98831

Определение течения сроков исковой давности

Курсовая

Государство и право, юриспруденция и процессуальное право

Анализ понятия исковой давности; исследование изменения в правовом регулировании исковой давности в свете реформирования гражданского законодательства; исследование применения исковой давности; дать анализ проблем определения начала течения срока исковой давности по ничтожным сделкам.

Русский

2015-11-07

859.99 KB

0 чел.

red0;

Содержание

Введение………………………..………………………………………………….3

Глава 1. Правовое регулирование исковой давности в гражданском праве....5

  1.  Понятие исковой давности…………………….………………………….5
  2.  Изменения в правовом регулировании исковой давности в свете реформирования гражданского законодательства……..…………………….9

Глава 2. Отдельные вопросы определения течения сроков исковой давности……………………….…………………………………………………17

.1. Применение исковой давности…………………………………………...17
.2. Проблемы определения начала течения срока исковой давности по ничтожным сделкам……………………………………………………………..25

Заключение……………..……..………………………………………………….35

Список использованных источников..……………………..............................38

Введение

Действующее гражданское законодательство под исковой давностью понимает срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. При этом сроки исковой давности и порядок их исчисления не могут быть изменены соглашением сторон. Это же относится и к основаниям приостановления и перерыва течения срока исковой давности, которые установлены нормами ГК РФ и иными федеральными законами. Применение этих норм обязательно для судебных органов. Исковая давность в объективном смысле – гражданско-правовой институт, т.е. система норм законодательства, регулирующих отношения, связанные со сроком защиты гражданских прав (сроки, возникновение и т.д.), тогда как исковая давность в субъективном смысле - это право лица, чьи интересы нарушены, воспользоваться сроком для защиты нарушенных гражданских прав.

Институт исковой давности в гражданском праве имеет цель дисциплинировать участников оборота, стимулировать их к осуществлению принадлежащих им прав и исполнению обязанностей. Известно, что неопределенность в гражданско-правовых отношениях в целом противоречит их сущности. Действительно, основание давности заключается в том, что общество нуждается в прочном порядке и всякая неопределенность отношений, способная колебать приобретаемые права, возбуждает против себя протест. Поэтому нормы данного института носят императивный характер. Сказанное обуславливает актуальность выбранной темы.

Объектом исследования курсовой работы являются общественные отношения, возникающие в связи с применением исковой давности.

Предметом исследования выступают гражданско-правовые нормы, регулирующие понятие и применение исковой давности, ее гражданско-правовое значение, а также научная литература и судебная практика, затрагивающая вопросы исковой давности.

Целью проведенного исследования выступает анализ института срока исковой давности в гражданском праве Российской Федерации, поиск проблем правового регулирования и предложение путей их разрешения.

Для достижения данной цели в рамках проводимого исследования решены следующие задачи:

  1.  анализ понятия исковой давности;
  2.  исследование изменения в правовом регулировании исковой давности в свете реформирования гражданского законодательства;
  3.  исследование применения исковой давности;
  4.  дать анализ проблем определения начала течения срока исковой давности по ничтожным сделкам.

Выбранная тема курсовой работы являлась предметом изучения таких ученых, как С.С. Алексеев, Т.Р. Власов, А.Г. Гусев, А.В, Корнеева, О.Н. Садиков, М.Б. Смоленский, Е.А. Суханов, и некоторые другие.

Методологическую базу исследования составляют следующие методы познания: общенаучный диалектический метод познания и связанные с ним специальные методы; анализ и синтез, формально-логический, сравнительно-правовой, структурно-системный и другие методы.

Практическая значимость данной работы заключается в том, что после всестороннего исследования темы был разработан  ряд  практических рекомендаций, которые в дальнейшем могут дополнить теоретико-методологическую базу нормотворческой деятельности по совершенствованию действующего законодательства, закрепляющего и развивающего гражданское право Российской Федерации.

Курсовая работа состоит из введения, двух глав, включающих четыре параграфа, заключения и списка использованной литературы.


Глава 1. Правовое регулирование исковой давности в гражданском праве

  1.  Понятие исковой давности

Статья 195 Гражданского кодекса Российской Федерации2 (далее – ГК РФ) определяет содержание понятия исковой давности - таковой признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. В таком виде до введения в действие части первой ГК РФ определение понятия исковой давности не давалось, но оно прямо следовало из положений ст. 78 ГК РСФСР и п. 1 ст. 42 Основ гражданского законодательства СССР, в которых после слов "срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено" в скобках было введено указание на понятие "исковая давность"3.

Как отмечалось в Определении КС России от 24 июня 2008 г. N 364-О-О, КС России неоднократно обращался к вопросу о сроках реализации права на судебную защиту; основываясь на правовых позициях, сформулированных им в Постановлениях от 16 июня 1998 г. N 19-П и от 20 июля 1999 г. N 12-П, КС России в своих решениях указывал, что изменение (отмена) сроков для обращения в суд относится к компетенции законодателя и что установление этих сроков обусловлено необходимостью обеспечить стабильность гражданского оборота и не может рассматриваться как нарушение права на судебную защиту (Определение от 15 ноября 2007 г. N 796-О-О); данный вывод в полной мере распространяется на такой гражданско-правовой институт, как исковая давность - срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно правовой позиции, выраженной в Определении КС России от 3 ноября 2006 г. N 445-О4, институт исковой давности в гражданском праве имеет целью упорядочить гражданский оборот, создать определенность и устойчивость правовых связей, дисциплинировать их участников, способствовать соблюдению хозяйственных договоров, обеспечить своевременную защиту прав и интересов субъектов гражданских правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных гражданских прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков и третьих лиц, которые не всегда могли бы заранее учесть необходимость собирания и сохранения значимых для рассмотрения дела сведений и фактов; применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников гражданского оборота от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав.

В пункте 1 Постановления Пленума ВС России от 12 ноября 2001 г. N 15 и Пленума ВАС России от 15 ноября 2001 г. N 18 разъяснено, что исходя из комментируемой статьи под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица; исковая давность не может применяться к случаям оспаривания нормативного правового акта, если иное не предусмотрено законом5.

С учетом приведенного разъяснения в Постановлении Президиума ВАС России от 30 ноября 2010 г. N 8672/10 по делу N А78-3333/2008-С1-16/1586 выражена следующая правовая позиция: исковая давность является сроком, установленным законом для принудительного исполнения обязанности, для совершения в юрисдикционной форме действий в целях защиты, восстановления нарушенных (оспариваемых) прав; возможность реализации нарушенного права означает, что у истца есть основания для предъявления требования - нарушены принадлежащие ему субъективные права на имущество, денежные суммы и другое со стороны конкретного лица - ответчика.

Исходя из того же разъяснения, данного в совместном Постановлении Пленума ВС России и Пленума ВАС России, в Обзоре судебной практики рассмотрения гражданских дел по искам и жалобам военнослужащих на действия и решения органов военного управления и воинских должностных лиц, подготовленном ВС России по итогам практики за 2003 г., сделан вывод о том, что положения гражданского законодательства об исковой давности могут быть применимы только к исковой форме защиты нарушенного гражданского права. При этом в качестве примера сделана отсылка к Постановлению Президиума ВС России от 24 апреля 1996 г. по делу N 17пв-96. Там же сделан последующий вывод о том, что при рассмотрении дел, возникающих из публичных правоотношений, ссылка на установленный статьей 196 ГК РФ трехлетний общий срок исковой давности и применение этого срока путем ограничения периода выплат или совершения иных действий тремя последними годами являются ошибочными.

В пункте 7 Обзора судебной практики по некоторым вопросам применения арбитражными судами статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации, направленного информационным письмом Президиума ВАС России от 9 декабря 2010 г. N 1437, изложена рекомендация о том, что на требование о сносе самовольной постройки, создающей угрозу жизни и здоровью граждан, исковая давность не распространяется. Как отмечено при этом, так как предъявление иска о сносе самовольной постройки в данном случае связано не с нарушением гражданского права конкретного лица, а с устранением постоянной угрозы, которую создает сохранение постройки, установленные ГК РФ правила об исковой давности применению не подлежат.

Наряду с понятием исковой давности существует понятие давности привлечения к ответственности. Так, статья 78 УК РФ предусматривает освобождение от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности, статья 4.5 КоАП РФ регламентирует давность привлечения к административной ответственности, статья 113 части первой НК РФ определяет срок давности привлечения к ответственности за совершение налогового правонарушения, статья 45 Федерального закона от 24 июля 2009 г. N 212-ФЗ "О страховых взносах в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Федеральный фонд обязательного медицинского страхования" (наименование в ред. Федерального закона от 29 ноября 2010 г. N 313-ФЗ)8 определяет срок давности привлечения к ответственности за совершение правонарушения и т.д.

Как отмечено в Постановлении КС России от 20 июля 2011 г. N 20-П9>, КС России неоднократно указывал, что целью установления сроков исковой давности и сроков давности привлечения к ответственности является как обеспечение эффективности реализации публичных функций, так и сохранение необходимой стабильности соответствующих правовых отношений; в основе установления сроков исковой давности и сроков давности привлечения к ответственности лежит положение о том, что никто не может быть поставлен под угрозу возможного обременения на неопределенный или слишком длительный срок; наличие сроков, в течение которых для лица во взаимоотношениях с государством могут наступать неблагоприятные последствия, представляет собой необходимое условие применения этих последствий (Постановления от 20 июля 1999 г. N 12-П, от 27 апреля 2001 г. N 7-П, от 24 июня 2009 г. N 11-П, Определение от 3 ноября 2006 г. N 445-О); аналогичного подхода придерживается Европейский суд по правам человека, полагающий, что предназначение исковой давности - правовая определенность в правоотношениях (Постановление от 7 июля 2009 г. по делу "Станьо (Stagno) против Бельгии"); это означает, что установление в законе срока, в течение которого не только во взаимоотношениях частных лиц, но и во взаимоотношениях частного лица с государством могут наступать неблагоприятные последствия, имеет в виду обеспечение правовой определенности и стабильности в сфере гражданского оборота, прежде всего в интересах частных лиц.

  1.  Изменения в правовом регулировании исковой давности в свете реформирования гражданского законодательства

Федеральным законом от 7 мая 2013 года N 100-ФЗ (далее - Закон) был внесен ряд изменений в нормы об исковой давности. Само определение исковой давности, содержащееся в ст. 195 ГК, осталось при этом без изменений, то есть исковой давностью по-прежнему признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. При этом заслуживающей внимания новеллой является установление в п. 2 ст. 196 правила о предельном 10-летнем сроке исковой давности, исчисляемом со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен.

Можно предвидеть некоторые проблемы, которые могут возникнуть в связи с новым правилом о том, что односторонние действия, направленные на осуществление права (зачет, безакцептное списание денежных средств, обращение взыскания на заложенное имущество во внесудебном порядке и т.п.), срок исковой давности для защиты которого истек, не допускаются (п. 3 ст. 199 ГК). Здесь необходимо обратить внимание на следующие аспекты.

Во-первых, правило п. 1 ст. 199 ГК означает, что в ГК устанавливается самостоятельное последствие такого юридического факта как истечение срока исковой давности, который влечет правовые последствия в виде утраты кредитором права на совершение односторонних действий, направленных на осуществление субъективного права, независимо от заявления должника об истечении исковой давности. До вступления в силу Закона единственным предусмотренным ГК самостоятельным последствием истечения срока исковой давности была утрата потерпевшим права требовать возврата имущества, переданного приобретателю во исполнение обязательства по истечении исковой давности (ст. 1109 ГК).

Во-вторых, применительно к зачету п. 3 ст. 199 ГК вступает в противоречие с правилом ст. 411 ГК, в соответствии с которым зачет не допускается, в частности, в случае, если по заявлению другой стороны к требованию подлежит применению срок исковой давности и этот срок истек. Нетрудно видеть, что между этими двумя нормами существует противоречие, поскольку п. 3 ст. 199 ГК, в отличие от ст. 411 ГК, не связывает недопустимость зачета с заявлением другой стороны о применении к требованию срока исковой давности. Возможно, впрочем, что в ст. 411 будут внесены соответствующие изменения. Но если этого и не произойдет, то отмеченная коллизия должна решаться в пользу п. 3 ст. 199 ГК как нормы, действующей в более поздней редакции.

В-третьих, в п. 3 ст. 199 ГК речь идет лишь об односторонних действиях, направленных на осуществление права. Об односторонних действиях, представляющих собой самозащиту нарушенного права, в п. 3 ст. 199 ГК не упоминается. Между тем Гражданский кодекс рассматривает осуществление права и защиту права как самостоятельные понятия, на что указывают, например, п. 3 ст. 1 ГК и название главы 2 ГК. Следовательно, нет оснований рассматривать правило п. 3 ст. 199 ГК в качестве запрета на самозащиту права, срок исковой давности для судебной защиты которого истек10.

Как позитивное явление следует оценить изменение редакции п. 1 ст. 200, где устанавливается общее правило о моменте начала течения исковой давности. В новой редакции этого пункта течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать не только о нарушении своего права, но и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права11.

Из ст. 203 ГК устранено упоминание о предъявлении иска в установленном порядке как основании перерыва исковой давности. Таким образом, единственным основанием перерыва исковой давности теперь является совершение обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга.

В связи с изменением редакции п. 1 ст. 181 ГК отдельно следует коснуться сроков исковой давности по требованиям, связанным с недействительностью сделок. Так, в п. 1 ст. 181 ГК в его новой редакции устанавливается, что срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной составляет три года.

Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки. Таким образом, нетрудно видеть, что в п. 1 ст. 181 ГК появилось отсутствовавшее ранее упоминание о требовании о признании ничтожной сделки недействительной.

Что касается требований, связанных с оспоримостью сделки, то в этой части изменений не произошло и к таким требованиям по-прежнему применяется сокращенный (годичный) срок исковой давности (п. 2 ст. 181 ГК).

В связи с применением правил об исковой давности к требованиям, связанным с недействительностью сделок, необходимо обратить внимание также на следующее. Как следует из п. 2 ст. 166 ГК в ее новой редакции, объектом нарушения при совершении оспоримой сделки могут быть в отдельности как субъективное право, так и охраняемый законом интерес. Что касается ничтожной сделки, исполнение которой не начиналось, то ее совершение в принципе не способно нарушить субъективное право, поэтому требование о признании такой сделки недействительной может быть только требованием о защите охраняемого законом интереса, но не требованием о защите нарушенного права.

Однако, как следует из прямого указания ст. 195 ГК, в сферу действия исковой давности входят лишь требования о защите нарушенного права. На требования о защите оспариваемого права или охраняемого законом интереса исковая давность распространяться не может. Расширительное толкование правила о сфере действия исковой давности представляло бы собой установление не предусмотренного федеральным законом ограничения права лица на судебную защиту, что противоречило бы ч. 1 ст. 46 и ч. 3 ст. 55 Конституции РФ.

Как отмечает Конституционный Суд РФ в Постановлении от 20 июля 2011 года N 20-П (далее - Постановление N 20-П), институт исковой давности имеет целью упорядочить гражданский оборот, создать определенность и устойчивость правовых связей, дисциплинировать их участников, способствовать соблюдению договоров, обеспечить своевременную защиту прав и интересов субъектов гражданских правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных гражданских прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков и третьих лиц, которые не всегда могли бы заранее учесть необходимость собирания и сохранения значимых для рассмотрения дела сведений и фактов.

Применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников гражданского оборота от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав. Одновременно Конституционный Суд в Постановлении N 20-П отмечает, что предназначением норм исковой давности является блокирование судебного разрешения имущественного спора по существу. Понятно, что возможность такого блокирования ограничивает право лица на судебную защиту, поэтому она должна быть прямо предусмотрена федеральным законом, который не может подлежать расширительному толкованию.

Следовательно, годичный срок исковой давности может применяться лишь к такому требованию о признании оспоримой сделки недействительной, которое направлено на защиту нарушенного права. Если это требование направлено на защиту охраняемого законом интереса, к нему исковая давность применяться не должна.

Что касается требования о признании ничтожной сделки недействительной (без требования о применении последствий ее недействительности), то к нему не должна применяться исковая давность, так как совершение ничтожной сделки вообще не способно нарушить субъективное право. Такое требование может быть лишь требованием о защите охраняемого законом интереса. Между тем в п. 1 ст. 181 ГК говорится о применении к нему исковой давности. Однако ее течение может начаться лишь со дня начала исполнения ничтожной сделки. Если исполнение ничтожной сделки не начиналось, то исковая давность по такому требованию не начинает свое течение, что тождественно неприменению к этому требованию исковой давности.

Без каких-либо изменений оставлена ст. 208 ГК, в которой устанавливается перечень требований, на которые исковая давность не распространяется. Это дает повод отдельно коснуться тех аспектов сложившейся судебной практики, которые, как представляется, нарушают правила ст. 208 ГК.

Речь идет о применении исковой давности к требованию об устранении нарушения любых других, помимо нарушения правомочия владения, правомочий собственника, то есть, как следует из п. 1 ст. 209 ГК, правомочий пользования и распоряжения. Российская судебная практика исходит из того, что к этому требованию подлежит применению исковая давность, если нарушение правомочий пользования и распоряжения соединено с нарушением правомочия владения (лишением владения).

Такой подход проявляется в п. 57 совместного Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ N 22 от 29 апреля 2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" (далее - Постановление 10/22).

В этом пункте Постановления 10/22 указывается, что течение срока исковой давности по искам, направленным на оспаривание зарегистрированного права, начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о соответствующей записи в ЕГРП, но вместе с тем в силу абзаца пятого ст. 208 ГК (который содержит отсылку к ст. 304 ГК. - А.Э.) в случаях, когда нарушение права истца путем внесения недостоверной записи в ЕГРП не связано с лишением владения, на иск, направленный на оспаривание зарегистрированного права, исковая давность не распространяется. То есть в случае, когда нарушение права истца путем внесения недостоверной записи в ЕГРП связано с лишением владения, к такому требованию, как считает Пленум ВАС, должна применяться исковая давность12.

Видимо, Пленум ВАС считает внесение недостоверной записи в ЕГРП разновидностью нарушения правомочия распоряжения имуществом. Собственно говоря, это само по себе неверно, поскольку недостоверная запись в ЕГРП вообще не нарушает прав собственника, а лишь создает угрозу нарушения права или затрагивает интересы собственника в бесспорности достоверности записи в ЕГРП о его праве собственности на вещь. Уже поэтому к требованию об оспаривании зарегистрированного права не должна применяться исковая давность, так как она распространяется лишь на требования о защите нарушенного права. Требования об устранении угрозы нарушения права, о защите оспариваемого права или охраняемого законом интереса в сферу действия исковой давности вообще не входят.

Но основное значение имеет то обстоятельство, что Пленум ВАС, рассматривая внесение недостоверной записи в ЕГРП как нарушение прав собственника, о котором идет речь в ст. 304 ГК, считает, вопреки ч. 5 ст. 208 ГК, что на требование об устранении такого нарушения исковая давность распространяется, если это нарушение соединено с лишением владения.

Аналогичный подход к этому вопросу проявляется и в Обзоре судебной практики по некоторым вопросам защиты прав собственника от нарушений, не связанных с лишением владения (информационное письмо Президиума ВАС от 15 января 2013 года N 153). Так, например, в п. 12 Обзора упоминается о деле, где суд в удовлетворении иска о признании права отсутствующим отказал в связи с пропуском истцом срока исковой давности. Суд мотивировал свое решение тем, что право на этот иск имеет только владеющее лицо, зарегистрированное в ЕГРП, а когда спорное имущество отсутствует во владении истца, его право может быть защищено исключительно с помощью иска об истребовании имущества из чужого незаконного владения (срок исковой давности по которому был пропущен), удовлетворение которого влечет за собой не только восстановление владения спорной вещью, но и корректировку записей в ЕГРП.

Между тем в ч. 5 ст. 208 ГК устанавливается, что исковая давность не распространяется на "требования собственника или иного владельца об устранении всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения не были соединены с лишением владения (ст. 304 ГК)". В ст. 304 ГК, в свою очередь, указывается, что "собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения". Любому, свободно владеющему русским языком, нетрудно видеть, что по буквальному смыслу текста ст. 304 ГК в ней идет речь о любых (всяких) нарушениях прав собственника, как соединенных, так и не соединенных с лишением владения как одной из разновидностей нарушения права собственности.

Какие же есть у судов основания действовать вопреки буквальному смыслу ст. 208 и 304 ГК? Вряд ли таким основанием можно считать название ст. 304 ГК - "Защита прав собственника от нарушений, не связанных с лишением владения". Вполне очевидно, что название ст. 304 уже ее содержания. Общие принципы толкования норм права предполагают, в случае коллизии между названием и содержанием нормы права, отдание предпочтения ее содержанию, поскольку именно в нем раскрывается предусматриваемое соответствующей нормой правило. Ведь ничто не мешало законодателю изложить ч. 5 ст. 208 ГК в иной редакции, указав, например, что исковая давность не распространяется на "требования собственника или иного владельца об устранении всяких нарушений его права (ст. 304 ГК), если эти нарушения не были соединены с лишением владения". Но законодатель этого не сделал, из чего следует, что он имел в виду неприменимость исковой давность к требованиям негаторного характера независимо от того, предъявляются они владеющим или невладеющим собственником.


Глава 2. Отдельные вопросы определения течения сроков исковой давности

  1.  Применение исковой давности

Вопрос о том, что происходит с субъективным гражданским правом после истечения срока исковой давности - продолжает ли оно существовать в усеченном виде, будучи лишено исковой защиты, или прекращается вовсе, стал предметом дискуссии еще в Древнем Риме13 и сохраняет спорный характер до сих пор, хотя современное lex mercatoria, констатировав наличие двух подходов (в соответствии с одним из них течение времени прекращает права и исковую защиту, тогда как согласно другому течение времени имеет значение только как защита против судебного иска)14, сделало выбор в пользу первого варианта. (В силу статьи 10.9 Принципов международных коммерческих договоров УНИДРУА 2004 истечение срока исковой давности не прекращает права (пункт 1), но, как отмечается в комментарии к этому пункту, только создает препятствие для его принудительного осуществления).

По мнению древнеримских юристов, судья не обязан был ex officio принимать во внимание факт истечения давности: на это мог сослаться ответчик в своих возражениях против иска. С приведенным тезисом перекликается правило, содержащееся в пункте 2 статьи 10.9 Принципов международных коммерческих договоров УНИДРУА 2004: "Для наступления последствий истечения срока исковой давности должник должен заявить об этом для своей защиты". Аналогичная норма в отношении требований, возникающих из контракта внешнеторговой купли-продажи, установлена Конвенцией об исковой давности в международной купле-продаже товаров (Нью-Йорк, 1974), статья 24 которой гласит: "Истечение срока исковой давности принимается во внимание при рассмотрении спора только по заявлению стороны, участвующей в процессе".

Проблематика, связанная с применением исковой давности в нашей стране, имеет свою историю. В Российской империи решение суда об отказе в иске ввиду пропуска срока исковой давности могло быть вынесено не иначе как по заявлению ответчика15.

В условиях социалистической системы хозяйствования с присущей ей активизацией роли суда в разрешении гражданско-правовых споров последствия истечения срока исковой давности применялись судом ex officio вне зависимости от наличия ходатайства ответчика16, однако в случае пропуска давностного срока по уважительной причине нарушенное субъективное право подлежало защите (см. статью 49 Гражданского кодекса РСФСР 1922 года, статьи 82 и 87 Гражданского кодекса РСФСР 1964 года).

Перевод российской экономики на рыночные рельсы сопровождался реформированием законодательства и, в частности, появлением нового Гражданского кодекса, предусматривающего, что исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения (пункт 2 статьи 199 ГК РФ)17. Сообразно с изменением позиции законодателя относительно условий применения последствий пропуска срока исковой давности иной, чем раньше, подход к этой проблеме воспринят и органами судебной власти. Если ранее суд должен был по своей инициативе проверить, не истекла ли исковая давность, то в настоящее время проявление судом инициативы подобного рода исключено: "При подготовке дела к судебному разбирательству судья не вправе предлагать какой-либо из сторон представлять доказательства или давать объяснения (в том числе в определении судьи о подготовке дела к судебному разбирательству), связанные с пропуском срока исковой давности. Если же заинтересованная сторона (например, ответчик в отзыве на исковое заявление) ссылается на пропуск срока исковой давности, судья вправе в порядке подготовки дела к судебному разбирательству в целях обеспечения его своевременного и правильного разрешения предложить каждой из сторон представить по данному вопросу соответствующие доказательства" (пункт 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12.11.2001 N 15 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.11.2001 N 18 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности"; далее - Постановление Пленумов N 15/18). Судебная защита нарушенного субъективного права после пропуска срока исковой давности допускается в исключительных случаях и притом лишь применительно к физическим лицам.

Приведенная выше формулировка пункта 2 статьи 199 ГК РФ почти текстуально совпадает с нормой статьи 24 Конвенции об исковой давности в международной купле-продаже товаров. В обоих правилах предпосылкой учета судом пропуска исковой давности признается заявление стороны в деле, рассматриваемом в порядке искового производства. Ни ГК РФ, ни Конвенция не уточняют, о какой именно стороне спора идет речь.

Между тем в гражданско-правовом споре две стороны: истец и ответчик. От истца заявления подобного рода ожидать не приходится: он, напротив, заинтересован в защите своего (нарушенного, по его мнению) права безотносительно к истечению срока исковой давности.

Таким образом, в практическом плане ходатайство об отказе в иске на основании пропуска срока исковой давности может исходить от ответчика. Не случайно (на что уже обращалось внимание выше) Принципы международных коммерческих договоров УНИДРУА 2004 прямо указывают, что "для наступления последствий истечения срока исковой давности должник (который в случае возникновения судебного спора оказывается именно ответчиком) должен заявить об этом для своей защиты" (пункт 2 статьи 10.9), а в комментарии к изложенному правилу уточняется: "Последствия истечения срока исковой давности не наступают автоматически. Они возникают, если должник (он же ответчик) заявляет об истечении срока давности в качестве своей защиты".

Может ли, однако, ответчик считаться единственным лицом, легитимированным на заявление о пропуске срока исковой давности как на основание для отказа в иске? Дело в том, что определенными правами сторон наделены и другие лица, участвующие в деле. Так, прокурор, обратившийся в арбитражный суд, пользуется процессуальными правами и несет процессуальные обязанности истца (часть 3 статьи 52 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; далее - АПК РФ). Прокурор, обратившийся в суд общей юрисдикции, пользуется всеми процессуальными правами и несет все процессуальные обязанности истца, за исключением права на заключение мирового соглашения и обязанности по уплате судебных расходов (часть 2 статьи 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации; далее - ГПК РФ). Аналогичным статусом обладают государственные органы, органы местного самоуправления и иные органы, которые в случаях, предусмотренных федеральным законом, могут обратиться в арбитражный суд в защиту публичных интересов, а также организации и граждане, уполномоченные федеральным законом на обращение в арбитражный суд в защиту прав и законных интересов других лиц (статью 53 АПК РФ18).

Впрочем, как уже отмечалось, истец едва ли инициирует отказ в предъявленном им иске ввиду пропуска срока исковой давности.

В числе лиц, участвующих в деле, фигурируют также третьи лица двух разновидностей в зависимости от того, заявляют они или не заявляют самостоятельные требования относительно предмета спора. Третьи лица, относящиеся к первой группе, пользуются всеми правами и несут все обязанности истца (часть 1 статьи 42 ГПК РФ). (В арбитражном суде такие лица пользуются правами и несут обязанности истца, за исключением обязанности соблюдения претензионного или иного досудебного порядка урегулирования спора, если это предусмотрено федеральным законом для данной категории споров или договором (часть 2 статьи 50 АПК РФ). - Прим. авт.) Соответственно, заявление ими ходатайства о пропуске срока исковой давности по существу исключено.

Что касается третьих лиц, входящих во вторую группу, то они могут вступить в дело на стороне истца или ответчика, если окончательный судебный акт по делу может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. Эти лица пользуются процессуальными правами и несут процессуальные обязанности стороны, за исключением права на изменение основания или предмета иска, увеличение или уменьшение размера исковых требований, отказ от иска, признание иска или заключение мирового соглашения, предъявление встречного иска, требование принудительного исполнения судебного акта (часть 2 статьи 51 АПК РФ)19.

Третьи лица на стороне истца, будучи заинтересованными в удовлетворении иска, разумеется, не станут создавать этому препятствия подачей заявления о пропуске срока исковой давности. Между тем третьи лица на стороне ответчика не в меньшей степени, чем последний, заинтересованы в отклонении исковых требований. И если ответчик по каким-либо причинам воздерживается от заявления о пропуске срока исковой давности, может ли такое заявление быть подано в суд третьим лицом на стороне ответчика?

Наличие или отсутствие указанной возможности в принципе зависит от того, охватывается ли кругом полномочий ответчика, принадлежащих выступающему на его стороне третьему лицу, право ответчика сделать заявление о пропуске срока исковой давности.

Из текста и смысла как АПК РФ (часть 2 статьи 51), так и ГПК РФ (см. часть 1 статьи 43) явствует, что третьим лицам, не заявляющим самостоятельных требований относительно предмета спора, принадлежат все права соответствующей стороны (истца или ответчика) за исключениями, изложенными в виде исчерпывающего перечня. Иными словами, права, не обозначенные в перечне исключенных, могут использоваться как истцом (ответчиком), так и третьим лицом на его стороне.

Право на заявление о пропуске срока исковой давности в упомянутом перечне отсутствует. Следовательно (во всяком случае теоретически), это заявление может сделать не только ответчик, но и третье лицо на стороне ответчика.

Иной вывод зафиксирован в Постановлении Пленумов N 15/18. Отправляясь от буквального толкования понятия "сторона в споре", употребленного в пункте 2 статьи 199 ГК РФ, Постановление разъясняет, что третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, не вправе обращаться в суд с заявлением о пропуске срока исковой давности.

Данный вывод не согласуется с исчерпывающим характером перечня прав, отсутствующих у третьего лица на стороне ответчика, и потому не бесспорен. Весьма показательна в этом отношении практика Международного коммерческого арбитражного суда при Торгово-промышленной палате Российской Федерации, допускающая отказ в иске на основании заявления о пропуске срока исковой давности, сделанного третьим лицом на стороне ответчика20.

Оценка юридической природы заявления о применении исковой давности, сделанного легитимированным на это лицом, предопределяется квалификацией исковой давности в качестве института гражданского материального или гражданского процессуального права, что, в свою очередь, в значительной мере зависит от позиции по вопросу о правовых последствиях истечения исковой давности: влечет ли оно прекращение субъективного материального гражданского права либо последнее не перестает существовать, утрачивая возможность принудительного осуществления в судебном порядке.

В первом случае упомянутое заявление следует считать односторонней сделкой, поскольку сделка в принципе может быть направлена, в частности, на прекращение гражданских прав и обязанностей. То обстоятельство, что такое одностороннее действие порождает наряду с материально-правовыми также и процессуальные последствия в виде отказа в иске, не препятствует признанию его односторонним волеизъявлением сделочного характера.

Во втором случае юридический эффект заявления ограничивается гражданско-процессуальной сферой, ибо субъективное материальное гражданское право не исчезает, сужается лишь круг средств его юридической защиты.

Вместе с тем безотносительно к ответу на спорный вопрос о материально-правовой или процессуальной природе исковой давности бесспорно одно: заявление о применении исковой давности, сделанное надлежащим образом, обязательно для суда, который должен вынести решение об отказе в иске, не вдаваясь в рассмотрение дела по существу.

Выступить с заявлением о применении исковой давности или воздержаться от этого - управомоченное лицо решает по своему усмотрению. Возможно ли, однако, заключение между истцом и ответчиком соглашения, в силу которого ответчик принял бы на себя обязательство не подавать в суд заявление о применении исковой давности?

По прямому и притом императивному указанию закона отказ от права на обращение в суд недействителен (часть 2 статьи 3 ГПК РФ, часть 3 статьи 4 АПК РФ). Данная норма означает безусловный запрет на отказ от передачи возникшего спора на рассмотрение суда.

Между тем отказ от подачи в суд заявления о применении исковой давности отнюдь не равнозначен отказу от обращения в суд по данному спору. Такой отказ означает лишь, что сторона обязуется не ссылаться в ходе рассмотрения спора судом на один из аргументов, а именно на факт истечения срока исковой давности, но сохраняет за собой право использовать в суде иные доводы, основанные, в частности, на анализе взаимоотношений участников спора по существу.

Таким образом, отказ от подачи в суд заявления о применении исковой давности (как односторонний, так и основанный на соглашении истца и ответчика) не охватывается смыслом нормы, содержащейся в части 2 статьи 3 ГПК РФ и части 3 статьи 4 АПК РФ. К тому же стороны упомянутого соглашения могут ограничить его действие определенным сроком.

Следовательно, закон не устанавливает препятствий для заключения соглашений такого рода. Не случайно за границей эти соглашения нередко заключаются, причем их юридическая сила сомнений не вызывает.

Теперь представим себе, что после заключения с истцом соглашения о неприменении исковой давности ответчик (очевидно, пришедший к выводу, что аргументов для защиты своей позиции по существу у него недостаточно) тем не менее направил в суд заявление о применении исковой давности.

Изложенная ситуация вполне аналогична той, которая возникает, когда сторона третейского соглашения обращается с исковым заявлением в государственный суд.

В соответствии с частью 1 (пункт 5) статьи 148 АПК РФ арбитражный суд оставляет исковое заявление без рассмотрения, если имеется соглашение сторон о рассмотрении данного спора третейским судом, если любая из сторон не позднее дня представления своего первого заявления по существу спора в арбитражном суде первой инстанции заявит по этому основанию возражение в отношении рассмотрения дела в арбитражном суде, за исключением случаев, если арбитражный суд установит, что это соглашение недействительно, утратило силу или не может быть исполнено.

В изложенной выше ситуации суду, применительно к приведенной норме, следует выяснить отношение истца к сделанному ответчиком заявлению и, если истец настаивает на соблюдении соглашения о неприменении исковой давности, проверить, нет ли оснований для признания этого соглашения недействительным (заключение соглашения под влиянием обмана, заблуждения, угрозы и т.д.). При отсутствии таких оснований заявление ответчика должно быть оставлено без рассмотрения.

Право ответчика сделать заявление суду о применении исковой давности возникает после пропуска ее срока (пока давность не истекла, применять, собственно, нечего). Вместе с тем возможно и заблаговременное заключение соглашения о неприменении исковой давности (точно так же, как возможно, например, заключение договора купли-продажи сельскохозяйственной продукции урожая будущего года). Как показывает иностранная практика, такие соглашения обычно заключаются, когда между сторонами спора ведутся переговоры о его урегулировании, при этом исковая давность на исходе, а истец еще не определился с перспективой и моментом предъявления иска.

Возникает вопрос, какие обстоятельства могут склонить ответчика к заключению с истцом соглашения о неприменении исковой давности.

Такое соглашение до последнего момента оставляет сторонам возможность компромиссного урегулирования спора путем взаимных уступок, а значит, сохранения партнерских отношений и продолжения сотрудничества. Именно этим и объясняется востребованность подобных соглашений за границей.

  1.  Проблемы определения начала течения срока исковой давности по ничтожным сделкам

Особый интерес представляет исследование отдельных актуальных вопросов, возникающих в судебной практике, по поводу определения начала течения срока исковой давности по требованиям, вытекающим из недействительности ничтожных сделок.

Действующее гражданское законодательство, регулирующее вопросы начала течения срока исковой давности, сочетает в себе два критерия: объективный (который связан с конкретным юридическим фактом, при наступлении которого начинает течь исковая давность) и субъективный (который связан с моментом, когда управомоченное лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права).

Общее правило определения момента начала течения срока исковой давности подчинено субъективному критерию и закреплено в п. 1 ст. 200 ГК РФ, согласно которому течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Однако отдельные закрепленные в законе специальные правила определения момента начала течения срока исковой давности руководствуются объективным критерием. Подобное правило, в частности, закреплено п. 1 ст. 181 ГК РФ, который устанавливает, что течение срока исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки начинается со дня, когда началось исполнение сделки. Как справедливо отмечает Федеральный арбитражный суд Волго-Вятского округа21, законодателем в п. 1 ст. 181 ГК РФ предусмотрена специальная норма, в соответствии с которой течение указанного срока по данным требованиям определяется не субъективным фактором - осведомленностью лица о нарушении его прав, а объективными обстоятельствами, характеризующими начало исполнения сделки.

В правоприменительной практике часто возникают вопросы, связанные с определением момента течения срока исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки, а также требованиям о признании ничтожной сделки недействительной. Следует обратить внимание на то, что в законодательстве не урегулирован вопрос о возможности определения момента течения срока исковой давности по требованиям о признании ничтожной сделки недействительной, в связи с чем часто возникал вопрос, с какого момента исчислять исковую давность по указанным требованиям. Пленум Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации разъяснили, что споры по требованиям о признании недействительной ничтожной сделки подлежат разрешению судом в общем порядке по заявлению любого заинтересованного лица. При этом следует учитывать, что такие требования могут быть предъявлены в суд в сроки, установленные п. 1 ст. 181 ГК РФ22. Следовательно, данные требования должны исчисляться со дня, когда началось исполнение оспариваемой сделки.

В целях правильного определения начала течения исковой давности по требованиям о признании ничтожной сделки недействительной и о применении последствий недействительности ничтожной сделки представляется необходимым конкретизировать понятие "исполнение сделки". В частности, возникает вопрос, должна ли сделка быть исполнена обеими ее сторонами, либо достаточно исполнения одной из сторон. Подобные ситуации в практике возникают нередко, например, в случае, если между субъектами заключен договор купли-продажи, покупатель совершил полное либо частичное исполнение сделки (т.е. передал денежные средства за товар либо их часть), а продавец уклоняется от передачи товара покупателю. В большинстве случаев суды в подобных ситуациях приходят к выводу, что течение срока исковой давности по требованию о признании сделки ничтожной начинается не после полного исполнения обязательств, которые стороны полагали возникшими из ничтожной сделки, а с момента начала исполнения сделки, т.е. с момента совершения, по крайней мере, одной из сторон сделки действий, направленных на ее исполнение23.

Представляется целесообразным отметить, что определение момента начала исполнения сделки необходимо в целях правильного исчисления срока исковой давности. По этому вопросу можно выделить несколько подходов. Если сделка представляет собой гражданско-правовой договор, из содержания которого следует, что обязательства должны быть исполнены путем составления акта приема-передачи, то в большинстве случаев момент начала исполнения сделки привязывают к дате составления акта приема-передачи имущества24. В остальных случаях определение момента начала течения срока исковой давности исчисляется с момента начала совершения любых действий, направленных на исполнение сделки. Представляется обоснованной позиция К.Ю. Лебедевой, которая отмечает, что установить момент начала исполнения сделки достаточно просто, поскольку исполнение чаще всего подтверждается какими-либо документами - передаточными актами, распоряжениями, платежными поручениями, расписками в получении денег или иного имущества и т.п.25 Вместе с тем данная позиция не является бесспорной. В судебной практике встречаются случаи, когда момент начала исполнения сделки, направленной на отчуждение недвижимости (в тех случаях, когда в соответствии с законом данная сделка подлежит государственной регистрации), отождествляют с моментом государственной регистрации сделки в соответствующем компетентном органе26. С нашей точки зрения, судам следует исчислять исковую давность, основываясь на представленных стороной по делу надлежащих доказательствах, подтверждающих любые действия, направленные на начало исполнения сделки.

В правоприменительной практике при применении объективного критерия определения начала течения срока исковой давности возникает немало проблем. Еще В.А. Тархов в одном из своих научных трудов высказывался, что право на иск возникает не с момента юридического факта, а с момента его познания "вопреки логике". В частности, представляет интерес вопрос об определении начала течения срока исковой давности по требованиям третьих лиц, не являющихся сторонами сделки, не знающих и не имеющих возможности знать о ее совершении, однако чьи права и законные интересы были затронуты данной сделкой. В силу п. 1 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности должен исчисляться по объективному критерию, т.е. с момента, когда началось исполнение сделки одной из сторон. Однако в обозначенной ситуации третьи лица фактически оказываются в худшем правовом положении, чем стороны по сделке, и не обладают всем объемом эффективных средств защиты своих гражданских прав посредством правосудия. Данная проблема может встать для конкретного третьего лица весьма остро, если стороны совершили сделку, направленную на незаконное ограничение либо лишение прав третьих лиц на принадлежащее им имущество, а заинтересованное третье лицо узнало об этой сделке по не зависящим от воли указанного лица причинам по истечении трех лет с момента, когда началось ее исполнение.

Ранее, до принятия Федерального закона от 21.05.2005 N 109-ФЗ "О внесении изменения в статью 181 Гражданского кодекса Российской Федерации", в ст. 181 ГК РФ срок давности по указанным требованиям устанавливался в 10 лет, что могло в большей степени гарантировать законные интересы третьих лиц. Нормы же действующего гражданского законодательства предусматривают общий трехлетний срок исковой давности. Государственная Дума Российской Федерации в пояснительной записке от 17.05.2005 отмечает, что "статья 181 ГК РФ используется в целях передела собственности, т.е. противоречит целям признания сделок недействительными - защите законных интересов физических и юридических лиц. Все это негативно отражается на инвестиционном климате и экономическом развитии страны. Установление общего трехлетнего срока исковой давности по недействительным сделкам будет способствовать стабильности гражданского оборота, защите инвестиций и во многом лишит смысла попытки использования недобросовестными лицами положений ГК РФ для экономического захвата имущества".

Следует отметить, что снижение срока исковой давности по указанным требованиям с 10 до 3 лет критикуется отдельными учеными-цивилистами. Так, В.Н. Уруков в одной из своих работ отмечает, что введение в действие Закона N 109-ФЗ лишило огромную часть участников оборота права на судебную защиту. Аналогичной позиции придерживаются и иные авторы27.

Обозначенная проблема получила широкое отражение в правоприменительной практике и отражена в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 08.04.2010 по делу N 456-О-О, в котором Конституционный Суд Российской Федерации разъясняет, что положение п. 1 ст. 181 ГК РФ является универсальным и для сторон сделки, и для третьих лиц. Позиция Конституционного Суда представляется обоснованной, поскольку, применив субъективный критерий к указанным требованиям, законодатель будет препятствовать достижению одной из фундаментальных целей гражданского законодательства - обеспечению стабильности гражданского оборота. Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации28, регулирование сроков для обращения в суд, включая их изменение и отмену, относится к компетенции законодателя и установление этих сроков обусловлено необходимостью обеспечить стабильность гражданского оборота и не может рассматриваться как нарушение права на судебную защиту29.

Несмотря на изложенную позицию Конституционного Суда Российской Федерации, возникает обоснованный вопрос о применении норм действующего гражданского законодательства как эффективного механизма защиты прав лиц, не являющихся сторонами сделки, в приведенной выше ситуации (на что также обращалось внимание в одном из приведенных выше Определений Конституционного суда Российской Федерации). Так, согласно ст. 205 ГК РФ, в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Данная норма содержит открытый перечень обстоятельств, которые могут послужить основанием для восстановления срока исковой давности, и не конкретизирует, какие именно обстоятельства следует понимать "связанными с личностью истца". Возникает обоснованный вопрос, имеются ли правовые основания у лица, которое не является стороной сделки, не знало и не могло знать о ее совершении, заявить о восстановлении пропущенного срока исковой давности, сославшись на то, что оно не знало и не могло знать о совершении незаконной и неизвестной ему сделки, и может ли подобная причина пропуска срока быть расценена судом применительно к положениям ст. 205 ГК РФ как уважительная. Представляется, что ответ на этот вопрос будет скорее отрицательным, поскольку неосведомленность заинтересованного лица по смыслу не согласуется с тем примерным перечнем обстоятельств, связанных с личностью истца, которые законодатель приводит в ст. 205 ГК РФ.

Следует отметить, что в науке гражданского права предпринимаются попытки расширить круг правоотношений, к которым следует применять институт восстановления исковой давности. Так, в п. 7.4 Концепции развития гражданского законодательства30 отражено, что можно предусмотреть восстановление срока исковой давности для граждан и юридических лиц, если предъявлению иска препятствовало такое обстоятельство, как неизвестность или неопределенность личности ответчика, дополнив ст. 205 ГК РФ соответствующим положением. Предложенное Научно-консультативным советом при Президенте Российской Федерации изменение законодательства в наибольшей степени по сравнению с действующим правовым регулированием позволит применять институт восстановления срока исковой давности к обозначенной проблеме, однако полностью не решит ее.

По мнению автора, в целях обеспечения права указанных лиц на судебную защиту и в то же время недопущения дестабилизации гражданского оборота необходимо конкретизировать данный вопрос на законодательном уровне либо на уровне акта официального толкования, применительно к положениям ст. 205 ГК РФ, разъяснив, что неосведомленность лица о совершении сделки, если при этом заинтересованное лицо предприняло все разумные меры для того, чтобы узнать о ее совершении, должна также рассматриваться в качестве основания для восстановления срока исковой давности. Вместе с тем отсутствие разъяснения указанного вопроса приводит к его разрешению усмотрением конкретного суда, что может способствовать нарушению единообразия в толковании и применении судами норм права и, как следствие, являться основанием для отмены судебного постановления в порядке надзора в соответствии с п. 3 ст. 391.9 ГПК РФ либо подп. 3 п. 1 ст. 304 АПК РФ.

В настоящий момент Советом при Президенте Российской Федерации по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства разработан проект Федерального закона "О внесении изменений в части первую, вторую, третью и четвертую Гражданского кодекса Российской Федерации", а также в отдельные законодательные акты Российской Федерации", в котором анализируемая проблема получает адекватное разрешение. В указанном законопроекте п. 1 ст. 181 ГК РФ излагается в следующей редакции: "Срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, - со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать 10 лет со дня начала исполнения сделки".

Приведенная редакция законопроекта позволяет устранить существующую в нормах действующего законодательства и анализируемую проблему незащищенности прав лиц, не являющихся сторонами сделки, однако в целях его успешной реализации Федеральному Собранию Российской Федерации необходимо, во-первых, придать ему статус федерального закона, т.е. принять его в установленном законом порядке, а во-вторых, предусмотреть обратную силу данной нормы законопроекта в отношении сделок, совершенных до вступления закона в силу. Последний аргумент представляется правильным, в т.ч. потому, что ранее законодатель, изменяя Федеральным законом N 109-ФЗ редакцию п. 1 ст. 181 ГК РФ и сокращая рассматриваемый срок с 10 до 3 лет, в п. 2 ст. 2 данного Закона предусмотрел обратную силу закона и применение его к правонарушениям, по которым не истек ранее установленный десятилетний срок исковой давности.

С нашей точки зрения, обозначенные действия способствуют обеспечению стабильности гражданского оборота в той мере, в какой это не затрагивает конституционного права на судебную защиту лиц, не являющихся сторонами по сделке и не знающих по не зависящим от них причинам о начале ее исполнения.

Кроме того, в целях устранения спорных вопросов о начале исчисления срока исковой давности и правильного применения норм закона целесообразно конкретизировать на законодательном уровне либо на уровне акта официального толкования, что следует понимать под исполнением сделки.

Совокупность изложенных действий способствует устранению существующих проблемных вопросов гражданского законодательства, регулирующего исчисление срока исковой давности по ничтожным сделкам, и обеспечению законности осуществления правосудия по гражданским делам.


Заключение

Проведенное исследование института срока исковой давности в гражданском праве Российской Федерации позволяет сделать ряд выводов, имеющих как теоретическое, так и практическое значение.

Федеральным законом от 7 мая 2013 года № 100-ФЗ был внесен ряд изменений в нормы об исковой давности. Само определение исковой давности, содержащееся в ст. 195 ГК, осталось при этом без изменений, то есть исковой давностью по-прежнему признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. При этом заслуживающей внимания новеллой является установление в п. 2 ст. 196 правила о предельном 10-летнем сроке исковой давности, исчисляемом со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен.

Можно предвидеть некоторые проблемы, которые могут возникнуть в связи с новым правилом о том, что односторонние действия, направленные на осуществление права (зачет, безакцептное списание денежных средств, обращение взыскания на заложенное имущество во внесудебном порядке и т.п.), срок исковой давности для защиты которого истек, не допускаются (п. 3 ст. 199 ГК). Здесь необходимо обратить внимание на следующие аспекты.

Во-первых, правило п. 1 ст. 199 ГК означает, что в ГК устанавливается самостоятельное последствие такого юридического факта как истечение срока исковой давности, который влечет правовые последствия в виде утраты кредитором права на совершение односторонних действий, направленных на осуществление субъективного права, независимо от заявления должника об истечении исковой давности. До вступления в силу Закона единственным предусмотренным ГК самостоятельным последствием истечения срока исковой давности была утрата потерпевшим права требовать возврата имущества, переданного приобретателю во исполнение обязательства по истечении исковой давности (ст. 1109 ГК).

Во-вторых, применительно к зачету п. 3 ст. 199 ГК вступает в противоречие с правилом ст. 411 ГК, в соответствии с которым зачет не допускается, в частности, в случае, если по заявлению другой стороны к требованию подлежит применению срок исковой давности и этот срок истек. Нетрудно видеть, что между этими двумя нормами существует противоречие, поскольку п. 3 ст. 199 ГК, в отличие от ст. 411 ГК, не связывает недопустимость зачета с заявлением другой стороны о применении к требованию срока исковой давности. Возможно, впрочем, что в ст. 411 будут внесены соответствующие изменения. Но если этого и не произойдет, то отмеченная коллизия должна решаться в пользу п. 3 ст. 199 ГК как нормы, действующей в более поздней редакции.

В-третьих, в п. 3 ст. 199 ГК речь идет лишь об односторонних действиях, направленных на осуществление права. Об односторонних действиях, представляющих собой самозащиту нарушенного права, в п. 3 ст. 199 ГК не упоминается. Между тем Гражданский кодекс рассматривает осуществление права и защиту права как самостоятельные понятия, на что указывают, например, п. 3 ст. 1 ГК и название главы 2 ГК. Следовательно, нет оснований рассматривать правило п. 3 ст. 199 ГК в качестве запрета на самозащиту права, срок исковой давности для судебной защиты которого истек.

В целях правильного определения начала течения исковой давности по требованиям о признании ничтожной сделки недействительной и о применении последствий недействительности ничтожной сделки представляется необходимым конкретизировать понятие "исполнение сделки". В частности, возникает вопрос, должна ли сделка быть исполнена обеими ее сторонами, либо достаточно исполнения одной из сторон. Подобные ситуации в практике возникают нередко, например, в случае, если между субъектами заключен договор купли-продажи, покупатель совершил полное либо частичное исполнение сделки (т.е. передал денежные средства за товар либо их часть), а продавец уклоняется от передачи товара покупателю. В большинстве случаев суды в подобных ситуациях приходят к выводу, что течение срока исковой давности по требованию о признании сделки ничтожной начинается не после полного исполнения обязательств, которые стороны полагали возникшими из ничтожной сделки, а с момента начала исполнения сделки, т.е. с момента совершения, по крайней мере, одной из сторон сделки действий, направленных на ее исполнение

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ

Нормативные правовые акты

  1.  Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12.12.1993) (с учетом поправок, внесенных Законами РФ о поправках к Конституции РФ от 30.12.20086-ФКЗ, от 30.12.20087-ФКЗ, от 05.02.20142-ФКЗ, от 21.07.201411-ФКЗ) // Собрании законодательства РФ. 2014,31, ст. 4398.
  2.  Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 г.51ФЗ (ред. от 05.05.2014) // Собрание законодательства Российской Федерации. 1994.32. Ст. 3301.
  3.  Гражданский кодекс Российской Федерации (часть вторая) от 26.01.1996 N 14-ФЗ (ред. от 21.07.2014) // Собрание законодательства РФ. 1996.5. Ст. 410.
  4.  Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации от 14.11.2002 N 138-ФЗ (ред. от 21.07.2014) // Собрание законодательства РФ. 18.11.2002, N 46, ст. 4532.

Специальная литература

  1.  Алексеев С.С., Гонгало Б.М., Мурзин Д.В. и др. Гражданское право: учебник (под общ. ред. чл.-корр. РАН С.С. Алексеева). - 3-е изд., перераб. и доп. - М.: "Проспект", 2011.
  2.  Власов Т.Р. Гражданское право: учебник / Т.Р. Власов.РИОР, 2007.с. 
  3.  Гражданское право: В 4 т. Том 3: Обязательственное право: Учебник. 3-е издание, переработанное и дополненное. Под ред. Е.А.Суханова. М. Волтерс Клувер, 2012.
  4.  Гражданское право. Учебник для вузов. / Гражданское право.Юнити-Дата, 2004.- 704 С.
  5.  Гражданское право России. Обязательственное право. Курс лекций / Отв. ред. О.Н. Садиков. М., 2011.
  6.  Гражданское право: Учебник. Т. 1 / Под ред. Ю.К. Толстого. М., 2009.
  7.  Гусев, А.Г. Гражданское право: учебник / А.Г. Гусев. Инфра-М, 2004.с.
  8.  Груздев В.В. Возникновение договорного обязательства по российскому гражданскому праву: Монография. М.: Волтерс Клувер, 2010.
  9.  Изменения в Гражданский кодекс РФ, вступающие в силу с 1 сентября 2013 г. // СПС КонсультантПлюс. 2013.
  10.  Изосимов С.В. Спорные вопросы определения момента начала течения исковой давности по искам о разделе общего имущества супругов // Семейное и жилищное право. 2013. N 5. С. 19 - 23.
  11.  Корнеева, А.В. Гражданское право: часть I. Учебное пособие / А.В. Корнеева.РИОР, 2007.с.
  12.  Некрестьянов, Т.А. Гражданское право: общая часть. Курс лекций. Список экзаменационных вопросов / Т.А. Некрестьянов. 2007.с.
  13.  Пиляева, В. В. Гражданское право: учебник / В.В. Пиляева. - Крокус, 2005.с.
  14.  Постатейный комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой / В.В. Андропов, К.П. Беляев, Б.М. Гонгало и др.; под ред. П.В. Крашенинникова. М.: Статут, 2011. 1326 с.
  15.  Смоленский, М.Б. Гражданское право: учебник / М.Б. Смоленский. Феникс. 2005, - 348 с.
  16.  Трусова Е.А. Арбитражное разбирательство МКАС при ТПП РФ как способ расширить возможности сторон по представлению доказательств и применению новых подходов и правовых концепций // Третейский суд. 2012. N 5.
  17.  Эрделевский А.М. Об изменениях в правовом регулировании исковой давности // СПС КонсультантПлюс. 2013.
  18.  Яковлев В.Ф. Избранные труды. Т. 2: Гражданское право: история и современность. Кн. 2. М.: Статут, 2012. 351 с.

Судебная практика

  1.  Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 6, Пленума Высшего Арбитражного Суда N 8 от 01.07.1996 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" // СПС «КонсультантПлюс».
  2.  Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 24.12.2010 по делу N А82-9/2010.
  3.  Постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 04.08.2011 по делу N А41-30287/10, оставленного без изменения Постановлением ФАС Московского округа от 31.10.2011.
  4.   Постановление Президиума ВАС РФ от 16.06.2009 N 998/09 по делу N А68-9648/07-413/4.
  5.   Постановление ФАС Поволжского округа от 26.02.2009 по делу N А49-3816/2008.
  6.  Определения КС РФ от 14.12.1999 N 220-О; от 15.07.2008 N 563-О-О; от 05.03.2009 N 253-О-О.

2 Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 г.51ФЗ (ред. от 05.05.2014) // Собрание законодательства Российской Федерации. 1994.32. Ст. 3301.

3 Гражданское право: В 4 т. Том 3: Обязательственное право: Учебник. 3-е издание, переработанное и дополненное. Под ред. Е.А.Суханова. М. Волтерс Клувер, 2012.

4 СЗ РФ. 2007. N 2. Ст. 408.

5 Гражданское право России. Обязательственное право. Курс лекций / Отв. ред. О.Н. Садиков. М., 2011.

6 ВВАС РФ. 2011. N 2.

7 ВВАС РФ. 2011. N 2.

8 СЗ РФ. 2009. N 30. Ст. 3738; 2010. N 49. Ст. 6409.

9 СЗ РФ. 2011. N 33. Ст. 4948.

10 Изосимов С.В. Спорные вопросы определения момента начала течения исковой давности по искам о разделе общего имущества супругов // Семейное и жилищное право. 2013. N 5. С. 19 - 23.

11 Гражданское право России. Обязательственное право. Курс лекций / Отв. ред. О.Н. Садиков. М., 2011.

12 Гражданское право: В 4 т. Том 3: Обязательственное право: Учебник. 3-е издание, переработанное и дополненное. Под ред. Е.А.Суханова. М. Волтерс Клувер, 2012.

13 Барон Ю. Система римского гражданского права. СПб., 2005. С. 264.

14 Принципы международных коммерческих договоров УНИДРУА 2004. М., 2006. С. 347.

15 См.: статьи 132 и 706 Устава гражданского судопроизводства 1964 года. Впрочем, по ранее действовавшему законодательству суд был обязан применять исковую давность ex officio (см.: Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права (по изданию 1907 года). М., 1995. С. 139).

16 Иоффе О.С. Советское гражданское право. Л., 1958. С. 261; Он же. Советское гражданское право. М., 1967. С. 346.

17 Гражданское право: Учебник. Т. 1 / Под ред. Ю.К. Толстого. М., 2009. С. 369.

18 Статья 46 ГПК РФ.

19 Часть 1 статьи 43 ГПК РФ.

20 Трусова Е.А. Арбитражное разбирательство МКАС при ТПП РФ как способ расширить возможности сторон по представлению доказательств и применению новых подходов и правовых концепций // Третейский суд. 2012. N 5. С. 188.

21 Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 24.12.2010 по делу N А82-9/2010.

22 П. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 6, Пленума Высшего Арбитражного Суда N 8 от 01.07.1996 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации".

23 Постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 04.08.2011 по делу N А41-30287/10, оставленного без изменения Постановлением ФАС Московского округа от 31.10.2011.

24 Данная позиция отражена в Постановлении Президиума ВАС РФ от 16.06.2009 N 998/09 по делу N А68-9648/07-413/4, Постановлении ФАС Поволжского округа от 26.02.2009 по делу N А49-3816/2008 и ряде иных.

25 Лебедева К.Ю. Исковая давность в системе гражданско-правовых сроков: Дис. ... канд. юрид. наук. Томск, 2003.

26 Данная позиция отражена в Постановлении ФАС Уральского округа от 20. Тархов В.А. Гражданские права и ответственность. Уфа, 1966. С. 71.12.2006 по делу N Ф09-11162/06-С6.

27 Чернышов Г., Лавров Д., Костенко А. Неупорядоченный порядок // ЭЖ-Юрист. 2005. N 31.

28 Определения КС РФ от 14.12.1999 N 220-О; от 15.07.2008 N 563-О-О; от 05.03.2009 N 253-О-О.

29 Уруков В.Н. Вопросы применения срока исковой давности по ничтожным сделкам // Право и экономика. 2007. N 2.

30 Одобрена решением Совета при Президенте Российской Федерации по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства от 07.10.2009 // Вестник ВАС РФ. 2009. N 11.


 

А также другие работы, которые могут Вас заинтересовать

1348. Методы решения дифференциальных уравнений. Метод Эйлера-Коши и усовершенствованный метод Эйлера 6.12 MB
  Численное дифференцирование. Усовершенствованный метод Эйлера. Решение задачи усовершенствованным методом Эйлера. Блок-схема алгоритма к усовершенствованному методу Эйлера. Реализация на ЭВМ тестового примера усовершенствованного метода Эйлера.
1349. Метод вузлових потенціалів 113 KB
  Визначити струми у всіх гілках схеми методом вузлових потенціалів. За нульовий потенціал прийняти потенціал вузла b.
1350. Разработка объемного гидропривода поступательного действия 148.5 KB
  Разработка принципиальной гидравлической схемы. Расчет и выбор силовых гидродвигателей, насоса и рабочей жидкости. Расчет и выбор гидроаппаратов. Расчет гидролиний. Тепловой расчет гидропривода. Расчет внешней характеристики гидропривода.
1351. Методи розкодування інформації 208 KB
  Курсова робота на тему методи розкодування інформації. Поняття кодування інформації. Знаковий метод фіксації інформації. Мова як основний засіб кодування й передачі інформації. Мова як засіб кодування інформації. Традиційна система письма. Спеціальні системи письма.
1352. Проектирование полносборного жилого дома 332 KB
  Строительная система, конструктивная система и конструктивная схема здания. Выполнение требований пожарной безопасности. Пути эвакуации. Санитарно-техническое оборудование. Расчет сопротивления теплопередаче наружной стены. Расчет звукоизоляции межквартирных стен.
1353. Медицинское обеспечение мероприятий гражданской обороны 14.64 MB
  В учебном пособии рассматриваются основные вопросы медицинского обеспечения мероприятий гражданской обороны. Учебное пособие подготовлено преподавателями кафедры экстремальной и военной медицины Государственного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Ивановская государственная медицинская академия Министерства здравоохранения и социального развития России» и рассчитано для обучения студентов медицинского вуза и может быть полезным для подготовки интернов, ординаторов и врачей.
1354. Процес естетичного виховання дошкільників засобами природи 313 KB
  Аналіз психолого-педагогічної літератури з проблеми естетичного виховання дітей дошкільного вiку. Природа як засіб естетичного виховання дітей дошкільного віку.
1356. Великие географические открытия и начало борьбы за колонии между европейскими державами. Государства Азии в эпоху европейского Нового времени 450.5 KB
  Выявить и описать наступление эпохи Великих Географических открытий, а так же объяснить причины этого явления. Выяснить ход и причины борьбы за колонии между европейскими государствами. Рассмотреть ход развития государств Азии в эпоху европейского Нового времени. Познакомиться с учёными, изучающими данный вопрос.