82030

Учение об отвержении «Я» и самости в Священном Писании и Рейнской мистике

Дипломная

Религиоведение и мифология

Сравнительный анализ учения рейнских мистиков о самости и Я со Священным Писанием. Учение рейнских мистиков об отвержении Я и самости в контексте Священного писания. Преодоление самости и Я как условие союза человека с Богом.

Русский

2015-02-24

461 KB

2 чел.

Федеральное агентство по образованию Российской Федерации

Негосударственное образовательное учреждение

высшего и профессионального образования

«Русская Христианская Гуманитарная Академия»

Факультет философии, богословия и религиоведения

Кафедра религиоведения

                      Полищук Александр Владимирович

                              

                           Дипломная работа

    Учение об отвержении «Я» и самости в       Священном Писании и Рейнской мистике.

                                                                Научный руководитель:

                                                               К.ф.н,доцент  Цапина Лада Витальевна.

Работа допущена к защите________

Заведующий кафедрой__________

Дата защиты_________________

Оценка____

                                                                Санкт-Петербург 09


                              Содержание.

Введение.           3

1. Сравнительный анализ учения рейнских мистиков о самости

и «Я» со Священным Писанием.      7                    

1.1. Учение рейнских мистиков об отвержении «Я» и самости в контексте  

Священного писания.        8                                                                                                                                           

1.2. Учение об отрешённости у М.Экхарта и И.Таулера.    16

1.3. Писание и рейнские мистики о богатстве и мирских привязанностях. 19

1.4. Нестяжание как аскетическая практика и христианская добродетель. 25

                                                                                                                       

2. Свобода и послушание в христианской жизни.   31

2.1. Отвержение своего «Я» не уничтожает личность, волю и творчество. 31

2.2. Опыт мистического послушания Богу.     36

2.3. Мистический смысл Богосыновства.     43

3. Преодоление самости и «Я» как условие союза

человека с Богом.         47

3.1. Разумное и вольное отвращение от греха «Я» и самости.   48

3.2. Соединение с Богом в устроении Его Царствия на земле, как на небе. 54

Заключение           59

Список использованной литературы

Введение.

 Осмысление самости и «Я» в трудах немецких мистиков показывает нам важность решения вопроса оставления самости и «Я» в жизни тех, кто желает иметь глубокое мистическое соприкосновение с Богом, то есть в христианской жизни. В данной работе понятия самости и «Я» будут использоваться не в смысле обозначения человеческой личности, как это принято в психологии. Научный аспект изучения и понимания феномена самосознания, самости, представлен в психологии разработанной «Я–концепцией», но у этой концепции нет точек соприкосновения  со смыслом, открываемым мистикой. Мы же постараемся ограничиваться тем пониманием самости и «Я», сквозь призму которого пытаются донести нам свою мысль средневековые учителя, особенно представители Рейнской мистики.1

В наш век экономического прогресса вопрос самости и «Я» в ракурсе понимания его немецкими мистиками практически не поднимается, даже среди тех, кто должен был бы об этом проповедовать. Достаток и процветание, стремление к увеличению своих доходов не делает нас добрее друг к другу, люди становятся более закрытыми, эгоистичными, привыкшими к злой конкуренции и к войне. С детства нас учат уважать свое достоинство, уметь за себя постоять, хранить секрет своей успешности, учиться быть выше других, завоевывать социальные позиции, вести войны и побеждать, добиваться своего, несмотря на нравственные изъяны методов борьбы. Это не оставляет места для изучения таких возвышенных тем, как отказ от самости, отрешённость и оставление своего «Я», или, скажем, непротивление злу, по Толстому. Нелегко найти даже религиозных служителей, глубоко заинтересованных в понимании вопроса самоотречения от «Я» и самости, при том, что христианское учение не скрыто, а явно поднимает данный вопрос и даже ставит его во главу угла. Современный христианин оправдывает отсутствие у себя интереса к этой теме изменением условий жизни и необходимостью социального и экономического выживания, или же указывает на исторически изменившееся понимание христианского подвижничества. Это тогда, в средневековье, среди монашеских орденов можно было поднимать данные вопросы, но не в сегодняшний век экономического прогресса. Если учение об отвержении «Я» и самости имеет ещё резонанс, то скорее как исторический, архивный феномен в христианстве, подлежащий изучению в курсах богословия и философии, но не в качестве  практики  в повседневной христианской жизни.

В рамках данного исследования возникает возможность рассмотреть проблему преодоления самости, отказа от своего «Я» через призму трудов подвижников Церкви и выяснить мотивы такого отношения к жизни. Не менее важно установить, насколько актуально самоотречение для церкви нашего времени, или эти учения необходимо оставить в истории как отжившие свой век.

Богословы и философы, в течение двух тысячелетий рассматривая событие грехопадения, пытаются понять всю трагичность произошедшего и увидеть залог возвращения потерянного Божьего Царства через искупление на Голгофе. В трудах отцов церкви и, особенно, в рамках нашего исследования, в трудах немецких мистиков поднимается вопрос о самости и своём «Я» как о причине, разделяющей нас с Богом. В их учениях содержится не только теоретическое осмысление этой темы, но предлагается практическое безусловное оставление самости и своего «Я» для полноты спасения и восстановления единства с Богом. Сравнивая эти учения со Священным Писанием, мы находим множество подтверждений их взглядам. Церковь первых христиан была исполнена радости и любви друг к другу, так что они могли жить как одна семья: «У множества же уверовавших было одно сердце и одна душа; и никто ничего из имения своего не называл своим, но всё у них было общее».2   

Истина о спасении и единении с Богом, сегодня чаще воспринимается на академическом уровне, как знание факта искупления совершенного на Голгофе, нежели в мистическом опыте переживания того обожения, или единения с Богом, о котором повествуют нам Новый Завет мыслители патристики и немецкие мистики. «Да, были люди в наше время», - напрашивается цитата из поэмы М.Ю. Лермонтова,  - постигавшие в практике собственной христианской жизни то, о чём мы можем только рефлексировать, да и то с некоторой иронией нашей секуляризированной души.

Н.А. Бердяев в своём труде «Философия религии» хорошо подметил эту же проблему: «Великие учителя Церкви писали ЧТО-ТО, раскрывали жизненные тайны христианства, а теперь имеют смелость писать лишь об учителях Церкви, об их дерзновении. Сами не дерзают уже. Теперь пишут исследования о былых мистиках, о былых метафизиках, о Платоне, о Скоте Эригене, о Мастере Экхарте…. А сама мистика, сама метафизика, сам опыт религиозный? Не дерзают уже». 3 

Возможно, это высказывание Бердяева может показаться  несправедливым, если смотреть на множество теперешних подвижников веры, но оно правдиво, если смотреть на христианский мир в целом, не разделяя христиан на мирян и священников. Для современности, так же как и для всей истории христианства, актуальна мысль о том, что богословие без мистики, или богообщения,  называется схоластикой,  и оно практически бесплодно.

Предмет исследования.

 Предметом нашего исследования будет проблема преодоления и оставления самости и своего «Я» в трудах и в жизни немецких мистиков, подтверждённая положениями Писания.

Цель исследования.

В данной работе предполагается осмыслить понимание самости и «Я» на основе учений немецких мистиков – Мастера Экхарта, Иоханна Таулера и Генриха Сузо, дабы увидеть важность и неизменность принципа оставления самости и «Я» как условия утверждения полноты единства с Богом и устройства Его Царства на земле среди людей как на небе.

Реализация указанной цели осуществляется путём решения следующих задач:

1. Описать и проанализировать учения немецких мистиков о «Я» и самости в связи с понятием отрешённости.

2. Провести сравнительный анализ учения рейнских мистиков со Священным Писанием по вопросам привязанности к земле и имуществу и нестяжательства.

3. Раскрыть роль отречения от самости и «Я» в опыте мистического послушания Богу.

4. Обосновать возможность единения с Богом как следствия преодоления греха самости.

Работа состоит из введения, трёх глав, разделённых на параграфы, заключения и списка использованной литературы. В рамках нашего исследования в первой главе мы сделаем обзор учения рейнских мистиков об отречении от самости и «Я», проанализируем понятие отрешённости, а также сравним их учения о привязанности к земле и имуществу и о нестяжательстве со Священным Писанием. Во второй главе рассмотрим вопрос свободы и послушания как результата отречения от самости и «Я» и опишем роль опыта послушания в личной жизни христиан и в жизни Иисуса Христа, оставившего нам пример. На основании этого, в третьей главе, мы исследуем основы учения рейнских мистиков о возможности единства с Богом через оставление «Я» и самости, а также возможность единства и гармонии Царства Божьего на земле как на небе.

 Источниками дипломной работы послужили сочинения Мастера Экхарта и его учеников - Иоханна Таулера и Генриха Сузо. Привлекались также труды других богословов и философов, поднимавших интересующий нас вопрос, таких как Бл. Августин, Дионисий Ареопагит, Б.Паскаль, Л.Н. Толстой, Н.А. Бердяев, Л.И. Шестов, С.Л. Франк, В.Н. Лосский и др. Среди современных исследователей данной проблемы мы опирались на работы И.М. Прохоровой, М.Ю. Реутина, Р.В. Светлова, М.Л. Хорькова и др.

Глава 1. СРАВНИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ УЧЕНИЯ РЕЙНСКИХ МИСТИКОВ О САМОСТИ И «Я» СО СВЯЩЕННЫМ ПИСАНИЕМ.

Представители немецкой (рейнской) мистики занимают особое место в истории средневекового богословия и философии. Доктринальная умозрительность и неоплатоническая диалектика сочетаются в их учениях с тонким психологизмом и мастерством изложения глубоких истин. Рейнскую мистику по праву считают школой Мастера Экхарта. Мастер Экхарт, (ок.1260-ок.1328г.) - так его называли за приобретённую в Сорбонне учёность, - жил во время расцвета монашеских орденов и университетов. Это было смутное время для католической церкви, характеризовавшееся ослаблением папской власти и Авиньонским пленением пап. Экхарт становится монахом Доминиканского монастыря, затем студентом в Париже, а затем изучает Богословие в главном учебном заведении своего ордена в Кёльне. Здесь он и делает блестящую карьеру, став влиятельным человеком и ярким  проповедником. В 1326 году кёльнский епископ Генрих II обвиняет его в распространении еретических учений. В своём оправдательном письме в Авиньон, апеллируя к папе, Экхарт опровергает данные обвинения. Но, несмотря на это, назначается инквизиционная комиссия, которая выносит следующий приговор: «Из 28 утверждений, содержащихся в его работах, 15 являются еретическими,  другие же представляются слишком смелыми…»4 В истории западной культуры Экхарта считают предтечей протестантизма и основателем движения рейнской мистики, имевшей своё влияние даже на энергийную мистику афонского исихаста Григория Паламы.5 И.Таулер и Г.Сузо пытались смягчить проповеди своего учителя, так как напрямую их цитировать, как еретические, было нецелесообразно и небезопасно. Кроме того, они пытались примирить его мистические положения с нормами католического умозрения. Экхарт, как считают исследователи, был Страсбургским куратором бегинок  и бегардов.6 Беги́нки - религиозное движение, возникшее в средневековой Европе в 11 веке и достигшее общеевропейского масштаба в 13 веке. В 15 веке пережило спад, но просуществовало до Французской революции 1789 года. Членами данных религиозных общин были в основном женщины, позже организовалось мужское отделение под названием бегарды. Члены движения вели образ жизни, похожий на монашеский, но свободно могли выходить замуж или жениться. Организовывали своё житие в общежитиях и в отдельных жилищах, не признавали верховную власть папы. Проводили свои собрания в свободной проповеди евангелия, с удовольствием слушали проповеди Экхарта и других  вольных проповедников. В их среде зарождались новые религиозные веяния, которые церковь считала еретическими и пыталась искоренить их гонениями.

Ещё один проповедник, считающийся предтечей протестантизма  даже в большей степени, чем Экхарт, - это И.Таулер. На его учение тоже ссылался М.Лютер в своей доктрине реформированной церкви. Проповеди Таулера поражают своей глубиной, ясностью и необыкновенной эмоциональностью языка,7 что делает его речь более доступной простому обывателю, не имеющему схоластического образования. Итак, рассмотрение учения этих представителей движения рейнской мистики в нашем исследовании будет полезно всякому, кто пытается разобраться в вопросах самости  и «Я» в жизни христианина.

  1.  Учение И.Таулера об отвержении «Я» и самости в контексте Священного Писания.

«Самость - глубинный центр и выражение психологической целостности отдельного индивида. Она выступает как принцип объединения сознательной и бессознательной частей психики и, одновременно с этим, обеспечивает вычленение индивида из окружающего его мира».  По Г. Юнгу, «самость есть не только центр, но и полный круг, весь тот объём, включающий в себя и сознание, и бессознательное: она есть центр суммативной целостности, как «Я» есть центр сознания».8 Самость в человеке в понимании психологов не является чем-то негативным, в отличие от того, как характеризуют её и относятся к ней мистики, хотя у Юнга есть некоторая связь с религиозными подходами к пониманию самости. Вот некоторые комментарии к понятию самости К.Г. Юнга, - хотя самость здесь не представляется в отрицательном смысле, как у И. Таулера, но всё-таки подмечается её опасная сторона. «Чтобы не возникало впечатления об абсолютной доброкачественности самости», Юнг сравнивал самость с демоном, с властью, которая управляет и не имеет совести; а решение этических проблем выпадает на долю человека. Юнг предостерегал о том, что при вторжении самости необходимо как можно больше знать о её желаниях и действиях, проявляющихся, например, в форме сновидений. «Тогда не окажешься ни в полной власти архетипа, ни предашься своим собственным капризам».9

В чём отличие мистической психологии от современной научной? Как относится к самости И. Таулер в своих проповедях? О каком «Я» он говорит? И о каком понимании «не - Я» идёт речь в его учении?  Конечно, речь не идёт об уничтожении свободной воли человека в христианском понимании свободной воли. Но какие именно «Я»  и самость мы устраняем для того, чтобы достичь мистического единения с Богом,  это мы выясним в ходе нашего исследования.

В проповеди «Подготовка рождения Бога в нас» Таулер подмечает: «Чтобы родился в нас Бог, прежде должно исчезнуть наше «Я». Но отвержение «Я» требует постоянной бдительности…»10  И так, мы сами уничтожаем наше «Я» и сами предупреждаем его появление вновь. То есть происходит противостояние  духовного и греховного начал в человеке. Принадлежащее Богу, чистое, духовное «Я» должно устранить «Я» падшее, или греховное. «Я» продолжает жить полноценной жизнью, способно контролировать ситуации и в этом положении должно свободной волей устранить ту часть «Я», которую считает подлежащей устранению. «Только тому принадлежит Царствие Небесное, кто мёртв до конца».11  И так  человек, оставляя себя в живых, должен сам убедиться в том, что он «мёртв до конца». Эти слова вонзаются в сознание как гвозди, от них ничего не отнять и к ним не добавить, но они понятны только для тех, кто встал на путь умерщвления своего «Я» и самости. Такой человек внутренне отделяет  ту часть самости и «Я», которая в нём противится Богу и Его воле, от той, которая просто осознаёт себя индивидуальностью, созданной Богом и зависящей от Него по праву творения. Если сравнить учение апостола Павла о духовном и плотском человеке, то обнаружится, что идеи Таулера не противоречат его посланиям и оказываются ортодоксально евангельскими. Павел тоже учил об умерщвлении своих плотских желаний12 и о ежедневном умерщвлении себя.13 Он подробно описал сосуществование и противоборство в человеке двух разных начал, духовного и плотского, которые борются друг с другом, желая занять трон сердца. 14 И блажен, кто может слушать духовного, а плотского оставлять без внимания.

Во все века истории христианства  учение об оставлении «Я» и самости находило своих искренних последователей, особенно среди тех, кто принимал монашеский постриг. Они-то и являются нашими светилами, - они вели непрестанную войну со своим ветхим человеком, то есть со своим «Я». Конечно, многие из них рассматривали «Я» и самость только как причину своих плотских желаний (похотей) или обычных желаний членов тела. Поэтому суровость ограничений и аскетическая жизнь были избраны средством усмирения желаний телесных. Сравнивая такие взгляды на жизнь с учением апостолов, мы не найдем достаточных подтверждений этому. Если самость и «Я» греховны сами по себе, то они, по словам Таулера, кроются где-то глубже, чем наши телесно - физиологические желания.

Эту тему не обошла стороной и классическая литература. Интересным примером может послужить рассказ Л.Н. Толстого «Отец Сергий». Главный  герой рассказа отрубил себе палец, чтобы погасить влечение к блуднице, посетившей его келью. На сей раз это подействовало отрезвляюще и на него, и на блудницу. К сожалению, в другой раз наш герой не устоял и согрешил.15 В Христианских легендах Николая Лескова тоже много подобных случаев.16 Если буквально принимать слова Христа об отсечении соблазняющих нас членов тела, то можно прийти к тому, что не останется и членов для отсечения. Человек, живя в теле самки или самца, не может не реагировать на противоположный полюс магнита половой системы, и для этого есть выход - женитьба, избавляющая от необходимости убивать сии желания как греховные, что и рекомендует нам апостол Павел в 1 Кор.7:9. Кстати, к этому пришёл и М.Лютер. Физиологические желания тела естественны и не связаны напрямую с моим греховным «Я», хотя могут им же и разжигаться до бесстыдства (объедение, пьянство, блуд и заботы житейские).

Наше «Я» - это не просто желания тела, которые возбуждаются физиологией, о котором так усердно предостерегает нас Иоханн Таулер. Он не отвергает всех потребностей тела, но советует, удовлетворяя их, не давать им проникать слишком глубоко. Даже удовольствие от общения  с добрыми  людьми  не  должно привязывать нас, дабы мы могли сохранить наше сердце в отрешённом состоянии.17 В жизни нам даровано Богом достаточно страданий, и не надо изощрять их, придумывая себе всевозможные трудности, издевательства над своим телом, что очень часто рождает не отвержение своего «Я», а его утверждение.18 

Многие мысли проповедей И.Таулера остаются не до конца понятыми, но тем и интересны исследователю, что вдохновляют идти по пути познания истины, где мы открываем для себя много нового.

Таулер предлагает нам войти внутрь себя, однако ни мы, ни Бог туда войти не можем из-за препон и оболочек, построенных нашей душой и привязанностями.  «Это наросты самости и своеволия, и одержимости вещами и сущностями, к которым обращён человек и с которыми связан словами и делами в любви и ненависти, высокомерии или своеволии».19 Далее он говорит, как человеку необходимо отвернуться от своего ничтожества и всего, что он есть и кто он есть, исходя из самости своей. Только тот, кто совершенно оставит своё «Я» и достигнет «не-Я», придёт к состоянию, где кончаются все беды, и приходит единство с Богом. Исследуя все его проповеди, мы приходим к выводу, что «Я» и самость - это как бы то первородное зло, из которого начались все беды человечества.

Корни понятия самости можно рассмотреть через пророчество Исаии, который ясно показывает нам ошибку, совершённую первочеловеком Адамом («Все мы блуждали, как овцы, совратились каждый на свою дорогу». Ис.53:6). Совращение человека на собственную дорогу напрямую связано с предложением библейского змея: «Вы будете как боги» (Быт. 3:5). Этот грех до сегодняшнего времени нравится даже знающим Писание: быть самодостаточным, быть самому себе хозяином, единоличным правителем своей жизни, ходить своими путями и т.д. и т.п.  Библейское основание христианской жизни зиждется на убеждении, что человек был сотворён Богом и для Бога. Человек не сотворил сам себя, чтоб ходить своей дорогой. Это грех, а раз грех - то и беда для самого человека, ибо во грехе Бог видит человеческое горе и страдание. Своя жизнь, своя дорога, своё богатство, свои заборы, своя территория, и не только материальная, но и душевная, которую мы тщательно прячем за невидимыми  стенами души - это и есть наше горе. Человеческое «Я» из-за страха или из-за конкуренции строит непроницаемые заборы своей души, показывая внешним только то, что считает необходимым, а всё, что происходит внутри (мысленные соревнования, конкуренция, вражда, ненависть и войны), приходится тщательно скрывать. И всё это - немалое зло для него самого. Критикуя человеческое «Я» и его производные, то есть всё эгоистическое начало, Блез Паскаль (1623-1662) написал две интересные главы - «Себялюбие» и «Гордыня и дух тщеславия», включённые в «Мысли». Здесь он описывает, как себялюбие делает нас ненавистниками правды, когда мы пытаемся скрыть своё сердце, полное недостатков и эгоизма, от других, ярясь на всех, кто нам об этой правде скажет или даже приметит. «И выходит, что наша жизнь - нескончаемая иллюзия, ибо мы только и делаем, что лжём и льстим друг другу. В глаза нам говорят совсем не то, что за глаза….. Итак, человек - сплошное притворство, надувательство, лицемерие, причём не только когда речь идёт о других, но и о нём самом. Он не желает слышать правду о себе, он избегает говорить её другим, и эта наклонность, противная разуму и справедливости, глубоко укоренилась в его сердце. Если бы каждому человеку стало известно всё, что за глаза говорят о нём ближние, на свете не осталось бы и четырёх искренних дружеских связей - таково  глубочайшее моё убеждение».20 Итак, от человеческой самости и «Я» в жизнь вливается много зла, и не только в адрес ближнего, но и для нас самих, живущих в плену этой самости и своего «Я».

Гордость и тщеславие, берущие начало от нашего «Я» и самости, противны Богу тем, что они противоречат Его заповеди: «Любить ближнего как самого себя, не превозноситься один над другим, а почитать один другого высшим себя». Человек пал и потерял своё место, а теперь всеми силами желает возвысить себя, и если можно, то и за счёт унижения других, чтобы таким образом вернуть себе утраченную славу. «Нам не довольно нашей собственной жизни и нашего подлинного существа: мы жаждем создать в представлении других людей некий воображаемый образ и для этого всё время тщимся казаться. Не жалея сил приукрашиваем и холим это воображаемое «я» в ущерб настоящему».21 А сколько ещё зла человек делает своей жестокой критикой других, унижением чужих заслуг, и  всё это приносит в мир много страданий  и печали.

Почему самость и «Я», гордость и тщеславие так не нравятся Богу? Да потому не нравятся, что они противоестественны и абсурдны. Размышляя над этим сквозь призму Исповеди Аврелия Августина, мы вместе с автором осознаём,  как Бог нежно заботится о нас и фактически выращивает нас из Себя. Мы как веточка на лозе, - вот что значит наша личная жизнь пред Богом. Без Него мы и пальцем не пошевельнём. Жизнь - это Он, и «Я» немыслимо без Него. Не было бы Его, - не было бы и меня. Он Тот, Кто должен как бы держать над нами открытыми Свои ладони, дабы сообщать нам Свой дух жизни. Вот поэтому самость и независимость от Бога абсурдны.

Апостол Пётр говорит: «Бог гордым противится, а смиренным даёт благодать».22 Смирение привлекает благодать познания Бога  и познания самого себя. «Чем меньше и ничтожнее становится наше «Я», чем больше оно уподобляется долине, что лежит в самой глубине, куда текут все воды, и где всего плодородней, тем легче оно всецело погружается во внутреннюю божественную бездну и там исчезает в «не-Я».23 Смирение и осознание своей зависимости от Бога приводит нас к «не-Я». «Я» как росток от Бога продолжает существовать, но уже не мыслится как  что-то независимое, и определяется как «не-Я». Я мыслю себя и мыслю Его. Он может существовать без меня, но я без Него не могу.24 Это подобно тому, как и веточка не может без лозы, в повествовании 16-той главы Евангелия от Иоанна. Но если уж я существую в Нём и через Него, то и помыслить себя без Него не могу. Так что если уж кто-то может сказать, что он есть, должен признать и Того, Кто сделал возможным моё осознание себя живым. Это чудо, осознание которого приводит к смирению, к «не-Я», о чём так много проповедовал И.Таулер, и немало говорили также и другие мыслители. В частности, А.Августин во многих книгах своей Исповеди очень поэтично воспевает величие Того, Кто сотворил нас для Себя, так что нет нам покоя в своей самости. «...ибо Ты создал нас для Себя, и не знает покоя сердце наше, пока не успокоится в Тебе».25 «Разве это не великое несчастие - не любить Тебя? Горе мне!».26  

«Я» как хозяин собственной жизни должно быть устранено, а Тот, Кто во мне живёт Духом Святым, должен стать настоящим хозяином. Здесь искусство работы над самим собой становится не формальным, а настоящим сотрудничеством  с Богом, живущим в нас. Наше «Я» порывается, как и прежде, властвовать и заправлять жизнью, но душа, которая принимает решения, должна предпочесть ему Нового хозяина, который купил нас Себе Кровью Своею. «Я сораспялся Христу, и уже не я живу, но живёт во мне Христос».27 Здесь апостол Павел говорит о сораспятии  со Христом. Сораспяться - это почитать себя мёртвым для греха, для своего «Я», и живым для Бога. С этой логикой можно сравнить слова Г.Сузо: «Это я и называю совершенным (гармоничным) Я… и это не означает такого отказа от своего «я», при котором оно бы совершенно уничтожилось, а скорее оставление его без внимания, и это правильно».28 То есть, не естественные потребности и нужды души и тела человеческих остаются без внимания и удовлетворения, а скорее желания эгоистичного, греховного, ветхого человека, стремящегося жить своей собственной жизнью, независимой от Бога. 

Грех «Я» и самости как природа дьявола пристала к человеческой душе с грехопадением. «Я» мыслит себя единственным достойным особенного внимания. «Я» держит тело и душу в рабстве своих эгоистических желаний. Этот ветхий человек (или плоть), как говорит апостол Павел, желает противного духу и Богу. Ибо плоть желает противного духу, а дух - противного плоти: они находятся в противоборстве друг с другом, так что человек не то делает, что хотел бы. Выходит, что умом я не хочу делать плохие вещи, но в моём «Я» действует сила греха, делающая меня рабом греха, рабом моего «Я» и самости.  

Бог сотворил человека добрым, но грех сделал его эгоистичным и эгоцентричным. Зло «Я» и самости  слилось с моим подлинным «Я», которое было сотворено Богом как отдельное уникальное существо. Это сделало меня греховным существом, в котором «Я» помыслило себя верховным правителем моей жизни. Оно настолько возвысилось, что готово бороться с Богом, утверждая своё первенство и право на самоопределение в жизни. Тот, кто в действительности пожелает повиноваться Богу, найдёт в себе это ветхое греховное естество, цель жизни которого состоит в противлении Богу и всем другим богам, так как оно само себя почитает Богом и не признаёт над собой других богов. Практически это природа дьявола, который в своё время тоже пожелал быть подобным Богу. Наше «Я» - это наш бог, вот именно этого бога (наше «Я»), мы и должны оставлять без внимания, по словам Генриха Сузо. Или посчитать его распятым со Христом, по словам апостола Павла. Если вникнуть в суть искупительной жертвы Спасителя, памятуя о том, что Христос распял наш грех, мы приходим к выводу, что «Я» и самость есть порождение грехопадения. Это подтверждает и притча Иисуса о блудном сыне, которую Он привёл в пример, когда говорил о том, как на небе ангелы радуются об одном грешнике кающемся. И здесь Он показал, как блудный сын, однажды избравший свою дорогу, возвратился в покаянии к отцу. Это можно сравнить с местом из книги пророка Исаии (Ис. 53:6), о котором мы уже упоминали выше.

1.2. Учение об отрешённости у М.Экхарта и И.Таулера.

Отвержение самости и своего «Я»  приводит к блаженной нищете духа, полной невозмутимости и совершенной отрешённости, которые характеризуют полноту жизни в Боге. Отрешённость - это особая тема в рейнской мистике, проясняющая поворот человека от самости к Богу. Мастер Экхарт ставит отрешённость выше любви и смирения. «Иные мудрецы ценят смирение более многих других добродетелей. Я же ставлю выше всякого смирения отрешённость».  «Смирение может существовать и без отрешённости, но совершенная отрешённость не мыслится без совершенного смирения».29 Это истина, скажет всякий, кто желает в своей жизни прийти к оставлению своего «Я» и самости. Отрешённость в этом случае подобна находке драгоценных жемчужин для ищущего. Конечно, нелегко понять Экхарта и его глубоко философские рассуждения об отрешённости, но именно отрешённость является основным инструментом по оставлению своего «Я» и самости. Если достижение той отрешённости, которую проповедует Экхарт, - труднейшая из стоящих перед мистиком задач, то возможно, что полное оставление «Я» и самости недостижимо в земной жизни. Это подтверждают те, кто в личной жизни встал на путь сей добродетели. Сколько бы человек ни стремился к отрешённости, всё-таки он видит себя не достигшим цели, равно как и оставление самости и своего «Я» не происходит раз и навсегда. Как говорит Таулер, мы должны следить за собственным «Я», как за скошенной травой, которая вновь подрастёт, и которую необходимо стричь. Подобно этому высказывается и апостол Павел (?), говоря: «Я каждый день умираю».30

Итак, мистик продолжает стремиться к совершенному единству с Богом  через отрешённость, оставление «Я» и самости, так как другого пути нет. Отрешённость делает нас способными отказаться от «Я» и самости, и без отрешённости помыслить эту битву выигранной невозможно. На основании проповедей Таулера, как мне кажется, легче подойти к пониманию отрешённости.  Он  как бы приземляет все формулировки и делает доступным то, что должно быть доступным и принятым в жизнь простого христианина, живущего на земле в обычных жизненых обстоятельствах. Это делает отрешённость частью жизни  каждого верующего, а не только умудрённых великих учителей-мистиков. Каким образом отрешённость становится неотъемлемой частью жизни тех, кто стремится к совершенному единению с Богом? Мы должны принять её насколько это возможно или доступно для каждого лично, в зависимости от его духовного роста, как говорил апостол Павел: «Впрочем, до чего мы достигли, так и должны мыслить и по тому правилу жить».31 Каждый из нас прирастает в Богопознании, и на этом поприще не предвидится конца. Чем больше я познаю, тем больше понимаю, что ничего не знаю.

Итак, истинная отрешённость в том, чтоб отвернуться от всего, что не есть Бог, и что не есть Его воля, но  что есть наша самость и «Я». «Там где правят и вершат эти три добродетели: отрешённость, неделание и нестяжание, любовь становится столь глубокой и всемогущей, что вбирает в себя всякую сущность, всем может помочь и всех сделать счастливыми».32 Отрешённость, неделание и нестяжание - эти три понятия будут рассматриваться в данной главе. Отрешённость - есть истинное оставление своего «Я», открывающее вход в «царство непоколебимое» (Евр 12:28). Всё, что человек может назвать своим, должно быть оставлено. Рейнские мистики описывают это оставление «своего» на трёх уровнях: материальном (имущество, связи), интеллектуальном (знания, представления) и духовном (переживания, религиозный опыт). Достигнутая нищета духа позволяет отрешённому сердцу соединиться с Богом. Человек не может войти внутрь себя, чтобы соединиться с Царством Божиим, без глубокой отрешённости. Насколько он стал отрешённым, настолько он  и входит в Царство Божие.

Учение мистиков об отрешённости вполне согласуется с учением Иисуса. А Он предлагал отрешиться от всего, что имеют, тем, кто хотел стать Его учеником. «Так всякий из вас, кто не отрешится от всего, что имеет, не может быть Моим учеником».33 Стремящийся к Богопознанию должен отвергнуть своё знание и свой опыт даже в добродетелях и пожелать стать учеником Христовым, в полном смысле слова.

Другими словами, желание стать учеником Христа обязывает к перемене жизни, к полному переучиванию, и более того, к нахождению в ученичестве всю вашу жизнь, в смысле следования за Своим Учителем. Как ученикам Иисуса пришлось отказаться от материальных благ, комфорта, от лени, от желаний своих самости  и «Я», чтобы ходить за Иисусом, учась у Него и служа Ему помощниками, так и каждому, кто сегодня хочет стать Его учеником, нужна сия добродетель - отрешённость.

Тот, кто хочет научиться от Него, жить на земле так, как жил Иисус,  знает, что без отрешённости от всего, что имеешь, не сможешь идти за Ним так, как Он ходил за Отцом. Отрешиться от всего, что имеешь, означает, что у истинного верующего не должно быть ничего своего. В следующих пунктах об этом будет сказано подробнее. Отрешиться от всего - это значит ничто дарованное Богом, даже саму жизнь, не делать преградой для послушания Ему. Иисус избрал Себе учеников и послал их по двое туда, куда Сам хотел идти.34  Вот для того, чтобы они могли пойти туда, куда хотел Иисус, а не туда, куда хотели сами ученики, им нужна была отрешённость. Отрешённость необходима и для того, чтобы вообще услышать голос Божий в своём сердце и согласиться признать это голосом и повелением Божиим, и затем подчинится сему повелению, а без отрешённости этого сделать невозможно. «Оставайся отрешённым от всех людей, пусть никакое восприятие не волнует тебя, освободись от всего, что может иметь чуждое воздействие на твоё существо, что может привязать тебя к земному и принести тебе горе, и обращай непрестанно твою душу на целительное созерцание….».35 Следуя этому наставлению, истинно отрешённый человек будет пребывать в совершенной радости.36  Отрешённый будет пребывать в Царствии Божием, которое есть мир, праведность и радость во Святом Духе.37 Отрешённый может войти в Царство Божие, а оно внутри нас. Тот, кто не может оставить внешние вещи, тот не сможет войти внутрь себя, где обретается Царство Божие, а с ним мир и радость. «Покой этот во всех вещах и положениях узнаёшь и обретаешь только в истинном отрешении и внутренней углублённости».38

Если отрешённость, неделание  и  нестяжание - это те добродетели, что приводят нас в Царство Божие, то отрешённость не случайно поставлена автором на первое место. Именно отрешённость позволит нам понять уроки неделания и нестяжания. Она сделает нас способными подчиниться Богу и принять подчинение как неотъемлемую часть жизни. Человек, достигший этой добродетели, «в своей непоколебимой отрешённости подобен горе, которая остаётся неподвижно стоять при сильных порывах ветра».39  Эта отрешённость помогла Библейскому Иову устоять в тяжёлых испытаниях и быть вознаграждённым Богом за верность. Отрешённость позволит нам мыслить себя одним из членов тела Христова и согласиться на соединение своей жизни с другими членами этого тела, отвергнув самость и своё «Я». Учение мистиков - об отрешённости как лекарство от всех бед, встречающихся на пути духовного роста человека. Это лекарство от всех духовных болезней человека, о которых пойдёт речь дальше.

  1.  Писание и рейнские мистики о богатстве и мирских привязанностях.

Когда человек оставил Бога и стал самому себе хозяином, у него появилась собственность. С тех пор он как бы нанялся бессменным охранником своей собственности  (своей личной жизни, всего своего). Поэтому человечество часто похоже на охранных собак. И уволиться человек из этой охраны не может, не попрощавшись с «Я» и самостью. А увольнение приходит через откровение, что теперь свою жизнь я перепоручаю Новому Хозяину, так пусть теперь Он и заботится и думает, как это всё сберечь. И Писание подтверждает это. «Все заботы ваши возложите на Него, ибо Он печётся о вас» (1Петра 5:7). Человеку нелегко нести бремя забот о себе, о своём, о границах, определяющих его территорию, которые  всякий  пытается  нарушить.  Всё это приводит к стрессам и кризисам жизни, к распрям и войнам.

Вот что говорит об этом Генрих Сузо: «Что же приводит людей в заблуждение и отнимает у них блаженство? - единственно - последнее «Я», в котором человек отворачивается от Бога и обращается к самому себе, хотя надобно ему возвратиться в Бога: он же утверждается в собственном «Я», основанном на его личной самости, и в слепоте своей приписывает себе то, что принадлежит Богу».40  Это высказывание можно сравнить с проповедью И. Таулера «Царство Божие внутри нас». Здесь он снова показывает греховную сущность нашего «Я» в его постоянной борьбе за своё. «Посмотришь окрест и содрогнёшься, как же рьяно человек ищет во всём, и в других людях тоже, только СВОЁ… будь то наслаждение или польза, честь или заслуга - всегда только для себя, для своего «Я». Эта одержимость своим «Я» и своекорыстие въелись столь глубоко, что не только внешний, но и внутренний человек стал весь устремлён на земное».41 

Учение Иисуса пронизано этим настроением. «Ищите прежде Царствия Божия, а всё остальное вам приложится» (Матф.6:33). Но человек не знает своего вечного бытия и устремлён к земным ценностям жизни. Писание говорит, что мы искуплены Христом от суетной жизни, преданной нам от отцов,42 а Иисус обличает заботы «века сего» в подобных выражениях: «что вы как язычники, ищете только то, что вам есть, что пить или во что одеться». Бог призвал верующих быть священниками Бога на земле и думать о том, как миру открыть глаза на небесные вечные ценности, а не суетиться чрезмерно о земном.

В своих доводах Таулер ссылается на пророка Иезекииля, который услышал  Божественное слово о священниках, входящих во Святое Святых, что они не должны иметь имущества, но сам Бог будет их имуществом.43 Это касается всех, кто хочет войти в Божественную сокровенность: «они ничего не должны брать с собой, всё их имение и всё их добро должна составлять одна только безымянная сущность Божия».44 Удивительная параллель с первыми христианами: «У множества же уверовавших было одно сердце и одна душа; и никто ничего из имения своего не называл своим, но всё у них было общее» (Деян.4:32). Своё имение у них было, но они его не называли своим. Не должно быть имущества не в прямом смысле, а в том, что их имущество и они сами принадлежат Богу, - и об этом благочестивый человек должен помнить. И если вдруг этим имуществом надо будет поделиться с нуждающимся, то они это сделают с радостью, как для Бога.

Царство Божие внутри нас. Это не наше царство, а Божье. Ничто так не вредит человечеству, как своё собственное царство и своё имущество, к которому человек приставлен бессменным охранником. Это царство нашей души и самости  так же мешает нам войти внутрь себя, где можно повстречаться с вечным Богом. Наша самость и наша душа оперирует только тем, что может появиться во времени. Этим она и богатеет и гордится, но именно всё это необходимо оставить, дабы соединиться с Тем, Кто вне времени и вне материальных благ. Бог не против нашего имущества, но против того, чтобы оно занимало храм (сердце). Таулер говорит: «Чтобы сокровеннейшая глубина нашей души стала достойной обителью Божией, мы прежде должны изгнать из неё продающих и покупающих, а именно зловредный дух своекорыстия, и стяжательства, жадности и посягательства на внешние блага, а также всё, что служит своеволию «Я». После того, как изгнано всё, что не есть Бог, что несоизмеримо с Богом и не равно Ему, душа снова становится такой, какой должна быть по своей сути, - храмом Божиим, в котором поистине обитает Бог».45

Наше «Я» и всё, что принадлежит ему, есть то, от чего рождаются все беды, которые заканчиваются, когда мы достигаем «не-Я».

Человек как духовное существо должен ценить духовные вещи и видеть духовными очами. В настоящее время, живя в животном теле, человек проникается животными инстинктами, которые подсказывают ему путь выживания, но выживания, к сожалению, только телесного и временного, но не вечного, духовного, нашего подлинного внутреннего существа.

Духовные глаза человека как бы покрыты пеленой. И если бы их не было вообще, то человек был бы не более чем животное. Что же за пелена покрывает внутренние глаза человека, что он не видит божественный свет и красоту Царства Божьего? Это привязанность к вещам и творениям внешнего мира, к себялюбию и собственничеству. Это наросты на глазах. «Наросты самости, своеволия, и одержимости вещами и сущностями, эти и другие вещи закрывают его внутренние глаза и удерживают его вдали от его сокровеннейшей глубинной сущности и тем самым от Бога». «Если все земные вещи приносят человеку радость, - говорит Таулер, - то в тысячу крат больше блаженство того, кто предаёт себя Сотворившему все эти вещи и твари».46

Иисус говорил: «Смотрите, берегитесь любостяжания, ибо жизнь человека не зависит от изобилия его имения». Но ведь нам кажется как раз наоборот, что жизнь человека зависит от изобилия его собственности. Но какая жизнь? Животная (телесная) или духовная? Борьба за телесное существование - это забота о доме, в котором мы временно проживаем. Но жизнь человека далеко не ограничивается его пребыванием в смертном теле. И Таулер предлагает нам, живя в этом смертном теле, входить вовнутрь себя, дабы на этой скорбной земле находить и переживать атмосферу Царства Божия. О Царствии Божием и о практике его приобретения  и  говорится  в  серии его проповедей, собранных в книгу «Царство Божие внутри нас», которую стоит прочитать каждому христианину. К сожалению, человек своими ценностями уподобился животному. Пропитание, жильё, противоположный пол, семья, дети. Всё это, как известно, есть ценности «века сего».

Во времена Иисуса Христа люди тоже готовы были пройти далёкий  путь, лишь бы напитать свой желудок, для этого они и разыскивали Иисуса на другом берегу моря. Но заметьте, что говорит им Иисус: «Истинно, истинно говорю вам: вы ищете Меня не потому, что видели чудеса, но потому, что ели хлеб и насытились.  Старайтесь не о пище тленной, но о пище, пребывающей в жизнь вечную, которую даст вам Сын Человеческий, ибо на Нём положил печать Свою Отец, Бог».47 Христос отвращает нас от привязанности к земному, не для того, чтоб мы голодали или выглядели нищими, но для того чтобы расставить правильные приоритеты, оставив время на заботы о духовном хлебе.

Любить Бога и ближнего, как самого себя - это две основные заповеди Библии. Одному юноше Иисус сказал: «..Если хочешь быть совершенным, пойди, продай имение твоё и раздай нищим; и будешь иметь сокровище на небесах; и приходи и следуй за Мною».48 Затем добавил, обращаясь к Своим ученикам, что трудно богатому войти в Царство Небесное. Да, дело в том, что в богатстве много тщеславия, самости, самонадеянности и гордости, - и всё это противно Богу. В  Библии мы находим повествование о достаточно богатых рабах Божиих, и притом благочестивых. И одним из таковых был Иов.

«И сказал Господь сатане: обратил ли ты внимание твоё на раба Моего Иова? Ибо нет такого, как он, на земле: человек непорочный, справедливый, богобоязненный и удаляющийся от зла».49 Словом «непорочен» подчёркивается, что речь идёт о человеке, каким он должен быть, каким его задумал Бог.

Бог сотворил человека по образу и подобию Своему, его непорочность - это образ и подобие Божие, которые были свойственны ему до грехопадения. Иов был образом и подобием Божией благости на земле. Он кормил сирот, вдов, принимал странников, давал кров и пищу нуждающимся людям. Он был богатейшим человеком востока, но были вместе с тем и непорочным. Мы видим, что богатство не делает человека порочным. Он разделял своё богатство по нуждам людей. Но особенная черта этого непорочного человека в том, что это богатство ему не принадлежало. Потеряв всё, он сказал: «Наг я вышел из чрева матери моей, наг и возвращусь. Господь дал, Господь и взял; да будет имя Господне благословенно»!»50 

Бог назвал его Своим рабом. Действительно, Иов и сам считал себя Его рабом. А у раба нет ничего своего. У раба нет собственности, всё его имущество принадлежит Господину. Поэтому Бог назвал его непорочным, то есть таким, каким Он его и сотворил. А порочность человека заключается в том, чтобы быть самому себе хозяином и не быть рабом Божиим.

Другой богатейший человек востока, царь Соломон, тоже был богатым человеком, но другого типа. Богатство Соломона выросло на непомерных налогах, а это, как известно, обкрадывает бедного. Его богатство принадлежало ему, и когда у его сына Ровоама просили снизить налоги, тот наотрез отказался, за что и поплатился потерей около 90% налогоплательщиков (своих подданных).51 Богатство же Иова  принадлежало Богу, а он лишь распоряжался им по справедливости, был испытан на непорочность и взамен утерянного получил вдвойне богатства и славы. Уверен, что и тогда он всё считал принадлежащим Богу. Таулер в своей проповеди «Жить духом» говорит: «Многие так жадны до обладания и удовольствий, что Богу приходится отбирать их богатство. Если бы отказались они от себя, богатство их не было бы отобрано, напротив, многократно бы возросло».52 

Бог не против богатства. Но вопрос спасения - это вопрос отказа от собственности в пользу Бога. Это не значит, что её надо отнести в религиозную организацию. Нет, мы продолжаем ею владеть, но уже в качестве распорядителей  Божьего имущества. Но Бог, разбираясь с нашей самостью и нашим «Я»,  идёт дальше материальной собственности и приходит к величайшей собственности, - и это наша жизнь, которая теперь уже должна принадлежать Ему. Мы можем быть хозяевами фабрик, заводов и городов, но и мы, и наше имущество – всё принадлежит Богу, а мы лишь управители, до срока, Отцом назначенного.

Здесь следует заметить, что Бог вмешивается в жизнь тех, кто последовал за Ним, но чьё сердце ещё наслаждается самостью и жадно до обладания и удовольствий. Он ждет, когда человек добровольно передаст во владение Богу не только имущество, но и всю свою жизнь. Откажись от себя, и пусть всё твоё принадлежит Богу, тогда эти блага не только не будут отобраны, а наоборот, приумножатся. Преподобный Симеон (Новый Богослов) в своих гимнах много обличал тех, кто стоит на службе в церкви, а между тем думает о том, как побольше извлечь из этого выгоды.53

  1.  Нестяжание как аскетическая практика и христианская добродетель.

Нестяжательство, о котором учит И.Таулер, предполагает глубокие внутренние перемены сердца, и об этом нельзя говорить поверхностно. Например, три ключевых для рейнских мистиков понятия: отрешённость, неделание и нестяжание - способны вызвать недоумение у секуляризированного сознания нашего современника, скептически относящегося к Богоисканию и Богопознанию. Ему может представиться образ бездельника и нищего, но это только с позиции обмирщённого здравомыслия. «Там, где правят и вершат эти три добродетели: отрешённость, неделание и нестяжание, – любовь становится столь глубокой и всемогущей, что вбирает в себя всякую сущность, всем может помочь и всех сделать счастливыми».54 Здесь Таулер говорит о любви, которая  не отделяет «моё личное» от других, а вбирает в себя всякую сущность. Отрешённость, неделание и нестяжание - это добродетели, вознаграждающие отвержение своего «Я» и самости, и этими добродетелями владеют немногие. «…Пусть человек исполнится той деятельной любовью, которая направлена не на отдельные существа, но на всех без изьятия с милосердием ко всем и готовностью помочь».55 

Идея нестяжания как следствия отвержения своего «Я» и самости – одна из ключевых в христианстве. Заволжские старцы во главе с Нилом Сорским (1433 - 1508), которых впоследствии назвали нестяжателями, были носителями  этой идеи на православной почве. Это был особенный период поисков истины, век расцвета исихазма. Исихасты (движение среди византийских монахов, практиковавших пустынножительство и практику умной Иисусовой молитвы), как и нестяжатели в России, считали, что собственности не должно быть, так как собственность вызывает греховные чувства, зависть, соперничество, ревность и пр. «Нестяжатели ратовали за то, чтобы монахи не поддавались мирским соблазнам, чтоб монастыри отказались от стяжания в виде приобретения имущественных ценностей, материальных богатств..».56 Идеи, которые зарождались в среде нестяжателей, были глубоко христианскими, можно предположить, что они могли бы привести церковь к реформам и даже реформации, если бы вышли за стены монастырей в мир. Но в результате победы иосифлян над нестяжателями, закреплённой собором в 1503г., это движение осталось лишь внутрицерковным. «При Иване 4 Иосифляне окончательно взяли верх, гонения обрушились на всех заволжских старцев, и нестяжательство как социально-религиозное движение практически исчезло».57  Возможно, отчасти нестяжательство  сформировало в душе русского человека такое ограниченное представление о святом человеке, ассоциировавшее святого с нищетой, убогостью и кельей. Этика нестяжания была этикой недеяния.   

Запад же развивался в рамках другого взгляда на отрешённость и нестяжание. Здесь мы видим посвящение себя Богу именно в труде и прилежном исполнении своих обязанностей. Труд рассматривался как ревностное служение Богу  и  ближнему. Святой - это трудолюбивый и прилежный человек, способный помогать нуждающимся людям. Об этом нам и говорит апостол Павел.

Именно об этике труда и прилежности писал Макс Вебер в труде «Протестантская этика и дух капитализма». Этот социолог в своих исследованиях доказывает, что именно посвящение Богу в прилежном труде  привело запад к столь успешному экономическому развитию и процветанию. Он показывает, что капиталистическая система сформировалась именно благодаря изменению религиозных воззрений, прошедшему в обществе благодаря реформации. Аскеза из монастырских стен вместе с М.Лютером, тоже оставившим стены монастыря, пришла в мир. И святая прилежная, трудолюбивая жизнь, свободная от излишеств, требовалась теперь уже не от монашествующих, а от всех христиан. Особенный вклад в это мировоззрение привнесло Кальвинистское движение.58 И это именно то, чего, на мой взгляд, не хватает сознанию российского христианина.

В России Богопочитание выражалось не в прилежных трудах и ограничении излишеств, а в беззаботном странничестве. Люди могли ходить месяцами по монастырям в поисках истины. Странничество приводило к свободной  и ленивой жизни. «В России самодержавной – монархической легче было быть странником, чем в России советской, одержимой стремлением к тоталитарной организации жизни».59 Понимание нестяжательства и духовности не должно подыгрывать нашей лени, тунеядству или альфонству. Здесь как раз уместно напомнить слова апостола Павла: «Если же кто о своих и особенно о домашних не печётся, тот отрёкся от веры и хуже неверного» (1Тим.5:8). Или:«…если кто не хочет трудиться, тот и не ешь» (2Фесс.3:1).

По словам И.М.Прохоровой И.Таулера в гораздо большей степени, чем Экхарта и Сузо, можно считать предтечей протестантизма. Следующая характеристика Таулера, на мой взгляд, очень точна. «Как представитель практической мистики и живого деятельного христианства Таулер был далёк от какого-либо фанатизма. Монашескому бегству от мира он противопоставил задачу преодоления мирского в себе. Он учил, что Царствие Божие следует искать там, где оно спрятано, в глубине души, хотя это и требует от человека огромных усилий».60

Понятие  нестяжательства является   антонимом любостяжанию, о котором нас предупреждает апостол Павел. «Итак, умертвите земные члены ваши: блуд, нечистоту, страсть, злую похоть и любостяжание, которое есть идолослужение» (Кол.3:5). Апостол Иоанн, характеризуя ценности этого мира, говорит: «Ибо всё, что в мире: похоть плоти, похоть очей и гордость житейская, не есть от Отца, но от мира» (1Иоан.2:16). А Соломон об этом говорит так: «У ненасытимости две дочери: давай, давай» (Прит.30:15). Человек никогда не может сказать своему богатству: «Довольно!» Каждый думает, как его умножить, и богатство становится идолом, которому человек  приставлен рабом. Этот идол  называется  мамона.  «Никто не может служить двум господам: ибо или одного будет ненавидеть, а другого любить; или одному станет усердствовать, а о другом нерадеть. Не можете служить Богу и мамоне».61 Нестяжательство целенаправленно ограничивает себя в излишних благах для высвобождения личного времени, а это позволяет нам позаботиться о своей душе и о  ближнем.

Поликарп Смирнский, обличая пресвитера Валентина, пишет в своём послании к Филиппийцам: «Я сильно опечалился из-за Валентина, который некогда был у вас пресвитером, что он так забыл данный ему сан. Поэтому умоляю вас — берегитесь любостяжания [6] и будьте чисты и правдивы. Воздерживайтесь от всякого порока. Кто сам не может воздержаться от этого, как он будет проповедовать о том другому? Кто предаётся любостяжанию, тот оскверняется идолослужением и достоин считаться в ряду язычников».62 

Одна из десяти заповедей закона Моисеева - «не пожелай», перекликается с буддизмом, а именно с учением о четырёх благородных истинах, в которых сказано, что жизнь это страдание, а страдания вызваны желаниями. Устранением желаний устраняем страдания. «Вот, монахи, благородная истина о прекращении страдания: избавление от этой жажды путём полного отречения от желаний, запрета на желания, отказа от желаний, устранения желаний, уничтожения желаний».63  Конечно, мы не можем придавать божественность самому нежеланию, так как мы должны желать исполнять волю Бога. Но справедливо то, что страдания приходят от наших плотских желаний и нашего любостяжания. Апостол Иаков в своём послании обличает тех, чьи желания приводят к вражде, раздорам и даже убийству. «Откуда у вас вражды и распри? Не отсюда ли, от вожделений ваших, воюющих в членах ваших? Желаете — и не имеете; убиваете и завидуете — и не можете достигнуть; препираетесь и враждуете — и не имеете, потому что не просите. Просите, и не получаете, потому что просите не на добро, а чтобы употребить для ваших вожделений».64 Итак, здесь ясно показано, как наши эгоистичные желания, не согласованные с волей Божией, приводят к страданиям не только нас, вожделеющих чего-либо, но и окружающих. Вот поэтому нестяжание - это освобождение человека от многих страданий и высвобождение Его к стяжанию Царства Божьего. «Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это всё приложится вам» (Матф 6:3). Но это уже другого рода желание, страсть к деланию всего для славы Божией и Его Царства. И на этом поприще Бог желает видеть нашу прилежность и наши желания,  целеустремлённость и даже страсть в достижении целей, Богом поставленных. «Братия, я не почитаю себя достигшим; а только, забывая заднее и простираясь  вперед, стремлюсь к цели, к почести вышнего звания Божия во Христе Иисусе» (Фил.3:13-14).

И.Таулер пишет о рождении в нас Бога, а Он Тот, Кто думает о человеке и заботится о нём. Но чтобы родился в нас Бог, прежде должно исчезнуть наше «Я». А оно может быть ленивым, эгоистическим, равно как и трудоголическим. Отрешённость, неделание, нестяжание, - это, по словам И.Таулера, есть то, что делает тебя подобным Богу, любовь Которого вмещает в себя всякую сущность, и всем может помочь, и всех сделать счастливыми. Кто пытается дойти до такого состояния внутреннего человека на опыте личной жизни, тот понимает, к какой величайшей перемене сознания и понимания божественной высоты, широты и глубины Бога в нас призывает И.Таулер. Нестяжание здесь имеет не только материальное значение, а ещё более - смысл нестяжания славы собственному имени, своей самости и индивидуальности. Христос должен поглотить нас, дабы во всем прославлялся Он. И этот мистический опыт единения с Богом может стать реальностью в жизни каждого верующего. Но без полной самоотдачи и посвящения к этому единению не прийти.

«Может быть, кому-то удалось кинуть сюда быстрый взгляд в состоянии озарения, но родилось оно не в них, ибо без совершенного воплощения трёх добродетелей - полной отрешённости, неделания и нестяжания туда не попасть».65 Для достижения этого озарения не нужно быть большим философом или религиозным деятелем, в это блаженное состояние может погрузиться всякий желающий единения с Богом. Н.Бердяев описывал слепого по имени Акимушка, совсем безграмотного человека, общением с которым он очень дорожил, тот, в свою очередь, делился с ним духовными истинами, о которых мы сейчас рассуждаем, притом сам никогда не слышал о Мастере Экхарте и его проповедях о человеческом «Я».66 

Л.Н.Толстой, утверждая учение Христа как то, по которому предложено нам жить, в частности, истину о непротивлении злому и злу вообще, много писал о том, как мы извратили Писание, и живём под властью своего эгоизма и нашего «Я». «Мы до того дошли, что есть много людей (и я был в числе их), которые говорят, что учение это мечтательно, потому что оно несвойственно природе человека. Несвойственно, говорят, природе человека подставить другую щёку, когда его ударяют по одной, несвойственно отдать своё чужому, несвойственно работать не на себя, а на другого. Человеку свойственно, говорят, отстаивать себя, свою безопасность, безопасность своей семьи, собственность, другими словами, - человеку свойственно бороться за своё существование. Учёный правовед научно доказывает, что самая священная обязанность человека есть отстаивание своего права, то есть борьба».67 Вот вам наше «Я», всюду «Я», «Я» и самость. Интересно, что Бердяев, высказываясь о Л.Н.Толстом, в «Русской идее» говорит: «Я очень любил Л.Толстого, но не любил толстовцев». По его словам, у толстовцев  не  было посвящения учению Христа, как не было его и у тех, кого критиковал Л.Н.Толстой. Хотя и в жизни Толстого тоже не было того посвящения, какое он мог предложить в своих философских размышлениях. Так и сегодня глубокое следование заповедям Иисуса - довольно редкое явление в жизни. А понимание отрешённости, неделания и нестяжания кажется чем-то взятым из средневековья и неприменимым в нашем капиталистическом мире.

Б.Паскаль говорит, что в стяжательстве много несправедливости, о которой мы и не подозреваем. «Людям не удалось изобрести способ ублаготворять собственное корыстолюбие, не нанося при этом вреда другим людям. До чего же извращены людские суждения, если нет на свете человека, который себя не ставил бы превыше всех людей на свете и не дорожил бы собственным благом, каждым часом своего счастья и своей жизни больше, нежели благом, счастьем и жизнью всех прочих людей на свете».68 А вот свидетельство Толстого: «А между тем всё устройство нашей жизни таково, что всякое личное благо человека приобретается страданиями других людей, которые противны природе человека».69 

Глава 2. СВОБОДА И ПОСЛУШАНИЕ В ХРИСТИАНСКОЙ ЖИЗНИ.

Свобода и послушание являются теми составляющими нашей жизни, которые одна без другой существовать не могут. Не имея свободы, человек не мог  бы решиться на послушание. И его послушание доказывает, что он истинно свободен. Не сотвори Бог человека с его свободной волей, незачем было бы и заповедь провозглашать. Человек сам должен выбрать, кому служить, и  подчинившись в послушании Богу, может доказать свободу собственной воли, которой избирает послушание.

2.1. Отвержение своего «Я» не уничтожает личность, волю и творчество.

Давайте рассмотрим, как отречение от самости и «Я» не лишает человека личности и свободной воли. Воля Божья нуждается в воле человека, чтоб быть воплощённой в жизни на земле. Там где Таулер говорит о смерти самости человека, не говорится о смерти его личности, осознающей себя индивидуальностью, имеющей свою волю и желания. До грехопадения человеческая индивидуальность была завершена,  и  человек  прекрасно без греха понимал, что он есть отдельная личность, но зависящая от Бога. Наше «Я», то есть ветхий человек, - это уже греховная сущность, перешедшая человеку от дьявола. Это внутреннее состояния греховности, не признающее над собой никакой власти, признающее самого себя своим богом и не приемлющее в жизни смирения и повиновения. Если кто и считает, что христианин - это порабощённое существо, а грешник - свободное, то на это можно возразить словами Кирилла Лукариса - патриарха Константинопольского. «Мы верим, что свободная воля мертва у невозрождённых, потому что они ничего благого сотворить не могут, и всё, что они творят, есть грех. Что благодатью Святого Духа воля в  возрождённых была пробуждена к жизни, и что действует она также не без помощи благодати».70 Поэтому нам легче признать несвободу грешников, чем несвободу верующих, которые имеют и свободу, и силу для совершения всякого действия, в том числе для подчинения себя Богу, чем грешники похвастаться не могут. И грешники, по сути, не те, кто себя ведёт ужасно, но те, кто не могут подчинить себя Богу. Лосский В.Н. говорит о свободном отказе от собственной воли, от видимости индивидуальной свободы, чтобы вновь обрести истинную свободу – свободу личности, которая есть образ Божий.71  Именно видимость индивидуальной свободы, - вот всё, что имеет человек без Бога.

Когда Таулер описывает мистическое единение человека с Богом, то это не означает устранение человека, его растворение в бездне Богобытия, иначе теряет ценность сам акт творения. Скорее это подобно тому, как соединяющийся с женщиной становится одна плоть с нею, - соединяющийся с Господом становится один дух с Господом.72 Критики немецких мистиков обвиняют их именно за учение о полном слиянии человека с Богом, не усматривая в таком слиянии синергии Бога и человека. Однако, как раз у немецких мистиков глубина синергии доказывается её практической завершённостью, воплощённой в жизнь на личном опыте. Чудесное слияние в одно с Богом возможно только через отказ от своей порочной и бесплодной самости. Кто вошёл в глубину самого себя и увидел, насколько ничтожны наши дела самости и «Я», тот никогда не пожелает их считать чем-то важным, достойным внимания. А кому ещё не открыта греховность, низость и бесплодность делания, (человеческого, без Бога), тот ещё считается с делами самости и выставляет их напоказ. Воля человека существует и участвует в смирении и подчинении самой себя воле Бога. Тот, кто пытался подчинить себя Богу, знает, как необходима живая и действенная воля, чтобы  отказаться от своего «Я» и самости и перепоручить себя Богу, и удержать себя в подчинении, когда сила искушений возбуждает в нас похоть к самости и неподчинению. Таким образом, о подчинивших себя Богу можно сказать, что они не только не потеряли волю, но и обладают сильной волей. В проповеди о рождении Бога в нас Таулер подчёркивает именно волю и бдительность, и притом с исчезновением нашего «Я». «Чтобы родился в нас Бог, прежде должно исчезнуть наше «Я». Но отвержение «Я» требует постоянной бдительности, ибо держаться за старые привычки  - всё равно, что приращивать отрезанные волосы. Поэтому нужно всё время проверять, не проросли ли где-то прежние наклонности, чтобы вовремя с корнем выполоть их. Поначалу такой самоконтроль труден, но со временем становится всё легче. И то, что поначалу требует железного упорства и неустанной выдержки, в конце концов происходит само собой».73 В том-то и заключается синергия Бога и человека, и без воли человека и его упорства настоящего слияния  не произойдёт. «Если мы столь же совершенно откажемся от своей самости, как Иисус, то наше единство с Отцом будет столь же совершенным, как и у Него».74 Отказаться от своего маленького ума ради приобретения Большого есть действие разумной свободной воли. Н.Бердяев, воспевший свободу и творчество, высказал, на мой взгляд, интересную мысль об этом. «Отречение от разума мира сего – безумие, в Боге есть высший подвиг свободы, а не рабство и мракобесие: отречением от малого разума, преодолением ограниченности логики обретается разум большой, входит в свои права Логос. Малый разум есть ratio, он рационалистичен, большой разум есть Logos, он мистичен. Малый разум функционирует, как отсечённая часть, большой разум функционирует  в цельной жизни духа».75 Мне кажется, что свобода и творчество, о которой так много пишет Бердяев, не есть что-то невразумительное, неприемлемое для христианства, проповедующего послушание и отрешённость. Бог действительно ценит свободу человека и желает партнерства с ним, причём партнерства свободного человека, а не раба. «В церковном обществе нет места для принуждения, всякое принуждение нецерковно».76 А насчёт творчества в творении тоже, мне кажется, легко понять, так как каждый человек уникален, и веления Бога, посланные человеку,  будут отображаться в творении каждого человека по-разному. Бог заинтересован в уникальности каждого человека и в том, чтобы вместе, в паре с каждым человеком творить всё новое и уникальное, никогда раньше не существовавшее. Воля Божия в каждом из нас преломляется в уникальности нашей личности, и как результат выступает уникальность нашего творения - творения уже не человека, а Бога и человека, или, если быть точным, Сына Божьего. Так что отречение от малого и ничтожного греховного «Я» и самости приводит человека к новой жизни в паре с Богом, где он находит своё негреховное и неповторимое «я», «я» уже с маленькой буквы, - свою индивидуальность. Теперь он уже почитает Бога и восторгается Его величием и славой, преображаясь в Его уникальный образ. Как нет ни одной супружеской пары на земле - копии другой, так и наше единение с Богом в одном теле и душе уникально и неповторимо, и это нравится Богу. Если все будут творить волю Божию на земле, то от этого не исчезнет творчество и уникальность каждого. Воля Бога на синергию с человеком предполагает смирение и покорность последнего, через которые он и получает своё совершенное безгреховное, а значит, свободное развитие. Человек  как венец Божьего творения обретает своё развитие и совершенство именно в отречении от своего греховного, эгоистического, ограниченного «Я», переходя к славе Божией, к неограниченному божественному «Я», в котором он с удовольствием сокроет свою былую наготу самости и эгоизма. Бог призывает к партнёрству, а в  настоящее партнёрство  человек может  вступить  только свободным. Это не партнёрство раба и Господина, так как раб не может выбирать и быть свободным; хотя величие Бога и осознание своей ничтожности приводит нас к чистосердечному признанию себя рабами,  но   это - из-за великой любви к Нему и понимания своей бесплодности вне Его в эти короткие годы жизни на земле. Может, Бердяев и дерзнул заявить о  равноправии  творчества человека с творчеством самого Творца, как считали его критики, но мне кажется, что его идеи подчёркивают уникальность каждого человека и выражают красоту и величие Божьего творения. Поскольку человек уникален, постольку нет нужды в копировании, подражательстве, а значит, творчество каждого в союзе с Богом должно достичь полноты в своём развитии. Пусть философия свободы и творчества будет понята правильно, чтобы христианство не выглядело серым и монотонным движением, где все копируют друг друга, не вникая в уникальность призвания каждого в отдельности. Здесь заканчивается сравнивание и соперничество, но оно не может закончиться без смерти нашего «Я» и самости. Удивительно, но именно после их смерти человек приобретает свою уникальность в союзе с Господом, хотя многие думают, что как раз наоборот. В мистическом христианстве, ищущем союза с Богом, творчество мыслится как творчество двоих, а не личное человеческое, независимое от Бога. А те, кто не познал реалий союза с Богом и не постиг этой тайны духовных мистиков, понимают опыт творчества собственной жизни и творчества Бога как два различных опыта. Это не предмет спора,  т.к. каждый должен жить и действовать в соответствии с тем, что ему открылось. Тот, кто имеет хоть малый опыт единства с Богом, радуется сему приобретению более, чем всякому благу в жизни. И если человеку это доставляет самое великое удовлетворение в жизни и равняется самой жизни, то как можно сказать, что это ничего не значит, что это всего лишь самовнушение. А что тогда значит сама эта жизнь без наших убеждений и без того, что нам кажется самым сокровенным в этой жизни?  

Правильная  и разумная воля - та, которая не расходится с волей Бога. И соединение с Богом – это самое разумное решение и правильность воли. «Способность сохранять правильность воли ради самой правильности - есть совершенное определение свободы выбора».77 Ансельм Кентерберийский здесь  аргументирует положения о том, что Бог не может отнять правильность свободной воли, и что нет ничего свободнее правильной воли, с помощью доводов разума. Итак, человек имеет сильную волю, и она способна устоять против искушений и всегда сильнее самих искушений.78 Отвержение своего «Я» не уничтожает волю, а наоборот делает её способной быть сильной, правильной и разумной волей, подчинившей человека Богу из-за любви к Нему и к Его воле, как «благой, угодной, и совершенной». «… и не сообразуйтесь с веком сим, но преобразуйтесь обновлением ума вашего, чтобы вам познавать, что есть воля Божия, благая, угодная и совершенная».79 Это уже не собственная воля, или своеволие, о которых пишет Таулер. «Своя воля закрывает внутренние глаза, которые должны быть чисты от всякого хотения или нехотения… Истинная благодать заключается в отрешённости и оставлении себя, в отдавании своей воли».80  Отдавая свою волю для соединения себя с Божией волей, человек обретает лучшее в жизни.

2.2. Опыт мистического послушания Богу.

Изучая проповеди мистиков, можно прийти к выводу, что послушание Богу и единство с Ним является для человека тайной, открывающейся только устремлённым и сильно возжелавшим этого опыта душам. А осознание величия перспективы своего развития в сотрудничестве с Богом приводит нас к осознанию нужды в науке послушания, так как послушание Богу и единство с Ним не приходит в нашу жизнь лёгкими путями. Так и хочется сказать: тот, кто хочет быть послушным Богу, действительно должен стать тише воды и ниже травы. Здесь стоит поговорить о той добродетели неделания, о которой мы уже упомянули. Мы слишком шумливы и суетны, чтобы войти внутрь себя и слышать Его. В нас ещё нет достаточного осознания привилегии подчинения себя Богу. Он не бросает святыни псам, так что получить Его совет и быть водимым духом Божиим сможет тот, кто осознаёт  величие  привилегии получать и исполнять сии советы и направления в жизни. Для этого слова пророка Исаии должны стать для нас неоспоримой истиной. «Но, как небо выше земли, так пути Мои выше путей ваших, и мысли Мои выше мыслей ваших».81 Кто смог это понять, тот мечтает и ищет Его руководства, тот сможет войти в красоту человеческой жизни в союзе с Богом. Свет Божественного знания открывается только тем, кто отрешится от самого себя и своего никчёмного знания, себялюбия и своеволия. Голос Божий не далеко и не на небе. Как говорит апостол Павел. «Близко к тебе слово, в устах твоих и в сердце твоём».82  Голос Божий глубоко в сердце, и притом он очень тихий. Таулер учит нас, как войти внутрь себя, придя к той сокровенной тишине, где обитает истина. Многие считают себя познавшими истину и руководство Богом, на самом же деле они далеки от настоящего сокрушения, которое притягивает глубоко сокрытую истину. «Они не сделали ни шага из «Я» в «не-Я». Они ещё не достигли глубины, где обитает живая истина, ибо путь туда найдёт лишь тот, кто свою самость растворит в «не-Я».83 В глубине «не-Я» царит безмолвие. «Желая услышать и понять внутреннее слово, нужно прежде побыть в тишине, помолчать и прислушаться. Дабы Бог говорил в нас, вещи вокруг нас  должны безмолвствовать. Дабы Бог действовал в нас, мы должны предоставить Ему место, препоручая себя Ему». Необходимо научиться безмолвствовать, если хочешь иметь от Него направление. Разум должен перестать давать идеи, умолкнуть и сфокусироваться на интуитивном общении с Богом. «Чтобы Бог сказал в нас Своё слово, пусть замолчат все другие голоса и силы. Не делание – главное, а неделание». Мне кажется, что Бог так сильно уважает человеческую волю и его личное мнение, что не будет препятствовать идеям его разума, даже если они приведут человека к тупикам жизни. Это Его святость, которая чтит достоинство человеческой свободы. Пророк Исайя говорит: «Вот, Отрок Мой, Которого Я держу за руку, избранный Мой, к которому благоволит душа Моя. Положу дух Мой на Него, и возвестит народам суд; не возопиёт и не возвысит голоса Своего, и не даст услышать его на улицах; трости надломленной не переломит, и льна курящегося не угасит; будет производить суд по истине».84 Вот вам характер Бога, в этих словах Его ценности. Трости надломленной не переломит, и льна курящегося не угасит. Он не будет с нами спорить, Он слишком свят, чтобы препираться с самостью человека. В уважении к человеку Он учит и нас уважать друг друга и любить ближнего как самого себя.                 Л.Н.Толстой, комментируя нагорную проповедь, подчёркивает эту мысль о величайшем уважении к человеку, которого нельзя обижать, судить, обзывать и даже гневаться на него.85 Вот, в пяти  простых заповедях, по Толстому, и является нам образ Бога. Он не давал бы нам правил отношения к ближнему, если бы Сам не был таков. Он действительно Сам уважает человеческую личность и свободу, что  заповедал делать и нам, Его последователям. Бог знает, что нам будет лучше, но для  Него важнее, чего хотим мы, и Он не будет навязывать нам Свою волю. Учась послушанию, мы должны помнить Его уважение к нашей свободе. Он подождёт, когда наши дороги приведут нас к тупикам жизни, а это, в свою очередь, будет содействовать сокрушению нашего «Я» и самости, после чего мы становимся открытыми и ищущими совета Господа. Но столь малому научают нас горестные последствия дорог самости и себялюбия, что даже сотворив одну и ту же ошибку не один раз и немало пострадав, человек не приходит к раскаянию в слепоте своей самости. И пока наша душа не сокрушена, а уверена в себе, Бог не помешает ей Своими нравоучениями, тем более, каким-либо диктатом. Царство Божие не может быть построено на страхе и беспрекословном подчинении, но только на любви. А любить Бога и удостоиться быть Ему послушным, - это самое лучшее для человека, и даже, если хотите, это и уважение к самому себе. «Конечно, многие не отваживаются всецело препоручить себя действию Божию, совершенно Ему вверившись: они охотней полагаются на свою собственную деятельность. И не замечают, что портят то доброе, что могли и должны были совершить, исподволь возникающим удовлетворением от собственной силы и деятельности, ростом своего самодовольства и своеволия, своей суетностью и алчностью и привязанностью к «Я».86  И в заключение этой проповеди Таулер  приводит слова апостола Павла о том, что все водимые духом Божиим суть сыны Божии. И продолжая мысль, говорит: «Те, кто постоянно думают о том, чтобы во всём следовать за Духом Божиим, слушаются Его слова, живут по духу и поступают по духу, оказываются детьми Божьими. Они испытали, как Бог руководит ими, оказывая им всё новые милости, давая обрести Божественную мудрость и совершить труды, которые далеко превосходят всякую человеческую мудрость и все человеческие дела».87 Практически, все проповеди И.Таулера пронизаны настроением послушничества и единения с Богом. И кому не хватает усидчивости, чтобы вникнуть в эти тайны духовной жизни, тот ещё не успокоился от дел своей самости и движим, как младенец, своим «Я», подвигами своей души и тщеславия. Хотя он движется страстью и пылом души, якобы на поприще Царства Божия, на самом деле такой человек пребывает на поприще своего собственного царства и на базе христианской религии, устраивает свою жизнь и  преследует свои личные интересы. Научиться жить вместе с Богом  и почитать Его  - это подобно тому, как научиться жить замужем и почитать мужа главой. «Мудрая жена устроит дом, а глупая разрушит своими руками».88 Уметь жить вместе и созидать свой дом - это немалое искусство, и об этом знает  каждая  замужняя  женщина. Но ещё сложнее научиться жить вместе со Христом в одном теле, чтобы сказать подобно апостолу Павлу: «…и уже не я живу, но  живет во мне Христос».89  Это, по словам Таулера, означает следующее: « …войди внутрь себя и найди там эту бездну, в которой обитает Бог, научись внимать тому, что Он говорит, будь чувствительным к Его воле и спеши её исполнять, чтобы тебе оказаться верным, и поверенным в делах небесных». Жизнь с Богом в одном теле -  это удивительная жизнь, полная приключений и новизны. Христианство - это искусство жить вдвоём, а не религия, обряды и таинства. Зачастую это отходит на второй план, ведь мы привыкли жить по мирским законам, а присутствие в наших телах ещё кого-то (Духа Святого, третьей ипостаси Божества) не представляется нам реальным фактом. Некое условное понимание всего этого живёт в нас юридически, а фактически это не ощущается. Апостол Павел в своих молитвах о глубоко верующих людях просит у Бога милости, чтобы Иисус мог вселиться в их сердца: «…верою вселиться Христу в сердца ваши, чтобы вы, укоренённые и утверждённые в любви, могли постигнуть со всеми святыми, что широта и долгота, и глубина и высота, и уразуметь превосходящую разумение любовь Христову, дабы вам исполниться всею полнотою  Божиею».90 Здесь он говорит о том, что им ещё предстоит уразуметь и исполниться полнотою Божиею, а для этого необходимо не только позволить Христу юридически быть прописанным в сердце человеческом, но и  поселить Его на своей территории как главу семьи. Да, именно семьей (и это не еретическое учение) я могу мыслить нашу уже совместную жизнь. «Ибо твой Творец есть супруг твой; Господь Саваоф -  имя Его» (Ис.54:5). А поскольку во Христе Иисусе нет ни мужеского пола, ни женского (Гал.3:28), то каждый человек (мужчина или женщина) может мыслить себя супругой Иисусу, и для того и написано, чтобы жёны повиновались своим мужьям.  Автор подчёркивает: «Тайна сия велика; я говорю по отношению ко Христу и к Церкви».91 Здесь указание о субординации в семье переносится на отношения Христа и Церкви, так как Он является её главой. Так вот, наше дело - позволить Христу вселиться в сердца наши, или, если Он живёт в нас, предоставить Ему право голоса  как Главе семьи. Почтить Его как достойнейшего всякого почтения. Осознать величие привилегии жить вместе с Ним в одном теле и устранить старого хозяина - наше «Я» и самость - для устройства благословенной совместной жизни. И как мы уже доказали,  новый хозяин не диктатор и не приемлет диктаторства, так и нам придётся быть с Ним очень нежным, чтобы не оказаться диктатором для Него, как сварливая жена. Устранение же старого хозяина, моего «Я», не подразумевает устранения меня - это мы уже тоже доказали, но это откроет возможность новому хозяину вообще жить с нами вместе. Теперь я новый человек без греха эгоизма и самости, то есть свободный, буду жить вместе с Иисусом, почитая и любя Его, как Он полюбил меня. «Бремя Господне легко и иго Его сладко: Он не хочет ничего, что не было бы добровольным».92 Школа послушничества - это школа всей земной жизни и, возможно, даже её не хватит, чтобы постичь всё искусство совместной жизни и единства со Христом в одном теле, как Он един с Отцом Небесным. «… да будут все едино, как Ты, Отче, во Мне, и Я в Тебе, так и они да будут в Нас едино» (Иоан.17:21).

Единство Иисуса с Отцом на земле выражалось в Его послушании Отцу. Тема послушания Иисуса очень часто связывается с вопросом о субординатизме в Боге, отвергаемом официальным учением церкви как ересь Оригеизма и Арианства.93 Как известно, Арий тоже был пресвитером не последнего значения, но, несмотря на хорошую репутацию пресвитера Ария в народе и поддержку Его со стороны многих епископов на Александрийском соборе (318г.), он был отлучён от церкви епископом Александром.94 Таким образом, церковь освободилась от ереси. Но места Писания о подчинении Иисуса Отцу всё-таки продолжают существовать, и теперь уже церковью трактуются как относящиеся только к земной жизни Иисуса. Люди же, практикующие мистическое познание Бога, которое завершает теологическое, не будут «расшибать лбы» об доктрины и учения в поисках реального Богопознания ибо для них оно не в доктринах. Часто они могут сказать подобные слова: «Я не знаю,  кто я и кто Он, но я жажду Его, как корни дерева жаждут воды в засушливую погоду». Не будем отвлекаться и возвратимся к нашей теме. Если Писание говорит о послушании  Иисуса,  и это относится только к Его земной жизни, в таком случае нам это и нужно, так как мы исследуем именно земную жизнь Иисуса Христа,  которая в отличие от Его небесной жизни нам более-менее известна по евангельским свидетельствам. А также, Своей земной жизнью Он оставил нам пример, чтобы мы шли по Его следам.  В земной жизни Иисуса есть субординатизм, и если бы его не было, то какой пример оставил бы Он нам - грешникам, которые по своей греховной природе отвергли субординатизм, сделав себя равными Богу? И как бы мы тогда смогли научиться послушанию? Мы, христиане, так ценим свободную волю, и  даже не замечаем, что Иисус не искал Своей воли, но воли пославшего Его Отца.95 Живя в человеческом теле, Он тоже чувствовал такие желания самости, как и мы, но противостоял им самоотречением от «Я» и самости, чтобы выполнить волю Отца. Мистики говорят о превосходстве воли Божией над всеми нашими идеями в жизни, также и относился к Своей земной жизни Иисус. Он был послан на землю по воле Отца, и для этого посланничества Ему была уготована определённая миссия, которую надлежало выполнить в точности. Пусть в Боге нет субординатизма, но Иисус  оставил нам пример как Человек (Сын человеческий), и как Сын Божий, живущий в человеческом теле, как бы говоря нам: «Так вам надлежит исполнить всякую правду». Если мы и понимаем, что в Нём не было греха, то это не означает, что Он не был искушаем самостью и человеческим «Я», о чём ясно и прямо говорит Священное Писание. Будучи искушаем самостью, Он Сам смирял Себя, чтобы остаться послушным Отцу. «…но уничижил Себя Самого, приняв образ раба, сделавшись подобным человекам и по виду став как человек; смирил Себя, быв послушным даже до смерти, и смерти крестной. Посему и Бог превознёс Его и дал Ему имя выше всякого имени».96 Принять образ раба и смирить себя, - это смирять в себе то, что восстаёт против воли Господина, а это означает отказаться от самости, своеволия и «Я». И ещё сказано, что Он научился послушанию через страдания: «…хотя Он и Сын, однако страданиями навык послушанию».97 Учась послушанию, наше «Я» будет страдать, о чём говорили нам и апостолы: «.. многими скорбями надлежит нам войти в Царствие Божие» (Деян.14:22). Да, это удивительно, что Сын Божий на земле страданиями навык послушанию, и для этого смирял Себя, и, смирившись, сделался для всех послушных Ему виновником нашего спасения. Так, как первый Адам проявил непослушание, возжелав своей самости (самостоятельной жизни), так второму Адаму – Христу надлежало отвергнуть самость, «Я» и непослушание, чтобы совершить спасение человечества в Своем безгрешном состоянии. А своим  послушанием оставить нам пример для подражания..

Он отверг свою волю ради исполнения воли Отца: «…ибо не ищу Моей воли, но воли пославшего Меня Отца». «Ибо Я сошёл с небес не для того, чтобы творить волю Мою, но волю пославшего Меня Отца».98 Выполнить повеления двух воль невозможно. Об этом и говорит И.Таулер: «Дабы Бог действовал в нас, мы должны предоставить Ему место, перепоручая себя Ему. Не может то и другое действовать одновременно». «Хотя и небесное, и земное царства принадлежали Ему, Он не владел ими как собственностью, но во всём, что говорил, или свершал, думал лишь о воле Отца Своего».99 Уже в детстве Он сказал своим родителям о том, что Ему надлежит быть в том, что принадлежит Его Отцу, но они Его не поняли.

2.3. Мистический смысл Богосыновства.

А.Августин в своей «Исповеди» описывает свои размышления о том, как Бог словом Своим сотворил всё видимое и невидимое.100 А я, перечитывая его философские размышления, получил своеобразную картину понимания смысла слова Божьего, чем и хочу здесь поделиться. «И это начало - Слово Твоё, Сын Твой, сила Твоя, премудрость Твоя, истина Твоя. Кто постигнет это, чей язык выскажет это?»101  «Слово Твоё - Сын Твой» - эта идея Августина перекликается со словами апостола  Павла в послании Колоссянам: «…ибо Им создано всё, что на небесах и что на земле, видимое и невидимое: престолы ли, господства ли, начальства ли, власти ли, — всё Им и для Него создано;» (Кол.1:16). И в Евангелии от Иоанна: «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог… Всё чрез Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть. В Нём была жизнь, и жизнь была свет человеков» (Иоан.1:1-3). Это как раз и вдохновило меня на размышления. Итак, Иисус был Словом Божиим, Которое вышло от Бога. Но Его слова не перестают выходить из недр Отца, и это всё сыны Божии. Да, это скорее не теологические, а философские рассуждения, но мы позволяем себе идти за ними для расширения своего понимания истины.

Бог придал как Своим, так и человеческим словам великое значение, они есть метаморфозированное рождение сына из говорящего, из самого себя, они должны быть правдивы всегда и сообщать о говорящем то, что он есть. Честно  выражая своё сердце, я рождаю своего двойника в словах, то есть своего сына. Слово моё - это выражение меня в словах, это мой сын. Исследования мозга на детекторе лжи установили, что когда человек лжёт, в нервной системе мозга растёт напряжение, а на монитор это выводится в виде перегрева и вспышки. Это иллюстрирует мою мысль о том, что слова были созданы, чтобы выражать самого себя по истине, а не для того, чтоб словесно солгать о себе. Итак, через слова рождается моя копия. Если я словом повелеваю чему-то случиться, и слова мои могут материализоваться в личность человеческую, то эта личность должна привести в исполнение моё слово. На земле между людьми так и происходит. Всё, что создано, создано словом. Человек получил идею построить дом. Он выражает свою идею подчинённым, слова доходят до тех, кто возьмётся за это дело - по долгу, или за плату - и приведут в исполнение. Либо я сам выполню свою идею, либо другой станет моим словом и выполнит это. Например, я говорю слово своему сыну: «Уберись, пожалуйста, в своей комнате». Моё слово имеет силу убраться в комнате - и через некоторое время там уже всё в порядке, уборка сделана. Бог не мог заставить Иисуса быть на земле Своим Словом. Но Иисус Сам, по Своей воле, захотел взять на Себя миссию быть Словом Отца. Так, как и мой сын захотел взять на себя миссию быть моим словом и убрался в комнате. Практически моё слово сделало комнату убранной, когда сын захотел материализовать это слово. Библия говорит, что Бог бодрствует над Словом Своим, чтоб оно было выполнено (Иер.1:12), и Бог - не человек, чтобы Ему лгать (Чис.23:19). Бог превознёс Иисуса за покорность и смирение, ведь Он выполнил всякое Слово Отца  и ничего не делал от Себя, но что слышал от Отца, то и делал. Практически Он взял на себя миссию быть Словом Отца, воплотить все Его желания, переданные Ему в словах. Мы верим, что Иисус и до того, как стал Человеком, был Словом Отца, из этого можно заключить, что Он всегда выполнял  идеи Отца, а значит, Им было создано всё видимое и невидимое. Тем более,  всё оно было создано Им и для Него. То есть, Он был Творцом по Слову Отца: «…ибо Им создано всё, что на небесах и что на земле, видимое и невидимое: престолы ли, господства ли, начальства ли, власти ли, — все Им и для Него создано».102 Отсюда легко понять, что «в начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог». Значит, и Бог, и Его Сын - Слово - равны. Но когда Сын был на земле в человеческом теле (живя и воспитываясь среди любящих самость и не приемлющих послушание),  Ему пришлось много смирять Себя, чтоб остаться в Единстве с Отцом. Он хоть и мог проявить своеволие, но не хотел разделений в Едином Боге. Другими словами, Он не мог морально позволить Себе не быть Словом Божиим и не делать того, что предназначено для исполнения на земле. Бог бодрствует над Словом Своим. Сам Иисус бодрствовал над словами Отца, чтобы не было разделения между Отцом и Его Словом, Между Отцом и Его Сыном.

А теперь резюмируем суть сказанного. Мы тоже являемся детьми Бога, Его сынами, а значит, Его Словом. Таулер тоже говорит о величии нашего единства с Сыном Божиим в сокровенных недрах нашей души, в которой является Слово Божие:  «Тогда глубина души становится единой со Словом и становится самим Словом».103  Мастер Экхарт говорит: «Бог совершает в душе Своё рождение, рождает в ней Своё слово, а душа воспринимает и передаёт дальше, нашим силам и чувствам, предоставив Богу действовать в тебе и за тебя, как Ему угодно: Его это дело,  Его это слово, Его – это рождение, и всё остальное, что только ни есть в тебе, - Его!»104

Явление нас на земле - это уже желание и Слово Отца, воплощённое через Иисуса. Сравните: «Мы созданы Им и для Него» (Кол.1:16). Им созданы, - значит, Его идея и Его слово, и Его творение. Апостол Павел говорит, что мы - Его творение, созданы на добрые дела, которые Он предназначил нам исполнять (Еф.2:10), следовательно, продолжать воплощать в жизнь Его слово. Брать на себя ответственность называться и быть детьми Божьими (1 Ин.3:1), то есть Словом Божиим. Это значит  смирять свою самость для того, чтобы между нами как воплощением слова и идей Бога о нас и самим Богом не было разделения. Он никогда не планировал, чтобы слово разделялось с проговорившим его, тем более Он не проговаривает лжи. Если мы не творим Его дел, на которые Он создал нас, мы вносим разделение между Богом и Его Словом. Ради Бога и Его Царства мы не должны вносить разделение между Богом и Его сыном, то есть между Богом и моей личной жизнью. Пусть страдает моё «Я» и моя самость, но я останусь единым с Тем, Кто проговорил меня Своим Словом. Я буду отрешённым от всего, чтобы стать Его учеником, чтоб оказаться Его Словом. Иисус сказал: «Я и Отец одно» (Иоан.10:30). Это Он проговорил практическое Своё решение, которое приходилось доказывать в жизни послушанием, и даже с помощью Духа Святого. Он настолько вошёл в Своё  предназначение быть Словом Божиим, что мог сказать о Себе: «Видевший Меня видел Отца Моего». Это подобно тому, как человек, слушающий меня, считает, что он знает меня, а ведь он слышал только слова. Но слова, если они едины со мной, и нет в том разделения и лжи, действительно, то же, что и я сам. Если Иисус есть воплощение Слова Отца, значит Он - то же, что и Отец.

Итак, мы сыны Божии, и это нужно доказать послушанием и единством с Творцом, дабы между Ним и Его сынами (Его Словом) не было разделения. Вот именно этот ужас и произошёл в грехопадении. Пришло разделение между Богом и Его творением. Иисус исправил эту ошибку человека и ввел нас в единое Царство Бога, назвал нас сынами Божьими, оставив нам пример, как в жизни с помощью Духа Святого подтверждать своё звание сынов Божиих и доказывать свою верность и преданность Богу своим послушанием Его Слову. Не в смысле послушания букве -  написанному слову, но в смысле послушания Духу Святому, слову полученному от Бога в нашем мистическом единении с Ним.

Его работа по спасению рода человеческого продолжается, и у Него много дел на земле, и мы, как последователи Иисуса, должны продолжить Его дело и дело Отца. А значит, у Него предназначение для каждого верующего, в прямом смысле, миссия от Бога для каждого христианина.

Итак, Он продолжает говорить Своё Слово, рождать своих сынов, - и кто возьмёт на себя миссию быть Словом Божиим или исполнителем Его Слова? Чтобы снова можно было сказать, - и Слово стало плотью и обитало с нами. Тем более, каждый из нас был в начале у Бога. В Его недрах, раз мы от Него родились, и кто видел нас, когда нас ещё не было, тот видел нас во Христе. Это Он проговорил нас - и мы есть, ведь не сами же мы захотели быть! А теперь помышляем, будто имеем собственную жизнь. Мы её даже не желали и не просили у родителей, и не имели представления о ней, когда появились маленькой точкой в материнской утробе. Кто виновник того, что я появился на свет? Кто виновник, что я проживу 70 - 80 лет? Кто виновник моего спасения и призвания? И если я, по своей воле, хочу распоряжаться своей жизнью, то это неправедное богатство, так как вся наша жизнь - не наша; или когда же она стала нашей, если до зачатия она не была нашей? Не мы её себе заказали или испросили, и не приобрели за плату, так как не могли ещё тогда и знать о цене жизни. Истинное наше будет на небесах, так как и Христос отказался на земле от якобы Своего, чтобы получить настоящее Своё. «В малом ты был верен, над многим поставлю тебя».105 Сегодня мы только распорядители не своего.106  Вот, такова правда о человеке. Он - не свой, и жить так, как будто он принадлежит себе и зависит только от самого себя, есть не что иное, как самохвальство самости и своеволие.

Итак, мы как творение являемся следствием Слова Божия и Его веления, и нам не остается ничего лучшего, как взять на себя миссию по доброй и разумной воле, подобно Иисусу, быть исполнителями Слова Божия, исполнителями Его воли. Послушание Богу пусть станет для нас подобно ежедневной пище, в которой есть жизнь. Об этом также сказал Иисус: «Моя пища есть творить волю Пославшего Меня и совершить дело Его».107

Глава 3. ПРЕОДОЛЕНИЕ САМОСТИ И «Я» КАК УСЛОВИЕ СОЮЗА ЧЕЛОВЕКА С БОГОМ.

Говоря о первородном грехе, нужно абстрагироваться от самого акта вкушения запретного плода и проанализировать мотивы, побудившие к этому действию, чтобы лучше понять, в чем суть грехопадения - в запретном плоде или в изначальном непослушании. Общий обзор грехопадения Иисус делает через притчу о блудном сыне (Лук.15:11-32).  Здесь отец ждет возвращения своего сына. Об этом мы уже упоминали. Эта притча о блудном сыне, фактически об Адаме, о падшем человечестве, ушедшем от Бога на свою дорогу, является лучшим повествованием, характеризующим грехопадение. Падший Адам, сегодня уже в лице каждого человека, ходит по земле своими путями. Ему нравится быть самому себе хозяином, иметь свою собственность и распоряжаться ею по своему усмотрению, как будто его никто никогда для себя не сотворил. Как будто он свой, собственный, и  имеет жизнь в себе самом, и ни перед кем, ни за что не отвечает. Знаменитая 53-я глава книги пророка Исайи является полнейшим пророчеством о страданиях Мессии, о Его смерти за грех человечества. Там конкретно и ясно сказано о грехе человечества. (Ис.53:6) «Все мы блуждали, как овцы, совратились каждый на свою дорогу: и Господь возложил на Него грехи всех нас».

Бог показывал Адаму путь, но не ограничивал его в свободе воли, и тогда он выбрал «свою дорогу». Запретный плод - это был ключ, открывший мир своей дороги, или первый шаг по этому пути. Восстать против власти Бога, быть самому себе хозяином и богом, - вот суть греха Адама. С.Л.Франк выразил это так: «Первородный грех есть акт отрыва личности от её богосродного корня и превращение её в мнимосамоутверждённое «Я». Это трагическое сознание «первородного греха» как отдельности «Я» от Бога, как обособленного бытия самодовлеющего «Я».108 

3.1. Разумное и вольное отвращение от греха «Я» и самости.

Грех – это вольное выпадение человека из полноты Бытия. Грех - это особенный уровень свободы человека. Именно эта свобода отвергает Верховную власть Бога. Именно с выпадением из полноты в Боге человек потерял истинную свободу и стал рабом греха, самости и «Я». В притче о блудном сыне Иисус и хотел показать, с чем остался человек, обратившийся на свою дорогу, дорогу самости и «Я». Именно эта характеристика «Я» и самости, как первородного греха, освещается в трудах немецких мистиков и отцов церкви. Все они глубоко проникли в проблему эгоизма, самости и своеволия. Именно самость и «Я» является, по словам Таулера, преградой, мешающей человеку соединиться с Богом. Если грех самости и «Я» является тем, что не даёт нам соединиться с Богом, значит, это и есть то, что разъединило нас с Ним в момент грехопадения. Отрекаясь от самости и «Я», человек  фактически отрекается от первородного греха. Это решение свободной личности отказаться от диктата самости и «Я» из любви к Богу основано на осознании преимущества подотчётности Ему. В этом основной принцип аскезы: «Свободный отказ от своей собственной воли, от видимости индивидуальной свободы, чтобы вновь обрести истинную свободу - свободу личности, которая есть образ Божий, свойственный каждому человеку».109 Это есть истинная свобода – освобождение от диктаторства своего эгоизма и признание своей зависимости от Творца, дающего нам жизнь ежечасно. Христианство - это свобода. Бог не подчиняет нас Себе насилием и не принимает нашего служения Ему по принуждению, а лишь по доброй воле, по любви и разуму, постигшему истинную свободу. Свободный разум человека должен увидеть в самости и своём «Я» мировое зло и с радостью отказаться от него.

Человеку, привыкшему мыслить себя независимым существом, наивно верящему в свою независимость и в действительности чувствующему себя творцом своей жизни, очень трудно отказаться от самости и своего «Я». Необходимость сделать это подобна для него лишению жизни. Грех самости и «Я» настолько пленил собой наше внимание, что человек считает это центром не только своей жизни, но и всего мироздания. Как будто вся вселенная тоже вращается вокруг моего «Я». «Для каждого человека всё сущее заключается в нём самом, потому что, когда он умирает, для него умирает и всё сущее. Вот он и мнит, что для всех он тоже всё сущее».110 Это есть не что иное, как эгоцентризм, - отношение к миру, характеризующееся сосредоточенностью на своём индивидуальном «Я». Вот поэтому так трудно возненавидеть самость и «Я», и  как же распять или умертвить такой возлюбленный предмет? Это всё, что у меня есть, это объект моего внимания и моего служения. Но только просвещённый милостью Бога человек сможет отделить от себя своё «Я» и самость без ущерба для самого себя, себя подлинного, безгрешного. Только тогда  он сможет обратиться к другим, чтобы искренно служить им, как раньше служил самому себе. Невозможно спастись от греха,  не возненавидев его. Как бы сам Адам должен отвернуться от того, что однажды было так вожделенно для его глаз и предлагало ему стать самому себе богом. Сегодня наш Адам должен увидеть в самости и своём «Я» причину всех бед и неурядиц в личной жизни и во всём мире, в отрешённости отказаться от руководства, исходившего от своей самости и «Я»,  перейдя к  руководству Духом Божиим, находящимся в глубине каждого создания.

Самость и «Я» мешают нам стать частью тела, кем мы и должны быть по предназначению. Верующему в Иисуса необходимо абстрагироваться от своей личной жизни и помыслить себя частью Тела Христова, каковыми мы и должны быть в Церкви, так как Тело является одним из прообразов Церкви Иисуса Христа. Итак, мы сотворены для Тела, и это наша судьба - быть сообществом людей, живущих друг для друга.111 Глубокое осознание необходимости жить вместе, как одно Тело,  приведёт нас к пониманию необходимости оставления самости и «Я» ради нашего общего и личного блага. Б.Паскаль очень точно подметил эту истину: «Когда бы у ног и рук была собственная воля, они, чтобы не отпасть от тела, которому принадлежат, должны были бы подчинить её первичной воле, управляющей всем телом. В противном случае они обрекут себя на полный хаос и несчастье, а желая блага только всему телу, тем самым благотворят и себе… Если бы нога пребывала в полном неведении о своей принадлежности всему телу и зависимости от него, если бы знала и любила только себя, а потом вдруг узнала, что принадлежит некоему телу и зависит от него, какие на нее нахлынули бы сожаления, какой стыд за прожитую жизнь, за свою бесполезность тому самому телу, которое вливало в нее жизнь и превратило бы в ничто, отбросив, отделив от себя, как она отделила себя от него! С каким жаром молила бы не отказываться от неё, и с какой покорностью исполняла бы нога волю, повелевающую телом… чтобы члены единого целого чувствовали себя счастливыми, они должны обладать волей и при этом всегда подчинятся воле целого».112 Да, поистине, чувствовать себя счастливым может только обладающий волей, но подчиняющийся воле целого, - то есть своему предназначению. Если Бог сотворил нас для Себя, и ни один из нас не творил сам себя самому себе, то войдя в своё предназначение, мы входим в самое удобное место и исполняем лучшую волю для себя. Ничего лучшего своей личной самостью и своим «Я» себе не придумаешь, а только худшее. Бог сотворил нас быть членами Тела Христова. «Член отделён от тела, которому принадлежит, обречён на гибель, уже умирает. А между тем он мнит себя единым целым и, не видя тела, от которого зависит, мнит, будто зависит лишь от самого себя, хочет стать средоточием, стать в свою очередь телом. Но, не обладая жизненным началом, сразу сбивается с толку и тщетно силится вникнуть в собственную свою неопределённую суть, ибо чувствует, что не является телом, но неспособен отнестись к себе, как к простому члену некоего тела. Наконец, познав себя, он словно возвращается домой (от своей самости и эгоизма) и теперь питает любовь к себе лишь из-за своей принадлежности к оному телу. И скорбит о былом заблуждении».113 Откровение о Теле и понимание заблуждения жизни вне Тела приведут нас к отвержению самости и «Я» как состояния мнимой свободы и  независимой жизни. Блажен, кто смог увидеть это.

Однако, невозможно дойти до воплощения такого социального бытия, не начав стремиться к единству с Богом, и только при таком устремлении человек столкнётся с причиной, разделяющей его с Богом, то есть с самостью и своим «Я»,  и отвергнет их как преграду к лучшей жизни.

Подобно тому, как вирус разрушает работоспособность компьютера, так и грех Адама разрушил единство и гармонию в Боге и Его творении. Вирус «Я» и самости проник в Царство Божие и разрушил единую отлаженную систему взаимоотношений. Однажды единое Царство, подобно гармонии тела, начало давать сбой, вирус повредил соподчинённость системы, и некоторые программы перестали подчиняться хозяину компьютера. Что же делать? Конечно, искать антивирусную программу, чтобы очистить компьютер, ею и является в данном случае Крест и жертва Иисуса Христа. Грех «Я» и самости был пригвождён к Кресту. «Ибо если мы соединены с Ним подобием смерти Его, то должны быть соединены и подобием воскресения, зная то, что ветхий наш человек распят с Ним, чтобы упразднено было тело греховное, дабы нам не быть уже рабами греху».114 Грех самости и «Я» не позволил нам жить в эдемском состоянии, где царствовала любовь и служение друг другу, с грехопадением пришло обособление, отделение своего, стяжательство и эгоизм. Грех отделил нас от общего, и мы занялись служением самому себе и устройством собственного царства, и если не остановить действия греха, то на земле не останется даже двух людей, соединённых в святой любви и единстве. Человек желает жить в Царстве Божием, в царстве любви, мира и праведности, в открытости и чистоте, но грех «Я» и самости не позволяет сему совершиться. Поэтому самое разумное решение - возненавидеть грех (самость и «Я») и возвратиться в дом Отца, подчинившись высшей всеобщей воле Тела. Это не уничтожает воли отдельного члена (человека), но его разум должен увидеть величайшее благо для людей в подчинении высшей Воле Бога, живя в Его мире (социуме) в служении друг другу, исполняя этим суть своего предназначения в мировом Теле Церкви. Социальная философия отвергает эгоизм, самость и персональное бытие, как неестественное, разрушающее мировой социум. Возжелав персонального независимого бытия, Адам разрушил первый социум в Эдемском саду. «Человеческое бытие не загадка, которую можно раз и навсегда разрешить, но тайна. Она в принципе не поддаётся однозначному разрешению. Она неопределённа, не схватываема в понятийных конструкциях…. Если человеческое бытие - тайна, то отсюда следует благоговение пред каждой человеческой душой, пред каждым человеческим существом. Не только убийство, не только физическое насилие, но и духовное насилие - безусловное табу. В этой традиции сразу, с порога, априорно отрицается объективность персонального бытия… Персональное бытие - это не часть мира… Персональное бытие - это ничто».115 Персональное бытие было бы возможным, если бы я сам себя сотворил, а это разумеется, невозможно. Самость и «Я», обходя логику, приводят нас к персональному бытию, к эгоизму и эгоцентризму, разрушая Божий социум Царства Божия.

У Б.Паскаля есть интересная притча о том, как Бог творил человека. Перед сотворением человека Он сотворил весь мир и животных. Каждое животное есть уникальный организм, где тысячи разных членов и клеточек выполняют свою функцию, живя в совершенном единстве и гармонии. Итак, Бог задумал, как бы сотворить такой организм с мыслящими членами. Дабы каждый член мог смеяться и радоваться, проявляя свои эмоции, пребывая в любви с ближним, с радостью и наслаждением исполняя свое служение Телу. Живя с другими членами в совершенном единстве, преданно служа друг другу как самому себе, получая наслаждение в жизни, воздавая свою благодарность Творцу.116 Вот после таких размышлений Бог и сотворил Себе человека. Это Божий замысел, чтоб жили мы в одной семье, как в одном Теле. Но пришёл грех самости и «Я», и разрушил гармонию святого устройства. Для этого явился Сын Божий, чтобы восстановить разрушенное,  дабы воссияла Его церковь - Тело Христово, спасённое от самости и эгоизма не только Крестом Господа, но и личным отвращением от самости и своего «Я».

По логике этого рассуждения, персональное бытие - это самообман. Бог мыслил нас Телом Иисуса Христа, где Иисус - Глава, а мы члены. Да, они будут  едины, если отвратятся от своего «Я» и самости и в отрешённости соединятся с Богом и друг с другом.

Где же заканчивается Бог и начинается человек? Когда кто-либо,  знающий меня, дарит подарки моим детям, я как отец переживаю радость, равнозначную тому, как если бы это был подарок для меня. Если оказывают любовь   моим детям, значит, они уважают меня как отца. Когда радостно моим детям, радостно и мне, а когда они в печали, это передаётся и мне. Итак, я не понимаю, где в социальном отношении заканчиваюсь я, и начинается мой сын. Моё сердце желает ему успеха больше чем себе. Вот когда я подумаю о Боге и о Его детях, - а для меня это все люди на земле, - то начинаю понимать, почему Ему приятно всякое добро, сделанное ближнему. Это всё равно, что делаемое Богу. Сравните это с посланием Галатам 5:14, где апостол говорит, что весь закон заключается в простых словах: «Люби ближнего как самого себя». Св.Иоанн об этом говорит так: «И мы имеем от Него такую заповедь, чтобы любящий Бога любил и брата своего».117 Я не знаю, где заканчивается Бог и начинается человек. Мой сын не живет зависимо от меня, так как человек зависит от Бога, Которым мы живем, движемся и существуем, но при всем этом я не равнодушен к его печалям и от сердца рад, когда ему хорошо. Писание выделяет любовь к ближнему как основную заповедь, данную человеку, после любви к Богу. Итак, делая добро ближнему, мы делаем это Богу.

3.2.  Соединение с Богом в устроении Его Царствия на земле как на небе.

Учение рейнских мистиков, о возможности единения с Богом основано на желании Самого Иисуса Христа. И особенно, ярко это выражено в Его молитве о единстве Церкви. «..Да будут все едино, как Ты, Отче, во Мне, и Я в Тебе, так и они да будут в Нас едино, - да уверует мир, что Ты послал Меня».118 

Смотря через призму апофатического Богословия, практически единение с Троицей немыслимо. В.Н.Лосский об этом говорит так: «Если в какой-то определённый момент мы могли бы оказаться соединёнными с самим естеством Божиим, хотя бы в какой-то мере…. то Бог не был бы тогда Богом - Троицей, а Богом тысячеипостасным, ибо Он имел бы столько же ипостасей, сколько было бы лиц, причастных Его сущности».119 Понимая В.Н.Лосского, мы видим, что средневековые мистики говорили о единении с Богом, в какой-то особенной реальности, и выводить из этого нашими логичными рассуждениями ещё одну ипостась Бога, нет необходимости. Тем более, человечество и так уже много сказало о Боге, которого не видело. То единение, о котором говорят мистики, нельзя выразить ни апофатическим, ни катафатическим Богословием, и всё же они пытались это описать на понятном человеческом языке. И конечно, речь не шла о тысячеипостасном Боге. К этому размышлению как раз подходят слова Святого Григория: «В сущности, мы не можем говорить о Боге. То, что мы говорим о Нём, мы должны лепетать».120 Практикующий мистик сказал бы то же самое, если бы речь шла о его единении с Богом.

В данном разделе мы можем проанализировать то, что свидетельства мистиков ни в чём не противоречат Писанию, и воля Божия на святое единство человека с Богом недвусмысленно отражена в посланиях святых Апостолов и в словах Иисуса Христа. К примеру, это ясно запечатлено в словах Иисуса о лозе и ветвях.121 Иисус называет Себя лозой, а своих учеников ветвями. И только тот, кто пребудет в единстве с Ним, как веточка на лозе, тот принесёт много плода. А без Него не можем делать ничего. Таулер, как никто другой из его предшественников, довольно ясно описал бесплодность нашей жизни без подчинения  Богу и  единства с Ним. «Многие полагаются на свою собственную деятельность и получают своё удовлетворение от собственной силы и деятельности,  притом  портят то доброе, что могли бы сотворить, вверивши себя Богу. Как слава небесная превыше славы земной,  так и дела их отличаются от дел Божьих».122 А вот ещё что он говорит о нашем соединении с Богом: «Всецело же Его воспримет тот, кто при этом отрешится от себя самого, совершенно предастся Ему и соединиться с Его волей».123 Сотворённый по образу Божию человек должен приложить усилия, чтобы обрести богоподобие. «Если мы столь же совершенно откажемся от своей самости, как Иисус, то наше единство с Отцом будет столь же совершенным, как и у Него: каково отвержение, таково и достижение!»124  

Более тридцати проповедей Иоханна Таулера, изданных в книге «Царство Божие внутри нас», говорят о тайне единения человека с Богом и о Царствии Божием, которое мы находим внутри себя. «Только при условии совершенного обращения вовнутрь и самоотдачи человек начинает думать о Боге и идти путём оставления и отвержения, на котором преображается и, вкушая Бога, совершенно с Ним соединяется». Это ключевая тема в проповедях немецких мистиков, которые проповедовали об оставлении себя, об отрешённости и соединении с Богом. «Чем более пуст и свободен ты от своей самости, а с ней и от себялюбия и своеволия, тем совершеннее заполнит тебя Дух Божий».125 Это вполне согласуется с учением новозаветных книг Библии. «В устроении полноты времён, дабы всё небесное и земное соединить под главою Христом» (Ефес.1:10). Об этом говорит, уже упомянутая, 17-я глава Евангелия от Иоанна. А где соединение с Богом, там и соединение друг с другом. Как невозможно соединение с Богом без отрешённости, так невозможно без неё и соединение друг с другом.

Немало утопий было написано об устройстве государства. Одна из них принадлежит Платону. Интересна мысль Платона о том, как научить в идеальном государстве всех родителей уважать и ценить всех детей, чтобы не было разницы между моими и соседскими детьми. Возможно, здесь заложена идея устранения самости.126 Но, к сожалению, в государстве Платона не утверждаются Библейские принципы и мораль как основа брака и семьи. В Царствии Божием при отрешённости и умерщвлении своего «Я» мы действительно приходим к тому, о чём мечтал Платон, но при этом сохраняем христианскую мораль семьи. При отрешённости мы служим детям ближних и ценим их, как своих собственных. Именно так и жили первые христиане, где было одно сердце и одна душа, и никто ничего из имения не называл своим, а всё у них было общее. Но без отрешённости и оставления своего «Я» ничего подобного достичь невозможно. Бог никогда не создавал и не мыслил человека вне Божией воли, вне Его Самого. Творение – это множество, разнообразие, но в единстве. Мы созданы по образу и подобию Божию. Как триединый Бог может существовать в единстве, так и человечество может быть единым с Богом и друг с другом.

Грех самости как вирус расстроил магнитную систему притяжения всего творения, друг с другом и с Творцом. Грех изменил нашу сущность, которая вместо притяжения к Богу и друг к другу притягивается только к самой себе и вращается вокруг себя. Мы были подобно железу (с определённой структурой) способными притягиваться друг к другу и к Богу действующим от Него магнитом любви. Объектом нашей любви был Бог и всё от Него рождённое.

Единство Отца, Сына, Духа Святого и Адама - это реальное восстановление Царства Божьего. Молитва Иисуса тоже говорит об этом. «Отче наш, сущий на небесах! Да святится имя Твоё; да приидет Царствие Твоё; да будет воля Твоя и на земле, как на небе». Сюда следует отнести и молитву Иисуса о единстве. (Иоан.17гл). Протоиерей Иоанн Мейендорф, комментируя преподобного Симеона,  говорит: «Отрицание возможности живого и сознательного общения с Богом во Христе и во Святом Духе представляется преподобному Симеону худшей из всех ересей, так как оно равносильно отрицанию всего дела Христова».127 

Единство в Теле Церкви и почитание один другого выше себя, служение ближнему как самому себе, благоговение пред каждым человеческим существом - вот принципы Царства Божьего, утверждаемые в Церкви Иисуса Христа, где Он является Главой.

«Сильные и слабые,  мудрые и глупые, одарённые и бездарные, набожные и неверующие – все люди, живущие рядом со мной, больше не являются для меня объектами критики и осуждения, Они становятся друг для друга членами одного Тела».128 Член Тела не думает о своей выгоде, а о своем служении и призвании в Теле,  а насчёт себя - он позволяет другим членам приходить и решать его нужды. Если бы члены  нашего тела были мыслящими, то они смогли бы нам поведать о принципах их жизни. Мы и есть мыслящие члены одного Тела Христова, о которых писал Паскаль.

Некоторые, правда, думают, что с отвержением своего «Я» и самости в отрешённой жизни не будет развития и прогресса цивилизации. Это выражается в идее необходимости злого начала для существования движения. Если бы не соперничество и соревнование, люди не стали бы строить новые дома, заводить семьи, вести хозяйства. Эгоизм и злое начало как дрожжи, Богом, положенные в душу. Ранг человека непосредственно зависит от количества этих дрожжей.129 Я, конечно, с этим не согласен. Это всего лишь естественный подход к исследованию общества. Но в Царстве Божием именно эти дрожжи Мартина Бубера и мешают. А нужна ли нам такая цивилизация, устроенная на эгоизме и соперничестве, ведь это фактически экономические войны, которые влекут за собой военные действия. На этих дрожжах, «заложенных Богом», поднимаются национализм и фашизм. И это выгодно политикам, которые преследуют свои интересы. Так может, это дрожжи, заложенные не Богом, а дьяволом в час грехопадения? Откажись от этих дрожжей - и жизнь будет развиваться в согласии с волей Бога, притом в мире, любви и взаимном уважении. И как говорил Толстой: «Уничтожь гордыню - и не будет с кем воевать».   Толстому нравились заповеди Иисуса, Который Своей жизнью показал образец нового человека, без самости и «Я», без человеческой гордыни.

В отличие от Иисуса, человек придумал нового человека по своему злому началу. И этот сверхчеловек у Ницше или у Заратустры, должен был уничтожить своё доброе начало и развивать природное, или звериное, или злое начало.130 Идя по этому пути, человечество быстро нашло бы свой апокалипсис. А устраивая жизнь согласно заповедей Иисуса, человечество обретёт Царство Божие, на земле как и на небе.

И ещё небольшая заметка о Толстом и его невразумительных высказываниях в адрес христианства. Особенно это касается его акцента на любви к ближнему, замещающей любовь к Богу. Лев Исаакович Шестов очень метко подметил некое единство взглядов на добро Толстого и Ницше. Доказательством этому могут служить следующие слова Ницше: «Лучший способ начать день: проснувшись, подумать, нельзя ли в этот день порадовать чем-нибудь хоть одного человека. Если это станет заменой религиозных привычек, люди только выиграют от такой замены». А Толстой об этом сказал так: «В мире далеко не достаточно любви и доброты, чтобы дарить их ещё фантастическим существам».131 

Христианство никогда не может поставить любовь к человеку выше любви к Богу. Устройство Царства Божия начинается именно с признания Царя и затем переходит к устройству общежития людей Царя.

Отрешённый, отвергший своё «Я» будет развиваться и творить волю Божию, а не свою, устраивая Царство Божие для блага всех чад Божиих, а не своё собственное царство. Притом, при исполнении Духом Святым, в угождении Богу, человеческий энтузиазм не становится менее активным, чем вдохновлённый самостью и эгоизмом по Мартину Буберу, о чём свидетельствует нам Макс Вебер, говоря о протестантской этике труда и прилежности.

Заключение.

В рамках нашего исследования мы пытались осмыслить понимание самости и своего «Я» в Священном Писании в соотношении с анализом самости и «Я» в учении рейнских мистиков. В первой главе мы рассматривали их подход к самости и «Я» и пришли к выводу, что мистики проповедовали полное отречение от самости и своего «Я». В их понимании самость и «Я» - это корень человеческой греховности, мешающей человеку соединиться с Богом. Сравнительный анализ их учения со Священным Писанием показал, что оно не расходится с учением Святых Апостолов, которые, в свою очередь, тоже учили отрешённости. Это согласуется со словами Иисуса: «Так всякий из вас, кто не отрешится от всего, что имеет, не может быть Моим учеником».132 Бог, с Которым они желали соединиться, находился внутри их духа, и им нужна была полная отрешённость от всего сотворённого, чтоб соединиться с Несотворённым.

В этой главе мы также рассматривали отрешённость, как путь оставления «Я» и самости, и затем вопросы о привязанности к земным благам и о нестяжательстве, вытекающими из отрешённости. Таким образом, мы пришли к выводу, что учения и жизнь ранних христиан проходила на основании оставления «Я» и самости, через отрешённость и нестяжание. Это позволяло им жить вместе, имея одно сердце и одну душу, любя друг друга как самого себя.

Во второй главе мы перешли к исследованию вопроса свободы и послушания в христианской жизни. Как влияет оставление своего «Я» и самости на свободу человека и его творчество? Не становится ли человек «роботом» в руках Бога? Мы пришли к выводу, что отрешённость выводит человека на высший уровень свободы и творчества, совершаемого в союзе с Богом. Таким образом, отвержение своего «Я» не уничтожает личность, волю и творчество, а наоборот, приводит человека в единство с Богом, от Которого рождается уникальное создание, сочетание Бога и уникальной души человека. Создание, называемое новым творением, объединяющее Бога и человека в одном теле, неповторимое единство, объединяющее творчество двоих. 

Далее мы исследовали опыт мистического единения с Богом и послушания Богу, предложенный мистиками, а также послушание в жизни Иисуса, как образец для всех верующих. Мы выяснили, что мистическое послушание Богу, или Духу Святому, было образом жизни первых христиан и искренних последователей Иисуса Христа во все века, которым Бог обещал послать не Библию, а Духа Святого, Который и наставит их на всякую истину.

Таким образом, мы пришли к выводу, что послушание в жизни Иисуса Христа являлось образцом для жизни Его первых учеников, и было осмыслено и пережито рейнскими мистиками в рамках учения о богосыновстве.

На основании этого, в третьей главе, мы рассматриваем их учение о возможности единства с Богом через оставление своего «Я» и самости, а также возможность единства и гармонии Царства Божьего на земле как на небе.

Итак, «Я» и самость  есть зло, корень первородного греха, разделивший нас с Богом и принесший в наш мир столько печали и горя. Оставление и отречение от самости и своего «Я» возможно через личное осмысление его как зла в личной жизни, в жизни общества и даже государства. Соединение с Богом и устройство жизни на земле на основании заповедей Иисуса возможно только через отрешённость и оставление своего «Я». И к этому выводу и решению должен прийти каждый, кто хочет иметь Царство Божие внутри себя, - а это «мир, праведность и радость во Святом Духе». И кроме обретения личного мира, такие люди могут быть устроены в обществе как в Теле Христовом. Через спасение от самости, «Я» и всего своего, им легко жить в единстве, завершая видение Бога на общество – Церковь как Тело Христово.

Не схоластический, но мистический подход к Богопознанию приведёт нас к единству с Богом и друг с другом в устроении Царства Божьего на земле как на небе. Это подтверждает нам Писание, когда Иисус повелел ученикам оставаться в Иерусалиме, пока не получат Святого Духа. Хоть это и затрагивает нашу религиозно-христианскую ревность, но Он не сказал, чтоб они сидели в Иерусалиме, пока не соберут вместе все книги Нового Завета. Сегодня как раз и не хватает в христианстве того мистического соединения с Богом, где всё написанное апостолами становится понятным и реально применимым в жизни. В заключение хочется привести слова Бонавентуры из Путеводителя души к Богу: «Если ты спросишь, каким образом достичь этого, то вопрошай благодать, а не учение, желание, а не разум, воздыхание молитвы, а не исследование книг, жениха, а не учителя, …. возликуем тогда вместе с Давидом, говоря: «Изнемогает тело моё и сердце моё, Бог сердце моё и часть моя вовек».

Новый человек без самости и «Я» – это реальность, достигаемая через покаяние человека в первородном грехе Адама. Новый человек или новое творение и  есть сверхчеловек,  и слава Богу, что он не похож на сверхчеловека у Ницше.

Список использованной литературы:

  1.   Аврелий Августин. Исповедь. – М.: Изд-во «АСТ», 2003. – 440с.
  2.  Иоханн Таулер. Проповеди. Царство Божие внутри нас. – СПб.: Изд-во РХГИ, 2000. – 288с.
  3.  Иоахан Таулер.// Антология средневековой мысли. В 2т. Т2. – СПб.: РХГИ, 2002. – стр.417-462.
  4.  Анри Арвон.  Буддизм. – М.: Изд-во « АСТ», 2005. – 159с.
  5.  Барт К. Церковная догматика. – М.: Изд-во Библейско-богословский  институт св. ап. Андрея, 2007 – 560с
  6.  Бачинин В.А. Истоки конфликта между Византизмом и евангелизмом. – СПб.: 2003 – 120с.
  7.  Бачинин  В.А. Византизм и Евангелизм. - СПб.: Изд-во С.-Перб.ун-та,2003. – 366с.
  8.  Бердяев Н.А. Русская идея. – М.: Изд-во «АСТ», 2004 –  615[9]c.
  9.  Бердяев Н.А. Философия свободы. – М.: Изд «АСТ», 2004 – 732,[4]c.
  10.   Большой Российский  энциклопедический словарь. – М.: Большая Российская Б79 энциклопедия, 203 – 1888с.
  11.   Блез Паскаль. Мысли. – СПб.: Изд-во «Азбука- классика», 2005 – 336с.
  12.   Бонхоффер.Д. Жить вместе. – М.: Изд-во «Триада», 2000 – 112с.
  13.   Бумер Мартин. Два образа веры. – М.: Изд-во Республика, 1995 – 464с.
  14.   Бурлака  Д.К. Мышление и Откровение. – СПб.: Изд-во РХГА, 2007. – 448с.
  15.   Вебер М. Протестантская этика и дух капитализма. – Ивано-Франковск.: «Ист-Вью», 2002. - 352с.
  16.   Генрих Сузо. Книжка истины.//Антология средневековой мысли. – СПб.: Изд-во РХГИ, 2002. – с.465
  17.   Гийон. Ж. Пояснение и размышление. - СПб.: Изд-во «Руфь», 2005. – 256с.
  18.   Джеймс Д. Данн. Единство и многообразие в Новом Завете.(исследование природы первозаветного христианства). – М.: Библейско-богословский институт св. ап. Андрея, 1997. – 530с.
  19.   Дионисий Ареопагит. Корпус сочинений с толкованиями преп. Максима Исповедника. – СПб.: Изд-во Олега Абышко, 2008 – 464с.
  20.   Иоанн Мейендорф. Введение в святоотеческое Богословие – М.: Изд-во «Лучи Софии», 2005. – 384 с.
  21.   Кирилл Лукарис. Восточное исповедание христианской веры. Константинополь 1631г. http://calvinism.ru/eastern.htm
  22.   Лосский В.Н.  Догматическое Богословие.Очерк мистического Богословия восточной церкви. – Киев.: изд-во им. Св. Льва, папы Римского, 2004. – 504с.
  23.   Лесков Н.С. Христианские легенды. – СПб.: Изд-во «Азбука - классика», 2007. – 320с.
  24.   Мастер Экхарт. Духовные проповеди и рассуждения. – СПб.: Изд-во ТИД Амфора, 2008 – 255с.
  25.   Мастер Экхарт.// Антология средневековой мысли. – СПб.: Изд-во РХГИ, 2002. – стр.388-416
  26.   Ницше Ф. Сочинения в двух томах. Т2. – СПб.: Изд-во «Кристалл»,1998. – 1120с.
  27.   Паскаль Б. Мысли. – СПб.: изд-во. «Азбука- классика», 2005. – 336с.
  28.   Пигров К.С. Социальная Философия. – СПб.: Изд-во С.-Перерб.ун-та, 2005. – 296с.
  29.   Платон. Собрание сочинений в 4-х т. Т3. Ч1. – СПб.: Изд-во С.-Петерб. Ун-та, 2007 – 752с.
  30.   Поликарп Смирнский. Послание к Филиппийцам // http://aleteia.narod.ru/
  31.   Психологический словарь // http://psi.webzone.ru/st/310000.htm
  32.   Реутин М. Ю. Учение о форме у Мастера Экхарта. – М.:  РГГУ 2004 – 88с.
  33.   Светлов Р.В.//Мастер Экхарт. Духовные проповеди и рассуждения. Предисловие. – СПб.: ТИД  Амфора,2008. – с.1-20
  34.   Симеон Новый Богослов. Прийди, Свет Истинный. – СПб.: Изд-во Олега Абышко, 2008. – 224с.
  35.   Толстой Л. Н. «В чем моя вера»

// http://az.lib.ru/t/tolstoj_lew_nikolaewich/text_0152.shtml

  1.   Толстой Л. Н. Рассказы. Повести. – М.:  Изд-во Дрофа, 2003. – 224с.
  2.   Уоррен Р. Целеустремлённая жизнь, Н.Новгород.:  Изд-во «Центр Агапе», 2005- 432с.
  3.   Франк С.Л. С нами Бог. – М.: Изд-во «АСТ», 2003 – 752с.
  4.   Хорьков М.Л. Мастер Экхарт. Введение в философию великого рейнского мистика. – М.: Изд-во Наука, 2003. – 278с.
  5.   Шестов Л.И. Афины и Иерусалим. – М.:  Изд-во «АСТ», 2007 – 413с.
  6.   Шестов Л.И. Добро в учении гр.Толстого и Ницше.

// http://www.vehi.net/shestov/dobro.html  

 

1  В части нашего исследования это М.Экхарт,  Таулер и Г.Сузо.

2  Новый завет. Деяния  Святых Апостолов 4:32

3  Бердяев Н.А. Философия религии. Стр.25

4 Прохорова И.М.// Антология Средневековой мысли том 2. стр.389

5 Реутин М.Ю. Учение о форме у Мстера  Экхарта, М.: РГГУ2004. с4

6 Там же. Стр.3

7 Прохорова И.М.// Антология Средневековой мысли том 2. стр.419

8 Психологический словарь.  http://psi.webzone.ru/st/310000.htm

9  Николаев В.И. http://psychoanalyse.narod.ru/lexicon/begriffe/jung/selbstju.htm

10  Иоханн Таулер. Проповеди, Изд-во. РХГИ, СПб.,200. с.252

11  Мастер  Экхарт.// Антология средневековой мысли. Том2, С.414.

12  Новый завет.Колоссянам 3:5

13 Новый завет. 1Кор.15:31

14 Новый завет. Римл.7:22

15  Толстой Л.Н. Рассказы Повести. – М.: Дрофа, 2003. -  с. 182-184.

16  Лесков Н.С.. Христианские легенды. – СПб.: изд-во азбука  классика, 2007. – 320 с.

17 Иоханн Таулер. Проповеди, Изд-во. РХГИ, СПб.,200. с.61


Там же стр.163

18

19 Иоханн Таулер. Проповеди, Изд-во. РХГИ, СПб.,200. с.205

20 Паскаль Б..Мысли. – СПб.: изд-во Азбука –класика, 2005. – с.55

21 Там же. с.60.

22 Новый завет. 1 Петра 5:5

23 Иоханн Таулер// Антология средневековой мысли. Том2, С.428

24 Аврелий Августин. Исповедь. – М.: изд-во АСТ, 2003. с. 5.

25 Там же. с.4. гл1.

26 Там же.с 6

27  Новый завет. Галатам 2:20

28  Генрих Сузо .Книжка истины.// антология средневековой мысли.т.2. – СПб.: изд-во РХГИ, с.472

29 .М. Экхарт. Духовные проповеди и рассуждения.СПб.: изд-во  ТИД Амфора, 2008, стр.75-76.

30  Новый завет. 1 Коринф. 15:31

31  Там же. Филипийцам 3:16

32 Иоханн Таулер. Проповеди. – СПб.: Изд-во РХГИ, 2000. – стр. 246


  2 Евангелие от Луки.14:33.

33

34  Евангелие от Луки. 10:1

35 М. Экхарт. Духовные проповеди и рассуждения.СПб.: изд-во  ТИД Амфора, 2008, стр. 89.

36  Там же.стр.88

37  Новый завет. Рымл 14:17.

38 Иоханн Таулер. Проповеди. – СПб.: Изд-во РХГИ, 2000. – стр. 120


3 Хорьков  М.Л.,  Мастер Экхарт. Введение в философию великого рейнского мистика. - М.:  изд-во Наука,2003.  стр.168

39

40 Генрих Сузо .Книжка истины.// антология средневековой мысли.т.2. – СПб.: изд-во РХГИ, стр.472

41 Иоханн Таулер. Проповеди. – СПб.: Изд-во РХГИ, 2000. – стр. 26

42 Новый завет.1 Петра 1:18

43 Ветхий завет. Книга пророка Иезекииля 44:28

44 Иоханн Таулер. Проповеди. – СПб.: Изд-во РХГИ, 2000. – стр. 31

45 Иоханн Таулер. Проповеди. – СПб.: Изд-во РХГИ, 2000. – стр. 53.


2 Иоханн Таулер// Антология средневековой мысли. Том2, С.426


3 Новый завет. Евангелие от Луки 12:15.

46  Иоханн Таулер// Антология средневековой мысли. Том2, С.426

47  Новый завет. Евангелие от Иоанна 6:26

48  Там же. Ев. От Матфея 19:21

49  Ветхий завет. Книга Иова 1:8

50 Там же. Иов.1:27

51 Книги Ветхого Завета. 3-я Царств 12:17

52 Иоханн Таулер. Проповеди. – СПб.: Изд-во РХГИ, 2000. – стр.214

53 Симеон Новый Богослов. Прийди, свет Истинный. – СПб.: Изд-во Олега Бабышко, 2008. – стр200.


2 Иоханн Таулер// Антология средневековой мысли. Том2, С.444

54

55 Иоханн Таулер// Антология средневековой мысли. Том2, С.447

56  Бачинин В.А. Истоки конфликта  между Византизмом и Евангелизмом. – СПб.: 2003. стр.85

57  Бачинин В.А . Византизм и Евангелизм. – СПб.: изд-во С.Петерб.ун-та.2003. стр.239

58 Маркс Вебер. Протестантская этика и дух капитализма

59 Н. Бердяев. Русская Идея. – М.: Изд-во АСТ, 2004 стр.449

60 Прохорова И.М. Предисловие к И.Таулеру.//  АСМ. Т.2. стр.419

61 Новый завет. Матф.6:24

62 Поликарп Смирнский. Послание к Филипийцам. Гл.11.

63 Анри Арвон. Буддизм. – М.: Изд-во АСТ, 2005. – стр.44

64 Книги Нового завета. Послание апостола Иакова.4:1-3.

65 Иоханн Таулер// Антология средневековой мысли. Том2, Проповедь. О Божественной глубине. Стр.444.


2 Н. Бердяев. Русская Идея. – М.: Изд-во АСТ, 2004 стр.450

66

67 Толстой Л.Н. В чем моя вера. Гл.4

68 Б. Паскаль. Мысли. – СПб.:Изд-во « Азбука-класика»,2005. -  Стр.57

69 Толстой Л.Н. В чем моя вера. Гл.4.

70 Кирилл Лукарис. Восточное исповедание  христианской веры. Константинополь1631.статья14. http://calvinism.ru/eastern.htm

71 Лосский В.И. Догматическое Богословие. – Киев.:2004. стр.159

72 Книги Нового завета. 1 Коринф.6:17

73 Иоханн Таулер// Антология средневековой мысли. Том2, стр.447

74 Там же стр. 442

75  Бердяев Н. Философия  свободы.- М.: Изд-во «АСТ», 2004. – стр.49

76  Там же стр.214.

77 Ансельм Кентерберийский. О свободном выборе.//АСМ.стр. 247

78 Там же  стр.244

79 Книги Нового завета. Римл.12:2.

80 Иоханн Таулер. Проповеди. – СПб.: Изд-во РХГИ, 2000. – стр134.

81 Книга пророка Исайи 55:9.

82 Новый завет. Послание Рымлянам 10:8.

83 Иоханн Таулер// Антология средневековой мысли. Том2. стр.427

84  Книга пророка Исайи .42:1-3 ст.

85  Толстой Л.Н.  В чем моя вера. Гл 6.

86 Иоханн Таулер. Проповеди. – СПб.: Изд-во РХГИ, 2000. – стр226

87 Иоханн Таулер. Проповеди. – СПб.: Изд-во РХГИ, 2000. – стр229

88 Ветхий Завет. Притчи Соломона 14:1

89 Новый Завет. Послание А.Павла к Галатам 2:20.

90 Новый завет. Послание к Ефесянам. 3:17-19.

91 Там же  Ефес. 5:32.

92 М.Экхарт.// Антология средневековой мысли. Стр.414.

93 Иоанн Меендорф. Введение в святоотеческое Богословие. – М.: Изд-во «Лучи Софии, 2005. стр.108.

94 Там же стр.114.

95 Евангелие от Иоанна 5:30.

96  Новый завет. Послание к Филиппийцам 2:7-9.

97  Там же. Послание к Евреям 5:8

98  Евангелие от Иоанна.5:30 и 6:38.

99 Иоханн Таулер. Проповеди. – СПб.: Изд-во РХГИ, 2000. – стр.224.

100 Аврелий Августин. Исповедь. Стр 195.

101 Там же  стр.197.

102   Новый завет. Послание к Колоссянам. 1:16

103 Иоханн Таулер. Проповеди. – СПб.: Изд-во РХГИ, 2000. – стр.142.


2 М. Экхарт. Духовные проповеди и рассуждения.СПб.: изд-во  ТИД Амфора, 2008, стр.148

104

105  Евангелие от Матфея 25:21

106  Евангелие от Луки 16:8.

107 Евангелие от Иоанна 4:34.

108  Семен Франк. С нами Бог. – М.: Изд-во» АСТ» стр.37   

109 В.Н. Лоский. Догматическое Богословие стр. 159

110 Блез Паскаль. Мысли. – СПб.:Изд-во «Азбука-класика», 2005 – стр.57

111 Новый завет. 1Коринфянам.12:12-27

112  Блез Паскаль. Мысли. – СПб.:Изд-во «Азбука-класика», 2005  Стр.277

113  Там же. стр. 279.

114 Новый завет.  Послание к Римлянам 6:5,6

115  К.С. Пигров. Социальная философия. – СПб.: Изд-во С.-Петерб.ун-та, 2005 -  Стр. 197

116 Б.Паскаль. Мысли. . – СПб.:Изд-во «Азбука-класика», 2005. -  Стр 278

117 Книги нового завета.1Послание Иоанна 4:21.

118 Новы й Завет. Евангелие от Иоанна.17:21.

119  Лосский В. Н. Догматическое Богословие. – Киев.: изд-во им Св.Льва,папы Римского,2004. – стр.93

120 Антология средневековой мысли. Том.2. – СПб.: изд-во РХГИ, стр.415


2 Новый  Завет. Евангелие от Иоанна.15 гл.

121 Иоан.15:5

122 Иоханн Таулер. Проповеди. – СПб.: Изд-во РХГИ, 2000. – стр. 226

123 Иоханн Таулер.// Антология средневековой мысли.т.2. – СПб.: изд-во РХГИ, стр.439

124 Там же стр. 442

125 Там же стр. 456.

126  Платон. Собрание сочинений в 4-х т. Т3. Ч1. –СПб.: Изд-во СПетерб. Унт-та, 2007 – стр 275.  

127 И.Меендорф. Введение в святоотеческое богословие. – М.: Изд-во «Лучи Софии», 2005. – стр.345.

128 Бонхофер Д. Жить вместе. – М.: Изд-во «Триада», 2000. –стр.86

129 Бубер Мартин. Два образа веры. – М.: Изд-во Республика, 1995. – стр.138.

130          Ницше. Так говорит Заратустра.Сочинения в двух томах.Т2. – СПб.: «Кристалл»,1998. – 1120с.

131 Шестов Л.И. http://www.vehi.net/shestov/dobro.html

132 Новый завет. Евангелие от Луки.14:33


 

А также другие работы, которые могут Вас заинтересовать

13620. Сократ. Я считаю обязательным для каждого беспрекословно и неуклонно повиноваться законам 15.85 KB
  Я считаю обязательным для каждого беспрекословно и неуклонно повиноваться законам. Сократ В выбранном мною высказывании автор затрагивает проблему сущности закона. Эта проблема актуальна во все времена так как закон регулирует общественную жизнь делая ее более
13621. Истинное равенство граждан состоит в том, чтобы все они одинаково были подчинены закону 16.37 KB
  Истинное равенство граждан состоит в том чтобы все они одинаково были подчинены закону. Ж. Д’Аламбер Выбранное мною высказывание посвящено проблеме верховенства права как основного критерия правового государства. Эта проблема в наше время актуальна как никогда.
13622. Чосер Дж. Кто для других законы составляет, пусть те законы первым соблюдает 17.03 KB
  Кто для других законы составляет пусть те законы первым соблюдает. Дж. Чосер В выбранном мною высказывании автор высказывания английский поэт Джеффри Чосер обращается к проблеме верховенства права и беспрекословного его исполнения. Эта проблема актуальна в любо
13623. Истинное равенство граждан состоит в том, чтобы они были одинаково подчинены законам 13.94 KB
  Истинное равенство граждан состоит в том чтобы они были одинаково подчинены законам Ж. Даламбер Автор данного высказывания затрагивает проблему равенства граждан перед законом. Данная проблема является актуальной во всем мире так как принцип равенства в соотве
13624. Архитектура - тоже летопись мира: она говорит тогда, когда уже молчат и песни, и предания, и когда уже ничто не говорит о погибшем народе 14.89 KB
  Архитектура тоже летопись мира: она говорит тогда когда уже молчат и песни и предания и когда уже ничто не говорит о погибшем народе Н. В. Гоголь Автор данного высказывания хотел сказать что письменные источники могут сгореть песни умереть вместе с народом а со
13625. Дуглас Ф. Без борьбы нет прогресса 13.86 KB
  Без борьбы нет прогресса Ф. Дуглас В основе существования вселенной лежит принцип конфликта именно он заставляет изменяться мир вокруг заставляет его существовать гореть и потухать поэтому главным источником существования был огонь. Миру всегда присуща критическа...
13626. Вам не удастся никогда создать мудрецов, если будете убивать в детях шалунов 14.21 KB
  Вам не удастся никогда создать мудрецов если будете убивать в детях шалунов.Ж.Ж. РуссоЯ думаю что автор хотел указать значение игровой деятельности в жизни человека отметить что игра в жизни человека занимает важное место. В процессе игровой деятельности человек мо
13627. Искусство - диалог, в котором собеседник молчит 14.23 KB
  Искусство диалог в котором собеседник молчит. Г.Ландау В данном выражении имеется сочетание искусство диалог. Диалог является одной из форм общения Таким образом получается что искусство это общение. То есть автор хотел указать что произведения искусства на
13628. История сама по себе не может заставить человека совершить грязное дело 15.68 KB
  История сама по себе не может заставить человека совершить грязное дело П.Сартр категория Философия.Огромный простор для размышлений открывает высказывание П.Сартра о роли человека в формировании истории а также истории в формировании человека. Существуют ли зак