с учетом особенностей технологии и параметров технологических процессов отраслей и первоочередном внимании к вопросам отраслевой специфики.

Для дальнейшего рассмотрения вопросов производственного развития необходимо также осуществить обзор уже разработанных подходов к организации производства, экономике промышленности и решению задач производственного развития в рамках нашей научной школы.

Данная научная школа имеет в себе две основы. Первая основа – общая теория организации производства в легкой промышленности, сформулированная в классической форме профессором Поляком Т.Б. к 1960-ым годам [240], [241]. Основной концепцией данной теорией является принцип сопряженности, выражающийся в необходимости обеспечения бесперебойного протекания технологических процессов по производительности и установленной мощности технологических переходов, а также по обеспеченности незавершенным производством (НЗП), трудом и прочими ресурсами. Организация труда, являющаяся составной частью данной концепции, строится в рамках школы «научной организации труда», основанной А. К. Гастеевым.

В рамках теории организации производства решаются вопросы обоснования различных технических нововведений: нового сырья, новой техники и оборудования на основе технико-экономического анализа.

Подходы данного научной школы развиты для различных частных вопросов организации производства текстильной и легкой промышленности развиты в трудах последователей Т.Б. Поляка: Афанасьева В.А. [29], [30], (для кожевенно-обувной промышленности); Афанасьевой А.И. [31] (для новых условий хозяйствования легкой промышленности); Бездудного Ф.Ф. (по интенсификации и комплексной эффективности производства) [44], [251], [375]; Иващенко Н.С. [124 – 127] (комплексная оценка развития текстильного производства, разработка текстильных товаров, рыночная устойчивость предприятия, параметрическое планирование затрат производства); Павлова А.П. (развитие системного подхода к организации производства, методы процессного и проектного управления производством) [221 – 222], [43 – в соавторстве с Бездудным Ф.Ф.]; Васильева А.Н. (научно-технический уровень производства, обоснование и анализ эффективности нововведений) [67 – 70], Зерновой Л.Е. (моделирование технико-экономических показателей производства через параметры технологических процессов, оценка эффективности нововведений и инвестиций) [116].

Следует отметить, что направление теории организации производства в том виде, как было сформулировано Поляком Т.Б., лежит в сфере экономической науки планового периода развития народного хозяйства и промышленности России, и, в отдельных моментах, безусловно, подлежит ревизии в новых условиях хозяйствования. В частности, в настоящее время является дискуссионным положение о приоритете и большей прогрессивности массового производства по сравнению с серийными и единичными видами: в современных условиях конкурентной экономики и усиления концентрации компаний на узких сегментах рынка, диктата потребителя и чрезвычайного расширения ассортимента массовое производство уступает место серийному и единичному видам производства. При этом внедряются различные средства программной автоматизации непосредственно в системы управления отдельных единиц оборудования и, также, в системы интеграции производств, позволяющие осуществлять контроль всех производственных ресурсов и процессов в режиме реального времени, на уровне, недоступном никогда ранее. В этой связи меняется:

- подход к планированию производственной программы, путем переориентации на заказы и динамику рынка,

- в частности, расчет производственной программы осуществляется не через производственные нормы (нома производительности с учетом коэффициента полезного времени; установленная мощность; режимный фонд времени; коэффициент работы оборудования), а путем прямого счета на основе наличных заказов с учетом не нормативного, а фактического чистого (с исключением времени предварительно запланированных в on-line планово-предупредительных работ) фонда времени по каждой единице оборудования с учетом фактически потребных затрат времени на перезаправки в связи со сменой ассортимента [273].

В тоже время, базовые принципы теории организации производства текстильной и легкой промышленности в части основания организационно-экономических решений на учете технологических особенностей производства, являются актуальными и сегодня, а сама теория имеет широкие возможности адаптации к новым условиям хозяйствования, научно-техническому прогрессу техники и технологии, как показали, в частности, Афанасьева А.И., Иващенко Н.С., в связи с чем данная Теория может быть рассмотрена в качестве научной основы настоящего исследования.

В качестве второго основания научной школы, в которой работает автор,  следует назвать теорию оптимизации технологических процессов текстильной и легкой промышленности. Данная теория имеет тесную связь с теорией организации производства, в части экономических критериев оптимизации технологических процессов и математического аппарата. В качестве основоположника данного научного направления мы выделяем профессора Севостьянова А.Г. [266, 267], заложившего теоретические основы современных исследований технологических процессов в текстильной промышленности и их оптимизации. Можно назвать следующие технологические задачи, имеющие непосредственное отношение к экономической эффективности производства: оптимизацию состава сырьевой смеси в прядении, оптимизацию планов технологического процесса, оптимизацию технологических параметров работы отдельных машин и отдельных технологических переходов по критериям качества продуктов и полуфабрикатов, выпадения отходов и т.п. В рамках данного направления можно отметить также следующие работы, осуществившие расширение и адаптацию методов теории оптимизации технологических процессов к частным вопросам текстильной и легкой промышленности: Белгородского В.С. [45] (для обувной промышелнности), Бершева Е.Н. [55 – 57] (для технологий нетканых материалов, отделочных производств, электростатического флокирования); Ерохина Ю.Ф., Николаева С.Д., Каревой Т.Ю. [113], Николаева С.Д. [198 – 200]  (в ткацком производстве – в соавторстве с Малецкой С.В., Юхиным С.С.); Кукина Г.Н. Соловьева А.Н., Коблякова А.И. [156]; Щербакова В.П. [371] (а прядильном производстве), Цитовича И.Г. [352] (в трикотажном производстве).

На стыке и с использованием достижений данных научных направлений: организации производства и оптимизации технологических процессов, - в рамках рассматриваемой научной школы проф. Павловым А.П. и проф. Бездудным Ф.Ф. [43] было сформулировано третье направление – использование экономико-математических методов к организации, планированию текстильной и легкой промышленности и управлению ее производственным развитием. В частности, ими была сформулирована методология принятия управленческих решений в отрасли на основе применения следующего методического аппарата, в частности:

- оптимизации (линейного, нелинейного и целочисленного программирования) к решению задач: управления производственной программой, управления ресурсами предприятия и др.;

- сетевых графиков для управления проектами производственного развития;

- методов оперативного планирования для составления графиков и производственных расписаний.

В данной работе мы следуем в рамках научной школы экономико-математической постановки задач организации, планирования и управления производством в текстильной промышленности, основанной проф. Павловым А.П., которая также следует в рамках отечественной экономико-математической школы (акад. Канторович Л.В., акад. Макаров В.Л. [133]; акад. Моисеев [187 – 189]; д.э.н. Недосекин А.О. [192 – 197]; проф., д.э.н., д.т.н. Орлов А.И. [211 – 214]; проф. Айвазян С.А. [228], акад. Полтерович В.М. [239] и др.) с опорой на ведущие достижения зарубежных исследователей, например: проф. Беллмана Р. [48, 49], проф. Заде Л. [430].

Отметим, что в настоящее время школа организации и управления текстильной и легкой промышленности продолжает развиваться и можно отметить следующие исследования последних лет, имеющие большое значение для темы диссертационного исследования: Брагиной З.В. [65], Куркина А.А. [157], Ващенко В.К., Рощиной О.Е. [72 – 75, 259] (вопросы стратегических аспектов управления и развития); Живетина В.П. (развитие и структурные изменение подотраслей текстильной промышленности) [115]; Кащеева О.В. (оптимизация управления текстильной промышленностью) [140]; Масюк Н.Н. [175 – 178] (внедрение адаптивных методов управления в отрасли); Ольшанской О.Н. [208] (управление разработкой конкурентоспособной продукцией); Пахомова А.А. [224] (принципы сбалансированного развития предприятий); Фомина Б.М. [339 – 340] (инвестиционные и инновационные механизмы в развитии выпуска конкурентоспособной продукции отрасли); Шавкина В.И. [360] (по функционально-стоимостному анализу в разработке конкурентоспособной продукции), Зотиковой О.Н. [117-121] (по вопросам производственного развития производства химических волокон). Обобщение существующих подходов научной школы организации и управления текстильной и легкой промышленности с учетом современной проблематики в области производственного менеджмента осуществлено в фундаментальной монографии проф. Юхина С.С. [377].

Отдельный интерес представляет исследование Ульяновой О.Б. [323], которое в целом решает проблему внедрения системы процессного управления в средних предприятиях текстильной промышленности. Кроме того, ею даны определения такой категории, как «бизнес-единица» в рамках процессной системы управления. В этом случае под бизнес-единицей понимается «организационная единица …, объединяющая в себе выделение цепочки операционных процессов производства  на базе предметной специализации по продуктовому признаку» [323, с. 11]. Отметим, в целом, высокое значение внедрения результатов Ульяновой О.Б. в практику управления предприятиями, так как оно позволяет обеспечить условия реализации концепции  производственного развития на основе бизнес-процессов, формулируемой в данной работе.

Из всего многообразия работ научной школы «Организации, планирования и управления производством в текстильной и легкой промышленности» нас в данном случае больше всего интересуют работы, посвященные непосредственно вопросам производственного развития. Отметим, что, так как данная научная школа зарождалась в эпоху планового хозяйствования, для которого основными критериями хозяйственной деятельности были показатели минимизации расхода ресурсов при заданном плановом объеме выпуска, для научных работ, созданных в тот период (примерно до 1990 года) характерна «затратная» (cost-oriented) постановка задач производственного развития. Экономическая модель СССР, несмотря на проведенные реформы в 1960-ых годах, во многом инициированные проф. Е.Г. Либерманом [237], и связанное с ними внедрение некоторых элементов хозяйственного механизма (в том числе так называемой «безналичной прибыли»), и даже перестройку 1980-ых годов, продолжала вплоть до своего краха в 1991 году оставаться в рамках затратной (cost) парадигмы, оперируя такими понятиями, как «распределение и освоение фондов» и т.п., не принимая и даже не рассматривая таких категорий западной управленческой парадигмы, как прибыль (profit), добавленная стоимость (value added), денежный поток (cash flow), капитализация (capitalization). Так, например, проф. Васильев А.Н. в своей монографии [70, с.с. 56 - 57], критически рассматривая результаты повсеместного внедрения в хлопкопрядильной подотрасли пневмомеханического способа прядения, опирается в основном на снижение показателя фондоотдачи за счет использования (в ценах тех лет) значительно более дорогих основных фондов, превышавших стоимость ранее установленных основных фондов кольцевой системы прядения. При этом делался вывод о более высокой экономической эффективности сохранения кольцевого прядения, что обосновывалось, в первую очередь, более низкой стоимостью основных фондов и более высоким значением за счет этого фондоотдачи (чисто затратная постановка вопроса). Отметим, что, несмотря на, в целом, полученный правильный вывод о нецелесообразности и неправильности на тот момент времени (1970-ые – 1980-ые годы) сплошного внедрения пневмопрядения, подобный анализ не является исчерпывающим. В частности, как показывает далее автор диссертационного исследования, помимо фактора первоначальных инвестиций и фондоотдачи в случае повсеместной замены кольцевой системы прядения на «пневмо» (что в СССР было осуществлено в беспрецедентном по отношению к другим странам масштабе, так как кольцевое прядение было практически полностью вытеснено), в данном случае следует учитывать еще:

а) резкое сужение ассортиментных возможностей производства, и ухудшение качественных характеристик пряжи с переходом на пневмопрядение,

б) сокращение номенклатуры последующей продукции, возможной к выпуску из данной пряжи до перечня товаров ограниченного числа сегментов текстильного рынка (фактически только: технический текстиль, спецодежда, домашний текстиль (постельное белье), трикотажные изделия среднего качества), ограничивая развитие сегментов высококачественных текстильных изделий и, в первую очередь, тканей одежного ассортимента,

в) все это привело к снижению рыночной ценности как самой пряжи, так и последующей продукции по «цепочке добавленной стоимости» отрасли, что, в том числе, создало условия снижения прибыльности и показателей добавленной стоимости прядильных предприятий, хлопчатобумажной подотрасли, всей текстильной и легкой промышленности при переходе к рынку. Подобная ошибочная техническая политика, как показало дальнейшее развитие событий, стала одним из факторов снижения конкурентоспособности российской текстильной промышленности и вытеснению ее с ряда важнейших рынков: например, текстиля для производства одежды. Таким образом, данная ситуация отчетливо показывает, как политика производственного развития, ориентированная исключительно на «затратные» производственные показатели (в пневмопряднии за счет более высокой производительности машин, сокращения числа переходов (исключение одного ленточного, ровничного и мотального переходов) на значительном интервале линейных плотностей продукта достигаются, как правило, более высокие технико-экономические показатели и более низкая себестоимость), игнорирующая факторы ассортиментных возможностей и более высокой добавленной стоимости на более качественной продукции, ведет к отрицательным результатам. В частности, нигде в других странах не было осуществлено подобных полномасштабных внедрений пневмомеханического прядения. На текущий момент в мировом объеме выпуска короткоштапельной пряжи (short staple yarn - пряжа из хлопка и волокон, в основном аналогичных хлопку штапельных диаграмм) доля кольцевого прядения и производных от него современных систем, выпускающих продукцию высокой добавленной стоимости (т.н. «slub» - пряжа с эффектами вариации по линейной плотности (multicount) и вариации по крутке (multitwist), и «compact» - гребенная пряжа с пониженным уровнем ворсистости) никогда не опускается меньше 70% [398, c. 24]. При этом международный опыт показывает, что границей эффективного использования роторного прядения является приблизительно 40-45 английский номер пряжи (Ne), соответствующий значению 15 Текс. Для пряжи более низкой линейной плотности целесообразным ввиду более низкой себестоимости единицы продукции оказывается кольцевое прядение.

Отметим, что ряд последующих исследований вопросов производственного развития в рамках названной научной школы уже использует рыночные показатели для обоснования отдельных вопросов развития. Например, в современных работах серпуховского НИИНМ, выполненных под общим руководством Шавкина В.И., используется методология функционально-стоимостного анализа для обоснования цен на нетканые материалы технического назначения. Отметим, что, несмотря на то, что и в данном случае фактически модель опять опирается на затратные показатели, в подобной ситуации это оправдано технической областью применения (технический текстиль), где технологические параметры материалов являются важнейшим потребительскими их свойствами. В тоже время, данную методику трудно экстраполировать на иные области текстильной и легкой промышленности, а также вообще сферы среднего промышленного производства, где выпускаются товары, более ориентированные на конечное потребление, чьи характеристики описываются скорее не в технических, а художественно-эстетических терминах, показателях комфорта и т.п., зачастую не имеющих объективного измерения. При этом следует отметить, что для любого производства любого товара, конечный результат: выручка, прибыль, добавленная стоимость, капитализация, определяются не только фактором цены товара и его себестоимости, но и фактором объемов реализации продукции, который, в свою очередь определяется процессом диффузии нововведений, разрабатываемых предприятием в форме новой продукции. Отметим, что ни среди работ нашей научной школы, ни вообще среди рассмотренных работ области теории производственного развития, практически нет исследований, которые рассматривали бы процесс производственного развития с позиций диффузии инноваций, которые в результате данного процесса создаются. То есть, практически нет исследований, которые бы рассматривали производственное развитие в динамическом аспекте с учетом экономического механизма распространения инноваций, генерируемых в результате процессов развития и инновационных проектов. Поэтому, рассмотрение диффузии инноваций является ключевым вопросом дальнейшего исследования производственного развития.

Выводы по главе 1.

1. Решение вопросов производственного развития промышленных предприятий лежит в области стратегического управления и непосредственно связано со стратегическим планированием развития как отдельных предприятий, так и целых отраслей народного хозяйства.

2. Сформулировано определение производственного развития, как деятельности, направленной на повышение технико-экономической эффективности производственных подсистем промышленных предприятий на основе разработки, внедрения и освоения нововведений в рамках системы стратегического управления.

3. Производственное развитие является бизнес-процессом верхнего уровня промышленных компаний, интегрированным в систему стратегического управления.

4. Процесс стратегического развития включает в себя отдельные процессы, функции и проекты стратегического развития, интегрированные в целостную систему.

5. Для описания и управления различными аспектами деятельности по производственному развитию, в зависимости от их характера (проектные и процессные), могут применяться как проектно-инвестиционные показатели, так и показатели текущей деятельности.

6. Предложена концепция решения проблемы производственного развития, в виде интеграции инструментов сбалансированного управления развитием производства на основе реализации процессов и включаемых в них проектов развития.

7. Определены основные задачи концепции производственного развития: управление развитием товарного портфеля (товарными нововведениями), управление технологическим развитием предприятия, связанным с разработкой и освоением новой продукции (технологическими нововведениями), управление системами производственно-логистического сервиса (сервисными нововведениями и нововведениями в сфере организации производства).

8. Решение задач производственного развития в рамках данного исследования осуществляется в рамках научной школы «Организации планирования и управления производством в текстильной и легкой промышленности».

9. Постановка задач развития в настоящее время должна осуществляться в рамках рыночного подхода с учетом первостепенного значения показателей прибыли предприятия на основе парадигмы увеличения добавленной стоимости (value added), что предопределяет первоочередное внимание вопросам ассортиментных возможностей производства и диффузий товарных новшеств.

10. Анализ существующей научно-методической базы в рамках проблематики диссертационного исследования показывает недостаточное внимание вопросам моделирования и управления диффузией инноваций в комплексе вопросов производственного развития, что обосновывает необходимость постановки проблематики моделирования и прогнозирования диффузии товарных нововведений в центр настоящего исследования.

ГЛАВА 2. Методологические особенности реализации цикла управления развитием производственных подсистем предприятий среднего масштаба деятельности

  1.  Современное состояние среднего промышленного производства в России на примере текстильной отрасли.

В целях формулирования критериев среднего промышленного предприятия произведем анализ выявленных автором на основе обобщения практики функционирования отечественных предприятий и имеющихся публикаций фактов.

  1.  Средние промышленные предприятия (средний промышленный бизнес) являются достаточно обособленным типом предприятий, отличающимся от малого и крупного. Так, в отличие от крупного бизнеса среднее предприятие характеризуются ограниченным числом бизнес-направлений (бизнес-единиц) и их большей степенью однородности (отраслевой и рыночной ориентации). В отличие от малого бизнеса, для которого в большей степени характерны элементы кустарного производства, средние промышленные предприятий имеют индустриальный характер производства с использованием современной промышленной технологии, характеризуются высокой долей основных производственных фондов в структуре активов.
  2.  Средний бизнес является важным элементом национальной экономики с точки зрения вклада в такие категории, как занятость населения (по оценкам И. Березина [53] он обеспечивает занятостью от 1/3 до 50 процентов экономически активного населения и выпуск порядка 50% продукции и услуг); рост экономики (концепция «Газелей», сформулированная Д. Берчем [150] - средние предприятия (составляющие порядка 5% от общего числа компаний в экономике) обеспечивают основной вклад в экономический рост и создают до 80%  новых рабочих мест).

Тем не менее, следует отметить недостаточное внимание как исследователей, так и государственных органов к проблеме средних предприятий, так как в фокусе внимания и тех и других остается в основном или малый или крупный бизнес. В тоже время, реализация стратегии развития средних предприятий имеет существенные отличия, как от малого, так и от крупного бизнеса, имеются специфические для данного масштаба производства особенности и риски. Следовательно, с учетом названных замечаний и поставленных задач инновационного развития экономики [165, 290] исследование вопросов развития именно средних промышленных предприятий выглядит крайне актуальной задачей.

Согласно Федеральному закону от 24 июня 2007 года № 209-ФЗ «О развитии малого и среднего предпринимательства в Российской Федерации» [11], а также Постановления Правительства Российской Федерации от 22.07.2008 г. № 556 [12] существуют следующие критерии официального отнесения юридических лиц к категории среднего бизнеса, как разновидности субъектов малого предпринимательства:

а) доля внешнего участия иных юридических лиц не должна превышать 25%;

б) среднегодовая численность постоянных работников должна находиться на уровне не более 250 человек;

г) объем годовой выручки должен составлятьот 400 до 1000 миллионов рублей.

Отметим, что данный подход реализуется в рамках государственной налоговой политики, финансовой политики (в отношении финансового учета и отчетности компаний) и политики развития предпринимательства и связан с жесткой привязкой к такой категории, как «юридическое лицо». Отметим, что данный подход не вполне удовлетворяет целям настоящего исследования, лежащего в области методологии организации и управления промышленными предприятиями, то есть в сфере корпоративного менеджмента. В первую очередь, в данном случае является нецелесообразной привязка именно к категории юридического лица, так как в реальной экономике, в том числе в промышленной сфере, достаточно распространена практика разделения одного бизнеса (отдельного предприятия), характеризующегося единством бенефициаров, менеджмента, финансов, целей и систем управления по нескольким юридическим лицам и даже юрисдикциям с официальным указанием различной степени аффилированности (начиная с полностью прозрачных структур до формирования непрозрачных структур бизнеса). Так, например, бизнес одного завода или фабрики может быть разделен по функциональным бизнес процессам на несколько юридических лиц:

- компанию – владельца основных производственных фондов;

- компанию-эксплуатанта основных производственных фондов на основе операционного или финансового лизинга, являющуюся также официальным работодателем основных штатов промышленно-производственного персонала;

- компанию, владельца оборотных фондов, осуществляющую закупки сырья, и передающую его в производство по схеме толлинга;

- сбытовую компанию, реализующую функцию сбыта и маркетинга.

Фактически в данном случае следует говорить о едином бизнесе (предприятии), однако с формальной точки зрения это может быть вообще совокупность независимых юридических лиц, зарегистрированных совершенно различным образом и даже в различных юрисдикциях в зависимости от интересов владельцев (мы исходим из того, что в общем виде такие схемы владения могут являться легальными), интегрированых по различным моделям, начиная от аффилированности путем, например, перекрестного владения долями акций, объединения юридических лиц в группу компаний, и заканчивая неформальными договоренностями участников бизнеса, построенными на доверии (в этом случае, каждое из юридических лиц формально принадлежит одному из группы конечных бенефициаров, а координация деятельности определяется неформальными соглашениями). Отметим, что доля «неформальных» и малопрозрачных схем владения возрастает со снижением масштабов бизнеса и в области средних промышленных предприятий она остается достаточно высокой. В связи с этим, в вопросе определения критериев «среднего промышленного предприятия» мы отказываемся от привязки к категории юридического лица, а опираемся на категорию «бизнес», как единство активов, структуры управления и целей предприятия. Кроме того, учитывая отличие целей исследования от области госуправления, бухгалтерского и финансового учета, мы должны сформулировать критерии среднего предприятия на основе понимания данного феномена экономики профессиональным и экспертным сообществом в области корпоративного менеджмента.

В качестве примеров можно сослаться на подходы, использованные И. Березиным [37], который опирается на следующие принципы:

  1.  число занятых – здесь предлагается использовать отраслевой подход – разные критерии для разных видов деятельности и бизнесов;
  2.  оборот: верхняя граница 150 миллионов долларов США (примерно 4,5 миллиардов рублей по среднему курсу 2010 года – определяется нижней границей вхождения компаний в рейтинги крупного бизнеса, например, по классификациям Forbes, РБК, ИД «КоммерсантЪ» и др.); нижняя граница – 2,5 миллионов долларов в год (примерно 75 миллионов рублей);
  3.  доля рынка компании (0,5 – 5%);
  4.  структура управления;
  5.  роль функции маркетинга.

В качестве второго подхода можно назвать критерии, используемые рейтинговым агентством РА «Эксперт», применяемые также в публикациях по проблематике среднего бизнеса одноименного журнала. Например, анализируя средний бизнес Уральского региона А.Коновалов [134]  в качестве критерия отнесения использует годовой объем выручки 300 млн. – 8 млрд. руб. (примерно 10 – 250 миллионов долларов США) и срок существования компании больше 3 лет. Указывается, что данные критерии соответствуют подходам к выделению среднего бизнеса, принятым на Западе.

Обобщив вышеизложенное, а также практику функционирования отечественной промышленности, определим окончательно критерии среднего промышленного предприятия. Мы считаем, что ключевым фактором отнесения предприятия к данной категории следует рассматривать именно оборот (выручку) от производственной деятельности, как основной реальный экономический индикатор масштабов бизнеса. Показатель численности занятых в данном случае является глубоко второстепенным, так как для предприятий одного и того же масштаба он определяется во многом особенностями техники и технологии. В случае, если рассматривать численность промышленно-производственного персонала в качестве критерия среднего предприятия, тогда, например, предприятия одной и той же производственной мощности и сопоставимой выручки, например в таких подотраслях, как прядильно-ткацкая и нетканая (или отделочная) будут относиться к разным категориям. Например, прядильно-ткацкая фабрика, ориентированная на переработку 400 тонн хлопка в месяц при современном уровне техники и технологии будет иметь численность штатов промышленно-производственного персонала в 200 – 300 работающих, в то время, как фабрика нетканых материалов аналогичной мощности – не больше 40 – 60 человек, тогда, например, основываясь на критериях отнесения к субъектам малого предпринимательства, первое предприятие может уже вообще считаться крупным, в то время, как второе не будет «дотягивать» до среднего уровня. В целях нивелирования отраслевых особенностей разных производств для выявления средних промышленных предприятий фактор численности ППП предлагается не рассматривать.

Касательно других факторов, предложенных И. Березиным, таких как доля рынка, структура управления и роль функции маркетинга следует также отметить их второстепенность и опосредованное отношение к сфере управления промышленностью. Исходя же из сферы промышленного производства, можно предложить другие критерии, основанные на характере именно данного вида экономической деятельности.

  1.  Средние промышленные предприятия осуществляют производство на индустриальной основе с использованием современной техники и технологии производства и современных методов организации производства. В этом состоит отличие от малых предприятий, которые могут использовать элементы кустарных технологий.
  2.  Средние промышленные предприятия имеют высокую долю основных фондов производственного назначения и/или производственных нематериальных активов (технологий, ноу-хау) в структуре активов. Как правило, средние промышленные предприятия отличаются высокой капиталоемкостью производства. При этом масштаб инвестиций в основные фонды среднего предприятия составляет, как правило, от сотен тысяч до десятков миллионов Долларов США. Предприятия, основанные на меньших инвестициях следует относить к малым, а на больших (сотни миллионов и миллиарды долларов) – к крупным.
  3.  Бизнес – структура. Средние предприятия в отличие от крупного бизнеса отличаются меньшей степенью диверсификации, что предполагает наличие в их бизнес-портфеле меньшего числа бизнес-единиц (как правило речь может идти о единицах направлений бизнеса: от 1 - до 4), позиционированных на одном или ряде достаточно близких сегментов рынка, что позволяет опираться на, как правило, единую систему маркетинга, сбыта и продвижения продукции. В массе средних компаний высока доля предприятий, специализированных в одной единственной отрасли.
  4.  По обороту группа средних предприятий является достаточно обширной и в целом мы можем опереться на классификацию, предложенную А. Берзиным: от приблизительно (с учетом критериев 1 - 3) 2 - 2,5 до 150 – 200 миллионов долларов США в год. При этом мы руководствуемся следующей логикой. 2 – 2,5 миллиона долларов в год (60  -70 миллионов рублей) – это типичный оборот современной ткацкой фабрики минимального масштаба на приблизительно 6 рапирных или пневматических станков (такие фабрики могут эффективно функционировать в областях производства тканей с высокой добавленной стоимостью, например: жаккардовых мебельно-декоративных тканей, махры). Несмотря на малую занятость (порядка 20 – 30 работников), данная фабрика:

а) имеет индустриальный характер производства;

б) имеет высокую долю основных производственных фондов в стоимости активов (в современных ценах стоимость только ткацкого оборудования, включая сновальную машину, составит не менее 700.000 - 800.000 Евро или 29 – 35 миллионов рублей по курсу начала ноября 2010 года);

в) имеет однородную бизнес-структуру (одна СБЕ, ориентированная на 1 рынок).

Верхняя граница среднего предприятия, установленная нами на уровне оборота в 150 – 200 миллионов долларов (4,6 – 6,2 миллиарда рублей) выглядит для нас более обоснованной в российских условиях по сравнению с вариантом, предложенным РА «Эксперт» (8 миллиардов рублей), ввиду того, что российским бизнес-сообществом обороты в 7 – 8 миллиардов рассматриваются уже в качестве скорее крупного бизнеса. В тоже время, мы должны признать, что все границы являются условными и должны применяться с учетом всех названных критериев.

Также мы должны согласиться с мнением И. Березина [53] о необходимости учета отраслевых особенностей в использовании тех или иных критериев. Касательно промышленной сферы здесь, опираясь на работы Р.А. Фатхутдинова [333], Т. Оно [209], мы можем выделить 2 отдельных типа производств в зависимости от используемого типа технологии и соответствующих ей принципов организации производства: непрерывное и дискретное производство. К первому типу принято относить в основном производство материалов и прочей продукции, выпускаемой непрерывным способом на производственных установках (агрегатах, цепочках машин). Второй тип включает в себя 2 типа производств: производства штучных изделий (деталей) и сборочные производства. Данные типы производств имеют существенные отличия в принципах построения организации производственных бизнес-процессов, структуре производственных активов и, соответственно, различные закономерности в отношении определения оптимального масштаба производства.

Непрерывные производства, куда мы относим все производства веществ и материалов в различной форме и по различным технологиям (химическим, физическим, механическим и т.п.), как то: металлургическое, химическое (производство веществ, полимеров, погонажных изделий и волокон), текстильное, резинотехническое, строительных, древесно-стружечных, отделочных материалов, характеризуются крайне высокой капиталоемкостью (в терминах стоимости основных производственных фондов в структуре активов бизнеса), требуют индустриальных машинных форм реализации технологических процессов и обладают ограничением минимального технически обоснованного масштаба производства. Высокая капиталоемкость непрерывных производств определяется крайне низкой их как ассортиментной, так и операционной технологической гибкости (выпуск конкретного вида (ассортиментной группы) продукции жестко привязан к определенной технологической линии (цепочке) в жестко установленной последовательности технологических переходов с определенной (дискретной) производственной мощностью). Практически все производства непрерывного типа относятся к крупным или средним предприятиям, причем имеется закономерность увеличения степени концентрации (общей инвестиционной емкости отдельного производства), увеличения единичной мощности и снижения ассортиментной гибкости в направлении более ранних технологических переделов, выпускающих узкий ассортимент стандартизированной многотоннажной продукции (металлургия, производство первичных мономеров и полимеров), и уменьшения капиталоемкости, снижения единичной мощности, роста гибкости и широты ассортиментных возможностей в сторону более высоких переделов – отраслей, выпускающих материалы с высокой добавленной стоимостью (текстильное производство, производство резинотехнических изделий, производство отделочных материалов).

В качестве примера, рассмотрим принципиальную технологическую цепочку производства тканей из полиэфирного волокна.

  1.  Первичным сырьем для получения продукции является попутный нефтяной газ (ПНГ) [81].
  2.  Для первичного выделения тяжелых углеводородов (пропан-бутановая фракция - ПБФ), используемых в дальнейшем синтезе, из ПНГ необходимо создание производства и инфраструктуры с общим объемом инвестиций в десятки миллиардов Евро (здесь и далее – в зависимости от мощности и особенностей технологии), выпускаются единичные номенклатурные позиции.
  3.  Для переработки первичных мономеров (ПБФ) в терефталевую кислоту и прочие компоненты полимерного синтеза (сырье для получения полиэфиров) требуется создание производственного комплекса с инвестициями в миллиарды Евро, выпуск 1 – 5 номенклатурных позиций.
  4.  Для организации синтеза полиэтилентерефталата (ПЭТФ) и получения полиэфирного гранулята требуется объем инвестиций до миллиарда Евро с выпуском до от 1 до 10 номенклатурных позиций и классов полимеров.
  5.  Для производства штапельных полиэфирных волокон, жгута или полиэфирной комплексной нити из гранулята ПЭТФ требуются инвестиции от нескольких десятков до нескольких сотен миллионов Евро, выпуск нескольких номенклатурных позиций химического волокна.
  6.  Для производства пряжи из короткого штапельного полиэфирного волокна по кардной кольцевой системе прядения на 400 тонн в месяц требуется закупка прядильного оборудования стоимостью около 17 млн. Евро (от разрыхлительно-трепального до мотального переходов), могут выпускаться порядка 5 - 10 номеров пряжи.
  7.  Для производства ассортимента полиэфирных тканей из выработанной пряжи (400 тонн в месяц) в ткани средних плотностей (до 300 г/м2) потребуется порядка 100 пневматических или 150 современных рапирных ткацких станков, для приобретения которых совместно с оборудованием приготовительно-ткацкого отдела требуется 7 – 10 миллионов Евро инвестиций. Возможен выпуск нескольких десятков артикулов ткани и нескольких сотен видорисунков.
  8.  Для отделки произведенной ткани по технологии, например, «мокрой печати» (мокрая отделка  (промывка, расшлихтование, беление) – сушка - печатная машина с сетчатыми шаблонами – зрельник – мокрая отделка – сушильно-ширильная машина) требуются инвестиции в оборудование около 4 – 6 миллионов Евро, могут выпускаться сотни рисунков и колористических решений тканей.

Отметим, что непрерывные производства высоких переделов – производства материалов с высокими потребительскими свойствами и добавленной стоимостью являются теми отраслями, для которых органически наиболее устойчивым масштабом бизнеса являются средние промышленные предприятия. Это значит, что созданные средние промышленные предприятия в данных видах деятельности в силу внешних и внутренних организационно-экономических и технологических особенностей будут иметь тенденцию длительного устойчивого существования в данном масштабе бизнеса, не проявляя стремления к переходу в крупный или малый масштаб, в наибольшей мере по сравнению со всеми другими производствами в непрерывной и дискретной областях.

Области дискретного производства: отдельных деталей и сборочные, - по сравнению с непрерывными производствами обладают гораздо более высокой степенью технологической гибкости (как ассортиментной, так и операционной [226, 263, 264]) и гибкости производственной мощности, более низким уровнем капиталоемкости (доля основных производственных фондов в структуре активов: машин и оборудования, - значительно ниже, гораздо более высокое значение имеет стоимость нематериальных активов и интеллектуальной собственности, как в отношении технологии и организации производства, так и в отношении конструкции выпускаемых изделий), что позволяет существовать гораздо большему разнообразию форм организации производства. К сфере дискретного производства относятся производства, например: машиностроительное, мебельное, обувное, швейное и т.п. Отметим, что в сфере дискретного производства, несмотря на то, что в ней имеется достаточно большое количество средних промышленных предприятий, в процессе развития техники и технологии производства, рыночных процессов, могут возникать тенденции перехода доминирующего типа производства в том или ином виде деятельности от среднего к крупным или малым формам. Например, в сфере автомобилестроения в мировом масштабе в настоящее время доминирующей тенденцией является повышение степени концентрации производств и  доминирования крупных предприятий. Обратная автомобилестроению тенденция наблюдается в легкой промышленности России, в ее швейной подотрасли, где доля относительно крупных (средних) предприятий снижается, а (по оценкам бизнес-сообщества) увеличивается производство и количество предприятий малых форм (малые предприятия, ИЧП, ПБОЮЛ). В частности, приводимая Тюкавкиным Н.М. [322, с. 16] статистика уменьшения выпуска швейных изделий за 2003 – 2009 годы со 102 млрд. руб. до 46 млрд. руб. при снижении за аналогичный период зарегистрированного числа действующих организаций с 14552 до 4831, по нашему мнению отражает только одну часть процесса – закрытие (реорганизацию, разукрупнение) относительно крупных старых швейных предприятий, представляющих средний промышленный бизнес. В тоже время, вторая часть процесса – увеличение производства и численности малых швейных предприятий фактически не показывается государственной статистикой ввиду ряда факторов:

- применения более мягкого режима государственного администрирования статотчетности для малых предприятий (необязательность некоторых видов отчетности, выборочный характер отчетности),

- более низкой дисциплины в отношении сдачи отчетности малых предприятий,

- вообще слабых (например, по сравнению с финансовой и налоговой отчетностью) дисциплинарных механизмов для контроля деятельности по предоставлению статистической отчетности экономическими агентами,

- высокой доли теневого оборота в легкой промышленности (по официальным оценкам на 2009 год – более 40%).

Однако, несмотря на отсутствие официальных данных, мы, опираясь на консенсусное мнение предпринимателей легкой промышленности, можем заявлять о тенденции перехода доминирующей формы организации швейных предприятий в настоящее время в России от средней к малой.

Таким образом, принимая, что непрерывные производства, ориентированные на выпуск материалов с высокой степенью переработки, являются сферой деятельности, для которой наиболее устойчивой формой организации производства являются средние промышленные предприятия, в данном исследовании мы концентрируемся на рассмотрении данных типов промышленных производств. Одной из наиболее характерных отраслей производства материалов с высокой добавленной стоимостью является текстильная промышленность.

Текстильная промышленность является важным элементом народнохозяйственного комплекса страны. В отличие от устоявшегося мнения, склонного рассматривать текстильную промышленность в качестве части легкой индустрии, являющейся поставщиком материалов для швейных производств, текстильная промышленность, а также производства, использующие текстильные технологии в смежных отраслях (в основном, в химической промышленности): производство и переработка волокон и нитей, ткачество, трикотажное и нетканое производства, - обеспечивают важнейшими материалами практически все отрасли промышленности, начиная от горно-рудной (например, текстильные фильтры) до авиакосмической (углеродные и стеклянные армирующие ткани для конструкционных композитных материалов – пре-прегов; трикотажные покрытия быстроразворачиваемых космических антенн).

Тем не менее, на протяжении практически всех последних 20 лет в текстильной промышленности России наблюдаются негативные тенденции снижения физических объемов выпуска продукции, что во многом объясняется конкурентным замещением импортными аналогами (см. прил. 1). Так, выпуск хлопчатобумажных тканей, составлявший в 1990 году 5624 млн. м2 к 1995 году провалился до 1240 млн. м2. Дефолт и девальвация рубля 1998 года способствовали повышению конкурентоспособности отечественной продукции, повысив выпуск до 1822 млн. м2 в 2000 году и далее до 2329 млн. м2 в 2003, однако имеется негативная тенденция ввиду снижения конкурентоспособности отечественной хлопчатобумажной подотрасли по ассортиментым возможностям.

Интересна ситуация в сфере производства льняных тканей, где  на падение 1990 – 1995, не оказал положительного влияния даже дефолт-1998 (снижение производства продолжалось вплоть до 2001 года). Однако в 2001 году в мире в результате модных процессов резко возрос спрос на лен, при том, что мировые производственные мощности выпуска ткани из льняной пряжи классической мокрой технологии оказались крайне ограниченными. В результат этого, льняная промышленность России во многом неожиданно для самой себя столкнулась с ситуацией роста экспортных заказов, что привело к росту выпуска тканей от 113 млн. м2 в 2000  до 160 млн. м2 в 2004 году. При этом была выработана бизнес-модель, когда отечественные льняные комбинаты (также и отчасти хлопчатобумажные), используя свои старые производственные мощности производили суровье, которое импортировалось в страны, обладающие развитыми мощностями по отделке, в основном -  в Турцию, где из данного суровья выпускались качественные готовые ткани (отбеленные, гладкокрашенные, набивные), из которых далее зарубежные же швейные предприятия выпускали одежду и изделия домашнего обихода. Часть данной продукции в конце поставлялась, в том числе, на российский рынок. Подобная сырьевая фактически модель работы льнокомбинатов позволила их собственникам заработать неплохие деньги в 2001 – 2004 годах, однако, данные средства на тот момент не были реинвестированы для развития собственных производственных мощностей, в первую очередь (что напрашивалось) – отделочных производств. В это же время (2001 – 2002 годы) в КНР была объявлена национальная комплексная программа развития льняной индустрии, в результате которой в кратчайшие сроки (2-3 года) был создан собственный комплекс льноводства, переработки льна, льнопрядения, ткачества и отделки льняных тканей, что позволило Китаю к 2005 году выйти на мировой рынок с продуктом высокого качества и более низкой цены, так как вся технологическая цепочка располагалось под контролем одного государства, что вытеснило продукцию, основанную на российском суровье (к тому же, выпускаемом на тот момент в основном из импортного льноволокна), в значительной степени с мирового рынка. В результате этого в 2005 году выпуск льняных тканей в России «проваливается» до 122 млн. м2 в 2005 году и 101 млн. м2 (на 35% к 2004 году) в 2007 году.

Данный кейс иллюстрирует негативное влияние игнорирования вопросов производственного развития на конкурентное положение предприятий и отраслей.

В настоящее время практически единственным видом производства в рамках текстильной промышленности России, демонстрирующим серьезный рост, является нетканое производство, увеличившее выпуск продукции за 2008 – 2009 годы в 2,8 раз [139]. Это связано с запуском ряда новых нетканых предприятий в России, таких как: «Авгол-Рос», Узловая, Тульской обл.; «Полиматиз», Елабуга, Татарстан; «Эластик», Нижнекамск, Татарстан; «Регент», Рогово, Московская обл.; «Альстрём», Тверская обл.; «Химволокно» (группа «Щекино-Азот»), Щекино, Тульская обл.; расширением производства на заводе ОАО «Комитекс», Сыктывкар, Коми. На 2010 - 2011 годы намечен запуск двух производств в рамках направления «Геотекстиль» группы «Сибур» по выпуску иглопробивного нетканого холста, формируемого по технологии «спанбонд» из полипропилена: на ОАО «Пластик», Узловая, Тульской обл.; и ОАО «Ортон», Кемерово.

Отметим, что в отношении статистического учета данные предприятия по российским классификаторам зачастую не относятся к текстильной промышленности (по кодам ОКОНХ; ОКВЭД), а, в основном, - классифицируются, как химические предприятия. Аналогичная ситуация с определением отраслевой принадлежности и в таких направления, как: производство базальтовых и стеклянных волокон, нитей, тканей, холстов; шинного корда и другой продукции, - согласно общепринятой западной классификации относимой к особой промышленной сфере – технического текстиля. Отметим, что помимо внесения определенных сложностей в формирование статистических данных Федеральной службой статистики, в результате чего, например, данные по объемам производства нетканых материалов абсолютно одинакового назначения оказываются в зависимости от химического состава не просто в разных группах, а в разных отраслях производства, например в текстильной и химической, что заставляет исследователей рынка и заинтересованные государственные органы осуществлять дополнительную перегруппировку и консолидацию данных; подобная ситуация уже напрямую затрудняет реализацию мероприятий государственной промышленной политики в отрасли. В частности, известны случаи осложнения реализации предприятиями, закупающими технологическое оборудование за рубежом, преференций в отношении беспошлинного ввоза данного оборудования, установленного Постановлениями Правительства РФ, отсылками таможенных органов на то, что предприятия-заявители, например, «не являются согласно ОКОНХ и ОКВЭД предприятиями текстильной промышленности, для которых подобный режим установлен, а, следовательно, не имеют права на льготу». По нашему мнению остро назрел вопрос пересмотра отраслевых классификаторов промышленных предприятий с выделением в них, в частности, особой сферы деятельности «Технический текстиль».

Приложение 2 иллюстрирует динамику загруженности мощностей в «классических» подотраслях текстильной промышленности. В целом картина за последние 20 лет также довольно удручающа (прил. 2). Из производства тканей единственной отраслью, имеющей загруженность производственных мощностей выше 50% является хлопчатобумажная отрасль, в которой, тем не менее, данный показатель обеспечивается во многом интенсивным выведением невостребованных производственных мощностей в 1995 – 2000 годы. Основной причиной низкого использования мощностей является несоответствие их производственных ассортиментных возможностей требованиям рынка, а также устаревшая технология и организация производства, заложенные в них, не позволяющие достичь конкурентоспособного уровня себестоимости. Предполагается решение данных проблем путем реализации мероприятий производственного развития, и, в первую очередь, путем приобретения новой техники и перевооружения производств. Начиная с 2005 – 2006 годов наблюдается динамика наращивания капиталовложений в текстильную отрасль (прил. 3, при этом отметим ранее называвшуюся проблему отраслевой классификации, в результате которой в показатели инвестиционной деятельности текстильной промышленности здесь, очевидно, не включены многие производства нетканых материалов и другой продукции технического текстиля), с уровня около 2,6 млрд. руб. 2006 году до уровня около 7 млрд. руб. в 2009. Согласно данным Фомина Б.М. [339] и Кащеева О.В. [139] данный объем капитальных вложений в основном соответствует уровню валовой прибыли предприятий текстильной промышленности (например, на 2008 год называлось значение прибыли 6,4 млрд. руб. [339, с. 21] при 6,7 млрд. руб. капитальных вложений (прил. 3)), что свидетельствует о высоком уровне реинвестирования прибыли данной отрасли, то есть о высокой активности по производственному развитию предприятий.

Результаты мероприятий производственного развития приводят к существенной перестройке структуры отраслей, и, в первую очередь, физических объемов производства продукции. Рассмотрим некоторые изменения в структуре текстильного производства новейшего исторического этапа по прил. 4, согласно данных Федеральной Службы Статистики Российской Федерации.

Собственная сырьевая база текстильной промышленности ограничена производством химических волокон, льна и шерсти, при этом в России отсутствует сырьевая база хлопчатобумажной отрасли. По производству химических волокон после падения 1992 – 1994 года с 474 тыс. т до примерно 130 тыс. т данный суммарный объем оставался стабильным с тенденцией некоторого роста до 2004 года (188 тыс. т), после чего имелось неуклонное снижение до уровня 108 тыс. т в 2009 г. Главной причиной спада производства волокон после 2004 года является архаичная структура мощностей и производства, оставшаяся в наследство от СССР, с доминированием в структуре полиамидных и (до 2003 года) вискозных волокон с крайне низкой долей полиэфирных волокон (всего 120 т в 1997 году). При этом в настоящее время полиэфирные и (для технических областей) полипропиленовые волокна становятся доминирующими в мировом выпуске текстильной продукции [21, 22]. Об этом, в частности, свидетельствует рост производства полиэфирных волокон и в России до уровня 23 – 25 тыс. т (несмотря на кризис) в 2008 – 2009 годах. Однако, несмотря на рост, данные объемы остаются недостаточными (даже по сравнению с хлопкопрядением, где выпускается порядка 132 тыс. тон пряжи, соответствующие примерно потреблению 145 тыс. т хлопка-волокна). Ввиду этого, текстильные предприятия России продолжают в качестве основного источника полиэфирных волокон рассматривать внешний рынок (в частности предприятия Белоруссии). Кроме того, из названных 25 тыс. т. производства 2008 года следует учитывать значительную долю, выпускаемую предприятиями нетканой подотрасли для собственных нужд производства кардных нетканых материалов (например, такое производство имеет ОАО «Комитекс», Сыктывкар). Данные волокна не поступают на рынок.

Ввиду дефицита современных синтетических волокон, с одной стороны, а также наличия еще больших прядильных мощностей, ранее ориентированных на дешевый (во времена СССР) среднеазиатский хлопок, пряжа хлопчатобумажная остается главным видом текстильной нити, выпускаемой и потребляемой в России. После кризисного состояния 1990-ых годов с 1998 года (149 тыс. т) начинается рост производства до 2003 года (296 тыс. т), после чего, имеется плавный понижательный тренд до 2007 года (230 тыс. т), сменившийся в 2008 – 2009 годы резким «провалом» до называвшегося уровня в 132 тыс. т в 2009 году. Помимо, безусловно, значимого фактора экономического кризиса, спад производства как 2003-2007, так и 2008 – 2009 года в хлопкопрядильной подотрасли обусловлен проводимой промышленной политикой центральноазиатских стран-хлопкопроизводителей (в первую очередь Узбекистана), ориентированной на перенос хлопкопереработки на свою территорию. Например, Международная Федерация Текстильных Производителей (ITMF) приводит данные прироста установленной мощности в прядении за 2000 – 2009 годы:

- в Узбекистане: в размере 553 416 кольцевых веретен (короткоштапельное прядение) и 20796 пневмопрядильных камер;  

- в Казахстане, соответственно, 63 744 веретен и 19900 камер;

- в Туркменистане – 170 265 веретен и 16304 камер;

- в Таджикистане – 13 248 веретен и 4560 камер [402, с. 13].

Сравним с аналогичными данными по России: 7200 веретен и 39516 камер [402, c. 14]. Таким образом, центральноазиатские страны, обладая большей базой производственной мощности, соответствующей современному техническому уровню, реализуют политику дифференцированного ценообразования на хлопок, предоставляя своим предприятиям сырье по ценам ниже мирового уровня. Данная политика поддерживается преференцированным налоговым режимом собственной текстильной промышленности, что позволяет предприятиям данного региона предлагать российским ткацким фабрикам пряжу по ценам значительно ниже не только стоимости российской пряжи, но, зачастую, и ниже цены хлопка на российском рынке. Кроме того, за счет доминирования кольцевого прядения в структуре устанавливаемой новой прядильной мощности, по сравнению с ориентированной на пневмомеханическое прядение Россией, - Узбекистан, Казахстан и Туркменистан способны предлагать пряжу и боле высокого качества. То есть, главной причиной снижения производства хлопчатобумажной пряжи в России становится не общее снижение выпуска текстильной продукции (в целом по прил. 4 можно судить о более «гладкой динамике» выпуска хлопчатобумажных суровых тканей и меньшем спаде производства по сравнению с выпуском пряжи), а именно конкурентное замещение импортными аналогами.  В целом можно сделать вывод, что область прядения коротких штапельных волокон России имеет перспективы только с развитием производства полиэфирных волокон и прочих заменителей хлопка.

Вывод о низкой конкурентоспособности отечественного производства «сырьевых» текстильных товаров, ранее сделанный для льняного суровья и пряжи хлопчатобумажной, можно экстраполировать и на выпуск суровья хлопчатобумажного. Сопоставляя динамику его производства с выпуском готовых хлопковых тканей, можно отметить, с 2001 года в России выпуск готовых тканей держится стабильно выше выпуска суровья, причем в 2002 – 2007 годах разница составляла до 350 – 400 млн. пог. метров. Данная статистика отображает бизнес-модель многих отечественных текстильных компаний, которые отказались от производства прядения и ткачества в России (самые затратные части производственной цепочки в текстильной промышленности), решив сосредоточиться на наименее затратном, но привносящим наибольший вклад в добавленную стоимость готового продукта производстве – отделке. Для примера можно привести модель, использованную в стратегии развития ОАО «Волжская текстильная компания», Чебоксары: закрытие собственного прядильного и ткацкого производства и переход на закупку суровья на внешнем рынке. В основном – тканей бязевой хлопко-полиэфирной группы шириной от 220 см (т.н. «поликоттон», который практически не могут выпускать отечественные предприятия). В тоже время, была реализована программа комплексного перевооружения отделочного и швейного производства. В отделке было установлено:

- 2 печатные машины на 8 и 12 круглых сетчатых шаблонов с современными сушилками с газовым обогревом и зрельниками, производства фирмы J. Zimmer Maschinenbau GMBH, Клагенфурт, Австрия с шаблонной мастерской и красковаркой фирмы Fimat S.R.L. Costruzioni Meccaniche, Комо. Италия.

- 2 комплексные линии мокрой отделки фирмы Benninger AG, Уцвил, Швейцария: для расшлихтования, промывки и отбелки тканей, а также промывки после печати;

- 2 сушильно-ширильные машины с плюсовками и ширильным полем, микропроцессорным управлением и газовым обогревом фирмы A. Monforts Textilmaschinen GMBH & Co. KG, Мёнхенгладбах, Германия;

- 2 текстильных каландра фирмы Andritz Kuesters GMBH, Крефельд, Германия.

В швейном производстве был осуществлен переход на полностью автоматические линии производства комплектов постельного белья с упаковкой (наволочки, пододеяльник, простыни) на основе линий фирмы Akab AB, Швеция и Texpa Maschinenbau GMBH & Co., Саале, Германия.

Общий объем инвестиций составил сумму около 12 миллионов Евро.

Рассмотренный кейс иллюстрирует необходимость реализации планов производственного развития в среднем промышленном бизнесе, в частности, в текстильной промышленности, на основе первоочередного развития производств материалов и продуктов высокой степени готовности, которые способны генерировать высокую добавленную стоимость. В тоже время, следует отметить слабое владение российскими предприятиями инструментарием разработки мероприятий подобного развития. Для иллюстрации рассмотрим следующий кейс.

Производство мебельных тканей в России после спада 1991 – 1997 годов начало восстанавливаться в 1998 году, увеличившись к 1999 году практически в 2 раза (от 5711 тыс. пог. м до 10575 тыс. пог. м), и, используя эффект девальвации рубля в 1998 году, выросло до абсолютного максимума в 15021 тыс. пог. метров в 2002 году. Далее, объем производства плавно снижался до 7958 тыс. пог. м в 2009 году, причем на него не оказал положительного влияния даже кризис и девальвация рубля (теоретически увеличивающие потенциал импортозамещения) 2008 года. Для оценки доли рынка отечественных производителей необходимо обратиться к общим оценкам емкости рынка мебельных тканей. К сожалению, в данной сфере исторически имели место большие объемы теневого импорта и оборота, в связи с чем, а также в связи с отсутствием в системе Федеральной службы государственной статистики аналогичных промышленности данных по обороту организаций оптовой торговли по видам продукции в натуральном выражении, рынок мебельных тканей России невозможно оценить по данным официальной статистики. По оценкам т.н. Ассоциации российских поставщиков мебельных тканей и комплектующих (АРПМТК - во многом неформальное объединение оптовых торговых компаний, в основном импортеров, действующих на данном рынке) в 2002 году потребление мебельно-декоративных тканей в России составляло примерно 30 млн. пог. м тканей (в пересчете на наиболее распространенную ширину 140 – 150 см). В течение 2000-ых годов оно постоянно росло, и уже к 2008 году ежегодная емкость данного рынка оценивалась в 65 млн. пог. м (данные 2009 года нехарактерны из-за кризиса). Используя эти данные можно заключить, что в 2002 году доля отечественных производителей была на уровне 30-50% внутреннего рынка (следует учитывать размытость границ данного рынка и его пересечение с рынком сопутствующей продукции: мебельных покрывал, шторно-гардинной продукции, художественно-декоративных изделий и изделий народных промыслов), в то время как к 2008 году она падает до 10 – 15%. То есть, на растущем рынке отечественные компании умудрились не только потерять свою долю, но и сократить физические объемы.

Рассмотрим причины столь существенного падения доли рынка отечественных  предприятий-приозводителей мебельных тканей. В данном случае мы рассматриваем такие компании, как ОАО «Узор», Вырица, Ленинградская обл.; ОАО «Ткацко-отделочная фабрика «Авангард»», Юрьев-Польский, Владимирская обл.; ООО «МТОК», Москва и Москвская обл. (бывший ЗАО «Московский ткацко-отделочный комбинат»), «Орентекс», Оренбург. Исторически в 1990-ых годах спад в российском производстве мебельных тканей был обусловлен как общей негативной экономической ситуацией, так и активным замещением тканых мебельных материалов материалами, вырабатываемыми по технологии электростатического флокирования, выпускаемыми за рубежом (отметим при этом, что теоретические основы современной технологии флокирования на основе постоянного тока, практически реализованные иностранными фирмами, были сформулированы советским ученым Бершевым Е.Н. [55 - 57]). В условиях падения интереса к тканым полотнам и роста моды на «флоки» отечественные предприятия, ограниченные в инвестиционных ресурсах, практически не были способны предложить адекватную конкурентную стратегию, в результате чего выпуск российских мебельных тканей падает до 5,5 млн. погонных метров в 1997 году (прил. 4), ряд предприятий находится в многолетнем простое.

Кризис 1998 года в результате девальвации рубля делает импортную продукцию неконкурентоспособной, что позволяет реанимировать предприятия и существенно нарастить объем производства. Новый этап роста рынка мебели и мебельных материалов, начавшийся в 2000 году характеризовался возвращением моды на тканые обивочные материалы, что потенциально давало определенные возможности развития российским предприятиям, имевшим парк на тот момент достаточно совершенного ткацкого оборудования (рапирные жаккардовые ткацкие станки) ведущих иностранных фирм выпуска второй половины 1980-ых – начала 1990-ых. Однако, на новом витке «жаккардовой моды» основной интерес рынка был сосредоточен на материалах новых поколений: в первую очередь - т.н. «шиниллах» - жаккардовых тканях с вложением по утку фасонных нитей типа «синель»; жаккардах из синтетической филаментной нити с имитацией шелковых изделий. В ворсовом ткачестве – т.н. «рип»- и «астра»-велюрах, тканях с ворсом из текстурированной или пневмосоединенной полиамидной нити. При том, что оборудование большинства названных предприятий позволяло освоить производство продукции данных товарных групп без проведения существенных мероприятий по модернизации оборудования и технологии, их менеджмент не смог разглядеть новых тенденций рынка и продолжал придерживаться традиционного ассортимента: гладких гобеленовых тканей и традиционных жаккардовых велюров с ворсом из штапельной полиакрилонитрильной пряжи - основные артикулы которого уже находились на крайне поздних стадиях рыночного жизненного цикла (диффузии инноваций). То есть оказалось нарушено условие сбалансированности товарного портфеля, что после 2003 года привело к потере и доли рынка и физических объемов российскими предприятиями.

Таким образом, данный пример иллюстрирует важность вопросов формирования и развития товарного портфеля для реализации концепции развития производства в целом. Однако, в данном случае следует отметить тот факт, что решению стоявшей перед предприятиями сферы производства мебельно-декоративных тканей задачи развития нового ассортимента во многом препятствовало состояние сырьевой базы промышленности России. В частности, разработка и освоение названного модного ассортимента в 2000-ые годы была связана с использованием сырья, практически не выпускавшегося отечественной индустрией (полиэфирная штапельная пряжа и нити, полиамидные текстурированные нити, синель), что вело к зависимости от импортных поставок. Это, в свою очередь, иллюстрирует связь производственного развития отдельных предприятий со стратегией производственного развития отрасли и необходимостью усиления государственной промышленной политики в направлении модернизации отраслей и освоения производства современной номенклатуры товаров.

Решение задач производственного развития в рамках стратегического управления выдвигает также вопрос безупречного информационного обеспечения принятия решений, и, в первую очередь, статистической базы анализа. К сожалению, как уже отмечено нами выше в примере со швейной промышленностью, а также с оценкой общего объема рынка мебельных тканей, в системе государственной статистики России существуют определенные проблемы в отношении описания рынков потребления конечной продукции отечественных средних предприятий, связанные с неодинаковым охватом статистической отчетностью предприятий: с одной стороны, крупных и средних, а с другой - малых форм; сфер материального производства и, например, обращения. Например, для предприятий, производящих декоративные жаккардовые ткани крайне важна статистика производства мягкой мебели. Однако, подобные данные фактически отсутствуют в системе государственной статистики. Для примера рассмотрим данные 2008 года (2009 год не характерен ввиду кризиса, прил. 4). Мы видим указание на выпуск 1,17 млн. диванов (всех видов) и 1,15 млн. кресел. При проведении анализа можно выявить двойное несоответствие этих данных.

  1.  На российском рынке мебели в качестве стандарта потребления принято понятие «комплект мягкой мебели», как набор из дивана и двух кресел. Исходя из ранее называвшейся оценки рынка мебельных тканей в 65 млн. пог. метров и принятой в отрасли условной нормы расхода обивочной ткани (шириной 140 см) на комплект – 18 пог. м, можно определить размер отечественного производства мебели в порядка 3,5 млн. условных комплектов мебели, что соответствует 3,5 млн. диванов и около 7 млн. кресел.
  2.  С учетом имеющейся модели потребления с ориентацией на комплект мебели производство кресел должно быть существенно больше производства диванов (госстатистика дает обратное соотношение). Безусловно, на рынке имеется продажа отдельных единиц мебели, в основном – диванов, что несколько занижает фактическое соотношение в пользу последних, но, по практическим оценкам экспертов, оно не должно значительно опускаться ниже уровня 1,5. То есть, в случае 2008 года вполне возможны объемы производства 4 млн. диванов и 6 млн. кресел.

Подобная ситуация, как мы говорили, обусловлена неодинаковой требовательностью органов статистики и разным уровнем отчетной дисциплины по отношению к малым и более крупным предприятиям. В сфере производства гостиной мебели с начала 1990-ых годов доминируют предприятия малых форм. Можно утверждать, что информация о производственной деятельности значительной части из них не попадает в статистику. Тогда, например, можно сделать вывод, что динамика производства мебели, приведенная в прил. 4 отражает различные процессы (например, увеличение доли предприятий, сдающих статистическую отчетность, или увеличение количества подобных предприятий, и все что угодно вплоть до признания произвольного и неадекватного характера сдаваемых статистических отчетов), но никак не характеризует реальное состояние отрасли. В то же время, сопоставление полученных автором реальных оценок рынка мягкой мебели 2008 года с данными 1992 года (последний год доминирования в отрасли относительно крупных старых советских мебельных комбинатов, безусловно, сдававших полную статистическую отчетность) дает основания полагать наши оценки правильными. С учетом значения производства соответственно диванов и кресел в 2 и 2,8 млн. штук (соотношение близко к 1,5) рост рынка в натуральном выражении за 18 лет примерно в 2 раза видится реальным.

Влияние фактора доминирующего масштаба предприятия на полноту статистической отчетности подтверждает сопоставление статистики выпуска мягкой мебели с данными по рынку матрацев. В отличие от диванов и кресел производство современных качественных матрацев технологически требует использования автоматизированных производительных технологических линий, что предопределяет доминирование в это сфере средних промышленных предприятий. В частности, в России доля рынка первой четверки производителей матрацев (предприятия: «Аскона», «Консул», «Торис», «Русский Матрац») оценивается в 60% национального объема выпуска в натуральном выражении (составлявшего в докризисный период до 1,5 млн. штук в год)4, а доля «большой шестерки» (названные, плюс «Атлас» и «Орматек») – 70%. Все названные предприятия попадают в разряд средних, причем «Аскона» с оцениваемым объемом производства в 450 тыс. матрацев в год на 2006 – 2008 годы находилась, очевидно, на верхней границе средних предприятий по объему выручки – около 6 млрд. руб. в год.

В связи с высокой долей достаточно крупных предприятий статистика рынка матрацев 2008 года (прил. 4) выглядит несколько более адекватной, чем по мягкой мебели – 1,3 млн. штук. В тоже время, источники не отмечают столь высоких темпов роста матрацного производства в 2005 – 2007 годах, как это показывает официальная статистика (в 2 раза), что заставляет нас сделать выводы, аналогичные рынку диванов и кресел: динамика до 2007 года скорее отражает увеличение доли статистически учтенного производства, что могло быть связано или с увеличением доли крупных предприятий, в большей степени контролируемых в отношении статистической отчетности, или с повышением доли легального производства.

Можно сделать вывод о том, что дальнейшая реализация мероприятий «Стратегии развития легкой промышленности на период до 2020 года», прочих направлений государственной промышленной политики и реализуемых в рамках них мероприятий производственного развития отдельных предприятий, требует усиления статистической работы органов государственной статистики в части:

  1.  Совершенствования статистической методологии;
  2.  Повышения контроля полноты и адекватности  статистической отчетности предприятий, возможно, внедрение мероприятий статистической проверки (в частности, используемых в Белоруссии) по аналогии с выездными и камеральными проверками налоговых органов;
  3.  Совершенствования и усиления законодательной базы деятельности статистических органов, в частности, в отношении повышения статистической отчетной дисциплины субъектов экономической деятельности;
  4.  Использования возможностей правоохранительных органов для формирования статистической базы принятия решений в рамках управления народным хозяйством и государственной промышленной политики.

Следует отметить, что в условиях неадекватности имеющихся данных, характеризующих национальную экономику, в частности, промышленное производство и товарные рынки, резко снижается степень управляемости экономических систем и промышленности в частности, падает эффективность разрабатываемых мероприятий производственного развития в части реальной оценки динамики целевых рынков и рисков. В связи с этим, восстановление информационно-статистического обеспечения системы стратегического управления является задачей государственного масштаба.

В текущих условиях, когда по многим направлением деятельности формирование адекватных массивов исходной статистики затруднено, в разработке решений необходимо использовать аппарат, позволяющий учитывать степень размытости и неопределенности данных. В качестве подобного аппарата диссертант предлагает, как показано далее в работе, использовать методологический аппарат теории нечетких множеств [192 – 197, 430].

2.2. Производственное развитие среднего предприятия как бизнес процесс.

Анализ текущего положения состояния сферы промышленного производства в рамках предприятий среднего масштаба России, произведенный в разделе 2.1, выявил важность и актуальность практической постановки решения всех задач в рамках концепции производственного развития: развития и управления товарным портфелем, реализации технологических проектов производственного развития (создания новых технологических бизнес-единиц, что относится уже к сфере управления бизнес-портфелем предприятия), развития и управления системами производственного сервиса в промышленности. Конкретизируя данный вывод для отдельных предприятий (корпоративный уровень) можно отметить необходимость разработки системного инструментария производственного развития и методологии его обоснованного применения в различных деловых ситуациях. Основой методологии выработки любых управленческих решений является анализ ситуации, и, прежде всего, структурирование проблемы и объекта управления. Реализация первой составляющей, как отмечалось в главе 1, основывается на декомпозиции целей и задач развития и их сбалансированного согласования. Вторая составляющая анализа есть выявление бизнес-структуры предприятия и выделение стратегических зон хозяйствования – стратегических бизнес-единиц.

Следует оговорить различие между понятиями товарного портфеля и бизнес-портфеля, так как в значительном числе изученных работ отмечается смешение данных категорий. Категория «бизнес-портфель» является более широкой и включает в себя перечень направлений бизнеса – стратегических бизнес-единиц (СБЕ), которые имеют между собой порой очень значительные различия с точки зрения технологии, целевого рынка и т.п. С признаками и критериями выделения различных СБЕ можно ознакомиться, например, в работах Ф. Котлера ([152], [170]), М. Мескона с соавторами [183], Стрикленда и Томпсона [320], и др. Товарный портфель – это перечень ассортимента продукции, выпускаемого в рамках отдельного производства – технологически обособленной СБЕ в случае промышленного предприятия. Товарные группы, входящие в отдельный товарный портфель, обладают гораздо меньшей степенью обособленности, нежели СБЕ, при этом решающим признаком для отнесения определенных товаров или товарных групп в состав одного товарного портфеля будет осуществление их выпуска на одном и том же парке оборудования. В противном случае следует говорить о товарных портфелях различных СБЕ.

Таким образом, применительно к сфере промышленного производства и, прежде всего, среднего масштаба, можно выделить 2 основных критерия выделения технологических СБЕ [123, с. 12 - 14]:

1. Обособленность технологии производства и большая или меньшая степень обособленности технологических цепочек.

2. Высокая степень обособленности целевых рынков.

Высокую значимость для темы настоящего исследования также имеет ранее называвшееся определение СБЕ в терминах бизнес-процессов Ульяновой О.Б. [323].

Отметим, что в рамках промышленных предприятий могут также выявляться и коммерческие бизнес-единицы, например, на предприятии, выпускающем текстильную продукцию производственного назначения, может быть создано розничное торговое подразделение (торговая есть), реализующая часть продукции для непосредственного потребления населением (например, тканей для индпошива). В подобных случаях на предприятиях могут создаваться специальные технологические подразделения (бизнес-единицы), ориентированные на изготовление товаров из продукции основного производства для снабжения розничных продаж. Например, на предприятиях, выпускающих ткани для промышленных потребителей, может быть создан свой цех товаров народного потребления (как правило: швейный, деревообрабатывающий, сборочный), который из ткани, выпускаемой основным производством (СБЕ) производит некоторый ассортимент готовых изделий.

В данном исследовании мы уделяем основное внимание именно вопросам, связанным с развитием технологических бизнес-единиц. Безусловно, вопрос формирования бизнес-портфеля предприятия и развития его СБЕ относится к сфере стратегического менеджмента. Однако, выделяемые в рамках него вопросы производственного развития имеют первоочередное отношение к технологическим СБЕ, развитию их товарного портфеля, производственной инфраструктуры и производственно-логистического сервиса, как это определено в концепции сбалансированного производственного развития. При этом производственно-логистический сервис является объединяющим звеном (координацией) между развитием производственных и коммерческих бизнес единиц. В определенном смысле развитие производственного сервиса является связующим элементом между производственным развитием и другими сферами стратегического управления предприятием.

На основе выявления структуры бизнес-единиц предприятия производится стратегический анализ, позволяющий принимать решения о применении различного инструментария производственного развития. В качестве процесса поддержки принятия решений о направлении развития здесь также необходимо добавить инструменты анализа факторов внешних, по отношению к бизнес-структуре предприятий:

- анализ рынка, его тенденций, перспектив;

- анализ конкуренции в данной, смежной и других отраслях;

- анализ инфраструктуры отрасли и ее сырьевой базы;

- анализ законодательства и пр.

Все эти отдельные виды анализа могут быть сведены воедино в рамках методологии, например, SWOT-анализа (силы и слабости, возможности и угрозы). Данный анализ позволяет дать характеристику общих условий стратегического развития предприятия, то есть обеспечивает информационной базой для анализа бизнес структуры и определения направлений производственного развития, как частной задачи стратегического  развития.

В качестве некоего универсального инструмента анализа структуры бизнеса по основным литературным источникам (см. гл. 1) предполагается использовать методы анализа бизнес-портфеля в форме т.н. бизнес-матриц, куда можно отнести такие их виды, как матрицу БКГ, матрицу GE-McKinsey, матрицу Стрикленда-Томпсона и др. Диссертант в соавторстве с Иващенко Н.С. произвел достаточно подробную классификацию бизнес-матриц различных авторов в своей монографии «Товарный портфель текстильного производства: проблема сбалансированности и создания рыночных перспектив» [123, с.с. 35 - 64].

Несмотря на популярность матричного инструментария в литературе, автор выражает согласие с консенсусным сомнением значительного части бизнес-сообщества в возможности его эффективного применения и получения воспроизводимых устойчивых результатов. Отметим, что большинство матриц создано на основе гипотетической увязки ряда производных показателей стратегического положения (и вариантов их комбинации) с ожидаемым значением важнейших стратегических показателей. Например, в матрице БКГ предполагается, что денежный поток, положение на кривой жизненного цикла, размер бизнеса и его рыночная доля зависят от таких показателей, как относительная доля рынка продукта и темп прироста рынка. Однако, нигде и никогда не было опубликовано исследований, демонстрирующих статистически значимую связь между данными показателями, равно как автору не известно исследований по отношению к любым матричным моделям, в которых бы на основании статистически достоверного анализа обосновывался выбор тех или иных базовых классифицирующих показателей матрицы на основе определения их значимости во влиянии на стратегический целевой показатель. Многие положения подобных моделей выглядят голословными.

Данную ситуацию легко объяснить, если вспомнить, что подобные матричные модели впервые были опубликованы в статьях ведущих консалтинговых компаний о своей деятельности, носящих, во многом рекламный характер. Можно заключить, что демонстрация подобных моделей в этих случаях преследовала цель упрощенной визуализации разработанных решений с тем, чтобы, с одной стороны, продемонстрировать компентенции консультанта потенциальным потребителям услуг, а с другой – не публиковать реально используемый инструментарий стратегического анализа, являющийся главным активом бизнеса данных организаций, будущих по своей сути обычными коммерческим структурами, заинтересованными в прибыли.

Таким образом, автор полагает, что матричные модели являют собой некое средство визуализации разработанных решений для демонстрации в различных целях, но не раскрывают реальных ноу-хау, методологии и инструментария, которые имеют перспективы коммерческого использования.

В качестве реального научного инструментария анализа стратегических перспектив бизнес-портфеля автор предлагает использовать сводный анализ динамической сбалансированности товарных портфелей всех технологических бизнес-единиц на основе моделирования, прогнозирования и анализа процесса рыночной диффузии товаров предприятия (товарных новаций), который позволяет дать ответ на вопрос о текущем состоянии и перспективах развития товарных портфелей и о направлениях дальнейшего формирования и управления товарным портфелем каждой бизнес-единицы.

Сопоставление данных анализа сбалансированности с результатами анализа внешних факторов развития (анализ стратегического окружения, SWOT-анализ) позволяет дать оценку возможностей достижения целей развития предприятия на основе существующих технологических бизнес-единиц или указать на необходимость создания новых (техническое перевооружение, освоение новых технологий, строительство новых производств).

После получения подобной оценки принимается решение о приоритетном направлении производственного развития: или о реализации процессов развития существующих бизнес-единиц: управления развитием (формированием) товарного портфеля и систем производственного сервиса на существующей технологической базе; или о реализации проектов производственного развития, направленных на создание (коренное обновление) производственной структуры, то есть о развитии в рамках новых технологических бизнес-единиц, включающем в себя освоение новой техники и технологии, создание новых товарных портфелей и развитие систем производственного сервиса.

На рис. 2 изображена модель сквозного бизнес-процесса планирования производственного развития, включающая названные нами его составляющие (структурирование, анализ, выбор альтернатив развития в рамках существующей или новой технологии, этапы выработки решений и путях развития по каждому из вариантов) в нотации ARIS eEPC.

Реализация бизнес-процесса планирования производственного развития в конечном итоге должна привести к созданию плана производственного развития предприятия (бизнес плана), который включат в себя следующие разделы:

  1.  Обзор существующего положения предприятия.
  2.  Направления развития товарного портфеля предприятия в разрезе видов и групп товаров.
  3.  Планы производственной программы с учетом перспектив развития предприятия.
  4.  Потребность в освоении новых технологии и введении новых производственных мощностей в рамках существующих и новых технологических СЬЕ.
  5.  Бизнес-планы создания новых СБЕ, включающие план мероприятий реализации производственного развития:
    1.  разработка новый видов и разновидностей товаров;
    2.  мероприятия технологического развития и перевооружения (создание новых СБЕ);
    3.  источники финансирования;
    4.  бюджет отдельных мероприятий;
    5.  оценка рисков проектов и мер их предотвращения и смягчения;
    6.  делегирование полномочий и ответственности,
    7.  ключевые показатели эффективности, карты сбалансированных систем показателей производственного развития
    8.  направления ре-инжиниринга бизнес-процессов.

Отметим, что процесс планирования производственного развития является процессом верхнего уровня компании и требует выделения в качестве владельца данного процесса руководителя высшего уровня (заместитель генерального директора, член совета управляющих и т.п.). Практика работы ряда отечественных предприятий предполагает учреждение должности директора по развитию с приданием ему соответствующего аппарата и полномочий по управлению деятельностью функциональных отделов, участвующих в планировании развития: отдела маркетинг, отдела ассортимента и новой продукции, технического отдела. Безусловно, владелец процесса планирования производственного развития должен также обладать функцией контроля над процессами реализации планов развития производства. Таким образом, планирование развития должно быть процессом более высокого уровня, чем его непосредственная реализация, которая может быть разделена на несколько самостоятельных процессов (развитие техники и технологии, развитие ассортимента, развитие производственного сервиса) с выделением их владельцев на более низких ступенях иерархии управления (руководители функциональных подразделений: производственных бизнес-единиц, отделов: новой техники, капитального строительства, внешнеэкономических связей, дизайн-бюро и пр.).

Следует отметить, что назначение директора по развития в качестве непосредственного владельца процессов реализации развития может оказаться нежелательным с точки зрения ограничения нормы управляемости (число бизнес-процессов или подразделений в подчинении одного руководителя), а также с точки зрения конфликта интересов («сами пишем себе план, а потом отчитываемся за его выполнение»). В дальнейшем при внедрении на предприятиях современных систем управления на основе Всеобщего управления качеством (TQM) [105, 361] и переориентации бизнес-процессов на стандарты ISO 9001 [191, 403, 404] в качестве владельца бизнес-процесса планирования развития может быть назначен директор по качеству. Подобное назначение также будет способствовать разделению функций планирования и контроля – с одной стороны, и, с другой, реализации планов производственного развития.

Дальнейшее содержание данного исследования представляет собой декомпозицию процесса «Планирования производственного развития» по нижестоящим уровням.


Рисунок 2 - Модель бизнес-процесса планирования производственного развития среднего промышленного предприятия.


2.3. Структурирование и управление товарным портфелем, в качестве основы решения задач производственного развития среднего предприятия.

Проведенный обзор методологического инструментария производственного развития промышленных предприятий в разделе 2.2 продемонстрировал ключевое значение вопросов формирования товарного портфеля и обеспечения его состояния сбалансированности.

В качестве товарного портфеля производственной бизнес-единицы следует понимать совокупность всех товаров (товарных групп, видов и разновидностей товара), способных удовлетворить потребности сегментов целевого рынка, для выпуска которых имеются возможности в рамках организационно-экономических и технологических условий данного производства. Данное определение является расширенным, так как подразумевает включение в категорию товарного портфеля не только товаров и товарных разновидностей, выпускаемых в настоящее время, но и возможных к выпуску в будущем в рамках техники и технологии данного производства. В зависимости от решаемых конкретных вопросов и задач данное определение может быть сужено до совокупности видов и разновидностей товаров, выпускаемых в рамках техники и технологии бизнес-единицы предприятия для удовлетворения потребностей целевых рынков в текущий момент времени.

В общем виде задачи управление составом и структурой товарного портфеля конкретной технологической бизнес-единицы предприятия могут ставиться независимо от других направлений производственной деятельности. Однако, ввиду того, что для средних предприятий, как отмечалось, характерным является использование единой системы маркетинга и продвижения продукции, общей для всех СБЕ, обычной близости отраслевой и рыночной ориентации каждого производства, в вопросе управления товарными портфелями следует учитывать фактор синергии. Кроме того, следует учитывать фактор горизонтальных связей различных производственных единиц, также часто имеющий место на предприятиях среднего масштаба. Например, в рамках хлопчатобумажного комбината имеются 2 технологические бизнес-единицы: прядильно-ткацкое производство, выпускающее ассортимент тканей бытового назначения, а также производство мебельных обивочных материалов по технологии электростатического флокирования. При этом, прядильно-ткацкое производство, выпуская свой независимый ассортимент продукции, одновременно является поставщиком тканой подложки для флокового производства, то есть является частью цепочки создания ценностей в рамках производства мебельных материалов. То есть, выпуск товарных портфелей двух производств будет опираться на общую для двух технологических цепочек производственную мощность прядильно-ткацкого производства, соответственно, тогда задачи управления производственной программой по одному и другому направлению (которые фактически определяют структуру товарного портфеля, как показано далее) не могут рассматриваться независимо даже в условиях отсутствиях рыночной синергии ассортимента двух СБЕ.

Таким образом, в вопросе управления товарными портфелями важным этапом является сводный анализ состояния сбалансированности с точки зрения перспектив, проводимый с учетом общих ограничений производственной мощности по цепочке создания ценности (при этом должны рассматриваться не только производственные, но и инфраструктурные ограничения, например по общей системе снабжения, системе сбытовой логистики и т.п.).

Следуя в рамках выбранной нами концепции сбалансированного развития (раздел 1.1) в качестве основного принципа формирования товарного портфеля производственного предприятия и управления его структурой предлагается использовать концепцию поиска сбалансированности товарного портфеля.

Автором определено, что «сбалансированности товарного портфеля» может быть определена следующим образом.

1. Исходя из целей и задач предприятия.

Сбалансированным следует называть такое состояние товарного портфеля предприятия, при котором с учетом имеющихся внешних и внутренних условий обеспечивается сбалансированное достижение всех или большинства наиболее важных целей организации как в краткосрочном, так и долгосрочном горизонтах планирования (реализация принципа сбалансированной системы показателей – ССП [134]). На основе опроса руководителей ряда предприятий, осуществленного автором лично во время проведения ежегодных «Федеральных ярмарок товаров и оборудования текстильной и легкой промышленности», выявлено, что основными целями в области управления структурой товарного портфеля являются: обеспечение максимальной загруженности производственных мощностей, достижение максимальной или минимально необходимой прибыльности, обеспечение максимального роста доли рынка и объемов продаж, снижение риска товарного портфеля.

Следует учитывать, что ряд целей могут противоречить друг другу, если их достижение будет относиться к одному и тому же плановому периоду. В частности, наибольшие противоречия возникают между выбором альтернатив достижения максимума текущего результата или перспективы роста. Это обусловлено, главным образом, тем, что в первом случае структура портфеля должна состоять в большей мере из зрелых товаров, а во втором, наоборот, – из молодых на стадии роста. Поэтому в процессе формирования сбалансированной структуры портфеля важным фактором является подбор правильного распределения целей по различным горизонтам планирования и обеспечение тем самым сбалансированности планов и целей различных временных периодов (временных горизонтов).

В зависимости от вида задач, на достижение которых ориентирована структура товарного портфеля предприятия и временного горизонта, в который планируется достижение целевых показателей, могут быть выявлены следующие типы товарного портфеля:

- портфель дохода, портфель максимума объема, портфель максимума доли рынка; - с точки зрения вида используемого критерия оптимальности;

- страховой портфель - с точки зрения отношения к возможности снижения риска;

- специализированный и диверсифицированный портфели с точки зрения типа охвата сегментов целевого рынка, отраслевой и технологической однородности;

- однородно целевой и многоцелевой портфели – с точки зрения состава целевого показателя;

- портфель максимума текущего результата, портфель роста – с точки зрения длительности охватываемого периода достижения целевого показателя, ожидаемой динамики.

Следует отметить, что в данном случае имеет место некоторая аналогия с видами портфелей финансовых активов [348, c.c. 160 - 161], классификация которых все же отличается от видов товарного портфеля по причине различия предметной области.

2. Сбалансированность может быть определена в терминах состава и структуры портфеля.

Подобный ракурс рассмотрения проблемы заложен в принципе Парето – сбалансированности (А. Дийап – Ф. Букерсель [23]), также в определении сбалансированности О. Пигуновой [295]. Необходимость анализа состава обосновывается тем, что различные товары находятся на разных стадиях ЖЦТ, обладают различными показателями текущего положения (доли рынка, объема сбыта, прибыльности), перспективами изменения своей рыночной динамики. Соответственно, присутствие товаров с различными соотношениями текущих и ожидаемых рыночных показателей необходимо для достижения целей различных временных горизонтов. Необходимость анализа структуры портфеля обосновывается тем, что от нее зависит значение целевых показателей деятельности предприятия, таких как суммарный объем сбыта, валовая прибыль, рентабельность производства, риск товарного портфеля и другие.

Таким образом, сбалансированность – это обеспечение такого состава и структуры товарного портфеля, при которых в нем присутствуют элементы, суммарный набор свойств которых соответствует структуре заданных целей, при этом пропорции элементов должны обеспечивать необходимую динамику их достижения. Под элементами здесь следует понимать набор видов товаров, образующих состав портфеля, под пропорциями элементов – объемы производства различных товаров и их соотношение, а под свойствами элементов – набор таких показателей каждого товара, как прогноз динамики объемов продаж, расчетные величины нормы прибыли и рентабельности, прогноз продолжительности ЖЦТ товара.

3. Сбалансированность товарного портфеля также может быть выражена в терминах динамики.

В этом случае, сбалансированность есть такое состояние товарного портфеля, определяемое его структурой, которое обеспечивает динамику показателей коммерческой деятельности, соответствующую целям организации, относимым к различным периодам планирования. При этом сам ряд динамики должен обладать свойством стабильности. Под стабильностью понимается отсутствие сильных перепадов во временных рядах таких показателей, как объем производства и продаж, загруженность производственных мощностей, объем прибыли, доля рынка, а также во временных рядах их темпов роста.

4. Со стороны внешних относительно организации факторов определение сбалансированности товарного портфеля может быть дано в терминах рыночного спроса и предложения. Это достигается путем объединения определения сбалансированности как соответствия спроса и предложения друг другу с современной концепцией маркетинга ([96], [152], [170], [334]). Тогда сбалансированной будет такая структура товарного портфеля, которая будет обеспечивать не только соответствие товарного предложения предприятия структуре спроса в настоящем, но и предпосылки подобного соответствия в будущем, и, более того, активно влиять на формирование структуры будущего спроса в интересах предприятия.

Таким образом, сформулируем обобщенное определение понятия «сбалансированность товарного портфеля».

Сбалансированным следует считать такой товарный портфель производства, который обеспечивает сбалансированное достижение наиболее важных целей работы предприятия и необходимую динамику его развития за счет обеспечения оптимального состава и структуры товарного предложения, которое должно быть ориентировано не только на текущий рыночный спрос, но и на будущий. При этом состав и структура товарного портфеля, по возможности, должны влиять на формирование будущих потребительских предпочтений в интересах фирмы.

Предлагается многошаговая схема поиска сбалансированности товарного портфеля (рис. 3), которая состоит из пяти взаимосвязанных этапов, потока «входа» (который определяется целями организации, учитываемыми в поиске сбалансированности и условиями среды), потока «выхода» (который обозначает практическую реализацию выработанного решения) и обратной связи, которая отражает реализацию принципа непрерывного планирования, используемого в постановке системы управления составом товарного портфеля и структурой производственной программы.

Параметрами «Входа» процесса поиска сбалансированной структуры товарного портфеля будет являться, во-первых, исходная информация, необходимая для анализа ситуации и принятия управленческих решений. Также к входящим извне условиям здесь необходимо отнести стратегию и цели фирмы, устанавливаемые высшим руководством. Отметим, что по итогам анализа текущего положения и перспектив на этапе диагностирования (№ 2) может осуществляться некоторая их корректировка и пересмотр.

«Выходом» рассматриваемого процесса является практическая реализация решения о выборе состава и структуры товарного портфеля и управление данным процессом.

Обратная связь необходима для реализации принципа непрерывного планирования в формировании сбалансированной структуры товарного портфеля.

Рисунок 3 – Схема процесса управления структурой товарного портфеля.

Далее рассмотрим сущность этапа № 1 (структурирования портфеля), как основы для постановки задачи сбалансированного производственного развития.

Некоторой сложностью для специалистов-практиков в процессе описания структуры товарного портфеля именно промышленных предприятий является то, что в настоящее время во всей основной массе литературы по маркетингу укоренилась доминирующая тенденция признания

а) приоритетности и даже большей прогрессивности концепции маркетинга, ориентированного исключительно на потребности рынка;

б) признания приоритетности маркетинга над другими функциями в организации. Это, в частности, предполагает второстепенную и подчиненную роль производства по отношению к функции маркетинга. Визуализация товарной стратегии в рамках данной концепции может быть представлена в форме известной матрицы [170] «товар – рынок» (две оси: товар и рынок с градацией по каждому фактору: старый, новый). По этой матрице с учетом ситуации перспективности различных сегментов рынка и товаров можно выбирать различные стратегии (варианты развития): работать со старым товаром на старых сегментах, выводит новые товары, осваивать новые рынки со старой продукцией, полная диверсификация (новый товар на новый рынок). Главным выводом, тем не менее, из вышеназванной концепции «потребительского маркетинга» будет следующий: если существуют сложности продвижения товаров, которые можно выпускать в рамках технологий (каналов поставок), доступных фирме, или просто имеется товар, который бы был более востребованным целевым сегментом рынка – предприятие должно отказаться от его производства и продвижения и изменять свою деятельность в пользу новых товаров и маркетинговых стратегий с ними связанных.

Проблемным местом данной концепции является то, что она не является универсальной для абсолютно всех типов организаций, действующих на рынке. Мы полагаем, что следует выделять 2 совершенно обособленных типа организаций: маркетинговые организации и производственные организации. Отметим, что в целом похожий (но не в полной мере эквивалентный) подход к разделению организаций и их маркетинговых стратегий на «промышленные» и «ориентированные на потребительский рынок» предлагает в своей книге «Основы промышленного маркетинга» [328] американский исследователь Ф. Уэбстер. Итак, маркетинговые организации (которые, тем не менее, могут действовать как на «промышленном» (по Уэбстеру) (опт) так и «потребительском» рынке (розница)) в центр своей деятельности ставят именно маркетинг, зачастую передавая производственные функции на аутсорсинг. К данному типу организаций следует относить все типы оптовых торговых организаций, ритейлеров, трейдеров, большинство мировых товарных брендов (Coca-Cola, Benetton, Wrangler, Adidas, Tony Hilfiger, Marks&Spenser и прочие). Действительно для маркетинговых организаций, если технологии какого-либо производственного подразделения (поставщика) перестают безусловно соответствовать определенному рынку (стратегии продвижения на данном рынке) или рынок (на который ориентировано данное производство) по своим характеристикам перестает удовлетворять целям развития организации, то данное подразделение закрывается (поставщик/подрядчик меняется на нового). Главным здесь является то, что маркетинговые организации именно могут позволить себе так себя вести. Данное преимущество дается им тем, что производство при маркетинговой ориентации структуры находится в подчиненном положении к функции маркетинга: а основная «добавленная стоимость» создается в нем именно в функции маркетинга, а не производства, а в стоимости бизнеса маркетинговые нематериальные активы (марки, бренды, цепи товародвижения, сервисные технологии, ноу-хау) доминируют над производственными (оборудование, технологии, ноу-хау технологического характера).

Касательно производственных структур (соотносимых с «промышленной сферой») – к которым относится абсолютное большинство предприятий промышленности, как ориентированных на промышленные рынки и B2B сектор (производители оборудования, сырья, материалов), так и на потребительские – они находятся в совершенно ином положении. При этом следует заметить, что многие производители даже потребительской продукции фактически не занимаются потребительским маркетингом, не вступают в контакт с конечным потребителем, а взаимодействуют с рынком через B2B каналы типа «производитель» (производственная структура) – «ритейлер» (маркетинговая структура), то есть их маркетинговая система де-факто остается в сфере «промышленного и B2B маркетинга».

В виду того, что у производственных структур (особенно в рассматриваемой сфере средних предприятий, реализующих непрерывное производство) значительные средства вложены в основные производственные фонды (технологическое оборудование) быстрая замена и даже перестройка которого в короткие сроки невозможна, существуют различные барьеры входа и выхода в различные отрасли производства (сырьевая база, наличие ноу-хау, цена оборудования и основных фондов, административное регулирование, социальные обязательства перед трудовым коллективом, политические договоренности с руководством федеральных и местных органов власти) – быстрый отказ промышленного предприятия от старого производства (с которым связана определенная маркетинговая и товарная стратегия) и переход на новые технологии и продукты невозможен даже в принципе.

Таким образом, можно сделать вывод, что концепция маркетинга, ориентированного только на потребности рынка без учета реальных производственных возможностей в рамках производственной организации невозможна.

В тоже время реализация планов производственного развития, связанных с существенным изменением техники и технологии требует серьезного изменения маркетинговой системы организации (центром которой в любом случае является выпускаемый товар) не может не затрагивать стратегический уровень принятия решений. Таким образом, в большинстве случаев для производственных предприятий, если их продукция, выпускаемая в рамках имеющегося оборудования, перестает интересовать определенный сегмент рынка – необходимо, безусловно, искать другие сегменты, которые могут потреблять данную продукцию, новые варианты использования товара  и т.п. – в целях наиболее полного использования производственных возможностей, так как от этого зависит выживание организации. В тоже время, выработанная нами концепция производственного развития подразумевает также реализацию проектов создания новых производств.

В связи с вышеназванным для адаптации концепцией «потребительского» маркетинга к вопросам производственного развития средних промышленных предприятий предлагаем в основу структурирования их товарного портфеля и товарных стратегий закладывать модифицированную трехмерную матрицу, в которой к осям: товар и рынок, - добавляется ось – технологии (см. рис. 4). По каждой из осей матрица делится на 2 квадранта: «новые» и «старые». В первый вписываются все товары, рынки и технологии, с которыми предприятие работает, во второй – все перспективные товары, рынки и технологии. Таким образом, формируется многомерная (в данном случае трехмерная) матрица: «Товар - Рынок – Технология», учитывающая особенности маркетинга производственных предприятий (отметим, что принципы многомерного структурирования товарных стратегий впервые введены в научный оборот представителем научной школы МГТУ им. А.Н. Косыгина Клавдиевой Е.В. [143]).

Данная матрица будет, как правило, усеченной, так как некоторые пересечения, в первую очередь: товар – технология, технология – рынок, - будут пустыми (значительное число технологий невзаимозаменяемы с точки зрения производства конкретного товара и удовлетворения потребностей конкретного рынка). Следует также отметить, что по фактору технологии размерность матрицы может быть повышена, так как помимо производственных технологий промышленное предприятие может использовать другие: логистические, информационно-коммуникационные, - и включать их в свою систему производственного сервиса. Тогда размерность матрицы будет еще больше.

Рисунок 4 – Матрица «Товар – Рынок - Технология».

Кроме того, на разных уровнях принятия решения промышленного предприятия, а именно: стратегическом и оперативно-тактическом данная матрица будет рассматриваться по-разному. Действительно, в ней содержится значительная часть (трехмерный квадрант) – которая соответствует новым технологиям. Рассмотрение данного квадранта имеет смысл только на уровне принятия стратегических решений по инвестициям в техперевооружение и расширение производства, т.е. когда речь идет о проектах создания новых технологических бизнес-единиц. Подобные решения принимаются на реально действующих предприятиях достаточно редко (раз в несколько лет), в то же время, для уровня оперативно-тактического управления предприятием – данный квадрант нет целесообразности рассматривать, так как здесь необходимо принимать решения по построению максимально эффективной политики развития в рамках имеющихся технологических и производственных возможностей. Матрица товарных стратегий производственного развития отображает реализацию концепции производственного развития в отношении позиционирования предприятия на рынке.

Таким образом, нами определены принципы структурирования товарного портфеля предприятия промышленности. Рассмотрим с их использованием конкретного примера – задачи структурирования товарного портфеля предприятия текстильной промышленности.

Первым фактором выявления отдельных товаров может служить назначение товара для конечного использования в быту или для промышленного применения. Многие товары текстильной промышленности, в особенности ткани, будучи выпущенными в форме одного и того же артикула, могут использоваться как для непосредственного удовлетворения потребностей отдельных домохозяйств в текстильных изделиях, так и для удовлетворения потребности промышленных предприятий в сырье и материалах, необходимых для выпуска продукции. Различия в назначении продукции ведут к наличию вариантов дизайнерского решения, исполнения и комплектации товаров, к применению разных способов упаковки (например, ткани, поставляемые для реализации населению, как правило выпускаются в меньшей паковке, чем для производственного назначения), в конце концов, к различиям в ценовой политике данных вариантов товара. Таким образом, фактор конечного назначения продукта необходимо учитывать при определении структуры товарного портфеля.

В случае выпуска одного и того же артикула продукции в двух вариантах в зависимости от назначения следует вести речь о двух различных товарах, которые имеют различную потребительскую полезность, ориентированную на различные рынки. Жизненные циклы данных товаров и их объемы продаж следует рассматривать отдельно. Отметим, что последний тезис будет носить в большей мере рекомендательный характер на будущее, так как его практическая реализация может быть затруднена существующей политикой управленческого учета продукции.

Одними из наиболее значимых факторов в последнее время стали условия выполнения заказа (поставка со склада или производство под заказ клиента), транспортные условия поставки, особое значение которых имеет место в международной торговле.

Предоставление того или иного сервиса при поставке сильно изменяет потребительские свойства товара и это необходимо учитывать при структурировании товарного портфеля. Учет фактора сервиса в структурировании товарного портфеля также является условием соответствия концепции производственного развития (гл. 1).

Производственно-логистический сервис, по мнению авторов [389], является неотъемлемой частью потребительских свойств товара промышленного назначения. Каждый сегмент рынка нуждается в определенном уровне логистического сервиса (принцип сегментной ориентированности), то есть производственно-логистический сервис прямо влияет на восприятие клиентом потребительских свойств товара. Таким образом, следует говорить о неотъемлемости сервиса от потребительских свойств.

Важность фактора сервиса для структурирования товарного портфеля текстильного предприятия связана с наличием на рынке двух групп клиентов и различиями в организации их производственного обслуживания. Первая группа – клиенты, планирующие свои объемы потребления товаров на период до года вперед, осуществляющие крупные разовые закупки под заказ (на тысячи погонных метров ткани, тысячи килограмм пряжи или трикотажного полотна, и т.п.), для которых имеется возможность размещения заказа заблаговременно. Такие клиенты, как правило, размещают заказ в производство и фактор отсутствия необходимого количества товара на складе непосредственно в момент заказа не является для них определяющим в выборе поставщика. Вторая группа – потребители, работающие под заказ своих небольших клиентов. Для данных предприятий основным конкурентным преимуществом, как правило, является быстрота и оперативность работы, возможность максимальной минимизации складских издержек и времени на выполнение заказа клиента. Фактор наличия готового товара на складе поставщика в данном случае является определяющим и должен входить в комплекс услуг, предоставляемых при поставке товара. Также данный фактор может стать значимым в условиях, когда конкуренты, работающие на рынке, предоставляют  подобные услуги в комплекте стандартной поставки и используют это в качестве фактора конкурентного преимущества в своей маркетинговой политике, а также в условиях широкого распространения на рынке принципов работы в рамках программы «Just-in-Time». В подобном случае даже для крупных клиентов факт наличия широкого ассортимента товаров на складе в готовом виде будет являться определяющим при выборе поставщика. Это имеет место в настоящее время на значительном числе промышленных и B2B рынков России в результате активной конкурентной позиции оптовых торговых организаций, строящих свое конкурентное преимущество на основе (в том числе) высокого уровня логистического сервиса.  

По опыту работы ряда ведущих международных производственных и торговых компаний принято выделять 2 основных вида производственного сервиса: производство и реализация продукции в рамках основной производственной программы (REGULAR PRODUCTION - RP), включающая в себя ассортимент продукции, выпускаемый только по твердым заказам клиентов, а также наработка товаров в складские остатки  продукции на основе прогнозов (внутренних заказов сбытовых подразделений) для немедленного удовлетворения клиента путем отгрузки сразу по заявке (в терминах производственной системы Тойоты – сервис «Точно во время» (JUST IN TIME - JIT) [209]).

Как показано в главе 6, предоставление сервиса конечным потребителям в рамках системы JIT более свойственно для торгово-коммерческих организаций, однако в определенных конкурентных ситуациях она может быть востребована и в работе производственных предприятий. В целях разграничения со сферой машиностроения, где данная система была впервые предложена, и учета некоторых специфических особенностей реализации JIT в отраслях непрерывного производства (материалов), являющихся основным объектом настоящего исследования, предлагаем использовать для нее русское название «Прямо на месте». Первый вариант производственно-логистического сервиса будем именовать «Под заказ».

Потребительское восприятие товара, выпускаемого по системе «Под заказ», как правило, отличается от товара, реализуемого по системе «Прямо на месте», что кроме различий в сервисе обуславливается возможностью индивидуальной адаптации (в рамках прежнего артикула или ТУ) технических параметров товара, выпускаемого по заказу клиента. Например, крупные потребители, осуществляющие закупки тканей «Под заказ» имеют возможность (если это позволяет техника и технология) заказать ширину выпускаемой для них ткани, отличную от стандартной, заказать индивидуальный вариант отделки (например, тефлоновое противопожарное покрытие), эксклюзивный вариант дизайнерского решения. Поэтому даже один и тот же артикул продукции, выпущенный по различным программам производственного сервиса, следует позиционировать на рынке как различные товары.

Таким образом, предлагаем многомерную схему структурирования товарного портфеля текстильного предприятия, которая даст возможность наиболее полного выявления товарных единиц в составе портфеля.

Тогда факторами структурирования будут следующие важные для клиента ценностные характеристики товара.

1. Технико-технологические параметры (соотносятся с критерием «Товар» матрицы на рис. 4). В результате структурирования по данному критерию могут быть выделены товарные группы, отдельные товары и разновидности товаров, выпускаемые в производстве. В этом случае признаком отнесения товаров к той или иной группе будет близость технических и потребительских свойств товара, обеспечиваемая единой технологией изготовления и близкой конструкцией (составом) выпускаемых товаров.

Учитывая, что в данной работе рассматривается товарный портфель отдельного производства (отдельной СБЕ) то все продукты, входящие в товарный портфель, будут относиться к одной или некоторому числу близких товарных линий. На основании проведенного исследования товарных портфелей различных предприятий текстильной и легкой промышленности автор рекомендует в качестве основного структурного элемента (составляющей) товарного портфеля использовать вид товара. Под видом товара следует понимать отдельный товар, который обладает набором отличных от других видов товаров качеств, определяемых его техническими характеристиками и технологией изготовления. Конкретизируя данное понятие на примере промышленной продукции, в качестве вида товара следует выделять отдельный артикул продукции, под которым подразумевается определенная структура тканей и полотен в текстильной промышленности; в швейной, мебельной отрасли – конкретная модель изделия. Следует отметить, что все товарные единицы, выпущенные в рамках одного технологического вида, обладают единым набором технико-экономических показателей, таких как себестоимость, норма производительности оборудования при их выпуске, а также потребительских свойств.

Все близкие по набору технико-технологических и потребительских свойств виды товаров могут быть объединены в товарно-ассортиментные группы, что необходимо, в первую очередь, для правильного проведения статистической обработки данных по жизненным циклам продукции, что требуется для успешной реализации последующих этапов процесса формирования сбалансированной структуры товарного портфеля.

В рамках каждого вида товара могут быть выявлены отдельные разновидности товара как вариант, главным образом, дизайнерского решения. В данном случае товарные единицы, выпущенные в рамках одного вида товара, но в форме различных разновидностей, будут обладать единым набором всех потребительских свойств, кроме дизайна. Для продукции текстильной и легкой промышленности характерно наличие большого числа рисунков и колористических решений при выпуске одного и того же артикула продукции. Ввиду обычно короткого ЖЦТ разновидности товара и наличия их большого количества в производстве, а также по причине отсутствия различий в основных потребительских свойствах разновидностей товара, относящихся к одной модели (артикулу) продукции, рассмотрение их как конечной (базовой) структурной единицы портфеля нецелесообразно.

2. Структурирование товарного портфеля возможно также с точки зрения предоставляемого уровня производственного сервиса (подгруппа факторов «Технология», разновидность «Логистическая технология»).

С точки зрения данного критерия можно выделить две товарно-ассортиментные группы. Первая – товары, выпускаемые по системе «Под заказ», и вторая – товары, выпускаемые по системе «Прямо на месте».

Нами делается рекомендация о необходимости разделения даже одного артикула продукции, выпускаемого по двум системам производственного сервиса, на два разных вида товаров, входящих в две разные товарные группы: производственную программу «Под заказ» и производственную программу «Прямо на месте» по причине различий в оценке клиентами потребительских свойств. Это основывается на том, что 1) для производства товара «Под заказ» (в отличие от «Прямо на месте») существует ограничение по величине минимального объема заказа принимаемого к производству, что зачастую просто неприемлемо для клиентов; 2) в случае реализации товара по системе «Прямо на месте» снимается проблема значительных сроков изготовления заказа в производстве. С точки зрения организации производства выпуск продукции по системе «Прямо на Месте» обладает значительным преимуществом с точки зрения большей ритмичности организации производства в отличие от работы под заказ, что приводит к повышению эффективности использования фондов времени, снижению простоев, и, как следствие, – себестоимости.

3. Также в качестве критерия структурирования может быть предложен признак назначения продукции для различных групп покупателей (группа критериев «Рынок»). Например, могут быть выявлены такие различные товарные группы, как «Товары для удовлетворения спроса корпоративных клиентов» – оптовая продажа, и «Товары для удовлетворения спроса конечных потребителей» – розница. Здесь также, как и в предыдущем случае, значительное число выпускаемых артикулов и моделей продукции может быть отнесено как в одну, так и в другую товарно-ассортиментную группу; при структурировании портфеля каждая модель (артикул) продукции должна рассматриваться, как два отдельных вида товаров.

На рис. 5 в схематической форме отображены принципы многомерного структурирования товарного портфеля текстильного предприятия. Схема многомерного структурирования товарного портфеля текстильного предприятия включает в себя рассмотрение выпускаемых товаров отдельно по каждому из трех факторов структурирования. Каждая новая комбинация факторов является отдельным товаром, независимо от  того,  является  с  точки  зрения  ассортимента  данная  позиция  одним артикулом продукции или нет.

Следует в то же время отметить, что на российских предприятиях промышленности отсутствует система многомерного структурирования товарного портфеля. В бухгалтерском и управленческом учете информация по каждому технологическому виду продукции накапливается в обобщенном виде; зачастую невозможно определить динамику продаж товара по розничной или оптовой системам продаж, а разграничение товарного портфеля на две группы производственного сервиса вообще отсутствует.

Рисунок 5 - Параметры многомерного структурирования товарного портфеля.

Таким образом, нами определены подходы к решению задачи структурирования товарного портфеля, лежащей в основе реализации бизнес-процесса планирования производственного развития. Отметим, что структурирование товарного портфеля основывается также на выявлении направлений производственной деятельности – технологически-обособленных бизнес-единиц.

Выводы по главе 2.

  1.  Средние промышленные предприятия являются обособленной формой организации производства, отличной от крупного и малого бизнеса, имеющей высокую значимость в экономике.
  2.  В рамках управленческой постановки задачи выделения средних предприятий целесообразен отход от категории «юридического лица», а ориентация на категорию «бизнес», как единство и совокупность активов, структуры управления и целей развития.
  3.  В качестве критериев среднего промышленного предприятия следует выделять: индустриальный характер производства, высокую долю основных производственных фондов в структуре активов, однородность бизнес-структуры и оборот от 2 – 2,5 до 150 – 200 миллионов долларов США в год.
  4.  Средние промышленные предприятия являются наиболее устойчивой формой организации производства для сферы непрерывного производства высоких переделов, ориентированных на выпуск материалов с высокими потребительскими свойствами и добавленной стоимостью, например, текстильной промышленности.
  5.  Анализ состояния предприятий текстильной и смежных отраслей промышленности показал высокую актуальность постановки задач производственного развития в отношении всех его компонентов: развития товарного портфеля, технологических подсистем и систем производственного сервиса.
  6.  Существующее состояние информационной базы принятия решений в рассматриваемых отраслях производства характеризуется высоким уровнем неполноты статистических данных, что обуславливает высокий уровень риска принимаемых решений и выдвигает потребность использования аппарата анализа, способного учитывать нечеткий характер исходных данных. В качестве подобного аппарата рекомендуется использовать методологию теории нечетких множеств.
  7.  Планирование производственного развития должно рассматриваться в качестве бизнес-процесса верхнего уровня.
  8.  Данный бизнес-процесс должен быть ориентирован на совершенствование структуры бизнеса предприятия и, в первую очередь, его товарного портфеля, состоящего из совокупности товарных портфелей технологических бизнес-единиц.
  9.  В качестве основного инструмента анализа перспектив бизнеса предприятия и определения направлений развития предполагается сводный анализ сбалансированности товарного портфеля. При этом в первую очередь должно приниматься во внимание состояние сбалансированности краткосрочных и долгосрочных целей развития и соответствие ему состава и структуры товарных портфелей бизнес-единиц.
  10.  Роль процесса планирования производственного развития в структуре управления предприятием может быть определена, как процесс верхнего уровня, что, в свою очередь, определяет подходы к его координации с другими бизнес-процессами.
  11.   Центральное место вопросов управления товарным портфелем в рамках задач производственного развития определяет важность выявления состава задач процесса формирования сбалансированной структуры товарного портфеля.
  12.  Сбалансированность товарного портфеля определяется в терминах сбалансированности целей и задач предприятия; состава и структуры товарного портфеля; динамики развития; сбалансированности спроса и предложения.
  13.  Сбалансированным следует считать такой товарный портфель производства, который обеспечивает сбалансированное достижение наиболее важных целей работы предприятия и необходимую динамику его развития за счет обеспечения оптимального состава и структуры товарного предложения, которое должно быть ориентировано не только на текущий рыночный спрос, но и на будущий. При этом состав и структура товарного портфеля, по возможности, должны влиять на формирование будущих потребительских предпочтений в интересах фирмы.
  14.  Поиск сбалансированности товарного портфеля является многошаговым процессом, включающим в себя: структурирование, диагностирование, анализ альтернатив развития и формирование решения и составе и структуре товарного портфеля.
  15.  Основой сбалансированного управления товарным портфелем является его структурирование.
  16.  Исходя из состава задач концепции производственного развития может быть предложена трехмерная матрица «товар – рынок - технология».
  17.  В качестве реализации структурирования по подобной матрице может быть предложена трехмерная структура товарного портфеля производственного предприятия с учетом факторов: техники и технологии, назначения и систем производственного сервиса.

ГЛАВА 3. Моделирование, анализ и прогнозирование рыночных процессов реализации стратегии развития производственных бизнес-единиц среднего предприятия.

3.1 Выбор методологического аппарата моделирования и анализа рыночной динамики товарных новшеств предприятия.

Ключевым вопросом, на который должен быть дан ответ в процессе диагностирования товарного портфеля предприятия в рамках разработки мероприятий производственного развития, является вопрос о перспективах товарного портфеля и его составляющих. Перспективы товарного ассортимента предприятия определяют возможность сбалансированного достижения целей развития. Для оценки перспектив необходимо обладать инструментом оценки будущей рыночной динамики отдельных товаров, что в дальнейшем на основе интеграции прогноза по совокупности товарной номенклатуры бизнес-единицы и предприятия в целом, сопоставления его с данными стратегического анализа (SWOT и др.) позволяет дать оценку возможности стратегического развития существующего производственного бизнеса потребностям и возможным направлениям производственного развития.

В данном случае следует отметить принципиальную неприменимость для анализа товарного портфеля в рамках задач данного исследования традиционных методов, например ABC и XYZ анализа [23], позволяющих дать только текущую оценку структуры продаж, однако не дающих понимания перспективных изменений. Тем не менее, для решения ряда частных задач управления структурой товарного портфеля производственного подразделения, как будет показано в главе 4, метод ABC-анализа вполне применимым.

Как отмечалось нами в главе 1, основной причиной изменения объемов продаж продукции и ее положения на рынке является прохождение процесса диффузии инноваций. Динамика данного процесса зачастую отождествляется с кривой рыночного жизненного цикла товара.

По мнению Ф. Котлера, жизненный цикл продукции (товара) — это «изменение объемов продаж и получаемой прибыли во времени, графически представляемое в виде кривой, по форме напоминающей колокол» [170, с. 421]. Экономическое объяснение маркетинговой концепции ЖЦТ может быть дано с использованием инновационной теории экономического цикла.

Любой товар, товарная категория, группа товаров по своей сути являются инновациями, выводимыми на рынок предпринимателем в форме, пригодной для использования покупателем в целях удовлетворения его потребности. Таким образом, динамика спроса и реализации товара может быть описана с помощью инновационного цикла. Тогда «динамика конкурентоспособного пребывания товара на рынке» [170, с. 419] есть не что иное, как процесс распространения (диффузии) товара-новшества среди его потенциальных покупателей.

Мы будем рассматривать рыночный цикл товара как частный случай экономического. Жизненный цикл товара в зависимости от уровня, на котором он изучается, может иметь форму:

- жизненного цикла спроса (совокупной динамики удовлетворения рассматриваемой потребности);

- жизненного цикла технологии или товарной группы (динамики удовлетворения потребности определенным способом);

- жизненного цикла товара (динамики производства и потребления конкретного вида продукции в рамках определенной технологи и инновации).

Можно привести и другую систематизацию жизненных циклов, но в данном случае мы придерживаемся наиболее распространенной точки зрения, предложенной Ф. Котлером [170, с. 418–421]. Все названные разновидности жизненного цикла имеют одинаковую природу, и в их основе лежит диффузия инновации. При этом циклы более высокого уровня складываются из циклов более низкого. Рассмотрим сущность процесса диффузии.

Изменяющийся уровень потребностей во времени описывается моделью жизненного цикла спроса.

Некоторые экономисты считают, что между понятиями «спрос» и «потребность» существует определенное различие. Потребность — это, по мнению П.Г. Перервы, «объективно обусловленное состояние неудовлетворенности потребителя в результате отсутствия каких-либо материальных благ» [225, c. 46]. Спрос же является следствием потребности, механизмом ее удовлетворения. Он «может возникать лишь после признания потребителем факта наличия потребности и осознания им этого факта как объекта реальности» [225, с. 46].

Если «потребность носит объективный характер», то спрос имеет стохастическую сущность, зависит от множества факторов и поддается управлению [225, c. 46].

Как показали В. Махаян, Ф. Бэсс и ряд других зарубежных исследователей [385, 394, 409], суммарное количество неудовлетворенной потребности в каждый момент зависит от объема производства товара в прошлом, т.к. с его использованием потребность покупателя уменьшается или исчезает совсем. Мы признаем некоторую условность данного положения, поскольку существуют товары, потребность в которых постоянна и не зависит от удовлетворения в прошлом, однако для видов продукции, не являющихся товарами повседневного спроса, оно верно. В то же время спрос в конкретный момент зависит и от цены товара (закон спроса), и от его качества, поэтому в экономике может наблюдаться ситуация отсутствия спроса на товары, в которых существует потребность [225, c. 47].

Еще одним фактором, влияющим на форму кривой жизненного цикла спроса, является возможность его стимулирования.

Таким образом, потребность является более инерционной, если не сказать постоянной, категорией в отличие от спроса, который меняется в зависимости как от совокупности экономических факторов, так и от этапа процесса удовлетворения потребности с помощью рассматриваемого товара (инновации).

Кривая жизненного цикла спроса на группу материальных благ есть «распределенная во времени народнохозяйственная потребность» [225, c. 46]. На уровне предприятия она выражается в кривой ЖЦТ.

Исходя из объективного и постоянного характера потребности, суммарный объем использования (реализации с точки зрения товаропроизводителей) товарных благ за весь период жизненного цикла спроса есть не что иное, как суммарная первоначальная потребность, приводящая к его возникновению.

Охарактеризовать процесс циклических изменений можно с использованием моделей диффузии инноваций, что было впервые предложено в теории и практике профессором Ф. Бэссом [385]. Приведем описание переменных моделей диффузии и их базовых уравнений. Следует отметить, что существуют различные подходы к постановке данных моделей, начиная от формы используемых уравнений и заканчивая обозначением и вариантами трактовок переменных. Стоит сказать, что есть ряд базовых общепризнанных моделей диффузии инновации, доказавших свою универсальность для различных диффузных процессов. Это модели Бэсса, Гомперца, Йоланда, Махаяна-Мюллера (модель неоднородного влияния), на основе которых было создано большинство более сложных. все эти модели по классификации И.Н. Щепиной [60, 370] являются моделями так называемого эпидемического типа и в той или иной форме производными или модификацией первоначально предложенной Ф. Бэссом модели [385], остающейся одной из наиболее используемых и по сей день. Мы будем использовать описание данных моделей (включая обозначение переменных и форму базовых уравнений) по работам В. Махаяна, И. Мюллера, Ф. Бэсса [409, с. 1−26], М. Гивона, В. Махаяна [394, c. 29−37]. Форма базовых уравнений названных моделей диффузии инновации приведена в табл. 3.

Рассмотрим основные переменные и параметры, используемые в моделях диффузии инноваций.

1. Сумма базовой потребности в товаре, на которую ориентирована данная продуктовая инновация. Как было сказано ранее, величина потребности является объективно существующей, может условно считаться постоянной во времени (в переделах некоторого ограниченного периода и пространственного региона) и независимой от прочих факторов. В постановочной гипотезе моделей диффузии она также рассматривается как константа, определяется путем суммирования объемов потребления (реализации) товара за период его жизненного цикла, обозначается буквой m и, как правило, оценивается в натуральном выражении (например, для тканей — в погонных метрах). Данную величину мы будем называть конечным суммарным потреблением. Поскольку на удовлетворение одной и той же потребности ориентированы несколько товаров и даже технологий, конечная суммарная потребность рынка m распадается на несколько частных конечных суммарных потребностей отдельных технологий и товаров m′. При этом в процессе конкуренции за счет тех или иных действий участники рынка могут влиять на величину текущего спроса и, как следствие, на потенциал конечной суммарной потребности, которая удовлетворяется с помощью их товаров. Однако суммарная потребность всего рынка остается постоянной.

Стоит отметить, что при моделировании жизненных циклов различных товаров можно использовать изменяющуюся во времени в зависимости от прочих факторов величину суммарной потребности в товаре m. иллюстрацией является работа М. Гивона и В. Махаяна [394], в которой рассмотрены процессы распространения программного обеспечения и компьютерного пиратства как явления диффузии и замещения инноваций. В качестве величины m в ней использовано количество пользователей ПК, которое постоянно увеличивается. Данное дополнение приведено с целью продемонстрировать широкие адаптивные возможности моделей диффузии, позволяющие применять их в различных ситуациях для решения задач разного рода. Кроме того, существую работы, в которых величина m в модели рассматривается как функция других факторов: цены [60, 405], конкурентоспособности (технических и технико-экономических характеристик инновации) [317] и прочих факторов (например, ассортиментной политики , см. раздел 3.2). Использование подобных модифицированных моделей может оказаться полезным для решения ряда важных задач, в частности управления ценовой, ассортиментной политикой и пр.

Таблица 3 – Базовые уравнения некоторых наиболее распространенных моделей диффузии и замещения

Вид модели

Исходное уравнение модели диффузии  f = (F)

Прогноз f' на основе модели замещения

f' = φ(F')

Модель Басса

f = (p + qF)(1 − F)

f' = (p' + qF')(1 − F)

Модель Гомперца

f = qF х ln(1 / F)

f' = qF' х ln(1 / F)

Модель Юланда

f = (p + qF)(1 − F)(1 + y)

f' =(p' + qF')(1 – F)(1 + y)

Модель неоднородного влияния Махаяна-Мюллераa

f = (p + qFδ)(1 − F)

2. Текущий объем потребности (спроса на товар) конкретного года принято обозначать величиной n и называть текущим потреблением товара в натуральном измерении.

3. Текущий ежегодный спрос на товар можно выражать в долях от конечного суммарного потребления. Эта величина в моделях обозначается f и называется текущим относительным потреблением. Она имеет следующую взаимосвязь с вышеназванными величинами:

                                          n = f *m.                                                 (1)

4. К началу каждого года можно определить долю конечной потребности в товаре, которая уже является удовлетворенной. Данная величина называется накопленным относительным потреблением и обозначается F. Для каждого года t она вычисляется путем суммирования текущего относительного потребления fi предыдущих лет:

                                           .                                                  (2)

Для первого года ЖЦТ величина F принимается равной нулю, т.к. удовлетворения спроса товаром еще не произошло. Она является важнейшей переменной в моделях диффузии инновации.

Рассмотрим основные причины неравномерности динамики объемов продаж товара в течение его жизненного цикла (в соответствии с базовой гипотезой, заложенной в состав моделей диффузии [409, с. 1–26]).

На начальном этапе, когда инновация вводится на рынок как способ удовлетворения потребности, в обществе практически нет информации о ней и результатах ее применения. Сведения появляются после первых пробных покупок потребителями-новаторами. Их влияние на динамику использования товара отражено в модели в коэффициенте инновации p. Его экономический смысл заключается в том, что он показывает уровень потребления товара в относительном выражении в первый год ЖЦТ, когда опыт применения еще отсутствует. Область значений коэффициента инновации: p  [0, 1].

Получив положительный опыт удовлетворения потребности, новаторы передают его другим покупателям, так называемым имитаторам, которые в свою очередь, также осознав потребность и удовлетворив ее с помощью приобретения товара, распространяют информацию об инновации далее. Влияние данного процесса демонстрируется в моделях диффузии с использованием коэффициента имитации q, который показывает отношение текущего потребления покупателей-имитаторов к уже накопленному объему применения данной инновации F. Область определения коэффициента: q  [0, 1].

Таким образом, с распространением информации все большее количество потенциальных потребителей инновации осознает потребность в ней, что ведет к расширению спроса на нее на стадии роста кривой жизненного цикла.

На этапе спада повышение потребления ограничивается увеличением количества покупателей, окончательно удовлетворивших нужды, т.е. явлением исчерпания потребности рынка m, в результате чего тенденция роста объемов заменяется тенденцией спада.

Математическое моделирование данных процессов строится на следующем принципе (рассмотрим на примере модели Бэсса). Как видно из табл. 1, в модели диффузии текущее потребление определяется произведением двух сомножителей: f = (p + qF)(1 − F). Первый (p + qF) моделирует рост объемов потребления товара с накоплением удовлетворенной потребности и, как следствие, информации о товаре, второй (1 − F) — исчерпание емкости рынка в процессе удовлетворения конечной потребности. На этапе роста ЖЦТ увеличение первого сомножителя доминирует над снижением второго, однако к началу спада данное соотношение меняется в обратную сторону. Нужно отметить, что аналогичную структуру имеют и прочие модели диффузии, поэтому принципы моделирования цикла распространения инновации для них будут аналогичными вышеназванным.

На практике жизненный цикл спроса будет включать в себя жизненные циклы всех способов удовлетворения исходной потребности. Этот факт имеет ряд чрезвычайно важных следствий. Например, при рассмотрении жизненных циклов конкретных товаров или технологий, как уже говорилось ранее, может происходить сложное конкурентное взаимодействие, которое будет заключаться в перераспределении объемов сбыта, направленных на удовлетворение рыночной потребности, между различными продуктами и фирмами. Данное явление называется конкурентным замещением, и без его изучения описание процессов, лежащих в основе изменения рыночных позиций товаров во времени, будет неполным. Так, в разделе 3.2 показана необходимость учета фактора замещения в моделировании ЖЦТ различных групп промышленной продукции, которое в этом случае происходит на основе модифицированных моделей диффузии.

Коротко отметим, что типологически модели замещения можно классифицировать на две большие группы в зависимости от количества конкурирующих инноваций:

1) бикомпонентного замещения (два товара);

2) многокомпонентного  замещения (большее число продуктов).

модели многокомпонентного замещения [370] сложны в математическом отношении и требуют для расчетов большой массив иногда мало- и недоступной информации. Автором показано, что для моделирования ЖЦТ в конкурентных условиях на рынках достаточно успешно можно применять и модели бикомпонентного замещения. Во избежание излишнего углубления в данную тему, уже рассмотренную ранее, укажем, что основные уравнения бикомпонентного замещения на базе моделей диффузии приведены в табл. 3. В отличие от базовых уравнений диффузии в модели замещения вводятся две группы величин, характеризующих динамику объемов продаж товара:

1) f' и F' — объемы потребления, остающиеся за товаром предприятия;

2) f'' и F'' — объемы потребления, отходящие к конкурентам (конкурентному товару или обезличенному «внешнему рыночному фону»).

При этом рассматривается так называемое полное замещение, когда уравнения: f = f' + f''; F = F' + F'' будут верны для любого этапа.

Таким образом, мы рассмотрели модели диффузии на примере самых простых с точки зрения используемого аппарата, но методологически очень важных базовых моделей эпидемического типа. Однако к настоящему времени они уже не составляют исчерпывающего списка моделей диффузии, т.е. распределение на группы может быть расширено.

Так, по классификации К. Шиха и Н. Венкатеша [422] описанные модели (табл. 3) могут быть отнесены к моделям «диффузии восприятия инновации» (Adoption Diffusion). Это означает, что в них рассматриваются потребители, которые производят восприятие и однократное потребление инновации (что приемлемо для товаров длительного пользования). При этом не принимается в расчет и не моделируется, как именно происходят повторные покупки и происходят ли вообще. Тем не менее существуют товары и рынки, где повторные покупки играют большую роль, что привело к появлению моделей группы «диффузии использования» (Use Diffusion), в которых интенсивность потребления (использования повторных покупок) является главным критерием сегментирования потребителей. При этом описывается не просто процесс восприятия инновации (однократное потребление), но прежде всего процесс ее использования с учетом повторных покупок. Следует отметить, что данные модели несколько сложнее рассмотренных с точки зрения используемого математического аппарата.

Существуют также промежуточные варианты моделей диффузии, которые на базе моделей «диффузии восприятия» позволяют моделировать процесс повторных покупок групп потребителей. Такова, например, четырехсегментная пробно-повторная модель (Four segmental trial-repeat model), предложенная М. Ханом, С. Паком, Л. Кришманурти и А. Золтнерсом [397]. В ней рассматриваются четыре группы потребителей с точки зрения их отношения к возможности попробовать данную инновацию:

1) не пробовавшие в прошлом и не опробующие ее в плановом периоде;

2) не пробовавшие в прошлом, но опробующие в плановом периоде;

3) пробовавшие в прошлом, но отказавшиеся от подобного опыта в будущем;

4) пробовавшие в прошлом и планирующие снова приобрести данную продукцию в плановом периоде.

Отличительной особенностью модели является учет в ней переменных, характеризующих рекламные усилия фирмы, и сопоставление их с аналогичными действиями конкурентов. это является главным преимуществом данного метода, позволяющим использовать его для планирования рекламной деятельности фирмы.

Изучение возможности применения моделей «диффузии использования» и четырехсегментной для решения прикладных задач прогнозирования динамики потребления промышленных товаров и технологий может являться сложной и интересной темой последующих исследований. При этом следует заметить, что модели «диффузии использования» и пробно-повторная основываются на более сложном математическом аппарате. Это может стать серьезным препятствием для их освоения в практике планирования управленческих решений на уровне конкретных предприятий. Однако названные модели требуют гораздо больший массив исходной информации для работы. Например, для аппроксимации четырехсегментной пробно-повторной модели среди прочего необходимы данные о динамике коммерческих расходов предприятий с детализацией по различным товарам. отсутствие подобной информации на предприятиях и в системе государственной статистики ограничивает возможности практического использования названных моделей, как и моделей многокомпонентного замещения.

Другим направлением развития эпидемических моделей диффузии является разработка аппарата, позволяющего моделировать диффузию инновации не только в терминах потребления, но и в терминах цен. При этом, как уже говорилось ранее, есть модели, в которых величина m задается как функция неких экзогенных факторов, среди которых выступают цены [317]. Также существуют работы, претендующие на создание отдельного аппарата, в котором формируется взаимосвязанная система уравнений, моделирующая полную взаимную зависимость рыночных цен инновации и ее распространения [60]. На основе данных моделей можно выявить зависимость не только уровня кривой диффузии от цены, но и цены данной инновации от уровня ее распространенности. Нужно обратить внимание, что данные модели, как и модели многокомпонентного замещения, требуют большого массива исходных данных, которые могут не иметься в наличии или обладать низкой устойчивостью при моделировании жизненных циклов отдельных товаров на уровне конкретного предприятия. Однако при моделировании распространения инноваций в форме жизненного цикла технологий или спроса (задачи на уровне отрасли в целом или макроэкономики), где необходимая информация накоплена, данные модели могут быть интересными.

Таким образом, мы определили, что модели диффузии можно классифицировать по типам в зависимости от учета:

- повторных покупок: «диффузии восприятия» и «диффузии использования»;

- цен: эпидемические модели и модели ценовой диффузии.

несмотря на доказанную эффективность аппарата моделей диффузии для решения различных маркетинговых и экономических задач, они еще малоизвестны отечественным специалистам и недостаточно используются как в теории, так и в практике российской школы экономики и управления. Автор рекомендует применять данные модели для различных целей, в частности, для анализа рыночных жизненных циклов товаров в рамках диагностирования товарного портфеля в целях решения задач производственного развития предполагается использовать аппарат «эпидемических» моделей диффузии-восприятия и моделей бикомпонентного замещения.

  1.  Методология моделирования диффузии товарных нововведений промышленного предприятия.

Cложностью применения моделей диффузии учетом их нелинейного характера является невозможность использования наиболее распространенной в статистическом прогнозировании методики прямой экстраполяции рядов динамики. Как правило, наибольший интерес представляет решение задач прогнозирования и моделирования жизненного цикла (ЖЦ) новых товаров, еще не присутствовавших на рынке или находящихся на нем очень непродолжительное время. Это означает, что для них отсутствует какой бы то ни было период основания прогноза, поэтому для целей прогнозирования будущего ЖЦТ фактически стоит задача каким-то образом определить его параметры и уровень (коэффициенты инновации и имитации, индекс неоднородного влияния, суммарное общее потребление).

решение данных вопросов нашло отражение в литературе последних лет, однако исчерпывающих ответов, универсальных для любых типов товаров (и это объективно), получено не было. Так, в одной из наиболее значимых, по нашему мнению, работ по моделям диффузии В. Махаяна, Э. Мюллера и Ф.М. Бэсса [409] предлагается определять коэффициенты p и q на основе первичной динамики ЖЦ нового товара (например, p выявляется по уровню потребления товара в первый год его существования на рынке, а q — фактически, на основе отношения объемов продаж первого и последующего годов (аналогична точка зрения Ткалича Т.А., Забродской К.А., Кононова А.А. [317])). Проблемой данного подхода является то, что задача прогнозирования параметров ЖЦ товаров, еще не выпущенных на рынок, так и не решается, а оценка параметров только на основе анализа динамики темпов роста продаж первых лет отличается низкой точностью из-за высокого влияния случайных отклонений на изучаемом коротком отрезке времени.

Другой подход к определению параметров модели основан на оценке эмпирически устанавливаемых зависимостей их от значений экзогенных маркетинговых параметров:

- параметра m от цены товара и рекламных усилий [397, 405] (рынок потребительских товаров и товаров длительного использования);

- параметра p от технико-экономических и сравнительных технических характеристик инновации [317] (рынок продукции технического назначения и технологичных услуг);

- суммарного общего потребления инновации от демографической статистики целевого сегмента рынка [60, 85, 317] (прогнозирование жизненных циклов технологий и спроса для рынка определенных групп товаров и услуг).

Диссертантом в разделе 3.3 показана возможность использования аналогичных в методологическом плане подходы. В частности, для моделирования жизненных циклов потребительских товаров (мебельных тканей), дифференцированных не в технико-технологических, а в ярко выраженных художественно-эстетических характеристиках (вообще слабо поддающихся формализованному описанию), установлены и применены зависимости конечного суммарного потребления от динамики обновления (насыщения) ассортимента дизайнов в рамках базового вида товара, а также коэффициента инновации от насыщения его производственной программы разновидностями дизайнов в первый год присутствия на рынке. Стоит отметить, что факторы дизайна часто оказывают решающее воздействие на потребительский выбор и форму кривой ЖЦТ на большом числе рынков не только товаров народного потребления, но и достаточно высокотехнологичной продукции (например, легковых автомобилей, бытовой техники).

Кратко обобщая обзор, можно сделать вывод о том, что ни один из рассмотренных методов оценки параметров модели ЖЦТ не является универсальным, каждый из них предназначен для конкретной предметной области (рынок потребительской продукции или продукции технического назначения, ключевые характеристики товара в их восприятие рынком) и уровня решаемой задачи (ЖЦ спроса сегмента рынка / технологии [60, 85, 317] или ЖЦ конкретного товара (см. раздел 3.3)).

Тем не менее, в практике подмечено, что с течением времени на одних и тех же рынках для товаров со схожими потребительскими характеристиками и маркетинговым профилем (модность, целевая аудитория), которые сменяют друг друга, типичный профиль кривой ЖЦТ сохраняется «от поколения к поколению» и может быть экстраполирован от снимаемых с производства товаров на вновь выводимые на рынок. Следовательно, параметры модели ЖЦТ, определяющие профиль кривой (в большей мере q, δ, в меньшей — p, который также зависит от экзогенных факторов), характерные для представителей данной товарной группы, можно экстраполировать на будущие продукты. При этом параметр m в любом случае определяется экзогенными факторами и рассчитывается с помощью вышеназванных методов. Таким образом, становится очевидной важность исследования в рамках рассматриваемой товарной группы кривых ЖЦТ старых товаров, закончивших свое присутствие на рынке (снятых с производства).

В дальнейшем мы опираемся главным образом на модель неоднородного влияния, позволяющую формировать ЖЦТ любого профиля, что важно для сопоставимости данных, получаемых при обработке статистики жизненных циклов большого ассортимента

Для реализации подобного исследования ЖЦТ  в качестве исходных данных используется динамика сбыта снятого с производства ассортимента и товаров на конечных фазах ЖЦ, как правило, в натуральном выражении. В основе методики исследования лежит стандартная статистическая методология (МНК, корреляционно-регрессионный анализ). Автор рекомендует применять селективный подход к выбору исходных данных, а именно: рассматривать только товары, имевшие достаточно длительный жизненный цикл (маркетинговые неудачи исключаются). Например, в текстильной промышленности он должен составлять не менее четырех лет (помесячная динамика не рассматривается ввиду сильного влияния фактора сезонности). Это определяется следующим образом. Поскольку полученная информация будет использоваться для построения эталонной кривой, то для определения средних параметров ЖЦ товарных групп должны учитываться только наиболее успешные товары, динамика сбыта которых не испытала значительного влияния эффекта замещения. Короткий срок пребывания товара на рынке и, как правило, незначительные в этом случае объемы сбыта являются свидетельством наличия эффекта замещения по данному товару, то выражается в вытеснении его с рынка на ранних стадиях. Учитывать параметры жизненных циклов неудачных составляющих портфеля в вычислении параметров эталонной кривой ЖЦТ нецелесообразно.

Некоторой сложностью аппроксимации моделей диффузии по эмпирическим данным является нелинейный характер их уравнений, поэтому общепринятые статистические формулы расчета параметров моделей аппроксимации неприемлемы в данном случае. Определение параметров моделей производилось с помощью MS Excel в несколько этапов.

На первой стадии определяется параметр m как сумма объема реализации за весь период жизненного цикла продукции T по формуле:

                                       ,                                                        (3)

где i — номер года.

Для расширения эмпирической базы исследования мы рекомендуем рассматривать и учитывать параметры ЖЦ и ряда товаров, рыночный жизненный цикл которых еще не закончен, но устойчивая тенденция к постепенному сходу с рынка уже наметилась. В данном случае можно воспользоваться гипотезой о том, что на заключительном отрезке кривой уменьшение объемов потребления продукта происходит практически равномерно, и в результате характер линии ЖЦТ приближается к прямой.

Тогда возможно рассчитать предварительные прогнозные значения объемов продаж на два-три года, последующие за плановым периодом, в течение которых предполагается снятие данных тканей с производства. Формула прогноза выводится на основе формулы среднего темпа роста и имеет следующий вид:

,         (4)

где k — номер последнего периода, по которому имеются данные об объемах реализации.

Далее для каждого года определяется величина текущего относительного потребления fi на основе зависимости (4):

fi = ni / m.      (5)

Приняв накопленное относительное потребление первого года F1 равным нулю, для последующих лет данную величину можно рассчитать следующим образом:

Fi = fi − 1 + Fi − 1,        (6)

где i — номер года.

Определение параметров модели производится с использованием методов математического программирования. Расчеты необходимо производить с помощью численных методов и средств решения задач. В частности, в простейшем случае стоит воспользоваться пакетом Solver (поиск решения), встроенным в MS Excel.

На основе уравнения метода наименьших квадратов составляется целевая функция задачи поиска параметров аппроксимации модели диффузии для описания кривой ЖЦТ.

Как известно, в основе метода наименьших квадратов лежит минимизация функции квадрата разности эмпирических значений показателя и значений того же показателя, вычисленных с помощью регрессионной модели.

В данном случае целевая функция выражается как квадрат разности эмпирического и теоретического значения текущего потребления товара (fi или ni), которое в свою очередь представляет собой функцию текущего относительного потребления от накопленного к началу рассматриваемого года, заданную через базовое уравнение модели неоднородного влияния. В окончательном виде функция поиска оптимальных параметров модели выглядит следующим образом:

S2 = (fi – (p + qFiδ) х (1 – Fi))2 → min,         (7)

где i — номер периода;

Т — номер конечного периода;

fi и Fi — переменные фактической кривой ЖЦТ рассматриваемого товара, которые берутся как известные величины;

p и δ — искомые параметры аппроксимации.

Цель решения оптимизационной задачи — найти экстремальное значение целевой функции при действии ограничений на параметры по их области значений [385, 409]:

q ≥ 0;            (8)

q ≤ 1;            (9)

p ≥ 0;          (10)

p ≤ 1;          (11)

δ ≥ 0.           (12)

Решив нелинейную оптимизационную модель, описываемую целевой функцией (7) и ограничениями (8–12), получаем искомые параметры уравнения модели диффузии, оптимальным образом аппроксимирующие кривую жизненного цикла продукции.

После определения параметров модели необходимо произвести оценку тесноты связи с использованием индекса корреляции R и определения его значимости по t-критерию Стьюдента, а также адекватности модели исходным данным на основе F-критерия Фишера по стандартной статистической методике.

Проверка значимости связи и адекватности модели является чрезвычайно важным моментом, т.к. от положительного ответа на данные вопросы зависит решение о применимости или неприменимости моделей диффузии для достижения поставленных целей. В случае неадекватности модели или низкой значимости связи следует говорить о неприменимости моделей диффузии определенного типа (в данном случае модели неоднородного влияния) для моделирования ЖЦТ рассматриваемой товарной группы. Для того чтобы разрешить полученное противоречие, можно либо попытаться воспользоваться другим типом модели, либо предположить наличие эффекта замещения, влияющего на искажение динамики сбыта товара. Если предположение подтверждается, то данный товарный вид должен быть исключен из расчета параметров эталонной кривой ЖЦТ, а динамику его объемов потребления следует моделировать с учетом замещения.

Рассмотрим в качестве примера расчет параметров модели диффузии ЖЦТ мебельной ткани артикула С-10 «Гобелен облегченный» (табл. 4), реализованный нами в 2001 г. в рамках проекта оптимизации ассортиментной политики одного из предприятий, действующих на рынке материалов для производства потребительских товаров.

В табл. 4 в строке «объемы сбыта» приведены реальные данные по сбыту данного артикула за 1990–2001 гг. Прогноз на 2002–2004 гг., приведенный в этой же строке, экстраполирован по формуле 4. Сумма объемов реализации есть величина m, которая приведена в данной строке в графе «Всего». в данном случае m = 4530,9 тысяч погонных метров.

Затем по формуле 5 рассчитываются значения для строки fреал.

Например, для 1991 г. f = 487,4 тыс. м / 4530,9 тыс. м = 0,108.

По формуле 6 определяются значения для строки Fреал.

Для 1991 г. F = 0 + 0,013 = 0,013; для 1992 г. F = 0,013 + 0,108 = 0,121.

Далее задается алгоритм поиска параметров модели диффузии, область выведения искомых значений параметров в графе названий строк напротив названий коэффициентов p, q, δ: область таблицы, в которой выведены искомые значения коэффициентов, обведена яркой рамкой. Затем всем ячейкам в строке «p» присваивается значение этого параметра модели. При определенном значении p = 0,013, оно высвечивается во всех ячейках строки. В строке «δ» ячейкам соответствующих лет i задается значение Fiδ, при значении функции аппроксимации δ = 0,209, например в ячейке 1992 г., получится значение 0,121 0,209 = 0,64302. В строке «q» в каждой ячейке задается произведение соответствующего данному году значения вышестоящей строки на величину q, например на 1992 г.: 0,643 х 0,316 = 0,203.


Таблица 4 – Определение параметров модели неоднородного влияния для описания ЖЦТ артикула С-10

Гобелен облегченный

Годы

Всего

Табличные значения

Уровень значимости

С-10

1990

1991

1992

1993

1994

1995

1996

1997

1998

1999

2000

2001

2002

2003

Объемы сбыта, тыс. м

60,4

487,4

1015,6

1014,6

396,5

429,2

248,2

164,3

111,8

148

128,2

118,024

108,656

100,032

4530,9

fреал

0,013

0,1078

0,224

0,224

0,088

0,095

0,055

0,036

0,025

0,033

0,028

0,026

0,024

0,022

1

Fреал

0

0,013

0,121

0,345

0,569

0,656

0,751

0,806

0,842

0,867

0,900

0,928

0,954

0,978

p

0,013

0,0133

0,013

0,013

0,013

0,013

0,013

0,013

0,013

0,013

0,013

0,013

0,013

0,013

0,013

δ

0,209

0

0,406

0,643

0,801

0,889

0,916

0,942

0,956

0,965

0,971

0,978

0,984

0,990

0,995

q

0,316

0

0,128

0,203

0,253

0,281

0,289

0,297

0,302

0,305

0,306

0,309

0,311

0,313

0,314

fi

0,013

0,140

0,190

0,174

0,127

0,104

0,077

0,061

0,050

0,043

0,032

0,023

0,015

0,007

1,057

S2

0

0,00102

0,00115

0,00246

0,00154

0,00008

0,00051

0,00062

0,00065

0,00010

0,00002

0,00001

0,00008

0,00022

0,0085

Расчетные данные (ni), тыс. м

60,4

632,12

861,81

789,72

574,11

470,81

350,30

277,03

227,25

192,81

146,56

105,91

68,03

32,77

4789,6

nср

323,64

323,64

323,64

323,64

323,64

323,64

323,64

323,64

323,64

323,64

323,64

323,64

323,64

323,64

4530,9

δф2

4949,54

6797,23

20688,1

15516,8

4481,30

1547,10

50,74

155,13

663,66

1222,54

2239,67

3385,93

4666,79

6043,03

72407,5

δобщ2

4949,54

1915,60

34200,95

34102,17

379,22

795,97

406,48

1813,44

3205,34

2203,44

2728,25

3019,74

3301,18

3571,36

96592,6

δост2

0

1495,97

1689,39

3612,19

2253,30

123,66

744,45

907,78

951,98

143,43

24,08

10,48

117,90

323,14

12397,6

R

0,8658

tR

5,9939

2,179

0,05

Критерий Фишера FR

16,466

16,071

0,06

  1.  


в строке fi размещаются расчетные значения текущего относительного потребления, выраженные как функция от величины Fреал в соответствии с уравнением модели неоднородного влияния. проиллюстрируем на основе расчета значения ячейки столбца 1992 г., получаемого после проведения процедуры оптимизации: f1992 = (0,013 + 0,203) х (1 − 0,121) = 0,190.

В следующей строке задается квадрат разности S2 реальных и расчетных значений величины текущего относительного потребления. После проведения процедуры оптимизации в ячейке столбца 1992 г. получится: (0,22415 – 0,19021)2 = 0,00115. в столбце «Всего» располагаются итоги (суммы значений) всех строк таблицы.

После формализации всех зависимостей в соответствующих ячейках таблицы необходимо в опции «Сервис» панели инструментов программы Excel выбрать пункт «Поиск решения». На экране высвечивается диалоговое окно. В нем в поле «Изменяя ячейки» нужно ввести интервал ячеек, в которых находится область вывода значений функции аппроксимации. В поле «Установить целевую» следует указать ссылку на ячейку вывода значения целевой функции вида (7). Она находится в таблице в строке «S2»  в графе «Всего». В поле «Ограничения» надлежит задать для ячеек вывода искомые параметры модели ограничения (8–12).

Далее в диалоговом окне необходимо выбрать опцию «Параметры», во вновь открытом окне задать способ поиска оптимального решения. Ввиду нелинейного характера целевой функции выбираем: оценки — «Квадратичная», разности — «Центральные», метод поиска — «Сопряженных градиентов» (для линейной модели требуются противоположные настройки). Можно также отрегулировать прочие настройки поиска. Далее нужно нажать «ОК» и «Выполнить». Компьютер производит оптимизацию, и в таблице автоматически высвечиваются все искомые параметры, а также расчетные значения ячеек.

После проведения процедуры оптимизации с помощью пакета «Поиск решения» в ячейках значений коэффициентов выводятся их искомые значения, а в строке fi — значения относительного текущего потребления, соответствующие аппроксимированной кривой ЖЦТ.

Затем по формуле n = m х f в строке «Расчетные значения (ni)» рассчитываются прогнозные значения объема реализации продукции.

После этого производится расчет общей, факторной и остаточной дисперсии, а также индекса регрессии, критериев Стьюдента и Фишера. Табличные значения критериев размещаются в соответствующей графе, рядом указаны уровни значимости критериев.

В рассмотренном примере корреляция между факторным и результативным признаком принимается равной 5%, а значимость уровня адекватности модели (критерия Фишера) — 6%.

На рис. 6 приведены реальная и сглаженная кривые ЖЦТ ткани С-10.

обозначим основные факторы, влияющие на характер кривой ЖЦТ.

1. Поведение потребителей, выраженное в моделях, как параметры уравнения p, q, δ. Они определяют динамику реализации продукции предприятия по этапам ЖЦТ в зависимости от накопленного объема потребления рынком товара данного вида.

2. Планирование производственной программы компании. Вполне возможен вариант, когда в отдельные годы предприятие не сможет обеспечить объем производства всех видов товаров, входящих в портфель, на максимальном уровне по причине нехватки мощностей. Это может привести к замещению товара конкурентными.

3. Уровень конкурентоспособности товара, который определяет возможность замещения на рынке продукции одной фирмы продукцией другой. При низком значении конкурентоспособности, а также в результате неэффективности маркетинговой, сбытовой и производственной политики предприятия часть его рыночной доли может отойти к конкуренту, а при высоком значении, наоборот, возможен захват компанией части сегмента конкурентов.

Рисунок 6 – Жизненный цикл ткани С-10

4. Общие экономические условия, такие как уровень доходов потребителей, инфляции, конъюнктура отраслей промышленности, социально-демографическая динамика целевого рынка.

5. Рекламная политика предприятия.

6. Товарная политика предприятия, а именно существующая практика разработки новых дизайнов для выпускаемых артикулов. Темпы обновления дизайнов в рамках видов товаров непосредственным образом влияют на величину конечного суммарного потребления ткани, продолжительность ЖЦТ, а также на первоначальный уровень потребления продукта (величину коэффициента инновации).

3.3 Прогнозирование рыночной динамики товара с учетом конкурентного замещения.

Таким образом, определено, что большими перспективами для описания жизненного цикла товара (ЖЦТ) обладают модели диффузии инноваций. Модель описания жизненного цикла продукции в таком случае имеет форму авторегрессии величины текущего уровня продаж (n, f), при этом параметрами модели являются коэффициенты: инновации, имитации и неоднородного влияния, а также константой модели является общий суммарный объем потребления товара за период жизненного цикла.

Как показано в предыдущих параграфах, на основе модели диффузии неоднородного влияния с использованием метода наименьших квадратов можно смоделировать кривые жизненных циклов товаров ряда товарных групп. В результате могут быть определены средние для различных товарных групп значения параметров жизненного цикла (коэффициента инновации – p, коэффициента имитации – q, а также коэффициента неоднородного влияния – ), что позволяет смоделировать характерный профиль ЖЦТ ассортиментных групп.

Кроме того, автором при проведении исследований ассортимента мебельно-декоративных тканей отечественного производства была выявлена зависимость между величиной суммарной потребности за период ЖЦТ (m) и параметрами ассортиментной политики предприятия. В частности, выявлено влияние среднегодовых темпов обновления ассортимента дизайнов, выпускаемых на основе определенных артикулов тканей, на величину суммарной потребности, которую может удовлетворить данный артикул ткани (товар) за период жизни:

                                      ,                             (13)

где, tо –   среднегодовые темпы обновления дизайна артикула (число новых дизайнерских решений, вводимых в производственную программу данного артикула (структуры) ткани в год). Значение индекса корреляции для выявленной зависимости составляет R = 0,97 при уровне значимости a = 0,01, m – общий суммарный объем потребления товара за период жизненного цикла в натуральном выражении (тысяч погонных метров).

Также определено влияние показателя обновления дизайна на продолжительность жизненного цикла товара (артикула ткани):

                        Т = 0,52 tо  +  3,1 .                                                   (14)

В данной зависимости линейный коэффициент корреляции r = 0,67, при уровне значимости а = 0,01.

Используя средние групповые параметры модели, а также рассчитанные на основании информации о динамике разработки новых рисунков (значения m и Т) можно спрогнозировать уровень кривой и продолжительность жизненного цикла любого выпускаемого в производстве артикула ткани. В дальнейшем подобную кривую будем называть эталонной.

Однако, сложностью подобного подхода к прогнозированию является целый ряд факторов, которые не принимаются во внимание в моделях диффузии: наличие конкуренции на рынке и, как следствие, перераспределение долей рынка между товарами и производителями, изменение конъюнктурных условий. Также следует учитывать, что на практике имеет место изменение и перераспределение рыночной динамики и свойств потребительских групп во времени, при этом величина и само наличие данных явлений может находится для лиц, принимающих решения, в области неопределенности. Наконец, имеют наличие реально сложившиеся объемы производства и реализации конкретных товаров, которые, как показывала практическая апробация моделей, в настоящее время для подавляющего большинства товаров российских предприятий перерабатывающей промышленности не соответствуют уровню прогноза по эталонной кривой жизненного цикла, рассчитанного на основе данных «золотого советского прошлого».

Действительно, для выявления параметров эталонной кривой с учетом продолжительности жизненного цикла, например, текстильного товара (артикула ткани) – от нескольких лет до десятилетия – в качестве базы прогнозирования необходимо охватыватьылиoberezhnyiс обзор статистики продаж за значительный временной интервал - начиная середины 1980-ых (а для расширения статистической базы – еще ранее) до текущего момента. В любом случае для анализа жизненных циклов даже небольшой группы товаров нужна статистика за период не менее 10 лет (это стандартный срок пребывания товаров определенной группы на рынке, в данном случае мы не рассматриваем товары высокотехнологичного сектора (машиностроение, электроника, программное обеспечение)). Имея в качестве базы прогнозирования такой продолжительный период, мы сталкиваемся с тем, что в течение его происходили существенные изменения социально-экономических условий, серьезное изменение конкурентной среды (от ее практического отсутствия до интенсивной конкуренции в настоящее время).  То есть данные, закладываемые в основание определения параметров прогнозной модели ЖЦТ нельзя в полной мере считать статистически репрезентативными применительно к текущей ситуации. То есть, необходима существенная модификация прогнозной модели с учетом данных факторов.

Рассмотрим возможности модификации базовых моделей ЖЦТ (диффузии инновации) с учетом увеличения рыночной конкуренции за период 1980-ые – по настоящее время. Можно с высокой достоверностью предположить, что за это время произошло перераспределение долей рынка между различными товарами и производителями, которые ранее покрывались товарами одного предприятия в условиях планово-распределительной экономики.  То есть, если в 1980-ые годы некий товар (ткань) данной фабрики мог удовлетворить за период жизненного цикла некую суммарную потребность m, то с появлением в рыночных условиях конкурентов она удовлетворяется помимо рассматриваемого товара (пришедшего ему на смену аналога) также товарами – конкурентами.  Тогда, величина m определяется не как сумма по годам объемов реализации одного данного товара, а как сумма объемов сбыта всех конкурирующих продуктов, участвующих в перераспределении рынка ранее принадлежавшего только рассматриваемому продукту.

Даже полагая суммарную потребность (m) величиной постоянной (на практике в условиях снижения социально – экономических и демографических показателей в постперестроечной России она могла снижаться) видно, что в результате действия эффекта замещения объемы реализации исходного товара предприятия в условиях конкуренции должны уменьшиться по сравнению с эталоном. В этом заключается сущность конкурентного замещения товаров и технологий.

Описание данного процесса возможно с использованием моделей замещения. В общем виде они представляют собой усовершенствованные модели диффузии, в которых учтено перераспределение рынка между конкурентами. Для конкретного товара в общем виде базовую зависимость модели замещения можно представить, как систему уравнений:

                        f'(t) = φ(p, q, F'(t), {F''i(t)}),                                     (15)

                            n'(t) = f'(t) × m,                                                (16)

где f'(t) – относительный (в долях от суммарной потребности m) объем потребления товара предприятия за год t; p, q – параметры модели диффузии для данного товара (сегмента рынка); F'(t) – накопленный объем потребления товара предприятия в к началу года t; {F''i(t)} – множество величин накопленного объема потребления товаров – конкурентов к началу года t; n'(t) – объем потребления товара предприятия в год t в натуральном выражении; m – величина суммарной потребности, на удовлетворение которой нацелен рассматриваемый товар.

Как было отмечено в разделе 3.1 существует два принципиально различных типа моделей замещения: модели многокомпонентного замещения и модели бикомпонентного замещения. Первые [370] рассматривают взаимодействие в процессе конкуренции множества товаров и технологий. И.Н. Щепиной практически доказана возможность точного прогнозирования объемов потребления множества товаров и технологий на основе моделирования многокомпонентного замещения. Эти модели можно применять для описания конкурентного замещения некоторого (достаточно ограниченного и строго определенного) числа конкурирующих товаров и технологий.  Однако практическое применение данных моделей в практике работы современных предприятий в России (особенно с небольшим масштабом деятельности), когда существует огромное число конкурирующих продуктов, не являющихся строго детерминированными, - значительно затруднено. Главная причина – отсутствие достоверной исходной информации, так как невозможно проследить объемы продаж и структуры рынка (как отмечалось в разделе 2.1), невозможно получить достоверную информацию об объемах ввоза потребительских товаров (в частности текстильной продукции). Таким образом, невозможно не только проследить процесс взаимодействия конкурирующих товаров, но и оценить суммарную емкость и структуру рынка. При этом, учитывая действительно огромное разнообразие ассортимента товаров на рынке, даже если бы необходимый массив информации и был собран, серьезнейшим вопросом стала бы размерность и принципиальная вычислимость задачи подобного объема.

Нами установлено, что в условиях непрозрачности (неопределенности информации об объемах и взаимном перераспределении «конкурирующей части рынка»), определенные возможности открывает использование моделей бикомпонентного замещении. Это показано в работе Гивона и Махаяна [394] на примере прогнозирования объемов реализации пиратского программного обеспечения для оценки потерь легальных производителей (некоторая ситуативная аналогия с российским рынком потребительских товаров, где сохраняются значительные доли «серой» продукции).

Использование модели бикомпонентного замещения основано на том, что на практике для лиц, принимающих решения, единственной доступной для анализа репрезентативной количественной информацией являются данные внутреннего учета по объемам продаж в настоящем и в прошлом. Этой информации достаточно для моделирования замещения товара на основе эталонной кривой. Предлагается следующая методика.

1. Гипотеза модели бикомпонентного замещения.

Вводятся 2 группы величин, характеризующих динамику объемов продаж товара: f'(t) и F'(t) – объемы потребления, остающиеся за товаром предприятия; f''(t) и F''(t) – объемы потребления, отходящие к конкурентам (замещение товара относим ко всему внешнему рыночному конкурентному фону, без детализации, какими именно товарами и в каких объемах осуществлено замещение).

Будем рассматривать только полное замещение, когда величина m остается постоянной. То есть уравнения: f = f' + f''; F = F' + F'' будут верны для любого этапа. Тогда на базе уравнений модели диффузии может быть выведено уравнение модели бикомпонентного замещения.

2. Уравнение модели замещения.

Запись уравнения будет зависеть от исходного типа модели диффузии, которая используется. Авторами работы рекомендуется модель неоднородного влияния, как наиболее универсальная. Тогда уравнение расчета динамики объема реализации товара по годам его ЖЦТ на базе модели неоднородного влияния с учетом замещения примет следующий вид.

                                                          (17)

В данной модели все параметры, кроме р, - соответствуют исходной модели диффузии, величина F – рассчитывается для каждого года при построении эталонной кривой товара по модели диффузии, как постоянная, величина F' – реально накопленный объем потребления товара.

Коэффициент p' – реальный коэффициент инновации, характеризующий процесс распространения изучаемого товара. Эмпирически установлено, что в реальных условиях конкуренции происходит разделение величины первоначального потребления на две составляющие: p' – уровень первоначального потребления непосредственно изучаемого товара; p'' – уровень первоначального потребления, отошедший на счет конкурентов. При полном замещении имеется соотношение:

                                p = p' + p''                                                         (18)

Расчет величины p' достаточно просто осуществим: p' = f'(t=1).

3. Метод прогнозирования изменений позиций товара фирмы на рынке на основе модели бинарного замещения.

Таким образом, с использованием модели замещения на основе эталонной кривой жизненного цикла товара и реальных данных по объемам продаж может быть осуществлено прогнозирование будущей динамики объемов продаж товара. Последовательность построения прогноза будет иметь следующий вид.

3.1 На основе средних параметров жизненного цикла исследуемой товарной группы, а также зависимостей (13) – (14) строится модель эталонной кривой жизненного цикла. Как правило, она учитывает в себе конкурентоспособность товара и уровень конкуренции на рынке прошлых периодов, когда предприятие могло иметь более высокую долю рынка.

3.2 Вводится ряд реальной динамики объемов продаж рассматриваемого товара, который, как правило, оказывается ниже уровня эталонной кривой. Осуществляется его пересчет из натурального в относительное выражение с использованием зависимости (16).

3.3 Определяется величина p' и на основании имеющихся данных с помощью модели диффузии (уравнение (17)) осуществляется расчет прогнозного ряда объемов продаж.

Расчет прогноза объемов реализации товара удобнее всего производить в форме таблиц. На рис. 7 приведено графическое изображение уровня различных кривых жизненного цикла: реальной, эталонной и прогнозной с учетом фактора замещения для случая товара с незаконченным жизненным циклом.

При проведении апробации метода на примере данных по динамике сбыта мебельных тканей было выявлено, что при построении эталонной кривой параметр модели диффузии p может быть задан не только, как среднее значение для группы, но и с использованием статистической линейной зависимости от насыщенности производственной программы артикула ткани различными вариантами рисунков в первый год существования. При этом варианты значений параметра могут получиться различными. Предлагается проведение расчета по двум вариантам, после чего, на основе сопоставления реальной и прогнозной кривой по критерию минимума суммы квадратов разности (S2) [cм. 312], осуществление выбора наиболее адекватного варианта прогноза.

Следует иметь в виду, что использование предлагаемого метода допустимо только в описанных условиях: реальный объем реализации товара должен быть меньше уровня, прогнозируемого на основе эталонной кривой.

В случае соответствия или незначительного отклонения реальных данных от эталонных следует воспользоваться для прогнозирования динамики объема продаж эталонной кривой и констатировать отсутствие эффекта замещения и, как следствие, признать сохранение уровня конкурентоспособности продукции предприятия. Для установления данного факта можно рекомендовать использование метода проверки статистических гипотез по t-критерию Стьюдента и F-критерию Фишера [310].

В том случае, если реальная кривая будет превосходить эталонную кривую (при практической апробации метода на примере текстильной продукции подобных случаев в современных условиях не установлено), следует предположить, что произошло изменение параметров ЖЦТ под воздействием улучшения конкурентоспособности товара или фирмы, а также, - из-за изменения внешних факторов рыночной конъюнктуры. В этом случае, можно рекомендовать осуществление корректировки параметров модели, или пересчет величины суммарной потребности в товаре (m) с учетом охвата продукцией фирмы новых сегментов рынка.

Рисунок 7 – Построение прогноза объемов продаж по модели замещения.

Таким образом, методика моделирования жизненных циклов товаров на основе модели бикомпонентного замещения долей рынка сформулирована.

Рассмотрим пример расчета прогноза объема продаж по модели бинарного замещения из практики консультирования авторами одного отечественного предприятия по выпуску мебельно-декоративных тканей (см. таблицу 5). Ткань мебельная  артикул «Аркаим» группы жаккардовых материалов с вложением ворсистой пряжи типа «шенилл» была выведена на рынок в 2002 году.

Таблица 5 – Прогнозирование динамики сбыта товара по модели замещения

Параметры модели

 

m, пог.м

550000

P

0,2

Q

0,3

δ

1

Жизненный цикл ткани шенилл "Аркаим"

Годы

2002

2003

2004

2005

2006

2007

Сумма

Прогнозная кривая по эталонному ЖЦТ (n), пог. м/год

110000,00

114400,00

104973,44

83762,69

58214,63

35950,60

507301,36

Прогнозная кривая по эталонному ЖЦТ (f)

0,200

0,208

0,191

0,152

0,106

0,065

0,922

Прогнозная кривая по эталонному ЖЦТ (F)

0,000

0,200

0,408

0,599

0,751

0,857

--

Фактическая кривая продаж на момент составления прогноза (nфакт), пог. м/год

105420,00

121080,00

105920,00

43894,00

376314,00

Фактическая кривая продаж на момент составления прогноза (fфакт)

0,19

0,22

0,19

0,08

 

0,68

Фактическая кривая продаж на момент составления прогноза (Fфакт)

0,00

0,19

0,41

0,60

 

--

Расчетный остаточный ЖЦТ (f')

0,080

0,083

0,051

0,21

Расчетный остаточный ЖЦТ (F')

 

0,060

0,080

0,163

--

Расчетный остаточный ЖЦТ (n'), пог. м/год

 

 

 

43894,00

45544,69

28180,95

117619,64

Фактически сложившиеся продажи после составления прогноза (n'факт), пог.м/год

 

 

 

43894,00

46820,00

25500,00

448634,00

Расчетная величина замещенного спроса (n''), пог.м/год

 

 

 

39868,69

12897,38

7964,81

60730,88

При составлении плана продвижения товара были определены: прогнозное значение m (на основе зависимости (1) и данных плана разработки дизайнов под данный артикул), по (2) – плановая продолжительность ЖЦТ в T = 6 лет (2002 - 2007), а также на основе экстраполяции средних значений товарной группы «Ткани шенилловые» данного предприятия - определены параметры модели эталонной кривой ЖЦТ (p, q, δ), что позволило спрогнозровать эталонную ЖЦТ товара на основе модели диффузии (динамика n, f, F).

Как видно из таблицы 5 – фактические данные продаж товара за первые 3 года (2002 - 2004) достаточно близко соответствовали прогнозу, что позволяло говорить о приемлемости прогноза по эталонной кривой для целей планирования в дальнейшем. Однако, в 2005 году в результате мероприятий таможенных органов по ужесточению режима таможенного администрирования экспорта-импорта текстильного сырья, фактически на 6,5 месяцев для предприятия были заблокированы возможности ввоза в РФ незаменимой для производства данной ткани турецкой пряжи типа «chenille», практически не выпускаемой отечественными предприятиями в должном объеме и ассортименте. Таким образом, выпуск ткани был остановлен на длительное время, в результате чего объем продаж за год составил только 43,8 тыс. погонным метров ткани против 83,8 тыс. планировавшихся. При этом, парадоксальным образом, ужесточение таможенного режима ввоза сырья не сопровождалось аналогичным для импорта готовой продукции – мебельных тканей, что привело к широким возможностям замещения неудовлетворенного спроса клиентов предприятия (в результате остановки производства) импортными аналогами. С большой долей уверенности можно говорить о полном замещении спроса в этот период. Задачей корректировки прогноза с учетом фактора замещения явилось определение влияния эффекта замещения на остаточный жизненный цикл товара (расчет величин n' и n'' – в таблице 1) с помощью моделей (16) – (18). Сопоставление прогноза n' с реальными данными, имевшими место впоследствии, говорит о высокой достоверности прогноза. На рис. 8 показаны эталонная, реальная, фактическая, остаточная и замещенная кривые ЖЦТ, соответствующие расчетам в таблице. 5.

Рисунок 8 – Эталонная, реальная замещенная и остаточная кривая ЖЦТ ткани «Аркаим».

В заключение необходимо высказать некоторую оговорку. Методика (13 – 18) предполагает описание жизненного цикла (как правило, нового) товара с использованием четких описаний, т.е. подразумевается наличие у лиц, принимающих решения, достаточно строго детерминированных и статистически значимых параметров и констант модели, определенных на основе в той или иной мере репрезентативной статистики прошлых лет. При этом может быть получен, конечно, достаточно четкий результат прогнозирования, а дисперсия, среднее квадратическое и предельное отклонение ожидаемого результата от прогноза определяются по известной статистической методике [312]. Это позволяет достаточно четко определять риски, связанные с достоверностью полученного прогноза. Однако, следует учитывать, что в реальных условиях подобная «идиллическая картина» может и не иметь места. Например, может просто отсутствовать репрезентативная статистика для определения параметров эталонной кривой (нет статистики за достаточно длительный период). Также сами параметры целевых групп, учитываемые в модели, могут меняться во времени, что зачастую невозможно определить в течение того промежутка времени, который имеется для принятия управленческого решения. То есть практически важным является случай, когда параметры модели диффузии (замещения), а, следовательно, и сама модель не являются статистически детерминированными по субъективным причинам (дурная неопределенность). При этом набор имеющихся данных для анализа не являющихся статистически репрезентативных мы назовем квазистатистикой.

Подобные условия не отменяют для предприятия острой необходимости принятия устойчивых (робастных) решения. Эта проблема может быть успешно решена и на основе данных квазистатистики путем приложения к их анализу аппарата нечетких множеств, как показано в работе [194] и в разделе 3.4 настоящей работы  применительно к задачам управления производственно-коммерческой деятельностью предприятий промышленности. При этом требуется переход от детерминированных описаний параметров модели к нечетким, а сама модель жизненного цикла товара будет превращаться в нечеткую модель на основе нечеткой функции (функции с нечетко-множественными параметрами). При этом результатом прогнозирования объемов продаж товара на рынке будет также нечетко-множественная оценка, которая может служить не только для целей управленческого прогнозирования но и анализа рисков [19]. Описанию нечетко-множественного моделирования жизненных циклов товаров на основе моделей диффузии и замещения будут посвящены наши дальнейшие работы.

В целом можно отметить, что выбор методики моделирования жизненного цикла конкретного товара следует производить с учетом конкретных обстоятельств (наличие или отсутствие эталона-аналога, наличие или отсутствие фактора замещения, качество исходной статистики). В систематизированном виде выбор конкретной методики можно представить в виде таблицы 6.

Таблица 6 – Схема выбора метода прогнозирования динамики сбыта товара по этапам его ЖЦТ в случае несоответствия реальной динамики эталонной кривой.

Наличие аналога в прошлом

Срок пребывания товара на рынке с момента выведения

Не более 2-х лет

Более 2-х лет

Отсутствие явного аналога

Моделирование с использованием нечетко-множественной модели

Наличие аналога

Реальный ЖЦТ выше кривой

Прогнозирование ЖЦТ по модели замещения с использованием q и б аналога или средних значений ТАГ

Определение собственных параметров ЖЦТ, возможно по нечеткой форме

Реальная динамика варьируется вокруг эталонной кривой

Построение прогноза ЖЦТ на основе модели замещения

3.4 Прогнозирование жизненных циклов новых товаров в условиях нечетких исходных данных.

Обобщая содержание разделов 3.1 – 3.3 можно заключить, что вычислив типовые значения параметров модели жизненного цикла для исследуемых групп товаров можно с высокой достоверностью прогнозировать будущие кривые ЖЦТ для новых продуктов. В частности нами разработана методика построения эталонных кривых жизненных циклов, основанная на следующей последовательности действий:

1. Определение параметров моделей диффузии для ассортимента аналогичной продукции с уже законченным ЖЦТ (ранее снятые с производства аналоги). В качестве исходных данных используются данные о динамике потребления аналогичной продукции в прошлом.

2. Группировка полученных данных по товарным группам аналогичной продукции, определение средних параметров ЖЦТ товарных групп.

3. Моделирование профиля ЖЦТ характерного для каждой товарной группы, экстраполяция профиля типовой кривой ЖЦТ товарной группы на новые товары, создаваемые в рамках нее же.

4. Моделирование эталонной кривой ЖЦТ для каждого товара с учетом оценочных значений величины суммарного конечного потребления, рассчитываемого либо также на основе средних значений товарных групп или на основе маркетинговых исследований и устанавливаемых в их результате зависимостей данной величины от других показателей.

Подобная методика достаточно хорошо работает в условиях, когда исследователю доступна обширная статистика продаж за прошлые периоды, охватывающая обширные группы ассортимента, представленного большим количеством товаров в каждой группе. При этом должны выполняться условия в целом стабильности как базовой структуры ассортимента в течении многих лет, так и социально-экономических условий (также влияющих на параметры кривой и ее уровень). Довольно частая на практике ситуация невыполнения хотя бы части названных условий ведет к тому, что на этапах 1 и 2 формируется массив исходных данных, не обладающих необходимым уровнем статистически достоверной репрезентативности. На практике конкретное предприятие может исследовать только (как правило) достаточно ограниченные данные о прошлых продажах своей собственной продукции, и лишь в некоторых редких случаях еще могут быть доступными аналогичные данные об 1 – 2 конкурентах. Например, в таблице 7 приведен пример сводной таблицы параметров ЖЦТ, полученный нами при исследовании жизненных циклов ассортимента мебельных тканей одного отечественного производителя на основе статистики 1986 – 2002 годов.

Таблица 7 – Параметры модели диффузии для видов товаров с законченным ЖЦТ, 1986 – 2002 годы.

№ п.п.

Группа

Наименование, АРТ

Конечное суммарное потребление, тыс. м.

Коэффициент инновации p

Коэффициент неоднородного влияния δ

Коэффициент имитации q

1

Гобелены классические

Облегченный С-10

4530,9

0,013

0,209

0,316

2

Гостиный С-4

17333,1

0,046

1,000

0,249

3

Московский С-21

1148,4

0,087

0,265

0,453

В среднем

7670,8

0,049

0,49204

0,339

4

Плюшевые (велюровые) ткани

Плюш С-1

381,9

0,023

0,761

0,532

5

Плюш С-3

239,0

0,011

1,450

0,989

6

Плюш С-2

807,3

0,113

3,280

0,725

В среднем

476,1

0,049

1,830

0,749

7

Плотные жаккардовые ткани

Елена С-5

1308,4

0,091

0,898

0,691

8

Жаккардовые ткани

Блюз С-9

179,3

0,102

0,127

0,358

9

Радуга С-20

78,9

0,142

0,425

0,519

В среднем

129,1

0,122

0,276

0,438

10

Буклированные ткани

Фасонная С-6

165,9

0,210

0,774

1,000

11

Былина Д-16

109

0,04123

0,40276

1,000

В среднем

137,45

0,126

0,588

1,000

12

Гобелены со сложным рисунком

Астра С-30

93,3

0,109

0,757

0,590

13

Классика С-12

42,8

0,035

0,423

0,557

В среднем

68,05

0,072

0,590

0,574

14

Ремизные ткани

Русь С-13

14,2

0,183

0,044

0,469

В таблицу 7 не вошли данные о еще порядка 15 видах товаров того же предприятия, продолжительность ЖЦТ которых составила менее 3-х лет (либо явные маркетинговые неудачи, либо некие разовые заказы специфических клиентов), описывать ЖЦТ которых не имеет смысла (нет кривой). Даже беглого взгляда на таблицу достаточно, чтобы увидеть, что, несмотря на действительно имеющую место некоторую качественную схожесть параметров профиля жизненных циклов товаров в рамках одной группы, говорить о какой бы то ни было даже минимальной репрезентативности информации не представляется возможным. Для этого достаточным будет сослаться на крайне незначительный объем выборки по группам, составляющий только 1 – 3 вида продукции.

Помощь в данном случае может оказать качественный анализ полученных данных с точки зрения интерпретации полученных параметров ЖЦТ, возможных видов профиля кривой ЖЦТ, им соответствующих, через призму маркетинговых особенностей изучаемых и моделируемых товаров и их целевых рынков.

Так, если интерпретировать данные таблицы 7, можно сделать следующие выводы о рассмотренных группах товаров, например:

- гобелены классические: типичные товары, соответствующие тенденции «классическая мода»: длительный ЖЦТ при невысоком уровне первоначального потребления с достаточно пологой кривой ЖЦТ (низкий уровень q), однако имеется ярко выраженный пик продаж, приходящийся на первую половину времени пребывания товара на рынке (δ 1), однако после чего товар присутствует на рынке еще достаточно долгое время;

- плюшевые ткани – типичные представители «вечной классики» - при высоком уровне коэффициента имитации имеет место в среднем значение δ >> 1,  что ведет к наличию достаточно длительного периода роста объемов продаж товара (пик во второй половине ЖЦТ), после чего только наступает спад, преодолеваемый на следующем цикле при выведении на рынок новых товаров данной группы;

- буклированные ткани – типичные образцы «остромодной продукции», характеризующиеся как высоким уровнем первоначального спроса (p), так и высокой скоростью распространения (q) при низком факторе неоднородного влияния (δ 1), что ведет к быстрому достижению товаром пика сбыта, после чего наступает быстрый спад и товар уходит с рынка, уступая место новинкам.

Для иллюстрации примеры типичных кривых ЖЦТ названных товарных групп приведены на рис. 9.

Рисунок 9 – Профили кривых ЖЦТ разного типа.

Таким образом, набор хотя бы и не вполне статистически репрезентативных данных о параметрах ЖЦТ старых товаров, вместе с маркетинговой интерпретацией этих данных, а также знания об ожидаемом маркетинговом «профиле» новых товаров, ориентации его на сегменты рынка, «модности» может являться тем не менее, основой как для прогнозирования, так и для принятия управленческих решений. Набор подобных разнородных как в статистическом так и в «форматном» отношении данных в теории нечетких множеств [см. 194, 195, 295, 430]) принято называть квазистатистикой.

Теория нечетких множеств является частью (и началами – в хронологическом отношении) современного направления математической науки, созданного американским математиком Лотфи Заде [430], - теории «возможностей», которая в некотором смысле носит характер, альтернативный теории вероятностей и классической статистике, а в некотором продолжает и дополняет их. Как показано д.э.н. Недосекиным А.О. [194], [195] особый интерес аппарат нечетких множеств (нечеткие числа, нечеткие функции) представляет для обработки и анализа экономической и управленческой (в частности маркетинговой [178]) информации в условиях т.н. «дурной неопределенности» - принципиальной невозможности формирования статистически репрезентативного массива исходных данных (достаточно типично, как мы и говорили в маркетинговых исследованиях).

Исходный массив данных квазистатистики необходимо подвергнуть либо экспертной обработке, либо обработке с использованием правил нечеткой логики (в этом случае на помощь также могут прийти программно-аппаратные  средства принятия решений и анализа: нейронные сети, экспертные системы, элементы искусственного интеллекта). В этом случае, могут быть сгенерированы нечеткие оценки прогнозируемых параметров, которые не только оценивают ожидаемое среднее значение но и моделируют «размытость» информации. Вариантом нечеткой оценки параметров будут являться: интервалы, нечеткие числа (произвольно-нечеткие, треугольные, трапециевидные) – см.: [194, 195, 295]. Достаточно простым, но практически важным (в частности) для нашего случая является нечеткая оценка в форме треугольных нечетких чисел, которые представляют собой непрерывные подмножества (отрезки) общего множества (носителя), где каждому значению подмножества присвоено значение функции принадлежности - характеристической функции, которая показывает степень принадлежности (уверенности эксперта в принадлежности) данного значения нечеткому числу. Крайним значениям подмножества, как правило, присваиваются значения функции принадлежности μ = 0. Одному из значений внутри отрезка (наиболее ожидаемому значению) присваивается μ = 1, а график функции принадлежности (области, ограниченной графиком μ и осью носителя) треугольного нечеткого числа имеет форму треугольника. Треугольное нечеткое число можно задать по трем этим точкам, например нечеткое значение коэффициента инновации можно описать:

p = {pmin; p0; pmax}; μ(pmin) = μ(pmax) = 0; μ(p0) = 1.

В качестве иллюстрации приведем вариант нечеткой оценки p для группы «гобелены классические»: p = [0,02; 0,05; 0,07] (графическая иллюстрация на рис. 10).

Рисунок 10 – Треугольное нечеткое значение параметра P

Аналогично также в форме треугольных нечетких чисел могут быть заданы и прочие параметры модели диффузии ЖЦТ товара:

q = {qmin; q0; qmax}; δ = {δ min; δ0; δmax}; m = {mmin; m0; mmax}.

В случае нечеткого здания параметров модели ЖЦТ – сама модель (вида (1) – (2), табл. 3) также приобретает нечеткий вид, а именно – вид нечеткой функции (НФ). Кратко скажем, что НФ является такого рода зависимость, в которой каждому значению аргумента соответствует нечеткое множество значений функции. Графиком НФ будет является не линия а область, в которой точки НФ при разных значениях аргумента с одинаковым значением функции принадлежности складываются в линии, являющимися графиком НФ при заданном значением уровня функции принадлежности (μ). В случае наличия нормальной НФ (НФ с нормализованной формой функции принадлежности), область значений НФ сверху и снизу будет ограничена линиями нечеткой функции при μ = 0 верхней и нижней соответственно. Важным частным случаем НФ будет являться треугольная НФ (ТНФ), в которой каждому значению аргумента будет соответствовать треугольное нечеткое число значения функции. Сразу заметим, что в общем виде модель ЖЦТ, являясь нелинейной, в общем виде не будет ТНФ, а нечеткой функцией произвольно-нечеткой формы. Однако, в практическом отношении, ее можно считать условно-треугольной (условная трианглизация ([194], [195])), ограничившись аппроксимацией по уровням μнижнее = 0, μ = 1, μверхнее = 0.

Приведем запись нечеткой модели ЖЦТ (модели текущих продаж в натуральном измерении), приведенной к треугольному виду:

         (19).

Важная оговорка: в модели (19) записи параметров модели и относительных показателей типа: pmin; Fmax отражают не состояние абсолютного значения (наибольшее или наименьшее абсолютное значение параметра при разных уровнях функции принадлежности), а принадлежность к параметром модели кривой ЖЦТ соответствующего уровня функции принадлежности. То есть pmin означает, что данный параметр является параметром кривой nmin(t). Однако при этом, ввиду нелинейности нечеткой функции  ni(t)  возможны парадоксы, например коэффициент инновации для кривой более высокого абсолютного значения может быть задан (в зависимости от соотношений значений и разброса показателей суммарного потребления товара и потребления товара за первый год) по абсолютной своей величине ниже аналогичного параметра для кривой более низкого абсолютного значения (pmin>pmax).

Для иллюстрации рассмотрим пример построения нечеткой прогнозной кривой ЖЦТ на основе следующих исходных параметров (рис. 11):

p = [0,03; 0,05; 0,07], q = [0,2; 0,3; 0,4]; δ = [0,7; 0,9; 1,15]; m = [950; 1200; 1400] тыс. пог. м.

Таким образом, нами построена нечеткая прогнозная модель ЖЦТ нового товара. Модель охватывает только первые предполагаемые 6 лет. Больший охват просто не имеет смысла, так как, с одной стороны, на больший горизонт планирования результаты прогнозирования являются уже практически незначимыми, а с другой – за начальный период фактического нахождения товара на рынке будет уже накоплен определенный объем статистики продаж, что позволит перейти к более предметной модели, допускающей менее размытые оценки.

В результате прогнозирования по предложенной нечеткой модели может быть вычислено треугольное нечеткое число прогноза потребления данного товара на определенный год жизненного цикла (например в год 4 – n = [37,6; 115,5; 238,2] тысяч погонный метров). Подобная оценка в любом случае является более адекватной характеру исходных данных и включает в себя (помимо собственно оценки возможного результата) также модель неопределенности оценки и риска отклонения объемов продаж от прогнозных, с ней связанного. Так, например, по модели Недосекина [194, 195, 295], задавшись критическим уровнем объемов продаж товара, определяемого, например, инвестиционными факторами предприятия, можно определить риск, в процентном выражении, недостижения объемом потребления товара подобного критического значения.

Следует заметить, что, несмотря на достаточно полное моделирование неопределенности в модели (19), она не учитывает один важный фактор снижения объемов продаж ниже прогнозного значения, а именно – конкурентное замещение, когда в результате как внутренних (снижение ценовой или качественной конкурентоспособности самого товара), так и внешних факторов (например, конкурентная атака на позицию фирмы или с использованием ценовых возможностей (демпинг), или ассортиментных (существенное улучшение качеств товара)), исходная доля рынка рассматриваемого товара перераспределяется между двумя или большим числом конкурентов. С этой точки зрения нечеткая кривая ЖЦТ вида (4) должна рассматриваться в качестве эталонной кривой, а моделирование динамики сбыта товара с учетом фактора замещения возможно с использованием методики, разработанной нами в данной работе.

Рисунок 11 – Нечеткая модель ЖЦТ (первые 6 лет), приведенная к треугольному виду

Таким образом, автором определены основные подходы к моделированию жизненных циклов товаров в условиях нечетких исходных данных.

Выводы по главе 3.

  1.  Основой диагностирования товарного и бизнес портфеля среднего предприятия может быть моделирование диффузии товарных нововведений, которое позволяет оценить рыночную динамику составляющих и в целом товарного портфеля в рамках модели ЖЦТ.
  2.  Любой товар, технология (способ производства) в момент своего появления является инновацией. Новый товар вызывает определенные инновационные изменения рыночной среды, связанные с осознанием потребности, на удовлетворение которой данный товар нацелен.
  3.  Динамика спроса на новый товар (жизненный цикл товара) будет иметь характер инновационного цикла, имеющего этапы возникновения, роста (связанного с распространением информации о новинке и осознанием потребности), стабилизации и спада, экономическими причинами которых станут распространение информации, постепенное исчерпывающее удовлетворение исходной потребности и наличие фактора замещения более эффективными инновациями.
  4.  Цикличность характера динамики рыночного спроса на любой товар выдвигает перед предприятием требование постоянного обновления своего ассортимента и учета характера жизненных циклов в товарной политике. На основе моделирования ЖЦТ может строиться прогноз изменений позиции продукции предприятия на рынке.
  5.  Прогнозирование будущей динамики объемов продаж товара на рынке может быть осуществлено только с учетом фактора замещения.
  6.  На основе использования модели замещения можно оценить не только потенциал товара на рынке в будущем, но и сложившийся уровень его конкурентоспособности относительно эталона. При этом можно сделать вывод о сохранении или снижении уровня конкурентоспособности товара и канала сбыта.
  7.  Эффективность использования данного метода может быть повышена на основе использования данных о динамике продаж товаров – конкурентов. В этом случае, возможно определение товара и производителя, занимающих лидирующие позиции на рынке, и использование их данных продаж для моделирования эталонной кривой. Таким образом можно получить более репрезентативные результаты.
  8.  По итогам моделирования прогнозной кривой можно спрогнозировать общий срок жизни товара на рынке, остаточный срок ЖЦТ, текущую фазу ЖЦТ. Интеграция данных по всем товарам, входящим в товарный портфель, может дать информационную базу для реализации следующих этапов формирования сбалансированной структуры портфеля. В частности, можно определить стратегию портфеля, необходимые объем и структуру обновления его состава (снятие товаров с производства и выведение на рынок новых).
  9.  Важнейшей информацией, получаемой по итогам реализации данного этапа, является прогноз динамики объемов сбыта товара на рынке. Эти данные необходимы для реализации комплекса оптимизационных расчетов в процессе поиска сбалансированной структуры и расчета рисков портфеля.
  10.  Дальнейшим направлением совершенствования методики приложения моделей замещения к прогнозированию жизненных циклов новых товаров может являться совмещение теории диффузии и конкурентного замещения с аппаратом теории нечетких множеств.

ГЛАВА 4. Методология сбалансированного формирования товарного портфеля в рамках управления существующими технологическими СБЕ среднего предприятия.

Как уже рассмотрено автором, процесс принятия решений о формировании и управлении структурой товарного портфеля производственного предприятия и подходы, используемые для этого, сильно отличается от того, принимается ли решение в отношении новой или существующей технологической единицы. В частности, предложена трехмерная стратегическая матрица вида «товар-рынок-технология» (раздел 2.3), и нами обосновано использование различных стратегических подходов и инструментария принятия решения для данных случаев. При принятии решений о формировании товарного портфеля для новой технологической бизнес-единицы предприятия (производственное подразделение, основанное на ранее не использовавшейся в компании технологии, новом парке оборудования и новых производственных мощностях), формирование товарного портфеля должно рассматриваться в рамках комплексного процесса инвестиций. Это предопределяет использование проектного подхода и методов инвестиционного проектирования для обоснования тех или иных решений. Ситуация управления товарным портфелем (формирование и обновление ассортимента продукции, определение структуры портфеля (пропорции объемов выпуска различных товаров)) в рамках существующей технологии (имеющийся парк оборудования, устоявшаяся производственная мощность, технологические и ассортиментные возможности) существенно отличается, так как в этом случае рассматривается текущее функционирование бизнеса и, соответственно, должны применяться не проектные, а процессные подходы, а ответственность за принятие и реализацию данных решений должны нести не проектные, а линейно-функциональные менеджеры. В соответствии с предложенной матрицей, к области старой технологии относятся случаи принятия следующих стратегических альтернатив:

  1.  выпуск существующих групп продукции по существующей технологии для существующего рынка (сохранение рыночной стратегии и позиционирования фирмы в неизменном виде), например: разработка новых артикулов ранее освоенной на предприятии группы гобеленовой ткани мебельного назначения в рамках используемой ткацкой технологии для целевого рынка мебельных обивочных материалов;
  2.  выпуск новой продукции по существующей технологии для старых рынков, например: разработка и освоение новой ассортиментной группы мебельных тканей с вложением ворсистой фасонной пряжи для выпуска на существующем парке ткацких станков для существующего рынка обивки для мягкой мебели;
  3.  выпуск старой продукции в рамках старой технологии для новых рынков: выпуск существующих артикулов бязевых тканей на существующем ткацком оборудовании предприятия, специализированного в области производства постельного белья, для использования в качестве подкладочных материалов в производстве мебели;
  4.  выпуск новой продукции для новых рынков по существующей технологии (поиск подобных возможностей), например: освоение выпуска фильтровальных тканей для рынка систем кондиционирования в горно-рудной промышленности на существующем ткацком производстве фабрики, специализированной в выработке тканей для производства абразивных и композитных материалов.

Отметим, что в практическом отношении случаи принятия решений по управлению товарным портфелем существующей СБЕ доминируют над случаями формирования товарного портфеля для новой. Действительно, временной горизонт использования специальных методов для формирования товарного портфеля в рамках новой технологии ограничивается сроком реализации проекта создания новой СБЕ, как правило, моментом доведения данного проекта до окупаемости (возврата инвестиций). После этого, мы уже имеем дело с существующим производственным подразделением. в отношении которого стоит в тактическом и в стратегическом отношении задача управления текущей деятельностью, то есть начинается процесс непрерывного управления товарным портфелем уже существующей СБЕ. А решения по созданию новых технологических бизнес-единиц и реализации подобных проектов относятся к стратегическому и даже инвестиционному уровню, что подразумевает исключительность и редкость их принятия. В тоже время, решения по текущему управлению относятся к оперативному и более низким уровням управления и принимаются на повседневной основе. Кроме того, данную ситуацию усугубляют условия ограниченности инвестиционных ресурсов и медленных темпов обновления основных производственных фондов, которые до сих пор имеют место в обрабатывающей промышленности России.

Таким образом, случаи принятия решений о формировании товарного портфеля для существующих технологических СБЕ с устоявшимися парком оборудования, мощностью и ассортиментными возможностями, имеют большую практическую значимость. Кроме того, к данной группе случаев методологически можно отнести ситуации, когда все же вносятся некоторые эволюционные изменения в состав используемого оборудования с целью некоторого увеличения производственной мощности, расширения ассортиментных возможностей, повышению технико-экономической эффективности производства. Главное, чтобы принципиально базовая технология оставалась неизменной и улучшения носили постепенный характер. В противном случае, следует использовать методологию, соответствующую принятию альтернативы развития новой технологии (новой технологической СБЕ).

Разработка и выбор вариантов управленческих решений относительно состава  и структуры портфеля строится на основе реализации концепции сбалансированности товарного портфеля производства. Все предыдущие этапы данного процесса (структурирование и диагностирование) являются служебными (подчиненными относительно него). Следует отметить, что по составу вопросов и частных задач данный этап является сложным он складывается из таких составляющих, как:

  1.  разработка и анализ альтернативных решений относительно развития портфеля в целом,
  2.  разработка и анализ альтернативных решений относительно развития составляющих портфеля;
  3.  выбор решения относительно состава и структуры портфеля.

С учетом сложности структуры ассортимента предприятий проведение разработки управленческих решений в области состава и структуры товарного портфеля в необходимо осуществлять в следующей последовательности:

  1.  От уровня портфеля в целом до уровня составляющих.
  2.  От вопросов состава портфеля, определяемого наличием тех или иных групп, видов и разновидностей товаров в нем, до вопросов структуры портфеля, определяемой производственной программой.

Взаимосвязь и содержание частных задач в рамках разработки управленческого решения в области поиска сбалансированности товарного портфеля можно представить в виде матрицы, представленной на рис. 12. Стрелками обозначена предлагаемая нами последовательность их решения.

Главной целью, которая должна быть достигнута при последовательном решении названных частных задач различного уровня, является разработка нескольких альтернативных решений относительно развития состава и структуры товарного портфеля. Выбор окончательного решения должен осуществляться на заключительном этапе процесса, на основе проведения лицами, принимающими решения, сопоставлений различных вариантов структуры портфеля с использованием методов качественного и количественного анализа. При этом, ввиду невозможности полного учета факторов в формализованной модели, в окончательный план развития структуры портфеля дополнительно могут быть внесены т.н. «внешние дополнения» - неформализованные корректировки решений, например, на основе опыта и интуиции руководителей и специалистов. Рассмотрим аппарат решения систематизированных на рис. 12 частных задач управления товарным портфелем.

Что оптимизируется

Состав

Структура

Уровень управляемого объекта

Отдельная         составляющая

2. Разработка вариантов плана по обновлению видов товаров в разрезе разновидностей продукции, выпускаемых внутри них.

4. Распределение объемов выпуска внутри вида товара по двум видам производственного сервиса (под заказ и «Прямо на месте»).

Портфель в целом

1. Разработка вариантов состава портфеля в разрезе видов товаров, его образующих.

3. Расчет вариантов оптимизации производственной программы предприятия на основе аппарата динамического программирования.

Рисунок 12 – Структура этапа разработки решений относительно товарного портфеля.

4.1 Выбор состава портфеля в разрезе включаемых в него видов товаров.

Реализация этапа диагностирования состава портфеля позволяет получить информацию о текущем положении и перспективах каждого составляющего его вида товара. При этом могут быть рассчитаны следующие показатели: прогноз объемов продаж на текущий период, а также оценка их динамики в будущем (на основе эталонной кривой ЖЦТ или кривой замещения), ожидаемая продолжительность ЖЦТ, продолжительность периода роста объемов продаж и ожидаемое начало периода падения. В итоге, по результатам анализа каждый товар с точки зрения ожидаемой динамики может быть отнесен к той или иной группе: к товарам с перспективой роста, куда следует относить все товары, по которым на период от двух лет и более ожидается рост объемов продаж и доли рынка (в данную группу следует относить все новые виды); к товарам в фазе стабилизации, к которой относится собственно год максимальных объемов продаж с предшествующим и последующими годами; а также к товарам в фазе спада, которые не имеют положительной динамики 2 года или более. Подобная классификация фаз жизненных циклов приведена на основе анализа реальной динамики продаж по годам различных видов текстильной продукции. Возможно, что для товаров других отраслей картина будет несколько иной, хотя различия, по-видимому, будут касаться только отдельных деталей.

Оперируя определением сбалансированности товарного портфеля в терминах динамики, можно заключить, что наиболее сбалансированным будет такой состав  портфеля, который обеспечивает наиболее устойчивую положительную динамику объемов продаж и загруженности производственных мощностей, что обеспечивается, в свою очередь определением сбалансированных пропорций между количеством товаров, находящихся на различных стадиях ЖЦТ. Данное положение может быть выражено в балансовом соотношении:

                            Чр + Чст  Чсп,                                                         (20)

где Чр, Чст, Чсп – количество товаров, находящихся в фазах роста, стабилизации и спада соответственно. При этом, для портфеля максимума текущего результата данное соотношение может стремиться и к равенству, а для портфеля роста – число перспективных товаров, не достигших фазы зрелости, должно быть значительно больше числа товаров, уходящих с рынка.

Необходимость обеспечения соотношения (20) вытекает из факта конечности жизненного цикла товара и, как следствие, из необходимости для предприятия выведения нового товара на рынок еще до того, как предыдущий вступит в фазу спада.

Выбор планового числа новых продуктов, выводимых на рынок, может быть осуществлен посредством перебора возможных вариантов решений. Для этого сначала на основе формулы (20) производится расчет планового количества новых товаров, которое необходимо выводить на рынок. Далее, на базе анализа возможностей производства, тенденций моды, уровня развития техники выбираются те товарные направления (товарные группы), в которых разработка новых товаров наиболее целесообразна. Соответствующими подразделениями производится формирование базовых концепций различных вариантов новой продукции. На этом этапе имеет смысл разработать несколько приемлемых альтернативных вариантов состава портфеля с учетом обновления с целью расширения возможности выбора оптимального решения на основе оценки альтернатив.

Для оценки различных вариантов состава портфеля с точки зрения сбалансированности необходимо произвести следующую последовательность расчетов.

1. Определить расчетную динамику сбыта всех товаров, входящих и планируемых для включения в портфель.

Расчет прогноза объема потребления для товаров, чей выпуск еще не начат, будет иметь особенности. Для его реализации на основе параметров эталонной кривой ЖЦТ рассматриваемых товарных групп, выявленных на этапе диагностирования портфеля, могут быть рассчитаны максимальные ожидаемые объемы продаж новых видов товаров на начальном периоде их ЖЦТ (глава 3). Далее, с учетом информации об ожидаемой конкурентоспособности новых товаров, а также ранее имевшегося опыта выпуска новых товаров на рынок имеется возможность определить наиболее вероятный объем продаж товара в первый год его существования и скорректировать ожидаемую динамику объемов сбыта на основе модели замещения.

2. Тогда для всех товаров, относимых к группе «с перспективой роста» включая и тех, чье начало выпуска только запланировано и находящихся в фазе стабилизации, может быть рассчитан прогноз прироста объемов продаж на несколько ближайших лет. С учетом эмпирически установленного предела точности прогнозирования динамики объемов сбыта по предложенному методу авторами рекомендуется рассматривать 3 года:

                                             Dnрi = ni3 ni1,                                     (21)     

где nij – объем продаж товара i соответствующего года j (j = 1 – плановый год)в натуральном выражении, Dnрi – прирост объемов продаж товара i.

Для товаров в фазе спада – показатель снижения объемов продаж:

                                            Dnспj = ni1ni3.                                    (22)

Аналогичным образом может быть рассчитана динамика продаж в стоимостном выражении (в том случае, если имеется возможность определить прогноз цен), а также динамика прибыли от реализации.

3. Заменив в балансовом выражении (20) показатели числа товаров в соответствующих фазах суммой динамики объемов продаж, получаем усовершенствованное соотношение для проверки плана по обновлению состава портфеля.

                        +                           (23)

Данное соотношение также может быть оценено и в стоимостном выражении.

Важным показателем работы предприятия является показатель загруженности производственной мощности, который выражается в машино-часах работы производственного оборудования. Поэтому оценка влияния обновления ассортимента на использование мощностей также имеет большое значение. Для этого можно преобразовать выражение (4) в соотношение следующего вида:

                            +,               (24)

где Меi – машиноемкость товара i, которая характеризует потребное количество машинного времени для выпуска единицы продукции на однотипном оборудовании [машино-часов / шт, м, кг и т.п.]. Например, для текстильных производств, имеющих многопереходный характер,  данная величина может быть рассчитана для каждого технологического перехода, как [224, 225]:

                                   Mе = (Нм * Кро * Ксопр)-1,

где Нм – норма производительности машины в соответствующем переходе, [ед./час]; Кро – коэффициент работы оборудования, учитывающий плановые простои; Ксопр – коэффициент сопряженности, показывающий объем выпуска полуфабриката по переходам, необходимый для выпуска единицы объема товарной продукции [ед. 1/ед. 2].

Выражение (24) означает, что в сбалансированной структуре портфеля прирост загруженности производственных мощностей за счет введения в производственную программу новых товаров должен покрывать снижение использования фонда времени работы оборудования по причине перехода ряда товаров в фазу спада и, более того, обеспечивать при необходимости достижение роста. Для многопереходных производств, как в текстиле, необходимо проведение расчетов по соотношению (24) для каждого перехода отдельно. Также можно рекомендовать проверку сбалансированности и по показателям использования других факторов производства на основе соотношения, аналогичного (24).

4. В том случае, когда балансовое соотношение не соблюдается должным образом, следует говорить о том, что обновление портфеля не обеспечивает сбалансированной динамики товарного портфеля. В этом случае необходимо либо увеличивать план по обновлению состава портфеля, либо разрабатывать комплекс мер по повышению конкурентоспособности товара и предприятия в целях увеличения объемов сбыта. После разработки нового варианта обновления состава портфеля необходима новая проверка по соотношению (23) или (24). Пример проверки сбалансированности состава товарного портфеля приведен в таблице 8.

Таблица 8 – Определение сбалансированности состава товарного предприятия по состоянию на начало года.

Артикул

Dnрi товаров в фазе роста, тыс. м

Dnрi для товаров в фазе стабилизации, тыс.м.

Dnспj для товаров в фазе спада, тыс. м.

С-41

3,17

С-43

4,524

С-56

30,390

С-62

- 1,279

С-65

6,121

С-64

2,814

С-70

6,78

С-71

5,836

С-72

3,815

С-50

-119,204

С-52

-8,021

С-63

-9,626

С-67

-5,665

С-69

-3,329

С-68

-7,620

С-66