97927

ВЫРАЖЕНИЯ ПРИЧИННЫХ ОТНОШЕНИЙ В АНГЛИЙСКОМ ЯЗЫКЕ

Дипломная

Иностранные языки, филология и лингвистика

Сложноподчиненные предложения с придаточными причины. Сложносочиненные предложения с причинно-следственной связью. За последние полвека вопросы синтаксиса сложного предложения в английском языке привлекают особое внимание многих исследователей. Именно тот факт что в основе деления связей между частями сложного предложения лежат смысловые а не формально-грамматические...

Русский

2015-10-26

276 KB

8 чел.

53

ОБРАЗОВАТЕЛЬНАЯ АВТОНОМНАЯ НЕКОММЕРЧЕСКАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ

«ВОЛЖСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМЕНИ В.Н. ТАТИЩЕВА» (ИНСТИТУТ)

 

Факультет – гуманитарный

Специальность – филология

Кафедра романо-германской филологии

ВЫРАЖЕНИЕ ПРИЧИННЫХ ОТНОШЕНИЙ

Дипломная работа

студентки 5 курса, группы Ф-502

Стениной Юлии Борисовны

Научный руководитель:

к.ф.н., доц., проф.

Анохина Светлана Петровна

Тольятти 2007


СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ……………………………………………………………………….3

ГЛАВА 1. КАТЕГОРИЯ ПРИЧИННОСТИ В ЛИНГВИСТИКЕ И СМЕЖНЫХ НАУКАХ…………………………………………………………………………..6

  1.  Причинно-следственные отношения в логике………………………………6
    1.  Причина и следствие в языке……………………………………………….11
    2.  Понятие функционально-семантического поля причинности……………20
      1.  Структура функционально-семантического поля причинности………………………………………………………………21
      2.  Имплицитность причинной связи………………………………....24

1.4. Роль союзов и предлогов в формировании причинной семантики……...28

ГЛАВА 2. СРЕДСТВА ВЫРАЖЕНИЯ ПРИЧИННЫХ ОТНОШЕНИЙ В АНГЛИЙСКОМ ЯЗЫКЕ………………………………………………………...33

2.1. Уровни анализа периферийных конструкций……………………...……..33

2.1.1. Семантический уровень……………………………………………33

2.2. Средства выражения причинных отношений……………………………..34

2.3. Лексические средства……………………………………………………….36

2.4. Синтаксические средства…………………………………………………...37

2.4.1. Обстоятельства причины…………………..………………………37

2.4.2. Сложноподчиненные предложения с придаточными причины..................................................................................................................42

2.4.3. Сложносочиненные предложения с причинно-следственной связью…………………………………………………………………………….46

ЗАКЛЮЧЕНИЕ………………………………………………………………….50

БИБЛИОГРАФИЯ……………………………………………………………….52

ВВЕДЕНИЕ

В то время как центральные средства выражения причинных отношений в английском языке достаточно хорошо изучены, то периферийные средства выражения причинности не исследованы столь подробно с точки зрения их семантики, особенностей употребления, а также не систематизированы как компоненты функционально-семантического поля. Сказанное во многом определяет актуальность настоящего исследования.

За последние полвека вопросы синтаксиса сложного предложения в английском языке привлекают особое внимание многих исследователей. Среди этих вопросов, до сих пор требующих дальнейшей научной разработки, важное место занимает вопрос о сложном предложении, как особой единице синтаксиса, и существующей связи между его компонентами. При этом на современном этапе развития языкознания, когда определены и уточнены основные понятия, исследованы многие структуры, характерно то, что в центре внимания интересов и в центре разногласий лингвистов до сих пор остаются сочинительные и подчинительные союзы в сложном предложении.

           Именно тот факт, что в основе деления связей между частями сложного предложения лежат смысловые, а не формально-грамматические моменты, приводит на практике к тому, что, как и весь синтаксис, сочинительно-подчинительная схема во всех индоевропейских языках сходна: ввиду того, что человеческое мышление развивается в общем одинаковыми путями во всех странах, языки, непосредственно реализующие мысль, отличаются друг от друга прежде всего лексикой и мало разнятся по составу смысловых категорий.

Почему при определении связей между частями сложного предложения нельзя исходить только из формальных признаков? Потому что число этих признаков во всех языках чрезвычайно ограничено и никоим образом не соответствует числу смысловых отношений, могущих найти выражение в предложении. Даже те скудные лексические средства - союзы, - которыми располагает язык, используются крайне неравномерно. Некоторые союзы чрезвычайно употребительны, в то время как другие можно найти главным образом в грамматиках, где они перечислены на равных правах со всеми другими союзами.

Число смысловых отношений, встречающихся между частями сложного предложения, очень велико и намного превосходит число всех имеющихся в языке союзов. К этому необходимо добавить, что с развитием мышления и языка число смысловых отношений растет быстрее, чем увеличивается число новых союзов. Все это не может не привести к тому, что одни и те же союзы начинают употребляться в функциях, до сих пор им не свойственных. Например, союзы, до определенного времени выражавшие только подчинительную связь, начинают употребляться для выражения сочинения, и наоборот. Кроме того, в языке, помимо союзов, существуют еще и другие средства выражения отношений между частями сложного предложения. В результате в современном языке появляется большое число сложных предложений, отношения между частями которых нельзя подогнать ни под какую классификацию.

Итак, целью данной дипломной работы является анализ ядерных и периферийных средств в английском языке для выражения причинных связей в английском языке.

Цель предполагает задачи:

  1.  Изучение теоретической литературы по проблемам исследования.
  2.  Изучение семантики подчинительных и сочинительных союзов.
  3.  Систематизацию языковых средств выражения причинных связей.

Объект исследования: разноуровневые языковые средства выражения причинных отношений.

Предмет исследования: структурно-семантические особенности данных языковых единиц.

Методы исследования: общие научные, т.е. анализ и синтез; метод контекстуального анализа; метод семантической интерпретации, методы дистрибуции и трансформации.

Материалом исследования послужил корпус примеров, собранных методом сплошной выборки.

Структура и объем работы. Работа состоит из введения, двух глав и заключения. К работе прилагаются списки использованной научной литературы, исследованных источников языкового материала. Основная часть работы составляет 44 страницы.


ГЛАВА 1. КАТЕГОРИЯ ПРИЧИННОСТИ В ЛИНГВИСТИКЕ И СМЕЖНЫХ НАУКАХ

  1.  ПРИЧИННО-СЛЕДСТВЕННЫЕ ОТНОШЕНИЯ В ЛОГИКЕ

Слово "логика" в повседневной речи часто означает для нас взаимосвязанность, последовательность и не столько как простая, текучая непрерывность, сколько следование по необходимости. Нечто следует из предшествующего обязательно. В этом смысле логичное (обязательное, необходимое) бывает лишь тогда, когда оно обуславливается тем или иным законом: то ли законом связи букв и слов в предложении, то ли законом связи между мыслями в рассуждении, то ли законом природы, то ли общественным законом [28, 3]

Логика связана с соблюдением в процессе речи законов связи и мыслей между собой.

Мысль как идеальный образ может быть простой (отдельной) или сложной,  состоящей из нескольких простых. Простая (отдельная) мысль отражает предмет в его существенных и отличительных признаках. Такие мысли в логике называются понятиями, как например, мысль о человеке, о столе, о доме и т.п. Такие мысли обычно выразимы отдельными словами или словосочетаниями: "дом", "стол", "человек", "дневное светило", "самый крупный город в нашей стране", "студент дневного отделения первого курса" и т.п.

По словам Кобзаря В.И. сложные мысли образуются из нескольких простых, связанных между собой определенным (по логике определенным, т.е. логичным) образом. Логика выделяет следующие более сложные мысли: суждение (простое и сложное), умозаключение (дедуктивное, индуктивное, традуктивное), доказательство и опровержение, гипотезу, теорию и некоторые другие. В них и между ними логика выделяет следующие связи и отношения: для простых суждений - совместимость, т.е. тождественность, подчиненность, частичное совпадение, они выразимы логической связкой "есть"; и несовместимость, т.е. противоречие, противоположность, соподчинение - они выразимы логической связкой "не есть". Для сложных суждений - соединение (логический союз "и"), разделение (логический союз "или"), условную связь ("если..,то") и связь тождественности ("тогда и только тогда, когда").

Кроме этих логических связей, выделяет логика и связи по среднему термину, по причине и следствию, по члену деления и пр.

Остановимся подробнее на описании причинно-следственных отношений в логике [28].

Сложное суждение состоит из двух элементов: основания (простое суждение, которое заключено между союзом "если" и частицей "то") и следствия (простое суждение, следующее после частицы "то"). Правда, такое название элементов применимо для условного суждения, союз которого по природе своей, генезису и истории отражает естественные, причинно-следственные зависимости, зависимости по смыслу; в импликации же эти элементы называются по-другому, и это потому, что импликация есть связь между элементами (простыми суждениями), допускающими смысловую независимость их между собой, т.е. антецедент (простое суждение перед логическим союзом) и консеквент (простое суждение после союза) могут по смыслу совершенно не зависеть друг от друга: "Если рак - рыба, то белый медведь не хищник", "Если любовь зла, то асфальт мокрый" и т.п. Условное суждение записывается в виде формулы - "В -->С". Однако, по своим истинностным характеристикам условное суждение и импликация не во всем тождественны друг другу.

Несмотря на их структурное сходство и даже одинаковость выражения логического союза, все таки отождествлять их не стоит, так как импликация отражает более произвольный характер связи между элементами ее по сравнению со связью основания и следствия условного суждения. Эти связи отражают разные зависимости, обладают разными свойствами. Условное суждение по природе своей отражает природные, естественные связи и причинно-следственные зависимости между предметами (явлениями, процессами) и их свойствами. Исследуемая в современной формальной (математической, символической) логике импликация есть связь, не предполагающая смысловой зависимости между своими составляющими. Вот эта более свободная, произвольная, обобщенная и в чем-то более искусственная связь антецедента и консеквента в импликации, отличает ее от смысловой связи основания и следствия в условном суждении. Посему и истинностные зависимости между элементами условного суждения и импликации несколько отличны.

Между двумя элементами условного суждения (причиной и следствием) логика устанавливает две закономерные зависимости. Первая и жесткая зависимость, отражающая причинно-следственную связь, показывает истинностную зависимость следствия от основания условного суждения. При истинности основания условного суждения следствие его будет обязательно истинным. Так, в суждении "Если растение лишено кислорода, то оно погибает" при истинности его основания (растение лишено кислорода) следствие его (оно погибает) будет безусловно истинным. Но если основание этого условного суждения ложно, то его следствие может быть как истинным, так и ложным, т.е. неопределенным. Потому что, опираясь только на имеющуюся в основании условного суждения информацию, сказать определенно, каким же будет следствие этого суждения, не представляется возможным. Нам ведь ничего не известно об остальном: в нашем случае — о земле, воде, солнце, тепле и пр.

При истинности следствия условного суждения основание его тоже будет неопределенным, так как исходной информации недостаточно. Нам известно лишь то, что растение погибает. Известно это и только это. Можно ли, опираясь на такое скудное знание, категорично что-то утверждать об основании нашего суждения, т.е. говорить о причине гибели растения? Конечно же, нет. Из собственного и коллективного опыта нам известно, что растение может погибнуть от самых разных и многих причин, а в нашем суждении названа лишь одна, что недостаточно для точного и однозначного, определенного заключения. По истинности следствия условного суждения нельзя заключать об истинности его основания. Но вот когда следствие условного суждения является ложным, тогда неизбежно будет ложно и само основание. Это — закон для данной структуры. Если следствие нашего суждения - «растение погибает» - является в действительности ложным, то и его основание - «растение лишено кислорода» - будет обязательно ложным. Эти зависимости можно представить в виде таблицы, которую будет удобно сопоставить с таблицей истинности для импликации:                                 

Если В, то С,

при   и  --> и, а

при   л (ложно)  --> ?, и наоборот, при

? <--  и (истинно)

л <--  л

В данной таблице стрелка всего лишь указывает направление, мысленный переход от одного элемента условного суждения к другому, но не логический союз.

Таблица истинности для импликативного логического союза (для импликации) будет несколько иной:

В  С    В --> C

и  и         и

л  и         и

и  л         л

л  л         и

При отсутствии смысловой зависимости между элементами импликации, истинностные характеристики последней носят в отдельных случаях более произвольный, чем в условном суждении, в общем-то постулируемый, конвенциональный характер. Однако, таким образом заданные истинностные значения импликации позволяют ей преодолевать те неопределенности, которые встречаются в условном суждении, и которые не позволяют в некоторых случаях точно разрешать ситуацию. Импликация даже при, казалось бы, парадоксальных случаях, например, при ложности как антецедента, так и консеквента, как логическая связь признается истинной; и такая логическая связь "работает" в системах исчислений, в системах искусственных языков. Без этой связи невозможно создание языков машин, всей современной "интеллектуальной" техники. Методологическое значение данной логической связи очень велико.

Как считает Кобзарь, традиционная формальная логика рассматривает структуру сложных суждений, как такую мыслительную конструкцию, элементы которой связаны между собой по смыслу. Правда, она не делает отношения между сложными суждениями предметом своего обстоятельного исследования. Можно в качестве исключения говорить лишь о рассматриваемых традиционной логикой отношениях и связях между условным и разделительным суждениями, но традиционная логика рассматривает их в качестве элементов более сложной формы мысли — умозаключения, как условно-разделительный силлогизм.

Отношения между четырьмя видами сложных суждений - предмет современной формальной (математической, или символической) логики. Она анализирует и устанавливает закономерные зависимости между сложными суждениями и даже имеет целый список так называемых формул равносильностей, когда сложные суждения с одним логическим союзом по истинностному своему значению тождественны другим сложным суждениям с другими логическими союзами. То есть речь идет о взаимозаменяемости логических союзов. Так, эквивалентность может быть выражена импликацией, импликация - дизъюнкцией, дизъюнкция - конъюнкцией, и наоборот. Например: (В/\С) равносильно «не-(В-->не-C)» и равносильно «не-(не-Вv не-С)»; (ВvС) равносильно не-(не-В /\ не-С); (В-->C) равносильно (не-ВvC); (В<-->C) равносильно ((не-ВvС) /\ (не-СvD)). [40, 221-231].

  1.  ПРИЧИНА И СЛЕДСТВИЕ В ЯЗЫКЕ

Говоря о причинных отношениях следует определить языковое оформление причинных утверждений. Именно события (events) следует относить к первичным элементам онтологии причинных отношений. В то же время к первичным элементам относится еще один элемент, а именно факт (fact). Языковое выражение причинных отношений, подобно многим другим языковым сферам, заставляет предположить, что факты, наряду с объектами и событиями, также составляют первичную категорию нашей естественной онтологии [15, 45].

Именно события имеют причины. Однако при этом следует иметь в виду, что слово "событие" в данном случае следует трактовать как технический термин. Многое из того, что имеет причины, в повседневной речи описывается с помощью других слов, таких, как процесс, действие, условие, ситуация, положение дел и т.п. Иметь причину могут не только события, например взрыв бомбы, но и такие вещи, как процесс инфляции, тяжелая ситуация во Вьетнаме, ухудшение жизненных условий в больших городах, — можно сказать, что все это обусловлено теми или иными причинами. С лингвистической точки зрения все слова такого рода попадают в класс "событий", то есть в класс существительных, которые могут замещаться или описываться полностью номинализованными группами (perfect nominals).

Причина — это не событие, а факт, причем факт, подобно событию, понимается здесь в расширенном техническом смысле. Данная точка зрения сводится к следующему: так называемые "объясняющие истории" (causal story) или “объяснения причины" (causal explanation) являются типичными случаями причин, а то, "производящие причины" (producing cause), то есть такие случаи, когда первое событие присоединяется ко второму в силу того, что оба события происходят в результате действия общего закона, к причинам не относятся; напротив, следует считать, что второе событие является следствием (effect) первого.

Выражение „X есть причина Y-а" (X is the cause of Y) и выражение "Y есть следствие Х-a" (Y is the effect of X) не относятся к одному и тому же отношению. Более того, выражение "Y есть результат Х-а" (Y is the result of X) задает еще одно, третье, отношение. Обозначим буквой е именные группы, задающие события (это полностью номинализованные группы), а буквой f — именные группы, задающие факты (как будет пока зано ниже, это не полностью номинализованные группы — imperfect nominals). Тогда упорядоченные пары, соответствующие трем названным отношениям, приобретают следующий вид:

е1 есть следствие e2

f1 есть результат f2

f есть причина е.

Следовательно, онтология причинных отношений не может быть выявлена с помощью рассмотрения лишь одного подкласса. Что касается следствий, то следствие — это событие, отнесенное к другому событию. Остается случай, самый естественный для причинных отношений, а именно: связь, соединяющая нечто, имеющее причину, с самой этой причиной.            

Отношения "следование" и "результат" соединяют одноименные члены, событие и событие, факт и факт. Не так обстоит дело с причинами.

Итак, имеемся лингвистическое обоснование того, что причины — это, скорее, не события, а факты [15]. Основной аргумент состоит в следующем: слова cause 'причина' и fact 'факт' (а также result 'результат', reason 'обоснование, причина', idea 'мысль' и т.п.) могут быть описаны или замещены именными группами одного и того же типа и, следовательно, встречаться совместно с теми же глаголами и прилагательными, что и замещающие их именные группы. В то же время замещающие именные группы и набор совместимых прилагательных и глаголов для слова event 'событие' (а также process 'процесс', action 'действие' и т.п.) относятся к абсолютно несходному с ним типу и образуют собственную семью. Говоря более точно, именные группы, регулярно соотносимые с фактом, являются не полностью номинализованными, а группы, регулярно соотносимые с событием, — полностью номинализованы.

Различие между двумя типами групп состоит в следующем. В не полностью номинализованных группах глагол сохраняет некоторые из своих глагольных признаков: он может управлять прямым дополнением, иметь временные показатели, соединяться с модальными глаголами и наречиями, конструкция в целом может подвергаться отрицанию полностью номинализованных группах глагол утрачивает все свои глагольные признаки и ведет себя как существительное: он может соединяться с относительными придаточными, прилагательными, артиклями и предлогами.

Имеются две основные поверхностные структуры, в которых встречаются не полностью номинализованные группы. Первая — это известные придаточные с that, например: that he sang the song 'то, что он пел песню'. Пример второй структуры: his having sung the song (букв.) 'спение им песни'.

Глагол сохраняет показатели времени и управляет прямым дополнением. Очевидно, что в обоих случаях глагол может управлять наречием (например: beautifully 'прекрасно') или отрицаться. Полностью номинализованные группы имеют такой вид: his singing of the song 'его пение песни'.

Форма singing здесь не может иметь показателей времени и сочетаться с наречием или отрицанием; именной характер этой формы подтверждает следующее преобразование:

the beautiful singing of the song we heard

'прекрасное исполнение песни, которое мы слышали'.

Итак, причины — это факты, а не события тогда и только тогда, когда, во-первых, слово "cause" может описываться или замещаться не полностью номинализованными группами, во-вторых, сочетаемость этого слова совпадает с сочетаемостью слова "fact" (и слов его семьи) и, в-третьих, оно не сочетается с предикатами, которые встречаются вместе со словом "event" (и словами его семьи). Для иллюстрации первого условия приведем следующие примеры:

His having crossed the Rubicon caused the war.

'Переход им Рубикона вызвал войну.'

The fact that the insulation failed caused the fire.

'Тот факт, что изоляция была повреждена, вызвал пожар.'

His not being able to stop the cavalry caused the defeat.

'To, что он не сумел остановить кавалерию, вызвало поражение.'

Для всех этих примеров попытка перифразировать предложение вида "X caused Y" с помощью предложения вида "Y is the effect of X" заканчивается неудачей. Уродливость предложения

The war was the effect of his having crossed the Rubicon.

'Война была следствием перехода им Рубикона.'

и двух остальных, переделанных по тому же способу, наглядно показывает, что причины и следствия не являются членами одного и того же отношения.

Второе условие может быть эксплицировано с помощью построения парадигмы случаев, которые встречаются вместе со словом "cause". Что может вызывать причины, что может из-за них происходить, каковы их типичные атрибуты? Ученые и авторы детективов могут выявлять или выводить (find, deduce), упоминать или устанавливать (mention, state) причины точно так же, как они могут выявлять или выводить, упоминать или устанавливать факты. Сами причины, подобно фактам, могут указывать на другие вещи, вести к ним или объяснять их (indicate, lead to, explain). Наконец, также аналогично фактам, причины могут быть скрытыми или явными (hidden, obvious), вероятными или маловероятными (probable, unlikely), правдоподобными или неправдоподобными (plausible, unbelievable). Легко заметить, что такую же дистрибуцию имеет и слово result 'результат'.

Таким образом, если законы логики призваны послужить источником для единичных причинных утверждений, то они должны связывать определенный тип события с определенным типом факта. Поэтому, в какую бы форму они ни облекались, они должны задавать факты, равно как и события.

Категорию причинности в современной науке о языке многие ученые называют логической, онтологической, бытийной и даже лингвистической (точнее, лексической, синтаксической, лексико-синтагматической) в зависимости от того, в какой области науки работает исследователь. Л.Д.Тарасова, исследуя причинность как категорию, приходит к выводу, что причинность является понятийной категорией, которая выражается соответствующими средствами в языке. "Нормы сознания получают свое выражение в языке, семантике лексических группировок, в оформлении слова, в построении предложения. Одно и то же понятие может быть передано различными средствами".

Причинно-следственные связь относится некоторыми исследователями к типу отношений порождения или обусловленности. Так, С.А Шувалова,
анализируя данный тип отношений, делает акцент на временных отношениях как безусловном компоненте взаимоотношений ситуаций, которые либо протекают одновременно, либо совпадают во времени частично, либо соприкасаются конечной и начальной точками своего существования, либо существуют дискретно, не имея точек соприкосновения, разделенные некоторым временным промежутком.

Наблюдения С.А. Шуваловой существенно отличаются от понимания причины, высказанного ранее З.Вендлером [15, 20], который трактует эту категорию как факт, а не событие, то есть "для каждого события существует набор фактов, каждый из них является необходимым условием его реализации, а вся их совокупность формирует достаточное условие его реализации» [15, 270]. Этот принцип исследователь называет трансцендентальным принципом причинности. Однако, в современной лингвистике преобладает "ситуативный" подход к изучению причинных отношений в высказывании, и в фокусе внимания ученых находится ситуация, каузирующая другую ситуацию.

Говоря о причинном смысле, С.А Шувалова предлагает дифференцировать его на основании характеристики порождаемой ситуации, а именно, по признаку сознательное действие/ непроизвольное действие, состояние. Е.Н. Лиряев делит все причинные отношения на два больших класса: (1) объективно-познавательные, т.е. такие, которые устанавливают причинные отношения между явлениями и событиями объективной действительности (физической, социальной и пр.), и (2) личностные, т.е, такие, которые объясняют действия, состояния человека. Уделяя большое внимание бессоюзным сложным предложениям, он приходит у выводу, что, в основном, они выражают личностные причинные отношения. Причинные отношения второго типа (личностные) разделяются в работе Е.Ширяева на основе дополнительных семантических признаков еще на 9 смысловых моделей, каждая из которых затем подробно описывается [45, 184-190]. Анализируя этот подход, С.А.Шувалова полагает, что при создании типологии ситуаций в сфере личностных причинных отношений необходимо выделить такой тип порождаемой ситуации, который может быть охарактеризован как принятие решения, выбор линии поведения, способа действия и др. Порождающую ситуацию при таком типе правильнее будет называть не причиной, а основанием, аргументом и т.п. (несобственно-причинное значение). Особым средством выражения причинности в предложении являются "оформители смысла", под которыми С.А. Шувалова понимает все языковые единицы, которые регулярно участвуют в вербальном оформлении какого-либо заданного смысла. Наряду с союзными средствами в традиционном понимании (собственно союзами, аналогами союзов, лексическими конкретизаторами) арсенал оформителей смысла включает в себя и другие языковые единицы, которые не имеют традиционных функциональных наименований. Однако, некоторые исследователи относят причинные союзы, союзные слова и аналоги союзов к реляционным единицам с каузальной семантикой, которые имеют свою семантическую структуру и особенности функционирования в предложении.

Спектр средств выражения причинных отношений в простом и сложном предложениях необычайно широк, однако в одних случаях смысловая связь каузальных ситуаций имеет в линейной структуре предложения специальные средства выражения, в других случаях причинные отношения не находят прямого обозначения в линейной системе компонентов предложения.

Теперь обратимся к причинно-следственным отношениям в сложных предложениях. Сложное предложение, в отличие от простого, состоит из двух и более предикативных единиц.... Сложное предложение отражает два или более элементарных события, рассматриваемых как одно целое. Каждая единица предикативной единицы в сложном предложении представляет собой предложение, поэтому это предложение как часть сложного предложения соответствует отдельному предложению, целого текста. [11, 145]

Важно отметить, что, как правило, последовательность  частей  сложного предложения при сочинении соответствует последовательности  явлений,  а  при подчинении - последовательности мыслей. Иногда, как указывает  Жельвис  [23, 345], в  качестве  характерного  признака  подчинения  и  сочинения  между частями сложного предложения называют подчинительные и сочинительные  союзы. Но этот признак нуждается в серьезных ограничениях. В сложных  предложениях, соединенных одним и тем же союзом, интонация  изменяется  в  зависимости  от степени  смысловой  самостоятельности  частей  сложного   предложения.   Это положение  доказано  на  материале  сложных  предложений  с  and  в   работе О.В.Каминской  «Интонация  сложносочиненных  предложений  с  союзом  and   в современном  английском  языке  в  сопоставлении  с  интонацией  аналогичных предложений в русском языке» (1956) и в  работе  И.П.Григорьевой  «Интонация сложноподчиненных предложений с придаточными определительными в  современном английском языке» (1956).

Очень своеобразную точку зрения на природу сложносочиненных предложений мы находим у Блоха М.Я. [10, 102]: Сложносочиненное предложение основано на согласовании не менее двух простых предложений, имеющих общий (тождественный) субъект. В процессе сочинения одно предложение становится ведущим, а другое согласуется с первым (подчиняется первому) и относится к тому же субъекту:

E.g.1.The soldier was badly wounded. + The soldier stayed in the ranks.( The soldier was badly wounded, but stayed in the ranks.

2. He tore the photograph in half. + He threw the photograph in the fire. ( He tore the photograph in half and threw it in the fire.)
1. Солдат был неприятно удивлен. + Солдат стоял в строю. (Солдат был неприятно удивлен, но стоял в строю.)

2. Он разорвал фотографию пополам. + Он бросил фотографию в огонь.

Он разорвал фотографию и бросил ее в огонь. [10, 103]

Сложность и многообразие причинно-следственного взаимодействия порождает многообразие языковых форм, с помощью которых реализуется, в частности, следственное значение. Однако, несмотря на достаточную значимость каждого из компонентов бинома причина=следствие, следствие как в природе и обществе, так и в языке предполагает наличие причины. При анализе языкового материала постоянно учитывается пермутация причинных и следственных отношений [15].

Логический характер связи в сложном предложении особенно хорошо  виден тогда, когда части такого предложения соединены бессоюзно, то есть когда  об отношениях между этими частями приходится судить прежде всего  на  основании их смысла.

Вендлер рассматривает суть динамического отношения "причина - следствие" на примере бессоюзных сложных предложений и в присоединительных конструкциях на уровне текста.

"Бессоюзное сложное предложение представляет собой фрагмент синтаксической системы, во многом еще не познанный наукой. В значительной степени это объясняется тем, что долгое время внимание было обращено к фактам кодифицированного литературного языка, который отождествлялся с литературным языком вообще. Между тем сферой бытования бессоюзного сложного предложения является преимущественно разговорный язык"[16, 6].

Таким образом, причинно-следственные отношения не обязательно должны маркироваться союзными средствами. Вполне достаточно соположения двух простых предложений, причем как в порядке "причина" - "следствие", так и "следствие" - "причина". Причинно-следственные отношения однозначно устанавливаются на основе жизненного опыта. Тем не менее, для их вербализации (экспликации) разговорный язык располагает достаточно широким корпусом синтаксических средств, в первую очередь, союзных.

Выбор причинного или следственного союза обусловлен коммуникативной установкой автора: он маркирует либо причинный, либо следственный компонент в зависимости от коммуникативной стратификации дискурса. Автор может отказаться от вербальной маркировки следствия, воспользовавшись простым соположением предложений, обозначающим более тесную связь событий.

"Употребление разных средств, однако, не означает, что здесь выражены разные категории - меняется лишь ракурс подачи единой категории "причина-следствие" [17, 9].

1.3.  ПОНЯТИЕ ФУНКЦИОНАЛЬНО-СЕМАНТИЧЕСКОГО ПОЛЯ ПРИЧИННОСТИ

Лексико-грамматические (функционально-семантические) поля в отличие от лексических полей (семантических классов слов) могут быть представлены в плане выражения и лексическими (в том числе словообразовательными) и грамматическими средствами. А.В. Бондарко определяет ФСП как двустороннее (содержательно-формальное) единство, формируемое грамматическими (морфологическими и синтаксическими) средствами данного языка вместе с взаимодействующими с ними лексическими, лексико-грамматическими и словообразовательными элементами, относящимися к той же семантической зоне [12, 40]. "Лингвистический энциклопедический словарь" предлагает близкое определение ФСП: "система разноуровневых средств языка (морфологических, синтаксических, словообразовательных, лексических, а также комбинированных – лексико-синтаксических и т.п.), взаимодействующих на основе общности их функций, базирующееся на определенной семантической категории... В основе каждого ФСП лежит определенная семантическая категория – тот семантический инвариант, который объединяет разнородные языковые средства и обусловливает их взаимодействие".

1.3.1. СТРУКТУРА ФУНКИЦОНАЛЬНО-СЕМАНТИЧЕСКОГО ПОЛЯ ПРИЧИННОСТИ

 

Синтаксические средства выражения понятийных отношений в английском языке представляется наиболее целесообразно описывать в рамках функционально-семантического поля, в котором все единицы организованы определенными семантическими отношениями, а именно, по степени выраженности понятийного значения. Такой подход к исследованию языковых единиц, изложенный в работах А.В.Бондарко [13, 26], МВ.Всеволодовой [17, 76] позволяет не только выделить функционально-семантическое поле причинности, но и рассматривать его как часть функционально-семантического поля обусловленности, куда также входят поля уступки, условия и цели. Такая взаимосвязь функционально-семантических полей свидетельствует о возможности некоторых единиц выражать одновременно два значения, из которых одно — доминантное, а другое - сопутствующее, или выражать то или другое понятийное значение в зависимости от контекста. Вышеуказанные свойства языковых средств поднимают вопрос об условиях их реализации и характере данных единиц.

Структура ФСП причинности может быть представлена в виде центра и периферии. А.В. Бондарко выделяет в структуре ФСП ближайшую периферию и крайнюю периферию [13, 6]. Центр ФСП образуют те синтаксические единицы, которые соответствуют следующим критериям: центральные конституенты поля максимально эксплицитно выражают причинность, то есть, имеют соответствующие маркеры, представляют собой конструкции с развернутыми предикативными  отношениями, они наиболее часто употребляются для выражения причинных отношений.

Периферию образуют все остальные синтаксические средства, имплицирующие причинность или имеющие какое-либо сопутствующее значение. В зависимости от степени выраженности смысловых отношений и частотности употребления такие конструкции располагаются на крайней или ближайшей периферии ФСП причинности. Функционально-семантическое поле причинности в английском языке объединяет единицы различных уровней, которые будут образовывать микрополя внутри ФСП. Исследования отечественных и зарубежных лингвистов позволяет выделить следующие языковые единицы, входящие в ФСП причинности: лексические: имена существительные и глаголы со значением причинности; синтаксические: предложные группы в функции обстоятельства причины, союзные сложносочиненные и сложноподчиненные предложения, которые относятся к ядру ФСП причинности.

Бессоюзные сложные предложения, сложносочиненные предложения, предложные словосочетания и текстовые последовательности относятся к периферийным компонентам ФСП причинности.  При этом для каждой из них можно выделить свои признаки, по которым они не могут считаться центральными компонентами.

Первый признак периферийности – большая или меньшая имплицитность причинных отношений. Об имплицитном выражении понятийных отношений трудно говорить категорично, что оно обязательно должно быть. Некоторые конструкции в рамках одного микрополя выражают причинность эксплицитно, но по другим признакам относятся к периферии. Так, часть предложных форм со значением причины выражает причинность эксплицитно, другие же – имплицитно. К периферии они будут относиться по второму признаку. Максимально эксплицировать казуальные отношения могут так называемые маркеры причинности, которыми являются сложносочиненные предложения, последовательности предложений будут относиться к периферии ФСП.

Второй признак периферийности – свернутая или имплицитная предикативность. Так, причастные и инфинитивные обороты имеют имплицитную предикативность, то есть они могут трансформироваться в простое предложение.

Третий признак периферийности – меньшая частотность по сравнению с другими конструкциями. Так, наиболее употребительными причинными конструкциями являются сложноподчиненные союзные предложения, они же являются центральными компонентами ФСП, следовательно, все остальные единицы будут относиться к периферии.

Четвертый признак периферийности – синтаксическая раздробленность каузальной конструкции. В последовательностях предложений (далее ПП) причина и следствие выражаются в разных предложениях, отделенных друг от друга точкой, что формально ослабляет смысловую связь между ними. Это отличает их от бессоюзных сложных предложений (далее БСП), хотя семантически они равнозначны.

Пятый признак периферийности – способность конструкции выражать сопутствующие отношения, контаминация смыслов [4, 12]. Этой способностью обладают БСП и ПП, поскольку они являются предикативными единицами, но смысловая связь между их частями не выражается однозначно, что дает некоторую свободу в реализации дополнительных смыслов, обусловленных контекстом, как правило, эти смыслы не выходят за рамки ФСП обусловленности.

1.3.2. ИМПЛИЦИТНОСТЬ ПРИЧИННОЙ СВЯЗИ

Импликация смысла некоторым образом отличается от импликации грамматической категории. Если грамматическая имплицитность ограничивается рамками предложения, то семантическая импликация выходит за рамки узкого контекста. Импликация грамматической категории и импликация смысла — это разные языковые явления и не могут рассматриваться в ключе одного определения. Традиционное понимание импликации в логике сводится к формуле высказывания «если А, то В», реже «когда А, тогда В» [36, 82]. Семантическая имплицитность рассматривается как явление, которое «возникает в результате опущения отдельных компонентов или звеньев в структуре высказывания» [39, 25]. Под отдельными компонентами подразумеваются те конституенты высказывания, которые содержат недостающую информацию, необходимую для абсолютно полного описания ситуации. «Говорящий, выражая свои мысли имплицитно, предоставляет слушающему возможность диалога с самим собой...» [42, 399]. Хоанг Фэ вводит термин «семантический вывод» (semantic inference), подразумевая по этим вид мыслительной активности в конкретной коммуникативной ситуации, когда слушающий, анализируя высказывания, обращенные к нему, должен определить, что же именно хотел выразить говорящий [42, 400]. В фокусе нашего исследования оказываются не все имплицитные компоненты высказывания, а только те, которые выражают причинные отношения, или способствуют формированию причинного смысла высказывания.

Согласно критериям периферийности, имплицитность причины проявляется на уровне простого предложения в предложно-падежной форме (при отсутствующем компоненте, который способствует формированию причинного смысла предложения), на уровне сложного предложения в бессоюзном сложном предложении, и на уровне текста в последовательностях предложений (отсутствуют компоненты, указывающие на каузальную зависимость).

В данной работе мы пользуемся понятийным аппаратом, введенным Г.П.Грайсом, а именно терминами «имплицировать» (implicate), «импликатура» (implicature), «импликация» (implying), и импликат (implicatum), т. е. то, что имплицируется, имплицируемое [19, 220]. В бессоюзных сложных предложениях и последовательностях предложений имплицируется причинная связь, которая могла бы эксплицитно выражаться причинным союзом (импликатом). Отсутствие маркера причины, казалось бы, делает предикативные единицы относительно независимыми в смысловом отношении, однако, этого не происходит. Получатель информации, как правило, однозначно истолковывает два элементарных предложения как связанные причинными отношениями, а не условными или целевыми и т.д. Однако, Хоанг Фэ отмечает: «Степень точности и степень правильности семантического вывода отнюдь не идентичные понятия. Различие этих понятий лежит в основе разграничения импликаций (implications), которые очень слабо зависят от контекста, и ссылок, намеков (allusions), которые сильно зависят от контекста, так что степень правильности семантического вывода для них невысока. Импликации и ссылки в сумме составляют содержание имплицитного семантического компонента» [42, 401]. Такой вывод применим как для предложно-падежных форм со значением причины, так и для БСП и последовательностей предложений со значением причины.

В бессоюзных сложных предложениях и последовательностях предложений причинные отношения представлены имплицитно, но при развернутом плане каузирующей и каузируемой ситуаций, то есть каузация проявляется скрыто, нечетко, не только из-за отсутствия союза, но ввиду большого количества факторов, осложняющих однозначную интерпретацию логических отношений, что также свидетельствует о периферийности данных средств. Между частями высказывания, в которых представлены каузальные ситуации, устанавливается имплицитная смысловая связь. Л.В. Шкодич [46, 149], [47, 22] в своих работах рассматривает сложные предложения в рамках имилицитной Межфразовой каузальной связи (далее ИМКС), взяв за основу трактовку данного понятия В.Г.Адмони, согласно которой, «соотношение коммуникативных самостоятельных частей предложения с имплицитной межфразовой каузальной связью» — это отношение причинности, которое устанавливается между цельными предложениями [46, 149]. Под цельным предложением В.Г.Адмони понимает любое относительно законченное высказывание независимо от того, является ли оно по своей структуре простым, сложносочиненным или сложноподчиненным предложением.

По мнению Костровой, ИМКС устанавливается между частями бессоюзного сложного предложения или частями последовательности предложений, которые представляют собой элементарные, а не цельные предложения. Ей представляется это обоснованным, так как смысловая связь устанавливается в рамках синтаксической бинемы [30, 23], которую можно для более точной дифференциации отношений называть каузальной бинемой, так как последовательности предложений могут представлять сложные многочастные комплексы, тогда как нас интересуют те части высказывания, между которыми устанавливаются причинные отношения. Каузальная бинема состоит из обозначений каузирующей и каузируемой ситуаций, остальные предложения (части высказывания) не участвуют непосредственно в каузальных отношениях. Данный термин обозначает единство двух элементарных предложений, связанных причинными отношениями, в составе бессоюзного сложного предложения или последовательности предложений, остальные части предложений не входят в состав бинемы. Границы каузальной бинемы могут совпадать или нет с границами конструкции, в которой она реализуется.

В организации семантической структуры 6ессоюзного причинного комплекса имплицитный смысл играет большую роль. Так же как в русском языке, английское бессоюзное сложное предложение и последовательность предложений (ПП) не содержат формальных маркеров причинности, то есть компоненты БСП и ПП соединяются неким имплицитным опосредующим смыслом. Изучая природу этого смысла, Е.Н.Ширяев связывает это явление с понятием апперцепционной базы, впервые исследованной Л.П.Якубинским. Апперцепционная база — это фонд общих знаний партнеров коммуникации, наши знания о связях и отношениях между предметами и явлениями действительности, при этом различается общая апперцепционная база (опыт и знания многих носителей языка) и частная (индивидуальный опыт) [45,  98]. Г.Н. Эйхбаум отмечает, что "при оценке семантического содержания предложения нужно обращать внимание на то, что в принципе информация, передаваемая предложением, может быть шире поименованного в нем; но надо различать эксплицитную и имплицитную (вытекающую из сказанного, сопроводительную) информацию» [48, 189]. Синонимом термина «апперцепционная база» является выражение «фоновые знания», что в принципе в рамках лингвистики текста соответствует экстралингвистической пресуппозиции.

Таким образом, можно сделать вывод, что восприятие нами чужой речи определяется не только внешним речевым раздражителем, но и всем нашим внутренним и внешним опытом. Поэтому наличия причинного союза в сложноподчиненном предложении не достаточно, чтобы маркировать причинный смысл предложения, необходимо также, чтобы содержание главного и придаточного предложений не противоречило логике и здравому смыслу.

1.4. РОЛЬ СОЮЗОВ И ПРЕДЛОГОВ В ФОРМИРОВАНИИ ПРИЧИННОЙ СЕМАНТИКИ

Союзы, которыми располагает английский язык, используются крайне неравномерно. Некоторые союзы чрезвычайно употребительны, в то время как другие можно найти главным образом в грамматиках, где они перечислены на равных правах со всеми другими союзами.  

В современном английском языке выделены следующие группы сочинительных союзов: 1. Соединительные. 2. Разделительные. 3. Противительные. 4. Следственно-результативные. 5. Причинные.

Рассмотрим следственно-результативные и причинные союзы как имеющие отношение к нашей работе.

Число смысловых отношений, встречающихся между частями сложного предложения, очень велико и намного превосходит число всех имеющихся в языке союзов. К этому необходимо добавить, что с развитием мышления и языка число смысловых отношений растет быстрее, чем увеличивается число новых союзов. Все это не может не привести к тому, что одни и те же союзы начинают употребляться в функциях, до сих пор им не свойственных. Например, союзы, до определенного времени выражавшие только подчинительную связь, начинают употребляться для выражения сочинения, и наоборот. Кроме того, в языке, помимо союзов, существуют еще и другие средства выражения отношений между частями сложного предложения. В результате в современном языке появляется большое число сложных предложений, отношения между частями которых нельзя подогнать ни под какую классификацию.

В языке можно встретить простые предложения, открывающиеся for и связанные причинными отношениями с предыдущим предложением. Если не учитывать интонацию, такие предложения сильно напоминают части сложного предложения с for. Они представляют собой как бы разорванное сложное предложение с for. Сама же возможность такого разрыва говорит о сравнительном равноправии и некоторой, большей, чем в случае с because, самостоятельности частей с for. Ведь простые повествовательные предложения с because практически не встречаются в языке, во всяком случае - в неэмоциональной речи. Сравните: Even then I might not have been heard. For something happened, I know not what that must have gripped the attention of everyone. Сказать: Even then I might not have been heard. Because something happened... etc. было бы, по-видимому, нельзя, во всяком случае, в авторской, наиболее нормализованной речи таких случаев не бывает. [23, 271].
 И все-таки союз for нельзя считать сочинительным, ибо нельзя считать сочинительными отношения причинности, в осуществлении которых он участвует в данном случае. Часть сложного предложения с for явно обслуживает другую, первую часть. Это видно хотя бы из того, что вторая часть, выражая причину, всегда отвечает на вопрос why? Стало быть, части сложного предложения здесь неравноправны и сочиненными считаться не могут.
 Гораздо уместнее было бы говорить о сочинительном характере союза for в другой его функции - участии в присоединении части, выражающей обоснование какого-то положения на материале следствия из него. Кроме того, и в этом случае часть сложно предложения, присоединенная с участием for, имеет те же сочинительные свойства, что и проанализированная выше причинная часть. Можно
 сказать: She would certainly pass by, for that way led home. (... because that way led home, ... as that way led home). Но нельзя: For that way led home, she would certainly pass by.Можно встретить и такие простые предложения, второе из которых по смыслу напоминает часть, выражающую обоснование на материале следствия: But all the same, some of his nonsence must have stuck in my head. For, all the way down to Andorida, I kept noticing little things.  "По нашей терминологии, - пишет Жельвис, - части сложного предложения с for соединены по способу двойственной связи" [23, 272].

Следственно-результативные союзы.

Причинно-следственные отношения широко представлены в языке. Конкретное их выражение воплощено в определенных языковых формах, в определенных союзах и союзных словах: for, so, thus, therefore. Например:
She had walked some distance, FOR her shoes were worn to pieces; but where she came from or where she was going to, nobody knows.
She was not unfrequently the victim of this disorder, THUS she called it, in familiar conversation, 'a fit of the jerks'.  Wine had brought no transitory gladness to him, THEREFORE many a night he vaguely and unhappily wandered there, many a dreary daybreak revealed his solitary figure lingering there.


 
Причинные союзы.

Причина и следствие, как известно, находятся в тесной взаимосвязи. Следствие проявляется как порождение другого явления, действия, которое является причиной. При определенных условиях сменяющие друг друга явления, действия могут рассматриваться как находящиеся в причинно-следственной, причинно-результативной связи друг с другом, где первое явление, действие есть причина, а второе - следствие. При таком следовании действий, явлений в языке это отражается при помощи соединения предложений союзом so, т.е. этот союз вводит предложение, содержащее следствие, вытекающее из предшествующего высказывания. Например:
The more the case presented itself to the board, in the step appeared, SO they came to the conclusion that the only way of providing for Oliver effectually was to send him to sea without delay.

И союз and может иметь следственно-результативное значение , которое дополняется лексическими конкретизаторами следственного значения. Например, в предложении Andrew focused a slide and immediately picked up the reshaped clusters of the bacteria. [49, 41] - наречие immediately усиливает значение следствия, выраженного союзом and.

Значение, выражаемое в предложениях с союзом for, предполагает, что одна из соотносимых ситуаций является потенциальным или реальным результатом другой ситуации, причем, вторая часть предложения не осложнена стимулирующим значением: указание на то, что результат ожидается, предусмотрен или желателен, в них факультативно.

В формировании причинной семантики большую роль играют предлоги. На поверхностном синтаксическом уровне значение причинности формируется морфолого-синтаксически: значением предога, семантикой существительного, а в ряде случаев и зависимостью от предикативного компонента. Поэтому мы рассматриваем конструкцию предикат+предлог+ (атрибут) существительное/ местоимение.

В нашем исследовании мы рассматриваем предлог как организующий центр ППФ, который, с одной стороны, может управляться определяемым  словом, с другой стороны, он сам управляет именным компонентом ППФ. Существительное в составе ППФ мы считаем стержневым компонентом. Такая характеристика именного компонента связана, прежде всего, с тем, что он называет причину определенной ситуации, хотя отношения между каузальными ситуациями дифференцирует предлог. С другой стороны, это качество более четко проявляется при трансформации ППФ а предикативную единицу, так как в основе трансформации лежат грамматико-семантические характеристики именного компонента, дифференцирующую функцию здесь берет на себя причинный союз, который, в принципе, может и отсутствовать, если мы трансформируем ППФ в предикативную часть БСП.

ППФ могут выступать не только в качестве обстоятельства причины, предложная форма синтаксически может выражать объект, но с точки зрения семантики, эта конструкция выражает обстоятельство причины. [32, 141]. Некоторые предложные конструкции могут проявлять синтаксическую двойственность. Еще более спорным является вопрос о ППФ в функции определения. Следует также отметить, что при определенных глаголах могут функционировать определенные предлоги, а не любые. Например; to insist on, to accuse of, to laugh at.

Не died of a heart attack. Он умер от инфаркта.

What are you hinting at? На что вы намекаете?

She always complains about her health. Она вечно жалуется на свое здоровье.

Предлог на синтаксическом уровне никогда не выступает в качестве самостоятельного члена предложения, он всегда присоединен к какому-либо члену предложения посредством управления. То есть, по сути, здесь имеется так сказать «цепное управление»: главное слово управляет предлогом, предлог – существительным (местоимением). Английские предлоги употребляются в постпозиции. Они также могут образовывать с существительными устойчивые словосочетания, в результате чего могут появляться наречия (хоть кровь из носу - at any cost.)

В последовательностях предложений (далее ПП) на поверхностном синтаксическом уровне ситуации, участвующие в каузальных отношениях, предстают в развернутом виде. ПП выражают причинность имплицитно, так как в них отсутствует маркер смысловых отношений – причинный союз, который эксплицирует причинность. Союз считается показателем связи, функция которого состоит в выражении в сложном предложении отношения между предикативными частями, описывающими события. [43,  13].

До сих пор в лингвистике нет твердого мнения, можно ли отождествлять БСП и ПП. Л.А. Дидковская проводила исследование на английском языке и относит отношения между частями каузального сложного предложения и частями ПП к однотипным [21, 144].    

ГЛАВА 2. СРЕДСТВА ВЫРАЖЕНИЯ ПРИЧИННЫХ ОТНОШЕНИЙ В АНГЛИЙСКОМ ЯЗЫКЕ

2.1. УРОВНИ АНАЛИЗА ПЕРИФЕРИЙНЫХ КОНСТРУКЦИЙ

2.1.1.  СЕМАНТИЧЕСКИЙ УРОВЕНЬ

Взаимодействие компонентов предложных форм на семантическом уровне может быть в некоторых случаях обусловлено лексико-семантическим согласованием, о котором пишет Е.Н.Ширяев. То есть, рассматривая семантическую структуру предложной конструкции, которая состоит из глагола, предлога и существительного/ местоимения, в ряде случаев можно наблюдать некоторую семантическую предрасположенность глагола к формированию конструкции с причинным значением при определенном лексическом окружении.

Однако, семантика и управление глагола являются не единственным фактором, формирующим причинный смысл конструкции и обусловливающим ее функционирование. Поскольку большинство предлогов многозначны, то причинное значение определяется семантикой существительного и глагола в данном словосочетании. С этим, как нам кажется, нельзя полностью согласиться, так как далеко не все предлоги способны участвовать в причинных отношениях, они не могут быть взаимозаменяемы и выражают дополнительные оттенки причинного значения, что обусловливает их употребление в определенном узком контексте, а не любом. Такие особенности свойственны предлогам в английском языке, что в принципе свидетельствует о наличии семантики у предлогов. Употребление предлога, несмотря на сложный и объемный семный состав, имеет относительно четкое ограничение, расширение употребления возможно за счет имеющейся в характере предлога тенденции к переходу в пограничные области значений.

Любой простой предлог может дифференцировать несколько смысловых отношений, в зависимости от внутреннего и внешнего контекста для ППФ, а в силу такого свойства и может проявляться способность реализовывать в контексте два и более значения, но при этом одно из них будет доминантным.

He might have despised himself, for he had certainly taken her under false pretenses. 

В данном примере реализуются причинное значение: предлог for в функции союза «так как», а не основного «для».

Для изучения закономерностей формирования причинного смысла в высказывании необходимо более подробно исследовать семантику его конституентов, отношения, которыми они связаны, а также свернутые смыслы и грамматические явления, которые могут нести смысловую нагрузку.

2.2. СРЕДСТВА ВЫРАЖЕНИЯ ПРИЧИННЫХ ОТНОШЕНИЙ

1) имена: reason "причина", ground "повод", consequence "последствие", result  "результат" и др.;

2) глаголы (причинные предикаты), ориентированными на имя:

причины: to cause "вызвать", to condition, to stipulate "обусловить", to determine "определить" и др.;

следствия: to be caused "вызваться", to be conditioned, to be stipulated "обусловливаться", to be determined  "определяться" и пр.

3) предложные словосочетания в функции обстоятельства причины;

4) сложноподчиненные предложения с придаточными причины;

5) сложносочиненные предложения с причинно-следственной связью;

6) текстовые последовательности;

7) инфинитивные обороты;

8) причастия в функции обстоятельства причины;

9) зависимые причастные обороты;

10) независимые причастные обороты.


 Все эти языковые средства образуют функционально-семантическое поле причинности в английском языке, при этом одни из них располагаются в центре, а другие на периферии. Предметом данного исследования являются синтаксические средства выражения причинности в английском языке. Они также представляют собой микрополя, в которых располагаются единицы данной категории. Исходя из обозначенных критериев для центральных компонентов ФСП, к ним можно отнести микрополе сложноподчиненных предложений и сложносочиненное предложение с союзом
then, так как, несмотря на формальную сочинительную связь, союз then имеет причинное значение.

Категория причинности представляет собой сложную структуру, которую можно считать макрополем [33, 9], внутри которой в центре и на периферии располагаются микрополя, имеющие сложное строение.
 ФСП причинности некоторым образом взаимодействует с другими функционально-семантическими полями, входящими в поле обусловленности. Взаимодействие этих полей обусловлено контаминацией смыслов в рамках одной конструкции.

Бессоюзные сложные предложения и сложносочиненные предложения относятся к дальней периферии, так в них отсутствуют смыслоразличительные маркеры, причинные союзы.

  1.  ЛЕКСИЧЕСКИЕ СРЕДСТВА

Для дипломной работы мы провели практическое исследование романа Ф.С.Фицжеральда «Великий Гэтсби» [51] и выявили различные способы выражения причинных отношений в художественном тексте.

Имя

Reason

They had spent a year in France for no particular reason, and then drifted here and there unrestfully wherever people played polo and were rich together. 

Evidently she had reason to be. 

The fact that gossip had published the banns was one of the reasons I had come East. 

I took dinner usually at the Yale Club—for some reason it was the gloomiest event of my day—and then I went up-stairs to the library and studied investments and securities for a conscientious hour. 

Michaelis didn’t see anything odd in that, and he gave Wilson a dozen reasons why his wife might have bought the dog-leash. 

I saw that for some reason of his own he was determined not to come, so I stood up.
Of course we was broke up when he run off from home, but I see now there was a
reason for it. 

Consequence

In consequence, I’m inclined to reserve all judgments, a habit that has opened up many curious natures to me and also made me the victim of not a few veteran bores. 

Sometimes she and Miss Baker talked at once, unobtrusively and with a bantering in consequence that was never quite chatter, that was as cool as their white dresses and their impersonal eyes in the absence of all desire.

So my first impression, that he was a person of some undefined consequence, had gradually faded and he had become simply the proprietor of an elaborate road-house next door.

Result

And the result was she hardly knew what she was saying.”

Глагол

1-причины

to cause

“What kind of a row are you trying to cause in my house anyhow?”

to determine

Something in his leisurely movements and the secure position of his feet upon the lawn suggested that it was Mr.  Gatsby himself, come out to determine what share was his of our local heavens.

He wanted to go, and he didn’t see that Mr.  Sloane had determined he shouldn’t.

2-следствия

I saw that for some reason of his own he was determined not to come, so I stood up.

  1.  СИНТАКСИЧЕСКИЕ СРЕДСТВА

2.4.1. ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ПРИЧИНЫ

В функции обстоятельства причины выступают:

1) Инфинитив в функции обстоятельства:

- следствия: I was too young to think of such things at the time. -- В то время я был слишком молод, чтобы думать о таких вещах.

In the case of gas, the molecules are much too far from each other to repel each other. -- В газе молекулы находятся слишком далеко друг от друга, чтобы отталкивать друг друга.

(In order) To be there on time we must hurry. => Чтобы быть там вовремя, нам надо торопиться.

Не was too tired to help us. => Он был слишком уставшим, чтобы помочь нам.

2) Инфинитив в функции обстоятельства результата или следствия.

I am too busy to see anyone. - Я слишком занят, чтобы с кем-то встречаться.

- но:  I was too tired even to dream. - Я так устал, что спал без сновидений.

Инфинитив в функции сопутствующего обстоятельства и выражения последующего действия. I only once awoke to hear the wind rave in furious gusts. (Ch.Bronte) - Я лишь однажды проснулась и услышала, как дико завывает ветер.

Обстоятельственные причастные обороты в английском языке бывают двух видов:

3) Зависимый причастный оборот, например:

Applying force, we produce motion.

I wanted to explain that I’d hunted for him early in the evening and to apologize for not having known him in the garden.

If she saw me out of the corner of her eyes she gave no hint of it—indeed, I was almost surprised into murmuring an apology for having disturbed her by coming in.

When the “Jazz History of the World” was over, girls were putting their heads on men’s shoulders in a puppyish, convivial way, girls were swooning backward playfully into men’s arms, even into groups, knowing that some one would arrest their falls—but no one swooned backward on Gatsby, and no French bob touched Gatsby’s shoulder, and no singing quartets were formed with Gatsby’s head for one link.

4) Независимый причастный оборот. Например;

The sun having risen, the fog dispersed.

Независимый причастный оборот часто вводится предлогом with со значением причины.

With the prices going higher and higher and the wages frozen, it is becoming increasingly difficult for the British housewife to make both ends meet.

WITH

     I never saw this great-uncle, but I’m supposed to look like him—with special reference to the rather hard-boiled painting that hangs in father’s office I graduated from New Haven in 1915, just a quarter of a century after my father, and a little later I participated in that delayed Teutonic migration known as the Great War. 

And so with the sunshine and the great bursts of leaves growing on the trees, just as things grow in fast movies, I had that familiar conviction that life was beginning over again with the summer.

She was extended full length at her end of the divan, completely motionless, and with her chin raised a little, as if she were balancing something on it which was quite likely to fall. 

With Jordan’s slender golden arm resting in mine, we descended the steps and sauntered about the garden. 

And with this doubt, his whole statement fell to pieces, and I wondered if there wasn’t something a little sinister about him, after all.

The weather being fine, the airplane started.

В состав независимого причастного оборота может входить причастие в любой его форме.

Независимый причастный оборот выполняет по отношению к основному составу предложения роль какого-либо члена предложения, в основном, обстоятельства времени, причины или условия.

Независимому причастному обороту может предшествовать вводная частица there. Такой независимый причастный оборот обычно переводится придаточным обстоятельственным предложением:

  •  There being no other traffic on the road, we drove rather fast.
  •  A body can move uniformly and in a straight line, here being no cause to change that motion.

5) Препозитивный независимый причастный оборот может иметь как временное, так и причинное значение. Какое из них имеется в виду, определяется контекстом. В функции обстоятельства условия этот оборот выступает обычно в тех случаях, когда предложение относится к будущему времени.

Whole cities being razed to the ground during the war, the building of houses was priority number one.

With unemployment now a crisis issue in many areas, the Labor movement is stepping up its 'right to work' campaign.

Такое же значение причинности имеют причастия в функции союзов и предлогов. Они вводят условные, причинно-следственные и уступительные придаточные предложения. На русский язык они переводятся следующим образом: provided, granted (granting) при условии, принимая во внимание, supposing, assuming если, допустим, предположим, что, seeing поскольку, принимая во внимание, учитывая,   ввиду   того,   что, given при наличии,  failing при отсутствии, regarding, considering, respecting  относительно, pending до, в ожидании, following вслед за.

Given good will on the part of other states, this proposal of the Soviet Union could be carried into effect without any further delay.

6) Причастие в функции обстоятельства причины.

Not having received an answer to his letter, he dispatched a telegram to his relative.

Frightened by the sudden noise, the deer plunged into the bush.

Причастные обороты с причастием 1 в функции обстоятельства употребляются в функции обстоятельства причины:

Knowing the subject well, the student was not afraid of the coming exam = Зная предмет хорошо, студент не боялся предстоящего экзамена.
Having a lot of time before the beginning of the performance, they decided to walk to the theatre =
Имея много свободного времени до начала представления, они решили пойти в театр пешком.

В функции обстоятельства причины может употребляться также и отрицательная форма причастия 1 : Not knowing the language, he could not understand the conversation = Не зная языка, он не мог понять беседы.

2.4.2. СЛОЖНОПОДЧИНЕННЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ С ПРИДАТОЧНЫМИ ПРИЧИНЫ

Сложноподчиненные предложения с союзом. [51].

BECAUSE

The abnormal mind is quick to detect and attach itself to this quality when it appears in a normal person, and so it came about that in college I was unjustly accused of being a politician, because I was privy to the secret griefs of wild, unknown men. 

    “Now, don’t think my opinion on these matters is final,” he seemed to say, “just because I’m stronger and more of a man than you are.”

There is always a halt there of at least a minute, and it was because of this that I first met Tom Buchanan’s mistress.

When I came back they had disappeared, so I sat down discreetly in the living-room and read a chapter of “Simon Called Peter”—either it was terrible stuff or the whiskey distorted things, because it didn’t make any sense to me.

“I married him because I thought he was a gentleman,” she said finally. 

 “Oh, no,” said the first girl, “it couldn’t be that, because he was in the American army during the war.”

The nature of Mr.  Tostoff’s composition eluded me, because just as it began my eyes fell on Gatsby, standing alone on the marble steps and looking from one group to another with approving eyes. 

At first I was flattered to go places with her, because she was a golf champion, and every one knew her name. 

Jordan Baker instinctively avoided clever, shrewd men, and now I saw that this was because she felt safer on a plane where any divergence from a code would be thought impossible. 

It started because she passed so close to some workmen that our fender flicked a button on one man’s coat.

 

I was brought up in America but educated at Oxford, because all my ancestors have been educated there for many years. 

You see, I usually find myself among strangers because I drift here and there trying to forget the sad thing that happened to me.

“Daisy’s furious because you haven’t called up.”

I was happier on the lawns because I had on shoes from England with rubber nobs on the soles that bit into the soft ground. 

I was flattered that she wanted to speak to me, because of all the older girls I admired her most. 

The officer looked at Daisy while she was speaking, in a way that every young girl wants to be looked at sometime, and because it seemed romantic to me I have remembered the incident ever since. 

The girl who was with him got into the papers, too, because her arm was broken—she was one of the chambermaids in the Santa Barbara Hotel.

But, because the offer was obviously and tactlessly for a service to be rendered, I had no choice except to cut him off there.

“It makes me sad because I’ve never seen such—such beautiful shirts before.”

There must have been moments even that afternoon when Daisy tumbled short of his dreams—not through her own fault, but because of the colossal vitality of his illusion. 

I think that voice held him most, with its fluctuating, feverish warmth, because it couldn’t be over-dreamed—that voice was a deathless song.

He knew women early, and since they spoiled him he became contemptuous of them, of young virgins because they were ignorant, of the others because they were hysterical about things which in his overwhelming self-absorbtion he took for granted.

Or perhaps I had merely grown used to it, grown to accept West Egg as a world complete in itself, with its own standards and its own great figures, second to nothing because it had no consciousness of being so, and now I was looking at it again, through Daisy’s eyes. 

But the rest offended her—and inarguably, because it wasn’t a gesture but an emotion. 

“That’s because your mother wanted to show you off.”

“They carried him into my house,” appended Jordan, “because we lived just two doors from the church. 

“She only married you because I was poor and she was tired of waiting for me. 

FOR

Some words of this conversation must have reached Wilson, swaying in the office door, for suddenly a new theme found voice among his gasping cries.

She must have seen something of this in my expression, for she turned abruptly away and ran up the porch steps into the house. 

For all I knew he was going to rob the house in a moment; I wouldn’t have been surprised to see sinister faces, the faces of “Wolfshiem’s people,” behind him in the dark shrubbery.

He might have despised himself, for he had certainly taken her under false pretenses. 

For Daisy was young and her artificial world was redolent of orchids and pleasant, cheerful snobbery and orchestras which set the rhythm of the year, summing up the sadness and suggestiveness of life in new tunes. 

She must have broken her rule against drinking that night, for when she arrived she was stupid with liquor and unable to understand that the ambulance had already gone to Flushing. 

He must have been tired and walking slowly, for he didn’t reach Gad’s Hill until noon. 

I was relieved too, for that seemed to promise another friend at Gatsby’s grave

I ejaculated an unrestrained “Huh!” and he must have heard me, for he went on nervously

However, that was my fault, for he was one of those who used to sneer most bitterly at Gatsby on the courage of Gatsby’s liquor, and I should have known better than to call him.

The first part of this was obviously untrue, for someone had begun to whistle “The Rosary,” tunelessly, inside.

I shook hands with him; it seemed silly not to, for I felt suddenly as though I were talking to a child. 

But evidently he was not addressing me, for (т.к.) he dropped my hand and covered Gatsby with his expressive nose.

AS

Or, rather, as I didn’t know Mr.  Gatsby, it was a mansion inhabited by a gentleman of that name.

Then there was a boom as Tom Buchanan shut the rear windows and the caught wind died out about the room, and the curtains and the rugs and the two young women ballooned slowly to the floor.

As our credulity switched back to her she leaned forward with enthusiasm. 

As he shook hands and turned away his tragic nose was trembling

She turned her head as there was a light dignified knocking at the front door.  I went out and opened it. 

However, as calmness wasn’t an end in itself, I made an excuse at the first possible moment, and got to my feet.

Or, rather, as I didn’t know Mr.  Gatsby, it was a mansion inhabited by a gentleman of that name.  Точней, что она принадлежит кому-то по фамилии Гэтсби, так как больше я о нем ничего не знал.

SINCE

He knew women early, and since they spoiled him he became contemptuous of them, of young virgins because they were ignorant, of the others because they were hysterical about things which in his overwhelming self-absorbtion he took for granted.

2.4.3. СЛОЖНОСОЧИНЕННЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ С ПРИЧИННО-СЛЕДСТВЕННОЙ СВЯЗЬЮ

Следуя классификации сложносочиненных предложений по отношениям между предикативными единицами Д.Э.Розенталя, представляется возможным выделить:

1. соединительные (со значением одновременности, последовательности, причины и следствия и т.д.)

2. разделительные (со значением несовместимости, чередования, взаимоисключения)

3. противительные (со значением противопоставления, несоответствия)

4. присоединительные.

Далее мы приводим примеры сложносочиненных предложений с причинно-следственной связью в романе Фитцжеральда «Великий Гэтсби».

SO

I got to write down a list so I won’t forget all the things I got to do.

The abnormal mind is quick to detect and attach itself to this quality when it appears in a normal person, and so it came about that in college I was unjustly accused of being a politician, because I was privy to the secret griefs of wild, unknown men. 

Instead of being the warm centre of the world, the Middle West now seemed like the ragged edge of the universe—so I decided to go East and learn the bond business. 

Everybody I knew was in the bond business, so I supposed it could support one more single man. 

The practical thing was to find rooms in the city, but it was a warm season, and I had just left a country of wide lawns and friendly trees, so when a young man at the office suggested that we take a house together in a commuting town, it sounded like a great idea. 

My own house was an eyesore, but it was a small eyesore, and it had been overlooked, so I had a view of the water, a partial view of my neighbor’s lawn, and the consoling proximity of millionaires—all for eighty dollars a month.

I saw that turbulent emotions possessed her, so I asked what I thought would be some sedative questions about her little girl.

“We heard it from three people, so it must be true.”

“Get some chairs, why don’t you, so somebody can sit down.”

The living-room was crowded to the doors with a set of tapesсtried furniture entirely too large for it, so that to move about was to stumble continually over scenes of ladies swinging in the gardens of Versailles.

I have been drunk just twice in my life, and the second time was that afternoon; so everything that happened has a dim, hazy cast over it, although until after eight o’clock the apartment was full of cheerful sun. 

When I came back they had disappeared, so I sat down discreetly in the living-room and read a chapter of “Simon Called Peter”—either it was terrible stuff or the whiskey distorted things, because it didn’t make any sense to me.

 “You’ll give McKee a letter of introduction to your husband, so he can do some studies of him.”

THUS

Thus far there was no difficulty in accounting for his time—there were boys who had seen a man “acting sort of crazy,” and motorists at whom he stared oddly from the side of the road.

OR

It’s up to us, who are the dominant race, to watch out or (=otherwise)these other races will have control of things.”

Evidently some wild wag of an oculist set them there to fatten his practice in the borough of Queens, and then sank down himself into eternal blindness, or (=otherwise)forgot them and moved away. 

When I came back they had disappeared, so I sat down discreetly in the living-room and read a chapter of “Simon Called Peter”—either it was terrible stuff or the whiskey distorted things, because it didn’t make any sense to me.

Either you ought to be more careful, or (=otherwise)you oughtn’t to drive at all.”

AND

I am still a little afraid of missing something if I forget that, as my father snobbishly suggested, and I snobbishly repeat, a sense of the fundamental decencies is parcelled out unequally at birth. (=therefore)

The Carraways are something of a clan, and (=so, that’s why) we have a tradition that we’re descended from the Dukes of Buccleuch, but the actual founder of my line was my grandfather’s brother, who came here in fifty-one, sent a substitute to the Civil War, and started the wholesale hardware business that my father carries on to-day.

Father agreed to finance me for a year, and (=so) after various delays I came East, permanently, I thought, in the spring of twenty-two.

Across the courtesy bay the white palaces of fashionable East Egg glittered along the water, and the history of the summer really begins on the evening I drove over there to have dinner with the Tom Buchanans. 

Not even the effeminate swank of his riding clothes could hide the enormous power of that body—he seemed to fill those glistening boots until he strained the top lacing, and (=so) you could see a great pack of muscle shifting when his shoulder moved under his thin coat. 

The other girl, Daisy, made an attempt to rise—she leaned slightly forward with a conscientious expression—then she laughed, an absurd, charming little laugh, and (=so) I laughed too and came forward into the room.

Well, it’s a fine book, and (therefore) everybody ought to read it

… and I was conscious of wanting to look squarely at every one, and yet to avoid all eyes. 

“Well, I’ve had a very bad time, Nick, and I’m pretty cynical about everything.”

There was a touch of paternal contempt in it, even toward people he liked—and there were men at New Haven who had hated his guts.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ


 Итак, мы выяснили, что категория причинности находит свое выражение не только в логике, но и в лингвистике. Рассмотрев причинность как категорию, мы приходим к выводу, что причинность является понятийной категорией, которая выражается соответствующими средствами в языке.

Спектр средств выражения причинных отношений в языке необычайно широк, однако в одних случаях смысловая связь каузальных ситуаций имеет в линейной структуре предложения специальные средства выражения, в других случаях причинные отношения не находят прямого обозначения в линейной системе компонентов предложения.

Мы выделили основные средства выражения причинности в языке, к которым относятся лексические и синтаксические средства. Лексические средства, в свою очередь, делятся на именные и глагольные. Синтаксические включают в себя обстоятельства причины, сложноподчиненные и сложносочиненные предложения. Говоря о выражении следственно-причинной связи в сложных предложениях, большая роль отводится сочинительным и подчинительным союзам.

Причинно-следственные отношения широко представлены в языке. Конкретное их выражение воплощено в определенных языковых формах, в определенных союзах и союзных словах.

Благодаря научным исследованиям зарубежных и русских англистов, нам удалось выяснить, как сложилось традиционное учение о сложном предложении с сочинительными и подчинительными союзами. Сочинение выражает синтаксическую равноправность, одинаковый синтаксический уровень (equal rank) сочетаемых единиц, подчинение было охарактеризовано как способ связи, устанавливающий синтаксическую зависимость - dependence.

Следуя принципу развития учения о сложном предложении, мы сумели выделить некоторые хронологические вехи в развитии учения о сложном предложении с сочинительными и подчинительными союзами на пути к той концепции, которая сегодня принята в современном английском языке.

Попытка описания сложного предложения с сочинительными и подчинительными союзами как главного средства выражения причинных связей в английском языке в дипломной работе не претендует на законченность и полноту. Изучение литературы по теме дипломной работы показало, что это огромная, интересная область науки: даже неполное описание союзов, выступающих при построении сложного предложения, дает представление о важности детального изучения этого вопроса.

Приведенный в работе материал показывает, что проблема состояния изучения причинных отношений в английском языке, а также вопросы, связанные с общими и частными аспектами изучения сложного предложения с сочинительными и подчинительными союзами в английском языке, наверное, и сегодня еще далеки от разрешения.

Таким образом, вопросы средств выражения причинности в английском языке продолжают оставаться объектом исследования. Видимо, последовательная теория и полная классификация этих средств - дело будущего. В дипломной работе рассмотрены всего лишь несколько деталей этой теории и классификации.

БИБЛИОГРАФИЯ

  1.  Абрамов А.П. Вариантные формы определительного придаточного предложения. – Росто-на-Дону: Издательство Ростовского Университета, 1983.
  2.  Акшарумова Е.Е. и Пенль Е.Р. Грамматика английского языка в таблицах. М.: Просвещение, 1965.
  3.  Александрова С.Я. Семантический анализ сложноподчиненного предложения с придаточными, вводимыми союзами as if и as though // Вопросы грамматической структуры предложения. Сборник научных трудов. Выпуск 247. – М., 1985.
  4.  Анохина С.П. Синтаксические контаминации: Монография. – Тольятти: ВУиТ, 2003. – 232с.
  5.  Бархударов Л.С. Структура простого предложения современного английского языка. М.: Просвещение, 1966.
  6.  Белошапкова В.А. Сложное предложение в современном русском языке (Некоторые вопросы теории). М., 1967.
  7.  Биренбаум А.Г. Придаточные предложения места. // Вопросы германской филологии. – Новосибирск, 1982.
  8.  Биренбаум Я.Г. К теории сложного предложения // Вопросы языкознания. М.: Просвещение, 1982. №2.
  9.  Биренбаум Я.Г. Сопоставление сложноподчиненных предложений русского и английского языков. Куйбышев, 1977.
  10.  Блох М.Я. Теоретическая грамматика английского языка. – М.: Высшая школа, 1983.
  11.  Блох М.Я. Теоретические основы грамматики.: [Учебное пособие для пед. Ин- ов]. – М.: Высшая школа, 1986. – 159с.
  12.  Блох М.Я. Вопросы изучения грамматического строя языка. – М.: МГПИ, 1976. – 108 с.
  13.  Бондарко А. В. Основы функциональной грамматики: Языковая интерпретация идеи времени. СПб., 1999.
  14.  Валимова Г.В. О сочинительных союзах в сложном предложении // Материалы IX и X конференций Северо-Кавказского зонального объединения кафедр русского языка. - Ростов н/Д: Изд-во Рост. ун-та, 1971. - С.87-93.
  15.  Вендлер Причинные отношения. Новое в зарубежной лингвистике. Вып. 18. Логический анализ естественного языка. -М.: Прогресс. -1986. – 392с.
  16.  Верховская И.П. К вопросу о классификации сложноподчиненных предложений в современном английском языке. М.: Просвещение, 1981.
  17.  Всеволодова М.В. Средства связи, участвующие в выражении причинно-следственных отношений, в рамках функционально-коммуникативного описания языка (корпус средств и актуальное членение)/М.В. Всеволодова, Е.Н. Виноградова // Вестн. Моск. ун-та. - М.: Филология, 2001. - № 6. - С. 9.
  18.  Гепнер Ю.Р. Сложное предложение и принципы его изучения. Харьков: Просвещение, 1963.
  19.  Грайс Г.П. Логика и речевое общение / Пер.с англ. В.В. Туровского // Новое в зарубежной лингвистике, М.: «Прогресс», 1985.ю Вып.16. – С.217-237.
  20.  Данкова М.П. Структурные и статистические характеристики сложносочиненных предложений в авторской и разговорной речи художественной прозы (на материале английского языка). Горький, 1976.
  21.  Дидковская Л.А. Некоторые особенности каузальной связи в сложном предложении и в тексте в современном английском языке // Проблемы функциональной грамматики английского языка. – М.: МГПИИЯ, 1985, Вып.246. – С.144-157.
  22.  Жельвис В.И. К вопросу о видах синтаксической связи между частями сложного союзного предложения (На материале английского языка) // Ученые записки Ленинградского государственного педагогического института. Кафедра английского языка. - 1958. - Т.181, вып.3. - С.343-366.
  23.  Жельвис В.И. Существуют ли в языке сочинительные и подчинительные союзы ? (На материале английского языка) // Ученые записки Ленинградского государственного педагогического института. Вопросы английской филологии. -1962. - Т.226. - С.253-273.
  24.  Ильиш Б.А. Современный английский язык. М.: Просвещение, 1984.
  25.  Ильиш Б.А. Структура сложноподчиненного предложения в современном английском языке. М.: Просвещение, 1962.
  26.  Иофик Л.Л. Сложное предложение в новоанглийском языке. Л.: Просвещение, 1968.
  27.  Карпова Л.В. О функциональном критерии в синтаксисе (на материале сложноподчиненных предложений с союзом as, when). Горький, 1976.
  28.   Кобзарь В.И. Логика // Учебное пособие для студентов гуманитарных факультетов, СПб, 2001.
  29.  Конькова И.П. Сложносочиненное союзное предложение в современном английском языке. Душанбе: Просвещение, 1969.
  30.  Кострова О.А. Продолженная синтаксическая форма в контактной коммуникации. Самара: Издательство Саратовского университета. Самарский филиал, 1992.-143с.
  31.  Кураков В. И. «Синкретизм в системе частей речи современного немецкого языка», Ульяновск, 1976.
  32.  Лукина Н.Д. К вопросу об ограничении обстоятельства причины, выраженного предложным оборотом, от предложного дополнения с причинным оттенком значения в английском языке. Ученые записки 1-го Московского педагогического института иностранных языков. Т ХХIII, 1959. – С.141-172.
  33.  Ниссен Ф.Х. Семантико-синтаксический анализ интенциональных конструкций (на материале английских текстов экономической тематики) Автореф.дис…канд.филол.наук. – Самара: СамГПУ, 2000. – 26с.
  34.  Оганесова Р.Д., Скорлуповская Е.В. О выделении сочинительных союзов // Материалы IX и X конференций Северо-Кавказского зонального объединения кафедр русского языка. - Ростов н/Д: Изд-во Рост. ун-та, 1971. - С.94-102.
  35.  Петерсон М.Н. «О частях речи в русском языке», в сб. «Вопросы грамматического строя», М., 1955 г. с. 18.
  36.  Сидоренко Е.А. Логическое следование и условные высказывания. М.: Наука, 1983. – 173с.
  37.  Скупченко Л. Н. «Грамматический статус лексем after, before, since, till, until в современном английском языке». Автореферат диссертации на соискание ученой степени к. ф. н., Одесса, 1984 г., с.16.
  38.  Смирницкий А.И. Синтаксис английского языка. М.: Просвещение, 1957.
  39.  Старикова Е.Н. Имплицитная предикативность в современном английском языке. – Киев: «Вища школа», 1974. – 142с.
  40.  Формальная логика. Л., 1977. С. 221-231.
  41.  Хаймович Б.С., Роговская Б.И. Теоретическая грамматика английского языка. М.: Просвещение, 1967.
  42.  Хоанг Фэ Семантика высказывания // Новое в зарубежной лингвистике. – М.: «Прогресс», 1985, Вып.16. – С.399-405.
  43.  Черемисина М.И. Некоторые вопросы теории сложного предложения в языках разных систем, Новосибирск, 1979. – 83с.
  44.  Ширяев Е.Н. Дифференциация сочинительных и подчинительных союзов на синтаксической основе// Филологические науки. - 1980. - N2. - С.49-54.
  45.  Ширяев Е.Н. Бессоюзное сложное предложение в современном русском языке. – М.: Наука, 1986.-230с.
  46.  Шкодич Л.В. Соотношение коммуникативных самостоятельных частей предложения с имплицитной межфразовой каузальной связью. // Проблемы грамматики английского языка. – М.: МГПИИЯ им.М. Тореза, Вып.173, 1981. – С.149-163.
  47.  Шкодич Л.В. Структурно-семантическая организация причинно-следственных комплексов как единицы текста. Автореф.дис…канд.филол.наук. – М.: МГПИИЯ им.М. Тореза, 1982.-22с.
  48.  Эйхбаум Г.Н. Теоретическая грамматика немецкого языка. С.-П., 1996. – 276с.
  49.  Cronin A.J. The Citadel. - М., 1966.
  50.  Fernald J. “Connectives in English Speech (The Correct Usage of Prepositions, Conjunctions, Relative Pronouns and Adverbs Explained and Illustrated)”, New York – London, 1904, p. 237.
  51.  Fitzgerald F. Scott. The Great Gatsby. E.Book # 0200041h. – 2002.
  52.  Galsworthy J. To let. - М, 1954.
  53.  Green G. Quet Amerikan. - М., 1956.
  54.  Hardy T. Tess of the d' Urbervilles. - М, 1950.
  55.  Dickens Ch. Adventures of Oliver Twist. - M., 1949.
  56.  London I. Martin Eden. - М., 1954.
  57.  Vendler Z. Effects, results and consequences.—In: "Analytical Philosophy" (by ed. R. J. Butler). New York: Barnes and Noble, 1962, p. 1— 15.



 

А также другие работы, которые могут Вас заинтересовать

36914. Выделение и перемещение фрагментов изображения, кадрирование изображений 158.5 KB
  dobe Photoshop Тема: Выделение и перемещение фрагментов изображения кадрирование изображений Цель: приобрести навыки работы с инструментами выделения фрагментов изображений научиться перемещать и копировать выделенные фрагменты. Краткие теоретические сведения В данном уроке используются следующие инструменты: Инструмент Zoom Масштаб позволяет получать изображение на экране в увеличенном или в уменьшенном виде. Инструмент Crop Рамка позволяет выделить прямоугольный фрагмент изображения и удалить ту его часть которая осталась за...
36915. КОМПЬЮТЕРНАЯ СИСТЕМА PROJECT EXPERT. ФОРМИРОВАНИЕ ФИНАНСОВОЙ МОДЕЛИ ПРОЕКТА 47.5 KB
  ФОРМИРОВАНИЕ ФИНАНСОВОЙ МОДЕЛИ ПРОЕКТА Цель: изучить систему команд Project Expert формирования финансовой модели инвестиционного проекта для предприятия. Построив с помощью Project Expert финансовую модель собственного предприятия или инвестиционного проекта можно получить такие возможности: разработать детальный финансовый план и определить потребность в денежных средствах на перспективу; определить схему финансирования предприятия оценить возможность и эффективность привлечения денежных средств из различных источников; разработать...
36916. Структура управления регионального международного аеропорта (РМА) 55 KB
  Непосредственно генеральному директору аэропорта подчиняются его замы и директора по направлениям а также самостоятельные структурные подразделения и службы. Типовая структура РМА представлена на схеме: Деятельность отдельных подразделений и служб аэропорта Основные функции службы качества: 1. разработка перспективных направлений повышения качества услуг авиакомпаниям и клиентам аэропорта; 2.
36917. Исследование статической и динамической характеристики термопары 188 KB
  Исследование статической и динамической характеристики термопары. Ознакомиться со схемами включения измерительного прибора в цепь термопары. Экспериментально получить статическую и динамическую характеристики термопары. Определить математическую модель термопары.
36918. Знакомство с математическим пакетом Scilab 141.5 KB
  Знакомство с математическим пакетом Scilb Scilb это система компьютерной математики которая предназначена для выполнения инженерных и научных вычислений таких как: решение нелинейных уравнений и систем; решение задач линейной алгебры; решение задач оптимизации; дифференцирование и интегрирование; обработка экспериментальных данных интерполяция и аппроксимация метод наименьших квадратов; решение обыкновенных дифференциальных уравнений и систем. Кроме того Scilb предоставляет широкие возможности по созданию и редактированию...
36919. ОРГАНИЗАЦИЯ РАБОЧЕГО ПРОСТРАНСТВА MS EXCEL. ВВОД И ФОРМАТИРОВАНИЕ ДАННЫХ. СОРТИРОВКА И ФИЛЬТРАЦИЯ ДАННЫХ 730.5 KB
  ВВОД И ФОРМАТИРОВАНИЕ ДАННЫХ. СОРТИРОВКА И ФИЛЬТРАЦИЯ ДАННЫХ Цель работы: изучить рабочее пространство приложения MS Excel научиться применять различные параметры форматирования к данным сортировать данные и проводить их фильтрацию по заданным условиям. Изучить параметры форматирования данных в MS Excel и научиться их настраивать. Научиться создавать последовательности данных.
36920. Установка и настройка сервера DHCP 14.43 KB
  Установка и настройка сервера DHCP Цель Изучить процесс установки авторизации сервера DHCP создания области и настройки параметров области Исходная конфигурация компьютера Компьютеры с операционной системой Windows 2003 Server с созданными контроллерами домена. Результат Сервер с установленной и настроенной службой DHCP Требования к отчету Теореретические сведения: Общие сведения о службе DHCP. Последовательность выполняемых действий Установка службы DHCP Авторизация сервера DHCP в ctive Directory Создание области и...
36921. Word. Основные возможности 122 KB
  Любой текст имеет формат определенного типа. Базовый формат текста зависит от стиля который применен к абзацу содержащему этот текст. Процесс изменения формата называется форматированием а следствием изменения формата является изменение внешнего вида документа. Стиль – это набор запомненных команд форматирования символов и или абзацев.
36922. Word: Способы запуска. Создание, открытие, сохранение, закрытие файла (документа) 93 KB
  Панели инструментов и их настройка. Контекстное меню в области панелей инструментов. ДЕЙСТВИЯ С ФАЙЛАМИ И ОКНАМИ ФАЙЛОВ Выполните действия связанные с созданием сохранением и закрытием файла: создайте файл для чего: 1й способ: нажмите кнопку Создать файл по умолчанию на Стандартной панели инструментов; 2й способ: нажмите сочетание клавиш CtrlN; 3й способ: выполните команды меню ФайлðСоздать.; – в появившемся окне Сохранение документа в раскрывающемся списке Папка откройте Вашу папку если Вашей папки нет то можно создать ее...