98483

ЭМОЦИИ, КАК ФОРМА ПОЗНАНИЯ

Реферат

Логика и философия

В современном мире эмоции утратили былую ценность ввиду человеческой фальшивости вдруг вошедшей в моду ввиду того что их стало принято играть в большей мере чем испытывать или таить в себе самые глубокие из них притворно проявляя полностью противоположное тому что кипит внутри.

Русский

2015-11-03

258 KB

1 чел.

Федеральное агентство железнодорожного транспорта

Сибирский государственный университет путей сообщения

Кафедра «Философия»

ЭМОЦИИ, КАК ФОРМА ПОЗНАНИЯ

Реферат

По дисциплине «Философия»

Руководитель                                                                        Разработал

       Профессор                                                            студент гр._____

       __________ Быстрова А.Н.                                 ________Мельникова Е.С.

        (подпись)                                                               (подпись)

        __________                                                             ________

    (дата проверки)                                                     (дата сдачи на проверку)

  

2011 год

Содержание:

1. Введение

2.Что такое эмоция?

2.1.Эмоции и их функции

2.2.Информационная теория эмоций Симонова П.В.

2.2.1.Формула эмоций

2.2.2.Потребность, как движущая сила человеческого поведения

2.2.3. Пути воздействия на эмоциональную сферу человека

2.3.Потребность в эмоциональном насыщении, как природная основа ценности эмоций

2.4.Проблема ценности эмоций

2.5.Додонов Б.И.: критический анализ теории Симонова П.В

3.Смысл эмоций в деятельности

3.1.Целесообразность эмоций

3.2.Влияние эмоций на деятельность

4.Критический анализ теории Симонова П.В.

4.1.Сильные и слабые стороны теории эмоций с точки зрения Ильина Е.П

4.2.Критика формулы эмоций

4.3.Вывод (Ильин о теории эмоций)

5.Заключение

Список использованной литературы

1.Введение

В данной теме меня привлекло несколько аспектов.

Во – первых – сами эмоции. В современном мире эмоции утратили былую ценность ввиду человеческой фальшивости, вдруг вошедшей в моду, ввиду того, что их стало принято играть в большей мере, чем испытывать, или таить в себе самые глубокие из них, притворно проявляя полностью противоположное тому, что «кипит» внутри. Во – вторых, у меня возник интерес к тому, как эмоции могут являться формой  познания. На мой взгляд, это скорее форма выражения, нежели познания. Это противоречие заставило меня обратить внимание на данную тему.

Как член общества, я не могла не обратить внимание на то, какое значение приобретают эмоции, какая роль им отводится. Меня беспокоит то, что в эмоциях, проявления которых мы можем наблюдать в социуме, присутствует всё меньше искренности. Они буквально доведены до автоматизма и зачастую настолько неправдоподобны, что в человеке видится лишь актёр, которому непременно хочется пожелать научиться играть лучше. Отсутствие этой фальши во мне самой повлекло меня к этой теме. На мой взгляд, нет ничего хуже, чем быть тем самым «плохим актёром» по жизни. Душа человека с его искренними эмоциями, чувствами, порывами, всегда отражается в глазах. Разгадать игру крайне просто, лишь заглянув в «зеркало души».

Несмотря на то, что человек все больше времени проводит перед монитором компьютера, на то, что удельный вес живого общения становится все ниже, а качество общения претерпевает значительные изменения в силу подмены людей в различных сферах деятельности «умными машинами», эмоциональные переживания для человека сохраняют свою необходимость и приоритетность, как один из источников обогащения внутреннего мира личности, как один из источников познания окружающей действительности.

Смысл нашего существования имеет аффективную, эмоциональную природу: мы окружаем себя теми людьми и вещами, к которым привязаны эмоционально, научение через переживание (как в личностном, так и в социальном плане) не менее, а быть может, и более важно, чем накопление информации.

Под эмоциями обычно подразумевают самые разнообразные реакции человека - от бурных взрывов страсти до тонких оттенков настроения. Большинство людей знают, какого рода ситуации интересуют их, вызывают отвращение, заставляют ощущать гнев или чувство вины. Практически каждый человек испытывает интерес, наблюдая прогулку астронавта в космосе, отвращение - видя грязь, гнев - будучи оскорбленным и вину - уклоняясь от ответственности за близких.

Так, отсутствие эмоционального общения приводит к ущербной эмоциональности, холодности, низкой способности к сопереживанию и сочувствию.  

Из этого мы можем сделать вывод, что человеческое поведение обусловлено не только действием потребностей и инстинктов. Эмоции отражают окружающий мир и в соответствии с этим регулируют наше поведение. Они являются не только оценкой законченных действий. Для того чтобы осознать такие понятия, как ценность, цель, мужество, преданность, способность к сопереживанию, альтруизм, жалость, гордость, сострадание и любовь, мы должны согласиться с существованием и исключительной важностью роли человеческих эмоций. Этим объясняется актуальность моей темы.

В своём реферате я хотела бы  рассмотреть эмоции, главным образом, как форму познания, как форму отражения человеком окружающей действительности, а также как составляющую мира ощущений, чувств, формирующих особенности этого отражения, тем самым, раскрыть значение эмоций в деятельности.  

2. Что такое эмоция?

2.1. Эмоции и их функции.

«Что такое эмоция? Странный вопрос! Эмоции – это наслаждение, радость, бесстрашие, уверенность, отвращение, горе, страх, ненависть, это переживание человеком отношения к окружающему миру и к самому себе. Благодаря эмоциям человек стремится ко всему, что полезно для него, что способно доставить радость и удовлетворение, и, напротив, избегает воздействия вредных и опасных. Но для этого надо прежде всего знать, что именно полезно, а что вредно. Если человек не знает, с чем имеет дело, он не способен испытывать ни радости, ни страха, ни огорчения». 7

П.В. Симонов, дав определение, сразу же ставит перед читателем проблему: «Но если человек или животное знают, что может оказаться для них полезным, а что – опасным, им остаётся совершить соответствующие целесообразные действия: приблизиться, овладеть, спрятаться, убежать, защититься. Зачем же тогда эмоция? Кому нужны эти прославленные учёными «могучие чувства?» Почему они вообще возникли в процессе эволюционного развития?» 1

Попытки решения этой проблемы будут рассмотрены в данной главе немного позднее. Сейчас же не лишним будет перейти к тому, как определяют эмоции другие авторы.

«Термины, обозначающие психические явления, обычно называемые эмоциями или чувствами, к сожалению, не имеют строгого значения, и среди психологов до сих пор идут дискуссии на тему “что значит что”. Характеризуя эмоции в чисто феноменологическом, описательном плане, можно выделить такие их признаки: 1) представленность эмоций в сознании в форме непосредственных переживаний; 2) двойственный, психофизиологический характер этих явлений; с одной стороны — аффективное волнение, с другой — его органические проявления; 3) ярко выраженная субъективная окраска эмоций, присущее им качество особой “интимности”. Последнее проявляется, во-первых, в том, что, передавая свое переживание, человек может лишь словесно обозначить его, но не раскрыть наглядно; эмоцию не передашь, например, в рисунке, как можно это сделать с образом восприятия, представления или воображения. Во-вторых, “интимность” эмоции состоит также и в том, что для самого переживающего эмоцию субъекта она, говоря словами швейцарского психолога Э. Клапареда, где он в списке литературы? “содержит свою значимость в себе”, то есть является приятной или неприятной без всякого обращения к прошлому опыту. “Интимность” эмоций проявляется в трудноопределимой их связи с тем, что человек считает наиболее характерным для себя как живого существа.  

В действительности, эмоции в качестве процесса есть не что иное, как деятельность оценивания поступающей в мозг информации о внешнем и внутреннем мире, которую ощущения и восприятия кодируют в форме его субъективных образов.»2

___________________________________________

1 Симонов П.В. Что такое эмоция?  с.7

2 Додонов Б.И.. Эмоция как ценность. с.23

«…ученые дают разные ответы на вопрос: «Что такое эмоция?» и, по мнению физиолога П. В. Симонова, абстрактно - описательные. Это отмечается и психологами. Так, Б. И. Додонов пишет, что «термины, обозначающие психические явления, обычно называемые эмоциями, не имеют строгого значения, и среди психологов до сих пор идут дискуссии на тему "что значит что"». У. Джемс где он в списке литературы?полагал, что «эмоция есть стремление к чувствованиям». В то же время он писал, что «как чисто внутренние душевные состояния, эмоции совершенно не поддаются

описанию. Кроме того, такого рода описание было бы излишним, ибо

читателю эмоции как чисто душевные состояния и без того хорошо известны. Мы можем только описать их отношение к вызывающим их объектам и реакции, сопровождающие их». С. Л. Рубинштейн а он? в понимании сущности эмоций исходил из того, что в отличие от восприятия, которое отражает содержание объекта, эмоции выражают состояние субъекта и его отношение к объекту. Г. А. Фортунатов а он?называет эмоциями только конкретные формы переживания чувств…

Несмотря на разные слова, используемые психологами при определении эмоций, суть их проявляется либо в одном слове - переживание, либо в двух - переживание отношения.

Таким образом, чаще всего эмоции определяются как переживание человеком в данный момент своего отношения к чему- или к кому-либо (к наличной или будущей ситуации, к другим людям, к самому себе и т. д.).

Недостатком многих определений эмоций является их привязка только к потребностям. Например, Вирджиния Квин (2000) дает следующее определение: «Эмоция - выражение отношения человека к своим потребностям, их удовлетворению или неудовлетворению». Откуда она вынырнула?

На мой взгляд, более реальный подход к пониманию сущности эмоций имеется у К. Изарда. Где в списке литературы он представлен? В его кратком и предварительном определении эмоции отмечена и ее чувственная сторона, и функциональная: «Эмоция —это нечто, что переживается как чувство (feeling), которое мотивирует, организует и направляет восприятие, мышление и действия». Только слову feeling я дала бы более точный в данном контексте перевод: не чувство, а ощущение. Иначе опять начнется путаница в понимании эмоций и чувств. Кроме того, вместо «нечто» можно было бы сказать «реакция».

Исходя из вышеизложенного, я рассматриваю эмоцию как рефлекторную психовегетативную реакцию, связанную с проявлением субъективного пристрастного отношения (в виде переживания) к ситуации, ее исходу (событию) и способствующую организации целесообразного поведения в этой ситуации.

Сложность понимания эмоций заключается и в том, что, давая им определения, авторы относят их то к любому классу эмоциональных реакций (эмоциональному тону, настроению, аффекту), то только к одному, называемому ими собственно эмоциямии отделяемому от других классов эмоциональных явлений.

Эмоция —это намного более высокий уровень эмоционального реагирования, чем эмоциональный тон. По сравнению с эмоциональным тоном эмоция имеет ряд преимуществ, поэтому играет несравнимо большую роль в жизни животных и человека.»

На мой взгляд, наиболее полное определение термина «эмоция» приведено в книге Е.П. Ильина «Эмоции и чувства»:

«1. Эмоции —это реакции на ситуацию, а не на отдельный раздражитель. Можно, конечно, возразить —а разве ребенок не радуется по поводу того, что ест конфету, т. е. получает приятные вкусовые ощущения? Конечно, радуется, но радость возникает у него раньше, при получении конфеты, т. е. по причине оценки ситуации как удовлетворяющей его потребность, желание, а не по поводу приятных вкусовых ощущений, которых еще не было. Приятные же вкусовые ощущения (эмоциональный

тон ощущений) лишь подкрепляют возникшую эмоцию, позволяют

продлить ее…Таким образом, человек оценивает ситуацию,

создаваемую этим раздражителем, и реагирует возникновением эмоции на

эту ситуацию, а не на сам раздражитель.

2. Эмоции —это часто заблаговременные реакция на ситуацию и ее оценка. В результате под влиянием эмоции человек реагирует на еще не наступивший контакт с раздражителем. Таким образом, эмоция выступает в качестве механизма предвидения значимости для животного и человека той или иной ситуации.

3. Эмоции —это дифференцированная оценка разных ситуаций. В отличие от эмоционального тона, который дает обобщенную оценку (нравится —не нравится, приятно —неприятно), эмоции более тонко показывают значение той или иной ситуации.

4. Эмоции —это не только способ оценки предстоящей ситуации, но и механизм заблаговременной

и адекватной подготовки к ней за счет мобилизации психической

и физической энергии. Этого механизма эмоциональный тон, очевидно, лишен.

5. Эмоции, как и эмоциональный тон —это механизм закрепления положительного и отрицательного опыта. Возникая при достижении или не достижении цели, они являются положительным или отрицательным подкреплением поведения и деятельности.» 9

Рассмотрев определения, которые дают авторы термину «эмоция», можно удостовериться в том, насколько, всё же, эти характеристики неточны и расплывчаты, насколько сложно обобщить их и насколько тяжело всю гамму испытываемых ощущений, скрытых в термине «эмоция», выразить в словах.

Перейдём к следующей части пункта – функциям эмоций. Мне кажется, что в этом вопросе точки зрения авторов во многом схожи, и, обобщив их, возьмём функции эмоций с точки зрения Е.П. Ильина.

«Говоря о том, для  чего человеку и животным нужны эмоции, следует, с моей точки зрения, различать  их функции и роль. Функция эмоций — это  узкое природное предназначение, работа, выполняемая эмоциями в организме, а их роль (обобщенное значение) —  это характер и степень участия  эмоций в чем-либо, определяемая их функциями, или же их влияние на что-то помимо их природного предназначения (т. е. вторичный продукт их функционирования). Роль эмоций для животных и человека может быть положительной и отрицательной. Функция эмоций, исходя из их целесообразности, предопределена природой быть только положительной, иначе, зачем бы они  появились и закрепились? Можно  возразить, что эмоции могут оказывать  на организм и разрушительное воздействие. Но это связано с чрезмерно  выраженными сопутствующими эмоциям  физиологическими изменениями в  организме, связанными не с качеством  регулирования (эмоциональным), а с  его интенсивностью. Это роль эмоций, а не их функция. 

Одна из важнейших  функций  эмоций – отражательная  функция, но значение этой эмоции довольно не однозначно, и мнения относительно её значении  расходятся. Так, например В. К. Вилюнас считает, что «эмоции выполняют функцию не отражения объективных явлений, а выражения субъективных к ним отношений». Для отражения реальности у животных и человека имеются анализаторы и мышление. Они выполняют роль зеркала, которое отражает то, что есть. Нравится человеку то, что он видит в зеркале или нет — это не зависит от зеркала, оно не дает оценку отражаемому.  Оценка (отношение) зависит от субъективного восприятия видимого, которое сопоставляется с эталонами, желаниями, вкусами человека. Понятно, что  эта функция необходима для  существования организма и личности, для их ориентировки в мире, для организации их поведения. И поэтому про эмоции-оценки можно сказать, что они имеют для нас большую ценность, но ценность эта служебная.  Это ценность средства, а не цели.

Оценочная роль эмоционального реагирования вместе с развитием  нервной системы и психики  живых существ видоизменялась и  совершенствовалась. Если на первых этапах она ограничивалась сообщением организму  о приятном или неприятном, то следующей  ступенью развития явилась, очевидно, сигнализация о полезном и вредном, а затем — о неопасном и  опасном и, наконец, более широко — о значимом и незначимом.

Немаловажным оказалось  и то обстоятельство, что эмоция возникает условнорефлекторно и  тем самым дает возможность животному  и человеку заблаговременно отреагировать  на дистантные раздражители, на складывающуюся ситуацию. Ярость уже при виде врага, издали, при звуках, запахе противника дает возможность животному вступить в схватку с врагом с максимальным использованием всех силовых ресурсов, а страх — спастись бегством. Однако для этого  эмоции должны обладать еще одной  функцией: заставлять организм экстренно  мобилизовать свои возможности, энергию, чего эмоциональный тон ощущений сделать не может.

Активационно-энергетическая функция эмоционального реагирования   проявляется в основном за счет его физиологического компонента: изменения вегетативных функций и уровня возбуждения корковых отделов мозга. По влиянию на поведение и деятельность человека немецкий философ И. Кант (1964) разделил эмоциональные реакции (эмоции) на стенические («стена» по-гречески — сила), усиливающие жизнедеятельность организма, и астенические — ослабляющие ее. Стенический страх может способствовать мобилизации резервов человека за счет выброса в кровь дополнительного количества адреналина, например при активно-оборонительной его форме (бегстве от опасности). Способствует мобилизации сил организма и воодушевление, радость («окрыленный успехом», говорят в таких случаях).

Согласно «активационным» теориям, эмоции обеспечивают оптимальный уровень возбуждения центральной нервной системы и ее отдельных подструктур. Активация нервной системы и, прежде всего, ее вегетативного отдела приводит к изменениям во внутренних органах и организма в целом, приводя либо к мобилизации энергоресурсов, либо к их демобилизации. Отсюда можно говорить о мобилизационной функции эмоций.

Так же одна из немаловажных функций эмоций, является  ценностная функция.  Эта функция легко  обнаруживается при анализе таких  видов деятельности, которые называют развлечениями или которые близки к таковым.  

Никого, вероятно, не удивит, если сказать, что определенный субъект слушает музыку ради эстетического наслаждения или читает детективный роман ради “острых ощущений”. Тем более понятно, что человек может, предположим, пойти в Парк культуры и отдыха с целью развлечься при помощи различных аттракционов.» 3

Эмоции выполняют  различные функции. Как витамины, они полезны для человека, но их избыточность прием может привести к серьёзным последствиям. Выполняя свои биологические функции, эмоции «не спрашивают» человека, полезно ему это или вредно с его точки зрения. Поэтому и в эмоциональном плане нужно проявлять осторожность.

Эмоции выполняют  различные функции. Как витамины, они полезны для человека, но их избыточность прием может привести к серьёзным последствиям. Выполняя свои биологические функции, эмоции «не спрашивают» человека, полезно ему это или вредно с его точки зрения. Поэтому и в эмоциональном плане нужно проявлять осторожность.

2.2. Информационная теория эмоций Симонова П.В.

2.2.1 Формула эмоций

 Вернёмся к проблеме, которую ставит перед читателем П.В Симонов: «Мы оказались в логическом тупике: неведение делает невозможным возникновение чувств, а знание делает их ненужными».4 Её решение видится мне, прежде всего, в рассмотрении взгляда П.В. Симонова на эмоции, который, по моему мнению, наиболее полно излагается в его «информационной теории», основные положения которой приведены ниже.

«Эмоция возникает при недостатке сведений, необходимых для достижения цели. Замещая, компенсируя этот  недостаток, она обеспечивает продолжение действий,  способствует поиску новой информации и тем самым

___________________________________

3 Ильин Е. П. Эмоции и чувства. с.49-52, 56, 116 

4 Симонов П.В. Что такое эмоция?  с.7

повышает надежность живой системы. Было  замечено, что осуществление даже очень сложного, но  знакомого стереотипа действий не сопровождается теми  характерными сдвигами дыхания, сердечной деятельности, кровенаполнения сосудов, которые позволяют говорить об эмоциональном напряжении. Более того, напряжение не возникало и при некоторых изменениях системы  внешних сигналов, если только эти изменения не вели к  переделке стереотипа реакций. Но как только внешний  стереотип условных сигналов начинал требовать изменения ответных действий, появлялись признаки эмоции»  

Животное с выработанным динамическим стереотипом  представляет систему, располагающую полной информацией о том, когда, что и как следует делать. Нарушение стереотипа означает появление дефицита информации, необходимость поиска сведений для организации новой деятельности по удовлетворению потребности в пище, избегании болевого

воздействия и т. д. Эмоция возникает каждый раз, когда удовлетворения

потребности не происходит, иными словами, когда действия не достигают

цели. Такова природа эмоционального аппарата: организм не хочет примириться с неизбежностью боли, он бьет тревогу учащенными ударами сердца и требует поиска выхода из любого положения.

В общем виде это правило можно выразить формулой:

Э = П (Н-С),

где Э — эмоция; П — потребность (побуждение); Н - информация, прогностически необходимая для организации действий по удовлетворению данной потребности; С - информация, которая может быть использована для

целенаправленного поведения.

Из данного выражения с неизбежностью вытекают

минимум четыре следствия:

1. Э = 0 при П = 0; эмоция не возникает в отсутствие потребности и исчезает при ее удовлетворении.

. Э = 0 при Н = С; эмоция не возникает (или резко ослаблена) у вполне информированной системы даже при больших значениях П.

Эмоцию нельзя связывать только с фактом потребности (ее семантикой: голодом, жаждой, опасностью и т. д.), она имеет прагматическую природу

и существует в системе «потребность — действие — удовлетворение». Ярчайший пример вполне информированной системы — павловский динамический стереотип, реализация которого почти не сопровождается признаками эмоционального напряжения.

3. Э максимальна, если С = 0; при наличии цели  (потребности) живая система в известных пределах тем  эмоциональнее, чем менее она информирована.

4. При С больше Н, Э изменяет свой знак. Поскольку в приведенной формуле мы рассматриваем потребность (П) как побуждение, отрицательное в биологическом смысле для организма, случай С больше Н должен вести

к возникновению положительной эмоции. …экспериментальная проверка формулы дает вполне удовлетворительные результаты.

Нужно ли говорить, что еще большие трудности возникают при попытке количественно оценить степень эмоционального напряжения в случаях, когда мы имеем дело с эмоциями высшего порядка, с потребностями,  сформированными условиями воспитания, с информацией, необходимой для осуществления сложных действий человека. В этих случаях, пожалуй, наиболее трудно измерить именно потребность, и здесь формула может оказаться очень полезной. Если мы замерим эмоцию по величине   физиологических сдвигов в организме, а для оценки дефицита сведений воспользуемся достижениями теории информации, то величину потребности можно будет рассчитать математически.

Ведь, согласно формуле, П будет равно Э/(Н-С).

Количественные расчеты сложных эмоциональных состояний в настоящее время трудно осуществимы. Пока что формула имеет преимущественно теоретическое значение, позволяет кратко выразить самое главное в  

природе эмоций — их зависимость от потребности и дефицита

прагматической информации.

До сих пор мы говорили главным образом об эмоциях, которые принято называть отрицательными. В какой мере наше определение справедливо для положительных эмоций? Напомним, что знак эмоции изменяется в случае,

когда имеющаяся информация превышает прогностически необходимую. Действительно, каждый раз, когда возникает положительное эмоциональное состояние, живая система оказывается избыточно информированной, причем степень положительного переживания тем больше, чем значительнее разница между действительностью и прогнозом.

Томимый жаждой путник движется по раскаленным пескам. Он знает, что только через три дня пути сможет встретиться с источником. Удастся ли пройти этот путь? Хватит ли сил? Не занесло ли ручей песками? И вдруг,

завернув за выступ скалы, человек видит колодец, не отмеченный на картах. Бурная радость охватывает усталого путника. В тот момент, когда перед ним блеснуло зеркало колодца, путник стал обладателем исчерпывающих  сведений о возможности утоления жажды. И это в ситуации, когда прогноз в лучшем случае предсказывал три дня тяжелейших скитаний! Разумеется, сила положительной эмоции (как и отрицательной) зависит от величины

потребности. Вторым определяющим фактором является величина (Н — С) — контраст между прогнозом и реальной действительностью. Человек бесстрашен, когда он обладает исчерпывающими сведениями о том, как выйти из опасного положения. Нетрудно видеть разницу между «безумством храбрых», действующих наперекор недостатку информации о возможности достижения цели, и  бесстрашием человека, обладающего избыточной информацией. Чем смелее была поставлена задача, чем недостижимее казалась цель, иными словами, чем значительнее разрыв между достигнутым и первоначально имевшимся в распоряжении, тем сильнее торжество победителя. Это свойство положительных эмоций очень точно подметила норвежская писательница Сигрид Унсет: «Хорошие дни выпадают на долю разумных людей, но лучшие дни достаются тому, кто посмеет быть безумным».5

2.2.2 Потребности, как  основа и движущая  сила человеческого  поведения.

Исходя из прошлого пункта можно сделать вывод, что П.В. Симонов движущей силой человеческого поведения видит потребность. То есть возникновение эмоции связано с потребностью и действиями, которые совершаются для её удовлетворения. Симонов утверждает, что для того, чтобы понять роль эмоций, нужно установить – почему потребность не может сразу перейти в действия, необходимые для её «насыщения».

Для этого рассмотрим вопрос о потребностях и действиях, необходимых для их удовлетворения.

«Отказ от взгляда на мышление человека как на первоисточник и движущую силу его деятельности, признание потребностей в качестве определяющей причины человеческих поступков представляет величайшее завоевание марксистской философской мысли, послужившее началом подлинно научного объяснения поведения людей. По словам Энгельса: «Люди привыкли объяснять свои действия из своего мышления вместо того, чтобы объяснять их из своих потребностей (которые при этом, конечно, отражаются в голове, осознаются)…»6

«Если исключить  человека, то многообразные потребности живых

организмов сводятся к одной, к поддержанию  своего индивидуального и видового существования . Не бывает потребностей положительных и отрицательных.  В нормальном организме потребность всегда отрицательна, как состояние и положительна по своим целям, будь то потребность в получении пищи (голод) или потребность в прекращении болевого раздражения.  Соответственно факторы, мешающие  удовлетворению данной потребности (отсутствие пищи, действие вредных факторов, неблагоприятные температурных условий), всегда отрицательны.

Наличие потребностей обусловлено самой природой живого,  для которого характерно сочетание  постоянного самообновления химического  состава наряду с относительным  постоянством внутренней организации. Вот почему многие потребности имеют  врожденный характер. Условия воспитания способны существенно изменить степень и формы проявления врожденных потребностей. Так, обезьянка, для которой мать, была заменена куклой с искусственной соской, став взрослой, весьма холодно относилась к своему детенышу. Специальными приемами можно нарушить у крысы потребность в строительстве гнезда. Т.о. даже у животных потребности формируются при влиянии окружающей среды. Еще сложнее обстоит дело с формированием социально обусловленных потребностей человека.  Потребность в общении, в трудовой деятельности,  в восприятии художественных произведений возникает в процессе индивидуального развития.  В зависимости от эпохи, социального строя, классовой принадлежности и культурного уровня, круг потребностей одного человека крайне отличается от  потребностей другого.

______________________________

5 Симонов П.В. Что такое эмоция? с.36-39

6 Симонов П.В. Эмоциональный мозг. с.143

Потребность легче определять для больших отрезков времени (сутки,

месяц), где можно воспользоваться  статическими приемами исследования. Труднее произвести объективное  измерение потребности живого организма  в данный момент.  В этих случая  чаще всего используется приблизительный  метод, где  мерилом потребности  служит величина внешнего воздействия, порождающего потребность. Например, о потребности  в устранении боли, судят по силе электрического тока, о потребности  в пище – по длительности интервала  между кормлениями, о потребности  в поддержании температурного баланса  – по температуре окружающей среды, точнее, по отклонению температуры  от оптимальной.

Не мене широко используется метод двигательных и вегетативных  реакции организма на возникающую потребность.  Этот метод позволяет оценить величину субъективной потребности, т.е  потребности  данного, изучаемого живого существа. Основной недостаток метода состоит в том, что большинство перечисленных реакций определяется не исключительно потребностью, а целым рядом факторов и прежде всего, эмоциями, которые, отнюдь не тождественны потребностям.

Особенно трудным  является измерение потребностей в  единицах, которые позволяли бы сопоставить  одну потребность с другой. На данный момент потребности оцениваются только с точки зрения их прямого столкновения, биологической конкуренции.»7

В книге «Эмоциональный мозг» Симонов дополняет прежнюю точку зрения:

«Связь эмоций с потребностями бесспорна, однако, считать эмоцию функцией одной лишь потребности вряд ли правомерно. Наряду с потребностью в определениях эмоций появляется фактор саморегуляции.

Согласно Г.Х. Шингарову, эмоции есть форма «отражения действительности, сущность (!) которой заключается в саморегуляции функций организма, согласно требованиям условий внешнего мира». «…любой психический процесс протекает по принципу: причина – реакция – подкрепление (как «снятие» причины). Какое место занимают эмоции в этой принципиальной схеме деятельности нервной системы? Они существуют на всех этапах деятельности» [Шингаров, 1971, с. 137]» 8

Человечество до сих  пор «находится в плену» традиционного  представления о сознании как  о верховном регуляторе поведения:  человека, руководствующегося социально ценными мотивами мы называем «сознательным», а нарушение норм общежития, эгоизм, антиобщественные поступки относим за счет «несознательности». Так же в настоящее  время

убедительно показано, что  потребность в информации (в новизне, изменчивости внешней среды) является одной из древнейших и самостоятельных  потребностей живых систем.

Потребность есть избирательная  зависимость живых организмов от

_____________________________

7 Симонов П.В. Что такое эмоция? с.12

8 Симонов П.В. Эмоциональный мозг. С.10-11

факторов внешней среды существенных для самосохранения и саморазвития,

источник активности живых систем, побуждение и цель их поведения в  окружающем мире. Дело в том, что  «инстинкт» всегда предполагает нечто  врожденное и общее с животными, в то время как потребность  может быть сколь угодно сложной  и социально детерминированной.

Ключевое положение  потребностей среди любых проявлений человеческой психики-мышления, воли, чувств - непреложно вытекает из информационной теории эмоций. Комплекс наук о  человеке, куда входят и физиология, и психология, и социология, сегодня  не располагает общепринятой классификацией потребностей. Но, тем не менее, можно попробовать создать определенную их классификацию, путем систематизации накопленных сведений о разнообразии потребностей. Симонов П.В. сделал именно это:

«1. Биологические и продиктованные ими материальные потребности в пище, одежде, жилище, в технике, необходимой для создания материальных благ, в средствах защиты от вредных воздействий, в обеспечении своего индивидуального и видового существования.

2. Социальные потребности в узком и собственном смысле слова (поскольку социально детерминированы все побуждения человека). В данном случае

речь идет о потребности принадлежать к социальной группе (общности) и занимать в этой группе определенное место, пользоваться привязанностью и вниманием окружающих, быть объектом их уважения и любви. Попытки свести все многообразие социальных потребностей человека к «жажде власти» безнадежно устарели. Потребность лидерства - лишь одна из многочисленных разновидностей этой группы мотиваций. Потребность быть «ведомым» нередко перекрывает желание быть лидером по силе и остроте.

3. Идеальные (духовные, культурные) потребности познания в самом широком смысле: познания окружающего мира и своего места в нем, познания смысла и назначения своего существования на земле. Так называемая эстетическая потребность, безусловно, относится к данной группе.9

   Дело в том, что  потребности всех трех перечисленных  выше групп (биологические, социальные и идеальные) в свою очередь образуют две разновидности, одну из которых  можно назвать «потребностями нужды», а вторую-«потребностями роста». Эти  две разновидности потребностей обусловлены диалектикой сохранения и развития, присущей процессу самодвижения живой природы, включая человека и общество.

Удовлетворение потребности  нужды означает сохранение, удержание  генетически заданных констант или  ранее достигнутого в онтогенезе. Примером нужды в сфере биологических  потребностей может служить голод. В области удовлетворения социальных потребностей нужда есть сохранение занимаемой позиции, а рост - ее улучшение. Овладение уже имеющимися сведениями удовлетворит нужду познания. Потребность  роста применительно к познавательной деятельности побуждает искать принципиально  новое, отсутствующее в современной  науке.

_________________________________

9 Симонов П.В. Эмоциональный мозг. с.150

Наличие потребностей нужды и роста, сохранения и развития объясняет тот повседневно наблюдаемый  факт, что удовлетворение потребности  в одних случаях редуцирует, ослабляет  эту потребность, а в других - индуцирует, усиливает ее.

   Дело в том, что  потребности всех трех перечисленных  выше групп (биологические, социальные и идеальные) в свою очередь образуют две разновидности, одну из которых  можно назвать «потребностями нужды», а вторую-«потребностями роста». Эти  две разновидности потребностей обусловлены диалектикой сохранения и развития, присущей процессу самодвижения живой природы, включая человека и общество.

Удовлетворение потребности  нужды означает сохранение, удержание  генетически заданных констант или  ранее достигнутого в онтогенезе. Примером нужды в сфере биологических  потребностей может служить голод. В области удовлетворения социальных потребностей нужда есть сохранение занимаемой позиции, а рост - ее улучшение. Овладение уже имеющимися сведениями удовлетворит нужду познания. Потребность  роста применительно к познавательной деятельности побуждает искать принципиально  новое, отсутствующее в современной  науке.

Наличие потребностей нужды и роста, сохранения и развития объясняет тот повседневно наблюдаемый  факт, что удовлетворение потребности  в одних случаях редуцирует, ослабляет  эту потребность, а в других - индуцирует, усиливает ее.

Появляется принципиально  новый взгляд на значение эмоций, с  точки зрения потребностей. Впервые  с этой точки зрения эмоции рассматривает  именно Симонов П.В.. Его информационная теория претерпела множество критических  осуждений, в том числе со стороны  Додонова Б.И. Но нельзя обесценивать его  вклад в проблему изучения эмоций.

3.2.3. Пути воздействия на эмоциональную сферу человека.

 Способы влияния на эмоции человека определяются природой эмоционального состояния, его зависимостью от потребности и прагматической информации.  Удовлетворение или, наоборот, формирование потребностей было бы наиболее радикальным средством воздействия,  

обеспечивающим устранение как нежелательных эмоций, так и генерацию

полезных. Ничто так не способствует возбуждению эмоций, как значительная цель, достижение которой стало органической потребностью человека. Великая прогрессивная идея, убежденность в ее справедливости

и осуществимости (а эту убежденность дает знание  объективных законов развития природы и общества) рождают прилив энергии, воодушевление, оптимизм, которые не могут поколебать временные неудачи. Именно знание  

обеспечивает ту избыточность прагматической информации, что составляет основу положительных эмоций.

Всякое обучение, накопление опыта или получение его от других людей ослабляет эмоции страха, неуверенности, тревоги при выполнении  

ответственных и сложных задач. При этом важно подчеркнуть, что речь идет о научении действиям, о формировании навыков и способностей самого субъекта. Сколько бы мы ни объясняли, как надо избегать опасного положения, чувство тревоги сохранится до тех пор, пока человек не овладеет навыками защиты, пока эти навыки не приобретут характер динамического стереотипа. И все же для устранения отрицательной эмоции подчас достаточно ликвидировать или уменьшить дефицит информации с помощью чисто словесного разъяснения. На этом принципе основаны многочисленные методы так называемой рациональной психотерапии и психопрофилактики. Часто врачи значительно ослабляют страх своих пациентов, разъясняя им сущность предстоящего оперативного вмешательства, родов, диагностических процедур. Эффективность психоанализа, по Фрейду, базируется именно на ликвидации неведения больного относительно причин и природы заболевания, хотя  произвольность психоаналитического толкования неврозов постепенно признается самими приверженцами фрейдизма.

Один из способов борьбы с информационным дефицитом заключается в повторном мысленном представлении сцен, людей, событий, эмоционально окрашенных для больного. Всесторонний логический анализ этих событий

ведет к их спокойной оценке, развивает у человека чувство самообладания и уверенности.

 К. Леонгард (1959) считает переключение аффектов (замену одной эмоции другой, более сильной) одним из самых эффективных приемов лечения навязчивости. Леонгард подчеркивает недопустимость и бесполезность прямой апелляции к воле больного. Эмоции не поддаются прямому волевому усилию, их нельзя ни вызвать, ни устранить произвольно, подобно тому как мы совершаем или прекращаем мышечное движение. Вызвать эмоции можно либо путем создания дефицита информации, либо через формирование потребностей. Но воспитание потребности, да еще такой интенсивности, чтобы она оказалась сильнее, чем, скажем, инстинкт самосохранения,— весьма сложный и длительный процесс.

Существует еще один путь к управлению эмоциональной сферой, опять-таки вытекающий из природы  эмоциональных состояний, как ее понимает информационная теория эмоций. Этот способ заключается в оспроизведении действий, направленных на удовлетворение заданной, фактически  отсутствующей потребности. Метод, о котором идет речь, был открыт великим режиссером и театральным педагогом К. С. Станиславским и получил название «метода физических действий».

Театральная игра представляет тот вариант жизнедеятельности, когда эмоции,  соответствующие чувствам изображаемого актером лица,

приходится воспроизводить по волевому заказу самого субъекта. Актер должен ревновать в заранее указанный момент, не имея потребности стать мужем партнерши по сцене, или ненавидеть соперника, нимало не стремясь

занять королевский престол. Эту творческую задачу актеру удается решать в условиях достаточно полной информации о предстоящих событиях: ведь ему заранее известно все, что произойдет на протяжении четырех актов драмы.

Не надо стремиться вызвать несуществующие чувства, учил Станиславский, сыграть эмоциональный подтекст. «Пусть актер создаст действие плюс действенный текст, а о подтексте не заботится. Он придет сам собой, если актер поверит в правду своего физического действия».

В действительности, метод Станиславского не только не опровергает «информационной теории», но может  служить убедительным ее подтверждением. Он помогает понять диалектику человеческих потребностей и уяснить как сложную субординацию этих потребностей, так и вытекающую из нее сложную природу эмоциональных состояний.

«Метод физических действий» Станиславского представляет собой информацию, цель которой — уменьшить дефицит информации и, следовательно, отрицательные эмоции: неудовлетворенность, страдание, нравственную боль. Если потребность художника в искусстве невелика, то «метод» ликвидирует дефицит, и артист превращается в самодовольного ремесленника высокого класса. Если же потребность велика, то любой, самый совершенный метод (в частности, «метод физических действий») может лишь сократить дефицит информации. У настоящего артиста остается общая неудовлетворенность собою, но это чувство будет чередоваться с моментами наслаждения, каких не знает ни один ремесленник, поскольку в моменты, о которых идет речь, удовлетворяется одна из самых жгучих, глубоких и сильных потребностей истинного художника, незнакомая ремесленнику.10 

Мы можем сделать вывод о том, что теория Станиславского в совокупности дает артисту информацию, благодаря которой он конкретизирует и тем преобразует свою общую потребность в ряд отдельных потребностей. «Методом физических действий» Станиславский довел этот принцип до его логической завершенности. В той мере, в какой артист умеет пользоваться методом, он познает всю цепь сменяющих друг друга  потребностей изображаемого лица. Однако во время исполнения роли он удовлетворяет не только потребности персонажа, но и свою собственную потребность, которая побуждает его заниматься искусством. Если при этом возникает избыток информации, то за ним неизбежно следует творческое

наслаждение.

Мы рассмотрели информационную теорию эмоций П.В. Симонова. Несомненно, она имеет как сильные, так и слабые стороны, многие аспекты, в частности, сама формула, могут быть и будут подвергнуты критическому анализу в последующих главах реферата, хотя и сам автор не говорит об абсолютной справедливости и универсальности своей теории. Перейдём к следующему вопросу – рассмотрим позицию Б.И. Додонова.

2.3. Потребность в эмоциональном насыщении, как природная основа ценности эмоций.

Хорошо известно, что наши эмоции — “продукт” особых нервных аппаратов, находящихся в головном мозгу, главным образом в верхнестволовой

_________________________________

10 Симонов П.В. Что такое эмоция? с.59-65

его части и прилегающих областях архипалеокартекса. Говоря о потребности организма в функционировании его эмоциональных аппаратов, подчеркнем, что при этом имеется в виду регулярная работа систем, связанных не только с продуцированием положительных эмоций, но и с отрицательными эмоциями.

Отрицательная эмоция — это сигнал тревоги, крик организма о том,

что данная ситуация для него гибельна. Положительная эмоция — сигнал возвращенного благополучия. Ясно, что последнему сигналу нет нужды звучать долго, поэтому эмоциональная адаптация к хорошему наступает быстро. Сигнал же тревоги должен подаваться все время, пока опасность не устранена. Вследствие этого у здорового организма застойными могут оказаться только отрицательные эмоции. В естественных природных

условиях, на которые “работала” до сих пор эволюция, такое положение дела ничего страшного не представляло…»11 

На мой взгляд, автор прав в своих суждениях о разной длительности эмоций разных знаков. Действительно, угрозу своей безопасности, здоровью мы ощущаем гораздо дольше, чем нечто приятное. Например, эмоциональное напряжение вследствие «острых ощущений», «преследует» нас на протяжении времени, необходимого для ликвидации источника ощущений, самих ощущений, а затем эмоции, при этом, каждый раз «как первый». Положительные же эмоции быстро «уживаются» в человеке, несмотря на свою непродолжительность. Человек чётко сознаёт – это хорошо, это благоприятно для него. Недаром говорят «К хорошему быстро привыкаешь».

Продолжим рассмотрение концепции Б.И. Додонова.

«Переживание положительных и отрицательных эмоций можно считать врожденной физиологической функциональной потребностью организма.

Потребность человека в эмоциональном насыщении тоже удовлетворяется главным образом походя, в процессе борьбы за достижение самых разных

целей, которые индивид перед собой ставит и которые определяются самыми разными его нуждами — как биологическими, так и социальными. Потребность в эмоциональном насыщении во многом подобна потребности в движении. Невозможность удовлетворить потребность в эмоциональном насыщении вне деятельности, вне борьбы за достижение определенных целей не единственная особенность данной потребности, вытекающая из самой природы эмоций. Эмоции, с точки зрения ее способности удовлетворить те или иные нужды человека или помешать их удовлетворению, неизбежно делятся на два полярные класса: приятные и неприятные, переживаемые как “наслаждение” и как “страдание” (в том смысле, какой вкладывали в эти слова психологические гедонисты). Именно благодаря этой полярности эмоциональные оценки способны выполнять свою ориентировочную функцию. Объекты, вызывающие приятные (положительные) эмоции как бы притягивают субъекта к себе; объекты, вызывающие неприятные (отрицательные) эмоции — отталкивают его.» 12

_______________________________

11 Додонов Б.И.. Эмоция как ценность.  с. 79 

12 Додонов Б.И.. Эмоция как ценность.  с. 87

Нельзя не согласиться с Б.И. Додоновым в том, что объекты, вызывающие эмоции разной полярности, влияют на отношение к ним субъекта. Тем не менее, хотелось бы отметить, что, даже то, что вызывает отрицательные эмоции, нередко является, в той или иной мере, притягательным. Средства массовой информации сообщают нам свежие новости об авариях, ураганах, войнах… Всё это не вызывает положительных эмоций, тем не менее, под предлогом, звучащим как «хочу быть в курсе событий», большинство людей стремятся получить эту информацию.

«Физиологическая потребность в функционировании “аппаратов поощрения” совпадает с психологической «притягательностью их продукта». Следовательно, положительная эмоция часто оказывается, так сказать, дважды приятной — и как ободряющий сигнал и как эмоциональное действование, удовлетворяющее рассматриваемой функциональной потребности. Поэтому положительные эмоции всегда переживаются нами однозначно. Они просты по своей природе, и мы легко осознаем и принимаем наше влечение к ним. Совсем иное дело отрицательные эмоции, С одной стороны, отрицательная эмоция в силу своей сигнальной функции всегда отталкивает человека, с другой, при длительном бездействии нервных аппаратов человек начинает испытывать актуальную потребность в переживании этой эмоции, что придает ей парадоксальный положительный оттенок. При этом, поскольку порог эмоционального насыщения, очевидно, невысок (то есть для “насыщения” большой интенсивности эмоций не требуется), то соотношение приятного и неприятного оттенков переживания (порождаемых, с одной стороны, отрицательной сигнализационной функцией основной эмоции, а с другой, дополнительными эмоциональными сигналами об удовлетворении потребности в функционировании эмоциональных аппаратов), понятно, не должно оставаться неизменным. Слабая отрицатель

ная эмоция будет слабо сигнализировать угрозу организму и достаточно хорошо эмоционально насыщать его. Сильная же эмоция этого знака будет не только сильно сигнализировать угрозу, но и с точки зрения удовлетворения потребности в эмоциональном насыщении окажется уже чрезмерно интенсивной.

Психологизация физиологических (органических) потребностей связана с формированием у человека системы представлений в идей, образующих его духовный мир. “События” в этом духовном мире часто опережают события в мире материальном, заранее ориентируя будущее практическое поведение субъекта.

Возникновение дисгармонии внутри духовного мира личности или между этим миром и поступающей извне информацией создает напряжение, подобное тому, что и при физиологических потребностных состояниях. Поэтому представления, сформированные в процессе социально обусловленного удовлетворения физиологических потребностей, могут подключаться к механизму этих последних, психологизируя и социализируя их. Такая психологизация потребностей ведет к тому, что одни формы их удовлетворения начинают предпочитаться другим. Так, людям становится далеко не безразлично, чем и как удовлетворить свою потребность в основных питательных веществах. К. Маркс по этому поводу писал: “Голод есть голод, однако голод, который утоляется вареным мясом, поедаемым с помощью ножа и вилки, это иной голод, чем тот, при котором проглатывают сырое мясо с помощью рук, ногтей и зубов”.» 13

Скрытой внутри причиной психологизации потребности в эмоциональном насыщении является образование определённых представлений на уровне эмоций. В результате чего, человек в своем поведении начинает ориентироваться не только на реально испытываемую эмоцию, но и на предстоящее переживание. Обыкновенно, в качестве такого сигнала выступают положительные эмоции, в связи с этим значительно усложняются их функции: если раньше они лишь «признавали» успешность поведенческого акта, мотивированную отрицательной эмоцией; то теперь они сами становятся побуждающей силой. «Поведение человека отныне не только “подталкивается сзади” — отрицательными эмоциями, страданием, но и “подтягивается спереди” — предвкушением положительных переживаний, как это, например, бывает с каждым, кто “нагуляв” здоровый аппетит, идет обедать, отчасти влекомый также предстоящим удовольствием.» 14

«В роли переживаний, приобретающих до некоторой степени самостоятельную ценность для личности, могут, разумеется, оказаться и эмоции, возникающие на основе не биологических, а социальных потребностей индивида; определенное поведение человека может быть первоначально продиктовано ему только велением долга. Но, возможно, эмоции, пережитые в процессе такого поведения, окажутся настолько приятными, что в дальнейшем возникнет стремление повторить его уже в известной мере ради собственного удовольствия.

Во всех рассмотренных случаях у человека формируется особое, психологически обусловленное тяготение к определенным переживаниям. От исходной потребности в эмоциональном насыщении эта преобразованная потребность отличается следующим:

1. Человек теперь испытывает нужду не просто в любом случайном “наборе” эмоций, достаточном, чтобы заставить “звучать все струны” его эмоциональных аппаратов, а только в таком, который образует ту или иную полюбившуюся ему “эмоциональную мелодию”, обладающую известной структурой и единством составляющих ее элементов.

2. Каждая из таких “мелодий” записана в эмоциональной памяти человека и как бы заранее запрограммирована “для исполнения”; она возникает не случайно, но в результате преднамеренного воссоздания соответствующей эмоциогенной ситуации.

3. Эмоциональные образы этой “мелодии” тесно спаяны с определенными зрительными, слуховыми и прочими представлениями, а также нередко и с определенным идейным содержанием.

4. У личности закрепляются специальные способы или формы удовлетворения

________________________________

13 Додонов Б.И.. Эмоция как ценность.  с. 88- 94

14Додонов Б.И.. Эмоция как ценность.  с. 95

ее потребности в эмоциональном насыщении. Как будет показано далее, в

качестве таких специальных форм выступают интересы, мечты а некоторые воспоминания человека.

Основной путь психологизации и индивидуализации эмоционального насыщения представляется нам так. Первоначально характер эмоционального насыщения как бы целиком подчинен тем. целям, которые формирующаяся личность перед собой ставит, стремясь к удовлетворению самых разных своих потребностей. В зависимости от особенностей этих целей и условий их осуществления человек и переживает разные эмоции. Систематическая повторяемость таких целей и условий, вызванная конкретными обстоятельствами жизни и воспитания, приводит к повторяемости эмоциональных состояний. Некоторые из них сопровождают неудачу или предшествуют ей. Другие, напротив, так или иначе оказываются связанными с достижением цели. В результате в дальнейшем человек, ставя перед собой цели того же характера и “проектируя” в сознании пути их достижения, вместе с тем невольно “проектирует” одни эмоции и “отстраняется” от других. Ведь человек имеет возможность оперировать переживаниями так же, как и объектами внешнего мира. Наиболее яркий и типичный случай такого проектирования эмоций и оперирования ими мы имеем в мечтах. Мечтая, человек не только создает в своем воображении красочные картины достижения цели, но и вызывает у себя целую гамму соответствующих переживаний. Тем самым он наряду с образными “моделями потребного будущего” формирует в своем мозгу не менее важные эмоциональные его модели. Другими словами, у людей наряду с целевыми установками формируются также и установки на определенные комплексы эмоций. Такие опсихологизированные потребности в эмоциональном насыщении, будучи по происхождению производными от целей, которые личность перед собой ставила, теперь начинают оказывать обратное влияние на последующий выбор человеком новых целей. Если сравнить эмоции с музыкой, а нервные центры эмоций с клавишами рояля, то можно сказать, что эмоциональные “мелодии”, к которым тяготеют отдельные индивиды, могут быть очень непохожими одна на другую, но написаны они все с помощью одних и тех же эмоциональных “нот”. Поэтому при исполнении любой такой “мелодии” работать в общем будет все та же нервная “клавиатура”.

Следует отметить, что каждый человек тяготеет не к одному только, а ко многим эмоциональным комплексам, через которые, правда, обычно проходит как бы некоторый связующий их лейтмотив. Кроме того, как будет показано далее, каждое из своих эмоциональных тяготений человек не всегда удовлетворяет одинаковым способом. Все это делает характеристику индивидуальной потребности в эмоциональном насыщении чрезвычайно сложной.

Нам важно лишь подчеркнуть, что в норме потребность в эмоциональном насыщении, даже став потребностью личности, имеет тенденцию выступать “под сурдинку”, в качестве аккомпанемента другим потребностям. Тем не менее она играет достаточно важную роль среди внутренних факторов, побуждающих нашу целенаправленную активность. Любая деятельность, которую человек выполняет не только по необходимости, ценна для него и тем, что удовлетворяет его влечение к определенным переживаниям. Без этого нет интереса, нет склонности. Еще Рихард Вагнер отметил, что творчески работающего человека отличает от ремесленника то, что первый, “независимо от цели его деятельности, испытывает наслаждение уже в самом творчестве”. И это наслаждение (в него входят и муки творчества!) для каждого вида деятельности — свое. И хотя не оно, а чувство “должного” направляет наше поведение в реальном процессе нашей деятельности, однако сам ее выбор во многом диктуется закрепившимся у личности тяготением к определенным эмоциональным состояниям. Бывает, что два человека выбирают один и тот же вид деятельности и на первых порах как будто успешно с нею справляются. Но затем для одного из них работа становится все интереснее, а для другого — все скучнее. Почему это так? Очевидно, второму она не доставляет тех желанных эмоций, тяготение к которым у него сформировалось давно и прочно».15

Что мы имеем? Первоначально чисто функциональная потребность человека в эмоциональном насыщении, преобразуясь его в стремление к определенным переживаниям своих отношений к окружающей

действительности, становится одним из важнейших факторов, определяющих направленность его личности.

3.4 Проблема ценности эмоций

В своей концепции Б.И Додонов также рассматривает проблему ценности эмоций в обществе:

«Мораль каждого общества, в том числе и его отношение к наслаждению,

отражает существующие в этом обществе отношения между людьми, и прежде всего производственные отношения. При каждом данном общественном строе люди вырабатывают определенные моральные нормы в первую очередь в соответствии с тем положением, которое они занимают в системе материального производства. Так например, если классический гедонизм, признавая наслаждение благом, вел речь о праве на наслаждение всех людей, то этические гедонисты проповедуют наслаждение одного за счет другого, “сильных” за счет “слабых”. При этом к наслаждению порой причисляют совершенно патологические формы отношения к действительности, к “ближнему своему”.

Принцип наслаждения и мораль, которая из него выводится, эволюционируют вместе с эволюцией общественной жизни. Загнивание буржуазного общества ведет к деградации всех его этических концепций, в том числе и концепций гедонизма. Этический гедонизм в своих теоретических построениях всегда так или иначе опирался на определенные психологические представления о мотивации поведения человека. Французский философ и математик Блез Паскаль (1623—1662) в свое время высказался на этот счет в следующей категорической формуле: “Все люди стремятся к счастью — из

__________________________________

15 Додонов Б.И.. Эмоция как ценность.  с. 96- 103

этого правила нет исключений; способы у них разные, но цель одна... Человеческая воля направлена на достижение только этой цели. Счастье — побудительный мотив любых поступков любого человека, даже того, кто собирается повеситься” .»16

Несомненно, стремление к счастью для человечества вечно. Другое дело, что не только способы, но и счастье у каждого своё. Кто – то будет счастлив в одиночестве, а кто – то – в обществе, одни видят семью основным стремлением в жизни, и правомерно считают, что создав её будут счастливы. Другие же счастье видят в построении карьеры, а семья для них либо обязательна, «так принято», либо вовсе утрачивает любую значимость и человек всю жизнь посвящает исключительно работе. Снова следует признать, что моё мнение совпало с мнением автора.

Продолжим разговор о ценности эмоций.

«… если этический гедонизм не может не опираться на определенные психологические представления, то лица, специально занимающиеся проблемой мотивации поведения, совершенно не обязательно должны интересоваться вопросами этики. Они могут просто занять позицию бесстрастных исследователей истины, не задаваясь вопросом, хороша она

или плоха и какие моральные выводы из нее должны следовать.

В связи с этим в психологии и физиологии XX в. постепенно выделилось несколько специальных концепций поведения, которые в работах зарубежных авторов получили общее название психологического гедонизма.

Именно он и представляет для нас основной интерес.

“Психологические гедонисты” — это собирательная характеристика. Согласно закрепившейся в истории психологии “номенклатуре”, они нередко принадлежат к разным психологическим школам и направлениям, но всех их объединяет то, что они пытаются объяснить любые действия животных и человека эффектом страдания или наслаждения.

Психологические гедонисты придали понятию наслаждения более конкретный и узкий смысл: если этики порой спорили друг с другом о том, что считать истинным наслаждением, то для гедонистов-психологов (или

физиологов) наслаждение стало просто родовым понятием для всех положительных эмоций, в то время как страдание сделалось таким же обобщающим названием для эмоций отрицательных. Страданию и наслаждению было придано значение “кнута и пряника”, с помощью которых природа побуждает организм оберегать себя от гибели.

В этой цепи первым звеном является характерное для многих буржуазных ученых игнорирование качественной разницы между организацией поведения у животных и человека. Такая методологическая установка имеет самые широкие последствия и, в частности, приводит к фактическому стиранию гедонистами разницы между ценностями как истинными мотивами поведения и эмоциональными оценками как индикаторами этих ценностей.

При объяснении поведения животных такое смешение эмоциональных

_________________________________

16 Додонов Б.И.. Эмоция как ценность.  с. 60 

оценочных отношений с предметами оценок существенного значения не имеет.

Ведь, как указывали К. Маркс и Ф. Энгельс, “животное не “относится” ни к чему и вообще не “относится”; для животного его отношение к другим не существует как отношение” 17. Животное не различает предмет и свою эмоциональную оценку предмета и поэтому находится целиком во власти оценки. В сознании же человека эмоциональные оценки отделены от ценостей, и это освобождает его от неизбежности безропотного подчинения “кнуту” и “прянику” страданий и наслаждений.

Чрезмерное подчеркивание исключительной роли эмоций в обусловливании человеческой активности и умаление в этом обусловливании актов мышления (чем грешат не одни лишь психологические гедонисты) связано с осознанным или неосознанным отождествлением мотивации деятельности с ее энергетическим обеспечением, что особенно явно сказалось во фрейдовской концепции психической энергии влечений. Конечно, в регуляции тонуса организма эмоции действительно играют особую роль. Но одно дело повышать или понижать скорость обменных процессов организма, другое — определять цель и программу действий личности. В формировании же последних эмоции и мышление взаимодействуют самым тесным образом, причем, как правило, окончательное “добро” на развертывание той или иной деятельности дает именно мышление. Поэтому даже в тех ситуациях, когда поведение человека направлено в конечном счете на устранение неприятных эмоциональных состояний, его действия все равно невозможно объяснить с точки зрения примитивных концепций психологического гедонизма и т. п. В этих концепциях воздействие страдания, влечения часто механистически мыслится по аналогии с силой пара или напора воды, толкающих “поршень поведения” в определенном направлении (существует, кстати, даже так называемая “гидравлическая модель влечения”). Но ведь реально для того, чтобы избавиться от страдания, личность часто идет на его значительное временное усиление. Достаточно вспомнить о человеке с зубной болью, направляющейся для лечения в зубоврачебный кабинет. В целом можно констатировать, что личность организует свою деятельность, не только исходя из эмоциональных оценок, но и с учетом всего своего прошлого опыта, знаний, убеждений, всей осознаваемой в данный момент системы своих программ-потребностей.

Именно последние (сами в большой мере являющиеся усвоенными программами общества) в конечном счете определяют борьбу человека за определенные ценности, в ходе которой рождаются его эмоции как одно из средств успешной ориентировки в этой борьбе.

Всего этого не учитывает психологический гедонизм, объявивший эмоцию единственным двигателем человеческого поведения, фактически подставивший ее на место объективных ценностей, которые она “пеленгует”.

Но поступить таким образом значит не только не решить проблему ценности эмоций, в какой-то мере уже открытую немудрствующей житейской наблюдательностью, но, наоборот, скорее “закрыть” ее, слепив разные

_________________________________

17 Додонов Б.И.. Эмоция как ценность. с. 61- 69

психологические факты в один ком.

Следует обратить внимание на тот факт, что психологический гедонизм отнюдь не преодоленная у нас теория. Преодоление гедонизма в объяснении поведения человека не состоит в том, чтобы идти по дороге, проложенной гедонистами, но в обратном, чем они, направлении, — то есть переквалифицировать эмоции из “только ценностей” в “только оценки”. Требуется не безоговорочное отрицание мотивационной роли наслаждения, но раскрытие действительной сферы его влияния и его внутренней сущности. Гедонизм состоит не в том, что теоретически признается тяготение людей к определенным приятным для них переживаниям, а в том, что этому тяготению придается «всеобщее значение».17

Таким образом, мы вновь возвращаемся к факту парадоксальности эмоций как ценностей. Но возвращаемся теперь в уверенности, что имеем дело не с отдельными “казусами”, а с действием какого-то еще не раскрытого психологического закона. Загадка влечения к переживаниям вновь встает перед нами со всей остротой и притягательностью.

3.5 Критический анализ теории П.В.Симонова Б.И. Додоновым

Изучив теорию П.В.Симонова и концепцию Б.И. Додонова несложно заметить, что с одной стороны, они в какой – то мере дополняют друг друга, освещают эмоции с разных сторон, но нельзя не признать, что во многом их взгляды противоречивы. Теория Симонова выдвинутая им как довольно смелый тезис, неизбежно привлекла к себе внимание. Думается, основной причиной послужила сама «формула эмоций» ввиду её новизны.

Начало серьезному критическому рассмотрению теории П. В. Симонова положил Б. И. Додонов. Он совершенно справедливо отмечает, что «формуле эмоций» автор дает ряд несовпадающих толкований и, прежде всего, потому, что он по своему усмотрению обращается с такими понятиями, как «информация», «прогноз», «вероятность», заимствованными из кибернетики, что привело к искажению понимания их сути и связанных с ними закономерностей. Все эти, на первый взгляд незначительные неточности приводят людей, к непониманию того, что хочет сказать П. В. Симонов. Именно неоднозначность трактовки  Симоновым «формулы эмоций» и  самой теории позволяет ему, как  справедливо отмечает Додонов, легко  парировать всякую критику в свой адрес. Также, Додонов находит  логические несовпадения в ряде приводимых Симоновым примеров. Он справедливо считает, что эмоции необходимы для существования человека и животных, для их ориентировки в мире, для организации их поведения. «И поэтому про эмоции-оценки можно сказать, что они имеют для нас большую ценность, но ценность эта служебная. Это ценность средства, а не цели»18. Однако эмоции, по Додонову, обладают и самостоятельной ценностью. «Этот факт, — пишет он, — достаточно хорошо осознан и вычленен житейской психологической интуицией, четко разграничившей случаи, когда человек что-либо делает с удовольствием и когда он чем-то занимается ради удовольствия».19 Ученый

________________________________

18 Додонов Б.И.. Эмоция как ценность. с. 46

19 Додонов Б.И.. Эмоция как ценность. с. 47-48

отмечает, что с теоретическим осмыслением этому факту явно не повезло. С самого начала на него легла тень некоторых ошибочных философских и психологических концепций, критика со стороны которых «выплеснула вместе с грязной водой и самого ребенка». До сих пор «весьма распространено мнение, будто любое признание эмоции в качестве ценности или мотива деятельности должно быть априорно отброшено как давно разоблаченная философская ошибка».19 При этом Додонов ссылается на многие художественные произведения, в которых писатели и поэты отразили мотивационное значение эмоций, представив эмоцию как мотив поведения. Потребность в эмоциональном насыщении. Понимание эмоции как ценности приводит Б. И. Додонова к представлению о том, что у человека имеется потребность в «эмоциональном насыщении», т. е. в эмоциональных переживаниях.

Для обоснования этой потребности Додонов ссылается на известные последствия отрыва ребенка от матери.

Одно из доказательств основывается на том, что отсутствие интимного контакта младенца с матерью приводит к плохому его развитию, к частым болезням, ущербной эмоциональности, «холодности», низкой способности к сопереживанию и сочувствию. С этим доводом можно согласиться, хотя этот пример скорее свидетельствует о том, что для развития эмоциональной сферы ребенка нужна тренировка этой сферы, которая и обеспечивается контактом с матерью и связанными с ним чувствами, переживаниями.

По Симонову, самостоятельная ценность эмоций, их способность мотивировать поведение в любом случае оказываются иллюзией. Стремление к переживанию положительных эмоций не в состоянии объяснить, почему данный человек стремится именно к такому, а не иному источнику удовольствия. С последним утверждением можно согласиться. Однако нельзя при этом не отметить ограниченность понимания Симоновым мотива. Дело в том, что эмоция-потребность, во-первых, еще не весь мотив, и во-вторых, как всякая потребность, она может удовлетворяться разными способами и средствами. Поэтому нельзя требовать от потребности ответа на все вопросы: почему, для чего и как. Но это не устраняет у потребности в эмоциональном переживании функции побуждения. Просто надо понимать, что это побуждение не к деятельности, а лишь к развертыванию мотивационного процесса, формированию мотива. Кроме того, П. В. Симонов не учитывает, что он говорит о «сдвиге мотива на цель», когда деятельность начинает выполняться просто потому, что доставляет человеку удовольствие. Действительно, человек делает многие вещи ради получения удовольствия, наслаждения: слушает музыку, читает нравящуюся ему и не раз уже читанную им книгу, катается на американских горках, чтобы испытать «острые ощущения» и т. д. Поэтому эмоция выступает в виде цели (человек делает что-то ради получения желаемого переживания). Осознаваемая же цель является для человека ценностью или, по Б. И. Додонову, мотивом поведения. Можно сказать, что глубина и интенсивность эмоционального переживания при прослушивании музыки на стереофоническом проигрывателе будет больше, чем на монофоническом, а присутствие на концерте доставит большее эмоциональное наслаждение, чем прослушивание того же музыкального произведения дома. Точно так же большее эмоциональное впечатление окажет посещение картинной галереи, чем просматривание дома альбомов, слайдов и открыток.

3.Смысл эмоций в деятельности.

3.1 Целесообразность эмоций.

«Обсуждая вопрос о значении эмоций для существования животных и человека, П. В. Симонов пишет: «Трудно допустить, чтобы их (эмоций. — Е. И.) наличие было биологически бессмысленным, хотя определить значение эмоций в приспособительном поведении живых существ гораздо труднее, чем может показаться на первый взгляд. Внесению ясности в этот действительно трудный и спорный вопрос немало мешает существующая терминологическая неразбериха. Многие авторы склонны отождествлять эмоции с разнообразными потребностями живых организмов. Менее всего повезло термину "мотивация" (влечение, побуждение, желание).

Этот термин совершенно произвольно употребляется то как синоним потребности, то как слово, почти совпадающее с понятием "эмоция". Особенно запутана эта проблема в физиологии, хотя, казалось бы, именно физиологи должны строго и последовательно классифицировать изучаемые явления. С точки зрения некоторых физиологов, "эмоция", "инстинкт", "безусловный (врожденный) рефлекс" – практически совпадающие понятия. Все ясно и просто: пищевой рефлекс — пищевая эмоция, голод. Оборонительный рефлекс — оборонительная эмоция, агрессия, страх, ярость.

Половой рефлекс — половое влечение...

К сожалению, вся эта схема далека от действительности и крайне непродуктивна в теоретическом отношении». С этим нельзя не согласиться.»26

«Эмоциональное напряжение сказывается на целом ряде характеристик речи, к числу которых относятся: 1) средняя длина отрезка речи, произносимой без пауз; 2) темп артикулирования и его колебания; 3) задержки речи, проявление нерешительности… 6) словарное разнообразие; 7) количество жестов; 8) незавершенные фразы; 9) ошибки, оговорки и т.д.». Не менее характерны для эмоций изменения голоса, интонационных параметров речи.»20

Таким образом, можно сделать вывод о том, что эмоции отражают внутренний «настрой» человека, выступают своего рода сигналом того, что происходят какие – то изменения непосредственно в эмоциональной сфере.

«К. Изард полагает, что человеческие эмоции возникли для закрепления взаимной привязанности матери и ребенка. «По мере эволюции наших предков период взросления и обучения молодых особей становился все более длительным — им требовался все больший и больший срок, чтобы научиться добывать пищу, заботиться о себе. Для того чтобы ребенок выжил, между ним и человеком, заботившимся о нем (обычно это мать), должна была возникнуть тесная взаимная привязанность. Мы не знаем, каким образом она возникла и как трансформировалась в ходе эволюции, но,

основываясь на данных современных исследований, можно с уверенностью утверждать, что цементирующим фактором взаимной привязанности матери

__________________________________________________________________

20 Симонов П.В. Эмоциональный мозг. с.87-88

и ребенка являются эмоции». Читая это, хочется повторить слова П. В. Симонова: к сожалению, вся эта схема тоже далека от действительности. Почему все эмоции сведены только к привязанности и только между людьми? Разве нет привязанности у животных к человеку и разве эта привязанность нужна животным, чтобы научиться выживать?

Говоря о том, для чего человеку и животным нужны эмоции, следует, с моей точки зрения, различать их функции и роль. Функция эмоций - эхо узкое природное предназначение, работа, выполняемая эмоциями в организме, а их

роль (обобщенное значение) — это характер и степень участия эмоций в чем - либо, определяемая их функциями, или же их влияние на что-то помимо их природного предназначения (т. е. вторичный продукт их функционирования). Роль эмоций для животных и человека может быть положительной и отрицательной. Функция эмоций, исходя из их целесообразности, предопределена природой быть только положительной,

иначе, зачем бы они появились и закрепились? Выполняя свои биологические функции, эмоции «не спрашивают» человека, полезно ему это или вредно с его точки зрения.»21

4.2. Влияние эмоций на деятельность.

«Участие эмоций в управлении поведением и деятельностью человека обсуждалось еще мыслителями Древней Греции. Например, Аристотель, рассматривая причины познания, пришел к выводу, что ее побудителем является чувство удивления: «Ибо и теперь и прежде удивление побуждает людей философствовать, причем вначале они удивляются тому, что непосредственно вызывало недоумение, а затем, мало-помалу продвигаясь таким образом далее, они задавались вопросом о более значительном,

например, о смене положения Луны, Солнца и звезд, а также о происхождении вселенной».22

Действительно, очень часто именно эмоции побуждают нас к действию. Именно вдохновение, изменившийся «настрой» или отражение «доселе неведомого» нам, вызвавшее как раз – таки удивление, влекут нас к деятельности, будь то размышление, философствование (как высшая форма мышления, на мой взгляд) или совершение целенаправленных действий.

«Роль эмоции удивления в управлении познавательной деятельностью рассмотрена и Р. Декартом. Вообще он рассматривал значение эмоций в более широком аспекте. Так, он отмечал роль «страсти» в запоминании: «Сколько бы раз неизвестный нам предмет не появлялся в поле нашего зрения, мы совершенно не храним его в нашей памяти, если только представление о нем не укрепилось в нашем мозгу какой-нибудь страстью». Декарт, а затем и Спиноза создали учение об аффектах как

побудителях активности человека. «...Главное действие всех людских страстей заключается в том, что они побуждают и настраивают душу человека желать

___________________________________

21Ильин Е. П. Эмоции и чувства. с. 100

22Ильин Е. П. Эмоции и чувства. с. 102

того, к чему эти страсти подготавливают его тело», —писал Декарт.

Как справедливо отмечает К. Изард, эмоциональная система редко функционирует независимо от других систем. Некоторые эмоции или комплексы эмоций практически всегда проявляются во взаимодействии с перцептивной, когнитивной и  двигательной системами. И эффективное функционирование личности зависит от того, насколько сбалансирована и интегрирована деятельность различных систем. Очевидно, что эмоциональные реакции являются спутником и советчиком как мотивационного процесса, так и всего процесса произвольного управления. Однако для того чтобы понять, какое место занимают эмоциональные явления в управлении поведением и деятельностью человека, нужно, во-первых, учитывать, какой своей стороной (субъективной, физиологической или экспрессивной) они участвуют в этом управлении и, во-вторых, на какой стадии управления (на стадии мотивации, инициации,

мобилизации, оценке результата) происходит их вмешательство. Этим определяется и различная роль эмоционального реагирования в управлении: отражательно-оценочная (сигнальная), побудительная и энергетическая.»23

______________________________

23Ильин Е. П. Эмоции и чувства. с. 102-107

4. Критический анализ теории П.В. Симонова.

41. Сильные и слабые стороны эмоций с токи зрения Е.П. Ильина.

Итак, мы рассмотрели определения эмоций, данные тремя авторами – П.В. Симоновым, Б.И. Додоновым, Е.П. Ильиным. Нельзя не признать вклад уже подвергавшегося критике в данной работе П.В Симонова. Его теория – это новый взгляд. Несомненно, именно из – за своей новизны, своей смелости она была окружена вниманием, стала предметом споров.

В предыдущих главах был рассмотрен взгляд Б.И. Додонова на теорию Симонова. Теперь же, стоит обратить внимание на точку зрения Е.П. Ильина на «теорию эмоций».

«Оригинальную гипотезу о причинах появления эмоций выдвинул П. В. Симонов (1966, 1970, 1986). Он считает, что эмоции появляются вследствие недостатка или избытка сведений, необходимых для удовлетворения потребности. Степень эмоционального напряжения определяется, по П. В. Симонову, силой потребности и величиной дефицита прагматической информации, необходимой для достижения цели. Это представлено им в виде «формулы эмоций»:

необходимая для удовлетворения потребности; Ис - информация, которой субъект располагает в момент возникновения потребности.

Из этой формулы следует, что эмоция возникает только при наличии потребности. Нет потребности, нет и эмоции, так как произведение Э = 0 (Ин - Ис) тоже становится равным нулю. Не будет эмоции и в том случае, если потребность есть, а (Ин - Ис) = 0, т. е. если человек обладает необходимой для удовлетворения потребности информацией (Ис - Ин). Важность разности (Ин - Ис) Симонов обосновывает тем, что на ее основании строится вероятностный прогноз удовлетворения потребности. Эта формула дала Симонову основание говорить о том, что «благодаря эмоциям обеспечивается парадоксальная на первый взгляд оценка меры незнания».

В нормальной ситуации человек ориентирует свое поведение на сигналы высоковероятных событий (т. е. на то, что в прошлом чаще встречалось). Благодаря этому его поведение в большинстве случаев бывает адекватным и ведет к достижению цели. В условиях полной определенности цель может быть достигнута и без помощи эмоций.

Однако в неясных ситуациях, когда человек не располагает точными сведениями для того, чтобы организовать свое поведение по удовлетворению потребности, нужна другая тактика реагирования на сигналы. Отрицательные эмоции, как пишет Симонов, и возникают при недостатке сведений, необходимых для достижения цели, что в жизни бывает чаще всего. Например, эмоция страха и тревога развиваются при недостатке сведений, необходимых для защиты, т. е. при низкой вероятности избегания нежелательного воздействия, а фрустрация - при низкой вероятности достижения желаемой цели.

Эмоции способствуют поиску новой информации за счет повышения чувствительности анализаторов (органов чувств), а это, в свою очередь, приводит к реагированию на расширенный диапазон внешних сигналов и улучшает извлечение информации из памяти. Вследствие этого при решении задачи могут быть использованы маловероятные или случайные ассоциации, которые в спокойном состоянии не рассматривались бы. Тем самым повышаются шансы достижения цели. Хотя реагирование на расширенный круг сигналов, полезность которых еще неизвестна, избыточно и незакономерно, оно предотвращает пропуск действительно важного сигнала, игнорирование которого может стоить жизни.

Все эти рассуждения П. В. Симонова вряд ли могут вызвать серьезные возражения. Дело, однако, в том, что он пытается все случаи возникновения эмоций «вогнать в прокрустово ложе» своей формулы и признает свою теорию единственно верной и всеобъемлющей.

Достоинством своей теории и основанной на ней «формулы эмоций» Симонов (1970) считает то, что она «категорически противоречит взгляду на положительные эмоции, как на удовлетворенную потребность», потому что в равенстве Э = - П (Ин - Ис) эмоция окажется равной нулю при исчезновении потребности. С его точки зрения положительная эмоция возникнет только в том случае, если поступившая информация превысит имевшийся ранее прогноз относительно вероятности достижения цели - удовлетворения потребности, т. е. когда Ис будет больше Ин. Тогда, например, спортсмен, при истинности этого постулата, в случае успеха, т. е. удовлетворения потребности стать победителем соревнований или побить рекорд не должен испытывать никаких эмоций, если этот успех им ожидался. Радоваться он должен только неожиданному успеху, т. е. когда прогноз был хуже, чем получилось. В противном случае у человека не будет ни радости, ни торжества, если он окажется у цели, достижение которой заведомо не вызывало сомнений. И действительно, чего, например, радоваться спортсмену - мастеру, победившему новичка?

Таким образом, П. В. Симонов пытается опровергнуть теорию «редукции драйва» западных психологов (Hull, 1951 и др.), согласно которой живые системы стремятся к уменьшению потребности, а устранение или уменьшение потребности приводит к появлению положительной эмоциональной реакции. Выступает он и против взглядов П. К. Анохина, который, по существу, придерживается теории «редукции» при изложении своей «биологической» теории эмоций. По Анохину (1976), «положительное эмоциональное состояние типа удовлетворения какой-либо потребности возникает лишь в том случае, если обратная информация от результатов происшедшего действия... точно совпадает с аппаратом акцептора действия». Наоборот, «несовпадение обратных афферентных посылок от неполноценных результатов акта с акцептором действия ведет к возникновению отрицательной эмоции» (с. 14). С точки же

зрения Симонова, удовлетворение витальных потребностей, устраняя отрицательные эмоции, лишь способствует появлению положительных эмоций, но не вызывает их. Если под влиянием отрицательной эмоции человек или животное будут стремиться к скорейшему удовлетворению обусловившей данную эмоцию потребности, то с положительной эмоцией все обстоит гораздо сложнее. Поскольку ликвидация потребности неизбежно ведет к исчезновению положительной эмоции, «гедонический принцип» («закон максимизации») побуждает человека и животное препятствовать отсутствию потребности, искать условия ее поддержания и возобновления. «Положение парадоксальное с точки зрения теории редукции влечения», - пишет Симонов (1970, с. 62). Отмечая различия между положительными и отрицательными эмоциями, Симонов указывает, что поведение живых существ направлено к минимизации воздействий, способных вызвать отрицательные эмоции, и к максимизации положительных эмоциональных состояний. Но минимизация имеет предел в виде нуля, покоя, гомеостаза, а для максимизации, считает он, такого предела нет, потому что теоретически он представляет собой бесконечность. Это обстоятельство, полагает Симонов, сразу же исключает положительные эмоции из сферы приложения теории «редукции драйва».

Обзорный анализ критики Ильина даёт возможность убедиться в том, что сам Симонов хоть и защищает свою теорию: «Имеется ряд предположений относительно той или иной модификации «формулы эмоций»… Пытаясь объединить информационную теорию эмоций с теорией функциональной системы П.К. Анохина, Г.И. Косицкий модифицировал формулу… Вводить все эти (и многие другие) факторы в структурную формулу эмоций по нашему мнению, излишне… Вводить её в формулу непродуктивно»35, но допускает некоторые её изменения, «идёт на жертвы», соглашаясь в какой – то мере с критиками. Теория Вызвала немалый интерес, заслужила множество наград, была подтверждена экспериментально, как пишет сам Симонов в своих книгах. Тем не менее, вопрос о внесении в неё изменений всё же не утрачивает актуальности, ибо сам автор всё же сознаётся в том, что теория не универсальна.

4.2. Критика формулы эмоций.

«Слабости этой позиции относительно возникновения эмоций, особенно положительных, видны невооруженным глазом. «Формула эмоций» не только не обладает указанным Симоновым достоинством, но и противоречит здравому смыслу и реально наблюдаемым фактам.

Прежде всего, остановлюсь на положении, что нет потребности, - нет и эмоции. С этим трудно спорить, если иметь в виду изначальное отсутствие потребности. Однако отсутствие потребности и исчезновение потребности при ее удовлетворении, т. е. достижении цели - психологически разные ситуации. Особенно это касается социальных потребностей. Одно дело - первоначальное отсутствие потребности, а отсюда - и отсутствие процесса мотивации, наличия цели. Нет их, нет повода и для возникновения эмоции. Другое дело, когда в результате имевшейся потребности и развернувшегося мотивационного процесса достигается обусловленная ими цель. В данном случае удовольствие возникает вследствие устранения потребности, а не ее отсутствия.

________________________________________________

24Симонов П.В. Эмоциональный мозг. с.56-57

Вопреки утверждениям Симонова люди испытывают радость и при ожидаемом успехе, т. е. при удовлетворении своих потребностей (желаний). Симонов сам отмечает, что «неудовлетворенная потребность необходима для положительных эмоций не менее, чем для отрицательных». А это значит, что главное в возникновении эмоций - не недостаток или избыток информации, которым обладает человек, и даже не наличие потребности, а значимость ее удовлетворения для субъекта. Так, в ряде случаев наличие социальной потребности (необходимости что-то делать) и отсутствие для этого возможностей не только не вызовет отрицательную эмоцию, но приведет к положительной эмоции. Достаточно вспомнить, как радуются школьники, когда из-за болезни учителя срывается урок. И совершенно по-другому отнеслись бы школьники к срыву урока в том случае, если бы речь шла о консультации к предстоящему экзамену.

Ряд неясностей возникает и по поводу «избыточной информации». Зачем она нужна, если для удовлетворения потребности достаточна Ис, равная Ин? Почему шахматист должен радоваться только в том случае, если у него есть несколько вариантов постановки мата; разве он не может радоваться только одному пути достижения цели, найденному им?

А что такое «избыточная информация»? Та, которая не нужна уже для достижения цели или построения прогноза? А если она нужна для прогноза, то почему она «избыточная»? И не может ли случиться так, что эта «избыточность» (например, наличие многих равноценных вариантов достижения цели) только помешает шахматисту достичь успеха, так как он начнет выбирать из них лучший и попадет в цейтнот? В результате вместо положительной эмоции информационная избыточность вызовет отрицательную эмоцию. Об этом пишет и Симонов: «Эмоции целесообразны только в ситуации информационного дефицита. После его ликвидации эмоции могут стать скорее помехой для организации действий, чем фактором, благоприятствующим их эффективности» (1970, с. 86). Поэтому в определенных условиях достоинства эмоций диалектически превращаются в их недостатки. Из этого высказывания Симонова должно следовать, что при избыточной информации возникающие положительные эмоции безусловно вредны для организации поведения человека. В чем же тогда их роль? Понять все эти противоречивые высказывания трудно.

Кроме того, во многих случаях положительный эмоциональный фон на предстоящую деятельность (азарт) возникает как раз в связи с неопределенностью прогноза вследствие недостатка или вообще отсутствия информации. С другой стороны, опытному шахматисту, обладающему «сверхинформацией», скучно играть с новичком. Как пишет Симонов, «стремление к сохранению положительных эмоций диктует активный поиск неопределенности, потому что полнота информации "убивает наслаждение"».

И разве не противоречит он себе, когда пишет: «Нужно до конца уяснить себе, что эмоции есть лишь вторичный продукт скрывающихся за ними потребностей, лишь индикаторы степени их удовлетворения». Подчеркну, что речь не идет о том, что эмоции являются индикаторами вероятности удовлетворения потребности, на чем настаивает автор; речь идет о степени ее удовлетворения.

В понимании формулы как структурной модели, показывающей внутреннюю организацию эмоций, Симонов опять не точен. Так, он считает, что основными составляющими (!) эмоциональных реакций являются «сила потребности и прогностическая оценка эффективности действий, направленных на ее удовлетворение». Что последнее утверждение Симонова не случайно, подтверждается и его фразой «трансформация потребности в эмоциональное возбуждение»; подчеркну, что речь идет не о появлении эмоционального отклика (возбуждения) при возникновении потребности, а о трансформации (преобразовании, превращении) последней в эмоцию. В другой своей работе он снова повторяет, что «...формула наглядно воспроизводит сложную внутреннюю структуру эмоций, взаимозависимости эмоций, потребности и вероятности ее удовлетворения...». Хотя в этой же работе у него можно найти и точное высказывание относительно соотношения эмоции, потребности и вероятностного прогноза: «В отличие от концепций, оперирующих категориями "отношение", "значимость", "смысл" и т. п., информационная теория эмоций точно и однозначно определяет ту объективно существующую реальность, тот «эталон», который получает субъективное отражение в эмоциях человека и высших животных: потребность и вероятность (возможность) ее удовлетворения». 25

4.3. Вывод (Ильин о теории эмоций)

«На самом же деле соотношения между эмоцией, с одной стороны, и потребностью и информацией - с другой, не структурные, а функциональные, и поэтому более правильная формула та, которую сам Симонов представил в общем виде:

Э=(П, И...). где ЛИ = Ин - Ис.

Эта формула обозначает только зависимость величины эмоций как от величины потребности, так и от дефицита или избытка информации, и ничего больше. Об этом он сам пишет совершенно четко: «эмоция есть отражение мозгом человека и животных какой-либо актуальной потребности (ее качества и величины) и вероятности (возможности) ее удовлетворения, которую мозг оценивает на основе генетического и ранее приобретенного индивидуального опыта». Подчеркну, что в данном случае он говорит лишь об отражении мозгом потребности и вероятности, а не о том, что та и другая являются структурными компонентами эмоции.

Из последней формулы уже не обязательно следует, что если (Ин - Ис) равно нулю, то эмоции нет. Она может либо иметь место, либо нет. Кроме того, из определения эмоции, данного Симоновым, следует, что обозначаемая им зависимость эмоции от потребности и информации имеет только одностороннее направление - от причины (потребность и информация) к следствию (эмоция), но вовсе не следует, что между эмоциями, потребностями

______________________________________________________

25Ильин Е. П. Эмоции и чувства. с. 81- 84

и вероятностью удовлетворения последних существуют взаимозависимости, т. е. что П =/(Э) или/(Ин - Ис) или что (Ин - Ис) =/(Э, П). Это тот случай, когда причина и следствие не могут меняться местами. Хотя, вопреки логике, и последние два варианта рассматриваются автором. Он полагает, что, согласно формуле, эмоционально возбужденный субъект склонен преувеличивать дефицит информации, т. е. ухудшать прогноз, и что возрастание дефицита информации во многих случаях (однако не во всех!) угнетает потребность, ослабляет ее. Это следует из равенства П - Э : (Ин - Ис): чем больше дефицит, тем при постоянной величине эмоции будет меньше частное от деления Э : (Ин - Ис) и соответственно меньше П. Но ведь при увеличении дефицита информации должна возрастать, как утверждает Симонов, и отрицательная эмоция, тогда частное от деления должно оставаться постоянным. Как видим, и в этом случае «формула эмоций» вступает в противоречие с логикой, развиваемой ее автором.

Учитывая однонаправленность функциональной зависимости эмоций от потребности и прогноза, из формулы не следует и противоположное его утверждение, что эмоции усиливают потребность. Какое же утверждение справедливо? Если оба, то при каких условиях и почему это не отражено в формуле, не пояснено в тексте?

Мне представляется, что эмоция возникает не для усиления потребности, а для усиления активности мотивационного процесса и побуждения, направленного на удовлетворение потребности. Б. И. Додонов правильно подметил, что в «формуле эмоций», исходя из рассуждений Симонова, следовало бы П заменить на М (мотив).

Из формулы должно также следовать, что потребность влияет на прогнозирование (оценку) вероятности достижения цели. Спрашивается - почему? И разве не сам автор утверждает, что прогноз зависит от разности (Ин - Ис), т. е. от информации, а не потребности? Вызывает сомнение и утверждение автора, что «для огромного множества эмоций характерно прогнозирование вероятности достижения цели (удовлетворения потребности) на неосознаваемом уровне». 26

Да, формула противоречива. Да, она может быть изменена. Но изменения повлияют на исходный её смысл, вложенный в неё П.В. Симоновым. Я уже отмечала те аспекты, с которыми связана критика эмоций. На мой взгляд, можно раскритиковать любую теорию, любую точку зрения, поскольку излишним будет отрицать, что у каждого из нас присутствует своя. Поэтому, мне кажется излишним вносить изменения в слагаемые формулы и её «внешний вид». На мой взгляд, изменять можно лишь понимание составляющих, смысл, вкладываемый автором в слагаемые формулы. Иначе, мы получаем совершенно иную формулу, справедливую в её контексте. Симонов не отрицает дальнейшей модификации формулы, но её смысл остаётся

________________________________________________

26Ильин Е. П. Эмоции и чувства. с. 84- 85

неизменным.

«Мы глубоко убеждены в том, что дальнейшее совершенствование экспериментальной техники и методов обработки фактических данных позволит модифицировать формулу эмоций таким образом, что она будет отражать не только качественно – функциональные, но и количественные зависимости…»27

___________________________________________________________________

27 Симонов П.В. Эмоциональный мозг. с.65

5. Заключение

Подводя итог сказанному, можно сказать, что задача, поставленная мною во введении, выполнена. Нельзя не согласиться с тем, что, несмотря на большой объём информации, не удалось «загнать» ощущения, эмоции в какие – то чёткие критерии. Но, тем не менее, этих сведений достаточно для освещения интересующего вопроса.

В реферате эмоции были рассмотрены с разных точек зрения, определения даны как из словарей, так сказать, в традиционном понимании, так и из книг учёных, непосредственно занимающихся проблемой эмоций.

Эмоции  были изучены (в некоторой мере), начиная с самых истоков, с их места среди чувств. Рассмотрение функций эмоций позволяет определить их с точки зрения как формы выражения, так и, в большей степени, как формы отражения, которая вызвала у меня основной интерес.

Делая вывод, подчеркну мысль П.В. Симонова о том, что эмоции имеют «двоякую», «дуальную» природу – отражают внешний мир и помогают выразить внутренний. Нельзя судить их однозначно, утверждать о правильности, «вгонять в рамки». В теории, казалось бы, всё довольно просто, в то время, как на практике наши эмоции, как восприятия, отражения, так и выражения, прежде всего, это то, что мы не можем в полной мере передать словами, мы можем описать их, но заставить субъекта испытать то, что испытываешь сам попросту невозможно.

Обобщая, хотелось бы сказать, что моим ответом на проблему, поставленную во введении, будет фраза: «Эмоции формируют наше восприятие мира, они являются началом деятельности, толчком к совершению определённых действий, они являются основой наших чувств, формируя эти «устойчивые отношения к объектам и субъектам». Возможно, именно это побуждение к действию, формирование мотивации, или же просто  «удивление» и дают право эмоциям быть формой познания, формой стремления к познанию, формой, с помощью которой познание осуществляется».   

Список литературы

1.Симонов П.В. Что такое эмоция? — М.: Наука, 1967. — 92 с.

2.Симонов П.В. Эмоциональный мозг — М.: Наука, 1981. — 214 с.

3.Ильин Е. П. Эмоции и чувства. — СПб: Питер, 2001. — 752 с: ил. с.

4.Додонов Б.И.. Эмоция как ценность — М., Политиздат, 1978. 272 с.


 

А также другие работы, которые могут Вас заинтересовать

83776. Правовой статус налогоплательщиков, налоговых агентов и налоговых представителей 57.26 KB
  Возникновение обстоятельств влекущих уплату суммы налога или сбора служит юридическим фактом на основании которого субъект налогового права приобретает статус участника налоговых правоотношений. 11 НК РФ указывает что физические лица осуществляющие предпринимательскую деятельность без образования юридического лица но не зарегистрировавшиеся в качестве индивидуальных предпринимателей в нарушение требований гражданского законодательства при исполнении налоговых обязанностей не вправе ссылаться на то что они не являются индивидуальными...
83777. Банки как субъекты налогового права. Иные участники налоговых отношений 49.16 KB
  Иные участники налоговых отношений. 9 НК РФ к участникам налоговых отношений регулируемых законодательством о налогах и сборах фактически они таковыми являются и обладают специальным налоговоправовым статусом. Банки являются субъектами налоговых правоотношений обеспечивающими налоговые изъятия и наделенными в связи с этим соответствующими правами и обязанностями. Участие банков в налоговых отношениях носит более сложный по сравнению с иными участниками налоговых отношений регулируемых законодательством о налогах и сборах характер.
83778. Правовой статус налоговых органов. Их права и обязанности. Обязанности должностных лиц налоговых органов 43.23 KB
  Обязанности должностных лиц налоговых органов. Правовой статус налоговых органов РФ объем и характер прав и обязанностей системы налоговых органов России строго определенных законодательством. Правовое положение налоговых органов обусловлено их местом в системе органов государственного управления страны наделением их над ведомственными полномочиями по отношению к организационно неподчиненным объектам управления по контролю за соблюдением налогового законодательства правильностью их исчисления полнотой и своевременностью внесения в...
83779. Правовой статус таможенных органов, финансовых органов, органов внутренних дел, следственных органов 44.78 KB
  Таможенные органы пользуются правами и несут обязанности налоговых органов по взиманию налогов при перемещении товаров через таможенную границу Таможенного союза в соответствии с таможенным законодательством ТС и законодательством РФ о таможенном деле. При исполнении указанных функций таможенные органы и их должностные лица реализовывают в пределах своей компетенции права и обязанности налоговых органов ст. В ходе проведения контрольных мероприятий таможенные органы вправе: – запрашивать документы и сведения в том числе в форме электронных...
83780. Исполнение обязанности по уплате налогов и сборов. Объекты налогообложения. Принципы определения цены товаров, работ или услуг для целей налогообложения 44.19 KB
  Сущность исполнения налоговой обязанности заключается в уплате налога или сбора. Налоговая обязанность возникает с момента возникновения установленных налоговым законодательством обстоятельств предусматривающих уплату конкретного налога или сбора. Так вот обстоятельствами с которыми налоговое законодательство связывает возникновение налоговой обязанности являются следующие: вопервых это наличие объекта конкретного налога или сбора; вовторых это наличие непосредственной связи между этим объектом и субъектом налогоплательщиком. И...
83781. Исполнение обязанности по уплате налогов и сборов. Основания возникновения, изменения и прекращения обязанности по уплате налогов и соборов; порядок исчисления налогов; взыскание налога за счет денежных средств и иного имущества налогоплательщика 46.34 KB
  Основания возникновения изменения и прекращения обязанности по уплате налогов и соборов; порядок исчисления налогов; взыскание налога за счет денежных средств и иного имущества налогоплательщика. Возникновение обязанности по уплате налогов и сборов связано с несколькими обстоятельствами: с наличием конституционноправовой обязанности по уплате налогов по нормам законодательства о налогах и сборах в которых детализируется реализация обязанности по уплате налогов объектами налогообложения.  Основанием возникновения налогового обязательства...
83782. Изменение срока уплаты налога и сбора: общие условия изменения срока уплаты; обстоятельства исключающие изменение срока уплаты, органы, уполномоченные принимать решение об изменении сроков уплаты 41.84 KB
  Изменением срока уплаты налога и сбора признается перенос установленного срока уплаты налога и сбора на более поздний срок. Срок уплаты налога и или сбора может быть изменен в отношении всей подлежащей уплате суммы налога и или сбора либо ее части с начислением процентов на сумму задолженности. Изменение срока уплаты налога и сбора осуществляется в форме отсрочки рассрочки инвестиционного налогового кредита.
83783. Порядок и условия предоставления отсрочки и рассрочки по уплате налога и сбора. Инвестиционный налоговый кредит. Порядок и условия его предоставления 48.98 KB
  Отсрочка или рассрочка по уплате налога представляет собой изменение срока уплаты на срок не превышающий один год соответственно с единовременной или поэтапной уплатой суммы задолженности. Отсрочка или рассрочка может быть предоставлена заинтересованному лицу если имеются достаточные основания полагать что возможность уплаты указанным лицом такого налога возникнет в течение срока на который предоставляется отсрочка или рассрочка при наличии хотя бы одного из следующих оснований: 1 причинение этому лицу ущерба в результате стихийного...
83784. Требование об уплате налогов и сборов. Способы обеспечения исполнения обязанностей по уплате налогов и сборов 48.4 KB
  Требованием об уплате налога признается извещение налогоплательщика о неуплаченной сумме налога а также об обязанности уплатить в установленный срок неуплаченную сумму налога. Требование об уплате налога направляется налогоплательщику при наличии у него недоимки. Направляется налогоплательщику независимо от привлечения его к ответственности за нарушение законодательства о налогах и сборах. Требование об уплате налога должно содержать сведения о сумме задолженности по налогу размере пеней начисленных на момент направления требования сроке...