93829

Роман Ф.М.Достоевского «Униженные и оскорбленные». Традиции и новаторство. Н.А.Добролюбов о романе

Доклад

Литература и библиотековедение

Иван Петрович начинающий бедный петербургский литератор разночинец является одновременно рассказчиком и действующим лицом романа. Рассказ о литературном дебюте Ивана Петровича восторженная оценка его первого романа критиком Б. Хронология романа сбивчива а исторический фон на котором совершаются события условен.

Русский

2015-09-06

21.66 KB

3 чел.

9. Роман Ф.М.Достоевского «Униженные и оскорбленные». Традиции и новаторство. Н.А.Добролюбов о романе.

Впервые опубликовано в журнале "Время" 1861 г. с подзаголовком: "Из записок неудавшегося литератора" и посвящением M. M. Достоевскому.

Повествование в "Униженных и оскорбленных" ведется от первого лица. Иван Петрович - начинающий бедный петербургский литератор, разночинец - является одновременно рассказчиком и действующим лицом романа. Образ этот отчасти носит автобиографический характер. Рассказ о литературном дебюте Ивана Петровича, восторженная оценка его первого романа "критиком Б." (т. е. В. Г. Белинским), взаимоотношения молодого писателя с его "антрепренером" (издателем) - эти и некоторые другие факты восходят к биографии молодого Достоевского.  

В "Униженных и оскорбленных" романист отказался от соблюдения строгого хронологического принципа, характерного для его последующих романов. Хронология романа сбивчива, а исторический фон, на котором совершаются события, условен.

"Униженные и оскорбленные" - первый большой роман Достоевского после каторги. В нем отразилась идейно-художественная эволюция писателя, вынесшего из Сибири убеждение о трагической оторванности передовой русской интеллигенции от "почвы", неверие в революционный путь преобразования русской действительности.

Иван Петрович изображен как литератор школы Белинского и идейный единомышленник критика. Однако тот гуманистический идеал братства, добра и справедливости, которому верен герой, в отличие от идеалов Белинского не носит активного, действенного характера. Отношение героев к литературному первенцу Ивана Петровича как бы служит критерием их нравственной сущности. Гуманистический пафос "Бедных людей" близок Ихменевым, но совершенно чужд Валковскому, способному испытывать к обездоленному "маленькому человеку" лишь чувство высокомерного презрения, свойственного аристократической среде.

Описываемые в романе события происходят в Петербурге. Писатель стремился к точному воспроизведению топографии северной столицы. Антикапиталистическая тема, трактуемая Достоевским с гуманистических позиций, проходит через весь роман.

История Нелли позволила Достоевскому изобразить петербургские трущобы и притоны с их обитателями, жизнь городского социального "дна", где господствуют нищета, болезни, пороки, преступления. "Маленький человек", затерявшийся в этом страшном мире, обречен на нищету, позор, физическую и нравственную гибель. Не менее трагичны судьбы и других героев романа, "униженных и оскорбленных". Гибнут ограбленные и обманутые Валковским мать и дедушка Нелли; несчастья обрушились на семью Ихменевых, разоренную и опозоренную тем же Валковским; разрушились личная жизнь и литературные планы Ивана Петровича.

Всесильное и торжествующее зло представлено в романе князем Валковским, у которого, по меткому замечанию Н. А. Добролюбова, "душа совсем вынута". Валковский - теоретик и практик откровенного, цинического, хищнического эгоизма и индивидуализма. К этой зловещей фигуре тянутся все сюжетные линии романа. Он причина несчастий и страданий "униженных и оскорбленных".

Валковский - новый для писателя тип. Этот герой-идеолог - литературный предшественник более сложных и художественно совершенных героев того же плана - "подпольного парадоксалиста", Раскольникова, Свидригайлова, Ставрогина. Образ Валковского еще не обладает той психологической и философской усложненностью, которая свойственна, например, наиболее ему родственным Свидригайлову и Ставрогину, в душах которых, однако, происходит мучительная борьба между злом и добром.

Образ князя Валковского имеет определенные аналогии в западноевропейских литературах - в произведениях Шодерло де Лакло, маркиза де Сада, Шиллера, Гофмана, Э. Сю, Ф. Сулье, Бальзака. Деньги для Валковского - главный двигатель и вершитель человеческих судеб. Причем князь - гедонист, стремящийся наслаждаться жизнью, к которой он относится потребительски. "Жизнь -- коммерческая сделка, -- утверждает в беседе с Иваном Петровичем Валковский, -- даром не бросайте денег, но, пожалуй, платите за угождение, и вы исполните все свои обязанности к ближнему, -- вот моя нравственность <...> Идеалов я не имею и не хочу иметь <...> В свете можно так весело, так мило прожить и без идеалов...".

Если Валковский принадлежит к "хищному типу", то его сын Алеша относится к числу добрых, но слабых, безвольных людей. Детскость, простодушие, "невинность" придают Алеше своеобразное обаяние и отчасти роднят его с Алешей Карамазовым. В противоположность отцу Алеша не является сознательным носителем зла, однако его бездумный эгоизм, легкомыслие, безответственность в своих поступках объективно содействуют злу.

Рисуя мир "униженных и оскорбленных", Достоевский не идеализирует внутренних возможностей своих героев. Это не только хорошие, благородные, несчастные и страдающие люди, достойные любви и участия. Они в то же время нравственно больны, ущербны, потому что постоянное оскорбление человеческого достоинства не проходит безнаказанно, но калечит душу человека, озлобляет его.

Эгоизм разъединяет, разобщает даже самых близких, дорогих друг другу людей (семья Ихменевых), препятствует их человеческому взаимопониманию и единению. Валковский -- носитель самого страшного - хищнического, цинического, волчьего эгоизма. Алеша Валковский и Катя представляют в романе эгоизм наивный, непосредственный. Наташе присущ эгоизм больной, исключительной, жертвенной любви к недостойному избраннику, делающий ее глухой к страданиям близких людей (родителей, Ивана Петровича). Ей же, как и Нелли, в высшей степени свойствен эгоизм страдания, в котором она гордо и ожесточенно замыкается. Эгоизм страдания характерен также для старика Ихменева и отчасти для Ивана Петровича.

Разумеется, Достоевский понимал, что подобное нравственное единение не уничтожает социального зла, которое в романе торжествует в лице Валковского. В финале романа - трагически разрушенные судьбы его героев. Писатель-гуманист правдиво показал трагически неразрешимые конфликты своей эпохи.

Наиболее обстоятельный и содержательный анализ романа "Униженные и оскорбленные" дан в известной статье Н. А. Добролюбова "Забитые люди", опубликованной в сентябрьской книжке "Современника" за 1861 г.

Добролюбов отнес роман Достоевского к "лучшим литературным явлениям года"  и с сочувствием упомянул о приверженности Достоевского "гуманистическому" направлению 1840-х годов.  

Добролюбов отметил, что в "Униженных и оскорбленных" "очень много живых, хорошо отделанных частностей, герой романа, хоть и метит в мелодраму, но по местам выходит недурен, характер маленькой Нелли обрисован положительно хорошо, очень живо и натурально очеркнут также характер старика Ихменева. Все это дает право роману на внимание публики".

Однако в целом роман не удовлетворил критика, заявившего, что "Униженные и оскорбленные" - "ниже эстетических требований".

К числу художественных неудач романа Добролюбов относит образ главного героя, который, по мнению критика, из "всех униженных и оскорбленных <...> унижен и оскорблен едва ли не более всех". "Действие романа, - замечает критик, - продолжается какой-нибудь месяц, и тут Иван Петрович беспрерывно на побегушках <...> Но вот и все; что именно у него на душе, мы этого не знаем, хотя и видим, что ему нехорошо. Словом, перед нами не страстно влюбленный, до самопожертвования любящий человек <...> перед нами просто автор, неловко взявший известную форму рассказа, не подумав о том, какие она на него налагает обязанности. Оттого тон рассказа решительно фальшивый, сочиненный; и сам рассказчик, который, по сущности  дела, должен бы быть действующим лицом, является нам чем-то вроде наперсника старинных трагедий". Критике подверглись и другие персонажи романа. "Силлогизмы Наташи поразительно верны, как будто она им в семинарии обучалась, - иронизирует Добролюбов. - Психологическая проницательность ее удивительна, постройка речи сделала бы честь любому оратору, даже из древних. Но согласитесь, ведь очень приметно, что Наташа говорит слогом г. Достоевского? И слог этот усвоен большею частию действующих лиц". Критик недоумевает, "как может смрадная козявка, подобная Алеше, внушить к себе любовь подобной девушки".  Достоевский не разъяснил этого. "Сердце героини от нас скрыто, и автор, по-видимому, смыслит в его тайнах не больше нашего".

По мнению критика, Достоевский не сумел также "заглянуть в душу" Валковского. Общий характер замечаний Добролюбова свидетельствует, что он оценивал роман Достоевского прежде всего с позиций поэтики Гоголя и "натуральной школы" 1840--1850-х годов, предусматривавшей социальную мотивировку характеров и поведения героев. Поэтому критик не мог полностью оценить художественного новаторства Достоевского, прокладывавшего путь к идеологическому роману. Название статьи Добролюбова непосредственно связано с его истолкованием идейного содержания романа. Критик относит "униженных и оскорбленных" героев Достоевского к числу "забитых людей", квалифицируя их "забитость" как "отречение от собственной воли, от собственной личности".

Размышляя о положении "забитых, униженных и оскорбленных личностей", которых "у нас много в среднем классе", Добролюбов приходит к выводу, что, несмотря на внешнее примирение со своим положением, "они чувствуют его горечь", "жаждут выхода". "Где этот выход, когда и как - это покажет жизнь".

Критик смотрит с известным оптимизмом на будущее "забитых людей", так как со времени появления "Макара Ивановича с братией" жизнь уже шагнула вперед, и в обществе налицо "общее стремление к восстановлению человеческого достоинства и полноправности во всех и каждом". "Может быть, - заключает Добролюбов, -- здесь уже и открывается выход из горького положения загнанных и забитых, конечно, не их собственными усилиями, но при помощи характеров, менее подвергшихся тяжести подобного положения, убивающего и гнетущего.


 

А также другие работы, которые могут Вас заинтересовать

34797. Истоки средневековой философии. Библейские идеи философского значения 30.5 KB
  Формирование средневековой европейской философии Средневековая философия отдельный отрезок в истории европейской философии который непосредственно связан с христианской религией. Средневековая стадия философии имеет самостоятельное значение для развития философского мышления. Вовторых христианские взгляды заключают в себе оригинальные основания для дальнейшей разработки заимствованных из греческой философии понятий а равно для образования новых понятий которые оказали существенное влияние на последующую философию.
34798. Становление религиозной философии: патристика( тертулиан, Августин). Средневековая схоластика (Абеляр, росцеллин) 36.5 KB
  Центральное направление в развитии патристики этого периода борьба с ересями что связано с обретением христианством статуса государственной религии и официальной формулировкой христианского Никейского символа веры. Заложил основы традиции которая провозгласила несовместимость христианской веры с языческой мудростью. Включает философские системы ряда христианских мыслителей которые основываясь в своих посылках на религиозной догматике пытались посредством применения диалектического метода решить универсальные философские...
34799. Фома Аквинский – систематизатор средневековой схоластики. Соотношение веры и разума. Номиналистическая критика томизма: приоритет воли над разумом 29 KB
  Любая истина происходит от Бога. Дуализм Бога и мира. Только у Бога сущность совпадает с существованием у сотворенных вещей они не совпадают. Бытие Бога.
34800. Возрождение как синтез античности и средневековья. Антропоцентризм и проблема свободы личности 36 KB
  Первым литературным трудом Монтеня был предпринятый по просьбе отца перевод латинского трактата автор которого испанский теолог Раймунд Сабундский искал доказательства истинности католической веры в доводах человеческого естественного разума. Анализу воззрений испанского богослова и изложению собственных важнейших мыслей о религии посвящена Апология Раймунда Сабундского – самое обширное эссе Монтеня; работа над ним началась через семь лет после публикации перевода. Самые ранние из эссе Монтеня относятся к 1572 – году Варфоломеевской ночи и...
34801. Реализация и защита свободы совести и вероисповедания в РФ 432 KB
  Необходимость формирования правового механизма реализации права на свободу совести и вероисповедания связана с реальностью, когда соприкосновение со сферой религии отнюдь не исцеляет души, а ломает судьбы. И государство обязано проследить, чтобы свобода одних не оборачивалась болью для других///
34802. Пантеизм как специфическая черта натурфилософии возрождения. Диалектика ренессанса (Кузанский Бруно) социально-политическая модель Макиавелли 36.5 KB
  прямо не отрицая существования Бога она отождествляла его с природой. Теософия мудрость от Бога. Если учесть что познание от Бога а Бог непознаваем значит Бог предел познания. Бог это предел за которым нет знания но есть вера есть осознание Бога.
34803. Научная революция нового времени. Бэкон о естественной философии. Индуктивный метод. Источники заблуждений. Критика «идолов» 47 KB
  Бэкон о естественной философии. Бэкон Англия; С. В философии этого периода появляются два подхода к понятию субстанция: онтологическое понимание субстанции как предельного основания бытия основоположник Френсис Бэкон 1561 1626; гносеологическое осмысление понятия субстанция его необходимость для научного знания основоположник Джон Локк 16321704. Бэкон; рационализм Р.
34804. Рационализм декарта. Очевидность как критерий истины. Учение о врожденных истинах 44 KB
  С точки зрения Декарта непосредственные чувственные восприятия не подвергнутые анализу и проверке в свете разума могут вводить в заблуждение и не являться сами по себе гарантами достоверного познания. Скепсис Декарта скепсис методологический который должен привести к первичной достоверности. Философия Декарта является защитой не Божественного разума а нашего собственного земного человеческого.
34805. Учение о субстанции спинозы и Лейбница. Рационализм и проблема свободы 26 KB
  Субстанция одна она есть причина самой себя. Эта единая субстанция не нуждается ни в чем другом для того чтобы существовать. Природа творящая есть Бог единая субстанция. Субстанция обладает двумя главными атрибутами свойствами: 1 мышлением; 2 протяжением распространенностью Посредством этих свойств человеческий ум воспринимает субстанцию в ее конкретности.