8445

Философия кинизма

Доклад

Логика и философия

Философия кинизма. Киники (греч. kynikуi, от Kynуsarges - Киносарг, холм и гимназий в Афинах, где Антисфен занимался с учениками лат. cynici—циники), одна из так называемых сократических философских школ Древней Греции. Её представители (А...

Русский

2013-02-11

21.85 KB

32 чел.

Философия кинизма

Киники (греч. kynikуi, от Kynуsarges — Киносарг, холм и гимназий в Афинах, где Антисфен занимался с учениками; лат. cynici—циники), одна из так называемых сократических философских школ Древней Греции. Её представители (Антисфен, Диоген Синопский, Кратет и др. ) стремились не столько к построению законченной теории бытия и познания, сколько к отработке и экспериментальной проверке на себе определённого образа жизни. Главное, что от них осталось в сознании последующих поколений, —это не трактаты, которые они писали, а преимущественно анекдоты: бочка Диогена, его просьба к царю Александру Македонскому: “Отойди и не засти мне солнца”; брак Кратета, осуществляемый прямо на площади, и т. п. Примитивность кинического философствования, поражающая при сравнении с виртуозной диалектикой платонизма и аристотелизма, —лишь оборотная сторона стремления всецело сосредоточиться на одной и притом, возможно, более простой идее. Мыслить по-кинически— только средство; цель — жить по-кинически. Учение кинизма, созданное в условиях кризиса античного полиса людьми, не имевшими своей доли в гражданском укладе жизни (основатель кинизма Антисфен был незаконнорождённым), обобщает опыт индивида, который может духовно опереться лишь на самого себя, и предлагает этому индивиду осознать свою извергнутость из патриархальных связей как возможность достичь высочайшего из благ: духовной свободы. Последовав примеру Сократа, киники довели его установки до небывалого радикализма и окружили атмосферой парадокса, сенсации, уличного скандала; недаром Платон назвал Диогена“Сократом, сошедшим с ума”. Если Сократ еще демонстрировал уважение к наиболее общим заповедям традиционной патриотической морали, то киники с вызовом именовали себя“гражданами мира” (термин “космополит”был создан ими) и обязывались жить в любом обществе не по его законам, а по своим собственным, с готовностью приемля статус нищих, юродивых. Именно то положение человека, которое всегда считалось не только крайне бедственным, но и крайне унизительным, избирается ими как наилучшее: Диоген с удовольствием применяет к себе формулу страшного проклятия— “без общины, без дома, без отечества”. Киники хотели быть “нагими и одинокими”; социальные связи и культурные навыки казались им мнимостью, “дымом”(в порядке умственного провоцирования они отрицали все требования стыда, настаивали на допустимости кровосмесительства и антропофагии и т. п. ). “Дым”нужно развеять, обнажив человеческую сущность, в которой человек должен свернуться и замкнуться, чтобы стать абсолютно защищенным от всякого удара извне. Все виды физической и духовной бедности для киников предпочтительнее богатства: лучше быть варваром, чем эллином, лучше быть животным, чем человеком. Житейское опрощение дополнялось интеллектуальным: в той мере, в какой киники занимались теорией познания, они критиковали общие понятия (в частности, “идеи”Платона) как вредную выдумку, усложняющую непосредственное отношение к предмету.

Философия кинизма послужила непосредственным источником стоицизма, смягчившего кинические парадоксы и внёсшего гораздо более конструктивное отношение к политической жизни и к умственной культуре, но удержавшего характерный для кинизма перевес этики над другими философскими дисциплинами.

Образ жизни киников оказал влияние на идеологическое оформление христианского аскетизма (особенно в таких его формах, как юродство и странничество). Типологически школа киников стоит в ряду разнообразных духовных движений, сводящихся к тому, что внутренне разорванное общество восполняет социальную несвободу асоциальной свободой (от йогов и дервишей до современных хиппи). Наиболее ярким представителем школы киников по праву считается Диоген Синопский.

    Диоген Синопский и школа киников

Диоген Синопский родился в 400г. до н. э. в городе Синопе. Школа киников, к которой относился и Диоген, представляла собой течение в греческой философии исповедывающее отрицание всего материально–ценного в жизни, т. е. : богатства, удовольствий, моральных канонов и т. д. Диоген был самым ярым сторонником такого стиля жизни из всех участников данного течения. Даже его учительАнтисфен, основоположник течения был более мягок в крайностях. Благодаря своему уму и поступкам киника, Диоген прославился и оставил свой след в истории, но они же часто приводили Диогена в противоборство с моралью общества, в котором Диоген часто проигрывал.

Когда Диоген был изгнан из своей родины, он пришел в Афины. Там он застал немало слушателей Сократа - Платона, Аристиппа, Эсхина, Антисфена и Эвклида Мегарянина. Диоген вскоре проникся презрением ко всем им, кроме Антисфена, основателя школы киников (Кинизм - название, связанное с наименованием гимназии Киносарг (“Белая собака”), или cynicos (киники) от суоn “собака”, а не от Cynosarges) с ним он общался охотно, но хвалил, впрочем, не столько его самого, сколько его учение, полагая, что только оно раскрывает истину и может принести пользу людям.

Сравнивая же самого Антисфена с его учением, он нередко упрекал его в недостаточной твердости и, порицая, называл его боевой трубой - шума от нее много, но сама она себя не слушает; Антисфен терпеливо выслушивал его упреки, так как он восхищался характером Диогена.

Вот лишь несколько примеров его высказываний и кинического отношения к окружающей действительности.

Узнав, что, по Платону, человек определяется как двуногое животное, лишенное перьев, Диоген ощипал петуха и, принеся его в Академию, объявил: “Вот человек Платона”. После этого к определению было добавлено: “И с широкими ногтями”. Любовь проходит с голодом, а если ты не в силах голодать, петлю на шею - и конец.

Однажды Диоген закричал: “Эй, люди! ” Сбежался народ, он замахнулся палкой: “Я звал людей, а не дерьмо”. Для того, чтобы жить как следует, надо иметь или разум, или петлю. Однажды он рассуждал о важных предметах, но никто его не слушал; тогда он принялся верещать по-птичьему; собрались люди, и он пристыдил их за то, что ради пустяков они сбегаются, а ради важных вещей не пошевелятся. Он удивлялся, что грамматики изучают бедствия Одиссея, но не ведают своих собственных; музыканты ладят струны на лире, а не могут сладить с собственным нравом; математики следят за солнцем и луной, а не видят того, что у них под ногами....

Увидев однажды, как мальчик пил воду из горсти, он выбросил из сумы свою чашку, промолвив: “Мальчик превзошел меня простотой жизни”.

Человеку, спросившему, в какое время следует завтракать, он ответил: “Если ты богат, то когда захочешь, если беден, то когда можешь”. Он просил подаяния у статуи; на вопрос, зачем он это делает, Диоген сказал: “Чтобы приучить себя к отказам”. Однажды некий “прыгун” сказал Диогену:

Как жаль, Диоген, что ты, с такой закалкой, никогда не участвовал в Олимпийских состязаниях. Наверняка ты был бы первым!

Зато я участвую в состязаниях более важных, чем Олимпийские игры. В каких же это? - не понял “прыгун”.

И, укоризненно качнув головой, Диоген ответил: "Вы же знаете: я состязаюсь в борьбе с пороками".

На вопрос, почему люди подают милостыню нищим и не подают философам, он сказал: “Потому что они знают: хромыми и слепыми они, может быть, и станут, а вот мудрецами - никогда”.

О влюбленных говорил он, что они мыкают горе себе на радость. Когда Филипп, царь Македонии, отец Александра Македонского, объявил, что идет войной на Коринф, и все бросились готовиться против него, Диоген принялся катать туда и сюда свою собственную бочку. Его спросили: “Зачем это, Диоген? ” Он ответил: “У всех сейчас хлопоты, потому и мне нехорошо бездельничать; а бочку я катаю, потому что ничего другого у меня нет”.

Александр Македонский, беседуя с 70-летним Диогеном в Коринфе, в пригородной кипарисовой роще Кранеоне, сказал, что он, Александр, великий царь. Диоген довольно беззастенчиво, если не прямо нахально, ответил ему: “А я - собака Диоген”.

Во время одного из морских путешествий в Афины, корабль, на котором находился и Диоген, подвергся нападению морских пиратов. Все пассажиры были захвачены в плен и были брошены не невольничий рынок. Но даже так Диоген проявил свой характер - в результате торгов он был куплен в качестве хозяина собственного покупателя, после чего отправился с ним в Коринф.

В Коринфе он не нанял себе жилья и не поселился ни у кого, а стал жить под открытым небом. Изрядно потрескавшаяся от времени бочка (а точнее, большая глиняная амфора для хранения жидкостей и зерна - по-гречески“пифос”) служила ему убежищем и пристанищем. Он был совершенно лыс, хотя и носил длинную бороду, дабы, по якобы его словам, не изменять вида, данного ему природой, был сутул до сгорбленности, из-за этого его взгляд всегда был исподлобья, ходил, опираясь на палку, в верхней части которой был сук, куда Диоген вешал свою котомку странника. Диоген ко всем он относился с язвительным презрением, ему совершенно не было свойственно чувство стыда. Кроме своих выходок, Диоген вошёл в историю философии как автор сочинений“О любви”, “Государство” (“Политая”), “Эдип”, “Фиест” (трагедия). Вот лишь несколько высказываний великих людей о Диогене Синопском:

Александр Македонский о Диогене: "Если бы я не был царем, я хотел бы быть Диогеном".

Антон Павлович Чехов о Диогене: "Свободное и глубокое мышление, которое стремится к уразумению жизни, и полное презрение к глупой суете мира - вот, блага, которых никогда не знал человек. И вы можете обладать ими, хотя бы вы жили за тремя решетками. Диоген жил в бочке, однако же был счастливее всех царей земных".

Диоген умер 13. 06. 323 г. до н. э. , съев сырого осьминога и заболев холерой; но есть и такая версия, что смерть наступила“от задержки дыхания”. Соотечественники воздвигли Диогену много медных памятников и на одном из них, на родине философа в г. Синопе, вырезали эпитафию:

    Время точит и камень, и бронзу,
    Но слова твои, Диоген, жить будут вечно!
    Ведь ты учил нас благу довольствоваться малым.
    И наметил пути продвижения к счастливой жизни!
    Заключение

В качестве проповедников морали сами киники и их единомышленники оказали значительное и, в общем, без сомнения, благотворное влияние на образ мыслей и настроение своей эпохи. Однако ни один из них не прославился какими-либо научными заслугами. Но именно потому, что этот позднейший кинизм был скорее образом жизни, чем научным мировоззрением, его почти не коснулась смена философских систем; он пережил все школы, за исключением неоплатонической, сохранился доV века и имел еще отдельных приверженцев даже в VI веке.