97176

Зависимое поведение: причины, механизмы, пути преодоления

Книга

Психология и эзотерика

В работе поднимаются вопросы не только воздействия на взрослых имеющих зависимость но и профилактику возможности психолого-педагогического сопровождения детей от дошкольного до подросткового возраста. В данной части работы представлены результаты исследований подтверждающие формирование личностных дисгармоний детей приводящих к аддиктивному поведению у взрослых.

Русский

2015-10-14

944.5 KB

2 чел.

Бурыкина Марина Юрьевна

Сазонов Сергей Николаевич

Зависимое поведение:

причины, механизмы, пути преодоления

Брянск   2008

ББК 88.8

Б 92

Бурыкина М.Ю. Сазонов С.Н. / Зависимое поведение. Причины, механизмы, пути преодоления / Под общ. ред. М.Ю. Бурыкиной. - Брянск: Курсив, 2008. – с. 205

   ISBN 5-89592-058-6

Рецензенты: кандидат педагогических наук, доцент Малькина О.В.,

кандидат психологических наук, доцент Кезикова И.З..

В монографии представлены результаты теоретического и практического поиска  рассмотрения проблемы зависимого поведения. Авторы представляют  основные этиологические, функциональные,  коррекционно-просветительские позиции  в процессе решения проблемы. В работе поднимаются вопросы не только воздействия на взрослых, имеющих зависимость, но и профилактику, возможности психолого-педагогического  сопровождения детей от дошкольного до подросткового  возраста.

Материалы предназначены для широкого круга читателей:  преподавателей,  педагогов, психологов, аспирантов, студентов, родителей.

К сожалению, объём сайта ограничен и из текста монографии пришлось удалить  почти все графики, схемы, таблицы и фотографии. Для желающих приобрести монографию, можно заказать её по известным телефонам, факсу и электронному адресу, получить по почте или в Фонде.

 ©  Издательство «Курсив», 2008

 ©  Бурыкина М.Ю., Сазонов С.Н.

                                          

Введение

Актуальность данного исследования обусловлена социально-экономическими и политическими преобразованиями в обществе, которые отразились на росте, доступности потребления алкогольной и табачной продукции не только взрослым населением, но и детьми. Недостаточное внимание к данной проблеме со стороны государства привело к серьезным нарушениям поведения и разрушениям  детской психики.

Исследователи обеспокоены снижением возраста и увеличением количества вовлеченных подростков в процесс наркотизации. Но мало исследований посвящено определению возрастного начала формирования аддиктивного поведения. Продолжая традиции отечественной психологической школы Л.С. Выготского, А.Н. Леонтьева, Д.Б. Эльконина, мы попытались  обосновать   этиологические, функциональные, поведенческие  механизмы  дисгармонического развития личности, начиная с дошкольного возраста, приводящие к аддиктивному поведению в подростковом возрасте и закреплению их в поведенческих паттернов у взрослых.

Целью нашего исследования является теоретическое и эмпирическое изучение личностных потребностей и их деформации, приводящей к аддиктивному поведению, определение возможных путей его преодоления.

Для достижения поставленной цели   определены следующие задачи.

1. Провести теоретический анализ проблемы деформации процесса и результата развития возрастных потребностей как основы  формирования алкогольной и никотиновой зависимости.

2. Изучить основные механизмы формирования аддиктивного поведения, начиная с дошкольного и, концентрируясь на подростковом возрастах.

3. Обобщить опыт использования метода гортоновики Г.А. Шичко, как проверенного временем и имеющим позитивные результаты преодоления алкогольной и никотиновой зависимости у взрослых.

Монография состоит из четырех глав. Все содержание связано возрастным аспектом рассмотрения проблемы. В работе показана преемственность возрастных этапов формирования алкогольной и никотиновой зависимостей.

В первой главе рассматриваются возрастные особенности формирования зависимого поведения. В центре внимания стоят личностные потребности, их сущность, выделяются условия их развития.

Во второй  главе  внимание читателя обращается на последствия своевременного неудовлетворения возрастных потребностей и тем самым вскрываются первопричины возможной зависимого поведения. Таковыми являются депривация, нарушение полоролевой идентификации, как следствие ограничения самовыражения – психологические защиты.  В данной части работы представлены результаты исследований, подтверждающие формирование личностных дисгармоний детей, приводящих к  аддиктивному поведению у взрослых.

В третьей главе приводится описание личностных дисгармоний подростков с признаками социально-психологической дезадаптации как показателе зависимого поведения. Здесь анализируются теоретические положения и предлагаются результаты исследований личностных особенностей подростков с никотиновой и компьютерной зависимостями.

В четвертой главе представлен уникальный опыт использования метода гортоновики Г.А. Шичко, апробированный  в течение десятков лет. Как показала практика, этот способ преодоления алкогольной и никотиновой зависимостей может быть использован не только в психолого-педагогическом просвещении взрослых, но уже в младшем школьном возрасте.

Авторами глав являются: главы 1, 2, 3 – Бурыкина М.Ю., глава 4 - Сазонов С.Н.

Глава 1.  Роль потребностей в формировании поведения

человека

1. 1. Понятие «потребности», их сущность

Проблема потребности интересовала многих  зарубежных и отечественных исследователей. В нашей работе мы остановимся на подходах отечественных психологов, которые в большей степени рассматривают потребности с психологических позиций.

Фундаментальным вкладом в теорию потребностей явились труды Л.С. Выготского, А.Н. Леонтьева, вслед за ними Л.И. Божович и др. Для  раскрытия понятия потребности воспользуемся их характеристикой  В.П.Зинченко, Б.Г.Мещерякова, А.В. Петровского, М.Г. Ярошевского, обобщивших с позиций деятельностной теории А.Н. Леонтьева основные положения.  Потребности как внутренние сущностные силы организма побуждают его к осуществлению качественно определенных форм активности (деятельности), необходимых для сохранения и развития индивида. В своих первичных биологических формах потребность выступает как нужда, испытываемая организмом в чем-то, находящемся вне его и необходимом для его жизнедеятельности. [7]

По определению В.И. Слободчикова и Е.И. Исаева потребность – это состояние человека, выражающее его зависимость от материальных и духовных предметов и условий существования, находящихся вне индивида.[10]

Потребности представляют тот фундамент, на котором строится все поведение и вся психическая деятельность человека. Потребности — источник активности живых существ в окружающем, внешнем мире. Их динамика, преобразование и определяют направление развития живых организмов. Потребность — это та нужда, которую время от времени испытывает организм и которую он стремится устранить через поведение. [5]

Физиологический подход к проблеме  обоснован И.П. Павловым, который внутреннюю активность  организма  определил одной из главных детерминант поведения. Им вводится новое понятие — «рефлекс цели» как «стремление к обладанию определенным раздражающим предметом, понимая и обладание, и предмет в широком смысле слова» [5]. Им выделены следующие особенности  рефлекса цели: 1) стремление к объекту, — завершающееся «захватыванием» его, ведет к развитию успокоения и равнодушия; 2) для рефлекса цели характерна периодичность появления. Вводя понятие о рефлексе цели, И.П.Павлов подчеркивал значение активности как внутренней детерминанты поведения. Эти взгляды не противоречили развиваемой им рефлекторной теории поведения, делающей основной упор на зависимости поведения от внешних детерминант — воздействий внешних стимулов, т.е. на реактивности живой системы.

Активность поведения обусловлена наличием потребностей. Актуализация любой потребности побуждает организм действовать в направлении достижения, овладения предметом, способным удовлетворить данную потребность. Усиление потребности — причина любого целенаправленного поведения человека. Актуализация любой потребности связана с возникновением определенных изменений во внутренней среде организма. Известно, что появление потребности в пище наиболее часто возникает за счет нехватки глюкозы («калориевый голод»). Высвобожденная глюкоза с током крови поступает к мышцам и внутренним органам.  Однако, если недостаток глюкозы в крови не удается скомпенсировать за счет внутренних резервов организма, то возникает пищевое поведение, поиск пищи. [5]

Отклонения во внутренней среде, которые компенсируются с помощью гомеостатического механизма управления, не могут быть названы биологической потребностью. То есть биологическая потребность — это не любая физиологическая нужда организма, а только та, которая достигает определенной пороговой величины и которую организм устраняет через поведение. Так, говорят о насущных биологических потребностях в устойчивой температуре, в различных питательных веществах, воде, имея в виду, что их изменения могут выходить за пределы некоторых уровней. За каждой потребностью закрепляется тот или другой способ ее удовлетворения [3]. Потребность предполагает существование предметов, удовлетворяющих ее. Для человека предметы, удовлетворяющие его потребности, это, прежде всего продукты его производственной деятельности и культуры.

Процесс культурно-исторического развития человека привел к возникновению многочисленного множества вторичных по своему происхождению производных потребностей, что главным образом связано с появлением новых предметов их удовлетворения. Так, на базе биологической потребности поддержания температурного комфорта возникла потребность в одежде, которая в свою очередь сформировала потребность в создании соответствующей технологии по ее производству. Согласно А.Н.Леонтьеву, потребности развиваются через развитие объектов их удовлетворения. При появлении в среде новых объектов (например, новых видов пищи) и исчезновения прежних, потребности продолжают удовлетворяться, приобретая при этом новое конкретно-предметное содержание. Производство предоставляет потребностям новые предметы для их удовлетворения. Этим оно изменяет и создает новые потребности.

1.2. Виды потребностей человека

Виды потребностей можно классифицировать по характеру деятельности: субстанциональные, жизненная значимость которых определяется формой взаимодействия с предметом (пищевая, познавательная); функциональные, побуждающие  к деятельности, главным моментом которой является сам процесс (реакреационная, игровая).

По происхождению потребности классифицируются на биогеные, психогенные, социогенные;   по субъекту – на индивидуальные, групповые, общественные, общечеловеческие; по объекту – материальные и духовные, по функции потребности физического и социального существования, потребности сохранения и потребности развития. В.П.Зинченко, Б.Г.Мещеряков отмечают, что многие потребности трудно однозначно классифицировать по этим основаниям, особенно потребности, сочетающие в себе черты материальных и духовных или эстетических и познавательных потребностей. [7]

Маклаков А.Г., разделяя потребности на две группы: биологические (органические) и социальные,- характеризует их следующим образом.  Биологические – потребность в пище, воде, кислороде и др. Социальные – потребность в контактах с себе подобными, потребность во внешних впечатлениях, познавательные потребности.

Данилова Н.Н., Крылова А.Л. выделяют три группы исходных, первичных потребностей: витальные (биологические), социальные и идеальные потребности познания и творчества. Биологические потребности направлены на сохранение целостности индивида (витальная функция). Они определяют пищевое, оборонительное поведение и т.д. У человека нет чисто биологических потребностей, так как их удовлетворение всегда опосредовано влиянием социальной среды. [5]

Социальные потребности человека (для себя, для других) включают стремление человека принадлежать к определенной социальной группе и занимать в ней определенное место в соответствии с субъективным представлением субъекта о иерархии данной группы. Среди социальных потребностей особо должна быть выделена потребность человека следовать поведенческим, нравственным, эстетическим нормам, принятым в том обществе, к которому он принадлежит. Без этой социальной потребности существование социальных сообществ было бы невозможно.

Социальные потребности, возникая в общении, формируются независимо от витальных. Первые признаки социализации ребенка (его положительная реакция на общение со взрослым — появление улыбки, движений) возникают в результате удовлетворения потребности в привязанности. При этом ребенок обычно привязывается к тому человеку, который с ним больше общается, и даже в том случае, если его кормит другой. Важным является то, что потребности человека формируются в онтогенезе1 на основе врожденных предпосылок, создающих возможности тех или иных взаимодействий с миром, и необходимости в тех или иных формах активности, определяемой биологической и социальной программами жизнедеятельности. Влияние среды определяется ключевыми переживаниями ребенка. Переживание с точки зрения Л.И. Божович, представляет собой связь влияний внешних обстоятельств и внутренних потребностей. Переживание показывает, чем среда в данный момент является для данной личности, т.е. оно представляет собой своеобразную проекцию социальной ситуации развития. По мнению  К.Н. Поливановой и Т.Д. Марцинковской «переживание и социальная ситуация развития суть синонимы». [2;8]

К идеальным потребностям человека относится потребность познания окружающего мира и своего места в нем, познание смысла и назначения своего существования [9]. Ее основу составляет потребность в новой информации, которая обнаруживает себя в ориентировочно-исследовательском поведении. Идеальные потребности создают основу для саморазвития индивида.

Выделяют две группы детерминант ориентировочно-исследовательского поведения. С одной стороны, это дефицит активации в организме, который побуждает к поиску стимулов, которые способны его активировать. Этим свойством обладают стимулы, характеризующиеся новизной, сложностью, изменением, неопределенностью, двусмысленностью. Д.Берлайн обозначает этот вид поведения, направленный на поиск стимуляции, как разнонаправленное исследование. С другой стороны, исследовательская деятельность побуждается недостатком, неопределенностью полученной информации. Человек с трудом переносит неопределенность, загадочность, и для устранения этого состояния, по-видимому, существует особая форма ориентировочно-исследовательской деятельности в виде направленной любознательности. Ее цель — получить недостающие, уточняющие сведения и тем самым снизить неопределенность.

Содержание сенсорно-обеднённой среды усиливает потребность в сенсорной стимуляции и вызывает разносторонне направленное ориентировочно-исследовательское поведение. Усиление сенсорного воздействия может вызвать пресыщение стимуляцией и, как следствие, поведение, направленное на ограничение, защиту организма от активирующих воздействий. Для побуждения ориентировочно-исследовательского поведения, направленного на поиски недостающей информации, существует оптимум информационной неопределенности. В ситуации с большой неопределенностью, так же как и малой, ориентировочно-исследовательское поведение не развивается.

А.Н. Леонтьев выделяет высшие потребности, которые отражают связи с социальными общностями разных уровней, а также условия существования и развития самих социальных систем. Социальность человеческих потребностей  проявляется в их содержании, происхождении  и в способах реализации (удовлетворения). Потребности формируются в процессе освоения  социальной действительности, становлении его личности. Общественные потребности присваиваются индивидами в процессе социализации, вхождения в мир общественных отношений, овладения материальной и духовной культурой человечества.

Говоря о развитии высших потребностей, А.Н.Леонтьев отмечает, что у человека открывается новая возможность: формирование потребностей вообще «отвязывается» от «потребностных состояний организма». Таковы высшие человеческие потребности, которые возникают за счет сдвига потребности на содержание деятельности. Это — функциональные потребности, которые, однако, отличны от биологических функциональных потребностей, таких, как потребность во сне или тратах мышечной силы. К новым типам потребностей — «предметно-функциональным» — относятся потребность в труде, художественном творчестве и т.д.

В каждой из трех выделенных групп потребностей (витальных, социальных и идеальных) П.В.Симонов [9] предлагает различать потребности сохранения и развития. Дифференцирующим признаком является их отношение к общественно-исторической норме удовлетворения. Потребности сохранения удовлетворяются в пределах норм, потребности развития превышают их. Так, идеальная потребность сохранения удовлетворяется овладением достигнутого к настоящему моменту уровня знания, потребность развития побуждает стремиться к непознанному, ранее никому не изведанному.

Субъективно потребности переживаются в форме эмоционально окрашенных желаний, влечений, стремлений, а успешность их реализации – в форме оценочных эмоций. Сами потребности при этом могут не осознаваться. Актуальные потребности организуют также течение познавательных процессов, повышая готовность, субъекта к восприятию релевантной им информации.

1. 3. Развитие психических потребностей и их связь

с мотивацией поведения

 Возникая в младенчестве и раннем детстве, потребности сохраняются на всю жизнь, постоянно развиваясь. О.Н. Усанова и др. вслед за А.Н. Леонтьевым считают, что в своем развитии потребности проходят два этапа. Первый этап – это период до первой встречи с предметом, который удовлетворяет потребность. На этом этапе потребность скрыта для субъекта, «не расшифрована». Человек испытывает чувство напряжения, но при этом не отдает  себе отчета в том, чем это состояние вызвано. В поведении в этот период выражено беспокойство или поиск чего-либо. В ходе поисковой деятельности происходит встреча потребности с ее предметом, которой и завершается первый этап «жизни» потребности. Второй этап - после этой встречи. Процесс «узнавания» потребностью своего предмета получил название опредмечивания потребности. В акте опредмечивания рождается мотив2.  Именно через мотив потребность получает свою конкретизацию, становится понятной субъекту. Вслед за опредмечиванием потребности и появлением мотива поведение человека резко меняется. Если ранее оно было не направленным, то с появлением мотива оно получает свое направление. [11]

Мотивации соответствует появлению определенных переживаний. Так возникает чувство жажды, которое мы испытываем, не напившись воды, или чувство голода, когда давно не ели.  С физиологических позиций К.В.Судаков рассматривает  мотивацию как особый комплекс возбуждений, который толкает человека к поиску специфических раздражителей внешней среды, удовлетворяющих эту потребность. Сходное определение мотивации предлагает Б.И.Котляр. Это «эмоционально окрашенное состояние, возникающее на основе определенной потребности и формирующее поведение, направленное на удовлетворение этой потребности» [5].

Психофизиологический подход связан с пониманием мотивации как некоторого начального толчка (побуждения), который всегда переходит в поведение, характеризующееся наличием определенной цели. И мотивация в этом случае становится синонимом целенаправленного поведения. Цель — главное звено в мотивации. Поэтому П.В.Симонов определяет мотивацию через механизм формирования цели. «Мотивация — это физиологический механизм активирования хранящихся в памяти следов (энграмм) тех внешних объектов, которые способны удовлетворить имеющуюся у организма потребность, и тех действий, которые способны привести к ее удовлетворению» [9].

Выделяют две фазы мотивации: 1) фазу детекиии специфического состояния, выражающего появление определенного дефицита во внутренней среде, т.е. возникновение потребности, и 2) фазу запуска и реализации специализированного целенаправленного поведения в отношении тех внешних объектов, которые способны удовлетворить данную потребность. Первая фаза инициирует вторую.

Мотивационное возбуждение, которое реализуется в поведении, получило название доминирующей мотивации. По этим свойствам мотивационное возбуждение тождественно явлению доминанты А.А. Ухтомского. В каждый данный момент времени деятельность определяется доминирующей в плане выживания и адаптации мотивацией. После завершения одного мотивирующего поведения завладевает следующая ведущая по социальной и биологической значимости  мотивация. Ведущая мотивация подчиняет все остальные.

В разработанной Д. В. Колосовым концепции потребностного поведения понятие “мотивация”, по существу, не используется, вместо него автор использует, с нашей точки зрения не очень удачно, понятие “мотивационное поле”, функцией которого является в конечном итоге формирование мотива и удовлетворение потребностей индивида [5]. Мотивационное поле, как пишет автор, это функциональный орган головного мозга, задачами которого являются упорядочение потребностей и выбор оптимального способа достижения состояния удовлетворения как конечной цели поведенческих реакций.

Формирование побуждения, направленного на удовлетворение потребностей, проходит, по Д. В. Колосову, ряд последовательных стадий (зон). Потребностное возбуждение сначала попадает в зону потребностных эталонов, затем в зону представительства потребностей, в зону обработки потребностного возбуждения и зону формирования программы действий и на конечном этапе в зону (центры) подкрепления.

В зоне потребностных эталонов расположены ядра потребностей и модели потребного результата. Последние имеют устойчивую (в подлинном смысле слова эталонную) часть и часть динамичную, развивающуюся в ходе развития потребностей.

В зоне представительства потребностей накапливается потребностное возбуждение от ядер всех потребностей. Функцией этой зоны является, во-первых, “переключение” чрезмерно накопившегося возбуждения одной потребности на другую, получившую доступ к исполнительной системе. Как считает автор, это чрезмерное удовлетворение одной потребности за счет другой. Речь скорее должна идти о неадекватном способе разрядки возникшего потребностного напряжения (“выпускание пара”, без удовлетворения самой потребности) и о переключении на другую деятельность, чтобы “вытеснить” неудовлетворение, разочарование от предыдущей. Во-вторых, функцией зоны представительства является задержка потребностного возбуждения для его последующей обработки в следующей зоне, так как последняя не должна “захлебываться” от чрезмерности поступающего в нее возбуждения.

В зоне обработки потребностного возбуждения происходит конвергенция потоков информации: потребностного возбуждения, поступающего из зоны представительства потребностей; возбуждения, несущего информацию о возможных предметах удовлетворения потребностей, возбуждения, несущего информацию об условиях, сопутствующих успеху (на основании предыдущего опыта). В данной зоне, пишет Д. В. Колосов, потребностное возбуждение дважды конкретизируется, т. е. привязывается к реальности, согласуется с ней по предмету и по способу его достижения. Эта конкретизация, по мнению автора, и есть процесс формирования мотива, а то, что в результате получается, является собственно мотивом.

В четвертой зоне мотивационного поля зоне формирования программы действий мотив трансформируется в исполнительную активность, в которую он входит в качестве компонента. Когда программа действий полностью сформирована, но непосредственного импульса к началу соответствующей деятельности нет, то данное состояние, пишет автор, есть побуждение к деятельности. Пусковая афферентация, сформировавшийся “пусковой” мотив  переводят его в актуальную деятельность.

Пятая зона мотивационного поля центры подкрепления взаимодействует с тремя предыдущими, подкрепляя (усиливая или ослабляя) происходящие в них процессы. [5]

Потребности проявляются в поведении человека, влияя на выбор мотивов, которые определяют направленность поведения в каждой конкретной ситуации. Потребности человека представляют собой динамическую иерархию, ведущее положение в которой занимает то одна, то другая потребность, в зависимости от реализации одних и актуализации других потребностей.

Совокупность действий, вызванных мотивом (или мотивами) составляют особенную деятельность. Мотивы порождают действия путем формирования цели (см.рис.1).

Свое представление о нормах общественной жизни человек формирует на основе потребности следовать тем или другим эталонам поведения. При этом важная роль в усвоении ребенком норм поведения принадлежит его стремлению имитировать поведение взрослого. Особенно ярко эта потребность выражена в раннем детстве. Поэтому в формировании этических, идеологических, нравственных принципов ребенка огромная роль принадлежит личному примеру. Ребенок стремится подражать взрослым и тем самым практически усваивает принципы, которыми они руководствуются, а не те правила поведения, которые стараются привить ему, обращаясь к его сознанию. Особенно пагубно для воспитания молодого человека расхождение личного примера и декларации высоконравственных норм поведения, что ведет к формированию цинизма, заниженных духовных потребностей.

          

Рис.1. Психологическое строение индивидуальной деятельности (по А.Н. Леонтьеву)

Особое значение для обучения, как отмечают Данилова Н.Н. Крылова А.Л., имеет стремление человека к компетентности, его потребность в вооруженности. Только на базе этой потребности формируется высокий уровень профессионализма, точность и совершенство исполнения, мастерство. Удовлетворение этой потребности порождает радость по поводу своего умения, мастерства. В школе радость познания, узнавания нового должна постоянно дополняться радостью уметь и мочь. Это делает учение интересным и успешным. Удовлетворение потребности в компетентности положительно влияет на формирование характера человека. Высокий уровень компетентности человека делает его спокойным, уверенным, самостоятельным, независимым. Недостаточная компетентность часто ставит человека в зависимость от других, усиливает индивидуальную тревожность, вызывает завистливое отношение к успехам других и т.п. Удовлетворение и развитие этой потребности имеет высокую социальную ценность, начиная с  раннего детства. Многие черты поведения закладываются именно в этот период.

1. 4. Условия развития психических потребностей

Теоретические положения учения Л.С. Выготского, А.Н. Леонтьева, Д.Б. Эльконина объясняют возникновение, развитие у ребенка мотивационно-потребностной сферы личности, тем самым, освоение орудия и средства культуры. Выделим условия, при которых могут в полной мере реализоваться потребности ребенка. [4;6]

1.    Деятельность. Деятельность возникает в ответ на потребность, которая оказывается зависимой от  окружающих людей, владеющих в той или иной степенью общественно-историческим опытом.

Деятельность – активное взаимодействие с окружающей действительностью, в ходе которого человек выступает как субъект, целенаправленно воздействующий на объект и удовлетворяющий таким образом свои потребности.  В процессе деятельности происходит совершенствование психических процессов, обогащение форм познания окружающей действительности, усвоение общественного опыта. Изменение деятельности ребенка приводит к развитию его психики, что, в свою очередь, создает предпосылки для дальнейшего формирования деятельности.

Виды детской деятельности:

- предметная (овладение действиями с предметами, использование по их функциональному назначению способом, закрепленным за ними в человеческом опыте);

- игровая (символическая деятельность, как отображение деятельности взрослых, отношений между людьми опосредованно предметами—заместителями, речевыми замещениями, воображаемым предметом);

-  продуктивная деятельность (конструктивная и изобразительная деятельности),

-  элементы трудовой деятельности (овладение навыками самообслуживания, посильным бытовым трудом);

- познавательная деятельность, направленная на получение и добывание информации об окружающем мире.

Обязательным условием формирования потребности в той или иной деятельности является опыт этой деятельности, которая на ранних этапах развития осуществляется совместно со взрослым и может выступать как средство реализации других потребностей. С точки зрения В.Вундта   непосредственный опыт человека представлен в его сознании, т.е. состоянии сознания, связях и отношениях между этими состояниями, законах, которым они подчиняются. [10]. Если специфика детского развития состоит в том, что оно подчиняется действию общественно-исторических законов, и осуществляется путем присвоения исторически выработанных форм и способов деятельности (в процессе обучения), то морфо-физиологические особенности мозга и общение приводятся в движение деятельностью субъекта.  

2.  Ведущая деятельность. Деятельность не остается одной и  той же на протяжении детского развития, а сменяется новыми видами. Идея Л.С. Выготского о ведущем типе деятельности, углублена и разработана   А.Н. Леонтьевым и Б.Д. Элькониным в связи с представлениями о реальной и идеальной формах социальной ситуации развития.  

Ведущая деятельность  – деятельность, выполнение которой определяет возникновение и формирование основных психологических новообразований человека на данной ступени развития его личности. Внутри ведущей деятельности происходит подготовка, возникновение и дифференциация других видов деятельности.

Благодаря работам А.Н. Леонтьева ведущая деятельность рассматривается как показатель психологического возраста ребенка. Смена ведущих типов деятельности подготавливается длительно и связана с возникновением новых потребностей (мотивов), которые формируются внутри ведущей деятельности, предшествующей данной стадии развития, и которые побуждают ребенка к изменению положения, занимаемого им в системе отношений с другими людьми. По мнению В.В. Давыдова, развитие психики происходит одновременно с развитием самой деятельности. [6]

В процессе онтогенетического развития в психике ребенка возникают качественно новые образования. Они, указывает    Л.И. Божович, как целостный «механизм» определяют поведение и деятельность человека, его взаимоотношения с людьми, его отношение к окружающему и к самому себе. Реализуется потребность и, как результат,  формируется новообразование. Это нарушает гармонию между ребенком и окружающей средой. Возникает новая потребность, а возможности для их удовлетворения еще не сформировались, в итоге возникает противоречие «потребность-возможность». В этом заключается специфика развития.

3. Взаимоотношения с окружающими на фоне сотрудничества со сверстниками, которые,  пронизывая весь ход развития, становятся достоянием ребенка.

4.     Обучение. Тезис Л.С. Выготского «обучение тащит за собой развитие» необходимо рассматривать как еще одно уточняющее условие формирования потребностей ребенка. Обучение создает зону ближайшего развития, приводя у ребенка в движение внутренние процессы развития, которые формируются сначала в совместной деятельности и в сотрудничестве с другими людьми и постепенно становятся внутренними процессами субъекта. Гончарова Е.Л.  отмечает, что сегодня многие говорят о кризисе посредничества институтов, образовательных систем. Условиями развития  ребенка являются не только его морфофизиологические особенности мозга и организма, но и посредничество, благодаря которому ясно указывает Смирнова Е.О., возможно приобщение к человеческой культуре равное передаче способов деятельности плюс передаче смысла предметного мира.

Л.Ф. Обухова, сравнивая два понятия обучение и деятельность, отмечает, что между этими понятия есть существенное различие. Термин «обучение»  несет смысл внешнего принуждения, понятие «деятельность» подчеркивает связь самого субъекта с предметами окружающего мира. По словам Д.Б.Эльконина введение понятия «деятельность» проблему развития обращает на субъекта. В конце 30х годов психологи А.Н. Леонтьев, А.В. Запорожец, П.И. Зинченко, П.Я. Гальперин, Л.И. Божович и др. показали, что в основе развития обобщений лежит не общение языкового типа, а непосредственная практическая деятельность.  Обухова Л.Ф. считает, что процесс развития – это самодвижение субъекта благодаря  не только его деятельности с предметами, а наследственности и среды – как условиям развития.

1.5.   Адекватное заполнение взрослым возрастных  

сензитивных периодов ребенка как условие удовлетворения психических потребностей

Возраст - объективная, исторически изменчивая, хронологически и символически фиксированная стадия развития индивида в онтогенезе.  Для каждого возраста определяются нормативы развития (психофизиологические, мыслительные, эмоциональные, личностностные и т.д.). Развивая идеи Л.С. Выготского, Д.Б. Эльконин предложил рассматривать каждый психологический возраст на основе следующих критериев, которые Л.Ф. Обухова характеризует в тесной их взаимосвязи.

1. Социальная ситуация развития.

2. Основной, или ведущий тип деятельности ребенка в этот период. При этом необходимо рассматривать не только вид деятельности, но и структуру деятельности в соответствующем возрасте и анализировать, почему именно этот тип деятельности ведущий.

3. Основные новообразования развития. Важно показать, как новые достижения в развитии перерастают социальную ситуацию и ведут к ее "взрыву" — кризису.

4. Кризис. Кризисы — переломные точки на кривой детского развития, отделяющие один возраст от другого.

Различают стабильные периоды   и кризисы  возрастного развития. Стабильные периоды характеризуются сензитивными, благоприятными, условиями для удовлетворения основных психических потребностей и формирования на их основе центральных новообразований.

Так, для ребенка младенческого возраста (0-1г.) ведущей деятельностью является эмоционально-личностное общение, в которой удовлетворяются потребности в   выражении эмоциональных реакций в ответ на эмоциональные стимулы взрослых. Результат- аффективные реакции (радость, страх, гнев, удивление) как центральное новообразование. Дефицит эмоциональных стимулов приводит к эмоциональной (материнской) депривации.

Ранний возраст (1-3г) характеризуется стремлением ребенка овладеть свойствами и назначением окружающих предметов в процессе важной для него предметно-орудийной деятельности. Результат - появление новообразования «Я сам»,  указывающий взрослому, что ребенок может самостоятельно использовать предметы и дифференцировать их по разным сенсорным признакам (цвету, форме, величине, пространственным, временным отношениям, фактуре  объекта: гладкий-шероховатый, холодный-теплый и т.д.). Дефицит самостоятельных действий с сенсорными раздражителями, равно как и избыток нефункциональных, но ярких предметов, приводит к сенсорной депривации.

Дошкольный возраст (3-7л.) отличается интересом  к сверстнику и взрослому. Значимый взрослый -  источник информации об окружающем миру, он может удовлетворять познавательные потребности ребенка. В три года – ребенок - «чточка» ищет ответы на вопросы об окружающих предметах, а в пять лет - «почемучка», которого волнуют причинно-следственные связи явлений.

Сверстник – партнер по игровому взаимодействию. Интерес к сверстнику, по точному выражению М.И. Лисиной, как «зеркалу» общения глубокий, длительный. Удовлетворение потребности в личностных контактах со сверстниками возможно в игровой деятельности, в частности, в сюжетно-ролевой игре, где у ребенка есть возможность почувствовать себя взрослым и попробовать отразить проблемы этого отдаленного для него будущего. Результат- эмпатия и соподчинение мотивов, которые так важны в процессе освоения будущей ведущей учебной деятельности младшего школьного возраста. Дефицит информации о мире, преподносимая взрослым, приводит к когнитивной депривации. Недостаток игрового взаимодействия со сверстниками формирует социальную депривацию.

В дошкольный период у детей выражается потребность и в двигательной активности, ее дефицит приведет к физической депривации. Бедный опыт общения как со взрослыми, так и сверстниками обеспечит культуральный дефицит.

Так, в дошкольном возрасте вследствие своевременного ненаполнение сензитивных периодов происходит закладка искаженного, неосвоенного социального опыта, что в начальной школе проявится в виде дезадаптации к школьной жизни.

Понятие критического периода введено по аналогии с периодом наилучшего проявления импринтинга Л.С. Выготским. Особенности влияния внешней среды, состояние организма в критический период откладывают неизгладимый след на всю дальнейшую судьбу индивида. При смене стабильных  периодов развития  происходит целостное изменение личности. По Выготскому Л.С. возрастной кризис обусловлен возникновением основных новообразований предшествующего стабильного периода, которые приводят к разрушению  одной социальной ситуации развития и возникновению другой, адекватной новому облику ребенка.  Зинченко В.П., Мещеряков Б.Г.  механизм смены социальных ситуаций относят к психологическому содержанию возрастных кризисов.

Л.Ф. Обухова, Мухина В.С., Фельдштейн Д.С., Смирнова Е.О., и др. вслед за  Л.С. Выготским, А.Н. Леонтьевым, Д. Б. Элькониным, учитывая закон периодичности в детском развитии,  объясняют содержание кризисов развития следующим образом:  3 года, 11-12 лет (подростковый), 16-17 лет (юношеский) — кризисы отношений, вслед за ними возникает ориентация в человеческих отношениях; кризис новорожденности (до 1 мес.), 1 год, 7 лет — кризисы мировоззрения и мировосприятия, которые открывают ориентацию в мире вещей и собственных ощущений. Процессы перехода на новую возрастную ступень связаны с разрешением противоречий между сложившимися формами взаимоотношений с окружающими людьми и новыми потребностями, возникшими  на основе возросших физических и психических возможностей. Существуют  кризисы более зрелого возраста, при этом  личностный дисбаланс «компенсируется» часто «расслабляющими» средствами.

Л.С. Выготский, Д.Б. Эльконин выделили поведенческие критерии возрастных кризисов: трудновоспитуемость, упрямство, негативизм, конфликтность, эмансипация от взрослого. Но в кризисе есть не только негативная (деструктивная) сторона, но и позитивная (конструктивная). Выраженное негативное поведение в отношении «старой» социальной ситуации обеспечивает полноту готовности действовать в новой социальной ситуации развития. Негативные поведенческие  проявления обостряются в случае игнорирования взрослыми новых потребностей ребенка в сфере общения и деятельности. Кризис проходит сглажено если взрослые понимают   содержание возрастного сензитивного периода3 и соответствующих ему потребностей.

Литература

Бадалян Л.О. Невропатология.- М., 2003.

  1.  Божович Л.И. Личность и ее формирование в детском возрасте. \М., 1968.
  2.  Вилюнас В.К. Психологические механизмы биологической мотивации.-М., 1986.
  3.  Выготский Л.С. Проблема возраста. Собр. Соч. -Т.4.- М., 1984.
  4.  Данилова Н.Н., Крылова А.Л. Физиология высшей нервной деятельности-М., 1997.
  5.  Обухова Л.Ф. Детская психология: теория, факты, проблемы.-М., 1995
  6.  Психологический словарь/ Под ред. В.П. Зинченко, Б.Г. Мещерякова.- м., 2006.
  7.  Психология развития/ Под ред. Т.Д. Марцинковской.- м., 2001.
  8.  Симонов П.В. Мотивированный мозг.-М., 1987.
  9.  Слободчиков В.И., Исаев Е.И. Психология человека.- М., 1995.
  10.  Усанова О.Н. Специальная психология. – СПб, 2006.

Глава 2. Последствия своевременного неудовлетворения

возрастных потребностей

2. 1. Возрастные особенности реагирования детей в ответ на  неудовлетворение потребностей

Несмотря на то, что каждая функциональная система нашей психики  работает как единое целое, мозг развивается неравномерно. Л.О. Бадалян  ясно показывает на примере двигательных рефлексов у  новорожденного, что появление новых форм реагирования сопровождается угасанием, редукцией первичных автоматизмов, и появление, обновление «устаревших» форм реагирования, мешающих образованию новых, более сложных. Необходима специальная помощь взрослого, чтобы «сдвинуть» процесс с прежней точки.[3] И здесь решающую роль играет обучение (вспоминаем Л.С. Выготского).

Если прежнее поведение «не угасает», уступая новым формам регуляции поведения, то данные примитивные функции начинают препятствовать, тормозить появление новых функций. Далее формируется целая цепочка несоответствующих возрасту поведенческих инфантильных реакций. В итоге искажается вся схема психического развития, при котором страдает как личностная его сторона, так, часто, и интеллектуальная

В ответ на несвоевременное удовлетворение потребности дети реагируют страхами, агрессией, конфликтами, у детей формируются психологические защиты от негативных состояний, с которыми сам ребенок справиться не может. В результате мы имеем дезадаптацию и депривацию, которые тормозят появление новых форм  реагирования и закрепляют поведенческие инфантильные реакция, а кризисы становятся затяжными и благоприятными для формирования зависимого поведения.

Таблица 1

Возрастные симптомы психического реагирования у детей в ответ на  негативные воздействия (по В.В. Лебединскому)

Возраст

Возрастные симптомы

 0-3 года

(Сомато-вегетативный

уровень)

Судорожные состояния, возникают в результате повышенной судорожной готовности детского мозга.

Нарушения сознания (оглушение, снижение ориентировки в окружающем, тревога, страх).

Сомато-вегетативные нарушения (сна, аппетита, работы кишечника и др.).

Страхи как универсальная  защитная реакция.

Негативизм, агрессия (кризис 2-3 лет)

Депрессия, преимущественно в условиях сепарации с матерью.

Недоразвитие отдельных психических функций: координированных движений, моторики, речи, навыков опрятности и т.д.

3-6 (7) лет

(Психо-моторный

уровень)

Двигательные расстройства: заикание, тики, навязчивые движения, гиперкинезы. (На этот возрастной период приходится пик созревания лобно-моторных систем).

Гипердинамический синдром: двигательное беспокойство, расторможенность, недостаточная целенаправленность, импульсивность.

Реакции протеста. Негативизм. Страхи. Патологические фантазии.

Младший школьный

возраст

(Аффективный

уровень)

У мальчиков – явления возбудимости, двигательной расторможенности, агрессии.

У девочек – астенические проявления: сниженное настроение, плаксивость.

Страхи (часто связаны со школьной дезадаптацией). Трудности обучения.

  

В.В. Лебединский выделяет возрастные симптомы, отражающие дисгармонические, искаженные фазы развития, которые могут обладать определенной клинической спецификой. Например, страхи в дошкольном возрасте являются возрастным симптомом и присущи здоровому ребенку. В патологии детского возраста страхи занимают одно из ведущим мест и приобретают сверхценный характер при неврозах. Фантазии являются неотъемлемой частью психической жизни нормального ребенка дошкольного возраста. В патологических случаях они принимают вычурный, нелепый, стереотипный, гиперкомпенсаторный характер. (Таблица 1).

Выделение уровней нервно-психического реагирования и последовательности  их смены в онтогенезе относительно условно, так как отдельные проявления нервно-психического реагирования не только сменяют и отодвигают друг друга, но на разных этапах сосуществуют в новых качествах, формируя новые типы клинико-психологической структуры нарушения. Так, например, роль сомато-вегетативных нарушений велика не только на уровне 0-3 года, когда идет интенсивное формирование данной системы, но и в подростковом возрасте, когда эта система претерпевает массивные изменения. Психомоторные расстройства могут занимать большое место в дизонтогенезе4 самого раннего возраста (нарушения развития статических и координационных моторных функций) и в подростковом. [21]  

Нарушения развития аффективной сферы  может  наблюдаться во всех возрастах. В раннем  - связаны с эмоциональной депривацией, приводящие к различной степени задержки психического развития. В возрасте 3-7 лет большое место занимают такие аффективные расстройства как страхи.

Ряд искаженных новообразований подросткового возраста (основной уровень которых квалифицируется в рамках идеаторно-эмоционального») связан  с растормаживанием влечений, в основе которых лежит дисфункция эндокринно-вегетативной системы.

2.2. Депривация как результат своевременного

неудовлетворения  психических потребностей

 Сегодня в практике социально-психологической службы часто применяется  профессиональный термин «психическая депривация» Концепция  психической депривации до сих пор не завершена и не является устойчивой. Сам термин «психическая депривация» достаточно разнороден. Нашей задачей  является определение основных позиций и взглядов на проблему психической депривации.

Впервые упоминание о негативных последствиях нарушенных отношений с матерью были  обоснованы в теории объектных отношений — одной из наиболее авторитетных школ в современном психоанализе. Ее основатели — Р.Фейербейн, Д.Винникот, М.Клайн, М.Балинт [6], а также их наиболее известные современные последователи М.Малер и О.Кернберг. Центральным для нормального психического развития ребенка сторонники теории объектных отношений считают не удовлетворение инстинктов и влечений, а установление удовлетворительных отношений с ближайшим окружением.

Американская интерперсональная психоаналитическая школа, берущая начало от работ Г.Салливена,  надежные и эмоционально удовлетворительные отношения в детстве определяет базой нормального психического развития. Соответственно, различные формы психической патологии связываются с неудовлетворительными интерперсональными отношениями, как на ранних, так и на более поздних этапах развития.

А. Фрейд, Р.Спитц., Д.В. Уиникотта, Д. Бенджамин, работая в приютах и детских домах, наблюдая за детьми, надолго разлученными с родителями, заложили основы теории привязанности, впоследствии интегрированной с теорией депривации. Авторы характеризуют сущность депривации, которая, с их точки зрения, заключается в недостаточно образованной или насильственно прерванной связи ребенка с объектом его инстинктивных тенденций, прежде всего в нарушенной связи с матерью. Дж. Боулби и М.Эйсворт, непосредственные создатели и разработчики теории привязанности  [35], рассматривают потребность в привязанности как биологическую врожденную потребность, обосновывая это положение опытами с приматами. Последние показали, что детеныши, лишенные общения с матерью или замещающим объектом, даже при наличии хорошего ухода заболевают и оказываются на краю гибели. Одно из центральных понятий теории привязанности – понятие рабочей модели, на основе которой происходит взаимодействие ребенка с миром. Рабочая модель включает модель себя и близкого человека (Я – другой), при этом восприятие себя определяется тем, как меня воспринимает объект привязанности. Глубинная память сохраняет образы и образцы поведения с близкими людьми, которые постоянно повторяются в ситуациях взаимодействия с другими людьми. [20]

Если теория привязанности развивалась на почве психоаналитического направления, то на теорию депривации значительное влияние оказало когнитивно-бихевиоральное направление в психологии. В соответствии с основными законами теории научения Б.Скиннера эффективность научения определяется степенью дифференцированности и временной близости стимуляции, следующей за тем или иным поведением. Бедная и однообразная обратная связь ведёт к пассивности, так как способствует формированию представления о мире как неконтролируемом, а о себе как не способном влиять на собственную жизнь. Строго регламентированная жизнь в сиротских учреждениях, монотонная и мало дифференцированная стимуляция, с неизбежностью способствует формированию экстернального локуса контроля (Д. Роттер) и низкой личностной эффективности (А. Бандура) [15]. Интернальный локус контроля и позитивное представление о своей личностной эффективности являются важнейшими факторами успешной адаптации и психического здоровья.

Из числа работ направления оперантного (инструментального) обусловливания, выделяется  своей разработанностью теория Д.Л. Гевирца. Автор усматривает сущность депривации в недостатке контакта между социально желательными реакциями и подкрепляющими стимулами. Так, например, недостаток живых  улыбок у грудных детей из детских учреждений можно объяснить тем, что их спонтанные улыбки не подкрепляются и поэтому «угасают». Гевирц Д.Л. такой случай называет «привацией». Число подкрепляющих стимулов, настолько мало, что оно недостаточно для образования основных навыков. При «привациях» отсутствуют не все функциональные стимулы вообще, а лишь социальные стимулы. Подобный ребенок «закаляется». Он реагирует соответствующим образом на обычные стимулы вещественный среды, но не на стимулы, исходящие от людей и отличающиеся для остальных детей особым положительным значением. В последствии ребенок не реагирует с достаточной  готовностью на социальную действительность и превращается в замкнутого ребенка.

В случае «депривации», под которой Гевирц понимает ситуации, где социальные и другие стимулы нормальной среды сначала предоставлялись ребенку в достаточной мере и в соответствующих соотношениях, так, что они приобрели для него важное значение, однако позднее были внезапно отняты. В последствие могут появиться совершенно несоответствующие эмоциональные реакции. [15].

В отличие от этой позиции Д.С. Брунер предполагает, что при депривации поражается  более «высокий» вид «когнитивного» учения. Депривированным детям  недостает условий для развития эффективных средств мышления для решения проблемы и для действенного контакта со средой: не развиваются «модели среды» и «стратегия действий».

Заслуживают внимания взгляды Гофф Х.Г., О.Г. Брим. Социальное развитие ребенка происходит не только посредством учения отдельным видам деятельности и не ограничивается лишь связью «ребенок-мать». Если в  социальной структуре ребенка отсутствует какой-либо компонент, определяющий социальную роль (например, если в семье  отсутствует отец, мать, братья и сестры или если отсутствует общение со сверстниками), то  индивид лишается опыта взаимодействия с другими людьми. Депривация в данном понимании расценивается как дефект в учении социальным ролям. Последствием является – неполная социализация: депривированный ребенок плохо подготовлен для выполнения ряда ролей. Он часто будет не оправдывать себя в браке как отец или мать, в дружбе, в сотрудничестве с другими людьми.

Й. Лангмайер и З. Матейчик [20], разработавшие концептуальный аппарат теории депривации, определяют депривацию как недостаточное удовлетворение (в течение длительного времени и в серьезной степени) основных психических потребностей. Под ними они подразумевают потребности ребенка в богатой разнообразными стимулами сенсорной среде, в дифференцированной и относительно постоянной структуре внешних стимулов.

К  «основным» (жизненными) потребностям авторы относят: 1) потребность в определенном количестве, изменчивости и виде (модальности) стимулов; 2) потребность в основных условиях для действенного учения; 3) потребность в первичных общественных связях (особенно с материнским лицом), обеспечивающих возможность действенной основной интеграции личности: 4) потребность общественной самореализации, предоставляющей возможность овладения раздельными общественными ролями и ценностными целями.  Жизненные потребности можно оценивать лишь в соотношении с индивидуальностью ребенка и в соотношении с обществом, в котором он проживает, с его традициями и нравственными нормами.

Наличие какой-либо потребности проявляется сначала в виде определенной готовности организма и при ее «активации» общим ненаправленным беспокойством или напряжением. Если найдется цель, обещающая сама по себе удовлетворить потребность или служить средством для достижения конечной цели, то напряжение направляется к данной цели, действия организма теряют свою рассредоточенность и обретают направленность. Если организм достигает конечной цели, то потребность насыщается и снова возникает равновесие. Если же удовлетворение потребностей является постоянно недостаточным, то происходит «изголодание» организма и равновесие устанавливается на более низком уровне.

Жизненная ситуация ребенка, где отсутствует возможность удовлетворения важных психических потребностей – это депривационная ситуация.  Различные дети, подвергаемые одной и той же «депривационной ситуации», будут вести себя по-разному и вынесут из этого различные последствия, так как они вносят в нее раздельные предпосылки своей психической конституцией и имеющимся развитием своей личности.

Если ребенок ранее подвергался депривационной ситуации, то в каждую подобную ситуацию ребенок будет ныне вступать с несколько видоизмененной, более чувствительной, или, напротив, более «закаленной» психической структурой. Так формируется депривационный опыт, считают Й. Лангмайер и З. Матейчик.

Российская научная теория психической депривации имеет значительное сходство с интерперсональными теориями в отведении центральной роли в развитии взаимодействия взрослого с ребенком [34]. Депривация рассматривается как нарушение или несформированность у ребёнка человеческой потребности в общении [27].

Согласно культурно-исторической концепции Л.С.Выготского развитие происходит в процессе интериоризации культурно-исторического опыта и социальных отношений. Взрослый выступает для ребенка в качестве носителя этого опыта и важнейшего источника развития. Это способствует формированию у него потребности в привязанности к заботящемуся о нем взрослому.   Задержки развития являются результатом депривации общения и контактов с внешним миром.

Братусь Б.С. считает способность к любви и привязанности основой нормального психического развития. Если развитие этой способности по каким-то причинам блокируется, то возникают различные личностные девиации. Психически депривированный ребенок, вырастает, нередко, в гигиенически образцовой среде, с первоклассным уходом и надзором, однако его умственное и, в особенности, эмоциональное развитие бывает серьезно нарушено. [2].

Традиционно выделяют несколько видов депривации (о природе которых говорилось в 1.5):

- стимульная (сенсорная): пониженное количество сенсорных стимулов или их ограниченная изменчивость и модальность;

- значений (когнитивная): слишком изменчивая, хаотичная структура внешнего мира без четкого упорядочения и смысла, которая не дает возможности понимать, предвосхищать и регулировать происходящее извне;

- эмоционального отношения (эмоциональная или материнская): недостаточная возможность для установления интимного эмоционального отношения к какому-либо лицу или разрыв подобной эмоциональной связи, если таковая уже была создана;

- идентичности (социальная): ограниченная возможность для усвоения автономной социальной роли [20];

- культуральная – недостаточное развитие культурно-нравственных знаний и умений.[21];

- двигательная – неудовлетворение потребности в движении, ограничение или отсутствие разнообразия движений, ограничение пространства;

- материальная – не удовлетворения элементарных материальных потребностей. [38].

Боулби говорит о частичной депривации там, где не произошло прямой разлуки матери с ребенком, однако их отношения по какой-либо причине обеднены и неудовлетворительны. Для обозначения данной ситуации Праг и Харлоу используют понятия «скрытая» или «маскированная» депривация и делают различие, помимо этого между нарушенным и между недостаточным отношением матери к ребенку [7]. Частичная, парциальная психическая депривация приводит к неглубоким отрицательным проявлениям в психическом и психофизическом состоянии, отличающиеся неравномерностью и мозаичностью (затронуты не все, а определенные сферы развития ребенка). Полная,  общая психическая депривация отличается грубой диспропорцией всех сторон личностного и психофизиологического состояния ребенка

При анализе основных причин, определяющих неблагополучие в психическом развитии детей, воспитывающихся в закрытых детских учреждениях, по мнению Ядвиршис Л.А, возможна следующая их классификация:

  • неправильное общение взрослых с детьми;
  • частая сменяемость взрослых, воспитывающих детей;
  • недостаточная работа по развертыванию игры, особенно в дошкольных детских домах;
  • бедность конкретно-чувственного опыта детей, проистекающая из чрезвычайной суженности окружающей.среды, малого числа и однообразия предметов, игрушек, вещей, принадлежащих детям;
  • недостаточная психолого-педагогическая подготовленность воспитателей детских домов, их безучастное и равнодушное отношение к детям;

- недифференцированный подход к детям в обучении и воспитании, не компенсирующий дефектов их развития, вызванных отсутствием  семьи.  [38] 

Эти негативные явления усиливают эффект отсутствия семьи у детей, усугубляя тем самым положение депривированных детей, усложняя коррекционную работу с ними.

Остановимся на механизмах депривации. Наиболее полно они описаны Й. Лангмайер и З. Матейчик. Под механизмами депривации подразумевается тот процесс, который вызывается недостатком в удовлетворении основных психических потребностей ребенка и который характерным способом видоизменяет структуру развивающейся детской личности.

1. Фрустрация как «невозможность (блокирование) удовлетворения активированной потребности из-за какого-либо препятствия или обструкции» (Саймондс), далее как «состояние напряжения, зависящее от блокирования пути к цели» (Мерфи), или такая ситуация, когда «организм встречается с более или менее непреодолимым препятствием или обструкцией на пути к удовлетворению какой-либо жизненной потребности» (Розенцвейг). В самом широком смысле слова «фрустрация» охватывает,  депривационные ситуации, при которых сужается или отсутствует возможность удовлетворения потребности в течение длительного периода. Пример Матейчика З: фрустрация происходит, если у ребенка отнимают его любимую игрушку и ему предоставляется возможность играть с чем-либо, что ему нравится меньше.  Депривация же возникает, если ребенку вообще не предоставляется возможность играть [23].

2. Конфликт как  особый тип фрустрации, где препятствие, не позволяющее удовлетворить активированную потребность, существует в форме другого, противонаправленного побуждения.

3. Запущенность как последствия внешних неблагоприятных влияний воспитания. Запущенность сама по себе  не нарушает непосредственно его психического здоровья, но является благоприятным условием умственного и, в особенности, эмоционального недоразвития. В результате неблагоприятных условий воздействия взрослых или отсутствие таковых могут возникать нарушения поведения и развития вследствие как недостатка, так и перегрузки стимулами, снабжение искаженными стимулами, пресыщение интересов и т. п. [28].

     4. Органические поражения, нарушения и отклонения, которые прямо или опосредствованно воздействуют на поведение ребенка, становясь причиной его сдвигов.

     5. Дезадаптация. Приспособительные возможности организма этой группы детей снижены как по состоянию общего, так и психического здоровья. [19].

6. Снижение толерантности. «Искривление» личностного развития и снижение функциональной активности организма не могут не отразиться на адаптационном механизме организма детей, снижая или разрушая потенциал его составляющих, в частности, толерантных возможностей.

7. Нарушение идентификации. По мнению Радиной Н.К., идентификации возникают в процессе включенности в контакты, особенно эмоционально насыщенные. Невключенность, формальность и эмоциональная бедность контактов взрослых с детьми препятствуют образованию идентификаций. Интересен тот факт, что если идентификации и возникают, то исключительно как «отрицательные», т.е. обособления, что также свидетельствует о негативном эмоциональном фоне контактов взрослых и детей. [30].

В своей совокупности, отмечает Кондратьев М.Ю.,  особенности депривированных детей представляют профиль иррегулярного развития. Иррегулярность развития – незрелость личностного развития и психофизиологической деятельности организма в результате его недостаточной возрастной сформированности в условиях обедненного воспитательного и социального воздействий (вследствие сенсорного, эмоционального, информационного дефицита, скудности ухода и социальных контактов). В этих случаях под угрозой оказываются процессы контроля результативности поведения и корректировки состояния организма, а в итоге программирование жизнедеятельности.

Проявления иррегулярности развития у депривированных детей и подростков спектрально разнообразны. Обухова Л.Ф.  отмечает, что при многолетнем наблюдении за детьми, с младенчества росшими в разных воспитательных учреждениях, стали различать несколько типов временных душевных детских страданий. У одних это проявляется просто в том, что они снижают свои притязания к восприятию импульсов. Они апатичны, пассивны, поглощены однообразной игрой – и отстают в душевном развитии. У других детей с более живым темпераментом, в ситуации «ухудшения» притязания повышаются. Они настойчиво добиваются своего права на любовь, они вынуждают проявить к ним внимание, делают всё назло, они агрессивны и не добры к другим детям, поскольку видят в них конкурентов в борьбе за благосклонность взрослых. Они привыкают к наказаниям, которые сыпятся на них как «из рога изобилия».  

Основные проявления депривации (по данным Кондратьева М.Ю.).

1. На ранних ступенях онтогенеза наблюдается замедление и дезорганизация развития психических процессов и процесса становления ориентировочно - исследовательского поведения, снижение познавательных интересов коммуникативно-познавательной активности, затруднение в понимании и предвосхищении событий, недостаточность интеллектуального развития. Особенно заметно запаздывание развития речи, его синтаксической и лексической сторон, эмоционального отношения к речевому высказыванию.

2. Деформированность самосознания, личностные «искривления» и отсутствие базового доверия к людям, несформированность произвольных форм поведения.

3. Снижение коммуникативной активности и трудности в установлении контактов с широким социумом, нарушение процесса социального и профессионального самоопределения.

4. Неравномерность и ослабленность процесса психофизического развития, снижение функциональной активности организма вследствие недостаточной сформированности адаптационного механизма, что может привести к истощению внутренних резервов организма, а в конечном итоге – к дезадаптации в школе и обществе, развитию различного рода психосоматических заболеваний.

5. Соматическая ослабленность и хронические болезни.

6. Снижение толерантного потенциала как составляющего адаптационного механизма.

7. Психофизический инфантилизм. [19].

Депривированное развитие, отличающееся определенной спецификой этиопатогенеза и феноменологических проявлений, необходимо рассматривать в ряду основных психологических синдромов: недоразвитие, асинхронное развитие и поврежденное развитие. Основным критерием депривированного развития следует считать иррегулярность или атипичность развития – сочетание иррегулярного развития с другими проявлениями психического дизонтогенеза. Дополнительными критериями выступают трудности социально-психологической адаптации, а также проживание ребенка вне воспитывающей семьи или в обстановке семейного неблагополучия [8].

Дети, находящиеся в условиях депривации имеют специфику личностных особенностей. Речь идет о высокой тревожности,  эмоциональной устойчивости, раздражительности, негативизме, агрессивности, враждебности, подозрительности, которые в сочетании с неблагоприятными социальными факторами могут провоцировать развитие девиантного поведения.

Основным критерием депривированного развития следует считать иррегулярность или атипичность развития – сочетание иррегулярного развития с другими проявлениями психического дизонтогенеза. Дополнительными критериями выступают трудности социально-психологической адаптации, а также проживание детей вне воспитывающей семьи или в обстановке семейного неблагополучия [2;19].

Степень личностной деформации при депривации во многом зависит от изменения ядра личности-самооценки. Самооценка включает в себя два компонента: когнитивный компонент (т.е. образ Я) или аффективный (самопринятие). Принятие себя, по определению С.Л.Братченко и М.Р.Мироновой [6], означает признание себя и безусловную любовь к себе такому, каков я есть, отношение к себе как личности, достойной уважения, способной к самостоятельному выбору, веру в себя и свои возможности, доверие собственной природе, организму. По мнению Д.А.Леонтьева [30], самопринятие является частью более широкого понятия – самоотношения. Наиболее поверхностным проявлением самоотношения выступает самооценка – общее положительное или отрицательное отношение к себе. М.Л. Раусте фон Врихт [10] в лонгитюдном исследовании демонстрирует, что от 11 до 18 лет отношение к образу "Я" мало изменяются с возрастом и почти не зависят от характера социального окружения.

Изучению самопринятия посвящено достаточно много работ Н.К.Радиной [30], изучающей самопринятие детей в условиях детского дома. Исследователь отмечает, что самопринятие детей закрытых учреждений  значительно ниже самопринятия детей, воспитывающихся в семье. А также существует возрастная динамика самопринятия, т.е. повышение показателей самопринятия к подростковому возрасту в закрытых детских учреждениях, что не характерно для самопринятия детей из семьи, вследствие ригидности ситуации развития в детском доме, обусловливающей «стандартизацию» и «клиширование» развития в условиях психической депривации. Возрастная динамика самопринятия связана с трансформацией ценностно-смысловой сферы в подростковом возрасте.

В условиях детского дома самопринятие тесно связано с наличием эмоциональной включенности в контакты со значимыми людьми. Позитивное самопринятие соответствует выраженным идентификациям со значимыми взрослыми — как реальными, так и идеальными. Существует связь между развитием самопринятия и процессами переработки психотравмирующего опыта. Остро переживаемое чувство горя утраты семьи (родителей) затрудняет возможность установления близких отношений с другими людьми (блокирует процесс идентификации), что, в свою очередь, препятствует развитию позитивного самопринятия.

Социализация воспитанников детского дома обеспечивается значительным уровнем сформированности социальных навыков. Формирование социальных навыков происходит при одновременном снижении психической депривации в широком смысле — культуральной и социальной депривации. Планирование формирования социальных навыков у воспитанников детского дома есть одна из главных задач педагогического процесса. Уменьшение фактора депривации не столько способствует возможностям роста позитивного самопринятия, сколько нейтрализует «негативное самопринятие», отторжение собственной личности.

«Искривления» личностного развития и снижение функциональной активности организма не могут не отразиться на адаптационном механизме организма подростков, снижая или разрушая потенциал его составляющих, в частности, толерантных возможностей.

Депривированные дети и подростки не «больные» в собственном смысле этого слова и не относятся к категории лиц с дефектами в развитии, однако они более  чувствительны к воздействиям окружающей среды. Учебные и иные нагрузки, посильные другим школьникам при существующей организации воспитания и обучения, для них часто трудны и связаны с умственным и физическим перенапряжением. Приспособительные возможности организма этой группы детей снижены  и приводят к социально – психологической дезадаптации в обществе.[7].

Нас интересовало, есть ли особенности самооценки (включая самопринятие) и адаптации подростков с признаками депривации, находящихся какое-то время в социальном приюте и при этом имеющих родителей.

Наше исследование было проведено  при активном участии психолога Елсуковой М.В. в МСУСО «Социальный приют для детей и подростков «Забота», средней общеобразовательной школе № 25 и специальной (коррекционной) школе VIII вида №44  г. Брянска,  в котором принимали участие дети в возрасте от 10 до 15 лет с нормальным и сниженным интеллектом.

Выборка детей состоит из четырех групп:  38 детей социального приюта(25 детей - с нормальным интеллектом и 13- с легкой умственной отсталостью), и равноценное количество подростков из семей: 25 учащихся общеобразовательной школы и 13 специальной коррекционной школы VIII вида.

Для исследования были выбраны следующие методы:

1.   Биографический метод.

2.   Карта наблюдения  Д. Стотта.

3.  Методика измерения системы самооценок (КИСС)  Е.Т. Соколовой и Е.О. Федотовой.

4. Техника репертуарных решеток, электронный вариант «Келли - 98».

Остановимся на результатах нашего исследования.

Биографический метод мы использовали для выявления детей с депривационным опытом, проживающих в социальном приюте. Родители в этих семьях злоупотребляют спиртными напитками, часто не ночуют дома. Дети не редко остаются одни в неблагоприятных санитарных условиях и без пищи. Воспитанием некоторых из таких детей занимаются бабушки и дедушки, которые не справляются с   ними. Подростки предоставлены сами себе, они начинают бродяжничать, попадают в зависимость от компьютерных игр, часто употребляют спиртные напитки и токсические вещества, пропускают школьные занятия.

В сравнительную группу вошли дети, родители которых не злоупотребляют спиртными напитками, добросовестно занимаются воспитанием своих детей, создают достаточно благоприятную, обогащенную среду для психического и физического развития  ребёнка.

Карта наблюдения Д. Стотта была использована нами для определения степени дезадаптации у испытуемых с депривационным опытом и без признаков такового. Карта предлагалась трем педагогам независимо друг от друга. Взрослый  на специальном бланке отмечает различные виды  реагирования  детей из 198 фрагментов фиксированных форм поведения.

К данным признакам можно отнести следующие обобщенные характеристики:

1. Недоверие к окружающему миру, негативизм по отношению к людям;

2. Эмоциональная холодность к переживаниям других людей, неумение сопереживать;

3. Психофизический инфантилизм;

4. Дезадаптивность в окружающем мире и неумение устанавливать контакты.

Большое число зачеркнутых фрагментов поведения у ребенка дает возможность сделать вывод о серьезных нарушениях в развитии его личности  и поведения, а также определить те синдромы, которые в первую очередь выделяют эти нарушения. При обработке данных учитывались результаты, превышающие 20%. Такой показатель говорит о наличие у детей соответствующей характеристики. Показатель от 20 до 40% сигнализирует о среднем уровне выраженности качества, 40 – 60 % - высоком уровне, 60 – 80% очень высоком показателе выраженности качества. Показатель от 80% указывает на качество, которое  переросло само в себя и является  своеобразным «стержнем» личности.

Полученные данные показали (см. диаграмму 1), что у детей с нормальным умственным развитием, проживающих в социальном приюте, на фоне ослабленности отмечается недоверие ко всему новому, неприятие взрослых и выраженная асоциальность. У умственно отсталых детей, как живущих в социальном приюте, так и живущих в семье, практически все показатели имеют  высокие значения, особо выделяется – «тревожность по отношению ко взрослым».  Вместе с тем, у  детей с умственной отсталостью, живущих в семье, мало выражена асоциальность и конфликтность с детьми, а  недоверие к новому и тревога по отношению к сверстникам  достигла стержневого значения.

Эти данные подтверждают наличие у детей не только дезадаптации, но и депривационного опыта, что соответствуют выделенным выше характеристикам. У детей с нормальным интеллектом, живущих в семье, хотя и отмечается недоверие взрослым и сверстникам, прислушивание к себе, эмоциональное напряжение, но  показатели дезадаптации не превышают среднего барьера (до 40%).

Методика измерения системы самооценок (КИСС)  разработана  Соколовой Е.Т.  и Федотовой Е.О. Стимульный материал методики представляет собой 10 карточек с различными схематическими изображениями человеческого лица, но без изображения рта (по мнению автора, в рисунке линии рта могут давать систематический сдвиг в восприятии лица по определенным параметрам). В качестве процедуры используется ранжирование изображения лиц по девяти параметрам, задаваемым экспериментатором. Испытуемому предлагается, ознакомившись предварительно с десятью карточками (количество, большее объема кратковременной памяти, но достаточно небольшое, чтобы испытуемый не мог «потеряться в материале»), разложить их в ряд по степени убывания «приятности». Перемешав карточки, экспериментатор предлагает испытуемому разложить их по параметрам «ум», «доброта», «решительность», «здоровье»,  «красивый», «похожесть на себя», «нравится», «уверенность в себе», «счастливый». После чего испытуемый  раскладывает карточки по «похожести на себя».  Примечание: для умственно отсталых школьников комментировались такие понятия, как решительность, уверенность.

Обработка результатов происходит в несколько этапов. По формуле ранговой корреляции   Спирмена   

;

- разница между параметрами;

-  число предъявлений

подсчитывается коэффициент корреляции между шкалами.

Остановимся на результатах  методики косвенного измерения системы самооценок (КИСС). Для того чтобы установить уровни самооценки, самопринятия, мы воспользовались теорией двадцатипроцентного края. Согласно этой теории, мы разбили возможные показатели, от 0 до 1, по данной методике на интервалы: 0 до 0,2 – низкий уровень  самопринятия, 0,2 – 0,8 – средний уровень, 0,8 – 1 – высокий уровень самопринятия. Исходя из полученных данных, следует, что общая самооценка детей, находящихся в социальном приюте, соответствует высокому уровню. Результаты же детей, воспитывающихся дома, соответствуют среднему уровню, от 0,59 до 0,79.

Показатели по самопринятию умственно отсталых детей, воспитывающихся дома, находятся в рамках от 0,81 до 0,93, что так же, как у  детей с опытом депривации, является высоким показателем.     Относительно частных самооценок были получены результаты, показанные на диаграмме 2.

Полученные данные позволяют сказать, что дети, живущие в социальном приюте и умственно отсталые дети, живущие в семье, показали низкие результаты по  параметру доброта. Эту характеристику дети ставят на последнее место. Эмоциональная холодность по отношению к другим людям вытекает из условий воспитания этих детей. Частое отсутствие материнского внимания и ласки, не дают возможности развиться такому качеству как эмпатия. Это подтверждают полученные результаты при анализе ответов детей без депривационного опыта с нормальным интеллектом, проживающих в семье. Параметр «доброта», наряду с другими показателями, в оценке самого себя у этих детей находится на высоком уровне.

Представления по параметру «ум» у детей с депривационным опытом схожи с параметром «доброта». В ценностях у депривированных подростков без умственной отсталости параметр «ум» занимает одно из последних мест.  Дети с отставанием в умственном развитии, проживающих как в приюте, как и в семье,  «ум» ставят на  пятое - седьмое места. Но дети, проживающие в социальном приюте, очень высоко оценивают себя по параметрам: «решительность», «уверенность в себе».  

Следует обратить внимание на категорию детей с умственной отсталостью, проживающих в семье. Полученные сходные показатели по частным самооценкам у детей, проживающих в социальном приюте, приводят к мысли, что эти дети также находятся в условиях депривации. Но  этот вид депривации не является материнской, (которую мы взяли во внимание для выборки детей, находящихся в социальном приюте), а сенсорной и когнитивной. В соответствии с этим мы предполагаем, что не только материнская депривация может повлиять на формирование самооценки и самопринятия, но и другие её виды.

Техника репертуарных решёток  использована также для изучения самооценки, самоотношения, самопринятия. Данный метод, называемый репертуарным матричным тестированием, или, по современной терминологии, техникой репертуарных решеток (ТРР), представляет собой операциональную реализацию индивидуально ориентированного подхода к субъективному шкалированию. Возникновение ТРР связано с именем Дж. Келли, с созданной им теорией индивидуальных конструктов.

ТТР не ставит целью сравнение оценок и реакций человека с нормированными групповыми данными (что, конечно, не исключается), но стремится реконструировать индивидуально определенную систему смысловых расчленений, противопоставлений и обобщений, лежащую в основе субъективных оценок, отношений и предсказаний. Репертуарные решетки направлены не на получение информации об объектах шкалирования, что, конечно возможно, а на получение информации о самом человеке, заполняющем решетку.

Для получения самооценки сравниваются посредством ранговой корреляции две величины, входящие с систему Я – концепции, Я – реальное и Я – идеальное. Причём, для определения самооценки обращается внимание на такие конструкты как «целеустремлённость», «ответственность», «усердность», «заинтересованность», «уравновешенность», «раскрепощенность», «независимость», «доброта». По приведенным параметрам испытуемым предлагалось оценить себя и некоторых людей, которых выбирали дети самостоятельно. На первом этапе исследования по методу предлагалось оценить персонажей относительно друг друга, затем необходимо оценить выраженность той или иной характеристики у каждого персонажа относительно «Я – реального», «Я – идеального» и «Я – детского».    

При проведении этой техники мы столкнулись с тем, что детям, проживающим в социальном приюте и умственно отсталым детям из семьи, было очень тяжело определить соотношение психологических характеристик  выбранных персонажей. Приходилось многие понятия пояснять, давать им определение.

Результаты оценивания себя по определённым конструктам имеют следующие характеристики. В описании детьми с нормальным и сниженным интеллектом, проживающими в социальном приюте», показатель «доброта» получил самые низкие значения по «Я – реальному» от – 0,01 до 0,36, в то время как по «Я – идеальному» расположен в рамках от 0,04 – 0,8. Из этих общих результатов следует, что депривированные подростки желают видеть себя более «добрыми».

В ходе нашего исследования нами установлено, что материнская депривация может повлечь за собой другие виды депривации. По результатам биографического метода, дети, до помещения   в социальный приют, часто были предоставлены сами себе. Они обладают недостаточными для возраста знаниями об окружающем мире, у них плохо сформированы гигиенические навыки. Из этого можно предположить, что не только лишение материнской ласки и заботы может повлиять на формирование представления детей и подростков о самих себе, в частности на самопринятие, но и недостаточно обогащенная стимулами среда, либо ограниченность получение информации об окружающей среде.  

Общая самооценка и самопринятие детей с депривационным опытом неадекватно выше (данные по методикам КИСС и ТРР), чем у детей с нормальным интеллектом, проживающих в семье. При этом существует обратно пропорциональная связь с адаптацией к среде (данные по карте Д.Стотта). Нами обнаружена связь у детей с нормальным интеллектом, проживающими в социальном приюте: неадекватно завышенная самооценка  связана с высокими показателями дезадаптации и выраженного депривационного опыта. У детей с нормальным интеллектом из семьи показатели по самооценки приближены к средним значениям, что говорит об адекватности самооценки в условиях невыраженной дезадаптации.

Итак, сказанное выше позволяет сделать некоторые основные выводы:

1. В условиях жизненной депривационной ситуации, безнадзорности, отсутствия эмоциональных, сенсорных, когнитивных, социальных стимулов формируется депривационный опыт.

2. Индивидуальный опыт переработки стимульного обеднения приводит к деформации личности. У детей, находящихся во временной изоляции от родителей, отмечается  частичная депривация,  характеризующаяся  дезадаптационными механизмами,  неадекватно завышенной общей самооценкой, сниженным самопринятием по показателям «доброта», «ум».

3. Низкая самооценка по параметру «доброта» продиктована неблагоприятными условиями среды и воспитания. Недостаток тепла и ласки не даёт возможность развития эмпатии и приводит к деформации самосознания, личностной незрелости.

4. Личностное развитие детей с легкой степенью умственной отсталостью, независимо проживающих в семье или в приюте,  усугубляется недостатками не столько эмоциональными, сколько сенсорными, когнитивными и социальными стимулами, что ведет к социальной  дезадаптации и деформации самооценки, самопринятия.

5. В целом необходима система специального воздействия, направленная на формирование самосознания, социальных навыков, развитие эмпатии.

Обобщая опыт исследований и наблюдений, российские ученые делают оптимистичный прогноз о возможности компенсации депривации даже в период юношеского возраста и зрелости. Они намечают направления компенсации депривационных расстройств и соответствующие им реабилитационные мероприятия:

1) реактивация, т.е. создание когнитивной дифференцированной и богатой разнообразной стимуляцией окружающей среды;

2) редидактивное учение или переучивание на основе положительного подкрепления адекватных реакций и способов поведения и оттормаживания нежелательных, а также путем тренинга и упражнений;

3) реэдукция — исправления нарушений с помощью упорядочивания взаимоотношений ребенка с внешним миром, а также психотерапии;

4) ресоциализация — включение  человека в общество и предоставление ему возможности овладения богатством разнообразных социальных ролей и  усвоения новых ценностей, навыков и правил вместо прежних, ставших неприемлемыми или устаревшими. [23].

5) реабилитация – это комплекс медицинских, психолого-педагогических, трудовых мероприятий, направленных на восстановление (или компенсацию) нарушенных функций организма, компенсацию дефектов и социальных отклонений у детей с девиантным поведением, направленных на изменение образа жизни.

Й. Лангмайер и З. Матейчик считают, что только в обществе ребенок может избавиться от последствий депривации и выработать новые позитивные установки по отношению к окружающему миру. Они говорят также о важности семейной психотерапии при ресоциализации ребенка [20].

 Большинство авторов приходят к выводу, что только в полной семье могут быть созданы необходимые условия для нормального развития ребенка,  если в семье обеспечены:

1) стабильный, индивидуализированный и эмоционально насыщенный контакт ребенка с близким взрослым;

2) широта связей с социумом направлена на  разнообразную, когнитивно насыщенную среду;

3) собственная активность ребенка и активная разнообразная обратная связь от окружающего мира.

2. 3. Нарушение полоролевой идентификации у детей из

неполных семей  вследствие неудовлетворения потребности

идентичности

Половая принадлежность – самая первая категория, в которой ребенок осмысливает собственное «Я». Формирование идентичности у детей зависит как от интеллектуального уровня, необходимого для различения внешности и поведения другого человека, концептуального описания других людей и самоописания на основе устойчивых представлений, так и от личностных и эмоциональных особенностей детей. Отсюда, исследование полоролевой, половозрастной идентификации дает важную информацию об уровне психического развития ребенка.

Полоролевая идентификация – это процесс и результат приобретения ребенком психологических черт и особенностей поведения человека одного и того же с ним или другого пола [17]

Люди, окружающие подрастающего человека, служат ему моделью полоспецифического поведения и источником информации о половой роли. Происходит обучение ребенка половой роли в соответствии с культурными традициями данного общества. Сюда входит система стереотипов маскулинности и фемининности, т.е. представление о том, какими являются или должны быть мужчины и женщины. Становление психологического пола, т.е. принятие мальчиками и девочками мужской и женской роли осуществляется в процессе половой идентификации.

 А. Фрейд отмечала, что в старшем дошкольном возрасте заметна возрастная потребность в отождествлении (идентификации) детей с родителями того же пола (у мальчиков – с отцом; у девочек – с матерью). Выражена в этом возрасте и потребность в общении со сверстниками как значимыми другими, что совпадает с развитием ролевых структур личности, умением принимать и играть роли. В этой связи родитель того же пола приобретает значение эталона – модели для формирования идентичных полу навыков поведения при достаточно выраженном чувстве любви к родителю другого пола. Отождествление с мужской или женской ролью, воплощенной в лице родителя того же пола, дает возможность более уверенно чувствовать себя среди сверстников того же пола, быть принятым ими. Таким образом, факторы авторитета, компетентности и безопасности – необходимые условия  полоролевой идентификации с родителями. [35]

Половая идентификация – это стадиальный процесс. А. Фрейд выделила базовую первичную идентификацию (типа «Я» - человек) и   вторичную идентификацию (полоролевая: «Я - женщина или мужчина»). Если базовая первичная идентификации возникают в первые месяцы и годы жизни, то процесс приобретения вторичных идентификаций может продолжаться всю жизнь, хотя все же их основная часть закладывается в нас в процессе воспитания в детстве и юности. [35]

В целом на полоролевую идентификацию влияет множество факторов, среди которых можно выделить: полоролевую идентификацию детей с родителями, влияние сверстников и литературных произведений, кино и телевидения. Процесс полоролевой идентификации приводит к формированию половой идентичности. Половая идентичность, т.е. осознанная принадлежность к определенному полу, согласно И.С. Кону – результат сложного биосоциального процесса, соединяющего онтогенез, половую социализацию и развитие самосознания. [18]

Половая идентичность основывается, с одной стороны, на соматических признаках (образ тела), а с другой – на поведенческих и характерологических свойствах, оцениваемых по степени их соответствия или несоответствия нормальному стереотипу маскулинности и фемининности.  

Идентичность – это актуальное состояние, текущее переживание Я-целостности на срезе жизненного пути, тогда как идентификация – процесс его формирования.

«Я» - идентичность подразумевает ощущение своей целостности и непрерывности во времени, понимание, что другие люди признают это. Н.Л. Белопольская   отмечает, что одним из основных компонентов личности является осознание «Я»-идентичности, т.е. ощущение своей целостности и непрерывности во времени, а также понимание, что другие люди также признают это. [5]

Я.Л. Коломинский и М.Х. Мелтсасс указывают, что полоролевая идентичность делится большинством авторов на две составляющие:

  •  половая идентичность – понимание принадлежности себя к определенному полу; единство сознания и поведения индивида, относящего себя к тому или иному полу;
    •  собственно полоролевая идентичность – знание и усвоение ролей мужчины и женщины. [17]

Э.Эриксон выделял три формы идентичности:

  •    Внешне обусловленная. Это принадлежность человека к мужскому и женскому полу, к возрастной группе, к определенной расе, месту проживания, национальности и социо-экономическому слою.
  •    Приобретенная. Эта форма идентичности включает самостоятельные достижения человека: его профессиональный статус, свободно выбираемые им связи, привязанности и ориентации. Она связана со степенью волевой независимости человека, устойчивостью к фрустрации и ответственностью.
  •   Заимствованная. Сюда входят усвоенные роли, заданные каким-то внешним образцом. Часто они принимаются под влиянием ожиданий окружающих. Примерами могут служить роли «лидера» и «подчиненного», «ученика» и «учителя», «отличника» и «отстающего». [37]

Согласно теории социального конструирования гендера, основные идеи которой были сформулированы западным исследователем И. Гоффманом, категория «гендер» представляет собой совокупность следующих составляющих: 1) биологический пол; 2) полоролевые стереотипы; 3) полоролевые нормы; 4) полоролевая идентичность. Они (кроме первого фактора) отражают собой все многообразие культурных составляющих пола, всех связанных с предписанным обществом гендерных норм, навязываемых им стереотипов и путей социализации и идентификации. [31]

Н.Л. Белопольская, В.С. Мухина  отмечают, что формирование полоролевой возрастной идентификации связано с развитием самосознания ребенка. В норме первичная половая идентичность формируется у детей в возрасте от полутора до трех лет. В этот период дети научаются правильно относить себя к определенному полу, определять пол своих сверстников, различать мужчин и женщин. Начиная с возраста 1-1,5 года, дети идентифицируют себя со своим именем, откликаются на него и называют им себя, а к трем годам начинают правильно использовать местоимение «Я». Граница между Я и не-Я первоначально проходит по физическим критериям собственного тела. Именно осознание своего тела является ведущим фактором в структуре самосознания детей. В 3-4 года появляется новообразование: способность дифференцировать себя от представителей другого пола, внешнее усвоение моделей мужского/женского полоролевого поведения, внешних форм взаимоотношений полов неосознанного копирования. В 4-5 лет – формирование половой идентичности, характеризующееся новообразованием: способность идентифицировать себя с представителями своего пола, первичная самооценка как представителя определенного пола и др. [1; 24]

У старших дошкольников 5-7 лет развитие различных сфер женской/мужской индивидуальности способствует формированию таких новообразований как осознание собственного образа «Я» мальчика/девочки, первичное осознание своих переживаний, развитие способности противостоять негативным явлениям полоролевой социализации дошкольников. [9]

Многие исследователи (Д.Н. Исаев, В.Е. Каган, И.С. Кон и др.) считают дошкольный возраст временем первичной половой идентификациии, отмечают, что к 6 годам половая идентичность оказывается достаточно сформированной. Важнейшим способом обучения типичному для пола поведению является наблюдение и подражание. Идентификация подразумевает сильную эмоциональную связь с человеком, «роль» которого ребенок принимает, ставя себя на его место. Ярким примером этого являются ролевые игры. В процессе ролевой игры дети усваивают социально приемлемые нормы полового поведения и соответствующие их полу ценностные ориентации.

Общение со сверстниками того же пола становится все более существенным фактором, влияющим на самооценку, уверенность в себе, настроение и жизненный тонус. Таким образом, идентификация с ролью родителя того же пола представляет собой одно из выражений процесса социализации – приобретения навыков групповых отношений как определенной стадии формирования личности. [9]

Захаров А.И. отмечает, что в процессе формирования идентичности дети дошкольного возраста могут сталкиваться с различными проблемами эмоционального и личностного развития. Невнимание к проблеме полоролевой идентификации и социализации в целом обернулось многими проблемами для современного общества. Результаты «бесполой педагогики и психологии» не заставили себя ждать: мальчики оказываются недостаточно эмоционально-устойчивыми, выносливыми, решительными, сильными, а у девочек обнаруживается нехватка нежности, скромности, мягкости, терпимости. [14]

Многие исследователи причины трудностей ребенка видят в искажении структуры семьи (неполная семья), в аномальных стилях воспитания, которые применяет мать. Между тем, основное решение проблемы – возвращение отцу его роли, характеризующей нормальную семью. А.И. Захаров считает, что главной причиной детских неврозов является извращенная ролевая структура семьи: мать в такой семье излишне «мужественна», недостаточно отзывчива и эмпатична, но требовательна и категорична. Если отец мягок, раним и не способен управлять ситуацией, ребенок становится для матери «козлом отпущения».

В.Н. Дружинин неполную семью называет «социально-психологическим уродством», последствия которого сказываются на личности каждого из членов семьи, - как детей, так и взрослых. Дети, лишившиеся одного или обоих родителей в результате распада семьи, медленнее развиваются, чаще болеют соматическими и психическими заболеваниями. Но без уравновешивающего влияния отца, без его общения с ребенком роль матери гипертрофируется. Возникает невротический симбиоз матери и ребенка.

Отсутствие отца в старшем возрасте еще более динамично. Мальчик лишается образца мужского поведения, которое должен воспроизводить, а девочка не имеет перед собой образа представителя противоположного пола, поэтому ее контакты с мужчинами будут затруднены: она просто не будет знать, какого поведения можно ожидать от мужчины. Дети могут лишатся материнской заботы и отцовского авторитета и в полной семье, также как и дети из неполных семей.

В более неблагоприятной ситуации оказываются мальчики, у которых в семье недостаточна роль отца или произошла перестановка семейных ролей, когда бабушка заменяет мать, а мать – отца. Драматическая ситуация наблюдается в распавшейся семье. Если на девочек уход отца оказывает максимальное травмирующее воздействие в младшем дошкольном возрасте из-за потери эмоционального контакта с ним, то для мальчиков разлука с отцом является более тяжелой в старшем дошкольном возрасте, когда отсутствует возможность для идентификации с его мужской ролью. Тогда у девочек существует большая вероятность появления эмоциональных расстройств, преимущественно истерического круга, а у мальчиков – неуверенность в себе и страхи в результате чрезмерной опеки и тревожности со стороны взрослых, заменяющих отца, а также проблем в общении со сверстниками того же пола. [12]

Восприятию адекватных полу эталонов поведения препятствуют конфликты в семье, когда дети не хотят брать пример с негативно настроенных и ссорящихся родителей у мальчиков из неполной семьи нарастают протестные формы поведения. Мальчики болезненно заостренно пытаются утвердиться в мужской роли, компенсируя этим недостаток общения с отцом. Они стремятся лидировать среди сверстников, но не всегда достигают успеха. В результате возникает агрессивная реакция на несоответствие своим ожиданиям и требованиям. Такие мальчики нередко попадают под влияние более старших ребят, ведущих себя, по их мнению, как «настоящие мужчины». Если мать ребенка ввиду отсутствия эмоционального контакта со своим отцом в детстве оказывалась несостоятельной, прежде всего в роли супруги, предъявляя повышенные, нередко аффективно-заостренные требования к мужу, то  последний оказывался несостоятельным в роли отца, поскольку не имел опыта общения со своим отцом в детстве.

Очень часто в период раннего развития личности в семье не было мужской ролевой модели – отца, его заместителя или старшего сиблинга. Это отсутствие мужской ролевой модели, с которой можно было бы идентифицировать, было более заметно в случае мальчиков с более выраженными нарушениями в сторону феминности. В случаях, когда отец или его заместитель присутствовал в семье, он обычно описывался как психологически отдаленный от семьи.

В целом образ отцов детей с гендерными расстройствами, который складывается из этих данных, сильно отличается от образа идеального отца, который обеспечивает передачу маскулинности через свое физическое и психологическое присутствие, через активную включенность в детскую жизнь, принятие решений в семье, через лидерство, доминирование и заботу (Мид). [31]

На основании этих выводов цель нашего исследования состоит в том, чтобы выявить у девочек и мальчиков различия по направленности идентификации, во взаимоотношениях в полных и неполных семьях.

В исследовании принимали участие 21 ребенок пятого года жизни детского сада № 42  г. Брянска, из них: 12 девочек и 19 мальчиков, воспитывающихся в полных и неполных семьях. Обследование дошкольников проходило при активном участии воспитателя данного учреждения Крот И. В.

Для получения данных о своеобразии и сформированности идентичности ребенка  мы использовали методику исследования детского самосознания Н.Л. Белопольской, которая позволяет исследовать половую и возрастную идентичность ребенка, его социальную позицию и рисуночный тест семьи адаптированный  В.К. Лосевой и Г.Т. Хоментаускасом.

Исследование половозрастной идентификации (методика Н.Л. Белопольской) показало, что 29% респондентов, воспитывающихся в полных и неполных семьях, способны идентифицировать себя с картинкой, на которой изображен дошкольник соответствующего пола, а также идентифицировать свой прошлый образ с образом младенца на картинке. В качестве «образа будущего» дети выбирали разные картинки: от картинки с изображением школьника (29%)  до картинок с изображениями образов юности, зрелости, старости, комментируя это следующим образом: «Потом я буду как моя старшая сестричка, потом я буду как мама (папа), потом я буду как бабушка (дедушка)».

Была  выявлена картина искаженной половозрастной идентификации детей из неполных семей.  Ошибки при идентификации своего настоящего половозрастного статуса сделали 48% обследованных детей из неполных семей, они не смогли правильно построить последовательность идентификации: младенец – дошкольник – школьник, и не продемонстрировали осознанность своего возраста.  Мальчики (10%) построили смешанную последовательность идентификации, перемешав мужской и женский вариант развития; 3% девочек продемонстрировали смешанную последовательность идентификации; 3% респондентов-девочек не смогли идентифицировать себя с каким-либо персонажем на картинках, комментируя это так: «Меня здесь нет»; 3% респондентов (мальчиков) идентифицировали себя с девочкой-дошкольницей и построили последовательность идентификации по женскому варианту развития; 3% девочек идентифицировали себя с мальчиком и построили последовательность по мужскому варианту развития.

Исследуя привлекательные и непривлекательные образы, выявлено,  что девочки с неискаженной половозрастной идентификацией хотели бы быть девушками, и называли «образ прошлого» (девочки-младенца). У девочек с искаженной идентификацией предпочтений нет (не хотели стать ни кем), а в качестве привлекательных выбирали «образ настоящего» (мальчиков, девочек),  

Мальчики с искаженной идентификацией – образы зрелости (мужчин, женщин), а  с неискаженной идентификацией хотели стать мужчинами. Мальчики, как с неискаженной, так и искаженной идентификацией непривлекательными образами назвали образ старости.

Тест рисунок семьи показал особенности семейных эмоциональных отношений детей из полных и неполных семей. При интерпретации теста из значимых признаков рисунка нас интересовали те, которые предположительно представляют такие особенности взаимоотношений в семье как:

  1.  эмоциональная близость-отдаленность;
  2.  власть-подчинение;
  3.  нарушение внутрисемейных контактов, выражающееся в конфликтности или недостаточности эмоциональности контактов;
  4.  благоприятные семейные контакты.

Идентификация определяется активным выбором партнера по общению из двух родителей в структуре семьи, где важную роль может иметь авторитет родителя.

Полученные данные в целом показывают, что мальчики  (из полных и неполных семей) эмоционально отдалены от родителей, однако на рисунках детей с неискаженной идентификацией иногда доминирует отец, иногда мать доминирует, а у мальчиков с искаженной идентификацией в большей степени доминирует мать.

Мальчики с искаженной идентификацией (рис 3) в большей степени проявляют привязанность к матери, боятся ее холодности, невнимания, отчуждения от нее. Мать воспринимается как доминантная, она же эмоционально близкий взрослый. Отец, в понимании детей, отдален от семьи, что приводит к потере эмоционального контакта с родителем своего пола, формированию инфантильных, эмоционально односторонних отношений с родителем другого пола

По составу семьи, реальному и изображенному в рисунках «мы»,  показали, что мальчики с искаженной идентификацией   не рисуют себя (в символической ситуации означает   потерю общности в семье). Отсутствие на рисунках отца  указывает на конфликтность отношений с родителями своего пола. В рисунках можно увидеть прародителей,  проживающих в родительских неполных семьях у мальчиков с искаженной идентификацией,  половина из которых обозначают их словами «забыли» нарисовать бабушек, дедушек, отмечая это в интерпретации рисунков.

Мальчики с неискаженной идентификацией в большей степени эмоционально близки к отцам. Для них отец доминантный, сын ближе к отцу, значимость отца для детей больше, чем значимость матери, он же – модель идентификации, заботу о ребенке вместе с матерью несет и отец. Отец выступает в качестве авторитетного социального образца ролевой модели поведения, его наличие в семье и включенность в детскую жизнь придает детям уверенность и самостоятельность. Эти мальчики открыты для общения, в том числе со сверстниками своего пола, их же выбирают в качестве модели идентификации.

Девочки с искаженной идентификацией предъявляют большие требования к отцу, отношение которого воспринимается с обидой (рис. 4). Эти респонденты или не  рисовали отца, показав в символической ситуации конфликтный характер взаимоотношений, или показывали отца доминантным и располагали себя ближе к нему. В последнем случае отец  служит моделью идентификации для девочек и значимость отца  выше значимости матери. Вместе с тем, эти дети испытывают недостаток материнской заботы, дискомфорт в семье.

Девочки с неискаженной идентификацией больше привязаны к матери, мать воспринимается как доминантная, ее значимость больше значимости отца, она же эмоционально близкий взрослый и модель идентификации. Девочки воспитываются в полной семье,  имеют дома взрослую женскую и мужскую ролевые модели.

В процессе естественной полоролевой идентификации в семье девочки пробуют разные модели полоролевого поведения, учатся правильно разграничивать мужскую и женскую роль. Например, Алина П. в символической ситуации примеряет отцовские вещи, а Карина К. экспериментирует с женской косметикой, за что бывает жестко наказана родителем своего пола. Когда Карина К. заявляет, что вместе с папой они строят домики, играют в пазлы, то временно, эпизодически она берет на себя мужскую роль. Временное поведение по мужскому варианту составляет для них часть опыта обучения в процессе нормальной полоролевой социализации, являющееся откликом на любопытство, связанное с исследованием мужского поведения.

Как у мальчиков, так и девочек из неполных семей отмечается   конфликтное отношение с бабушкой и мамой, что приводит к инфантильному характеру эмоциональных отношений, которые не восполняют потребность в эмоциональном общении с отцом, способствуют формированию несамостоятельной позиции у ребенка. Детям не достает материнской заботы, выражающейся в любви и эмоциональной поддержке, без которых возникает чувство ненужности, страх быть не тем, кого любят. Недостаток внимания со стороны родителя другого пола создает предпосылки для неразделенности чувств, потери общности в семье.

Интересна позиция мальчиков из  полных семей (29%), у которых отмечается искаженная идентификация. Воспитательная  среда включает физиологическое преимущество отцов, однако дети воспринимают их как психологически отдаленных от семьи, как потерявших интерес к ним, при этом отцы не обеспечивают полноценную передачу образа маскуленности.

Идентификация с мужской ролью дает ощущение безопасности. А у наших респондентов, с искаженной по возрасту идентификацией, по «Рисунку семьи» зафиксировано большое количество страхов, что указывает на нарушение в диаде общения с родителем своего пола.  Эти обстоятельства создают предпосылки для односторонней эмоциональной привязанности к родителю другого пола. В этих семьях сын эмоционально ближе к матери; мать доминирует, ее значимость выше значимости отца. Характер отношений инфантильный и конфликтный. Лишенные отцовской заботы и доминирования, и мальчики, и девочки не могут воспроизвести социальный образец типичного для пола поведения.

Таким образом, потерю эмоционального контакта с родителем своего пола, недостаток безусловной любви отца к сыну невозможно восполнить вниманием женщины (матери). Разобщенность с отцом затрудняет нормальное развитие гендерной идентичности, как у мальчиков, так и девочек дошкольного возраста, создает трудности во взаимоотношениях с семьей.

Проанализировав восприятие детьми семейных эмоциональных взаимоотношений по «Рисунку семьи» мы обозначили проблемы внутрисемейных отношений, которые могут затруднять восприятие адекватных полу эталонов поведения. В семьях без отца, где воспитываются мальчики с искаженной идентификацией, социальная воспитательная среда характеризуется недостаточностью мужского (отцовского) и избыточностью женского (материнского), отсюда ролевое поведение мальчика, соответствующее его полу формирует не отец, а мать, заменяющая отца, или бабушка, заменяющая обоих родителей.

Алеша Р. (4г.2м.)

Выделяемые признаки.

  1.  Состав семьи. Нарисована неполная семья в искаженном составе, состоящая из матери, ребенка и дедушки. Изолянтом является бабушка.    
  2.  Эмоциональная близость-отдаленность. Фигуры расположены в отдалении друг от друга, мать отдалена от других членов семьи. Доминирует сын.
  3.  Эмоционально близкий взрослый- отсутствует
  4.  Недостаточность эмоциональных контактов в семье. Мать нарисована отклоненной от сына, с пустыми глазами.
  5.  Конфликтные отношения в семье. Ребенок изображен в экстравертной позе Выражение лица матери мрачное.
  6.  Деление членов семьи на группы. Нет
  7.  Демонстративные формы поведения. Алеша нарисовал себя первым, значит, считает себя главным. Можно отметить на рисунке редукцию тела и изображение генитальной области.
  8.  Механизм компенсаторного фантазирования. Дедушка изображен с преувеличенно крупной головой и гениталиями.
  9.  Навязчивые страхи. Плотная штриховка глаз на силуэте Алеши, очень крупный рисунок членов семьи – все это указывает на наличие навязчивых страхов.

Заключение. Мальчик испытывает недостаток материнского внимания, отцовской любви.

Данила М (4г. 5м.) 

Выделяемые признаки.

  1.  Состав семьи. Нарисована полная семья, состоящая из матери, отца и сына.
  2.  Эмоциональная близость-отдаленность. Сын отдален от других членов семьи. Доминантный отец. Мать ближе к отцу. Изолянтом является сын.
  3.  Эмоционально близкий взрослый. Нет
  4.  Недостаточность эмоциональных контактов в семье. Сын отдален от других членов семьи вертикальными перегородками. Испытывает недостаток в отцовском доминировании и заботе.
  5.  Конфликтные отношения в семье.   Нет
  6.  Деление членов семьи на группы. Отец и мать образуют тесную пару.
  7.  Демонстративные формы поведения. Нет
  8.  Механизм компенсаторного фантазирования. Нет.
  9.  Навязчивые страхи. Подчеркнуты большие пустые глаза на силуэте ребенка, плотная штриховка глаз на силуэтах матери и отца указывают на наличие навязчивых страхов.

Заключение. Данила испытывает недостаток в эмоциональном общении с отцом. На рисунке взгляд отца направлен на мать, а взгляд сына ориентирован от отца.

Если отцовская забота и доминирование, необходимые для формирования нормальной полоролевой идентичности, отсутствуют по причине потери физического и эмоционального контакта с отцом, то создаются предпосылки для невозможности идентификации с мужской ролью. Если  в целом  отмечается падение отцовского авторитета в семье, то односторонняя эмоциональная привязанность к матери у респондентов с искаженной идентификацией, указывает на проблемы в отношениях с родителями своего пола, на его недостаточную роль в семье. Эти дети в большей степени, чем дети с неискаженной идентификацией испытывают заостренную потребность в эмоциональных контактах с родителями, особенно с родителями другого пола, отношение которого воспринимается как конфликтное.

2.4. Психологическая защита как следствие ограничения

потребности самовыражения подростков

   Наиболее полному и всестороннему изучению механизмов психологической защиты личности посвятил свои труды З.Фрейд [36].Он утверждал, что основная проблема души состоит в том, как справиться с тревогой. Тревога может развиваться в любой ситуации, не только реальной, но и воображаемой, когда угроза какой-то части тела или души слишком велика. Ситуациями могут быть самые разные: потеря близкого человека, потеря любви, публичное осмеяние, чувство вины, ненависть к себе и т.д. Угроза подобных событий порождает тревожность. Есть два основных способа  избежать тревогу. Первый состоит в том, чтобы непосредственно обратиться к ситуации. Мы разрешаем проблемы, преодолевая препятствия, противостоим угрозам или убегаем от них, одним словом, вступаем во взаимодействие с проблемой, стремясь уменьшить ее воздействие. Во втором случае защита против тревожности состоит в искажении или отрицании самой ситуации. Это защищает личность, искажая суть самой угрозы. Способы искажения называются механизмами, психологическими защитами, при которых «эго вынуждено принять свою слабость, оно испытывает тревожность - реалистическую перед лицом внешнего мира, моральную по отношению к Супер Эго, невротическую по отношению к силе страстей Ид» (З.Фрейд). [36]

Согласно З. Фрейду в структуре личности, психологическая защита рассматривается как бессознательный, приобретенный в процессе развития личности способ достижения Я, компромисса между противодействующими силами Оно или сверх Я, а также внешней действительностью. Механизмы психологической защиты направлены на уменьшение тревоги. Эта концепция в рамках психоанализа подвергалась определенным изменениям.

Впервые проблема механизмов психологической защиты детей была затронута в трудах А. Фрейд. Данный феномен был обнаружен при изучении детей- невротиков и считался неотъемлемой составляющей невротической личности. Концепция психологической защиты детей представлена А. Фрейд в книге “Эго и механизмы защиты” (1936 г.). [35] 

Механизмы психологической защиты личности (в теории  З.Фрейда. [13].)

I. Механизмы, трансформирующие энергию потребностей личности.

Сублимация - это процесс, посредством которого энергия, первоначально направленная на сексуальные или агрессивные цели, перенаправляется к другим, часто к художественным, интеллектуальным или культурным. Сублимацию называют “успешной защитой”: она в действительности разрешает или изменяет направление. “Силы, которые могут быть использованы в культурной деятельности, получены, таким образом, благодаря подавлению того, что известно под именем извращенных элементов сексуальности. Сублимированная энергия создает то, что, мы называем цивилизацией”. З. Фрейд утверждает, что огромная энергия и значительная сложность цивилизации - это результат лежащего за ней стремления найти приемлемые и удовлетворяющие пути для подавляемой энергии. Сублимированная энергия уменьшает первоначальные побуждения. Эта трансформация “дает огромное количество сил в распоряжение цивилизованной деятельности; это возможно благодаря способности этой энергии менять цели без материального изменения в интенсивности” (З.Фрейд).

II. Механизмы, блокирующие выражение потребностей личности.

Остальные механизмы защиты блокируют прямое выражение потребностей. Хотя любой из них может быть обнаружен в здоровом человеке, тем не менее, их наличие обычно указывает на возможные невротические симптомы.

Репрессия (подавление). «Сущность подавления состоит просто в удалении чего-то из сознания и удержания на расстоянии от сознания». [36]  Регрессия удаляет вызывающие тревожность событие, идею или восприятие из сознания,  препятствуя,  таким образом, возможному разрешению. Но репрессированный элемент остается бессознательной частью души, и по-прежнему остается проблемой. Истерические симптомы часто оказываются вызванными ранним подавлением. Некоторые психосоматические заболевания, а так же преувеличенная вялость, фобии - все это может быть  связанно с подавлением.

Отрицание. Это попытка не принимать в качестве реальности событие, которое беспокоит эго. Взрослые имеют тенденцию “грезить”, что определенные события не таковы, каковы они есть, или, что они реально не происходили. Это бегство в фантазию может принимать разные формы. Способность неправильно вспоминать события - форма отрицания. Человек ясно припоминает версию события, а затем позже вспоминает это событие иначе и внезапно сознает, что первая версия была ложью, выдумкой.

Рационализация. Это нахождение приемлемых причин или оснований для неприемлемых мыслей или действий. Человек представляет объяснения, которые логически убедительны или этически приемлемы  для отношения, действия, идеи или чувства, которые возникают из других мотивационных источников. Мы используем рационализацию, чтобы оправдать наше поведение, когда в действительности наше действия  не правильны. Рационализация - это способ принять давление Супер Эго; она описывает наши мотивы, делает наше действия морально приемлемыми.

Реактивные образования. Этот механизм подменяет поведение или чувствование, которое противоположно действительному желанию. Как и другие механизмы защиты, реактивные образования первоначально формируются в детстве. “ Когда ребенок сознает сексуальное возбуждение, которое не может быть исполнено, это сексуальное возбуждение вызывает противоположные психические силы. Чтобы эффективно подавить это неудовольствие создаются психические преграды, такие как отвращение, стыд и моральность.” Подавляется не только первоначальная идея, но также и любой стыд или самоосуждение, которое могло бы возникнуть от принятия таких мыслей - они также исключаются из сознания. Реактивные образования можно видеть в любом преувеличенном поведении. Например, хозяйка, которая постоянно чистит и моет свой дом, может в действительности сосредотачивать свое сознание на пребывание в грязи и рассматривании ее. Реактивные образования маскируют части личности и ограничивают способность человека реагировать на события, личность становится менее гибкой.

Проекция. Это приписывание другому человеку, животному или объекту качеств, чувств или намерений, которые исходят от самого приписывающего. Это механизм защиты, посредством которого аспекты личности перемещаются изнутри индивидуума на внешнее окружение. Мы характеризуем нечто “там снаружи” как дурное, опасное, извращенное, не замечая, что эти характеристики могут относиться к нам. Мы не видим в себе того, что кажется ярким и очевидным в другом.

Изоляция. Это отделение вызывающей тревожность части ситуации от остальной сферы души. При таком отделении событие почти не вызывает эмоциональной реакции. Человек обсуждает проблемы, отделенные от остальной личности таким образом, что события не связываются ни с какими чувствами, как будто они случились с кем- то другим. Человек может все больше и больше уходить в идеи, все менее и менее соприкасаясь к собственным чувствам. Например, дети играют, разделяя свою личность на плохие и хорошие аспекты. Игрушка может делать и говорить все запрещенные вещи. Через эту игрушку ребенок может проявить то поведение, которое родители не разрешили бы ему самому в обычных обстоятельствах.

Регрессия. Это возвращение на более ранний уровень развития или к способу выражения, который более прост. Тревожность ослабляется здесь посредством ухода от реалистического мышления в поведение, которое в более ранние годы уменьшало тревожность. Регрессия - более примитивный способ справляться с ситуацией. Уменьшая напряжение, она часто оставляет неразрешимыми источники тревожности. Регрессивные способы поведения - здоровые взрослые люди курят, напиваются, кусают ногти, ковыряют в носу,  одеваются как дети, верят в злых и добрых духов, дерутся, играют в азартные игры. «Многие из этих регрессий настолько общеприняты, что принимаются за признаки зрелости. В действительности все это - формы регрессии, используемые взрослыми» ( З.Фрейд).

Таким образом, в своих работах З.Фрейд описал сущность механизмов психологической защиты личности. Он показал,  в чем заключается каждый из них, каковы их отличительные особенности, для чего служат эти механизмы и проанализировал конфликты,  связав их с  различными формами защитного поведения. Человек должен осознать, в чем заключается конфликтная ситуация, только тогда у него возникнет новое понимание этой ситуации и он сможет иначе действовать. Именно поэтому З.Фрейд не создавал для своих клиентов атмосферу, в которой они чувствовали себя "принятыми и понятыми, оцененными как личность", а провоцировал такую ситуацию, в которой клиент мог осознать и принять все то, что является для него угрожающим. Он акцентировал внимание на то, что воздействие психоаналитика должно быть направленно непосредственно на клиента. Пациент должен осознать истинный смысл своих действий, посмотреть на себя со стороны. Только тогда он сможет регулировать, управлять своим поведением.

Представление о психологической защите в русле различных теорий. Разные авторы даже в русле одной теории по-разному определяют феномен психологической защиты личности. У Адлера А.[13] механизмом психологической защиты являются разные формы компенсации. Человек неполноценен с момента своего рождения. И из-за дефекта телесных органов он начинает переживать чувство своей неполноценности. В детстве оно чаще всего возникает из-за неблагоприятных социологических условий.

Человек стремится найти способы для преодоления чувства неполноценности и прибегает к разным видам компенсации.    

1.Успешная компенсация чувства неполноценности в результате совпадения стремления к превосходству с социальным интересом.

2.Сверхкомпенсация, которая означает одностороннее приспособление к жизни в результате чрезмерного развития какой-то одной черты или способности. Особая форма реакции на свою неполноценность. Физически слабые и безвольные люди начинают совершать мужественные действия. Любое повреждение или вредоносное воздействие на организм вызывает со стороны последнего очень сильные защитные реакции, которые могут обладать "излишней силой"

3.Уход в болезнь. В этом случае человек не может освободиться от чувства неполноценности, не может прийти к компенсации "нормальными" способами, он "вырабатывает" симптомы болезни, чтобы оправдать свою неудачу. Возникает невроз. Таким образом, невроз следует рассматривать как неудавшиеся способы компенсации.

Учение Э.Фромма [32] является наиболее "социализированным". Он считает, что проблема отчуждения должна быть распространена и на психическую деятельность человека. Если разобраться в истории человечества, то можно проследить, как это отчуждение происходит. Невыносимость бремени отчуждения перерастает в чувство агрессии, с одной стороны, человек разрушает мир (садизм), а с другой стороны, у него появляются реакции мазохизма; садизм и мазохизм, по Э.Фромму, следует рассматривать как меры защиты. Отчуждение выражается еще и в другом: оно перерастает в конформизм. Основа конформизма в стремлении избежать чувства переживания, отчуждения и невыносимое чувство "свободы от себя". Люди не могут выносить одиночество: они начинают приспосабливаться к другим людям и другим условиям. Конформизм является спасением от отчуждения. Таким образом, явление конформизма носит в себе функцию психологической защиты от тягостного чувства одиночества.

По Г. Салливену [32] внешний мир, в котором живет человек, постоянно доставляет ему неудовольствие и плоды для тревоги. Человек начинает бороться с этим миром, и в этой борьбе с беспокойством и неудобством формируется его личность, которую Г. Салливен называет "Я - система". По "Я - системе" не всегда удается избежать беспокойства, так как окружающий мир и люди не всегда поступают так, как мы хотим. И тогда создается особый механизм - "избирательное внимание". Человек  как бы перестает замечать то, что ему мешает. Возникает своеобразная психологическая защита. Она заключается в том, что человек не замечает того, что вызывает в нем дискомфорт. Это невнимание, отгороженность. Иногда такая защита может выступать и в виде агрессии. Чувство агрессии и проявление агрессии носят защитный "реактивный" характер и неминуемо должны возникать, потому, что дискомфорт заключен всегда во внешнем мире, он неминуем для человека.

К. Хорни основу сущности человека усматривает во врожденном чувстве беспокойства. Рождаясь, младенец начинает чувствовать себя неуютно, ощущает беспокойство с самых первых минут, переживает чувство враждебности мира. Беспокойство порождает желание от него избавиться. Человек стремиться к безопасности. К. Хорни утверждает, что человеком управляют две тенденции: стремление к безопасности и стремление к удовлетворению своих желаний. Эти стремления часто противоречат друг другу, и тогда возникает невротический конфликт, который человек сам стремится подавить, вырабатывая определенные "стратегии" поведения. Первая выражается в "невротическом стремлении к любви" как средству обеспечения безопасности в жизни. Вторая проявляется в "невротическом стремлении к власти", которая объясняется страхом и враждебностью к людям. Третья выражается в стремлении изолироваться от людей. Четвертая проявляется в признании своей беспомощности ("невротическая покорность"). Эти стратегии могут выступать в качестве защитных механизмов, например, в виде " идеализации собственного образа". Человек не только не признает свою неспособность разрешить конфликтную ситуацию, но и выдвигает на первый план свои реальные или мнимые положительные качества. Защитный механизм может проявляться и в переносе своих конфликтов на внешнюю ситуацию, на других людей [24].

В 40-50е годы были развернуты исследования психологической защиты [11] на уровне изучения механизмов трансформации угрожающего или конфликтного объекта в процессе его восприятия (так называемая “перцептивная защита”). Согласно взглядам современного психоаналитика Бренера, психологическая защита является определенным аспектом мышления, отражающим  взаимосвязи межу Я и Оно. В зависимости от особенностей конфликтной ситуации Я может применять защитные механизмы как защиту при давлении влечений и для их удовлетворения в защитных целях и использует любую установку, восприятие отвлечение внимания, смещение на побудители иного поведения и вообще  “все, что есть под рукой”.

В основе современных представлений доминируют познавательные теории Гжеголовской К. Эти механизмы [24] определяются как защитные переоценки, характеризующиеся изменением значения факторов эмоциональной угрозы, собственных черт и ценностей. В основе защитной деятельности, целью которой является снижение тревоги или повышение самооценки, лежит защита Я, реализующаяся посредством искажения процесса отбора информации и ее преобразования. Благодаря этому сохраняется соответствие между имеющимися у больного представлениями об окружающем мире, себе и поступающей информацией.

Выступая на неосознаваемом уровне, защитные механизмы часто приводят к искажению реальных поступков человека; поведение его лишается регуляции. А чтобы управлять поведением, человек должен осознавать истинный смысл своих действий.

Представление о психологической защите в гуманистической теории.    По К. Роджерсу [33] человек стремясь сохранить свои ценности и основное на них представление о себе, строит систему защиты против опасного, несовместимого с "Я - концепцией" опыта. Представление личности о себе в окружающем мире становится все менее реальным (соответствующим реальности), и требует все большее число защитных реакций, чтобы сохранить неправильное представление о себе.

Очень часто люди имеют неправильное представление о себе,  и чтобы не перестраивать свое представление они искажают ту реальность, в которой живут. Но бывает и так, что люди искажают не реальность, не оценку других людей, а собственную самооценку. Такое явление искажения реальности или самооценки является неосознаваемой мерой защиты и может привести к невротическому конфликту. Одним из условий психической цельности индивида и его психического здоровья является гибкость в оценке самого себя, в умении под напором опыта переоценивать ранее возникшую систему ценностей. Гибкость - необходимейшее условие безболезненного приспособления индивида к постоянно меняющимся условиям жизни.

Но, в общем, психотерапевтическая практика К. Роджерса ориентируется не на выявление и анализ конфликта личности, а на создание условий для принятия себя и самоактуализации личности клиента. Психологическая защита   выполняет функцию поддержания целостности личности. Встав на точку зрения клиента, К. Роджерс помогает ему справиться с угрозой, переосмыслить ситуацию, уйдя от конфликта и связанных с ними проблем, помогает в работе над ситуацией и самим собой. Психотерапевт создает ситуацию полной безопасности, безусловного принятия личности клиента, что приводит к снятию защиты. По сути, в теоретической конструкции К. Роджерса, нет средств для анализа конфликтов и связанных с ними различных форм защитного поведения.

В отечественной психологии и психотерапии понятие психологической защиты [29] рассматривается как важнейшая форма реагирования сознания индивида на психическую травму (Бассин Ф.В. и др.1975г.) Имеется в виду защитная перестройка, происходящая в системах психологических установок  и отношений, субъективной иерархии ценностей, которая направлена на уменьшение патогенного эмоционального напряжения, способствуя определенному лечебному эффекту и предотвращая дальнейшее развитие психологических и физиологических нарушений. [4]

В личностно - ориентированной психотерапии Карвасарского Б.Д. [16] психологическая защита понимается как система адаптированных реакций личности, направленная на защитное изменение значимости дезадаптивных компонентов отношений - когнитивных, эмоциональных, поведенческих - с целью ослабления их психотравмирующего воздействия. Такие негативные чувства, как тревога, страх, гнев, стыд, сама болезнь как эмоциональный стресс, вызывают в личности адаптивные процессы переоценки значения ситуации, отношений, представлений о себе в целях ослабления психического дискомфорта и сохранения соответствующего уровня самооценки. Этот процесс происходит в рамках неосознаваемой деятельности психики с помощью целого ряда механизмов психологической защиты, одни из которых действуют на уровне восприятия (например, вытеснение), другие на уровне трансформации (исключение) информации (например, рационализация). Устойчивость, частое использование, ригидность, тесная связь с дезадаптивными стереотипами мышления, переживаний и поведения, включение в систему сил противодействия целям лечения делают такие защитные механизмы патологическими. Общей чертой их является отказ от деятельности, предназначенной для продуктивного разрешения ситуации или проблемы, вызвавших отрицательные, мучительные для индивида переживания.

Карвасарский Б.Д. выделил следующие механизмы психологической защиты личности:

Вытеснение  - активное недопущение в сферу сознания или устранение из нее болезненных, противоречивых чувств и воспоминаний, неприемлемых желаний и мыслей.

Механизмы перцептивной защиты - автоматические реакции невосприятия при наличии болезненного расхождения между поступающей и имеющейся информации.

Подавление - более сознательное, чем при вытеснении, избегание тревожащей информации, отвлечение внимания от осознаваемых аффектогенных импульсов и конфликтов.

Блокирование - задержка, торможение (обычно временное) эмоций мыслей или действий возбуждающих тревогу.

Отрицание - непризнание, отвержение ситуаций, конфликтов, игнорирование болезненной реальности, фактов.

Рационализация - псевдообъяснение собственных неприемлемых желаний, убеждений и поступков, интерпретация по - своему различных личностных черт с целью самооправдания, так как осознание истинного их содержания может привести к снижению чувства собственной ценности, повышению тревоги и другим отрицательным переживаниям.

Интеллектуализация - контроль над эмоциями и импульсами путем преобладания размышления, рассуждения по их поводу вместо непосредственного переживания.

Изоляция - интеллектуально-эмоциональная диссоциация, отделение эмоций от конкретного психического содержания, в результате чего представление или эмоции вытесняются, или эмоции связываются с другим менее значимым представлением, и тем самым достигается снижение эмоционального направления.

Формирование реакции - совпадение с неприемлемыми импульсами, эмоциями, личностными качествами посредством замены их на противоположные.

Смещение - реальный объект, на который могли быть направлены негативные чувства, заменяется более безопасным.

Проекция  - приписывание не признаваемых собственных мыслей, чувств, мотивов другим людям.

Идентификация - отождествление себя с более сильной личностью.

Реализация в действии - аффективная разрядка осуществляется посредством активизации экспрессивного поведения (может составлять основу развития психологической зависимости от алкоголя, наркотиков, лекарств, агрессии и т.д.)

Соматизация тревоги - психовегетативные и конверсионные синдромы, которые возникают из-за трансформации психоэмоционального напряжения сенсорно-моторными актами.

Сублимация - преобразование энергии интенсивных влечений в социально - приемлемую активность.

Регрессия - возвращение к более ранним, инфантильным личностным реакциям, проявляющимся в демонстрации беспомощности, зависимости, детскости поведения с целью уменьшения тревоги и ухода от требований реальной действительности.

Фантазирование -   приукрашивание себя и свою жизнь, повышая чувство собственной ценности и контроль над окружением.

Уход в болезнь -   отказ  от ответственности и самостоятельного решения проблем, что оправдывается болезнью своя несостоятельность, поиск опеки и признания, играя роль больного.

Таким образом, Карвасарский Б.Д. в своих работах систематизировал огромное количество информации о механизмах психологической защиты личности. В отличие от предыдущих авторов, он описал большое число механизмов защиты, дал им краткие определения. Всего механизмов защиты около тридцати. Но не в психоанализе, не в гуманистической теории полностью они не описаны. Каждый автор выбирает наиболее приемлемые, наиболее значимые с его точки зрения механизмы  психологической защиты и представляет нам в русле своей теории. Карвасарский Б.Д. собрал воедино разбросанные по разным течениям, направлениям, школам представление о механизмах психологической защиты, классифицировал их и представил в наиболее сжатой форме, удобной для восприятия.

Формирование защитных механизмов у детей связывается с попыткой ребенка справиться со страхом, а также как средство адаптации и разрешения психологических конфликтов. Они ограждают ребенка от неудовольствия, исходящего изнутри, и от неудовольствия, источники которого находятся во внешнем мире. Становление защитных механизмов большинство исследователей связывает с удовлетворением либо неудовлетворением базисных психологических потребностей ребенка, самой ранней из которых является потребность в безопасности (А.Маслоу).

Специфика становления детской системы защиты заключается в том, что первоначально она проявляется за счет и на уровне двигательных (поведенческих) реакций при участии элементарных психических функций. Эти постепенно усложняющиеся автоматические изменения поведения, возникающие в ответ на травмирующие воздействие, раздражитель, впечатление, обеспечивают приспособляемость ребенка к новой жизненной ситуации. Позднее формируются защитные механизмы, в реализации которых принимают участие в первую очередь психические функции: от восприятия эмоций до памяти и мышления. Такие защитные  процессы позволяют ребенку адаптироваться к среде не за счет изменения внешнего мира, а за счет внутренних изменений – трансформации внутренней картины мира и образа самого себя.

Никольская И.М., Грановская Р.М. к типичным детским защитным реакциям (внешне наблюдаемым, регистрируемым бессознательным поведенческим реакциям) относят: отказ (пассивный протест), оппозицию (активный протест), имитацию (незрелая форма идентификации), компенсацию (восполнение слабости и неудачливости в одной области успехами в другой),  эмансипацию (борьба за самоутверждение, самостоятельность, свободу, права), замещение (смещенная агрессия, способ облегчения своих эмоций), вытеснение (снижение интенсивности психической травмы), сновидение, отчуждение (или изоляция, уход в себя), сублимация (вытеснение сексуальности), регрессия (возврат к успешной стадии психического развития). Защитные механизмы возникают у ребенка как результат или усвоения демонстрируемых родителями образцов защитного поведения, или негативного воздействия со стороны родителей (т.е. имитации и идентификации). [25]

Нами проведено экспериментальное  исследование механизмов психологической защиты личности старшеклассников, имеющих проблемы в общении (по их мнению) в связи с мотивацией аффиляции. Исследование проходило на базе средней шкалы № 25 города Брянска. Экспериментальную выборку составили учащиеся 11- ых классов в количестве 50 человек.

Для изучения особенностей мотивации аффилиации (стремления к принятию и страха отвержения) у старшеклассников, нами был использован тест-опросник мотивации аффиляции в модификации М.Ш. Магомед-Эминова и опросник Плучика – Клермана – Конте «Жизненного стиля индекса». Данный опросник предназначен для диагностики механизмов защиты «Я». С его помощью измеряется 8 видов защитных механизмов: вытеснение, отрицание, замещение, компенсация, реактивное образование, проекция, рационализация и регрессия. Каждому из этих механизмов соответствуют от 10 до 17 утверждений, описывающих личностные реакции индивидуума, возникающие в различных ситуациях. По полученным результатам, которые образуются из числа положительных ответов на указанные в «ключе» утверждения, разделенных на число утверждений в каждой шкале, анализируется напряженность психологических защит.

По показателям опросника Плучика-Келермана-Конте «Жизненного стиля индекс» были получены следующие данные. (Таблица 2).

Таблица 2.

Проявления механизмов психологической защиты старшеклассников (в %)..

 

Механизмы психологической защиты

Компенсация

Вытеснение

Замещение

Рационализация

Отрицание

Проекция

Регрессия

Гиперкомпенсация

Средние показатели напряженности

38,7

60,5

42,7

56,4

54,8

49,3

52,9

41,3

Девушки

11,4

9,9

8,5

10,2

9,5

9,9

9,7

10,5

Юноши

10,9

10,2

7,3

11,7

8,9

10,3

9,3

8,6

Можно отметить что, в среднем по выборке преобладает такой механизм психологической защиты как вытеснение. Подростки отмечают, что редко помнят угрожающие, опасные, тревожные события, плохо запоминают лица, сны фамилии. Они с трудом могут вспомнить определенные фрагменты из своего детства, особенно если это не приятные фрагменты. Известия о трагических событиях  не вызывают у них волнения.

У старшеклассников в неблагоприятных ситуациях преобладает активное недопущение в сферу сознания или устранение из нее болезненных чувств и воспоминаний, неприемлемых желаний и мыслей. Старшеклассники стараются не сталкиваться с вещами, людьми, которые могут напомнить о неприятном, тревожащем событии. Как правило, такие люди не помнят и не могут подробно пересказать случившуюся неприятность, детали ссоры, конфликта, поскольку данное событие было вытеснено в сферу бессознательного и, возможно, проявится не сразу, а спустя некоторое время.

По средним показателям ниже проявление такого механизма психологической защиты как замещение, что характеризует стремление в стрессовых, конфликтных ситуациях интенсивную эмоциональную энергию  преобразовывать в социально-приемлемую активность.  Это выражается в творческих начинаниях, занятиях спортом, выполнении домашних обязанностей и прочее. Но данный механизм используется менее интенсивно, чем другие механизмы психологической защиты личности.

При сравнении показателей девушек и юношей можно отметить, что у юношей преобладает рационализация, то есть псевдообъяснение собственных неприемлемых желаний, убеждений и поступков, интерпретация  своего поведения с целью самооправдания, так как осознание истинного их содержания может привести к снижению чувства собственной ценности, повышению тревоги и другим отрицательным переживаниям. Данный механизм у юношей составил 8,16 баллов, а у девушек он снижен и составил – 6,54 баллов.

У девушек высокие значения получены по шкале «Компенсация». В неблагоприятных конфликтных ситуациях они пытаются избежать тревожащей информации, отвлечь внимание от осознаваемых аффективных импульсов, конфликтов, одним словом, избегают неприятностей.

Еще одна особенность поведения, связанная со стремлением субъектов к успеху или избеганию неудачи. Если человек ориентирован на успех, он не испытывает страха перед неудачей, а если ориентирован на избегание неудачи, то будет тщательнее взвешивать свои возможности, колебаться при принятии решения. Поскольку лица с мотивацией избегания неудачи боятся критики, они в качестве психологической защиты чаще избирают гиперкомпенсацию.

Мюррей в 1938 г. описывал мотив (потребность) аффилиации следующим образом: «Заводить дружбу и испытывать привязанность. Радоваться другим людям и жить вместе с ними. Сотрудничать и общаться с ними. Любить. Присоединяться к группам». Завязывание и поддержание отношений с другими людьми может преследовать весьма различные цели, такие, как «произвести впечатление» или «властвовать над другими», «получить или оказывать помощь». Под аффилиацией (контактом или общением) мы подразумеваем определенный класс социальных взаимодействий, имеющих повседневный и в то же время фундаментальный характер. Содержание их заключается в общении с другими людьми (в том числе с людьми незнакомыми или малознакомыми) и такое его поддержание, которое приносит удовлетворение потребности, увлекает и обогащает обе стороны.

В нашем исследовании наблюдается преобладание учащихся, имеющих высокие показатели  и стремления к принятию, и страха отвержения. Возможно, это связано с особенностями возрастного периода и отношениями в классном коллективе.

В результате корреляционного анализа данных установлены значимые функциональные зависимости: обратная - между стремлением к принятию и такими механизмами психологических защит, как отрицанием и проекцией. Это означает, что, чем выше показатели стремления к принятию, тем менее выражены данные механизмы защиты. И чем ниже стремление к принятию (соответственно выше страх отвержения), тем более эффективно используется отрицание и проекция в качестве защитных механизмов поведения.

Прямая зависимость «страх отвержения - регрессия» указывает на то, что испытуемые, имеющие высокие показатели по шкале «страх отвержения» наиболее часто прибегают к такому способу защиты как регрессия. И наоборот, люди со слабо выраженным страхом отвержения редко прибегают к данной защите.

Таким образом, наше исследование показало, что в подростковом и юношеском возрасте формируются психологические защиты от негативных переживаний вследствие своевременного неудовлетворения возрастных потребностей. К этому возрасту часто закрепляются механизмы дезадаптации как последствия депривационных состояний, нарушений идентификационных процессов. В этих случаях он прибегает к различным способам бегства в легко доступные и одобряемые обществом  «удовольствия».

   Неблагополучие в семье, несоответствие образовательных требований возможностям детей, проблемы в коллективе, неадекватные  действия педагогического коллектива, причины внутри самого ребенка усугубляют сложившийся  стиль поведения и характера. На возрастных этапах необходима организация  системы постоянного отслеживания    (мониторинга) того, насколько общеобразовательный процесс (в детском саду, школе) в целом соответствуют познавательным и личностным возможностям детей. Важно создание системы, позволяющей проводить комплексные  межведомственные мероприятия по профилактике дезадаптации и ее последствий:   зависимого поведения.

Литература

  1.  Алексеева Е.Е. Психологические проблемы детей дошкольного возраста.-СПб, 2006.
  2.  Астапов В.М. Введение в дефектологию с основами нейро - и патопсихологии, - М., 1994.
  3.  Бадалян Л.О. Невропатология.- М., 2003.
  4.  Бассин Ф.В. «О силе Я и психологической защите» (Вопросы философии, 1969 №2).
  5.  Белопольская Н.И Половозрастная идентификация. Методика исследования детского самосознания. Серия: Выпуск 2. –  М.: Фолиум, 1995.
  6.  Браун Дж. Психология Фрейда и постфрейдисты. – М., 1997.
  7.  Бурлачук Л.Ф., Морозов М.С. Словарь - справочник по психологической диагностике. Киев, 1989.
  8.  Буянов М.М. Ребенок из неблагоприятной семьи. – М.: Просвещение, 1988.
  9.  Воспитание дошкольников в процессе полоролевой социализации. // Гуманизация образования дошкольников: Тез. докл. Науч. Конф. –   Волгоград: Перемена, 1999.
  10.  Выготский Л.С. Собр. Соч.: В 6 т. – М., Т.2, 1982; Т.3, 1983; Т.4, 1984.
  11.  Гамезо М.В., Домашенко И.А. «Атлас по психологии», Москва – 2001.
  12.  Дружинин В.Н. Психология семьи: 3-е изд. – СПб.: Питер, 2005.
  13.  Журбин В.И. «Понятие психологической защиты З. Фрейда и К. Роджерса» (Вопросы психологии, 1990 №4).
  14.  Захаров А.И. Психологические особенности восприятия детьми роли родителей. // Вопр. психол., 1982. В. 1. – с. 59-68.
  15.  Зинченко В.П. Миры сознания и структуры сознания// Вопросы психологии. -1991.- №3.
  16.  Карвасарский Б.Д. Психотерапевтическая энциклопедия, СПб: Питер, 1999.
  17.  Коломинский Я.Л., Мелтсасс М.Х. Ролевая дифференциация пола у дошкольников. // Вопр. психол. – 1985. №3. – с. 165-171.
  18.  Кон И.С. Психология половых различий. // Вопр. психол. – 1981, №2. – с. 47-57.
  19.  Кондратьев М.Ю. Подросток в системе межличностных отношений закрытого воспитательного учреждения. М., 1994.
  20.  Лангмайер В.Й, Матейчик 3. Психическая депривация в детском возрасте. Прага, 1984, с.5-19, 26-40.
  21.  Лебединский В.В. Нарушение психического развития в детском возрасте.-М., 2006.
  22.  Мастюкова Е.м., Грибанова Г.В., Московкина А.Г., Профилактика и коррекция нарушений психического развития детей при семейном алкоголизме.-М., 1989.
  23.  Матейчик З. Родители и дети. Пер. с чешского. М., 1992.
  24.  Мухина В.С. Возрастная психология.-М.,2000.
  25.  Никольская И.М., Грановская Р.М. Психологическая защита у детей.- СПб, 2006.
  26.  Овчарова Р.В. Социально-педагогическая запущенность в детском возрасте.- Архангельск, 1996.
  27.  Полевая М.В. Отчуждение как феномен детско-родительских взаимоотношений: Автореф. кандид. дис.- М., 1998
  28.  Психическое развитие воспитанников детского дома / Под ред. И.В. Дубровиной, А.Г. Рузской. М., 1990.
  29.  Психология: Словарь» / Под ред. Петровского А.В., Ярошевского М.Г., Москва – 1990.
  30.  Радина Н.К. Некоторые особенности формирования Я-концепции у детей в условиях депривации детско-родительских отношений // Шестилетние дети. Проблемы и исследования. Нижний Новгород, 1993.
  31.  Репина Т.А. Анализ теории полоролевой социализации в современной западной психологии. // Вопр. психол. – 1987. №2. – с. 159-165.
  32.  Реан А.А. «Психология человека: от рождения до смерти», СПб – 2002.
  33.  Роджерс К. Взгляд на психотерапию. Становление человека,  Москва, издательская группа «Прогресс», «Универс», 1994.
  34.  Шипицина Л.М., Иванов E.С., Виноградова А. Д., Коновалова Н. Л., Крючкова Л.Л. / Развитие личности ребенка в условиях материнской депривации,- Санкт - Петербург, 1997, с. 5-10.
  35.  Фрейд А. Введение в детский психоанализ. – С-П.бВ.-Е. Институт психоанализа.
  36.  Фрейд З. Основные психологические теории в психоанализе. –  СПб., 1998.
  37.  Эриксон Э. Идентичность: юность и кризис. – М.: Прогресс, 1996.
  38.  Ядвиршис Л.А. Преодоление депривации у детей в деятельности педагога.-Брянск, 1997.

Глава 3. Зависимое поведение  подростков

и   неадекватное удовлетворение

психических потребностей

3.1. Дезадаптация  -  основной механизм зависимого

поведения

Зависимое (аддиктивное) поведение рассматривается большинством авторов, стоявших у начала разработки этой проблематики (И.П.Короленко, А.С.Тимофеева, А.Ю.Акопов и др.), как одна из форм деструктивного (разрушительного) поведения, то есть причиняющего вред человеку и обществу. Аддиктивное поведение приводит к формированию стремления к уходу от реальности путем искусственного изменения своего психического состояния посредством приема некоторых веществ или постоянной фиксации внимания на определенных видах деятельности с целью развития и поддержания интенсивных эмоций [А.И.Захаров, 1993]. Основным в поведении личности с зависимостью является стремление к уходу от реальности, страх перед обыденной, серой и скучной жизнью, перед обязательствами и ответственностью, склонность к интенсивным эмоциональным переживаниям, к опасным ситуациям, риску и авантюрам.

Рядом авторов (С.А.Кулаков, И.В.Дубровина, А.С.Тимофеева) выделяются следующие психологические особенности лиц с аддиктивными формами поведения:

- сниженная переносимость трудностей повседневной жизни, наряду с хорошей переносимостью кризисных ситуаций;

- скрытый комплекс неполноценности, сочетающийся с внешне проявляемым превосходством;

- внешняя социабельность, сочетающаяся со страхом перед стойкими эмоциональными контактами;

- стремление говорить неправду;

- стремление обвинять других, зная, что они невиновны;

- стремление уходить от ответственности в принятии решений;

- стереотипность, повторяемость поведения;

- зависимость; тревожность.

Одним словом, человек оказывается неспособным принять социальную роль. Важным аспектом принятия индивидом социальной роли  является адаптация к социальной среде. Насколько адекватно  человек воспринимает себя и свои социальные связи зависит эффективность адаптационных процессов.  Недостаточно развитое представление о себе  ведет к нарушению адаптации. [17]

Адаптация (от лат.  – приспособляю) – приспособление строения и функции организма, его органов и клеток к условиям среды. Ж.Пиаже трактует понятие «адаптация» как уравновешивание взаимоотношений индивида и его окружения. Адаптация, по мнению А.В. Петровского, М.Г. Ярошевского,  постоянный процесс активного приспособления   индивида к условиям социальной среды.  В последние годы значительное внимание уделяется анализу проблем, возникающих у детей в связи со  школьным обучением, а именно школьной адаптации (Вострокнутов Н.В, Беличева С.М., Кумарина М., Ямбург Е.А. и др.). Переход от условий воспитания в семье и дошкольных учреждениях к качественно иной атмосфере школьного обучения, складывающейся из совокупности умственных, эмоциональных и физических нагрузок, предъявляет новые, более сложные требования к личности ребенка и его интеллектуальным возможностям. [6]

С точки зрения Е.А. Ямбурга, психологически адаптация определяется активностью личности и выступает как единство двух позиций: усвоение ребенком правил среды, «уподобление ей» и  уподобление себе преобразований среды. Отсюда важнейшим условием успешной адаптации является оптимальное сочетание адаптивной и адаптирующей деятельности, т.е. определение того, как, насколько  возможна и необходима адаптация.

Немалую роль в успешной адаптации  играют характерологические и личностные особенности детей, сформировавшиеся на предшествующих этапах развития. Умение контактировать с другими людьми, владение необходимыми навыками общения, способность определить для себя оптимальную позицию в отношениях с окружающими чрезвычайно необходимы ребенку и поступающему в школу, и переходящему на новый уровень обучения (Балл Г.А., Громбах С.М., Коган В.Е..  и др.) [24]        

По справедливому замечанию  Д.Б. Эльконина, развитие детей происходит в форме усвоения, при ведущей роли обучения (Л.С. Выготский). Все то, что появляется у детей в ходе их психического развития, в «идеальной» форме дано им в социальной действительности как источнике развития  и может стать их достоянием только  через усвоение. Вместе с тем,   ребенок уникален, самоценен и обладает внутренними источниками саморазвития, любой человек имеет возможность пережить и осознать свою неправильную приспособляемость (К. Роджерс). Отсюда, задача образовательного учреждения «с одной стороны, максимально адаптироваться к  учащимся с их индивидуальными особенностями, с другой - по возможности гибко реагировать на социокультурные изменения среды». Главным итогом двусторонней  деятельности образовательного учреждения является адаптация детей  к меняющейся жизни. При этом школа должны быть готова к обучению детей с разным уровнем психического и физического здоровья.

В  образовательном модуле адаптивной школы, по мнению Ямбурга Е.А. первыми звеньями являются детский сад и начальная школа, включая пятые классы. Дошкольное образование более всего отвечает задачам интегративной образовательной модели. Ее основными чертами являются: индивидуальный подход, самостоятельность детей и многостороннее развитие личности; многосторонняя программа обучения; педагог адаптирует материал к потребностям каждого ребенка;  учет уровня развития ребенка; отсутствие ранней специализации (уклонов развития); взаимосвязанность предметного содержания; перегруппировки детей случаются крайне редко.

Ямбург Е.А. обращает внимание на важность установления преемственности между дошкольным образованием и начальной школой, которая является вторым модулем адаптивной школы. Сверхзадача начальной школы – оптимальное сочетание  условий развития эмоционально-волевой и когнитивной сфер; овладение учащимися способами учебной деятельности. На этом этапе роста детей следует внимательно относиться к организации «диалога» различных педагогических систем и технологий обучения.

Автор указывает на необходимость создания условий адаптации школьников 1-11 классов в ситуации введения инноваций. Любая инновация в образовании осуществляется на основе анализа имеющихся ресурсов. Возможны, по крайней мере, три пути преобразования в школе: поиск новых ресурсов (кадры, материальное обеспечение, время и др.), адаптация нововведения к имеющимся  условиям его реализации, либо сочетание этих вариантов.  В противном случае, как  отмечает М.М. Семаго, чем сложнее инновационная система, тем более она   не соответствует состоянию ребенка, тем больше он в ней дезадаптирован. [23]

Возникает необходимость создания условий для развития потребностей и  устремлений детей и взрослых (познавательных, эмоционально-личностных) через выявление содержания индивидуальности ребенка, рассмотрение горизонтов его развития, особенностей саморазвития. Психологическое сопровождение осуществляется психологом вместе социальным педагогом, учителем, выбравшим в своей работе стратегию сопровождения школьников. В ежедневном общении детей или учителей, участвовавших в интенсивах,  долгое время продолжается разговор об острых проблемах, обсуждавшихся на тренинге. Психологическое сопровождение школьников представлено подпрограммами, которые не имеют жесткой соотнесенности с годом обучения детей. Так, например, если внедрение программы психологического сопровождения идет первый год, то подпрограмма “Учимся жить в согласии” может быть реализована на любой параллели 1–5 классов (при этом содержание необходимо соответствующим образом адаптировать).

Основные задачи блока подпрограммы адаптации для 1-6 классов:

1. Психологическое изучение готовности ребенка к школе. Создание условий для формирования компонентов психологической готовности детей к школе.

2. Создание условий для развития класса как психологической группы. Технология решения задачи состоит в организации занятий в течение первого полугодия по подгруппам, затем на определенной стадии группового процесса происходит объединение малых групп.

3. Создание в классе условий для построения системы учебного сотрудничества – достигается через применение в групповой работе разнокачественных заданий для совместной деятельности и рефлексии ее результатов.

4. Изменение позиции учителя в классе – учитель как ведущий и участник группового процесса – становится возможным при включенности педагога в психологические занятия в позиции “участник” и последующем делегировании ему полномочий психолога, связанных с организацией совместной деятельности, развитием межличностных отношений.

5. Изучение и развитие стиля общения в диаде “ребенок–родитель”, проявляющегося в совместном выполнении учебных заданий, уровень трудности которых находится в зоне ближайшего развития детей.

В пятых классах у детей формируются «смешанные способности». Пока трудно выявить способности и склонности школьников. Поэтому изучение базовой единицы все учащиеся начинают одновременно. Далее с помощью диагностических методов выявляется степень усвоения учебного материала. Происходит деление на тех, кто усвоил учебный материал – им предлагается дополнительный, обогащенный материал. Тем, кто не освоил основное содержание, предлагается повторное изучение откорректированного материала. В этих случаях работа организуется индивидуально или в небольших группах при условии индивидуальной дифференциации. Автор отмечает, что среди пятиклассников происходят постоянные перегруппировки, что должно стать постоянной заботой педагога. Основные проблемы адаптации младших школьников и пятиклассников связаны с набором детей в школу и их готовностью к ней. [24]

Если основным звеном адаптации Е.А. Ямбург выделяет педагога,  который осуществляет основные модули обучения,  то Е.А. Козырева обосновывает программу психологического сопровождения (что Е.А. Ямбург определяет как дополнительное звено, обеспечивающее сопутствующие модули). Козырева Е. А., обобщая работу  Г. Бардиер, И. Ромазан, Т. Чередниковой (1993), считает, что  взрослый должен ценить естественные механизмы развития ребенка, не разрушать их, а раскрывать, при этом самому быть и наблюдателем, и соучастником и исследователем. В зависимости от ситуации развития группы, межличностных отношений отдельных детей психологическое сопровождение предстает в различных формах психологических развивающих занятий,  особенно в период смены социальной ситуации обучения и развития.  

Рядом с процессом адаптации возникает проблема дезадаптации на всех уровнях образования. В самом общем виде под дезадаптацией подразумевается некоторая совокупность признаков, свидетельствующих о несоответствии социопсихологического и психофизиологического статуса ребенка требованиям социальной ситуации, овладение которой по ряду причин становится затруднительным. Психологические трудности дезадаптирующего характера, испытываемые детьми, чаще всего имеют вторичную обусловленность, формируясь как следствие неверной интерпретации  взрослым их индивидуально-психологических свойств.

Гоголева А.В. представляет схему формирования дезадаптации. Если ребенок психически и физически здоров, если он успешен и компетентен, его поведение одобряемо взрослыми в образовательном учреждении и семье, то о проблемах дезадаптации нам говорить не приходиться. В зону социального риска попадают дети в том случае, если  в детском, саду, школе ребенок постоянно получает порицания, в семье не подчеркивается значимость его достижений, кроме того, родители материально не состоятельны и конфликтуют между собой. В зону десоциализации, риска  попадают дети пьющих не компетентных в воспитательном плане родителей. Сюда же относятся неполные семьи, в которых нарушается процесс идентификации личности ребенка. И здесь необходима ресоциализация, в противном случае мы в подростковом возрасте столкнемся с девиантным  и зависимым поведением. [3]

С позиций онтогенетического подхода к исследованию механизмов дезадаптации особое значение приобретают кризисные, переломные моменты в жизни  человека, когда происходит резкое изменение его "ситуации социального развития" (Л.С.Выготский).

Разновидностью социально-психологической дезадаптации является школьная дезадаптация. Школьная дезадаптация — это исключительно психолого-педагогический термин (М.М. Семаго Г.Ф. Кумарина Н.В. Вострокнутов). Поскольку основным социальным институтом, через который проходят все дети в возрасте от 5,5–6 до 16–18 лет, является школа, то соответственно любое рассогласование ребенка с теми требованиями, которые к нему предъявляет образовательное пространство, и есть дезадаптация в самом широком ее понимании. Поэтому термином "школьная дезадаптация"  (или "школьная неприспособленность") фактически определяются любые затруднения, возникающие у детей в процессе школьного обучения (Г.В. Козловская, Л.Ф. Кремнева; Л.С.Куликов, О.А.Трифонов,  Н.Г.Лусканова, И.А.Коробейников).  Применительно к младшим школьникам школьная дезадаптация (по данным Р. Овчаровой) – это образование неадекватных механизмов приспособления ребенка к школе в форме нарушений учебы и поведения, конфликтных отношений, психогенных заболеваний и реакций повышенного уровня тревожности, искажений в личностном развитии. [ 11;15;23] Кумарина Г.Ф. и др. считают, что проблема школьной дезадаптации не начинается в школе.

Лусканова Н.Г., Коробейников И.А. выделяют факторы риска, способные при определенных условиях стать причинами школьной дезадаптации.

1. Недостатки в подготовке детей к школе, социально  -  педагогическая запущенность (негативные воспитательные воздействия семьи и микросоциальной среды развития ребенка, психическая депривация).

2.  Трудности в овладении учебной деятельностью. Несформированность учебных умений   и навыков (нарушение формирования отдельных психических функций и познавательных процессов, двигательные нарушения).

3. Соматическая ослабленность детей (биологические вредности, действующие на ребенка в процессе развития).

4.Эмоциональные расстройства, вызванные постоянным эмоциональным дискомфортом.

5. Нарушение  поведения. Трудности во взаимоотношениях с учителями и одноклассниками. Трудности в выполнении школьных норм и правил поведения.

6. Негативное отношение учителя, неверный   педагогический   подход.

7. Отрицательное отношение соучеников, низкий социальный     статус. [11;15]

Главная причина школьной дезадаптации в младших классах, как считает Р.В. Овчарова, связана с характером семейного воспитания. Если ребенок приходит в школу из семьи, где он не чувствовал переживание «мы», он и в новую социальную общность – школу – входит с трудом. Бессознательное стремление к отчуждению, неприятие норм и правил любой общности во имя сохранения неизменного «Я» лежит в основе школьной дезадаптации детей, воспитанных в семьях с несформированным чувством «мы» или в семьях, где родителей от детей отделяет стена отвержения, безразличия. Другая причина школьной дезадаптации младших школьников заключается в том, что трудности в учебе и поведении осознаются детьми в основном через отношение к ним учителя, а причина возникновения дезадаптации часто связана с отношением к ребенку в школе и в семье. [18]

Перечисленные факторы приводят к формированию школьной дезадаптации, дальнейшему отклонению в поведении, формированию асоциальной направленности, правонарушения, формированию негативных личностных качеств, дальнейшему нарушению психического развития и возникновению соматической и нервно-психической патологии. Семаго М.М. отмечает, что первичными факторами дезадаптации являются  нарушения в соматическом и психическом здоровье ребенка, то есть в органическом состоянии ЦНС, нейробиологических закономерностях формирования мозговых систем. [23]

Школьная дезадаптация проходит несколько уровней:

- дезадаптация  в «критические периоды обучения: при поступлении в школу, переходе из начального в среднее звено, из средних классов - в старшие»;

- изменение социальной ситуации развития;

- дезадаптация вследствие какого-либо заболевания, тяжелых осложнений;

- дезадаптация - как следствие запредельных нагрузок  физиологических и психических возможностей ребенка.

Галагузова М.А. выделяет стадии формирования учебной дезадаптации школьника, среди которых находится определенное место школьной  дезадаптации:

- учебная декомпенсация – состояние ребенка, характеризующееся возникновением затруднений в изучении одного или нескольких предметов при сохранении общего интереса к школе;

- школьная дезадаптация – состояние ребенка, когда наряду с возрастающими трудностями в обучении на первый план выступают нарушения поведения, выраженные в виде конфликтов с педагогами, одноклассниками, пропусков занятий;

- социальная дезадаптация – состояние ребенка, когда отмечается полная утрата интереса к учебе, пребыванию в школьном коллективе, уход в асоциальные компании, увлечение спиртными напитками, наркотиками; криминализация среды свободного времяпрепровождения.

М.М.Безруких выделила три  фазы первичной физиологической адаптации первоклассников:

1. Ориентировочная фаза, когда в ответ на весь комплекс новых воздействий, связанных с началом систематического обучения, отвечают бурной реакцией и значительным напряжением практически все системы организма. Эта «физиологическая буря» длится достаточно долго (две- три недели).

2. Неустойчивое приспособление, когда организм ищет и находит какие-то оптимальные (или близкие к оптимальным) варианты реакций на эти воздействия. На первом этапе, ни о какой экономии ресурсов организма говорить не приходится: организм тратит, что есть. А иногда и «в долг берёт»; поэтому учителю так важно помнить, какую высокую «цену» платит организм каждого ребёнка в этот период. На втором этапе эта «цена» снижается, «буря» начинает затихать.

3. Период относительно устойчивого приспособления, когда организм находит наиболее подходящие варианты реагирования на нагрузку, требующие меньшего напряжения всех систем.

Какую бы работу ни выполнял школьник, будь то умственная работа по усвоению новых знаний, статистическая нагрузка, которую испытывает организм при вынужденной «сидячей» позе, или психологическая нагрузка общения в большом и разнородном коллективе, организм, вернее, каждая из его систем, должен отреагировать своим напряжением, своей работой. Поэтому чем больше напряжения потребуется от каждой системы, тем больше ресурсов израсходует организм. А мы знаем, что возможности детского организма далеко не безграничны, а длительное напряжение и связанные с ним утомление и переутомление могут привести к нарушению здоровья.

Признаки дезадаптации в дошкольном возрасте (по Е.Е. Алексеевой):

- снижение переносимости любых эмоциональных нагрузок;

- нарушения контактов ребенка с взрослыми и сверстниками;

- интеллектуальная неспособность ребенка решить проблемную ситуацию иным способом;

- резкое снижение самооценки;

- не применяются механизмы совладения с проблемной ситуацией, т.е. психологические защиты.  

Заваденко Н.Н., Петрухин А.С., Манелис С.Г.,
Успенская Т.Ю., Суворинова С.Ю.,  Борисова Т.Х., Семаго М.М.   указывают, что к числу основных первичных внешних признаков школьной дезадаптации относят затруднения в учебе и различные нарушения школьных норм поведения. Авторы рассматривают три основных типа проявлений школьной дезадаптации:

- неуспех в обучении по программам, соответствующим возрасту школьника, включающий такие признаки, как хроническая неуспеваемость, а также недостаточность и отрывочность общеобразовательных сведений без системных знаний и учебных навыков (когнитивный компонент школьной дезадаптации);

- постоянные нарушения эмоционально-личностного отношения к отдельным предметам, обучению в целом, педагогам, а также перспективам, связанным с учебой (эмоционально-оценочный, личностный компонент школьной дезадаптации);

- систематически повторяющиеся нарушения поведения в процессе обучения и в школьной среде, нарушение общения со сверстниками и родителями (поведенческий компонент школьной дезадаптации).

У большинства детей, имеющих школьную дезадаптацию, достаточно четко могут быть прослежены все три указанных компонента, однако преобладание среди проявлений  того или иного из них зависит, с одной стороны, от возраста и этапов личностного развития, а с другой — от причин, лежащих в основе формирования школьной дезадаптации. [23]

К проявлениям школьной дезадаптации у  младших школьников Р.В. Овчарова также относит: неприспособленность к предметной стороне учебной деятельности; неспособность произвольно управлять своим поведением  и неспособность принять темп школьной жизни (чаще встречается у соматически ослабленных детей, детей с задержками развития, слабым типом нервной системы); школьный невроз, или «фобии школы»,  или неумение разрешить противоречия между семейными и школьными «мы»    Как справедливо считает автор, преодоление той или иной формы дезадаптации прежде всего должно быть направленно на устранение причин, ее вызывающих. Часто неспособность справиться с ролью ученика, негативно влияет на его адаптацию в других средах общения. При этом возникает общая средовая дезадаптация ребенка, указывающая на его социальную отгороженность, отвержение. [18]

М.М. Семаго вводит термин скрытой дезадаптации. Если ребенок успешен в школе, если он на хорошем счету, соответствует всем требованиям —  мы  не говорим о школьной дезадаптации, но это не означает, что у него нет социальной дезадаптации, которая может проявиться позже. И мы не говорим об этом до тех пор, пока ребенок не попал в поле зрения органов здравоохранения или милиции. Если же учащийся внешне успешен, то он выпадает из сферы внимания педагога.  Сегодня мало отработанны методы выявления детей со скрытой дезадаптацией, особенно в старших классах. В рамках школьной дезадаптации    М.М. Семаго  рассматривает аддиктивное поведение детей: склонность к разного рода зависимостям (наркотики, табак, алкоголь). Сюда можно отнести и эмоциональную зависимость, когда дети попадают под влияние каких-либо нетрадиционных сект. С трудом адаптируются и те дети, которые испытали эмоциональное или физическое насилие. [23]

Существует определенный социально-психологический норматив в виде системы требований, которые предъявляет к ребенку социум, школа, социальный институт, образовательная среда. Этот социально-психологический норматив находится в зависимости от культуры, географического положения, этнических особенностей того или иного региона. Пока ребенок удовлетворяет этим требованиям, он адаптирован; как только он перестает удовлетворять им, по совершенно разным причинам, он дезадаптируется. Ребенок дезадаптирован не только по отношению к школе, но и к социальной среде в целом.

Семаго М.М. предлагает систему социально-психологического мониторинга, которая дает возможность выявить детей, находящихся на пределе своих возможностей. Более того, она позволяет сделать прогноз того, что может произойти с ребенком в ближайшее время в той или иной неблагоприятной ситуации (заболевание, какие-то социальные изменения). Мониторинг проводится два раза в год со всеми детьми в школе, начиная со второго класса.  Этот метод позволяет достаточно простым способом с использованием социометрических оценок выявить нарушения межличностных взаимоотношений в детском коллективе, увидеть тех детей, которые в течение ближайшего времени могут перейти в разряд дезадаптированных по самым разным показателям, начиная от трудностей в обучении (школьной дезадаптации) и заканчивая асоциальным поведением. [23]                                                                                                            

Таким образом, идеи Е.А. Ямбурга, М.М. Семаго, Е.А. Козыревой и др. по решению проблем школьной адаптации имеют общую основу. Необходима организация помощи детям, учителям, родителям по выявлению, предупреждению и преодолению школьной дезадаптации. Создание условий для благоприятной адаптации в  «кризисные периоды детства» обеспечат предупреждение зависимого поведения.

3.2. Родительское отношение к подросткам, имеющим

компьютерную зависимость

Чрезвычайно актуальным для решения проблемы компьютерной зависимости подрастающего поколения является рассмотрение проблемы родительского отношения, негативные проявления которого могут влиять на появление и развитие компьютерной зависимости. В семье для подростка значимыми факторами являются эмоциональная стабильность и защищенность, взаимное доверие членов семьи. Подросток нуждается в умеренном контроле его действий и умеренной опеке с тенденцией к развитию самостоятельности.

Потребность подростка в доверительном, неформальном общении со взрослыми является одним из новообразований подросткового возраста. Важность такого общения связана с тем, что оно дает знания, необходимые  подросткам в самостоятельной жизни. Умение родителей в процессе воспитания создавать условия для максимального раскрытия индивидуальных черт личности подростка, по мнению многих исследователей, ненавязчивая и своевременная помощь помогает становлению целостного отношения к себе как к личности свободной, полноценной и уникальной. Такая высокая значимость общения со взрослыми в семье позволяет нам подчеркнуть значимость проблемы изучения особенностей родительского отношения в подростковом возрасте.

Стиль и поведение родителей – это относительная устойчивость целей, действий и реакций взрослого, направленных на формирование личности ребенка [Пезешкиан Н., 1993]. Преобразования детско – родительских отношений, по мнению И.С. Кона, происходят в рамках процесса эмансипации. Подросток переживает период становления собственной, воспринимаемой отдельно от родителей, личности. Степень идентификации с родителем меньше, чем в детстве; родительский пример подвергается  критике. Потребность в интимно – личностном и деловом общении со сверстниками и взрослым у подростка очень высокая. Поэтому хаотичное, непоследовательное взаимодействие родителей и подростков, как и полное его отсутствие, оказывает на них крайне негативное влияние. Родители, которые не приходят к единому мнению в вопросах воспитания, чаще жалуются на то, что их дети ведут себя агрессивно, становятся неуправляемыми и непослушными [20].

Увлечение компьютерными играми может быть протестной формой со стороны подростка, которые любыми способами стараются привлечь внимание родителей к себе. Увеличивается число увлекающихся играми подростков, которые пополняют ряд  игровых компьютерных аддиктов. Под игровым компьютерным аддиктом понимается человек, страдающий игровой компьютерной зависимостью. Под игровой компьютерной аддикцией будем понимать нехимическую психологическую зависимость человека от компьютерных игр [К.В.Сельченок, 2004].

По М. С. Иванову, длительное, регулярное нахождение в виртуальном мире компьютерных игр и психологическая зависимость от них тесно связаны и не существуют друг без друга. Если человек является игровым компьютерным аддиктом, то часто и подолгу находится в виртуальности, а если человек много времени проводит за компьютерными играми и регулярно играет, то вероятнее всего он – аддикт.

По совокупности психологически значимых характеристик  компьютерные игры делятся на две большие группы – ролевые и неролевые. Ролевые компьютерные игры – это игры, в которых играющий  принимает на себя роль компьютерного персонажа. Ролевая игра располагает играющего к возникновению эффекта "присутствия" в виртуальном мире игры. Это достигается посредством сюжетных и мультимедийных (графическое и звуковое оформление) особенностей [К.В.Сельченок, 2004]. Основанием для выделения неролевого типа игр является то, что играющий не принимает на себя роль компьютерного персонажа, вследствие чего психологические механизмы формирования зависимости и влияние игр на личность человека имеют свою специфику и в целом менее сильны.

Выделяются четыре стадии развития психологической зависимости от компьютерных игр (рис.4):

1. Стадия легкой увлеченности. После того, как человек один или несколько раз поиграл в ролевую компьютерную игру, ему начинает нравиться сам факт имитации реальной жизни или каких-то фантастических сюжетов. Компьютер позволяет человеку с довольно большой приближенностью к реальности осуществить свои мечты (такие, как пострелять из автомата, покататься на машине, создать свою семью и др.). Начинает реализовываться неосознаваемая потребность в принятии роли.

2. Стадия увлеченности.  Свидетельством о переходе человека на эту стадию формирования зависимости, является появление в иерархии потребностей новой потребности - игра в компьютерные игры. Стремление к игре - это мотив, детерминированный потребностями бегства от реальности и принятия роли. Компьютерные игры на этом этапе принимают систематический характер.

3. Стадия зависимости. Эта стадия характеризуется не только сдвигом потребности в игре на нижний уровень пирамиды потребностей, но и другими, не менее серьезными изменениями - в ценностно-смысловой сфере личности. По данным А.Г. Шмелева происходит изменение самооценки и самосознания. Зависимость может быть двух форм: социализированной и индивидуализированной. Социализированная форма игровой зависимости отличается поддержанием социальных контактов с социумом (хотя и в основном с такими же игровыми фанатами). Такие люди очень любят играть совместно с помощью компьютерной сети. Игровая мотивация в основном носит соревновательный характер.

4. Стадия привязанности. На этой стадии игровая активность человека угасает, но полностью оторваться от психологической привязанности к компьютерным играм он не может. Это самая длительная из всех стадий - она может длиться всю жизнь, в зависимости от скорости угасания привязанности. Компьютерные игры имеют небольшую историю, однако, случаев полного угасания зависимости единицы.

Человек может остановиться в формировании зависимости на одной из предыдущих стадий, тогда зависимость угасает быстрее. Но если человек проходит все три стадии развития психологической зависимости от компьютерных игр, то на этой стадии он будет находиться длительное время.

Нарастание увлеченности компьютерными играми ведет к тому, что ценность виртуального мира и нахождения в нем возрастает, наряду с угасанием интереса к реальности. В связи с этим человек начинает все больше времени проводить в виртуальном мире компьютерных игр и все меньше интересоваться реальным миром, более того – человек развивается в виртуальности, развивая свое "Я виртуальное", а развитие реальной личности резко затормаживается. Чрезмерное пребывание за компьютером, в частности за компьютерными играми,  в ущерб всему остальному, приводят к трудностям в установлении и поддержании межличностных отношений из-за особенностей мировосприятия, обусловленных взаимодействием с виртуальной реальностью,  к упрощению системы отношений "человек - человек".

Цель нашего исследования является изучение особенностей родительского отношения к подросткам, имеющим компьютерную зависимость.

Выборка представлена учащимися  трех восьмых классов школы №4 г. Брянска, в которых, по предварительному опросу, большинство учащихся имеют компьютер и увлекаются  в разной степени компьютерными играми. В эмпирическом исследовании принимали участие 51 подросток (имеющих двоих родителей); 102 родителя – из них 51 мать и 51 отец.

Для диагностики уровня компьютерной зависимости и типа родительского отношения были использованы  следующие методики:

  1.  Тест на зависимость от компьютерных игр (адаптация теста на интернет-зависимость К.Янг);
    1.  Опросник родительского отношения А.Я.Варги, В.В.Столина.

Описание методик исследования:

1. «Тест на зависимость от компьютерных игр» (адаптация теста на интернет-зависимость К.Янг), с помощью которого выявляются уровни компьютерной зависимости.

2. Изучение типа родительского отношения в семье  осуществлялось по методике А.Я. Варга, В.В. Столина. Родительское отношение понимается как система разнообразных чувств по отношению к ребенку, поведенческих стереотипов, практикуемых в общении с ним, особенностей восприятия и понимания характера и личности ребенка, его поступков.

Полученные результаты показали, что 22% испытуемых находятся на высоком уровне компьютерной зависимости (стадии привязанности), средний уровень (стадия увлеченности) ее проявления выявлен у 51,2% и низкий уровень  (стадия легкой увлеченности) проявляется у 26,8% подростков (см. табл.3).

Таблица 3

Компьютерная зависимость подростков

Уровни компьютерной зависимости

%

Высокий

22,0

Средний

51,20

Низкий

26,80

Результаты исследования родительского отношения к подросткам, полученные в ходе обследования матерей и отцов мы представили в виде графика, который более наглядно показывает общие и отличительные моменты  отношения родителей к воспитанию подростков (рис.5).

Стиль отношения к подросткам «Принятие» наиболее выражен у отцов, чем у матерей,  так как можно предположить, что отцы в большей мере критично подходят к своим детям, знают их положительные и отрицательные стороны. В большей степени как у матерей и отцов выражены значения по шкалам «Маленький неудачник», «Авторитарная гиперсоциализация».

 Рис.5 Родительское отношение к подросткам с компьютерной

зависимостью.

Тип «Маленький неудачник» отражает особенности восприятия и понимания ребенка родителем, который стремится приписать подростку инфантильность, личную и социальную несостоятельность. Он видит ребенка младшим по сравнению с реальным возрастом. Интересы, увлечения, мысли и чувства ребенка кажутся родителю детскими, несерьёзными. Подросток представляется неприспособленным, неуспешным, открытым для дурных влияний. Родитель не доверяет ребенку, досадует на его неуспешность и неумелость. В связи с этим родитель, особенно мать,  старается оградить ребенка от трудностей  жизни и строго контролировать его действия.

При «авторитарной гиперсоциализации» родители, в большей степени отец  требует от ребенка безоговорочного послушания и дисциплины; старается навязать ребенку во всем свою волю и не в состоянии встать на его точку зрения. За проявление своеволия ребенка сурово наказывают. Родители пристально следят за социальными достижениями подростка, его индивидуальными особенностями, привычками, мыслями, чувствами.

В нашем исследовании важным является сопоставление результатов исследования компьютерной зависимости подростков и родительского отношения к ним. Полученные результаты в ходе анализа данных  представлены в таблицах 4,5.

Таблица 4

Компьютерная зависимость подростков при различных типах

материнского отношения

п/п

Типы родительского отношения

Уровни компьютерной зависимости (%)

Высокий

Средний

   Низкий

1.

Принятие

0

0

4,8

2.

Кооперация

0

2,4

2,4

3.

Авторитарная

гиперсоциализация

4,8

9,8

12,2

4.

Маленький

неудачник

4,8

26,9

4,8

5.

Симбиоз

12,2

12,2

4,8

Таблица 5

Компьютерная зависимость подростков при различных типах

отцовского отношения  

№п/п

Типы родительского отношения

Уровни компьютерной зависимости (%)

 Высокий

  Средний

     Низкий

1.

Принятие

0

2,4

4,8

2.

Кооперация

0

0

0

3.

Авторитарная

гиперсоциализация

4,8

26,9

9,8

4.

Маленький

неудачник

4,8

12,2

4,8

5.

Симбиоз

12,2

9,8

7,2

 Подростки, воспитывающиеся в семье, где преобладает типы родительского отношения «Принятие» и «Кооперация», в меньшей степени подвержены компьютерной зависимости. В таких семьях детей понимают, уважают, учитывают их интересы, не навязывают своего мнения, уделяют время для общения, ведут совместную деятельность, имеют общие планы и дела, подростки могут находить себя в других видах деятельности, позволяющих ему реализовать себя.

При отцовском отношении «Авторитарная гиперсоциализация» и материнском – «Маленький неудачник» - компьютерная зависимость выражена более всего. Высокий уровень зависимости отмечен при  стиле «Симбиоз», при котором родитель ощущает себя с ребенком единым целым, стремится удовлетворить все его потребности, оградить от трудностей и неприятностей жизни. Ребенок  кажется маленьким и беззащитным. Тревога  повышается, когда подросток начинает автономизироваться в силу обстоятельств, так как по своей воле родитель не предоставляет ребенку самостоятельности.

Для более точной проверки полученных взаимосвязей  воспользуемся методом математической обработки результатов – коэффициентом линейной корреляции Пирсона. Сравнив полученные показатели  с критическими значениями , мы видим, что коэффициент корреляции между родительским отношением по типам «Принятие», «Кооперация» и компьютерной зависимостью  подростков имеет отрицательный знак и значения  > . Это говорит о том, что полученные данные попадают в зону значимости, что предполагает - с увеличением позитивного отношения к подросткам - уменьшается увлеченность компьютерными играми. Коэффициент для материнского отношения «Маленький неудачник» и отцовского «Авторитарная гиперсоциализация», «Симбиоз» также попадает в зону значимости (< ), но имеет прямопропорциональную связь с высоким уровнем компьютерной зависимости.

Проведенное исследование родительского отношения и компьютерной зависимости подростков позволяет сделать вывод о том, что стремление подростка к самостоятельности, к признанию его новой социальной роли, встречая противодействие взрослых, ведет к появлению «зоны отчуждения», психологического барьера. Компьютерная зависимость подростков формируется как психологическая защита от непонимания   взрослыми, как следствие неудовлетворенности своим положением в семье, нарушения обратной связи между родителями и детьми. При чрезмерных ожиданиях от подростка, связанных с непосильными для него учебными нагрузками или при уменьшении внимания со стороны близких, может следовать реакция оппозиции, характеризующаяся тем, что подросток разными способами пытается вернуть внимание: может демонстративно не выполнять обязанности по дому, не выполнять уроки, а длительное время «работать» за компьютером. Негативным для подростка является как полное безразличие со стороны родителей по поводу компьютерной занятости, так и строгие запреты на данный вид деятельности.

3.3. Никотиновая и алкогольная зависимости как формы

отклоняющегося поведения

Никотиновая и алкогольная зависимости (разновидность аддиктивного поведения) рассматриваются как  разновидности отклоняющегося (девиантного) поведения с формированием стремления к уходу от реальности путем искусственного изменения своего психического состояния посредством приема веществ (Ц. П. Короленко, Т. А. Донских). [12]

Отклоняющееся поведение занимает свою собственную нишу в ряду психических феноменов. Отклоняющееся поведение личности, с точки зрения Е.В. Змановской [8], выражает социально-психологический статус личности на оси «социализация — депривация - дезадаптация — изоляция».

Целесообразно выделить те специфические особенности отклоняющегося поведения личности, которые помогут нам отличить его от других феноменов, а также при необходимости констатировать его наличие и динамику у конкретного человека.

  1.  Отклоняющееся поведение личности — это поведение, которое не соответствует общепринятым или официально установленным социальным нормам.
  2.  Девиантное   поведение   и   личность,   его   проявляющая,   вызывают негативную оценку со стороны других людей. Негативная оценка может иметь форму общественного осуждения или социальных санкций.
  3.  Особенностью   отклоняющегося   поведения   является   то, что оно наносит реальный ущерб самой личности или окружающим людям.   Это может быть  дестабилизация  существующего порядка, причинение морального и материального ущерба, физическое насилие и причинение боли, приводящее к ухудшению здоровья [8].
  4.  Рассматриваемое поведение преимущественно можно охарактеризовать как стойко повторяющееся (многократное или длительное).
  5.  Для   того   чтобы поведение можно было квалифицировать как отклоняющееся,   оно   должно согласовываться   с   общей   направленностью личности. При этом поведение не должно быть следствием нестандартной ситуации  (например,  поведение  в рамках посттравматического синдрома), следствием кризисной ситуации (например, реакция горя в случае смерти близкого человека в течение первых месяцев) или следствием самообороны (например, при наличии реальной угрозы для жизни).
  6.  Особенностью   отклоняющегося   поведения   является   то,    что   оно рассматривается в пределах медицинской нормы. Оно не должно отождествляться с психическими заболеваниями или патологическими состояниями.
  7.  Особенностью отклоняющегося поведения является то, что оно сопровождается различными проявлениями социальной дезадаптации.           Данное поведение совсем не обязательно приводит к болезни или смерти, но закономерно вызывает или усиливает состояние социальной дезадаптации [8].

Проявления отклонения в поведении детей и подростков, их нравственном и социальном развитии могут быть самыми различными в зависимости от индивидуальных особенностей и личностных проявлений, конкретных условий и обстоятельств жизни и деятельности. Их можно свести в следующие группы:

  • ситуативные,    временные   проявления   или   реакции,    вызванные провоцирующими факторами и обстоятельствами;
  • устойчивые формы отклонений в поведении, развивающиеся по тому или   иному   типу,   обусловленные   неблагоприятными   условиями жизни и деятельности вообще;
  • поведенческие реакции вызываются неблагоприятными обстоятельствами или условиями жизни, действующими однократно или систематически [8].

Но если ситуации часто повторяются, наслаиваются, реакции закрепляются, возникают устойчивые психологические образования (комплексы), приводящие к развитию того или иного типа поведения. Так формируется активно-приспособительное или пассивно-приспособительное поведение:

  1. деструктивно-агрессивное, направленное  на    революционную перестройку, изменение деятельности группы и своего поведения в ней;
  2. деструктивно-компенсаторное, когда перестройка деятельности группы и своего поведения сопровождается и закрепляется крупной уступкой её требованиям;
  3. компенсаторно-иллюзорное, когда неудовлетворение потребности и притязания, уступчивый психологический дискомфорт   подростка находят выход  в искусственном возбуждении, опьянении, одурманивании  себя   (расторможенностью  общения, музыкой, танцами, никотином, алкоголем, наркотиками, токсическими    и лекарственными веществами) [4;8].

     Причинами саморазрушающего, деструктивного развития, по мнению Гоголевой А.В., являются:

  •  неспособность подростка к продуктивному выходу из ситуации затрудненности удовлетворения актуальных жизненно важных потребностей;
  •  несформированность и неэффективность способов психологической защиты подростка, позволяющей ему справиться с эмоциональным напряжением;
  •  наличие психотравмирующих ситуаций, из которых подросток не находит конструктивного решения. [3]

Основным мотивом  личностей, склонных к аддиктивным формам поведения, по мнению Менделевич В.Д., является активное изменение неудовлетворяющего их психического состояния, которое рассматривается ими чаще всего как «серое», «скучное», «монотонное», «апатичное». Такому человеку не удается обнаружить в реальности какие-либо сферы деятельности, способные надолго привлечь его внимание, обрадовать или вызвать иную выраженную эмоциональную реакцию. Жизнь видится ему неинтересной в силу ее обыденности и однообразности. Он не приемлет того, что считается в обществе нормальным: необходимости что-либо делать, заниматься какой-нибудь деятельностью, соблюдать какие-то принятые в семье или обществе традиции и нормы. [17]

Менделевич В.Д., Лекомцев В.Т. вслед за Б. Сегалом выделяют следующие психологические особенности лиц с аддиктивными формами поведения:

  1.  сниженная переносимость трудностей повседневной жизни, наряду с хорошей переносимостью кризисных ситуаций;
  2.  скрытый комплекс неполноценности, сочетающийся с внешне проявляемым превосходством;
  3.  внешняя социабельность, сочетающаяся со страхом перед стойкими эмоциональными контактами;
  4.  стремление говорить неправду;
  5.  стремление обвинять других, зная, что они невиновны;
  6.  стремление уходить от ответственности в принятии решений;
  7.  стереотипность, повторяемость поведения;
  8.  зависимость;
  9.  тревожность. [13; 17]

Основной, в соответствии с имеющимися критериями, особенностью индивида со склонностью к аддиктивным формам поведения является рассогласование психологической устойчивости в случаях обыденных отношений и кризисов. У аддиктивной личности отмечается феномен «жажды острых ощущений» (В. А. Петровский), характеризующийся побуждением к риску, обусловленным опытом преодоления опасности. [19]

По мнению Э. Берна, у человека есть шесть видов голода:

  1. голод по сенсорной стимуляции;
  2. голод по признанию;
  3. голод по контакту и физическому поглаживанию;
  4. сексуальный голод;
  5. структурный голод, или голод по структурированию времени;
  6. голод по инцидентам.

В рамках  алкогольного типа поведения каждый из перечисленных видов голода обостряется. Человек не находит удовлетворения чувства «голода» в реальной жизни и стремится снять дискомфорт и неудовлетворенность действительностью стимуляцией тех или иных видов деятельности. Он пытается достичь повышенного уровня сенсорной стимуляции (отдает приоритет интенсивным воздействиям, громкому звуку, резким запахам, ярким изображениям), признания неординарности поступков, заполненности времени событиями.

Базисной характеристикой аддиктивной личности является зависимость. Выделяют перечисленные ниже признаки, пяти из которых достаточно для диагностики   зависимости у обследуемого:

1) неспособность принимать решения без советов других людей;

2) готовность позволять другим принимать важные для него решения;

3)  готовность соглашаться с другими, из страха быть отвергнутым, даже при осознании, что они не правы;

4) затруднения, когда нужно начать какое-то дело самостоятельно;

5) готовность добровольно идти на выполнение унизительных или неприятных работ с целью приобрести поддержку и любовь окружающих;

6) плохая переносимость одиночества – готовность прилагать значительные усилия;

7) ощущение опустошенности или беспомощности, когда обрывается близкая связь;

8) охваченность страхом быть отвергнутым;

9) легкая ранимость при малейшей критике или неодобрении со стороны. [17]

Клейберг Ю.А., Красильников Г.Т., Лекомцев В.Т, Деркачев В.Ф., Менделевич В.Д., Короленко Ц.П., Донских Т.А., Гоголева А.в. и др. выделяют несколько мотивов пристрастия к  алкоголю и табакокурению подростков.

Атарактический (успокаивающий,) мотив – стремление с помощью приема алкоголя, табака смягчить или устранить явления эмоционального дискомфорта, тревоги, состояния фрустрации, конфликтов с окружающими, как способ «самолечения».

Субмиссивный (коммуникативный, символического участия) мотив – связан с целью «быть как все», стремление облегчить общение со сверстниками своего и противоположного пола связано с неумением и нежеланием отказать друзьям. К этому чаще всего прибегают замкнутые, тревожно-мнительные, эмоционально-ранимые подростки.

Псевдокультуральный мотив – стремление произвести впечатление на окружающих подростков с помощью атрибутивных свойств алкоголя и табака.

Активирующий мотив (самоутверждения)  — с целью подъёма жизненных, сил. Будучи неуверенными в своих силах и возможностях, имея заниженную самооценку, подростки пытаются достичь прямо противоположного — уверенности, бесстрашия, раскованности. В других случаях таким же способом достигается выход из состояния скуки, душевной пустоты и бездействия.

Гедонистический мотив – стремление получить   удовольствие, создать приятные ощущения, повысить настроение, психический и физический комфорт. Это происходит из-за невозможности и неумения развлечь себя иным образом (спортивной, творческой и иной активности). В таких случаях очень быстро происходит формирование болезненного пристрастия.

Конформный мотив — стремление подражать кумирам или лидерам, быть принятым группой. В этом случае срабатывает «стадный рефлекс».

Манипулятивный мотив — с целью манипуляции другими, для изменения ситуации в собственную пользу, для достижения тех или иных преимуществ. Эмоционально возбудимые, упрямые подростки посредством психоактивных веществ пытаются подчинить себе ситуацию, успешно выступить в роли лидеров.

Психотический (компенсаторный, снятия психодинамического напряжения) мотив — стремление компенсировать   неполноценность личности, страх, тревогу, дисгармонию характера. У подростков, которые плохо переносят конфликты и трудности в школе и дома, возникает наибольший риск привыкания к наркотикам, как к форме реагирования на любые жизненные проблемы. Подросткам свойственно получать удовольствие безотносительно к непосредственным и отдалённым последствиям. [10;12;13;17]

Подростки больше, чем взрослые подвержены любым формам наркотической зависимости, в том числе алкогольной и  никотиновой. Зависимости в этом возрасте формируются значительно быстрее и наносят тяжелый, а зачастую непоправимый, вред еще растущему и формирующемуся организму. Для подростка расставание с вредной привычкой является большой проблемой  не только психологического, но и физиологического характера. Бросить курить – это подвергнуть организм стрессу, который аналогичен  тяжелому острому воспалительному процессу. Так по данным американских исследователей, у бросающих курить начинается депрессия, мышечные боли, повышение температуры, изменение аппетита и обострение всех хронических болезней. Преобладающее  большинство детей и подростков, желающих бросить курить или задумывающихся о наличии этой проблемы, нуждаются в комплексной   медицинской помощи [2].

В условиях неудовлетворения возрастных потребностей подростков поведение в значительной мере определяется обострением характерных для этого периода реакций эмансипации, группирования, увлечениями (хобби) и формированием обостренных сексуальных влечений (Личко А.Е., Битенский В.С.), компьютерной зависимостью. Эти же факторы могут способствовать вовлечению подростков в группы, где практикуется употребление алкоголя, табака и наркотиков, при условии, что эти группы позволят удовлетворить   потребности подростка, которые он не сможет удовлетворить в других группах. [14]

Стремление к эмансипации приводит подростка к “отравлению свободой”, при котором наиболее часты выпивки, курение, употребление наркотиков. Злоупотреблению психоактивными веществами содействуют коммуникативные хобби – бездумное общение со сверстниками, обмен малозначимой, не требующей интеллектуальной переработки, информацией. [14]  

Подростковый возраст многие психологи считают критическим на всём протяжении. Психические нарушения имеют определённыё этапы развития, проходя через которые они достигают наибольшей степени выраженности. Во время подросткового кризиса скорость этого болезненного цикла увеличивается, в результате чего какой-то из этапов может быть либо очень коротким, либо не обнаруживаться вообще. Подростковый кризис понимается как состояние, в котором могут возникать «искажения отношений подростка с действительностью». Одним из кардинальных признаков данного кризиса является переживание отчуждения своего Я (деперсонализация), своего одиночества и оторванности от мира.

Потребность в общении и самоутверждении подростка должна быть реализована в благоприятной среде. Если это по каким-то причинам не происходит, самоутверждение осуществляется в неформальных подростковых группах, уличных, дворовых компаниях в форме асоциальных проявлений (выпивка, курение, нецензурщина, хулиганство), оно может стать опасным, криминализующим фактором. [1]

Подростковые реакции группирования часто связаны с антисоциальными компаниями (социально отрицательные), в которых доминирует коммуникативные интересы (развлечение и общение), и их в основе   лежат действия, направленные на вред обществу. Истоки групповой преступности лежат в безнадзорности уличных компаний, лидерами которых становятся трудные подростки или взрослые правонарушители. Здоровая юношеская тяга к коллективности выражается здесь в опасный групповой эгоизм, некритическую гиперидентификацию с группой и её лидером, в неумении и нежелании сознательно взвесить и оценить частные групповые нормы и ценности в свете  общих социальных и нравственных критериев. [14]

Аморфная нравственность подростка делает его зависимым в своих суждениях от мнения других. Компенсация несамостоятельности при этом достигается путём крайней преданности общности «мы» и критического, нигилистического отношения ко всем, кто входит в «они». У «трудных» подростков сильно развит «рефлекс подражания», который побуждает их не критически перенимать формы поведения у более запущенных подростков. Этим объясняется возрастание степени трудновоспитуемости, независимо от педагогических влияний движений по вектору отклоняющегося поведения вплоть до делинквентности (правонарушения).

Анализ причин, мотивов и этапов формирования никотиновой и алкогольной зависимостей детей и подростков позволяет говорить, что сложные жизненные обстоятельства, неправильное семейное воспитание, низкий общеобразовательный и культурный уровень окружающих, культ насилия, утвердившийся в современном искусстве, неудовлетворенность социально-личностных потребностей, плохая организация досуга влияют на многих детей, однако далеко не все, поставленные в эти условия, становятся зависимыми.

Таким образом, отклоняющееся поведение подростков, с одной стороны, может рассматриваться как симптом, сигнал, признак зарождения и развития дисгармонических особенностей личности, с другой стороны, выступают в качестве проводника воспитательного влияния на развитие личности, средства её формирования или целенаправленного воздействия на её формирование.

3.4. Алкоголизация детей и подростков

Часто алкогольная зависимость формируется  в семье, в которой имеют пристрастие к алкоголю один или оба родителя. В этом случае можно говорить о развитие   личности   и   поведения   детей   в   условиях    семейного алкоголизма.

Е.М. Мастюкова выделяет следующие формы поведения детей, проживающих в семьях пьющих родителей. [16]

Реакции протеста. Такие реакции чаще всего возникают при наличии алкоголизма одного из родителей. Ребенок становится грубым, непослушным,  стремится все  сделать  назло.  Наряду с активными реакциями протеста могут отличаться пассивные реакции, когда ребенок уходит из дома, боится родителей и не возвращается, затем постепенно начинает избегать общения и со сверстниками. На этом фоне у ребенка легко возникают невротические расстройства: нарушения сна, неустойчивость настроения.  Более резким проявлением пассивного протеста являются попытки самоубийства, в основе которых лежит чрезмерно выраженное чувство обиды, желание отомстить напугать. В некоторых случаях эти попытки носят демонстративный характер.

Имитационное поведение. У детей в силу их обшей невротизации повышенной внушаемости, эмоционально-волевой неустойчивости имеется повышенная склонность к возникновению социально отрицательных форм имитационного поведения, как сквернословие, хулиганские поступки, мелкое воровство, бродяжничество. В условиях хронически тяжелой семейной обстановки указанные трудности поведения постепенно нарастают и приобретают для ребенка характер привычного поведенческого стереотипа, затрудняющих его социальную адаптацию.

Психиатр В.В. Ковалев на основе своего опыта и наблюдения за поведением детей из семей алкоголиков выделяет три  формы реагирования.

Непатологические формы нарушений поведения имеют ситуационный характер, т. е. возникают в ответ на ту или иную ситуацию, и отличаются кратковременностью и неустойчивостью проявлений, отсутствием нарушений социальной адаптации и соматовегетативных расстройств. Особенностью этих форм поведения является их направленность на лицо, вызвавшее у ребенка конфликтное переживание, которое проявляется в виде грубости, стремления досадить определенному лицу.

В основе патологических форм нарушений поведения лежат органические расстройства центральной нервной системы. Они носят диффузный характер, т. е. проявляются не только в той микросоциальной среде, в которой возникли переживания, но и за её пределами. Отмечается их нечеткая направленность на определенное лицо или на определенную ситуацию, в связи с чем, даже при изменении ситуации, поведение носит  стереотипный характер. При патологических формах нарушений поведения всегда наблюдаются невротические расстройства в виде нарушений настроения, сна, сердечной деятельности, дыхания и т. п. и обычно имеют место проявления социальной дезадаптации.

Так, при патологических реакциях пассивного протеста ребенок не только отказывается посещать школу или отдельные уроки, но даже при напоминании о необходимости их посещения у него возникают различные невротические реакции: тики, насильственный кашель, рвота, сердцебиение, повышенная потливость. Настроение у такого ребенка обычно подавленное, сон нарушен.

При патологических реакциях активного протеста у ребенка часто устанавливается привычное агрессивное поведение в отношении окружающих. Ребенок становится грубым, непослушным, упрямым в отношениях с взрослыми, старается все делать назло. Это также сопровождается пониженным настроением, нарушениями сна, аппетита и другими невротическими расстройствами.

Наиболее частыми патологическими формами поведения у детей родителей, страдающих алкоголизмом, являются двигательная расторможенность и повышенная аффективная возбудимость, а также склонность к истерическим реакциям.

Компенсаторные и гиперкомпенсаторные формы подведения направлены на то, чтобы скрыть от окружающих некоторые слабые стороны своей личности. Кроме того, они могут быть средством «психологической защиты» личности от переживаний собственной неполноценности.

В случае выраженности внутренних конфликтных переживаний компенсаторные формы поведения могут проявляться в виде показной бравады, нарушений школьной дисциплины. Девочки в этих ситуациях могут утверждать, что они «давно живут половой жизнью», мальчики - «что они курят, пьют, употребляют наркотики, связаны с различными группировками» и т. д. Эти реакции проявляются чаще в подростковом возрасте, когда возрастает стремление к завоеванию недостающего авторитета.

Отклонения в психическом развитии детей при семейном алкоголизме часто нарушают их адаптацию к школе, учеба большинству из них дается с большим трудом.

Именно в этот ответственный период ведущую роль в становлении психики играет общение    с взрослыми. Поэтому важна организация эмоционально-положительного окружения, в котором воспитывается ребенок.

На основе материалов Е.М. Мастюковой проследим, как формируется личность детей пьющих родителей к подростковому возрасту. У детей из семей  пьющих родителей в раннем и дошкольном детстве развитие протекает относительно благополучно, позже - в младшем школьном и, особенно в подростковом возрасте - со всей остротой встает проблема их школьной и общей социальной адаптации. [12]

Мастюкова Е.М., Мечирж Я., Гоголева А.В. и др. обнаружили у  детей, до 13 лет начавших злоупотреблять алкоголем, высокую наследственную отягощенность алкоголизмом. Дети матерей-алкоголичек обнаруживают более низкие, чем у их нормально развивающихся сверстников, успехи в обучении, явные отклонения в познавательной сфере.

Мастюкова Е.М. характеризует поведение детей в разные возрастные периоды, родители которых употребляют спиртные напитки.

В возрасте от 1 года до 4 лет дети легко вступают в контакт, как со знакомыми,   так   и   с   незнакомыми   детьми   и   взрослыми.   В   общении отличаются живостью и непосредственностью. Однако контакты, как правило,  поверхностны и кратковременны: эти дети легко оставляли одного партнера по игре и переходили к другому. Настроение у них быстро меняется, на смену оживлению легко приходит плач и крик.

Игры таких детей   примитивны - чаще в виде простых манипуляций с предметами и непродолжительны. Из игрушек они предпочитали шумящие, гремящие, свистящие,  манипулируют ими (бросают, стучать ими, добиваясь шумового эффекта). Как правило, они не проявляют никакого интереса к книгам, даже с яркими, крупными картинками, не могут хотя бы короткое время фиксировать внимание на одной и той же игрушке, картинке.

В деятельности  они импульсивны, нецеленаправленны, легко отвлекались на любые внешние раздражители. В то же время нередкими были проявления инертности психических процессов, «застревания» на одном и том же действии.

Навыки опрятности, самообслуживания не сформированы. Большинство из них до 3- 4 лет продолжали получать пищу из бутылок с сосками, сосали или грызли пустышки, игрушки, пальцы рук, ногти. Нередко отмечаются «кривляния», навязчивые движения, гримасы. При засыпании или утомлении наблюдаются стереотипные движения: раскачивания из стороны в сторону, перекатывание с боку на бок и т. п.

Общение с окружающими у этих детей осуществляется преимущественно жестами. У большинства детей до 2- 2,5 лет, а у некоторых и дольше, речь носит лепетный характер. В возрасте около трех лет у них появляются отдельные слова, имевшие аморфную, аграмматичную структуру. Понимание речи этими детьми ограничено конкретной ситуацией. Например, на просьбу показать домик на предъявленной ему картинке ребенок подбегает к окну и показывает домик на игровой площадке во дворе яслей. Такая привязанность слова к конкретному предмету свидетельствует об отсутствии у ребенка понимания значения данного слова.

Если нормально развивающийся ребенок к этому времени начинает овладевать своим поведением, то дети  пьющих родителей вплоть до 6- 7-летнего возраста находятся во власти аффекта.

К 7-8 годам у детей нарастают признаки социальной дезадаптации. Как правило, в возрасте 4 - 5 лет им недоступно понимание условностей и принятие ролей в сюжетно-ролевых играх, а в 6 - 7 лет они испытывают трудности при участии в играх с правилами. Чрезмерная импульсивность, аффективная взрывчатость, безответственность не позволяют им завоевать симпатии сверстников и занять устойчивую позицию в коллективе.

Дети 4 - 8 лет пьющих родителей оказываются не в состоянии выйти из-под влияния конкретной ситуации. Так, они не выполняют требования воспитателя идти спать, так как не могут преодолеть желания расстаться с привлекательной игрушкой. Столкнувшись с трудностями при выполнении заданий, они легко отвлекаются на посторонние раздражители. Нецеленаправленность и слабость контроля  характерны для них почти во всех видах деятельности.

Ведущую роль среди психических процессов в старшем дошкольном возрасте у нормально развивающихся детей играет память. Для детей, родители которых страдают алкоголизмом, в возрасте 4-8 лет характерно преобладающее развитие восприятия по сравнению с памятью. Такое место восприятия в ряду других психических процессов, с одной стороны, и отмеченная выше нерасчлененность эффективно-потребностной сферы с другой, лежит в основе слабой осознанности и произвольности своего поведения.

В характеристиках педагогов, воспитателей, родственников детей нередки указания на случаи мелкого воровства уже в дошкольном возрасте. Эти поступки не могут расцениваться как асоциальные, так как в них нет элементов умышленности, полной осознанности и произвольности. Напротив, именно отсутствие этих элементов и приводит к совершению таких действий, т. е. внешняя ситуация действует как побудительная сила, а механизмы произвольной регуляции еще не сформированы.

При поступлении в школу педагоги и родители детей 7-8-летнего возраста, в первую очередь касаются их неусидчивости, невнимательности, не целенаправленности, нежелания трудиться и т.п.  У них отчетливо обнаруживаются признаки социально-педагогической запущенности в виде ограниченности словарного запаса, бедности знаний и сведений об окружающем мире, недостаточной усвояемости многих навыков (счет, чтение, письмо, рисование и др.). Они усвоили элементарные обобщающие понятия (животные, растения, транспорт, мебель и др.), но при самостоятельном определении понятий ориентируются не на существенные, а на конкретно-ситуационные признаки.

Что касается личностных особенностей детей 9 - 12-летнего возраста, то для них характерны завышение уровня притязаний и самооценки, отсутствие переживаний при неудачах. Переживания детей, родители которых  употребляют алкоголь, поверхностны и неустойчивы, не оказывают существенного влияния на мотивационную и интеллектуальную сферы, а следовательно, и на поведение в целом. Это связано с недостаточным осознанием детьми своих переживаний; не попадая в сферу сознания, они быстро забываются и в результате дети редко задумываются о последствиях своих поступков и не планируют их.

Отставание в общем психическом развитии, с одной стороны, и высокие требования со стороны школы с другой, приводят к возникновению конфликтных ситуаций, основным способом выхода из которых в младшем школьном возрасте является уход: прогулы занятий, побеги из дома.

Такой протест против требований социальной среды приобретает наиболее активный характер к подростковому возрасту. Из 20 обследованных Мастюковой Е.М подростков 14 состояли на учете в наркологическом диспансере по поводу эпизодического либо систематического употребления алкоголя,  наркотических веществ.

Лекомцев В.Т., Лекомцев В.В., Поздеев А.Р., Дергачев В.Ф. отмечают, что при формировании алкогольного поведения подростков значительно страдают социальные и духовные потребности, а основополагающими формами поведения становятся органические и материальные. Алкогольная зависимость в подростковом возрасте имеет свою динамику и характеризуется прогрессивным углублением нарушений в случае, когда процесс не будет остановлен. Авторы выделяют стадии формирования алкогольной зависимости в подростковом возрасте.

На первой стадии подросток переживает интенсивное острое изменение психического состояния в виде повышенного настроения, чувства радости, ощущения риска. Эти состояния фиксируются в сознании. Начало формирования алкогольной зависимости характеризуется возникновением понимания, что существует способ, с помощью которого можно легко изменить свое психическое состояние. Подростки, испытывающие трудности в семье, в школе, недовольные собой и окружающим миром легче и быстрее становятся на путь аддикции.

Второй этап алкогольной зависимости характеризуется формированием определенной последовательности приобщения к алкоголю. Устанавливается определенная частота приема алкоголя, которая зависит от ряда факторов: особенностей личностно-потребностной сферы, ценностей воспитания, культурного уровня, окружающей социальной среды, значимых событий в жизни. Ритм аддикции на этом этапе коррелирует с фрустрациями и определяется порогом переносимости этих затруднений. Постепенно аддиктивный ритм становится более частным, а отношения с людьми отступают на второй план.

На третьем этапе происходит формирование аддиктивного поведения как интегральной части личности. Несмотря на  наличие защитных механизмов,  возникает чувство тревоги, неблагополучия. Учащение  приема алкоголя у подростков приводит к тому, что он становится стереотипным, привычным типом поведения.  Короленко Ц.П., Донских Т.А. отмечают, что большое значение для подростка на этом этапе имеет ощущение «инакости», отличия от других. В их жизни появляется тайна. Одновременно ярко выступает защитная реакция отрицания существующих проблем в сочетании с внутренним осознанием опасности. В этом случае вступает в действие защитная реакция  «для себя»: объяснение своего поведения ссылками на различные внешние факторы и ситуации (плохие взаимоотношения с учителями, родителями, невозможностью самовыразиться). Подросток подчиняется своему эмоциональному состоянию и становится невосприимчивым к попыткам критики его поведения.

На четвертой стадии (которая чаще наблюдается в юношеском или молодом возрасте) происходит полное формирование алкогольной зависимости. Подросток погружается в аддикцию и окончательно отчуждается от общества. От его внутреннего «Я» остается только внешняя оболочка. Прием алкоголя не приносит прежнего удовлетворения, контакты с прежними друзьями и близкими людьми крайне затруднены даже на социальном уровне, возрастает одиночество. Человек начинает принимать алкоголь не в компании, а один.

Пятый – заключительный этап. Алкогольная зависимость разрушает не только психику, но и биологические процессы. Нарастает хроническая интоксикация, приводящая к поражению органов, систем возникновению истощения. Общий стиль жизни подростков с алкогольной зависимостью характеризуется пренебрежением правилами гигиены, отсутствием внимания к своему здоровью. Положение усугубляется разрывом с близкими, прекращением учебы. Они часто нарушают общественный порядок и законы. Подростки разучаются эмоционально контактировать с людьми, исключают возможность взаимопонимания, избегают всего того, что носит доверительный характер. [13]

В процессе формирования алкогольной зависимости у подростков начинает изменяться личностная сфера, которая  к этому моменту готова дисгармонировать. Алкоголизируется тот подросток, как считает Гоголева А.В.,  личность которого характеризуется низкой самооценкой,  не способностью оценить свое настроение и поведение, идентифицировать и выразить свои чувства самостоятельно, неспособностью просить о помощи. Кроме того, формирование алкогольной зависимости провоцируется обществом: алкогольные обычаи, алкогольные установки на фармакологических свойствах алкоголя. [3]

3.5. Подростковый никотитизм

Социологические исследования, проведенные в различных городах России, показали, что 75,7% мужчин и 20,6% женщин курят или курили ранее, курящих в сельских районах меньше, чем в городах. С возрастом количество курящих уменьшается, реже курят мужчины с высшим образованием, чем со средним или начальным. Влияет на курение и профессия курильщика, их меньше среди людей умственного труда по сравнению с рабочими, техническими работниками и работниками сферы обслуживания. Разведенные мужчины и женщины курят больше, чем семейные. В неблагополучных семьях курят больше. В семьях, где курят старшие братья или сестры, вероятность того, что закурят младшие, увеличивается в 3-5 раз.

Большинство людей, как в России, так и за рубежом, начинают курить в детском и подростковом возрасте (свыше 80% — в возрасте до 18 лет). Это возраст первого опыта курения и приобщения к нему. За последние годы в России количество курящих школьников, особенно девушек, возросло. Курят  40% подростков и студентов, 53% мужчин и 56% женщин. Причем большинство курильщиков составляют люди в возрасте от 20 до 29 лет, а дети приобщаются к сигарете уже... в начальной школе [2].

По данным ВОЗ, если подросток выкурил хотя бы две сигареты, в 70 случаях из 100 он будет курить всю жизнь. Потому что начать курить намного легче, несмотря на сопротивление организма, но бросить курить, когда организм имеет тягу к никотину, намного труднее.

Классификация причин, способствующих приобщению к курению (по данным Королевского колледжа врачей Великобритании):

  1.  Психологические (пример и отношение к курению родителей, старших братьев и сестер, давление товарищей, пример знаковых фигур, например, знаменитых актеров и пр.)
  2.  Физиологические (эффект никотина и оксида углерода, длительность фазы экспериментирования).
  3.  Воспитательные, или познавательные.

Главными мотивами курения детей и подростков являются следующие: любопытство, просто так, от нечего делать, быть как все, баловство, желание выглядеть взрослым, современным, крутым, мода и др. Согласно социологическому опросу, проведенному К.М. Грабчук, абсолютное большинство девочек начинают курить, потому что хотят быть современными и нравиться мальчикам. Но когда мальчикам был задан вопрос «хотел бы ты, чтобы у тебя жена курила?», никто не сказал «да». Даже курящие мальчики не хотят иметь курящих жён. [5]

Анонимный опрос Андреевой Т.А., Лемешевым Г.Е., Малькевич Л.А., Малькевич М.В.  показал, что соотношение курящих мальчиков и девочек практически одинаково во всех возрастных группах (хотя наблюдаются различия у детей 11-12 лет), в которых мальчиков больше, а в 15-16 летнем возрасте преобладают девочки. Наибольшая группа школьников в полученной выборке – подростки в возрасте 13-16 лет.  При анализе полученных данных, подтвердился тот факт, что курящие подростки достоверно чаще живут в семьях, в которых родители курят – 60%  против 40%.  Для некурящих подростков характерна обратная пропорция – 42% против 57%.  Среди курящих школьников в сравнении с некурящими, достоверно чаще курит мать 45% против 12% и оба родителя  17% против 6%. Явного влияния отца на курение школьников не прослеживается, хотя в группе некурящих школьников отцы явно доминируют по сравнению с курящими мамами 36% против 12%. [2]

Установлено, что почти одна треть подростков (28,1%) к моменту опроса пробовала курить. Самый распространенный возраст, в котором начинается употребление табака - это 12-13 лет (24,5%). Однако не меньший интерес к сигаретам проявляют дети в возрасте 7 лет и ранее (18,4%). Это может свидетельствовать о том, что возраст первого опыта курения постепенно снижается.

Многие подростки, раз попробовав, не делают повторных попыток курить (таких среди подростков 63,5%) или же курят лишь время от времени, в особых случаях (1-5 дней в месяц) - таких 17,4%. Около 8,6% подростков курят достаточно регулярно, т.е. чаще 6 раз в месяц. 10,5% респондентов отметили, что курят 20 дней в месяц или чаще, т.е. являются регулярными курильщиками. Таким образом, каждый десятый из подростков в возрасте 13-15 лет, которые хотя бы раз попробовали курить, становятся регулярными курильщиками. Очевидно, что профилактическую деятельность в отношении табакокурения необходимо проводить не только в подростковом, но и младшем школьном возрасте, где главенствующую роль играет семья. [1]

Результаты данного исследования подтверждают, что для снижения уровня курения среди подростков необходимо снизить уровень курения среди взрослых. В связи с этим рекомендуется усилить профилактическую работу среди взрослых, в первую очередь, среди родителей и учителей.

Остановимся на стадиях формирования подростковой никотиновой зависимости. Начальной стадией  никотитизма считают время, когда неприятные ощущения, вызываемые курением, пропадают и сопровождаются чувством удовольствия, расслабленности, лёгкой эйфории и кажущегося подъёма работоспособности. Количество выкуриваемых сигарет достигает 10-15 в день. Физического влечения на этой стадии, продолжительность которой от 1 до 5 лет, ещё нет. Курильщик ещё способен прекратить курение, так как зависимость от никотина полностью ещё не сформировалась.

Можно выделить такие фазы «карьеры курильщика»:

  •  фаза первого пробного курения (8-12 лет)
    •  фаза нерегулярного курения, продолжительностью около 2 лет (13-16 лет)
    •  фаза регулярного незначительного курения
    •  фаза регулярного интенсивного курения, 20 и более сигарет в день.

Всемирная организация здравоохранения выделяет 4 этапа в формировании курильщика:

  1.  Подготовка.
    1.  Экспериментирование с курением.
      1.  Приобретение привычки.
      2.  Поддержание привычки.

Переход от одного этапа к другому зависит от многих причин и от индивидуальных особенностей курящего.

Первый этап — для подростка имеет значение курение родителей, старших братьев и сестер, телевидение. Это стадия бытового курения. Подростки курят вначале эпизодически, 1-2 сигареты в неделю, в зависимости от ситуации. Затем возникает ежедневное курение до 3-5 сигарет в день. Курильщику кажется, что его работоспособность повышается, улучшается самочувствие.

Второй — курение друзей, наличие сигарет у курящих родителей.  Это стадия привычного курения. Развитие привычки курения, укрепление или отказ от нее зависит от комплекса факторов, основными из которых являются:

  •  характер информированности подростка о табакокурении,
  •  уровень мотивации на отказ от курения,
  •  личностные особенности курильщика,
  •  отношение к курению ближайшего окружения,
  •  степень табачной зависимости,
  •  возможная помощь в отказе от курения.

Третий — самовнушение, что курение успокаивает, регулирует вес (а также доступность и цена). На этой стадии формируется пристрастное курение. Зависимость носит физический характер. Возникает непреодолимое желание курить. Развивается тяжелая абстиненция. Появляется привычка курить натощак, сразу после еды, нередко ночью.

Четвертый — прибавляется фактор привыкания. [2]

Семье отводится роль в определении направленности поведения подростков, именно в ней, в процессе взаимодействия и взаимовлияния супругов, родителей и детей закладываются основы норм и правил нравственности, навыки совместной деятельности, формируются ценностные ориентации, мировоззрение, жизненные планы и идеалы. 

Возрастает вероятность курения подростками, если курят их отцы и старшие братья. Пример взрослых постоянно у них перед глазами. Подражание взрослым и одобрение сверстников способствуют приобщению подростков к курению. Кроме того, некоторые подростки начинают курить из-за давления сверстников, не смотря на то, что их семьи являются противниками табакокурения. В среде сверстников срабатывает механизм взаимного подражания.

    

  3. 6.  Личностные особенности курящих подростков

из полных и неполных семей

Вслед за К.М. Грабчуком, Е.В. Григорьевой, Н. Аракеляном, мы считаем, что особую роль в образовании никотиновой зависимости играют семья, школа, окружение. В зависимости от того, как складываются эти взаимоотношения и общение, какой воспитательный потенциал имеет семья (а он определяется структурой семьи, общим образовательным и культурным уровнем родителей, социально-бытовыми условиями жизни семьи, психологическим микроклиматом, распределением функциональных обязанностей между членами семьи, трудовыми и семейными обязанностями, организацией свободного времени и другими) формируется личность ребёнка. [5]

Наше исследование посвящено изучению личностных особенностей курящих подростков из полных и неполных семей. Мы предполагаем, что существуют значимые  личностные различия у курящих и некурящих подростков из разных типов семьи. Обследование проводилось в гимназии № 7 г. Брянска при активном участии психолога Семерковой И.Н., в нем принимало участие 80 подростков, возраст 13-15 лет, 40 мальчиков, 40 девочек. В процессе исследования нами использованы следующие методы: анонимное интервью; тестирование с помощью опросника Кеттела 16-PF (C), математическая обработка данных с помощью критерия Фишера φ.

                                   

Анонимное интервью

Инструкция. Вам предлагается интервью. Старайтесь отвечать искренне и честно. Не стремитесь произвести хорошее впечатление своими ответами. Отвечая на каждый вопрос, выберите ответ, который наиболее соответствует действительности. Верный ответ обведите в кружок или подчеркните.

Укажите свой пол, возраст.

1. Я пробовал(а) курить:

а) да

б) нет.

  1. Я впервые попробовал(а) закурить сигарету, когда мне было:
    8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 лет.
  2. Мотивом для этого послужило:

а) любопытство

б) желание повысить настроение

в) за компанию

г) после стресса.

4. В настоящее время я курю:

а) да

б) нет.

5. Я курю:

а) очень редко

б) иногда

в) часто

г) постоянно.

6. Я делаю этого для того, чтобы:

а) успокоиться

б) отвлечься от проблем

в) «убить время»

г) доставляет удовольствие.

7. По моему мнению, никотин влияет на здоровье:

а) положительно

б) отрицательно

в) вообще не влияет

г) не задумывался

8. Я бы хотел(а) получить более полную информацию по проблеме
никотиновой зависимости:

а) да

б) нет

9. Я проживаю:

а) в полной семье

б) в неполной семье.

10. Перечислите состав семьи, указав их возраст.

Нами получены следующие результаты анонимного интервьюирования.  Первичные результаты по анкете представлены в  диаграмме  распределения данных и в таблице 3, мы видим, что подростки мужского пола (56,25%) и девушек (68,18%), живущие в полных семьях значимо не подвержены курению. Но большой процент подростков мужского пола (75%) и девушек (50%) из не полных семей - курят.   

С помощью анкетных данных мы также выяснили, как часто подростки курят, и с какого возраста начали курить. Данные отражены в таблице  6,  на диаграмме 32.Мы видим, что в основном, девочки пробуют курить либо в 10 лет (18,52%), либо в 12 лет (18,52%). Мальчики же, чаще всего пробуют курить в 10 лет (30,43%).

Таблица  6

Распределение данных (частота и в %) по группам мальчиков и девочек, по вопросу «когда вы закурили, или попробовали сигарету в первый раз» (%)

Пол

Возраст

6

7

9

10

11

12

13

14

Жен

0

0

7,4

18,5

3,7

18,5

7,4

3,7

муж

8,7

4,4

4,4

30,4

8,7

4,4

8,7

13,1

По результатам проведенного интервью, мы можем сделать следующие выводы:

1) подростки из полных семей в основном не склонны к курению, в то время как  школьники из неполных семей имеют ярко выраженную  направленность на  курение.

2) как девочки, так и мальчики начинают  курить в возрасте 10 лет; второй пик начала курения у девочек приходится на возраст 12 лет.

Изучив личностные особенности подростков, мы определили, что курящие девочки из неполных семей значимо отличаются от девочек не курящих из неполных семей по высоким значениям факторов смелость, динамичность, степени тревожности, уровню развития самоконтроля, уровню развития воображения (таблица 7).

Таблица 7

Значимые различия личности  курящих и некурящих подростков

(по критерию Фишера)

жен  

        Уровень

Тип семьи

Не курит

Курит

неполн.

семья

Высокий

H - смелость

N -динамичность

O - степень тревожности

Q4 - уровень развития самоконтроля

M - уровень развития воображения

Низкий

A- открытость, замкнутость

полн.

семья

Высокий

E - степень доминирования - подчиненности;

L - отношение к людям

G - степень социальной нормированности и организованности

I - Чувствительность

B - общий уровень интеллекта

M - уровень развития воображения

H смелость

C эмоциональная устойчивость

Q4 уровень развития самоконтроля

Низкий

Q3- наличие внутренних напряжений

I- Чувствительность

Q1- восприимчивость к новому радикализму

муж  

неполн.

семья

Высокий

C- эмоциональная устойчивость

M- уровень развития воображения

Низкий

Q1- восприимчивость к новому радикализму

полн.

семья

Высокий

А-открытость, замкнутость

H- смелость

E -степень доминирования - подчиненности

Q3-наличие внутренних напряжений

F-Беспечность

I-Чувствительность

M-уровень развития воображения

Q1-восприимчивость к новому радикализму

Низкий

А-открытость, замкнутость 

H- смелость

I -Чувствительность

Курящие и некурящие девочки из полных семей значимо отличаются   по низким значениям факторов наличия внутренних напряжений, чувственности, восприимчивости к новому  и по высоким значениям факторов смелость, эмоциональная устойчивость, уровню развития самоконтроля.  Среди них отмечаются  высокие значения факторов доминирования, отношения к людям, степени  социальной нормированности и организованности, чувственности, общим уровнем интеллекта, наблюдаются различия и по уровню развития воображения. Не курящие и курящие девочки из неполных семей значимо отличаются   по низкому значению фактору открытость.

Курящие и не курящие мальчики из неполных семей значимо отличаются  по факторам эмоциональная устойчивость, уровню развития воображения, по фактору восприимчивость к новому. Курящие и некурящие мальчики из полных семей значимо отличаются  по факторам открытость-замкнутость, смелость, степени доминирования, беспечности, чувственности, уровню развития воображения и восприимчивости к новому, наличию внутренних напряжений.

Таким образом, семье отводится ведущая роль в определении направленности поведения и формировании личностных механизмов подростков, именно в ней, в процессе взаимодействия и взаимовлияния супругов, родителей и детей закладываются основы норм и правил нравственности, формируются ценностные ориентации, привычки, мировоззрение, жизненные планы и идеалы.

ЛИТЕРАТУРА

  1.  Абрамова Г.С. Введение в практическую психологию. М., 1995.
  2.  Андреева Т.А., Лемешева Г.Е., Малькевич Л.А., Малькевич М.В. Проблема никотиновой зависимости у  подростков и практический опыт ее решения.
  3.  Гоголева А.В. Аддиктивное поведение и его профилактика. -М., 2003.
  4.  Голод С.И., Клецин А.А. Состояние и перспективы развития семьи. Теоретико-типологический анализ.
  5.  Грабчук К.М., Григорьева Е.В. Образ семьи у подростков с делинквентным поведением.- Кемерово, 2000.
  6.  Диагностика школьной дезадаптации. Научно-методическое пособие для учителей начальных классов и школьных психологов.-М., 1993.
  7.  Захаров А.И. Как предупредить отклонения в поведении ребенка. – М., 1993.
  8.  Змановская Е.В. Девиантология. М., 2003.
  9.  Клауд Д., Таунсенд Д. Барьеры М., «Мирт»., 2001.
  10.  Клейберг Ю.А. Психология девиантного поведения. М., 2001.
  11.  Коробейников И.А.. Нарушения развития и социальная адаптация.- М.,2002
  12.  Короленко Ц.П., Донских Т.А. Семь путей  к катастрофе.- Новосибирск, 1987.
  13.  Лекомцев В.Т., Поздеев А.Р., Деркачев В.Ф., Лекомцев В.В. Формы подросткового аддиктивного и антисоциального поведения.-М., 1996.
  14.  Личко А.Е., Битенский В.С.  Подростковая наркология.-М., 1991.
  15.  Лусканова Н.Г. Методы исследования детей с трудностями обучения.- м., 1993.
  16.  Мастюкова Е.М., Грибанова Г.В., Московкина А.Г., Профилактика и коррекция нарушений психического развития детей при семейном алкоголизме.-М., 1989.
  17.  Менделевич В.Д. Психология девиантного поведения.- СПб., 2006.
  18.  Овчарова Р.В. Социально-педагогическая запущенность в детском возрасте.- Архангельск, 1996.
  19.  Петровский В.А. Психология неадаптивной активности.-М., 1992.
  20.  Пезешкиан Н. Позитивная семейная психотерапия: семья как психотерапевт.- М.,1993.
  21.  Психология зависимости: Хрестоматия/ Сост. К.В.Сельченок. – Мн, 2004.
  22.  Психическое развитие воспитанников детского дома / Под ред. И.В. Дубровиной, А.Г. Рузской. М.,-М.,1990.
  23.  Семаго М.М., Семаго Н.Я.  Организация  и содержание деятельности психолога специального образования.-М., 2004.
  24.  Ямбург Е.А. Школа для всех: Адаптивная модель. – М., 1996. – С.5.

Глава 4. Гортоновика как метод преодоления алкогольной и табачной зависимостей взрослых

4.1  Понятие гортоновики и ее основания как метода преодоления алкогольной и табачной зависимостей взрослых

      Информационное состояние нашего общества составляет сегодня 95% населения, положительно относящегося к алкоголю, т.е. допускающего для себя определенное количество и качество спиртного в конкретной ситуации (Новый год, день рождения, свадьба, поминки и т.п.). И если на некурящего большинство табачников смотрят с тихой внутренней завистью, то на трезвенника смотрят как на больного, ненормального, сектанта.

Но как бы алкоголь не обманывал человека дурашливостью, вызванной алкогольной гипоксией,  в конце путь любого пьющего – это наркотическая алкогольная зависимость и деградация личности. Мозг человека, даже при малой единичной дозе алкоголя, находится в угнетенном состоянии три недели и человеку практически невозможно определить точку перехода от пьянства к алкоголизму на линии жизни. А когда всё начинает рушиться – работа, семья, здоровье – далеко не каждый может себе в этом признаться, но даже когда и признается, встает вопрос: кто поможет? Врач, экстрасенс? Где тот единственный и правильный выбор?

Очевидно, это и понял в своё время  ученый – биолог Г.А.Шичко, который разработал гортоновический метод коррекции сознания  человека, искаженного алкогольной и табачной  запрограммированностью.  С 1980 года метод Шичко помог миллионам людей стать  сознательными трезвенниками, умеющими постоять за трезвый здоровый образ жизни и не возвращаться к прошлому.

Шичко Геннадий Андреевич (1922-1986 г.) – ленинградский психофизиолог, кандидат медико-биологических наук, автор научных разработок в области Второй Сигнальной Системы. Г.А.Шичко разработал и практически применил механизм воздействия на сознание человека с помощью СЛОВА, задействовав все четыре группы вторых сигналов: слово слышимое, слово видимое, слово произносимое, слово изображаемое. Соединив эти группы с триадой Бехтерева, Шичко получил беспрецедентный результат избавления от алкоголя, курения и других вредных привычек.  

Психолого-педагогический,   гортоновический  метод Г.А. Шичко подразумевает работу над собой по очищению  сознания от алкогольной и табачной программ при получении от педагога информационной нагрузки и осмысления её через скриптотерапию,  т.е.  моторное списывание патологичной искусственной программы. Исследования показали: 95%  слушателей курса при выполнении рекомендаций метода навсегда освобождались от алкогольной и табачной зависимости. Метод не имеет отрицательных последствий, не лишает человека свободы выбора, значительно улучшает психическое и физическое состояние.

Основные понятия, на которые опирается метод Г.А. Шичко.

Гортоновика – новая наука, занимающаяся изучением возможностей благотворного влияния на человека целенаправленной речью. 

Запрограммированность сознания. Человек живет по ряду программ, которые делятся на естественные и искусственные.

Естественные - это те программы, с которыми мы рождаемся. Например: программа «Жизнедеятельности» (человеку необходимо есть, пить и т.п.), программа  «Продолжения рода» (семья для детей), программа  «Самосохранения» (как рефлекс защиты) и т.д.

Искусственные – это те программы, которые мы приобретаем в ходе жизни и они не созданы природой. Например: программа «Мода»- изменчива и активна». Программа «Алкогольная», «Курительная», «Наркотическая» - это  не только искусственная программа, но еще и патологическая, разрушающая организм. Если человек в своей жизни пользуется патологичными программами,  то он обязательно свернет с дороги жизни, где его ждет тупик – стена. Время до столкновения со стеной индивидуально и сокращается с каждым годом.

Психологическое программирование. Теория психологического программирования, разработанная Г.Шичко, позволяет научно понять источник формирования любой программы человека, заложенной   социальной средой (народ со своими обычаями, традициями, семья, улица, друзья, школа, рабочий коллектив, телевидение, СМИ и т.д.) Возьмём для примера алкогольную программу. Россия  сегодня – к сожалению – алкоголефильная страна, т.е. в России сегодня алкоголь внедрён во внутреннюю структуру нации, этноса  - обычаи, традиции, фильмы, песни, сказки. Итак, 95% русского народа сегодня к алкоголю относятся положительно (+), т.е. допускают для себя то или иное количество и качество спиртного в определенной единичной ситуации (праздник, юбилей, и т.п.). Социальная среда – программист будущего поведения человека. Изначально человек не имеет негативной патологичной программы, в том числе и алкогольной.  Г.А. Шичко сказал: «Человек по природе своей трезвенник и остаётся им до тех пор, пока не поддается «питейной обработке».  Потом начинают формироваться различные программы, которыми пользуется среда обитания человека. Программа состоит из настроенности, установки и убеждённости.

  Итак. Программа = настроенность + установка + убеждённость.

Настроенность – это предрасположенность сознания к положительному или отрицательному пониманию явления. Настроенность к положительному  пониманию такого явления как алкоголь (вино, пиво, и прочее) формируется у человека в раннем возрасте 3-5 лет, когда ребенок запоминает всё, что видит и слышит, без анализа и понимания записывая информацию как  психологическую установку на всю оставшуюся жизнь (Импринтинг). Мед и пиво пьют в сказке, пьют и курят в мультфильмах, кино, телевизоре, на улице, парке, дома родители, взрослые родственники и т.д. Часто ребенок сидит за столом и чокается с взрослыми (пока лимонадом), он – как все. 

Установка – неосознанное личностью состояние готовности к определенной деятельности (что пить, с кем, сколько, когда, как и т.д.) Установка  формируется немного позднее к 4 - 8 годам без оценки происходящего.

Беседа  с младшими школьниками. Мы предложили детям составить меню на праздничный стол в форме игры и записать его на доске. Под номером 1 списка половина учеников класса назвали водку! Потом вино, шампанское, колбасу и т.д. В конце одна девочка, стесняясь, назвала торт(«праздник удался!»…). В  классе  другой школы дети рисовали  «праздничный стол». Большая часть рисунков содержала алкогольную «сервировку».  Всё  просто:  дети - зеркало взрослых.

В своё время Г.Шичко сказал, что алкоголизм начинается там и тогда, где и когда появляется первая положительная мысль об алкоголе.

Убежденность – это твердые, основанные на определенных принципах устоявшиеся взгляды человека, опирающиеся на знания и личный опыт. Убежденность формируется в 14 - 18 лет.  Это возраст, когда человек формируется как личность, начинает идентифицировать себя в окружающем мире. Но в это время информационный аквариум его сознания на 95% залит алкогольной программой. Подросток убежден, что употребление алкоголя (курение) является неотъемлемой частью определенного поведения в обществе: праздник, встречи, общение с противоположным полом, событие и т.д. Он стремится быть взрослее, он как все.

  •  Алкогольно-табачная социальная психологическая программа – это совокупность ложных убеждений, внедренных в сознание человека и исказивших его мировоззрение неверными представлениями об алкоголе и табаке.

Программу можно сравнить с часовой миной, которая  взорвется индивидуально для каждого из нас. Доступность алкоголя и табака – взрыватель этой программной мины! Один начинает пить (курить) в 12 лет, другой в 18 лет, это уже следствие  программы, которая в свою очередь состоит из привычки, потребности и употребления наркотика. Начало у всех одинаковое – весело, красиво, ритуально, культурно. Но цикличность нашей алкогольной жизни приводит к многократному повторению питейных ситуаций и с годами появляется привычка к алкогольному употреблению.

Привычка – это  устойчивое поведение в питейной  ситуации. Потом приходит потребность.

Потребность – сильная, непреодолимая тяга к алкоголю после первой рюмки, вызывающая «похмельные страдания», как специфический признак алкоголизма, не поддаётся полному уничтожению.

Неудовлетворенность жизнью, страх, хандра, депрессия, кризис жизни, крушение семьи, потеря здоровья, работы, материального благополучия, деградация, катастрофа, смерть – это стена. В любом случае надо сворачивать, иначе…. Только не ошибитесь при выборе дороги! 

    Любой организм стремиться жить и жить хорошо, с максимальным здоровьем. Эта программа включена в инстинкт самосохранения и подсознательно управляет поступками человека. Цент ее локализации в правом полушарии головного мозга. Цель развития природы – совершенствование всех мыслящих форм, и не важно, понимаем мы управленческие механизмы воздействия природы или нет. При совпадении вектора цели природы и вектора цели индивида вектор ошибки отсутствует. Внутренний психофизический конфликт отсутствует. Такой человек выглядит молодо, он жизнедеятельный и здоровый, всегда спокоен и рассудителен. При рассогласовании вектора цели человека и вектора цели природы (наличие патологичных «Алкогольной», «Табачной»  и т.п. программ), возникает вектор ошибки. Ошибка вызывает внутренний дискомфорт на уровне подсознания. Возникает  внутренняя тревога, приводящая к неосознанному желанию ликвидировать вектор ошибки (или заглушить его алкоголем, наркотиками). Если такие ощущения выводятся человеком на логический уровень (метод Г.А. Шичко), то проблема снимается. Если внутренний дискомфорт не пытаться осмыслить, то с течением времени он усиливается, и возникает два выхода по ликвидации этих ощущений:

  1.  Найти и исправить ошибки.
  2.  Полностью разрушить  генетику организма и, в конце концов, самоликвидироваться.

Таким образом: алкоголизм, курение, наркомания – это психологическое страдание, вызванное деформацией сознания. Человек не виноват, что он пьёт, курит, его сделал таким мир, в котором он живет. Страшен не сам раб, а его философия, как страшен не сам пьющий, а его убеждения. Рабская философия не позволяет человеку ничего менять в своей жизни.

Освободись от этих рабских программ, и ты станешь истинно свободным и разумным человеком, спасешь своё будущее.

Гортоновический метод Г.А.Шичко основан на триаде Бехтерева, которая включает убеждение, внушение, самовнушение. Такая триада включена в любой процесс обучения (например: в школе - урок, опрос на уроке, домашнее задание). На занятиях по методу Г.Шичко тот же принцип:    

 Убеждение – это 10 занятий, на которых слушателям даётся информационная нагрузка по определенной программе.

Внушение -  повторение пройденного материала слушателями или краткое повторение материала преподавателем в конце занятия в состоянии расслабления – релаксации.  

Самовнушение включает выполнение домашнего задания – ведение специального дневника ежедневно в ходе прохождения курса, что даёт возможность слушателю курса  проанализировать получаемые  знания, собственное поведение, и  изменить себя.

Главное, что слушателя не лишают свободы выбора. Трезвый здоровый образ жизни – это естественный однозначный выбор человека после прохождения курса и претворение этого решения в жизнь несет личности чувство удовлетворения, гордости за себя, повышения значимости и само ценности, истинной радости.  Метод прост, доступен всем и не требует предварительных условий, главное – желание.

Внимание: сила триады в её единстве. Отказ слушателя от посещения занятий  и не написание самостоятельных дневников, то есть халатное отношение к требованиям метода, не дает успеха в отказе от негативных программ и оставляет слушателя в группе риска.

После прохождения Курса теоретических занятий у слушателя «открываются глаза». Человек не только отказывается от алкоголя и курения, но и меняет свои убеждения в отношении вредных привычек, поднимается как  личность. Информационному  давлению нетрезвого общества сложно сбить такого человека с выбранного пути. 

После прохождения теоретического курса занятий по отказу от вредных привычек, концепция Фонда здорового образа жизни «Вместе за будущее» предусматривает реабилитацию и  адаптацию своих слушателей в трезвом здоровом образе жизни.  

В данном аспекте важно заметить, что главным программистом  алкогольного,    табачного и другого мировоззрения является семья, как  ячейка всего общества. Известный немецкий педагог 18 века Себастьян Брайт в своей книге «Корабль дураков» пишет: «Ребёнок учиться тому, что видит у себя в дому, родители – пример ему».

Дети  повторяют те же ошибки родителей как в зеркале, правда, в нашем случае в кривом, т.е. идут вместе с родителями к той же  стене. Но так как это движение по спирали вниз, то следующий  виток будет короче предыдущего. Изменение искусственной патологичной программы в семье обеими родителями  своевременно, дают ребенку возможность  перепрограммирования, то есть семья получает шанс на здоровое будущее и ради этого родителям нужно пожертвовать личными амбициями. Практика показывает, что прохождение Курса семьей усиливает результат и качественно повышает сознание семьи, так как  у обеих родителей  мысль, слово и дело не расходятся между собой, что четко фиксируется сознанием ребенка.

4. 2. Тематическое содержание информационного воздействия на взрослых и его структурирование.

Тема 1. Алкоголь  как яд.

Обсуждаемые вопросы

1. Понятие о ядах

2. Алкоголь как нейротропный и протоплазматический яд, свойства

      3.  Воздействие алкоголя на мозг человека

4.  Классификация отношения людей к алкоголю

1. Понятие о ядах

Все яды, которые вызывают у человека физическую и психическую потребность называются наркотиками. К ним относятся алкоголь, никотин, героин и прочие. Высший орган мировой медицины – Всемирная Организация Здравоохранения (ВОЗ) на 28 сессии приняла решение считать алкоголь и никотин – сильнодействующими наркотиками, входящими в первую группу сложности по лёгкой доступности для населения и относительно малой цене.

Яды, уничтожающие нервные клетки называются нейротропными.

Яды, уничтожающие все клетки называются протоплазматическими.

Алкоголь, проникший в организм, окисляется при посредстве особого фермента – алкогольдигидрогеназы (АДГ) до уксусного альдегида – вещества, обладающем не менее сильным опьяняющим действием, чем алкоголь. Являясь продуктом метаболизма алкоголя, уксусный альдегид является также промежуточным продуктом обмена углеводов, жиров и белков, поэтому окисление его в организме протекает быстрее, чем самого алкоголя. В результате такого процесса в организме отвлекается значительная часть этого фермента от осуществления биологически необходимых реакций, что приводит к нарушению нормального функционирования многих органов.

      CН3СН2OH + АДГ              СН3СОН + АДГ + Н2

                                                                                                 

Нарушение обмена веществ в нервных клетках – нейронах, обусловленное алкоголем, приводит к затруднению процессов, связанных с проведением нервных импульсов, парализуя, прежде всего, высшие центры коры головного мозга. Это заставляет рассматривать алкоголь как специфический нервный яд.    

                                                                  

2. Алкоголь как нейротропный и протоплазматический яд и его свойства.

В основе любого биологического организма лежит клетка. В нашем организме их миллиарды с различными сроками жизни от часов до десяток лет, а нервные клетки живут всю нашу жизнь. Структура клетки проста – это жировая основа и вода (Н2О - 88,8%).          

Любую поверхность перед покраской необходимо обезжирить и этанол – это идеальный растворитель жиров. Принимая этанол в различных видах, мы растворяем жировую основу тысяч клеток нашего организма, уничтожая их. Такой вид разрушения клеток называется протоплазматическим т.к. гибнут буквально клетки всех органов. (Рис 6)

Для жизнедеятельности клетки необходим кислород О2  который несут к клетке эритроциты – красные кровяные тельца. При попадании алкоголя в кровь эритроциты склеиваются в тромбы (до 500 штук), т.е. кровь густеет. Тромб перекрывает капилляр лишая клетку кислорода. От кислородного голодания гибнут в первую очередь наиболее чувствительные клетки нашего организма – нервные. (рис.7, 8).

  Такой вид разрушения клеток называется  нейротропным. 

На одном из занятий слушатель (летчик)  рассказывал,  как  в транспортной  авиации можно сразу ненадолго протрезветь - вдох 100% обогащенной смеси из кислородной маски. Однако стоит зайти в накуренное помещение или закурить, и сразу становишься пьяным. Например, бокал шампанского или сухого вина (200гр.) тромбируют кровь согласно исследованиям на три часа (сколько за это время погибнет нервных клеток?). Правда, иммунная система, защищая организм, кратковременно расширяет сосуды, спасая клетки от тромбов, но лишь кратковременно. Итак, дадим определение алкоголю: Этанол – это нейротропный, протоплазматический яд, воздействующий на нервную систему и все органы человека, и уничтожающий их структуры на клеточном и молекулярном уровнях.

Этиловый спирт – легко воспламеняющаяся бесцветная жидкость с характерным запахом, относится к сильнодействующим наркотикам. (ГОСТ 18300-72)

Алкоголь относится к наркотическим ядам… Алкоголь, как всякий наркотик, вызывает привыкание и необходимость применения всё более возрастающих доз. В отличии от других наркотиков, которые можно получить лишь по рецепту врача, скреплённого печатью, алкогольные наркотики легко доступны. (Популярная медицинская энциклопедия - М.,1964г.) 

Основные свойства алкоголя:

  1.  Рефлекторное свойство – защитная реакция организма от алкоголя иммунной системой, т.е. его отторжение в виде рвоты и снижения концентрации спирта через слюноотделение (воспринимается алкоголепийцей как рефлекс  усиления аппетита).
  2.  Токсическое свойство  - разрушение  организма и отравление продуктами распада алкоголя.
  3.  Наркотическое свойство – алкоголь включается в обмен веществ организма, т.е. зависимость организма  от искусственных гормонов удовольствия как аналогов собственных эндоморфинов.  Однако наш организм  это саморегулирующая система, когда чего-то много выработка его прекращается. Так как экзогенный алкоголь выводится из организма, то наступает такой момент, когда собственных эндоморфинов еще нет, а внешних уже нет. Это состояние называется похмельным. И тогда терпи, пока начнут вырабатываться свои гормоны удовольствия, или добавь еще спиртного, что ведет к алкогольной наркотической зависимости.
  4.  Мутагенное свойство – нарушение генетического кода, состояния ДНК, разрушение наиболее эволюционно совершенных фрагментов  структуры человека.

По проведенным исследованиям через час после приема 100 граммов алкоголя у мужчины меняется 30% генетической структуры ДНК. Представьте здоровье зачатого ребенка – мутанта после веселой пьяной свадьбы, которой « и места было мало и земли». Причем изменить и исправить заложенные искажения в будущем у этого ребенка практически невозможно. Это похоже на строящийся небоскреб на гнилом фундаменте.  Зачатие здорового ребенка возможно только при исключении алкоголя родителями в течении  2 – 3 лет как минимум.

Можно много описывать примеров воздействия алкоголя на разные органы человека, но на одном  можно остановиться подробнее, так как этот орган и отличает нас от остального животного мира.

  1.  Воздействие алкоголя на мозг человека

Человек чрезвычайно сложен. Если бы электрохимическая деятельность клеток головного мозга была видна, она бы напоминала мерцание бесчисленных звезд бесконечной вселенной. 18 миллиардов клеток образуют примерно 180 триллионов связей. В каждом кубическом дюйме мозга содержится 100 миллионов нервных клеток, соединенных десятками километров нервной ткани говорят, что человеческий мозг, весом немного более 1 килограмма – самая сложная и самая организованная материя во всей вселенной. Она гораздо сложнее, чем любой компьютер и может хранить в памяти и творчески использовать бесконечное количество информации.

Состояние головного мозга, после принятия алкоголя.

Концентрация. Итак, масса мозга составляет 2% от массы тела, однако он берёт на себя 30% всего алкоголя, выпитого человеком, т.е. концентрирует алкоголь в себе. В основном концентрация алкоголя происходит в мозжечке и лобных долях. Мозжечок отвечает за опорно-двигательную систему (нарушение координации движения и речи). Лобные доли мозга отвечают за слово, нравственность, этику, любовь, патриотизм, т.е. наиболее совершенные фрагменты эволюционного развития.

Хранение. Алкоголь, попадая в мозг, хранится там длительное время - до 28 суток, в зависимости от количества, качества и длительности употребления. Шведские учёные на спектральных томографах проводили подробные исследования. Человеку с «чистым» разумом давались единичные дозы алкоголя, и приборы фиксировали угнетение, блокирование мозга на разные промежутки времени: 30 гр. этанола – 18 суток ,   35 гр. этанола – 20 суток. Т.е. две рюмки водки в месяц выпил и считай, что жил с заблокированным разумом. Пьющий человек практически всегда думает прямолинейно.

Один из слушателей курса рассказал интересную информацию на эту тему. Ему как эксперту-криминалисту, часто приходилось давать заключение о состоянии алкогольного опьянения обнаруженного трупа, если надо. Согласно инструкции заключение давалось так:

а) запах изо рта – пил не более 2х часов назад.

Б) запах из вскрытого желудка –  не более 4х часов.

В) запах из вскрытого толстого кишечника – не более 16 часов.

Г) запах из вскрытой черепной коробки –  не более 21 дня.

Какой же запах через такое время? - Смесь запаха 2х недельных нечищеных зубов с протухшей недопитой бутылкой пива, простоявшей на жаре, столько же. Это его образ. Как интересно получается, через день после пьянки можно за руль, через три и в крови алкоголя нет, а в мозге - до месяца!

Разрушение алкоголем. Алкоголь – яд нейротропный: 1грамм этанола уничтожает 200 активных нервных клеток мозга, 100 грамм водки – соответственно 8000 нейронов, 1 литр пива – 7000 нейронов. Можно заняться арифметикой. Если всего 18 миллиардов нервных клеток и сегодня у человека, как говорит наука, активны нейроны 5% мозга, то получается 5% от 18миллиардов = 900 миллионов. Вот это активная часть мозга нам на всю жизнь от рождения до смерти, на образование, воспитание детей, любовь, труд, творчество, совершенствование. И если 18 миллиардов нервных клеток пропить невозможно практически,  то 900 миллионов – вполне реально, до жизни на рефлексах. В результате человек деградирует как разумное существо.

В медицине есть такой термин: «Сморщенный мозг». Вот описание коры головного мозга у умершего «весельчака» и «балагура, который, по мнению друзей и даже врача, пил «культурно»: «…изменения в лобных долях видны даже без микроскопа: извилины сглажены, атрофированы, множество мелких кровоизлияний. Под микроскопом видны пустоты, заполненные серозной жидкостью. Кора мозга напоминает землю после того, как на неё сбросили бомбы, вся в воронках. Здесь каждая выпивка оставила свой след…, больной только казался беспечным юмористом, весельчаком, но он был ещё и слабоумным, ибо такое поражение алкоголем лобных долей не могло не затронуть его интеллект». [В.А. Рязанцев, 1987]. По исследованиям шведских учёных заболевание «Cморщенный мозг» отмечено у 80% умеренно-пьющих и у 95% алкоголиков. Геннадию Шичко, которому принадлежит научный труд «Глубинный атлас мозга», «Вторая Сигнальная Система», приходилось часто вскрывать в морге черепные коробки умерших людей. И он сказал в своё время: «Мозг алкоголика страшен, ибо он похож на побитый молью валенок».

Кстати об интеллекте. Давайте, сравним интеллект двух разных людей, например: Афони из одноименного фильма и дирижёра симфонического оркестра или  программиста, экономиста, физика и другого высокоинтеллектуального человека. При встрече таких людей у них не может быть общих тем для общения – разное образование, воспитание, мировоззрение. Но вдруг этот интеллектуал стал «третьим», как в кино? После определённой дозы спиртного общение будет долгим, активным и шумным с взаимной любовью, уважением. Правда никто никого не слушает, каждый говорит своё. В данном варианте общение происходит на начальной стадии интеллекта человека, где величина его не имеет значения, поэтому так сильно пьяное братство. Вспомните «штрафную» в случае опоздания за пьяный стол. Для пьяной компании вы интуитивно представляете опасность с наличием вашего интеллекта, и будет сделано все возможное для  опускания вас до общего уровня. «Пьяный человек – не человек, ибо он потерял то, что отличает человека от скотины – разум». (Т.Пен)

Таким образом, мозг человека биологически не имеет защиты перед алкоголем, который выбирает его как направление главного удара. Центр алкогольной жажды (ЦАЖ) будет постоянно физиологически возбуждаться, пока алкоголь употребляется и отключится только через 24 часа после последней дозы спиртного, поступившей в мозг.

Кстати, подобный центр никотинового голода (ЦНГ) отключиться только через 72 часа после последней дозы никотина, поступившей в организм. «Долгожительство» его объясняется рефлекторным подкреплением: достал сигарету, затянулся и так десятки, сотни и тысячи раз. (Рис.9)

У курящего и пьющего человека имеется определённая нейронная структура мозга, отвечающая за это поведение, другими словами  пока существует Центр алкогольной жажды, и Центр никотинового голода в мозге человека при  управлении алко-табачной программой человек существует как марионетка этого поведения.

Но где эти искусственные центры нашли себе для жизни нейроны, у каких жизненно важных естественных центров они забрали нейронную структуру? ЦНГ – у центра голода, а ЦАЖ – у центра жажды. Есть такое понятие у курильщиков: «Курятины наелся» - покурил, и аппетит пропал, заблокировал центр естественного голода. Однако когда через 72 часа после последней сигареты ЦНГ умрет, центр голода начнет работать на 100% и аппетит у бывшего курильщика на время явно усилится, но в течение недели - двух  стабилизируется.

Механизм воздействия наркотиков на головной мозг можно представить следующим образом. Для примера возьмем участок мозга пьяницы и наркомана, отвечающий за одно и то же поведение, например,  открыть дверь. Мы знаем, что алкоголь - яд нейротропный, т.е. уничтожает активные клетки мозга (100 грамм водки – 8000 нейронов). Попил водки 5 лет – одно кладбище нейронов, попил еще десять – другое кладбище нейронов. Но когда я трезвый, в моём поведении участвуют рабочие нейроны, я могу выполнять любое задание и свободно открою любую указанную дверь. Таким образом, моё «сумасшествие» определяется только моментом опьянения.

Наркотики  (кокаин, героин и др.)  разрушают естественные связи между нейронными узлами и устанавливают свои галлюциногенные, непредсказуемые связи. Наркоман живет от дозы до дозы, мозг его постоянно находится под контролем наркотика и его поведение постоянно непредсказуемо, ему сложно открыть указанную дверь или придти на выборы, например. Народ, свободно употребляющий наркотики становится неуправляем и для такого народа не нужны законы, и люди их издающие – власть. Поэтому с наркотиками власть бороться будет всегда, а алкоголизм – это проблема  как бы самого алкоголика.

Алкоголизм как болезнь нельзя присоединить ни к одному виду нозологической единицы или виду болезни. Человек психически ненормальный только в состоянии алкогольного опьянения и Г.Шичко поставил алкоголизм на грань психиатрии и психологии как психологическое страдание.

Грани между пьянством и алкоголизмом биологической нет, следовательно, ищут границу социальную. Кого в социальной среде считают алкоголиком? Того, кто нарушает общественный порядок, нормы поведения, общежития, труда, семьи и т.п., то есть мешает социальной среде. Таких изолируют, лечат, моют, сажают.

Пьяница, особенно умеренный, «культурный» не представляет опасности для социальной среды, которая в России сама состоит из них же. Но как определить ту грань в жизни между пьянством и алкоголизмом? Если у вас спросить: Где вы впервые выпили алкоголь? То большинство людей  скажет, что это случилось на празднике  и среди людей. Следовательно, цель №1 у пьющего человека – это общение, а цель №2 – это употребление. (Рис.10).

В начале линии жизни цель №1 явно преобладает, но в конце линии жизни цели меняются, и цель №2 становиться доминирующей, общение при употреблении не имеет значения. Точка на линии жизни, когда цели сравниваются (я ещё не могу пить один, но уже не могу общаться без алкоголя) – есть точка перехода пьянства в алкоголизм и алкоголизм – как страдание.

По свойствам воздействия алкоголя на мозг, человеку невозможно определить самому свои координаты на кривой линии жизни, он все время «думает», что пьёт умеренно и может сам бросить пить и деградирует как личность, проходя три стадии алкоголизма.

Функционально мозг человека делится на сознание – большие полушария коры головного мозга и подсознание – подкорка головного мозга. В сознании рождение мысли определяется электрохимическими процессами, происходящими между нейронами, процесс на уровне проводимости. В подсознании происходят симультанные (одновременные) процессы, процессы на уровне поля, логически не осознаваемые.                                                    

Например, «культурно пьющие» люди запрограммированы на употребление алкоголя на празднике и любой праздник в их жизни отмечается с алкоголем. Схема: праздник-алкоголь, стресс-сигарета… связывается в подсознании такого человека  в логически неосознаваемую установку и включается как команда к действию в случае подобного поведения. Подобных схем в алкогольной и табачной программе сотни, все они находятся в подсознании, включаются мгновенно, не осознаются и человек в этом случае – робот, марионетка, бездумно пьющий и курящий, даже если и не хочет.

На занятиях по методу Г.А. Шичко доступ к установкам в подсознании возможен  без гипноза и кодирования только с помощью написания дневников, как  длительная и планомерная работа. Дневник –  естественный  путь доступа в подсознание через изменённое сознание.

Сознание функционально разделено на левое и правое полушарие коры головного мозга. Левое полушарие отвечает за всю мирскую жизнь: знания, наука, культура, т.е. за материальное. Левое полушарие понимает слово и называется абстрактно-логическим, рациональным,  калейдоскопическим,  материальным. Например, когда мы крутим калейдоскоп, то каждый раз видим только одну картинку, а все предыдущие для нас не имеют значения.

Так работает левое полушарие. Скажите,  вы, что разве раньше не знали, что алкоголь разрушает мозг, печень, сердце и уничтожает личность человека, что табак вызывает рак, язву, туберкулез, импотенцию и губит все здоровье человека? Знали! А врачи ещё больше знают физиологию человека. Однако почему тогда вы это делали? Да потому, что  наши знания о вреде этих ядов и наркотиков представлялись  в левом полушарии как отдельная картинка калейдоскопа. Сколько бы их не было, а доступна только одна и это не страшно для нас, вот если бы увидеть все сразу, но левое полушарие не может этого нам показать т.к. это не его функция. Левое полушарие способно врать и народ подсознательно знает это давно: левые деньги, ходить налево, левый груз, плюнь через лево плечо и так далее. Даже у Пушкина кот ученый - пойдет направо – песнь заводит (душа), налево  - сказку говорит (врет).

Правое полушарие отвечает за связь между словами и явлениями и образованием их в единый непрерывный процесс. Правое полушарие слово не понимает, а понимает образ и называется иконическим, иррациональным,  мозаичным,  духовным.

Мозаика представляет собой картину, собранную из многих фрагментов или кусочков. Каждый отдельный фрагмент не о чем не говорит, но сложенные вместе они дают  образ и вызывают понимание единого целого. Человек с «рабочим» правым полушарием мозга всегда в состоянии проанализировать и критически подойти к любой информации, и сделать оптимально верный выбор для себя.

Итак, левое полушарие – это инструмент познания мира, правое полушарие – инструмент восприятия этого мира.

Алкоголь и табак не одинаково действуют на оба полушария коры головного мозга. При равном физическом уничтожении нейронов в двух полушариях, алкоголь блокирует, закрывает, угнетает именно правое полушарие мозга! (30 мл. этанола – на 18 суток) Даже изредка выпивающий человек является биороботом, который бездумно выполняет заложенные социальной средой  в его левое полушарие программы – работает, учится, воспитывает, заботится, участвует и прочее,  не в состоянии задать себе вопрос: для чего? Зачем? Кому это нужно? Почему? Человек, употребляющий алкоголь, не способен увидеть знаковые моменты в его жизни и думает прямолинейно! Такой человек - это очень удобная биомашина,  которую можно направить куда угодно, главное -  указать направление движения (даже в пропасть).

Первое, с чем сталкиваются люди, прошедшие курс по методу Г.Шичко – непонимание их людьми даже самыми близкими. Любые простые и очевидные аргументы преимущества абсолютной трезвости вызывают у других людей недоверие, иронию, смех, прямую агрессию и спорить здесь не имеет смысла,  надеюсь, теперь понятно почему.

Война за правое духовное полушарие человека в мире велась всегда. Теперь вам должно быть понятно, что психолого-педагогический метод Г.А. Шичко – это  метод отказа от «вредных привычек»  через преобразование биоробота в Человека  путем работы над собой и открытия правого полушария мозга.

4.  Классификация отношения людей к алкоголю

Г. Шичко  разделил всех людей на две категории:

  1.  Трезвенники – люди, не имеющие питейной запрограммированности и совершенно не употребляющие спиртное.   
  2.  Алкоголепийцы – алкогольно запрограммированные и пьющие люди.

 Трезвенники делятся на:

а) Естественные – трезвенники, не имеющие представления об алкогольных напитках и не интересующиеся ими.

б) Благоразумные – трезвенники, противоалкогольно запрограммированные на основе малого объёма знаний по алкогольной проблеме.

в) Религиозные – имеющие отрицательные питейные убеждения как основу веры – ислам, ряд ветвей Христианства – православные трезвенники, баптисты, мормоны, последователи  Иоанна Чурикова и др.

г) Сознательные – трезвенники, хорошо знающие алкогольную проблему и на основе этого осмысленно избравшие безалкогольную жизнь.

д.) Воздержанники – питейно запрограммированные люди, но не пьющие. Воздержанники  подразделяются на:

-    Медицинские - пошел к врачу и бросил, доминирует страх перед болезнью и возможным летальным исходом в случае употребления алкоголя.

  •  Анонимные алкоголики - взаимно удерживающие друг друга, полагаются на Бога и общество, система «12 шагов».
  •  Наркологические - прошедшие курс лечения на основе химиотерапии, «Торпедо».
  •  Кодированные - получившие установку на отказ на уровне подсознания как неосознанный страх перед алкоголем.

Все Воздержанники входят в группу риска, так как имеют для срыва главную причину и предрасположенность – алкогольную запрограммированность сознания.

Алкоголепийцы делятся на:

А. Случайно-пьющие – питейно-запрограммированные люди, нерегулярно и понемногу употребляющие алкоголь. Пьют для обряда и довольствуются эпизодическими подношениями.

Б.  Матебремники – люди с «зародышевым алкогольным синдромом», сформировавшимся во время пьянства матери при беременности.

В. Умеренно-пьющие – питейно-запрограммированные пьяницы-ритуальщики, таких не надо уговаривать, пьют по праздникам и поводам, отношение к алкоголю лёгкое, знают меру, но она постоянно растёт. Изменение количества выпитого влечёт за собой изменение качества объекта. Алкоголепийцы, которых обычно называют умеренно пьющими, в действительности являются пьяницами.

Г. Пьяницы – проалкогольно запрограммированные люди, имеющие привычку к регулярному употреблению спиртного (по праздникам и не только…) и поглощающие его.

Д. Алкоголики – проалкогольно запрограммированные люди, привыкшие  к спиртному, испытывающие в нём потребность и поглощающие его. В зависимости от выраженности потребности в спиртном и некоторых сопутствующих признаков алкоголики делятся на первостадийных, второстадийных и третьестадийных.

Таким образом,  алкоголик от пьяницы отличается наличием потребности в спиртном.

Тема 2. Современная Россия - алкоголефильная страна

Обсуждаемые вопросы

1.  История винопития

2.  Информационное состояние общества

3. О «культурном» употреблении наркотиков

1. История винопития

История винопития имеет свои корни. С вином человек знаком очень давно. В религиозной догматике даже существует версия, что Адама с Евой  Дьявол (змий зелёный) искусил не яблоком, а сброженным вином как алкогольным сатанинским зельем. И если бы они были бдительнее, жили бы мы сейчас как люди. Но вернёмся к истории. Первая легенда почти восьми тысячелетней давности дошедшая до нас о знакомстве человека с алкоголем была такова: «К одному крестьянину в дом постучали пастухи и попросили воды, так как была засуха и несколько дней они не пили. Но воды в доме не оказалось и крестьянин, сжалившись вида пастухов, предложил единственную жидкость – вытекшую из старых фруктов в чане – сброженный сок. Выпив большое количество такого сока, пастухи естественно почувствовали признак отравления и, решив, что крестьянин их отравил специально, чтобы завладеть стадом в порыве гнева (буйность – вторая степень отравления алкоголем) убили его.     …Проснувшись, они ужаснулись содеянному во хмелю».  Эта античная легенда поясняет, что знакомство с алкоголем у древних было случайным из-за незнания способов хранения фруктов.  Потом алкоголь стал мистической субстанцией, «кровью Бога», лекарством, наркозом и т.д. На старинных папирусах ученые, например, прочитали, что жрецы Фараона знали «тайну» воздействия пива и браги и использовали их в своих  ритуалах для управления толпой.

Древние мудрецы отлично знали, как алкоголь вреден и опасен для человека. Например, греческий философ Диоген, увидев умственно отсталого ребёнка в одном из селений, сказал: «Его отец был пьян, когда мать его зачала». И выливая вино на землю, когда его угощали, говорил: «Если бы вино не погибло от меня, то я бы погиб от вина». В  Древней Индии пьяницам заливали в гортань  расплавленный металл.

В древней Греции разрешалось пить только вино, разбавленное водой в пропорции один к трем и только после 30 лет, а за нарушение жестоко наказывали – астрокизм (как прокаженные). Пьяницы пили вино пополам с водой. а неразбавленное вино давали только рабам, чтобы поставить их физическую силу в психологическую зависимость от вина. («Он жил как раб - пил неразбавленное вино» - эпитафия на могильном камне). Пьющих кормящих женщин казнили без суда и следствия, греки ценили генофонд. Содеянное во хмелю каралось вдвое строже.

Римляне специально «накачивали» рабов вином и воспитывали своих детей на их безобразном поведении. Древняя Римская Спарта была сильна трезвостью и рухнула из-за пьянства и разврата.

Первый закон против пьянства был издан в Китае в 1220г. до нашей эры -  император Ву Вонг приказал пьяниц казнить смертью.

Но нас, конечно, интересует больше Россия и наш народ. Есть распространенное общественное мнение: «На Руси всегда пили, пьют, и будут пить и никуда, мол, от этого не денешься!». Истина одна и она заключается в том, что русский народ – это самый трезвый народ в мире и трезвость – основа жизни нашего народа. На Руси всегда пили редко и только слабоалкогольные напитки – пиво, брагу, мед, крепость их не превышала 7-8%. В своё время Царь Пётр-1 пьяницам на шею приказал вешать чугунную медаль в виде восьмиконечной звезды, которая весила пол пуда и застегивалась на замок не зависимо от звания и сословия. Медаль называлась «За пьянство» и  пьяница обязан был носить её  в течении надели.

Вернёмся к цифрам. Водка в Европе впервые появилась в 1330г. в Германии. Потом была Швеция,  и др. В Россию впервые водку завезли из Генуи в 1432г., но русские люди от неё отказались и использовали только в аптеках. В 1552г. Иван Грозный открывает первый Царёв кабак в Москве, однако свободным москвинам запрещается пить там водку. Царёв кабак был открыт для опричников, для которых царская чарка водки была большой честью (он пил как раб). Широкой торговлей водкой пользовались русские цари, начиная с Бориса Годунова, для пополнения царской казны. Торговля велась либо в царских кабаках, либо целовальниками (людьми, целовавшими крест с клятвенными обещанием честно вести дело), либо откупщиками, покупавшими разрешение на торговлю водкой. Для каждой губернии и волости устанавливалась определённая сумма, которая должна  была быть внесена в казну с продажи водки. При недоборах казна не принимала во внимание никаких оправданий насчет того, что народу пить не на что или народ пить не хочет. Водка насаждалась насильственно, беспощадными мерами. Спутником каждого кабака был правёж (порка). Часто пороли женщин, которые пытались увести «питухов» от «питьевых дворов». Эти женщины звали своих мужей и сыновей, какими они были до появления рядом с их селением «питейного двора», им было тогда с чем сравнивать.

Системы продаж алкоголя в России. До 17 века в России существовали строгие правила по отношению к алкоголю:

  •  в селах и деревнях не торговали спиртным и не пили;
  •  в городах разрешалось иметь только одно питейное заведение – «Кружечный двор», где можно было выпить не более одной чарки водки;
  •  среда, пятница, воскресенье и все посты (260 дней в году) спиртным не торговали и не пили. Русь свято чтила духовные традиции.

В 1765 году  Екатерина Вторая издает манифест, которым вводится чистая Откупная система и отдаёт торговлю спиртным на откуп частным лицам. Этот год можно считать годом начала спаивания русского народа. По этому указу кабаки и лавки открылись везде, более половины денег в казну стало поступать пьяных. На прямой вопрос Княгини Дашковой: «Зачем ты спаиваешь русский народ?»  Екатерина ответила тоже прямо: «Пьяным народом править легче»! За 100 лет откуп приучил народ к пьянству и в 1860году Откупная система заменяется на Акцизную систему (налог с оборота). Были уничтожены последние препоны к развитию пьянства, продолжалось спаивание народа, купцы богатели, дворянство беднело, росла промышленность,  появился рабочий класс. В 1901 году царь Александр-3 вводит казенный кабак, т.е. государственную водочную монополию, по инициативе  министра финансов графа Витте якобы для поддержки дворянства как владельцев винокуренных заводов и самодержавия в целом.

Трезвенные движения в России

  1.  «Стихийное». 1858-1862 годы. Душевое потребление  абсолютного алкоголя в 1858 году составило 4,5 литра в год. Это борьба русского народа снизу за свою трезвость характерна стихийностью. В разных губерниях отмечаются создания трезвых кружков, крестные ходы, протесты против Откупной системы, виноторговцев, отказы от водки. В 1858 году массовое отречение крестьян от кабаков переросло в бунты  против винокуров – помещиков, шли погромы кабаков, сжигались имения. В некоторых районах правительство вводит войска для подавления бунтов. 11 тысяч человек брошено в тюрьмы и каторги по «пьяным делам», размах борьбы народа за свою трезвость подобен Пугачевскому восстанию. Перепуганное самодержавие реагирует заменой системы продаж алкоголя и отменяет крепостное право.
  2.  «Интеллигентное». 1885-1901годы. Душевое потребление абсолютного алкоголя в 1885 году  составило 3,4 литра в год. В этом движении на защиту своего народа от пьянства встаёт русская интеллигенция. Передовые люди поднимают боль  и беду народа на свои плечи. Печать того времени публикует много разных статей написанных русской интеллигенцией в защиту своего народа от пьянства, во главе трезвенного движения становится интеллигенция.  

Достоевский Ф.М.: «От пьянства народ загноился…. От него иссякает народная сила, глохнет источник будущих богатств, беднеет ум и развитие. Употребление спиртных напитков скотинит и зверинит человека, ожесточает его, отвлекает его от светлых мыслей, тупит перед всякой доброй пропагандой, а главное неотразимо стоит над человеческой волей и вообще искореняет всякую человечность». Ф.М. Достоевский доказал, что питейный бюджет любого государства  строится на будущности его народа.

Толстой Л.Н.: «Спиртные напитки – зло, дьявольское питьё, от них люди делаются сначала как лисицы, потом как волки, и, наконец, как свиньи. Безобразие и главное бессмысленность нашей жизни происходит преимущественно от постоянного состояния опьянения, в котором находится в настоящее время большинство людей всех классов, званий и положений». Л.Толстой сам становится во главе нескольких обществ трезвости и пишет много статей о проблеме пьянства  (Богу или Мамоне», «Пора опомниться», «Для чего люди одурманиваются» и др.).

Н. Лесков: «Ни мор, ни глад, ни огонь, ни меч двунадесяти язык не ознаменовали так своих губительных нашествий на нашу отчизну как, укоренившийся у нас страшный порок пьянства, пьянства буйного, дикого, отвратительного и иногда обессмысливающего наше чернорабочее сословие».

Профессор Сикорский И.А.: «Спивающийся народ наш местами впадает в алкогольное вырождение. Образуется как бы новая порода полусумасшедших людей преступного склада, у которых характер лишен уравновешенности и культурной сдержанности, а ум угнетён отравой. Россия наводнена полусумасшедшей армией тунеядцев, хулиганов, и трезвеннические элементы народа, едва редеющие в общем, пожаре пьянства, с трудом отбиваются от пропившейся братии. Ученые открывают в области спиртного наркоза ужасные последствия, не говоря  о физическом погроме, который спирт вносит в нервную систему, в мозг, желудок, печень, сердце и др. Этот казенный яд отравляет дальнейшие поколения: дочери пьяниц теряют способность быть матерями, так как уже не могут кормить грудью. Стало быть, пьянство грызет не только самого человека, его достаток, оно грызет его тело и душу, оно замучивает тысячелетнее племя, подсекая корни его роста, его здоровье и плодовитость!»

В подобном духе высказывались В.М. Бехтерев, Н.Е. Введенский и другие лучшие умы России. Замечу, что всё то, о чем говорилось этими учеными и писателями, относилось к периоду среднедушевого потребления алкоголя народом в пределах  3 - 4 литров. Где же сейчас Российская интеллигенция, когда эта цифра в 5 раз больше или она «едина» со своим народом?

Итак, во втором трезвенном движении под напором русской интеллигенции создаются общества трезвости в городах, на заводах, фабриках, в селах, собираются статистические данные о распространении алкоголизма в России и потерях. Под давлением интеллигенции вводится право местного запрета на продажу алкоголя, предлагается подготовить школьное антиалкогольное воспитание по опыту стран Европы. Однако размах трезвости напугал правительство  и  в 1901г. открываются «Казёнки»  и ограничивается право «местного запрета».

Духовное отрезвление. Эта тема духовного отрезвления нашего народа затрагивает период двух трезвенных движений. На рубеже двадцатого столетия в России было отмечено мощное движение за отрезвление народа против пьянства и алкоголизма, которое возглавил Иван Алексеевич Чуриков. Причем в понятие трезвости включался не только отказ от употребления алкоголя, оно имело широкий смысл.

Купец из Самары в 1891 году, тридцати лет отроду, И.А.Чуриков приезжает в Петербург, где получает благословение отца Иоанна Кронштацкого на трудный подвиг.  Раздав все свое имущество бедным, Иван Алексеевич Чуриков на 33–м году жизни окончательно вступает на путь служения людям и Богу. Появляясь на Петербургских трущобах, свалках и ночлежках, кишащими тогда отбросами общества, Чуриков неустанно говорил о вере и необходимости стать человеком. Обладая магической силой Слова, среди бродяг и оборванцев И.А.Чуриков развивал свою мысль пойти за Христом, полюбить труд, возненавидеть пьянство и паразитическое существование. Впоследствии за ним укоренилось имя Братец, как символ братства людей.

За время духовного подвига Иоанна Чурикова трезвенниками были построены дом в Обухове, где по понедельникам собиралось до пяти тысяч человек на проповеди Братца, и позднее колония трезвенников в поселке Вырица.  

В 1918 году колония была преобразована в сельскохозяйственную трудовую коммуну трезвенников «БИЧ». Сохранившиеся фотографии того времени изображают тысячные очереди народа к Братцу Иоанну, который обладал нечеловеческой силой Духа, отрезвляя своим Словом   пропащих пьяниц, исцеляя именем Христа больных, слепых, хромых и прокаженных. В одном только Петербурге число последователей  Иоанна Чурикова составляло в то время  70 тысяч человек.

В 1927 году власти отбирают дом в Обухове, который потом был разграблен, и арестовывают часть сподвижников  Иоанна как врагов народа. В 1929 году повесткой вызывают И.А.Чурикова в Ленинград и арестовывают, препровождая в Политизолятор г. Ярославля, после чего дальнейшая его судьба неизвестна до сих пор. Благодаря И.А.Чурикову отрезвилось 360 тыс.  человек – это можно назвать духовным подвигом человека на Земле.   

В 1989 году в п.Вырица официально регистрируется община  христиан трезвенников, дом трезвости  Братца Иоанна восстанавливается и по воскресеньям до сегодняшнего дня в нем проходят беседы по образу и подобию бесед того времени.  

В свое время,  Г.Шичко, будучи атеистом,  интересовался феноменом отрезвления людей в Вырице и, присутствуя на беседах последователей Иоанна Самарского, взял много полезного для своего метода Гортоновики.

Начало 20 столетия отмечено активной деятельностью Русской православной церкви за отрезвление русского народа. В наши дни Всероссийское Иоанно-Предтеченское Православное братство «Трезвение» активно возрождает традиции дореволюционного трезвеннического движения.

Душевое потребление абсолютного алкоголя в 1914году составило 4,7 литра в год. В 1913 году Россия занимает второе место в мире по трезвости (после Норвегии). В этом же году в школы вводится антиалкогольное обучение,  детей в начальных классах учат трезвости наравне с другими предметами. Это обучение в школах решало саму суть проблемы, так как ограничивало проалкогольное программирование детей.

4.  «Сухой закон»:  1914-1925 годы

По отзыву министра финансов покупательная сила русского народа и продуктивность труда заводских рабочих увеличилась в чрезвычайной степени, что даёт возможность провести в ближайшем будущем крупные финансовые реформы. Словом, мы только теперь начинаем, знакомится с истиной мощью русского народа в экономических отношениях. С другой стороны, только теперь при полном отрезвлении народа, этого великого молчальника, перед нами выступает его нравственная физиономия, его настоящая, не затуманенная алкоголем психика».

А.И. Введенский писал: «…18 июля 1914 года Россия одержала победу над врагом гораздо более страшным, чем враг внешний».

Сбросив пьянство, сразу поднялся и вырос русский народ, понизилась преступность, затихло хулиганство, сократилось нищенство, опустели тюрьмы, освободились больницы, настал мир в семьях, поднялась производительность труда, явился достаток. Восстановились исконно русские традиции – встречать гостей чашкой чая (а не чаркой водки), пить на Руси всегда было и стыд и грех (женщина, замеченная в употреблении спиртного, считалась порченой, и её никто замуж не брал).

После революции трезвенническое движение получило дальнейшее развитие. Совет Народных Комиссаров РСФСР 19.12.1919 года принял постановление за подписью В.И. Ленина – «О воспрещении на территории страны изготовления и продажи спирта, крепких напитков и не относящихся к напиткам спиртосодержащих веществ». За самогоноварение предусматривалось не менее 5 лет тюремного заключения с конфискацией имущества. В период с 1919-1922 годы душевое потребление алкоголя приближалось к нулю. Однако Сталин отлично помнил, каким народом править легче и с приходом на пост Вождя сразу отменил «сухой закон» предварительно очернив через Ломехуз5 народную трезвость. Разрешение свободной продажи водки в 1925 году вызвало серьёзное негодование у населения, но пить спиртное, народ надо было заставить. Для этого выходит ряд директив, устанавливающих празднование социалистических праздников в составе коллективов цехов, фабрик, заводов, где обязательно централизовано, закупалась водка и подготовленные люди-Ломехузы,  провозглашали за общим столом тосты: «За здоровье т. Сталина», «За Ленина», «За партию» и т. п.  Если не выпьешь, ночью заберут как врага народа. И народ начал пить. Уже в ноябре 1926 года И. Сталин в беседе с иностранными рабочими делегациями заявил: «…сейчас водка даёт более 500 млн. рублей доходов». В 1927 году было отмечено 500 тыс. смертей народа в пьяных драках.

5. «Детское»:  1928 -1932 годы. Душевое потребление абсолютного алкоголя в 1928 году составило 1,2 литра в год. В 1928 году старые большевики - ленинцы, помнившие о заветах Ильича о трезвости организуют «Общество по борьбе с алкоголизмом» (ОБСА) и учреждают журнал «Трезвость  и культура». Решение о свободной продаже спиртного рассматривается как временная мера и ставится задача изжить порок пьянства уже в годы первой пятилетки. И.Павлов писал, что институт, который даст заключение о безвредности алкоголя, не имеет право называться научным.

Очень мудро проводилась работа с детьми. Пионеров сотнями выстраивали перед проходными заводов в день зарплаты с плакатами: «Долой полку винную, даёшь полку книжную!», «Папа, неси зарплату домой!» и т.п. Пионерские отрядные марши и песни носили ярко выраженный трезвеннический характер. Трезвенное программирование закладывало мощный фундамент в здоровье народа. Целенаправленная работа в обществе привела к мощному отрезвлению народа и председатель Госплана Кржижановский  даже заявил, что на следующую пятилетку производство алкоголя не планируется в стране. Ломехузы конечно такого допустить не могли. Выходит ряд постановлений И. Сталина  на отвлечение народа от идеи трезвости борьбой якобы за гигиену быта советского человека, против клопов, тараканов и крыс. Под давлением сверху трезвенническое движение начало угасать.

В 1932 году общество трезвости и журнал «трезвость и культура» прекратили своё существование. Алкоголь начал победное шествие по стране. Сегодня он привёл нас на грань национальной катастрофы. Историческое значение четвёртого трезвеннического движения заключается в том, что практически до 1958 года уровень потребления алкоголя не поднимался и был в пределах 2х литров в год на человека. Трезвый народ смог одержать победу в тяжелейшей войне и поднять страну из руин. Хотя, когда приказ И. Сталина «Ни шагу назад» не мог выполняться, в войска внедряют «наркомовские 100 грамм». Спирт, выдаваемый на батальон, после боя выпивала оставшаяся в живых рота и с войны вернулись  алкоголезированные наши отцы и деды, победившие врага видимого, но отступающие сегодня перед врагом более коварным – «Зеленым змием». Кстати, Гитлер в своём плане войны писал, что после захвата Москвы боевые действия будут закончены и славянам будут даны только водка и табак, чтобы они сами быстро выродились и очистили жизненное пространство для арийского проживания.

В эпоху «Оттепели» алкоголизация населения принимает более широкий размах. В быт вводится формирователь общественного мнения – телевизор, через который начинается мощное алкогольно-табачное программирование.  Кстати, по горькой иронии судьбы в 1962 году сын Сталина Василий в свои 42 года, будучи хроническим алкоголиком,  в Казани умер от запоя на руках случайной прохожей. Брежневская эпоха застоя с бурными и продолжительными аплодисментами и дружескими застольями,  увеличивает производство водки в 6 раз от Хрущевской и завершает массовое алкогольное одурение народа (в 1980 году уровень потребления промышленного алкоголя  достигает  11 литров спирта в год на человека). (Диаграмма 4)

Реальные цифры с попыткой учета употребления нетоварного алкоголя – самогона – в два раза больше!

В 1985 году делается  последняя попытка на уровне власти изменить ситуацию. Выходит Указ Президиума Верховного Совета СССР «О мерах по усилению борьбы против пьянства и алкоголизма, искоренению самогоноварения». М. Горбачев единственный после Николая Второго и В.Ленина лидер, попытавшийся остановить размах пьянства в стране. Неумолимая статистика, которая не всегда всем доступна, показывает, что итог введенных на основании Указа 1985 года ограничений на потребления алкоголя таков:

  •  Прибыль от трезвости в 4 раза превышает недобор от продажи алкогольно-табачных ядов.
  •  В 1986 и 1987 годах у нас рождалось на 600 тыс. младенцев в год больше чем в каждом из предыдущих 46 лет.
  •  В 1986 - 1987 годах умирало в год на 200 тыс. человек меньше, чем в 1984г. В результате за 2,5 года сохранена жизнь полумиллиона людей.
  •  Смертность населения в трудоспособном возрасте уменьшилась в 1987 году на 20%, а смертность мужчин этого же возраста – на 37%.
  •  В 1986 г. смертность от несчастных случаев, отравлений и в дорожно-транспортных происшествиях по вине  пьяных водителей сократилась на 30%, а производственный травматизм снизился на 20% (к 1984г.)
  •  В 1986–1987 годах население увеличивалось на 2,9 млн. человек в год (в 1984–1985 гг. на 2,4 млн.)
  •  Выросла средняя продолжительность жизни, особенно у мужчин: с 62,4 лет в 1984 году до 65 лет в 1986 г. Потребление алкоголя продолжало снижаться.

Однако ограничения на потребление алкоголя существенно задели интересы отдельных социальных групп: от торгово-криминогенных структур до высших эшелонов чиновничьей бюрократии. В Указе были допущены определённые промахи, так, например, при осуждении пьянства, алкоголизма и культурно-питейства ничего не было сказано об абсолютной трезвости – алкоголь продолжали производить  и продавать для народа. Воспользовавшись допущенными промахами, алкогольная мафия  создаёт искусственный дефицит алкоголя в стране, как бы для блага, резко сократив пункты продаж спиртного, и начинает петь дифирамбы о «народных традициях», правах человека, «бедном народе», лишенным его «законного права».

К концу 80-х алкомафии удалось одержать победу над здоровым образом жизни. Пришедшие к власти демократы, открывают алкогольный кран на полную мощь и спаивают народ в кризисные годы нашей страны: в 1995 г. объем произведенной и импортированной продукции определён в 373,1 млн. декалитров без учета контрабанды и разного рода «самоделов». Это составляет примерно 24 литра спирта на душу потребления в год.

После «скоропостижной» смерти  Г. Шичко в 1986 году, один из его учеников журналист Ю.Соколов клянется на его могиле продолжить борьбу за трезвость и превращает созданный Г.Шичко клуб «Оптималист», в общероссийское общественное объединение, в котором до сегодняшнего дня отрезвились по методу Г.Шичко миллионы людей в различных регионах России.

В 1995 году  академик, заслуженный хирург Ф.Г.Углов учреждает «Союз борьбы за народную трезвость» (СБНТ) и сегодня, являясь  президентом организации, он ведет активную борьбу за спасение нашего народа от пьянства (в свои 103 года). Ф.Углов написал такие книги как: «В плену иллюзий», «Ломехузы» 1992г., «Самоубийцы» 1995г., «Правда и ложь о разрешённых наркотиках» 2004г. и другие, где в научных цифрах и фактах доказал губительность алкоголя и табака для человека и катастрофичность этих проблем для России. За всю свою жизнь этот ученый не выпил ни одного грамма алкоголя и никогда не курил, занесён в книгу рекордов Гиннеса как практикующий хирург в возрасте ста лет.

Сегодня  трезвость – это дело не только личности, это дело всего общества. Из истории нашей страны четко видно, что русский народ всегда хотел быть трезвым, здоровым, но пьянство во все времена скрытно и активно навязывалось нашему народу как механизм блокировки сознания, отключения коры головного мозга и  управления толпой.

Таким образом, в древности люди, сталкиваясь с непонятными ощущениями, вызванными воздействием наркотика стали приписывать эти воздействия божественным силам, связывать с ритуалами, праздниками, передавая эту психологическую установку из поколения в поколения. Далее шаманство, жречество, религии и правительства стали использовать наркотики для управления толпой, отключая правое полушарие мозга.

2. Информационное состояние общества

В мире по употреблению алкоголя страны делятся на три категории:

  1.  Алкоголефильные страны – это страны, в которых алкоголь вошёл во внутреннюю структуру нации, этноса. Т.е. обычаи, традиции, сказки, фильмы и т.д. построены на алкоголе. Россия, к сожалению, яркий представитель этой категории сегодня.
  2.  Алкоголефобные страны – страны, где алкоголь неприлично пить в общественных местах и существуют многие запреты на алкогольную тему. Это Бразилия, Индия, Китай, Норвегия (0,05 – 0,2 л/г) и другие. В Бразилии, например, большая часть автопарка использует спирт как дешевое чистое горючее и водителю даже в голову не придёт слить из бака бутылочку на ужин, что не упустил бы наш соотечественник.
  3.  Трезвеннические страны – страны исламского фундаментализма, где за употребление алкоголя – смертная казнь. Это Ливия, Саудовская Аравия и др. Кстати, как-то читал одну заметку: в Ливии жена одного английского врача на его дне рождения подняла рюмку виски за  здоровье своего мужа. Как результат – его посадили на 2 года, её публично наказали 60-ю ударами палок, гостям тоже мало не показалось. В некоторых странах ислама законы более лояльны к  иностранцам, употребляющим алкоголь, но суть одна – ислам - трезвая религия.

Россия, как алкоголефильная страна, на сегодняшний день имеет соответствующее информационное состояние общества по отношению к алкоголю: 95% населения относятся к алкоголю положительно и только 3 - 5% считают алкоголь в своей жизни недопустимым, ни при каких обстоятельствах. По некоторым исследованиям такое информационное состояние общества приведёт наш народ в тупик. Если всё оставить как есть, то  скоро русская нация как Этнос «завершит» своё существование. Это в том смысле, что в России будет рождаться более 50% умственно ослабленных детей в разной форме, которые в популяции дадут таких же.

Всемирная организация здравоохранения определила пограничный уровень употребления алкоголя нацией – это 8 литров абсолютного алкоголя на человека в год. При большем душевом употреблении алкоголя начинается искажение разума на уровне  нации. Россия уже более двух десятков лет пьёт дозы в 2-3 раза  превышающие эти нормы, что приведёт наш народ и страну к алкокаллапсу.

Однако нельзя сказать, что пьянство это наша национальная черта. Информационное состояние общества в России в 1913 году  практически было трезвым. По опросу общественного мнения в 1913 г. в России  86% населения высказалось за абсолютную трезвость, это был трезвый народ по сравнению с нашим временем. (Рис.11)

Информационное состояние общества в России в  2000 году катастрофично и приведет наш великий русский народ к умственному вырождению и деградации. Общество захлебывается в алкогольной информации, теряя разум и здоровье от практического применения алко-запрограммированности сознания (рис.12).   

Исследования вариантов изменения информационного состояния общества в России по отношению к алкоголю показало, что есть только один выход из такого критического состояния – это  формирование у школьников антиалкогольного мировоззрения, как это было в школах России в 1913 году! Только остановив  алкогольное программирование детей, народ в России может рассчитывать на позитивные изменения и здоровое будущее нации.                                           

3. О «культурном употреблении наркотиков»

О пиве. В древности пивом называлась вода, смешанная из семи целебных источников, настоянная на травах («пи-во» – пей воду!), которую давали войнам перед сражением как обезболивающее средство…. Сегодня пиво, в отличие от напитков с небольшой дозой этанола (кефир), обладает психологической установкой на алкогольную эйфорию. Слабоалкогольность и доступность пива втягивает в алкоголизм молодежь и женщин, так как  пиво нейтрализует естественную рвотную реакцию на этанол. Один  литр пива уничтожает около 7000 активных нейронов мозга (100гр. водки – 8000 нейронов), стакан (200мл.) пива в неделю женщине, повышает у неё риск возникновения рака молочной железы, рака груди - на 40% (исследования Института Рака США). Кстати, в исследованиях отмечено, что любой вид алкоголя, попавший в  женский организм, представляет опасность развития патологии в 250 раз больше, чем в мужском организме.  Недаром на Руси женщину, замеченную в употреблении алкоголя, считали порченой, и её замуж никто не брал.

Пиво приводит к: 

  •  импотенции (фригидности); 
  •  бесплодию – при переработке хмеля выделяются фитоэстрогены – женские половые гормоны, что делает пивомана бесплодным;
  •  расширению сердца («Бычье сердце» - профессиональная болезнь пивоваров)
  •  слабости мышц (кружка пива уменьшает работоспособность на 17%, скорость реакции сокращается  в два раза)
  •  болезням печени и почек (помню, подростком я выписывался из больницы после «желтухи», молодой врач предупредил меня: «Пиво, шампанское - не в коем случае, водочки – немного можно!»)
  •  отупению (фашизм и социализм зарождались в Баварских и Самарских пивных соответственно, как исторически замечено).

Величайший теоретик, канцлер  Отто Фон Бисмарк сказал о пиве: «От пива делаются ленивыми, глупыми, бессильными».

Научное заключение о «безвредности» пива было сделано врачами ревизионной комиссии Московского столичного попечительства на запрос представителей пивоваренной промышленности еще в начале 20 века. Комиссия решила:  

1. Пиво всякой крепости должно определятся не иначе как спиртной напиток (пол-литровая кружка пива равносильна употреблению пятидесяти грамм водки).

  1.  Пиво – напиток вредный для организма (катар и расширение желудка, гипертрофия и ожирение сердца, жировое перерождение печени и почек, общее ожирение, нарушение обмена веществ, апоплексия – мозговой удар и др.).
  2.  Оно -  не питательный напиток (два с половиной литра пива по энергоёмкости заменяют сто грамм черного хлеба или бутылку молока, за такие деньги можно поесть вкусно и сытно без вреда за здоровье).
  3.  2% пиво  представляет не меньше опасности, чем 4% (я не говорю уже о сегодняшней «Балтике – 9» - гольный спирт!)
  4.  Возрастание потребления пива ничуть не уменьшает потребления водки.
  5.  Разрешение свободной продажи пива при запрещении водки создаст пивной алкоголизм не только между мужчинами, но и между женщинами и детьми.
  6.  Особенно опасно допущение продажи пива для народного здравия во время и после войны (и сегодня – во время перестройки рыночных отношений, экономики, нестабильности, кризиса). ( «Ломехузы», Углов Ф.Г.  Л. 1991г.)

Кстати, главный санитарный врач России Геннадий Онищенко неоднократно напоминал об этом факте Россиянам. Однако пивное лобби закричали об его отставке и печально, что  отечественные СМИ их поддержали. Во всех цивилизованных странах СМИ всегда на защите  общественного здоровья. Слава Богу, что сегодня депутаты стали «замечать» десятилетний пивной беспредел в России.

Многие слушатели задают вопрос о безалкогольном пиве. В таком пиве содержание вредных алкалоидов не отличается от алкогольного пива. Но главная опасность безалкогольного пива – это алкогольное программирование и поддержание программирования (как и безалкогольное шампанское, безалкогольное вино и прочее). Если вы новичок в этом питейном деле, то участвуй пока так, учись, привыкай, следующий твой шаг будет покрепче.

Кстати сказать, более 90% всего выпускаемого в России пива контролируются иностранным капиталом.  География проста: «Холстин» - это Германия,  «Невское» - это Дания.  «Миллер» - это Америка,  «Старый мельник» - это Турция.  «Толстяк» - это Бельгия,  «Бочкарев» - это Исландия.  «Золотая бочка» - это Южная Африка,  «Балтика» - это Скандинавы и прочее.

Отечественное сельское хозяйство обеспечивает лишь 10% потребности отрасли в хмеле. Таким образом:  хмель из Чехии, солод из Франции, а что из России? -  Рубли, наши рубли и  пивной алкоголизм женщин и подростков. Вот вам и «Доброе», и «Живительное». Вот вам и «Правильное», и «Продвинутое» - прямое жесткое программирование подростков на алкоголизм. В Америке за такую рекламу телевизионщики  остались бы без работы. Зато в  США все знали, что суд  города Остин (штат Техас) наказал девятнадцатилетнюю дочь президента США Д.Буша (абсолютного трезвенника) Джену за употребление пива в одном из ночных клубов. По закону штата Техас (нам бы такой закон) употребление алкоголя и табачных изделий  запрещено всем лицам, не достигшим 21 года. Нарушение этого правила наказывается штрафом в размере 500 долларов  или общественно полезными работами. Кроме того, правонарушителей направляют на обязательные занятия о вреде алкоголя (газета «RU» 17.05.2001 г.). В Германии за продажу алкоголя несовершеннолетнему – штраф заведению 50 тыс. евро! В России -…

Таким образом: пиво – это наркотик для начинающих и мощный фактор алкогольного программирования, на который попадаются, прежде всего, дети,  подростки («Клинское») и женщины. Мужчины, решившие перейти с водки на пиво, употребляют его в водочном эквиваленте, соответствующем своей норме и индивидуальной переносимости.

О вине, шампанском и прочее. Сырьём для приготовления вин и шампанских используется виноград в различных его сортах. Виноград как пищевой продукт, является исключительно полезным для здоровья человека. Наш организм практически очень мало затрачивает энергии на синтез и оптимально получает жизненную энергию от переваривания этого продукта т.к. структура виноградного сока близка к структуре строения клеточной жидкости. Недаром виноградная лоза взята как источник жизни в духовной тематике.

В процессе брожения виноградного сока уничтожаются более 80% полезных веществ, и образуется около 50% ароматических, летучих, ядовитых компонентов (альдегиды, эфиры, спирты). Одно из них – Изобутанол, в 1л. вина содержится 50 мл. изобутанола. Не буду описывать мутагенные свойства этого яда,  но приведу выдержку из инструкции СЭН, что если в 1л. воды обнаружено содержание 1мл. изобутанола, водоем закрывается для использования человеком. Там нельзя купаться, пить, стирать и т.д. Однако о вине инструкций никаких нет. Всё, что остаётся от винограда после брожения - это продукты отходов  жизнедеятельности бактерий, образно говоря «бактериальная моча». Но человек, имея психологическую установку на получение эйфории, после дегустации его ароматических качеств, усиливает эту установку присвоением этому «продукту» медалей, дипломов, раскручивает в рекламе  и предлагает за немалую цену приобрести его таким же другим в магазинах. Разве у вас повернётся язык при покупке бутылки  вина за 50$ назвать его «бактериальной мочой»? Хотя суть то одна.

Многие относят к культурному употреблению такие напитки как джин-тоник, различные варианты ароматизированных коктейлей -  водка, джин, бренди с содержанием алкоголя 5,5%. Да, на вкус как лимонад, но в нём заложена мощная бомба. Через три часа при температуре тела t0 =36,6С всё содержимое этой банки в нашем организме перегоняется постепенно в 40% алкоголь. Это очень удобно, не надо закусывать, приятно. Этот «напиток» удобно используется на дискотеках, концертах, стадионах, тусовках в основном молодежью, женщинами. Последствия для организма Вам сегодня известны.

Тема 3.  Формирование алкогольной зависимости взрослых

Обсуждаемые вопросы

1. Алкогольная эйфория

2. Стадии зависимости от алкоголя взрослых людей

3. Степени отравления алкоголем

  1.  Алкогольная эйфория

Алкогольная Эйфория – это начальная стадия отравления мозга нейротропными ядами (этанол, никотин, эфир, ядовитые грибы и т.д.), вызванная гипоксией мозга, сопровождающаяся гибелью нейронов и вызывающая у человека те ощущения, которые навязаны ему психологической установкой в данной ситуации (веселье, комфорт, слёзы, истерика, агрессия…). Эйфория длится короткое время и вскоре перекрывается отравляющим воздействием наркотика. 

Возьмём водку – бесцветная, прозрачная жидкость, горькая на вкус. Но в одном случае человек, выпивая ее, радуется, смеётся, танцует. В другом случае – грустит, плачет. В третьем – ругается, дерется. В четвёртом - кончает жизнь самоубийством. Но пьют все одно и, как правило, для получения радости, снятия напряжения. Дает ли это алкоголь? «… При потреблении алкоголя никакого веселья нет и быть не может. Ибо это состояние есть не что иное, как первая стадия наркотического возбуждения, которую мы, врачи, наблюдаем у больного при даче ему любого наркотического вещества: морфия, эфира, хлороформа и т.д. Стадия возбуждения – это патологическое состояние, которого ничего общего с весельем не имеет. Выпив, человек оказывается с выключенной корой головного мозга, и поступки его будут бездумны, в зависимости от обстоятельств. В одних случаях он будет петь и плясать (кричать, и прыгать), в других – ругаться и драться, в третьих – плакать, в четвёртых – просто тупо сидеть, как истукан и т.д. …» (Углов Ф.Г., 1991).  

«Действие алкоголя (во всех содержащих его «спиртных напитках»: водки, ликёры, вина, пиво и т.п.) на организм, в общем, сходно с действием наркотических веществ и типичных ядов, как хлороформ, эфир, опий и т.п.»  (Введенский Н.Е.)    

Человек, не знающий, что в его организм введён наркотик, никакого состояния эйфории не испытывает, а получает, как правило, только неприятные ощущения.  Алкогольная эйфория со временем перекрывается дискомфортом, вызванным алкогольным отравлением и абстиненцией. Человек, употребляющий алкоголь и пользующийся проалкогольной программой, имеет соответствующие убеждения, сформировавшиеся под воздействием социальной среды человека и выгодные для него как подкрепляющие программу. Например: алкоголь – средство общения, праздник, согревает, выводит радиацию, укрепляет, снимает стресс, полезен для организма, придаёт храбрости и т.д.

Доказано, что безвредных доз алкоголя для человека не существует.  Лекарства – возможны, с содержанием спирта  только в гомеопатических дозах! Конечно, глупо думать сердечнику о последствиях воздействия 20 капель спиртового раствора карвалола с водой при остром сердечном приступе. Но лечиться «Брынцаловкой» - стаканом настойки боярышника на  70% спирте...! А сколько женщин с алкогольным отравлением от такого «лечения» попало в наркологию, знают только специалисты.

  1.  Стадии зависимости от алкоголя взрослых людей

Человек, употребляющий алкоголь определенное время, как правило, достигает трёх стадий алкоголизма. «Алкоголизм начинается там и тогда, где и когда появляется первая положительная мысль об алкоголе» (Г.Шичко). С годами алкогольной жизни эйфория уменьшается, но дискомфорт возрастает, а также снижается толерантность к алкоголю. Толерантность  - переносимость организмом определенного количества алкоголя, которое человек способен выпить. (Рис.13)

Алкогольная болезнь – это отсутствие механизмов защиты от алкоголя. Дефекты в механизмах защиты от алкоголя передаются с генетическим кодом, по наследству от отца, деда, прадеда. В России предрасположенность к алкогольной болезни отмечается у 4 из 5 человек, т.е. почти у каждого. Человек с предрасположенностью начинает употреблять спиртное  с контролем, на равных со сверстниками, как это принято в его среде, по определённым поводам, но  с годами пьющий человек вступает, как правило, в первую стадию алкоголизма.

Первая стадия алкоголизма (краткая медико-социальная характеристика). (Рис.14).

Потребность в наркотике выражена слабо, человек в состоянии её преодолеть и самостоятельно отказаться от употребления. Переносимость непрерывно повышается и превосходит первоначальную примерно в три раза. Рвотный рефлекс постепенно ослабляется. Абстинентное (похмельное) состояние выражено слабо.     Характерно:

- выпивка без повода, в будни, тайно;

- пару кружек пива после работы;

- заверения, что пил «последний раз», откладывание трезвости на завтра;

- расстройства сна, аппетита (вместо завтрака чай, кофе, кефир, рассол.

Надо учесть, что сейчас болезнь протекает не так, как раньше. Во времена Советского Союза первая стадия алкоголизма, нелеченные случаи, протекала в среднем 15 – 20 лет, и за это время человек успевал и детей на ноги поднять, и на пенсию и квартиру заработать. В последнее время из-за проводимой политики спаивания населения (обеспечение сверхдоступности и дешевизны спиртных напитков; формирование психологической готовности к приёму алкоголя СМИ; неприпятствие самогоноварению и т.д.), болезнь протекает злокачественно.

Первая стадия алкоголизма от начала до конца проходит в среднем за 3 – 5 лет. Так что можете не беспокоиться, созданы все условия для быстрого «проскакивания»  до самого конца алкогольной болезни.

Вторая стадия алкоголизма.

Потребность в наркотике настолько значительна, что человек, как правило, не в состоянии справится с ней. Переносимость достигает наибольшего значения, и многие годы держится примерно на одном уровне. Рвотного рефлекса практически нет.

Появляются:

- провалы памяти;

-потеря ситуационного и качественного контроля (алкогольная жажда, когда после первой рюмки трудно остановиться) (Рис.15);

-яркий похмельный синдром;

- неврозы и психозы.          

 Характерно:

- человек не признаётся в  алкогольной зависимости никому, даже себе, постоянно оправдывается;

- потребность в похмелье может стать началом запоя до 10 суток. Потом возможна ремиссия (воздержание) до месяца и всё повторяется. Со временем длительность запоев увеличивается, а срок ремиссии сокращается.

На второй стадии алкоголизма в случае прекращения употребления алкоголя в течении шести месяцев (Торпедо, кодирование, страх перед алкогольной смертью, усилие воли и пр.) толерантность опускается до нуля, но при возобновлении употребления не восстанавливается, т.е. повторить прежние алкогольные рекорды нельзя ввиду истощения иммунной системы, что не осознают запившие, пытающиеся набрать прежнюю «норму». К концу второй стадии алкоголизма интеллект снижается до нуля. (Рис.16.)

По временному интервалу вторая стадия алкоголизма повторяет первую.

Третья стадия алкоголизма.

Потребность в наркотике практически непреодолима. Похмельное состояние непрерывно.

Появляются:

  •  забывание событий постоянное и полное;
  •  рвотный рефлекс перед употреблением;
  •  утрата связей с родственниками и коллективами;
  •  деградация личности. (Рис.17).

Толерантность уменьшается, т.к. организм не способен бороться с большими дозами. Человеку достаточно «понюхать пробку», но обязательно каждый день и не важно что, как, с кем. Нейронная структура мозга разрушается практически до рефлекторного уровня и человек деградирует как личность.

Отсутствие механизмов защиты от алкоголя – это и есть хронический алкоголизм. Разрушаются они навсегда, на всю жизнь. Они не восстанавливаются ни через год, ни через десять лет.

Единственное реальное излечение алкоголизма заключается в том, чтобы человек научился жить вообще, не употребляя алкоголь через изменения в биологических, психологических, социальных и духовных аспектах личности.

  1.  Степени отравления алкоголем

Смертельная доза отравления алкоголем: 5 грамм спирта - на  1кг. веса человека -  в час.6 Например: смертельная доза алкоголя для мужчины весом 70 кг. - равна 350 грамм спирта или 875 грамм водки, выпитой в течение часа, при условии, что вы - нормальный непьющий человек и ваш организм не занимается обезвреживанием и выводом алкоголя из организма постоянно или периодически.

Кстати, смертельная доза для взрослого человека отравления никотином – 100 мг никотина. Смертельная доза никотина накапливается в организме при выкуривании 20-25 сигарет, выкуренных подряд. Ребёнку достаточно 5-10.  Курит курильщик 1 : 4, т.е. 20 % вредных веществ берет себе, а 80 % отдает окружающим. Курильщики – социально опасное явление.

Степени отравления алкоголем:

1. Дурашливость - искусственное веселье, развязность, шутливость, самонадеянность и т.п.

2. Буйность - возбуждение мозга достигает максимального значения, появляется обидчивость, вспыльчивость, агрессия. Все знают, что хорошая пьянка заканчивается «разборками».

3. Параличность - нарушение координации движения и речи, «Асфальтовая болезнь».

4. Безумность - потеря контроля сознания, нелепости, бред. Часто алкоголики в белой горячке видят одно и то же существо «прямоходячее, с большими глазами и роговидными отростками на голове, ведущее себя агрессивно».      

5. Усыпленность - пьяного можно разбудить, но передвигаться не сможет, чувствительность не утрачивается.

6. Наркозность - пьяный полностью утрачивает чувствительность и защитные рефлексы. Доза алкоголя, приводящая к наркозности, отличается от дозы, приводящей к смерти очень мало – граммами.

Тема 4. Алкогольная программа: процесс реализации

и результаты

Обсуждаемые вопросы

1. Компоненты алкогольной программы

2. Личностные кризисы как фактор реализации алкогольной программы

3. Влияние умеренного пития на алкоголизацию детей

4. Виды алкогольного абсурдизма

5. Влияние употребление алкоголя в России на менталитет нации

1. Компоненты алкогольного программирования

В пьющей социальной среде  сегодняшнего Российского общества существуют вредные теории, которые являются неотъемлемой частью алкогольного программирования людей. Этими теориями руководствуется запрограммированный народ. Выделим основные теории алкогольного программирования.

1. Теория заполнения алкогольного вакуума.

Смысл теории заключается в том, что нельзя вытеснять промышленную водку, так как образовавшийся вакуум заполнят самогон и суррогаты и отсюда запрет на спиртное недопустим.

Теория не только не верная, но ещё и вредная. Всемирная организация здравоохранения  ещё в 1975 году сделала вывод, что без запретительных мер, никакая сильная пропаганда трезвости успеха иметь не будет. Сегодня вы знаете, что «Сухой закон» в России – это ярчайшая страница истории нашей родины, когда трезвый народ смог за короткий срок выстоять две войны, революцию, интервенцию, поднять экономику и выжить. В 1929 году после отмены запрета на спиртное, самогоноварение выросло в 1,7 раза к 1924 год. В 1928 году пили водки и самогона в 1,5 раза больше, чем в 1913 г. По исследованиям коэффициент потребления нетоварного алкоголя за 1925 – 1990 гг. лежит в пределах 0,8–1,2, таким образом, самогон народ пьёт почти в масштабе проданной водки.

А сегодня, когда сняты все ограничения на продажу спиртного, Россия «захлёбывается» в самогоне и подпольной водке,  в городе во многих подъездах стоит  «самогонный  кумар», дети тонут в чанах с брагой. В центре города открываются и растут как грибы фирменные Дома Водки, но не Дома здорового образа жизни и спорта. По статистике 88,3 % от общего  потребления алкоголя выпито хроническими пьяницами и алкоголиками,  4,5 % алкоголя  выпито «культурно- пьющими».

Таким образом, теория «алкогольного вакуума» является теорией формирования алкогольных убеждений.

     2. Теория «Культурного пития».

Суть теории заключается в обучении людей «культурному» употреблению алкоголя. О.Хаям писал: «Если хочешь геройством весь мир ослепить раз в неделю вином нужно дух укрепить: в понедельник, четверг, воскресенье, субботу, вторник, среду и пятницу надобно пить…» и  в таком  духе сотни страниц  восхваления вина. Всё там красиво и мечта любого алкоголика и пьяницы вернуться к той первой рюмочке вина в его жизни за праздничным столом, но, увы, мечта не сбыточная.

Теория «культурнопитейства и умеренности пьянства – это идеологическая диверсия, направленная на молодежь, подростков и детей. При употреблении алкоголя в возрасте до 20 лет из восьми человек:

  •  Один – погибнет в возрасте 30 – 50 лет (12,5%)
  •  Двое – станут алкоголиками (25%)
  •  Четверо – останутся алкогольнозависимыми умеренными пьяницами  (50%)
  •  Один – останется «ритуальщиком» (12,%)

Во всем цивилизованном мире за продажу алкоголя несовершеннолетним установлены драконовские наказания (например, США – до 21 года – штраф 500$, Германия – до 18 лет – штраф 50 тыс. евро…..)

Сегодня мы знаем, что культурнопитейство – это почва для пьянства и алкоголизма. Алкоголь и культура – слова антиподы, нелепое словосочетание.  Но самое страшное в том, что каждый такой «культурнопьющий» (62,5%) в течение своей проалкогольной жизни вовлекает своим примером, обучает или программирует на пьянство 10 человек. Из них:

  •  Двое – погибнут от алкоголя (самые близкие к программисту люди -20%)
  •  Трое – станут алкоголиками (30%)
  •  Пятеро – останутся алкозависимыми «умеренно» пьющими (50%)

А если такой «культурный» пьяница является авторитетным педагогом, руководителем, то цифра поражения утраивается. В своё время Г.Шичко сказал: «Культурно пьющий человек – это смертельный враг человечества, - так как ребёнок, глядя на него, программируется положительным отношением к алкоголю».

2.  Личностные кризисы как фактор реализации алкогольной программы

В данном аспекте алкогольная зависимость – это результат неправильного приспособления к жизни, способ эмоционального оглушения и неспособность прямо взглянуть ситуации в лицо, уход в свой мир.

Пьянство – это неспособность справиться с кризисом жизни, попытка избавиться от чувства собственной неполноценности, которую мы вынесли с собой из детства, способность с помощью алкоголя сделать конфликт временно сносным.

Оздоравливающее мышление (Саногенное)   – это попытка осознать свои эмоции, от которых мы бежим, сделать их объектом рассмотрения (вина, обида, страх и т.п.), уйти от кризиса. Остановимся на классификации критических периодов жизни человека Э.Эриксона.

1. Доверие или недоверие к миру.

Первый кризис формируется на первом году жизни ребенка. Здесь важно: удовлетворяются ли основные физиологические потребности ребенка ухаживающим за ним человеком. Если имеет место любовь безусловная, то формируется доверие к миру.

В средневековье существовало понятие «Кукушкины дети», когда монахи ставили у ворот монастыря корзину, куда женщина могла положить свое «Дитя любви» и оставить на монашеское  воспитание. 93% таких детей умирали на первом году жизни. Позднее в 19 веке  даже немецкая гигиена и хороший уход за детьми смог снизить детскую смертность только до 47%. Дальнейшие исследования в Чехословакии («Депривированные дети») показали, что при самом отличном гигиеническом уходе за ребенком, но отсутствии любви и телесного контакта, дети болели и умирали на первом году жизни. Дети требуют подтверждения безусловной любви постоянно. Если этого нет, формируется недоверие к миру. В дальнейшем такой человек будет постоянно искать подтверждения любви к себе ото всех – от мужа, жены, детей, начальника, коллег, друзей. Способ получить ребёнку любовь папы и мамы  - это заболеть и за ним ухаживают, или пьет алкоголь, а с ним «носятся». Алкоголь помогает создать иллюзию, что меня любят, уважают, что я  кому-то нужен, пусть даже «собутыльникам».

Таким образом, для преодоления первого кризиса жизни необходимы два условия:

  1.  Безусловная любовь к ребенку, то есть любить просто, а не за что-то.
  2.  Телесный контакт, надо больше держать на руках (если не плачет).

Если первый кризис преодолен, мы становимся сильнее, если нет, будем тянуть его последствия всю жизнь. Мы можем, как улитка носить свой опыт на себе и быть в плену стереотипов, но можем и с позиции взрослого сказать: «Да, мне нужно, чтобы меня кто-то любил, но сейчас я могу сам о себе позаботится».

2. Опыт автономии или стыд и сомнение, страх, что что-то сделаешь не так.

Второй кризис формируется до трёх летнего возраста ребенка. Если был очень строгий или непоследовательный контроль за физиологическими функциями ребенка, то происходит развитие стыда как базовой эмоции и страха. У ребенка формируется опыт автономии (я могу сесть на горшок сам и не испачкать штанишки, за это отвечаю я, но не мама). Памперсы отключают механизм научения, так как ребенок не видит реакцию матери на свое поведение. Так формируется возможность для самодифференциации, которая включает следующее.

  1.  Ощущение границ. В семье очень важно простроить границы, за что отвечаю я, за что другие, что принадлежит мне, когда ребенок понимает, что от него что-то зависит. Важно не переусердствовать с приучением к горшку, без насилия и угроз.
  2.  Осознание моих убеждений. Что я хочу, что для меня важно.
  3.  Определённость своих позиций. Определение себя и других, наличие собственного горизонта, взгляд на мир через свою душу.
  4.  Способность удерживать курс. Настойчивость, эмоциональная выносливость, собственная активность.
  5.  Состояние контакта. Определение границ контакта с другими, способность к взаимоотношениям с несогласными.

     Таким образом, человек постоянно обидчивый, чувствующий вину – это не построивший границу между собой и другими людьми, не выяснивший, кто, за что отвечает. Такой человек постоянно программирует, ждет от другого определенного поведения. В семье бунт детей в 3, 7, 15 лет – не  даём самодифференцироваться, держим при себе. Я не имею полного права на другого человека, если он этого не хочет. (Не то одел, не туда пошел, не с тем дружишь, не того любишь, не на той женишься, не так живешь…).

3. Инициативность или чувство вины.

Второе детство - с трех лет. Начинается самоутверждение ребенка. Важны  планы, которые строит ребенок, и ему позволяют их осуществить,  развивают инициативность. Жесткое программирование, ожидание от ребенка «плохого» поведения (Ты, почему сломал машинку, залез в шкаф, сломал косметику, испачкал обои…?!), вызывает постоянную вину как базовую эмоцию.  В жизни такой человек будет постоянно чувствовать вину  перед всеми – родителями, женой,  детьми, начальником, друзьями, природой, ну как тут не запить от безысходности?

Самодифференцированная   личность понимает, что соблазнов в жизни может быть много, но я несу ответственность, это мой выбор, я решаю пить или не пить. Не даром японцы до семи лет позволяют ребенку делать все, что он захочет и это сегодня страна самых высоких технологий и инициативного развития.

Таким образом, если с детства не давать возможности самореализоваться, то формируется базовое чувство, что ты виноват и не соответствуешь ожиданиям своих близких, оно будет бессознательным, зависимым от окружающих обстоятельств. Алкоголь в будущем может применяться как химическая защита от такой отрицательной эмоции.

4. Вкус к работе или чувство неполноценности.

Школьный возраст. Важна атмосфера внутри школы и методы воспитания в ней. Если они способствуют работе  - то формируется вкус к работе, если нет – чувство неполноценности как базовое состояние. («Ты идиот, тупица, гаденыш, дебил, вот именно из за таких как ты наша страна в такой ситуации, а если будешь на перемене бегать, в школу для неполноценных отдадим…», - слышим эти и другие слова в здании школы!?). Самое страшное, что дети в таком возрасте могут поверить, что они действительно плохие. Взрослые должны понять,  в школьном возрасте важно отмечать позитивное в любых проявлениях, но только правду. Иначе потом можно и запить: «Я не смогу, я не справлюсь, какой дурак со мной будет жить, не изменять мне, я не заработаю много, я – алкоголик, что с меня возьмешь, и так далее». Важно не поверить, что ты плохой. Если осознал - большое дело, перемены впереди!

5. Идентификация или спутанность ролей.

Подростки - в таком возрасте каждый ищет образец для идентификации, на кого походить, каким я хочу быть, как должна вести себя женщина, мужчина. Важно выбрать те роли, с которыми себя идентифицируешь: половые, профессиональные – из родителей, учителей, близких, друзей, фильмов. Ближе всех к подростку родители, дочери – мать, сыну – отец. Трезвые родители посеют в своих детях семена трезвости, разума, здоровья, любви, уважения, мудрости, духовные ценности и дети будут уважать, и подражать таким родителям. Другие родители научат детей культурно пьянствовать, курить, брать от жизни все и подростки ищут образцы для подражания на улице, в боевиках и мыльных операх, пытаясь жить в нереальном мире, и не зная  кем в нём быть.

6. Близость отношений или изоляция.

Молодые взрослые люди, примерно двадцатилетнего возраста. Важен поиск близости с любимым человеком, с которым предстоит вместе проживать жизненные циклы: работа – рождение детей – отдых. Если такого опыта нет, формируется изоляция человека, его замыкание в самом себе, страх общения с другим человеком («старая дева, закоренелый холостяк»).

Часто родители в таком возрасте излишне оберегают своих детей от общения с противоположным полом, выдвигая в приоритеты учебу («Успеешь ещё» и  «Как бы чего не вышло»). В результате возникает замыкание в себе и изоляция, которую приходится снимать алкоголем.

7. Генеративность или застой.

Возраст примерно 40 - 45 лет. В таком возрасте старые программы зациклились и не развиваются дальше, их надо пересматривать иначе наступает кризис жизни. У человека наблюдается высокая созидательная продуктивность в самых различных областях и если, например супруги живут только для себя, своей семьи – наступает изоляция, риск оскудения межличностных отношений,  конфликты, кризис.

В этот период важно:

  •  подготовить выход в другие сферы – интерес к следующим поколениям, внукам, детям, воспитание, обучение, общественная деятельность;
  •  уважение к мудрости - сексуализация заменяется социализацией социальных отношений, т.е. большее внимание социальным институтам, совместной работе, социальным аспектам;
  •  противостоять эмоциональному обеднению, связанному со смертью близких и обособленностью детей,  не дать сформироваться синдрому  «пустого кукушкиного гнезда» (муж и жена увидели друг друга: «Как я могла жить с таким (такой) двадцать лет»?);
  •  переориентация ценностей;
  •  важна душевная гибкость и поиск новых форм поведения.

Сегодня в России народ преодолевает застой седьмого кризиса жизни в пьяном угаре. Сорокалетняя категория - это главный контингент бомжей, наркодиспансеров, вытрезвителей, травпунктов, моргов. На кладбища несут сегодня не стариков! Люди стараются заглушить внутренний застой алкоголем как химической защитой, обвиняя в своих проблемах  всех и вся.

8. Цельность  личности или отчаяние старости.

Подведение итогов и осознание единого целого, в котором ничего не изменишь. Важно понять, что это моя жизнь, и она принадлежит мне. Иначе, отчаяние от невозможности начать заново – то не так, это не так, не тому учился, не тем работал, не родила, не реализовался, зачем жил? Запивают и в старости, и дедушки, и бабушки. Таким образом, важно понять, что моя жизнь - что это мой путь, мои удачи и ошибки, я их признаю и принимаю, как они есть.

  1.  Влияние умеренного пития на алкоголизацию детей

Специалистами были поведены исследования в трех видах семей: семьях алкоголиков, семьях культурно пьющих и семьях трезвенников по влиянию алкогольной атмосферы в таких семьях на формирование  детей как будущих алкоголиков.

 Дети – запрограммированные на алкоголизм.  

 100%   

 

                              100%

75%

               

                                            

                                                                 10%                           

                                                                                         Члены семьи

Алкоголики  «культурно пьющие»    трезвенники

В семьях алкоголиков ребенок видит постоянные пьянки и его самого спаивают, около 75 % детей в таких семьях становятся в будущем алкоголиками (яблоко от яблони недалеко падает). Однако ребенок в такой семье видит и много отрицательных аспектов – голодный, раздетый, брошенный, часто битый и прочее, и срабатывает эффект «бумеранга» - он в будущем пить не будет, или будет очень осторожен с алкоголем, главное - это вовремя выдернуть его из общества родителей - алкоголиков. (Рис.18)

В семье «культурно пьющих» алкоголь пьют по праздникам и употребление алкоголя у ребенка ассоциируется  с атмосферой праздника, весельем, музыкой, всеобщей радостью, подарками и прочее. Отрицательных аспектов алкогольного программирования нет, происходит мощное научение поведению и алкогольная программа закладывается в сознание ребенка на 100%. («Культурно-пьющий - смертельный враг человечества» - Г.Шичко)

В семье трезвенников алкогольного программирования нет, и в данном аспекте у ребенка есть полная возможность стать трезвенником, (нельзя забывать о влиянии социальной среды!). Как видим, «культурное питейство» – это средство алкогольного программирования детей, молодежи, женщин и спаивание нашего народа в будущем.

  1.  Виды алкогольного абсурдизма

Абсурдизм – это деформация сознания, идеологическое направление, выдумывающее и распространяющее всевозможные нелепости. Существуют определённые виды алкогольного абсурдизма. Рассмотрим некоторые из них.

Бытовой абсурдизм – это миф об алкогольной стимуляции пищеварения, успокаивающем действии, средстве общения, знании нормы и прочая глупость.  Все эти мифы имеют четкое научное обоснование как рефлекторное, наркотическое и парализующее свойство алкоголя при воздействии на физиологию и психику человека. Однако бытовое пьянство сегодня захлестнуло большую часть нашего народа, и в нем воспитываются дети, так как родители – основные программисты незащищенного анализом мозга ребенка.

Обрядовый абсурдизм – это база для бытового, ритуального пьянства. «За здоровье, за успех, за премию, за счастье, за упокой души» и прочее. Предусматривает обязательность употребления алкоголя.

Ритуальных пьяниц сегодня в России 31,5% выпивающего всего 0,2% алкогольного производства, однако, в ритуальном пьянстве воспитываются дети, получающие нужную установку. В начальном классе одной школы на уроке рисования мы просили детей нарисовать «Праздничный стол» как они понимают его. Почти на каждом рисунке четко просматривалась алкогольная тематика, дети – зеркало родителей.

Медицинский абсурдизм – это лекарства на спирту и различные рецепты на алкоголе для лечения разных форм болезней человека, или просто алкоголь – как «эликсир жизни», питание.

Весь медицинский абсурдизм - это алкогольная  запрограммированность сознания самих же врачей как пациентов социальной среды, в которой мы все живем и они в этом плане такие же люди и не виноваты в этом. Врачи, часто, сами не являются абсолютными трезвенниками и антитабачниками, даже наркологи.  

Рекламный абсурдизм – это реклама алкоголя и табака. Сегодня реклама – это двигатель прогресса во всем мире. Доказано, что если человек увидел более ста раз одну рекламу, он пойдет и купит это независимо, надо это ему или нет. Неназойливая реклама – начало прямого воздействия на подсознание, а игнорирование рекламы – это 25-й кадр самому себе. Например, мультики Диснея сделали с Россией то, что не смогли сделать все разведки мира, вместе взятые за период «Холодной войны». Двум поколениям детей на уровень подсознания внедрён колоссальный уровень агрессии, искажения ценностей, принципов нравственности, морали, бездуховности («Том и Джери», «Дядюшка Скрудж  и утята» и др.) Сегодня подросшие дети курят, пьют, грабят, бьют и убивают с улыбкой на лице не задумываясь о содеянном. Не забудьте выключить телевизор!

     Религиозный абсурдизм – неверное толкование Евангелия.

Иудейский язык, бывший иврит,  пришедший из Египта как жреческий язык, имел два понимания вина:

  •  вино, как  символ (учение).
  •  вино, как алкогольная субстанция, пьяный напиток.

В Евангельском понимании вино используется только как символ учения или откровения. К хмельному или прокисшему вину Библия весьма категорична – читаем из Притч Соломона, глава 23:

«29. У кого вой? У кого слезы? У кого ссоры? У кого горе? У кого раны без причины? У кого багровые глаза?

30. У тех, которые долго сидят за вином, которые приходят отыскать вина приправленного.

31. Не смотри на вино, как оно краснеет, как оно искрится в чаше, как оно ухаживается  ровно. 32. Впоследствии, как змей, оно укусит и ужалит, как аспид.

33. Глаза твои будут смотреть на чужих жён, и сердце твоё заговорит развратное.

34. И ты будешь, как спящий среди моря и как спящий на верху мачты.

35. И скажешь: Били меня, мне не было больно, толкали меня, я не чувствовал. Когда проснусь, опять буду искать того же».

Отношение к алкогольной субстанции в Христианской догматике чётко определено до рождения Христа. Архангел об Иоанне Крестителе:  «ибо он будет велик перед Господом, не будет пить вина и сикера и Духа Святаго исполнится…»  (от Луки 1.15.) Все великие пророки были абсолютными трезвенниками.

Многих смущает чудо И.Христа на свадьбе в Кане Галилейской, где якобы Иисус дал людям вина. И там всё было просто. Это было не вино. Иисус дал, как написано, людям на свадьбе попробовать воду из кувшина, но в то время только он один знал, что вода способна хранить информацию и смог «зарядить» воду на вкус «лучшего вина». В итоге все пили воду и веселились, а  после свадьбы жених и невеста дали обед безбрачья и посвятили свою жизнь Богу, и все  гости стали высоконравственными людьми! Разве могло такое случиться после пьянки?

Иисус Христос назвал себя Назореем, следовательно, не мог пить вина и давать его кому-нибудь. «Назореи – с еврейского: отделять, отлучать… Назорей мог произносить обед назорейства, т.е. не пить вина, отращивать волосы, не присутствовать на похоронах. Назореи с рождения до самой смерти посвящались Богу и составляли секту или класс подобно пророкам и служили примером самоотвержения и святой жизни». (Библейская энциклопедия.- М.,1891)

До четвертого века христиане причащались водой. После принятия Христианства императором Константином-1, когда Христианство из религии низов превратилось в государственную религию, на первом церковном Соборе в городе Никея в 325 году была предана заповедь «Трезвитесь и бодрствуйте» и вода для причастия превратилась в Мальвазию – слабоалкогольную субстанцию. Далее в Константинополе  в Византии  решили «не мелочиться» и дали команду причащать кагором.

Допетровская Россия была старообрядческой, абсолютно трезвой, сильной верой и Духом. После соответствующей «обработки» державной власти Византийскими эмиссарами в 1614 году была уничтожена национальная духовная элита (боярыня Морозова, протопоп Аввакум), а староверы рассеяны по лесам Сибири за противодействие вину в церкви.

Сегодня  церкви очень сложно помочь людям в избавлении от  алкоголизма, так как на престоле стоит вино столовое. Капля керосина портит бочку с чистой родниковой водой, так и капля вина искажает суть Божественного учения в храме каждого человека.

Таким образом, алкогольный абсурдизм – мощный  компонент алкогольного программирования русского народа, механизм искажения мировоззрения и деформации сознания человека.

  1.  Влияние употребление алкоголя в России на менталитет нации

Сегодня в России ментально алкоголизировано 95% общества. На это есть две основные причины.

  1.  Задавленное общественное сознание (культурнопитейством, полезностью, умеренностью доз, и прочее.)
  2.  Экономический дефект, выраженный в алкозависимости местных бюджетов.  (Прибыль от продажи алкоголя идет в местный бюджет как живые деньги, (сегодня криминализированые) а убытки, получаемые от последствия употребления алкоголя народом, ложатся на федеральный бюджет).

Давно отмечено, что рост потребления алкоголя в стране ведет к увеличению смертности, преступности,  интелллектуальной деградации народа. В то же время рождаемость не превышает смертность населения, низкая продолжительность жизни  людей.

Доказано, что один рубль прибыли в бюджет от продажи алкоголя равен 4 – 6 рублям убытка на расходы последствия пьянства. Например: за 11 пятилетку продажа алкоголя дала казне 169 млрд. руб. Взамен она поглотила 5 млн. человеческих жизней перемолов их в опоях, пьяных драках, болезнях и унесла в виде разных убытков 600 млрд. руб.7  «Пьяный» бюджет строится на будущности народа (Таб. 6.).

Таблица № 6:

Влияние употребление алкоголя в России на менталитет нации

Потребление спирта в года на душу населения

Падение нравов у мужчин

Интеллектуальная деградация мужчин

Начало деградации народа

Общая интеллектуальная деградация, развал

Результат  исследования алкоголизации народа

«Сталинизм»

1946–1950 гг

2 – 3 л.

«Оттепель»

1961–1965гг

  9 – 10 л.

«Застой»

1971–1975гг

  14 - 17л.

«Перестройка»

1985 г.

 17 – 20 л.

«Демократия»

1995 - 2007г

23 - 25л.

Реальное    потребление   алкоголя  в   России   с   попыткой    учёта  

самогоноварения

Швейцарский ученый Моррель, исследовавший в течение 75 лет (четыре поколения) сотни семей алкоголиков вывел «Доктрину трёх поколений»:

  1.  первое поколение – снижение нравственности, тяга к спиртному (мы уже это прошли).
  2.  второе поколение – обычное пьянство, приступы бешенства (и это, похоже,  уже стало нормой)
  3.  третье поколение – ипохондрия, меланхолия, склонность к совершению самоубийства, убийству (наше время).
  4.  четвёртое поколение – эмоциональная тупость, интеллектуальная недостаточность, бесплодие, пресечение потомства (наше пьяное будущее). Родители – культурно-пьющие,  дети – алкоголики,  внуки - умственно отсталые. («Славянам – только водку и табак!» - А.Гитлер)

Таким образом, у пьющей нации  нет будущего!

Результат алкоголизации народа России

Некоторые цифры.

  •  Сегодня людские потери в год по причине алкоголя идентичны потерям от семи ядерных бомбардировок в год, которые по мощности сравнимы с Херосимной. В 2003 году алкогольные потери населения сравнялись с потерями во второй мировой войне.
  •  С 1993 года смертность в стране превышает рождаемость в пределах миллиона человек.
  •  Почти каждый третий человек в России умирает от причин, связанных с алкоголем и курением.
  •  Ежегодно в стране на учет ставится около 600 тысяч алкоголиков.
  •  Более 8 млн. человек в год посещают вытрезвители  (в Брянской области – около тысячи человек в неделю).
  •  70% мужчин и 35% женщин -  бытовые алкоголики. (1-2 стадии).
  •  65% детей рождённых в 80-х годах неспособны были получить общее среднее образование до 18 лет, из них 55% - вообще не поддаются обучению и в старшем возрасте.
  •  Ежегодно в России рождается более 20 тысяч детей с тяжелой формой психомоторного развития от родителей алкоголиков.
  •  Число смертей среди молодых мужчин превосходит женскую смертность в четыре раза, средняя продолжительность жизни женщин превосходит мужскую на 13 лет, а всего мужчин в России сейчас примерно на 9 млн. меньше чем женщин, - такого не бывало даже в первые годы после Великой Отечественной войны (Рис.19, табл. 7).

Таблица 7.

Примеры демографической ситуации

Регион

Период

времени

Рождаемость

Смертность

Россия

Брянская обл.

Брянск

Выгоничи

Жирятино

Рогнедино

И так далее….

Январь – июль 2000г.

197,7 тыс. чел.

6587 чел.

1988 чел.

73 чел.

38 чел.

36 чел.

?

391,7 тыс. чел.

16121 чел.

4244 чел.

259 чел.

127 чел.

163 чел.

?

  •  90% юношей и 45% девушек сегодня не способны воспроизвести здоровое потомство.

По расчетам кафедры статистики МИНХ им. Плеханова массовый  алкогеноцид  20 века в России стоил нам 70–90 млн. индивидуальных микрокосмов, т.е. человеческих пропитых разумов, причем 30 млн. из них – жертвы алкогольного отравления, опоя (это превышает все вместе взятые потери в войнах, голодовках и репрессиях в стране  в 20 веке).

  •  70% населения России травятся табаком (большая часть – подростки и молодёжь)
  •  Табачная эпидемия уносит ежедневно в России 760 человек.
  •  За последние 5 лет 60% всех убитых и 80% убийств в стране – в нетрезвом состоянии8.                          

   Стремительно уменьшается население нашей Родины: на 800 000 наших сограждан по причине употребления алкоголя, на 500000 человек по причине отравления табаком, более чем на 100000 несчастных по причине уничтожения нелегальными наркотиками. Каждый сотый взрослый в России заражён вирусом ВИЧ. Число обездоленных, порвавших привычные социальные связи людей ныне достигает 11 млн. человек. Пять лет назад в России насчитывалось около двух миллионов бесплодных семейных пар. Сегодня таких семей уже пять миллионов. В начале 90-х  годов в России было всего 4 социальных приюта, сегодня же их количество перевалило за тысячу. Мы занимаем  лидирующие позиции в мире  по количеству авиакатастроф, количеству самоубийств на душу населения, количеству разводов, количеству абортов на душу населения. В то же время, по средней продолжительности жизни женщин мы находимся на 100 месте, а среди мужчин и вовсе на 145 месте в мире.

За период 1990-2000гг. на 10 млн. человек уменьшилось население страны, на 5 млн. стало меньше детей, около 3 млн. детей не ходили в школу; 5 млн. граждан жили на улице; в 48 раз увеличилась детская смертность от наркотиков; в 14 раз стало больше организованных преступных групп, которыми контролируется половина экономики страны. Мы – страна в которой Государственная Дума в середине 90-х выводит пиво де-юре из списка алкогольных изделий! Хотя даже самый не искушённый в проблеме наркотизма знает, что пиво – это трамплин в пьянство, алкоголизм, наркоманию. Таким образом, постперестроечный период в России ознаменовался демографической катастрофой, получившей название «Русский крест». 

 

Тема 5. Табак и его влияние на человека

Обсуждаемые вопросы

1. История табакокурения

2. Радиоактивность табака

3. Отравление табаком

4. Последствия табакокурения

1. История табакокурения

В 1496 г. Х. Колумб, увидевший у американских аборигенов растение, которое они ритуально курили (трубка мира и т.п.), завозит табак в Европу в качестве декоративного растения. В 16 веке французский посол в Португалии Жак Нико приготовил своей королеве Екатерине Медичи, которая страдала мигренью, порошок из сушёных листьев табака. Порошок нюхался, что давало ей небольшое облегчение. В 17 веке мода нюхать табак  перешла на его курение. Яд, нервно паралитического действия,  который позднее обнаружили в табаке, назвали никотином в честь посла.

В России до Петра 1 курильщикам по царским указам вырывали ноздри и отрезали уши (чтобы не «пухли»). Царь Пётр 1, которого в Голландии научили не только строить корабли, но и пить, и курить, заключив выгодную сделку на закупку из Англии дешевого низкосортного табака, благословил Россию на отравление табаком. Эта «заслуга»  перед народом удостоила его чести наименоваться сегодня на сигаретной пачке.

  1.  Радиактивность табака

Табак – растение семейства пасленовых (картофель, помидоры, дурман-трава…), дым которого содержит более 3000 вредных веществ, обладает высокой радиоактивностью (до 7 раз, превышающий допустимые нормы), является нейротропным и протоплазматическим ядом и включает наркотик никотин.

При сгорании органических веществ табака в момент затяжки происходит «возгонка» продуктов горения, т.е. преобразование в сложные химические соединения, большинство из которых опасны для здоровья человека. Достаточно одной цифры: науке известно 482 канцерогенных вещества, вызывающих образование раковых клеток. В табаке их 481! Все они содержатся в табачном дегте, который частично оседает при курении на стенках папиросы, мундштука, фильтре сигареты. Через лёгкие курильщика выкуривающего пачку в день, за год проходит около 1 килограмма табачного дёгтя, что не может не оставить его легкие без патологии.

Наиболее значимым и активным веществом, выделяющимся при курении, является радиоактивный полоний (Р0 210). Это радиоактивный изотоп с атомным числом 210 и периодом полураспада  равным – 138 суток.  То есть через 138 суток доза радиоактивного полония в организме человека, бросившего курить, уменьшится только на половину от той, что была накоплена при курении. Полоний излучает жесткое гамма-излучение, которое проникает и искажает структуру клетки, вызывая онкологические заболевания, и альфа-излучение, микрочастицы которого оседают на поверхности  и вызывают  заболевания крови.

Некоторые цифры.

При выкуривании пачки сигарет в день курильщик получает дозу радиоактивного облучения =36 рад. (Рад – внесистемная единица поглощенной дозы ионизирующего излучения. Один рад соответствует энергии излучения 100 эгр, поглощенной веществом в один грамм). За год при таком курении в организме накапливается доза 500 рад. Т.е. после года курения и дальше она постоянна, и снизить её при такой частоте курения организм не способен. Итак, 500 рад в год. Сравним с флюорографией: больше 1-2 снимков в год делать человеку не рекомендуется. Специалисты в этом деле, как правило, женщины, работа вредная, льготная, с большими степенями предосторожности. Так вот, если дозу 500 рад перевести на такие снимки, получится 200-300 снимков в год, т.е. выкуривая пачку в день, курильщик почти ежедневно делает себе добровольно и за свои деньги подобный снимок.  

Есть такое понятие как тепловое излучение, и есть приборы, которые фиксируют это излучение. Результаты одного эксперимента. В тепловом излучении была сфотографирована рука человека, излучающая тепло. Второй снимок был сделан после выкуривания одной сигареты – на нем отсутствовали фаланги пальцев. Третий снимок сделали после выкуривания второй сигареты, и на нем отсутствовала половина ладони.  После третьей сигареты прибор в тепловом излучении ладонь не зафиксировал, она была мертва и тепло не излучала.  При курении происходит сужение кровеносных сосудов на конечностях,  то же происходит с сосудами и в ногах. Есть такое заболевание «облетерирующий индератрит» или «ноги курильщика», когда капилляры и сосуды ног в результате курения заращиваются и клетки гниют без доступа кислорода, т.е. начинается гангрена. Ампутация – обычное лечение, если не очень запущено. А из 10 импотентов бросивших курить, у шести половая функция восстанавливалась.

Каждого волнует его продолжительность жизни. Сегодня человек на нашей планете может свободно прожить 110 лет, несмотря на экологию и прочее. Всемирная организация Здравоохранения сделала вывод, что сегодня в России алкоголь сокращает жизнь человека до 25 лет. Табакокурение – до 13 лет (карманный крематорий). Если сложим, получим около 40 лет. Примерно такую разницу предлагает нам сегодня средняя  продолжительность жизни мужчин в городе (58 лет), а в деревне ещё меньше.

Чем раньше прекратить самоуничтожение, тем больше шансов сохранить свою жизнь, отказавшись от  алкоголя и табака. А за какие деньги ее можно купить у последней черты?

3. Отравление табаком

В одном из справочников садовода-любителя  есть рекомендации: для того чтобы вырастить на своём участке экологически чистые продукты, необходимо посадить табак и после его вырастания вырвать с корнем. После этого можно выращивать огурцы, помидоры, и ставить знак экологической чистоты. Оказывается, корневая система табака абсорбирует почву, т.е. забирает из неё все вредные вещества – тяжёлые металлы, нитраты и т.п. которые после сгорания в сигарете  превращаются в 3000 сложных химических соединений с полным комплектом ядов и канцерогенов.

Продукты распада табака, образующиеся  при его горении, о которых много говорят.

1. Твёрдые частицы табачного дыма.

Дым - твёрдые кристаллические частицы, которые разбухают, во влажной среде лёгких забивая альвеолы, окись кальция вызывает силикоз лёгких. Отсюда нельзя переходить на «лёгкие» сигареты при отказе от курения.

  1.  Угарный газ.

Угарный газ  взаимодействует с гемоглобином крови, лишает ее кислорода, вызывает химическое удушье. Токсичность выхлопа сигареты в 4,25 раза больше, чем выхлопной трубы автомобиля, но человек испытывает вместо отравления эйфорию. Этот парадокс объясняется инверсией сознания – табачная программа переворачивает и блокирует естественную реакцию организма: я вижу, чувствую, слышу, ощущаю и т.п. вызывая психологическую установку на эйфорию.

   Эксперимент среди подростков: самому храброму из них завязали глаза, заткнули уши, нос, надели перчатки, замотали сигарету пластырем на фильтре, т.е. исключили все контакты на уровне первой сигнальной системы и предложили закурить его же сигарету, прислушиваясь к собственной реакции организма. Через три затяжки он судорожно закашлял и в ужасе сорвал с глаз повязку, боясь, что его «вырвет». Однако, у курильщиков с большим стажем такой фокус не получится, т.к. защитная реакция их организма  значительно ослабла.

3. Никотин.  

Никотин – яд нервно-паралитического действия. Попадая в организм, он тормозит передачу нервных импульсов от мозга к мышечной ткани, клетки не разрушает, но они становятся не способными проводить нервный импульс, так блокируется дыхательная система, сердечная мышца и мышечная активность в целом. Никотин вызывает привыкание, но не вызывает эйфории. Защищаясь от никотина, организм выбрасывает в кровь адреналин. Курение, несмотря на то, что никотин - наркотик, правильнее будет назвать токсикоманией, от которого человек может и должен избавиться.

   Последствия курения.

Некоторые цифры.

  •  Сердце курильщика в сутки делает 10-15 тыс. сокращений лишних и перекачивает лишнюю тонну крови (инфаркт в 12 раз чаще).
  •  Через лёгкие курильщика, высасывающего пачку в день, проходит за год 1кг. табачного дёгтя, отсюда разница в возрасте с лёгкими некурящего человека в 25 лет к старению.
  •  В сигаретном окурке от 5 до 26 раз больше ядов,  чем в начале сигареты.
  •  Дым сигареты в 4,25 раза токсичнее выхлопа автомобиля (1сиг.= 16 часам вдыхания ароматов четырех полосной магистрали с автомобилями в час пик).
  •  По токсичности 100 сигарет  = 1 году работы на химическом заводе.
  •  Мышечная сила через 10 мин. после курения уменьшается на 15%, острота зрения  падает вдвое.
  •  Радиус безопасного нахождения от курильщика =5м.
  •  В курящей семье дети на 88% - больные.
  •  Каждая третья смерть в России - от табака (780 человек в день).
  •  Курильщики болеют:
  •  ОРЗ – в 4 раза чаще, чем некурящие люди.
  •  Хронический бронхит –  в 2 раза.
  •  Стенокардия – в 13 раз.
  •  Инфаркт миокарда –  в 12 раз (82% острая форма)
  •  Рак лёгких – в 30 раз.
  •  Рак желудка – в 4 раза.
  •  Рак гортани – 95% курильщиков
  •  Туберкулез – 95% курильщиков.
  •  Эмфизема – 98%.
  •  Облетерирующий индертареит – 98% и т.д.

Последствия курения для женщин. 

Курение женщине наносит наиболее ощутимый вред  в функции продолжения рода. Дело в том, что женские половые клетки являются долгожителями (10-30 лет) в отличие от других. Радиоактивный полоний при курении постоянно накапливается в таких клетках, приводя к их мутации. То есть курящая женщина – это постоянно действующий ядерный реактор и накопитель канцерогенов.

Ядовитые компоненты химического табачного коктейля наносят мощный удар по самой природе женщины, её половой структуре. Врачи у курящей женщины отмечают: преждевременные разрывы половых оболочек, отслойку  плаценты, ранние токсикозы, нарушение менструальных циклов и болезненное их протекание.

Курящая  женщина при беременности – сюжет фильма ужасов. Ранние роды, выкидыши, риск мертворожденности - более 30%, вес родившегося ребёнка у курящей женщины  на 40% меньше некурящей.  Дети рождаются с неустойчивой психикой и склонные к заболеваниям.  Последствия курения кормящей матери отзываются в период полового созревания её ребёнка. Он отстаёт от своих сверстников в учёбе, плохо анализирует информацию.  У курящего подростка – девочки слабо развиваются молочные железы.

Для женщины главное -  внешняя форма, красота, привлекательность и природа наградила всех женщин этим. Но курящая женщина лишена многих важных аспектов внешности – серый землянистый  цвет лица, кожи, тусклый свет в глазах, ломкие пахнущие табаком волосы, желтые пальцы, зубы, скверный запах изо рта, от одежды и другие «прелести»! Всё это – цена за мнимую коммуникабельность и самолюбование.

Можно ещё много перечислять фактов этого противоестественного поведения, но важно одно – природа не предусмотрела такого явления как курящая женщина.

Последствия курения для мужчин.

Так химические вещества, попадая в кровь, обладают сосудорасширяющим свойством. Главным определением состояния здоровья мужчины является подвижность сперматозоидов. Мужчина здоров при подвижности более 70% сперматозоидов. Никотин снижает долю подвижных сперматозоидов: 

на 40% - при выкуривании от 10 до 20 сигарет в день.

на 46% - при выкуривании от 20 до 40 сигарет в день.

на 31% - при стаже курения до 10 лет.

на 64% - при стаже курения более 10 лет.   

При снижении подвижности до 30 – 40 % зачатие невозможно! Природа сама установила пограничный кордон для предотвращения наполнения планеты больными, ослабленными мутантами от курящих и пьющих родителей. Процесс восстановления подвижности длится 5 лет за счет естественного обновления. Наш организм – самовосстанавливающаяся биологическая система, надо только дать ей возможность для этого.

Тема  6. Реализация табачной программы

Обсуждаемые вопросы

1. Вредные привычки и семья

2. Реализация табачной программы или стадии зависимости от курения.    

3. Снятие адреналиновой ломки

  1.  Вредные привычки и семья

Человеку необходима жизненная энергия для обеспечения жизнедеятельности, которую он берет из космоса, природы, потребляемой пищи. Энергия расходуется на движение, зрение, умственную деятельность, обезвреживание и синтезирование потребляемой пищи, т.е. на работу, учебу, воспитание, любовь, спорт, еду, алкоголь, курение и другие, вредные  и невредные привычки. Один из Каунасских институтов сделал заключение, что курильщик расходует на обезвреживание и вывод из организма канцерогенного табачного химического коктейля от 25% до 40% жизненной энергии.

Если с энергетических позиций взять семью, то, образно говоря, чистота биополя всех членов семьи примерно одинакова, т.е. между ними возможен свободный обмен энергией. Теперь давайте представим семью в конце рабочего дня

Папа – пьёт, курит, много работает, стрессы, отрицательные эмоции, приходит разряженный. Мама – возможно, всего поменьше и  сил остаётся больше. Ребёнок – самый энергонасыщенный – пока маленький не пьёт, не курит, не ест как взрослые, организм не зашлакован, не обижается долго, не завидует и прочее, жизненных сил много и они нужны для роста организма. Семья – это энергетические сосуды, соединённые одной трубой, т.е. всем поровну. Курящий и пьющий папа - это энергетический вампир жены и ребёнка. Курящая и пьющая («культурно») мама – энергетический вампир ребёнка и донор мужа. Ребёнок в такой семье – это энергетический донор для своих любящих пьющих и курящих родителей и  «контейнер» для сброса негативной энергии, накопленной родителями за день в социальной среде.

Поэтому не важно, где вы курите – на балконе, площадке, туалете, в этом плане всё едино, потратил – забрал. С точки зрения энергетики для семьи расстояния между членами семьи не имеют значения. Достаточно одной мысли воспоминания, например о ребёнке, которого оставили с бабушкой папа и мама, поехавшие за 1000 км «отдыхать», чтобы силы этого ребёнка мгновенно перешли к родителям. А потом ребенка не узнают – довёл до «белого колена» бабушку, соседей, учителей в школе и т.п. До 17 лет дети энергетически «висят» на родителях, а быстро взять энергию можно взять у другого человека, предварительно выбив его из психоэмоционального равновесия. Вот дети и спасаются от своих пьяных и обкуренных родителей, интуитивно ища источник. Тут, что хочешь можно сделать – и обругать, и ударить, и вены себе вскрыть, и уколоться, и напиться, и всех достать. Причём они учатся такому поведению у своих родителей, и будут учить своих детей. Теперь понятно, почему на Руси даже в бедных крестьянских семьях было много детей, много источников жизненных сил. Но тогда нация вела здоровый образ жизни, а сегодня энергетический конфликт между родителями и единичными детьми достиг жёсткого вампиризма, гиперопеки и нанесения целенаправленной энергетической агрессии до уничтожения сущности человека.

Во всём цивилизованном мире курение – это признак бескультурья, невежества, малообразованности, символ «неудачника». Это знает каждый в США, Японии, Швеции, и др. развитых странах. Сегодня Россия – это «контейнер», в который информационный мир сбрасывает худшее, забирая лучшее (наши мультфильмы), и каждый наш курильщик – это жертва рекламного надувательства и химической табачной войны, жизнь которого сгорает в карманном крематории – пачке сигарет.

  1.  Реализация табачной программы или стадии зависимости от курения

Все курильщики в своей табачной жизни проходят семь фаз курения (если раньше не бросят). (Рис.22.)

1 фаза. 

Накопление убеждений и формирование настроенности о необходимости курения.

В детстве ребенок, глядя на курящий мир вокруг него, формирует предрасположенность сознания к положительному пониманию явления: подрасту, буду как взрослые, это красиво, делает меня взрослее, круче, сближает и т.п.

2 фаза.

Попытка закурить.

Очень важная фаза, от неё зависит, будет ли человек курильщиком в ближайшее время или нет. При  попытке закурить срабатывает защита, т.е. естественная реакция организма – слюна, удушье, сердцебиение, рвота и т.п. И здесь есть два варианта:

а) если реакция организма на курение сильно отрицательная (кашель, головокружение, рвота), убеждения о необходимости курения блокируются, в сознании происходит вытеснение такого поведения и человек не становится курильщиком.

б) если защита организма слабая или начинающий курильщик на протяжении долгого времени курил пассивно дымом других (родителей, сослуживцев, друзей), то появляется стремление к курению.

Человек–курильщик, если  эффект действия программы наиболее значим для мозга и происходит инверсия сознания, чем хуже – тем лучше (приятный дым, вкусная водка и т.п.), т.е. организм, получая при этом определенное удовольствие, научается такому поведению.

3фаза. 

Организм компенсирует затормаживающее действие никотина выбросом в кровь адреналина, т.е. происходит слом защиты организма. Но организм еще не знает, сколько надо адреналина выбрасывать и выделяет +_ 10% от поступившей дозы никотина. Если больше на 10% - то начинающий курильщик испытывает возбуждение, подъем активности и запоминает это (сигарета - перед работой, для сосредоточения, концентрации и т.п.). Если меньше на 10% - то торможение, парализующее действие (сигарета - при волнении, для отдыха, расслабления, перекура и т.п.). Со временем это перестает осознаваться и переходит на уровень рефлекса.

4 фаза.

Происходит адаптация организма, т.е. втягивание в курение.

На этой фазе совершенствуется рефлекторная деятельность, развиваются функции удаления табачных ядов и для «кайфа» курильщик вынужден увеличивать дозу, количество сигарет растет.

5 фаза.

Закрепляется условный рефлекс – выброс адреналина при одной мысли о курении. На этой фазе курильщик начинает защищаться от реакции собственного организма. Он вынужден подавать в организм никотин, чтобы компенсировать выброс собственного адреналина, причем это не осознается и закрепляется как условный рефлекс.

6 фаза.

Формируется ритуальное курение. Продолжается втягивание, совершенствуется механизм компенсации, нижний предел (НП) поднимается. Курильщику необходимо первые 2-3 сигареты с утра, остальные курятся автоматически, примерно через 40 мин. т.е. курить не интересно. Следовательно, придумывается ритуал, например: сигарета с утра, сигарета под кофе, сигарета после еды, сигарета в машине, сигарета перед началом работы или после, сигарета перед сном и т.п.   В общем, их немного 6-8 штук даже у самого заядлого курильщика. И от них отказаться не просто, т.к. они связаны с удовольствием. Например, с сигаретой после еды курильщик связывает несколько удовольствий:  удовольствие от вкусовых качеств пищи, удовольствие от самого процесса еды, удовольствие от утоления голода и ощущения сытости, удовольствие от возможного приятного общения с коллегой по еде и т.д. Но все эти удовольствия замыкаются и связываются с последним действием - с выкуриванием сигареты после еды. Так как человек это не осознает, то запрет вызывает стресс. Шестая фаза относится к процессу привыкания и ещё не является наркотической фазой.

7 фаза.

Это фаза наркотической зависимости. На этой фазе избыток токсического вещества вызывает отравление, т.к. компенсация адреналином не достаточна. Отсутствие токсического вещества вызывает эффект психофизического дискомфорта по причине повышенного содержания адреналина в крови (адреналиновая ломка).  На этой фазе курильщик курит от 20 до 40 сигарет, до биологически возможного предела его организма,  курит для стабильности своего состояния. Программа курения модифицируется: убеждения о необходимости курения не ясны.

Выход из 7 фазы возможен в трёх вариантах:  

1) физическое разрушение, смерть.

2) пошел к врачу и бросил (напугали после операции), остаётся воздержанником.

3) автобросание при истощении защитных функций организма и саморазрушения программы, т.е. курильщик «скуривается в ноль». В этом варианте можно резко бросить курить, не испытывая адреналиновой ломки. Иногда причиной автобросания может послужить работа, связанная с большой степенью риска (летчик-испытатель, экстремал, и т.п.) когда организм истощается от постоянного выброса адреналина и на никотин его просто не хватает.

  1.  Снятие адреналиновой ломки

Ритуал курения подразделяется на автоматическое курение (курение от безделья, для убийства времени, занятие для рук;  по предложению из вне – идущий в ад, ищет попутчика) и по «сильной потребности» - ритуальное курение.  Если автоматическое курение легко прекратить, просто начав контролировать процесс отравления табаком, то отказ от  ритуального курения требует усилий. В Санкт Петербургской международной академии социальных технологий имени Г.А.Шичко разработан алгоритм отказа от ритуального курения и ослабления адреналиновой ломки (см. Рис.23).

При появлении одной мысли о курении у курильщика выбрасывается в кровь адреналин, который он вынужден компенсировать никотином. Обычно курильщик сразу закуривал и за время Т1 –Т2 = 15-18 затяжек сжигал собственный адреналин поступившем в организм никотином. Организм привык к такому поведению на уровне условного рефлекса.

Чтобы снять адреналиновую ломку необходимо снять или максимально уменьшить выброс адреналина.  Для этого мы смещаем время закуривания ритуальной сигареты от возникновения желания  на 5, 10, 15 мин. (можно сознательно потерпеть). Мы  сжигаем адреналин на  остатке выброса, делая при этом 4 - 5 затяжек не более (Т1-Т2 =4-5 затяжек) и выбрасываем сигарету. Если забыл закурить - не кури.

Так как желаемые потребности организма в никотине удовлетворены не полностью, то при появлении желания следующей ритуальной сигареты уровень выброса адреналина будет ниже предыдущего. Однако, мы продолжаем смещать время закуривания от момента возникновения желания, и сбиваем количество выбрасываемого адреналина до минимального размера.  Так, мы, уменьшаем количество затяжек, не меняя минимального количества ритуальных сигарет.

Внимание! По данному приему не следует работать более 72 часов, иначе начнётся втягивание. После трёх  суток бросать нужно однозначно с любого количества сигарет, это будет легко. Рекомендуется воздержаться от курительных мест и курящих компа