82173

Разграничение доведение до самоубийства от других смежных преступлений

Дипломная

Государство и право, юриспруденция и процессуальное право

Социальная обусловленность уголовной ответственности за доведение до самоубийства. История ответственности за доведение до самоубийства в российском уголовном законодательстве. Для более подробного изучения вопроса об ответственности за доведение до самоубийства необходимо обратиться к истории...

Русский

2015-02-26

161.76 KB

20 чел.

Глава 1. Социальная обусловленность уголовной ответственности за доведение до самоубийства.

§1. История ответственности за доведение до самоубийства в российском уголовном законодательстве. 

Для более подробного изучения вопроса об ответственности за доведение до самоубийства необходимо обратиться к истории российского уголовного законодательства. История уголовного законодательства России имеет тесную связь с экономическими и политическими процессами, происходившими в стране в определенный период времени. Периоды развития уголовного законодательства совпадают с этапами развития российского государства. История российского уголовного законодательства может быть разделена на три периода: уголовное законодательство досоветского периода; советское уголовное право; постсоветское уголовное право. Предлагаем рассмотреть данный вопрос, разбив его на периоды: досоветский, советский и  постсоветский.

В досоветском периоде в уголовном праве преобладало объективное вменение.  К доведению до самоубийства относились так же, как к убийству особого рода, в котором исполнитель и потерпевший имели один смысл. Г.В.Ф. Гегель в связи с этим отмечал, что отчуждение жизни или жертвование ею есть действие, скорее противоположное наличному бытию. Смерть должна быть встречена извне как естественное явление или произойти на службе идее от чужой руки. Если государство требует жизни индивида, он должен отдать ее, но имеет ли человек право сам лишить себя жизни2? Значительным правовым актом становится "Запись о душегубстве". В котором под душегубством понималось не только убийство в чистом виде, но и самоубийство и даже смерть в результате несчастного случая (без покаяния в грехах)3. В данный период основным законом Древней Руси, который устанавливал ответственность за совершение преступлений, являлась Русская Правда, но в ней доведение до самоубийства  не получило четкой регламентации. В IX - XVI вв., в период действия Судебников 1497, 1550 и 1589 года, а также Соборного Уложения 1649 года, отсутствовали уголовно- правовые нормы, которые прямо предусматривали уголовную ответственность за доведение до самоубийства.

Во время правления Петра I уголовное законодательство получило развитие в связи с обострениями между различными социальными группами. Решать вопросы с помощью Уложения 1649 года становилось все труднее и поэтому сам Петр I принимал активное  участие в создании новых уголовно-правовых норм4. Артикул воинский 1716 года опять же не напрямую отразил доведение до самоубийства. Согласно арт. 1645, если кто сам себя убьет, то тело его должны были волочить по улицам до бесчестного место и закопать в нем. В случае если самоубийство не удалось, и  причиной этому были: мучения и досада, беспамятство или стыд, то наказанием для солдата было гонение от полка с бесчестием или смертная казнь при иных  причинах. В то  время гонение было позорящее действие в отношении военнослужащих.  Изначально устав был предназначен для военнослужащих, но в силу того, что общее уголовное законодательство на тот момент было несовершенным, то его нормы распространялись и на лиц гражданского состояния.  Законом была предписана обязательность в каждом конкретном случае выяснения душевного состояния человека решившегося на самоубийство. Его содержание определяло решение вопросов о порядке и месте захоронения самоубийцы, определения наказания, в случаях покушения на самоубийство. Применялся индивидуальный подход к рассмотрению той или иной ситуации. В Морском уставе 1702 года, нормы направленные против самоубийц, еще более ужесточаются. Так в статье 107 данного устава говорится, что если кто-то будет, застигнут при попытки самоубийства, то он подлежит повешению на рее, а кто убьет себя того также следует повесить мертвым головой вниз. Ни надругательство над бездушным телом, ни силы духовного завещания, не могли удержать от самоубийства. Те, кто поддерживал наказание за самоубийство, придавали этому предупредительное значение, считая что, таким образом, можно бороться с ростом числа самоубийц.

С изданием Свода законов  Российской Империи началась кодификация российского законодательства. Свод законов стал подготовительным этапом для составления Уложения «О наказаниях уголовных и исправительных». В 1845 году было принято Уложение «О наказаниях уголовных и исправительных», которое явилось на тот момент первым российским уголовным кодексом. В данном Уложении ответственность за преступления против жизни, здоровья, свободы и чести регулируется в 10 разделе. Глава 2 данного раздела устанавливает ответственность   за склонение до самоубийства. Норма, предусмотренная ст.1946 Уложения, предусматривает ответственность «за склонение другого к самоубийству или же через доставление средств к тому, или иным каким-либо образом будет участвовать в совершении им сего преступления»6. На изменения правой  оценки самоубийства в России XIX- начала XX в., повлияли  активные исследования данного вопроса в области социально-негативного поведения учеными юристами России  того времени.  В результате их трудов, был поставлен вопрос о неправомерном уголовном  наказании самоубийц в силу отсутствия в их действиях правонарушения, т.е. состава преступления, что  и было учтено в Уложение в редакции 1885 г. (ст. 1475),а затем и в Уголовном Уложении 1903 года.   

Таким образом, Уложение о наказаниях уголовных и исправительных, явилось первым российским нормативно-правовым, которое являлось на тот момент законодательством крепостного строя. Его положения были слишком громоздки, казуистичны, даже после судебной реформы 1864 года и внесенных значительных изменений в последующем не усовершенствовали нормы касающиеся доведения до самоубийства и Уложения в целом.  Оно осталось архаичным и не соответствовало реалиям того времени.  Все выявленные недостатки подтолкнули царское правительство к принятию решения о разработке нового Уголовного Уложения.

В период правления Николая II 22 марта 1903 года было принято Уголовное Уложение. Оно отличалось от предшествующих ему Уложений, в нем были учтены изменения, которые происходили в то время в Российской Империи, и оно преследовало цель усиления борьбы с революционным движением. В Уложении 1903, преступления, которые причиняют вред здоровью, собраны в главе 23 «О телесном повреждении и насилии над личностью». Именно оно отказалось от ответственности за самоубийство, рассматривая лишь ответственность за способствование самоубийству  это статья 463 и доведения до самоубийства статья 4627. Это было связано с тем, что до 1900 года Россия по количеству самоубийств в процентном соотношении была ниже, чем остальные страны Европы. Из-за некоторых исторических и политических причин Уложение 1903 года так и полностью не вступило в силу. Но справедливо указать, что оно сыграло большую роль в последующем развитии российского уголовного законодательства.

Любопытный пример привела М.И. Покровская в своем докладе на публичном собрании клуба женской прогрессивной партии в 1914 г., как существующее на тот момент законодательство довело женщину до самоубийства:

"В январе нынешнего года в гостинице "Париж" города  Петербурга, жена богатого архангельского купца Архипова отравилась. Она приехала в Петербург, чтобы возбудить дело о разводе с мужем. Последний прислал сюда телеграмму, с требованием  возвращения  жены к нему, хотя для этого пришлось бы применить высылку ее в Архангельск по этапу. Полиция явилась к ней, для выяснения этого вопроса. Боясь ареста, Архипова взяла бутылку с креозотом и выпила его"8.

Советский период развития права, а том числе и уголовного, характеризуется принятием нескольких кодифицированных уголовных нормативно-правовых актов, действовавших в условиях различной социально-экономической, политической обстановки в государстве. Поэтому научный интерес представляет анализ конструкции состава преступления - доведения до самоубийства, в рассматриваемых далее законах. В советский период, как отмечает  Поликарпова И.В., «уголовная политика характеризуется отказом от всеобъемлющей защиты прав и свобод человека и гражданина, на первый план выдвигается задача укрепления советской власти» 9. Уголовный кодекс РСФСР был принят 26 мая 1922 года и явился первым уголовным кодексом РСФСР. В особенную часть УК 1922 года включалась глава 5, регулировавшая ответственность за совершение преступлений против жизни, здоровья, свободы и достоинства личности. В главу 5 входил раздел 1, предусматривающий ответственность за содействие или подговор к самоубийству.  Ч.1 ст. 148 УК РСФСР 1922 года, предусматривала ответственность за содействие или подговор к самоубийству несовершеннолетнего или лица, заведомо неспособного понимать свойства или значение им совершаемого, или руководить своими поступками, если самоубийство или покушение на него последовали10. Толкование указанной статьи позволяет нам установить следующие юридически важные аспекты. Во-первых, конструкция статьи выделяет такие способы доведения до самоубийства как содействие (которое можно понимать, как помощь в создании условий для реализации намерения другого лица лишить себя жизни) и подговор (как психологическое воздействие на сознание и волю другого лица с тем, чтобы оно лишило себя жизни). Во-вторых, под уголовно-правовую охрану УК РСФСР 1922 года подпадали лишь несовершеннолетние и лица, заведомо неспособные понимать свойства или значение им совершаемого, или руководить своими поступками (поскольку указанные категории были более подвержены воздействию на них со стороны других лиц в силу своего психического развития). В-третьих, ответственность лица за деяние, предусмотренное ст. 148 УК РСФСР 1922 г., наступала при условии, что содействие или подговор к самоубийству не привели к смерти лица, в силу прямого на то указания в диспозиции нормы. Логичным будет предположение, что в случае наступления смерти «потерпевшего» лица, ответственность другого лица, которое этому содействовало или подговорило к самоубийству, могла наступить по тем статьям УК РСФСР 1922 г., которые предусматривали ответственность за умышленное убийство (ст. 142, 143). В российском уголовном законодательстве норма, допускающая  убийство по просьбе жертвы, функционировала достаточно  краткий промежуток  времени. В примечании к ст. 143 Уголовного кодекса РСФСР 1922 г. говорилось, что лицо совершившее убийство по просьбе, не должно быть наказано11. По мнению Г.В. Швекова, в примечании  отразились  ложные понимания, а не реальные принципы социалистического гуманизма, так как настоящее  человеколюбие и логичное выполнение отражаемого в законе принципа неприкосновенности личности бесспорно требуют провозглашения недопустимым, любого преступного случая противоправного лишения жизни другого лица, независимо от мотивов которыми руководствовался виновный12. Как полагал И.И. Карпец, благодаря этому в законодательстве была допущена противоположность – анализируемое действие стало рассматриваться как простое убийство, примером послужил случай, когда яд подавался врачом безнадежному больному из сострадания по просьбе последнего, то речь  должна идти о смягчающих обстоятельствах13. Пионтковский А.А. считает, что   практическое применение этой нормы претерпела неудачи. Так  IV сессия ВЦИК от 11 ноября 1922 г. постановила исключить это примечание в связи с ростом случаев  злоупотребления в отношении граждан, "попросивших"  лишить их жизни14.

Через несколько лет после образования Союза Советских Социалистических Республик и Конституции СССР, 22 ноября 1926 года был принят Уголовный кодекс РСФСР. Как справедливо указала Калашникова А.И., «первичность государственных интересов по сравнению с интересами личности проходила красной нитью по всей Особенной части УК 1926 года».15 В УК 1926 года, глава, устанавливающая ответственность за преступления, посягающие на жизнь, здоровье, свободы и достоинства личности находилась после глав устанавливающих ответственность за контрреволюционные преступления, о преступлениях, посягающих на порядок управления, должностных преступлениях, нарушении правил об отделении церкви от государства и хозяйственных преступлениях. Согласно вышесказанному, глава 6 УК РСФСР 1926 года устанавливала ответственность за преступления против жизни, здоровья, свободы и достоинства личности. Так конструкция части 1, статьи  14116 особо отмечает, что  уголовно-правовая ответственность наступала при наличии следующих условий:

1) потерпевшее лицо находилось в материальной или иной зависимости от субъекта преступления на момент, предшествовавший его смерти;

2) способами доведения до самоубийства или покушения на него выступало жесткое обращение с зависимым лицом, так и другие способы, в норме закона прямо не предусмотренные. Анализ ч. 1 ст. 141 УК РСФСР редакции 1926 года позволяет сделать вывод, что жесткое обращение или иные подобные пути доведения до самоубийства или покушения на него обусловлены наличием указанное выше зависимой связи, которая выступала условным основанием  противоправного поведения по отношению к потерпевшему лицу;

3) закономерным следствием противоправных действий субъекта преступления выступает акт самоубийства зависимого лица или покушения на него, не доведенного до окончания по объективным и субъективным причинам.

Ч.2 ст. 141 УК РСФСР 1926 года  по своему содержанию совпадала с ч.1 ст. 148 УК РСФСР 1922 года. Различием было лишь в том, что законодатель добавил дополнительную часть в ст. 141 УК РСФСФ 1926 года касающуюся подговора и содействия несовершеннолетнего или лица, заведомо неспособного понимать свойства или значения им совершаемого или руководить своими поступками, если самоубийство или покушение на него последовал. Тем самым  в очередной раз расширил понятие потерпевшего, от установления которой в последствии отказались в УК РФ 1960г. В новых условиях деяние, которое  в своё время квалифицировалось  по ч.2 ст.141 УК РФ 1926 года, судебной практикой стало признаваться убийством. Таким образом, УК 1926 года повторил, некоторые нормы, УК 1922 года, связанными с доведением до самоубийства, немного изменив их. Так же положительным историческим  моментом можно считать, что лишь в ч.1 ст. 141 УК РСФСР 1926г. находит своё воплощение идея уголовной ответственности за доведение до самоубийства, содержавшаяся в своё время в ст. 462 Уголовного Уложения 1903. 

При этом существует мнение по поводу выше сказанного, так Меньшагин В.Д. не относил содействие или  доведение до самоубийства несовершеннолетнего или душевнобольного  лица, к убийству17. Напротив другой исследователь И.А. Алиев полагал, что содействие или доведение до самоубийства несовершеннолетнего или душевнобольного  лица следует рассматривать как убийство совершенное особым способом18.  У Красикова А.Н. было свое мнение, а именно  о разных формах причастности к самоубийству  в ст. 141 УК РСФСР 1926 г. Во-первых,  подговор к самоубийству. Представлялись  разного рода деяния, вызывающие решимость у человека лишить себя жизни, который раньше и не думал о суициде, если отсутствовали признаки состава доведения до самоубийства. Во-вторых, содействие самоубийству. Когда у человека самостоятельно без постороннего вмешательства возникло желание расстаться с жизнью, но по его просьбе  ему была оказана помощь в лишении себя жизни. В таких случаях по содержанию закона потерпевшими могли оказаться несовершеннолетние или лица, которые заведомо не могли понимать совершаемого или руководить своими поступками"19.

УК РСФСР 1926 года просуществовал почти 40 лет, до принятия УК РСФСР  27 октября 1960 года. В главе 3 УК 1960 года, называющейся – преступления против жизни, здоровья, свободы и достоинства личности, содержится норма, устанавливающая ответственность за доведения до самоубийства20 (ст. 107).  В диспозицию ч.1 ст.107 УК РСФСР 1960 года по сравнению с УК РСФСР 1926 года был включен новый признак, при котором наступала ответственность за данное преступление, к нему относится: систематическое унижение личного достоинства потерпевшего. Еникеев М.И. в денном случае выделял три признака состава преступления и в этом был прав. Первое – это зависимость потерпевшего от обвиняемого (подозреваемого). Второе -  жестокое обращение с ним. Третье -  систематическое унижение человеческого достоинства потерпевшего, а также травля, клевета и т.п.21. Значение "зависимости" в уголовно-правовой литературе  следует понимать: "Зависимость - социальная связь возникающая между обвиняемым и потерпевшим, при которой осуществление значительных  интересов последнего была предопределена поведением первого либо осуществление значительных  интересов каждого была предопределена обоюдным поведением"22.

УК РСФСР 1960 года недолго просуществовал после внесения неоднократных изменений. 13.06.1996 года был принят ныне действующий уголовный кодекс, сменивший УК РСФСР 1960 года. В 90-е годы в РФ после распада СССР начинается формирование новой уголовно-правовой политики, отличающейся от советской, в котором интересы государства были выше, чем интересы отдельного человека. После же распада СССР интересы отдельно человека не умалялись в сравнении с интересами государства в целом, а являлись приоритетом в защите. Согласно Конституции РФ23, человек, его права и свободы – высшая ценность. Данные изменения в государстве нашли свое отражение и в УК РФ 1996 года. Как указывает Думан С.И., «определенную завершенность процесс формирования норм, предусматривающих ответственность за совершение посягательства на здоровье личности, получил в Уголовный кодекс РФ 1996 года»24. Новый УК РФ практически не отличался от предыдущих. В действующем кодексе 1996 года, анализируемое деяние находится в разделе VII «Преступления против личности», главе 16 «Преступления против жизни и здоровья», а именно в ст. 110, которая содержит основания для привлечения к уголовной ответственности. Такими основаниями являются: угроза, жестокое обращение, систематические унижения человеческого достоинства потерпевшего.

Такой результат исторического развития и изменения российского уголовного законодательства, а именно ответственности за деяния, имеющие отношение к лишению человеком себя жизни или доведения человека до самоубийства во многом предвиден ходом исторического развития российского права в целом и воздействием на правовую оценку указанной проблемы, имеющихся взглядов в обществе и науке.

Современное положение экономики, политики, социологии и иные реалии, в котором развивается наше государство, предопределили, законодательное расширение и совершенствование действующего УК РФ 1996г., по сравнению с предыдущим ему УК РСФСР 1960г., области применения статьи (110) о доведении до самоубийства. В настоящее время   охраной  уголовного закона  от доведения до самоубийства являются лица находящиеся от виновного в материальной или иной зависимости, а также жизнь любого человека. Вследствие чего объектом преступления, предусмотренного в ст.110 УК РФ, считается  право человека на жизнь.

Таким образом, проведенное исследование истории уголовного законодательства России об ответственности за доведение до самоубийства  позволяет сделать следующие выводы:

  1.  неоднократное изменение Уголовного кодекса России связано, прежде всего, с историческим развитием общества и права в целом.
  2.  законодательство о причинении тяжкого вреда здоровью прошло долгий путь развития, начиная с договоров русских с греками 10 в. и  Артикула воинского 1715 года, в котором предусматривалась ответственность за самоубийство, заканчивая Уголовным кодексом 1922 года, предусматривающая уже непосредственно ответственность за доведения до самоубийства.
  3.  Уголовный кодекс 1996 года по сравнению с предшествующими ему нормативно-правовыми актами, содержит новые квалифицирующие виды, уже более полно и широко регулирующие ответственность за доведения до самоубийства.

§2. Социальная обусловленность установления уголовной ответственности за доведение до самоубийства.

В настоящее время общепринятым является суждение о  праве как о разностороннем понятии, выражающее мировые, национальные, человеческие требования к образцам касающихся свободы и личности. На этом месте права человека являются общесоциальным понятием, а не государственно-правовой категорией. Немецкие философы придерживались мнения о том, что государство должно обеспечить защиту человека, путем создания условий для безопасной и достойной жизни граждан. Опосредованный итог невозможности государства предоставить социально-первичные потребности человека- самоубийство. Данное явление приобрело колоссальное значение национальной проблемы. Лидирующее место по самоубийству занимают Казахстан  и  Шри-Ланка,  затем уже идет Россия. Но по самоубийству несовершеннолетних первое место занимает Россия25. Доведение до самоубийства представляет значительную опасность для любого общества, так как это деяния может затронуть практически каждого человека. Помимо того, что само деяние посягает на жизнь другого человека, рассматриваемое преступление характеризуется безнравственностью поведения лица совершающего его,  которое можно оценить как один из самых аморальных составов, предусмотренных Особенной частью Уголовного кодекса. Процентный показатель самоубийств зависит только от социологических причин и что группа добровольных смертей определяется моральной структурой общества. У каждого народа существует известная коллективная сила определенной интенсивности, толкающая человека на самоубийство. Поступки совершаемые самоубийцей и которые на первый взгляд выглядят проявлением личного темперамента, оказываются на самом деле следствием и продолжением некоторого социального состояния, которое находит себе в них внешнее обнаружение.

Обратим свое внимание на обычаи народов, которые существовали и о которых мы знаем. Для примера рассмотрим Харакири- ритуальное самоубийство. Смысл этого ритуала является в вспарывание живота кинжалом в целях показать свою чистоту и незапятнанность своих мыслей, личных и истинных намерений, мужества, отсутствия страха и боли, как доказательство своей правоты, крайняя мера оправдания себя перед небом, людьми и правителем. Ведь харакири было распространено среди воинов, попавших в недоверие правителя и общества в целом. Разве это не есть доведения до самоубийства, когда общество нагнетает обстановку, ждет доказательств, для того чтобы к тебе относились как к честному человеку, считая харакири почетным поступком для воина поставившего свое поведение под сомнение. Альтруистическое самоубийство в основном  характерно для японской культуры, культуры стыда, как определяют ее исследователи. Основными чертами являются: полное спокойствие, и никаких следов самопринуждения26. Если это не самопринуждение, то по логике - чужое принуждение, человек поступает так, как хотят от него другие.  Личность в этой стране находится в наибольшей зависимости от общества, и принесение себя в жертву ради других отличает именно японского человека.

В разных культурах существовала традиция - «самоумирание». Под самоумиранием понимали, самовольный уход из жизни в день похорон мужчины. Самоумирание совершали люди находящиеся в зависимости от данного мужчины (смерды, но в основном жена умершего). Считалось, что девушка вступившая брак обязана сопровождать своего мужа как в жизни, так и после смерти, т.е  умереть вслед за свои мужем даже если это ранняя смерть. Если это самовольное решение, то вопросов не возникает. Как же относится к другой стороне данной монеты, что  уходом из жизни послужили обычаи, правила народа, которые влияли, обязывали и можно сказать требовали совершить самоумирание.  Вдруг лицо, от которого ждали таких действий, не желало уходить из жизни по многим причинам (молодой возраст, дети и т.д). Человек обречен, у него нет права выбора. Такие обычаи, по существующему  мнению, и есть доведение до самоубийства. Суицид- это высшая степень подчинения.

Церковные взгляды  и права по поводу самоубийства, почти до реформ Петра I находилось в ведении церковных законов. Католическая и православная церковь осуждали самоубийство, но понятия, которые были закреплены в различных источниках и практика имели свои характерные особенности  и отличия. Со времен Фомы Аквинского данному вопросу уделялось пристальное внимание, множество церковных соборов заповедей самоубийство приравнивали к убийство, считали его актом дьявола, запрещали молиться за душу самоубийцы и проводить заупокойную службу, а так же формально лишали самоубийц погребения. В Каноническом Ответе Тимофея Александрийского, а именно в 14 каноне говорится: «…если самоубийство совершено от обиды человеческой, или по какому иному случаю от малодушия, то приношению молитв не бывать, ибо он самоубийца». Данная формулировка сохраняется в православной церкви и по настоящее время. Многие историки не придавали этим  предписаниям большое значение. Например, правовед  Н.С. Суворов говорил о том, что в практики жизни народа действуют не церковные законы, а издавна сложившиеся обычаи27.  Инструкция патриарха Адриана поповским старостам или благочинным смотрителям от 26 декабря 1697, содержала правила, явно языческих представителей о самоубийстве. Инструкция гласила, что если человек утонет, зарежется, и причинит себе смерть своими руками, церковному погребению и отпеванию не бывать, в таком случае тело его подлежит  захоронению в лесу28. По содержанию можно сделать вывод о том, что  идет смешение христианских и языческих предписаний, церковной и светской власти, авторитета закона и силы обычая. Увеличение самоубийств усиливается на момент возникновения и существования атеизма. Выше упоминались ритуальное самоубийство (харакири) и  самоубивание в силу языческого обычая. До сих пор многие философы, историки не могут дать точного ответа на вопрос, является ли  обряды, ритуалы, обычаи приношения себя в жертву самовольным решением или же давлением народа в целом.

Говоря уже о современности, то  в теории уголовного права отсутствует единообразное понимание природы общественной опасности деяния29. Ряд ученых ссылаются на зависимость общественной опасности от внешних деяний30, другие ссылаются на свойства лица31, а третьи на вредные последствия деяния32, но все они сходятся на том, что общественная опасность это основополагающий признак любого преступного деяния.

Так, заслуженный деятель науки РФ, доктор юридических наук, профессор А.И. Рарог дает следующее определение: «Общественная опасность – материальный признак преступления, выражающий социальную сущность данного юридического понятия … это имманентное объективное свойство (качество) преступления, означающее способность причинять  существенный  вред общественным отношениям, поставленным под охрану уголовного закона»33.

И как любое уголовно – правовое явление общественная безопасность содержит в себе качественную (характер общественной опасности) и количественную (степень общественной опасности) сторону, которые необходимо учитывать при уяснении более полного понимания преступного деяния34. Таким образом, общественную опасность мы можем определить как явление, характеризующее преступление как деяние, представляющее угрозу для нормального функционирование общественных отношений, которые подлежат защите государством.

Перейдем к непосредственной характеристике общественной опасности преступного деяния предусмотренного статьей 110 УК РФ «Доведение до самоубийства».

Самоубийство на сегодняшний день не является преступным деянием, а относится к нарушениям норм нравственности и морали. Так же, как и определение понятия «общественная опасность», так и определение «самоубийство» не закреплено в законодательстве. Однако под самоубийством или суицидом принято понимать: «целенаправленное, осознанное лишение себя жизни, как правило, добровольное (хотя бывают и случаи вынужденного самоубийства) и самостоятельное (в некоторых случаях осуществляется с помощью других людей)»35.

Уголовно – наказуемым согласно действующему уголовному закону является только доведение до самоубийства, ответственность за которое установлена в статье 110 Уголовного кодекса Российской Федерации и определяющееся как: «Доведение лица до самоубийства или до покушения на самоубийство путем угроз, жестокого обращения или систематического унижения человеческого достоинства потерпевшего»36.

В юридической литературе можно найти следующее определение: «действия виновного, вынуждающего потерпевшего совершить убийство»37.

В отношении общественной опасности доведения до самоубийства, то нам оно представляется крайне значительным, так как деяние посягает на жизнь другого человека, которая гарантируется каждому человеку в соответствии со статьей 20 Конституции РФ38. Общественная опасность доведения и покушения на самоубийство может проявляться и в иных характерных чертах данного преступления, например:

- особенности взаимоотношений преступника и жертвы (в частности, нахождение потерпевшего в какой-либо зависимости от виновного);

- особенности обстановки совершения преступления, когда потерпевший не может уклониться от посягательства на свои права (например, в связи со службой в армии, обучением в военном училище, нахождением в детском доме, школе).

Доведение до самоубийства как общественное явление опасно, по следующим причинам: латентность, необратимость последствий.

- Латентность.

Сложность в доказывании причинной связи между деянием и наступившими последствиями  приводит к ситуации, когда преступные деяния признают актом суицида, который не является уголовно наказуемым, и как итог, виновный избегает наказания. Регистрация  совершенных преступлений осуществляется правоохранительными органами, на основе зарегистрированных данных составляются статистические отчеты о преступности. К сожалению,  уголовную статистику о преступности, исходящую из названных отчетов, нельзя считать  верной без учета латентной преступности. В этой причине на тот момент действующий Президент РФ Д.А. Медведев на заседании коллегии Генеральной прокуратуры РФ отметил: "Уголовная статистика, как и статистика в целом, довольно хитрая вещь. Как она осуществляется, мы сами знаем: сначала записали, потом подумали, потом выслушали пожелания вышестоящих начальников - и нет ничего. Не предлагаю сейчас конкретных мер по первичной регистрации, но эти меры должны включать в себя и процедурные элементы, и технологические решения. Только в этом случае мы будем с вами оперировать более или менее точными цифрами. Иначе у нас миллион преступлений - туда, миллион - сюда, непонятно, что вообще происходит"39. Для установления объема реальной, фактической преступности крайне важно исследовать и выявлять латентные преступления, в т.ч. на флоте и в армии. Высокую латентность в армии в большинстве случаев считают:

1. Вымогательство и хищение денег или материальных ценностей.

2. Неуставные взаимоотношения.

3  Преступления связанные  с применением насилия.

4 Оскорбление сослуживцем или начальником.

5. Превышение должностных полномочий.

Латентными остаются  неуставные отношения это около 30,7% , военнослужащие заявляющие о насильственных действиях  совершенных по отношению к ним составляет лишь 8%40. По мнению некоторых авторов, нарушения  связанные с уставными правилами взаимоотношений между военнослужащими, происходящими в воинских частях регистрируются в том случае, когда командование не может их скрыть в связи с последствиями деяний: когда неуставными отношениями военнослужащего доводят до отчаяния, и он пытается покончить жизнь самоубийством41.

Без внимания нельзя оставить доведение до самоубийства в местах лишения свободы, которое так же носит латентный характер. По характеру, степени общественной опасности и тяжести последствий насильственные преступления превосходят другие преступные деяния, поскольку способны нанести неисправимый ущерб личности, ее важнейшим благам. За счет места совершения преступления и содержания преступного деяния образуется самостоятельная разновидность преступлений. Преступность в местах лишения свободы делится на

1. Преступные деяния, совершаемые администрацией учреждения.

2.  Преступные деяния, совершаемые лицами отбывающими  наказания в виде лишения свободы.

Суицид и доведение до самоубийства в местах лишения свободы в большей мере определяется тем, что осужденным свойственна: повышенная тревожность, беспокойство, боязнь общественного порицания и угрозы со стороны окружающего мира, который, как они считают, бывает к ним жесток, несправедлив и унижает их, страхи, большой срок наказания и долгое время пребывания в замкнутом пространстве. Вследствие этого они постоянно находятся в напряжении и готовы к обороне путем насилия. Для осужденных  проявляющих лидерские качества физическое насилие является доступным способом снятия стрессов и напряженности, особенно если оно направлено на обидчика, а зачастую на слабого по физическим и моральным составляющем человека, в которым так просто можно манипулировать и видеть в нем  концентрацию своих бед42. Так по мнению М.Ф. Костюка43 и М.Н. Жарких44 одним из примеров  преступности осужденных в исправительных учреждениях являются  преступления против личности, а именно убийства и доведение до самоубийства.

В течение 2013 года в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы проведены мероприятия, направленные на профилактику суицидального поведения среди подозреваемых, обвиняемых и осужденных. Осуществлен перевод психологов  на двухсменный график работы, обеспечена психодиагностика подозреваемых и обвиняемых в карантинных отделениях следственных изоляторов (далее – СИЗО), организованы занятия по обучению сотрудников выявлению признаков поведения, указывающих на наличие высокого риска самоубийства. Благодаря указанным мерам уровень суицидов среди подозреваемых, обвиняемых  и осужденных в расчете на 1 тыс. человек в 2013 году снизился на 0,03 и составил 0,61 (в 2012 году - 0,64). В 36 территориальных органах ФСИН России уровень самоубийств среди лиц, содержащихся в следственных изоляторах и отбывающих наказание в исправительных учреждениях,  находится ниже среднего показателя по УИС. В отчетном периоде не допущено случаев суицидов в учреждениях республик Карелия, Хакасия, Чеченской Республики, Амурской области, Еврейской автономной области и Ямало – Ненецкого автономного округа. Значительное сокращение уровня суицидов отмечено в республиках Адыгея и Башкортостан, Ставропольском крае, Астраханской, Волгоградской, Ростовской и Пензенской областях. Вместе с тем, в 41 территориальном органе ФСИН России средний уровень суицидов превышен. Так, значение данного показателя в учреждениях УИС Республики Алтай составляет 3,03, Северной Осетии (Алании) - 1,85, Тывы - 1,70, Марий Эл - 1,22, Бурятии - 1,12, Камчатского края - 2,91, Новгородской области - 1,48, Калининградской области - 1,03, Тульской области - 1,08, Самарской области - 1,07, Челябинской области - 1,10, Тюменской области - 1,10. При этом в республиках Бурятия и Марий Эл, Липецкой, Курганской, Челябинской, Иркутской и Томской областях стабильно высокий уровень суицидов также отмечался в 2012 году. Наибольшее количество случаев самоубийств допущено в Челябинской (23), Свердловской (19), Нижегородской (17) и Самарской (14) областях. Из зарегистрированных в учреждениях УИС 454  суицидов среди подозреваемых, обвиняемых и осужденных 283 (62,3 %) совершены в исправительных учреждениях, 171  (37,7%)  – в следственных изоляторах. Наиболее часто (51%) акты аутоагрессии совершались                            в камерных помещениях следственных изоляторов, а также в карцерах, штрафных изоляторах, помещениях камерного типа и единых помещениях камерного типа исправительных учреждений. Из общего количества суицидов 17% совершено в помещениях отрядов, 17%  -  в производственных мастерских и подсобных помещениях, 15% - в  помещениях медицинских частей - 15%. В дневное время суток зафиксировано 36% самоубийств,                           в вечернее – 18%, в ночное – 24%, в утренние часы – 22%. 14% подозреваемых, обвиняемых и осужденных совершили самоубийство, находясь в возрасте до 25 лет, 54% - от 25 до 40 лет, 16% - от 40 до 50 лет,  16 % старше 50 лет. Убийство или умышленное причинение тяжкого вреда здоровью совершили 33% самоубийц, грабеж или кражу - 40%, преступления, связанные с незаконным оборотом наркотиков – 12%, преступления против половой свободы и половой неприкосновенности – 11%, мошенничество – 4%. Ранее были судимы 57% суицидентов. Таким образом, исходя из социально-демографической и криминологической   характеристик суицидентов, особого внимания  требуют лица, повторно осужденные за совершение преступлений корыстно-насильственной и насильственной направленности, в возрасте от 25 до 40 лет. Анализ данных о времени и месте совершения самоубийств свидетельствует о необходимости организации постоянного надзора. Причины совершения суицидов среди подозреваемых, обвиняемых и осужденных в учреждениях УИС сопоставимы с причинами, указанными Всемирной организацией здравоохранения:  разрыв (утрата) социальных связей (негативная информация, полученная из семьи, утрата смысла жизни или внутренний конфликт, вызванный разрывом отношений с близкими людьми, их смертью или тяжелой болезнью) – 28%; страх перед наказанием – 21 %; обострение физических и психических заболеваний – 12 %; участие в азартных играх, наличие долгов, боязнь давления со стороны осужденных (2 %). Не удалось установить причины суицидов в 37 % случаев. Как правило, это аффективные самоубийства, совершенные в состоянии повышенной эмоциональной возбудимости вследствие острых психотравмирующих событий. Одной из основных причин,  способствующих возможности совершения суицидальных действий, является формальное исполнение указаний ФСИН России об организации своевременной передачи информации, в частности, при получении осужденными негативных известий из семьи, имеющих для них большое значение, при отказе в условно-досрочном освобождении, возникающих в среде осужденных конфликтах и т.п.  Также совершение суицидов становится возможным в результате халатности, проявляемой сотрудниками исправительных учреждений и следственных изоляторов. За недостатки и упущения, допущенные в организации работы по профилактике суицидов, в 2013 году к дисциплинарной ответственности были привлечены более 300 сотрудников, из них: сотрудников отделов безопасности – 43%, воспитательной службы – 17%, оперативных отделов – 9%, производственной службы – 3%, медицинской службы – 5%, психологической службы – 16%. Из начальников учреждений и их заместителей привлечено только 7%. Наличие психических отклонений, в том числе осложненных наркотической или алкогольной абстиненцией, не позволяет подозреваемым, обвиняемым и осужденным адаптироваться к условиям изоляции, что приводит к появлению у них отрицательных психических состояний, глубоких депрессий и зачастую является причиной совершения аффективных самоубийств. В 2013 году в учреждениях УИС содержалось более 130 тыс. человек, имеющих психические заболевания, наркотическую или алкогольную зависимость. Такие осужденные нуждаются в организации усиленного надзора за ними,  особенно  при водворении в карцер, ШИЗО, СУОН, ПКТ, ЕПКТ, камеры одиночного содержания. Например, осужденный М. (УФСИН России по Мурманской области) состоял на учете психиатра с диагнозом Органическое бредовое шизофреноподобное расстройство, депрессивно-параноидный синдром. По результатам психологической диагностики психологом был поставлен на профилактический учет как склонный к совершению суицида  и членовредительства. Перед водворением в штрафной изолятор психолог отметил повышенную тревожность и эмоциональную неустойчивость, в связи с чем в письменной форме не рекомендовал его содержание в одиночной камере. Тем не менее, М. был помещен в одиночную камеру, где совершил суицид. В нарушение указания ФСИН России от 07.06.2010 № 10/15/2-117  продолжается практика содержания лиц, склонных к суициду, в одиночных камерах СИЗО, не оборудованных системами видеонаблюдения. Например, в СИЗО-1 УФСИН России по Удмуртской Республике совершил акт самоубийства осужденный М., состоявший на профилактическом учете в учреждении как склонный к суициду, а также на учете психиатра с диагнозом Олигофрения. Расстройство личности и поведения. В анамнезе имел многочисленные попытки самоубийства. Был водворен в карцер, не оборудованный системой видеонаблюдения, где и совершил суицид. В отдельных учреждениях Вологодской, Иркутской, Московской и Свердловской областей, г. Москвы не выполнено указание ФСИН России о переводе психологов на двухсменный  график работы. В ряде случаев это привело к тому, что своевременное психодиагностическое обследование не прошли лица с высоким риском суицидального поведения, и профилактические меры не были предприняты. Обвиняемый К. поступил в СИЗО-4 ГУФСИН России по Челябинской области в 16.30, имея в личном деле рапорт сотрудников ИВС о том, что высказывал суицидальные намерения.  Данный рапорт ДПНСИ замечен не был, установленный график двухсменной работы психологов не соблюдался. Обвиняемый был помещен в одиночную камеру, где через несколько часов совершил суицид. ФСИН России неоднократно указывалось на необходимость диагностики риска самоубийств специализированными методиками. Однако в отдельных территориальных органах УИС продолжается использование неэффективных методов или проведение психокоррекционных бесед, что недопустимо. Осужденный П. (ГУФСИН России по Челябинской области) страдал алкогольной и наркотической зависимостью и состоял на учете психиатра с диагнозом Синдром зависимости от опиатов, психокоррекционная работа с ним  осуществлялась в виде бесед о вреде употребления наркотиков. В Орловской области в   качестве методики выявления суицидального риска используется тест Люшера, который позволяет выявить только актуальное состояние осужденного, не давая возможности прогнозировать его поведение. Проведение таких мероприятий неэффективно, не дает положительного результата и свидетельствует о формализме в деятельности психологов. Отмечены случаи поверхностного проведения   служебных проверок по фактам суицидов, когда истинные причины самоубийства и обстоятельства, повлекшие гибель человека, не устанавливались. Такие заключения выносились  в 2013 году в  Республике Адыгея, Московской, Новосибирской, Оренбургской, Тульской и Челябинской областях. Так, заключение служебной проверки по факту совершения самоубийства осужденного У. ГУФСИН России по Челябинской области оформлено на трех листах, из которых 2,5 листа – описание времени, места и обстоятельств суицида, а также предложения о наказании виновных лиц. Аппаратами территориальных управлений ФСИН России не в полной мере осуществляется контроль за проведением и результатами проверок  по фактам суицидов, не обращается внимание на выводы и отсутствие принципиальной оценки начальникам учреждений и их заместителям. Так, в ИК-7 УФСИН России по Республике Дагестан совершил суицид осужденный Г. Информация о готовящемся самоубийстве рапортом была доведена  до начальника учреждения. Одновременно произведена запись в Журнале  обмена информацией оперативных дежурных по исправительной колонии. Однако мер по постановке осужденного Г. на профилактический учет принято  не было45.

Исходя из изложенного, с целью профилактики суицидов в учреждениях УИС необходимо:

  1. В кратчайшие сроки проводить психодиагностическое обследование всех вновь прибывающих в учреждения подозреваемых, обвиняемых и осужденных.
  2.  При обнаружении суицидального потенциала осуществлять закрепление отдельных осужденных за  сотрудниками администрации,  проверку их на рабочем месте, визуальный контроль во время ночного сна.
  3. Вести строгий учет всех суицидальных  проявлений и случаев членовредительства. К работе с осужденными, имевшими попытки суицида, немедленно привлекать сотрудников психологической и медицинской служб.
  4. Своевременно вмешиваться  в деструктивные процессы, происходящие в среде осужденных, принимать меры по разрешению конфликтов, пресекать факты глумления и издевательства над отдельными осужденными.

3. Оперативно реагировать на жалобы и заявления осужденных, немедленно -  при возникновении условий негативного характера, имеющих особое значение (развод, известие о смерти близких, отказ в условно-досрочном освобождении, конфликтная ситуация с осужденными и др.). В таких случаях необходимо постоянное скрытое наблюдение, проведение психокоррекционных мероприятий, индивидуального консультирования, в отдельных случаях – направление в ЛИУ с обеспечением круглосуточного  наблюдения. Своевременно разрешать вопросы трудового и бытового устройства осужденных.

4. Осуществлять документальное закрепление сотрудников, планирование индивидуальных профилактических мероприятий по работе с осужденными, склонными к совершению суицида.

5. Повышать  психологическую  компетентность сотрудников посредством  проведения  специального  курса  «Суициды осужденных и их профилактика».

Указанные меры будут  способствовать предотвращению проявлений суицидального поведения, позволят организовать действенную систему его профилактики, способствуя сохранению жизни и здоровья осужденных.

Не мало важным остается латентность и большой показатель самоубийств несовершеннолетних. В романе Ф.М. Достоевского «Подросток», главным героем становится мальчик – самоубийца восьми лет. В силу этого описывается проблема детской виктимности, защиты ребенка от насилия в семье.  По словам автора ответственности за самоубийство подлежит лицо, доведшее невинную душу до самоубийства. Суицидальное поведение у подростков отличается  возрастным своеобразием. При переходе к подростковому возрасту характерна повышенная эмоциональность. В настоящее время  процент самоубийств несовершеннолетних растет, причиной тому постоянный конфликты в семье, непонимание, власть, борьба за авторитет, столкновение современности и старых устоев, вопросы воспитания, низкий уровень внимания родителей, неполноценный состав семьи. Некоторые из проблем так же хорошо упоминалось в романе Тургенева   И.В. «Отцы и дети». В нашей стране  психическое состояние детей с девиантным поведением существенно ухудшается педагогической запущенностью, недостаточным вниманием к профилактике  нарушений их здоровья  и  развития. Актуальной причиной  можно считать и самоубийства совершенные из - за учебы, большая нагрузка, требовательность, напряженность, переутомление,  конфликты взрослых и детей в роли преподавателей и учеников, страх не сдать выпускные экзамены. Жизненные трудности зачастую воспринимаются ими как безвыходные в силу ограниченности  жизненного опыта. На фоне острой реакции,  малозначительные причины могут спровоцировать суицид. Из покон веков данная проблема вызывает недоумение и острое обсуждение, как в художественной, так и в научной литературе.

Исключительной компетенцией следственных органов на основании проверки, продолжительностью до десяти суток - это определение характера смерти. При наличии установленных достаточных данных, которые указывают на признаки преступления, в том числе убийства, возбуждается уголовное дело. Часто на практике после проведения судебно-медицинского исследования, если оно проходит на третьи сутки после обнаружения трупа, то эксперт до принятия решения следственными органами в свидетельстве о смерти указывает, что род смерти не установлен. Эксперту очень сложно, а порой невозможно при  наступлении насильственной смерти установить, в результате убийства или самоубийства она произошла. Достаточно часто в таких ситуациях эксперт, руководствуется внутренним убеждением, и делает вывод о самоубийстве. Так же при облегчении себе трудовой деятельности правоохранительные органы зачастую доведение до самоубийства списывают на самоубийство, дабы не проводить массу оперативно - розыскных мероприятий с заполнением соответствующих документов и установления настоящей причины смерти. Ведь таких случаев очень много, когда есть труп с явными признаками насильственной смерти и негативной предсмертной обстановкой в обществе длящейся на протяжении долгого промежутка времени. Таким путем сделанные выводы и попадают в статистические данные о количестве самоубийств, совершенных на территории Российской Федерации, исходя из этого, правильным будет то, что реальное число самоубийств в нашей стране значительно выше. Подсчет числа самоубийств не должен полностью ориентироваться на результаты судебно-медицинского исследования трупа, и результатам проверок, проведенных следственными органами и оканчивающейся принятием решения об отказе в возбуждении уголовного дела либо о его возбуждении по ст. 110 УК. Из за этого число доведений до самоубийств, не зарегистрированных правоохранительными органами, значительно выше официальной статистики возбужденных уголовных дел по данной статье. Статистические данные будут более реальными лишь в том случае, когда будет точное установление смерти экспертами проводящими судебно-медицинское исследование трупа строящими свое решение не на внутренних убеждениях, а на реальных фактах и множестве экспертиз, а так же проводя правоохранительными органами более мелкой, четкой, усидчивой, кропотливой, внимательной и  ответственной работы на месте происшествия, опроса лиц  находящихся в близком контакте с «самоубийцей», о его  мотивах и обстоятельствах произошедшего, сбора данных характеризующих «самоубийцу». Основными причинами могут быть постоянные конфликты и непонимание в семье, школе, высшем учебном заведении, на работе, потеря близкого человека, измена любимого человека, обиды, горе, предательство, обман, физические и морально-духовное переживание, плохое финансовое положение, множество сект зомбирующих людей и подталкивающих на самоубийство. Ведь это и есть тонкое, незаметное, долго длящееся негативное воздействие на человека,  подводящее его к осознанию, что все это тупик из которого не выбраться и выходом остается лишь самоубийство, но по сути человека довели до этого через причины указанные выше. Поведение окружающего социума является первоисточником вынуждающим совершить наложения на себя рук. Все остальное как дни недели, месяца, время года являются вторичными факторами. разумеется, не все, кто переживает что-то похожее, совершает самоубийство. Ведь каждый человек по-разному воспринимает негативную ситуацию.

– Необратимость последствий.

На протяжении  долгого времени в России крайне редко использовалась норма об ответственности за доведение до самоубийства. Беря 1993 - 1996 гг. количество доведений до самоубийства от общего числа преступлений против личности составляло 0,3%. Начиная с середины 90-х годов, количество зарегистрированных преступлений настойчиво увеличивалось. Уже в 2000 г. было зарегистрировано 90 преступлений, 59 дел по которым были окончены расследования; выявили 56 лиц, совершивших преступление. В 2003 г. зарегистрировали  142 преступление, а в 2005 г. - 176. Так почти за десятилетие число зарегистрированных преступлений, выросло почти в два раза46. Если провести сравнительный анализ  этих данных с общим числом самоубийств, совершенных на территории России за тот же период, можно смело говорить о росте зарегистрированных преступлений связанных с доведением до самоубийства. Такой рост объясняется улучшением качества работы правоохранительных органов, и увеличением количества доведений до самоубийства в общей структуре самоубийств. Фактически доведение до самоубийства это дело публичного обвинения, без наличия заявления потерпевшего (при покушении на самоубийство) или его родственников выявить его довольно сложно. Россия уже давно является страной, входящей в десятку стран с высоким показателем суицидов. В некоторых районах России (Волго-Вятский, Западно-Сибирский, Восточно-Сибирский, Дальневосточный, Уральский) этот показатель достигает 65-81 случай, в Республиках Коми, Удмуртия — 150-180 случаев на 100 тыс. населения, а в 2003 год Россия занимала первое место по количеству самоубийств на 100 тысяч населения47. На примере города Санкт-Петербург  положение с доведениями до самоубийства  за последнее пятилетие выглядело следующим образом: в 2012 году – 13 уголовных дел, их них  9 - прекратили на основании ч.4. ст.146 и ч.1 ст. 24 УПК РФ, 4 - не учли; в 2013 году -16 уголовных дел, из них 15- прекратили по тем же основаниям, 1 - не учли; в 2014 году – 9 уголовных дел, из них  6 дел так же были прекращены, 3 не учтены48. Эти показатели негативно сказываются на демографическом состоянии в Российской Федерации, что приводит к кризисным ситуациям не только в экономической, но и социальной, включая правовую сферу жизнедеятельности общества. 

Общество критикует наше законодательств за отсутствие в уголовном законе ответственности за подстрекательство к самоубийству т.к. это образует высокую степень общественной опасности. Многие считают, что отсутствие состава подстрекательство к самоубийству в УК РФ и уголовных законах стран СНГ является  пробелом законодательства. Решение видят в дополнении ст. 110 УК РФ недостающим  признаком указанного выше. Проводя анализ источников научной литературы по уголовному праву, показывает, что обязательный признак объективной стороны «доведение до самоубийства» объясняется через способы его совершения (угрозы, жестокое обращение или систематическое унижение человеческого достоинства потерпевшего), не раскрывая сущности доведения, допуская при этом доведение до самоубийства через подстрекательство. Лексическое значение глаголов «подстрекательство» и «доводить» равнозначно.

В юридической литературе, относительно исследуемого деяния, сложилось мнение, что оно характеризуется «исключительной безнравственностью, тяжестью последствий…»49, «коварством, циничным отношением к достоинству и душевному состоянию человека»50.

Таким образом, рассмотрев социальную обусловленность доведения до самоубийства, позволяет нам сделать следующие выводы:

  1.  суицид считается высшей степенью подчинения: человек не может выдержать угрызение совести и страданий из-за нарушения моральных норм и видит искупление вины - в прекращении жизни.
  2.  доведение до самоубийства представляет собой деяние с высокой общественной опасностью, которая состоит в том, что данное негативное явление обладает высокой латентностью, сложно - доказуемо, а так же несет в себе необратимые последствия, негативно сказывающиеся на жизни общества.
  3.  в связи с небольшим  количеством преступлений, регистрируемых по ст. 110 УК РФ, в совокупности всех преступлений против личности (менее процента), этот состав актуален в  современной уголовно-правовой системе и его использование на практике не является чем-то исключительным.
  4.  имеется необходимость дополнить ст. 110 УК РФ  дополнительным признаком, как «подстрекательство»

Такого же мнения придерживаются лица, опрошенные в ходе социологического опроса. 68% респондентов считают, что имеется необходимость в законодательном закреплении признака «подстрекательство» в ст. 110 УК РФ.

На основании вышеизложенных выводов предлагается:

  1.   Дополнить конструкцию составов преступлений, предусмотренных ст. 110 УК РФ, путем уточнения его с помощью нового квалифицирующего признака.
  2.  Изложить текст редакции ч.2 ст. 110 следующим образом:

«Подстрекательство к самоубийству –

наказывается ограничением свободы на срок до двух лет, либо принудительными работами на срок до пяти лет, либо лишением свободы на срок до 7 лет».

Глава 2. Ответственность за доведение до самоубийства в российском и зарубежном уголовном законодательстве.

§1.Современное уголовное законодательство зарубежных стран за доведение до самоубийства.

В законодательство современных государств вошло изучение зарубежного опыта криминализации общественно опасных деяний, включая его криминологические аспекты, которые рассматриваются как один из важнейших разделов науки уголовного права51. На правоохранительную и правоприменительную и судебную практику, влияет сравнительное правоведение, наблюдается усиление его роли и влияния на процесс гармонизации, унификации и совершенствовании права52. Сравнительно-правовой анализ позволяет глубже изучить и понять содержание действующего уголовного права своей страны, предопределить возможные пути его дальнейшего развития. Неспроста в юридической науке большое внимание уделяется сравнительному правоведению - совокупности научных знаний о правовых системах современности53. В результате самоубийств государство и общество несут большие потери своих граждан.  Возможность сокрытия умышленного доведения до самоубийства под видом самоубийства определили в целом негативное отношение законодателей разных стран к этому явлению. Доведение до самоубийства представляет значительную общественную опасность по причине того, что оно посягает на безопасность жизни другого человека, характеризуется исключительной безнравственностью, тяжестью последствий, причиненных в совокупности с преступлениями против общественной нравственности, коварством54, циничным отношением к достоинству и душевному состоянию другого человека. Для более полного и удобного сравнительно-правового исследования уголовного законодательства, где установлена уголовная ответственность за доведение до самоубийства распределены  по правовым семьям:

  1.  романо-германская (континентальная);
  2.  англосаксонская (семья общего права);
  3.  мусульманская (религиозная);
  4.  страны, входящие в состав СССР (СНГ).

На сайте Российской газеты 05 мая 2012 года было опубликовано выступление Владимира Путина, который обратил внимание, что в зарубежных странах количество случаев суицида увеличивается... Так, на тысячу жителей в Корее – 31 уходит из жизни посредством суицида, в Японии - 24,4, в Литве - 34,1. Во Франции отмечен рост в 1,3 раза - 21,3, в Италии - в 2,1 раза... В России же число самоубийств равняется 18,4, но наблюдается тенденция к снижению показателя. В прошлом и позапрошлом году - на 8,2%... "55.

Так, А. А. Цыркалюк выделяет, что в целом ряде зарубежных стран, при более детальном анализе, можно выделить различные составы преступлений, сходных с составом доведения до самоубийства, а именно56:

- подстрекательство к самоубийству (Австрия, Индия, Италия);

- помощь в самоубийстве (Дания, США, Тунис, Филиппины, Чили);

- склонение к самоубийству (Армения, Беларусь, Кыргызстан, Туркменистан);

-  одобрение самоубийства (Австралия);

- доведение до самоубийства (Азербайджан, Армения, Беларусь, Молдова).

В романо-германской правовой семье в качестве единственного источника уголовного права является закон. Характерной чертой данной правовой семьи является отказ от прецедентного и обычного права в пользу писаного права. Как отмечает А.В. Наумов, другой отличительной структурой романо-германской правовой семьи является способ формулирования уголовно-правовых запретов, который выражается в обобщенных формулировках уголовно-правовых норм.57 Составы преступлений против жизни закреплены преимущественно в уголовных кодексах, хотя в этой правовой семье имеется большой массив других законодательных источников уголовного права, действующих наряду с Уголовным кодексом.

В Японии, где отношение к самоубийству формировалось в течение длительного времени, и оно является проявлением храбрости, мужества и чести, уголовное преследование стояло очень остро. Однако, в связи с ростом религиозных сект, где самоубийство было обязательным условием для посвящения, японские законодатели ввели в Уголовный кодекс статью 202 "Участие в самоубийстве и убийстве с согласия", где устанавливается, что: " Тот, кто подготовил человека к убийству, или оказал ему помощь в самоубийстве … наказывается лишением свободы с принудительным физическим трудом или тюремным заключением на срок от шести месяцев до семи лет"58. Так, необходимо отметить, что строгое наказание за подготовку и помощь в самоубийстве не повлияло на ситуацию, как отмечает Российская газета: "Почти 3 тысячи человек (2 996) покончили жизнь самоубийством в Японии в июне 2011 года, что на 8% больше, чем в том же месяце прошлого года"59. В Уголовном кодексе Франции  статья 223.1360, предусматривает ответственность за подстрекательство другого человека и несовершеннолетнего  к самоубийству,  если это подстрекательство повлекло самоубийство или попытку совершить его. Параграф 24061 УК Дании говорит о наступлении ответственности лица помогающего другому лицу совершить самоубийство, а также, если такое деяние сопровождается помощью из-за личной заинтересованности.  Так же только помощь в самоубийстве наказуема и содержится в статье 39362 УК Чили и статье 253 УК Филиппин63.

По Уголовному кодексу Республики Польша и Уголовному кодексу Испании нет альтернативных видов наказаний за доведение до самоубийства, предусмотрено лишь лишение свободы. Так, в ст. 151 УК Польши доведение "до покушения на свою жизнь" с помощью "уговоров или оказания помощи" должен быть подвергнут «лишению свободы на срок от 3 месяцев до 5 лет»64. В свою очередь в УК Испании в статье 143 предусмотрена дифференциация сроков лишения свободы в зависимости от состава совершенного преступления. Так, в части первой говориться, что доведение до самоубийства "наказывается лишением свободы на срок от четырех до восьми лет", если лицо «содействовало, то на срок от двух до пяти лет» (ч.2). Особо квалифицируется в части третей, если «действия привели к смерти другого лица, то лицо лишается свободы на срок от шести до десяти лет»65. Подстрекательство и помощь в самоубийстве в большинстве стран уголовно наказуемы. Зачастую  оба указанных деяния объединяются в одну статью уголовного кодекса. Примером является:  статья 17966 УК Румынии, параграф 23667 УК Норвегии, статья 11568 УК  Швейцарии (отметим, что обязательным признаком общего состава преступления при подстрекательстве и помощи в самоубийстве является наличие у виновного «корыстных эгоистических мотивов»), статья 29469 УК Нидерландов, статья 41470 УК Венесуэлы, статья 12271 УК Бразилии, статья 8372 УК Аргентины.  Наступление уголовной ответственности только за подстрекательство к самоубийству содержится в параграфе 7873 УК Австрии и статье 58074 УК Италии.

В основе Англо-саксонской правовой системе при принятии решения судом господствующая сила принадлежит судебному прецеденту. Источниками права также являются законодательные акты, обычай (подтверждённый судебным прецедентом), но основным источником остается судебный прецедент. Таким образом, судебные решения играют большую роль в собственно формировании права. В США, исходя из особенностей федерализма, нет единой уголовной правовой системы. Как отмечает М.И. Галюкова, отличительной чертой уголовно-правовой системы, сложившейся в США, является правовой дуализм, который означает, что на территории разных штатов действует свое законодательство, а при определенных обстоятельствах должно применяться федеральное право75. В Примерном уголовном кодекс США в пункте 2 статьи 210.5. "Доведение до самоубийства или пособничество самоубийству" содержится наказание, если "лицо... оказывает пособничество другому лицу в совершении самоубийства или подстрекает другое лицо к совершению самоубийства, виновно, если его поведение доводит до такого самоубийства или до покушения на такое самоубийство, в совершении фелонии второй степени, а при иных обстоятельствах — в совершении мисдиминора"76. Таким образом, ответственность наступает за пособничество и/или подстрекательство к самоубийству. Уголовная ответственность за подстрекательство и помощь в самоубийстве предусмотрена в статьи 40177  уголовного закона США штата Калифорнии.  В Великобритании отсутствует формализованный уголовный закон. Но наряду с судебными прецедентами действуют Закон об убийстве (1957), Закон о самоубийстве (1961) и другие законы, устанавливающие наказания за преступления против жизни. В данных законах закреплена «договоренность о совместном совершении самоубийства» и при наличии такой договоренности убийство считается простым. Если же потерпевший желал быть убитым, все равно его умерщвление считают тяжким убийством. Раньше оставшийся в живых участник такой договоренности мог быть признан виновным в тяжком убийстве, а сейчас - в простом убийстве. Еще одной разновидностью простого убийства является пособничество или подстрекательство к самоубийству. Раньше эти случаи рассматривались как тяжкое убийство. Подводя итог, можно сказать, что ответственность наступает  за пособничество или подстрекательство к самоубийству и за договоренность совершить самоубийство вместе с учетом, если в живых остался один из договаривающихся. В Уголовном кодексе Канады, статья 241 предусматривает ответственность за подстрекательство и помощь в самоубийстве78. Не смотря на сложную систему законодательства рассматриваемой правовой семьи, положительным моментом является наличие норм предусматривающих ответственность за данное деяние.

Сходство уголовного законодательства большинства стран, входящих в состав СССР, объясняется тем, что они основаны на Модельном уголовном кодексе79, который является рекомендательным актом для Содружества независимых государств. Указанный Модельный уголовный кодекс был принят на 7 пленарном заседании Межпарламентской Ассамблей государств - участников СНГ 17 февраля 1996 года. Как отмечает Б.В. Волженкин, необходимость создания Модельного уголовного кодекса обусловлена проводимыми в государствах-членах Содружества независимых государств уголовно-правовыми реформами и потребностью обеспечения единого подхода и сотрудничеству в борьбе с преступностью80. В принятых после распада СССР уголовных кодексах признается приоритет общечеловеческих ценностей. В Уголовных кодексах СНГ наказание за доведение до самоубийства закреплено и сходно81. В вопросах дифференциации признаков доведения до самоубийства молдавский законодатель шагнул намного дальше. Так, в статье 150 «Доведение до самоубийства» УК Республики Молдова в части первой закреплено: «Доведение до самоубийства или покушения на него, явившееся результатом травли, клеветы или оскорбления со стороны виновного» 82. Квалифицированная часть 2. предусматривает ответственность за доведение до самоубийства или покушения на него в случае, если деяние совершенно в отношении «мужа (жены) или близкого родственника», «несовершеннолетнего», «лица, находящегося в материальной или иной зависимости от виновного». Таким образом, в УК Республики Молдова помимо общего потерпевшего, имеется перечень потерпевших, которые обладают специальными признаками. 

В статье 120 - "Доведение до самоубийства" по УК Украины, где установлено, что: «доведение лица до самоубийства или до покушения на самоубийство, являющееся следствием жестокого с ним обращения, шантажа, принуждения к противоправным действиям или систематическому унижению его человеческого достоинства, — наказывается …"83.

Аналогично звучит и статья 145 – «Доведение до самоубийства» в Уголовном кодексе Республики Беларусь: "доведение лица до самоубийства или покушения на него путем жестокого обращения с потерпевшим или систематического унижения его личного достоинства – наказывается - …"84. Почти с таким же содержанием есть статья 11585 УК Грузии, отличием является то, что доведением до самоубийства еще считаются угрозы.

В Уголовном кодексе Республики Азербайджан, доведение до самоубийства расположено в особенной части раздела VIII,  главе 18, статье 125. Содержание данной статьи предусматривает ответственность за доведение до самоубийства, если  потерпевший находился в материальной, служебной, другой зависимости от виновного, а также ушел из жизни из-за угроз, жестокого обращения, систематического унижения своего достоинства86. Типичное содержание норм касающихся доведения до самоубийства содержится:   статья 10287 УК Казахстан, статья 10388 УК Республика Узбекистан, статья 10989 УК Таджикистан, статьи 102 и 10390 УК Кыргызстан. В УК Туркменистана в статье 10691 к выше указанному перечню законодатель добавил клевету.

В Уголовном кодексе Армении закреплена статья 11192 «Склонение к самоубийству». Под склонением к самоубийству, данная норма дает определение, что это возбуждение у лица решимости совершить самоубийство путем уговоров, обмана или иным путем, если лицо покончило жизнь самоубийством или покушалось на самоубийство. Исключение составляет  статья 11093, которая называет косвенный умысел или неосторожность совершения преступления.  

Несмотря на схожесть уголовно-правовых норм касающихся ответственности за доведение до самоубийства, стран бывших советских республик, можно выделить ряд особенностей. Азербайджанский законодатель под потерпевшим понимает лицо, находящееся в материальной, служебной или иной зависимости от виновного, казахский законодатель состояние материальной или иной зависимости от виновного относит к признакам, квалифицирующим содеянное, таджикский и туркменский законодатели конструируют норму таким образом, что несовершеннолетие потерпевшего квалифицирует содеянное виновным. Молдавская формулировка квалифицирующих признаков отличается оригинальностью и представляет определенный интерес.  Доведение до самоубийства признается преступлением главным образом в государствах на территории бывшего СССР, где при этом, как правило, отсутствуют составы подстрекательство и помощь в самоубийстве.

Основным источником мусульманского права является Коран, который представляет собой свод предписаний описанных короткими фрагментами, среди которых встречаются правовые строфы уголовного права их около 30. Коран дополняется Сунной (правила, записанные учениками Мухаммеда), в которой выделяется раздел Иджма, где содержатся правовые нормы, введенные богословами и юристами путем толкования правовых строф Корана и Сунны. Ряд авторов выделяет, что в странах, где на сегодняшний день существует сильная, неразрывная связь между религиозным и светским правом, уголовное законодательство сохранило ответственность за покушение на самоубийство (ОАЭ, Саудовская Аравия, Иран), т.к. оно категорически запрещено Кораном94. Самоубийство в любой форме, так же как и убийство, противоречит духу ислама и не соответствует нормам Шариата. Человеческая жизнь с точки зрения ислама является неприкосновенной. Мусульманин обязан дорожить своей жизнью и жизнью других живых существ. Человек, незаконно отнявший жизнь у другого человека, приравнивается к убийце всего человечества. Поэтому человек, утверждающий о своей вере в Бога и считающий Коран своим руководством, не может незаконно лишить жизни другого человека или самого себя. Вера и жизнь по предписаниям Шариата  для мусульман является самым главным. Нарушение таких правил грозит великому наказанию – горение в пламя адского огня. Чем выше вера у населения, тем ниже преступность.

Проанализировав статьи уголовных законов иностранных государств, касающиеся доведения до самоубийства, можно сказать, что данные законы включают много схожих составов доведения до самоубийства, так как жизнь является высшим благом, поставленным под охрану международного права и уголовных законов отдельных государств. Жизнь носит общечеловеческий характер и не имеет национальных границ. Каждая страна имеет свои, присущие только ей, правовые концепции, национальные традиции правовой культуры, специфические правовые институты, которые можно увидеть как в правотворческой, так и в правоприменительной деятельности. Тем не менее, большинство развитых стран отказались от уголовной ответственности за самоубийство и установили уголовную ответственность за доведение до самоубийства, покушения на него, пособничество и подстрекательство к самоубийству. А в отдельных странах помощь, подготовка и содействие в самоубийстве так же являются уголовно – наказуемыми.

Таким образом, проведенное исследование современного уголовного законодательства зарубежных стран об ответственности за доведение до самоубийства позволяет сформулировать следующие выводы:

• зарубежное законодательство об ответственности за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью имеет сходство с российским уголовным законодательством, как по конструкции состава преступления, так и  по ряду последствий совершенных деяний и некоторым квалифицирующим признакам

• два таких признака как «пособничество» и «подстрекательство» в Уголовном Кодексе Российской Федерации отсутствует, хотя несут в себе значительную опасность для общества. И как отмечаю, ученые в области юриспруденции95, отсутствие в тексте УК РФ данных квалифицирующих признаков негативно отражается на результат раскрываемости преступлений связанных с доведение до самоубийства96.

• укажем на еще один признак, который отсутствует в тексте ст.110 УК РФ, что негативно отражается на российской правовой действительности, способствуя росту латентности данного преступления, но который закреплен в большинстве уголовных кодексов зарубежных стран, а именно «в отношении несовершеннолетнего или иного лица, находящегося в материальной или иной зависимости от виновного».

• включение приведенных выше признаков могло бы помочь разрешить проблему высокой латентности преступления, предусмотренного статьей 110 УК РФ – «Доведения до самоубийства» за счет увеличения признаков, характеризующих объективную сторону анализируемого деяния.

§2. Проблемы квалификации за доведение до самоубийства: теоретические и правоприменительные аспекты.

Одной из главнейших задач УК РФ является реализация права на защиту здоровья, которое гарантируется Конституцией РФ в ст.4197. Доведение до самоубийства  является одним из наиболее опасных преступлений против жизни и здоровья, наряду с простыми и квалифицированными убийствами. Как указывает И.В. Поликарпова, составляющими правил квалификации преступлений выступают определенные положения о технологиях и условиях применения уголовного закона при оценке преступления с уголовно-правовой точки зрения.98 Указанные правила обеспечивают точную квалификацию преступлений, путем разъяснения применения уголовного законодательства. Как считает Л.Д. Гаухман, квалификация преступлений представляет собой фундаментальную, основополагающую и центральную часть использования уголовного закона, как в следственной, так и в судебной практике.99

Для выявления проблем касающихся квалификации доведение до самоубийства, необходимо рассмотреть правила квалификации данного деяния и впоследствии указать рекомендации по их дальнейшему совершенствованию. Прежде чем преступить к рассмотрению специальных правил квалификации, выделим общие правила квалификации. Как указывает С.Макаров, в общих правилах квалификации теоретически обосновываются и содержатся предписания об оценке деяния по объекту, объективной стороне, субъекту и субъективной стороне преступления.100 

К общим правилам квалификации можно отнести квалификацию преступлений:

  1.  по объекту преступления, а также его предмету;
  2.  по объективной стороне и с учетом конструкции состава преступления;
  3.  по субъективной стороне;
  4.  по субъекту.

В основу деления Особенной части УК РФ на соответствующие разделы, главы и статьи положены родовые, видовые и непосредственные объекты. Анализируемое деяние располагается в разделе VII «Преступления против личности». Родовым объектом которого выступает совокупность однородных общественных отношений, возникающих в отношении обеспечения нормальной жизнедеятельности личности, обеспечения прав и свобод, установленных Конституцией РФ, в том числе статьей 2, которая  устанавливает, что в Российской Федерации: «Человек, его права и свободы являются высшей ценностью»101. А.И. Рарог в свою очередь, в качестве родового объекта преступлений, содержащихся в разделе VII, выделяет: «личность – человек, рассматриваемый не только как биологический индивид (homo sapiens), но и как существо социальное, участник (субъект) различных общественных отношений»102.

Ст. 110 «Доведение до самоубийства» расположена в главе 16 УК РФ «Преступления против жизни и здоровья» и в качестве видового объекта,  как обособленную часть родового объекта, мы можем выделить общественные отношения, направленные на сохранение нормальной жизнедеятельности индивида, включая защиту жизни человека. В.П. Ревин определяет видовой объект, в отношении преступлений против личности как: «включающий близкие (тождественные) общественные отношения, охраняемые нормами, включенными в главы раздела о преступлениях против личности УК РФ»103.

В науке уголовного права существует основной подход к определению непосредственного объекта доведения до самоубийства. Таковым выступает жизнь отдельного человека (индивида). Такой позиции относительно определения непосредственного объекта доведения до самоубийства придерживается большинство ученых, которые не согласны с рассмотрением объекта преступления лишь как совокупности отдельных общественных отношений, а определяют его в их контексте, полагая, что «непосредственным объектом доведения до самоубийства является жизнь человека как субъекта общественных отношений»104.

Диспозиция ст. 110 УК РФ в части указания такого способа доведения до самоубийства как систематического унижение человеческого достоинства потерпевшего свидетельствует о наличии дополнительного непосредственного объекта рассматриваемого преступного посягательства. В научной литературе отмечается, что осуществляя посягательство на человеческое достоинство конкретного индивида, виновное лицо выбирает такие способы психологического воздействия на потерпевшего, которые заведомо для него сыграли бы решающую роль в предпочтении осуществить потерпевшим выбор прервать жизнь. Такими способами могут выступать оскорбления потерпевшего, вульгарно-уничижительные интерпретации определенных человеческих качеств индивида и другие аналогичные по содержанию действия, которые способны «сформировать на психоэмоциональном уровне потерпевшего отрицательный психологический комплекс по поводу своей личности»105.

Потерпевшим может выступать любое лицо, независимо от пола, расы, языка, национальности, отношения к религии, имущественного и должностного положения, места жительства, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а также других обстоятельств. Однако, обстоятельство, что преступление, совершенно в отношении женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности, а также в отношении другого беззащитного или беспомощного лица либо лица, находящегося в зависимости от виновного, должно учитываться судом при назначении наказания в качестве отягчающего обстоятельства в силу п. «з» ч. 1 ст. 63 Уголовного кодекса Российской Федерации106. В связи с указанным, отметим, что А.А. Цыркалюк предлагает закрепить данный признак в квалифицированной части статьи 110 УК РФ107, но мы не видим в этом необходимости, так как ч. 3 статьи 60 УК РФ указывает, что: «При назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание»108.

В анализируемом деянии законодателем закреплена материальная конструкция диспозиции, так как наступления последствий в виде смерти потерпевшего или попытке совершить самоубийство является обязательным, чтобы считать данное деяние оконченным. При этом в ходе решения вопроса об ответственности лица по статье 110 УК РФ необходимо установить наличие причинной связи между последствиями преступного деяния и действиями виновного лица.

Объективная сторона выражается в форме действий, которые направлены на доведение до самоубийства лица путем угроз, жестокого обращения или систематического унижения человеческого достоинства потерпевшего, таким образом, законодателем дается закрытый перечень способов доведения потерпевшего до самоубийства. Как отмечают Н. Лысак и Д. Лопаткин, ответственность по статье 110 УК РФ наступает в случае, если будет установлен «хотя бы один из указанных способов»109, но не исключено «наличие сразу двух»110. Так, в приговоре суда Целинского районного суда Ростовской области указанно, что в отношение потерпевшей обвиняемый:  « …жестоко обращался с Т. и унижал ее человеческое достоинство, систематически применяя в указанный период времени к Т. физическое насилие не менее одного раза в месяц…»111.

Рассмотрим более подробно способы доведения до самоубийства.  В отношении понятия «угрозы» в юридической литературе можно встретить следующее определение: «различные виды психического насилия»112, то есть, угроза убийством, причинения вреда имуществу или здоровью и т.д., так же исходя из текста диспозиции, можно сделать вывод, что они должны иметь место два и более раза, т.е. речь идет об «угрозах»113. Угрозы по своему содержанию могут быть направлены на разные стороны жизни потерпевшего. Действия виновного лица должны быть способны оказать значительное и решающее влияние на будущую жизнь потерпевшего, который, в свою очередь, должен воспринимать их как реальные и способные создать опасность его правам, свободам и законным интересам. Подобные угрозы могут касаться лишения жизни потерпевшего или его родных и близких, уничтожения жилища, создания искусственных доказательств по обвинению в совершении преступления, а также разглашения правдивых или ложных сведений о личной жизни потерпевшего, позорящих его и другие. Под «жестоким обращением с потерпевшим» понимается: «причинение ему физических страданий»114, к ним мы может отнести избиения, глумления, оставление без пищи, истязание, содержание потерпевшего в холодном помещении и другие действия. Определяющим моментом является установление обстоятельства, что жестокое обращение в той или форме составляло систему целенаправленных, длительных действий виновного лица. Систематическое унижение человеческого достоинства определяется следующим образом: «… совершение ряда деяний, направленных на постоянное оскорбление потерпевшего, издевательство над ним, травлю, распространение заведомо ложных сведений, насмешки в циничной форме над физическими недостатками и т.д.»115.  Эти действия также не должны носить единичный характер, а в своей совокупности составлять определенную систему.

По делам о доведении до самоубийства необходимо обязательное выявление причинно-следственной связи между указанным выше деяниями виновного и наступившими последствиями. Обстоятельства должны объективно свидетельствовать, что прерывание жизни или покушение на самоубийство были обусловлены поведением виновного в той или иной форме. Если самоубийство было вызвано незаконными действиями должностного лица, требуется дополнительная квалификация по соответствующей статье УК РФ, предусматривающей ответственность за должностное преступление. На практике может возникнуть ситуация, при которой способ доведения до самоубийства представляет собой самостоятельный состав преступления (например, клевета, побои, истязание). В подобным случаях квалификации соответствующих действий виновного лица дополнительно по другим статьям, помимо ст. 110 УК РФ, не требуется. Однако если в результате доведения до самоубийства или до покушения на самоубийство субъект преступления совершает более тяжкое преступление, например, причинение тяжкого вреда здоровью, необходима его действия дополнительно квалифицировать по ст. 111 УК РФ. Отмечается, что уголовная ответственность по ст. 110 УК РФ может наступить только в случаях, когда самоубийство или покушение на самоубийство явились результатом противоправных действий со стороны виновного116.

Некоторые исследователи предлагают дальнейшее расширение перечня способов совершения доведения до самоубийства. А.А. Цыркалюк дает следующее авторское определение: «…под доведением до самоубийства необходимо понимать склонение к самоубийству путем угроз, жестокого обращения или систематического унижения человеческого достоинства потерпевшего, уговора, подкупа, обмана, а также содействие совершению самоубийства советами, указаниями, предоставлением информации, средств или орудий совершения преступления»117. Таким образом, предлагается признать уговор, подкуп, обман, советы, указания, предоставление информации способами доведения до самоубийства, что может являться вполне обоснованным.

Ф.Б. Мулюков предлагает так же ввести уголовную ответственность за подстрекательство к самоубийству118. То есть под «подстрекательством» мы понимаем действия лица, склонившее другое лицо к совершению преступления путем уговора, подкупа, угрозы или другим способом. Включение этого признака должно положительно сказаться на устранении недостатков ст. 110 УК РФ. В проекте УК РФ 1996 г. Предусматривалась ответственность за склонение к самоубийству. Подобная норма имелась в дореволюционном российском уголовном законодательстве. Ответственность за подстрекательство к самоубийству или содействие ему установлена и в УК ряда современных зарубежных государств. А.И. Коробеев высказывает сожаление по поводу того, что российский законодатель на этот шаг не пошел, чем существенно осложнил проблему квалификации подобных действий в судебной практике119. В связи с этим следует согласиться с Е.Г. Ермолаевой, которая предлагает криминализировать склонение к самоубийству120. Общественная опасность доведения до самоубийства так же высока, как и простого убийства, потому что результатом является смерть. Согласно ч. 4 ст. 33 УК РФ подстрекателем признается лицо, склонившее другое к совершению преступления. Если действия по склонению к самоубийству рассматривать как подстрекательство к убийству (только руками самой жертвы) и учесть, что это приготовительная деятельность, то и санкция должна предусматривать наказание, как и за убийство, но по правилам назначения наказания за неоконченное преступление. Опасность такого способа доведения до самоубийства особенно возрастает в тех случаях, когда эти действия направлены на большую группу лиц и с использованием интернета. В период с 1 ноября 2012 г. по 23 сентября 2013 г. Роспотребнадзор вынес 2414 решения о закрытии страниц сайтов, содержащих информацию о способах совершения самоубийства или призывы к совершению самоубийства. Всего за это время в ведомство поступило 2551 обращение с пометкой «суицид». В 137 случаях информация о наличии «суицидального» конвента не подтвердилась, 2117 страниц с запрещенной информацией были удалены, отмечают в Роспотребнадзоре. В сообщении Роспотребнадзора говориться не только о способах совершения самоубийства, но и о призывах к его совершению, что и является «склонением»121. Это еще раз подтверждает правильность выводов исследователей о необходимости криминализации склонения к совершению самоубийства.

Субъективная сторона любого преступления представляет собой психическую деятельность лица, выражающуюся в его психическом отношении к совершенному им действию или бездействию и их общественно опасным последствиям. Субъективную сторону состава преступления составляют вина как обязательный элемент и мотив, цель, эмоции как элементы факультативные. При квалификации такого деяния как доведение до самоубийства вина имеет первостепенное значение, поскольку необходимо установить именно целенаправленный характер действий виновного лица, направленных на формирование решимости потерпевшего на лишение себя жизни. Игнорирование этого обстоятельства может привести к такой ситуации, что «любой факт самоубийства в результате какого-либо внешнего воздействия, не преследующего цели доведения до самоубийства, например, отказ во взаимности в любви, задержка заработной платы на работе, словесная реплика в адрес лица либо негативное пожелание лицу, сказанное в порыве гнева»122, может быть квалифицирован как доведение до самоубийства.

Субъективная сторона статьи 110 УК РФ вызывает множество споров в науке и негативно сказывается на применении данной нормы на практике. Вопросу определения вины доведения до самоубийства уделено мало внимание, как следствие, в настоящее время вопрос исследования субъективной стороны данного преступного деяния не имеет однозначного ответа. Так, М.К. Аниянц123 полагал, что доведение до самоубийства может быть реализовано с любой формой вины. Другие авторы полагают, что доведение до самоубийства или покушения на него может быть совершено как с прямым, так и с косвенным умыслом. С.В. Бородин рассматривал возможность совершения указанного деяния не только с косвенным умыслом, но и по неосторожности124. В диссертационных исследованиях последних лет вопрос о субъективной стороне доведения до самоубийства не имеет однозначного ответа. Так, Д.И. Эльмурзаев считает, что указанное в ст. 110 УК РФ деяние чаще всего совершается с косвенным умыслом, реже - с прямым125. По мнению Ю.А. Уколовой, указанное в ст. 110 УК РФ деяние характеризуется неосторожной формой вины в виде небрежности126.

Автор настоящего дипломного исследования считает, что лицо, совершая деяние предусмотренное статьей 110 УК РФ, может осознавать возможность наступления смерти в результате угроз (убийством), жестокого обращения (неоказание медицинской помощи лицу, не способному самостоятельно позаботиться о себе) или систематического унижения потерпевшего (издевательство в классе), однако лицо считало, что  потерпевший не способен совершить самоубийство или, что сможет его предотвратить. Примером, иллюстрирующим вышесказанное, может служить приговор, вынесенный в отношении учительницы из города Буденновск, Ставропольского края, которая обвиняется по части 2 статьи 130 УК РФ (оскорбление) и статье 110 УК РФ (доведение до самоубийства) учащегося.  Она: «после каждого неудовлетворительного ответа  в присутствии других учеников класса неоднократно оскорбляла подростка, требовала звонить при всех родителям и вызывать их в школу. Кроме того, имели место случаи нанесения педагогом ударов по голове учащегося…». И как результат «подросток принял около 60 таблеток лекарственного препарата … от которых погиб. При этом он оставил предсмертную записку о том, что причиной его ухода из жизни явились действия учителя математики»127.

При этом стоит отметить, что «Россия занимает лидирующее место в мире по числу самоубийств среди подростков … Эти данные отражены в докладах, подготовленных специалистами Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ) и детского фонда ООН – ЮНИСЕФ»128. И в связи с этим уместно предложить включить в качестве квалифицированной части доведение до самоубийства совершенное в отношении несовершеннолетнего родителем или иным лицом, на которое законом возложены обязанности по воспитанию несовершеннолетнего, а равно педагогом или другим работником образовательного, воспитательного, лечебного либо иного учреждения, обязанным осуществлять надзор за несовершеннолетним. Таким образом, действия по доведению до самоубийства могут быть совершенны и неосторожной форме.

Субъективная сторона может характеризоваться так же и умышленной формой вины.  Так, умысел в отношении доведения до самоубийства может быть как прямой, так и косвенный. При этом ряд авторов считает, что умысел может быть только косвенным, в силу того, что прямой умысел в отношении лишения жизни потерпевшего будет квалифицироваться как убийство129. Однако, не стоит забывать о специфике статьи 110 УК РФ. Если лицо совершает убийство, квалифицируемое по статье 105 УК РФ, то есть умышленно, противоправно причиняет смерть другому лицу, он осуществляет определенные действия, которые вследствие ведут к смерти потерпевшего. В отношении доведения до самоубийства, следует указать, что роль лица совершившего преступление по статье 110 УК РФ сводиться к воздействию на потерпевшего путем угроз, жестокого обращения или систематического унижения его достоинства, а потерпевший самостоятельно лишает себя жизни. Н. Лысак и Д. Лопаткин указывают, что: «Убийства не может быть там, где нет противоправного причинения смерти одним лицом другому»130. Таким образом, форма вины в статье 110 УК РФ может быть как умышленной, так и неосторожной.

Мотив и цель как факультативные элементы субъективной стороны доведения до самоубийства на квалификацию не оказывают юридического влияния, однако их рассмотрение также представляет теоретический и практический интерес.  П. 1 ч. 1 ст. 73 УПК РФ устанавливает, что при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию, в частности, виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы. Цель анализируемого преступного деяния - довести жертву до самоубийства путем создания ей таких условий, при которых потерпевшее лицо само лишит себя жизни. Мотивы доведения до самоубийства могут быть различными, например, личные неприязненные отношения, корыстные побуждения, устранение конкурентов и другие. Конкретные мотивы совершения деяния, предусмотренного ст. 110 УК РФ, могут быть учтены при назначении наказания. Интересной в этой связи представляется позиция В.Ш. Аюпова, который отмечает: «Тем не менее представляется, что в реальной жизни нельзя исключить случаи доведения лица до самоубийства по мотивам, доминирующее значение в конкретной ситуации которых может стать обязательным признаком субъективной стороны, например, из корыстных побуждений. По общему правилу, поскольку в данном случае имеется посягательство на дополнительный объект - общественный отношения по охране права собственности, то в данном случае налицо квалифицированный вид указанного деяния. Лицо совершает действия, предусмотренные диспозицией ст. 110 УК РФ, из корыстных побуждений»131. Примером придания мотиву совершения доведения до самоубийства обязательного значения при квалификации содеянного может служит зарубежное уголовное законодательство. Так, ст. 115 Уголовного кодекса Швейцарии устанавливает: «Кто из корыстных мотивов склоняет кого-либо к самоубийству или оказывает ему в этом помощь, если совершается самоубийство или покушение на него, то наказанием является каторжная тюрьма сроком до пяти лет или тюремное заключение»132. Анализ диспозиции данной статьи позволяет сделать вывод, что доведение самоубийства или до покушения на самоубийство из корыстных побуждений изначально предполагает его совершение с прямым умыслом, поскольку субъект преступного деяния ясно понимает, что только в случае самоубийства потерпевшего он получит реальную возможность завладеть его имуществом, денежными средствами, другим материальными благами или же избавиться от какой-либо материальной зависимости от потерпевшего.

Субъект преступления общий, то есть уголовной ответственности подлежит вменяемое физическое лицо, достигшее ко времени совершения преступления шестнадцатилетнего возраста. Как уже раннее отмечалось, в Уголовном кодексе РСФСР 1960 года в ст. 107 содержалось указание на специальный субъект преступления. Таковым выступало лицо, от которого потерпевший находился в материальной или иной зависимости. Установление данного обстоятельства (элемента) было обязательным условием для привлечения лица к уголовной ответственности за доведение до самоубийства. Разрабатывая УК РФ 1996 года, законодатель, учитывая, что данное деяние может быть совершено не только в отношении зависимого лица, отказался от такой формулировки в тексте диспозиции ст. 110 УК РФ, расширив круг субъектов данного преступного деяния, что несомненно является положительным моментом.

Таким образом, подводя итог юридическому анализу объективных и субъективных признаков деяния предусмотренного статьей 110 УК РФ, ее необходимо дополнить  частью третей в следующей редакции:

• потерпевшим признается любое лицо, но если деяние предусмотренное ст. 110 УК РФ  было осуществлено в отношении  беременной женщины и виновный не знал об этом, а также в отношении другого беззащитного или беспомощного лица либо лица, находящегося в зависимости от виновного, суд должен учитывать данные обстоятельства при назначении наказания в качестве отягчающего обстоятельства в силу п. «з» ч. 1 ст. 63 Уголовного кодекса РФ

• самоубийство вызванное  незаконными действиями должностного лица, требует дополнительной квалификация по соответствующей статье УК РФ, предусматривающей ответственность за должностное преступление

• вина при квалификации деяния как, доведение до самоубийства имеет первостепенное значение, поскольку необходимо установить именно целенаправленный характер действий виновного лица, направленных на формирование решимости потерпевшего на лишение себя жизни

На основании вышеизложенных выводов предлагается:

  1.   Дополнить конструкцию составов преступлений, предусмотренных ст. 110 УК РФ, путем уточнения его с помощью новых квалифицирующих признаков.
  2.  Изложить текст редакции ч.3 ст. 110 следующим образом:

«Те же действия, совершенные в отношении несовершеннолетнего родителем или иным лицом, на которое законом возложены обязанности по воспитанию несовершеннолетнего, а равно педагогом или другим работником образовательного, воспитательного, лечебного либо иного учреждения, обязанным осуществлять надзор за несовершеннолетним-

наказывается лишением свободы на срок до десяти лет, с лишением пава занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью сроком до трех лет, либо без такого».

§3Разграничение доведение до самоубийства от других смежных             преступлений.

 Квалификация преступлений представляет собой один из видов правоприменительной деятельности, значение которой сложно переоценить. Правильность выбора и применения нормы уголовного закона в каждом конкретном случае влияет на дальнейшую жизнедеятельность определенного лица (лиц), а также на грамотное юридическое толкование, что соответствует принципам действующего российского уголовного законодательства, например, законность, ответственность только за виновно совершенное деяние, гуманизм, справедливость. Принцип справедливости имеет в данной деятельности решающее значение, поскольку справедливым может быть такое наказание, которое адекватно учитывает все признаки, характеризующие общественную опасность и противоправность деяния, обстоятельства его совершения, личность виновного, а также дает правильная уголовно-правовая оценка совершенному деянию. Наиболее распространенными ошибками при квалификации деяния являются: неправильное определение объекта преступного посягательства, форм и видов вины, неверное истолкование мотивов преступления и другие. Ошибки в квалификации преступных деяний обусловлены как объективными, так и субъективными факторами. К объективным факторам можно отнести нечеткую формулировку конкретной уголовно-правовой нормы, наличие в диспозиции нормы оценочных понятий и категорий. К субъективным факторам можно отнести недостаточно высокий профессиональный уровень правоприменителей, выражающийся в неглубоком или неполном исследовании обстоятельств совершения преступления, неправильной оценке собранных по делу доказательств, неумении разграничивать смежные составы133.

Разграничение таких составов преступлений как доведение до самоубийства и убийства, как отмечается в научной литературе, представляет собой актуальную проблему. Являясь по своему содержанию разным деянием, в определенных ситуациях его разграничение представляется весьма затруднительным. В науке уголовного права отсутствует единая позиция ученых по данному вопросу, отсутствуют серьезные научные исследования в области анализа такого социального явления как доведение до самоубийства. Можно определить такую тенденцию, что ученые, занимающиеся исследованиями анализируемого состава преступления, рассматривают вопрос о разграничении доведения до самоубийства с убийством только с позиции формы вины, при которых возможно их совершение. Принципиальным моментом, которому всегда уделяется внимание, является возможность совершения, предусмотренного ст. 110 УК РФ, с прямым умыслом. И только в связи с этим исследователи подходят к решению проблемы разграничения доведения до самоубийства с убийством, излагая точки зрения, прямо противоположные друг другу.

Согласно одному из подходов, при наличии у виновного прямого умысла на лишение другого лица жизни содеянное должно быть квалифицировано как умышленное убийство. Так Н.И. Загородников в своей работе отмечал, что при наличии у виновного умысла на доведение до самоубийства все совершенное рассматривалось как убийство особым способом134. С.В. Бородин в развитие данной точки зрения указывает на то, что в случаях, когда лицо ставит себе цель довести другого лица до самоубийства и создает для этого условия, при которых потерпевший вынужден лишить себя жизни, содеянное следует квалифицировать как убийство, которые будет характеризоваться особым способом его совершения135.

Другого подхода к вопросу разграничения доведения до самоубийства и убийства придерживается, в частности, Р.З. Авакян. Он отмечал, что при совершении доведения до самоубийства, в отличие от убийства, виновный не совершает действий, которые непосредственно способны лишить жизни потерпевшего. Последний принимает решение прервать жизнь и самостоятельно его реализует тем или иным способом, руководимый сознанием и волей136. Ю.А. Уколова отмечает убедительность обоснования изложенной выше точки зрения, однако по ее мнению не следует исключать такой ситуации, когда потерпевший поставлен виновным в такие условия, что даже при наличии сознания его воля внешне ограничивается, и как следствие, отсутствует возможность выбрать иной вариант поведения в конкретной жизненной ситуации (например, лицу предлагают выбрать мучительную смерть - и у потерпевшего есть все основания опасаться реализации таких намерений, - или легкую и быструю, но его, потерпевшего,  руками). Приводится данный пример: «виновный ставит потерпевшего на парапет крыши высотного дома, обливает его бензином и держит наготове зажженную спичку, однако предлагает потерпевшему самостоятельно спрыгнуть с крыши, в противном случае угрожает виновное лицо угрожает реализовать свои намерения»137.

Иную точку зрения отстаивает А.И. Коробеев, отмечая, что исследователи, предлагающие квалифицировать доведение до самоубийства с прямым умыслом как убийство, зачатую не различают понятие «доведение до самоубийства» и понятие «склонение к самоубийству». Он приводит следующую ситуацию в качестве примера: виновное лицо предлагает потерпевшему на выбор или оставление на длительное время без воды и пищи, или самоубийство с помощью пистолета, который он тут же вручает потенциальной жертве, и та им мгновенно пользуется138. В завершение А.И. Коробеев указывает, что даже в предложенной потенциальной ситуации квалификация действий виновного по ст. 105 УК РФ невозможна.

Автор настоящей дипломной работы полагает, что в приведенных примерах имеет место доведение до самоубийства путем угрозы жизни потерпевшего, которую он воспринимает как реальную и наличную. Стоит отметить, что в данном случае единичная угроза представляет собой крайне интенсивное по своему содержанию воздействие на психическое состояние потерпевшего и является для него столь значимой, что понуждает его к самостоятельному лишению себя жизни. Такого рода интенсивная угроза представляет собой разновидность психического насилия139, свидетельствует о наличии такого опасного вида психического воздействия как принуждение140. Свобода воли потерпевшего, которая отмечается в научной литературе, предполагает у него возможности выбора того или иного варианта поведения. В.Б. Малинин указывает на то, что действия потерпевшего по лишению себя жизни не должны прямо вытекать из деяния виновного. Поэтому, если мы имеем дело не со свободным волевым действием потерпевшего, а с необходимым следствием деяния виновного, такое деяние должно квалифицироваться как убийство141. Момент добровольного волеизъявления в рассмотренных выше примерах, вероятно, отсутствует, но он также и не имеет место при всяком ином случае доведения до самоубийства; полностью добровольный уход из жизни, не обусловленный жестоким обращением или систематическим унижением чести и достоинства потерпевшего, угрозами, в принципе не может повлечь уголовной ответственности. Получается что выбор модели поведения потерпевшего при доведении до самоубийства при любых обстоятельствах ограничен. Проблема заключается в том, что в подобных жизненных ситуациях выбор практически отсутствует, поэтому действия виновного имеет более высокую степень повышенной опасности. Актуальной является проблема разграничения доведения до самоубийства и убийства в такой ситуации, когда действия потерпевшего лица «механически» обусловлены конкретными и реальными действиями виновного, а свобода воли потерпевшего максимально подавлена и ограничена. Можно предположить такую ситуацию, когда виновный угрожает убить малолетних детей потерпевшей, если последняя не совершит самоубийство, и в целях подтверждения своих намерений совершает убийство одного ребенка. Потерпевшая, воспринимая данную угрозу как наличную и реальную, из страха за жизнь второго ребенка совершает самоубийство. Представляется ли возможной квалификация действий виновного по п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ, то есть как убийство двух лиц. Полагаем, что нет, но в то же время деяние виновного значительно опасно, чем деяние, представляющее собой бытовое насилие и унижение чести и достоинства потерпевшего, который самостоятельно лишает себя жизни следствие действий виновного.

Разграничение доведения до самоубийства и убийства можно условно провести по непосредственному объекту посягательства. Так, непосредственным объектом убийства выступает жизнь другого человека. К тому же, квалифицирующими признаками, характеризующими непосредственный объект убийства являются:

  1.  убийство двух и более лиц (п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ);
  2.  лица, или его близких в связи с осуществлением данным лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга (п. «б» ч. 2 ст. 105 УК РФ);
  3.  малолетнего или иного лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии (п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ).

Непосредственным объектом доведения до самоубийства является не только жизнь конкретного человека, но и также право на жизнь. Разграничение анализируемых деяний по объективной стороне выражается в следующем. Объективная сторона убийства выражается в форме действий или бездействия, последствий в виде наступления смерти и причинно-следственной связи между ними. Убийство, по общему правилу, совершается путем активных физических действий, нарушающих анатомическую целостность органов и (или) тканей человека. Когда у виновного умысел на убийство возникает непосредственно во момент совершения иного преступления против здоровья потерпевшего, тем самым, начатое как преступление тяжкое, оно перерастает в более тяжкое, все содеянное виновным лицом охватывается составом убийства и не требует дополнительной квалификации по статьям, предусматривающим уголовную ответственность за  преступления против здоровья человека. Дополнительная квалификация также не требуется в тех ситуациях, когда в процессе лишения жизни выбирается такой способ, связанный с причинением ему вреда здоровью потерпевшего. К квалифицирующим признакам, характеризующим объективную сторону убийства можно отнести:

  1.  убийство, сопряженное с похищением человека (п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ);
  2.  совершенное с особой жестокостью (п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ);
  3.  совершенное общеопасным способом (п. «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ);
  4.  сопряженное с разбоем, вымогательством или бандитизмом (п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ);
  5.  сопряженное с изнасилованием или насильственными действиями сексуального характера (п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ).

Объективную сторону доведения до самоубийства составляет такие деяния как определенное поведение виновного, выражающееся в предъявлении угроз, жестоком обращении с потерпевшим, систематическим унижением его человеческого достоинства; создание поведением виновного такой жизненной ситуации, которая способна повлиять на решение потерпевшего лишить самостоятельно себя жизни при отсутствии иного варианта развития событий по его убеждению; принятое потерпевшим под влиянием поведения виновного решение о самоубийстве и последующая реализация данного решения или покушение на самоубийство. В случае доведения до самоубийства или покушения на него другое лицо лишается жизни, что обусловливается предшествующим данному акту поведением виновного, и потерпевшее лицо самостоятельно сводит счеты с жизнью. Стоит также отметить то обстоятельство, что совершение деяния, предусмотренного ст. 110 УК РФ, считается оконченным при наличии попытки самоубийства (покушения на него) и наступление смерти обязательного юридического значения для квалификации не имеет. Убийство же считается оконченным при наступлении смерти человека.

Так, А.Н. Красиков отмечает, что «когда лицо само действует против себя, против своей жизни по любым причинам, содеянное ни в коем случае нельзя назвать убийством, поскольку в соответствии с ч. 1 ст. 105 УК РФ убийством признается умышленное причинение смерти другому человеку»142.

В контексте вопроса разграничение таких преступных деяний как доведение до самоубийства и убийство интерес представляет судебная практика Верховного Суда РФ. Так, Кассационным определением Верховного Суда РФ законным и обоснованным был признан приговор Архангельского областного суда в отношении Ш. и К., признанных виновными в совершении преступления, предусмотренного п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ. По материалам уголовного дела «Ш. и К. с целью проучить за жестокое обращение с женой, которая являлась родственницей Ш., пришли в жилище к П. и начали наносит ему удары, совершать избиение. П., признав свои действия по отношению к супруге неправильным и утверждая, что он после всех своих действий не достоин жизни, попросил повеситься на чердаке дома. Ш. и К. отказали ему в этом, объяснив, что вешаться в доме - плохая примета, и предложили ему выйти на улицу. С этой целью Ш. и К. связали руки П. и втроем отправились на берег реки. Потерпевший, будучи значительно сильнее и крупнее Ш. и К., не сопротивлялся действиям последних. Выбрав подходящее дерево, Ш. залез на него и перекинул веревку через ветку. П. самостоятельно встал на лежащее рядом бревно. К. надел петлю на шею П. и другой конец веревки закрепил на стволе. После этого Ш. и К. отошли в сторону П. шагнул с дерева, но веревка не натянулась, после этого он сам подогнул колени, что вызвало затягивание петли. Ш. и К. подождали некоторое время, сняли П. с дерева и закопали. В процессе предварительного расследования и судебного разбирательства обвиняемые настаивали на вменении им. ст. 110 УК РФ, объясняя это тем обстоятельством, что они не имели умысла на убийство П., и не могли предполагать и знать, какие действия в отношении него они будут совершать, когда приходили в дом потерпевшего. Вместе с тем суд расценил содеянное Ш. и К. п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ как убийство, совершенное группой лиц»143.

В правоприменительной деятельности также важное значение имеет разграничение доведения до самоубийства с таким преступным деянием как причинение смерти по неосторожности, предусмотренным ст. 109 УК РФ. Очевидно, что признаки непосредственного объекта причинения смерти по неосторожности совпадают с признаками непосредственного объекта убийства. Следовательно, разграничение доведения до самоубийства и причинения смерти по неосторожности по данному критерию аналогично разграничению с убийством как простым, так и квалифицированным (особо квалифицированным). Объективная сторона причинения смерти по неосторожности выражается в деянии в форме действия или бездействия, выражающихся в нарушении правил бытовой (повседневной) или профессиональной предосторожности, последствий в виде смерти потерпевшего и причинно-следственной связи между ними. По доведении до самоубийства наступления такого общественно-опасного последствия как смерть человека для признания преступления оконченным не обязательно. Стоит отметить, что в диспозиции нормы ст. 110 УК РФ прямо перечислены способы совершения преступного посягательства. Угрозы, жестокое обращение, систематическое унижение человеческого достоинства не характерны для объективной стороны причинения смерти по неосторожности.

Для квалификации содеянного по ст. 109 УК РФ необходимо установить, что смерть потерпевшего стала закономерным и необходимым следствием неосторожный действий, которые объективно не были направлены на лишение жизни или причинение опасного для жизни вреда здоровью, что устанавливается исходя из орудий и средств совершения преступления, характера ранений и их локализации, отношений между виновным и потерпевшим и иных обстоятельств дела. Как показывает практика причинение смерти по неосторожности может выражаться в нанесении ударов кулаком по голове в результате драки, в небрежном введении в организм потерпевшего ядовитого вещества вместо лекарственного средства, в действиях собаковода, спустившего с привязи сторожевых собак вблизи населенного пункта, в грубом нарушении правил обращения с оружием и т.д.

Специфика разграничения доведения до самоубийства и причинения смерти по неосторожности по субъективной стороне преступления выражается в следующем. Причинение смерти по неосторожности не относится к категории преступлений, именуемых убийствами по той причине, что действующий УК РФ определяет убийство как умышленное причинение смерти другому человеку. Следовательно, деяние, предусмотренное ст. 109 УК РФ может быть совершено по легкомыслию, то есть когда лицо предвидит, что его действия способны привести к смерти другого человека, но без достаточных оснований самонадеянно рассчитывает на предотвращение этого последствия, или по небрежности, когда лицо не предвидит, что его действия могут причинить смерть другому человеку, но при необходимой внимательности и предусмотрительности могло и должно было предвидеть подобное развитие событий. Такие преступления могут быть вызваны неосторожным обращением с оружием, бытовой техникой или источниками повышенной опасности, результатом несчастных случаев во время охоты, небрежного отношения к должностным обязанностям, например, медицинских работников. Разграничение причинения смерти по неосторожности от несчастного случая (события) выражается в том, что лицо не предвидело наступление общественно-опасных последствий, не должно и не могло предвидеть.

Следует также проводить разграничение доведения до самоубийства с таким преступлением как угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью (ст. 119 УК РФ). Непосредственным объектом угрозы убийством или причинением тяжкого вреда здоровью выступает совокупность общественных отношений, возникающих по поводу реализации естественного права каждого человека на жизнь и здоровье и обеспечивающих безопасность данных социальных благ, интересов. При угрозе убийством создается реальная угроза причинения вреда общественным отношениям, обеспечивающим безопасность жизни и реальный вред здоровью потерпевшего. В случае же угрозы причинения тяжкого вреда здоровью последнее оказывается поставленным под угрозу, а с другой стороны может претерпевать вредные реальные последствия.

Разграничение анализируемых составов преступлений выражается в том, что при совершении деяния, предусмотренного ст. 119 УК РФ, угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью носит характер активных информационных действий. Состав данного преступления - формальный, то есть последствия конкретной угрозы на квалификацию содеянного не влияют. Преступление считается оконченным с момента высказывания или демонстрации угрозы независимо от того, когда она была воспринята потерпевшим.

Объективная сторона доведения до самоубийства отчасти совпадает в том, что в одном и другом составе в диспозиции указана угроза как способ их совершения, однако при доведении до самоубийства угрозы могут носить различный по содержанию характер, а в ст. 119 УК РФ предусматривается уголовная ответственность за угрозу убийством или причинения тяжкого вреда здоровью. Разграничение по субъективной стороне проявляется в том, что субъективная сторона выражается в форме прямого умысла, то есть виновный намеренно высказывает угрозы, которые рассчитаны на их восприятие потерпевшим как наличных, реальных, устрашающих, вызывающих чувство тревоги, опасности, и желает реализовать свои намерения в дальнейшем. Угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью может выступать в качестве способа совершения другого более тяжкого преступления, например, разбоя (ст. 162 УК РФ), вымогательства (ст. 163 УК РФ), неправомерное завладение автомобилем или иным транспортным средством без цели хищения (ст. 166 УК РФ) и др. По правилам квалификации при конкуренции части и целого предпочтение отдается целому, поэтому дополнительная квалификация по ст. 119 УК РФ в случае совершения других преступлений не требуется.

Таким образом, проведенное исследование разграничения доведения до самоубийства от других смежных преступлений позволяет сформулировать следующие выводы:

  1.  в науке Уголовное право исследователи подходят к решению проблемы разграничения доведения до самоубийства с убийством, излагая точки зрения, прямо противоположные друг другу
  2.  отграничение доведения до самоубийства от смежных составов умышленных преступлений против здоровья, чести и достоинства личности, должно осуществляться по последствиям, предусмотренным ст. 110 УК РФ, -  самоубийство потерпевшего или покушение на самоубийство
  3.  при наличии у виновного прямого умысла на лишение другого лица жизни содеянное должно быть квалифицировано как умышленное убийство
  4.  разновидностью психического насилия является интенсивная угроза, свидетельствующая о наличии такого опасного вида психического воздействия как принуждение
  5.  выбор модели поведения потерпевшего при доведении до самоубийства при любых обстоятельствах ограничен, из-за этого действия виновного имеет более высокую степень повышенной опасности.
  6.  при доведении до самоубийства наступление смерти обязательного юридического значения для квалификации не имеет. Убийство же считается оконченным при наступлении смерти человека.

2 См.: Гегель Г.В.Ф. Философия права. М., 1990. С. 127.

3 См.: Акты социально-экономической истории Северо-восточной Руси конца XIV – начала ХVI в. Т. III. М. 1964. С. 27-29.

4 См.: Красиков А.Н. Преступления против права человека на жизнь: в аспектах de lege lata и de lege ferenda / Красиков А.Н.  Саратов: Саратовский университет, 1999.С.12.

5 См.: Хрестоматия по истории отечественного государства и права (X век - 1917 год) / Сост. д-р юрид. наук проф. В.А. Томсинов. М., 2001. С. 171

6Сборник нормативных актов по уголовному праву России Х-ХХ веков: В 3 ч. Ю.И. Бытко., С.Ю. Бытко. – Саратов: Издательство ГОУ ВПО «Саратовская государственная академия права» 2005. Ч.2. С. 251.

7См.: Уголовное Уложение 22.03.1903.СПб.: издание Н.С. Таганцева, 1904. С. 632 – 638.

8Айвазова С. Русские женщины в лабиринте равноправия (очерки политической теории и истории. Документальные материалы). М., 1998. С. 52.

9Поликарпова И.В. Уголовная политика России в отношении посягательств на здоровье и ее влияние на квалификацию преступлений: на примере ответственности за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью: автореф. дисс…канд. юрид. наук. Саратов, 2008. С. 17.

10См.: Сборник нормативных актов по уголовному праву России Х-ХХ веков: В 3 ч. Ю.И. Бытко., С.Ю. Бытко. – Саратов: Издательство ГОУ ВПО «Саратовская государственная академия права» 2005. Ч.3. С. 20.

11См.: Постановление ВЦИК от 01.06.1922 "О введении в действие Уголовного кодекса РСФСР" (вместе с "Уголовным кодексом РСФСР") // СУ РСФСР. 1922. N 15. Ст. 153.

12См.: Швеков Г.В. Первый советский уголовный кодекс. М., 1970. С. 200.

13См.: Карпец И.И. Уголовное право и этика. М., 1985. С. 130, 132.

14См.: Постановление ВЦИК от 11.11.1922 "Об изменениях и дополнениях Уголовного кодекса РСФСР" // СУ РСФСР. 1922. N 72 - 73. Ст. 906.

15См.: Калашникова А.И. Уголовный кодекс РСФСР 1926 года: концептуальные основы и общая характеристика: автореф. дисс…канд. юрид. наук. Ульяновск, 2009. С. 17.

16 См.: Уголовный Кодекс РСФСР от 22.10.1926 года [Электронный ресурс]: Доступ из «Консультант Плюс» (дата обращения: 18.12.2014 г.). СПС.

17См.: Меньшагин В.Д. преступления против личности по проекту УК РСФСР, «Социалистическая законность», №9, 1957. с. 38-39.  

18См.: Алиев И.А. Ответственность за доведение до самоубийства. Дисс.канд.юр.наук.. М.1969. с.51.

19См.: Красиков А.Н. Уголовно-правовая охрана прав и свобод человека в России. Саратов, 1996. С. 185.

20См.: Уголовный Кодекс РСФСР от 27.10.1960 [Электронный ресурс]: Доступ из «Консультант Плюс» (дата обращения: 19.12.2014 г.). СПС.

21См.: Еникеев М.И. Судебно-психологическая экспертиза в уголовном судопроизводстве // Юридическая психология. 2009. N 1.

22 Ярмаш Н.Н. Уголовная ответственность за доведение до самоубийства: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Харьков, 1992. С. 8.

23См.: Конституция Российской Федерации (принята на всенародном голосовании 12 декабря 1993 г.) // Российская газета. 1993. № 237.

24 Думан С.И. Уголовная ответственность за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью: автореф. дисс…канд. юрид. наук. М., 2011. С. 13.

25 См.: Право на смертную казнь / Под ред. А.В. Малько. М., 2004. С. 128

26 См.; Поэзия Древнего Египта [Спор разочарованного со своей душой] // Суицидология: Прошлое и настоящее: Проблема самоубийства в трудах философов, социологов, психотерапевтов и в художественных текстах.- М.,2001.-С. 475.

27 См.: Суворов Н.С. Учебник церковного права, 5-е изд. (Москва, 1913), С.185.

28 См.; Голубинский Е.Е. История русской церкви., т. 1, часть 2,- М.: университетская типография, страстной бульвар, 1901. С. 459—460.

29См.: Бочкарев С.А. Общественная опасность преступления: институциональная природа явления //  Закон и право. 2010.  №1. С. 25.

30См.: Мальцев, В.В. Проблема отражения и оценки общественно опасного поведения в уголовном праве: Автореф. дисс. ...докт. юрид. наук. М., 1993. С.9

31См.: Герцензон А.А., Грингауз Ж.С., ДурмановН.Д., Исаев М.М., Утевский Б.С. История советского уголовного права.  М.: 1948. С. 248- 249.

32См.: Новоселов Г. Без преступных последствий нет преступлений // Российская юстиция. 2001. №3. С. 56.

33Уголовное право России. Части общая и особенная: учебник / Журавлев  [и др.]; под ред. А.И. Рарога. - 7-е изд., перераб. и доп.- М.: Проспект, 2012. С. 33.

34Уголовное право России. Части общая и особенная: учебник / Журавлев  [и др.]; под ред. А.И. Рарога. - 7-е изд., перераб. и доп.- М.: Проспект, 2012. С. 33.

35Байканова А.Ш. Доведение до самоубийства: квалификация преступления // Евразийский юридический журнал. 2012. № 9(52). С. 42.

36Уголовный кодекс Российской Федерации // Соб. законодательства РФ. 1996. N 25, ст. 2954.

37Николаев Н., Тасаков С.  Нравственное содержание уголовно-правовых норм о преступлниях против жизни, не являющихся убийствами  // Уголовное право.  2007.  №5. С. 119.

38См.: Конституция Российской Федерации (принята на всенародном голосовании 12 декабря 1993 г.) // Российская газета. 1993. № 237.

39Российская газета. 2010. 5 марта. С. 1.

40См.: Горелик В.Я. Латентная преступность в условиях военной службы // Военная мысль. 2001. N 2. С. 51.

41См.: Моргуленко Е.А. Латентность нарушений уставных правил взаимоотношений между военнослужащими при отсутствии между ними отношений подчиненности: сущность, структура, причины и меры по ее нейтрализации // Право в Вооруженных Силах. 2002. N 1 - 2. С. 10

42См.: Антонян Ю.М. Основные мотивы поведения осужденных // Человек: преступление и наказание. 2009. N 1. С. 14.

43См.: М.Ф. Уголовно-правовые и криминологические проблемы борьбы с преступностью в исправительных учреждениях: Дис. ... д-ра юрид. наук. М., 2000. С. 9 - 10.

44См.: Жарких М.Н. Преступность среди осужденных в исправительных учреждениях и меры ее предупреждения: Дис. ... канд. юрид. наук. Казань, 2008. С. 16

45 См.: Архив ФСИН РФ. Статистические данные – 2013 год. Обзор "О суицидах среди подозреваемых, обвиняемых  и осужденных, совершенных в учреждениях уголовно-исполнительной системы в 2013 году"

46См.: Государственный статистический отчет о преступности "Единый отчет о преступности" по России. Данные АГИЦ МВД РФ [сайт]. URL: http://www.crimpravo.ru (дата обращения: 21.12.2014 г.).

47См.: Статистика самоубийств // Проект о жизни [сайт]. URL: http://lossofsoul.narod.ru  (дата обращения: 22.12.2014 г.).

48 См.: Статистические данные. Архив  ИЦ ГУ МВД России по г. СПб и ЛО. (2012-2014г.).

49Осокин Р.Б. Проблемы квалификации деяний против нравственности в сфере сексуальных отношений // Уголовное право. 2006. № 2. С. 59.

50Цыркалюк А.А. Развитие российского уголовного законодательства об ответственности за доведение до самоубийства // Российский следователь. 2011. -№ 3. С. 35.

.

51См.:Мелешко Н.П., Тарло Е.Г. Уголовно-правовые системы России и зарубежных стран (криминологические проблемы сравнительного правоведения, теории, законодательная и правоприменительная практика). М., 2003. С. 47.

52См.: Марченко М.Н. Курс сравнительного правоведения. М., 2002. С. 199.

53См.: Саидов А.Х. Сравнительное правоведение (основные правовые системы современности). М., 2005. С. 19 - 21.

54 См.: Осокин Р.Б. Проблемы квалификации деяний против нравственности в сфере сексуальных отношений // Уголовное право. 2006. N 2. С. 59 - 63; Осокин Р.Б. Эффективность уголовной ответственности за преступление, предусмотренное ст. 242 УК РФ // Вестник Тамбовского университета. Серия: Гуманитарные науки. 2010. Т. 86. N 6. С. 317 - 319.

55Латухина К. Путин: число самоубийств в России уменьшилось// Российская газета   [сайт]. URL: http://www.rg.ru (дата обращения: 11. 01 2015 г.).

56См.: Цыркалюк, А.А. Ответственность за доведение до самоубийства по зарубежному уголовному законодательству // Международное публичное и частное право. 2011. N 2. С. 47-48.

57 См.: Наумов А.В. Сближение правовых систем как итог развития головного права 20 в. и его перспектива в 21 в. // Государство и право. 1998. №6. С.52.

58Уголовный кодекс Японии  // Юридическая Россия. Федеральный правовой портал [сайт]. URL:  http://law.edu.ru (дата обращения: 11.01.2015 г.).

59Латухина К. Путин: число самоубийств в России уменьшилось // Российская газета [сайт]. URL: http://www.rg.ru/2012/05/05/suicid-site-anons.html (дата обращения: 11. 01 2015 г.).

60См.: Уголовный кодекс Франции // Юридическая Россия. Федеральный правовой портал [сайт]. URL:  http://law.edu.ru (дата обращения: 11.01.2015 г.).

61См.: Уголовный кодекс Дании  // Юридическая Россия. Федеральный правовой портал [сайт]. URL:  http://law.edu.ru (дата обращения: 11.01.2015 г.).

62См.: Уголовный кодекс Чили //Юридическая Россия. Федеральный правовой портал [сайт]. URL:  http://law.edu.ru (дата обращения: 13.01.2015 г.).

63См.: Уголовный кодекс Филиппин //Юридическая Россия. Федеральный правовой портал [сайт]. URL:  http://law.edu.ru (дата обращения: 13.01.2015 г.).

64Уголовный кодекс Польши //Юридическая Россия. Федеральный правовой портал [сайт]. URL:  http://law.edu.ru (дата обращения: 14.01.2015 г.)

65Уголовный кодекс Испании //Юридическая Россия. Федеральный правовой портал [сайт]. URL:  http://law.edu.ru (дата обращения: 14.01.2015 г.).

66См.: Уголовный кодекс Румынии // Юридическая Россия. Федеральный правовой портал [сайт]. URL:  http://law.edu.ru (дата обращения: 14.01.2015 г.).

67См.: Уголовный кодекс Норвегии // Юридическая Россия. Федеральный правовой портал [сайт]. URL:  http://law.edu.ru (дата обращения: 14.01.2015 г.).

68См.: Уголовный кодекс Швейцарии // Юридическая Россия. Федеральный правовой портал [сайт]. URL:  http://law.edu.ru (дата обращения: 15.01.2015 г.).

69См.: Уголовный кодекс Голландии / Науч. ред. д-ра юрид. наук, засл. деятеля науки РФ, проф. Б.В. Волженкина; пер. с англ. И.В. Мировой. 2-е изд. СПб.: Юридический центр Пресс, 2001. С. 224.

70См.: Уголовный кодекс Венесуэлы  // Юридическая Россия. Федеральный правовой портал [сайт]. URL:  http://law.edu.ru (дата обращения: 15.01.2015 г.).

71См.: Уголовный кодекс Бразилии // Юридическая Россия. Федеральный правовой портал [сайт]. URL:  http://law.edu.ru (дата обращения: 15.01.2015 г.).

72См.: Уголовный кодекс Аргентины от 9 октября 1921 г. СПб.: Юридический центр пресс, 2003. С. 127.

73См.: Уголовный кодекс Австрии // Юридическая Россия. Федеральный правовой портал [сайт]. URL:  http://law.edu.ru (дата обращения: 15.01.2015 г.).

74См.: Уголовный кодекс Италии  // Юридическая Россия. Федеральный правовой портал [сайт]. URL:  http://law.edu.ru (дата обращения: 15.01.2015 г.).

75 См.: Галюкова М.И. Современное зарубежное уголовное законодательство об ответственности за причинение вреда здоровью человека // Вестник ЮУрГУ. Серия: Право. 2008. №28 (128). С.31.

76Примерный уголовный кодекс США  // Юридическая Россия. Федеральный правовой портал [сайт]. URL: http://law.edu.ru (дата обращения: 14.01.2015 г.).

77См.: Примерный уголовный кодекс США  // Юридическая Россия. Федеральный правовой портал [сайт]. URL: http://law.edu.ru (дата обращения: 14.01.2015 г.).

78См.: Уголовный кодекс Канады. СПб.: Юридический центр Пресс, 2005. С. 201

79См.: Модельный Уголовный кодекс для государств - участников СНГ (принят постановлением Межпарламентской Ассамблеи государств - участников СНГ от 17 февраля 1996 г.). [Электронный ресурс]: Доступ из «Гарант» (дата обращения: 20.01.2015 г.). СПС.

80 См.: Волженкин Б. В. Пояснительная записка к Модельному Уголовному кодексу для государств участников Содружества Независимых Государств // Правоведение. 1996. № 1. С.88 – 89.

81См.: Цыркалюк А.А. Развитие российского уголовного законодательства об ответственности за доведение до самоубийства // Российский следователь. 2011. -№ 3. С. 37.

82Уголовный кодекс Республики Молдова //Юридическая Россия. Федеральный правовой портал [сайт]. URL: http:law.edu.ru (дата обращения: 20.01.2015 г.).

83Уголовный кодекс Украины // /Юридическая Россия. Федеральный правовой портал [сайт]. URL:  http://law.edu.ru (дата обращения: 03.02.2015 г.).

84Уголовный кодекс Республики Беларусь  // Юридическая Россия. Федеральный правовой портал [сайт]. URL: http://law.edu.ru (дата обращения: 03.02.2015 г.).

85См.: Уголовный кодекс Грузии // Юридическая Россия. Федеральный правовой портал [сайт]. URL:  http://law.edu.ru (дата обращения: 11.01.2015 г.).

86См.: Уголовный кодекс Республики Азербайджан // /Юридическая Россия. Федеральный правовой портал [сайт]. URL:  http://law.edu.ru (дата обращения: 03.02.2015 г.).

87См.: Уголовный кодекс Казахстан // /Юридическая Россия. Федеральный правовой портал [сайт]. URL:  http://law.edu.ru (дата обращения: 03.02.2015 г.).

88См.: Уголовный кодекс Республики Узбекистан // /Юридическая Россия. Федеральный правовой портал [сайт]. URL:  http://law.edu.ru (дата обращения: 03.02.2015 г.).

89См.: Уголовный кодекс Республики Таджикистан// /Юридическая Россия. Федеральный правовой портал [сайт]. URL:  http://law.edu.ru (дата обращения: 03.02.2015 г.).

90См.: Уголовный кодекс Кыргызстан // Юридическая Россия. Федеральный правовой портал [сайт]. URL:  http://law.edu.ru (дата обращения: 03.02.2015 г.).

91См.: Уголовный кодекс Туркменистан // Юридическая Россия. Федеральный правовой портал [сайт]. URL:  http://law.edu.ru (дата обращения: 03.02.2015 г.).

92См.: Уголовный кодекс Армении // Юридическая Россия. Федеральный правовой портал [сайт]. URL:  http://law.edu.ru (дата обращения: 04.02.2015 г.).

93См.: Уголовный кодекс Армении // Юридическая Россия. Федеральный правовой портал [сайт]. URL:  http://law.edu.ru (дата обращения: 04.02.2015 г.).

94См.: Расулов, А. Самоубийство // Все об Исламе  [сайт]. URL: http://www.islamdag.ru (дата обращения:  16.02.2015 г.).

95См.: например: Мулюков, Ф.Б. Субъективные признаки убийства и его отграничение от смежных смежных составов преступления // Вестник СГАП.  2007.  № 2  С.122.

96См.: Н. Николаев, С. Тасаков  Нравственное содержание уголовно-правовых норм о преступлниях против жизни, не являющихся убийствами  //  Уголовное право.  2007. №5. С. 119.

97См.: Конституция Российской Федерации (принята на всенародном голосовании 12 декабря 1993 г.) // Российская газета. 1993. № 237.

98 См.: Поликарпова И.В. Указ. соч. С.127.

99  См.: Гаухман Л.Д. Квалификация преступлений: закон, теория, практика. М.: Центр ЮрИнфоР, 2001. С.6.

100  См.: Макаров С. Правила и алгоритмы квалификации преступлений в теории и практике // Уголовное право. 2013. N 4. С. 33.

101 Конституция Российской Федерации (принята на всенародном голосовании 12 декабря 1993 г.) // Российская газета. 1993. № 237.

102 Уголовное право России. Части общая и особенная: учебник / М.П. Журавлев  [и др.]; под ред. А.И. Рарога. - 7-е изд., перераб. и доп.- М.: Проспект, 2012. С. 287.

103 Магомедов А.А., Миньковский Г.М., Ревин В.П. Уголовное право России. Особенная часть: учебник / под ред. В.П. Ревина. 2-е изд., испр. и доп. М.: Юстицинформ, 2009. //[электронный ресурс]. Доступ из "КонсультантПлюс" (дата обращения: 18.02.2015 г.).

104 Авакян Р.З. Доведение до самоубийства и его предупреждение: автореф. дис. … канд. юрид. наук. М. 1972. С. 5.

105 Аюпов В.Ш. К вопросу об обекте доведения до самоубийства // Вестн. Том. гос. ун-та . 2012. №363. С.123-126.

106 См.: Уголовный кодекс Российской Федерации // Соб. законодательства РФ. 1996. N 25, ст. 2954.

107 См.:  Цыркалюк, А.А. Уголовная ответственность за доведение до самоубийства: автореф. дисс. … канд. юрид. наук / А. А. Цыркалюк. – Тамбов, 2011. С. 11.

108 Уголовный кодекс Российской Федерации // Соб. законодательства РФ. 1996. N 25, ст. 2954.

109 Лысак Н., Лопаткин Д. Ответственность за доведение до самоубийства  // Законность. 2006. №3. С.12.

110 См.: Лысак Н., Лопаткин Д. Ответственность за доведение до самоубийства  // Законность. 2006. №3. С.12.

111Приговор Целинского районного суда Ростовской области от 25 июля 2011 года// Судебные решения РФ [сайт]. URL: http://xn--90afdbaav0bd1afy6eub5d.xn--p1ai/bsr/case/1793529 (дата обращения: 12.03.2015 г.).

112 См.: Лысак Н., Лопаткин Д. Ответственность за доведение до самоубийства  // Законность. 2006. №3. С.13. 

113 Там же.

114 См.:  Уголовное право России. Части общая и особенная: учебник / Журавлев  [и др.]; под ред. А.И. Рарога. - 7-е изд., перераб. и доп.- М.: Проспект, 2012. С. 308.

115См.:  Лысак Н., Лопаткин Д. Ответственность за доведение до самоубийства  // Законность. 2006. №3. С.13.

116См.: Мерочкина К.Д. Проблемы квалификации доведения до самоубийства // Сборник материалов XXV научно-практической технической (научно-практической) конференции «НТК-2014». Владикавказ. 2014. С. 141

117 Цыркалюк А.А. Уголовная ответственность за доведение до самоубийства: автореф. дис. … канд. юрид. наук. М.2011. С. 9.

118 См.: Мулюков Ф.Б. Субъективные признаки убийства и его отграничение от смежных составов преступления / Ф.Б. Мулюков// Вестник СГАП.2007. №2. С.122.

119См.: Коробеев А.И. Преступные посягательства на жизнь и здоровье человека: монография. М.: Юрлитинформ. 2012. С. 161.

120См.: Ермолаева Е.Г. Суицид и преступность: автореф. дис. … канд. юрид. наук. Саратов. 2007.
С. 22.

121См.: Роспотребнадзор закрыл 2,4 тысячи «суицидных» страниц.[сайт] URL: http://www.rg.ru/2013/09/24/suicide-pages-site.html (дата обращения 27.03.2014 г.).

122 Аюпов В.Ш. Содержание субъективной стороны доведения до самоубийства (Ст. 110 УК РФ) // Вестн. Том. гос. ун-та. Право . 2012. С. 13.

123См.: Аниянц М.К. Ответственность за преступления против жизни по действующему законодательству союзных республик. М.: Юрид. Лит. 1964. С. 180

124См.: Бородин С.В. Преступление против жизни. М.: Юристъ. 1990. С. 52

125См.: Эльмурзаев Д.И. Уголовная ответственность за доведение до самоубийства: авторе. дис…. канд. юрид. наук. М. 2006. С. 27.

126См.: Уколова Ю.А. Проблемы квалификации доведения до самоубийства как преступного деяния: автореф. дис…. канд. юрид. наук. М. 2008. С. 28.

127См.: Емельянова С. Ставропольскую учительницу обвинили в суициде школьника  // Российская газета   [сайт]. URL: http://www.rg.ru (дата обращения: 27.03.2015 г.).

128См.: Базанова Е. Россия вышла на 1-е место по числу самоубийств среди подростков // Newtimes.ru [сайт]. URL: http://newsland.com (дата обращения: 27.03.2015 г.).

129См. подробнее: Бородин С.В. Преступления против жизни. М., 1999. Магомедов А.И. Проблемы совершенствования ответственности за доведение до самоубийства // «Черные дыры» в Российском законодательстве. 2007. №1. С. 416.

130 Лысак Н., Лопаткин Д. Ответственность за доведение до самоубийства  // Законность. 2006. №3. С.14.

131 Аюпов В.Ш. Содержание субъективной стороны доведения до самоубийства (Ст. 110 УК РФ) // Вестн. Том. гос. ун-та. Право . 2012. С. 15.

132 Уголовный кодекс Швейцарии. М.: Зерцало. 2001. С.138.

133 См.: Семернева Н.К. Квалификация преступлений (части Общая и Особенная): научно-практическое пособие. М.: Проспект, 2010. С. 3.

134 См.: Загородников Н.И. Преступления против жизни по советскому уголовному праву . М.: Госюриздат, 1961. С. 233.

135 См.: Бородин С.В. Преступления против жизни. М.: Юристъ, 2001. С. 62.

136 См.: Авакян Р.З. Доведение до самоубийства как уголовно наказуемое деяние. Ереван: Изд-во АН АрмССР, 1971.С. 71-76.

137 Уколова Ю.А. Форма вины при доведении до самоубийства // Российский следователь, 2007.  № 12. С. 19-20.

138 Полный курс уголовного права в 5 томах / под ред. А.И. Конобеева . Т. 2. СПб.: Юрид. Центр Пресс, 2008. С. 279.

139 См.: Шарапов Р.Д. Насилие в уголовном праве: понятие, квалификация, совершенствование механизма уголовно-правового предупреждения: автореф. дис. … докт. юрид. наук. Екатеринбург, 2006. С. 20-22.

140 См.: Зарипов В.Г. Физическое и психическое принуждение в уголовном праве: понятие, виды, ответственность: автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2007. С. 14.

141 См.: Малинин В.Б. Причинная связь в уголовном праве: вопросы теории и практики: автореф. дис. … докт. юрид. наук. СПб, 1999. С. 38.

142 Красиков А.Н. Преступления против права человека на жизнь. Саратов, 1999. С. 98.

143 Кассационное определение Верховного Суда РФ от 20 ноября 2006 г. № 1-О06-39 // [сайт]. URL: http://www.vsrf.ru/indexA.php?i1p1=1&i1text=&number=1%CE0639&iDateB=&iDateE=&iDoc=0&delo_type=0&iPhase=0&iSpeaker=0&Frash=0&search.x=0&search.y=0 (дата обращения 30.04.2015г.).


 

А также другие работы, которые могут Вас заинтересовать

19670. Основные тенденции развития стран мира после второй мировой войны 20.41 KB
  Основные тенденции развития стран мира после второй мировой войны. Раскол послевоенного мира. Вторая мировая война явилась величайшей трагедией для человечества. Но из этой трагедии человечество смогло извлечь и положительные уроки. Важнейший из них заключался в раст
19671. США в 1945-1980 гг. характерные черты социально-экономического и политического развития 17.42 KB
  США в 1945-1980 гг. характерные черты социально-экономического и политического развития. Положение после второй мировой войны. США не понесли таких потерь в войне как другие воевавшие страны. На их территорию не упала ни одна бомба; людские потери оказались в 90-раз меньше чем...
19672. МИРОВОЙ ЭКОНОМИЧЕСКИЙ КРИЗИС 1929—1933 гг. 15.98 KB
  МИРОВОЙ ЭКОНОМИЧЕСКИЙ КРИЗИС 1929 1933 гг. Влияние кризиса на социальноэкономическое развитие Запада. Период относительной экономической и политической стабилизации западного мира завершился неожиданно быстро осенью 1929 г. Начался самый тяжелый в истории мировой экон
19673. Политическое развитие западных стран в условиях кризиса. Рост фашистской опасности 16.18 KB
  Политическое развитие западных стран в условиях кризиса. Рост фашистской опасности. По мере развития кризиса возникали различные варианты его преодоления предполагающие усиление роли государства. Первый либеральный вариант предусматривал активное вмешательств
19674. Рабочее, социал-демократическое и коммунистическое движение в годы экономического кризиса 14.57 KB
  Рабочее социалдемократическое и коммунистическое движение в годы экономического кризиса. Социалдемократические партии стояли на антифашистских позициях защищали систему буржуазной демократии основанную на парламентаризме но в то же время недооценивали опаснос
19675. Основные черты развития Италии во второй половине 20-21 вв 19.51 KB
  Основные черты развития Италии во второй половине 2021 вв. Преобразования 1945 1947 гг. Италия была одной из тех стран которые потерпели поражение в войне. В конце апреля 1945 г. на севере Италии началось восстание которое привело освобождению части страны еще до подхода с юг...
19676. ВЕЛИКОБРИТАНИЯ основные черты внутренней и внешней политики во второй половине 20- начале 21 в. 18.44 KB
  ВЕЛИКОБРИТАНИЯ основные черты внутренней и внешней политики во второй половине 20 начале 21 в. Ситуация после второй мировой войны. Распад колониальных империй главная проблема в послевоенной истории Англии и Франции. Великобритания вышла из войны ослабленной. Ей при...
19677. ФРАНЦИЯ во второй половине 20-21 в. основные политические события ,характерные черты социально-экономического развития 21.11 KB
  ФРАНЦИЯ во второй половине 20-21 в. основные политические события характерные черты социально-экономического развития. Положение страны после второй мировой войны. Летом 1944 г. в освобожденной Франции было создано временное правительство во главе с генералом де Голлем ру...
19678. Творческий путь Тургенева 28 KB
  Творческий путь Тургенева. И. С. Тургенев 1818 1883 родился в богатой дворянской семье. Детство провел в родовой усадьбе. В 1833 г. поступил в Московский университет в 1834 перевелся в Петербургский который и заканчивает в 1837 г. по словесному отделению философского факультета. ...