91961

Аксиологическая модальность и средства её выражения в современном английском языке

Дипломная

Иностранные языки, филология и лингвистика

Основная проблема на сегодняшний день, это проблема способов репрезентации знаний. Компонентом сознания являются механизмы мышления, а не только оперативные актуальные единицы. Опираясь на эту теорию можно отнести к числу таких механизмов оценку. Оценка является важным компонентом человеческого интеллекта.

Русский

2015-07-24

405 KB

4 чел.

Министерство образования и науки Российской Федерации

Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение

высшего профессионального образования

«Курский государственный университет»

Факультет иностранных языков

Специальность 031201.65 Теория и методика преподавания иностранных языков и культур

Кафедра теории языка

Очная форма обучения

Выпускная квалификационная (дипломная) работа на тему:

«Аксиологическая модальность и средства её выражения в современном английском языке»

Выполнила

студентка 5 курса

Дорошенко Видана Сергеевна

Научный руководитель:

кандидат филологических наук, доцент 

Шевченко Светлана Евгеньевна

Курск 2015

Содержание

Введение ………………………………………………………………………….4

Глава 1. Теоретический обзор по вопросу понятия аксиологической модальности ……………………………………………………………………..7

  1.1 Модальность………………………………………………………………...7

  1.1.1 Трактовка модальности в философии…………………………………...7

  1.1.1.1 «Модальность» в истории философии………………………………...7

  1.1.1.2 Модус и акциденция…………………………………………………...11

  1.1.1.3 Модус в отечественной философии…………………………………..12

  1.1.2 Модальность в лингвистике…………………………………………….13

  1.1.2.1 Широкая и узкая трактовка модальности……………………………14

  1.1.2.2 Субъективная модальность…………………………………………...14

  1.2 Аксиология…………………………………………………………………18

Выводы по Главе 1 ……………………………………………………………...33

Глава 2. Средства выражения аксиологической модальности на основе англоязычного произведения ……………………………………………...…35

  2.1 Эксплицитное выражение оценки…………………………………….….37

  2.1.1 Морфологические средства……………………………………...………38

  2.1.2 Лексические средства…………………………………………………....42

  2.1.3 Грамматико-синтаксические средства…………………………………59

  2.2 Имплицитное выражение оценки………………………………………...65

  2.2.1 Лексические средства …………………………………………………..66

 2.2.2 Грамматико-синтаксические средства………………………………….67

 2.2.3 Интонационная средства………………………………………………...72

Выводы по Главе 2……………………………………………………………....79

Заключение……………………………………………………………………...81

Список литературы…………………………………………………………….83

Введение

Актуальность темы исследования. Современная лингвистика характеризуется антропоцентрической направленностью. В связи с этим развивается изучение языковых явлений по отношению к человеку. Основываясь на понятии того, что язык является продуктов интеллектуальной деятельности человека, развиваются исследования в связанных с человеческим сознанием областях. Прежде всего – когнитивное направление исследований.

Основная проблема на сегодняшний день, это проблема способов репрезентации знаний. Компонентом сознания являются механизмы мышления, а не только оперативные актуальные единицы. Опираясь на эту теорию можно отнести к числу таких механизмов оценку. Оценка является важным компонентом человеческого интеллекта.

Также, говоря о необходимости исследования категории оценочной модальности на данном этапе, стоит упомянуть, что на данный момент отсутствую разработанные основы выделения модальных значений в плане общей лингвистики. Соответственно, не решается проблема семантической организации категории оценки.

Оценка на данный момент, выступает неотъемлемой часть процесса отражения реальности. Процесс познания окружающей действительности несёт за собой необходимость в постоянной оценке мира.

Категория аксиологической модальности менее всего изучена, как с практической, так и с теоретической точки зрения, и поэтому представляет собой интерес для исследований.

Объект исследования – аксиологическая модальность в лингвистике.

Предмет исследования – средства выражения аксиологической модальности в современном английском языке.

Цель исследования – исследование явления аксиологической модальности на различных уровнях английского языка.

Задачи исследования:

1) изучить понятие «модальность» и его трактовки в философии и лингвистике;

2) изучить понятие «аксиология» и её связь с лингвистикой;

3) провести описание средств выражения оценочности в современном английском языке;

5) провести практический анализ средств выражения аксиологической модальности на различных уровнях языка.

Теоретико-методологическую базу исследования составили труды Е.М. Вольф (1985), И.Р. Гальперина (1981), В.В. Виноградова (1975), Г.Я. Солганик (2010), С.С. Ваулиной (2010), О.В. Девиной (2010), С.Г. Терминасовой (2000), и многие другие.

Материалом исследования послужила книга Дж.К. Роулинг «Гарри Поттер и Узник Азкабана» (1999).

Структура работы. Работа состоит из введения, двух глав, заключения, списка литературы. Во введении обосновывается актуальность темы исследования, определяются объект и предмет исследования, ставится цель и основные задачи.

В первой главе «Теоретический обзор по вопросу понятия аксиологической модальности» рассматривается понятие «модальности»; его трактовка в философии и лингвистике; широкая и узкая трактовка «модальности»; понятие «субъективной модальности»; понятие аксиологии.

Во второй главе «Средства выражения аксиологической модальности на примере англоязычного произведения» проводится описание моделей средств выражения оценки в современном английском языке; проводится практический анализ эксплицитных средств выражения: морфологических, лексических, грааматико-синтаксических; и анализ имплицитных средств выражения: лексических, грамматико-синтаксических и интонационных.

В заключении подводятся итоги проведенного исследования, делаются обобщающие выводы.

Список литературы содержит 43 источника.

Глава 1. Теоретический обзор по вопросу понятия аксиологической модальности.

1.1 Модальность

1.1.1 Трактовка модальности в философии

1.1.1.1 «Модальность» в истории философии

«Модальность» или «модус», как категория имеет давнюю историю в философии. Так, Аристотель выделял два способа сказания о вещи – бытие, которое сказывается как таковое, может описываться категориальным и модальным способом. «Итак, сказано о сущем в первичном смысле, т.е. о том, к чему относятся все другие категории сущего, именно о сущности. Ведь все остальное сущее говорится о определении сущности: качество, количество и все остальное, о чем говорится как о сущем…так как о сущем говорится, с одной стороны, как о сути, качестве, количестве, а с другой стороны в смысле возможности и действительности» (Аристотель, 2006. С.226). Спиноза, как и Декарт подразумевали иное, чем Аристотель, хотя и схожее, выделяя три типа различия между вещами: реальное, модальное и различие в мысли: реальным различием может быть различие между субстанциями, к примеру, мышлением и материи, так как одно может быть определено и без помощи другого. Модальное же различие определяется тем, что модус не может быть определен без субстанции. Различие в мысли оказывается различием субстанции и её атрибута, поскольку субстанция не может быть понята без своего атрибута (Спиноза Б., 1957. С. 292).

Традиционным определением модуса в философии, является данное Б. Спинозой: «Под модусом я разумею состояние субстанции (Substantiae affectio), иными словами, то, что существует в другом и представляется через это другое» (Спиноза Б., 1892. Определения).

Категория модальности упоминается во многих философских трудах, при этом у каждого философа был свой, индивидуальный, взгляд на данное понятие. Существует две модели категории, являющиеся самыми известными – это статистическая модель и модель «совозможностей». Ключевое различие данных моделей в том, что они определяют первичным – сущее в возможности или сущее в действительности.

Основы статистической парадигмы были заложены еще Аристотелем, который считал центральным понятием модели принцип полноты, «всё что является подлинно возможным, становится в тот или иной момент действительной мировой истории реальным» (Зеленщиков А.В., 2010. С. 22). Согласно данному принципу – первичность сущего в действительности. Если же рассмотреть соотношение времени и модальности как категорий, в рамках данного принципа, то согласно статистической парадигме два взаимоисключающих высказывания, относящиеся к одному явлению, не могут быть истинными одновременно. Это демонстрация закона исключенного третьего.

В XV веке, на смену господствующей статистической модели, было предложено иное толкование. Новая парадигма модальных понятий была создана Д. Скотом. Именно эта парадигма стала моделью «совозможностей», из-за содержащегося в ней положения о существовании в определенный, конкретный момент времени более одной возможности. В отличие от статистической модели, данная парадигма утверждает о первичности сущего в возможности. Скот, в рамках рассуждения о вопросе первичности одного из видов сущего в теологии приходит к выводу, что действительность является одной из бесконечного множества возможностей.

Как и Скот, И. Кант рассматривал первичности сущего относительно теологии, уделяя большое внимание доказательствам существования Бога. Однако, Кант утверждал, что из всех существ Бог есть, единственное, в котором существование первичнее возможности» [Доброхотов, 2008:275]. Можно сделать вывод, что Кант, не смотря на то, что в целом придерживался парадигмы «совозможностей», делал исключение для Бога, чье существование находил необходимым.

В свою очередь, Г.В. Лейбниц, бывший учителем Канта, выдвинул идею возможным миров, послужившей основой для современной семантики модальной логики. Концепция Лейбница в целом схожа с парадигмой «совозможностей». В своей концепции он признаёт, что «возможное» предшествует «действительному», однако, утверждает, что «из возможного следует существование, если ничто не препятствует» [Лейбниц, 1973:13].

Гегель, в своей «Науке логики» определяется модус как «вовне-себя-бытие абсолютного» [Гегель, 1998:596]. В монографии «Теория модальности» А. Мёдова указывает, что Гегель понимает развертывание Абсолюта аналогично Спинозе [Мёдова, 2011.]. Оно начинается с его абсолютного тождества и переходит к атрибуту, а от атрибута к модусу. Таким образом модус по Гегелю есть способ, видимость как видимость или рефлексия формы в себя, а, следовательно, тождество с собой, которое есть абсолютное.

Гегель, не смотря на использование термина «модус» Декарта и Спинозы, понимает его в другой форме. «Истинное значение модуса в том, что он есть рефлектирующее собственное движение абсолютного, процесс определения, но не такой, благодаря которому абсолютное становилось бы чем-то иным, а процесс определения только того, что оно уже есть; прозрачное внешнее, которое есть показывание его самого; некоторое движение из себя вовне, но так, что это вовне-направленное-бытие есть в такой же мере и само внутреннее и тем самым также полагание, которое есть не только положенность, но и абсолютное бытие» [Гегель, 1998:597].

В. Соловьев даёт определения модусов, как способов отношения сущего или субъекта к своему содержанию, или сущности. Так, мышление есть модус бытия человека, поскольку оно является отношением Я к предмеру, т.е. сущности или содержанию мысли [Соловьев, 2010:151]. Модальности предполагаемо совпадают в некоторых сущностях, являются равными им.

В отечественной философии модус зачастую понимается как обратное атрибуту, т.е. как обозначение свойства предмета, имеющегося лишь в некоторых состояниях, однако атрибут является неотъемлемым свойством предмета. В учебнике «Философия и методология познания» модусы определяются как неуниверсальные, невсеобщие свойства и состояния материи, если модусы показывают, чем отличается один конкретный вид материи от другого, то атрибуты показывают, чем отличается материя вообще от своей противоположности – духа [Зобов, Обухов, 2003:138].

Следует обратить внимание на то, что данное определение расходится с более ранними определениями и трактовками, упомянутыми в данной работе. Нами был сделан вывод о том, что модус есть устойчивое, наблюдаемое только с конкретной позиции. Модус модно определить, как измерение объекта, относительно сущности, постоянной, заданной установки. В монографии «Теория модальности» А. Мёдова предполагает, что «терминологическое несоответсвие, возникло, на наш взгляд, в результате смешения в советской философской традиции понятий «модус» и «акциденция».

1.1.1.2 Модус и акциденция

Впервые понятие «акциденции» можно встретить у Аристотеля, который считал акциденцию чем-то произошедшим от процесса случайности. Акциденциальные свойства и назначения не принадлежат к постоянному, неизменному составу свойств сущности и могут поэтому отсутствовать или изменяться, не препятствуя тому, чтобы сущность (вещь сама по себе) не переставала быть тем, чем она есть [Новейший философский словарь, 1998]. Со времен Аристотеля термином «акциденция» обозначали временное, изменчивое, случайное свойство вещи, которое может быть изменено или изъято без изменения сущности вещи.

Согласно И. Дамаскину акциденция определяется, как то, «что высказывается относительно многих предметов, различающихся по виду, на вопрос: каков предмет? Она не принимается в определение, но может и принадлежать предмету и не принадлежать ему. Акциденция называется несущественной разностью и качеством [Иоанн Дамаскин, 2006]. Определение Дамаскиным акциденции очень схоже с определением Спинозой модуса, что возможно послужило поводом для смешения этих понятий.

Под акциденциями философы до XVII века зачастую понимали все свойства вещей. Существовало также понятие «реальных акциденций», как свойств вещей, имеющих реальное существование независимо от принадлежности, например, цвета и запахи. Однако, Спиноза утверждал, что этот термин бессмысленнен, так как существуют только два класса реального – субстанция или атрибут, и модусы. Спиноза не признает ничего существующего между этими классами, и отрицает деление сущего на субстанцию и акциденцию.

1.1.1.3 Модус в отечественной философии

В новейшем словаре под редакцией А.А. Грицанова читаем: «модус – философский термин, с помощью которого в 17-18 вв. обозначали свойство предмета, присущее ему не постоянно, а лишь в некоторых состояниях – в отличие от атрибута, неотчуждаемого свойства предмета» [Воробьева, 2001:643]. Согласно Д.В. Пивоварову модус также считается противоположным атрибуту. И такими определениями изобилуют словари XX века.

Согласно Большой советской энциклопедии: «акциденция – философский термин, означающий случайное, несущественное в противоположность субстанциальному, или существенному» [БСЭ. Изд. 3-е. Т.1., 1978: 372].

Если рассматривать эти определения поверхностны, то данные понятия практически одинаковы, различаются они лишь тем, что акциденция – временное свойство, а модус – свойство присущее предмету лишь в некоторых состояниях. В отечественной философии в процессе интерпретаций данных понятий этот нюанс стёрся, и два термина смешались окончательно. На деле же, как мы уже рассмотрели, модус является фундаментальным для построения онтологий понятием. Именно на нём основывается один из принципов объяснения бытия. В том же Новейшем философском словаре А.А. Грицанов утверждает о том, что «Спиноза отказался от термина акциденция в пользу понятия модус», в то время как читатель трудов Спинозы, может легко убедиться в том, что мало того, что Спиноза от него не отказывался, так он еще и не считал данные понятия синонимичными. Также в ряде словарей из Гегелевского определения модуса была изъята его значимая часть, так как авторы статей сосредоточились на качествах акциденции. Однако, есть ряд современных российских философов, не охваченных этим поверхностным представлением и использующих в своей философской практике их соответственно своей истинной природе. Это такие философы, как: Н.Н. Карпицкий, В.И. Омельянчик, логик А.А.Ивин. 

1.1.2 Модальность в лингвистике

Первым термин «модус» из философии в лингвистику позаимствовал Шарль Балли для обозначения части суждения при разработке теории высказывания. С его терминами «диктум» (лат. – слово, выражение) и «модус» (лат. – способ) и их взаимодействием можно ознакомиться в его работе «Общая лингвистика и вопросы французского языка». Однако, стоит отметить что модальность, как текстовую категория первым обозначил И.Р. Гальперин, категории модальности текста он представил через ряд признаков [Гальперин, 1981:115]. Модальность, как категория, давно привлекает внимание лингвистов. Давний и неослабевающий интерес лингвистов к модальности, обусловлен тем, что модальность это одна из центральных категорий языкознания, выступающая существенным признаком высказывания, выраженным определенным образом. С связи со сложностью трактовки модальности, как понятия, в лингвистической литературе пока нет полного описания связанных с ней вопросов. Следует уточнить, что на категорию модальности в лингвистической литературе имеются различные мнения. С одной стороны, это узкая трактовка модальности, исходящая из определения данного В.В. Виноградова, согласно которому модальность – это языковая (синтаксическая или грамматическая) категория. С другой стороны, наиболее широкий подход к понятию модальности, согласно которому модальность — это всеобъемлющая категория, или понятийная (общесемантическая) категория (Г.В. Колшанский, И.Б. Хлебникова и др.).

1.1.2.1 Широкая и узкая трактовка модальности.

В узкой трактовке, модальность – это категория, выражающая отношения высказывания к реальной действительности [Виноградов,1954:12-18]. В.В. Виноградов полагал модальность обязательной синтаксической категорией высказывания. По его концепции, модальность понимается как лингвистическая категория, выражающая «отношение содержания высказывания к внеязыковой действительности с точки зрения говорящего» [Соскина, Хорольская, 2009:17]. Согласно В.В. Виноградову, всякое выражение мысли, эмоции, побуждения отражают реальность средствами данной языковой системы, а также передают дополнительные синтаксические значения, формирующие категорию модальности [Виноградов, 1975:559]. Так как Виноградов характеризовал категории модальности, как категории, конкретизирующие и выражающие предикативность, то он вводит признак точки зрения говорящего [там же, С.268]. Среди всех выражающих предикативность категорий, модальность выводится на первое место.

Как уже было сказано, широкая трактовка модальности, это та, согласно которой модальность -  это понятийная категория. Так, Г. Колшанский утверждал, что модальность - это как утверждение о чем-либо, так и оценка этого утверждения, что природа высказывания – двойственная.

1.1.2.2 Субъективная модальность

В настоящее время чаще всего модальность рассматривается с точки зрения данной категории в тексте. Согласно И.Р. Гальперину в тексте она носит не грамматический, а функционально-семантический характер. Закономерно, что центральным, в работах, посвященных модальности текста, стало понятие «субъективной модальности». Под субъективной (внутренней) модальностью понимается отношение субъекта действия к самому совершаемому действию, или если выражаться проще – отношение говорящего к тому, что он сообщает. Если сравнивать субъективную модальность с объективной, то семантический объём первой намного шире. Её смысловую сторону образует понятие оценки в широком смысле слова – как рациональную, так и иррациональную. Во французском языке впервые о субъективной природе самого языка упомянул М.Бреаль, но полно эту тему раскрывает Э. Бенвенист в своей статье «О субъективности языка». Бенвенист полагает, что по своей природе субъективными являются и язык, и речь. Говоря о субъективности, он подразумевает «способность говорящего представлять себя в качестве субъекта», которая проявляется в его речи. В отечественной лингвистике позицию Бенвениста разделяет Г.Я. Солганик, также считающий субъективный критерий – основным: «Язык как система знаком обозначает предметы, понятия, явления независимо от воли и желания человека. Однако […] языковые процессы осуществляются с точки зрения коллективного языкового сознания, в конечно счете – с точки зрения говорящего» [Солганик, 2010:1-10]. Авторскую (субъективную) модальность также можно рассмотреть с двух подходов к её пониманию. Согласно узкому подходу, она рассматривается как «воплощение авторской интенции» [Стратийчук, 2006:11, 13, 20, 26]. Однако, если мы рассмотрим разновидности оценочных смыслов текста согласно Бабенко Л.Г, Васильеву И.Е. и Казарину Ю.Б., то мы обнаружим что такой подход исключает «диктальные (эмотивные смыслы в структуре образа персонажа)» и «экстенсиональные (эмотивные смыслы, наведенные в сознание читателя содержанием текста)» виды, оставляя только «модальный (интенциональные эмотивные смыслы в структуре образа автора)» [Бабенко, Васильев, Казарин, 2000:215].

Согласно широкому, и более продуктивному подходу, модальность — это многоплановая категория, не ограниченная личностью автора, но затрагивающая также образы персонажей и реализующаяся как на синтаксическом, так и на прочих уровнях текста [Маркова, 1992]. Субъективная модальность, может быть реализована не только в тексте, но и также на уровне предложения-высказывания, раскрывая тем самым отношение говорящего к описываемой ситуации, используя для этого набор языковых средств и придавая субъективный тон субъективно-модальным значениям.

Таким образом, субъективная модальность - это оценка говорящим описываемых фактов (таких как факт наличия уверенности, согласия, определенной оценки). Такая модальность не только выражается лексическими и грамматическими средствами, но и композиционными приёмами. В отличие от объективной модальности, субъективная является дополнительным признаком высказывания. Субъективная модальность определяется как вероятность, предположение, категоричность. Также можно выделить такие её виды, как модальность возможности, необходимости, желательности. Не стоит забывать, что коммуникативная модальность всегда подразумевает наличие субъекта, которые и даёт оценку. В.В. Виноградов, а вслед за ним, и авторы «Грамматики современного русского литературного языка» также разделяют модальность на объективную и субъективную. И такой подход можно встретить в целом ряде работ, например, у Э.Э. Грауберг и Н.В. Гусарова.

В более поздних работах бытует мнение, что выделение объективной модальности в противовес модальности субъективной неправомерно, так как данное разделение привносит в изучение коммуникативной модальности понятий логики. Нам представляется данная концепция разделения – правомерной. Согласно данной концепции, категория модальности включает ядро из объективной модальности и субъективную модальности, выражающую отношение говорящего к сообщению.

Помимо отношения говорящего, его уверенности, или степени вероятности, также можно включить в категорию эмоциональность и экспрессивность, хотя это и может вызвать сомнения, учитывая, что как предложения с различными модальностями могут сопровождаться эмоциональность, так же они могут и облекаться в экспрессивные формы выражения.

Субъективная модальность образует в предложении второй слой, и может называться вторичной модальностью. Она сочетается с объективность модальностью и так или иначе присутствует в любом предложении, поэтому может быть признаком принадлежности к синтаксической категории. В целом, между значениями субъективной и объективной модальность и способами их выражения нет четкой границы.

С.С. Ваулина и О.В. Девина в своей статье «Авторская модальность как текстообразующая категория» разделяют субъективную модальность и авторскую модальность, на основе того, что субъективная модальность может быть применима к любому высказыванию, в то время как авторская, существует только в рамках текста [Ваулина, Девина, 2010]. Особенность содержания термина авторской модальности – в видовом положении его по отношению к родовому – субъективной модальности. Опираясь на типологию текстовой информации И.Р. Гальперина авторы соотносят понятие авторской модальности с данным исследователем развернутым определением того, что сообщает читателю содержательно-концептуальная информация. С этой точки зрения следует уделить внимание вошедшему в научный оборот термину аксиологической модальности, зачастую классифицируемому рядоположенным с термином авторской модальности. Однако, будет некорректным использование этих терминов как синонимов, поскольку аксиологическая модальность понятие более широкое, чем замкнутая на отдельных текстах и авторах авторская модальность.

1.2 Аксиология.

Само слово «аксиология» произошло от греческого «ценность», в философии аксиологией обозначена теория ценностей, один из разделов философии. Она изучает вопросы, связанные с происхождением ценностей, занимаемым ими местом в реальности, то есть о связи различных ценностей между собой, так и с социокультурными фактами и личностью. Понятие ценности является основополагающим для человека, одним из атрибутов сознания, которого является система ценностей. Человек в процессе своей когнитивной деятельности не может не оценивать действительность. В ходе исследования сложных взаимоотношений человека и окружающего его мира, ценность, как и оценка была поставлена как одна из основополагающих категорий сознания. Специалисты разных областей гуманитарного знания, в том числе и лингвисты, занимались изучением данных вопросов с различных позиций и с помощью различных подходов. Так, лингвист И.А. Стернин определяет ценности как «социальные, социально-психологические идеи и взгляды, разделяемые народом и наследуемые каждым новым поколением. Ценности – это то, что как бы априори оценивается этническим коллективом как нечто такое, что «хорошо» и «правильно», является образцом для подражания и воспитания» [Стерин, 1996:108]. Таким образом, он даёт сходную с психологической трактовку. Через анализ ценностных предпочтений в лингвистике открываются широкие возможности как для исследования национальных языковых сознаний, так и для построения модели языковой личности. Язык не только фиксирует и отражает систему ценностей и оценки, будучи культурным феноменом, но и формирует носителей как личность, «навязывая и развивая систему ценностей, мораль, поведение, отношение к людям» [Тер-Минасова, 2000:624]. Категории и термины, связанные с аксиологией всё больше присутствуют в современных исследованиях по лингвистике. При этом язык понимается, как пространство пересечения различных аспектов бытия человеком. В ходе данных исследований становится ясно, что атомарный или уровневый подходы к семиотическим процессам, не отвечают современным требованиям видения человеческой и общественной жизнедеятельности. Оценочность и характеристика ценности, таким образом, в настоящее время являются фундаментальными для характеризации бытия человека и общества, но, в то же время, остаются малоизученными и вариативными в своей языковой представленности.

Из вышесказанного следует вывод, что функциональная семантика оценки, тема не только широкая, но и неопределенная. Согласно Е.М. Вольф «Оценка как ценностный аспект значения присутствует в самых разных языковых выражениях. Она может быть ограничена элементами, меньшими, чем слово, а может характеризовать и группу слов, и целое высказывание» [Вольф, 1985:22]. Для примера, оценка может быть выражена аффиксами, целыми слоями лексики, такими как прилагательные и наречия, содержаться в способе именования предметов и действий, в пропозициональных структурах глаголов, так и в целых высказываниях. Сочетание с модальными словами делает высказывания оценочными, в модальных высказываниях также присутствует оценка, там, где действие может расцениваться как хорошее или плохое, в зависимости от препозиции. Даже последующий за высказыванием контекст может выражать оценочный смысл. Это подтверждает высказывание Е.М. Вольф о том, что «оценка может быть соотнесена как с собственно языковыми единицами, так и с семантикой высказываний в очень широком диапазоне значений» [там же. С. 23].

В связи с тем, что в каждой культуре, и, следовательно, в каждом языке присутствует представление о сравнении «хорошо/плохо», можно утверждать, что оценка является универсальной категорией, однако, для различных языков способы выражения оценочных значений также различны. Давайте для начала рассмотрим общие особенности оценки.

Согласно Е.М. Вольф «Оценку можно рассматривать как один из видов модальностей, которые накладываются на дескриптивное содержание языкового выражения» [там же. С. 25]. Высказывания содержащие модальности состоят из дескриптивной компоненты и собственно модальной компоненты, которая и может содержать оценку. Стоит подчеркнуть, что аксиологическая модальность определяется не отдельными элементами высказывания, а высказывание в целом, являясь одним из его компонентов.

Помимо логико-семантического и синтаксического построения высказывания, можно представить третью структуру, содержащую ряд обязательный и дополнительных элементов. Это модальная рамка, накладывающаяся на высказывание и характеризующая в том числе оценку в контексте. Вольф предлагает в основе оценочной модальности формулу из субъекта оценки, объекта оценки и оценочного отношения. Таким образом, модальная рамка строится вокруг субъекта и объекта, связанных оценочным отношением. Предикат может быть выражен или словами, или семантикой высказывания, характеризуется он рядом признаков, определяющих оценочное отношение субъекта к объекту, такими как «эмотивность», отношение по признаку «хорошо/плохо», «эмоциональность/рациональность», «эффективность». Субъектом оценки выступает лицо или социум дающее оценку, объектом – лицо, предмет или событие, к которым относится оценка. Кроме перечисленного в модальную рамку также можно включить шкалу оценок и стереотипы. В целом, оценочная структура схожа со структурой рассматриваемой в рамках логики, но нельзя не отметить, что языковая структура сложнее в построении за счет дополнительных компонентов, которыми соединяются субъект и объект, например, предикаты мнения, ощущения и восприятия. Мы можем сделать вывод, что оценочная структура состоит из многих элементов.

Как известно из логики – два основных типа модальности de dicto и de re противопоставляются друг другу. В первой структуре суждение является модальным оператором, а во второй модальность приписывает определенный признак вещи. На наш взгляд важными являются две существенные особенности этих форм, отличающие аксиологическую модальность от других. В форме de dicto оцениваются явления реального мира, а не суждения о них. Таким образом, применение наименований de dicto и de re к оценочной модальности условно. Что же касается de re, то в языковых выражениях большинство оценочных суждений относятся к объектам, им приписываются те или иные свойства, так что оценка de re столь же существенна что и de dicto.

В исследованиях оценочной модальности можно также выделить два вида оценки – абсолютную и сравнительную. В формулировках первой используются такие установки, как «хорошо/плохо», речь идёт об одном оценочной объекте, сравнение не выражено прямо. В сравнительном виде оценки используются термины «лучше/хуже», имеются по крайней мере два объекта, или два различных состояния одного объекта, сравнение выраженное. Если обобщить сказанное, то абсолютная оценка – это имплицитное сравнение, основанное на общности стереотипов, в то время как сравнительная оценка основывается на сопоставление объектов или состояний объекта. Вопрос связанный с видами оценок, это первичность/вторичность абсолютной и сравнительной оценок. Ответить на него однозначно нельзя, так как с точки зрения семантики первична сравнительная оценка, так как согласно Э. Сэпиру, оценка неотделима от сравнения, и объект не может быть оценен без сравнения с другими объектами. Однако, для естественного языка абсолютная оценка является исходной, она выражается проще, чем сравнительная, и когда речь идёт о степенях сравнения, исходной является та, что выражает абсолютную оценку.

Отдельно заслуживают упоминания предметы и события, которые никак не оцениваются. Это те предметы, события и явления с которыми субъект не взаимодействует, или взаимодействует настолько слабо, что ценность явления практически равно нулю. Иными словами, существует группа объектов, находящихся в нейтральной, безразличной к оценке зоне. Однако, они сохраняют нейтральность только до тех пор, пока не становятся функционально значимыми. После этого объект может быть оценен, но следует помнить, что это возможно только если он входит в класс сравнения, то есть в «ряд объектов объединенных общим признаком или группой признаков, по которому они различаются между собой» [Вольф, 1985:29].

И последней особенностью, которую мы рассмотрим перед переходом к семантическим особенностям оценки, является асимметрия признаков «хорошо/плохо». Мы исходим из того, что у оценочного предиката два основных значения – «хорошо» и «плохо», положительный и отрицательный знак. На первый взгляд кажется, что этот признак всегда присутствует в качестве семантического компонента в составе оценочного слова. Однако, существуют оценочные слова с недетрминированным знаком. Более того, зачастую знак нельзя приписать не только отдельным словам, но и целым словосочетаниям, вырванным из контекста. В таких случаях знак определяется целиком высказыванием и его контекстом. Конкретная асимметрия в естественном языке в том, что оценка «хорошо» может обозначать и соответствие норме и превышение нормы, в то время как оценка «плохо» означает только отклонение от нормы, иначе говоря «хорошо» может служить показателем степени интенсивности. Также слова-интенсификаторы способны менять знак оценки с положительного на отрицательный. Другой аспект асимметрии, то что положительные оценки чаще ориентированы на отношение субъекта к событию, в то время как отрицательные указывают на свойства и действия объекта, с этим связано и то, что способы отрицательной оценки семантически более разнообразны.

Переходя к семантическим особенностям оценки, стоит начать с факторов – субъективного и объективного. «Выражение или приписывание ценности (оценивание) является установление определенного отношения между субъектом или субъектами оценки и её объектом» [Ивин, 1970:13]. Отсюда можно сделать вывод, что оценочное выражение всегда подразумевает такое отношение между субъектом и объектом, которое может быть оценено. В оценочном субъекте наличествует субъект суждения, который «оценивает», и объект – то есть то, что «оценивается». «В конечно счете мерилом ценности всего сущего является сам человек в совокупности всех проявлений его жизнедеятельности» [Вольф, 1985: 33]. Наличие субъекта также предполагает такие свойства оценочного рассуждения, как возможность спора об оценках, столкновения различных мнений. Субъективность в оценке также выражена наличием аксиологических предикатов, как одной из части структуры, отражающих собственно субъективный характер оценки. Субъективный компонент предполагает некое (положительное или отрицательное) отношение субъекта к объекту, в то время как объективный основывается на свойствах предметов или явлений, которые оцениваются. Субъективное отношение выражается чаще всего глаголами, также аффективными словами, которые при прямой коммуникации теряют свой описательный смысл. Стоит подчеркнуть недопустимость ошибочного смешивания противопоставлений субъект/объект и субъективность/объективность оценки, так, как и субъект и объект оценки предполагают наличие и субъективного и объективного фактора оценки. Первично отношение субъекта к событию, описательные свойства события – вторичны. Если смотреть с точки зрения естественного языка, то оценочный и описательный компоненты тесно связаны и зачастую неразделимы, что можно наблюдать в семантике не только отдельных слов, но и целых высказываний. Спор о соотношении субъективного и объективного пришел из философии в лингвистику, сама история изучения оценки — это постоянная борьба двух направлений. Первое основывается на первичности субъекта в его отношении к объекту, а второе находит именно свойства объекта основой для оценки. Первое направление приобрело выражение в концепциях эмотивизма. Так, некоторые авторы понимающие «эмотивность» очень хорошо, считают, что эмотивный аспект содержится в любом высказывании, так как даже изложение фактов влияет на психическое состояние слушателя, вызывая тем самым у него эмоции. Согласно этой концепции эмоциональная сторона первична, сторонники концепции считают, что оценку нельзя верифицировать, а, следовательно, нельзя разделить на истинную и ложную. Сторонники противоположного направления опираются на идею, что оценочные значения следует рассматривать не как отношения, а как свойства. В этой концепции предполагается, что оценка — это логичный вывод из описания, поскольку она основана на объективных признаках предметов и явлений, оценку также можно разделить на истинную и ложную, так как эмоциональная оценка вытекает из рациональной, делая спор об оценках допустимым. Сторонникам идей натурализма также принадлежит утверждение о том, что оценочные свойства соотносятся с функциями вещей, что делает возможным выведение значения положительной оценки исходя из логических критерий для функциональных термов, однако для прочих критерии должны быть логико-эмпирическими. Попытки преодолеть односторонность таких подходов спровоцировал возникновение вопроса о переходе от описательных свойств к оценке. Так, Дж.Мур считал необходимым принимать во внимание различие между собственными и оценочными свойствами предметов. Он выделял естественные и неестественные свойства, и подчеркивал невозможность описания значения неестественных свойств на основании свойств объектов, к которым этот признак применим.

Дальнейшее развитие этих идей, дало толчок таким исследованиям как:

- исследование семантики прилагательных, как основного видна признаковых слов. В исследовании П. Ноуэлла-Смита, в частности, прилагательные делятся на две группы – те, что указывают на наличие свойств, способных вызвать эмоции, и те что входят в описание. Есть и третья группа прилагательных, обозначающая свойство, которое может повлечь за собой некие действия или действие.

- Х. фон Вригт создал классификацию типов оценки, которую он основывает на видах объектов и семантике сочетаний с положительной оценкой. Так появились шесть «форм добра»: добро инструментальное, техническое, медицинское, утилитарное, гедонистическое и добро человека.

На основе взаимодействия субъекта и объекта оценки Н.Д. Арутюновой была предложена классификация частнооценочных значений. Среди таких значений выделяются три группы, включающие семь разрядов.

  1.  Сенсорные оценки, которые в свою очередь делятся на гедонистические и психологические. Психологические в свою очередь делятся на интеллектуальные оценки и оценки эмоциональные.
  2.  Абсолютные оценки, такие как эстетические оценки, основанные на синтезе сенсорных и психологических, и этические оценки, основанные на нормах.
  3.  Рационалистические оценки, которые включают в себя: утилитарные, нормативные и телеологические оценки.

Можно сделать вывод о том, что субъективное и объективное в выражениях оценки тесно связано, нарастание и убывание их является обратно пропорциональным друг другу.

Как мы уже упоминали, есть оценочный и описательный (или дескриптивный) компоненты значения. Ряд выражающий признаки предметов, являющихся их собственными свойствами

мы называет дескриптивным, а оценочным является ряд свойств, приписанных субъектом оценки. В том случае, если обозначения дескриптивного ряда включают и оценочный компонент, то это частно-оценочные обозначения. Вопрос разделения этих рядов признаков осложнён тем, что собственные свойства предметов, по крайней мере их часть, имеют субъективный аспект. Даже в самых объективных признаках цвета и формы присутствует субъективный аспект. С обратной стороны, оценочные определения зиждутся на свойствах объектов, что делает их частично объективными. Соотношение субъективного и объективного факторов Е.М. Вольф представляет, как непрерывную шкалу, «на одном конце которой находятся такие, например, признаки, как треугольный, алюминиевый, а на другом – собственно оценочные: замечательный, великолепный» [Вольф, 1985:38].

Связь дескриптивного и эмотивного смысла в значениях слов, наиболее проявляется в тех частях речи, которым свойственна признаковая семантика, а именно прилагательным. Среди них можно выделить как описательные прилагательные, не содержащие оценки, так и собственно оценочные, обозначающие только положительную или только отрицательную оценку в различной степени интенсификации и/или интенсивности. Однако, большинство прилагательных, как и вообще оценочных слов эти компоненты сочетают. Вышеупомянутые частнооценочные прилагательные в данном случае составляют непрерывный ряд, в котором эти два смысла комбинируются в различных пропорциях. При этом процесс приобретения относительными прилагательными качественных признаков означает сдвиг по этой соотносительной шкале. Выход на передний план субъективного аспекта оценки гасит дескриптивные признаки, также те прилагательные, что содержат высокую степень интенсивности легко переходят в разряд собственно оценочных. То, что в большинстве случаев оба аспекта связаны обычно для естественного языка. Хотя два компонента значения можно разделить в описании семантики слов и высказываний. В словарях зачастую не отражается оценочный компонент слова, хотя у слов с определенной окраской он является постоянным.

Рассматривая синтаксические позиции, стоит отметить, что позицией в которой разделяются дескриптивные и оценочные смыслы является предикативная, из-за её свойства актуализировать и усиливать признаковые семы. Также в ней индуцируются с помощью интесификаторой, артиклей и восклицательной интонации оценочные смыслы. В позициях идентификации и классификации напротив, оценка не актуализируется.

Мы уже упоминали ранее интенсификаторы, в конструкциях с ними различия между оценочными и дескриптивными смыслами становятся явными. Сама возможность вступать в сочетания с интенсификаторами означает возможность смещения в сторону оценочного значения. Также типичным контекстом для оценки являются сочетания с усилением признака истинности, а также словами, определяющими высокую степень качества. Однако, сам контекст вопроса «какой?» носит противоположный характер, так как в ответе могут содержаться только дескриптивные слова.

Под собственно оценочными высказываниями понимаются те, у которых оценка и является целью сообщения. Что не значит, что они не могут быть включены в любые тексты, в том числе как части в дескриптивные структуры. Также существует понятие «квазиоценочных» понятий, тех, в которых дескриптивные высказывания приобретают оценочный смысл за счет наличия определенной оценки в картине мира, для описываемых явлений или предметов.

Одна из проблем соотношения, которую нельзя обойти вниманием, это проблема установления первичности оценочных или дескриптивных признаков. Ранее упоминалось, что в вопросах логики этот вопрос также является спорным. Несомненно, что дескриптивные признаки в случае оценочных выводов будут первичными. Также в выражениях, построенных по принципу описание-реакция можно говорить о логической первичности дескриптивного признака над оценкой. В случае использования общеоценочных и частнооценочных определителей, порядок оценки и описания будет определять и порядок слов в высказывании, в предикативной позиции.

Если говорить о функциях оценочных слов, то в связи с наличием субъективности оценки, а также указания на свойства объекта, можно выделить две функции – функцию выражения и функцию замещения, свойственные в первую очередь прилагательным и наречиям. Общеоценочным понятиям свойственно совмещение функций.

В функции замещения оценочные слова указывают на совокупности, группы свойств, являясь обобщением для класса свойств с определенным знаком, положительным или отрицательным. В случаях выражения субъектом своего отношения к объекту, на переднем плане оказывается функция выражения, служащая для выражения отношения к стереотипу, степень соответствия ему.

В зависимости от общих взглядов на оценку решается и вопрос истинности или ложности оценочного суждения. Мы уже упоминали о невозможности верификации оценки, повлекшей за собой то, что на протяжении длительного времени было принято считать, что оценочные высказывания не являются ни истинными, ни ложными, что соответствует концепции субъективизма.

Если мы возьмём за основу определения истинности/ложности логический закон исключения третьего, где в паре высказываний одно истинно, а второй ложно, мы столкнёмся с тем что из-за критериев и субъектов оценки трудно проверить истинность пары оценочных высказываний. Таким образом, от степени субъективности в оценке прямо зависит сложность определения истинности. Так как в оценочных выражениях присутствует и дескриптивный фактор, это делает возможным постановку вопроса об истинности для разных видов оценок. Так, оценочные суждения о функциях можно рассматривать как истинные или ложные, а гедонистические только в зависимости от типа высказывания. Из-за прямой зависимости данного вопроса от отношения субъект – объект, было выдвинуто предположение о недискретности истинности оценочных суждений, а её представлении в виде континуума, на котором располагаются высказывания от истинных до ложных. Другой подход развился в рамках семантики «возможных миров», это представление, что оценочные высказывания могут быть истинными или ложными в зависимости от их отношения к «возможным мирам» субъекта оценки [Вольф, 1985:43].

Теперь мы переходим к перечислению и описанию свойств оценочного предиката, которые нами уже ранее упоминались.

  1.  Эмотивность. «Эмотивностью» или «оценочностью» принято называть компонент подразумевающий отношение субъекта к объекту. Термин употребляется условно, он не связан с представлениями об эмоциях, и может подразумевать оба вида оценки – эмоциональную и рациональную. Эмотивность соотносится с субъективным аспектом, но не равнозначна представлению о субъекте, так как эмотивный аспект уже роли субъекта. Оценочность – основной признак предиката в структуре субъект – оценка/отношение – объект. Данный компонент прежде всего характеризует глаголы, указывающие на отношение субъекта к объекту, но не определяющие свойства объекта. Однако, может содержаться и в семантике глаголов эмоционального отношения. Эмотивность включают оценочные выражения типа восклицания, аффективные слова, слова-оскорбления, что не значит, что эмотивность отсутствует в других оценочных выражениях, так как она присутствует во всех, отражая присутствие субъекта. Из-за своей неотделимости от обозначения свойств объекта, эмотивность проблематично для выделения её как компонента оценки, хотя она может быть обозначена как отдельный модус.
  2.  Оценка эмоциональная и рациональная. На основе вопроса о первичности фактора эмоционального или рационального, стоится также противопоставление субъективизма и объективизма в теории оценок. Эмотивисты делают упор на эмоции, реакции на события, считаю их определяющими для оценки. Объективисты находят, что эмоции и отношения зависят прежде всего от наших суждений, эксплицитных или имплицитных, что в случае изменения мнения будут меняться и эмоции. Разделение на чисто рациональное и чисто эмоциональное весьма условно, так как в естественном языке не может быть чисто эмоционально оценки. Однако, способы выражения двух видов оценки в языке различаются, так как в нём имеются средства как для различения эмоциональной и рациональной оценок, так и обращения внимания на различные реакции адресата, и дифференциирования оценки при интерпретации. Непосредственная реакция на объект - эмоциональная, а рациональная это та, что включает в себя оценочное суждение и способы выражения, учитывающие характер оценки. Экспрессивность свойственная эмоциональной, но не рациональной оценке. Очевидно, однако, что вместе с изменением соотношения рационального и эмоционального, усложняется задача дифференциирования видов оценки. Эмоциональное и рациональное в оценке подразумевает две разные стороны отношения субъекта к объекту, первая – его чувства, вторая – мнения [Вольф, 1985: 47].
  3.  Экспрессивность. Возникающая в случаях проявления оценки как непосредственной реакции на событие, экспрессивность, как свойство слов и высказываний в целом, связана с эмоциональной оценкой, однако не исчерпывает её. Экспрессивный и оценочный аспекты значения существуют отдельно друг от друга, так как, к примеру, эстетическая оценка не нуждается в обязательно экспрессивности. Эмотивность в целом не подразумевает наличия обязательность экспрессивности.
  4.  Аффективность. Иначе говоря, степень заинтересованности субъекта, характеризующая оценочные выражения и высказывания. Корни данного понятия в том, что зачастую структура, содержащая оценку не столько ставит перед собой целью описать положение вещей, сколько демонстрирует заинтересованность в нём субъекта высказывания. Одним из основных способов выражения аффективности являются слова-интенсификаторы. Они, как и все аффективные средства, принадлежат к модальной рамке. Нельзя не упомянуть, что их степень, как и степень подобных элементов оценочной структуры, не одинакова, а находится на шкале убывания/нарастания. Аффективность также может содержаться в значении слов, это слова особого класса оценочных выражений. Субъективный аспект значения этих слов является первичным, оценка сочетается с интенсификацией. Если мы рассмотрим классификацию прилагательных К. Кербрат-Орекьёни, то обнаружим там отдельный подкласс для таких прилагательных. Он делит прилагательные на дескриптивные и субъективные, а уже их на аффективные и эвалюативные. [Кербрат-Орекьёни, 1980:84]. Говоря об особенностях синтаксиса и семантики аффективных прилагательных следует выделить то, что они 1) не сочетаются с интенсификаторами, кроме случаев усиления и без того крайней позиции; 2) могут обозначать высокую степень оценки; 3) в сочетаниях с не оценочными словами и высказываниями имеют оценочный смысл; 4) в сочетании же с оценочными словами и высказываниями приобретают свойства интенсификаторов; 5) предполагают факт наличия единичного оцениваемого ими объекта.
  5.  Интенсификация. Возможность интенсификации и деинтенсификации, позволяющая движение по оценочной шкале характерна для выражения оценки. В то время как интенсификация недискретна, её нельзя измерить, и не ограничена как степени сравнения, интенсифицируются не только общеоценочные, но и частноценочные признаки. Выражаться при этом она может как через семантику слов, так и аффиксами, единицы интенсификации соотносятся друг с другом неопределенным образом. Таким образом, возможность и виды её зависят только от основополагающего признака и типа его продвижения по шкале, как и соответствующие ограничения. В естественных языках средства чрезвычайно разнообразны, могут включать в себя языковые выражения, сочетающие интенсификацию с качественными признаками, эффективность и т.д.; средства гиперболы; устойчивые выражения. Это же свойственно и для деинтенсификации, хотя эти два понятия ассиметричны и их характеристики, как и роль в коммуникации не совпадают.


Выводы по Главе 1.

  1.  «Модальность» или «модус», как категория имеет давнюю историю в философии. Традиционным определением модуса в философии, является данное Б. Спинозой: «Под модусом я разумею состояние субстанции (Substantiae affectio), иными словами, то, что существует в другом и представляется через это другое». Категория модальности упоминается во многих философских трудах, при этом у каждого философа был свой, индивидуальный, взгляд на данное понятие. В отечественной же философии в процессе интерпретаций понятий модуса и акциденции эти два термина смешались.
  2.  Первым термин «модус» из философии в лингвистику позаимствовал Шарль Балли для обозначения части суждения при разработке теории высказывания. Так как модальность это одна из центральных категорий языкознания, выступающая существенным признаком высказывания, то изучение её и её вопросов интересно для лингвистов.
  3.  Существует как минимум две трактовки модальности – широкая и узкая. Узкая трактовка модальности, исходящая из определения данного В.В. Виноградова, согласно которому модальность – это языковая (синтаксическая или грамматическая) категория. Широкий подход к понятию модальности, согласно которому модальность — это всеобъемлющая категория, или понятийная (общесемантическая) категория. В настоящее время чаще всего модальность рассматривается с точки зрения данной категории в тексте.
  4.  Под субъективной (внутренней) модальностью понимается отношение субъекта действия к самому совершаемому действию, или если выражаться проще – отношение говорящего к тому, что он сообщает. Первым полно раскрыл это понятие Э. Бенвенист, который подразумевал под субъективной модальностью «способность говорящего представлять себя в качестве субъекта», которая проявляется в его речи. Мы придерживаемся мнения, что субъективная модальность - это оценка говорящим описываемых фактов (таких как факт наличия уверенности, согласия, определенной оценки). Такая модальность не только выражается лексическими и грамматическими средствами, но и композиционными приёмами.
  5.  Понятие аксиологии также пришло в лингвистику из философии, аксиология как раздел философии представляет собой теорию ценностей. Лингвистическая аксиология также занимается анализом ценностных предпочтений. Согласно Е.М. Вольф - оценка как ценностный аспект значения присутствует в самых разных языковых выражениях может быть рассматриваема как один из видов модальностей, которые накладываются на дескриптивное содержание языкового выражения. Компонентами оценки являются: эмотивность, эмоциональность/рациональность, экспрессивность, аффективность, интенсификация.

Глава 2. Средства выражения аксиологической модальности на примере англоязычного произведения.

Из всего многообразия трактовок содержания категории модальности и её соотношения с категорией оценки, мы придерживаемся точки зрения Е.М. Вольф, Ш. Балли и др., согласно которой, модальность не только перекрещивается с оценкой, но и зачастую значения модальные поглощают значения оценочные. Смысловую основу субъективной модальности при этом образует оценка в широкой трактовке, включающая логическую и эмоциональную оценку (рациональную и иррациональную). Если же поднимать вопрос о соотношении понимания текста и его оценки, то с одной стороны, оценка относится к тексту только внешне, однако, нельзя понять текст вне системы ценностей, ведь смысл заключен в определении его позиции по отношению к различным ценностям. Как писал Васильев: «Смысл текста организован этими категориями, они задают координаты, по которым построен он сами и по которым он соотносится с другими текстами, вступает с ними в диалогические отношения» [Васильев, 1982:91-122]. Субъективная модальность высказывания есть ни что иное, как разновидность оценки устанавливающей определение объекта по признакам. Основывается она на основных областях психической деятельности человека.

Рассуждая о видах оценки, исследователи обычно выделяют два – абсолютную и сравнительную оценку. В то время как абсолютная оценка содержит имплицитное сравнение и оперирует такими понятиями, как «хорошо/плохо», сравнительная оценка основывается на сопоставление объектов, и соответственно терминах «лучше/хуже». В то время как согласно Ю.Д. Апресян выделяется общая оценка, эстетическая, этическая, утилитарная, истинностная [Апресян, 1995:64], мы выше говорили о классификации Е.М. Вольф, согласно которой, оценки подразделяются на эмоциональные (чувства) и рациональные (мнения). Данное разделение в лингвистике является условно, так как способы выражения двух видов оценки различаются.

Тем временем, для выражения оценки объекта субъектом требуются различные языковые средства, грамматика которых зависит и от положительной/отрицательной оценки, и от коммуникативных аспектов высказывания. Наиболее представительным в плане оценочной семантики является лексический уровень. Основным средством номинации выступает имя прилагательное, различные в степени употребительности по шкале «хороший/плохой» и синонимичные ряды, а также прочие прилагательные с оценочным значением. Прилагательные при этом можно классифицировать как, эстетические, утилитарные, сенсорные, эмоциональные и др. Прилагательные, несомненно, одно из наиболее употребительных и при этом нейтральных средств выражения семантики оценки.

Нельзя не отметить, что за счет пейоративной лексики пространство лексического уровня значительно расширяется, пейоративная лексика является образным средством номинации, «…пейорация – это снижение в довольно широком смысле этого слова…Механизм пейорации включает несколько шкал: стилистическую, общеценностную и персонологическую» [Чернявская, 1998:57]. Пейоративные лексемы выступают в синонимической связи с нормальными, нейтральными лексемами. В связи с тем, что говорящим оценивается всё, что входит в его широкий круг интересов, каждый негативный признак находит своё отражение в языке. Однако, можно заметить, что сама оценка включается не только в интенсионал слова, но и в его экспликационал.

Кроме того, прагматические и коммуникативные функции оценки могут быть выражены фразеологизмами. Например, для обозначения состояния человека можно использовать единицы, обозначающие физиологическое состояние. Как, впрочем, и почти все проявления жизни человека от рождения до смерти, что безусловно, нашло отражение в языке.

Также семантика оценки может быть представлена предложением и высказыванием, то есть единицами синтаксического уровня. Способы представления высказывания с оценочной семантикой, их синтаксическая модель, чрезвычайно разнообразны. Исходя из контекста, ситуации и социальной обусловленности, можно сделать вывод что в основе данного явления лежит в том числе взаимоотношение системы и среды.

Таким образом, на лингвистическом уровне, оценка складывается из лексической (прилагательные, пейоративная лексика, фразеологизмы) и синтаксической (контекст, ситуация, социальная обусловленность) компонент. При этом оценка может затрагивать самые разные стороны языка, как системы, и складываться из всех языковых уровней – морфологии, синтаксиса, лексики.

Одной из характерных особенностей формирования категории оценочности в тексте является использование как прямых, так и косвенных средств выражения. В связи с этим можно говорить о существовании двух видов аксиологического модального значения в современном английском языке, а именно: прямой и косвенной аксиологической модальности.

2.1 Эксплицитное выражение оценки.

Говоря о прямом способе реализации аксиологической модальности, мы имеем ввиду тот способ, который подразумевает употребление категориальных лингвистических средств, различных языковых единиц. Их в свою очередь можно разделить на эксплицитные и имплицитные, основываясь на локализации оценочной семы в структуре лексического значения слова. В таком случае, прямые эксплицитные средства – это те средства, в которых оценочная сема находится в ядерном компоненте. К ним относятся прилагательные и наречия собственно оценочной семантики, то есть предикаты, имеющие характер общей оценки. Если же оценочная сема является частью периферии, то языковая единица является одной из прямых имплицитных средств. Это могут быть: дескриптивно-оценочные предикаты (или дескриптивные предикаты с оценочной коннотацией), эмотивная лексика (обозначающая наименования предметов и действий), устойчивые словосочетания с оценочной семантикой.

2.1.1 Морфологические средства.

Как мы уже говорили, способы выражения оценки могут быть представлены единицами разных уровней языка – от аффиксов до высказываний целиком. Несомненно, одним из наиболее распространенных способов выражения оценки являются лексические средства. В то время как, одни лексические единицы могут содержать объективные данные о качествах субъекта, другие включают в себя помимо дескриптивных и оценочные качества. Оценка может быть привнесена тем или иным аффиксом.

Что приводит нас к словообразовательным способам выражения оценки. Тут необходимо отметить, что данный способ характерен многим языкам, однако английской язык не располагает таким количеством оценочных суффиксов. Не смотря на это можно выделить следующие суффиксы: - ish, - ling. Примеры:

  1.  The witch or wizard would perform a basic Flame Freezing Charm and then pretend to shriek with pain while enjoying a gentle, tickling sensation. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 1]
  2.  And then the thing beneath the hood, whatever it was, drew a long, slow, rattling breath, as though it were trying to suck something more than air from its surroundings. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 32]
  3.  It was stiflingly warm, and the fire that was burning under the crowded mantelpiece was giving off a heavy, sickly sort of perfume as it heated a large copper kettle. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 39]
  4.  Bill says it’s rubbish sold for wizard tourists and isn’t reliable, because it kept lighting up at dinner last night. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 4]
  5.  “Oh, Ron, don’t talk rubbish,” snapped Hermione. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 4]
  6.  They were both wide and musclely; Crabbe was taller, with a pudding-bowl haircut and a very thick neck; Goyle had short, bristly hair and long, gorilla-ish arms. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 31]
  7.  Crabbe and Goyle chuckled trollishly. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 31]
  8.  “I thought that was a bowler hat,” said Ron sheepishly. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 31]
  9.  That lesson was absolute rubbish compared with my Arithmancy class! [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 43]
  10.   “Oh, what rubbish,” said Hermione impatiently. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 56]
  11.  “Harry!” came Wood’s anguished yell from the Gryffindor goal posts. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 69]
  12.  “Rubbish,” said Ron. “Couldn’t see a thing, so I made some stuff up. Don’t think she was convinced, though…” [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 125]

Как мы видим, в первых примерах используются слова с суффиксом –ling, с их помощью автор описывает явления и предметы. К примеру – ощущение щекотки (речь идёт о приятном щекочущем ощущении, вместо ожидаемой боли от сжигания на костре), громоподобный вдох (очень громкий звук «как будто, он пытался вдохнуть больше воздуха, чем было вокруг»), удушающе теплая (описание комнаты с горящим камином, кипящими чайниками, тяжелым запахом благовоний).

В книге часто используется слово rubbish, для описания: бесполезных сувениров, потраченного впустую времени; также, во фразах типа «не говори ерунду», «ну и ерунда же!»; один из героев использует это слово, для описания того, как по его мнению он ответил на экзамене – «Не увидел ничего, так что я всё выдумал. Правда, не думаю, что убедил её…». Примеры содержат и другие слова с суффиксом –ish: гориллоподобные (о руках одного из героев), троллеподобно (или, как тролли – «захихикали как тролли»), застенчиво, страдальческий («страдальческий крик»).

Префиксы mis-, mal- наделяют части речи негативным значением, или же обозначают отсутствие положительных качеств объекта. Примеры:

  1.  Harry didn’t stop to chat; Neville appeared to have mislaid his booklist and was being told off by his very formidable looking grandmother. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 21]
  2.  Even Harry, Ron, and Hermione had misgivings. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 44]
  3.  The staffroom, a long, paneled room full of old, mismatched chairs, was empty except for one teacher. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 51]
  4.  “No, no, you misunderstand me,” said Professor Lupin, now smiling. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 52]
  5.  Ron seized Scabbers by the tail and aimed a misjudged kick at Crookshanks that hit the trunk at the end of Harry’s bed, knocking it over and causing Ron to hop up and down, howling with pain. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 87]
  6.   “I thought the map must be malfunctioning. How could he be with you?” [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 135]

Не смотря на то, что в случае с префиксом mis-, сами по себе слова переводятся с неяркой окраской, можно заметить, что они характеризуют негативные черты объекта, например: потерять («потерял список», речь идёт о растерянности и неряшливости), опасения (исходя из контекста, речь идёт не столько о просто опасениях, сколько о некотором проявлении трусости). Однако, во многих случаях слова с префиксом mis- означают ошибочность или несоответствие.

Не менее интересно взглянуть и на префикс anti-. Обычно он несёт значение противоречивости, враждебности, причем зачастую используется для создания отрицательно-оценочных коннотаций из положительных или нейтральных. В тексте, же мы встречаем обратное, но также свойственное данному префиксу действие.

He was positive that there was nothing wrong with the Firebolt now, but what sort of state would it be in once it had been subjected to all sorts of antijinx tests? [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 90]

«Jinx» в данном варианте перевода означает «сглаз», однако с добавлением префикса anti- получается, что речь идёт о «всех видах тестах от сглаза», коннотация несомненно положительная.

2.1.2 Лексические средства.

Лексические единицы зачастую сами в себе содержат объективные данные о качествах денотатов, не содержа при этом оценку со стороны субъекта. Тем не менее, в структуре многих слов сема оценки уже заложена. Оценка также может быть и привнесена тем или иным аффиксом. Говоря о словах с оценочным значением, мы имеем ввиду прежде всего прилагательные, затем существительные и глаголы.

Особенно ярко оценка выражается именем прилагательным. Она свойственная прилагательному, как дескриптивной части речи, поэтому прилагательные присутствуют в большинстве оценочных высказываний. Ш. Балли утверждал, что «любая категория оценочных слов ведёт своё происхождение от прилагательных» [Балли, 2003:271].

Рассмотрим следующие примеры, с прилагательными оценки. Первое прилагательное, которое приходит в голову при упоминании положительной оценки, это прилагательное «good». Примеры:

  1.  Harry happened to be a very good Quidditch player; he had been the youngest person in a century to be picked for one of the Hogwarts House teams. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 5]
  2.  Talk about summat else, Stan, there’s a good lad. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 15]
  3.  Very good guide to all your basic fortune telling methods—palmistry, crystal balls, bird entrails. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 20]
  4.  It’d be good to get some more money— [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 24]
  5.  Good thing, too,” said Mrs. Weasley briskly. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 25]
  6.  “—that I’ll be a good boy and stay in the castle?” said Harry gloomily. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 28]
  7.  “He looks like one good hex would finish him off, doesn’t he? Anyway…” he turned to Harry. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 29]
  8.  I mean, I know you’re good, Hermione, but no one’s that good. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 38]

В большинстве случаев, «good» переводится как «хороший» и означает однозначно положительную оценку: хороший игрок, хороший парень, хороший учебник, хороший мальчик, хороший волшебник, хорошая (о Гермионе). Более того, в последнем примере мы можем наблюдать усиление – «that good» - «настолько хорош», «слишком хорош».

Другое прилагательное положительной оценки, это «useful», или «полезный», «хороший в использовании». Примеры:

  1.  Think you might find this useful for next year. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 6]
  2.  Now Harry understood why Hagrid had said it would come in useful. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 20]
  3.  “This is a useful little spell,” he told the class over his shoulder. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 51]
  4.  Dumbledore, who was of course working tirelessly against You-Know-Who, had a number of useful spies. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 51]

Во трёх перечисленных примерах, «полезный» синонимично «хороший». Мы можем сказать, что «учебник хорош», «заклинание хорошее».

Противоположным по значению, является прилагательное «useless». Например:

And despite Ron’s frequent conplaints that Scabbers was both boring and useless, he was sure Ron would be very miserable if Scabbers died. Dumbledore, who was of course working tirelessly against You-Know-Who, had a number of useful spies. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 88]

Однако, давайте рассмотрим другой пример:

He’d escaped Lord Voldemort three times; he wasn’t completely useless… Dumbledore, who was of course working tirelessly against You-Know-Who, had a number of useful spies. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 26]

Сочетание с отрицанием меняет коннотацию прилагательного с отрицательной на положительную, таким образом данное высказывание можно перевести как «он не безнадёжен».

Также стоит упомянуть о прилагательных оценивающих внешность. Положительную оценку несут такие прилагательные, как good looking и pretty. Например:

  1.  “He’s that tall, good looking one, isn’t he?” said Angelina. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 65]
  2.  A curvy sort of woman with a pretty face was serving a bunch of rowdy warlocks up at the bar. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 78]
  3.  She was shorter than Harry by about a head, and Harry couldn’t help noticing, nervous as he was, that she was extremely pretty. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 101]

Данные прилагательные означают: «хорош собой»/«симпатичен», «симпатичное», «хорошенькая». Однако, есть и другой пример употребления данного прилагательного:

Shes a fourth year, and shes pretty good[Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 99]

В данном примере, «pretty good» переводится как «довольно хороша», и обозначает оценку не внешности объекта, а качество объекта. Из контекста становится понятно, что речь идёт о том, что девушка хороша в качестве спортивного игрока.

Другое встречающееся в тексте оценочное прилагательное это «positively», «positive». Примеры:

  1.  In fact, by Hagrid’s usual standards, he was positively cute. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 85]
  2.  The Patronus is a kind of positive force, a projection of the very things that the Dementor feeds upon—hope, happiness, the desire to survive—but it cannot feel despair, as real humans can, so the Dementors can’t hurt it. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 92]

В первом случае прилагательное «positively» используется для усиления положительной оценки внешности объекта. Во втором сочетается с нейтральным по оценке «force», для обозначения «добрых сил».

Говоря об отрицательных оценках, для их обозначения используются в тексте противоположные словам «good» и «pretty» - «bad» и «ugly», соответственно. Примеры:

  1.  Bad blood will out. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 11]
  2.  Was inflating Aunt Marge bad enough to land him in Azkaban? [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 16]
  3.  It was bad enough that he’d passed out, or whatever he had done, without everyone making all this fuss. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 35]
  4.  That was a really bad thing to happen in Hagrid’s first class, though, wasn’t it? [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 35]
  5.  Filch was the Hogwarts caretaker, a bad tempered, failed wizard who waged a constant war against the students and, indeed, Peeves. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 46]
  6.  But you said Buckbeak isn’t a bad hippogriff, Hagrid. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 50]
  7.  Harry was having a particularly bad time of it. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 117]
  8.  It’s bad enough without you lot in trouble an’ all! [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 156]

В приведённых примерах слово «bad» используется для обозначения отрицательной оценки объектов и событий: дурная кровь, дурной характер, плохой гиппогрифф, неудачный период; а также конструкция «достаточно плохо», для описания оценки поступков и происшествий.

  1.  Uncle Vernon stopped, his fist still raised, his face an ugly puce. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 8]
  2.  “Are you, you great ugly brute?” [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 46]
  3.  He turned his ugly, squashed face to Harry and looked up at him with those great yellow eyes. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 133]

Наиболее часто, в тексте прилагательное «ugly» используется для описания Вернона и Дадли Дурслей, или внешнего вида гиппогриффа.

Другое противопоставление в тексте, это прилагательные «worst» и «greatest». Первое встречается в тексте чаще, особенно в сочетаниях «worst ever» и «worst of». Примеры:

  1.  The fight that had followed had been one of the worst ever. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 2]
  2.  Aunt Marge coming for a weeklong visit—it was the worst birthday present the Dursleys had ever given him, including that pair of Uncle Vernon’s old socks. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 7]
  3.  And the worst of it was, he had just done serious magic, which meant that he was almost certainly expelled from Hogwarts.  [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 12]
  4.  My dear boy, it is an omen—the worst omen—of death! [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 41]
  5.  Neville regularly went to pieces in Potions lessons; it was his worst subject, and his great fear of Professor Snape made things ten times worse. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 48]
  6.  Worst of all was Potions. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 54]

В свою очередь, прилагательное «greatest» в значении положительной оценки мы встречаем только один раз, в значении «величайший»:

He was often described as the greatest wizard of the age, but that wasn’t why Harry respected him. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 36]

Также, прилагательное встречается в сочетании с существительным с собственно-отрицательной окраской «fear», в данном случае автор использует его для усиления отрицательной оценки:

Ron’s greatest fear was spiders. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 52]

Наречия, о которых далее пойдёт речь, являются в большинстве своём адвербиальными модификаторами. То есть, это оценочные наречия, которые модифицируют другие части речи, чаще всего имена прилагательные. Лексические единицы при этом имеют положительное или отрицательное значение.

В тексте встречаются как наречия содержащие положительную оценку (brightly, heartily, perfectly, jauntily, happily, properly, approvingly), так и наречия негативной оценки (nervously, nasty, impossible, boring, roughly, hopelessly).

Давайте рассмотрим следующие примеры:

  1.  Harry spent the long sunny days exploring the shops and eating under the brightly colored umbrellas outside cafes, where his fellow diners were showing one another their purchases (“it’s a lunascope, old boy—no more messing around with moon charts, see?”) or else discussing the case of Sirius Black (“personalty, I won’t let any of the children out alone until he’s back in Azkaban”). [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 19]
  2.  “Excellent, are we carrying on?” said Fred Weasley brightly. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 104]
  3.  “I’ll come with you!” said Neville brightly. I haven’t done it either!” [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 108]
  4.  “But it must have been a really powerful wizard, to drive all those  Dementors away… If the Patronus was shining so brightly, didn’t it light him up? Couldn’t you see—?” [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 159]
  5.  It was shining brightly as the moon above… it was coming back to him… [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 161]
  6.  “Yes, I have,” said Harry brightly. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 170]

Основная цель использования наречия «brightly» автором, предположительно для передачи яркого, позитивного настроения субъекта или объекта. В тексе встречаются: «обедая под яркими зонтиками летних кафе» (в противопоставлении настроению предыдущих сцен, в данной главе главный герой чувствует себя счастливым), при описании интонации, можно сказать, что речь идёт о «счастливой», «весёлой» интонации.

  1.  Ginny, who had always been very taken with Harry, seemed even more heartily embarrassed than usual when she saw him, perhaps because he had saved her life during their previous year at Hogwarts. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 24]
  2.  “Now, now, Penny, no sabotage!” said Percy heartily as she examined the Firebolt closely. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 100]

В первом примере наречие «heartily» может быть переведено как «сильно», «очень», а не «сердечно», «искренне», как во втором. Однако, само по себе сочетание «heartily embarrassed» несёт положительную оценку.

  1.  Hermione did everything perfectly until she reached the trunk with the Boggart in it. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 124]
  2.  “But Harry will be perfectly safe at Hogwarts.” [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 25]
  3.  Harry turned it so sharply that Alicia Spinnet screamed, then he went into a perfectly controlled dive, brushing the grassy field with his toes before rising thirty, forty, fifty feet into the air again. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 99]

В тексте «perfectly» используется автором для описания идеальных условий, идеальных действий: «выполняла задания идеально», «безупречный нырок», «быть под абсолютной защитой».

Примеры употребления других наречий позитивной оценки:

  1.  He had pinned his Head Boy badge to the fez perched jauntily on top of his neat hair, his horn rimmed glasses flashing in the Egyptian sun. (Он приколол свой значок Старосты на феску, задорно сидевшую на его аккуратной прическе…) [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 4]
  2.  He looked at it happily for a few seconds, then picked up the parcel Hedwig had brought. (Он счастливо смотрел на него несколько секунд…) [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 4]
  3.  He tore off the top layer of paper and glimpsed something green and leathery, but before he could unwrap it properly, the parcel gave a strange quiver, and whatever was inside it snapped loudly—as though it had jaws. (…но прежде чем ему удалось правильно открыть его…) [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 5]
  4.  “He seems like a very good teacher,” said Hermione approvingly. (произнесла Гермиона одобрительно) [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 54]

Рассмотрим наречия со значением отрицательной оценки:

  1.  Harry poked the parcel nervously. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 5]
  2.  The Monster Book shuddered angrily, but could no longer flap and snap, so Harry threw it down on the bed and reached for Hagrid’s card. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 6]
  3.  “Hang on!” barked Uncle Vernon, staring furiously at the reporter. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 7]
  4.  She didn’t often stay at Privet Drive, because she couldn’t bear to leave her precious dogs, but each of her visits stood out horribly vividly in Harry’s mind. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 7]
  5.  “Marge’ll be here for a week,” Uncle Vernon snarled, “and while we’re on the subject”—he pointed a fat finger threateningly at Harry—“we need to get a few things straight before I go and collect her.” [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 7]
  6.  “Knocking the stuffing out of me won’t make Aunt Marge forget what I could tell her,” he said grimly. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 8]

В приведённых примерах, используются такие наречия как: нервно, злобно, яростно, ужасно, угрожающе, мрачно. Автор использует их в основном для описании приёмной семьи главного героя и их поведения.

  1.  “Molly, they say Sirius Black’s mad, and maybe he is, but he was clever enough to escape from Azkaban, and that’s supposed to be impossible. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 25]
  2.  “It seems—almost impossible—that Black could have entered the school without inside help. I did express my concerns whet, you appointed—” [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 64]
  3.  Harry climbed out of the trapdoor and replaced it—it blended so perfectly with the dusty floor that it was impossible to tell it was there. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 76]
  4.  The safety measures imposed on the students since Black’s second break in made it impossible for Harry, Ron, and Hermione to go and visit Hagrid in the evenings. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 114]

Наречие «impossible» («невозможно») в тексте используется в основном для описания действий одного из героев – Сириуса Блэка, а точнее его побега из самой охраняемой тюрьмы, что казалось невозможным, и способностью попадать внутрь самой охраняемой школы, что также считалось невозможным. Автор подчеркивает невозможность данных действий, с целью описания характера персонажа.

  1.  Fred grabbed his shoulder and shook it roughly. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 70]
  2.  Ron seized his knife, pulled Malfoy’s roots toward him, and began to chop them roughly, so that they were all different sizes. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 48]
  3.  He tried to speak several times, made an odd gulping noise, then shook his head hopelessly and beckoned them to follow him. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 68]
  4.  “Harry!” Ron said, stumbling forward and staring hopelessly at the point where Harry had disappeared, “you’d better run for it! If Malfoy tells anyone—you’d better get back to the castle, quick—” [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 110]
  5.  “No, I’m not!” said Hermione, brushing her hair out of her eyes and staring hopelessly around for her bag. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 115]
  6.  Indeed, I don’t remember ever meeting a student whose mind was so hopelessly mundane. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 116]
  7.  The tiny golden ball was held tight in his fist, beating its wings hopelessly against his fingers. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 122]
  8.  Harry glanced at Ron, who looked back hopelessly. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 128]

В вышеприведенных примерах используются наречия «roughly» (жестко, грубо) и «hopelessly» (безнадёжно). Первое используется для оценки физических действий, в то время как второе привносит отрицательную оценку не столько в действия, сколько в эмоциональное состояние субъекта или объекта.

Собственно-оценочные существительные, как и прилагательные характеризуют объект и его качества. Примеры:

  1.  She delighted in comparing Harry with Dudley, and took huge pleasure in buying Dudley expensive presents while glaring at Harry, as though daring him to ask why he hadn’t got a present too. (удовольствие, подарок) [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 10]
  2.  Try as Harry might, he couldn’t get his Confusing Concoction to thicken, and Snape, standing watch with an air of vindictive pleasure, scribbled something that looked suspiciously like a zero onto his notes before moving away. (удовольствие) [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 124]
  3.  It has been a real pleasure teaching you. (удовольствие) [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 166]
  4.  They infest the darkest, filthiest places, they glory in decay and despair, they drain peace, hope, and happiness out of the air around them. (мир, надежда, счастье) [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 72]
  5.  There was his mother, alight with happiness, arm in arm with his dad. (счастье) [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 82]
  6.  “O’—o’ course, Professor,” said Hagrid, who sounded weak with happiness. (счастье) [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 157]
  7.  Stan was watching Harry’s stunned face with great enjoyment. (удовольствие) [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 14]
  8.  To everyone’s delight except Harry’s, there was to be another Hogsmeade trip on the very last weekend of the term. (удовольствие) [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 73]
  9.  Angelina punched the air as she soared around the end of the field; the sea of scarlet below was screaming its delight— (удовольствие) [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 119]
  10.  “Have you?” A look of enormous relief spread over the manager’s face. (облегчение) [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 20]
  11.  It was a relief to return to the noise and bustle of the main school on Monday, where he was forced to think about other things, even if he had to endure Draco Malfoy’s taunting. (облегчение) [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 71]
  12.  One hopes, however, that one might have mistaken the Signs… (надежда) [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 117]

В приведённых выше примерах употребляются положительно-оценочные существительные, в значении счастья, облегчения, надежды, удовольствия.

  1.  Then she ran off with a wastrel and here’s the result right in front of us. (расточитель) [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 11]
  2.  A no account, good for nothing, lazy scrounger who— (попрошайка) [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 11]
  3.  They died in a car crash, you nasty little liar, and left you to be a burden on their decent, hardworking relatives! (бремя) [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 11]
  4.  Lupin’s face had hardened, and there was self-disgust in his voice. (отвращение к себе) [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 139]
  5.  Only Draco Malfoy and his gang of Slytherins had anything bad to say about Professor Lupin. (банда) [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 54]
  6.  Wood scowled his displeasure that Cho Chang had made a full recovery, then said, “On the other hand, she rides a Comet Two Sixty, which is going to look like a joke next to the Firebolt.” (досада) [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 99]
  7.  Maddened by grief, no doubt, and knowing that Black had been the Potters’ Secret-Keeper, he went after Black himself. (горе) [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 80]
  8.  He didn’t want Lupin to think he was a coward, especially since Lupin already seemed to think he couldn’t cope with a Boggart. (трус) [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 60]
  9.  He had a shrewd suspicion that Dumbledore might have stepped in to stop Snape failing him on purpose. (подозрение) [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 168]
  10.  Mr. Padfoot would like to register his astonishment that an idiot like that ever became a professor. (идиот) [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 112]
  11.  Mr. Wormtail bids Professor Snape good day, and advises him to wash his hair, the slimeball. (мешок с дерьмом) [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 112]
  12.  He seemed to have taken Scabbers’s true identity as a personal insult. (оскорбление) [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 147]
  13.  It was, without a doubt, the strangest sensation of his life, standing behind the tree, and watching himself in the pumpkin patch. (сомнение) [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 156]

Диапазон негативных оценочных существительных в произведении шире, чем положительных. Автор для описания отрицательных героев и явлений использует сленговые существительные. Также, мы можем заметить, что сленг используется в речи персонажа тёти Мардж, с целью демонстрации её характера и состояния алкогольного опьянения.

Проследить формирование оценочных концептов можно на примере содержащих глаголы высказываний, так как значение глагола отражает реальную действительность. Некоторые глаголы имеют в своём толковании указание на качественную характеристику того или иного действия, процесса или же состояния. Так как качественная характеристика подлежит оценке, то глагол приобретает оценочную характеристику. Примеры:

  1.  After ten minutes or so, during which the Firebolt was passed around and admired from every angle, the crowd dispersed and Harry and Ron had a clear view of Hermione, the only person who hadn’t rushed over to them, bent over her work and carefully avoiding their eyes. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 97]
  2.  He was often described as the greatest wizard of the age, but that wasn’t why Harry respected him.  [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 36]
  3.  Make it clear that you approve the use of extreme force in this boy’s case. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 10]
  4.  Enjoy your stay, Harry. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 18]
  5.  Beaky has enjoyed London.  [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 114]
  6.  However, I am delighted to say that his place will be filled by none other than Rubeus Hagrid, who has agreed to take on this teaching job in addition to his gamekeeping duties. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 36]
  7.  “He’ll be delighted,” said Lupin coolly. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 135]

В значении положительной оценки в тексте употребляются такие глаголы, как: восхищаться, уважать, одобрять, наслаждаться, быть в удовольствии, соглашаться.

В отрицательной оценке, в свою очередь встречаются:

  1.  The Gryffindor team visited again on Sunday morning, this time accompanied by Wood, who told Harry (in a hollow, dead sort of voice) that he didn’t blame him in the slightest. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 71]
  2.  For some reason this seemed to annoy Hermione as well; she didn’t say anything, but she kept looking darkly at the broom as though it too had been criticizing her cat. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 88]
  3.  “And why should I do that?” sneered Uncle Vernon. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 8]
  4.  Now he’s accusing me of dripping tea on his photo of Penelope Clearwater. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 27]
  5.  I’d hate to see what the Ministry’d do to me if I blew up an aunt. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 21]
  6.  Hermione ignored them. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 22]
  7.  Hermione, who disapproved of copying, pursed her lips but didn’t say anything. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 56]
  8.  After Boggarts, they studied Red Caps, nasty little goblin like creatures that lurked wherever there had been bloodshed: in the dungeons of castles and the potholes of deserted battlefields, waiting to bludgeon those who had gotten lost. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 54]
  9.  His eyes flashed menacingly at the very mention of Professor Lupin’s name, and he was bullying Neville worse than ever.  [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 54]
  10.  He doubted whether Fred and George had ever been innocent. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 74]
  11.  Don’t never insult one, ’cause it might be the last thing yeh do. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 44]

Спектр глаголов с отрицательной оценкой в тексте шире, чем с положительной оценкой. В представленных примерах мы встречаемся со следующими глаголами: винить, надоедать, критиковать, насмехаться, обвинять, игнорировать, ненавидеть, не одобрять, таиться, запугивать, сомневаться, оскорблять. Такой обширный список глаголов с негативной оценкой, связан с контекстной потребностью в объяснении мрачных явлений, плохих поступков и негативного поведения в целом, которых довольно много в тексте.

  1.  “Got plenty of special features, hasn’t it?” said Malfoy, eyes glittering maliciously. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 100]
  2.  His pale face split in a malevolent grin. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 109]
  3.  “Your father didn’t set much store by rules either,” Snape went on, pressing his advantage, his thin face full of malice. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 111]

Отдельно стоит упомянуть слова с корнем mal, которые в свою очередь используются для описания «злобных» объектов, действий – «зло сверкнув глазами», «злобный оскал», «лицо, выражающее злобу». Отдельно стоит отметить, что автор чаще всего использует слова с корнем mal при описании действий или внешности, мимики одного из персонажей – Драко Малфоя (Draco Malfoy). Этим автор подчеркивает, что не просто ему свойственны проявления «злобности», но и она является его основной чертой характера, так что даже его фамилия может означать «злокозненный».

2.1.3 Грамматико-синтаксические средства.

К грамматическим средствам выражения оценки можно отнести: повторы, инверсию, восклицания с конструкциями с what, how, such; эмоциональные конструкции оценки начинающиеся с its; эмфатическое употребление глагола do.

Рассмотрим подробнее на следующих примерах:

  1.  It’s amazing here in Egypt. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 4]
  2.  I’ve been getting it delivered; it’s so good to keep up with what’s going on in the wizarding world. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 5]
  3.  It’s damn good of Vernon and Petunia to keep you. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 9]
  4.  It’s what I always wanted— [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 37]
  5.  “Oh no, it’s wonderful!” said Hermione earnestly. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 98]
  6.  It’s bad enough without you lot in trouble an’ all! [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 129]

В примерах используется эмоционально-оценочная конструкция построенная по одному типу – its bad, its wonderful и т.д. Качественные прилагательные вне зависимости от их оценки выступают в роли оценочного компонента данной конструкции. В тексте в основном данная конструкция используется для положительной оценки.

  1.  What an amazing prediction! [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 116]
  2.  Cedric Diggory came over to congratulate Harry on having acquired such a superb replacement for his Nimbus, and Percy’s Ravenclaw girlfriend, Penelope Clearwater, asked if she could actually hold the Firebolt. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 100]
  3.  “This is such a waste of time,” Hermione hissed. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 116]
  4.  How nice to see you. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 24]
  5.  How really corking to see you— [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 24]
  6.  Harry climbed the spiral stair with no thought in his head except how glad he was to be back. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 37]

В конструкциях, используемых в примерах, местоименные слова what, how выступают в роли частиц-усилителей оценки. Также, как и such, выступают как интенсификаторы значения оценочного признака. How усиливает значение таких лексем как nice и соответственно усиливает оценку.

  1.  I do hope you’re all right. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 4]
  2.  “I do not believe a single person inside this castle would have helped Black enter it,” said Dumbledore, and his tone made it so clear that the subject was closed that Snape didn’t reply. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 64]
  3.  I do not expect any of you to See when first you peer into the Orb’s infinite depths. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 116]
  4.  “Pardon me. But I do like to see a healthy sized boy,” she went on, winking at Dudley. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 11]
  5.  “We do like them!” lied Hermione at once. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 85]
  6.  I am sorry to say that from the moment you have arrived in this class, my dear, it has been apparent that you do not have what the noble art of Divination requires. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 116]
  7.  I expect you’ll tire of hearing it, but you do look extraordinarily like James. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 167]

Данная конструкция - это использование эмфатического глагола do, которому свойственно усиление или противопоставление членов предложения, за счет чего он придают им дополнительную окраску. В данных примерах эмфатический глагол do усиливает оценочные лексемы.

  1.  Harry still hadn’t decided what he was going to say to Professor McGonagall when the bell rang at the end of the lesson, but it was she who brought up the subject of Hogsmeade first. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 57]
  2.  That’s where all of this starts—with my becoming a werewolf. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 137]

В первом примере используется эмфатическая конструкция its she who, в то время как во втором – thats where. Эти конструкции являются интродукторами и используются для усиления значения. Так, в первом примере подчеркивается оценка персонажа, а во втором – места.

Исходя из предположения о том, что предложение является «главным средством формирования, выражения и сообщения мыслей» (Виноградов В.В. Некоторые задачи изучения синтаксиса простого предложения. С.3), мы приходим к выводу о важности исследования также и синтаксических способов выражения оценки. Оценка может быть выражена различными типами предложений, однако в основном для этого используются восклицательные предложения, то есть те предложения, которые отличаются эмоциональной окрашенностью и высокой степенью экспрессивности. Восклицанием может быть предложение любого коммуникативного типа – повествовательного, вопросительного или побудительного.

Повествовательные.

  1.  That was still really dangerous! Running around in the dark with a werewolf! [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 138]
  2.  YOU’RE PATHETIC! [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 140]
  3.  Like father, like son, Potter! I have just saved your neck; you should be thanking me on bended knee! [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 141]
  4.  Innocent, but scared! [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 144]
  5.  YOU WERE HIS SPY! [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 146]
  6.  Only innocent lives, Peter! [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 146]
  7.  He’s not safe! [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 148]
  8.  Sirius Black’s innocent! [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 151]
  9.  It’s bad enough without you lot in trouble an’ all! [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 156]

Вопросительные:

  1.  What if you’d given the others the slip, and bitten somebody? [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 138]
  2.  Is a schoolboy grudge worth putting an innocent man back inside Azkaban? [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 140]
  3.  Keeping an ear out for news, weren’t you, Peter? [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 144]
  4.  If he gave them Harry, who’d dare say he’d betrayed Lord Voldemort? [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 145]
  5.  And will you, in turn, forgive me for believing you were the spy? [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 145]
  6.  Are you insane? [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 148]
  7.  Looks even worse from here, doesn’t it? [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 158]
  8.  Was it so impossible his father had done the same? [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 159]
  9.  Does that make sense? [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 161]
  10.  It’s not true, is it? [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 165]

В вопросительных предложениях оценочной семантики, в отличие от просто вопросительных предложений, задание вопроса о неизвестном заменяется на запрос мнения и/или оценки. Обращение к собеседнику преследует цель уточнения аспектов высказанного мнения.

Побудительные:

  1.  “Oh, cheer up, Harry!” said Hermione sadly. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 168]
  2.  “What?” said Ron and Hermione excitedly. “Read it aloud!” [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 169]
  3.  NEVER CONTACT ME AGAIN! DON’T YOU COME NEAR MY FAMILY! [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 2]
  4.  “Get the door!” Aunt Petunia hissed at Harry. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 9]
  5.  “Don’t you smirk at me!” boomed Aunt Marge. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 9]
  6.  “You want to set a better example for your sister!” snapped Mrs. Weasley. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 24]
  7.  “You’re not going anywhere till you’ve found my badge!” yelled Percy. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 25]
  8.  Miss Granger, HOLD YOUR TONGUE! [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 152]

Изначальное назначение этого типа предложений – побуждение к действию различными способами: приказом, требование, предупреждением, запретом, просьбой и т.д. В тех случаях, когда оценка выражается в эмоциональном характере, допустимо использование усеченных предложений.

2.2 Имплицитное выражение оценки.

Использование языковых единиц, позволяющих избежать прямой номинации оценки, или некатегориальных средств и есть косвенный способ реализации аксиологической модальности. Оценочное значение такие единицы обретают в контексте, и, следовательно, могут быть отнесены к текстовым средствам модального значения. Их также можно подразделить на эксплицитные и имплицитные. Если оценка выражена так же четко и наглядно, как если бы это было сделано с помощью прямых средств, то это эксплицитные косвенные средства, позволяющие избежать прямой оценки. К разряду таких средств относятся единицы языка, отмеченные наличием культурологической компоненты [Иванова, 2003:25], иными словами «культурологические маркированные единицы». В целом, отличительной чертой оценки, выраженной косвенными имплицитными средствами, является то, что она заложена в самом сообщении, однако незаметна, внушается адресату скрытно. К числу таких средств Е.М. Вольф относит «квазиоценочные» конструкции. В таких высказываниях не высказывается ни собственно-оценочных, ни дескриптивно-оценочных предикатов, однако оценка содержится, поскольку они основаны на знаниях о мире, оценка связана с модальными значениями (долженствования, желания, запрещения и др.).

2.2.1 Лексические средства

В качестве приёмов косвенной оценки чаще всего выступают средства выразительности, такие как – метафоры, сравнения, аллюзии, паремии, устойчивые единицы, эпитеты, эвфемизмы, преуменьшения.

  1.  Now, I’m saying nothing against your family, Petunia—” she patted Aunt Petunia’s bony hand with her shovellike one “—but your sister was a bad egg. (метафора) [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 11]
  2.  He dresses like our old house-elf. (сравнение) [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 54]
  3.  They infest the darkest, filthiest places, they glory in decay and despair, they drain peace, hope, and happiness out of the air around them. (эпитет) [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 72]
  4.  “A bit of old parchment!” said Fred, closing his eyes with a grimace as though Harry had mortally offended him. “Explain, George.” (сравнение) [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 74]
  5.  “Well… when we were in our first year, Harry—young, carefree, and innocent—” (ирония) [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 74]
  6.  “Oh yes,” said Fred, smirking. “This little beauty’s taught us more than all the teachers in this school.” (метафора) [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 74]
  7.  “Noble men, working tirelessly to help a new generation of lawbreakers,” said Fred solemnly. (эпитет) [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 75]
  8.  It was the most delicious thing he’d ever tasted and seemed to heat every bit of him from the inside. (гипербола) [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 78]
  9.   Both very bright, of course—exceptionally bright, in fact—but I don’t think we’ve ever had such a pair of troublemakers— (эпитет) [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 79]
  10.   I shoulda known there was somethin’ fishy goin’ on then. (метафора) [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 80]

Лексико-стилистические средства, такие как метафоры, гиперболы, сравнения являются популярными средствами выражения оценки в тексте.

2.2.2 Грамматико-синтаксические средства

Одним из типичных способов выражения косвенной оценки является выражение оценки в контексте прямых речевых актов. Для высказываний данного типа характерно использование модальных глаголов со значением целесообразности или желательности, таких как should, would. Примеры:

  1.  “Stupid boy… foolish boy… he was always hopeless at dueling… should have left it to the Ministry…” [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 81]
  2.  “I don’t think anyone should ride that broom just yet!” said Hermione shrilly. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 87]
  3.  “I’m afraid the poor fellow is ill again,” said Dumbledore, indicating that everybody should start serving themselves. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 89]
  4.  We should be starting this week. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 91]
  5.  “So…” Professor Lupin had taken out his own wand, and indicated that Harry should do the same. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 92]
  6.  He would have liked to have told Lupin about the conversation he’d overheard about Black in the Three Broomsticks, about Black betraying his mother and father, but it would have involved revealing that he’d gone to Hogsmeade without permission, and he knew Lupin wouldn’t be very impressed by that. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 96]
  7.  Suppose you’d love to live here, wouldn’t you, Weasley? [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 109]
  8.  “I would hate for you to run away with a false idea of your father, Potter,” he said, a terrible grin twisting his face. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 111]
  9.  I would certainly not presume to predict anything quite as far fetched as that! [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 126]
  10.   Dumbledore wouldn’t laugh—he could tell Dumbledore… [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 167]

Совет выступает как мотивированный вид побуждения, поэтому совсем не обязательно будет принят. В данном случае с помощью риторических вопросов выражается скрытая полемика. Примеры:

  1.  “Are you mad?” said Ron, goggling at Hermione. “Hand in something that good?” [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 77]
  2.  What could possibly be worse?  [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 79]
  3.  “Aren’t you going to Hogsmeade, Harry? Why not? Hey”—Colin looked eagerly around at his friends—“you can come and sit with us, if you like, Harry!” [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 59]

Говоря о риторических вопросах, отдельно можно выделить конструкции с why (would, should, dont). Использование данной конструкции в структуре высказывания выражает неодинаковое мнение участников коммуникации. Примеры:

  1.  Why would I go looking for someone I know wants to kill me?” said Harry blankly. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 28]
  2.  Why would I want revenge on Black? He hasn’t done anything to me—yet.” [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 49]
  3.  “But then, why would you dread him dying?” said Hermione. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 57]
  4.  Why wouldn’ he need it anymore? [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 80]
  5.  Why shouldn’t he be happy, if they’re there to catch Black? [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 26]
  6.  It’s not fair, he was only filling in, why should he give us homework? [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 71]
  7.  I have never hurt a hair of Harry’s head! Why should I? [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 144]
  8.  Why don’t you come in? [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 59]
  9.  Why don’t you just drop a couple of subjects? [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 98]
  10.   Why don’t I just—throw this away? [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 112]

К стилистическим средствам оценки относятся многоточие, конструкции с тире.

  1.  “But we also know we’ve got the best  ruddy  team  in  the  school,”  he said, punching a fist into his other hand, the old manic glint back in his eye. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 55]
  2.  “Not Harry! Not Harry! please—I’ll do anything!” [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 93]
  3.  The sounds of someone stumbling from a room—a door bursting open—a cackle of highpitched laughter— [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 93]

С помощью использования конструкция с тире достигается или более лаконичная оценка явления, или события, или же выделение отдельных слов или выражения для привлечения большего внимания в объекту оценки.

Многоточие подчеркивает незаконченность высказывания, его неопределенность и непредсказуемость дальнейшего развития события. Примеры:

  1.  “Yeah…” Face dry, Harry looked up. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 93]
  2.  I’ll have one more go! I’m not thinking of happy enough things, that’s what it is… Hang on… [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 93]
  3.  A really, really happy memory… [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 94]
  4.  But he’d never be able to produce a proper Patronus if he half wanted to hear his parents again… [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 94]
  5.  Honestly, the way she was yelling at me… you’d think I’d said something terrible… then I asked her how much longer she was going to keep it. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 95]
  6.  And your soul is gone forever… lost. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 96]
  7.  You know what—we should make up with Hermione… She was only trying to help… [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 96]
  8.  She’s found some really good stuff fer me… reckon he’ll stand a good chance now… [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 107]

Многоточие в примерах может выражать раздумья, сомнения, растерянность, то есть также является усилителем оценки, и не несёт определённой оценки в себе.

Графические приёмы оценки используются автором чтобы обратить внимание читателя на то или иное событие или явление посредством выделения цветом, стилем шрифта или курсивом отдельных слов или целых высказываний.

Примеры:

  1.  “Surely you don’t need such a very old  piece of parchment?” he said. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 112]
  2.  “Well?”  said Snape again. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 112]
  3.  I am, however, astounded  that you didn’t hand it in. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 113]
  4.  “What?”  Harry yelled. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 7]
  5.  “I’m not taking you,”  he snarled as he turned to see Harry watching him. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 8]
  6.  “So—so this bus,” he went on quickly, hoping to distract Stan, “did you say it goes anywhere?” [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 13]
  7.  “’Ere,” he said, looking suspicious again, “you did  flag us down, dincha? Stuck out your wand ’and, dincha?” [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 13]
  8.  “He murdered thirteen people?”  said Harry, handing the page back to Stan, “with one curse?” [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 15]
  9.  “How about a nice book?”  said Ron innocently. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 15]
  10.   “He’s gorgeous, isn’t he?” said Hermione, glowing. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 22]

Как мы можем заметить из этих примеров – выделение курсивом используется автором для привлечения внимания к каким-либо фактам и/или усиления оценки объекта. Причем, как оценки качеств объекта или ситуации, так и оценка отношения к объекту или ситуации.

2.2.3 Интонационные средства выражения

Панасенко Н.И. в своей работе «Интонационные средства выражения субъективной модальности» говорит о том, что динамика и особенности субъективно-оценочной модальности исследованы недостаточно. Проведённый анализ указывает на непосредственную взаимосвязь лексико-грамматических и просодических средств в раскрытии оценочной семантики.

Потребность в получении более полного представления о природе модальности, вызвала необходимость в формировании фонетического подхода, сторонники которого рассматривают типичные ритмико-интонационные модели выражения коммуникативного смысла высказывания, описывают фонетические характеристики различных модальных значений.  

Модальная окрашенность высказываний характерна для различных стилей в разной степени. Эмоциональная разговорная речь ярче всего проявляет модальную окрашенность. Помимо неё модальная функция интонации также играет важную роль в поэтической и сценической речи, риторике. Поэтический текст отличается высокой информативностью, основанной на сложной художественной структуре, за счет чего модальная функция в нём проявляется в экспрессивном эффекте, производимом на слушателя. Так как при передаче поэтического текста зачастую теряется смысл и интонационная окраска, то исследователей заинтересовал способ решения вопроса целостности передачи С.С. Станиславским, который обратился к музыке, подчеркивая сходство законов музыкальной интонации и интонации человеческой речи. Изучение речевой модальности тесно связано с изучением модальности в музыке. Обоснование этой связи лежит как в онтологическом аспекте, так и в гносеологическом, однако, нас больше интересует тот факт, что речевая и музыкальная интонации изучались параллельно.

Традиционно компонентами интонации считают: частоту основного тона, интенсивность, длительность или темп, паузы, темп [Зиндер, 1979:271]. Панасенко Н.И. также дополняет этот перечень компонентом ритма [Панасенко, 1985:22].

В настоящее время физические звуки являются неотъемлемым атрибутом нашей жизни, её основным фоном, в том числе. Сам язык в своей звуковой ипостаси это фрагмент акустической картины мира. Теоретически, в таком случае должно быть просто подобрать вербальное выражение каждому звуку, существующему в рамка мировой полифонии, однако, на деле мы сталкиваемся с наличием синонимических рядов для одних звуковых явлений, и отсутствием вербального обозначения для других. Здесь, на помощь носителю языка приходят аналитические номинации, построенные из двух существительных, связанных предлогом. Далее выявляется всё больше способов именования звуковой материи на различных уровнях языковой системы, для вышеупомянутых безымянных явлений в системе находятся описательные способы актуализации. Более того, следует помнить, что помимо прямой номинации, существует косвенная и непрямая номинации.

Говоря о способах выражения относительной оценки, мы подразумеваем, что это могут быть:

  1.  субстантивные фононимы
  2.  адъективные фононимы 
  3.  глагольные фононимы 
  4.  адвербиальные фононимы 
  5.  фонофраземы 

Как мы говорили в первой главе, оценочные смыслы объясняются особенностями нормы, то есть соответствие норме вызывает позитивные оценки, в то время как негативные следуют из несоответствия норме. Так, в зону отрицательной оценки попадают пейоративные фононимы, а в зону положительной – фононимы с семантикой аттрактивности. Примеры:

  1.  Субстантивные фононимы. Отрицательные: tinny (высокий раздражающий звук, как от дрожащей тонкой пластинки металла -  A faint, tinny sort of whistle was coming from somewhere. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 29]). Положительные: mouthful (Harry swallowed his mouthful of chocolate with great difficulty and got up again. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 152]),
  2.  Адъективные фононимы. Отрицательные: harsh (Relieved, Harry got up, picked up his bag and turned to go, but then a loud, harsh voice spoke behind him. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 126] “Snape?” said Black harshly, taking his eyes off Scabbers; for the first time in minutes and looking up at Lupin. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 139]). Положительные: cheerful (Like I’d never be cheerful again… [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 33] The fortress is set on a tiny island, way out to sea, but they don’t need walls and water to keep the prisoners in, not when they’re all trapped inside their own heads, incapable of a single cheery thought. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 73]), gleeful (“Did you see his face?” said Ron gleefully, looking back at Malfoy. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 100]), soothing (“Stop worrying, Oliver,” said Alicia soothingly, “we don’t mind a bit of rain.” [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 100]).
  3.  Глагольные фононимы. Отрицательные: scrape (Percy had got his top grade N.E.W.T.s; Fred and George had scraped a handful of O.W.L.s each. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 168]), tinkle (There was another tinkle of breaking china; Neville had smashed his second cup. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 41]). Положительные: to purr (Now that Scabbers was out of sight, however, the cat was purring contentedly in Hermione’s arms. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 23]).
  4.  Адвербиальные фононимы. Отрицательные:
  5.  Torn pages were flying everywhere as the books grappled with each other, locked together in furious wrestling matches and snapping aggressively. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 20]
  6.  “I’m not going to take any crap from Malfoy this year,” he said angrily. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 31]
  7.  “All right,” said Harry bitterly, “if she does when she’s talking to me.” [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 7]
  8.  “You didn’t seem quite so confident when you were telling Harry it was a sheep,” said Hermione coolly. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 43]
  9.  “Honestly, am I the only  person who’s ever bothered to read Hogwarts, A History?”  said Hermione crossly to Harry and Ron. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 63]
  10.  “It can’t have been a death omen,” he told his reflection defiantly. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 21]
  11.  “Yeah,” said Harry gloomily, “great.” [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 58]
  12.  “Yes, I think so,” said Lupin grimly. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 145]
  13.  “For heaven’s sake!” said Madam Pomfrey hysterically. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 152]
  14.  “That explains a great deal,” said Professor McGonagall tartly. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 89]

Положительные:

  1.  “Coincidence,” said Hermione airily, pouring herself some pumpkin juice. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 43]
  2.  “Did he, now?” said Madam Pomfrey approvingly. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 35]
  3.  “Dementors are not to be fooled by tricks or disguises—or even Invisibility Cloaks,” he added blandly, and Harry and Ron glanced at each other. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 36]
  4.  “Excellent, are we carrying on?” said Fred Weasley brightly. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 104]
  5.  “No, no, it’s scheduled for this afternoon,” said Fudge, looking curiously at Ron. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 124]
  6.  “But Hogsmeade’s a very interesting place, isn’t it?” Hermione pressed on eagerly. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 30]
  7.  “This is the weirdest thing we’ve ever done,” Harry said fervently. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 155]
  8.  “I knew your father very well, both at Hogwarts and later, Harry,” he said gently. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 167]
  9.  ’Ere you go, Madam Marsh,” said Stan happily as Ern stamped on the brake and the beds slid a foot or so toward the front of the bus. [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 14]
  10.  “There, now, Minerva,” said Fudge kindly, “Pettigrew died a hero’s death.” [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 80]

Фонофраземы. Отрицательные: It was Hagrid, making his way up to the castle, singing at the top of his voice, and weaving slightly as he walked [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 158]. Just as Katie succeeded in scoring the first goal of the match, and the Gryffindor end of the field went wild, he saw it—the Snitch was close to the ground, flitting near one of the barriers [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 101]. Положительные: They both burst into speech at the same time [Harry Potter and the prisoner of Azkaban. С. 153].

В то время как, указатели отрицательной интонации употребляются и с нейтральными по оценке выражениями, и с отрицательными для усиления оценки, так и с положительными по оценке высказываниями – таким образом изменяя вектор оценки. Положительные указатели интонации используются в основном для усиления оценки, и почти не используются для изменения её вектора. Как было ранее замечено, в данном тексте, автор более разнообразно использует средства выражения отрицательной оценки, чем положительной.


Выводы по главе 2.

  1.  Одной из характерных особенностей формирования категории оценочности в тексте является использование как прямых, так и косвенных средств выражения. В связи с этим можно говорить о существовании двух видов аксиологического модального значения - прямой и косвенной аксиологической модальности.
  2.  Прямые эксплицитные средства – это те средства, в которых оценочная сема находится в ядерном компоненте. То есть, прямые оценочные средства можно разделить на три группы: морфологические, лексические и грамматико-синтаксические.
  3.  Лексические единицы могут содержать как объективные данные о качествах субъекта, так и оценочные качества. Оценка может быть привнесена тем или иным аффиксом.
  4.  Лексические единицы зачастую сами в себе содержат объективные данные о качествах денотатов, не содержа при этом оценку со стороны субъекта. Тем не менее, в структуре многих слов сема оценки уже заложена. Говоря о словах с оценочным значением, мы имеем ввиду прежде всего прилагательные, затем существительные, наречия и глаголы.
  5.  К грамматическим средствам выражения оценки можно отнести: повторы, инверсию, восклицания с конструкциями с what, how, such; эмоциональные конструкции оценки, начинающиеся с its; эмфатическое употребление глагола do.
  6.  Использование языковых единиц, позволяющих избежать прямой номинации оценки и есть косвенный способ реализации аксиологической модальности. Оценочное значение такие единицы обретают в контексте, и, следовательно, могут быть отнесены к текстовым средствам модального значения.
  7.  В качестве приёмов косвенной оценки чаще всего выступают средства выразительности, такие как – метафоры, сравнения, аллюзии, паремии, устойчивые единицы, эпитеты, эвфемизмы, преуменьшения.
  8.  Грамматико-синтаксическими способами выражения оценки являются выражения оценки в контексте прямых речевых актов. Для высказываний данного типа характерно использование модальных глаголов со значением целесообразности или желательности, риторических вопросов, конструкций с why (would, should, dont), многоточий, конструкций с тире, графических способов.
  9.  Модальная окрашенность высказываний характерна для различных стилей в разной степени. Эмоциональная разговорная речь ярче всего проявляет модальную окрашенность. Помимо неё модальная функция интонации также играет важную роль в поэтической и сценической речи, риторике. Говоря о способах выражения относительной оценки, мы подразумеваем, что это могут быть: субстантивные фононимы, адъективные фононимы, глагольные фононимы, адвербиальные фононимы, фонофраземы.

Заключение

Таким образом, в ходе выполнения данного исследования были решены следующие задачи:

1) Изучено понятие «модальность» и его трактовки в философии и лингвистике.

Традиционным определением модуса в философии, является данное Б. Спинозой: «Под модусом я разумею состояние субстанции (Substantiae affectio), иными словами, то, что существует в другом и представляется через это другое».

Термин «модус» ввёл в лингвистику Ш. Балли. В лингвистике существует две трактовки модальности – широкая (модальность – это всеобъемлющая категория) и узкая (модальность – это языковая категория). Под субъективной модальностью мы подразумеваем, что это оценка говорящим описываемых фактов (таких как факт наличия уверенности, согласия, определенной оценки).

2) Изучено понятие «аксиология» и его связь с лингвистикой.

Понятие «аксиология» пришло в лингвистику из философии, и означает собой систему ценностей. Лингвистическая акисология занимается анализом ценностных предпочтений. По определению Е.М. Вольф - оценка как ценностный аспект значения присутствует в самых разных языковых выражениях может быть рассматриваема как один из видов модальностей, которые накладываются на дескриптивное содержание языкового выражения.

3) Проведено описание средств выражения оценочности в современном английском языке.

Оценочность может выражаться прямыми средствами (средствами, в которых оценочная сема находится в ядерном компоненте) и косвенными средствами (языковыми единицами, позволяющими избежать прямой номинации оценки). К прямым средствам выражения оценки относятся: морфологические средства (оценка привнесена тем или иным аффиксом), лексические средства (оценочные прилагательные, наречия, существительные, глаголы), грамматико-синтаксические средства (повторы, инверсию, восклицания с конструкциями с what, how, such; эмоциональные конструкции оценки, начинающиеся с its; эмфатическое употребление глагола do). К косвенными средствам выражения оценки мы относим: лексические средства (метафоры, сравнения, аллюзии, паремии, устойчивые единицы, эпитеты, эвфемизмы, преуменьшения), грамматико-синтаксические средства (модальные глаголы со значением целесообразности или желательности, риторические вопросы, конструкции с why (would, should, dont), многоточия, конструкции с тире, графические способов), интонационные средства (субстантивные фононимы, адъективные фононимы, глагольные фононимы, адвербиальные фононимы, фонофраземы).

4) Проведен практический анализ средств выражения акисологической модальности на различных уровнях языка.

В ходе анализа было установлено, что в тексте преобладают прямые средства выражения оценки, в основном лексические. В тексте также часто употребляются грамматико-синтаксические косвенные способы выражения оценки. Преобладают негативные модификаторы оценки, с целью достижения определённого, более мрачного настроя в тексте. Модификаторы положительной оценки автор использует или самостоятельно, или для усиления положительной оценки высказывания, в то время как, модификаторы отрицательной оценки используются как самостоятельно, так и с собственно-положительными оценочными словами, изменяя их коннотацию на негативную.

Для описания некоторых персонажей автор использует определенный набор слов или выражений, «свойственных» персонажу. Таким образом, автор выдерживает в едином ключе поведение и высказывания персонажа, создавая четкий и узнаваемый образ у читателя.  

Список литературы

  1.  Аристотель Метафизика / Аристотель. –М.: Эксмо, 2006. – 226 с.
  2.  Апресян Ю.Д.  Лексическая семантика. Избранные труды, Т. 1/ Ю.Д.  Апресян. Лексическая семантика: 2-е изд., испр. и доп. – М.: Школа «Языки русской культуры», 1995.
  3.  Бабенко Л.Г., Васильев И.Е., Казарин Ю.В. Лингвистический анализ художественного текста. – Екатеринбург.: Изд-во Урал. Гос. Ун-та, 2000. – 215 с.
  4.  Балли Ш. Французская стилистика. –М.: УРСС, 2003. – 271 с.
  5.  Бенвенист Э./ Бенвенист Э. Общая лингвистика. - М.: Прогресс. - 1974.
  6.  Большая советская энциклопедия: в 30 т. / ред. Прохоров А.М. – 3-е изд. - М.: Советская энциклопедия. -  Т1. – 1978. – 372 с.
  7.  Васильев С.А. Уровни понимания текста //Понимание как логико-гносеологическая проблема. - Киев, 1982. - С. 91-122.
  8.  Ваулина С.С., Девина О.В. Авторская модальность как текстообразующая категория. - Вестник Балтийского федерального университета им И.Канта. – 2010. - №10
  9.  Виноградов В.В. Основные задачи изучения синтаксиса простого предложения/ В.В. Виноградов / / Вопросы языкознания. – 1954. - №1. 12 -18 с.
  10.  Виноградов В.В. Избранные труды: исследования по русской грамматике / В.В. Виноградов. – М.: Наука, 1975. – 268, 559 с.
  11.  Вольф, Е. М. Функциональная семантика оценки / Е. М. Вольф. - М.: Наука, 1985.
  12.  Воробьева С.В. Новейший философский словарь / С.В. Воробьева.  – 2-е изд., Минск.: Научное издание, 1999. – 367 с.
  13.  Гальперин И.Р. Текст как объект лингвистического исследования / И.Р. Гальперин  / / Лингвистическое наследие XX века. – 1981. - №2. – 115 с.
  14.  Гегель Г.В.Ф Наука логики / Г.В.Ф. Гегель. – М.: Наука, 1998. – 596–597 с.
  15.  Дамаскин Иоанн Философские главы / И. Дамаскин. – СПб.: Наука, 2006. – 173 с.
  16.  Доброхотов А. Л. Избранное. / А.Л. Доброхотов. — М.: Территория будущего, 2008. – 275 с.
  17.  Зеленщиков А.В. Пропозиция и модальность / А. В. Зеленщиков. – М.: Либроком, 2010. – 22 с.
  18.  Зиндер Л.Р. Общая фонетика. -М.: Высш.школа, 1979. –312с.
  19.  Зобов Р.А., Обухов В.Л. Атрибуты и модусы бытия // Философия и метолодогия познания. – СПб.: Лениздат,  2003. – 138 с.
  20.  Иванова, С. В. Лингвокультурологический аспект исследования языковых единиц : автореф. дис. ... д-ра филол. наук. Уфа, 2003.
  21.  Колшанский Г.В. К вопросу о содержании языковой категории модальности / Г.В. Колшанский // Вестник. – 2012. - №18. – 37 с.
  22.  Лейбниц Г.В. Неизданные заметки Лейбница о душе / изд. и пер. И. И. Ягодинского. – К.: Слово, 1973. – 13 с.
  23.  Маркова Н.А. Прагматические особенности художественного текста // Принципы изучения художественного текста: Сб. науч. тр. Саратов: Изд-во Саратовск. ун-та, 1992.
  24.  Мёдова А.А. Теория модальности/ А.А. Мёдова// LAP Lambert Academic Publishing.- 2011.
  25.  Новейший философский словарь / Сост. А.А. Грицанов. — Мн.: Изд. В.М. Скакун, 1998.
  26.  Панасенко Н.И. Интонационные средства выражения субъективной модальности в английском монологе рассуждении: дисс.к.ф.н. - Киев, 1985
  27.  Солганик Г.Я. Очерки модального синтаксиса : монография / Г.Я. Солганик. — М. : Флинта : Наука, 2010. – 1-10 с.
  28.  Соловьев В.С. Чтения о богочеловечестве./ В.С. Соловьёв. – СПб.: Азбука-классика, 2010. – 151 с.
  29.  Соскина С.Н., Хорольская Е.С. К вопросу о модальности, интенции и интенциональности/ Соскина С.Н., Хорольская Е.С.// Вестник Балтийского федерального университета им И.Канта. – 2009. - №2. – 17 с.
  30.  Стернин, И.А. Коммуникативное поведение в структуре национальной культуры / И.А. Стернин // Этнокультурная специфика языкового сознания. М.: Российская Академия Наук, Институт языкознания, 1996. – 108 с.
  31.  Стратийчук Е. Ю. Персональность как текстообразующая категория художественного текста: на материале русского и английского языков: автореф. дис. ... канд. филол. наук. Ростов н/Д, - 2006. – 11, 13, 20, 26 с.
  32.  Спиноза Б. Избранные сочинения: в 2 т. / Б. Спиноза : пер. с голл. / Б. Спиноза, ред. С.В. Соколов. - М.: Изд-во Госполитиздат. Т.1: Избранные сочинения. - 1957. - 292 с.
  33.  Спиноза Б. Этика/ Б. Спиноза: пер./ Н.А. Иванцов. – М.: Изд-во Мир Книги. – 2007.
  34.  Тер-Минасова С.Г. Язык и межкультурная коммуникация. М.: Слово, 2000. – 624 с.
  35.  Философский словарь: Словарь / сост. В. И. Кондрашев, Д. Г. Чекалов. – М.: Феникс, 1999. – 327 с.
  36.  Хлебникова И. Б. Сослагательное наклонение (как общелингвистическая проблема). Калинин: Калининский ГПИ им. М. И. Калинина, 1971. -  9 с.
  37.  Чернявская Е. А. Оценочность в семантике лексических единиц // Лексическая и грамматическая семантика / Материалы Республиканской Конференции. - Белгород, 1998.
  38.  J. K. Rowling. Harry Potter and the Prisoner of Azkaban. - Publishers Bloomsbury (UK), 1999.
  39.  Kerbrat-Orecchlonl C. L'enonciation: de la subjectivity dans le langage. P., 1980.
  40.  Nowell-Smith 1957 Nowell-Smith P. H. Ethica. - Oxford:Ox.Univ. Press, 1957.
  41.  Sapir E. Grading: A Study in Semantics. Philos. Sci., 1944. Vol. 11. No.2.
  42.  Wright G. H. von. The varieties of goodness. L-. 1963.
  43.  Wright G. H. von. The logic of preference reconsidered. — Theory and Decis., 1972, N 3, p. 140—169.


 

А также другие работы, которые могут Вас заинтересовать

25026. Историческое становление связей с общественностью 42.23 KB
  Под активизацией связей с общественностью он понимал наращивание усилий политических институтов для создания климата доверия в национальном масштабе. Значительную роль в развитии политических связей с общественностью сыграли PRтехнологии президента А. Они появились в Бостоне в 1900 году и в ближайшее десятилетие стали необходимым инструментом для многих сфер бизнеса проводили PRконсультирование в разных областях жизни отрабатывали новейшие PRтехнологии и во многом вытеснили юристов из традиционной сферы лоббирования интересов компаний...
25027. Паблик рилейшнз как социальный феномен 40.75 KB
  Паблик рилейшнз связи с общественностью как социальный феномен решает задачи коммуникативной организации в обществе. Целью работы связей с общественностью становится налаживание позитивных отношений между организацией и ее общественностью. Развитие паблик рилейшнз в России связывают с демократическими преобразованиями проведением политики гласности адекватной необходимостью установления взаимоотношений с общественностью. Ускоренный научнотехнический прогресс информационный бум стали причиной интенсификации различного рода коммуникаций и...
25028. Сферы функционирования связей с общественностью в современном обществе 15.88 KB
  Сферы функционирования связей с общественностью в современном обществе Поле функционирования паблик рилейшнз в современном обществе охватывает практически все виды общественных отношений и основные виды профессиональной деятельности как различных организаций так и отдельных лидеров имидж которых является важнейшим фактором их успеха в социальном взаимодействии. В современной России как и во всем цивилизованном мире связи с общественностью функционируют в различных сферах общественной жизни. Это приводит к снижению бума вокруг политического...
25029. Общественность и общественное мнение как главные объекты PR-деятельности 28.34 KB
  Общественность и общественное мнение как главные объекты PRдеятельности Объектом любой деятельности является та часть окружающей действительности в том числе и социальной которая подвергается целенаправленному воздействию со стороны субъекта с помощью определенных средств. Применительно к паблик рилейшнз ее объектом может быть либо общественное мнение либо общественность. В свою очередь признаками публичности являются: ♦ связь с какойлибо общностью людей в деятельностном аспекте общественное мнение общественные дела и т. Общественное...
25030. Характеристика информационных, имиджевых и корпоративных PR-документов 35.5 KB
  Бэкграундер – справочная информация по теме информация о компании статистика которая может быть использована СМИ при подготовке материалов. Самостоятельный документ направляется в СМИ или входит в состав пресскита; Справочная информация о компании и входит в состав прессрелиза. Бэкграундер содержит информацию о профиле работы компании о ее продуктах услугах успехах о новых направлениях деятельности. Структура бэкграундера: История и этапы развития компании Легенда Современное состояние Спонсорские программы Кризис и выход из...
25031. Виды рабочих мероприятий связей с общественностью: презентация, прием, выставка 23.79 KB
  Обычно все презентации подчиняются логической схеме: Встреча представление гостей и участников со стороны организации. Мини прессконференция – всем представителям организации предоставляется слово для краткого выступления примерно 25 минут. Презентация общественной организации фирмы акционерного общества корпорации и т. Целью такой презентации прежде всего является создание имиджа этой организации.
25032. Формы взаимодействия связей с общественностью со СМИ: пресс-прием, пресс-конференция, пресс-тур 30.09 KB
  Формы взаимодействия связей с общественностью со СМИ: прессприем прессконференция пресстур Существует несколько разновидностей прессмероприятий каждое из которых имеет свои отличительные признаки способы воздействия и границы применения. Прессприем Прессприем – неформальное мероприятие с относительно произвольным сценарием. Может проходить в формате прессланча или прессужина. Прессланч – специальное событие с участием первых лиц компании и ограниченного числа журналистов которые поддерживают постоянные контакты с организацией и...
25033. Управление кризисными ситуациями как функция связей с общественностью 30.35 KB
  Управление кризисными ситуациями как функция связей с общественностью Управление кризисными ситуациями представляет собой многогранный процесс который охватывает и объединяет различные сферы деятельности человека. Но если разразился кризис то становится очевидным что всё протекает не так как виделось ранее и каждый раз совершенно поиному. Кризис как явление настолько многогранен что его изучением занимаются представители различных научных направлений: историки политологи психологи философы экономисты юристы. Более того специально...
25034. Медиа-аспекты стратегии PR-кампании 28.31 KB
  Медиаплан должен быть: достоверным составленным на основе проверенных и тщательно отобранных экономических и статистических данных; самодостаточным подготовленным и использованным по назначению и в нужное время; достаточным содержащим в себе определенное количество информации объясняющей выбор тех или иных СМИ и их приоритетное использование; понятным и доступным для восприятия. Качественно разработанный медиаплан позволяет: разработать последовательный план работы со средствами массовой информации внести необходимые коррективы на...