79630

ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ ИСПОЛНИТЕЛЬНОГО ПРОИЗВОДСТВА В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Научная статья

Государство и право, юриспруденция и процессуальное право

Принятие Федеральных законов О судебных приставах и Об исполнительном производстве предполагает необходимость существенного обновления нормативно-правовой базы исполнительного производства. Из статьи следует что законодательство Российской Федерации об исполнительном производстве состоит...

Русский

2015-02-13

108.5 KB

2 чел.

М. ТАРАСОВА,

соискатель

ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ ИСПОЛНИТЕЛЬНОГО

ПРОИЗВОДСТВА В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Принятие Федеральных законов «О судебных приставах» и «Об исполнительном производстве» предполагает необходимость существенного обновления нормативно-правовой базы исполнительного производства.

Поскольку данное обстоятельство принципиально важно, практическое значение приобретает точное понимание положений Федерального закона «Об исполнительном производстве», изложенных в ст. 2 «Законодательство Российской Федерации об исполнительном производстве». Из статьи следует, что законодательство Российской Федерации об исполнительном производстве состоит из данного Федерального закона, Федерального закона «О судебных приставах» и иных федеральных законов, регулирующих условия и порядок принудительного исполнения судебных актов и актов других органов (п. 1 ст. 2), а также нормативных правовых актов Правительства России (п. 2 ст. 2) и международных договоров Российской Федерации (п. 3 ст. 2 ).

Здесь нельзя не обратить внимание на то, что в перечне правовых актов, отнесенных к законодательству об исполнительном производстве, не упоминаются правовые акты министерств и ведомств, в том числе и правовые акты органов и учреждений юстиции, в структуру которых входит Служба судебных приставов, осуществляющая исполнительное производство. Поэтому вполне закономерно возникает вопрос: означает ли это, что законодатель исключает возможность регулирования исполнительного производства посредством принятия соответствующих ведомственных актов?

Поиск ответа на поставленный вопрос не позволяет ограничиться изучением положений одной лишь статьи 2 Закона «Об исполнительном производстве» и требует обратиться к иным нормам действующего законодательства – к теории права, нормотворческой и правоприменительной практике.

При таком подходе, чтобы уяснить смысл правовых предписаний, изложенных в ст. 2 Федерального закона «Об исполнительном производстве», прежде всего необходимо определить, какие цели преследовал законодатель, формулируя положения данной статьи закона, какую правовую проблему он намеревался решить. В данном случае вряд ли можно усомниться в том, что одной из целей было разграничение полномочий Российской Федерации и ее субъектов в сфере принудительного исполнения судебных актов и актов других органов. Необходимость подобного разграничения была вызвана следующими обстоятельствами.

Известно, что до принятия Федеральных законов «О судебных приставах» и «Об исполнительном производстве» основополагающие нормы права, регулирующие принудительное исполнение судебных актов и актов других органов, были закреплены в ГПК и относились к отрасли гражданского процессуального права, которая, согласно ст. 71 Конституции России, находится в ведении Российской Федерации.

На стадии подготовки проектов этих законов не мог остаться без внимания тот факт, что их принятие и вступление в силу с неизбежностью повлечет за собой изменение места правовых норм, регулирующих исполнительное производство, в системе российского права, поскольку подавляющее большинство таких правовых норм уже нельзя будет относить к отрасли гражданского процессуального права. Данное обстоятельство, в свою очередь, могло бы привести к тому, что сфера принудительного исполнения актов суда и других органов была бы исключена из компетенции Российской Федерации и отошла к ведению ее субъектов, так как ст. 71 и 72 Конституции России не относят принудительное исполнение вышеназванных актов ни к ведению Российской Федерации, ни к совместному ведению России и субъектов Федерации, а в этом случае, согласно положениям ст. 73 Конституции, субъекты обладают всей полнотой государственной власти в соответствующей сфере деятельности.

Подобное положение дел явно не соответствовало решению проблемы повышения эффективности деятельности по исполнению судебных актов и реформирования исполнительного производства. Чтобы не допустить подобного развития событий, п. 1 ст. 2 Федерального закона «Об исполнительном производстве» был сформулирован таким образом, что издание законодательных актов по вопросам принудительного исполнения судебных актов и актов других органов стало исключительной прерогативой Российской Федерации, поскольку в данной статье Закона речь идет только о федеральных законах и нет упоминания о соответствующих законодательных актах субъектов Российской Федерации.

Указанные обстоятельства дают основания полагать, что положения п. 1 ст. 2 Федерального закона «Об исполнительном производстве» направлены на решение проблемы разграничения полномочий Российской Федерации и ее субъектов в вопросах исполнительного производства и не преследуют цели ввести ограничения на принятие ведомственных правовых актов, необходимых для урегулирования правовых проблем, возникающих в данной сфере государственной деятельности.

В правомерности подобного вывода убеждает и анализ терминологии, используемой в тексте п. 1 ст. 2 указанного Закона. Обращение к понятийному аппарату данного законодательного акта прежде всего указывает на то, что в п. 1 ст. 2, применительно к исполнительному производству, речь идет не о нормативно-правовых актах (под которыми обычно понимаются все виды юридических актов, в том числе и акты министерств и ведомств – ведомственные акты), а о законодательстве. Отсюда, естественно, должен последовать вопрос о том, какие виды нормативных актов характеризуются понятием «законодательство».

В советской теории права и юридической практике преобладала точка зрения, согласно которой понятием «законодательство» охватывалась вся система нормативно-правовых актов, включая Конституцию, законы, указы Президиума Верховного Совета, постановления Совета Министров, совместные постановления ЦК КПСС, Совета Министров, ВЦСПС, акты местных органов власти и управления, правовые акты министерств и ведомств1.

В настоящее время содержание данного понятия характеризуется несколько иначе. Понятием «законодательство» на данном этапе охватываются только нормативные правовые акты высших органов власти и управления2. При таком понимании термина «законодательство», используемого в контексте ст. 2 Федерального закона «Об исполнительном производстве», с неизбежностью следует вывод, что в правовых предписаниях данной статьи ведомственные правовые акты объективно не являются предметом внимания законодателя (поскольку не охватываются понятием «законодательство») и, следовательно, не могут быть предметом его запрета или дозволения. Это позволяет утверждать, что статью 2 Федерального закона «Об исполнительном производстве» нельзя рассматривать как норму, вводящую запрет на принятие ведомственных правовых актов по вопросам исполнительного производства.

Имея целью определить действительный смысл и содержание положений п. 1 ст. 2 Федерального закона «Об исполнительном производстве», мы не можем не принять во внимание, что каждая норма права представляет собой только звено в общей цепи законодательства, что она соединена с другими нормами более или менее тесными логическими узами и только в этом соединении получает свое истинное освещение3.

В связи с этим, отвечая на поставленный выше вопрос, мы должны обратиться к нормам законодательных актов, которые, в соответствии с положениями указанной статьи Закона, относятся к законодательству Российской Федерации об исполнительном производстве, и прежде всего к соответствующим положениям Федерального закона «О судебных приставах». При этом несложно найти еще одно подтверждение тому, что вывод о правомерности издания ведомственных актов об исполнительном производстве достаточно обоснован, поскольку, в соответствии со ст. 2 Федерального закона «О судебных приставах», определяющей правовую основу деятельности судебных приставов, данным должностным лицам надлежит руководствоваться Конституцией Российской Федерации, указанным Федеральным законом, Федеральным законом «Об исполнительном производстве» и иными федеральными законами, а также принятыми в соответствии с ними нормативными правовыми актами Президента, Правительства Российской Федерации и Министерства юстиции России.

Таким образом, в данной статье Закона прямо подчеркивается право Министерства юстиции принимать нормативные правовые акты о деятельности судебных приставов, в компетенцию которых, как известно, входит и осуществление исполнительного производства.

Весьма нелишним для уяснения порядка применения ст. 2 Федерального закона «Об исполнительном производстве» является обращение к практике применения аналогичных по смыслу норм закона в других отраслях законодательства, например уголовно-процессуального. В соответствии со ст. 1 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР (далее – УПК) – «Законодательство об уголовном судопроизводстве» – порядок производства по уголовным делам на территории РСФСР определялся Основами уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик и издававшимися в соответствии с ними другими законами Союза ССР и Уголовно-процессуальным кодексом РСФСР.

Как видно из данной нормы права, ведомственные правовые акты здесь также не упоминаются, однако данное обстоятельство не расценивается как запрет на принятие такого рода правовых актов, и к настоящему времени органами, осуществляющими уголовно-процессуальную деятельность, а также другими государственными органами принято более 100 ведомственных актов о вопросах уголовного судопроизводства4.

Возвращаясь к положениям п. 1 ст. 2 Федерального закона «Об исполнительном производстве», мы не должны оставлять без внимания и то, что отношение к данному положению Закона как к норме права, исключающей ведомственные акты из нормативно-правовой базы исполнительного производства, было бы не только принципиальной теоретической ошибкой, но и могло бы повлечь за собой ряд весьма негативных последствий для практики. Во-первых, пришлось бы признать недействующими все затрагивающие вопросы исполнительного производства ведомственные акты, в том числе и принятые до вступления в силу Федерального закона «Об исполнительном производстве. И, во-вторых, была бы исключена возможность урегулировать многие положения действующего законодательства с такой степенью конкретизации, которая необходима для их практического применения в сфере исполнительного производства.

Обоснованность вывода об отсутствии правовых препятствий для принятия ведомственных правовых актов об исполнительном производстве подтверждает и тот факт, что ни в одном из известных ныне комментариев к данному Закону5 нет вывода о запрете принимать ведомственные акты об исполнительном производстве. Более того, специалисты, принимавшие непосредственное участие в подготовке Закона «Об исполнительном производстве», например Е.Н. Сидоренко (Министерство юстиции Российской Федерации), Л.В. Белоусов (Высший Арбитражный Суд Российской Федерации), прямо указывают на необходимость издания подзаконных актов об исполнительном производстве и конкретизируют свою мысль указанием на то, что «должна быть также разработана инструкция о применении Закона», имея в виду Федеральный закон «Об исполнительном производстве»6.

Правомерность такой точки зрения подтверждается решением Коллегии Министерства юстиции Российской Федерации от 30 апреля 1997 г., предусматривающим переработку Инструкции об исполнительном производстве.

Аналогичный вывод вытекает из анализа нормотворческой практики, поскольку со времени вступления в силу Федеральных законов «О судебных приставах» и «Об исполнительном производстве» было принято немалое количество ведомственных актов, регулирующих вопросы принудительного исполнения судебных актов и актов других органов (т. е. вопросы исполнительного производства). Например:

• Временная инструкция о порядке ареста и реализации прав (требований), принадлежащих должнику как кредитору по неисполненным денежным обязательствам третьих лиц по оплате фактически поставленных товаров, выполненных работ или оказанных услуг (дебиторская задолженность), при обращении взыскания на имущество организаций-должников (утверждена приказом Министерства юстиции России от 3 июля 1998 г. № 76).

• Инструкция о порядке выполнения органами пограничного контроля Федеральной пограничной службы Российской Федерации поручений правоохранительных органов, органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, и службы судебных приставов (утверждена приказом Федеральной пограничной службы Российской Федерации от 26 мая 1998 г.).

• Перечень изменений и дополнений, вносимых в приказ МВД России от 26 ноября 1996 г. № 624, определяющий порядок снятия с учета автотранспорта, на который постановлением судебного пристава-исполнителя обращено взыскание по исполнительному производству (утвержден приказом МВД России от 7 июля 1998 г. № 413) 7.

Правомерность принятия ведомственных актов подобного рода, в том числе инструкции по применению Федерального закона «Об исполнительном производстве», подтверждается и позицией высших органов законодательной власти Российской Федерации, и законотворческой практикой последнего времени, которая подтверждает законность и обоснованность издания инструкций по применению соответствующих федеральных законов, относя этот вопрос к компетенции федеральных министерств и ведомств.

Так, например, в ст. 9 Федерального закона от 31 июля 1998 г. «О налоге на игорный бизнес» сказано, что инструкции о применении данного Федерального закона издаются Государственной налоговой службой Российской Федерации по согласованию с Министерством финансов8. Таким образом, правовой основой деятельности судебных приставов, в том числе и в сфере принудительного исполнения судебных актов и актов других органов, следует считать совокупность нормативно-правовых актов, включая и Конституцию Российской Федерации, федеральные законы (конституционные в том числе), нормативные правовые акты Президента и Правительства Российской Федерации, международные договоры Российской Федерации, ведомственные правовые акты Министерства юстиции Российской Федерации, правовые акты иных министерств и ведомств, затрагивающие те или иные вопросы деятельности судебных приставов.

Характеризуя законодательные акты, являющиеся юридической базой формирования и развития правовых основ деятельности судебных приставов, – Федеральные законы «О судебных приставах» и «Об исполнительном производстве», – отметим, что в начальной (ныне действующей) редакции они пока далеки от совершенства. Несовершенство некоторых норм Федерального закона «О судебных приставах» во многом ограничивает перспективы дальнейшего становления и развития системы исполнительного производства.

Дело в том, что в соответствии с концепцией указанного Закона Служба судебных приставов должна стать относительно автономным (в рамках Министерства юстиции России) правоохранительным органом, организационно-штатная структура и объем полномочий которого позволили бы ей обеспечить эффективное выполнение функции принудительного исполнения судебных актов и ряда иных правоохранительных функций, отнесенных к ее компетенции. Однако в ряде норм указанного Закона данная концептуальная идея существенно «смазана» некоторыми недостаточно акцентированными правовыми решениями компромиссного характера. В результате организационное устройство и объем полномочий Службы судебных приставов по ряду позиций сегодня отстают от требований времени и не отвечают потребностям практики.

Например, ни одно из структурных подразделений Службы судебных приставов не обладает ныне статусом юридического лица. Между тем уже само выделение судебных приставов из структуры судебных учреждений, преобразование их в организационно оформленный институт исполнительной власти и вытекающая отсюда необходимость решения всех связанных с существованием любой подобной организации задач, кадровых, материально-технических, финансовых и др., объективно требуют наличия статуса юридического лица. Подобным статусом следовало бы наделить Службу судебных приставов Министерства юстиции России и Службу судебных приставов органов юстиции субъектов Российской Федерации.

Далее. Положения ст. 5 Федерального закона «О судебных приставах» сформулированы таким образом, что оставляют открытым вопрос об аппарате управления Служб судебных приставов в субъектах Российской Федерации, поскольку не упоминают ни о его структуре, ни о реестре должностей, ни о процессуальном положении сотрудников.

Данное обстоятельство затрудняет создание в Службе судебных приставов подразделений, организующих контроль над законностью и обоснованностью деятельности судебных приставов, методическое и правовое обеспечение их деятельности, всесторонний анализ состояния исполнительного производства и подготовку предложений для управленческих решений, направленных на устранение недостатков в деятельности судебных приставов и совершенствование системы исполнительного производства. Кроме того, несовершенство положений ст. 5 указанного Закона сужает перспективы развития центрального аппарата Службы судебных приставов, т. е. управленческого звена федерального значения, ограничивая его практически единственной структурой – Департаментом судебных приставов Министерства юстиции России. Хотя необходимость своевременных и эффективных управленческих решений, основанных на действенном контроле над работой региональных подразделений, не оставляет никаких сомнений в том, что федеральное звено системы управления деятельностью судебных приставов должно быть представлено рядом отраслевых департаментов либо Главным управлением судебных приставов Министерства юстиции России, включающим ряд отраслевых управлений и отделов.

Не в полной мере отвечает потребностям практики существующая ныне организационно-штатная структура основного звена Службы судебных приставов – территориальных подразделений судебных приставов, непосредственно осуществляющих исполнительное производство. Положениями все той же ст. 5 Федерального закона «О судебных приставах» в структуре указанных подразделений не предусмотрены должности технического персонала: машинисток, работников канцелярии, водителей, специалистов по эксплуатации зданий и сооружений. Данное обстоятельство порождает немалые трудности в организации исполнительного производства.

Несовершенство норм указанного Закона, определяющих организационно-штатную структуру Службы судебных приставов, состоит еще и в том, что в ней не предусмотрены должности заместителей главных и старших судебных приставов. Подобное положение противоречит элементарным нормам науки управления и намного снижает эффективность руководства деятельностью судебных приставов.

Закрепленный в Законе объем полномочий Службы судебных приставов также нельзя признать оптимальным. Этот вывод с неизбежностью следует из сопоставления функций, возложенных на судебных приставов, с характером и содержанием предоставленных им прав. Например, в круг непосредственных обязанностей судебных приставов входит обеспечение порядка в помещениях судов, обеспечение безопасности участников судебного процесса, предупреждение и пресечение правонарушений, выявление и задержание нарушителей, розыск должников, уклоняющихся от исполнения судебных решений, розыск принадлежащего им имущества и денежных средств. Однако права, данные судебным приставам для выполнения возложенных на них обязанностей, по своим «разрешительным способностям» явно не соответствуют характеру и сложности поставленных перед ними задач, поскольку законодатель не включает в систему полномочий судебных приставов многих действенных мер, применение которых в процессе выполнения судебными приставами своих служебных обязанностей объективно необходимо. Имеются в виду, например, полномочия органа дознания и право проведения оперативно-розыскных мероприятий.

Требуют корректировки и нормы Закона, касающиеся права судебных приставов применять оружие и специальные средства. В настоящее время подобным правом обладают только судебные приставы, обеспечивающие установленный порядок деятельности судов, а судебные приставы-исполнители такого права не имеют. Для иллюстрации абсурдности этой ситуации следует упомянуть, что в ряде регионов страны со сложной криминогенной обстановкой судебные приставы-исполнители, чтобы выполнить решения суда, зачастую вынуждены выезжать на бронетранспортерах.

Существуют и иные несовершенные положения Федерального закона «О судебных приставах», препятствующие повышению эффективности деятельности по принудительному исполнению судебных актов и актов иных органов.

Отдельные нормы Федерального закона «Об исполнительном производстве» также далеки от совершенства и требуют соответствующих изменений и дополнений. Так, например, из положений п. 1 ст. 9 данного Закона следует, что судебный пристав-исполнитель обязан принять к исполнению исполнительный документ от суда или другого органа, его выдавшего, либо от взыскателя и возбудить исполнительное производство. Одновременно в п. 6 той же статьи сказано, что постановление о возбуждении исполнительного производства может быть обжаловано в соответствующий суд в 10-дневный срок (а такая жалоба в соответствии с п. 5 ст. 21 того же Закона является основанием для приостановления исполнительного производства). Возникает вопрос: в чем смысл предоставления права на обжалование постановления судебного пристава-исполнителя о возбуждении исполнительного производства, если он, как это предписано в законе, получив отвечающий установленным требованиям исполнительный документ, обязан вынести такое постановление и не имеет в этой правовой ситуации иных альтернатив? Вопрос не праздный, поскольку недобросовестные должники используют право на обжалование постановления о возбуждении исполнительного производства для того, чтобы воспользоваться приостановлением исполнительных действий и укрыть от взыскания принадлежащие им имущество и денежные средства.

Далее, из положений п. 1 ст. 11 Закона следует, что если должником является физическое лицо, то исполнительные действия совершаются судебным приставом-исполнителем по месту его жительства, работы или нахождения его имущества. Здесь также возникает вопрос: где должно возбуждаться исполнительное производство и проводиться исполнительные действия, если должник живет и работает за границей, а сведений о месте нахождения его имущества на территории России ни в исполнительном документе, ни в других источниках нет? Никакого ответа на этот вопрос указанный Закон не дает.

Явно противоречат законным интересам взыскателей положения ст. 81 упомянутого Закона о порядке взимания исполнительского сбора. Речь идет о том, что в случае неисполнения исполнительного документа без уважительных причин в срок, установленный для добровольного исполнения, судебный пристав-исполнитель выносит постановление, по которому с должника взыскивается исполнительский сбор в размере семи процентов от взыскиваемой суммы или стоимости имущества должника.

На практике бывают случаи, когда сумма, подлежащая взысканию (из которой должна исчисляться величина 7 % исполнительского сбора), так велика, а сумма денежных средств, реально взысканных с должника, так ничтожно мала, что все они поглощаются исполнительским сбором, поступающим в распоряжение судебного пристава. В результате взыскатель в данной ситуации не получает ни копейки.

Данное обстоятельство указывает на то, что необходима такая поправка к Закону, в соответствии с которой величина исполнительского сбора должна исчисляться не из суммы, подлежащей взысканию по решению суда, а из суммы, реально взысканной с должника в процессе исполнительного производства. Приведенные примеры убедительно свидетельствуют о том, что Федеральный закон «Об исполнительном производстве» требует весьма существенных изменений и дополнений, подготовка которых в настоящее время ведется Службой судебных приставов при участии компетентных органов и учреждений.

Основной причиной сокращения количества исполняемых решений в сфере права была устаревшая нормативная база исполнительного производства, которая закрепляла организационную структуру принудительного исполнения, не отвечавшую новым, поставленным жизнью задачам, не обеспечивала равенство защиты всех форм собственности, не предоставляла судебным исполнителям правомочий, достаточных для обеспечения принудительного исполнения поступающих им на исполнение исполнительных документов и не позволяла улучшить кадровый состав судебных исполнителей. До вступления в действие Федеральных законов «Об исполнительном производстве» и «О судебных приставах» организационные вопросы принудительного исполнения и порядок деятельности судебных исполнителей решались в основном нормами Закона о судоустройстве РСФСР от 8 июля 1981 г., раздела V ГПК РСФСР, действовавшего с 1 октября 1964 г., Положения о Министерстве юстиции Российской Федерации (последнее утверждено указом Президента Российской Федерации от 2 августа 1999 г. № 954 «Вопросы Министерства юстиции Российской Федерации») и Инструкции об исполнительном производстве Министерства юстиции СССР, введенной в действие с 1 апреля 1986 г.

Судебные исполнители состояли при районных судах (ст. 348 ГПК, ст. 77 Закона о судоустройстве РСФСР) и находились в двойном подчинении: назначались на должность руководителями органов юстиции субъектов Российской Федерации, а организовывали их работу председатель районного суда (п. 5 ст. 26 Закона о судоустройстве РСФСР) и Министерство юстиции Российской Федерации (п. 6 Положения о Министерстве юстиции Российской Федерации от 4 декабря 1993 г. № 1187), контроль же за их работой осуществлялся судьей районного суда (ст. 349 ГПК).

ГПК законодательно закреплял в исполнительном производстве преимущество государственной формы собственности (гл. 40). По спорам неимущественного характера судебный исполнитель, по существу, выполнял лишь обязанности регистратора неисполнения требований исполнительного документа неисправным должником (ст. 409 ГПК).

Эти нормы, большинство которых было принято в то время, когда Министерство юстиции осуществляло организационное руководство судами, в ходе судебной реформы привели, с учетом большой загруженности судей районных судов при рассмотрении судебных дел, к бесконтрольным действиям судебных исполнителей, к нарушениям прав сторон по исполнительным листам арбитражных судов (поскольку судебные исполнители состояли при районных судах общей юрисдикции); фактически перестали действовать рычаги руководства и организации деятельности судебных исполнителей. Стало очевидно, что судебная реформа должна быть дополнена реформой системы принудительного исполнения судебных актов и актов других органов, по которым закон допускает принудительное исполнение.

Не случайно Президент Российской Федерации начиная с декабря 1991 г. практически ежегодно напоминал и требовал реформировать исполнительное производство, разработать и принять Федеральные законы «О судебных приставах» и «Об исполнительном производстве»9.

Законопроекты, реформирующие принудительное исполнение и решающие задачи обеспечения установленного порядка деятельности судов, были разработаны Министерством юстиции совместно с Верховным Судом и Высшим Арбитражным Судом Российской Федерации. На объединенном Пленуме этих высших судов 28 февраля 1995 г. было принято постановление о внесении законопроектов в Государственную Думу Российской Федерации.

12 мая 1995 г. законопроекты были внесены в Думу, в июле приняты в первом чтении и, после значительной доработки, 16 апреля 1997 г. приняты во втором чтении, 4 июня 1997 г. – в третьем, одобрены Советом Федерации 3 июля 1997 г. и подписаны Президентом Российской Федерации 21 июля 1997 г. Как известно, оба закона вступили в силу 6 ноября того же 1997 г.

Федеральные законы «О судебных приставах» и «Об исполнительном производстве» – важнейшая часть реформы исполнительного производства. Необходимо отметить, что впервые после 1917 г. государство сочло возможным и необходимым принять специальные законы, регулирующие правоотношения в сфере принудительного исполнения исполнительных документов, главным образом судебных актов. Этими законами решены следующие основные вопросы исполнительного производства.

Во-первых, создана самостоятельная служба принудительного исполнения исполнительных документов и таким образом осуществлена одна из основных идей, положенных в основу этих законов, заключающаяся в том, что принудительное исполнение судебных актов и, тем более, актов административных и других контролирующих органов исполнительной власти не является и не может являться частью гражданского или арбитражного судопроизводства, а поэтому не может и не должно регулироваться ГПК и АПК.

Исполнительное производство – это вполне самостоятельная отрасль права, такая же, как уголовно-исполнительное производство, регулируемое в настоящее время Уголовно-исполнительным кодексом Российской Федерации, и поэтому нормы о нем должны быть сосредоточены в отдельном и специальном нормативно-правовом акте – федеральном законе (законах).

В соответствии с конституционным принципом разделения властей принудительное исполнение актов суда и других органов является функцией не судебной, а исполнительной власти, и поэтому служба принудительного исполнения отделена от самих судов и судопроизводства и передана Министерству юстиции Российской Федерации – федеральному органу исполнительной власти. Вместе с тем судопроизводство и исполнительное производство неразрывно связаны общностью выполняемой ими задачи – защиты нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов граждан и организаций, в том числе в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности (ст. 2 ГПК, ст. 2 АПК), которую исполнительное производство выполняет только одним способом – путем принудительного исполнения судебных актов и актов других органов (ст. 1 Федерального закона «Об исполнительном производстве»).

Во-вторых, законодательно обеспечено равенство защиты всех форм собственности в сфере исполнительного производства. Государственная форма собственности в этом вопросе не имеет никаких преимуществ по сравнению с иными формами.

В-третьих, созданы нормативные предпосылки улучшения кадрового состава судебных приставов-исполнителей и подъема их профессионального уровня.

Старшие судебные приставы должны иметь высшее юридическое образование. Хотя судебными приставами и могут быть лица со средним (полным) общим и специальным образованием, но их должности уже отнесены к старшей должности государственных должностей федеральной государственной службы категории «В», требующей наличия высшего образования, что свидетельствует о тенденции повышения образовательного ценза для названной категории государственных служащих. Законом предусмотрена профессиональная подготовка судебных приставов (п. 2 ст. 4 Федерального закона «О судебных приставах»).

Введение исполнительского сбора, создание за счет него внебюджетного фонда развития исполнительного производства и предусмотренное законом вознаграждение судебного пристава-исполнителя (ст. 81, § 9 Федерального закона «О судебных приставах») наряду с гарантиями правовой и социальной защиты судебных приставов (гл. IV Федерального закона «О судебных приставах») и повышением их должностных окладов приведут к улучшению материального положения, усилят привлекательность службы для юристов и обеспечат реальную возможность заполнения штатных должностей судебных приставов-исполнителей лицами, имеющими высшее юридическое образование.

В-четвертых, усилена ответственность неисправных должников за невыполнение судебных актов и актов других органов, а также граждан и работников организаций за неисполнение законных требований судебного пристава-исполнителя и нарушение законодательства Российской Федерации об исполнительном производстве. Судебным приставам-исполнителям предоставлено право самим налагать штрафы на организации (за исключением банков и иных кредитных организаций), их работников и граждан.

Введен принцип удвоения размера штрафа при последующих неисполнениях требований исполнительного документа неимущественного характера, предусмотрены и иные меры принуждения должника к исполнению исполнительного документа (ст. 73, 84, 85, 87 Федерального закона «О судебных приставах»).

В-пятых, обеспечен действенный (внутриведомственный, судебный и прокурорский) контроль над действиями судебного пристава-исполнителя (ст. 90 Федерального закона «Об исполнительном производстве», ст. 19 Федерального закона «О судебных приставах»).

Как уже было отмечено, принятие Федеральных законов «Об исполнительном производстве» и «О судебных приставах» является важнейшей частью судебной реформы и вместе с тем только ее началом. Следующие ее этапы – создание, становление и укрепление единой в масштабах Российской Федерации Службы судебных приставов, совершенствование ее структуры, кадровое насыщение10, повышение профессионального уровня всех работников и особенно судебных приставов-исполнителей, дальнейшее развитие и совершенствование нормативно-правовой базы принудительного исполнения.

Применение нового законодательства подтвердило прежде всего его необходимость, на практике показало реально возросшие возможности судебных приставов-исполнителей и уже привело к некоторым положительным результатам в деле обеспечения принудительными мерами исполнения судебных актов и актов других органов.

Однако выявились и некоторые недостатки и просчеты Федеральных законов «Об исполнительном производстве» и «О судебных приставах», в целях устранения которых в Государственную Думу в марте 1998 г. внесен пакет их изменений и дополнений, уже принятых в первом чтении в апреле 1999 г.

Не претендуя на полноту перечисления положений Федерального закона «О судебных приставах», которые нуждаются, на наш взгляд, в дополнениях, изменениях и корректировке, отметим лишь некоторые из них.

Прежде всего, было бы правильным и своевременным полнее отразить в законе принцип отделения исполнительного производства от гражданского и арбитражного судопроизводства, преодолеть остатки прежнего взгляда на проблему. Так, возбуждение исполнительного производства является правомочием судебного пристава-исполнителя (ст. 9), а вопросы его приостановления, возобновления и прекращения, отложения исполнительных действий на срок более 10 дней оставлены в ведении судебной власти (ст. 19, 24).

Практика показывает, что суды далеко не всегда своевременно решают эти вопросы. Освобождение их от этих обязанностей по исполнительному производству способствовало бы некоторому снижению загруженности судов и позволило бы судебным приставам-исполнителям более оперативно выполнять свои обязанности.

Опасения противников этих предложений заключаются в следующем: судебные приставы-исполнители могут что-то сделать не так, нарушить закон. Действия судебного пристава-исполнителя, помимо внутриведомственного контроля и прокурорского надзора за соблюдением законов, постоянно контролируются сторонами исполнительного производства, которые имеют право обжаловать в суд любые действия судебного пристава-исполнителя по исполнительному производству.

Нуждаются в уточнении и изменении положения закона, касающиеся порядка исчисления исполнительского сбора и его взыскания, уточнения сроков исполнения при обращении взыскания на имущество должника, очередности распределения взысканных с должника денежных сумм и ликвидации противоречий в этом вопросе, регламентации порядка обращения взыскания на денежные средства должника в рублях при исчислении долга в иностранной валюте, закрепления принадлежащего судебному приставу-исполнителю права обжаловать судебный акт, принятый по жалобе на его действия по исполнительному производству и в некоторых других случаях.

В немалой степени проявилась и необходимость привести в соответствие с новым законодательством ранее принятые нормативные акты.

Переходными положениями Закона «Об исполнительном производстве» (ст. 95) было предложено Президенту, Правительству Российской Федерации и органам государственной власти субъектов Федерации привести свои нормативные акты в соответствие с названным Законом, а Правительству Российской Федерации, кроме того, подготовить и внести в установленном порядке предложения о внесении изменений и дополнений в законодательство Российской Федерации в связи с принятием этого Закона. Такие предложения были внесены в Государственную Думу также в марте 1998 г. и пока приняты лишь в первом чтении.

Поскольку Закон «Об исполнительном производстве» во многом носит рамочный характер и не содержит (да и не должен содержать, иначе он стал бы кодексом) механизмов действий судебного пристава-исполнителя по каждому виду исполнительных производств, выявилась настоятельная потребность принятия подзаконного акта – Инструкции по исполнительному производству, в которой содержались бы эти механизмы. В соответствии со ст. 2 указанного Закона такую Инструкцию может утвердить Правительство Российской Федерации, а разработать должно Министерство юстиции России.

Очевидно, что реформу исполнительного производства можно будет считать законченной при выполнении перечисленных основных мероприятий и только в том случае, если они приведут к положительным результатам, т. е. к значительному увеличению числа реально исполненных в установленные законом сроки исполнительных документов.

Итак, все вышеизложенное позволяет сделать некоторые выводы:

1. В чем смысл предоставления права обжаловать постановление судебного пристава-исполнителя о возбуждении исполнительного производства, если он, как это предписано законом, получив отвечающий установленным требованиям исполнительный документ, обязан вынести такое постановление и не имеет в этой правовой ситуации иных альтернатив?

2. Необходима такая поправка к Закону, в соответствии с которой величина исполнительского сбора должна исчисляться не из суммы, подлежащей взысканию по решению суда, а из суммы, реально взысканной с должника в процессе исполнительного производства.

3. Основной причиной сокращения количества исполняемых решений в сфере права являлась устарелость нормативной базы исполнительного производства, которая закрепляла организационную структуру принудительного исполнения, не отвечавшую новым, поставленным жизнью задачам, не обеспечивала равенство защиты всех форм собственности, не предоставляла судебным исполнителям правомочий, достаточных для обеспечения принудительного исполнения поступающих им на исполнение исполнительных документов и не позволяла улучшить кадровый состав судебных исполнителей.

4. Необходимо полнее отразить в законе принцип отделения исполнительного производства от гражданского и арбитражного судопроизводства, преодолеть остатки прежнего взгляда на проблему.

1 Гузнов А.Г., Кененов А.А., Рождественская Т.Э. Современный законодательный процесс: основные институты и понятия. Смоленск, 1995. С. 57 – 58.

2 Румянцев О.Г., Додонов В.Н. Юридический энциклопедический словарь. М., 1997. С. 106.

3 Васьковский Е.В. Руководство к толкованию и применению законов. М., 1997. С. 53 – 56.

4 Вопросы расследования преступлений: справочное пособие/Под общей редакцией И.Н. Кожевникова. Изд. 2-е. М., 1997. С. 799.

5 Лесницкая Л.Ф. Комментарий к Федеральному закону «Об исполнительном производстве». М., 1998; Судебные приставы. Исполнительное производство/Сост. Ю.М. Власов, А.П. Долина. М., 1998; Комментарий к Федеральному закону «Об исполнительном производстве»/Под ред. М.К. Юкова и В.М. Шерстюка.

6 Сидоренко Е.Н., Белоусов Л.В. Вступительный комментарий и Федеральные законы «Об исполнительном производстве», «О судебных приставах». М., 1998. С. 5 – 6.

7 Настольная книга судебного пристава-исполнителя/Под ред. В.В. Яркова. М., 2000. С. 16 – 17.

8 СЗ РФ. 1998. № 31. Ст. 3820.

9 Указ Президента Российской Федерации от 5 декабря 1991 г. № 261 «О Министерстве юстиции Российской Федерации»; п. 3 распоряжения Президента Российской Федерации от 21 декабря 1993 г. № 775-рл «О совершенствовании организации и деятельности арбитражных судов Российской Федерации»; Федеральная программа по усилению борьбы с преступностью на 1994 – 1995 гг., утвержденная Указом Президента Российской Федерации от 24 мая 1994 г. № 1016; Послание Президента Российской Федерации Федеральному Собранию Российской Федерации в 1995 г.; п. 2 Указа Президента Российской Федерации от 20 марта 1996 г. № 401-Ю «О дополнительных мерах по обеспечению деятельности судов в Российской Федерации»; Послание Президента Российской Федерации Федеральному Собранию Российской Федерации в 1997 г.

10 Указом Президента Российской Федерации от 1 июля 1999 г. № 858 «О предельной численности и годовом фонде оплаты труда работников служб судебных приставов органов юстиции субъектов Российской Федерации» предельная численность работников служб и подразделений судебных приставов по состоянию на 31 декабря 1999 г. установлена в количестве 23289 единиц.


 

А также другие работы, которые могут Вас заинтересовать

7361. Производство дрожжей 205 KB
  Производство дрожжей Содержание 1. Сырьё и основные стадии технологического процесса 2. Дрожжи используемые для производства хлебопекарных дрожжей 3. Вредители дрожжевого производства 3.1 Микрофлора мелассы 3.2 Микрофлора воды и воздуха 3.3 Вторичны...
7362. Сегментирование рынка. Ответы на экзаменационные вопросы 241.5 KB
  Ответы на экзаменационные вопросы Сегментирование рынка. Его основные критерии Любой рынок с точки зрения маркетинга состоит из покупателей, которые отличаются друг от друга по своим вкусам, желаниям и потребностям. Главное же то, что все они приобр...
7363. Сегментирование рынка: необходимость или отсутствие таковой 195.5 KB
  Сегментирование рынка Сегментирование рынка: необходимость или отсутствие таковой После того как произведен общий анализ всех факторов внешней среды, в маркетинговых исследованиях рекомендуется все внимание сосредоточить на одном из них, а именно на...
7364. Разработка стройфинплана дорожно-строительной организации 1.16 MB
  Разработка стройфинплана дорожно-строительной организации Конструкция дорожной одежды: 1,5 см щебень 35 см песок 1. Определение затрат ресурсов на строительство 1 км автомобильной дороги. Технология работ по...
7365. Организация лечебно-профилактического и диетического питания на примере столовой Орел ГТУ 159 KB
  Организация лечебно-профилактического и диетического питания (на примере столовой Орел ГТУ) Введение Данная курсовая работа посвящена организации лечебно-профилактического и диетического питания. Данная тема на сегодняшний день является довольно а...
7366. Тепловой и аэродинамические расчеты котла ТВГ-8М 512.5 KB
  Пояснительная записка содержит страниц, таблиц, 21 источников. Объект исследования - тягодутьевое оборудование котла ТВГ-8М на Бородинской котельной в г. Запорожье. Цель проекта - аэродинамический расчет котла ТВГ-8М. Метод исследо...
7367. Исследование статических режимов в двигателе постоянного тока с электромагнитным возбуждением 11.16 MB
  Исследование параметров и характеристик двигателя постоянного токас независимым возбуждением Задание Исследовать статические режимы в двигателе постоянного тока с электромагнитным возбуждением. Цель Ознакомиться с виртуальной средо...
7368. Розробка конструкції та монтажу модуля попереднього підсилювача 182.5 KB
  Розробка конструкції та монтажу модуля попереднього підсилювача Вступ (ризначення, основні технічні характеристики, умови експлуатації). Як відомо, для високоякісного відтворення стереофонічних програм в салоні автомобіля необхідним пісилювачем звук...
7369. Исследование цепи второго порядка. Поиск входной и предаточной характеристики 619.5 KB
  Задание к курсовой работе В курсовой работе необходимо исследовать цепь второго порядка. Для цепи необходимо найти ее входную и передаточную характеристику, определить переходную и импульсную характеристику, написать уравнения цепи через переменные ...