82273

Вненаучное социальное знание. Взаимодействие социальных, гуманитарных наук и вненаучного знания в экспертизах социальных проектов и программ

Доклад

Логика и философия

Взаимодействие социальных гуманитарных наук и вненаучного знания в экспертизах социальных проектов и программ. Эйнштейн ищут основания знания в философии и художественной литературе. Антифундаменталистская тенденция просматривается в истолковании всех важнейших областей научного познания: математического естественнонаучного гуманитарного. В то время как сциентизм базируется на абсолютизации рациональнотеоретических компонентов знания антисциентизм опирается на ключевую роль этических правовых культурных ценностей по отношению к идеалу...

Русский

2015-02-26

39.26 KB

7 чел.

Вненаучное социальное знание. Взаимодействие социальных, гуманитарных наук и вненаучного знания в экспертизах социальных проектов и программ.

Развитие современной науки имеет ряд особенностей, которые напрямую связаны с такими феноменами, как сциентизм, антисциентизм, паранаука, а также псевдо, или «теневая», наука.

Как известно, идеал научности в процессе исторической эволюции изменялся – от математического к естественнонаучному и затем – к гуманитарнонаучному. В свое время даже З. Фрейд мыслил свою теорию психоанализа как глубоко естественнонаучную дисциплину, достижения которой со временем – по мере развития научнотехнического прогресса – можно будет проверить естественнонаучными же методами, но уже довольно давно наблюдается стойкая обратная тенденция.

Физик В. Паули обращается за научным вдохновением к ученику Фрейда психологу К. Юнгу и обнаруживает психические архетипы в астрономии Кеплера; физики В. Гейзенберг и А. Эйнштейн ищут основания знания в философии и художественной литературе. Даже отрицающий философский метод физик С. Вайнберг утверждает, что исследовать взаимодействие электронов, которые абсолютно одинаковы, совсем не то же, что изучать человеческое сообщество порой непредсказуемых индивидов. Существуют и концепции гуманитарного реконструирования естественных наук, в соответствии с которыми естествознание следует ориентировать на пользу общества в моральном и общественном аспектах (Л. Толстой, Г. Маркузе).

Современный критерий научной истины оказывается размыт, и в определенной мере «повинен» в этом антифундаментализм, или деонтологизация науки, что, в свою очередь, связано с внутренней критикой естественнонаучного идеала и кризисом логического позитивизма.

«Антифундаменталистская тенденция просматривается в истолковании всех важнейших областей научного познания: математического, естественнонаучного, гуманитарного. Она является выражением отхода от классических представлений… Объективно она ведет к понижению статуса обоснования как норматива научности»2.

Хорошо известна «анархическая» эпистемология П. Фейерабенда, который полагал, что ученый может выдвигать любые теории, игнорируя критику, именно потому, что наука ничем не отличается от мифологии и религии, являясь, по сути, одной из форм идеологии.

Поиск современного критерия научности связывается с социокультурной размерностью, или с необходимостью учета социальнокультурных факторов, таких, например, как естественное право человека, с допустимостью плюралистичности научных идеалов, с понятием истины как сплава эффективности и релевантности. Современный философ Ю. Хабермас обосновывает критерий научности достижением соглашения компетентными исследователями из вневременного научного сообщества (т. е. с учетом высокой роли преемственности). Особенно стала заметна такая тенденция, как стремление к междисциплинарности.

В то время как сциентизм базируется на абсолютизации рациональнотеоретических компонентов знания, антисциентизм опирается на ключевую роль этических, правовых, культурных ценностей по отношению к идеалу научности. Следует отметить направление теории познания, имеющее долгую историю, в котором акцент делается на роли собственно субъекта в познавательном процессе. Данное направление во многом обосновало позиции антисциентизма. Здесь можно назвать таких мыслителей, как основатель феноменологии Э. Гуссерль (1859–1938), представители баденской школы неокантианства В. Виндельбанд (1848–1915) и Г. Риккерт (1863–1936). Они подчеркивали, что какой бы рациональной доктрины не придерживался ученый, ему все равно не удастся освободиться от своей изначальной субъективности и от влияния того контекста культуры, в котором он сформировался, поэтому гарантировать рациональное и безоценочное познание объекта субъектом просто невозможно.

Вклад в развитие антисциентистской доктрины внес также ученик Гуссерля немецкий философ М. Хайдеггер (1889–1976), отдававший приоритет «метафизическому способу мышления», созерцанию, имманентно связанному с чувственностью.

Многие критики современной культуры склоняются к антисциентистской позиции, обращая внимание на феномен разрушения целостности комплекса научного знания и как следствие – отчуждение этого комплекса от человека. Ученый, занимающийся разработкой некоторой задачи, не несет ответственности за применение своих открытий на практике и подчас не задумывается о влиянии этого открытия на развитие общества в настоящем и будущем. Рабочий за станком не имеет цельного и ясного представления о технических принципах работы всего производственного комплекса на своем предприятии. Психологи и психотерапевты считают естественным отчуждать от человека его собственный опыт, чтобы категоризировать и корректировать его в соответствии с разработанными ими нормативами и оценочными критериями. Рост технического прогресса зачастую обгоняет способность людей к обучению и успешному использованию технических новинок. Все эти факторы отчуждения научного и технического прогресса образуют базу для критического отношения к научно ориентированной парадигме.

Одним из логичных следствий антиномии «сциентизм – антисциентизм» оказывается обострение противостояния «традиционной» науки и так называемой «паранауки» (или псевдонауки). Паранаука (от греч. para– около) и переводится как «околонаука» – обычно так говорят о знании, не являющемся научным, но маскирующемся под него.

Анализируя феномен паранауки, необходимо отметить то высокое место, которое наука занимает в современном обществе и которое, по сути, в некотором роде сакрально. Еще Ницше говорил о том, что смена идола религии на идол науки не приведет к истине и свободе.

«Сегодня наука – гигантский ареал власти, – утверждает один из современных философов К. Свасьян, – корпус догматов такой непрошибаемой твердости, по сравнению с которыми церковные догмы оставляют впечатление мягкости и эластичности»3.

В самом деле, любой обыватель, казалось бы, не интересующийся наукой непосредственно, каждый день, открывая газету или заходя в Интернет, сталкивается с массой информации, выстроенной в «клиповой» манере по одному сюжету: «Ученые доказали, что…». Львиная доля такой информации доводит до сведения общества, как следует питаться, отдыхать, дышать, думать и т. д., чтобы прожить как можно дольше и лучше. При этом, как правило, никогда не указывается, кто конкретно, на какой экспериментальной базе, по чьему заказу эти исследования проводил и где опубликовал отчет о них, никак не комментируются противоречия и нестыковки. С одной стороны, подобная идеологема действительно вносит элементы контроля в жизнь граждан, образуя их «повестку дня», заставляя размышлять над предложенными нормами и образцами поведения и самоинспектироваться на предмет соответствия, что в полной мере оправдывает критику Ницше, Фейерабенда и многих других антисциентистски настроенных мыслителей.

С другой стороны, эта же охотно распространяемая средствами массовой информации идеологема представляет обществу несколько иной образ науки, не соответствующий науке истинной. Истинная наука ориентирована на самоограничение, далека от развлечений, критична, склонна к сомнениям, ее исследования не обещают революционных переворотов и не дают мгновенных рекомендаций для срочного претворения в жизнь. Подобная наука обладает структурой, не вписывающейся в дискурс общества потребления, не инкорпорируемой в структуру средств массовой коммуникации. Поэтому естественным образом на ее месте появляется некая паранаука, или псевдонаука, которая становится имманентной стратегией современной идеологии. Она понятна потребителю – не обременяет необходимостью иметь хотя бы начальную базу знаний, уверенно обещает конкретные, достижимые результаты, в ряде дисциплин обращается напрямую к проблемам читателя, рассматривая их как автономные от общих закономерностей, подменяя социальные, экономические и политические факторы индивидуальным. Например, в апреле 2007 г. газета «Деловой Петербург» опубликовала на своем сайте общую рецензию на рекомендательную литературу в области бизнестеорий. Последовательное выполнение изложенных в них рекомендаций, по мнению редактора, ничего у читателя не вызывает, кроме фрустрации, потому что все они базируются на теории возвышения личности над объективными обстоятельствами, что в конечном счете не способствует адекватной оценке себя и действительности.

Необходимо также отдельно отметить роль вненаучного знания. К вненаучному знанию обычно относят литературу, религию и искусство. Когда мы начинаем рефлексировать над тем, как идеал научности соотносится с истиной, является ли истина корреспондирующей (когда утверждение соответствует положению вещей), или она является соглашением профессионалов, или возможностью нового проблемного горизонта, мы обнаруживаем, что наука не обладает монополией на истину как некой своей априорной привилегией. Речь идет не о противопоставлении научного и вненаучного знания, а о взаимном дополнении. Профессор СПбГУ Р. А. Зобов отмечает, что все выдающиеся ученые всегда и во все времена проявляли живой интерес к таким формам вненаучного знания, как искусство, литература и т. д., но делалось это интуитивно, в то время как философия науки дает рациональное объяснение этому феномену. Можно привести еще такой пример. Нобелевский лауреат, физик С. Вайнберг обращает внимание на заметную роль эстетического фактора в современной физике. Когда ученый размышляет, браться ли ему за разработку очередной теории, его выбор во многом определяется красотой физических формул, потому что оценить, насколько верной окажется теория, сразу невозможно, и для того чтобы решиться потратить на нее, возможно, десятилетия своей творческой жизни, необходимо проникнуться эстетикой изложения, дающей отклик на эмоциональном уровне4.

Несмотря на включенность элементов вненаучного знания в контекст культуры, данное знание сложно анализировать, оставаясь в структуре научных категорий: заключения об истинности или ложности какоголибо положения зачастую выносятся на нерефлексивном эмоциональном уровне, затруднена возможность логического оформления, а также образования форм обеспечения преемственности такого знания. Иногда новое знание оказывается в положении вненаучного изза того, что находится за пределами действующей научной парадигмы (философия истории Дж. Вико, творившего в XVIII в., идея гелиоцентрической системы мира Аристарха Самосского (III в. до н. э.)).

Уже упомянутый нами Эдмунд Гуссерль писал, что конституирующим для европейской цивилизации являетя рациональный тип мышления, берущий начало в античной Греции и заключающийся в том, что человек от удивления перед объектом исследования переходит к очищенному от непосредственной, сиюминутной заинтересованности наблюдению, вследствие чего рождается теория. Мы не можем находиться в плену иллюзий, т. е. полагать, что возможно безоценочное, внесубъектное знание, но надо понимать и то, что отказ от рационального мышления ведет к острому кризису современной цивилизации. Способность к рациональному научному мышлению – фундаментальная ценность, на основе которой возможны рефлексия над научным идеалом и интеграция социогуманитарного и научнотехнического знания.

2 Кезин А. В. Идеалы научности и паранаука // Наука в культуре. М., 1998.

3 Свасьян К. А. Прививка от невегласия // Эксперт. 2007. 14 (555)

4 Weinberg S. Dreams of a Final Theory. New York: Pantheon Books, 1992.


 

А также другие работы, которые могут Вас заинтересовать

13498. Стеганографические методы передачи информации в сетях TCP/IP 1.27 MB
  Методические указания на проведение лабораторных работ Стеганографические методы передачи информации в сетях TCP/IP по дисциплине специальности. Введение Традиционно для защиты данных передаваемых по открытым сетям используются методы криптографии позв...
13499. Александр Александрович Блок 36.5 KB
  Александр Александрович Блок Родился в Петербурге в дворянской семье. Отец А. Л. Блок был юристом профессором Варшавского университета; мать А. А. Бекетова по второму браку КублицкаяПиоттух дочь ученогоботаника А. Н. Бекетова ректора Петербургского...
13500. Грибоедов Александр Сергеевич 40.5 KB
  Грибоедов Александр Сергеевич 1795-1829 Русский писатель поэт драматург дипломат. Александр Грибоедов родился 15 января по старому стилю 4 января 1795 в некоторых источниках указан 1790 в Москве в старинной дворянской семье. Дворянский род Грибоедовых шляхетск
13501. Гаврила Романович Державин 30 KB
  Гаврила Романович Державин 1743-1816 Державин Г.Р. российский поэт. Государственный деятель бывший статссекретарь при императрице Екатерине Второй сенатор и коммерцколлегии президент при императоре Павле член Верховного совета и государственный казначей а п
13502. Сергей Александрович Есенин 31 KB
  Сергей Александрович Есенин Сергей Александрович Есенин родился в селе Константинове Рязанской губернии в крестьянской семье. С малолетства воспитывался у деда по матери человека предприимчивого и зажиточного знатока церковных книг. Окончил четырехклассное сель...
13503. Фет Афанасий Афанасьевич 35 KB
  Фет Афанасий Афанасьевич 1820 1892 Русский поэт настоящая фамилия Шеншин членкорреспондент Петербургской Академии Наук 1886. Насыщенная конкретными приметами лирика природы мимолетные настроения человеческой души музыкальность: Вечерние огни сборники 1 4 ...
13504. ЛЕРМОНТОВ Михаил Юрьевич 29 KB
  ЛЕРМОНТОВ Михаил Юрьевич 1814-1841 Брак родителей Лермонтова богатой наследницы М. М. Арсеньевой 1795-1817 и армейского капитана Ю. П. Лермонтова 1773-1831 был неудачным. Ранняя смерть матери и ссора отца с бабушкой Е. А. Арсеньевой тяжело сказались на формировани...
13505. Владимир Владимирович Маяковский 33.5 KB
  Владимир Владимирович Маяковский 1893-1930 Выдающийся советский поэт Владимир Владимирович Маяковский родился в селе Багдады недалеко от Кутаиси в Грузии.В 1910 году студент Строгановского училища живописи ваяния и зодчества В. Маяковский сблизил...
13506. Некрасов. Н.А. 41.5 KB
  Некрасов. Н.А. 1821 1877 Родился 28 ноября 10 октября н.с. в местечке Немирове Подольской губернии в семье мелкопоместного дворянина. Детские годы прошли в селе Грешневе в родовом имении отца человека деспотического характера угнетавшего не только крепостных но и св...